Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
На ужин к Ангеле Меркель, определяющей сейчас политическую погоду в ЕС, собрались в общем-то хорошо знакомые нам герои мирового бомонда. Кроме пустившегося в последнее грустное паломничество по миру Барака Обамы (ему, надо сказать, почему-то нигде не рады) были приглашены и ещё несколько вполне известных лиц как с американской, так и с немецкой стороны.
В общем-то и не стоило удивляться, увидев имя Даниэля Баренбойма, всемирно известного дирижёра, выступающего у себя дома в Париже, Нью-Йорке, Берлине, Байройте, Иерусалиме…
Наверное, символ дирижёрской палочки и послужил тайным знаком для собравшихся партнёров, что пора начинать последнее действие спектакля: занавес поднимается…
Итак, действие происходит в Берлине, в ноябре 2016 года. В канцелярии канцлерин Ангелы Меркель раздаётся звонок: — Обама идёт по коридору! — Какой Обама?— Барак Обама идёт по коридору. — По какому коридору?— По коридору на последний званый ужин. — Какой ужин?…
Вполне оказываются уместными фигуры и нобелевского лауреата по биохимии Томаса Зюдхофа, и, что особенно радует, главного тренера сборной США по футболу, бывшего наставника немецкой сборной Юргена Клинсманна, (без американского наставника, вероятно, немцы даже в футбол играть не умеют).
Одновременно очередной спектакль и международная встреча по футболу, в ложах и на полях которых, как всегда в таких случаях, обмениваются любезностями и обсуждают последние новости: авианосец "Адмирал Кузнецов" опять в Средиземном море; праймериз во Франции принимают любопытные очертания; итальянцы подсчитали 7-миллиардные убытки в результате антироссийских санкций, от которых русским хоть бы что, а Европе — одни страдания; Украина с её шоколадным президентом на измождённой европейской шее рвётся в ЕС, а Россия ну не хочет поставлять бесплатный газ Украине… Голова кругом, никакого аппетита… Мигранты везде… Выборы в Германии, считай, на носу, а госпожа Меркель убеждена в необходимости баллотироваться в 4-й раз, хотя вследствие её премудрой политики немецкое общество раскалывается, как и американское.
Оставим шутки и зададимся одним вопросом: а зачем, собственно, две Германии — ГДР и ФРГ — объединялись 25 лет тому назад, давая друг другу объединяющие клятвы и даже добровольно вводя специальный налог на солидарность?
Чтобы потом, четверть века спустя, без объявления войны, без природных катаклизмов вот так взять и перейти в состояние гражданского противостояния из-за повестки дня, организатором и вдохновителем которой оказался Старший Брат, знавший, что на послушную Ангелу Меркель можно положиться?
Она, Мамочка, справится со своим собственным народом, много раз повторит, что мигрантская верёвка на шее вовсе даже не трёт. Она будет страстно убеждать немцев, да и всю Европу, что новая мигрантская волна позарез необходима одряхлевшей декадентствующей Европе, отказывающейся рожать детей. То есть речь идёт о сознательно-бессознательном расколе нации, до конца неистово верившей всем словам и лозунгам канцлера Меркель.
Похоже, что действия русского героя Ивана Сусанина произвели большое воздействие на впечатлительную канцлерин, коль скоро по её советам родная страна и родной немецкий народ упорно двигаются в алогичном направлении — от объединения и процветания к расколу и нестабильности как экономической, так и к гражданской.
Потому, наверно, она ещё 6-го ноября упорно рекомендовала бряцающую амуницией министра обороны г-жу Урсулу фон дер Ляйен, мать семерых детей, на пост Федерального президента Германии.
9-го ноября 45-м президентом США избран "кошмар" мирового бомонда Дональд Трамп, заявивший 20 с лишним лет тому назад в интервью журналу "Playboy": я не желаю быть президентом. Я уверен в этом на сто процентов. Я изменю свое мнение только если увижу, что страна летит к чертям.
Именно в этот день Ангела Меркель, испугавшись нового "мирового порядка", выдвинула кандидатуру министра иностранных дел ФРГ Франка-Вальтера Штайнмайера на позицию Федерального президента страны. А ведь она так долго сопротивлялась этому, хотя не Штайнмайер в 2010 году, а Гидо Вестервелле, тогдашний министр иностранных дел Германии, скандально сочетался узами законного однополого брака со спортивным менеджером.
Трезвая позиция нынешнего министра иностранных дел Германии, заявившего, что Россия — непростой партнёр для Евросоюза, но, тем не менее, необходимо найти путь к улучшению отношений с Россией, — это прекрасная возможность для восстановления политической стабильности не только в Германии, но и в Европе.
Обама запланировал последние утешительные встречи с лидерами Франции, Великобритании, Испании и Италии. Потому-то и устраивался этот ужин у предводительницы. И тут — на тебе: ставленник Москвы Трамп! Спасайся кто может, спасайте всё, что удалось построить-разрушить в отношениях с послушной Европой, которая теперь непременно заартачится, требуя сокращения НАТО, требуя снятия санкций, требуя изменения отношений с Россией.
Для Вашингтона чрезвычайно важно оставить у власти послушную Ангелу Меркель и тем самым омрачить победу непредсказуемого республиканца Дональда Трампа, который поклялся сократить участие США во всех международных военных конфликтах, и который заявил о своём нежелании свергать законные правительства.
Хотелось бы, конечно, надеяться, что он не будет сильно уходить в сторону от своих обещаний. В конце концов, есть такое понятие — слово предпринимателя, за которым стоит его, Трампа, честь.
А что до Германии, то, наверно, немцам имело бы смысл посмотреть по всем партийным сторонам и на предстоящих выборах найти другого, нового кандидата, с твёрдым желанием изменить в лучшую сторону жизнь своего собственного народа.
На смену старой власти трижды канцлера Ангелы Меркель могла бы прийти законно выбранная новая власть, тем более что, кроме Берлина, в стране есть ещё и другие полноправные земли, в которых тоже есть мудрые, дальновидные, созидательные политики, не ищущие конфликтов для достижения процветания своей родины.
Ольга Зиновьева, сопредседатель Зиновьевского клуба МИА "Россия сегодня", президент Международного общества "Россия — Германия"
Экс-премьер Франции, фаворит первого тура праймериз правых и центристов Франсуа Фийон считает, что перед будущим президентом страны стоит непростая задача по возобновлению отношений не только с Россией, но и с США.
Об этом Фийон написал в колонке, опубликованной в газете Monde за несколько часов до очередных дебатов, которые проходят в преддверии второго тура праймериз.
"Статус Франции требует, чтобы она проводила глобальную и независимую дипломатию. Наша дипломатия, такая здравая в ходе американского вторжения в Ирак в 2003 году, стала покорной. Брюсселю. Американцам. ЮНЕСКО, где мы не смогли сказать "нет" резолюции, переписывающей историческую реальность Иерусалима. И даже, часто, странам Персидского залива, влияние которых на нашей национальной территории вызывает вопросы", — сказал Фийон.
Он отметил, что глава государства, который управляет внешней политикой, должен иметь точку зрения, брать на себя ответственность и обсуждать вместе со всеми партнерами, особенно если их чувствительность не совпадает с нашей. "В дипломатии, если мы говорим только со своими друзьями, это значит, что мы не говорим ни с кем. Выйдем из идеи блокировок и холодной войны", — сказал экс-премьер.
"В связи с этим будущий президент (Франции — прим. корр) будет иметь непростую задачу: перезапуск открытых и прочных отношений не только с россиянами, но и с американцами. Мы удалились друг от друга, но они нужны нам по всем вопросам. Перестанем быть шизофрениками: это нереалистично — продлевать европейские санкции против Москвы, указывать пальцем на опасный "популизм" Вашингтона, и, в то же время, просить их о помощи для победы над исламским тоталитаризмом или для того, чтобы соблюдались правила мультилатерализма", — подчеркнул Фийон.
Первый тур праймериз правых и центристов во Франции закончился сенсацией: победу со значительным отрывом одержал экс-премьер Франсуа Фийон. Во втором туре он встретится с бывшим председателем правительства Аленом Жюппе.
Первый тур президентских выборов во Франции запланирован на 23 апреля 2017 года.
Виктория Иванова.
Что ждут от Дональда Трампа на Ближнем Востоке
Александр КУЗНЕЦОВ
На Ближнем Востоке, как и во всём мире, избрание Дональда Трампа президентом США взволновало политические сообщества. От нового лидера США ждут перемен. Возможное президентство Хиллари Клинтон расценивалось на Ближнем Востоке как третий срок Барака Обамы и не обещало каких-либо сюрпризов. Что же касается Трампа с его противоречивой предвыборной риторикой, то одни политические группы он пугает, другим внушает надежды.
Если судить об избранном президенте США по его предвыборным заявлениям, то он собирается запретить иммиграцию мусульман из стран Ближнего Востока в Америку, перенести американское посольство из Тель-Авива в Иерусалим и разорвать Всеобъемлющую программу совместных действий (ВПСД) по урегулированию иранской ядерной проблемы (в одном из предвыборных выступлений Трамп назвал принятие этой программы «внешнеполитической катастрофой»).
Однако это только с одной стороны. С другой стороны, Трамп – реалист в вопросах борьбы с терроризмом. В интервью The Wall Street Journal он заявил, что было бы абсурдно одновременно воевать против правительства Асада и ИГ, заметив также, что, «воюя с Сирией, мы закончим войной против России».
Возможно, именно поэтому президент Сирии Башар Асад, давая 15 ноября интервью португальскому телевидению, предположил, что Трамп может стать «естественным союзником» Сирии. «Мы ничего не можем сказать по поводу того, что он будет делать, но если он собирается сражаться против террористов, то мы будем его естественными союзниками в этом отношении вместе с Россией, с Ираном, с другими странами», - заявил Асад.
Оптимистично оценил перспективы ближневосточной политики будущего президента США президент Египта Абдель Фаттах ас-Сисси, выразивший надежду на улучшение египетско-американских отношений. В последние три года отношения Вашингтона и Каира были осложнены военным переворотом июля 2013 года, который привёл к власти правительство Сисси. Даже после победы Сисси на президентских выборах администрация Обамы не могла простить ему свержения правительства «Братьев-мусульман».
По всей видимости, многие положения предвыборной программы Трампа по Ближнему Востоку подвергнутся корректировке. Это, в частности, видно из выступлений Валида Фареса, ливанца по происхождению и одного из внешнеполитических советников Трампа. Во время гражданской войны в Ливане 1975-1990 годов он был в числе полевых командиров, затем главным идеологом правохристианских вооружённых формирований. В 1991 году Фарес эмигрировал в США, где преподавал в международном университете Флориды, а в 2012 году являлся советником по внешней политике республиканского кандидата на президентских выборах Митта Ромни. Новый президент США, отмечает Валид Фарес, вовсе необязательно будет разрывать ВПСД с Ираном. По его мнению, соглашение должно подвергнуться коррекции, так как «иранцы в обмен на незначительные уступки получили доступ к 750 миллиардам долларов и распространение своего влияния на несколько арабских стран Ближнего Востока». Однако общий курс на смягчение напряжённости в отношениях с Ираном будет продолжаться. Что касается предположительного переноса посольства США из Тель-Авива в Иерусалим, то Фарес называет этот проект мечтой Трампа, но подчёркивает, что для её реализации будет необходимо одобрение конгресса. Кроме того, советник Трампа выразил однозначно негативное отношение своего патрона к движению «Братья-мусульмане», охарактеризовав её как одну из наиболее опасных радикальных исламистских организаций, с которой надо бороться, а не вести диалог.
Достаточно интересной была реакция на избрание 45-го президента США иранских политических кругов. Верховный лидер ИРИ, великий аятолла Али Хаменеи, выступая в Исфахане, заявил, что для «Ирана нет никакой разницы в том, кто победил на американских выборах». В этих словах содержится скрытая полемика с репликой президента ИРИ Хасана Роухани, утверждавшего, что выборы в Америке – это выбор между «плохим и очень плохим», причём в роли «очень плохого» мыслился Дональд Трамп. В то же время А.Хаменеи напомнил своим слушателям, что на протяжении 37 лет США проявляли неизменную враждебность к Ирану и нет никаких гарантий, что эта враждебность прекратится в ближайшее время. Гарантией национальной безопасности ИРИ, по его мнению, должны быть не новые договоренности с Соединёнными Штатами, а «укрепление духовного, политического и культурного единства при укреплении экономического потенциала Ирана и использовании наработок экономики сопротивления».
О перспективах ирано-американских отношений при Трампе высказались также министр иностранных дел ИРИ Мохаммед Джавад Зариф и спикер иранского меджлиса Али Лариджани. М.Д. Зариф отметил , что, по его мнению, «США будут соблюдать условия Всеобъемлющего плана действий. В противном случае Иран использует свои возможности воздействовать на ситуацию». Шеф иранской дипломатии прав в том отношении, что для Вашингтона выгоднее соблюдать соглашение, заключенное в 2015 году, чем разрывать его. Во-первых, помимо США и Ирана гарантами соглашения являются Россия, Китай, Великобритания, Франция и Германия. Во-вторых, в случае разрыва соглашения и возврата к санкциям Иран почти наверняка приступит к созданию ядерного оружия.
О том, что иранские власти готовы взаимодействовать с администрацией Трампа, свидетельствует и заявление спикера иранского парламента Али Лариджани. Он предостерёг представителей иранской политической элиты от «поспешных и незрелых заявлений», имея в виду, что некоторые представители высшего духовенства ИРИ разразились резкой критикой по адресу Трампа. Лариджани призвал не делать поспешных выводов, чтобы не осложнять положение Ирана.
В плане политологического осмысления победы Трампа представляет интерес статья иранского исследователя международных отношений Маджида Кафи «Либеральная демократия в состоянии глубокого упадка». Автор подчеркивает, что победа такого кандидата-«диссидента», как Трамп свидетельствует об упадочном состоянии господствующей на Западе либеральной системы ценностей и о глубинных противоречиях между американской элитой и рядовыми избирателями.
Так будет ли «встреча на Эльбе» с Трампом в районе Евфрата?
Дмитрий МИНИН
В ходе предвыборной кампании Дональд Трамп не раз говорил, что считает главной задачей для США на Ближнем Востоке борьбу с запрещённым в России террористическим «Исламским государством» (ИГ), а не свержение Башара Асада в Сирии. Он ясно давал понять, что ради решения этой задачи готов взаимодействовать с Россией. При этом серьёзно рассуждать о возможности новой русско-американской «встречи на Эльбе» на этот раз где-нибудь на реке Евфрат можно будет только после вступления в должность нового президента. В то же время уже сами предположения о подобной перспективе накладывают отпечаток на характер военных действий в регионе и поведение сторон, позволяя делать некоторые прогнозы.
Разгром ИГ, несмотря на всю его фанатичную жизнестойкость, при существующем раскладе сил предрешён. Поэтому помимо ожесточённых схваток на театре военных действий подспудно развёртывается и другая борьба – за то, кто в последующем будет контролировать освобождаемые от ИГ обширные территории в Сирии и Ираке. Конечным бенефициаром войны может оказаться тот, кто сумеет оторвать от этого приза самый большой кусок. ИГ ещё не добито, но шкуру его уже делят под аккомпанемент нарастающих противоречий между всеми участниками процесса.
Например, всё более отчетливые контуры приобретают серьёзные расхождения между союзниками по НАТО – Турцией и США. Конфликт между протурецкой Сирийской свободной армией (ССА) и состоящими в основном из курдов проамериканскими Сирийскими демократическими силами (СДС) за контроль над севером провинции Алеппо и право возглавить наступление на столицу ИГ Ракку рискует перерасти в полномасштабную войну. Белый дом категорически потребовал от турок отказаться от самостоятельного продвижения к этому городу. Эрдоган, возможно, блефует, когда говорит о вероятном разрыве стратегических отношений с Вашингтоном, если тот не прекратит заигрывать с курдами, и даже о вступлении Анкары в ШОС. Вместе с тем общая сумма накопившихся претензий Турции к Америке, в том числе по самым чувствительным вопросам, действительно велика. Положение усугубляется не полной надёжностью самих клиентов Турции и США в Сирии. В частности, верхушка ССА заявляет, что вместо Ракки будет наступать на блокированную правительством часть Алеппо. А курды из СДС не торопятся возвращаться за Евфрат, как этого от них потребовал вице-президент США Дж. Байден, и явно не горят желанием штурмовать хорошо укреплённую Ракку.
В этих условиях складывается благоприятная ситуация для правительственной Сирийской арабской армии (САА) и её союзников. Сейчас наряду с существенным продвижением в восточном и южном Алеппо все последние дни САА накапливает силы в районе авиабазы Кувейрис с целью последующего выдвижения к городу Эль-Баб и отсечения группировки ИГ на севере провинции Алеппо. Это положит предел продвижению вглубь сирийской территории оппозиционных группировок, представляющих интересы иностранных держав. Кроме того, САА станет буфером, который предотвратит их возможное кровавое столкновение. При этом полностью избежать отдельных столкновений правительственных сил с оппозиционерами, особенно из ССА, видимо, не получится. Маловероятно, однако, что противники режима получат в этом поддержку от своих заграничных кураторов. Не похоже, чтобы Эрдоган в довольно сложной для него ситуации был готов вновь рвать отношения с Москвой. Тем более что ему фактически было уже «позволено» решить на севере Сирии некоторые важные стратегические задачи по обеспечению национальной безопасности Турции.
Вашингтон, озабоченный не вполне удачным течением операции по освобождению Мосула, также не заинтересован в существенной эскалации своего военного присутствия в Сирии. Ориентированные на США курды за пределами собственной этнической территории самостоятельно вступать в столкновения с САА не станут, поскольку от правительства зависит судьба многих курдских анклавов, находящихся за пределами их основной территории, например в Африне и алеппском квартале Шейх-Максуд. Вашингтон и Анкара могли бы даже вздохнуть с облегчением, ибо только появление САА в северной части провинции Алеппо в состоянии вывести из тупика сложившуюся там патовую ситуацию. И все же главный удар против ИГ со стороны правительственных войск, скорее всего, последует не здесь, а южнее.
В то время как внимание всего мира приковано к ситуации в Алеппо, не менее важные события, способные коренным образом повлиять на весь ход войны в Сирии, происходят в районе Большого Дамаска. На протяжении всей гражданской войны безопасность сирийской столицы обеспечивали до половины наиболее боеспособных частей национальной армии. Ведь даже несколько тысяч боевиков, неожиданно прорвавшихся с какого-то направления на столичные улицы, могли бы натворить там немало бед.
В последние месяцы и даже дни в результате гибкого сочетания непрерывного военного давления и мирной дипломатии правительству удалось перевести под свой контроль захваченные ранее джихадистами значительные территории на подступах к столице. Освобождён ряд анклавов к западу от Дамаска в условной зоне Западная Гута. В только что сданном Хан аш-Шихе, например, для переброски на другие участки фронта освободились сразу 3700 военнослужащих из 4-й механизированной и 7-й танковой дивизий. Постоянно сужается ранее обширная территория подконтрольной боевикам Восточной Гуты. Высока вероятность того, что её тоже удастся «дожать» на тех же условиях, что и западные пригороды (власть Дамаска и переезд желающих в Идлиб лишь с личным оружием). Непримиримыми пока остаются около 1,5 тыс. боевиков ИГ на юге столицы в лагере палестинских беженцев Ярмук. Обращает на себя внимание, что им на сдачу правительство «щедро» предоставило 30 дней. Данный срок, по-видимому, косвенно указывает на поставленные военно-политическим руководством Сирии временные рамки дальнейших операций в этой части страны. До конца года – полностью обезопасить Дамаск и высвободить расположенные здесь силы для активных стратегических действий. Вероятно, данная группировка будет насчитывать не менее 25-30 тыс. бойцов и на неё будет возложена главная задача разгрома ИГ в Сирии. Соединения, действующие в районе Алеппо, после освобождения его восточной части, скорее всего, в своей массе будут заняты зачисткой провинции Идлиб.
Таким образом, возникает ситуация, когда САА будет в состоянии решить свою главную проблему – нехватку личного состава и подготовленных военных профессионалов. Об этом говорит и недавний приход в войска сразу 4 тыс. младших офицеров, закончивших обучение в комплексе военных академий в Хомсе. Несмотря на все превратности войны, этот резерв, способный существенно укрепить армию, до сих пор оберегался и задействован не был. Всё говорит о том, что уже к концу января САА совместно с союзниками и российскими ВКС будет полностью готова перейти от борьбы главным образом с джихадистами в центре страны к генеральному наступлению на позиции ИГ. Наиболее оправданным при этом представляется основное направление даже не на Ракку, а через Пальмиру к расположенному на Евфрате центру одноименной провинции Дейр эз-Зор. В этом городе на расстоянии около 150 км от Пальмиры уже более трёх лет находится в осаде правительственный гарнизон, насчитывающий более 2,5 тыс. человек. Его деблокирование имеет не только моральное, но и стратегическое значение, поскольку именно через Дейр эз-Зор осуществляется связь между игиловцами в Сирии и Ираке. Их разъединение не просто поможет разбить их поодиночке, но и воспрепятствует крайне опасному передвижению разбитых боевиков ИГ из-под Мосула в Сирию.
К решению этих задач в указанный срок Дамаск будет готов и самостоятельно. Вопрос в цене и новых больших потерях, которые могут опять лечь на измученную страну. Поэтому, если новая американская администрация во главе с Дональдом Трампом действительно решит принять посильное участие в указанной операции по окончательному уничтожению исламистского квазигосударства, то с этим вполне можно было бы и согласиться.
Почему бы в самом деле российским советникам сирийской армии и американским советникам иракской армии не провести «дружескую встречу» на берегах Евфрата? Совсем неплохое начало для выстраивания более цивилизованных отношений между двумя народами, за что, в принципе, и проголосовала Америка. Например, только что назначенный Трампом будущий помощник президента по национальной безопасности генерал-лейтенант Майкл Флинн, судя по тому, что о нём известно, вполне способен предпринять что-либо подобное.
И вовсе не правы те, кто говорят, что за готовность сотрудничать с Москвой в Сирии Дональд Трамп может потребовать от русских слишком большую цену. Ему это нужно ничуть не меньше, если не больше, чем им. Быстрый успех в борьбе с ИГ в самом начале его правления, вопреки всем пророчествам, мог бы легко закрыть рты многим критикам Трампа и серьёзно укрепить его позиции. А при взаимодействии Москвы, Дамаска и Вашингтона такой результат вполне реален. Хочется надеяться, что Трамп это понимает и ему хватит воли преодолеть возможное сопротивление среди предубеждённой против него части американских элит.
Еврейское лобби Трампа
Еврейская диаспора помогает Кремлю наладить связи с Дональдом Трампом
Александр Братерский, Игорь Крючков
По данным «Газеты.Ru», российское руководство в поисках контактов с избранным президентом США Дональдом Трампом использовало связи в еврейских деловых кругах. Несмотря на обвинения в ксенофобии, Трамп поддерживает хорошие отношения с еврейской диаспорой и намерен подключить к своей администрации зятя — Джареда Кушнера, ортодоксального еврея, женатого на Иванке Трамп (тоже принявшей иудаизм).
По данным американского телеканала ABC, избранный президент США Дональд Трамп потребовал американские спецслужбы провести специальный брифинг для его зятя, Джареда Кушнера. Это означает, что Трамп намерен привлечь его в собственную администрацию.
На какой пост будет назначен 35-летний выпускник Гарварда, блестящий бизнесмен, который уже несколько лет является доверенным лицом Трампа, пока неясно. Однако многие американские СМИ заинтересовал другой факт: Кушнер — ортодоксальный еврей, строго соблюдающий традиции.
Этот факт удивил многих критиков Трампа, которые обвиняли его в ориентации на американских белых националистов. Например, на днях скандал вызвало другое назначение в будущую команду Трампа, которая придет в Белый дом в январе 2017 года.
Полезные антисемиты
Избранный президент США назначил своим главным советником Стива Бэннона, бывшего руководителя консервативного таблоида Breitbart News. Против кандидатуры Бэннона резко выступила Антидиффамационная лига, которая занимается борьбой с расистскими и антисемитскими организациями.
Представители организации заявили, что назначение Бэннона — «печальный день для США», так как он возглавлял интернет-ресурс, который в том числе ориентируется на представителей правых националистических групп, антисемитов и расистов.
В защиту Бэннона между тем выступил целый ряд представителей американской еврейской диаспоры. Правда, большинство из них работает в структурах, которые Бэннон финансирует. «Стив — друг евреев, поддерживает Израиль, и в то же время он является преданным патриотом Америки и великолепным руководителем», — сказал в одном из интервью ортодоксальный еврей Джо Поллак, один из ведущих редакторов Breitbart News.
На выборах Трампа поддержала немалая часть белых националистов и представителей ультраправых групп, хотя их поддержка не имела решающего значения. Тем не менее связь избранного президента США с такими группами — во многом политическая мода, отражающая крайне напряженную предвыборную гонку. Соперница Трампа, демократ и экс-госсекретарь США Хиллари Клинтон, сделала немало, чтобы демонизировать образ конкурента-республиканца.
Союзники Трампа отмечают, что он никогда не разделял антисемитских взглядов, много лет работая вместе с евреями в бизнесе. Это подтвердил в беседе с «Газетой.Ru» израильский политолог Бенни Брискин, экс-советник премьер-министра Израиля Беньямина Нетаньяху и бывший исполнительный директор Российского еврейского конгресса. Сам Брискин знаком со многими представителями еврейских деловых кругов, работавших вместе с Трампом.
Пока решения Трампа укладываются в логику популиста-прагматика, стремящегося использовать все рычаги влияния, которые способствуют его популярности. В этом смысле политик ориентируется на белых националистов не меньше и не больше, чем на еврейскую диаспору.
Джаред Кушнер, супруг Иванки Трамп, дочери избранного президента США, — сын одного из лидеров нью-йоркской еврейской диаспоры Чарльза Кушнера. Кушнер-страший, как и избранный президент США, работал в строительном бизнесе, а Джаред участвовал в кампании Трампа, курируя направление цифровых СМИ. По данным ABC, ключевой момент в назначении Кушнера в Белый дом связан с тем, что Трамп давно с ним работает и доверяет ему.
Еврейские каналы Кремля
Как сообщил «Газете.Ru» высокопоставленный информированный источник, в поисках каналов связи с Трампом представители Кремля использовали представителей российских еврейских деловых кругов, имеющих контакты с семьей Кушнера и обладающих влиянием на Иванку Трамп.
Президент Российского еврейского конгресса (РЕК) Юрий Каннер заявил в беседе с «Газетой.Ru», что не может ни подтвердить, ни опровергнуть информацию о том, что Кремль пытался наладить связь с Трампом через представителей еврейского бизнеса.
«Вообще, попытки использовать представителей международного бизнеса, в том числе еврейского, — это абсолютно нормально в данной ситуации. Я уверен: не одни только представители российского руководства ищут контакты с Дональдом Трампом», — заявил он.
По словам Каннера, после победы Трампа на выборах в США традиционные политические и дипломатические каналы на время перестали быть актуальны: избранный американский лидер — бизнесмен и до начала предвыборной кампании не занимался политикой.
Каннер подтвердил, что Трамп связан с еврейской диаспорой через свою дочь Иванку. «Она приняла гиюр, причем ортодоксальный, — рассказал собеседник «Газеты.Ru». — То есть это иудаизм строгий, с большим числом обязательных запретов. И Иванка все это соблюдает, у нее строгий, серьезный подход. Обязательно соблюдает шаббат».
Юрий Каннер напомнил, что дочь Хиллари Клинтон, соперницы Трампа на американских выборах, также приняла иудаизм, однако гораздо менее строго относится к религиозным традициям. Связи с еврейской диаспорой у старшей Клинтон, похоже, тоже не такие тесные.
«Около семи лет назад, когда я только начал работать президентом РЕК, у нас возникла большая проблема. У певца Иосифа Кобзона, очень важной фигуры в российской еврейской диаспоре, возникли проблемы с получением визы в США», — вспоминает Каннер.
«Тогда я связался к президентом Всемирного еврейского конгресса, Роном Лаудером, республиканцем, представителем очень уважаемой американской еврейской семьи. Попросил его поспособствовать. Рон пообещал поговорить об этом с Хиллари Клинтон, которая в то время была госсекретарем США», — рассказал глава РЕК.
Только через месяц Лаудер получил ответ от Клинтон, рассказал собеседник «Газеты.Ru».
«Это была абсолютно хамская по своей форме отписка, которая советовала Кобзону обратиться в американское консульство по месту жительства, — добавил Каннер. — После я решил детально разобраться в этом вопросе, потратил на это немало сил. В итоге выяснилось, что вопрос действительно сложный. Но представители Клинтон, конечно, могли проявить больше уважения».
Раскол диаспоры
В кругах русскоязычной диаспоры Трамп пользуется гораздо большей поддержкой, чем в американской еврейской общине. Бенни Брискин объясняет это тем, что большинство выходцев из СССР в штыки воспринимают «леволиберальные идеи» демократов. Часть из них также надеются на улучшение отношений США с Россией.
«Они считают, что хорошие отношения между Израилем, Россией и США полезны для мирового климата. К тому же многие русскоязычные евреи считают: главный водораздел сегодня — это не отношения России и Украины, а конфликт между иудео-христианской и исламской цивилизацией», — говорит Брискин.
Впрочем, по данным социологических опросов, большинство представителей еврейских организаций поддержало кандидатуру демократа Хиллари Клинтон. Опрос социологического агентства GBA Strategies среди американских евреев показал, что 68% из них собиралось голосовать за Хиллари и только 28% — за Трампа.
Во время президентской кампании 2012 года разброс голосов был примерно такой же: 68% — за Обаму и 31% — за его соперника-республиканца Митта Ромни. Только тогда победил Обама, а на этот раз — Трамп, вопреки всем соцопросам.
Во время кампании часть недовольных Трампом республиканцев пытались уговорить еврейские группы не оказывать ему поддержку.
В минувшем сентябре в кулуарах съезда Республиканской партии корреспондент «Газеты.Ru» случайно услышал обрывок разговора: один из конгрессменов убеждал своего собеседника «настроить против Трампа ребят из AIPAC».
Речь шла об одной из крупнейших еврейских лоббистских групп AIPAC (Американо-израильский комитет по связям с общественностью). Представители этой организации во время предвыборной кампании действительно резко выступали против Трампа. В марте им даже пришлось приносить извинения за речь Трампа, которую он произнес в стенах AIPAC и где он в очередной раз разнес в пух и прах политику президента США Барака Обамы.
«Еврейская община очень разнообразная. Например, один из ярких представителей американского еврейства — это Берни Сандерс, сенатор от штата Вермонт, который также баллотировался в президенты США на этих выборах и получил серьезную поддержку, — добавил собеседник «Газеты.Ru». — Он представляет совсем другую, во многом — левую, идеологию и вряд ли будет союзником избранного президента».
В США нет единой еврейской общины, рассказал «Газете.Ru» ведущий эксперт Atlantic Council Ариэль Коэн. «Большинство евреев голосуют за демократов традиционно, но республиканской еврейской коалиции удалось сделать очень много для победы Трампа, и у него есть пара мощнейших доноров — евреев, включая легендарного Шелдона Адельсона», — рассказал эксперт.
Адельсон, которого называют «королем казино», близок к премьеру Израиля Биньямину Нетаньяху, является самым большим донором Трампа и дал на его кампанию более $30 млн.
Евреи-республиканцы связывают с Трампом немало надежд. Более того, многие ближневосточные публицисты ожидают, что он собирается «израилизировать» политику США в регионе.
«Израилизация» Трампа
В ходе предвыборной кампании Трамп пообещал перенести посольство США в Иерусалим, статус которого в рамках ООН оспаривается делегациями подавляющего большинства исламских стран.
Если политик сдержит обещание, это станет очень мощным сигналом поддержки для Израиля со стороны США.
Поддержка Трампом Израиля, главного союзника США на Ближнем Востоке, вызвала большой прилив эмоций в этой стране. Израильский лидер Нетаньяху уже выразил надежду на то, что отношения США и Израиля при Трампе улучшатся. Несмотря на то что союзнические связи достаточно крепки, личные отношения между Обамой и Нетаньяху не заладились.
«Сейчас кажется, что мало кто из американских лидеров был так плох для израильско-американских отношений, как Обама», — считает Юрий Каннер. По его словам, Ближний Восток отлично запомнил, насколько позитивно начался первый срок ныне уходящего американского президента — и на какой ноте его правление заканчивается.
Обама выступил с амбициозной речью в Каирском университете, призвав открыть новую страницу в отношениях между США и исламским миром.
Однако за последние восемь лет власти Обамы войны в регионе не закончились, многие конфликты обострились, появилось террористическое «Исламское государство» (запрещено в РФ). Ситуация на Ближнем Востоке для Израиля не стала безопаснее даже несмотря на ядерную сделку с Ираном, который заморозил атомную программу в обмен на снятие международных санкций.
Президент США не раз демонстрировал свое неудовольствие консервативной политикой Нетаньяху. Обама даже не стал удостаивать его аудиенции, когда израильский премьер приехал в Вашингтон по приглашению спикера конгресса, республиканца Джона Бейнера в марте 2015 года.
Сейчас, как объясняет «Газете.Ru» Бенни Брискин, для Нетаньяху сложилась более благоприятная ситуация.
«Если раньше его пребывание на посту совпадало с демократической администрацией США, с которой у него никогда не было удачи, сегодня ситуация другая, — считает он. — Все, кто поддерживает Нетаньяху, довольны избранием Трампа».
Как отмечает ведущий эксперт группы Gulf State Analytics в Вашингтоне Теодор Карасик, оба — и Трамп, и Нетаньяху — сходятся на двух критических точках: легитимности израильских поселений на Западном берегу и риске, который несет в себе ядерная сделка с Ираном.
Эксперт также отметил, что Трамп окружает себя фигурами, которые символизируют «четкий разрыв с политикой администрации Обамы». «Это воспринимается как позитивное изменение», — считает Карасик.
![Главное](/images/star.png)
Сергей Пашков: «Мы лишь приоткрыли книгу перемен»
Глеб ИВАНОВ
Удивительное стечение обстоятельств: собкор ВГТРК на Ближнем Востоке по образованию и первой профессии — историк. Сергей Пашков, конечно же, помнит: «все проходит — и это тоже пройдет». А значит, главное — уметь и не забывать отличать сиюминутное от действительно важного, прежде всего в собственных репортажах. Впрочем, пару недель назад израильские генералы заговорили вслух ни много ни мало о «неизбежности военного столкновения» с Россией, и такую новость трудно воспринимать без эмоций.
культура: Пишут, ЦАХАЛ чрезвычайно обеспокоен увеличением нашего военного присутствия в регионе. Речь идет о современных ракетных системах вроде С-400 и активизации разведслужб. Чувствуются ли подобные опасения внутри израильского общества?
Пашков: Такие слова произносят некоторые военные эксперты, в основном отставные генералы, их публикации появились в центральных газетах и уже стали аргументом в устах оппозиционных политиков. Основания для подобных выступлений есть: нарушен статус-кво, к которому Израиль привык за сорок лет.
Все эти годы Сирия была врагом, но при этом самой спокойной границей оставалась сирийская. Такой парадокс. Противники хорошо знали друг друга, понимали, чего им ожидать, и вели себя по известным лекалам. Но с тех пор как в Сирии начались беспорядки, бои, гражданская усобица, израильтяне, по сообщениям мировых СМИ, производят воздушные удары по караванам с оружием, складам боеприпасов, которые якобы предназначены «Хезболле».
Израильские ВВС привыкли господствовать в ближневосточном небе, до сих пор никто не мог ограничить их действия. Традиционно Израиль не подтверждает, но и не опровергает информацию о том, что его летчики бомбили те или иные цели в Сирии, однако Дамаск периодически сообщал о таких ударах и пытался нанести встречные. В сентябре сирийцы даже объявили, что сбили израильский самолет, правда, позднее это не подтвердилось.
Ясно, что теперь условия изменились, но насколько серьезно, израильские генералы, похоже, пока не понимают. Дмитрия Медведева накануне его визита 9–11 ноября местные журналисты спросили: зачем в Иран доставлены современнейшие средства ПВО — не опасно ли это для Израиля? Премьер РФ выразил надежду, что отношения наших стран из-за этого не испортятся. Тем не менее тревога в военном экспертном сообществе ощущается. Но она еще не проникла на уровень рядовых израильтян.
Те, конечно, с волнением глядят через Голанские высоты, но это не главная сегодня забота. Пока пушки не выстрелят, население будет равнодушно относиться к сирийской истории.
культура: А успокоил ли военных экспертов приезд Медведева?
Пашков: Его визит показал прежде всего, что Москва и Тель-Авив заинтересованы в сотрудничестве. Причем заинтересованы настолько, что станут договариваться и искать компромиссные решения по самым острым и сложным проблемам, в том числе оперативно-военного характера. Кроме того, подписываются соглашения и контракты в сфере сельского хозяйства, строительства, высоких технологий. Решается вопрос пенсий для израильтян, большую часть жизни проработавших в СССР. В Израиле бережно обращаются с ветеранами Великой Отечественной, здесь недавно открыли памятник солдатам Красной армии, победившим фашизм. Российские туристы и паломники — это тысячи рабочих мест для местного населения. Так что взаимный интерес велик.
культура: И отец, и сын Асады много лет считались в Израиле врагами. Теперь — на фоне ИГИЛ — отношение к ним потеплело?
Пашков: Израильтяне не воспринимают ту или другую сторону в гражданской войне как свою. Так что отношение сохранилось, четыре десятилетия страны остаются в состоянии войны. Сирия слабеет, ее армия уже не та, что прежде. Израильские генералы полагают, это неплохо. Кто бы ни победил в соседнем доме, включая даже ИГИЛ, израильтяне понимают, что у них достаточно сил для защиты своих границ.
культура: Летом 2007 года Вы освещали войну в секторе Газа, за что потом, кстати, получили ТЭФИ; зимой 2011-го — восстание в Каире, где толпа даже разбила Вашу телекамеру. Сейчас Вам за пятьдесят. Готовы ли по-прежнему ездить в горячие точки? Может, стоит покупать «экшн» у более молодых стрингеров? Ведь у Вас семья, маленькие дети...
Пашков: Ну да, запереться в квартире, никого из домочадцев не выпускать и таким образом чувствовать себя гарантированно в безопасности? Нет, конечно. Во-первых, странно полагаться на стрингеров, потому что это чужое видение, чужие мысли, чужие ощущения. Фаст-фуд — необходимость есть приготовленную кем-то еду. Иногда приходится полагаться на такого рода прием, не всегда и не везде сам успеваешь с камерой. Но в целом отказываться от полевой журналистики не хочется.
С годами приходит понимание того, как вести себя в опасных ситуациях. Нельзя терять голову. Наша задача — не получить орден, а донести до зрителей всю остроту, всю драматичность обстановки.
Что же касается возраста, то я никогда не был в столь прекрасной форме, ощущаю, что мне многое по силам. От репортерства отрекаться не стоит ни в 50, ни даже в 60 лет. Это профессия самодостаточная, внутри нее трудно сделать какую-то карьеру. Как в литературе, — надо просто написать роман или стихотворение еще лучше, чем предыдущее, — так и у нас: ты настолько хороший репортер, насколько хорош твой последний репортаж.
культура: Ваши сюжеты из Газы вызывали, говорят, сочувствие к жертвам армии Израиля. Многие зрители сочли, что Вы подыгрывали боевикам...
Пашков: Когда тебя ругают — и с обеих сторон, — это очень важный момент. Значит, ты делаешь то, что должно. Понятно, что в условиях конфликта, когда приходят сообщения о жертвах, и тем и другим хочется, чтобы ты стал солдатом этой войны, лег вместе с ними в окоп. Но у нас иная задача. Рассказать соотечественникам, россиянам о том, что происходит на самом деле. Зачастую происходят страшные вещи, о которых многие хотели бы не знать. Это, очевидно, возмущает, поскольку выводит из состояния идеологического комфорта. Согласитесь, ужасно видеть раненого трехлетнего мальчика: осколок попал ему в глаз, рыдающий отец бегом приносит его в больницу. Он угодил под бомбардировку в секторе Газа. С израильской территории наблюдать за этими сценами неприятно. И раздражение телезрителей направляется на меня.
Критиковала и арабская «русская улица», палестинцы, когда им казалось, что слишком много внимания уделяю точке зрения Израиля. В секторе Газа тоже немало народу смотрит российское телевидение. Им также неприятно следить за ситуацией в Израиле, где неуправляемая ракета «Кассам» может упасть на улице, ранить или убить случайных людей, к этой войне непричастных. Журналисту, работающему в прифронтовой зоне, надо быть готовым к тому, что далеко не всем понравятся его сюжеты...
Израиль — прекрасная страна. Это великолепная глубинная история, которая заставляет иначе смотреть на многие вещи, иначе воспринимать ход времени. А в современности — удивительная медицина, отлично налаженные социальные институты, демократическое общество.
Но если поставлю на этом точку, то перестану быть журналистом. Здесь есть серьезнейшие проблемы. Например, с политически активным религиозным меньшинством, которое навязывает светскому обществу свои законы, взгляды на жизнь. Это касается невозможности заключить в Израиле гражданский брак. В шаббат все закрывается, а магазины, рискнувшие открыться, платят большие штрафы. А какую дань вынуждено платить гражданское общество на содержание религиозного меньшинства! Не хочу сказать ничего плохого о данной группе населения — вопрос не в этом, а в том, за чей счет и каким образом они действуют внутри собственной страны.
Обычные израильтяне бывают отнюдь не толерантными. Вот у большинства наших бывших соотечественников взгляды крайне правые, на палестинский вопрос они смотрят более радикально, чем сограждане, живущие тут не в первом поколении, или выходцы из Западной Европы. Такая проблема тоже существует. Остается и проблема оккупации палестинских территорий, она никуда не делась.
культура: Вы курируете не только Израиль, но и весь Ближний Восток. Почему со времен «арабской весны» минуло уже больше пяти лет, а регион продолжает бурлить?
Пашков: Мы лишь открыли первую страницу книги перемен. Тектонические сдвиги только начались. Это и кризис постколониальных государств, возникших полвека назад, — под сомнение ставятся их границы и правомочность режимов. Эта драма коснется и ислама как одной из основополагающих мировых религий. А перемены в таких укорененных в веках институтах не бывают безболезненными.
Какой станет Сирия, мы узнаем достаточно скоро, ситуация там развивается стремительно. Ясно, что Ирак будет выглядеть совершенно иначе. Что касается колосса Ближнего Востока — Египта, страны, которая задает тон в арабском мире, — то он едва начал движение. Приход к власти фельдмаршала Ас-Сиси не значит, что вернулся режим Мубарака и Египет при нем проживет очередные 30 лет. У президента очень немного времени. Судя по всему, он это понимает и пытается провести глобальные реформы, чтобы придать стране другой вектор развития.
Движущей силой этих революций стали не какие-то заговоры, а общественный запрос на качественное радикальное улучшение, вестернизацию социальной жизни, активизацию социальных лифтов.
Будет еще много драм. Изменится и карта мира, и наши представления о Востоке. Наша жизнь — тоже, потому что глобальные катаклизмы не оставляют в стороне даже тех, кто живет за многие тысячи километров от эпицентра.
культура: А что будет с Турцией — страной, весьма популярной у россиян в качестве места отдыха?
Пашков: После попытки путча ситуация с демократическими институтами осложняется, усиливается режим личной власти. Проходит чистка оппонентов, причем не всегда опасных и радикальных. Вопрос в том, сохранит ли Турция систему выборов, институт независимой прессы. Если да, то постепенно опять вырулит на магистраль хотя и восточного, но все же европейского государства. Если же этого не случится и режим законсервируется, а оппозиция будет вытеснена целиком с авансцены, то на некоторое время наступит впечатление тишины, абсолютно ложное, которое на Востоке всегда заканчивается большой дракой.
культура: Удастся ли Саудовской Аравии слезть с нефтяной иглы и перейти на экономические методы ХХI века, как мечтают принцы-реформаторы?
Пашков: Технологически эта идея уже воплощается в жизнь. Строят авиационные хабы, торговые и биржевые центры, вкладываются в туристическую индустрию и высокие технологии. Молодые люди получают субсидии на образование. С другой стороны, все это опирается на фундаментальный ислам ваххабитского толка, ограничено шариатом, и адатом. Освобождение от нефтяной зависимости, модернизация экономики обязательно требует и модернизации политической, социальной и культурной. Готовы ли на это саудовские шейхи? Может, среди них уже давно родился и сейчас готовится принять полномочия некий реформатор. Но любой реформатор в королевстве столкнется с очень серьезными вызовами. 30-миллионное население необходимо будет выучить и обеспечить работой. В ходе модернизации рядовые подданные почувствуют возможность участия во всех сферах общественной жизни и потребуют новых свобод. Станут актуальными серьезные изменения в государственном устройстве. Неудивительно, что монархия демонстрирует здоровый консерватизм. Нефть опустилась в цене, но она все равно дорогая, добывается там легко, а качество ее высокое. Поэтому всегда есть такое настроение: не буди лихо, пока оно тихо, давайте оставим все как есть. Вопрос в том, не окажется ли однажды слишком поздно начинать реформы.
культура: Сергей Вадимович, Ваши дети выросли в Израиле и наверняка воспринимают именно еврейское государство своей родиной. Нет ли и у Вас ощущения, что на берегах Средиземного моря Вы с женой, уроженкой города Горький, нашли себе вторую Россию — более комфортную, свой «остров Крым»?
Пашков: Другой России нет и быть не может. Утопия покойного Василия Аксенова — прекрасная сказка, и для ее героев она заканчивается, кстати, трагически. Да, две мои младшие дочери родились в Израиле, но они считают себя русскими, а своей Родиной — Россию, Москву и Нижний Новгород. Они учат иврит, арабский, у них свободный английский, но язык, на котором они начали говорить и читать и на котором повседневно общаются, — русский.
Россия — это страна прекрасных грез, куда они ездят на каникулы. Если их спросить, где они хотят жить, ответят: «в России», потому что Израиль для них — школьные будни.
А для нас? Я бы не сказал, что страна мечты. На Земле обетованной непросто жить и трудно работать, но этим-то она и интересна. Все время заставляет оставаться в хорошей форме, чувствовать себя востребованным. Тем не менее, повторюсь, наша Родина — Россия. Рано или поздно трудовая вахта закончится — и мы вернемся. Мы русские люди, россияне — и по документам, и по крови.
О визите делегации ФТС России в Израиль.
В период с 8 по 10 ноября 2016 года делегация ФТС России во главе с Владимиром Булавиным посетила г. Иерусалим в рамках официального визита Председателя Правительства Российской Федерации Д.А. Медведева в Израиль.
На полях встречи Д.А. Медведева и премьер-министра Государства Израиль Б. Нетаньяху руководитель ФТС России В. Булавин и генеральный директор Налоговой администрации Израиля М. Ашер подписали протокол об организации обмена предварительной информацией о товарах и транспортных средствах, перемещаемых между странами. Указанный протокол станет правовой основой для реализации проекта «Зеленый коридор» между Россией и Израилем.
В рамках визита состоялись переговоры В. Булавина с М. Ашером и руководителем Таможенного директората Налоговой Администрации Израиля А.Б. Ардити. На них рассматривались ключевые вопросы российско-израильского таможенного сотрудничества. Стороны обсудили конкретные шаги по практической реализации проекта «Зеленый коридор», договорились развивать сотрудничество в сфере взаимного признания результатов таможенного контроля в отношении определенного вида товаров, обсудили вопрос укрепления сотрудничества в сфере борьбы с таможенными правонарушениями, совершаемыми на авиационном транспорте. В целях дальнейшего укрепления российско-израильского таможенного сотрудничества в настоящее время ведется разработка плана совместных действий на 2017-2018 годы.
В Израиле падают продажи нового жилья
За первые девять месяцев 2016 года продано 22 700 единиц жилья. Это на 8,3% меньше, чем за аналогичный период 2015-го.
Темпы снижения интереса к новой недвижимости в Израиле нарастают. С января по сентябрь 2016-го количество сделок упало на 8,3%, а общий спрос понизился на 7,5% в годовом исчислении, сообщает Globes со ссылкой на данные Центрального статистического бюро Израиля. Для сравнения, с января по август годовое падение спроса было на уровне 6%.
В первые девять месяцев текущего года самый высокий спрос на новое жилье регистрировался в Тель-Авиве и Иерусалиме. При этом на фоне общего спада в ряде городов страны спрос на жилье вырос. Например, в Бейт-Шемеше он взлетел на 121%, в Хадере – на 32%, Ришон-ле-Ционе – на 24%. А самый значительный спад был отмечен в Беэр-Шеве и Афуле – на 50% и 39% соответственно.
Реальные продажи в первые девять месяцев 2016-го снизились по всей стране. В северном округе падение составило 25%, в Хайфском – 17%, в Тель-Авивском – 13%, в Иерусалимском – 10% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Матвиенко и Роухани ударили по санкциям
Валентина Матвиенко укрепила свой международный статус визитом в Иран
Дарья Зорилэ
В Иране состоялся двухдневный визит парламентской делегации во главе с Валентиной Матвиенко. После встречи с президентом Ирана Хасаном Роухани спикер Совета Федерации РФ сообщила, что Тегеран надеется на помощь Москвы в борьбе с санкциями и выступает за безвизовый режим. После Матвиенко в Тегеран прибыла китайская делегация.
Без санкций и без виз
Вечером в понедельник Валентина Матвиенко рассказала об итогах своей двухдневной поездки в Иран и переговоров с президентом страны Хасаном Роухани. «Он подтвердил, что с иранской стороны выполняются все обязательства по ядерному досье, и выразил надежду на то, что Россия продолжит оказывать воздействие на западные страны, чтобы они выполнили со своей стороны обязательства по этому соглашению», — сообщила Матвиенко.
Прежде всего под «обязательствами Запада» имелось в виду снятие международных санкций, которые до сих пор только частично сняты с Исламской Республики. Сама «ядерная сделка», заморозившая атомную программу Ирана в обмен на снятие режима международных экономических ограничений, была заключена в июле прошлого года. Россия ранее также участвовала в санкционных действиях.
По итогам встречи с Роухани Валентина Матвиенко заявила о возможной отмене визового режима для граждан РФ.
«Сейчас продолжаются консультации между нашими консульскими службами о дальнейшем ослаблении визового режима, в частности для организованных туристических групп», — заявила спикер Совета Федерации журналистам.
По ее словам, президент Ирана полностью поддерживает эту идею. «Мы готовы двигаться поэтапно к либерализации визовых отношений, с тем чтобы выйти на безвизовый режим между Россией и Ираном», — добавила Матвиенко.
По мнению Владимира Сажина, профессора Института востоковедения РАН, этот парламентский визит был «визитом дружбы».
«У нас всегда были хорошие парламентские отношения, — рассказал собеседник «Газеты.Ru». — Матвиенко приезжала в Иран, чтобы отметить важность партнерства двух стран».
В ходе других встреч с руководством Ирана Матвиенко обсудила вопросы безопасности, ситуацию в Сирии, а также совместные действия по борьбе с терроризмом. Она отметила, что у стран «схожие взгляды на вопросы безопасности».
Китай следом
15 ноября, на следующий день после визита Матвиенко, в Тегеране принимали еще одну высокопоставленную делегацию — из Китая. В Исламскую Республику приехал глава министерства обороны КНР Чан Ваньцюань для переговоров с иранским коллегой Хосейном Дехганом.
Россия, Китай и Иран ведут активную координацию действий в Сирии. Все три иностранных партнера сирийского президента Башара Асада имеют здесь военное присутствие. Более того, Москва, Пекин и Тегеран заинтересованы в сохранении действующего сирийского режима, в отличие от США и их союзников, которые неоднократно призывали к свержению Башара Асада.
«У нас, конечно, нет абсолютно тождественного понимания будущего Сирии, но сотрудничество имеет место», — говорит Владимир Сажин.
Иран и Россию объединяет и общая проблема — борьба с терроризмом. «Конечно, не все страны считают, что Иран является субъектом, который борется с терроризмом. Например, США и Израиль считают, что Иран содействует исламским экстремистам и организациям, таким как палестинская ХАМАС или ливанская «Хезболла», — рассказал он. — Это довольно спорно, так как Иран тоже страдал от террористических вылазок. И для него, так же как и для всего мира, главным врагом является «Исламское государство».
Курилы наши
В Тегеране Матвиенко уделила время экономическим вопросам, а также правовому статусу Каспия.
Как заявил президент Ирана на встрече с Валентиной Матвиенко, международные переговоры о создании единого документа по Каспийскому морю скоро принесут плоды.
«Там есть еще шероховатости, но Иран готов к тому, чтобы к саммиту глав каспийских государств в 2017 году конвенция была подписана», — рассказал Хасан Роухани.
Эта тема уже поднималась во время бакинской встречи в августе этого года. Тогда три государства — Россия, Иран и Азербайджан — договорились окончательно решить юридическую проблему в акватории Каспийского моря. Его правовой статус стал проблемой после распада СССР в связи с появлением новых субъектов международного права — Туркмении, Азербайджана и Казахстана.
На данный момент составляется план по реализации бакинских соглашений, направленных также на укрепление экономического сотрудничества в регионе. Уже в 2017 году Иран сможет запустить процедуру подписания соглашения о зоне свободной торговли с Евразийским экономическим союзом, пообещала Матвиенко.
Это уже второй иностранный визит Матвиенко за текущий месяц, в ходе которого она делает громкие заявления международного уровня.
1 ноября, прибыв в Японию, она приковала внимание прессы, напротив, довольно жестким комментарием о проблеме Курильских островов. «Суверенитет России над ними не подлежит сомнению, — заявила она. — Как заметил глава российского государства Владимир Путин, мы территориями не торгуем. Вместе с тем мы готовы идти на поиск такого компромисса по вопросу о мирном договоре, который может устроить обе стороны».
По мнению политолога Аббаса Галлямова, громкие иностранные визиты пока не говорят о смене политического амплуа Матвиенко: глава Совета Федерации на хорошем счету в Кремле, и эти визиты только подчеркивают ее влияние. «Благодаря хорошему личному отношению к ней Владимира Путина Матвиенко всегда чувствовала себя достаточно свободной», — заявил «Газете.Ru» эксперт.
Разорвёт ли Трамп ядерную сделку с Ираном?
Николай БОБКИН
Победа Дональда Трампа на выборах в США остаётся темой номер один во всём мире. Вместе с тем, хотя нормализация российско-американских отношений только-только наметилась, её противники уже заявляют о себе. В частности, появилась версия, согласно которой инициируемый Трампом выход США из соглашения «шестёрки» по ядерной программе Ирана приведёт к новому конфликту между США и Россией. Предпринимаются попытки представить пересмотр Вашингтоном условий Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) катастрофой для Тегерана и препятствием для Москвы к нормализации отношений с будущей американской администрацией. Так ли стоит проблема?
Что касается Тегерана, то там спокойно ждут, пока оформится внешнеполитическая линия избранного американского президента. В конце концов, цитаты из выступлений Трампа на этапе предвыборный борьбы больше говорят о его образе мыслей, чем раскрывают картину его предстоящих политических решений. В любом случае Дональд Трамп по сравнению с Хиллари Клинтон для Ирана – фигура более желанная. Отказ от выдвижения на первый план задачи смещения Асада в Сирии по сравнению с задачей борьбы с «Исламским государством» (ИГ), обещание уничтожить ИГ, призыв к Саудовской Аравии предоставить наземные силы для борьбы с терроризмом, признание ответственности США за отсутствие стабильности в Ираке, стремление к нормализации отношений с Россией – всё это существенно отличается от того, что обещала Клинтон.
В Тегеране обратили внимание, что в интервью The Wall Street Journal 11 ноября Трамп оценил роль Ирана и России в борьбе с терроризмом. При определённых обстоятельствах такой подход мог бы создать почву для сотрудничества ИРИ и США в борьбе против ИГ совместно с Россией. При Обаме такие перспективы не рассматривались.
Отмечают иранцы и ещё одно обстоятельство: Трамп не говорил о неизменности политики США в отношении Израиля и даже намекал на готовность к пересмотру прежних американских обязательств перед этой страной. В интервью New York Times он выражал сомнения в целесообразности ежегодного предоставления Тель-Авиву миллиардов долларов в виде военной помощи. Более того, он поддержал решение о двух государствах в Палестине и отказался признать Иерусалим столицей Израиля.
Впрочем, возможно, в Тегеране просто принимают желаемое за действительное. Ведь выступая перед Американским комитетом Израиля по связям с общественностью (American Israel Public Affairs Committee), Трамп укорял Клинтон и Обаму за то, что они «относились к Израилю очень, очень плохо», заверяя, что сам он любит Израиль (этой любви, видимо, способствует и то, что Дональд Трамп породнён с богатейшими еврейскими семействами США).
Так или иначе, Иран пока не видит в избрании президентом США Трампа прямой угрозы его ядерному соглашению с «шестёркой». Министр иностранных дел ИРИ Джавад Зариф отмечает, что Тегеран «полон решимости остаться верным СВПД, но «это не означает, что Иран не имеет никаких других вариантов».
О каких вариантах речь?
Логично предположить, что имеется в виду допустимый для Ирана пересмотр условий ядерной сделки без ущерба для себя. Ведь в Исламской Республике многие считают, что достигнутое соглашение по ядерной программе с точки зрения интересов Ирана - не лучший вариант. Аятолла Али Хаменеи не раз подчёркивал, что соглашение содержит много неясностей. Глава ИРИ предупреждает: СВПД может привести к большим ущербам как на современном этапе, так и для будущего Ирана. Высший совет национальной безопасности и Собрание исламского совета (меджлис) Ирана также одобрили соглашение с замечаниями, которые правительство обязано учитывать.
Не исключено, что Трамп даст Ирану шанс устранить часть этих замечаний. Он не высказывал опасений в отношении ядерной сделки с точки зрения режима нераспространения ядерного оружия. Критикуя соглашение, Трамп обращал внимание на другое обстоятельство, а именно на то, что снятие санкций и размораживание иранских активов (по его оценке, 150 млрд. долларов) привело к открытию рынков Ирана для многих, но не для США. «Вы заметили, что они покупают у всех, кроме Соединенных Штатов?» - восклицает Трамп.
Для нового президента США, имеющего в виду использовать торговлю как инструмент внешней политики, стремление исправить такое положение естественно. Для иранской стороны, испытывающей серьёзные трудности в налаживании торговых и финансовых отношений с Западом, изменение позиции США, а тем более восстановление торгово-экономических отношений с частными американскими компаниями, тоже представляет интерес. Пример тому - пусть пока и буксующая сделка по закупкам в США более сотни «Боингов». Кстати, Трамп и по этому поводу возмущался: почему администрация Обамы мешает иранцам закупать «Боинги», поощряя Тегеран тем самым к закупкам европейских «Аэробусов»? Потому Трамп и говорит, что при заключении ядерной сделки с Ираном Соединённые Штаты представляли «очень глупые люди».
Скорее всего, возвращаться к нулевой точке ядерных переговоров с ИРИ Трамп не намерен. Об этом как раз и говорил уже после избрания Трампа президентом один из его советников по внешней политике Валид Фарес: «Разрыв - это, пожалуй, слишком сильное слово. Он возьмет это соглашение, пересмотрит его, направит в конгресс, потребует от иранцев вернуть некоторые пункты или изменить их, и это будет обсуждаться». В Иране это услышали.
Не верит в разрыв ядерной сделки Трампом и уходящая администрация президента Обамы. Представитель Госдепартамента Марк Тонер, отметив, что соглашение с Ираном не является юридически обязывающим договором, подчеркнул, что в интересах США продолжение его действия. Если же Трамп решит выйти из сделки, Иран приступит к восстановлению своей программы создания ядерного оружия.
Ближневосточный цугцванг
Анна Батюченко
Институт востоковедения РАН
Несмотря на то, что иракский Мосул еще не отбит у «Исламского государства», а анонсированное наступление на сирийскую Ракку как-то незаметно застопорилось, мало у кого есть сомнения, что судьба радикальных исламистов и в Сирии, и в Ираке предрешена. И тем острее встает вопрос, что будет с государственным устройством обеих стран после войны? Кто и как возьмет на себя ответственность за будущее двух ключевых государств Ближнего Востока?
В начале октября 2016 г. Россия вновь воспользовалась правом вето, отклонив предложенную Францией и Испанией резолюцию по Сирии, которая предусматривает запрещение полетов военной авиации над Алеппо. Одновременно не был принят и российский проект резолюции, поддерживающий план спецпредставителя ООН Стаффана де Мистуры по выводу боевиков из восточного Алеппо.
27 октября 2016 г. Совбезом ООН был отклонен и новозеландский проект резолюции, предусматривающий остановку всех атак и введение 48-часовых гуманитарных пауз в Алеппо. Основным камнем преткновения стал параграф о полном прекращении огня. Россия считает, что возобновление перемирия бессмысленно, если не изменятся позиции боевиков.
«Матерь всех битв-2»
Именно так назвали боевики сражение, цель которого — прорыв блокады восточного Алеппо. Напомним, что «Матерью всех битв» в 1991 г. Саддам Хусейн, в то время президент Ирака, называл войну, которую остальной мир знает под названием «война в Персидском заливе».
В середине октября 2016 г. вооруженные группы, противостоящие сирийской армии, не только отказались от предложенного спецпосланником ООН по Сирии Стаффаном де Мистурой почетного ухода из Алеппо с оружием и при условии гарантий личной безопасности, но и не позволили покинуть район восточного Алеппо мирным жителям, где сейчас находятся около 275 тыс. человек. Такое поведение повстанцев понятно: пока сирийские правительственные силы бомбят их позиции в городе, где линии фронта достаточно условны, жертвы среди гражданского населения неизбежны. И такие потери всегда можно (и нужно) конвертировать в разящие элементы информационной войны.
Очевидно, что гражданское население данного района (треть из которых — дети) стали не просто заложниками «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра») и близких к ней группировок, но и живым информационным щитом боевиков. Что бы ни случилось с мирным населением в Алеппо, обвинения в первую очередь будут направлены на Россию и официальные власти Сирии.
Попытки разрешить гуманитарный кризис в Алеппо с помощью ООН также не увенчались успехом. По словам советника Специального посланника ООН по Сирии Яна Эгеланна, в последние дни в Сирии не было осуществлено ни одной эвакуации, как и ни одной отправки гуманитарной помощи.
Освобождение Мосула
В середине октября 2016 г. было анонсировано начало освобождения от группировки «Исламского государства» иракского Мосула. Насколько затянется это сражение, не знает никто. Даже американское правительство, которому, конечно, было весьма кстати взять столицу самопровозглашенного «халифата» к президентским выборам в США, поскольку во многом непосредственно на администрацию Барака Обамы возлагали ответственность за молниеносный захват Мосула боевиками ИГ в июне 2014 г. Тогда иракская армия, скроенная по американским лекалам и американцами же вооруженная и обученная, позорно бежала, бросая оружие и амуницию. Столь стремительное падение этого второго по численности населения города Ирака объясняется и недоверием местного населения, преимущественно суннитского, по отношению к новым шиитским властям страны. О том, что ИГ в Мосуле до сих пор пользуется поддержкой значительной части местных жителей, сообщил официальный представитель регионального правительства Курдистана в России. Лояльность остальной части населения обеспечивается не столько массовыми публичными казнями, сколько распространяемой ИГ пропагандой и созданной им жесткой системой власти, которую можно обвинять в излишней жестокости, но никак не в отсутствии своеобразной «справедливости», понятной местному населению. Не стоит забывать, что ИГ пришло на смену (и во многом благодаря) насквозь коррумпированной, некомпетентной власти. В любом случае боевики не особо церемонятся с мирным населением ради достижения своих целей. По сообщению пресс-секретаря Управления Верховного комиссара ООН по правам человека Равины Шамдасани, после начала наступления боевики ИГ уже насильно переселили в районы расположения своих стратегических военных объектов в Мосуле тысячи мирных жителей.
Кто следующий? Путь на Ракку
И хотя Мосул еще не взят, этот вопрос, по-видимому, представляется США и их союзникам уже решенным. Рано или поздно падение столицы «халифата» (как и восточной части Алеппо) неизбежно. И тогда встает вопрос о следующей цели. После иракского Мосула планируется освобождение сирийской Ракки — второго крупного оплота боевиков ИГ. При этом участие ни российских, ни сирийских военных в этой операции американцами не планируется. Закономерно встает вопрос, чьими руками будет осуществляться освобождение этого сирийского города. США, Франция и другие члены коалиции будут осуществлять поддержку с воздуха, но без наземной операции, причем в городских условиях освобождение города невозможно. Кроме того, не совсем понятно, на каком юридическом основании они будут участвовать в боевых операциях. Непонятно многим, но не членам американской коалиции. Госдеп США назвал «оскорбительным» само сравнение российско-сирийской операции по освобождению восточного Алеппо и американской операции в Мосуле. С его точки зрения, радикальное отличие этих операций заключается в том, что в Сирии Россия поддерживает режим Б. Асада, а в Ираке действует «коалиция 66 наций», которая пользуется «обширной поддержкой и легитимностью у международного сообщества».
При дальнейшей неспособности СБ ООН прийти к согласованной позиции по поводу завершения военных действий и без уточнения вопросов постконфликтного урегулирования, война в Сирии будет продолжаться если не бесконечно, то еще очень долго.
По представлениям американцев, единственной внутрисирийской силой, способной на наступление в этом регионе, остаются курды. О какой-либо координации с сирийскими правительственными силами речи просто не идет. Одновременно, взятие курдскими силами Ракки будет автоматически означать включение этого региона в «Демократическую систему Рожавы и северной Сирии» — своего рода курдской федерации в составе Сирии, о создании которой было объявлено в марте 2016 г. Однако в реальности курдские отряды не столь грозны, как их хотят видеть покровители. И тому есть несколько причин: их иррегулярность, неизжитая партизанщина, слабая воинская дисциплина и оторванность от родных мест, что резко снижает мотивацию. Кроме того, следует учесть и тот фактор, что местное арабское население крайне негативно воспринимает таких «освободителей». Для других народностей Сирии приход курдов тоже не означает наступление спокойной жизни. И изгнание — самое мягкое, что их может ожидать.
Надо заметить, что, несмотря на то, что практически все резолюции Совбеза ООН в отношении Сирии указывают на необходимость осуществления «политического перехода под руководством и при активном участии самих сирийцев», будущее страны решается за ее пределами. Между тем ни одна из резолюций СБ ООН по Сирии не предусматривает никакого иностранного вмешательства в сирийский конфликт. Напротив, в них неоднократно подчеркивалась необходимость урегулирования конфликта самими сирийцами. Международному сообществу отводится роль посредника в переговорах и наблюдателя на выборах.
Вопросы будущего государственного устройства
В настоящий момент как правительство, так и практически все силы политической оппозиции выступают за сохранение территориальной целостности Сирийской Арабской Республики. Однако до сих пор дискуссионным остается вопрос о характере государственного устройства страны — останется ли Сирия унитарным государством или будет федеративным. Вопросы федерализации не являются популярными ни у сирийского руководства, ни у сил оппозиции, помимо курдов.
Между тем страна фактически уже несколько лет разделена, и перспективы возрождения в Сирии в границах до 2011 г. без урегулирования курдского вопроса эфемерны. И хотя вопрос курдской автономии сейчас можно считать фактически решенным, характер и правовое оформление автономии до сих пор не определены. Курды занимают в Сирии северо-восточные территории в мухафазе (провинции) Хасаке, а также ряд областей на северо-западе страны в провинции Алеппо. Фактически весь север Сирии занимает т. н. «Сирийский Курдистан» (или «Западный Курдистан», «Рожава», как называют его сами курды). Курдские лидеры уже заявляют о планах по включению Ракки (после ее освобождения, конечно) в состав курдского автономного региона. Почти все проекты мирного устройства послевоенной Сирии включают запрет на формирование партий на этнической или «географической» основе, что ставит под угрозу само существование политических сил, отстаивающих права курдов в Сирии.
Действующая Конституция Сирии 2012 г. также запрещает создание партий на племенной или региональной основе (ст. 8). Таким образом, допускать курдские партии в легальную политическую борьбу не планируют ни правительственные силы, ни оппозиционеры. Судьба сирийских курдов с правовой точки зрения остается туманной, как и особенности будущего государственного устройства Сирии.
Почти все проекты мирного устройства послевоенной Сирии включают запрет на формирование партий на этнической или «географической» основе, что ставит под угрозу само существование политических сил, отстаивающих права курдов в Сирии.
Переходный правительственный орган
Основными документами СБ ООН по вопросу мирного урегулирования в Сирии остаются Женевское коммюнике от 30 июня 2012 г. и Резолюция Совбеза ООН 2254 (2015). В Резолюции 2254 (2015), принятой 18 декабря 2015 г., говорилось о необходимости создания переходного руководящего органа (transitional governmental body), необходимости разработки новой конституции Сирии и проведения свободных и справедливых выборов в 18-месячный срок. Несмотря на то, что указанный срок еще не истек, какие-либо реальные действия по созданию переходного руководящего органа так и не были предприняты. В 2016 г. в Сирии прошли очередные выборы в Народный совет, и по разным причинам результаты этих выборов не были приняты на Западе.
В любом случае попытка создания переходного руководящего органа (ПРО) натолкнется на ряд пока не разрешимых вопросов. Согласно тексту Резолюции 2254, данный переходный руководящий орган должен: 1) обладать «всей полнотой исполнительной власти»; 2) быть сформирован на основе «взаимного согласия» и 3) обеспечить преемственность государственных институтов.
Каждое из этих положений вызывает ряд как правовых, так и чисто практических вопросов. Во-первых, если ПРО обладает всей полнотой исполнительной власти, то необходимо понимание, что он полностью исполняет функции, возложенные как на правительство, так и на президента, или же ПРО и президент (действующий?) сосуществуют в этот переходный период.
Тут, очевидно, возможны всего три варианта, каким объемом власти будет обладать ПРО:
ПРО выполняет функции, которые предусмотрены конституцией Сирии для Совета министров;
переходный руководящий орган совмещает функции президента и Совета министров в объеме, предусмотренном конституцией Сирии;
ПРО будет осуществлять специально оговоренные в отдельном документе полномочия.
Очевидно, что принятие третьего варианта требует разработки некого надконституционного документа, в котором будут сформулированы основные принципы деятельности ПРО и его полномочия. Кто будет уполномочен его разрабатывать и на каких условиях?
Есть и четвертый вариант, который не вытекает из Резолюции 2254 (2015) СБ ООН, однако предлагается сирийскими оппозиционерами, — переходный руководящий орган будет выполнять функции не только исполнительной власти, но и законодательной, поскольку, по их мнению, нельзя доверять сирийскому парламенту при его нынешнем способе формирования.
Вторым важным вопросом остается проблема выборов членов ПРО. Кто будет их инициировать и на каких условиях возможно их проведение? В настоящий момент внутренние оппозиционные силы Сирии предлагают формирование коллегиального органа, состоящего, например, из 30 человек, который будет формироваться следующим образом: треть назначается (выбирается?) действующим правительством, треть представляет оппозиционные силы и оставшаяся часть формируется некими независимыми фигурами, названными СБ ООН. Однако сомнительно, что оппозиционные силы (перечень которых до сих пор не определен) смогут избрать из своих рядов 10 человек, представляющих их интересы и одновременно готовых работать с правительством.
Когда в товарищах согласья нет
При дальнейшей неспособности СБ ООН прийти к согласованной позиции по поводу завершения военных действий и без уточнения вопросов постконфликтного урегулирования, война в Сирии будет продолжаться если не бесконечно, то еще очень долго. В связи с этим генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун повторно предложил передать «сирийское досье» на рассмотрение Международного уголовного суда. Это, конечно, может способствовать наказанию виновных (хотя есть ли невиновные в гражданских войнах?), но само по себе никак не приведет к мирному урегулированию.
Сообщается также о планах будущего генерального секретаря ООН Антонью Гутерриша по созданию отдельного органа в рамках ООН для разрешения сирийского конфликта по примеру Ближневосточного агентства ООН для помощи палестинским беженцам (UNIRWA) и Временных сил ООН в Ливане (UNIFIL). Его внимание в первую очередь к вопросу беженцев понятно, поскольку в период с 2005 по 2015 гг. он возглавлял Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ).
Для того чтобы получить на эту деятельность мандат, необходимо заручиться поддержкой постоянных членов СБ ООН, поскольку только ему предоставлено право предпринимать меры для восстановления международного мира и безопасности. Любые действия, совершенные в обход данного положения Устава ООН, с точки зрения международного права будут считаться не только нарушением суверенитета Сирии, но и актом агрессии.
Фактическое бездействие международного сообщества и несогласованные самостоятельные действия различных стран, осуществляемые вне рамок международного права, не способствуют установлению мира в регионе и самым негативном образом отражаются на гуманитарной ситуации в Сирии. Участие России в сирийском конфликте, несмотря на значимость, имеет свои пределы, а ресурсов для наземной операции у сирийских властей все меньше. Одновременно освобождение Мосула может вызвать последствия, прямо противоположные заявленным, — очередной виток суннитско-шиитского противостояния и новые противоречия между основными региональными игроками.
Палестинские власти пригрозили обратиться в Совет Безопасности ООН и иные международные институты, чтобы заблокировать последние законодательные инициативы правительства Израиля, которые, по их словам, грозят "катастрофой" ближневосточному региону.
Палестинцев возмутили два законопроекта, которые накануне одобрила профильная министерская комиссии. Первый касается легализации форпостов, самовольно построенных еврейскими поселенцами на оккупированном Западном берегу реки Иордан. Во втором речь идет об ограничении громкости репродукторов мечетей, которые используются, чтобы несколько раз в день созывать мусульман на молитвы.
"Недавние израильские инициативы ведут к катастрофе в регионе", — цитирует официальное агентство ВАФА пресс-секретаря президента Палестины Набиля Абу Рудейну.
"Палестинское руководство обратится в Совет Безопасности ООН и другие международные институты, чтобы не допустить их реализацию", — предупредил он.
Оба законопроекта подлежат утверждению парламентом Израиля.
Законопроект о форпостах был одобрен израильскими министрами, несмотря на возражения главы кабинета Биньямина Нетаньяху, опасающегося осложнения отношений с международным сообществом и, прежде всего, американской администрацией. Инициатива предлагает заменить снос поселенческого самостроя на принудительный выкуп у собственников-палестинцев земельных наделов, на которых стоят такие форпосты. По оценкам СМИ, это позволит легализовать до трех тысяч домов на Западном берегу.
Поселенческую деятельность на оккупированном Западном берегу и в аннексированном Восточном Иерусалиме, где уже живут почти 600 тысяч израильтян, принято считать главным раздражителем в отношениях Израиля с международным сообществом и одним из основных препятствий в поисках мира с палестинцами, которые воспринимают строительство жилья как политику закрепления еврейского государства на завоеванных территориях.
В отличие от инициативы легализации поселенческих форпостов, проект "Закона о муэдзинах" получил одобрение главы израильского правительства Биньямина Нетаньяху. Он сообщил, что к нему "многократно обращались приверженцы всех религий из всех частей израильского общества с жалобами на излишний шум, который исходит из звукоусилителей молельных домов".
"Израиль — страна, уважающая свободу вероисповедания для всех религий. Израиль также обязан заботиться о тех, кто страдает от излишнего шума. Во многих городах Европы и арабского мира ограничивают уровень шума. Мы так же поступим у нас", — написал он в социальной сети Facebook.
Ливан в тройном прицеле враждебных пушек
Автор: Сергей КОЖЕМЯКИН.
Политическая неопределённость в Ливане, продолжавшаяся больше двух лет, завершилась. 31 октября депутаты парламента наконец-то избрали президента. Им стал Мишель Аун, считающийся союзником Ирана, Сирии и движения «Хезболла». Но ставить точку в затянувшемся кризисе рано.
Взлёты и падения генерала Ауна
Президентские выборы в Ливане вполне могут претендовать на место в Книге рекордов Гиннесса. 45 неудачных попыток на протяжении двух с половиной лет больше напоминали сериал с однообразным сюжетом, чем серьёзный политический процесс. Характерно, что самой популярной шуткой последних месяцев стало сравнение Ливана с Бразилией. Латиноамериканской стране, говорили жители, понадобилось меньше времени, чтобы получить президента-ливанца, чем самому Ливану. Речь идёт о процессе импичмента, в результате которого на смену Дилме Руссефф пришёл Мишел Темер — сын эмигрантов из этого ближневосточного государства.
Но в подобных шутках была большая примесь горечи. Отсутствие главы государства привело к фактическому параличу всей системы власти, основанной на взаимозависимости президента, правительства и парламента. И это в условиях огромных угроз безопасности Ливана! Напомним, что в 2014 году страна пережила вторжение отрядов «Джебхат ан-Нусры» и «Исламского государства» из Сирии. Боевики захватили город Арсаль и были выбиты оттуда после тяжёлых боёв. Тем не менее экстремисты до сих пор контролируют горные районы на северо-востоке страны.
Зависимость Бейрута от сирийского конфликта огромна. И дело не только в боевых действиях, которые проходят у самой границы. За последние годы страна приняла 1,5 миллиона беженцев, и это при том, что её собственное население едва превышало 4 миллиона. Кроме того, гражданская война в соседней стране является главным фактором, влияющим на внутриполитические процессы в Ливане. Эпопея с выборами — не исключение.
На сегодняшний день парламент практически поровну поделён между двумя коалициями — альянсом «8 марта» и альянсом «14 марта». Главной линией раскола является позиция в отношении Сирии. Если первый блок поддерживает законное правительство Асада, то второй — требует его ухода. Во внешней политике альянсы ориентированы на Иран («8 марта»), США и арабские монархии («14 марта»).
Это разделение привело к тому, что ни один из блоков не мог заручиться поддержкой достаточного числа депутатов на выборах президента. Лежащий в основе политической системы Ливана принцип конфессионализма закрепляет президентскую должность за христианином-маронитом. Однако маронитская община разделена на несколько партий, поэтому каждый альянс предложил собственного кандидата.
После десятков неудачных попыток президентом наконец был избран Мишель Аун. Жизненный путь 81-летнего политика и военного состоит из взлётов и падений. Во время гражданской войны 1975—1990 годов генерал Аун возглавлял вооружённые формирования, которые выступали на стороне правительства, а затем был назначен командующим армией. В 1988-м он поднялся на вершину власти. Перед истечением срока своих полномочий президент Амин Жмайель назначил генерала главой правительства. Таким образом, в его руках сосредоточилась огромная власть — премьер-министра, исполняющего обязанности президента и командующего вооружёнными силами. Однако в условиях раскола страны на враждующие лагеря это могущество оказалось видимым. Не способствовал закреплению своего влияния и сам Аун, опрометчиво объявивший войну Сирии, чьи войска за несколько лет до этого вошли в Ливан. В итоге в 1990 году он потерял все посты и уехал во Францию.
В эмиграции Аун создал Свободное патриотическое движение, добивавшееся ухода сирийских войск. «Кедровая революция» 2005 года, казалось бы, исполнила желания Ауна: Дамаск вывел свой контингент, а он сам смог вернуться на родину. Генерала прочили в лидеры пришедших к власти прозападных сил, однако Аун неожиданно объявил об уходе в оппозицию и заключил союз с «Хезболлой». Свой выбор он объяснил тем, что это движение является частью ливанского общества и выражает его чаяния. Более того, генерал выступает против разоружения «Хезболлы» и вывода её отрядов с занимаемых районов на юге и востоке страны. В условиях слабости правительственной армии именно эти подразделения, считает Аун, защищают Ливан от израильской агрессии и угрозы со стороны экстремистов.
После начала сирийского кризиса сформированный шиитской партией «Амаль», Свободным патриотическим движением, «Хезболлой» и рядом других партий альянс «8 марта» выступил против агрессии США и Саудовской Аравии под видом помощи сирийской оппозиции. По мнению Ауна, целью этого вмешательства является и Бейрут. «США работают над дестабилизацией Ливана и желают новых столкновений в нашей стране», — заявлял он.
В своём первом выступлении после приведения к присяге президент пообещал, что будет решительно бороться с терроризмом и добиваться возвращения оккупированных Израилем районов на юге Ливана. Кроме того, Аун призвал все партии и конфессии отбросить разногласия ради укрепления единства страны.
Неустойчивое равновесие
Избрание Мишеля Ауна — несомненная победа патриотических сил. Первыми, кто поздравил его со вступлением в должность, стали главы Ирана и Сирии. В то же время в Израиле новость была воспринята с нескрываемым раздражением. Там в унисон утверждают, что избрание Ауна позволит «Хезболле» и Тегерану «навязать собственную повестку дня». «Президентская гонка была рукопашной схваткой Ирана и Саудовской Аравии, — пишет ведущая израильская газета «Гаарец». — Победа Ауна — это плохая новость для нас».
В то же время говорить об окончательном урегулировании политического кризиса преждевременно. Избрание президента стало результатом хрупкого компромисса, возможность которого казалась невероятной совсем недавно. 31 октября за Мишеля Ауна проголосовали не только депутаты из его альянса, но и значительная часть коалиции «14 марта». Её лидер Саад Харири долгое время считался главным проводником западного и саудовского влияния. Богатейший житель Ливана, он унаследовал от отца — Рафика Харири (премьер-министра в 1992—1998 и 2000—2004 годах) не только амбиции, но и бизнес. Источник многомиллиардного состояния — строительная компания Saudi OGER, выполняющая подрядные работы в Саудовской Аравии.
Находясь в зависимости от королевства, Саад Харири послушно выполнял требования Эр-Рияда: обвинял Иран, Асада и «Хезболлу» и даже, по некоторым данным, поддерживал вооружённую сирийскую оппозицию. Однако саудовскую сторону, видимо, стала раздражать его недостаточно активная позиция. Начиная с прошлого года бизнес Харири стал испытывать большие проблемы. Saudi OGER лишилась нескольких контрактов и вынуждена массово увольнять сотрудников.
Всё больше признаков свидетельствовало и о том, что Эр-Рияд поменял ставку и выбрал другого представителя своих интересов — экс-министра юстиции Ашрафа Рифи. На муниципальные выборы в мае этого года Рифи пошёл с собственным списком и добился неожиданного успеха. В Триполи — втором по величине городе страны, считающемся центром суннитов Ливана, — его сторонники теперь контролируют горсовет.
Чтобы не остаться на обочине политической жизни, Саад Харири пошёл на сближение со вчерашними противниками и поддержал избрание Ауна. Президент в свою очередь обязался назначить Харири премьер-министром, что и произошло 3 ноября.
Теперь в Ливане будет сформировано новое коалиционное правительство, составленное из представителей двух альянсов. Но его устойчивость вызывает сомнения. От Харири отвернулись многие прежние соратники, обвинившие лидера в предательстве. Нет единодушной поддержки политической сделки и в блоке «8 марта». Одним из скептиков является спикер ливанского парламента Набих Берри, возглавляющий шиитскую партию «Амаль».
Антиливанский триумвират
Шаткость внутриполитической конструкции усугубляется неослабевающим внешним давлением. Вашингтон и Эр-Рияд считают Ливан «слабым звеном» Ближнего Востока, установив контроль над которым, можно будет влиять и на Сирию, и на Иран. 24 октября состоялось заседание саудовского кабинета министров, принявшее специальное заявление по Ливану. В нём прямо говорится, что Эр-Рияд продолжит активную борьбу с «Хезболлой», «направленную на разоблачение её террористических и преступных действий».
Одновременно с этим саудовское правительство, а также министерство финансов США ввели санкции против одной компании и нескольких физических лиц, подозреваемых в финансировании ливанского движения. В арабских монархиях развернулась настоящая «охота на ведьм». Граждан, подозреваемых в сотрудничестве с «Хезболлой» и Ираном, бросают в застенки. В конце октября в Объединённых Арабских Эмиратах вынесли приговор группе граждан, обвиняемых в передаче секретной информации. Три человека осуждены на пожизненное заключение, остальным «посчастливилось» получить 10—15-летние тюремные сроки.
Главным «преступлением» «Хезболлы», напомним, являются участие в операциях против экстремистских группировок в Сирии и Ираке, а также откровенные заявления её руководителей. «США намеренно усугубляют конфликт в Сирии, чтобы спровоцировать развал страны. Именно Вашингтон создал и поддерживает террористические организации», — заявил недавно генеральный секретарь «Хезболлы» Хасан Насралла.
Такие высказывания не остаются без последствий. Анализ событий позволяет предположить, что в ближайшее время Ливан попытаются спровоцировать на конфликт. Главную роль при этом будет играть Израиль. Общественное мнение в стране активно готовят к войне с северным соседом. «В обозримом будущем нам угрожает война с коварным и отлично вооружённым противником… Это будет полномасштабная война, и она будет решающей», — сообщил заместитель начальника генштаба израильской армии Яир Голан. Ему вторит постпред Израиля в ООН Дани Даннон. «Настало время изгнать силы «Хезболлы» из южного Ливана», — возгласил он с трибуны международной организации.
В сентябре в Израиле прошли общенациональные военные учения, цель которых — подготовка к войне с Ливаном — подчёркивалась особо. Среди населения разжигается военная истерия. «Массированная ракетная атака «Хезболлы» приведёт к громадным разрушениям и потерям среди мирного населения, исчисляемым сотнями погибших», — пугает газета «Иерусалим пост».
Провокации уже происходят. Израильская авиация наносит регулярные удары по позициям «Хезболлы» в Сирии. В конце августа был уничтожен штаб ливанского отряда, сражавшегося против боевиков «Исламского государства» в горах Каламун. В том же месяце израильские ВВС разбомбили конвой «Хезболлы» к северу от Дамаска. Всё это, отметим, происходит при полном молчании со стороны России, обещавшей защищать воздушное пространство Сирии.
Основными союзниками Израиля выступают США и Саудовская Аравия. «Хезболла» в Сирии не должна быть неприкосновенной», — заявляет издание «Вашингтон пост» и советует «взять на мушку любые её войска». «Атака США на «Хезболлу» порадует и приободрит друзей Вашингтона и сорвёт планы его противников», — резюмирует издание. Очевидно, что без сигнала сверху подобные воинственные лозунги в ведущем американском издании вряд ли бы появились.
Укрепляется и неофициальное сотрудничество с Эр-Риядом. В последнее время состоялись визиты в Израиль руководства саудовской разведки и Института стратегических исследований. Кроме того, известно как минимум о двух встречах израильского премьера Биньямина Нетаньяху с министром обороны королевства Мухаммадом ибн Салманом.
В стремлении ослабить Иран и добиться смены власти в Сирии внешние силы будут пытаться взорвать Ливан изнутри. Остановить разрушительную детонацию может только мудрость ливанских политиков.
Георгий Каламанов принял участие в рабочем визите Дмитрия Медведева в Палестину.
Заместитель Министра промышленности и торговли Российской Федерации Георгий Каламанов принял участие в рабочей поездке Председателя Правительства РФ Дмитрия Медведева в Палестину.
В ходе визита обсуждались вопросы экономического и гуманитарного сотрудничества двух стран, а также проблематика палестино-израильского диалога и обеспечения безопасности на Ближнем Востоке.
«Между нашими странами традиционно поддерживается активный диалог, в том числе на высшем уровне. Лидерами наших стран достигнуты договоренности о создании максимально благоприятных условий для развития сотрудничества в торгово-экономической, промышленной, инвестиционной и других важных сферах. Это тем более актуально с учетом задач увеличения показателей российско-палестинского товарооборота, который в 2015 году вырос по сравнению с предыдущим годом более чем в два раза», – отметил Георгий Каламанов.
Замглавы Минпромторга России отметил, что промышленное сотрудничество должно стать локомотивом в процессе поиска новых точек роста. В последние годы наблюдается тенденция к расширению такого взаимодействия, которое позволит эффективно и своевременно оказывать со стороны профильных министерств и ведомств России и Палестины поддержку текущим и будущим двусторонним проектам промышленной направленности в области авиа- и автомобилестроения, энергетического машиностроения, фармацевтики и других сферах.
Говоря о потенциальных совместных проектах, Георгий Каламанов отметил готовность ряда российских компаний к сотрудничеству с палестинскими партнерами по самым разным направлениям, в числе которых фармацевтическая, химическая промышленность, транспортное машиностроение, авиастроение, цветная и черная металлургия, радиоэлектронная промышленность и другие.
Также в рамках рабочей поездки было подписано соглашение по линии Минпромторга России – Меморандум о взаимопонимании между Ассоциацией кластеров и технопарков и Палестинским Генеральным управлением промышленных городов и свободных промышленных зон. С российской стороны документ подписал директор Ассоциации кластеров и технопарков Андрей Шпиленко, с палестинской – Министр национальной экономики Абир Оде.
Прогрессивные профсоюзы набирают силу
Автор: Андрей БИРЮКОВ.
В Дурбане, ЮАР, успешно завершил работу XVII Всемирный конгресс профсоюзов. В нём приняли участие 1520 делегатов из 112 стран, в том числе из России. 31% делегатов представлял профсоюзы государственных секторов экономики и 69% — частных секторов. Среди профсоюзных представителей было 340 женщин. Конгресс прогрессивных профсоюзов проходил под лозунгами: «Борьба — Интернационализм — Единство!», «Вперёд! За удовлетворение современных потребностей рабочего класса!», «Против бедности и войн, порождённых капиталистическим варварством!» Успешной работе конгресса способствовала его тщательная подготовка. В частности, опубликованный заранее отчёт о деятельности Всемирной федерации профсоюзов за период с 2011 по 2016 год позволил входящим в ВФП организациям сделать предварительную оценку работы федерации, а в ходе конгресса делегатам сосредоточиться на узловых проблемах профсоюзного движения.
ПРЕДСТАВИТЕЛЬНЫЙ ПРОФСОЮЗНЫЙ форум открыл президент ЮАР Джейкоб Зума. Он отметил, что южноафриканцы высоко ценят тот факт, что конгресс ВФП впервые проходит в их стране. По его мнению, это событие имеет важное значение для сохранения исторической памяти о совместной борьбе народа ЮАР и ВФП против апартеида. По всему миру ВФП организовала мощную международную кампанию солидарности в поддержку борьбы за освобождение. Она протянула руку помощи и солидарности южноафриканским трудящимся и их профсоюзам задолго до того момента, когда в 1962 году ООН официально осудила апартеид в Южной Африке.
Далее Джейкоб Зума, высоко оценив проблематику конгресса, подчеркнул: факты нашей современности показывают — власть имущие ничего не уступают без борьбы.
Что касается Южной Африки, то необходимо отметить, что в ней был осуществлён успешный переход к свободному и демократическому государству, а в настоящее время ведётся борьба за достижение социально-экономической свободы южноафриканского народа. На этом этапе одним из важных завоеваний стали разработка и принятие Конституции, которая закрепляет права трудящихся, и прогрессивного законодательства, которое обеспечивает права работников. Такие сдвиги потребовали значительных усилий. Свой вклад в этот процесс вносят профсоюзы и их лидеры, вырабатывающие стратегию защиты интересов и прав наёмного труда.
Далее Дж. Зума, подчеркнув, что мировая экономика переживает сложный период, отметил: глобальное промышленное производство и мировая торговля остаются «приглушёнными». Падение инвестиций во многих странах сказалось на сокращении внешней торговли и оказало негативное влияние на положение работников по всему миру.
В этих условиях ЮАР сосредоточивает внимание на действенных средствах контроля в собственной экономике. Однако ответственность за управление внутренними экономическими условиями лежит не только на правительстве. Свою долю ответственности, по мнению президента, несут и рабочий класс, и бизнес. В ЮАР прилагаются значительные усилия для возобновления экономического роста, для сохранения существующих и создания новых рабочих мест. Первостепенное внимание уделяется горнодобывающей и обрабатывающей промышленности, сельскому хозяйству и инфраструктуре. Дж. Зума выразил уверенность в том, что делегаты конгресса предложат действенные варианты проведения в жизнь прогрессивных экономических мер, направленных на улучшение положения рабочих в условиях депрессии мировой экономики.
С БОЛЬШИМ ВНИМАНИЕМ делегаты заслушали отчётный доклад генерального секретаря ВФП Г. Маврикоса. Он носил программный характер. В своём обращении к конгрессу Маврикос отметил рост влияния ВФП, подчеркнув, что за пятилетний период численность членов профсоюзов, входящих в федерацию, увеличилась на 18% и достигла 92 миллионов человек. И если в 2011 году ВФП была представлена в 100 странах, то ныне её подразделения действуют в 126 государствах.
Он также подчеркнул, что борьба профсоюзов ВФП за права рабочего класса ведётся в условиях глубокого экономического кризиса капитализма и ужесточения антирабочей и антинародной политики правящей буржуазии. Факты показывают: эксплуатация рабочей силы увеличивается, трудовые, социальные и демократические права подвергаются ограничениям и урезанию, а основные современные потребности трудящихся весьма далеки от удовлетворения, более того, огромная часть населения стала ещё беднее. На международной арене заметно растёт агрессивность империализма, расширяется вмешательство НАТО в конфликты на Ближнем Востоке и в Восточной Европе.
Стратегия деятельности ВФП в отчётный период была направлена на дальнейшее развитие борьбы профсоюзов за права и интересы трудящихся на всех континентах. Подавляющее большинство рабочих осознают, что только через коллективную борьбу можно отстоять свои права и добиться удовлетворения своих современных потребностей. Благодаря напряжённой борьбе ВФП за последние пять лет у рабочих появилась возможность во многих случаях достичь конкретных решений хронических проблем.
В авангарде этой борьбы идут рядовые члены и руководящие кадры ВФП. В арсенале борьбы за права рабочего класса — забастовки, демонстрации, митинги и другие акции. Все они требуют чёткого планирования, хорошей организации и должного сопровождения и контроля. Руководящие органы ВФП своевременно противодействуют антирабочим атакам международной буржуазии, противостоят грязным клеветническим кампаниям корпоративных СМИ. ВФП решительно борется против реформаторского течения в международном профсоюзном движении, которое представляет Международная конфедерация профсоюзов (МКП). Её главный порок: стремление объединить работников в рамках «стратегии социальной демократии» и привести их к компромиссу и сотрудничеству с буржуазией с целью «модернизации и оживления капитализма».
Одна из задач ВФП — разоблачение истинной роли профсоюзных соглашателей из МКП, их своекорыстной тактики, продажности и действий за спинами рабочих. Цель нашей критики этого конформистского профсоюзного руководства — информировать рабочих, чтобы вывести их из плена мутного водоворота «жёлтого» профдвижения. Но ВФП не отождествляет обычных рабочих и рядовых членов МКП с её соглашательским руководством. Наоборот, ВФП старается привлечь этих рабочих на свои позиции и к своей борьбе.
Как далее отметил Г. Маврикос, в своих планах и деятельности ВФП исходит из того, что прогресс общества возможен только через социальную борьбу. Рабочий класс, играющий руководящую роль в профсоюзном движении, должен определять перспективы своей борьбы, повышать уровень своей сознательности и радикализировать действия, которые направлены на социальное освобождение от капиталистического рабства.
Классово ориентированное профсоюзное движение обязано объединить все составные части рабочего класса и одновременно построить свой союз с беднейшими слоями населения, с молодёжными и женскими организациями. Для этого следует уделять повышенное внимание подготовке боевых профсоюзных кадров. Они должны уважать историю рабочего класса в своих странах, изучать искусство лидерства, хорошо усвоить принципы коллективности руководства, незаменимую роль интернационализма и солидарности. Большое значение для противодействия грязной подрывной роли многих корпоративных СМИ имеет поступление точной и своевременной информации от наших профсоюзов.
Интернационализм, особенно в условиях капиталистической глобализации, остаётся движущим началом ВФП. Поэтому ВФП поддерживает право палестинского народа на свою государственность, стоит на стороне сирийского народа, отражающего натиск империалистических сил. Наше профсоюзное движение выступает вместе с народом Венесуэлы: он сам вправе определить своё будущее. ВФП вместе с Кубинской революцией в борьбе за социализм и социальную справедливость. Она вместе с рабочим классом Индии, который организовал забастовку 180 миллионов рабочих, она на стороне бастующих во Франции, потому что их победа является общим успехом трудящихся.
Г. Маврикос отметил, что ВФП видит возможным к 80-летию федерации увеличить численность членов до 100 миллионов человек. Он подчеркнул, что профсоюзы являются важным инструментом сплочённости рабочего класса и их роль незаменима как при капитализме, так и при социализме.
ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ президента Конгресса южноафриканских профсоюзов (КОСАТУ) Сидимо Дламини задало боевой тон и заряженность обсуждению и выработке планов борьбы за права трудящихся в условиях мирового экономического кризиса. КОСАТУ — крупнейший в ЮАР профсоюзный центр, объединяющий около 2 миллионов человек. Он тесно сотрудничает с правительственным альянсом, в котором ведущую роль играют Африканский национальный конгресс и Южно-Африканская коммунистическая партия.
С. Дламини, затронув вопрос о национальном богатстве Южной Африки, отметил, что огромные запасы полезных ископаемых не используются на благо большинства народа страны. Они воровским образом удерживаются в руках монополистического капитала и иностранных корпораций. В результате в ЮАР один из самых высоких уровеней социального неравенства. Даже во время экономического кризиса топ-менеджеры компаний получают оклады, которые в среднем в 140 раз выше, чем зарплата рядовых работников. В то же время благодаря политике АНК, стоящей во главе демократического правительства в ЮАР, был достигнут существенный прогресс в социальном развитии. К примеру, Южная Африка лидирует в мире по объёму жилищного строительства. В стране введено бесплатное школьное образование, большинство домохозяйств имеют доступ к электричеству и воде. Вместе с тем, несмотря на имеющиеся успехи, основная часть населения остаётся в тисках крайней нищеты, убожества и безработицы.
Оратор заметил: крайне болезненно знать, что в твоей стране, имеющей богатейшие ресурсы, существует океан бедности. Он подчеркнул, что безработица стала суровой реальностью для рабочего класса во всём мире — как в развивающихся, так и в развитых странах. Поэтому профсоюзы должны противостоять углублению экономического кризиса как в эпицентрах капитализма, так и на его периферии. При этом следует учитывать, что, во-первых, международный капитал сумел не только переложить тяжесть кризиса на рабочий класс, но и возложить вину за идеологические и экономические неудачи капиталистической системы на национальные государства. Он заставляет правительства, особенно в развивающихся странах, самим объяснять разгневанным народным массам причины экономических провалов.
Во-вторых, капитал продемонстрировал, что формальные правила буржуазной демократии соблюдаются, пока они отвечают интересам господствующих классов. В моменты кризиса буржуазия без малейших угрызений совести отбрасывает эти правила ради достижения своих целей и интересов.
В-третьих, корпоративному капиталу путём политических манёвров и оказания прямого давления удалось склонить некоторые из левых партий к сотрудничеству. Это приводит к выхолащиванию программных документов и даже к предательству интересов рабочего класса. Такие явления наблюдаются, к примеру, в Греции и во Франции.
В-четвёртых, капитал использует нестабильность, созданную кризисом в развивающихся странах, чтобы навязать им неолиберальные решения и тем самым загнать эти страны в ещё более глубокий кризис. А уныние в обществе, вызванное давлением экономического кризиса, используется для создания благоприятной почвы для роста правых сил и активизации программ по отстранению от власти народных, демократических левых правительств.
Необходимо также принимать во внимание общие закономерности в возникновении дестабилизирующих процессов. Всякого рода «цветные революции» происходят преимущественно в странах, которые имеют стратегические природные ресурсы (особенно газ и нефть) или представляют интерес с точки зрения военных и геополитических интересов империалистических сил. Остриё атак мировой капитал направляет прежде всего на правительства, которые проводят антиимпериалистическую, социалистически ориентированную политику. Как правило, в этих странах США через своих агентов поддерживают движения, которые занимают антикоммунистические и антисоциалистические позиции и ведут прокапиталистическую и проимпериалистическую пропаганду.
В завершение выступления С. Дламини отметил, что сегодняшнее материальное положение рабочего класса во всём мире таково, что делает возможным для левых сил завладеть стратегической инициативой и возглавить борьбу пролетариата. К сожалению, сейчас в наших рядах наличествуют некоторое замешательство и раздробленность. В результате правые получают возможность вовлекать рабочий класс в реализацию своих планов, противоречащих долгосрочным интересам трудящихся. Поэтому основной вопрос, на который должен ответить данный конгресс: каким образом построить единое, боевое профсоюзное движение, способное активно действовать в борьбе за рабочие интересы и укреплять своими кадрами прогрессивные марксистско-ленинские политические организации для ведения интенсивной борьбы за социализм.
Выступавшие на конгрессе делегаты из разных стран мира выражали интернациональную солидарность с народами всего Африканского континента. Они решительно поддержали курс ВФП на консолидацию и укрепление прогрессивного профсоюзного движения, твёрдо стоящего на принципах пролетарского интернационализма и классовой солидарности.
Конгресс выбрал новый состав руководящих органов и утвердил Политическую платформу действий Всемирной федерации профсоюзов на 2016—2020 годы. Подавляющим большинством голосов (94%) на должность генерального секретаря ВФП вновь избран Георгиос Маврикос.
![Главное](/images/star.png)
Пресс-конференция Дмитрия Медведева для российских журналистов.
Председатель Правительства ответил на вопросы журналистов об итогах визитов в Израиль и Палестину.
Из стенограммы:
Вопрос: В последнее время Россия активно действует в направлении реанимации мирного израильско-палестинского процесса. Мы знаем об инициативе встречи на высшем уровне лидеров двух стран в Москве. Мы знаем, что спецпредставитель нашей страны, замминистра иностранных дел Михаил Богданов, неоднократно приезжал для этого в Рамаллу и Иерусалим. На какой стадии находится процесс и мешает ли что-то достижению этого результата в ближайшее время?
Д.Медведев: Если говорить о стадии этого процесса, то я бы сказал, что она, к сожалению, нулевая. Такая инициатива Президента страны Владимира Путина была, и спецпредставитель ездил в Иерусалим и Рамаллу, сам Президент нашей страны разговаривал на эту тему с коллегами по телефону. Тем не менее такой встречи не произошло. Я обсуждал этот вопрос во время своих переговоров и с Премьер-министром Биньямином Нетаньяху, и с Президентом Махмудом Аббасом. Обе стороны констатируют, что прямой диалог необходим, что он может происходить без предварительных условий, но в то же время окончательной договорённости о том, чтобы такую встречу провести, пока нет. Тем не менее мы считаем, что это было бы полезно. Наша страна готова предоставить свои посреднические услуги, когда они понадобятся и, естественно, в том месте, где это будет удобно двум лидерам, если такая встреча состоится.
Кроме того, мы продолжаем работу в рамках так называемой четвёрки, или квартета посредников, к которым относятся Российская Федерация, Соединённые Штаты Америки, Евросоюз и Организация Объединённых Наций. Там тоже есть ряд предложений, по которым необходимо проводить консультации и которые могли бы помочь процессу. Наконец, очень важным в этом процессе будет позиция других стран, в том числе и позиция Соединённых Штатов Америки, которые в последнее время какой-то особой активности в этом направлении не проявляли. Но, может быть, после смены администрации такого рода активность будет более высокой. Мы свои усилия собираемся продолжать.
Вопрос: Довольно давно обсуждается тема заключения соглашения о зоне свободной торговли между Евразийским экономическим союзом и Израилем. Россия сейчас находится под санкциями и нуждается в дополнительных партнёрах. Израиль тоже довольно давно ищет дополнительные рынки сбыта. Обсуждалась ли эта тема на прошедших переговорах? Если да, то стоит ли ожидать каких-то конкретных интенсивных шагов в этом направлении?
Д.Медведев: Тема создания зоны свободной торговли между Евразийским союзом и Израилем обсуждалась предметно, полноценно. Мы высказали свои позиции, наши израильские партнёры – свои позиции. Сейчас важно добиться консолидированной позиции в рамках всего Евразийского союза, потому что Россия не может вести такие переговоры одна. Мы должны это делать с учётом консультаций с другими участниками Евразийского союза, в ближайшее время такие консультации будут проведены.
Наши израильские партнёры заверили нас, что они в свою очередь тоже готовы такие переговоры со своей стороны провести с другими участниками нашего Евразийского союза. Чем полезен этот процесс? Он, вне всякого сомнения, мог бы вывести торговый оборот между нашими странами, а также, что немаловажно, инвестиции и технологический обмен на качественно новый уровень. Подобного рода соглашения у Израиля есть с целым рядом других стран, в том числе очень крупных, и они дают – как сказал об этом премьер Нетаньяху, очень серьёзный прирост торговому сотрудничеству – на 100 процентов и более. Поэтому если мы сможем договориться, то это будет полезно, на мой взгляд, для всех участников Евразийского союза и для Государства Израиль. Тем более что за последнее время прямые связи между нашими странами в торговом смысле развивались не очень хорошо, потому что девальвация сыграла свою роль, есть и некоторые другие моменты. И наша задача сейчас – интенсифицировать это сотрудничество. Создание зоны свободной торговли могло бы такого рода интенсификацию обеспечить. Мы, напомню, в настоящий момент уже работаем в режиме зоны свободной торговли с Вьетнамом. Процесс переговоров с Вьетнамом был непрост, на мой взгляд, он даже в чём-то более сложен, чем потенциальные переговоры с Израилем, тем не менее мы – все пять государств, – договорились и в настоящий момент у нас уже есть вот эта самая ЗСТ с Вьетнамом. В повестке дня ещё 40 таких соглашений. Не все они в продвинутой фазе, некоторые из них пока только как идеи существуют. Но с Израилем можно было бы сделать качественный шаг вперёд. Мы об этом условились.
Вопрос: Дмитрий Анатольевич, РИА «Новости», Елена Кудрявцева. Предложенный Минэкономразвития РФ план приватизации на три года предполагает продажу целого ряда крупных активов: НМТП, «Совкомфлота», «Ростелекома», ВТБ, «Зарубежнефти» и других. Удастся ли выполнить столь амбициозный план в условиях низкого рынка или же для покрытия дефицита бюджета будет необходимо расширить список приватизируемых активов, добавив туда, к примеру, Сбербанк или «Роснефть»? И как будет реализована продажа «Роснефти» в текущем году? Будет ли это buy-back или продажа инвестору?
Д.Медведев: «Роснефть» и так в этом списке. И мы собираемся принять решение о приватизации «Роснефти». За последние годы приватизация шла достаточно медленно по разным причинам, рынок тоже был так себе. Но, может быть, и по причине того, что у нас не было необходимости за счёт источников от приватизации пополнять бюджет. Сейчас такая необходимость есть, поэтому мы интенсифицировали работу по плану приватизации. Принят целый ряд решений, это касается и «Алросы», и контрольного пакета «Башнефти». В повестке дня сейчас главная и самая большая сделка – по продаже 19,5% «Роснефти». Я надеюсь, что до конца года она будет осуществлена и мы получим те доходы, которые были запланированы в бюджете. А это очень значительные доходы. Если говорить о совокупном доходе от продажи «Роснефти» и «Башнефти», то он превышает триллион рублей. Для этого сейчас эксперты ведут работу, Минэкономразвития и сама «Роснефть».
Вопрос: Вернётся ли Правительство в следующем году к обсуждению нового бюджетного правила? И если да, то с каких позиций? Предполагается ли возврат жёсткого контроля над тратами бюджета для пополнения резервов?
Д.Медведев: Отвечу так, как ситуация выглядит на сегодня. Первое: наличие правила лучше, чем его отсутствие, несмотря на то что прежнее бюджетное правило все критиковали. Сначала Минфин предложил правило, Правительство на него пошло, потом Минфин начал это правило критиковать. Но в любом случае работа по бюджетному правилу лучше, чем работа в ситуации, когда доходы бюджета распределяются вне каких-либо правил. Поэтому скажу так: мы считаем разумным такое правило сформулировать, и, скорее всего, на это надо пойти. Каким будет содержание этого правила, зависит от массы причин. В том числе и от текущих цен на нефть, газ, другие сырьевые товары, вообще от доходов бюджета и от наших стратегических приоритетов. Думаю, что в ближайшие несколько месяцев мы определимся, как поступить.
Вопрос: Трамп говорил о готовности выстраивать диалог с Россией. Может ли это повлечь за собой снижение давления Вашингтона на ЕС и отмену антироссийских санкций? Не планирует ли Правительство подготовить ещё один вариант макропрогноза на следующий год, исходя из возможности отмены этих санкций?
Д.Медведев: У нас есть консервативный вариант, совсем консервативный, более или менее оптимистический вариант – они по-разному называются. Но если вы полагаете, что мы должны создать «прогноз Трампа» для нашего бюджета, то этого, естественно, не будет. Мы ориентируемся на свои приоритеты, которые никак не завязаны на действия иностранных властей, а исходят из наших предположений о текущем состоянии российской экономики. Тем не менее они, конечно, включают в себя ряд допущений. Когда мы готовили прогноз на 2017, 2018, 2019 годы, я об этом сказал, и Министр экономического развития это подтвердил, когда этот прогноз представлял на заседании Правительства. Мы исходим из предположения о неизменности санкций просто как из отрицательного предположения. Если ситуация изменится – что ж, хорошо. Не изменится – значит, мы заложили более жёсткие критерии и сможем исполнить все обязательства, для нас это самое главное, в том числе и социальные обязательства. Поэтому вне зависимости от результатов выборов в какой бы то ни было стране, в том числе такой важной, как Соединённые Штаты Америки, наши предположения остаются неизменными, в том числе и предположения по сохранению санкций. Если ситуация изменится в этом случае, мы, может быть, что-то изменим и в наших предположениях, наших сценарных условиях. Сейчас ничего корректировать не будем.
![Главное](/images/star.png)
Россия и Палестина – движение вперед.
Статья Дмитрия Медведева.
На нашей планете есть места, которые никого не оставят равнодушным – так много сокровищ цивилизации там сконцентрировано. Одно из них – священная земля Палестины, колыбель культур и религий, многострадальная арена столкновений и вековых конфликтов, место исторической памяти и неиссякаемого паломничества. Невозможно без душевного трепета перелистывать страницы исторической летописи Палестины. Здесь сошлись важнейшие духовные и политические нити не только бижневосточного региона, но и всей цивилизации. Поэтому для меня приезд сюда – больше, чем обычный международный визит.
В Москве дорожат дружественными российско-палестинскими отношениями, насчитывающими не один десяток лет. Мы неизменно поддерживали палестинский народ, выступали за справедливое решение палестинской проблемы на основе резолюций Совета Безопасности ООН и Генеральной Ассамблеи ООН.
Ближний Восток сегодня – пространство драматических событий и человеческих трагедий. Недальновидность одних правителей, не сумевших вывести свои страны и общества на путь современного развития, и безответственность, эгоизм других, решивших, что вправе вмешиваться извне во внутренние дела других ради достижения собственных интересов, превратили потенциально процветающий регион в зону конфликтов. Терроризм и межконфессиональная рознь - это угроза всем странам не только в этой части мира, но практически повсюду. Но именно здесь нужно начинать распутывать тугой клубок противоречий, которые несут нестабильность.
Палестинский вопрос как будто отступил в тень этих бурных событий, однако Россия всегда придерживалась твердой позиции – его решение является первоочередным, обязательным условием всеобъемлющего и справедливого урегулирования ситуации на Ближнем Востоке в целом. Судьба палестинского народа, его государственности – индикатор того, насколько ведущие региональные и глобальные державы готовы решать наиболее острые проблемы международного развития.
Крайне важно скорейшее возобновление палестино-израильского диалога, в результате которого должен быть, наконец, решен вопрос о сосуществовании двух равноправных государств.
Отношения нашей страны с Палестиной официально берут начало с 30 ноября 1974 г., когда в Москве побывал Председатель Исполнительного комитета Организации освобождения Палестины (ООП) Ясир Арафат. С 1976 г. функционирует Представительство ООП, преобразованное в 1990 г. в Посольство Государства Палестина.
Сотрудничество развивается во многих областях. Президент Государства Палестина М. Аббас посещает Москву для доверительного обмена мнениями с российским руководством по самому широкому кругу региональных и международных проблем. Российские руководители высшего уровня трижды наносили визиты в Палестину. В апреле 2005 г. и в июне 2012 г. Рамаллу посещал Президент Российской Федерации В.В.Путин. У меня остались самые теплые впечатления от поездки в Иерихон в январе 2011 г. Тогда мне выпала честь открыть в этом древнейшем городе Музейно-парковый комплекс, построенный на участке, который Россия приобрела еще в XIX в. Его главное украшение и реликвия – «Библейская Смоковница», или «дерево Закхея», упомянутое в Евангелиях. В дар палестинскому народу был построен и многофункциональный комплекс на ул. В.В.Путина в Вифлееме.
Особое внимание мы уделяем укреплению экономического сотрудничества. Конечно, трудно обойти неблагоприятные факторы, связанные со сложной военно-политической обстановкой, региональной нестабильностью. Но в последнее время мы добились определенных успехов. Так, в апреле 2015 г. создана Российско-Палестинская Межправительственная комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству, призванная внести весомый вклад в развитие двустороннего делового партнерства.
Несмотря на скромный товарооборот, налицо позитивная динамика. К примеру, в 2015 г. объем взаимной торговли вырос по сравнению с 2014 г. в 2,3 раза. Более того, максимально льготный режим для палестинского экспорта создан в странах-членах Евразийского экономического союза (Россия, Белоруссия, Казахстан, Армения, Киргизия) – продукция освобождена от таможенных пошлин при ввозе на территорию этого интеграционного объединения со 180 миллионами потребителями. В последние годы заключен ряд межправительственных и межведомственных соглашений, выполнение которых будет способствовать развитию двустороннего сотрудничества.
«На полях» моего визита в Палестину планируется подписать новые двусторонние документы. Формируется еще более благоприятная атмосфера для совместного движения вперед, взаимных инвестиций, сотрудничества в промышленной, сельскохозяйственной, торговой и культурной сферах.
Палестина – в непростом положении, и Москва регулярно оказывает ей существенную финансовую помощь на двусторонней основе и по линии международных организаций. В последние годы Россия по сложившейся практике выделяет Палестине значительные средства на покрытие текущих бюджетных расходов: в 2006 г., 2008 г, 2010 г., 2013 г. на эти цели ассигновано в общей сложности 40 млн. долл.
В 2015 г. Палестине выделены дополнительные средства в объеме около 5 млн. долл. США на восстановление сектора Газа, пострадавшего в результате атаки Израиля в июле-августе 2014 г. В ответ на обращение М.Аббаса в августе 2014 г. Правительство России за счет своих средств обеспечило закупку партии медикаментов и медицинского оборудования для населения этого палестинского анклава, страдающего от практически полной изоляции от внешнего мира.
Россия также профинансирует восстановление исторического и религиозного центра Вифлеема – реконструкцию улицы Звезды, примыкающей к Церкви Рождества Христова. Для нас это, в том числе, означает цивилизационную ответственность за судьбы христианских святынь в Палестине. Мы признательны руководству Палестины за активное содействие в нашей работе по восстановлению и укреплению российского культурно-исторического присутствия на Святой земле. Вехами здесь стали три крупных проекта. В Вифлееме на земельном участке, переданном палестинскими властями Императорскому Православному Палестинскому Обществу, за российский счет построен Российский центр науки и культуры. Здесь же в 2014 г. введена в строй общеобразовательная школа для мальчиков, в которой с 2015 г. ведется преподавание русского языка. И во время своего визита я передам учебники русского языка для палестинских школьников.
Россия традиционно оказывает содействие в подготовке палестинских национальных кадров в тех областях, которые востребованы и сейчас, и особенно – на перспективу. Тысячи палестинцев имеют полученные в нашей стране дипломы о высшем образовании.
Палестинскому руководству, всему палестинскому народу приходится сталкиваться с многочисленными и острыми вызовами. Они усугубляются общей атмосферой неопределенности, царящей сегодня на Ближнем Востоке. Молодая, переживающая непростой процесс становления государственности Палестина особенно уязвима. Хочу заверить – Россия была и остается надежным другом палестинцев. Мы будем делать все, от нас зависящее, для благополучия и безопасности вашей страны.
![Главное](/images/star.png)
Российско-палестинские переговоры.
Обсуждались вопросы экономического и гуманитарного сотрудничества двух стран, а также проблематика палестино-израильского диалога и обеспечения безопасности на Ближнем Востоке.
Документы, подписанные по завершении переговоров:
- Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Государства Палестина о поощрении и взаимной защите капиталовложений
Подписали: с Российской Стороны – заместитель Министра экономического развития Алексей Груздев, с Палестинской Стороны – Министр национальной экономики Абир Оде;
- План реализации сотрудничества Российской Федерации и Государства Палестина в сфере профессиональной безопасности и гигиены труда, занятости и профессиональной подготовки на 2017-2018 гг. в рамках подписанного Меморандума о взаимопонимании и сотрудничестве между Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации и Министерством труда Государства Палестина в сфере труда и занятости
Подписали: с Российской Стороны – Министр труда и социальной защиты Максим Топилин, с Палестинской Стороны – Министр труда Маамун Абу Шахля;
- Совместное заявление Министра культуры Российской Федерации и Министра культуры Государства Палестина о проведении Дней российской культуры в Палестине и Дней палестинской культуры в России в 2016 – 2017 годах
Подписали: с Российской Стороны – Первый заместитель Министра культуры Владимир Аристархов, с Палестинской Стороны – Министр культуры Ихаб Бсисо;
- Соглашение о сотрудничестве между Торгово-промышленной палатой Российской Федерации и Федерацией торгово-промышленных и сельскохозяйственных палат Палестины
Подписали: с Российской Стороны – Председатель Правления, Президент Торгово-промышленной палаты Сергей Катырин, с Палестинской Стороны – Президент Федерации торгово-промышленных и сельскохозяйственных палат Халед Ризек;
- Меморандум о взаимопонимании между Ассоциацией кластеров и технопарков и Палестинским Генеральным Управлением промышленных городов и свободных промышленных зон
Подписали: с Российской Стороны – Директор Российской Ассоциации кластеров и технопарков Андрей Шпиленко, с Палестинской Стороны – Министр национальной экономики Абир Оде;
- Меморандум о взаимопонимании между АО «Особые экономические зоны» и Палестинским Генеральным Управлением промышленных городов и свободных промышленных зон
Подписали: с Российской Стороны – Директор департамента по управлению проектами и работе с инвесторами АО «Особые экономические зоны» Евгений Автушенко, с Палестинской Стороны – Генеральный Директор Палестинского Генерального Управления промышленных городов и свободных промышленных зон Али Шаат.
Совместная пресс-конференция Дмитрия Медведева и Махмуда Аббаса.
Из стенограммы:
М.Аббас (как переведено): Господин Председатель Правительства дружественной нам Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев, приветствуем Вас в качестве дорого гостя и друга в Палестине. Мы очень рады принимать Вас в Иерихоне – городе с древней историей, которому наши российские друзья уделяют много внимания и помогают в различных областях. Мы с глубокой гордостью отмечаем, что отношения между нашими странами носят исторически дружественный характер. Мы рассчитываем на их дальнейшее постоянное укрепление благодаря политической поддержке в решении палестинской проблемы со стороны России в различных международных форматах, а также с помощью обмена визитами, в том числе на высшем уровне, продолжения работы межправкомиссии, реализации соглашений (как уже подписанных ранее, так и подписанных сегодня) и совместных проектов.
Нас связывают особые отношения. В этой связи мы очень высоко ценим эффективную роль, которую играет Императорское православное палестинское общество во главе с нашим другом Сергеем Вадимовичем Степашиным. Также мы очень гордимся отношениями, которые сложились у нас с Русской православной церковью и Патриархом Кириллом.
Дорогой друг Дмитрий Анатольевич Медведев! Особо благодарю Вас за то, что Россия профинансировала мероприятия по реконструкции исторического центра в Иерихоне. В этой связи мы с Вами через некоторое время вместе торжественно откроем улицу, названную Вашим именем.
Я воспользовался возможностью встречи с господином Медведевым, чтобы рассказать, в каких тяжёлых условиях живёт палестинский народ – в условиях продолжающейся оккупации Государства Палестина со стороны Израиля, а также продолжающейся активизации поселенческой деятельности, что подрывает основы мирного решения, в условиях продолжающейся практики изменения статуса города Иерусалима, что подрывает основы его жизни. Мы считаем, что Иерусалим должен быть открыт для представителей всех трёх авраамических религий.
Разумеется, мы всегда готовы к миру с Израилем на основе решения двух государств, при условии соблюдения всех международных признанных решений, а также на основе Арабской мирной инициативы. Мы говорим всегда, что готовы признать существование Израиля, однако это не должно быть безвозмездно. Также мы обсудили вопрос проведения международной мирной конференции, которая должна состояться в конце текущего года во Франции, а также говорили о предложении Президента Российской Федерации Владимира Путина провести трёхстороннюю встречу в Москве, которую израильтяне потребовали отложить.
В любом случае мы считаем, что Россия должна играть эффективную и постоянную роль во всех событиях, касающихся мирного процесса. Кроме того, мы обсудили ситуацию в регионе, особенно в свете продолжающегося насилия и терроризма, от которого страдают народы и страны нашего региона. Мы подтвердили нашу поддержку любым международным и региональным усилиям по борьбе с терроризмом, по искоренению терроризма, экстремизма и насилия, откуда бы они ни исходили.
В заключение хотел бы ещё раз поприветствовать дорогого гостя и пожелать Вам лично здоровья и счастья, а дружественному российскому народу – дальнейшего прогресса и процветания. Да здравствует российско-палестинская дружба!
Д.Медведев: Уважаемый господин Президент Государства Палестина, Махмуд Аббас, уважаемые представители СМИ, дорогие коллеги! Прежде всего хочу поблагодарить господина Махмуда Аббаса за возможность вновь встретиться в древнейшем на Земле городе – в Иерихоне.
Действительно, наши страны – Россию и Государство Палестина – связывают давние дружеские отношения. Наша страна последовательно выступает за реализацию законных прав палестинского народа. Мы оказываем практическое содействие в развитии экономики, подготовке национальных кадров и целом ряде других вопросов.
Господин Президент сейчас сказал о тех вопросах, которые мы обсуждали в сфере ближневосточного урегулирования, палестино-израильского диалога, обеспечения вопросов безопасности в регионе. Все эти темы мы обсуждали в ходе переговоров.
Теперь о документах, которые были подписаны, и вопросах экономического и гуманитарного сотрудничества. Полезно, что мы создали полноценную межправкомиссию, которую возглавляют наши коллеги-министры и которая уже набирает обороты. Это признак выстроенных двусторонних отношений.
Я проинформировал господина Аббаса, что 10 октября этого года вступило в силу решение Евразийской экономической комиссии, которое предусматривает отмену пошлин для значительной части товаров, которые происходят из Палестины и попадают на общий рынок пяти государств Евразийского союза. Надеюсь, что от этого решения выиграют все, и мы, конечно, поможем развитию экономики Палестины.
Были подписаны документы, они важные. Это межправительственное соглашение о взаимной защите капиталовложений и целый ряд других документов. Надеюсь, они помогут укреплению взаимодействия.
Хочу поблагодарить господина Аббаса за помощь в присутствии и нашего государства, и Русской православной церкви на Святой земле. В этом смысле реализован целый ряд проектов. Мы уже кое-что сделали и собираемся продолжить эту работу, в том числе в историческом центре Вифлеема. Также мы готовы продолжить работу в гуманитарном направлении по подготовке профессиональных кадров для Государства Палестина. Мы рады тому, что в настоящий момент в университетах нашей страны учится более 500 палестинцев. Мы готовы продолжить такого рода практику и в дальнейшем.
Хочу ещё раз поблагодарить господина Президента за содержательный дружественный диалог, за приглашение посетить ваше государство. Уверен, что наша встреча будет способствовать развитию российско-палестинских отношений.
Вопрос (как переведено): Два вопроса от палестинского телевидения. Первый вопрос – господину Президенту Махмуду Аббасу. После избрания Дональда Трампа Президентом США каким Вы видите будущее сотрудничество с Америкой в том, что касается достижения мирного урегулирования? И второй вопрос – господину Председателю Правительства Российской Федерации. Как Вы знаете, Президент России Владимир Путин направил приглашение провести трёхстороннюю встречу в Москве, господин Нетаньяху от этой встречи уклонился. Каковы теперь будут новые шаги российского руководства в этом направлении?
М.Аббас (как переведено): Что касается избрания Дональда Трампа Президентом США, то это внутреннее дело американцев. Разумеется, мы следили за ходом предвыборной кампании на протяжении более чем года. Для нас важнее всего, о чём будет говорить Дональд Трамп после того, как займёт кресло Президента. Мы требуем от американцев признать Государство Палестина и согласиться работать над достижением двухгосударственного решения о создании двух государств, Палестины и Израиля, которые будут жить рядом друг с другом в атмосфере безопасности. Мы уже направили поздравление в связи с избранием Дональду Трампу и ждём теперь, что он будет делать, когда вступит в должность.
Д.Медведев: Во-первых, я хочу согласиться с тем, что сказал господин Махмуд Аббас, и высказать убеждение, что такая активная и конструктивная роль Соединённых Штатов Америки в ближневосточном урегулировании нужна, а в последнее время её особенно видно не было.
Что касается мирного процесса и переговоров, то, к сожалению, всё пока заморожено, стоит на месте, и это имеет самые печальные последствия, потому что, в конечном счёте, ведёт к эскалации насилия и умножению проблем. Россия, конечно, выступает за скорейший перезапуск палестино-израильского диалога, переговоров. Причём мы это делаем как в рамках так называемого квартета, так и в рамках наших двусторонних консультаций с Палестиной и Израилем. Вчера мы это обсуждали с Биньямином Нетаньяху, сегодня – с господином Президентом Аббасом.
Действительно, некоторое время назад Президент России предложил Москву в качестве площадки для организации прямых переговоров без всяких предварительных условий. Нам кажется, что это хорошая идея. Это точно гораздо полезнее всякого рода многосторонних мероприятий. Это предложение не отозвано, оно, что называется, находится на столе, и им можно воспользоваться в любой момент. В целом мы исходим из того, что двухгосударственное решение – это единственный способ достичь прочного мира на этой древней земле. Мы как посредники будем продолжать свои усилия. Надеемся на помощь других участников процесса, включая и новую администрацию Соединённых Штатов Америки. Но ни одна посредническая деятельность не подменит политическую волю самих участников переговоров. Это главное, и именно на это мы в конечном счёте надеемся.
Вопрос: Вопрос господину Аббасу. Если бы вновь прозвучало предложение о проведении Вашей встречи с Премьер-министром Израиля, как бы Вы сейчас на него отреагировали?
М.Аббас (как переведено): Мы готовы к такому контакту уже на протяжении долгих лет, готовы к проведению прямого диалога между Палестиной и Израилем. Доказательством этого служит то, что, когда Россия высказала свою известную инициативу, мы тут же отреагировали и поддержали её.
Кроме того, в прошлом я неоднократно лично приезжал к Биньямину Нетаньяху, чтобы с ним обсудить этот вопрос. Но самое главное – о чём мы будем вести диалог? Биньямин Нетаньяху должен понять, что, пока он сам не начнёт верить в двухгосударственное решение, никакого мира добиться не удастся. Мы ждём от Нетаньяху одной-единственной фразы: «Я поддерживаю решение двух государств в границах 1967 года». Тогда любое урегулирование станет возможным. Об этом говорит весь мир и бо?льшая часть израильского народа. Мы всегда поддерживаем стремление к миру.
Начальник штаба ВС Ирана: Угрозы Ирану скорее шутка, чем реальность
Начальник штаба Вооруженных сил Ирана генерал-майор Мохаммад Хоссейн Багери заявил, что угрожать Ирану в Персидском заливе является хвастовством и нелепостью.
Генерал-майор Мохаммад Хоссейн Багери, который выступил в четверг, в Тегеране, на церемонии в память о военнослужащих, убитых в результате взрыва на базе Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) 12 ноября 2011 г.. Он заявил, что ракетный потенциал Ирана исключает возможного вторжения любых врагов, и что они больше не смогут принимать решения о том, что Иран должен делать в своей внешней политике. "Любая война с Исламской Республикой Иран, если будет начата, не будет иметь никакого конца в перспективе", - добавил он.
Багери высмеял утверждения Дональда Трампа, прозвучавшие из его уст в период предвыборной компании, по поводу Ирана, и посчитал их обычной шуткой. "Пустое бряцание оружием от избранного президента США, является нелепым. Он высказал претензии, которые ВМС США не смогут осуществить в Персидском заливе, и Иран оспорит их в своих собственных водах, так как мы являемся основной доминирующей силой в Персидском заливе. Сегодня наши силы проявляются и на других фронтах, в том числе в Ираке и Сирии, и они (США) должны откалибровать свою оценку военной мощи Ирана", - заявил он.
По мнению начальника штаба Вооруженных сил Ирана, духовная гегемония Ирана находится на такой величине, что даже без сапог, Иран окажет сопротивление, поскольку оно будет подпитываться духовной силой.
Он также добавил, что Сирия, при помощи Ирана, наладила производство ракет в Алеппо, целью которых стали израильские города на оккупированных территориях Палестины, во время 33-дневной войны 2006 года. В настоящее время ракетный потенциал Ирана намного превосходит свои возможности, имевшиеся в годы Священной обороны (1980-1988 гг.), заявил генерал.
Медведев загладил Храмовую гору
Завершилось трехдневное турне Дмитрия Медведева по Израилю и Палестине
Александр Атасунцев
В пятницу, 11 ноября, закончилась трехдневная поездка премьер-министра России Дмитрия Медведева в Израиль и Палестину. Визит был приурочен к 25-летию установления дипломатических связей между Россией и Израилем. Премьер не скупился на комплименты, целовал кресты на Храмовой горе и касался камней Стены Плача: Москве важно было показать Израилю, что она готова искать компромисс по ряду проблемных вопросов.
Для Медведева визит в Израиль в должности премьер-министра стал первым. Медведев должен был посетить страну, еще будучи президентом России, в 2011 году, однако из-за забастовки сотрудников израильского МИДа уже анонсированная поездка сорвалась.
«Я последний раз был в Иерусалиме в 90-е годы, — заявил Медведев в разговоре с израильским премьером Биньямином Нетаньяху 10 ноября. — Спасибо за приглашение посетить государство Израиль с визитом и мне, и членам нашей делегации».
Большая часть переговоров была посвящена экономике. В прошлом году из-за нефтяного кризиса двусторонний товарооборот между странами снизился по сравнению с 2014 годом на 31,7% и составил $2,3 млрд.
Необходимость углубления экономического сотрудничества президент России Владимир Путин обсуждал с президентом Израиля Реувеном Ривлином еще в марте этого года. На этот раз политики объявили о ряде новых экономических проектов.
В частности, Федеральная таможенная служба России договорилась с израильскими коллегами об организации обмена информацией о товарах и транспортных средствах. Также была одобрена дорожная карта технического сотрудничества в сельском хозяйстве. Дополнительно было подписано соглашение о пенсионном обеспечении, касающееся граждан бывшего СССР, которые репатриировались в Израиль и были вынуждены отказаться от российского гражданства.
Вопросы безопасности и сотрудничества в военной сфере Медведев обсудил с первой политической фигурой Израиля — премьером Биньямином Нетаньяху. Тот поблагодарил Медведева за согласие помочь вернуть на родину тела израильских солдат, погибших во время израильско-палестинского конфликта 2014 года — так называемой операции «Нерушимая скала», а также за тесное сотрудничество по предотвращению военных инцидентов в небе над Сирией.
«Эта встреча была бы главным событием этих дней, если бы не выборы в США», — считает профессор Университета Бар-Илан Зеэв Ханин.
По словам эксперта, прорывов в рамках визита Медведева не было запланировано: это было политически-дипломатическое турне, призванное закрепить налаженные связи.
«В целом атмосфера была удивительно дружественной. Обе стороны всячески пытались показать неформальный характер встречи», — считает политолог, экс-советник Нетаньяху и бывший исполнительный директор Российского еврейского конгресса Бенни Брискин.
Медведев у Стены Плача
Медведев сказал, что «чувствует себя в Израиле как дома». Эти слова можно считать политическим заявлением, как и посещение храма Гроба Господня и Стены Плача, считает Брискин.
Дело в том, что 13 октября Россия поддержала египетско-палестинскую резолюцию ЮНЕСКО, которая согласовывалась с 2015 года. В ней речь шла об угрозе, которую Израиль несет для сохранности исламских исторических и религиозных памятников на Храмовой горе. Текст документа отражал прежде всего мнение делегаций Египта и Палестинской автономии.
Как утверждается в документе, Израиль (который назван оккупационной властью) принимает целый ряд мер, которые либо мешают реставрации исламских культовых сооружений, в том числе мечетям Аль-Акса и «Купол скалы» (Куббат ас-Сахра), либо ускоряют их разрушение.
Израиль считает, что этот документ фактически поддерживает исламистский терроризм. После принятия этого документа ЮНЕСКО страна приостановила сотрудничество с этой организацией ООН.
«В Израиле есть такое выражение на иврите: «Как это кушать?» Вопрос сложный. Есть вещи, которые израильтянам не нравятся. Например, автоматическое голосование России вместе с арабским блоком. Это воспринимается Израилем тяжело, потому что во всех других направлениях наши отношения развиваются», — говорит Брискин. Визит Медведева на Храмовую гору, очевидно, должен был загладить это неприятное впечатление.
«Когда мне доводилось спрашивать российских чиновников, почему те голосуют за антиизраильские резолюции, они отвечали мне: «Все равно наш голос ничего не меняет. Против вас есть блок», — добавил собеседник «Газеты.Ru». — Однако от своих друзей Израиль ждет подтверждения дружбы на международных форумах. И это главная проблема».
У России и Израиля уже есть позитивный опыт урегулирования разногласий. Например, странам удалось достичь договоренностей по Сирии, где тяжелый вооруженный конфликт угрожает израильской части Голанских высот. Израильские ВС предупреждают российских коллег в случае проведения операций на сирийской территории и вместе с тем уважают военный союз между Кремлем и действующим президентом Сирии Башаром Асадом. Асад, сотрудничающий с Ираном, не является желательной фигурой для израильских властей.
Киевский подтекст
Медведев завершил свой визит в Израиль посещением иерусалимского комплекса «Яд ва-Шем» — крупнейшего в мире центра изучения истории холокоста.
«Яд ва-Шем» — очень скорбное место. Но очень важное для всех нас. Трагедия не должна повториться», — написал глава российского правительства в книге почетных посетителей.
«Память о шести миллионах погибших евреев — страшный пример равнодушия и преступлений ХХ века — должна остаться навсегда в истории человечества», — подчеркнул Медведев. Эти слова были адресованы не только Израилю.
В конце сентября президент Ривлин, выступая в украинской Верховной раде по случаю 75-й годовщины трагедии в Бабьем Яру, напомнил, что среди пособников убийц евреев во время Второй мировой войны «особо выделялись бойцы ОУН», националистической украинской организации. Это заявление вызвало довольно резкую реакцию Киева. Глава Украинского института национальной памяти Владимир Вятрович даже назвал утверждения Ривлина повторением «советских мифов».
Этот инцидент сблизил Москву и Иерусалим. После революции «евромайдана» представители российских властей неоднократно обвиняли новые власти Украины в заигрывании с ультраправыми организациями. Киев отвергает эти обвинения.
Палестинская дружба
После посещения комплекса «Яд ва-Шем» Медведев направился в частично признанную Палестину на встречу с ее лидером Махмудом Аббасом. Здесь Медведев отработал «проарабскую» часть турне. Палестинская сторона является не менее важным для Москвы участником ближневосточного мирного процесса.
Медведеву было важно показать, что Кремль не забывает и поддерживает требование Рамаллы получить международное признание, а также сектор Газа и Западный берег, которые сегодня контролирует Израиль.
По итогам встречи Медведева и Аббаса 11 ноября был подписан пакет двусторонних документов, также направленных на углубление экономического сотрудничества.
Известно, что за последние 10 лет Россия выделила Палестине в общей сложности $40 млн на покрытие бюджетных расходов. В 2015 году Палестине дополнительно выделили около $5 млн на восстановление сектора Газа, разбомбленного в 2014 году. Кроме того, в августе 2014 года правительство РФ обеспечило закупку партии медикаментов и медицинского оборудования для населения этого палестинского анклава.
Медведев объявил, что «Россия также профинансирует восстановление исторического и религиозного центра Вифлеема — реконструкцию улицы Звезды, примыкающей к церкви Рождества Христова». «Для нас это в том числе означает цивилизационную ответственность за судьбы христианских святынь в Палестине», — добавил он.
В ответ палестинские власти решили увековечить имя Медведева.
«Дорогой друг Дмитрий Анатольевич Медведев, особо благодарю вас за то, что Россия профинансировала мероприятия по реконструкции исторического центра Иерихона. В связи с этим мы с вами через некоторое время торжественно откроем здесь улицу, названную вашим именем», — заявил Аббас.
«Никто в Израиле даже глазом не моргнет. Все международные политики высшего уровня всегда обязательно приезжают и в Палестину. Это протокол. Без этого нельзя. Это дань политкорректности. Тут ни у кого не возникает вопросов», — говорит Бенни Брискин.
Для Израиля важнее видеть, что Москва понимает его «чувствительность» по ряду важных вопросов, добавил эксперт. «Ведь когда Россия выступает на стороне арабского блока, это не только вопрос чувствительности, но и вопрос безопасности», — добавил он.
«Арабы хотят от Трампа одного — чтобы он оставил их в покое»
Как исламский мир воспринял перспективы Дональда Трампа в президентском кресле США
Игорь Крючков, Александр Атасунцев
Победа Дональда Трампа на выборах в США оставила исламский мир в напряжении. Во время американской предвыборной кампании на Ближнем Востоке хорошо запомнили, что этот человек предлагал запретить въезд в США всем мусульманам и обещал разрешить пытки при допросе подозреваемых в терроризме. «Газета.Ru» выясняла, какие ожидания скрываются за официально нейтральными поздравлениями, которые доносятся в адрес Трампа с исламского Востока.
Трамп официально заступает на пост президента США в январе. Однако, судя по реакции исламских стран, приход скандального республиканца-миллиардера беспокоит их не меньше, чем верных последователей Хиллари Клинтон, которая в течение всей предвыборной кампании пыталась демонизировать Трампа и в итоге проиграла ему.
Основания для беспокойства есть: Трамп сделал немало заявлений, возмутивших исламский мир. Прежде всего это запретить въезд в США для всех мусульман — чтобы сделать Америку безопаснее. Кроме того, он выступал за применение пыток на допросах подозреваемых в терроризме.
«Это не по-американски: отрубать головы и топить людей в клетках, — говорил избранный президент США в конце июня на встрече с избирателями. — Но мы должны стать гораздо жестче, мы должны быть готовы делать немыслимые вещи. Потому это просто неправильно: они могут отрубать головы, а мы не можем пытать водой».
Речь шла о waterboarding — пытки с помощью подтапливания, которую спецслужбы США называли «расширенным методом допроса» до тех пор, пока администрация Обамы не запретила ее в 2009 году. Ранее этот вид «допроса» активно использовался в печально известных американских военных тюрьмах «Абу-Грейб» и «Гуантанамо». Там содержались в основном подозреваемые в терроризме, то есть по большей части мусульмане.
После массового убийства в Орландо 12 июня, когда американский мусульманин Омар Матин расстрелял 49 человек в гей-клубе, Трамп написал в твиттере: «Спасибо за поздравления, я был прав насчет исламского терроризма».
В марте республиканец в интервью CNN и вовсе заявил просто и ясно: «Ислам нас ненавидит».
Теперь со стороны государств мусульманского мира доносятся осторожные нейтральные поздравления в адрес Трампа. Саудовский король Салман бин Абдул-Азиз даже позвонил ему по телефону. По данным саудовского агентства SPA, он выразил надежду, что исторические связи и стратегическое партнерство между двумя странами продолжат развиваться в позитивном ключе и принесут Ближнему Востоку «мир и процветание». Салман также выразил уверенность, что США при Трампе ждет «дальнейший прогресс и процветание».
В мае другой принц, Турки ибн Фейсал, посол Саудовской Аравии в США, на одном из вашингтонских приемов говорил противоположные вещи. «Я не могу поверить, что такая страна, как США, может позволить себе избрать президентом человека, который просто так заявляет: «Вот этим людям не будет позволено въезжать в США, — обращался он к американской аудитории. — Решать, конечно, не мне, а вам. Но я лишь надеюсь, что вы сделаете правильный выбор».
Очень приятно, Трамп
«Проблема в том, что Трамп очень непредсказуем. Никто не может быть уверен, какие его предвыборные заявления принимать на веру», — считает Елена Супонина, советник директора Российского института стратегических исследований.
После объявления результатов американских выборов критику в адрес Трампа приглушили практически все страны исламского мира, хотя сразу же обозначили черту, которую новому президенту США не стоит переходить.
Президент Афганистана Ашраф Гани, поздравив республиканца, отметил огромную важность США в борьбе с терроризмом. Вашингтон с 2001 года финансирует кампанию Кабула против радикального исламистского движения «Талибан».
Глава иранского МИДа Мохаммад Джавад-Зариф подчеркнул, что во главе США должен находиться человек, «понимающий реалии мира и региона», а также напомнил, что страна связана с Ираном обязательствами по ядерной сделке. Трамп ранее утверждал, что соглашение о приостановке иранской атомной программы в обмен на снятие санкций стоит разорвать.
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что с Трампом в США «началась новая эпоха», которая может укрепить развитие демократии и прав человека в исламском мире. Отдельно высказался и турецкий премьер Бинали Йылдырым, который прямым текстом заявил, что Анкара ждет, что обновленные США экстрадируют в Турцию богослова Фетхуллаха Гюлена. Его турецкие власти обвиняют в попытке госпереворота, который случился в июле.
По мнению Вениамина Попова, бывшего посла России в арабских республиках, директора Центра партнерства цивилизаций МГИМО, уходящий президент США Барак Обама разочаровал исламский мир, и к концу его второго срока это разочарование превратилось как минимум в раздражение.
«Ближний Восток с воодушевлением воспринял его программную речь в Каире, в которой Обама призывал открыть новую страницу в отношениях с исламским миром, — рассказал собеседник «Газеты.Ru». — Но в итоге этих обещаний Обама так и не сдержал. Взамен были только войны и разрушения».
Трамп, в свою очередь, вообще не давал обещания улучшить отношения с исламскими странами. Даже наоборот. «Для Ближнего Востока Трамп просто исламофоб», — считает Попов.
Эксперт напомнил, что, с точки зрения руководства Палестинской национальной администрации во главе с Махмудом Аббасом, особенно резко прозвучали слова Трампа о переносе американского посольства в Израиле из Тель-Авива в Иерусалим. «Это фактически означает признание Иерусалима столицей Израиля, и для исламского мира — да и с точки зрения международной дипломатии — это что-то действительно немыслимое», — добавил Попов.
Ранее Совбез ООН принимал резолюции, в которых Иерусалим был назван территорией, оккупированной Израилем.
В этом контексте для подавляющего большинства арабских стран Трамп выглядит президентом, который будет «израилизировать» Америку, написал в авторской колонке для The New York Times Марван Бишара, главный политический аналитик Al Jazeera и публицист палестинского происхождения, активно пишущий для американской прессы.
Заголовок его едкой статьи: «Мы, арабы, хотим от Трампа только одного — чтобы он оставил нас в покое».
Деловой подход
«Он хочет меньшей вовлеченности в дела региона «зайцев» типа Саудовской Аравии, которая платит недостаточно много за американское покровительство. И он хочет снять с США дорогостоящий груз государственного строительства на Ближнем Востоке, — пишет Бишара. — Какое государственное строительство? В Ираке, Афганистане, Сирии, Йемене, Ливии и Сомали продолжаются гражданские войны. Арабский и исламский миры только надеются, что США хотя бы перестанут участвовать в разрушении».
«Америка, всего за один момент ты показала, насколько изменилась. В ходе нынешних выборов ты продемонстрировала, что твой народ — как русские, венгры, иракцы, иранцы и другие народы, на чью политику ты раньше смотрела свысока, — тоже выбирает узкую, бессмысленную националистическую риторику, когда чувствует опасность и неизвестность», — утверждается в статье.
Сирийский президент Башар Асад, которого администрация президента США Барака Обамы неоднократно призывала свергнуть, был одним из немногих ближневосточных политиков, кто не скрывал своей радости от результатов американского голосования.
«Я думаю, выбрав Трампа, Америка послала прекрасный, очень важный сигнал всему миру», — заявил он. По словам Асада, войска которого в Сирии поддерживает российская авиация, урегулирование шестилетнего конфликта теперь зависит «от того, насколько политика господина Трампа будет отвечать ожиданиям».
«Для российской политики на Ближнем Востоке Трамп во главе США в любом случае лучше. При нем Россия получила небольшую передышку, в то время как при Клинтон обострение с США в Сирии было бы неизбежным, — считает Вениамин Попов. — В ближайшее время и у Москвы, и у Дамаска есть окно возможностей, чтобы достичь прорыва на международных переговорах по Сирии в Женеве. Есть ощущение, что часть сирийских оппозиционных группировок это тоже понимает».
По словам эксперта, в Сирии ситуация действительно отличается. «Здесь Трамп обещал деловой подход. Он неоднократно говорил, что в Сирии и Россия, и Асад борются с террористическим «Исламским государством» (ИГ, запрещено в РФ. — «Газета.Ru»), поэтому США должны объединиться с ними, — рассказывает эксперт. — Если Трамп выполнит обещание, это будет очень позитивным моментом».
Террористы рады
Еще 5 ноября, за три дня до выборов президента США, пропагандистский центр «Аль-Хайят», принадлежащий «Исламскому государству», выпустил статью под заголовком «Голосование вероотступников».
Эффектно оформленный и по-западному сверстанный цифровой буклет начинается со слова голосуй — «Vote». Первая буква изображена в виде галочки на бюллетене. Раскрашена она в цвета американского флага. Только вместо звезд — бомбы, а красные полосы напоминают брызги крови, в которых легко угадываются силуэты истребителей.
Статья ИГ представляет собой религиозно-политический памфлет. Основная тема — вероотступнический характер выборной системы США. Статья исчерпывающе демонстрирует отношение террористов ИГ к выборам в США и в том числе к Дональду Трампу лично.
«Аль-Каида» (террористическая организация запрещена в РФ. — «Газета.Ru») делала точно так же в начале 2000-х. С выдержками из Корана объясняла, почему выборы — это неправильно. Так что в этой риторике ИГ ничего революционного нет», — рассказывает директор программ Европейского центра стратегических исследований и безопасности (ESISC) Евгения Гвоздева.
Главный упрек авторы бросают американским исламским общинам — за их близорукость. В США проживает около 2 млн мусульман.
Как пишут пропагандисты ИГ, в 2000 году общины поддержали республиканца Джорджа Буша-младшего, который начал самый крупный за всю историю поход против терроризма на Ближнем Востоке и в Средней Азии. В 2008 году те же общины поддержали демократического кандидата Барака Обаму, но он «вторгся в Ирак и Шам и поддержал евреев».
«Тридцать лет Америка доказывает, что политика и Республиканской, и Демократической партий по отношению к мусульманам всего мира никак не отличается», — утверждает буклет ИГ. Впрочем, для террористических пропагандистов Трамп — меньшее из зол, ведь он мужчина. «Народ, которым управляет женщина, никогда не будет успешным» — в проклинающей США статье террористов это рассуждение со ссылкой на Коран выглядит несколько нелепо.
В конце статьи авторы агитки ИГ просят Бога сделать нынешние выборы «страшнейшим за всю историю страны бедствием, чтобы сокрушить Америку» и наказать за ее «жалкую историю».
«Пропагандистская машина ИГ устроена так, чтобы получить максимальную выгоду от любого медийного события и трактовать его в пользу ИГ. И неудивительно, что сейчас ИГ и его сторонники в соцсетях начинают объяснять, что победа Трампа предпочтительна. Что Трамп приведет страну к упадку. А все, что делает нашего врага слабее, идет нам на пользу, — рассуждает Евгения Гвоздева в интервью «Газете.Ru». — Общий вектор такой, что победа Трампа стала неожиданностью для США и политического истеблишмента. И это хорошо. В США раскол, они ослаблены, и это хорошо. Но если бы к власти пришла Клинтон, были бы те же выводы, изменилась бы только аргументация».
После выборов развернутых официальных сообщений представители ИГ еще не делали. Однако их сторонники, а также представители других, не менее радикальных сил вроде еще одной запрещенной в России организации — «Аль-Каиды» — активно выражают свое мнение в соцсетях.
«Победа Трампа — сильная пощечина тем, кто отстаивает преимущества демократических механизмов», — написал 9 октября в Twitter Хамза аль-Кариби, специалист по работе со СМИ радикальной «Джебхат Фатх аш-Шам» (бывшая террористическая «Джебхат ан-Нусра» — организация запрещена в России).
«Трамп раскрыл истинный менталитет американцев и их расизм по отношению к мусульманам и арабам. Он открыл то, что его предшественники скрывали», — оставил запись в своих соцсетях Абу Мухаммад аль-Макдиси, один из главных идеологов «Аль-Каиды», спустя пару часов после победы Трампа.
Боевики афганского «Талибана», в свою очередь, обратились к Трампу с требованием вывести войска США из Афганистана. В заявлении боевиков говорится, что «Америка должна следовать политике, которая не будет отнимать независимость и суверенитет у других государств».
«В целом среди джихадистов наблюдается определенное злорадство. Они радуются растерянности. Они любят, когда у их врагов все идет по незапланированному сценарию», — резюмирует Гвоздева.
![Главное](/images/star.png)
Российско-израильские переговоры.
Были рассмотрены актуальные вопросы двусторонней повестки дня, включая пути дальнейшего укрепления торгово-экономического, инвестиционного, научно-технического, инновационного и гуманитарного сотрудничества.
Документы, подписанные по завершении переговоров:
Протокол между Федеральной таможенной службой (Российская Федерация) и Таможенным директоратом Налоговой администрации Государства Израиль об организации обмена предварительной информацией о товарах и транспортных средствах, перемещаемых между Российской Федерацией и Государством Израиль
Подписали: руководитель Федеральной таможенной службы Российской Федерации Владимир Булавин и глава Таможенного директората Налоговой администрации Государства Израиль Авраам Ардити
Совместная декларация о намерениях относительно развития взаимодействия в сферах строительства и жилищного хозяйства между Министерством строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации и Министерством строительства и жилищного хозяйства Государства Израиль
Подписали: Министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации Михаил Мень и Министр строительства и жилищного хозяйства Государства Израиль Йоав Галант
Дорожная карта технического сотрудничества в аграрной сфере между Министерством сельского хозяйства Российской Федерации и Министерством сельского хозяйства и аграрного развития Государства Израиль
Подписали: заместитель Министра сельского хозяйства Российской Федерации Сергей Левин и генеральный директор Министерства сельского хозяйства и аграрного развития Государства Израиль Шломо Элияху
Соглашение о побратимстве между инновационным центром «Сколково» и городом Йокнеам-Илит
Подписали: председатель правления фонда «Сколково» Игорь Дроздов и мэр города Йокнеам-Илит Симон Альфаси
Заявления Дмитрия Медведева и Биньямина Нетаньяху для прессы по завершении переговоров
Из стенограммы:
Б.Нетаньяху (как переведено): Господин Премьер-министр, я рад видеть Вас здесь, в Иерусалиме, вместе с Вашей делегацией.
Ваш визит символизирует укрепление наших взаимоотношений, тем более что он проходит под знаком 25-летия восстановления дипотношений между Россией и Израилем.
Мы подписали с Вами целый ряд договоров, которые укрепят наше сотрудничество в различных областях – сельском хозяйстве, строительстве. У нас с Вами общая задача, о которой мы говорили, – продвижение договора о зоне свободной торговли. Я уверен, что Ваш визит укрепит наше сотрудничество.
Д.Медведев: Сегодня у нас действительно очень хороший день – мы проводим консультации по правительственной линии. Смотрим, конечно, и в будущее. 25-летие восстановления отношений – это уже приличный срок, но нужно смотреть вперёд.
Господин Премьер-министр очень хорошо рассказал о том, что нас связывает, о тех прочных узах, которые объединяют Россию и Израиль. Здесь действительно особая атмосфера.
Но наши страны связывают и общие ценности. А в эпоху, когда многие ценности пытаются отрицать, это очень важно. Мы исходим из общего понимания итогов Второй мировой войны, критической важности победы над нацизмом, неприятия антисемитизма, вообще любой ксенофобии. И, с другой стороны, перед нашими странами стоят общие вызовы.
Прежде всего это терроризм. Да, терроризм угрожает сегодня всей планете, но в этом регионе это ощущается особенно остро. Российская Федерация также страдает от террора. У этого террора общие корни, именно поэтому нам необходимо совместно противостоять ему. Это касается и вопросов координации наших усилий в сфере безопасности и обороны, что в последнее время вышло на принципиально новый уровень. Российская Федерация также выступает против распространения ядерного оружия. Естественно, совместными усилиями (а здесь наша позиция открытая, мы готовы к сотрудничеству со всеми государствами, кто в этом заинтересован) нам необходимо уничтожить ядро терроризма, который в настоящий момент олицетворяет ДАИШ, или ИГИЛ. Об этом неоднократно говорил Президент Путин, я хотел бы здесь это ещё раз подтвердить.
На сегодняшних переговорах мы значительное внимание сконцентрировали на экономике. Израиль – наш крупный торговый партнёр в регионе, но мы пока ничего не сделали для того, чтобы сильнее подтолкнуть торгово-экономическое и инвестиционное сотрудничество. И вот для этого мы встретились сегодня, для этого были подписаны документы. Причём мы заинтересованы не просто в том, чтобы рос торговый оборот, который у нас снизился в последнее время. Мы заинтересованы в том, чтобы наши отношения приобретали качественно другой характер.
Вот сельское хозяйство. У России уникальные условия для ведения сельскохозяйственного бизнеса, а у Израиля отличные технологии. Если соединить эти подходы, можно получить выдающийся результат. И не только друг друга обеспечивать качественным продовольствием, но и выходить на рынки третьих стран.
Второе направление – инновации. Израиль, конечно, очень продвинутое в этом направлении государство. Мы бы хотели такого рода сотрудничество продолжить, в том числе благодаря документам, которые только что были подписаны. Мы проводим форумы на эту тему. Недавно состоялся форум «Открытые инновации», в котором участвовал наш коллега – министр из Израиля. Так что мы рассчитываем на то, что это сотрудничество продолжится. Но это должен быть не просто обмен идеями, как мне думается, это должны быть коммерчески продвинутые идеи, то есть нужно добиться того, чтобы эти идеи позволяли зарабатывать деньги.
У нас есть общая культурная основа, о которой только что было сказано, это очень важно для будущего наших отношений. Мы, кстати, продвинулись в направлении туризма. Всё больше израильтян приезжает в Россию. В прошлом году из нашей страны именно в туристические поездки в Израиль приехало около 300 тыс. человек. Когда я в 1992 году в первый раз побывал в Израиле после восстановления дипотношений, количество туристов, вообще людей, которые посещали вот таким образом Израиль, измерялось совершенно другими цифрами. Для многих туристов одной из целей является посещение святых мест. Я хотел бы ещё раз искренне поблагодарить наших израильских партнёров за помощь и содействие в решении целого ряда проблем в этой сфере.
Встреча Дмитрия Медведева с Президентом Израиля Реувеном Ривлином.
Из стенограммы:
Р.Ривлин (как переведено): Господин Председатель Правительства Российской Федерации, рад предоставленной возможности отплатить Вам за тот тёплый приём, который вы оказали мне во время моего визита в Москву – Вы и Президент Российской Федерации Владимир Путин.
Россия всегда играла важную роль в нашем регионе, и я хотел бы это отметить.
Перед нами стоят сложные задачи, вызовы. Мы должны быть готовыми к этому. Возможности для этого у нас есть.
В этом году мы отмечаем 25-летие восстановления дипломатических отношений. Во время этого Вашего визита мы хотели бы воспользоваться возможностью и обсудить весь спектр наших тесных отношений, которые сложились между нашими народами и нашими государствами.
Разумеется, мы всё обсудим. Ещё раз хотел бы поприветствовать Вас. Добро пожаловать в Государство Израиль и в Иерусалим – столицу Государства Израиль.
Д.Медведев: Уважаемый господин Президент, мы с Вами встречались в марте этого года в Москве. Я последний раз был в Иерусалиме в 1990-е годы. И рад этой возможности вновь посетить с визитом Государство Израиль. Спасибо за приглашение мне и членам моей делегации.
Привет Вам от Президента Путина. Вы абсолютно правы: между нашими странами дружественные отношения, и есть целый ряд совместных задач, которые нужно решать.
Мы, конечно, рассмотрим и наши двусторонние вопросы, включая экономическое сотрудничество, политическое взаимодействие, а также всякого рода международные проблемы, которых очень много и в регионе, да и в мире тоже.
Дмитрий Медведев ответил на вопросы российских журналистов.
По прибытии в Израиль Председатель Правительства ответил на вопросы представителей российских средств массовой информации.
Из стенограммы:
Вопрос: Дмитрий Анатольевич, сегодня начинается Ваш визит в Израиль и в дальнейшем в Палестину. Каковы Ваши ожидания от предстоящих встреч, бесед с Президентом и Премьером?
Д.Медведев: Планирую встретиться с Президентом страны, провести переговоры с Премьер-министром. Мы имеем полноценные постоянные контакты. Достаточно сказать, что Премьер-министр Биньямин Нетаньяху в этом году несколько раз посещал нашу страну, Президент России находится в постоянном контакте с Премьер-министром Израиля. Наша встреча в значительной степени будет посвящена активизации экономических связей, но не только. Потому как в мире сейчас много что происходит, на Ближнем Востоке всегда есть много проблем. Естественно, они тоже будут в центре внимания. Пройдёмся по всей повестке дня, а о результатах я вас проинформирую, потому что переговоры будут завтра.
Вопрос: Сегодня очень неожиданные результаты выборов в США. Как Вы оцениваете эти результаты и как, Вы считаете, это повлияет на взаимоотношения России и США в дальнейшем?
Д.Медведев: Для кого-то они неожиданные, для кого-то ожидаемые. Мне кажется, что очень много разговоров о результатах выборов в Соединённых Штатах Америки. Имею в виду, что это всё-таки выборы, которые касаются одной страны – крупной, важной, серьёзного государства, которое является постоянным членом Совета Безопасности ООН, мощнейшей экономической державой. Но всё-таки это американские выборы, а не выборы в какой-то другой стране. Тем не менее оценки сегодня были даны и Президентом нашей страны, и членами парламента. Они заключаются, во-первых, в том, что это суверенный выбор граждан Соединённых Штатов Америки. Во-вторых, мы относимся к этому выбору с уважением, готовы развивать контакты и с избранным Президентом Дональдом Трампом, и с вице-президентом, которого я уже поздравил с избранием. Естественно, всё будет зависеть от настроя новой администрации. Если они готовы к тому, чтобы развернуть полноформатное сотрудничество с нашей страной, закрыть эту печальную страницу, которая за последние несколько лет была написана стараниями действующей администрации Соединённых Штатов Америки, то мы к этому тоже готовы. На наших странах лежит особая ответственность за поддержание глобальной безопасности в мире и в силу статуса наших государств, и в силу вполне известных причин.
Что касается самих результатов, то, наверное, дело политологов подводить итоги. Я лишь могу сказать, что очевидная специфика этой ситуации для американской политической системы заключается в том, что эта политическая система дала победить так называемому несистемному кандидату. Я читал разные отзывы, там говорится о том, что Дональд Трамп победил систему. Я всё-таки думаю, что это не совсем так – скорее, политическая система дала такую возможность нынешнему победителю. Что же касается будущего, то, по всей вероятности, эта же политическая система будет рихтовать нового Президента страны, имея для этого все возможности, потому что политическая система в Соединённых Штатах Америки очень мощная. Насколько будущий Президент Трамп сможет противостоять и насколько он подвержен такой рихтовке, насколько он сохранит те приоритеты, о которых заявлял в ходе избирательной кампании, поживём – увидим.
Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху принял председателя правительства РФ Дмитрия Медведева в своей резиденции в Иерусалиме, сообщила канцелярия премьер-министра Израиля в распространенном коммюнике.
Глава российского правительства оставил запись в книге почетных гостей.
"Я желаю мира и процветания народу Израиля. Спасибо за теплый прием", — написал Медведев.
Трамп и Ближний Восток
Владимир Машин
В арабских странах, как, впрочем, и во всех столицах мира с пристальным вниманием следили за ходом президентской кампании в США. И это понятно: для народов этого истерзанного войной региона исключительно важно, кто будет в Белом Доме и как это может сказаться на обстановке и жизни граждан.
Что касается уходящего президента Б. Обамы, то в местных СМИ только ленивый не критиковал политику его администрации, причем в самых резких выражениях.
«Наследие Обамы на Ближнем Востоке – это практически полное фиаско: конфликты продолжаются в Сирии, Ираке, Йемене, Ливии, — не раз писал сайт «Аль-Джазира», приводя цитаты из выступления известного профессора-международника из Гарварда Стефена Уолта. — Террористические акции потрясли Турцию, Тунис, Ливан. Ситуация в Палестине остается невнятной, а перспектива урегулирования между израильтянами и палестинцами все больше отдаляется. Действия США в Ливии и Йемене привели к развалу этих государств. А «мантра» Обамы с требованием ухода Асада лишь серьезнейшим образом обострила гражданскую войну в Сирии. Единственным достижением, которое уходящий президент может как-то «записать в свою копилку», — это договоренность об Иранской ядерной программе».
По мнению египетской газеты «Аль-Ахрам», «в этой кампании было так много негативного, что вряд ли США смогут отойти от этого в ближайшее время».
«Если в Америке видели маяк демократии, то свет этого маяка в последнее время заметно потускнел», — отметила ливанская «Дейли Стар».
Особенно резко высказывается саудовский журналист Хаед Аль-Маена в «Сауди Газет». «Эти выборы — самые поляризованные в истории США», — пишет он. Анализируя ход выборной кампании автор делает вывод о том, что «арабы должны больше полагаться на себя и не ожидать чего-либо от американского президента, кто бы им не стал». Жесткой критике журналист подвергает деятельность Х.Клинтон. «Она полностью склонилась перед израильтянами, даже обещала пригласить израильского премьера Нетаньяху в качестве первого иностранного посетителя в Белый дом. Она объявила о твердой поддержке правительства, которое оккупирует земли и угнетает людей, убивает детей и практикует худшую форму апартеида…. Эта женщина не испытывает никаких угрызений совести – какими только словами она не ругает девушек, которые обвиняли ее мужа в изнасиловании. А последние публикации ее электронных писем из «ВикиЛикс» показывают, что она считает выгодным для Израиля разрушение Сирии».
В правящих кругах и в СМИ ближневосточных стран превалирующим было предположение, почти даже уверенность, что победу одержит Х.Клинтон. Именно из этого исходили многие политические деятели, руководители крупных экономических корпораций. Успех Д.Трампа был скорее неожиданным и многих поверг в состояние растерянности. Ныне внимание сосредоточено на изучении и анализе заявлений нового 45 президента США.
Д.Трамп высказывался в том плане, что намерен быть по одну сторону с Россией и сирийским режимом в борьбы с ДАИШ, — отмечают многие СМИ, подчеркивая, что Х.Клинтон то и дело талдычила о свободной от полетов зоне в Сирии.
Многие арабские издания особо выделили ту часть из выступления Д.Трампа на Национальном конвенте Республиканской партии в июле 2016 года, где он упрекал администрацию Обамы в том, что «Америка склонились перед Китаем, Мексикой, Россией и ДАИШ.
Однако самое пристальное внимание привлечено к оценкам Трампа, связанным с исламом и беженцами-мусульманами. Сайт «Аль-Джазира» опубликовал статью под названием «Президент исламофобии», в которой утверждалось, что он поднялся к вершинам власти через исламофобскую кампанию и теперь исламофобия станет его официальной политикой. Отмечалось при этом, что поначалу, когда в одном из заявлений Трамп ратовал за запрет мусульманам на въезд в США, эта его позиция не встретила одобрения. Однако уже в марте 2016, по данным опроса, значительная часть американцев полностью поддержала эту линию Трампа.
Отдельный болезненный вопрос для арабского мира — позиция нового президента США в отношении арабо-израильского конфликта.
«Трамп, — пишет выше упомянутый журналист Х.Аль Маена, — также не принесет ничего хорошего для арабской линии: наивный и не опытный он будет делать только то, что полагает хорошим для себя. И действительно, — заключает он, — как можно относиться с симпатией к арабам, если они вцепились друг другу в глотки».
Не только Х.Аль Маена, но и многие арабские комментаторы отмечают, что Трамп позитивно высказывался об Израиле и даже вроде обещал перенести посольство США в Иерусалим — объявленную, но не признанную столицу Израильского государства.
«Джерусалем Пост» уже подчеркивало, что «израильские правые восприняли победу Д.Трампа как «конец эры Палестинского государства».
Премьер-министр России Дмитрий Медведев прибыл в Израиль, где в четверг на переговорах с премьер-министром Биньямином Нетаньяху и президентом Реувеном Ривлином обсудит экономику, сотрудничество в гуманитарной сфере и международные вопросы.
В пятницу российский премьер посетит Палестину и проведет переговоры с президентом страны Махмудом Аббасом.
По данным пресс-службы правительства РФ, в Израиле будут подробно рассмотрены актуальные вопросы двусторонней повестки дня, включая пути дальнейшего укрепления торгово-экономического, инвестиционного, научно-технического, инновационного и гуманитарного сотрудничества. Стороны затронут также отдельные международные вопросы, представляющие взаимный интерес. По итогам переговоров намечено подписание ряда двусторонних межведомственных документов.
Сам Нетаньяху назвал визит Медведева в Израиль свидетельством укрепления российско-израильских отношений.
Что касается Палестины, то в кабмине отметили, что поездка в эту страну и предстоящие контакты с ее руководством позволят "сверить часы" по актуальным вопросам двусторонней повестки дня, предполагается также, что стороны обменяются мнениями по текущей ситуации в ближневосточном регионе.
В свою очередь Аббас намерен обсудить с Медведевым во время его визита в Палестину возможность проведения встречи палестинского и израильского лидеров в Москве, сообщил ранее посол Палестины в РФ Абдель Хафиз. По его словам, палестинская сторона обладает информацией о принципиальном согласии Нетаньяху провести такую встречу, "но согласие о деталях ее проведения не были достигнуты".
В недавнем интервью Медведев сообщил, что Россия готова предпринимать более активные усилия для возобновления процесса урегулирования палестино-израильского вопроса, прямых контактов между лидерами стран, но при этом не пытается заменить США как посредника и координатора.
По итогам переговоров Медведева и Аббаса планируется подписать ряд документов, включая соглашение об инвестициях, которое, по ожиданиям палестинской стороны, поможет создать предпосылки для совместной деятельности с российскими компаниями в специальных экономических зонах Палестины. В ходе визита в страну Медведев посетит построенные при содействии России культурные и образовательные объекты.
Ближневосточное наследие Обамы
Независимо от того, кто победит на президентских выборах, ясно одно - Соединенные Штаты будут продолжать вмешиваться в конфликты на Ближнем Востоке, считают аналитики. Барак Обама, избегавший широкомасштабной военной интервенции, используя более скрытую форму войны, покинет пост президента США, который он занимал 8 лет, оставив противоречивое наследие. Конфликты бушуют в Сирии, Ираке, Йемене и Ливии; крупные теракты были организованы в Тунисе, Турции и Ливане; восстание жителей оккупированного Западного берега реки Иордан все еще не утихает, в то время как палестинцы только начали восстанавливаться после бомбардировок Израиля 2014 года.
"Наследие Обамы ... это почти полный провал", - заявил в интервью Al Jazeera Стивен Уолт, профессор международных отношений в школе Кеннеди при Гарварде. "Компромисса между Израилем и палестинцами достичь сложнее, чем когда-либо. Интервенции в Ливии и Йемене породили несостоятельные государства. Настаивая на том, что Асад должен уйти и поддерживая другие формы вмешательства в конфликты, он сделал сирийскую гражданскую войну только жестче ", - отметил аналитик, добавив, что единственный успех, которого Обама достиг за два президентских срока, это историческая ядерная сделка с Ираном в прошлом году, которая помогла ограничить ядерную программу Тегерана в обмен на отмену санкций.
"Клинтон будет вести схожую с Обамой политику, хотя она и будет пытаться выглядеть и звучать жестче, - подчеркнул Уолт. - Большее вмешательство в Сирии или других странах несет большие риски. Что касается Трампа, мы не имеем ни малейшего понятия, что он будет делать, впрочем как и он сам" .
Следующий президент получит от Обамы наследие "вечной войны" в регионе, отметил Самер Аббуд, доцент кафедры международных исследований университета Аркадии. Хотя Обама вступил в должность с желанием изменить политику США на Ближнем Востоке после разрушительной эры Буша, его администрация не стала отправлять войска на прямую наземную войну, как это делал его предшественник в Ираке и Афганистане, однако Вашингтон продолжает воздушную интервенцию во всем регионе, в том числе в Ираке и Сирии.
Война с боевиками по всему региону означает, что Трамп не будет стесняться использовать военные силы США в регионе. "Поскольку этот тип войны не столь заметен и распространен как военные интервенции, мы в значительной степени игнорировали то, что это уже стало нормой и что делается слишком много исключений. США фактически прошли по всему миру, бомбя все по своему желанию, и все это во имя борьбы с терроризмом", - заявил Аббуд.
Провалы американской администрации были также заметны по конфликту между Израилем и Палестиной, отмечают аналитики. За последние восемь лет Израиль начал три войны в осажденном секторе Газа, одновременно ускоряя свою программу заселения оккупированного Западного берега реки Иордан. Попытки госсекретаря США Джона Керри подтолкнуть Израиль и Палестину к мирному процессу закончились провалом. "Обама подписал военный договор на 38 млрд долларов, крупнейший в истории любой страны, тем самым поддержав израильскую оккупацию, колонизацию и апартеид на все следующее десятилетие", - сказал Али Абунима, один из основателей веб-сайта The Electronic Intifada и политический консультант палестинского Al-Shabaka. И Клинтон, и Трамп намекали, что они будут продолжать американскую традицию непоколебимой поддержки Израиля.
Хотя выборы, скорее всего, приведут к рекалибровке политики США на Ближнем Востоке в нескольких регионах, размеры и масштабы этой трансформации трудно предсказать. Когда дело касается Сирии, оба кандидата придерживаются абсолютно противоположных точек зрения. В ходе дебатов Трамп заявлял, что он примет сторону сирийского режима и его российских союзников для борьбы с ДАИШ: "Он [президент Сирии Башар Асад] мне совершенно не нравится, но Асад убивает ДАИШ. Россия убивает ДАИШ и Иран убивает ДАИШ".
Тем временем Клинтон призывает к установлению бесполетной зоны над Сирией для получения "рычага давления" на русских. "Хиллари Клинтон четко дала понять, что она намерена вмешиваться во множество различных конфликтов, одним из которых является конфликт в Сирии. С другой стороны, мы слышали риторику от Трампа по поводу бесконечной войны против радикального исламского терроризма", - сказал Абдулла аль-Ариан, доцент кафедры истории в школе дипломатической службы в Катаре при Джорджтаунском университете.
Политика по поддержке своих региональных интересов за счет населения на всем Ближнем Востоке, несомненно, будет продолжаться независимо от того, кто победит на ввыборах.
Кеннет Поллак, старший научный сотрудник Центра ближневосточной политики Брукингского института, подчеркнул, что Клинтон, скорее всего, будет стремиться искать "золотую середину" между непрямым вмешательством Обамы и военной интервенцией Буша - и это обреченная стратегия. "Проблемы Ближнего Востока достигли такого уровня, что промежуточные или ограниченные варианты просто не будут работать. Они только сделают ситуацию хуже", - полагает эксперт.
"Очень трудно сказать, что можно ожидать [в случае победы Трампа], - сказал Аббуд. - Он говорил обо всем - от военных преступлений до полного ухода из региона. Сомневаюсь, что администрация Трампа найдет усиление военного вмешательства в регионе политически или стратегически целесообразным".
Несмотря на растущую усталость американской общественности от вмешательства в дела на Ближнем Востоке, этот регион остается стратегически важным и, вероятно, останется важной темой внешнеполитической повестки США в ближайшие годы, заявил профессор Стивен Хейдеман, специалист по Ближнему Востоку из Smith College. "Обама пытался преуменьшить интересы США на Ближнем Востоке. Он рассматривал регион как помеху, которая мешала Америке сфокусироваться на тех участках мира, в которых у нее было гораздо больше интересов, в частности на Азии. Следующий президент будет смотреть на Ближний Восток иначе", - заметил эксперт.
Al Jazeera
Израиль, Греция и Кипр договорились создавать совместные спасательные силы для действий в чрезвычайных ситуациях и приглашают другие государства к участию, сообщил глава израильского правительства Биньямин Нетаньяху.
Решение, озвученное на трехстороннем саммите в Иерусалиме, было принято после масштабных лесных пожаров, которые в прошлом месяце охватили Израиль и заставили его обратиться за помощью к зарубежным странам.
"Мы договорились двигаться в направлении многонациональных региональных сил спасения и реагирования на чрезвычайные ситуации, которые должны быть сформированы тремя нашими странами — Израилем, Грецией и Кипром", — сказал Нетаньяху.
"(Это) будет не просто координация во времена кризиса, но на самом деле общий командный центр с участием не только трех наших стран, но и других государств", — добавил он.
У трех государств уже есть опыт сотрудничества в этой сфере. В ноябре греческие и кипрские пожарные боролись с огнем в Израиле вместе с коллегами из еще десятка стран, включая Россию. В июне в аналогичной ситуации израильская противопожарная авиация пришла на помощь киприотам.
Нетаньяху принимает в Иерусалиме премьер-министра Греции Алексиса Ципраса и президента Кипра Никоса Анастасиадиса. Это их вторая встреча в таком формате. Первая состоялась в январе в кипрской столице Никосии, следующая запланирована на будущий год в греческом городе Салоники.
Флагманским проектом трехстороннего сотрудничества считается план строительства трубопровода для экспорта в Евросоюз газа из шельфовых месторождений восточной части Средиземного моря.
Европейскую молодёжь пригласили на Всемирный фестиваль молодёжи и студентов
7 ноября в Страсбурге начал работу V Всемирный форум за демократию. Ключевой темой площадки в 2016 году стали взаимоотношения образования и демократии. С трибуны форума председатель Национального комитета по подготовке к XIX Всемирному фестивалю молодёжи и студентов Григорий Петушков пригласил европейскую молодёжь принять участие в этом событии.
«Глобализация молодежного сообщества – важный фактор объединения молодежи на принципах равноправия, межкультурного и межрелигиозного разнообразия, различных политических взглядов, демократии, справедливости и дружбы народов. Всемирный фестиваль молодежи и студентов, имеющий многолетнюю историю и крепкие традиции, является важной глобальной инициативой, в основе которой лежат именно эти принципы», — отметил Петушков в ходе выступления.
Российская делегация также представила на площадке форума тематическую выставку, посвящённую истории фестивального движения. Ознакомиться с экспозицией можно до февраля 2017 года в Европейском молодёжном центре Страсбурга.
В рамках панельной дискуссии «Охватывая Глобальное гражданство» также состоялось обсуждение образовательных подходов, которые влияют на положение личности в рамках мирового сообщества, выходя за географические, культурные или политические границы. «Как может образование способствовать развитию активного гражданства во все более взаимозависимом мире?», — так был сформулирован ключевой вопрос встречи.
Модератором дискуссии выступил Посол, Постоянный представитель Республики Армения в Совете Европы Паруйр Ованесян. Участие также приняли: координатор программы по образованию в области прав человека БАПОР (Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ) Озлем Эскиокак, Кандидат наук, представитель Университета Северной Каролины (США) Донован Ливингстон, Доцент кафедры африканских исследований, директор Центра африканских исследований (Мозамбик) Элисио Макамо, Докторант Университета Sciences Po Париж и Университета Любляны (Сербия) Милица Попович.
Участие во Всемирном форуме за демократию в этом году принимают более 1000 представителей общественных организаций, экспертного сообщества и журналистов из стран Совета Европы.
Напомним, XIX Всемирный фестиваль молодежи и студентов пройдет с 14 по 22 октября 2017 года в городе Сочи. Ожидается, что его участниками станут порядка 20 тысяч молодых людей из 150 стран мира в возрасте от 18 до 35 лет: представители молодежных НКО, журналисты, творческая и спортивная молодежь, инженеры и IT-специалисты, лидеры молодежных организаций, политических партий, предприниматели, лидеры студенческого самоуправления, ученые и преподаватели вузов, а также те, кто изучает русский язык и интересуется российской культурой.
Трампу не дадут победить, и политика Клинтон будет завязана на Ближний Восток
Александр КУЗНЕЦОВ
«Исламское государство» и предвыборная кампания Клинтон финансировались из одних источников
Интервью создателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа компании Russia Today, посвящённое в основном выборам в США и появившееся за три дня до самих выборов, содержит два очень важных положения.
Первое. Исход выборов предопределён: «Трампу не позволят победить на этих выборах… Банки, разведка, ВПК, крупные иностранные компании и так далее — все они объединились вокруг Хиллари Клинтон».
Второе. Выбор Клинтон, сделанный верхушкой правящего класса США, связан с интересами этой верхушки на Ближнем Востоке: «Без знаний о Саудовской Аравии невозможно по-настоящему разобраться во внешней политике Хиллари Клинтон, учитывая её тесные связи с этой страной… - говорит Ассанж и добавляет: «Война в Ливии была войной Хиллари Клинтон больше, чем чьей бы то ни было… Клинтон сыграла ключевую роль в уничтожении ливийского государства».
…В марте-апреле 2011 года, когда началась агрессия против Ливии, многие аналитики задавались вопросом о причинах внезапно вспыхнувшей враждебности Запада к Муаммару Каддафи. Казалось, лидер ливийской революции был среди западных политиков «своим»: он встречался с Николя Саркози, Тони Блэром, Сильвио Берлускони, Кондолизой Райс, его сын Сейф аль-Ислам Каддафи, получивший образование в лучших британских университетах, был посредником между западной элитой и руководством Джамахирии. Согласно заключенному ливийско-американскому соглашению, был создан совместный Фонд экспортно-импортных операций, в который ливийская сторона перечисляла на американские счета 1,5 миллиарда долларов, а американская сторона на ливийские счета – 300 миллионов.
И всё это было перечёркнуто в одночасье.
Эксперты убеждены, что Каддафи погубили его планы отказаться от доллара США при расчётах за нефть и перейти на новую денежную единицу – золотой динар. По информации канадского исследователя Питера Дейла Скотта, 130 миллиардов долларов ливийских авуаров, замороженных в американских банках, должны были пойти на реализацию трех африканских континентальных проектов: создание Африканского инвестиционного банка в Сирте (Ливия); Африканского валютного фонда со штаб-квартирой в Яунде (Камерун) с уставным фондом в 42 миллиона долларов и Африканского центрального банка в Абудже (Нигерия). Война против Ливии была, по сути, выполнением заказа могущественного производителя долларов – Федеральной резервной системы США.
Говоря о связях Клинтон с Саудовской Аравией, Джулиан Ассанж сослался на письмо, адресованное главе её избирательного штаба Джону Подесте, в котором говорится, что «ИГИЛ (запрещённая в России террористическая группировка - Прим. ред.) финансируется Саудовской Аравией и Катаром — правительствами этих стран». Известно, что Фонд Клинтонов получил от саудовских спонсоров около 25 миллионов долларов и от одного до трех миллионов долларов от доброжелателей из Катара. То есть «Исламское государство» (ИГ) и предвыборная кампания Клинтон финансировались из одних источников.
Однако картина, нарисованная Ассанжем, нуждается в уточнении. На начальном этапе ИГ было обязано своим взлётом катарским спонсорам, но к 2014 году стало ясно, что самым боеспособным отрядом сирийских боевиков является просаудовская «Джабхат ан-нусра», а Катар, начавший в 2011 году подрывные действия против правительства Башара Асада, постепенно оттесняется от сирийского направления. В этих условиях, чтобы не опоздать к разделу сирийского пирога, Доха спешно усилила организацию иракских джихадистов «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ), которая перенесла деятельность в северо-восточную Сирию. Что касается Эр-Рияда, то он воспринял появление «Исламского государства» с опасением, учитывая наличие у Саудовской Аравии протяжённой границы с Ираком и Йеменом и угрозы «халифа» Абу Бакра аль-Багдади закончить свой джихад в Мекке.
В то же время Саудовская Аравия сохраняет важное место в планах финансового капитала США, интересы которого отстаивает «мать-старушка Хиллари» (так ласково именует её в своём «Твиттере» бывший министр внутренних дел ОАЭ Заки Хальфан). Саудовская Аравия, будучи одной из двух крупнейших нефтедобывающих стран мира (наряду с Россией), играет важную роль в сохранении монополии доллара при расчётах за нефть. По информации Питера Дейла Скотта, после нефтяного эмбарго 1973 года, показавшего уязвимость Америки, между Вашингтоном и Эр-Риядом были заключены закулисные договорённости, включавшие два пункта. Саудиты обещали, во-первых, поддерживать привязку цен на нефть к доллару, во-вторых, инвестировать часть своих нефтяных доходов в экономику США. Здесь уместно вспомнить странную гибель в 1975 году короля Фейсала ибн Абдель Азиза, единственного из саудовских монархов, резко оппонировавшего Вашингтону в палестинском вопросе. Его преемником стал Фахд, «лучший союзник США на Ближнем Востоке», окончательно привязавший саудовскую экономику к экономике США.
Одной из форм саудовской зависимости от США является регулярная выплата дани, замаскированной под покупку дорогостоящего американского оружия, которое саудиты не могут толком освоить. По данным французского журналиста ливанского происхождения Рене Наба, в 1990-1991 годах королевство затратило на покупку американского оружия и финансирование военной операции «Буря в пустыне» около 45 миллиардов долларов. При этом одной из причин вторжения Саддама Хусейна в Кувейт было нежелание монархий Персидского залива отсрочить выплату иракского долга. В 2010 году были заключены новые контракты на покупку странами Залива американских вооружений на сумму 123 миллиарда долларов. Большая часть (85 миллиардов) пришлась на Саудовскую Аравию. Информационным прикрытием этих контрактов стали шумная кампания на тему «ядерного оружия Ирана» и слухи о возможных американских бомбардировках ИРИ. И все эти контракты (внимание!) были подписаны в ходе поездки Хиллари Клинтон по странам Персидского залива в конце 2010 года - перед самым началом «арабской весны».
Структура финансовых интересов, которыми повязана Клинтон, говорит о том, что эта леди способна и готова на многое.
Перелом в битве за Алеппо
окружённые остатки боевиков либо будут уничтожены, либо им придётся сдаваться.
Роман Сапоньков
В эпической битве за сирийский «сталинград» - Алеппо наступил перелом. Оборона боевиков на севере этой городской агломерации была сокрушена. Бои 26-28 ноября закончились полным разгромом исламистов. Ранее, в начале-середине ноября боевики предприняли мощное наступление, целью которого был прорыв кольца окружения и деблокация сидящих в Алеппо боевиков. Наступление было отбито, с большими потерями для обеих сторон.
После наступило затишье, обе стороны проводили перегруппировку, пополнение запасов (при этом боевики, находившиеся в окружении, смогли получить лишь минимум необходимых боеприпасов и вооружения). Сирийская армия, перейдя к обороне, вела активную разведку, целью которой был поиск слабых мест обороны исламистов. Несмотря на победные реляции Дамаска о взятии Алеппо к Новому Году, в это слабо верилось, поскольку под контролем боевиков на тот момент находилось более половины Алеппо. Наступательные действия Сирийской арабской армии (САА) и её союзников строились по схеме методичного артиллерийского обстрела позиций боевиков и вытеснения последних вглубь застройки, с занятием уже пустующих зданий. Метод штурмовых групп и контактного боя практически не применялся.
Одновременно с этим ВКС России и ВВС Сирии устроили настоящую охоту на путях снабжения боевиков за караванами и транспортами исламистов, которые доставляли в город вооружение, боеприпасы и пополнение. За две недели такой охоты было уничтожено больше трёхсот единиц различной техники: от боевой до грузовиков и трейлеров. Эти удары фактически парализовали снабжение боевиков в районе Алеппо. Их отряды в окрестностях города так и не смогли восстановить свою боеспособность после неудачного ноябрьского наступления.
И вот, в ночь с 26-27 ноября сирийские войска, верные Ассаду, при поддержке палестинских добровольцев и отрядов движения Хезбалла нанесли внезапный рассекающий удар по району Ханано. Этот район находится на востоке Алеппо, являясь перемычкой между севером Алеппо, занимаемым боевиками и югом города, который также находится под контролем боевиков. Штурм района Ханано позволил нанести удар навстречу западной группировке сирийской армии, находящийся к северу от квартала Мушатейн.
Фактически в масштабах Алеппо был повторён удар советских войск в Сталинграде в январе 1942 года, рассекший «котёл» немцев на две части, после чего началось их методичное уничтожение.
Осознав масштаб надвигающейся катастрофы, боевики вместо того, чтобы организовать круговую оборону, начали беспорядочный отход с севера, северо-запада, северо-востока и востока Алеппо. Практически без боя были оставлены тысячи домов и целые кварталы: Бустан Паша, Хеллок, Мидан, Шейх Хайдер. К вечеру 28 ноября отступление боевиков превратилось в бегство. На их плечах сирийская армия ворвалась в квартал Сакур и пережала горловину, соединявшую северную и южную части Алеппо. А ещё через сутки «северный» котёл был полностью зачищен от боевиков.
В ходе этого наступления исламисты потеряли больше 800 человек убитыми и пленными. Но, главное, оказалась прорванной и разрушенной вся система обороны, которую они готовили более двух лет. Боевики окончательно утратили какую-либо возможность получать помощь извне, они полностью окружены и блокированы. Никаких надежд вырваться из «котла» у них нет.
Сейчас сирийская армия начала наступление, расчленяющее и эту окружённую группировку из района площади Марйя по направлению к цитадели старого Алеппо. После завершения этих ударов судьба Алеппо будет окончательно решена, и город перейдёт под контроль сирийской армии. Окружённые остатки боевиков либо будут уничтожены, либо им придётся сдаваться. Впрочем, в последние дни уходящая администрация Обамы проявила лихорадочную активность, пытаясь спасти исламистов. Госдеп уговаривает Россию сесть за стол переговоров и, якобы - во избежание ненужных жертв, позволить окружённым боевикам покинуть Алеппо.
Но такой вариант, похоже, не очень устраивает теневых кукловодов исламистов из Саудовской Аравии, которые требуют от них держаться до последнего патрона, обещая скорую помощь и деблокаду. Чтобы сорвать любые переговоры исламисты, верные Эр-Рияду, нанесли 6 декабря артиллерийской удар по российскому госпиталю, развернутому в Алеппо двумя днями раньше для помощи местным жителям. В результате прямого попадания в приёмное отделение выпущенной боевиками мины погибли две российские медсестры педиатрического отделения. Врач, работавшая с ними, получила тяжелейшие ранения и находится в реанимации. Лишь по счастливой случайности в момент обстрела в госпитале не оказалось сирийских детей с матерями из освобожденных от боевиков восточных районов Алеппо. Они не приехали из-за опоздания автобусов.
Очевидно, что после такого преступного вероломства щадить окружённых боевиков никто уже не станет…
Израиль ждет, что будущий президент США не пойдет на интернационализацию ближневосточного урегулирования и сохранит его в рамках прямых переговоров обеих конфликтующих сторон, сказал глава израильского правительства Биньямин Нетаньяху.
Израильтяне давно боятся, что международное сообщество, разочарованное стагнацией мирного процесса, может попытаться навязать им условия урегулирования с палестинцами, задействовав для этого возможности Совета Безопасности ООН, где Соединенные Штаты до сих пор блокировали подобные инициативы.
"Мы ожидаем, что США сохранят верность принципу, утвержденному много лет назад, что израильско-палестинский спор может быть разрешен только посредством прямых переговоров без предварительных условий и, конечно, не по решениям ООН или других международных институтов", — сказал Нетаньяху на воскресном заседании правительства.
Палестинцы, напротив, говорят об исчерпанности двустороннего формата урегулирования, неравенстве переговорных возможностей с израильтянами, и выступает за вовлечение в мирный процесс в качестве арбитров максимально широкого круга стран — по образцу механизма решения иранской атомной проблемы.
Нетаньяху также выразил уверенность в том, что при будущем президенте США — кто бы ни выиграл выборы на следующей неделе — американо-израильские отношения только продолжат укрепляться.
"Альянс с США – это наипервейшее, самое фундаментальное и важное из всех наших отношений. Так было и так останется", — сказал премьер-министр.
Москва туристическая: развитие инфраструктуры и первые строчки в рейтингах
Москва — город, попасть в который мечтают многие путешественники. Чем привлекает российская столица и какие необычные места появятся в туристических маршрутах?
Российская столица, один из самых крупных мегаполисов мира, продолжает активно привлекать туристов. Этому способствует в том числе проведение масштабных ежегодных фестивалей. Да и государственные праздники, например День народного единства, который отмечали 4 ноября, проходят в столице с размахом. Ещё больше гостей ждёт Москва в 2018 году, когда здесь состоятся матчи чемпионата мира по футболу.
Больше с каждым годом
Количество туристов, приезжающих посмотреть на московские достопримечательности, растёт с каждым годом. В 2011-м сюда приехали 15,35 миллиона туристов, а в 2015-м эта цифра увеличилась до 17,1 миллиона человек. Ожидается, что эти показатели будут расти и дальше — в 2016 году город готовится принять 17,5 миллиона человек, в следующем — 18,4, а в 2018-м — 19,5 миллиона.
Особенно привлекательными для туристов стали фестивали «Золотая осень», «Путешествие в Рождество», «Времена и эпохи», «Спасская башня», «Круг света» и другие. Многие приезжают на эти праздники специально, и фестивальные площадки уже включают в туристические маршруты. «Круг света», например, в прошлом году посетили семь миллионов человек — благодаря этому фестиваль попал в Книгу рекордов Гиннеса.
Для удобства и комфорта гостей из других стран в столице трудятся свыше двух тысяч гидов-переводчиков. Послушать экскурсии можно на 25 иностранных языках.
В прошлом году гости столицы потратили около 457 миллиардов рублей, эта сумма на 11,5 процента больше, чем в 2014-м. Таким образом, гостиничный бизнес по итогам 2015 года внёс в бюджет Москвы более 3,6 миллиарда рублей. В среднем турист тратит в Москве примерно четыре с половиной тысячи рублей в день. Шопинг-туристы тратят больше — около восьми тысяч.
Позади — Мадрид и Вена
В сентябре в Москве состоялась церемония вручения премии Business Traveller Awards. Российскую столицу признали лучшим городом делового и событийного туризма в номинации «Направление». В этой категории также были представлены Париж, Барселона, Мадрид, Вена, Иерусалим, Абу-Даби, Санкт-Петербург.
По версии крупнейшего портала о путешествиях TripAdvisor Москва занимает второе место в Европе и пятое в мире среди развивающихся туристических направлений.
Помимо прочего, Москва находится на четвёртом месте в рейтинге самых популярных городов мира по общему количеству снимков от пользователей «Инстаграма». Первые места заняли Париж, Лондон и Нью-Йорк.
Где остановиться?
Всего в Москве сейчас работают 242 гостиницы (по 50 и более номеров в каждой), 509 малых гостиниц и 353 хостела (в общей сложности более 55 тысяч номеров). Из этого числа только 25 процентов заведений относятся к бизнес-классу.
За последние пять лет в городе открылось 35 отелей на 5,8 тысячи мест. До конца 2016 года в столице планируют построить и открыть 11 гостиниц (три из них уже принимают гостей), в 2017-м — 25 на 3,8 тысячи мест, а в 2018-м — 27 объектов, рассчитанных на 4,2 тысячи посетителей. Средняя загрузка на первое полугодие составила 67,5 процента.
В прошлом году в Москве сдали девять гостиниц на 1,6 тысячи мест.
За счёт гостиничной деятельности Москва приносит в бюджет свыше девяти миллиардов рублей налогов — это в три раза больше, чем самые популярные туристические регионы России.
На сегодняшний день гостиницы столицы начали активную подготовку к чемпионату мира по футболу. Уже более 800 из них, а также более 200 хостелов прошли необходимую классификацию. Сделать это они должны были еще до 1 июля, но в итоге срок перенесли на 1 января.
Узнать, прошёл ли классификацию тот или иной отель или хостел, можно на сервисах бронирования booking.com, bronevik.com, ostrovok.ru, hrs.com.
Кроме того, 102 гостиницы уже заключили предварительные соглашения на приём членов команд ЧМ-2018, официальных делегаций и журналистов. 76 из этих гостиниц находятся в Москве, 26 — в Московской области.
Что посетить?
В Москве туристы могут сходить в 270 музеев, 170 театров, более чем в 400 парков. Ориентироваться в городских событиях и узнавать, что происходит в том или ином месте, стало ещё проще: в этом году в столице появился событийный календарь, который анонсирует самые яркие культурные и спортивные мероприятия. Его планируют перевести на пять иностранных языков — английский, испанский, французский, китайский и немецкий.
Высказаться предложили и жителям столицы — в сентябре на портале «Активный гражданин» москвичи могли проголосовать за те места в городе, которые, по их мнению, нужно включить в экскурсионные маршруты. Пользователи рекомендовали туристам съездить в Новодевичий монастырь, Палаты бояр Романовых, сад «Эрмитаж», парк искусств «Музеон», Дарвиновский музей, центр современного искусства «Винзавод», Московский планетарий и другие места.
Как правило, иностранные туристы первым делом отправляются на Красную площадь, к храму Христа Спасителя, на Арбат и в Третьяковскую галерею. А гости из других регионов России чаще всего идут в музеи, театры, парки, цирки и зоопарк. Главная цель голосования — показать, что в городе есть масса других мест, которые стоит увидеть.
Туристическая инфраструктура Москвы также включает в себя пешеходные зоны, велодорожки, пункты велопроката, мультиязычные указатели.
![Главное](/images/star.png)
Интервью Дмитрия Медведева Второму телеканалу Израиля.
В преддверии визита в Государство Израиль Председатель Правительства дал интервью ведущей программы «Новости Второго телеканала Израиля» Йонит Леви.
Й.Леви (как переведено): Господин Премьер-министр, большое спасибо, что согласились на интервью. Могу задать Вам несколько вопросов? Чего, по Вашему мнению, Россия и Израиль могут достичь вместе?
Д.Медведев: Многого. Россия и Израиль могут достичь вместе очень многого по разным причинам. Имею в виду, естественно, и происхождение, и развитие Государства Израиль, и общие интересы на международной арене, и просто двусторонние отношения, прежде всего в экономической сфере, в гуманитарной сфере. Поэтому я с большим интересом жду визита в вашу страну. Надеюсь обсудить и с Президентом, и с Премьер-министром основные актуальные вопросы нашего сотрудничества, с учётом того, что у нас активные контакты, и Премьер-министр господин Нетаньяху за последний год неоднократно встречался с Президентом Путиным. А визит Председателя Правительства из России в Израиль будет впервые за достаточно длительный период. Не говоря уже о том, что мне в прежней должности не удалось посетить с дружественным визитом Израиль по вполне банальной причине – потому что ваше Министерство иностранных дел объявило забастовку и заявило, что никого принимать не будет. Конечно, все имеют право на забастовку, но это явно не способствовало продвижению диалога. Поэтому я думаю, что предстоящий визит будет полезным.
Й.Леви (как переведено): Само собой, мы наблюдаем за западными санкциями в связи с присоединением Крыма. Планируются ли какие-то дополнительные ответные действия? Может, как-то воздействовать на это через Израиль, поскольку Вы знаете, что у Израиля с Европой достаточно тесные связи.
Д.Медведев: Нет, мы не планируем каких-либо ответных дополнительных мер. За последнее время мы предприняли все необходимые действия. Санкции – это вообще всегда плохо. Мы никогда не выступали за то, чтобы санкции применялись к какой-либо стране. Я напомню, что ещё в советский период Соединённые Штаты и некоторые другие страны много раз вводили санкции против Советского Союза. И что это дало? Ничего абсолютно. Советский Союз шёл своим курсом.
Поэтому я не думаю, что продолжение санкционных обменов – это правильный путь. Если же говорить о наших ответных мерах в отношении Европы и Соединённых Штатов Америки, то мы их уже предприняли. Мы же ввели запрет на поставку продуктов питания, некоторых видов товаров из Соединённых Штатов Америки, из Европейского союза и ряда присоединившихся стран. Поэтому гонка санкций – это не очень хорошая история.
Й.Леви (как переведено): Чуть подробнее о развитии отношений между Израилем и Россией. И такой вопрос: когда Россия вернётся на траекторию стабильного экономического роста? Что для этого надо сделать?
Д.Медведев: Сначала по поводу наших отношений, потому что это важнее в контексте моего визита. Дело в том, что за последние годы мы не так хорошо прибавляли в нашем экономическом сотрудничестве, как можно было бы рассчитывать. Текущее состояние дел: торговый оборот между Россией и Израилем – порядка 2 млрд долларов. Это совсем немного. У нас был торговый оборот побольше, может быть, процентов на 30, но из-за кризиса в мировой экономике, из-за девальвации рубля, то есть нашей национальной валюты, этот торговый оборот снизился, в том числе за счёт уменьшения импортных позиций. Поэтому моя цель как Председателя Правительства России заключается в том, чтобы сейчас стимулировать рост торгового оборота. Это было бы полезно и для израильского бизнеса, и для российского.
Как это можно было бы сделать? У нас есть ключевые проекты, по которым можно было бы придать ускорение нашему сотрудничеству. Это сотрудничество в сфере фармацевтики, в сфере аграрных технологий.
Сейчас, кстати, приблизительно треть торгового оборота со стороны Израиля (я имею в виду поставки в Российскую Федерацию) – это поставки сельхозпродукции. У Израиля прекрасные аграрные технологии, здесь есть чему поучиться. Мы имеем специальные взаимоотношения между нашими аграрными центрами, аграрными университетами. Это направление мне кажется тоже очень важным и интересным.
Есть направление, связанное с высокими технологиями, с развитием стартапов, новой экономики. В этом смысле также у Израиля очень хороший задел, и у нас есть очень хорошие разработки в этом сегменте экономики. Если мы стимулируем этот участок нашего сотрудничества, то я уверен, что мы сможем выйти на очень хорошие результаты по торговому сотрудничеству. Я уж не говорю о крупных проектах типа энергетических и газовых проектов, о которых сейчас тоже идёт речь.
Если вернуться к нашей текущей ситуации, то она в целом достаточно спокойная и стабильная. У нас, к сожалению, в последние два года не было роста. По разным причинам. Прежде всего, конечно, это было связано с ценой на энергоносители – газ и нефть. Но в настоящий момент экономика начинает потихонечку выходить на траекторию роста. Мы сохранили очень хороший уровень резервов, золотовалютных запасов. У нас прогнозируется низкая инфляция, что для нашей экономики очень важно. У нас будет самая низкая инфляция за весь период современного российского государства. В следующем году мы ориентируемся где-то на 4% инфляции – это уже в общем сопоставимо с мировыми показателями.
В общем и целом макропоказатели находятся в норме, но нам нужно менять структуру экономики. И здесь действительно очень велика зависимость пока от поставок газа и нефти за границу. Эта задача является очень важной. И в этом смысле сотрудничество с израильским бизнесом способно придать динамику такому важному направлению сотрудничества, как высокие технологии. Это будущее, и в этом смысле наша задача – сделать так, чтобы в нашей экономике рос сегмент новых технологий, IT -бизнеса на программном продукте и так далее. Такого рода технологическая революция крайне необходима.
Й.Леви (как переведено): Хотела бы Вам задать вопрос о Сирии. Разумеется, гуманитарная ситуация остаётся ужасной. Могу я честно спросить, в чём заключаются российские интересы в этой стране? В поддержке Башара Асада?
Д.Медведев: Хочу вернуться на несколько лет назад. В отличие от огромного количества моих коллег, которые работают в Соединённых Штатах Америки, в Европе, я в Сирии был и видел это государство до того, как всё это там произошло. Это было самое, может быть, спокойное и цивилизованное арабское государство на Ближнем Востоке. В сирийском государстве плюс-минус обеспечивался баланс интересов всех этнических группировок и всех вероисповеданий. Я имею в виду и шиитов, и суннитов, и алавитов, и друзов, и христиан. Это очень важно для того, чтобы государство функционировало. В дальнейшем произошло то, что произошло. Это печально и это источник дестабилизации для всего Ближнего Востока.
Но наши подходы объясняются не только возросшей угрозой дестабилизации на Ближнем Востоке, а прежде всего необходимостью обеспечить наши национальные интересы.
Я думаю, Вы знаете, на стороне «Исламского государства» и других террористических экстремистских группировок в Сирии, как и в некоторых других государствах региона, принимают участие тысячи выходцев из Российской Федерации и некоторых других стран постсоветского пространства. Эти люди возвращаются из таких «командировок» абсолютно зомбированными, они возвращаются уже патентованными убийцами, террористами. И мы совсем не заинтересованы в том, чтобы после того, как они повоюют в Сирии, они потом устраивали что-то подобное у нас. Мы этот опыт имеем, в том числе в период событий на Кавказе в 1990-е годы. Поэтому наша задача заключается в том, чтобы они там остались, это первое.
И второе. Сирийское Правительство обратилось к руководству нашей страны с просьбой оказать им военное содействие в наведении порядка. У нас есть с ними на эту тему договор, и такое решение было принято Президентом нашей страны, Верховным Главнокомандующим – о том, чтобы оказать им подобное военное содействие в ограниченных, естественно, пропорциях с учётом наших национальных интересов.
Что же касается Башара Асада, я с ним знаком лично. К нему можно по-разному относиться: кто-то его любит, кто-то его не любит. Вопрос не в этом. Вопрос в том, что в настоящий момент он единственный легально действующий орган власти в Сирии, легитимный Президент.
Если и говорить о смене власти там, то это должно произойти легитимным путём. Каким путём? Это должно быть национальное примирение. Различные стороны конфликта должны сесть за один стол, кроме отъявленных террористов, с которыми разговаривать бессмысленно, их нужно уничтожать. В результате должна возникнуть новая политическая конструкция. Будет ли в ней место для Башара Асада или ещё кого-то, мы не знаем, это не наше дело, пусть решают сами сирийцы. Но чего бы точно не хотелось – не хотелось бы, чтобы Сирия распалась на целый ряд анклавов, на целый ряд частей (типа того, что произошло в Ливии) и в результате каждая эта часть контролировалась бы сепаратными террористическими группировками. Это было бы очень опасно – для всех, в том числе для Израиля.
Я помню, во время моих встреч с израильским руководством мне коллеги говорили аккуратно: мы не особенно расположены к Башару Асаду, но лучше иметь того, кто управляет ситуацией, кто контролирует страну, чем иметь неконтролируемый процесс деления страны на части и возникновения анклавов во главе с террористами. Такова была позиция, как я помню, и израильского руководства, и я считаю, что это правильная позиция.
Й.Леви (как переведено): Я уверена, Вам известно, что Соединённые Штаты осудили российские бомбардировки. Джон Керри, госсекретарь, заявил, что необходимо провести расследование. Он сказал, что были жертвы среди мирного населения. Как бы Вы ответили на это?
Д.Медведев: В каждом случае, когда применяется сила и наступают какие-то последствия, нужно разбираться. Мы всё время задаём нашим американским партнёрам вопросы по поводу использования их вооружённых сил, когда удары наносятся по больницам, по траурным процессиям, по школам. Почему-то это их не очень сильно волнует.
Поэтому в любой ситуации необходимо разбираться, а такого рода упреки очень часто носят односторонний характер. Соединённые Штаты Америки, которые, как правило, ведут две-три военные кампании, никогда не видят своих проблем, но пытаются переложить эти проблемы с больной головы на здоровую.
Господин Керри имеет право на любые суждения, он государственный секретарь Соединённых Штатов Америки. Мы же будем руководствоваться своими национальными интересами, будем действовать так, как считаем целесообразным в конкретной ситуации. Но, как неоднократно подчёркивал Президент Путин, мы открыты к диалогу с Соединёнными Штатами Америки и находимся в постоянном диалоге, каким бы трудным он ни был, и с господином Керри, и со всей администрацией Соединённых Штатов.
Й.Леви (как переведено): Правозащитники заявляют, что 4 тыс. гражданских лиц были убиты во время военных бомбардировок Россией. Не могли бы Вы сказать, как вы намерены прекратить осаду Алеппо без больших жертв среди мирного населения?
Д.Медведев: С осадой Алеппо нужно разбираться прежде всего сирийскому руководству, и принимать все для этого необходимые решения, потому что это их территория, мы же лишь помогаем им. В последние две недели авиация вообще не используется в этом районе, о чём сегодня было сказано нашим руководством Министерства обороны. Что же касается общей ситуации, то единственный путь её урегулирования, как я уже сказал, лежит за столом переговоров. Нужно постараться минимизировать те проблемы, которые существуют, и постараться выйти на переговорный трек. Мы для этого предпринимаем все необходимые усилия. Другое дело, что, к сожалению, наши партнёры в этом смысле не делают того, что обещали. Мы несколько раз с ними договаривались о том, что они помогут сепарировать, отделить тех, кто выступает за мирное урегулирование ситуации, от террористов и организаций, которые, по сути, являются приспешниками «Исламского государства». Они ничего этого не сделали. А мы прекрасно понимаем, что когда все эти силы находятся вместе, они действуют по указкам террористов. И вот это, на мой взгляд, самая большая проблема – и вокруг Алеппо, и вокруг других частей Сирии, где сконцентрированы силы «Исламского государства». А американским коллегам лучше было бы обратить внимание прежде всего на другие гуманитарные проблемы, с которыми они в настоящий момент имеют дело, включая, кстати сказать, и ту операцию, которая разворачивается вокруг Мосула в Ираке, и целый ряд других проблем.
Й.Леви (как переведено): Российские ВКС сейчас могут действительно ограничить способность Израиля действовать в том случае, что если оружие попадёт в руки «Хезболлы». Не могли бы Вы заверить нас, что в этом аспекте Израиль всё ещё способен защитить себя?
Д.Медведев:Ну какие заверения должны быть? Мы в чём должны принести заверения? Я не очень понимаю, что Вы имеете в виду.
Й.Леви (как переведено): Российские ВКС в Сирии обладают системой, которая может ограничить способность Израиля действовать в том случае, если высокоразвитое оружие попадёт в руки «Хезболлы»...
Д.Медведев: Во-первых, за правопорядок в Сирии отвечает всё-таки сирийское руководство и сирийские вооружённые силы, а не российские военно-космические силы. Это первое. Второе. Я исхожу из того, что взаимоотношения между Сирией и Израилем – это совершенно отдельная история, на которую не распространяется юрисдикция нашей страны. Ну и, наконец, в-третьих, я исхожу из того, что в этой ситуации никто не будет предпринимать действий, которые бы спровоцировали напряжённость или конфликт. Мне кажется, это понимают все, во всяком случае должны точно понимать в Сирии. Из этого исходят и наши вооружённые силы и военно-космические силы. Но это вопросы, которыми в настоящий момент занимается Министерство обороны, а в конечном счёте определяются руководством страны – Верховным Главнокомандующим, то есть Президентом страны. Надеюсь, что всё будет в порядке и в этом смысле другого сценария просто быть не должно.
Й.Леви (как переведено): Мы говорим сейчас о сотрудничестве Израиля и России, об отношениях между двумя странами, но вместе с тем обсуждаем то, что Асад поощряет «Хезболлу» и Россия направляет системы С-300 в Иран. Не противоречит ли это тёплым отношениям России с Израилем?
Д.Медведев: Нет, не противоречит. У нас тёплые отношения с Израилем, хорошие отношения, и мы рассчитываем их развивать и дальше. Ради этого я, собственно, еду в Израиль. В то же время у нас есть отношения и с другими странами, в том числе и с Ираном, и с другими странами региона.
Если говорить о российско-иранских отношениях, то я напомню, как они развивались. В тот период, когда в отношении Ирана действовали санкции, мы к ним присоединились – до того момента, пока не было достигнуто согласие по так называемой иранской ядерной программе. Я даже помню, как во время практически моей первой встречи с Президентом Обамой он сказал, что для него вопрос ядерной иранской программы – это вопрос номер один. Факт что этот вопрос в результате усилий международного сообщества, в том числе и Российской Федерации, был разрешён. В тот период, пока действовали санкции, мы никаких видов вооружений не поставляли. Будучи Президентом, я ввёл мораторий на поставку известных противовоздушных сил, имею в виду С-300. Но после того как было достигнуто согласие всех государств по иранской ядерной программе, все санкции, которые ранее были введены, отпали, и мы действуем в рамках тех реалий, которые существуют в настоящий момент. Вот такова ситуация.
Но мы, конечно, не заинтересованы в том, чтобы нагнетать напряжённость, хотя собираемся выстраивать полноценные отношения и с Ираном. В последнее время они существенно активизировались и по экономической составляющей, и по проблематике, связанной с поставкой вооружений и военной техники.
Й.Леви (как переведено): Ещё один аспект, который кажется противоречивым. Это то, что в ЮНЕСКО при поддержке России проголосовали за то, чтобы признать отсутствие связи между иудеями и Храмовой горой и Стеной плача. Как это соответствует вашему решению?
Д.Медведев: Мне кажется, что эта тема избыточно преувеличивается. Известные решения ЮНЕСКО принимаются, на мой взгляд, приблизительно в такой редакции уже десятый раз и ничего нового в них нет. Это первое. Второе. Наша страна никогда не отрицала прав Израиля и еврейского народа и на Иерусалим, и на Храмовую гору, и на Стену плача. Все эти права совершенно очевидны, и было бы абсурдно их отрицать. Другое дело, что Иерусалим – это особое место на нашей планете. Это место, где берут практически своё начало три основные монотеистические религии. Я имею в виду и иудаизм, и христианство, и ислам. И в этом смысле необходимо защищать все те памятники, которые существуют на территории Иерусалима, – не более, но и не менее того. Поэтому мне кажется, что политизация этого решения не нужна, оно точно не направлено против Израиля и народа Израиля.
Й.Леви (как переведено): Конечно же, мы все следим за выборами в США, и мне как стороннему наблюдателю кажется, что вы как-то пытаетесь помочь Дональду Трампу, подыгрываете ему в его попытках заполучить Белый дом?
Д.Медведев: Я думаю, что повлиять на исход американских выборов невозможно, потому что их исход определяется народом Соединённых Штатов Америки. Это очень большое государство, очень мощное, ключевой игрок, что называется. И ни одна страна не способна повлиять на эти результаты. По-моему, несколько дней назад Президент Путин об этом правильно сказал, что Америка – это что, банановая республика, что ли, на которую можно надавить и сказать: президентом будет такой-то… Нет. Более того, мы прекрасно понимаем и другое: кто бы ни стал президентом Соединённых Штатов Америки, какой курс будет проводить этот президент? Естественно, американский. Он будет действовать исходя из национальных интересов Соединённых Штатов Америки. И эти интересы не всегда, например, совпадают с нашими интересами, потому что у них свои интересы, у нас свои. Любой президент, какой бы ни была фамилия будущего президента Соединённых Штатов – Клинтон или Трамп. Но мы готовы, мы тоже об этом говорили неоднократно, к установлению нормальных, продуктивных отношений с любым президентом Соединённых Штатов. Мы в этом заинтересованы. Другое дело, что эти отношения сейчас находятся на очень низкой точке, на запредельно низкой точке. Откровенно сказать, когда мы начинали контакты с действующей администрацией, с избранным Президентом Обамой, я не мог себе представить, что они дойдут до такой беспрецедентно низкой точки. Потому что у нас были и вполне приличные периоды во взаимоотношениях, и общие задачи, которыми мы занимались и которые мы решили, – это и договор об ограничении стратегических наступательных вооружений, и урегулирование ситуации вокруг Ирана, и целый ряд других тем. Но, к сожалению, из-за того, что произошло на Украине, благодаря стараниям администрации Президента Обамы эти отношения упали, что называется, ниже плинтуса, они стали совсем низкими. И это не наша вина и не наш выбор. Мы заинтересованы в том, чтобы эти отношения были нормальными, но, ещё раз подчёркиваю, нам по большому счёту всё равно, кто будет президентом. И не потому, что это не наш выбор, а просто потому, что любой президент Соединённых Штатов Америки будет прежде всего ориентироваться на американские интересы, иное невозможно было бы себе даже представить. И есть такой мейнстрим, в котором находится американская администрация. Не важно, возглавляют ли администрацию Соединённых Штатов республиканцы или демократы, они всё равно придерживаются достаточно близких позиций по основному набору внешнеполитических приоритетов. Хотя, конечно, они могут меняться.
Й.Леви (как переведено): Почему-то от Wikileaks не публикуются никакие утечки, связанные с Россией? Не находите странным, что нет российского следа?
Д.Медведев: Не нахожу, потому что я не знаю, чем руководствуются люди, которые публикуют эти материалы. Сегодня это может быть одно, завтра это может быть другое. Мир стал настолько прозрачным, что полностью скрыться никому не удаётся. Это нужно понимать всем, кто использует электронные коммуникации. Вот и всё.
Й.Леви (как переведено): Вы говорите, что для Вас не имеет значения, кто придёт к власти в США, но Президент Путин неоднократно называл Трампа достаточно яркой личностью… Как Вы думаете, он мог бы то же самое сказать в отношении госпожи Клинтон?
Д.Медведев: Пусть эти характеристики даёт сам Президент, я могу сказать то, что я знаю. Я с госпожой Клинтон знаком. В тот период, когда она была госсекретарем, она приезжала в Российскую Федерацию, я тогда работал Президентом, я с ней встречался, общался, а с господином Трампом я не знаком. Он, безусловно, яркий человек, но и госпожа Клинтон тоже подготовленный специалист. Но ещё раз подчёркиваю: кто бы ни стал президентом Соединённых Штатов Америки, мы готовы выстраивать с новой администрацией нормальные, конструктивные отношения исходя из принципов международного права, исходя из общей модели равноправных отношений между Россией и Соединёнными Штатами Америки и исходя из конструкции многополярного мира и исходя из той ответственности, которую несут Соединённые Штаты Америки и Россия как постоянные члены Совета Безопасности и крупнейшие ядерные державы перед всей планетой. Это первое. И второе. Естественно, всё будет зависеть от тех позиций, которые будет предлагать новая администрация. Мы готовы к тому, чтобы наши отношения разморозить, об этом Президент Путин неоднократно говорил.
Й.Леви (как переведено): Пытаюсь почувствовать Ваше настроение: те обвинения, которые идут от американцев, их обвинения в том, что вы вмешиваетесь в ход выборов, – Вы удивлены, Вас это раздражает, Вы возмущены? Как Вы к этому относитесь?
Д.Медведев: Мы к этому спокойно относимся. Совсем спокойно. Дело в том, что это несколько странно. Почему – скажем прямо: американская политическая машина очень мощная, она активно вмешивается в политические процессы, которые происходят на всех континентах. И они считают для себя это совершенно нормальным и возможным. Их неправительственные организации, сотрудники посольств очень активно работают по всему миру. Кстати сказать, и в нашей стране тоже. Но они считают, видимо, что положено Юпитеру, как говорили древние, то не положено быку. То есть они имеют право на многое, а другие страны ничего делать в этом смысле не должны. Это первое.
И второе. Мы, может быть, немного удивлены тем, что они такое значение сейчас придают внешнеполитическому фактору. Лучше было бы сконцентрироваться на решении внутренних задач, стоящих перед американской экономикой, перед социальной сферой, здравоохранением Соединённых Штатов Америки, а не искать врагов в Российской Федерации или в какой-то другой стране. Потому как это довольно примитивный приём – добиваться цели, исходя из теории заговора и наличия врагов, говорить: смотрите, что происходит, мы должны дать этому отпор. Это, как правило, даёт очень короткий, сиюминутный эффект.
Й.Леви (как переведено): Хочу перейти к вопросу Израиля и Палестины. Вы хотите заменить США в качестве посредника в процессе ближневосточного урегулирования, в качестве координатора между Нетаньяху и Аббасом, хотите взять на себя эту роль?
Д.Медведев: Мы никого не хотим заменить. Квартет посредников, который существует, это в принципе устойчивая модель. Мне кажется, это в принципе неплохая модель. Другое дело, что за последнее время в процессе ближневосточного урегулирования мы не видим никаких позитивных сигналов. Скажем прямо, если говорить о том, что удалось добиться за последнее время, – ничего. И вот это, наверное, расстраивает. В этом смысле мы готовы предпринимать более активные усилия для того, чтобы этот процесс возобновился, в том числе и прямые контакты между Махмудом Аббасом и Премьером Биньямином Нетаньяху – в любом месте, где пожелают лидеры, в том числе и в Российской Федерации. Но мы не пытаемся заменить Соединённые Штаты Америки. Правда, надо признать откровенно, Соединённые Штаты Америки за последнее время не очень-то и старались в этом направлении. Это правда. Может быть, какие-то усилия нужно было предпринимать более энергично.
Й.Леви (как переведено): Скоро состоится Ваш визит в Израиль. В нашей стране очень большая диаспора, большое сообщество русскоговорящих эмигрантов. Хотите ли Вы своим визитом послать какой-то сигнал сообществу русских в Израиле?
Д.Медведев: Израиль действительно особое для нашей страны государство. И отношения всегда были особыми, начиная с момента признания израильского государства Советским Союзом. Причём роль выходцев из Российской империи в становлении Израиля как государства была действительно уникальной, и 1,5 млн человек так или иначе исторически связаны с Российской Федерацией, с Советским Союзом – это, конечно, очень значительная часть израильского общества. Мы хотели бы, чтобы между нашими странами были очень добрые, партнёрские отношения. Мы к этому готовы. Свой вклад могут внести и представители русскоязычных выходцев из нашей страны, из других стран бывшего Советского Союза. Но дело не только в том, что многие знают русский язык и в лучшей степени, может быть, понимают ментальность людей, которые живут в Российской Федерации. Это даёт нам возможность более активного общения, что исключительно важно в современном глобальном мире. Это действительно очень ценно. Вот на это я рассчитываю и надеюсь, что это принесёт свои плоды. Уверен, что между нашими странами отношения могут быть подняты на гораздо более высокий уровень, нежели существует сейчас.
Й.Леви (как переведено): Большое спасибо. Удачного Вам визита и спасибо за возможность пообщаться с Вами.
Россия готова предпринимать более активные усилия для возобновления процесса урегулирования палестино-израильского вопроса, прямых контактов между лидерами стран, но при этом не пытается заменить США как посредника и координатора, заявил премьер-министр России Дмитрий Медведев.
"Мы никого не хотим заменить. Квартет посредников, который существует, это в принципе устойчивая модель. Мне кажется, это в принципе неплохая модель", — сказал Медведев в интервью Второму телеканалу Израиля, отвечая на вопрос, хочет ли Россия заменить США в качестве посредника в процессе ближневосточного урегулирования, в качестве координатора между премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и президентом Палестины Махмудом Аббасом.
Нетаньяху назвал способ разрешения конфликта с палестинцами
"Другое дело, что за последнее время в процессе ближневосточного урегулирования мы не видим никаких позитивных сигналов. Скажем прямо, если говорить о том, что удалось добиться за последнее время, – ничего. И вот это, наверное, расстраивает. В этом смысле мы готовы предпринимать более активные усилия для того, чтобы этот процесс возобновился, в том числе и прямые контакты между Махмудом Аббасом и премьером Биньямином Нетаньяху – в любом месте, где пожелают лидеры, в том числе и в Российской Федерации. Но мы не пытаемся заменить Соединенные Штаты Америки", — заявил премьер-министр.
"Правда, надо признать откровенно, Соединенные Штаты Америки за последнее время не очень-то и старались в этом направлении. Это правда. Может быть, какие-то усилия нужно было предпринимать более энергично", — добавил он.
Страна пирамид между молотом и наковальней
Автор: Сергей КОЖЕМЯКИН.
На Ближнем Востоке формируется новый очаг напряжённости. Попытки Египта вырваться из-под тотального контроля Саудовской Аравии вызвали жёсткую ответную реакцию. Взрывоопасная ситуация, сложившаяся на Синайском полуострове, грозит охватить всю страну.
Соперничество монархий
В последние недели Египет стал особенно частым «гостем» в российских СМИ. Связанным с этой ближневосточной страной новостям часто придавался характер сенсации. То издания со ссылкой на «авторитетные источники» заявляли о возвращении России на военную базу в Сиди-Баррани, уже использовавшуюся советским Военно-Морским Флотом до 1972 года. То, опять-таки как о свершившемся факте, сообщали о том, что Каир за символическую цену в один доллар передаст Москве пресловутые «Мистрали», которые после разрыва российско-французского контракта купил Египет. Общим рефреном при этом проходило утверждение об установлении союзнических отношений между двумя странами.
Большинство громких новостей в итоге было опровергнуто самими египетскими властями. Комментируя сообщения о базе, президент Абдул-Фаттах Ас-Сиси напомнил, что внешнеполитическая концепция страны запрещает размещение иностранных военных объектов. «Никаких военных баз России или других государств в Египте нет и не будет», — заявил он в интервью крупнейшей местной газете «Аль-Ахрам». Не менее досадным разочарованием обернулась «сделка» с «Мистралями». По словам того же Ас-Сиси, вертолётоносцы будут использоваться Египтом для охраны удалённых шельфовых месторождений газа. Кроме того, по некоторым данным, деньги на покупку кораблей выделила Саудовская Аравия, которая, конечно, вряд ли бы согласилась с передачей их России.
Однако объяснять всё непрофессионализмом падких на сенсации журналистов неверно. Первоисточниками информации почти во всех случаях были именно египетские издания. Этот массовый вброс был явно санкционирован сверху и ложится в канву общего политического курса Каира с его шараханьями из стороны в сторону.
В основе этой непоследовательности лежат отношения Египта с Саудовской Аравией. Арабская весна, непосредственным образом затронувшая страну, привела к отстранению от власти президента Хосни Мубарака. На первых после революции президентских выборах победу одержал кандидат от «Братьев-мусульман» Мухаммед Мурси. Но шокировавший мир триумф исламистов продолжался недолго. Министр обороны, главнокомандующий египетской армией Ас-Сиси, назначенный на эти посты президентом, в июле 2013 года сверг своего покровителя и объявил настоящую войну «Братьям-мусульманам». Последние были объявлены террористической организацией, их лидеры, включая экс-президента, приговорены к длительному тюремному заключению. А в 2014-м в результате практически безальтернативных выборов Ас-Сиси стал главой страны.
Эти события, помимо внутриегипетского, имели международное измерение. Приход к власти исламистов поддержали Турция, США, а главное, Катар, где проживает духовный лидер «Братьев-мусульман» Юсуф аль-Кардави. Свержение Муамара Каддафи в Ливии, напомним, также состоялось при активнейшем участии Катара. Тем самым 2-миллионный эмират площадью втрое меньше Московской области сделал заявку на превращение во влиятельного геополитического игрока.
Саудовские власти восприняли это как вызов собственной гегемонии в арабском мире. Началось острое, хотя во многом скрытое от глаз противостояние. В итоге 25 июня 2013 года эмир Катара отрёкся от престола, а через неделю в Египте была свергнута власть «Братьев-мусульман».
Союз неравных
Эр-Рияд не только одним из первых поддержал новые власти, но и стал их главным финансовым донором. Визит короля Салмана Аль Сауда в Египет весной нынешнего года закрепил экономическую зависимость Каира. Так, в течение ближайших пяти лет монархия будет ежемесячно поставлять Арабской Республике по 700 тысяч тонн нефтепродуктов в счёт кредита под 2 процента годовых. Общая стоимость контракта — 23 миллиарда долларов. Ещё 16 миллиардов будет вложено в совместный инвестфонд. Среди ближайших проектов — строительство в Египте 13 промышленных комплексов, двух электростанций и нового порта в Исмаилии.
Внушительная помощь оказывается не безвозмездно. От Каира требуют полной поддержки политики Эр-Рияда. Ещё в прошлом году стороны приняли совместное заявление, в котором государства названы «двумя крыльями арабской безопасности». На деле египетское «крыло» выполняет подчинённые функции. Например, Каир был вынужден присоединиться к коалиции, воюющей в Йемене. Лелея мечту создать общеарабскую армию под своей гегемонией, саудовские власти особые надежды возлагают на египетские вооружённые силы — одни из сильнейших в регионе.
Апофеозом этой зависимости стала передача Саудовской Аравии островов Тиран и Санафир. Безлюдные участки суши имеют стратегическое значение, закрывая вход в залив Акаба. Через острова планируется проложить 15-километровый мост, который напрямую свяжет два государства, не имеющие сухопутной границы. В Египте решение властей вызвало массовые протесты. Жители не просто недовольны потерей территории, которую считают исконно принадлежащей стране, но и указывают на опыт Бахрейна. Волнения, вспыхнувшие там в 2011 году, были подавлены саудовскими войсками, проникнувшими на остров по мосту короля Фахда.
Но египетско-саудовский союз изначально был пронизан противоречиями. Теперь же они всё сильнее выступают на поверхность. Особую тревогу в Каире вызывает поддержка Эр-Риядом исламистских группировок в Сирии и Йемене, а также сближение с Катаром. Египетские власти обвиняют эмират в продолжающейся поддержке «Братьев-мусульман» и боевиков на Синайском полуострове. Впрочем, саудовское руководство тревогу союзника игнорирует. В королевстве амнистированы десятки «братьев». Кроме того, не особо утаиваются контакты с руководством организации, включая одиозного шейха аль-Кардави.
В Каире не горят желанием быть инструментом для экспансионистского курса Эр-Рияда и нести связанные с этим издержки. Участие Египта в агрессии против Йемена неуклонно сокращалось, а в середине октября египетские СМИ сообщили о возможном выходе страны из коалиции. Сверх того, Каир поддерживает полуофициальные контакты с йеменскими повстанцами. Ещё в прошлом году здесь принимали представителей экс-президента Али Абдаллы Салеха, союзного хуситам. Делегация последних также собирается в ближайшее время посетить Египет. В Саудовской Аравии даже подозревают Каир в причастности к поставкам хуситам ракет системы «Скад».
Крайнее раздражение монархии вызывают нормальные отношения Египта с Ираном, а также позиция по Сирии. Каир выступает за диалог с правительством Асада, за территориальную целостность страны и разоружение экстремистских группировок. Много шума наделала поддержка Египтом российской резолюции по Сирии, внесённой 8 октября на рассмотрение Совбеза ООН. Напомним, что Москва предлагала вывести боевиков «Джебхат ан-Нусры» из Алеппо.
Реакция Саудовской Аравии не заставила себя ждать. Постпред королевства в ООН Абдалла аль-Муаллими заявил, что неарабские страны, вроде Сенегала и Малайзии, оказались ближе к «арабскому консенсусу», чем Египет, и назвал действия Каира «заслуживающими сожаления».
От Эр-Рияда к Москве и обратно
Что значит сожаление по-саудовски, в Каире поняли спустя два дня, когда Эр-Рияд объявил о временной приостановке поставок нефтепродуктов. В саудовской прессе развернулась антиегипетская кампания. «Правительство Египта терпит неудачу, люди считают его «чёрной дырой», и мы не получаем прибыли от наших инвестиций», — написал журналист Джамаль Хашогги, известный тем, что в 1980-е годы воевал против советских войск в Афганистане.
Но самым опасным вызовом для Каира является активизация экстремистов на Синайском полуострове. Проблемы с местным бедуинским населением и палестинскими беженцами у египетских властей начались несколько десятков лет назад, но всплеск насилия произошёл после переворота 2013 года. Крупнейшая из исламистских группировок — «Вилаят Синай» (на снимке) — присягнула на верность «Исламскому государству» и объявила войну правительству. Жертвами конфликта стали сотни человек.
Благодаря действиям армии и полиции активность боевиков в этом году снизилась. Однако в середине октября исламисты снова перешли в наступление. 14 октября было совершено нападение на один из КПП на севере Синая, 12 военнослужащих погибли. В результате власти были вынуждены продлить ещё на три месяца режим чрезвычайного положения и объявили о начале новой антитеррористической операции.
Дестабилизация совпала по времени с ухудшением египетско-саудовских отношений. В связи с этим обращает на себя внимание сближение Эр-Рияда с палестинским движением «Хамас». В течение нескольких лет королевство демонстративно игнорировало эту организацию, обвиняя её в связях с Ираном и Катаром. Теперь же саудовские власти пытаются установить над «Хамас» свой контроль, о чём, в частности, свидетельствует недавний визит в страну одного из лидеров движения Исмаила Хании. Между тем, по данным Каира, некоторые фракции «Хамас» поддерживают синайских боевиков.
В Египте реакция на шаги Саудовской Аравии оказалась двойственной. С одной стороны, президент Ас-Сиси назвал действия Эр-Рияда попыткой надавить на страну. «Египет не преклонит колени ни перед кем, кроме Аллаха», — подчеркнул он. Кроме того, Каир пошёл на демонстративное сближение с Россией. 15—26 октября на западе страны прошли антитеррористические учения «Защитники дружбы-2016» с участием российских десантников. Одновременно египетские власти обратились к Москве с просьбой поставить вертолёты для «Мистралей». А в середине октября стало известно о готовности Каира до конца года заключить контракт с Росатомом на строительство АЭС в Эд-Дабаа.
Вместе с тем попытки Каира дистанцироваться от Саудовской Аравии не являются последовательными. Зависимость от экономической помощи королевства очень высока и вынуждает руководство Арабской Республики маневрировать. Поддержав российскую резолюцию по Сирии, египетский постпред сделал то же и в отношении франко-испанской резолюции, призывавшей ввести бесполётную зону над Алеппо. Столь откровенного желания усидеть на двух стульях Совбез ООН не наблюдал давно.
С этой же точки зрения нужно рассматривать появление информации об аренде Россией военной базы, а затем её опровержение. Не имея возможности разорвать отношения с Эр-Риядом, Египет в то же время пытается добиться более выгодных для себя условий в неравноправном союзе.
Что касается сближения с Россией, то оно является ситуативным и противоречивым. Москва пока не имеет достаточного экономического и политического веса, чтобы заменить для Египта связи с Эр-Риядом. Не нужно забывать о довольно острой торговой войне, разразившейся между странами в сентябре. Напомним, что Каир ужесточил тогда требования к экспорту российского зерна, а Москва в ответ ввела запрет на ввоз фруктов из Египта. Также сорвалось вроде бы согласованное возобновление воздушного сообщения между странами, прерванного после крушения российского самолёта над Синаем. В последний момент Россия заявила о том, что египетская сторона не отреагировала на ряд замечаний, связанных с безопасностью полётов.
Власти Египта в настоящий момент находятся между молотом и наковальней. Внутри страны нарастает недовольство диктатом Эр-Рияда и излишне мягкой позицией власти, которая даже в разгар кризиса не отказалась от передачи Саудовской Аравии островов Тиран и Санафир. Общественное мнение вынуждает египетские власти ограничивать влияние королевства. Это, однако, чревато жёстким противодействием. Судя по уже сделанным шагам, в Эр-Рияде не остановятся ни перед чем, чтобы сохранить контроль над ключевой страной Ближнего Востока. Поэтому стабильность в Египте находится под серьёзной угрозой.
Положение в Сирии и вокруг неё остаётся неопределённым
Николай БОБКИН
Прошлая неделя завершилась рядом дипломатических переговоров, направленных на вывод сирийского урегулирования из очередного тупика.
28 октября в Москве состоялась встреча министров иностранных дел России, Ирана и Сирии – Сергея Лаврова, Джавада Зарифа и Валида Муаллема. Консультации в таком тройственном формате стали уже привычными, но эти переговоры явно носили срочный характер.
Во-первых, у Дамаска и Тегерана возникли вопросы к Москве по поводу оправданности российского решения о прекращении нанесения авиационных ударов по боевикам, удерживающим значительную часть Алеппо. Иранцы, к примеру, считают, что эта мера не столько поможет улучшить ситуацию с оказанием гуманитарной помощи, сколько укрепит положение боевиков, не прекращающих воевать. Некоторые политики в Иране связывают такое решение с желанием Москвы снять резко усилившийся накал антироссийской риторики.
Во-вторых, накануне трехсторонней встречи Лавров провёл телефонные переговоры с госсекретарем США Джоном Керри, а в день встречи представитель Госдепартамента США Марк Тонер заявил журналистам, что, несмотря на разногласия, переговоры по Сирии нужно продолжить. На брифинге в Вашингтоне Тонеру был задан вопрос о готовящемся террористами «Джабхат ан-Нусры» контрнаступлении в Алеппо, на который представитель Госдепа уклончиво ответил, что не располагает деталями. Зато он вполне однозначно высказался по другому вопросу: «Борьба за Алеппо не закончилась». Потому, видимо, Иран и Сирия и ставят вопрос о возобновлении авиаударов ВКС РФ, что опасаются потери в Алеппо стратегической инициативы.
Уже на следующий день после московской встречи трёх министров состоялся незапланированный визит в Иран Высокого представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерики Могерини. Короткое пребывание в Тегеране главы дипломатии ЕС не обошлось без протокольных сюрпризов. Она вела переговоры с министром иностранных дел Зарифом, затем встретилась с президентом Роухани, после чего неожиданно провела ещё одну встречу с коллегой, возглавляющим иранскую дипломатию. Можно предположить, что иранскому МИД понадобилось срочно согласовать реакцию на какие-то новые инициативы ЕС с лидером ИРИ аятоллой Али Хаменеи. Определённую интригу в этот приезд Могерини в Тегеран добавило то, что из Ирана она сразу же отправилась в Саудовскую Аравию.
Комментарии иранской стороны к визиту Могерини скупы на детали. Выступая 30 октября перед командованием вооруженных сил страны, Зариф сказал, что его переговоры с Могерини касались вопросов прекращения сирийского конфликта политическими и дипломатическими средствами, борьбы с терроризмом и соблюдение права сирийского народа на определение своей судьбы. Зариф напомнил, что лидер ИРИ аятолла Хаменеи охарактеризовал текущую международную ситуацию как «критический исторический поворот» (“critical historic turn”). Для Тегерана это связано не только с дипломатической борьбой за выполнение Соединенными Штатами и их европейскими союзниками условий Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе, но и с неопределенностью обстановки в Сирии и соседнем Ираке.
Что касается Сирии, то, не прекращая оказывать военную помощь правительственной армии, Тегеран заметно расширил поиск путей урегулирования сирийского кризиса дипломатическими средствами. Для Ирана Сирия чрезвычайно важна. Здесь пересекаются три линии иранских интересов: сохранение САР в качестве союзника в арабском мире и плацдарма влияния в Ливане и Палестине; срыв планов Турции и Саудовской Аравии по установлению контроля над Дамаском; ослабление доминирования США на Ближнем Востоке.
Дипломатическое решение иранской ядерной проблемы, как оказалось, не сняло с региональной повестки вопрос о вероятной вооружённой агрессии США и их союзников против ИРИ. Похоже, что со сменой американского президента отношения Тегерана с Вашингтоном могут опять обостриться. В окружении кандидата от Демократической партии такой вариант рассматривается.
В Центре американского прогресса (Center for American Progress) недавно обсуждали будущие контуры ближневосточной политики Хиллари Клинтон. Иран был назван главным противником, в отношении него было предложено вернуться к политике силового давления. Начать планируют с введения новых санкций, вытеснения ИРИ из Ирака, возвращения к безоговорочной поддержке Саудовской Аравии. Серьезно рассматриваются варианты применения боевого потенциала американского флота против иранских кораблей, доставляющих гуманитарную помощь в Йемен.
Отметим, что эти дискуссии велись отнюдь не в академическом ключе. Основатель Центра американского прогресса Джон Подеста является председателем избирательной кампании Клинтон.
Президент Хасан Роухани считает, что разумного выбора между Хиллари Клинтон и Дональдом Трампом для Ирана не существует. Это всё равно как выбирать между плохим и худшим, говорит иранский президент. Однако к вероятной смене американского курса в Тегеране готовятся, пытаясь при этом обойти США и привлечь на свою сторону в решении региональных кризисов страны Евросоюза. В какой-то степени иранскому руководству это удаётся: только в октябре в Тегеране побывали главы государств и правительств 14 европейских стран.
Что касается визита главы внешней политики ЕС в Тегеран, то на своем сайте Федерика Могерини написала, что ее встречи с иранскими руководителями стали началом сотрудничества, которое Евросоюз планирует наладить с региональными державами по сирийскому вопросу, чтобы «положить конец войне в рамках политического процесса, над которым работает Организация Объединенных Наций».
Направление правильное, но неясно, какими ресурсами для этого располагает Евросоюз. Трудно пока судить и о степени решимости ЕС продолжить начатую в Тегеране работу.
Новый удар по планам США и Турции: Иран открывает курдам «второе дыхание»
Сергей Шакарянц,
политолог, Ереван
В современной трагедии Ирака, Сирии и курдов была перевернута интереснейшая страница, и может статься, что в дальнейшем мы увидим прообраз новейшей географии региона. Во всяком случае, следует констатировать, что Турции, да и США, нанесён неожиданный и болезненный удар. К штурму Мосула приступили… пешмерга Курдской рабочей партии (PKK). И в Иране, например, как-то с особым ударением выделяют — «которая враждебна к Турции». Анкару больше всего испугало то, что курды из PKK руководятся командирами шиитской милиции «Хашид Шааби» — «Силы народной мобилизации». Воюющие под флагом шиитского имама Хоссейна, ополченцы отрядов «Хашид Шааби» и курды PKK наступают на позиции «Исламского государства» к западу от Мосула.
Об отрядах «Хашид Шааби» известно, что они сыграли решающую роль в операции по освобождению от боевиков ДАИШ иракского города Эль-Фаллуджи в июне этого года. Хотя шиитские ополченцы и не состоят в иракской армии, они представляют серьёзную военную силу, во многом подконтрольную Тегерану. «Силы народной мобилизации» включают не только шиитов Ирака, объединённых в блок «Бадр», но и свыше 150 тысяч шиитских добровольцев из других стран, например, Афганистана, Пакистана, Индии и других. А с июля 2016 г. в «Хашид Шааби» влились также более одной тысячи христианских добровольцев «Вавилонской бригады», другие христианские отряды самообороны, десятки тысяч суннитов-бедуинов, вставших на сторону Багдадского правительства и Ирана, а также отряды иракских езидов. В беседе с агентством IRNA командующий освобождением Эль-Фаллуджи иракский шиит генерал-лейтенант Абдул Вахаб ас-Саади сказал, что операция по освобождению Мосула была разработана точно и движется вперёд в соответствии с графиком. В итоге обширные районы Мосула, включая большое число сельских районов, были освобождены в течение первых 24 часов после начала операции. И процесс освобождения города не остановится, пока не будет достигнут конечный результат. Ас-Саади добавил, что иракские силы движутся в направлении заданных целей в Мосуле и ждут приказ атаковать террористов в указанное время. Армейские подразделения, шиитские ополченцы, курды и иранские военные советники выдвигались также с территорий в северной провинции Ниневия. Касаясь вопроса о движении турецких военных сил на севере Ирака, он сказал, что до сих пор нет отчёта о деятельности этих сил в регионе. Ас-Саади сделал вывод, что турецкие силы размещены в своей штаб-квартире в Ираке и предположил, что вряд ли турки захотят «встреч» с шиитскими добровольцами и курдами PKK, что будет неизбежным, если турецкие военные всё-таки захотят принять участие в штурме Мосула.
Анкара уже выразила протесты руководству Ирана — конечно, прежде всего из-за участия курдских отрядов PKK в боях за Мосул. Ведь, по сути, это — именно «турецкие» курды, так как среди иракских курдов почитателей PKK практически не было, а сирийские курды из партии «Демократический союз Сирии» (PYD), которую в Турции считают сирийским «филиалом» PKK, заняты своими проблемами и боестолкновениями в Сирии, учитывая военную операцию Анкары «Щит Евфрата» и активизацию бандформирований, прикрывающихся сейчас флагом турецкой операции. Но, как представляется, турецкое руководство уже сейчас стремится предотвратить другую операцию, которую курирует также и Иран — посредством шиитского ополчения «Хашид Шааби». Дело в том, что 29 октября ополченцы отрядов «Хашид Шааби» объявили, что готовы оказать помощь в освобождении иракского города Талль-Афар — некогда одного из центров иракского сопротивления американской оккупации, который контролируется террористами ИГ. Данная операция вызывает серьезное беспокойство у Турции, поскольку Талль-Афар находится рядом с её границей. В этом городе также проживает немалая часть турков — так называемых туркоманов.
Между тем, не только турок, но и США, должна ещё больше взволновать объявленная цель наступления ополченцев «Хашид Шааби» и курдских пешмерга PKK — как сообщает Associated Press, отрезать Мосул от сирийской Эр-Ракки, так как между этими городами проходят пути снабжения боевиков ИГ. При этом якобы в сам Мосул шииты и курды PKK входить не будут — продолжат вытеснять террористов с приграничной с Сирией территории. Если верны были предположения, что руководимая США «международная коалиция» умышленно не полностью блокировала Мосул, и по некой договоренности боевики ИГ, посопротивлявшись для виду, затем начнут по незаблокированному коридору «утекать» в Сирию, то тогда задумка командиров «Хашид Шааби» и курдских отрядов PKK крайне своевременна и нужна. В случае удачи, шииты и курды исключат бегство исламистов в Сирию. Это тем более важно, что на днях США и Франция анонсировали, что не собираются откладывать в долгий ящик и штурм сирийской Эр-Ракки. Наконец, последнее тревожащее Турцию обстоятельство, — по сведениям Associated Press, военную операцию ополчения «Хашид Шааби» и пешмерга курдской PKK «с воздуха поддерживают иранские ВВС». Пожалуй, это — вообще, новинка для истории антитеррористических войн в Ираке и Сирии, до 29 октября в основном говорилось о воздушных операциях лишь сирийских и иракских ВВС, российских Военно-космических сил (ВКС), а также самолётов американской «международной коалиции». Сейчас же и Западу, и Турции придётся считаться с тем, что в небе над Ираком и, видимо, затем и над Сирией начинает действовать и боевая авиация Ирана.
Ещё более усложняет ситуацию то, что Иран и Курдское региональное правительство (KRG) в Ираке интенсифицировали свои контакты, причём, видимо, Иран открыто «переманивает» к себе и клан президента иракского Курдистана Масуда Барзани. На наш взгляд, об этом косвенно свидетельствуют два факта: 1) накануне наступления на Мосул шиитов и PKK Иран и иракский Курдистан заключили правовой договор об обмене 28 своих заключённых; 2) премьер-министр иракского Курдистана и тоже представитель клана Барзани, Нечирван Барзани 29 октября заявил, что как только «Мосул будет освобождён, мы будем встречаться с нашими партнёрами в Багдаде и возобновим переговоры о нашей независимости». Если судить по словам Масуда Барзани из его интервью немецкому таблоиду Bild, иракские курды уверены, что «при сохранении нынешнего темпа операции по освобождению Мосула от боевиков отбить город удастся самое позднее за три месяца». Получается, что к концу января — началу февраля 2017 г. у курдов и Сирии, и Турции появится новый стимул ужесточить свои позиции в борьбе с Анкарой. А сегодняшнее участие бойцов из пешмерга PKK в освобождении Мосула — получается, прозрачный намёк именно Турции на то, что в иракской (да и в сирийской…) войне оттачивают своё военное мастерство те, кто уже завтра-послезавтра, не исключено, будут готовы идти и освобождать Нуцайбины, Джизре, Ширнак и другие курдонаселённые города и посёлки юго-восточной Турции, граничащей и с Ираком, и с Сирией.
Совпадение это или нет, но заметно, что такая убыстренная развязка ситуации по времени явно связана с недавней встречей главы МИД РФ Сергея Лаврова с его иранским и сирийским коллегами Мохаммадом Джавад Зарифом и Валидом Муаллемом. СМИ передавали, пожалуй, важнейшие итоги этих переговоров в Москве — 1) «Террористов надо добивать» (С.Лавров на итоговой пресс-конференции); 2) Россия и Иран готовы сообща решать все задачи в Сирии и, кроме того, «обсудили ситуацию в Ираке, а также совместные усилия по борьбе с террористической угрозой». И на этом фоне курдские пешмерга из PKK соглашаются над общим руководством над собой со стороны командиров шиитского ополчения «Хашид Шааби» и, вопреки «рекомендациям» США и Турции, вливаются в контингенты, идущие на штурм Мосула и готовящиеся захлопнуть капкан для боевиков ИГ, которых, как предполагается, западная «международная коалиция» и турки хотели бы передислоцировать в Сирию. И не зря ещё перед встречей трёх министров иностранных дел в Москве Тегеран устами официального представителя МИД Ирана Бахрама Касеми, заявив, что «десятки тысяч мирных жителей в Сирии и Ираке стали жертвами из-за инструментального использования США и Западом террористов в своих политических интересах», как бы подвёл жирную черту: «Тегеран-Москва-Дамаск — антитеррористическая ось на Ближнем Востоке».
Сообщения о присоединении отрядов PKK к шиитам, штурмующим Мосул, как и более ранние сообщения об участии в боях за освобождение провинций Алеппо, Хама и Хомс бойцов другого шиитского иракского ополчения — «Харакат аль-Нуджаба», и палестинских добровольцев из сводного отряда «Аль-Кудс» (не путать со спецназом «Кодс» иранского КСИР), становятся зловещим сигналом как для западной «международной коалиции» и конкретно США, так и для Турции, да и всяких «Саудовских Аравий и Катаров» с их опекунами. При этом известно, что Иран как минимум с лета 2014 г. обвиняет арабские суннитские режимы Персидского залива в исполнении политических заказов Израиля.
Сколько ещё капканов для своих «оппонентов» заготовили страны «антитеррористической оси на Ближнем Востоке», сказать затруднительно. Но турки поздно спохватились — подключение отрядов PKK к действиям иранских военных советников и шиитского (точней, смешанного — шиито-езидо-христианского) ополчения «Хашид Шааби» свидетельствует, по меньшей мере, о том, что более никто из прежних «кураторов» турецко-курдской партии PKK реально не контролирует ни членов командования военного крыла этой партии, ни тем более конкретных курдских бойцов и полевых командиров. Это также говорит о том, что находящиеся в Северном Ираке иранские военные представители уже давно — и в иракских горах Кандиль на границе с Турцией, где в основном скрываются наиболее боеспособные отряды PKK, и у этой курдской партии уже налажены не просто контакты с иракскими шиитскими ополченцами и командованием иракской армии, а уже и тесное военное взаимодействие, причём именно под общим руководством Ирана.
В такой ситуации достаточно и одного «неосторожного движения» Турции в Сирии, которое в Иране могли бы расценить как шаги, угрожающие иранским интересам или же интересам союзников Ирана в Дамаске, — и ответ будет дан силами тех же отрядов курдской PKK, как в Сирии, так и в Турции. Ведь не зря буквально за 10 дней до объявления о начале операции по освобождению Мосула, вначале из Дамаска приходили сообщения, что Башар аль-Асад «усомнился в единстве курдов» и под предлогом, что в Конституции Сирии не предусмотрен принцип федерализации государства или создания автономных районов, отказался вообще считаться с тем, что сирийские курды провозгласили «автономный район Рожава» (так называемый «Западный Курдистан». А затем, как бы «в ответ», прокурдские круги из-за пределов Сирии распространили то ли призыв к Асаду, то ли предложение: «Диалог курдов (сирийских — прим.) с Дамаском актуален как никогда». Причины «сомнений» Асада, как и готовности сирийских курдов вернуться к переговорам с Дамаском, понятны — из-за турецкой операции на севере Сирии «Щит Евфрата» и с каждым днём всё более распоясывающихся бандформирований из так называемых «протурецких отрядов сирийской оппозиции» (арабы-сунниты и туркоманы — прим.) оккупирована ключевая территория Северной Сирии. И прежний план сирийских курдов из партии PYD уже нереализуем — между курдонаселёнными районами Африн и Айн-эль-Араб (Кобани) образовался антикурдский «клин». К курдам пришло понимание, что без поддержки Дамаска и его союзников по ближневосточной антитеррористической оси избавиться от Турции и исламистских террористов им не удастся, какими бы ни были связи курдов с США и американскими спецслужбами.
Но раз шииты Ирака и Иран вошли в соглашение с PKK, то и у сирийских курдов, и у клана Барзани может открыться «второе дыхание». Полная же смена «куратора» может вообще сулить курдам региона новый замысловатый вираж в их истории, когда им предложат перенести основной театр борьбы за их права с территорий Ирака и Сирии на территорию Турции. Так что резкая антииранская реакция Анкары понятна и обоснована — вот только поможет ли это Турции, судя по всему, курды выбор сделали.
![Главное](/images/star.png)
Ливанские генералы учат русский
В Ливане проходят президентские выборы
Инна Сидоркова (Бейрут)
Сегодня в Ливане может наконец завершиться двухлетний политический кризис: 31 октября в стране проходят президентские выборы. Вероятнее всего, новым главой государства станет 81-летний генерал Мишель Аун, на которого Россия делает ставку в сфере военно-технического сотрудничества. Есть шанс, что успешные выборы реанимируют общественную и деловую жизнь в стране.
Колючая проволока и люди в военной форме с оружием в руках — в Бейруте это часть быта. Несмотря на то что последний теракт в столице Ливана был по ближневосточным меркам относительно давно, в ноябре прошлого года, здесь ощущается атмосфера потенциальной опасности. Местные называют это состоянием стабильной нестабильности. Сказывается соседство с Сирией: половина населения четырехмиллионного Ливана — беженцы. Приближающиеся внеочередные президентские выборы лишь накаляют обстановку. За последние два с половиной года это будет 37-я попытка собрать парламент и назначить главу государства.
Политический патриарх против «человека Асада»
Вероятность того, что в понедельник голосование состоится, на этот раз очень велика. На днях основные противоборствующие партии выступили в поддержку одного и того же кандидата — генерала Мишеля Ауна.
В частности, о том, что Ауна поддержит шиитская партия «Хезболла», неделю назад заявил ее лидер Хасан Насралла.
«Следующее заседание парламента по избранию президента блок посетит в полном составе для избрания генерала Мишеля Ауна», — объявил Насралла в эфире телеканала «Аль-Манар».
Ранее с аналогичным заявлением выступил лидер прозападной суннитской партии «Аль-Мустакбаль» Саад аль-Харири.
Мишель Аун — 81-летний католик-маронит, получивший военное образование во Франции, владеет четырьмя языками. Аун считается человеком, близким к движению «Хезболла», занимающему 61 из 128 мест в парламенте. Генерал пользуется огромным уважением в стране. Например, вопреки сложившейся традиции Аун даже занимал должность главы правительства — установки Договора мирного согласия 1943 года гласят, что президентом в Ливане должен быть христианин-маронит, премьер-министром — мусульманин-суннит, а председателем парламента — мусульманин-шиит.
Однако, по словам собеседника «Газеты.Ru» в структурах безопасности Ливана, не все высшие руководители в армейских кругах согласны с этой кандидатурой.
Желая сорвать эти выборы, они могут пойти на обострение, вплоть до организации теракта.
Кроме того, кандидатура Мишеля Ауна не устраивает и спикера палаты представителей Набиха Берри, считающегося одним из тяжеловесов ливанской политики. Такое мнение высказал в беседе с «Газетой.Ru» старший преподаватель департамента политической науки НИУ ВШЭ Леонид Исаев. По его словам, шиитская партия «Амаль», лидером которой является Берри, видит своим президентом представителя влиятельной политической династии Сулеймана Фаранджи, тесно связанного с нынешним руководством Сирии.
«Несмотря на то что в Ливане существует альянс шиитских партий, все же нередко их пути в современной истории Ливана расходились, что мы, собственно, и наблюдаем последние два года — с того момента, как президентское кресло оставил Мишель Сулейман, — рассказал «Газете.Ru» Исаев. — Учитывая, что президент в Ливане избирается парламентом, существует ряд процессуальных возможностей, прежде всего со стороны аппарата палаты представителей, для затягивания решения данного вопроса. Этим пользуется Набих Берри, поскольку в случае проведения выборов президента шансы на успех его кандидата могут расцениваться в самом лучшем случае как 50 на 50».
И все же Исаев отмечает, что более реалистичной выглядит победа именно Мишеля Ауна. Во многом это связано с тем, что у «Хезболлы» и сирийского правительства уже существует негласная договоренность с партией «Аль-Мустакбаль» о том, что если та проголосует за Ауна, то пост премьера получит ее лидер Саад Харири. Это, в свою очередь, не соответствует интересам Берри, который при подобном раскладе, учитывая плохие отношения с Харири, может лишиться своего поста председателя палаты представителей после очередных парламентских выборов. Именно поэтому на протяжении последних лет он постоянно откладывает выборы, подчеркнул Исаев.
«Сулейман Фаранджи более лоялен лично Берри, нежели Мишель Аун, и его президентство могло бы гарантировать ему дальнейшее пребывание на занимаемом посту», — рассуждает эксперт.
По его словам, шансы Фаранджи победить на выборах меньше, поскольку против него активно выступает все та же «Аль-Мустакбаль», которая в нынешнем созыве имеет наибольшее число мест в парламенте, возглавляя к тому же «Альянс 14 марта».
Не стоит забывать, что Фаранджи взошел на политическую сцену благодаря близким отношениям его семьи с сирийским правительством, пишет газета «Ислам Таймс».
«Очень теплые отношения были между его отцом (бывшим президентом Ливана. — «Газета.Ru») Сулейманом Фаранджи-старшим и Хафезом Асадом. Эта связь стала основой политического успеха этой семьи, и эти отношения вполне сохранились между Сулейманом Фаранджи и Башаром Асадом», — пишет издание.
«Ислам Таймс» также отмечает, что Фаранджи-младший — один из немногих политиков, открыто поддерживающих палестинское сопротивление против израильской оккупации.
Компромисс для безопасности
Для того чтобы выборы состоялись, необходимы голоса как минимум двух третей депутатов парламента. Пока все указывает на то, что явка будет достаточной. Такую уверенность выразил на встрече с журналистами посол России в Ливане Александр Засыпкин. При этом он говорит, что для России не имеет значения, с каким президентом ей работать.
«Есть один нюанс: традиционно получалось так, что именно внешние силы играли решающую роль в выборе президента Ливана. И в последнее время все тоже думали, что раз в стране два с половиной года нет президента, то все будет зависеть от развития региональной ситуации. Важный момент заключается в том, что у российской стороны «своего» кандидата нет, мы никого не поддерживаем и не вмешивается в этот процесс. Мы подчеркиваем, что выборы — это дело самих ливанцев. О ком они договорятся, тот нас и устроит», — заключил Засыпкин.
На вопрос: «Как Москва относится к Мишелю Ауну?» — посол ответил, что Россию этот кандидат «вполне устраивает».
В то же время ранее ливанское шиитское издание «Сауд аль-Джабаль» со ссылкой на спецпредставителя президента России по Ближнему Востоку и странам Африки Михаила Богданова писало, что сначала Россия избрание Ауна не приветствовала.
Более того, практически все местные СМИ уверены, что Аун — согласованный кандидат.
В частности, газета «Инн Лебанион» со ссылкой на независимые источники пишет, что существует договоренность между представителями Ирана, России, США, Саудовской Аравии об избрании Мишеля Ауна президентом Ливана.
«Глава «Аль-Мустакбаль» Саад Харири посетил Саудовскую Аравию, чтобы поговорить о ситуации в Ливане, где ему сообщили, что все заинтересованные страны одобряют кандидатуру Ауна», — уточняет издание.
Саудовская газета «Аказ» также сообщала, что по некой договоренности между Россией и Францией новым президентом Ливана станет Мишель Аун, а издание «Лебан он Дибэйт» добавляет, что, делая ставку на этого политика, стороны рассчитывают, что Аун сможет обеспечить безопасность в стране, а значит, и в регионе в целом.
Перезапуск страны
В любом случае избрание президента должно стать тем толчком, который заново запустит не только политическую, но и деловую жизнь в стране. Сегодня даже в центре Бейрута очень много пустующих витрин и помещений с табличками «for sale». В стране практически не представлен российский бизнес. Для налаживания экономических связей требуются годы и желание на высоком уровне, которого с российской стороны пока нет. Основная причина — не только в вопросах безопасности.
Крупные проекты, как, например, строительство плотин или дорог, пока невозможно реализовать совместно из-за недоработанного внутреннего законодательства, считает Александр Засыпкин.
«Если изберут президента и сформируют новое правительство, которое будет объединять основные политические партии, возрастет вероятность, что они смогут доделать свое местное законодательство и начать конкретно раздавать блоки», — пояснил посол.
От помощи к контрактам
Что касается сотрудничества России и Ливана в военно-технической сфере, то здесь дела обстоят еще хуже.
В распоряжении правительственной армии в основном советская военная техника, которая осталась еще со времен сирийского присутствия в стране.
В течение многих лет возникает вопрос о том, чтобы Москва и Бейрут вышли на новый уровень взаимодействия. Однако традиционно ливанская армия получает лишь незначительную часть бюджета, поэтому опирается в основном на безвозмездную помощь из-за рубежа. Главным донором здесь оказываются США. Чтобы не только не допустить массового проникновения террористов на территорию страны, но также и чрезмерного усиления «Хезболлы», Вашингтон ежегодно поставляет Бейруту разные виды своих вооружений на $100 млн.
Говорить же о каких-то коммерческих контрактах в рамках ВТС пока не приходится.
«Был случай, когда саудовцы решили оказать Ливану финансовую помощь на $4 млрд. Предполагалось, что на три из них Бейрут закупит оружие у Франции, а на остальные — у других стран, в том числе и у России. Но потом Эр-Рияд отозвал эту помощь, ситуация оказалась в подвешенном состоянии», — рассказал посол.
По его словам, вопрос до сих пор остается открытым и говорить о какой-то конкретике пока невозможно.
Засыпкин надеется, что новое правительство начнет проявлять инициативы в отрасти ВТС. В Ливане тоже в это верят. К примеру, генералы уже активно учат русский язык.
Палестинец ранил трех израильских пограничников, протаранив их на машине на Западном берегу реки Иордан, и был обезврежен ответным огнем, сообщил представитель полиции.
Инцидент в районе палестинской деревни Бейт-Умар, расположенной между Иерусалимом и Хевроном, он назвал терактом.
"Палестинец предпринял попытку автомобильного тарана у Бейт-Умара… Трое сотрудников пограничной полиции легко ранены, террориста застрелили", — сообщил пресс-секретарь полиции Мики Розенфельд.
Похожий инцидент произошел накануне в районе города Рамаллаха, где палестинец попытался протаранить на машине израильских солдат, а потом напал на них с ножом. Он был ранен ответным огнем, со стороны израильтян никто не пострадал.
Хилари Клинтон готовят к конфронтации с Ираном
Редкционная статья Иран.ру
В Центре американского прогресса (Center for American Progress) состоялся своего рода предварительный просмотр ближневосточной политики Хиллари Клинтон. Основатель Центра Джон Подеста является председателем избирательной кампании Клинтон в борьбе за пост президента. Многие из ближайших ее советников сотрудничают с этим Центром, входящим в список лучших десяти исследовательских учреждений США, и рассматриваются в качестве ключевых фигур в администрации Хилари Клинтон, если она станет президентом США. Редакция Иран.ру знакомит с позицией соратников кандидата в президенты США в отношении будущей конфронтации Вашингтона с Ираном, другие варианты в команде Хилари Клинтон, похоже, сегодня не рассматриваются.
Во внешней политике США Иран остается врагом
Играющие ключевые роли в избирательной кампании Хилари Клинтон эксперты по внешней политике рекомендует ей более жестко противостоять Ирану на Ближнем Востоке. Об этом говорил на этом форуме, в частности, Майкл Морелл, бывший заместитель и исполняющий обязанности директора ЦРУ, а сегодня советник по внешней политики в избирательной кампании Хиллари Клинтон. В случае ее победы на президентских выборах Мореллу обещают пост главы администрации президента США. Это дает повод более внимательно отнестись к высказываниям этого американского политика.
В отношении Ирана Морелл предлагает целый набор жестких мер, некоторые из которых нельзя оценивать иначе как прямые угрозы Тегерану. К примеру, он выступает за новый набор санкций против Ирана, чтобы наказать его за «пагубное поведение в регионе». Региональную политику Тегерана советник Хилари Клинтон определяет одним понятием «агрессия». Так он говорит о роли Ирана в Сирии, где, по его мнению, не Россия, а Иран стал на пути стратегии США, сорвал планы Вашингтона по насильственному смещению Башара Асада, не позволил поддерживаемым американскими спецслужбами различным антиправительственным силам одержать военную победу.
Примерно с этих же позиций Морелл оценивает растущее иранское влияние в Ираке. Бывший заместитель директора ЦРУ недоумевает, как стало возможным, чтобы американская боевая авиация осуществляет воздушную поддержку проиранским шиитским формированиям, штурмующим Мосул. Он вообще не в состоянии понять, почему выдвинутый Белым домом на пост иракского премьера Хайдер Аль-Абади так быстро «перестроился» в сторону стратегического сближения с Исламской Республикой. Не знает советник кандидата в президенты США, что можно противопоставить авторитету Тегерана в Ливане, а также не допустить резко набирающего обороты сближения ИРИ с палестинской организацией ХАМАС.
Вот в отношении Йемена у Морелла рецепт борьбы с Ираном нашелся, правда, он настолько опасен, что разговоры о третьей мировой войне уже не представляются абсолютной фантазией. Сподвижник Хилари Клинтон предлагает новую политику для использования ВМС США, допуская применение всех видов вооружения американского флота для уничтожения иранских кораблей, оказавшихся у берегов Йемена. Да, Морелл, оговаривается, что это вызывает вопросы с точки зрения международного морского права, но в отношении Ирана подобные нарушения логичны, считает он. Во-первых, они позволят остановить иранскую помощь повстанцам-хуситам, а, во-вторых, как отмечает он, жесткие военные меры против ИРИ продемонстрируют американским друзьям в регионе, что США серьезно намерены помочь им справиться с иранской проблемой.
Исходя из этого, Морелл рекомендует в рамках новой стратегии США ужесточения противодействия Ирану активнее использовать американских союзников на Ближнем Востоке, преимущественно в Персидском заливе. По его мнению, следующий президент имеет возможность успокоить колеблющихся арабских союзников, чтобы сказать им: «Мы вернулись, и мы будем снова лидером».
Сподвижники Хилари Клинтон в своей вражде к Ирану не одиноки
Отметим, что подобные взгляды не отражают лишь позицию Морелла, его подход вполне соответствует рекомендациям Джейка Салливана, заместителем помощника президента США и советником по национальной безопасности вице-президента США Джо Байдена. Он высказался не менее определенно: «Нам нужно повысить затраты на борьбу с Ираном за его дестабилизирующее поведение, и мы должны вернуть доверие наших партнеров-суннитов». Оба советника кандидата в президенты считают, что ядерная сделка, достигнутая при участии США в 2015 году, не делает Иран региональным партнером для Соединенных Штатов, и что Тегеран продолжает представлять угрозу интересам США на Ближнем Востоке и даже во всем мире.
Бывший первый заместитель председателя Объединенного комитета начальников штабов США Джеймс Виннефельд также выступает за активизацию борьбы с «иранской угрозой». Он призвал американское руководство в войне Саудовской Аравии с Йеменом стать на сторону Эр-Рияда. «Иран понимает язык силы. Сегодня они понимают язык слабости», сказал он. Адмирал Виннефельд поддержал предложение вооруженного противодействия иранским кораблям, доставляющим помощь союзникам Тегерана в Йемене. В этой связи он весьма цинично заметил, что атаку на корабли Ирана в международных водах легко объяснить необходимостью самозащиты. В этом вопросе «мы могли бы быть более либеральными», считает он.
По его мнению, на кону в войне Саудовской Аравии в Йемене для США поставлено слишком многое, чтобы придерживаться «условностей международного права». Война идет на границе со страной (КСА), которая производит 10 миллионов баррелей нефти в день и которая закупила в США в течение последних 18 месяцев оружия и боеприпасов на 20 млрд. долларов, привел аргументы американский адмирал. Таковы истинные мотивы стратегии США, в которой Ирану снова отведена роль виновного в американском безрассудстве.
Впрочем, это не удивляет. И до и после подписания администрацией президент Обамы ядерного соглашения с Ираном стремление принять более враждебную позицию по отношению к Тегерану в США никогда не подвергалось сомнению. При этом роль КСА и государств Залива в развитии экстремизма в Сирии и в других странах региона правительство и конгресс никогда широко не обсуждали, закрывая глаза на явные факты их участия в дестабилизации Ближнего Востока. Что касается Ирана, то в США уже предложен сценарий эскалации информационной войны против Тегерана в связи с иранской поддержкой повстанцев-хуситов в Йемене.
Как планируют начать новую информационную войну против Тегерана
Его автором выступил Майкл Сингх, управляющий директор Вашингтонского института ближневосточной политики, предложивший на страницах The Wall Street Journal три этапа действий американской пропаганды. Прежде всего, он рекомендует собрать доказательства причастности иранцев к ракетным обстрелам кораблей ВМС США с территории Йемена. Источниками подобной информации могут быть не только американские разведслужбы, но и разведорганы Саудовской Аравии и государств Залива. Ясно, что достоверность этих сведений, как и перед войной с Ираком для свержения Саддама Хуссейна, руководство США мало будет интересовать.
На втором этапе рекомендуется взвесить все политические и дипломатические риски в конкретный момент принятия решения о придании собранной информации огласке. К числу вероятных имидживых потерь для Вашингтона, к примеру, относятся негативное отношение международной общественности к инициированному американской администрацией срыву ядерной сделки с Ираном и потеря в этой связи доверия со стороны европейских союзников.
Наконец, если будет принято решение, что эта информация должна быть опубликована, необходимо одновременно иметь план конкретных мер против Ирана. Обвинения в адрес иранского руководства должны сопровождаться призывами к действиям, в необходимости которых придется убеждать скептически настроенных политиков у себя дома и за рубежом.
Что думает об Иране сама Хилари
Хилари Клинтон в январе 2016 года предупреждала президента Обаму, что форсирование налаживания отношений с Ираном было бы большой ошибкой для Штатов. Она утверждала тогда, что у Ирана нет умения держать слово, намекая на неспособность Тегерана выполнить свои обязательства в соответствии с ядерным соглашением. Не сбылось, сегодня претензий к ИРИ по соблюдению Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) нет у МАГАТЭ, нет и у других членов «шестерки». У Вашингтона их тоже нет, быть не может в связи с беспрецедентной уступчивостью Тегерана во всем, что касается сохранения достигнутых условий ядерной сделки.
Тем не менее, кандидат в президенты США уже в те дни призывала к новым санкциям против Ирана из-за программы тестирования баллистических ракет. «Иран до сих пор нарушает резолюции Совета безопасности ООН со своей программой по баллистическим ракетам. Ответом на это должно стать обозначение новых санкций и твердые намерения», — сказала в январе этого года Клинтон. Свой подход к Ирану она описала словами «доверять и проверять».
Правда, признаков доверия к Ирану с тех пор Клинтон так и не проявила, в основном клевещет на иранское руководство и угрожает исламской государственности. В ходе теледебатов с республиканцем Дональдом Трампом Хилари заявила, что это именно она положила конец иранской ядерной программе. По ее словам, это произошло в то время, когда она была госсекретарем США. «Мы положили конец иранской ядерной программе. Вот это дипломатия, строительство коалиции, работа с другими странами», - подчеркнула она. Не стоит верить подобному предвыборному трюку с манипуляцией фактами из американской дипломатии последних лет.
Позиция, которую постоянно отстаивала Клинтон, основана на применении военной силы, будь то Афганистан, Ирак или Ливия. И, судя по ее предвыборной кампании, ничего не изменилось. Она не скрывает, что хочет добиться сохранения доминирования США на международной арене в условиях, когда мир перестает быть однополярным. К тому же Клинтон не считает, что в вопросе применения военной силы есть какие-то ограничения. Не случайно, кандидат в президенты США от Республиканской партии Дональд Трамп заявил, что Хиллари Клинтон может спровоцировать столкновение США с Россией и привести к Третьей мировой войне. Впрочем, иранцы не верят обоим нынешним претендентам на пост президента США.
******
Хасан Роухани во время недавнего выступления перед жителями Центральной провинции в городе Араке раскритиковал президентскую кампанию в США, отметив, что в ней нет места морали. «Вы видели дебаты и то, как они разговаривают, обвиняя и издеваясь друг над другом? Демократии в США более 200 лет, однако, этой большой стране явно не хватает нравственности», считает Роухани. Здесь же президент Ирана рассказал, что во время визита на Генассамблею ООН в Нью-Йорк в сентябре этого года ему задали вопрос о том, какого кандидата в президенты США он предпочитает. «Я сказал что? Я должен предпочесть плохое худшему или худшее плохому», ответил тогда на этот вопрос президент Роухани. Действительно, Ирану трудно сделать выбор, иранцы надеются только на себя и свои возможности обороняться. Стабильность импортировать невозможно, ни из США, ни из любой другой страны.
«Хизбалла» и другие. Война с терроризмом в Сирии приняла народный характер
Александр КУЗНЕЦОВ
Одним из излюбленных приёмов западных СМИ в информационной войне против Сирии и Башара Асада является обвинение Дамаска в том, что на его стороне сражаются иностранные вооруженные формирования - части иранского Корпуса стражей Исламской Революции (КСИР), вооруженные формирования ливанского движения «Хизбалла» и иракское шиитское ополчение. СМИ охотно мусолят тезис об «иностранной оккупации Сирии» (никто почему-то не вспоминает Испанию 30-х годов ХХ века с её интербригадами), но молчат о том, что главную ударную силу правительства Асада в этой войне составляют не иностранцы, а добровольческие формирования из сирийцев.
Национальные силы самообороны начали создаваться в Сирии с конца 2012 года. После тяжёлых поражений сирийской правительственной армии в Алеппо, Хомсе и близ Дамаска стало ясно, что регулярной армии сложно сражаться на нескольких фронтах одновременно, да еще и удерживать тыловые или недавно занятые у противника территории. И Асад приступил к созданию милицейских подразделений, возникавших на основе народных комитетов. Первоначально функции милиционеров сводились к охране дорог, других стратегических объектов, несении гарнизонной службы на отнятых у боевиков территориях, но со временем добровольческие части стали все чащё использовать в боевых действиях.
Численность сил самообороны, составлявшая поначалу около 90 тысяч человек, выросла вскоре до 150 тысяч. Они действуют в тесной координации с Департаментом политической безопасности Сирии (одна из спецслужб в составе сирийского разведсообщества). Есть среди добровольцев и такие полевые командиры, которые снаряжают свои отряды за собственный счет. С одним из них автору удалось побеседовать в прошлом году. Этот командир, алавит из Тартуса, рассказал, что до войны у него было два больших автосалона, но он продал свои магазины, и все деньги вложил в создание отряда численностью около ста человек.
Интересна структура вооружённых формирований Сил национальной самообороны («Джейш дефа аль-ватани»). Они делятся на пять групп: шиитские формирования, поддерживаемые Ираном; формирования добровольцев, действующие в координации с сирийскими спецслужбами (обычно светской направленности); отряды немусульманских религиозных меньшинств (христиане, друзы); палестинские военные отряды; силы местной самообороны, союзные Дамаску в суннитских районах.
В прошлом году много говорили о намерении Тегерана создать в Сирии аналог ливанской «Хизбаллы», который в будущем заменил бы сирийскую армию (в Ираке такая операция была проделана с помощью милиции «Хашед аш-шааби»). После начала операции российских ВКС положение правительственной Сирийской арабской армии (САА) значительно укрепилось, но шиитская милиция продолжает играть в сирийском конфликте важную роль. Наиболее значительным милицейским формированием является бригада «Кувват ар-Рида», появившаяся летом 2013 года, когда в Сирии начала воевать «Хизбалла». Костяк бригады составляют выходцы из крестьянских семей провинций Хама и Хомс, а также столичного региона. Большинство бойцов «Кувват ар-Рида» - шииты, но есть и сунниты. В первые месяцы создания бригады ей командовал один из военных руководителей «Хизбаллы» Хамза Ибрагим Хайдер (Абу Мустафа). Бойцы «Кувват ар-Рида» успешно действовали в боях в Хомсе, в предместьях Дамаска (Западная и Восточная Гута), в горном районе Каламун, в провинции Дераа.
Ещё одно шиитское милицейское формирование - «Бригада госпожи Рукайя» (Лива ас-Сайида Рукайя), названная так в честь дочери имама Хусейна. Гробницы Сайида Зайнаб и Сайида Рукайя в Сирии являются местами поклонения шиитов всего мира. Милиция Лива ас-Сайида Рукайя - это чисто сирийское формирование.
В ряду вооружённых отрядов, созданных сирийскими спецслужбами, нужно обязательно упомянуть крупную группировку «Кувват дир аль-амн аль-аскари» («Силы щита военной безопасности»), действующую в районах Латакии и Тартуса. «Силы щита» принимали участие в обороне провинции Латакия от «Джабхат ан-нусры», вторгшейся в эти края весной 2014 года. В 2015 году они сражались с террористическими бандами в горах Джебель аль-Акрад. В настоящее время принимают участие в боях за освобождение Алеппо. Командует ими Абу Исмаил аль-Халь, уроженец деревни Кардаха (родная деревня Хафеза Асада), бывший офицер Республиканской гвардии. Здесь же нужно назвать ещё несколько отрядов: «Лива дир ас-Сахель» («Бригада щита побережья»), действующая в Тартусе и в Латакии; «Фаудж магавир аль-бадийя» («Полк коммандос пустыни»), воюющий в провинциях Хомс и Хама; «Аль-Фухуд аль-Хомс» («Леопарды Хомса»); этот отряд был создан на деньги двоюродного брата президента САР Рами Махлюфа.
Отдельно нужно сказать о вооруженных подразделениях друзов и сирийских христиан. Им, как и алавитам, в случае победы «воинов джихада» грозит физическое уничтожение или изгнание. Среди них выделяются отряды, созданные в населенной друзами провинции Сувейда. Если два года назад единственным вооружённым формированием друзов была «Джаиш аль-мувахиддин» («Армия сторонников единобожия»), то сейчас в Сирии действуют несколько крупных друзских вооружённых отрядов. Самый большой - «Дир аль-ватан» («Щит родины»), руководит им один из духовных предводителей друзов шейх Юсуф Джарбуа. Участие друзов в войне стало массовым с осени 2014 года, когда боевики «Джабхат ан-нусры», захватив друзский анклав Джебель Самак в районе Идлиба, устроили показательную казнь 23 человек, а остальных принудили принять «истинный» (читай: салафитский) ислам.
Своя милиция есть и у сирийских христиан. Это вооружённые формирования Сирийской социальной национальной партии (ССНП), основанной в 1932 году ливанским православным христианином Антуном Сааде. Идеологической установкой ССНП является создание Великой Сирии в составе Сирии, Палестины, Ливана, Ирака, Иордании и Кипра. В противовес панарабизму партия с самого начала выдвигала идею сирийского национализма, а среди своих предшественников числила даже царей древности Ашшурбанипала и Хаммурапи. В 50-60-е годы прошлого века ССНП долгое время вела ожесточенную политическую борьбу с баасистами и находилась в Сирии вне закона. В политике ССНП утверждает внеконфессиональные принципы. В 2005 году ССНП была в Сирии легализована, сейчас она представлена в сирийском парламенте тремя депутатами. Вооруженные формирования сирийских христиан «Орлы урагана» (Нусур аз-заубаа) ориентированы, однако, не на сирийское крыло партии во главе с Али Хайдаром, а на ливанское крыло, возглавляемое Асаадом Харданом. Помимо «Нусур аз-Заубаа», состоящих в основном из христиан, проживающих на юге Сирии в долине Вади ан-насар, в рядах Национальных сил самообороны сражается и группировка «Джунуд аль-Масих» («Воины Христа»).
Существует в Сирии и суннитская милиция, действующая на стороне правительства. На юге Сирии, в провинции Кунейтра воююет отряд добровольцев-суннитов «Лива ас-сукур аль-Кунейтра» («Бригада соколов Кунейтры»). Бригада состоит из друзов и суннитов, коренных жителей провинции. На востоке Сирии действует «Усуд аш-Шарк» («Львы Востока»), племенная милиция, сосредоточенная в городе Дейр эз-Зор и состоящая из представителей лояльного правительству бедуинского племени шайтат.
Активное участие в боевых действиях на стороне правительства САР принимают и палестинские отряды из беженцев, проживающих в Сирии. Палестинцы, нашедшие убежище на сирийской земле, всегда находились в несравненно лучших условиях, чем их земляки в Иордании, Ливане и других арабских государствах. Палестинский лагерь Ярмук под Дамаском представлял собой не хаотичное скопище хибар и трущоб, как лагеря в Ливане, а благоустроенный микрорайон городского типа. Палестинцы всегда пользовались в САР всеми правами (учёба в университетах, трудоустройство без «запретов на профессию»), кроме избирательного.
Самой многочисленной палестинской милицией является «Лива аль-Кудс» («Бригада Иерусалима»), численность которой определяется примерно в 3-4 тысячи бойцов. Бригада не имеет ничего общего с движением ХАМАС. Её основу составляют выходцы из лагеря палестинских беженцев Найраб. «Бригаду Иерусалима» основал в октябре 2013 года палестинский инженер Мухаммед Саид. Сейчас бригада ведёт боевые действия в районе Алеппо.
Если говорить о других арабских добровольцах, то помимо «Хизбаллы» (численность в Сирии оценивается в 7-8 тысяч человек) в стране действуют также вооружённые формирования иракских шиитов. Самым крупным соединением иракских добровольцев в Сирии являются «Бригады Абу Фадль Аббаса» численностью 3 тысячи человек и «Харакат ан-Нусджабаа» численностью в тысячу человек. Необходимо упомянуть ещё о «светских» арабских добровольцах из Египта, Ливана, Йемена, Иордании, объединившихся в «Арабскую националистическую гвардию». Идеологической платформой для них служит насеризм. Среди их кумиров помимо Гамаля Абдель Насера – Че Гевара, Уго Чавес, Хасан Насралла.
Война с терроризмом в Сирии приняла по-настоящему народный характер.
![Главное](/images/star.png)
Заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Владимир Путин принял участие в итоговой пленарной сессии XIII ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай». Тема заседания в этом году – «Будущее начинается сегодня: контуры завтрашнего мира».
В течение трёх дней более 130 экспертов и политологов из 35 стран мира рассматривали актуальные вопросы развития международных отношений, внутриполитического устройства, экономики, демографии и технологий.
Дискуссии, в частности, были посвящены мерам по смягчению последствий радикальных изменений на политической карте мира и кризиса демократических процедур, обсуждению путей развития отношений России и ЕС, устройства глобального мира через 10 лет.
В работе итоговой сессии также приняли участие бывшие президенты: Финляндии – Тарья Халонен, Австрии – Хайнц Фишер и ЮАР – Табо Мбеки.
* * *
Т.Колтон (как переведено): Добрый день, дамы и господа! Меня зовут Тимоти Колтон. Я знаком со многими присутствующими сегодня здесь. Мне чрезвычайно приятно, что меня попросили выступить модератором этой последней сессии в 2016 году в рамках Валдайского дискуссионного клуба, так мы его называем.
Хотел бы особо приветствовать нашего основного выступающего – это Владимир Владимирович Путин, Президент Российской Федерации. Он нашёл время, чтобы приехать сюда, принять участие. Мы знаем, как он занят. Мы также высоко ценим его готовность отвечать на наши вопросы.
В какой–то момент, когда Вы выйдете на пенсию, господин Президент, и напишете свои мемуары, попытайтесь подумать, сколько времени Вы потратили на ответы и вопросы. Я уверен, Вы будете поражены этим. Мы очень благодарим Вас за это. Спасибо за то, что Вы с нами сегодня.
Позвольте мне также представить других участников сегодняшней сессии. Я представлю их в том порядке, в котором они будут выступать. Прежде всего Тарья Халонен, которая сидит справа от господина Президента. У неё была блестящая карьера, в течение 12 лет она была президентом соседа Российской Федерации – Финляндской Республики, до 2012 года. Затем выступит господин Хайнц Фишер, который сидит слева от Президента Путина. У него также очень длинная, разнообразная карьера. Совсем недавно он вышел в отставку с поста президента Австрийской Республики, он занимал этот пост с 2004 года до 2016 года. Сейчас в Австрии нет президента, к сожалению, но это уже другая история.
Третий выступающий, я хотел бы представить его, господин Табо Мбеки, ещё один человек с длительной карьерой. С 1999 года по 2008 год он занимал пост президента Южно-Африканской Республики.
Я не думаю, что я должен представлять Андрея Быстрицкого. Он активно участвует в наших встречах, но он всё–таки коротко остановится на встрече Валдайского клуба здесь. Он возглавляет Совет, занимающийся Валдайским форумом.
Пожалуйста, Андрей, слово Вам.
А.Быстрицкий: Спасибо большое.
Уважаемый господин Президент! Уважаемые гости и модератор! Уважаемые участники Валдайского форума!
Мы собрались на заключительное пленарное заседание нашей ежегодной большой Валдайской конференции. За три дня работы, как мне представляется, мы проделали большой путь. И, как мне кажется, эта конференция была исключительно интересной. Мы обсуждали, что уже сегодня определяет завтра, наше будущее. В общем, мы сконцентрировались примерно на пяти сферах современной жизни, положение дел в которых, мы видим, это будущее и определяет.
Это международные отношения, это экономика, это демография и миграция, это технологии и общественное устройство. Эти сферы важны по очевидным причинам. От международных отношений в прямом смысле зависят вопросы войны и мира, от экономики – общая возможность развития человечества. Демографические и миграционные проблемы способны поколебать стабильность очень многих стран. А технологии в состоянии изменить все наши представления о том, что возможно и что невозможно в этом мире.
И наконец, внутреннее устройство страны, оно, впрочем, как и всегда, но сейчас в иной форме влияет в том числе и на внешнюю политику этих стран. И, в общем, конференция прояснила много вопросов, впрочем, поставила и много новых. С одной стороны, вроде бы все сошлись на том, что современный мир немыслим без международных институтов и международного права, хотя их нынешнее состояние представляется не идеальным и мир нуждается как в развитии, так и в улучшении уже действующих, а может быть, и создании чего–то нового и дополнительного.
Естественно, интересно и то, что, обсуждая противоречия, которые естественным образом возникают между крупными мировыми игроками, большинство сошлось на том, что эти противоречия всё же не являются непреодолимыми, что шанс, хотя и не безусловный, преодолеть их и договориться есть. Любопытно, но многие ответили, что при сохранении по–прежнему важной роли США влияние многих государств, прежде всего таких, как Китай, Индия, Россия, растёт, а о Западной Европе так сказать нельзя, при всей экономической мощи в политическом отношении её возможности и активность представляются недостаточными. Более того, возможно, они уменьшаются в сравнении с растущей Азией и Россией.
Обсуждались и те сферы, которые если и зависимы от политики властей, то не прямо, это уже упомянутые технологии и миграции, например. В ходе дискуссии о миграции, которая называлась «Мир после переселения народов», прозвучала мысль о том, что правильнее назвать не «мир после», а «мир до переселения народов», поскольку, возможно, главные миграционные волны и самые главные угрозы ещё впереди.
О технологиях тоже было сказано немало, и хотя сегодня мы понимаем их возрастающую мощь и даже видим отдельные серьёзные последствия, но всё же сколько–нибудь полного понимания о масштабах и влиянии и долгосрочных последствиях у нас нет. Отчасти вследствие этого, мы сегодня об этом говорили, Валдайский клуб совместно с Всероссийским центром изучения общественного мнения попытается с помощью нового, нами разрабатываемого индекса измерить уровень готовности стран к будущему.
Кроме того, чрезвычайно интересными были две специальные сессии: по Ближнему Востоку и по Европе. Высказывались весьма разные точки зрения, подчас полярные.
Также мне кажется, что очень интересно прошли встречи с Игорем Ивановичем Шуваловым, с Вячеславом Викторовичем Володиным, с Сергеем Викторовичем Лавровым, Алексеем Леонидовичем Кудриным. Здесь у нас принимала участие Элла Александровна Памфилова в дискуссиях и многие, многие другие очень известные российские и не только российские учёные, деятели и так далее.
В общем, конечно, рассказать в три минуты о том, что было в три дня, невозможно. Но мы, как всегда, подготовим доклад по итогам Валдайского клуба и, естественно, представим его вашему взыскательному вниманию.
Спасибо большое.
Т.Колтон: Очень хорошо.
А теперь давайте перейдём к делам. У нас потрясающая тема: как вы видите эту философию международного развития в интересах нового мира? И это вызывает в памяти серьёзные вопросы, которые, на мой взгляд, могут дать нам возможность двигаться в разных направлениях, послушать разнообразные комментарии, различные точки зрения.
Философия – это очень требовательное слово, однако, когда речь идёт о международном развитии, я думаю, что это подходящее слово. Вчера я провёл поиск Google и использовал слова «международное развитие», «философия». Результатов было 13 миллионов. Так что очень много слов потрачено на описание этой темы. Однако она настолько сложна, настолько многоаспектна, что есть элементы, заслуживающие дополнительного исследования, в особенности в свете того, что мы видим в интернете, в газетах, где заголовки в основном касаются вопросов конфликтов, безопасности и так далее.
Так что очень просто забыть о повестке дня в области развития, а она между тем очень масштабна, она преображает наш мир. Удивительно, каким образом эти компоненты складываются воедино, как они отражаются на нашей парадигме развития. Если раньше это был вашингтонский консенсус, сейчас он подвергается нападкам со всех сторон.
Очень удивительно смотреть на то, что происходит с официальной помощью развитию, это особый компонент развития. Совсем недавно такая помощь в основном доминировала ограниченным числом стран, это богатые страны, которые имеют развитую промышленную систему и выделяли основную часть помощи. Сейчас же появились новые доноры, которые ранее были реципиентами помощи.
Такие, например, как страны БРИКС, в том числе Южная Африка, Южная Корея, Саудовская Аравия, Турция, Венесуэла, Чили, Таиланд. Усложняется ситуация ещё и тем, что многие из этих доноров новых по–прежнему остаются и реципиентами помощи, то есть категория получателя помощи и выделителя её несколько размыта.
А сейчас я передаю слово Президенту Путину. Пожалуйста.
В.Путин: Уважаемые Тарья, Хайнц, Табо! Уважаемые коллеги, дамы и господа!
Я тоже очень рад нашей новой встрече. И хочу прежде всего поблагодарить российских и зарубежных участников Международного клуба «Валдай» за содержательное участие в его работе, а наших уважаемых гостей – за готовность принять участие в открытой дискуссии.
Наш уважаемый модератор пожелал мне благополучно выйти на пенсию, я тоже себе этого желаю, когда время придёт, это очень правильно, это нужно сделать. Но пока я ещё не на пенсии, действующий руководитель большой державы, я должен быть сдержанным, не проявлять в своих выражениях излишней агрессивности. Собственно говоря, я и не думаю, что это мой стиль.
Тем не менее полагаю, что особенно в этой аудитории мы должны быть откровенны друг с другом, должны вести открытую дискуссию, иначе она не имеет смысла, она будет постной и абсолютно неинтересной.
Такой стиль нашего общения, действительно, на мой взгляд, сегодня чрезвычайно востребован, потому что на фоне масштабных перемен, которые происходят на планете, тема нынешнего заседания «Валдая» – «Будущее начинается сегодня: контуры завтрашнего мира» – звучит очень актуально.
В прошлом году в рамках Валдайского форума мы говорили о неустроенности миропорядка. К сожалению, за прошедшие месяцы к лучшему мало что изменилось, если быть откровенным – ничего к лучшему не изменилось.
Противоречия, связанные с перераспределением экономической мощи и политического влияния, только нарастают, груз взаимного недоверия сужает наши возможности для того, чтобы эффективно отвечать на стоящие перед мировым сообществом реальные вызовы и реальные угрозы. По сути в кризисе оказался сам проект глобализации, а в Европе говорят уже – мы это хорошо знаем, слышим – о несостоятельности мультикультурализма.
Считаю, что такая ситуация – во многом следствие ошибочного, поспешного, а в чём–то и самоуверенного выбора, сделанного элитами некоторых государств четверть века назад. Тогда, на рубеже 80 – 90-х годов, был шанс не просто ускорить процессы глобализации, а придать им качественно иной, гармоничный, устойчивый характер.
Однако, посчитав себя победителями в «холодной войне», – не посчитав, а мы слышали, прямо рассуждая об этом, некоторые страны предпочли просто начать «перелицовывать» мировой политический и экономический порядок под себя, под свои интересы.
Находясь в явной эйфории, они по сути отказались от содержательного, равноправного диалога с другими участниками международной жизни, предпочли не создавать и совершенствовать универсальные институты, а попытались распространить на весь мир действие своих собственных структур, норм и правил, пошли по пути глобализации и безопасности «для себя, любимых», для избранных, а не для всех. Оказалось, что далеко не все с этим согласны.
Что греха таить, мы с вами прекрасно знаем и понимаем: многие были не согласны, но кто–то уже не мог этому противостоять, а кто–то ещё не был к этому готов. Но в результате, тем не менее, систему международных отношений лихорадит, глобальная экономика не может выйти из системного кризиса. При этом принципы и правила – как в политике, так и в экономике – постоянно перетасовываются, зачастую выворачивается наизнанку то, что совсем недавно считалось истиной, возводилось в догму.
Если сегодня «сильным мира сего» выгодны какие–то стандарты или нормы, они заставляют подчиняться им и всех остальных. Но если завтра такие стандарты начинают мешать, их немедленно отправляют «в корзину», объявляют устаревшими и устанавливают новые правила или пытаются это сделать.
Так было принято решение о нанесении ракетно-бомбовых ударов в центре Европы, по Белграду; по Ираку, затем по Ливии. Да и, собственно говоря, в Афганистане операция началась без соответствующего решения Совета Безопасности Организации Объединённых Наций. Стремясь изменить в свою пользу стратегический баланс, сломали и международно-правовой режим, запрещавший развёртывание новых систем противоракетной обороны. Создали и накачали оружием террористические группировки, жестокость которых толкает миллионы мирных людей к бегству, переселению, миграции, а целые регионы ввергает в хаос.
Мы видим, как жертвуют свободой торговли и используют так называемые санкции для политического давления, в обход Всемирной торговой организации пытаются формировать закрытые экономические альянсы с жёсткими правилами и барьерами, где главные выгодоприобретатели – свои транснациональные корпорации. Почему это происходит, мы тоже знаем: не удаётся решить в рамках ВТО накопившиеся проблемы, значит, в стороночку отодвинем все эти правила и саму организацию и создадим новую. Это именно то, о чём я только что сказал.
При этом мы не видим желания некоторых наших партнёров решать реальные международные проблемы. В созданных ещё во время «холодной войны» и явно переживших свой век структурах, таких, например, как НАТО, несмотря на все разговоры о необходимости адаптации к новым условиям никакой реальной адаптации к новым условиям не происходит. А такой важный механизм обеспечения общеевропейской, да и трансатлантической безопасности, как ОБСЕ, постоянно пытаются превратить в инструмент обслуживания чьих–то внешнеполитических интересов. И в результате этот важнейший инструмент работает вхолостую.
При этом постоянно штампуются угрозы – вымышленные, мифические, вроде пресловутой «российской военной угрозы». Действительно, это прибыльное занятие: можно новые военные бюджеты выбивать в своих собственных странах, нагибать союзников под интересы одной сверхдержавы, расширить НАТО, приблизить инфраструктуру альянса, боевые подразделения, новую технику к нашим границам.
Конечно, очень приятно, подчас и выгодно, выдавать себя за защитников цивилизации от каких–то новых варваров. Однако дело в том, что Россия–то ни на кого нападать не собирается. Да и смешно это: я ведь тоже читаю и ваши аналитические материалы, не только присутствующих здесь в зале, но и аналитиков из тех же Соединённых Штатов, из Европы.
Немыслимо просто, глупо и нереалистично. В одной Европе – 300 миллионов, все члены НАТО; с США общая численность населения – 600 миллионов человек, наверно. В России 146 миллионов всего сейчас. Просто смешно даже об этом говорить. Нет, это всё равно используется для достижения своих политических целей.
К числу мифических, придуманных проблем относится и развёрнутая в США истерия, по–другому не могу сказать, по поводу влияния России на ход нынешних выборов американского Президента. Казалось бы, в Америке действительно множество острых, действительно насущных проблем – от колоссального государственного долга до роста насилия с применением огнестрельного оружия и фактов полицейского произвола.
И, наверное, в ходе выборов разговор должен был бы идти именно об этом, о других нерешённых проблемах. Но, видимо, сказать элите особенно нечего, нечем общество успокоить. Поэтому куда проще отвлечь внимание людей на российских так называемых хакеров, шпионов, агентов влияния и так далее, и тому подобное.
Хочу задаться вопросом и вам этот вопрос задать: неужели кто–то всерьёз думает, что Россия может как–то повлиять на выбор американского народа? Америка – это какая–то «банановая страна», что ли? Америка – это великая держава. Если я не прав, поправьте меня, пожалуйста.
Возникает вопрос: если дальше всё будет развиваться в таком русле, что ждёт мир? Каким он будет завтра? Есть ли ответы на вопросы, как обеспечить стабильность, безопасность, устойчивость экономического роста? Как повысить благосостояние людей?
Как это ни печально признать, никакого консенсуса на этот счёт в мире нет. Не знаю, может быть, в ходе состоявшихся дискуссий вы пришли к такому общему выводу, мне было бы, конечно, интересно об этом услышать. Но существует, совершенно точно, дефицит стратегии и идеологии будущего. Это создаёт атмосферу неуверенности, которая прямо влияет на общественные настроения.
Социологические исследования, проводимые по всей планете, показывают, что жителям разных стран и континентов будущее, к огромному нашему сожалению, чаще всего кажется смутным и мрачным. Будущее не зовёт, оно пугает. При этом люди не видят реальных возможностей и механизмов что–либо изменить, как–то повлиять на ход событий, на выбор политики.
Да, формально все атрибуты демократии в современных странах налицо: выборы, свобода слова, доступ к информации, право выражать своё мнение. Однако даже в так называемых развитых демократиях у большинства граждан нет реального влияния на политические процессы, нет прямого, реального влияния на власть.
Граждане чувствуют, что их интересы и представления элит о единственно правильном курсе, который эти элиты выбирают, всё чаще и больше расходятся между собой. Как следствие – референдумы, выборы всё чаще преподносят сюрпризы, сюрпризы для власти. Люди голосуют совсем не так, как им советовали официальные, респектабельные средства массовой информации, и не так, как это рекомендуют так называемые системные партии. А общественные движения, которые ещё совсем недавно считались слишком «левыми» или слишком «правыми», выходят на авансцену, оттесняя политических тяжеловесов.
Сперва такие неудобные результаты поспешили объявить некой аномалией, случайностью. Когда они стали повторяться, заговорили о том, что общество не понимает тех, кто находится на олимпе власти, не доросло до того, чтобы оценить устремления властных структур, заботу о народном благе, а то и вовсе доходят до истерики, мол, это следствие зарубежной, как правило, российской пропаганды.
Я вам скажу, уважаемые друзья и коллеги, хотелось бы мне иметь такую пропагандистскую машину в России, но это, к сожалению, не так. У нас нет таких глобальных средств массовой информации, как CNN, BBC и некоторые другие, у нас таких возможностей пока нет.
Что касается тезиса о торжестве маргиналов, популистов над здравомыслящим, трезвым, ответственным меньшинством, то дело, конечно, и не в популистах и иже с ними, а дело в том, что простые люди, рядовые граждане перестают доверять правящему классу, вот в чём проблема.
Кстати, политическая повестка и так уже выхолощена, выборы перестают быть инструментом перемен, а сводятся к скандалам, обсуждению компроматов. Простите меня, к обсуждению того, кто кого за что ущипнул, кто с кем спит. Это просто переходит всякие границы. Да и, честно говоря, если посмотреть на программы различных кандидатов, то такое впечатление, что они вообще скроены по одним и тем же лекалам, разница–то небольшая или её вообще, по сути, нет.
Элита словно не замечает углубляющегося расслоения в обществе и размывания среднего класса, и при этом насаждают идеологические модели, которые, на мой взгляд, разрушают культурную, национальную идентичность. А в некоторых случаях, в некоторых странах и жертвуют национальными интересами, отказываются от суверенитета в обмен на благосклонность сюзерена.
Резонно возникает вопрос: так кто же, в самом деле, маргинален? Расширяющийся класс наднациональной олигархии и бюрократии, часто фактически не избираемый и не контролируемый обществом, или большинство граждан, которое хочет, в общем–то, простых и понятных вещей: стабильности, свободного развития своих стран, жизненных перспектив для себя и своих детей, сохранения своего культурного лица, а главное, элементарной безопасности для себя и своих близких.
Так, люди откровенно напуганы тем, что на их глазах терроризм из какой–то далёкой угрозы стал повседневностью, что теракт может произойти буквально рядом, на соседней улице, если не на собственной улице, а орудием массового убийства способно стать любое подручное средство: от изготовленной кустарным способом взрывчатки до обычного грузовика.
Более того, теракты последних лет в Бостоне, других американских городах, в Париже, Брюсселе, Ницце, в городах ФРГ, да, к сожалению, в нашей стране, показывают, что террористам уже не нужны ни ячейки, ни организационные структуры, они могут действовать и в одиночку, автономно, достаточно лишь идеологически их мотивировать и направить на врага, на нас с вами.
На примере террористической опасности со всей очевидностью проявляется неспособность оценить характер, причины возникновения нарастания угроз. Мы видим это по тому, как развивается ситуация в Сирии. Остановить кровопролитие и запустить политический процесс не удаётся. Казалось бы, после долгих переговоров, огромных усилий и сложных компромиссов наконец начал формироваться единый фронт борьбы с терроризмом.
Однако этого не произошло, он фактически не создан. Не сработали и наши личные договорённости с Президентом Соединённых Штатов, в Вашингтоне нашлись силы, которые сделали всё, чтобы эти договорённости не были реализованы на практике. Всё это демонстрирует необъяснимое, я бы сказал, иррациональное стремление западных стран раз за разом повторять свои ошибки, как у нас в народе говорят, наступать на одни и те же грабли.
Все мы видим, что происходит в том же Афганистане, Ираке, Ливии, ряде других стран. Я задаюсь вопросом: где результаты борьбы с терроризмом и экстремизмом? По большому счёту, в глобальном масштабе, регионально где–то, в отдельных местах результаты есть, но глобально результатов борьбы с терроризмом нет, а угрозы только нарастают.
Мы все помним эйфорию некоторых столиц по поводу так называемой «арабской весны». Где сегодня эти бравурные марши? А призывы России к совместной борьбе с террористами игнорируются. Более того, террористические группировки продолжают вооружать, снабжать, обучать в надежде использовать их, как и прежде, для достижения своих политических целей. Это очень опасная игра, и хочу ещё раз обратиться к подобным игрокам: в данном случае экстремисты хитрее, умнее и сильнее вас, и, заигрывая с ними, вы всегда будете проигрывать.
Уважаемые участники форума! Очевидно, что сейчас мировому сообществу важно сосредоточиться на действительно реальных проблемах, стоящих перед всем человечеством, решение которых позволит сделать мир и безопасным, и стабильным, а систему международных отношений равноправной и справедливой. И, как уже говорил, в конечном счёте превратить глобализацию из глобализации для избранных в глобализацию для всех. Убеждён, любые вызовы и угрозы можно преодолеть только сообща, на прочной основе международного права и Устава Организации Объединённых Наций.
Сегодня именно ООН продолжает оставаться структурой, которой нет равных по представительности и универсальности, уникальной площадкой для равноправного диалога. Универсальные правила ООН необходимы, чтобы включить как можно большее число стран в процесс экономической и гуманитарной интеграции, гарантировать их политическую ответственность и обеспечить согласованность действий, разумеется, при сохранении суверенитета и своей модели развития.
У нас нет сомнения, суверенитет – это центральное понятие всей системы международных отношений. Его уважение, укрепление – это залог мира, стабильности и на национальном, и на международном уровне. Стран, которые, как Россия, могут опереться на тысячелетнюю историю, в мире немало, и мы научились ценить свою идентичность, свободу и независимость. При этом мы не стремимся ни к глобальному доминированию, ни к экспансии какой–то, ни к конфронтации с кем бы то ни было.
В нашем понимании настоящее лидерство сегодня заключается не в том, чтобы выдумывать эфемерные угрозы и, спекулируя на них, пытаться подмять под себя остальных, а в том, чтобы видеть реальные проблемы, содействовать объединению усилий государств в их решении. И именно так Россия понимает сегодня свою роль в мировых делах.
Приоритеты, без которых благополучное будущее нашей общей планеты немыслимо, абсолютно очевидны. Не скажу ничего нового. Прежде всего это равная и неделимая безопасность для всех государств. Только прекратив вооружённые конфликты и обеспечив мирное развитие всех стран, мы сможем говорить об экономическом прогрессе, решении социальных, гуманитарных и других ключевых проблем. Важно на деле бороться с терроризмом и экстремизмом. Уже не раз говорилось о том, что победить это зло можно, только объединив усилия всех государств мира. Россия предлагала и предлагает до сих пор это всем заинтересованным нашим партнёрам.
Необходимо поставить в международную повестку и вопрос о восстановлении прочной государственности, экономики и социальной сферы стран Ближнего Востока. Колоссальный масштаб разрушений требует сегодня выработки долгосрочной и комплексной программы, если хотите, своего рода «план Маршалла» для возрождения этого истерзанного войнами и конфликтами региона. И Россия, конечно, готова принять активное участие в такой совместной работе.
Мир нельзя сделать стабильным, если не обеспечить поступательное развитие глобальной экономики. Важно создать условия для созидательного труда и экономического роста, обеспечить темпы экономического роста так, чтобы мир не был больше разделён на вечно проигрывающих и вечно выигрывающих. Правила игры должны быть такими, чтобы развивающиеся экономики имели шанс хотя бы догнать тех, кого мы называем экономиками развитыми. Нужно добиваться выравнивания темпов экономического развития, подтягивать отстающие страны и регионы, чтобы плоды экономического роста и технологического развития были доступны всем, в том числе это позволит победить одну из самых тяжелейших проблем современности – бедность.
Абсолютно очевидно и то, что экономическое сотрудничество должно быть взаимовыгодным и базироваться на всеобщих универсальных принципах, чтобы каждое государство могло стать равноправным участником мировой хозяйственной жизни. Да, в среднесрочной перспективе тенденция на регионализацию мировой экономики, видимо, продолжится, но региональные торговые соглашения должны дополнять, развивать, а не подменять универсальные нормы и правила.
Россия выступает за гармонизацию региональных экономических форматов на основе принципов прозрачности и уважения интересов друг друга. Именно так мы выстраиваем деятельность Евразийского экономического союза, ведём переговоры с нашими партнёрами, в том числе о сопряжении с реализуемым Китаем проектом «Экономического пояса Шёлкового пути». Рассчитываем, что это позволит создать большое Евразийское партнёрство, которое в перспективе может превратиться и в один из центров формирования в Евразии широкого интеграционного контура. Для воплощения этой идеи уже начаты переговоры в формате «пять плюс один» по соглашению о торгово-экономическом сотрудничестве между всеми участниками этого процесса.
Важная задача – это развитие человеческого потенциала. Только мир с широкими возможностями для всех, с высококвалифицированными работниками, доступными знаниями, богатством путей самореализации может считаться по–настоящему свободным. Только мир, в котором люди разных стран живут полноценной жизнью, а не борются за выживание, может быть стабильным.
Достойное будущее невозможно без заботы об экологии, конечно, и решения климатических проблем. Поэтому сохранение природного богатства и его многообразия, снижение антропогенной нагрузки на окружающую среду в ближайшие десятилетия станут всё более значимым делом.
Не менее важна и задача глобальной охраны здоровья. Безусловно, здесь немало проблем с масштабными эпидемиями, снижением смертности в ряде регионов мира и множество, множество других. Здесь же огромное поле для развития, конечно. Дать жителям планеты, причём всем опять же, а не избранным, возможность по–настоящему здоровой, долгой, полноценной жизни – это очень благородная цель. Словом, фундамент для будущего мира нужно, безусловно, искать уже сегодня, вкладывая средства во все приоритетные направления развития человечества. И конечно, важно, чтобы контуры нашего общего будущего широко обсуждались, чтобы все здравые, перспективные предложения были услышаны.
Уважаемые коллеги, дамы и господа! Не сомневаюсь, что в этой работе вы – члены Валдайского клуба – примете самое активное участие. Ваш высокий экспертный потенциал, уровень позволяет всесторонне оценить процессы, происходящие и в России у нас, и в мире, увидеть, спрогнозировать развитие долгосрочных тенденций, дать им оценки, идеи подтолкнуть новые и рекомендации предоставить, которые помогут нам найти путь к более благополучному и более стабильному будущему, в котором мы все так нуждаемся.
Спасибо вам большое за внимание!
Т.Колтон: Спасибо большое, господин Путин.
А сейчас хотел бы предоставить слово госпоже Халонен. Она так же, как я понимаю, выступит от трибуны.
Т.Халонен (как переведено): Господин Президент! Ваши превосходительства! Дамы и господа! Уважаемые участники!
Большое спасибо за организацию Валдайского клуба, спасибо, что пригласили меня поучаствовать в этих обсуждениях. Тема очень интересная, своевременная, как было уже отмечено. И мы видим новую динамику, которая влияет на всех нас, на глобальный мировой порядок, на региональные дела. Я очень рада тому, что мои коллеги, мои хорошие друзья – бывший президент Австрийской Республики господин Фишер, а также господин Путин – со мной сегодня разделяют трибуну. Мы сотрудничали на протяжении последних десятилетий вместе, и мы разделяем многие идеи о том, как мы бы хотели, чтобы мир развивался в будущем. Поэтому я думаю, что обсуждения будут очень открытыми, откровенными.
Философия международного развития для нового мира используется в заголовке наших обсуждений, и она напоминает мне о тех годах Горбачёва, говорившего о новом мировом порядке. Новый мировой порядок произошёл частично, как предусматривалось, а частично не так, как предусматривалось. И я не уверена, можем ли мы говорить действительно о порядке. Конечно же, мы приветствуем оптимизм, мы многого добились, мир действительно изменился. Тем не менее, думаю, не все понимают, что мир будет состоять из многих игроков. И что это значит, когда у нас так много игроков одновременно?
Коллективные глобальные действия сталкиваются со многими сложностями, в частности в сфере глобальной политики безопасности. Таким образом, люди говорят, что изменения всегда представляют собой возможность. Но сегодня, несмотря на усилия, направленные на стабилизацию международных отношений, глобальной экономики и благосостояния, как уже сказал Президент Путин, у нас есть проблема того, как справляться с кризисами.
И действительно, очень много вызовов и проблем стоит перед нами. Что же я наблюдала во время участия в различных форумах за последние годы, особенно во время своего президентства? Люди всегда говорят, что этот мир – это мир полной неопределённости. Это действительно так. Люди чувствуют каждый день, что они очень сомневаются в будущем, и иногда это очень парадоксально, поскольку мы настолько продвинулись вперёд.
В любом случае это мир, в котором мы живём, мир, в котором нам нужно строить фундамент для устойчивого будущего, и если мы будем ждать, лучше не станет, и мы должны быть в состоянии работать на различных фронтах. И хотя, к сожалению, конфликты по–прежнему имеют место и становятся всё более гибридными по своей природе, нам нужно понимать, что представляет собой устойчивое развитие. Возможно, нам уже известно, каким может быть порядок в будущем. Конечно, СМИ всегда заинтересованы в освещении конфликтов, но хочу рассказать вам о том, что будет в будущем.
Повестка, принятая Организацией Объединённых Наций в сентябре 2015 года до 2030 года, представляет собой мощную основу для дальнейшей работы. И именно Организация Объединённых Наций объединила все крупные державы, основных игроков, и мы добились успеха. Мне очень приятно сознавать, что борьба с нищетой и неравенством является центральным элементом этой повестки дня, в особенности неравенство гендерное.
С момента саммита в Рио, думаю, что мы все заявили о том, что мы слишком сильно используем свои природные ресурсы. Однако, к сожалению, мы недостаточно использовали человеческий потенциал, в особенности потенциал женщин, бедного населения, а также молодых людей. И когда я смотрю на этот зал, я вижу, что многое уже меняется.
Очень серьёзная политическая воля была проявлена в 2015 году. Однако сейчас необходимо сдержать сделанные обещания, лидеры должны будут сделать то, что они взяли на себя в качестве ответственности. У нас есть ресурсы, у нас есть необходимые научные знания. Стоит вопрос о политической воле. Во–первых, это морально необходимо и абсолютно нужно. Более того, речь идёт о создании интеллектуальной экономики, о правильном, умном выборе, и я уверена, что мы сможем добиться успеха.
Организация Объединённых Наций традиционно базировалась на трёх основах. Во–первых, на безопасности, правах человека и развитии. Что касается развития и прав человека, мне кажется, что удалось на историческом отрезке добиться серьёзного успеха. К сожалению, конфликты по–прежнему очень ожесточённые, полны насилия, они стали куда сильнее и куда более многочисленными, нежели мы надеялись бы. Однако, как я сказала, к несчастью, не закончился период катастроф и проблем.
Традиционные угрозы, может быть, становятся реже, однако вооружённые конфликты поражают многие страны. Гражданское общество, женщины и дети являются целью таких конфликтов, к сожалению. Я считаю, что это трагедия. Я работала с организациями системы ООН, с различными группами для того, чтобы способствовать благополучию, здоровью, безопасности женщин и детей. Ужасно видеть то, что происходит в Сирии, в Йемене, во многих других местах.
Однако давайте посмотрим на картину ещё с другой стороны. Очень грустно, мы видим, что военная сила, которая используется, может быть слишком сильной. И я должна сказать, что порой нам приходится пользоваться военной силой для того, чтобы положить конец насилию. Но каким образом? Мы не можем принять, чтобы люди страдали, гражданское население страдало, в особенности дети.
Более того, мы знаем, что в рамках глобализации всем хорошо известно, что происходит по всему миру. Так что мы в качестве населения реагируем на то, что происходит в других частях мира. Люди понимают, что справедливо, что хорошо, а что нет. И то, что хорошо, должно получать от нас поддержку. Такова основа моей философии.
Позвольте привести только один пример для того, чтобы завершить своё выступление. Я из Финляндии, из Хельсинки, из рабочего класса. В моей церкви 24 октября очень долго звонят колокола для того, чтобы помянуть жертв среди гражданского населения в Алеппо. Это гуманитарное движение распространилось по всей территории Финляндии, а сейчас перекинулось и на другие страны.
Церкви в Финляндии также стали прибежищем для тех, кто не получил статус беженца, но кто нуждается. Как вы видите, люди прекрасно понимают, что правильно, а что нет во многих странах, и они все говорят, что необходимо положить конец насилию в Сирии, Йемене, других местах. Они говорят о том, что мы должны быть больше людьми, более человечными по отношению друг к другу.
Господин Президент, господин Путин! Я была обеспокоена Вашим выступлением, потому что Вы нарисовали такую мрачную картину будущего, однако в конце Вы сказали, что есть всё–таки проблеск надежды и есть воля к сотрудничеству. И хочу сказать, даже когда самые обычные люди, рядовые граждане, которые живут в серьёзных, стеснённых условиях, они все хотят, чтобы у них была надежда в будущем. Нам необходимо работать вместе для того, чтобы эта надежда воплотилась в жизнь. И мне очень приятно будет продолжать дискуссию.
Спасибо Вам!
Т.Колтон: Спасибо. Я благодарю Вас. А сейчас слово предоставляется господину Хайнцу Фишеру.
Х.Фишер (как переведено): Господин Президент! Уважаемая аудитория! Ваши превосходительства! Дамы и господа!
Прежде всего хотел бы поблагодарить организаторов этой встречи за направленное нам приглашение принять участие в Валдайской конференции, которая посвящена обмену мнениями о проблемах, о шансах, изменениях в международных отношениях. В частности, она посвящена вопросу о будущем международных отношений.
На мой взгляд, каждый желает знать, насколько это только возможно, каково будет будущее – будущее отдельно взятой личности, политическое будущее, экономическое будущее и так далее. Однако никогда не может быть удовлетворительного ответа на этот вопрос, потому что будущее – это не только результат воли человека, его личности, это также ещё и продукт объективных факторов. Но этого недостаточно, это очень сложная смесь двух этих компонентов, двух элементов. Есть множество философских течений, которые пытаются объяснить соотношения в этой смеси. Есть много интереснейших книг, в которых выражается различный подход к тому, как мы должны смотреть на будущее. Есть два основных направления мысли.
Во–первых, некоторые считают, что в начале цивилизации, на заре, был золотой век, рай, а затем люди из–за своих грехов пали. И они всё падали и падали, это падение продолжалось на протяжении истории. Согласно другому подходу говорится, что сперва существовал хаос, все воевали против всех, право сильного господствовало, насилие царствовало. Затем сложилось рабовладельческое общество, феодальное общество, наконец, капиталистическое общество, и в конце концов настал последний этап, когда причины антагонизма, насилия остались позади. Мне кажется, что ни тот, ни другой подход не подходит нам.
Сам я родился ещё до Второй мировой войны. Я помню о последних днях этой войны, помню, в частности, о сложных, но многообещающих временах восстановления после войны. Проблеском надежды, положительной чертой послевоенного времени нашей эры было подписание в 1955 году Соглашения о восстановлении суверенного Австрийского государства. И говорилось тогда в этом договоре о выводе иностранных войск из нашей страны. Мы считали, что этот момент положит начало положительному периоду успеха не только для Австрии, но и для всей Западной Европы.
Однако, к сожалению, одна тень нависла над этим положительным развитием. А именно, разделение Европы в ходе «холодной войны», а также возникла угроза «горячей войны». На излёте 90-х годов пропало разделение Европы, которое было главной причиной напряжённости. В тот момент казалось, что будущее будет светлым, что международные отношения будут развиваться хорошо и поступательно. Однако вновь развитие пошло по другому направлению, надежды, чаяния не оправдались.
Можно даже сказать, что те возможности, которые возникли в тот момент, не были задействованы полностью. Вновь было продемонстрировано, что история, как я только что сказал, не представляет собой линейный процесс, она развивается волнами, она качается от прогресса к регрессу, есть положительные изменения, есть отрицательные изменения. Конечно, прогресс – разница от континента к континенту, вне зависимости от глобализации.
Хотел бы сконцентрировать своё внимание на Европе и на соседнем регионе. Я по–прежнему убеждён, что проект европейского сотрудничества, который был закреплён в виде идей, лежащих в основе Европейского союза, по–прежнему необходим, это такое предприятие, которое нам нужно. Более того, европейское сотрудничество будет оставаться важной целью, важным стратегическим элементом в обозримом будущем.
Отчасти это объясняется тем, что, как мы слышали на протяжении многих дискуссий, Европейский союз отчасти лишился слаженности и своей привлекательности. Объясняется это недостаточным уровнем финансовой и экономической координации. Существуют различные интересы между государствами-членами, эти интересы всё более и более проявляются, возникают проблемы, европейская солидарность не работает так, как она должна работать.
Я должен упомянуть проблему беженцев. Европейский союз на фоне этой проблемы продемонстрировал отчасти свою несостоятельность и отсутствие солидарности. Отношения между ЕС и Российской Федерацией также развивались не так, как мы на то надеялись 25 лет назад. Я знаю аргументы, приводимые обеими сторонами относительно того, кто или что ответственны за такое развитие событий. Однако сейчас мы говорим ведь не о прошлом, мы говорим о будущем. И та, и другая сторона должны продемонстрировать, что они осознают важность отношений друг с другом. Европейский союз, в частности, не должен упускать из виду тот факт, что на протяжении последнего века развивались отношения между Европой и Россией, и что Москва иначе смотрит на развитие НАТО, и точка зрения Москвы отличается от брюссельской или вашингтонской.
Россия же должна принимать к сведению, она должна учитывать то, что некоторые действия, связанные с использованием военной силы, не соответствуют международному праву, они вызывают раздражение европейской публики и отражаются на политике ЕС. В частности, последний пример тому – Крым.
Алеппо – это символ того, каким образом сложно провести грань между борьбой с террористами, с одной стороны, и бомбардировками ни в чём неповинного населения. Я очень внимательно сегодня утром слушал дискуссию. Есть очень много проблем, которые сопряжены с этим процессом. Война в Сирии длится уже дольше, нежели Первая мировая война, и длится дольше, нежели вторжение Гитлера в Советский Союз во время Второй мировой войны.
Это ужасная война уже унесла сотни тысяч человеческих жизней, и она привела к ухудшению отношений между теми странами, которые даже не имеют общей границы с Сирией. Доверие было подорвано. Более того, этот процесс сопряжён с всплеском терроризма. Более того, терроризм порождает страх, страх порождает агрессию, а агрессия ведёт к возникновению фанатизма, с одной стороны, жёсткого национализма, что ставит под угрозу мир и свободу.
То же самое, пусть и несколько в другом масштабе, мы наблюдаем на примере палестино-израильского конфликта. Кажется, что решение этого конфликта как никогда далеко. Совсем недавно я присутствовал на похоронах Шимона Переса в Иерусалиме. Даже в слове на этих похоронах говорилось о том, что мир должен быть достигнут. Шимон часто говорил: «Невозможно Израилю безопасно существовать без мира». Нынешнее же правительство Израиля концентрируется не на мире, а на безопасности. Они утверждают, что без безопасности не может быть мира. Однако безопасность не может пользоваться приоритетом перед миром, и тот и другой фактор, и то и другое условие должны быть воплощены в жизнь одновременно.
Дамы и господа, можно задаться вопросом: есть ли какие–то положительные аспекты, есть ли какие–то положительные возможности, таящиеся в будущем? Ответ – да. Соглашение между «пятёркой» и «пять плюс один» в формате с Ираном по иранской ядерной программе – это хороший пример успеха.
Ещё один пример успеха – это успешное подписание Парижского соглашения по изменению климата. Это первый положительный шаг, хотя многое ещё предстоит сделать для того, чтобы решить эту проблему в целом. Европейская интеграция как таковая, даже невзирая на ряд негативных тенденций, которых я только что коснулся, невзирая на решения, даже нерешительность в целом представляет собой историю успеха.
Я также возлагаю большие надежды на работу Организации Объединённых Наций. Очень часто ООН попадает под град критики, их обвиняют в бессилии, тем не менее ООН по–прежнему остаётся важнейшим игроком в международных отношениях, а также нравственным авторитетом. Цели развития тысячелетия сыграли ключевую роль в сокращении крайней нищеты почти на 50 процентов. С тех пор удалось добиться снижения материнской смертности, детской смертности на 45 процентов и на 50 процентов соответственно. Была принята новая повестка дня – развитие до 2030 года. В рамках этой повестки дня поставлены цели – продолжить этот прогресс, были сформулированы реалистичные, важные цели.
Дамы и господа! Даже несмотря на то, что невозможно в количественных показателях измерить развитие демократии, я убеждён, что демократия в качестве политической системы, ограничивающей власть тех, кто находится у кормила, наблюдается. Более того, мирный переход к демократии будет становиться всё более и более распространённым. То же самое касается прав человека, а также растущего уважения к правам человека.
Всё шире и шире наблюдается признание этого показателя в качестве показателя эффективного управления. Более того, я считаю, что демократия должна сыграть важную роль в наших обсуждениях о том, каким должно быть будущее. Это, в частности, касается следующего факта, это моё мнение. Демократическая система, а также готовность к миру, к избеганию войны в некотором смысле переплетены, взаимосвязаны.
Уважаемые гости! В футболе следующий матч всегда становится самым важным. Во внутренней политике следующие выборы всегда самые важные, а в международных отношениях следующие 10 лет – это самое важное время, а также самое сложное время одновременно. Однако кое–что совершенно ясно, несомненно, история не носит линейного характера. Но поскольку историю творит человечество, мы несём на своих плечах ответственность за то, каким образом история будет развиваться на протяжении следующего десятилетия. Вот почему. Речь идёт о нашей коллективной ответственности. Мы должны поддерживать мир, пользоваться теми возможностями, которые нам предоставляются. Мы должны учиться на прошлых ошибках, а также стремиться к положительному развитию в будущем.
Я благодарю Вас за внимание.
Т.Колтон: Спасибо, господин Фишер. Господин Мбеки.
Т.Мбеки (как переведено): Большое спасибо, господин модератор!
Как и мои коллеги, хочу поблагодарить Валдайский дискуссионный клуб за приглашение поучаствовать.
Ваше превосходительство господин Президент Путин! Уважаемые панелисты! Уважаемые делегаты!
Я хотел бы верить в то, что вы поймёте, почему сегодня я выступаю перед вами, для того чтобы представить никем не санкционированное мнение Африканского континента о вопросах нашей повестки дня. Думаю, что все из нас вспомнят о Декларации тысячелетия ООН, которая была принята в 2000 году, где говорилось о целях развития тысячелетия, а также содержались глобальные обязательства, в частности, я цитирую: «Обеспечить специфические нужны Африки». И затем, в 2002 году, в сентябре, Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию по новому партнёрству в целях развития Африки.
И затем в 2002 году, в сентябре, Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию по новому партнёрству в целях развития Африки, и международная поддержка, реализация этого нового партнёрства в целях развития Африки крайне важна – это опять была цитата.
В октябре 2014 года Генеральный Секретарь ООН созвал совещание высокого уровня, перед которым была поставлена задача выработать рекомендации по операциям ООН сегодня и в будущем. В докладе этой группы, этой панели, содержалось следующее: в плане предотвращения конфликтов или реагирования на конфликты региональные партнёрства на Африканском континенте должны укрепляться.
И думаю, что для того чтобы понимать полностью важность этих рекомендаций, мы должны помнить о том, что в 2015 году 80 процентов миротворцев ООН были развёрнуты в Африке. И уважаемые коллеги заметили, что процитированные мною документы ООН, относящиеся к двум главным проблемам Африканского континента, – это социально-экономическое развитие, обеспечение мира и безопасности.
Я упомянул эти документы для того, чтобы обозначить главные проблемы, с которыми сталкивается Африканский континент, во–первых.
Во–вторых, обозначить, что эту реальность признаёт мировое сообщество.
И, в–третьих, что международное сообщество принимает на себя обязательство вступить в партнёрство с Африкой для того, чтобы успешно справляться с этими проблемами.
Учитывая тему, выдвинутую на обсуждение, хотел бы сделать несколько высказываний о том, с какими проблемами сталкивается Африка, а также объём, в котором ООН реагирует на эти проблемы, также о философии развития.
В первую очередь хотел бы сказать в этой связи, что для того чтобы Африка добилась упомянутых мною целей, Африке необходим новый мир. Второе категоричное утверждение, которое я хочу сделать, – это то, что эти требования представляют собой категоричное противоречие тому, что Африканский континент является мировой периферией. И третье категоричное утверждение, которое я сделаю, заключается в том, что глобальное процветание и мир во всём мире недостижимы, в то время как Африка исключена и как участница таких прекрасных результатов. И четвёртое утверждение, которое я хотел бы сделать: поддержание мира и развитие невозможно без относительной автаркии в том, что относится к Африканскому континенту.
Что касается борьбы с бедностью и других целей – хотел бы подтвердить, что наш континент по–прежнему с энтузиазмом относится к принятию очень амбициозных целей устойчивого развития, как уже упомянул наш президент. И это связано с теми глобальными обязательствами, поскольку для достижения целей устойчивого развития никто не останется позади – я опять упомянул цитату.
Для нас, африканцев, это означает, что система глобального правительства должна меняться таким образом, чтобы можно было достигнуть действительно цели устойчивого развития и тех целей, которые я обозначил. И в различные периоды времени существовали системы неравных правительств, в том числе в конце «холодной войны». Всё это привело к тому, что образовался однополярный мир, гегемония, с Соединёнными Штатами в качестве гегемона.
И в том, что касается африканского тысячелетия, как я упомянул, даже победа римлян над карфагенянами, колониализм, неоколониализм. Я хотел бы сказать, что существование гегемона приводит к возникновению феномена центра, который преуспевает за счёт существования периферии. И именно в плане глобального распределения у нас есть такая ситуация, когда, я думаю, что комментарий, который сделал господин Президент Путин сегодня днём, указывает на то, как существует сегодня этот мир.
Для Африки невозможно избавиться от существующей ситуации вне контекста мира, в котором бы уважалось равенство всех наций в плане определения миропорядка. И по этой причине как африканцы, и именно потому, что мы относительно слабы в глобальном плане – в экономическом, политическом, технологическом плане, – нам очень нужна свободная, универсально согласованная система международного права, которую будут уважать все страны.
И, на наш взгляд, какие бы легитимные предложения ни выдвигались в отношении создания лучшего мира, они должны быть основаны на той степени международного права, которая уже была согласована. И это подчёркивает абсолютный императив для всех наций вернуться к духу и букве для того, чтобы реализовать то, что было отражено в Уставе ООН и в других стратегических документах, которые были приняты после 1945 года в рамках ООН. Существование согласованного международного права, а также надежда на реформированные институты ООН должны быть центром философии международного развития для нового мира.
Большое спасибо.
Т.Колтон: Сейчас мы уже выслушали выступление всех четырёх ораторов. Мы начнём обсуждение довольно коротко, поскольку здесь так много желающих задать вопросы. Возможно, я начну с небольшим, коротким вопросом, и на него может ответить любой из присутствующих ораторов.
Во время комментариев Президента Путина меня удивил акцент на безопасности и отсутствии безопасности. И с дилеммой безопасности, с которой мы сталкиваемся, когда мы говорим о вопросах развития, я думаю, что это естественный способ, поскольку мы извлекли тот урок из истории, что без безопасности, предсказуемости развития не будет. Поэтому сейчас очень мучительный момент, когда развитие осуществляется.
Люди, которые живут в четырёх странах, представители которых сидят здесь, живут лучше, чем их предки, всё это происходит по всему миру, но отсутствие безопасности в мире тем не менее есть, и философ Гоббс говорил об этом, что это то состояние, при котором нет власти, приводит к отсутствию безопасности, нестабильности и неспособности отдельных людей обеспечить себе лучшую жизнь. И по всему миру происходил процесс строения государств, более сильных государств, и необходимо государствам учиться жить друг с другом в мире, в мирном сосуществовании.
Поэтому хотел бы задать очень общий вопрос нашим панелистам. Хотел бы спросить следующее. Во время выступлений каждого из вас вы все упоминали о том решении, которое предлагал Гоббс, – это построение институтов, изменение институтов. И хотел бы спросить вас, что должно быть нашим важнейшим приоритетом сейчас?
Президент Путин отметил в конце выступления важность ООН, важность того, чтобы ООН стала более эффективной, и использование ООН вместе с другими силами. Некоторые другие ораторы говорили о необходимости реформировать созданные институты. Например, господин Мбеки об этом упомянул. Наши европейские коллеги упоминали историю успеха, включая Европейский союз, например. ЕС появился достаточно недавно. Поэтому мой вопрос: что самое важное, о чём мы должны подумать сообща?
Мы должны создавать новые институты для вопросов безопасности или мы должны говорить о возвращении к тем институтам, которым сейчас уделяется меньше внимания, таким как ООН? Или мы должны в первую очередь концентрировать свои усилия на реформировании существующих институтов? А когда я говорю об институтах, я говорю прежде всего о международных институтах. Поэтому хотел бы сейчас предложить ораторам, может быть, начиная с Президента Путина, поделиться своим мнением, если у вас есть такое желание, конечно.
В.Путин: Просто полностью присоединяюсь к тому, что сказал Президент Табо Мбеки. Он сказал, я даже записал, процитирую: «Нужна система международного права, которая уважалась бы всеми странами». Нужно вернуться к Уставу Организации Объединённых Наций. Абсолютно правильно. И если бы он этого не сказал, я должен был бы сказать это сам. Я полностью разделяю эту точку зрения. Мы просто пренебрежительно начали относиться к Уставу ООН, вытесняя его при принятии очень важных решений, делая вид, что это уже не важно, устарело.
А потом, когда мир сталкивается с острыми проблемами, те, кто виноват в нарушении Устава Организации Объединённых Наций, резко начинают призывать к исполнению основных положений Устава ООН. Так нужно с самого начала, чтобы все это помнили и уважали Устав ООН. Нужна надёжная система международного права, которая была бы гарантией от любых злоупотреблений сил.
Т.Халонен: Думаю, что мы сейчас, на данный момент, создали государство наций. Мы знаем слабости государства наций, и нам нужно тем не менее развивать их сильные стороны. Я, поскольку сама из Финляндии, говорю о государстве благосостояния. Это демократия, это верховенство закона, это благосостояние, это социальные, экономические, культурные права народов, всех людей, также и мигрантов. И когда мы говорим о разнице между целями тысячелетия, целями устойчивого развития… Помню, когда я была сопредседателем на саммите тысячелетия, я слышала от людей, что они хотят добиться лучшего будущего.
И это крайне важно, поскольку некоторые люди говорят, что мы слишком наивные в наших надеждах сделать мир лучше. Действительно, мы добиваемся каких–то успехов, может быть, не во всём, но всё–таки мы двигаемся к успеху. Если мы сравним ЦРТ и ЦУР, ЦРТ в основном создавались для правительств, в основном для правительств богатых стран, которые преуспевают, для того чтобы продемонстрировать глобальную солидарность со странами Юга.
Но сейчас цели устойчивого развития показывают, что мир – это нечто большее, чем просто государство-нация, это также и бизнес-сообщество, это также проблема. Без системы, в которой будет больше игроков, нам будет сложно. И, как господин Фишер, бывший президент Австрийской Республики, говорил о системном анализе, думаю, что в рамках Валдайского клуба вы также могли бы подумать о том, как консультироваться с экспертами, которые специализируются на системном анализе. Я думаю, что это часть ответа на Ваш вопрос.
Также необходимы меры укрепления доверия. Это очень простые слова, и всё это лежит в основе государства-нации. Всё, что мы можем сделать в целях укрепления доверия, мы видим в Балтийском море, нашем общем море, а также на других, более крупных участках.
Мне было бы очень интересно узнать, поскольку мы сейчас в России, как Вы, господин Путин, видите это развитие, таким образом, в будущем. Думаю, что у меня есть некий луч надежды в отношении Вашего интереса, в отношении ООН.
Т.Колтон: Вы хотели бы сейчас ответить, господин Президент, или мы сначала выслушаем других ораторов?
В.Путин: Думаю, что выслушаем Хайнца и Табо.
Т.Колтон: Хорошо, спасибо.
Господин Фишер, пожалуйста.
Х.Фишер: Нам всем известно, что институты, а также неправильно созданные институты могут частично являться проблемой. Но в большинстве случаев они не представляют собой целую проблему, и те же самые институты, которые хорошо функционируют при определённых ситуациях, могут при других обстоятельствах, в другой среде, при другой экономической ситуации быть гораздо слабее и казаться неправильно созданными.
В том, что касается Европейского союза, в последние годы ситуация, если мы посмотрим, например, на торговые соглашения с Канадой, становится очевидно, что часть ответа на вопрос лежит в том, что необходимо создавать больше возможностей для центральных институтов в Европейском союзе, больше властных полномочий парламенту, больше власти комиссии, а также общая экономическая налоговая политика.
С другой стороны, очевидно, что именно это является очень чувствительной проблемой, и многие люди чувствуют, что наша автономия, наши возможности как государства всё больше передаются в Брюссель. И поэтому, если кто–то говорит: давайте запустим процесс модернизации и изменения институтов Европейского союза, – на данный момент я бы сказал: давайте подождём, давайте не будем торопиться, поскольку на данный момент это создало бы очень проблемную ситуацию во многих европейских странах.
Что же касается Организации Объединённых Наций, то я с большим интересом прислушиваюсь к аргументам, согласно которым Совет Безопасности, являющийся наиболее влиятельным органом Организации Объединённых Наций, был создан более 70 лет назад. Так что в соответствии с этой аргументацией было бы полезно, было бы необходимо дать Совету Безопасности новую структуру, такую структуру, которая позволила бы ему эффективно работать в текущей обстановке, быть более представительным органом в том, что касается различных сторон государства.
Однако мы, конечно, понимаем сложности, сопряжённые с этим процессом. Если мы обратимся к нашим австрийским представителям в ООН с вопросом, возможно ли это, они скажут: нет, это совершенно невозможно, слишком расходятся мнения. Так что решение проблем при помощи реформирования институтов может быть только частью решения проблемы, частью того, что необходимо сделать.
Т.Колтон: Спасибо большое.
Т.Мбеки: Что должно быть сделано – это должно быть сделано. Вы знаете, когда госпожа Халонен говорила, что ООН концентрировалась на трёх столпах направления: на безопасности, на правах человека, и, в–третьих, на развитии. Я в действительности убеждён, что, когда мы говорим о безопасности в глобальном масштабе, о правах человека в глобальном масштабе, о развитии в глобальном масштабе, невозможно решить какие бы то ни было из этих проблем в одиночку успешно на глобальном уровне, если мы не обратим свой взор вновь на Организацию Объединённых Наций в контексте Устава Организации Объединённых Наций, в контексте согласованной политики. Мне кажется, что участники конференции принимают это. Мир стал многополярным, и необходимо, чтобы эта многополярность перетекала в реальные действия на практике, для того чтобы успешно справляться с вызовами.
Каковы многополярные институты, которые сейчас существуют? Таким институтом должна быть ООН. Проблема реформирования Совета Безопасности становится именно в этом контексте особенно важной. Как сказал господин Фишер, Совет Безопасности создан очень давно, и он сейчас не отражает нынешнюю многополярную систему международных отношений. Он должен быть изменён, это сложно. Россия – член Совета Безопасности, может быть, она тоже является препятствием на пути этой реформы. Однако реформирование Совбеза должно произойти.
Мы должны также посмотреть на взаимоотношения Совета Безопасности и Генассамблеи, посмотреть на взаимоотношения с ЭКОСОС, то есть на все структуры. Они должны выражать многополярный характер мира, для того чтобы мы добились успеха на глобальном уровне в решении проблем, связанных с безопасностью, прав человека и развития. Это невозможно отбросить в сторону. Я не говорю, что это единственное, что необходимо сделать, но структуры должны быть укреплены, они должны быть более представительны и они должны быть также активизированы таким образом, чтобы все эти институты с уважением относились, во–первых, к реформированному международному праву.
А во–вторых, как сказал Президент Путин, необходимо… Я не говорю, что поскольку у нас есть ООН, то пропадает суверенитет. Суверенитет никуда не пропадает. Существует равенство государств. Само существование государств покоится на этом принципе, и это должно быть учтено при реформировании института ООН. Многополярный мир должен найти своё полноценное отражение в ООН. Если бы это произошло, то не было бы никакой катастрофы в Ливии, например.
Я завершаю уже свои комментарии. Когда мы говорим о целях устойчивого развития, они очень важны для Африканского континента и, я убеждён, для всех развивающихся стран. Одна из проблем, с которыми мы сталкиваемся на континенте, – это сложность переговоров с ЕС по соглашениям об экономическом партнёрстве. Более того, я считаю, что те переговоры, которые сейчас ведутся с ЕС, ведутся так, что многие требования ЕС противоречат требованиям ЦУР – целям устойчивого развития. Если вы посмотрите на глобальный уровень, то необходимо будет провести соотношение этих соглашений, с одной стороны, и целей устойчивого развития, посмотреть, не противоречат ли они друг другу. Вот о чём я хотел бы сказать. Спасибо большое.
Т.Колтон: Вы знаете, я был несколько взволнован. Я боялся, что мой вопрос не вызовет таких интересных ответов. Но спасибо большое.
Президент Путин, Вы не могли бы прореагировать на то, что было сказано?
В.Путин: Ещё маленькая ремарка по поводу того, что господин Фишер сказал. Он упомянул дискуссию в ЕС по поводу торгового договора с Канадой. Это чисто внутриеэсовское дело. Просто маленькая ремарка, если позволите.
Да, действительно, я знаю, что определённое раздражение в Европе вызывает позиция Валлонии, где всего три с половиной миллиона человек, и они, эти три с половиной, заблокировали принятие решения по такому глобальному вопросу, как торговое соглашение с Канадой. Но ведь, когда Бельгия создавала Евросоюз, она создавала его на определённых принципах и исходила из того, что и у неё в целом, и у Валлонии будут определённые права.
Если к сегодняшнему дню ЕС разросся очень сильно, изменился его состав и так далее, но права–то никто не менял. Может быть, и нужно эти права поменять, но сначала нужно тогда предоставить людям, которые создавали эту организацию, демократическим образом права поменять, а потом уже требовать от них согласия.
Теперь что касается спора. Я знаю этот спор не так хорошо, как, конечно, европейцы, тем не менее, много или мало прерогатив у наднациональных органов в ЕС, замечу, я уже говорил об этом публично: количество обязательных решений, которые принимает Европарламент в отношении стран – членов ЕС, больше гораздо, чем количество обязательных решений, которые принимал Верховный Совет СССР в отношении республик Советского Союза во время существования самого СССР. Хорошо это или плохо – это не нам решать. Мы за то, чтобы Европа была сильной, централизованной – наша позиция. Но в самой Европе, там разные точки зрения, и это, надеюсь, когда–нибудь завершится каким–то позитивным решением.
Теперь по поводу ООН. Я уже говорил об этом, вынужден повторить: нам нужно обязательно вернуться к тому, что написано в Уставе ООН, потому что другой организации, такой универсальной, как ООН, в мире не существует. И если мы сейчас от неё откажемся – это верная дорога к хаосу. Ничего другого в мире универсального не существует. Да, ситуация поменялась в мире. Да, ООН и Совет Безопасности нуждаются в реформах и реконструкции. Но, как у нас в МИДе принято говорить, это можно сделать, если мы хотим, чтобы сохранялась эффективность этого инструмента, это можно сделать на основе широкого консенсуса. Нужно, чтобы с этими реформами согласилось подавляющее большинство участников международного общения.
Теперь почему нужно обязательно вернуться к единообразному пониманию принципов норм международного права, выработанных на основе Устава ООН? Потому что создавалась эта Организация после окончания Второй мировой войны, был определённый расклад сил в мире. Потом, после распада Советского Союза, Соединённые Штаты решили, что теперь, в общем–то, не с кем согласовывать и не надо ни с кем согласовывать кардинальные вопросы. И началось.
Сначала в середине 90–х годов – удары по Белграду. По сути, агрессия. Я сейчас не буду говорить про гуманитарную составляющую, которая предшествовала этим решениям, но просто наблюдать за ракетно-бомбовыми ударами в конце XX века в центре Европы… Не знаю, как вам, но для меня это было дикостью какой–то, просто дико. Тем не менее это было в обход Устава ООН, никто же этого не санкционировал. Как только столкнулись с этим, сразу начали говорить, что устарело, надо бы чего–нибудь поменять.
Дальше больше, дальше события в Ираке. ООН разве санкционировала действия в Ираке? Нет. А до этого был Афганистан в 2001 году. Да, мы знаем трагические события 11 сентября 2001 года, но всё равно по действующему международному праву надо было сходить в Совет Безопасности ООН и получить сначала там соответствующую резолюцию. Нет.
Потом Ирак. Потом принята была резолюция по Ливии – о чём резолюция по Ливии? Здесь же все эксперты, все знают, читали же все эту резолюцию. Что там написано? Бесполётная зона. Какая же бесполётная зона, если начали наносить ракетно-бомбовые удары по территории! Грубо извратили просто, опять нарушили Устав Организации Объединённых Наций.
Потом Сирия. Тарья, по–моему, говорила или Хайнц выступал, что в Сирии только умножается число террористов из–за действий в Алеппо. Разве с этого началось приумножение терроризма? Разве в Ираке были террористы? Близко не было никаких террористов до разрушения государственных структур страны. А в Ливии? Да ничего подобного там не было, никаких террористов, там и духу их не было. Как только разрушили государственность в стране, сразу этот вакуум был заполнен кем? Террористами. То же самое и в Сирии происходит.
Я понимаю намёк на наши действия в том же Алеппо или где. Но позвольте, как только началась война в Сирии, она началась задолго до нашего участия в этих событиях, там сразу и террористы появились, их начали снабжать оружием. Я же говорил об этом в своём выступлении. Их начали воспитывать, науськивать на Асада и так далее. Потому что других возможностей не было, они самые эффективные. И до сих пор это продолжается. Потому что это самые эффективные боевые подразделения. Их можно, как считают некоторые, направить, а потом мы, мол, с ними разберёмся. Ничего потом не будет! Не получится! В этом вся проблема.
И хотел бы тоже отреагировать на абсолютно правильные вещи, которые происходят, скажем, в Финляндии. Колокола звонят по погибшим в Алеппо. Давайте позвоним по погибшим сейчас в районе Мосула. Сейчас начинается операция в Мосуле. Уже, по–моему, свыше 200 человек террористы расстреляли в надежде остановить наступление на город – давайте не будем про это забывать. А в Афганистане? Одним только ударом авиации уничтожали целые свадьбы по 120 человек, одним ударом! Мы забыли об этом? А сейчас что происходит в Йемене? Колокола должны звонить по всем этим безвинным жертвам! Согласен с Вами.
Мы всё время слышим: Алеппо, Алеппо, Алеппо… Ну да. Вопрос в чём? Или оставить там террористическое гнездо, или, минимизируя, делая всё, чтобы избежать жертв среди мирного населения, всё–таки это гнездо дожать? Если не нужно вообще ничего трогать, тогда не нужно наступать и на Мосул. Давайте всё оставим как есть. Давайте Ракку не будем трогать. Ведь мы всё время слышим от наших партнёров: нужно наступать на Ракку, нужно уничтожить это гнездо терроризма. Но в Ракке тоже живут мирные граждане. Мы не будем с ними бороться вообще? Когда они где–то в городах захватывают заложников, мы что, оставляем их в покое? Возьмите пример с Израиля, Израиль никогда так не делает, он всегда борется до конца и благодаря этому существует, да и другого выбора нет, надо бороться. Если мы постоянно будем сдавать позиции, мы всегда будем проигрывать.
Теперь о том, что Тарья спросила по поводу безопасности в районе Балтийского моря. Напомню, что эта тема возникла не по нашей инициативе, она возникла в ходе моего визита в Финляндию, в Наантали, и она возникла по инициативе Президента Финляндии господина Ниинистё. Он совершенно неожиданно для меня поставил вопрос о том, чтобы российская авиация не летала без включённых транспондеров. Для тех, кто далёк от военного дела, скажу, что это приборы, которые на самолётах стоят и подают сигнал о том, что они в воздухе находятся. И включение этих систем, конечно, увеличивает безопасность в районе Балтийского моря. Это правильно, это правда. Я сразу же сказал, что, во–первых, количество полётов нашей авиации в разы уступает количеству полётов авиации стран НАТО, в разы. Это первое.
И второе. Я пообещал господину Президенту Финляндии, что мы обязательно поставим этот вопрос перед нашими партнёрами на ближайшей встрече в рамках Совета Россия–НАТО. Докладываю вам: мы это сделали. Результат: наши партнёры по НАТО предложение отклонили, более того, они сказали, что отклоняют предложение Путина. Путин здесь ни при чём, они отклоняют предложение господина Ниинистё, Президента Финляндской Республики.
Для нас тоже, между прочим, не так уж и просто это было, не так это было просто – пойти на такой шаг, потому что там есть технические вещи, есть и вещи чисто военного характера. Но я соответствующие указания Министерству обороны дал – поискать такую возможность, не нанося ущерба нашей безопасности. И наше Министерство обороны такую возможность нашло. Но наши коллеги из НАТО не хотят. Так что, пожалуйста, все вопросы туда, в Брюссель, в штаб-квартиру.
Т.Колтон: Тарья, насколько я понимаю, Вы хотели бы ответить коротко на этот вопрос?
Т.Халонен: Если позволите, я отвечу. Я очень рада, что у нас по–прежнему продолжается замечательный диалог с Вами, господин Президент.
Это открытая дискуссия. Как правило, мы ведём такие дискуссии в меньших группах, тем не менее мне кажется, что предложение Президента Ниинистё было прекрасным примером. Считаю, что это важно для безопасности в нашем регионе. Однако, как сказал Президент Путин, есть очень много технических вопросов, других проблем с обеих сторон.
А это говорит нам о чём? Даже когда речь идёт о каком–то ограниченном вопросе, требуется время, требуется сила. И тем не менее я считаю, что мы по–прежнему все согласны. Нам необходимо добиться этого для того, чтобы обеспечить безопасность в регионе. Мы должны добиться принятия этих предложений. Надеюсь, что дискуссия будет продолжаться. И хорошая работа продолжится.
Позвольте мне так же коротко остановиться на других аспектах, которые были упомянуты Президентом Путиным. Конечно, Алеппо и Йемен – это те проблемы, о которых мы постоянно слышим в средствах массовой информации, в западных странах и в России тоже. Но здесь нет чёрного и белого. Это очень сложный вопрос. Но мы должны с уважением относиться к чувствам людей, они совершенно верно говорят: это неправильно. ЮНИСЕФ со стороны ООН тоже говорит о том, что то, что происходит, – неправильно. У нас есть, к счастью, эксперты, которые могут разобраться во всём этом.
Что же касается ООН, я очень рада, что мы много говорили об ООН, я сторонница ООН, я там работала, и я буду работать с ними, я обещала господину Пан Ги Муну, и следующему Генеральному секретарю я обещаю сотрудничество. Мы все понимаем, что если мы ничего делать не будем, то это может нам очень дорого обойтись.
Возьмём, например, Совет Безопасности. Я с большим интересом слушала то, что сказал Министр Лавров. Как мне кажется, если мы не сможем добиться успеха в Совете Безопасности, это ещё не всё, мы должны подумать о работе Генассамблеи, об ЭКОСОСе, ведь ООН – очень большая структура. Мы должны подталкивать их вперёд. И надеюсь, что мы добьёмся прогресса.
Спасибо за то, что Вы подняли эти вопросы, и эти вопросы и далее будут обсуждаться.
Т.Колтон: Сейчас я хотел бы поблагодарить всех и передать слово тем, кто присутствует в зале, для вопросов. У нас здесь представлено большое число экспертов, почти все хотят задать вопрос, и вы можете отвечать на вопросы, на которые хотите, отмечать их.
Хотел бы сказать, что, к сожалению, Ваша популярность, господин Президент, растёт; моя к концу дня, наверное, сократится. А времени у нас очень мало.
Позвольте, мы передадим слово сначала первым, кто заявил о желании задать вопросы. Многие из них, думаю, будут адресованы Президенту Путину. Однако если кто–то желает тоже ответить, даже если они напрямую не направлены им, то, пожалуйста, отвечайте.
Вопрос (как переведено): Господин Президент, как Вам известно, растёт обеспокоенность международного сообщества относительно киберпространства, киберконфликтов. Ключевой вопрос состоит в следующем. Это обеспокоенность осуществления кибератак для достижения политических целей, учитывая, что вопрос кибератак очень молодой вопрос в отличие от других войн. Пространство кибератак очень известно, государства не должны использовать киберпространство для атаки на инфраструктуру других государств. Поэтому мой вопрос заключается в следующем.
Во–первых, в теории. Я слышал, что Вы уже говорили, поэтому в теории: должны ли национальные избирательные системы считаться критической национальной инфраструктурой?
И второй вопрос: какие конкретные правила Вы бы предложили по мере того, как международное сообщество думает о киберпространстве, для того чтобы снизить угрозу кибервойн в будущем?
В.Путин: На мой взгляд, вмешательство во внутриполитические процессы, одной страны в другую, недопустимо вне зависимости от того, каким способом такие попытки могут предприниматься: с помощью кибератак либо с помощью каких–то других инструментов, подконтрольных организаций внутри той или иной страны.
Например, вы знаете, что произошло в Турции, и знаете позицию Президента Турции Реджепа Эрдогана по поводу того, что он считает. А он считает, что попытка переворота в Турции была предпринята структурами, которые были воспитаны на идеях и при прямом участии организации некоего Гюлена, проживающего уже девять лет в Соединённых Штатах Америки. И это недопустимо, и кибератаки недопустимы.
Но нам не избежать, наверное, взаимного влияния друг на друга, в том числе и в киберпространстве. Но Вы задали вопрос конкретный, а именно Вы задали вопрос об избирательной системе. Я считаю, что это абсолютно недопустимо. А как избежать подобных эксцессов, если они где–то будут возникать, нет никакого другого способа, как договариваться и вырабатывать определённые правила, причём такие правила, которые будут единообразно пониматься, будут признаны на правительственном, государственном уровне и могли бы быть проверяемыми.
Встаёт вопрос, конечно, о свободе интернета и всего, что с ним связано, но мы знаем, что очень во многих странах, в том числе и в тех, кто всегда выступал за свободу интернета, предпринимаются и на практике реализуются шаги по ограничению этого доступа, связанного с интересами большинства граждан. Это касается и преступлений, которые там могут готовиться либо совершаться в киберпространстве. Например, покушение на банковские системы, незаконные переводы денег, это касается всяких суицидов, преступлений против детей и так далее. Но эти же правила на национальном уровне принимаются, значит, мы можем принимать соответствующие правила и на национальном уровне в отношениях между государствами.
Т.Колтон: Спасибо.
Хотел бы предоставить слово господину Сушенцову, затем слово господину Быстрицкому.
Господин Сушенцов, Вам слово.
А.Сушенцов: Владимир Владимирович! Андрей Сушенцов, университет МГИМО, Валдайский клуб.
В зарубежных СМИ сложилось мнение, что у России есть однозначный фаворит на американских президентских выборах – Дональд Трамп. Какую на самом деле роль играет фигура следующего американского президента для России, для двусторонних отношений? И каким условиям должна удовлетворять американская внешняя политика по отношению к России, для того чтобы отношения нормализовались?
В.Путин: По поводу так называемых фаворитов или не фаворитов в избирательной кампании в Соединённых Штатах. Вы сказали о том, что это образ, который создан СМИ? Он и создан, этот образ, СМИ. Я Вас уверяю, не случайно. Я вообще редко вижу, когда что–то случайно создаётся ведущими средствами массовой информации. Сама идея вброшена в общественное сознание в ходе президентской кампании в Соединённых Штатах, на мой взгляд, только с одной целью – с целью борьбы тех, кто защищает интересы кандидата от Демократической партии госпожи Клинтон в борьбе с представителем Республиканской партии, в данном случае в борьбе с господином Трампом.
Как это делается? Во–первых, создаётся образ врага в виде Российской Федерации, в виде России, а потом объявляется, что Трамп – наш фаворит. Это полный бред и полная чушь! Это просто способ внутриполитической борьбы, способ манипулирования общественным мнением накануне президентских выборов в самих Соединённых Штатах.
Да, на самом деле я много раз говорил, хочу повторить: мы не знаем, как поведёт себя любой из кандидатов, который добьётся победы. Мы не знаем, как поведёт себя господин Трамп, мы не знаем, как поведёт себя госпожа Клинтон, если она будет избрана, что там будет исполнено, что не исполнено. Поэтому по большому счёту для нас это более или менее безразлично. Но, конечно, мы не можем не приветствовать слова, мысли, намерения, о которых публично говорится, о нормализации отношений между Соединёнными Штатами и Россией. И в этом смысле, конечно, мы приветствуем такие заявления, от кого бы они ни исходили. Вот, собственно говоря, и всё.
Что касается самого господина Трампа, он выбрал, видимо, свой способ достучаться до сердец избирателей. Какой? Он, конечно, ведёт себя экстравагантно, мы все это видим. Но, я думаю, не так уж это всё и бессмысленно. Потому что, на мой взгляд, он представляет интересы той части общества, а она значительная в Штатах, которая устала от тех самых элит, которые десятилетиями находятся у власти. Он просто представляет интересы таких простых людей.
Он и сам изображает из себя такого простого парня, который критикует тех, кто уже десятилетиями находится у власти, тех, кому не нравится (мы же читаем аналитику, в том числе и американскую) передача власти по наследству, допустим. Об этом прямо некоторые эксперты пишут в США. И он работает на этой «поляне».
Но насколько это будет для него эффективно, выборы покажут в ближайшее время. Но хочу повторить ещё раз один штамп, который всё время повторяю: мы будем работать с любым президентом, которого изберёт американский народ и который захочет работать с нами.
А.Быстрицкий: Владимир Владимирович, можно вопрос в развитие темы безопасности, которая только что поднималась? Понятно, что здесь ключевым и важным элементом, в этой теме безопасности, является взаимодействие. И понятно, что оно может быть сложным. Например, в случае упомянутых только что в разговоре транспондеров. Но в конце концов самолёты могут летать.
Но есть критически важные области, где речь идёт непосредственно о жизни людей, и жизни людей невинных. Вы недавно вспоминали дело Царнаевых. И, как я понимаю, информация с российской стороны была предоставлена, но это не возымело ни малейшего действия, как я тоже понимаю. Означает ли это, что на таком практическом уровне взаимодействия в сфере безопасности ситуация критическая?
В.Путин: Я уже говорил об этом. Не помню когда. По–моему, на встрече с французскими журналистами, что ли? Да, действительно, мы предоставили в своё время информацию по этим братьям Царнаевым американским партнёрам. Написали один раз – ответа никакого. Потом ещё раз написали – опять никакого ответа нет. И уже после второго письма пришел ответ, что они наши граждане, вы сюда не лезьте, мы сами разберёмся. Ладно, я директору ФСБ сказал: всё, сдаю в архив. Так ответ у нас в архиве и лежит до сих пор.
Но потом, к сожалению, через несколько месяцев произошёл теракт в Бостоне во время известного марафона, погибли люди. Очень жаль, что эта трагедия произошла. Если бы контакты и доверие были бы на другом уровне между нами и нашими партнёрами, уверен, можно было бы избежать этой трагедии. Потом у нас и американцы появились сразу, приехали, мы отдали материалы, которые у нас были. Но поздно, уже люди–то погибли.
Это, кстати говоря, отчасти ответ на предыдущий вопрос. Те, кто хочет с нами работать, – я не знаю, будут они или не будут, но они формулируют правильно тезис о том, что это необходимо для всех, особенно на поле борьбы с терроризмом. В этом смысле мы приветствуем, повторяю, всех, кто об этом заявляет.
Но, скажем, я тоже уже говорил об этом, например, в ходе подготовки к Олимпийским играм здесь, в Сочи, американцы реально нам помогали. И я благодарен им за это, мы все им за это благодарны, они сотрудничали и здесь, на месте, сотрудничали с нами очень эффективно и на более высоком уровне – на уровне руководства спецслужб. Были и другие примеры хорошего сотрудничества.
В целом у нас неплохо обстоят дела по этому направлению с европейскими партнёрами, как раз с французскими спецслужбами, там достаточно откровенный, профессиональный разговор идёт, обмен информацией имеет место быть. В общем, не всё так плохо, но могло бы быть гораздо лучше.
Т.Колтон: Хорошо.
Хотел бы сейчас предоставить слово Сафине Фишер из Берлина.
С.Фишер: Спасибо. Мой вопрос Президенту Путину, он касается Украины.
Президент Путин, недавно после достаточно длинной паузы состоялась встреча «нормандской четвёрки» в Берлине. И после этой встречи стороны несколько по–разному интерпретировали результаты переговоров. Поэтому мне бы очень хотелось услышать Вашу оценку результатов и атмосферы этой встречи.
Помимо этого, считаете ли Вы «нормандский формат» в данной форме эффективным или Вы думаете, что он мог бы работать более продуктивно, если бы, например, туда присоединились Соединённые Штаты Америки?
Спасибо большое.
В.Путин: Можно уточняющий вопрос? Какая разная интерпретация была результатов встречи? О чём Вы говорите? Как ни странно, я просто не слышал этих разных интерпретаций. Какие?
С.Фишер: Были обсуждения полицейской миссии в Донбассе, с одной стороны, и упор на «дорожную карту», которая делалась, например, в России в СМИ и тоже в политических дебатах. По–моему, это действительно были разные интерпретации результатов.
В.Путин: Здесь секрета никакого нет. Я скажу, вообще как было. Некоторые вещи, может быть, не буду говорить, чтобы не ставить никого в трудное положение и не мешать самому процессу.
Как вы знаете, в Минских соглашениях, думаю, что эксперты все читали, там чёрным по белому написано: через 30 дней после подписания Минских соглашений на Украине Рада должна принять постановление, которое очертило бы географические границы районов, в которых начал бы сразу действовать закон об особом статусе этих непризнанных республик. Потому что единственное, чего не хватало, чтобы он начал работать, было отсутствие описания этих географических границ.
И это нужно было принять не законом, а постановлением парламента, и это постановление с нарушением сроков, но тем не менее было принято. И, казалось бы, этот закон должен был бы сразу вступить в действие. Он был принят, хочу напомнить, парламентом Украины, проголосован, и он был согласован с непризнанными республиками, что очень важно, и в этом смысле он является, на мой взгляд, жизнеспособным и ключевым элементом политического урегулирования.
Но, приняв это постановление Рады, украинская сторона, парламент страны принял дополнение к этому закону пунктом в статью девятую или десятую, в которой написал, что этот закон вступит только тогда, когда произойдут муниципальные выборы на этих территориях. То есть опять отложил вступление этого закона в силу, повторяю, по нашему мнению, абсолютно ключевого для политического урегулирования кризиса на юго-востоке страны. Причём сделал это, конечно, уже ни с кем не согласовывая, с этими непризнанными республиками даже не консультировались.
Год назад в Париже мы это очень активно обсуждали, спорили. Я настаивал на том, чтобы это было сделано, и сделано незамедлительно, поскольку это прописано в Минских соглашениях и является ключевым элементом, на наш взгляд. Тем не менее Президент Украины настаивал на том, что это сделать невозможно. И зашло всё в тупик. Поскольку зашло в тупик, и всё могло закончиться сразу же на месте год назад в Париже, неожиданно Министр иностранных дел ФРГ господин Штайнмайер предложил компромисс.
Он сказал: «Давайте мы так договоримся. Этот закон вступит в силу в день выборов в муниципальные органы власти на этих территориях на временной основе, и на постоянной – после того как БДИПЧ ОБСЕ признает, что выборы состоялись в соответствии с правилами ОБСЕ». Это было совсем не то, что написано в Минских соглашениях, но, чтобы не заводить дело в тупик, я согласился и сказал: «Хорошо, договорились. Мы это согласуем с Донецком и Луганском». И мы согласовали.
Но на встрече в Берлине вдруг неожиданно Президент Украины попытался изменить и эту формулу, уже как бы компромиссную. Пошёл ещё дальше, по сути, отказываясь вообще от имплементации этого закона когда бы то ни было. Опять возник тот же самый кризис, который мы имели в Париже год назад. Но я хочу отметить роль Федерального канцлера. Она всё–таки нашла аргументы и убедила всех собравшихся в том, что мы можем и должны остаться на согласованной позиции, и невозможно каждый раз, встречаясь через год, менять то, о чём мы договаривались до этого, так мы никогда ни о чём не сможем договориться. Но нюансы и детали того, как это должно имплементироваться, договорились погрузить в ту концепцию, о которой Вы сказали и которую предстоит ещё выработать.
Вот, пожалуй, и всё. Но в принципе много было сделано по вопросам обеспечения безопасности – там мы практически согласовали почти каждый из пунктов. Почти ни о чём не договорились по вопросам гуманитарного характера – эти территории остаются в строгой блокаде, и ситуация там очень сложная. На это, кстати говоря, весь так называемый цивилизованный мир предпочитает не обращать никакого внимания. Сейчас не хочу даже открывать дискуссии на эту тему.
Но что касается формата, он полезен или не полезен, – просто другого нет. Да, дискуссии идут сложно, да, это не очень эффективно, соглашусь с этим, но другого нет, и если мы хотим хоть чего–то добиться, надо оставаться в рамках этого формата.
Нужно ли привлекать кого–то другого? Российская позиция такая: мы не против привлекать кого бы то ни было, в том числе и наших американских партнёров. Но договорились таким образом со всеми участниками этого процесса, что мы с нашими американскими коллегами будем работать параллельно. И вы знаете, мой помощник и госпожа Нуланд постоянно встречаются, регулярно эти темы обсуждают, ищут компромиссы. Но это, разумеется, делается не келейно, не тайно, и все участники нормандского формата в курсе, знают, и мы учитываем, конечно, и позицию наших американских партнёров.
Т.Колтон: Анджела Стент, пожалуйста.
А.Стент (как переведено): Спасибо. Мой вопрос адресован Президенту Путину. Я профессор Джорджтаунского университета Вашингтона.
Россия недавно вышла из соглашения с Соединёнными Штатами по уничтожению плутония, но в то же время российское Правительство заявило, что рассмотрит повторное вступление к соглашению, если будут выполнены три условия. Первое, что войска НАТО должны вернуться к тем позициям, которые они занимали до 2000–х годов в Европе, во–вторых, «закон Магнитского» должен быть отменён, и в–третьих, что санкции, введённые против России с момента начала украинского кризиса, должны быть сняты, и России должна быть предоставлена компенсация.
Вопрос заключается в следующем. 20 января у нас будет новый президент, я настроена оптимистично, должны ли мы понимать в США, что эти три условия лягут в основу изначальной переговорной позиции со стороны Российской Федерации с новым американским президентом, когда он вновь восстановит отношения высокого уровня с Кремлём?
В.Путин: Вы профессор, сразу видно, что не дипломат. Если Вы у дипломатов спросите, они Вам скажут, что есть такое понятие, как запросная позиция, и решение по поводу договора об уничтожении избыточного количества оружейного плутония – мы из него не вышли. Соединённые Штаты вышли из договора по противоракетной обороне, а мы не вышли, мы приостановили его действие. Но почему? Я думаю, что все здесь знают почему. Это соглашение что предусматривало? Оно предусматривало, что и в России, и в США будут построены заводы, которые будут уничтожать избыточное количество оружейного плутония, наработанного как в США, так и в России.
США свои обязательства не только не выполнили, а объявили, что выполнять не намерены – со ссылкой на финансовые трудности. Как будто у нас таких финансовых трудностей нет. Но мы завод построили и уничтожаем этот плутоний промышленным способом. То, что объявили Соединённые Штаты, причём в одностороннем порядке, никак с нами свои действия не согласовывая… Они сказали, что они будут его разбавлять, этот оружейный плутоний, там хранить в каких–то пластах и так далее.
Это значит, специалисты говорят, это называется возвратный потенциал. В любую секунду можно вернуть, опять обогатить, и всё снова здорово, как у нас в народе говорят. А мы–то уничтожаем его промышленным способом. Мы завод построили, деньги истратили. Мы что, богаче Соединённых Штатов, что ли?
И очень по многим вопросам нам очень трудно разговаривать с администрацией сегодняшней, потому что ничего почти не выполняется, почти никакие договорённости не исполняются, в том числе и по Сирии. Может, ещё к этому вернёмся. Но мы готовы будем разговаривать с новым президентом и искать решения любых сложных вопросов, любых.
Вопрос (как переведено): Господин Президент, хотел бы задать Вам вопрос по политике России в отношении Азии. Сегодня акцент делается на построении многополярного мира во внешней политике России. Но помимо этого вы также уделяете особое внимание многополярности в Азии. Сегодня в Вашей речи Вы, в частности, на мой взгляд, указали на рост напряжённости в отношениях с Западом и о переориентировании на Азию. Но есть и проблемы в Азии. В частности, появление новых игроков ведёт к появлению страхов, появляются новые разделительные барьеры. Скажите, есть ли опасность того, что Россия путём акцента на многополярном мире может недооценить опасность однополярной Азии в ущерб необходимости всех великих держав работать вместе для создания нового мира?
В.Путин: Мы интенсифицируем развитие наших отношений с азиатскими странами не потому, что у нас напряглись отношения с Европой или Соединёнными Штатами. Просто то, что сейчас происходит, диктуется самой жизнью. Необходимость расширения наших контактов, увеличение этих контактов диктуются жизнью. Почему?
Рост и значение азиатских стран растут и будут расти дальше, причём достаточно высокими темпами. Но для России, значительная часть территории которой находится в Азии, было бы нелепым не использовать своё географическое преимущество и не развивать отношения с нашими соседями.
Китай – наш сосед, я говорил об этом во вступительном слове. С Индией у нас хорошая предыстория отношений, что грех было бы это не использовать для развития отношений с Индией сегодня и на длительную историческую перспективу. У нас много совпадающих интересов. Мы естественным образом взаимодополняем друг друга, кстати говоря, как в политике, так и в экономике.
Но что касается многополярности или однополярности Азии, Азия не является однополярной, мы это прекрасно видим и понимаем.
Жизнь вообще сложна и многообразна, она вообще вся соткана из противоречий. Важно только, чтобы эти противоречия разрешались цивилизованным способом. Мне кажется, что у лидеров азиатских стран сегодня достаточно здравого смысла, чтобы выйти именно на такой режим работы друг с другом. И мы готовы работать в таком же режиме со всеми.
Вы знаете, что я недавно был с визитом в Индии, только что вернулся из Индии наш Министр обороны. У нас не только по линии оборонных ведомств, по линии промышленного производства в оборонной сфере, но и в гражданских областях очень много пересекающихся интересов с Индией, Китаем, тем же Вьетнамом, с другими странами региона. И они очень перспективные и масштабные.
Т.Колтон: Тома Гомар, пожалуйста.
Т.Гомар (как переведено): Господин Президент, в сентябре 2014 года на Валдайском клубе Вы описали отношения между Украиной и Россией следующим предложением: две страны – один народ. А каким образом Вы сегодня описали бы отношения между этими двумя странами?
В.Путин: Я сейчас не буду говорить про то, кто в чём виноват, но я считаю, как и считал, что русские и украинцы – это действительно один народ. У нас есть люди крайних националистических взглядов, как в России, так и в Украине. Но в целом в большинстве своём это один народ – народ одной истории, одной культуры, очень близкий этнически. Нас сначала разделили, а потом стравили, но мы сами в этом виноваты. И мы должны сами найти выход из этой ситуации. Уверен, что здравый смысл восторжествует, и мы этот выход найдём.
Вопрос: Уважаемый господин Президент! До моего вопроса хотел бы очень коротко передать Вам слова моих молодых студентов. Два года назад, когда Вы были в Шанхае по очень важным другим делам, наши студенты пропустили шанс встретиться в университете с Вами и Вас спросить. Но они сказали мне, что всегда Вас ждут. И это не зависит от того, будете Вы на пенсии или нет.
Мой вопрос такой. Сегодня мы обсуждаем философский вопрос международных отношений. Человеческое сообщество уже переживало многие вариантов международной системы. По Вашему представлению, будущие системы до какой степени будут похожи на бывшие? И на какие положительные элементы нам больше нужно обращать внимания? Это немножко теоретически, по каким принципам, более универсальным или более многообразным? Какие сочетания, какие комбинации среди них Вы предпочитаете?
Ещё конкретный вопрос. В текущие дни очень оживлённо обсуждаем вопрос, какие взаимоотношения между Россией, Западом и Китаем.
В.Путин: Хайнц здесь такую ремарку сделал, что это очень философский вопрос, об этом можно долго рассуждать.
Будет ли мир будущего таким, каким он был в прошлом? Конечно, нет. Разве это возможно? Мир меняется очень сильно. Разве Китай 60–70–х годов похож на Китай сегодняшнего дня? Совсем две разные страны, да и Советского Союза нет.
Господин Мбеке говорил про Африку. Я с этими тезисами согласен. Но Африка не может быть где–то на периферии. Если кто–то так думает, то он глубоко заблуждается. Если мы будем действовать именно таким образом, нас ждут очень тяжёлые испытания. Мы уже сейчас видим, говорят: беженцы-беженцы, Сирия-Сирия. Я сегодня только смотрел – очередное событие в Средиземном море, где итальянская береговая охрана вылавливала беженцев из Африки. При чём здесь Сирия? Вы знаете, это очень серьёзный вопрос – будущее мира и будущее Африки. Так же и взаимоотношения в Азии, там много конфликтных, таких потенциально конфликтных ситуаций.
Хочу повторить то, что я только что сказал. Вопрос в том, хватит ли у нас ума и мужества найти приемлемые способы решения всех этих проблем и сложных конфликтов. Мне бы очень хотелось, чтобы это было именно так, чтобы мир действительно стал многополярным и чтобы учитывались мнения всех участников международного сообщества. Маленькая это страна или большая, должны быть единообразно понимаемые общие правила, гарантирующие суверенитет и интересы народов.
А что касается наших взаимоотношений между нашими партнёрами в Европе, в Соединённых Штатах, в Америке вообще, в азиатских странах, мы выстраиваем разновекторную политику, и не только в силу своего географического положения. Наша политика в отношении всех наших партнёров строится на основе равноправия и взаимного уважения.
Т.Колтон: Хорошо.
Николай Злобин, пожалуйста.
Н.Злобин: Владимир Владимирович, у меня вопрос тоже философский, но я подразумеваю, что Вы уже думали на эту тему, поэтому хотел бы получить от Вас ответ в Вашем стиле. Вы умеете формулировать афористично, мы все это знаем.
Я вернусь к Вашей речи, к ней пока никто не апеллировал. Я не согласен с одной вещью в Вашей речи, где Вы описывали мир. Вы описывали его правильно, но мне кажется, что сводить всё к злой воле элит или каких–то отдельных лидеров, это не совсем правильно. Страны действуют под влиянием очень большого количества объективных факторов. Даже Вы сейчас, говоря о евразийском сотрудничестве, сказали, что жизнь требует так поступать. Я помню, когда была история с Крымом, Вы сказали: я не мог поступить иначе, хотя весь мир считал, что это не самый лучший жест доброй воли.
Мой вопрос в этой связи. Думаю, что страны действуют под влиянием национальных интересов, того, как они видят мир. И очень часто эти национальные интересы входят в противоречия, одной страны и другой страны.
Однажды в интервью какому–то западному агентству Вы сказали, что Ваша работа – продвигать национальные интересы России. Поэтому я подозреваю, что Вы знаете, что такое национальные интересы России, причём не тактические, не сегодняшние, а фундаментальные, которые существовали раньше и будут существовать потом. Думаю, что Вам ещё рано на пенсию уходить, но всё равно когда–нибудь это случится, и национальные интересы сохранятся. Есть у Вас формула в голове, ёмкая, хорошая, как объяснить миру? Потому что одна из проблем, что Россия воспринимается страной непредсказуемой. Можете Вы объяснить одной формулой, которая сохранится надолго, что такое национальные интересы России?
В.Путин: То, что хорошо для русского человека, то и национальные интересы России и вообще для народов Российской Федерации. Но вопрос не в том, чтобы любой ценой продвигать эти национальные интересы, вопрос в том, как это делать. Я хочу вернуть нас к ставшему ключевым вопросу: мы считаем, что добиваться своих национальных интересов нужно в диалоге со всеми участниками международной жизни, уважая их интересы и пользуясь единообразно понимаемыми правилами игры, которые называются «международное право».
Кстати, когда выступала Тарья, она сказала, что несколько мрачновато прозвучали мои оценки. Если именно так и восприняли, что исключительно в ошибках элит заключаются все проблемы сегодняшнего дня, то, конечно, я не это имел в виду. Это одна из серьёзных проблем сегодняшнего дня – расхождения между интересами так называемых широких масс и правящими классами, но не единственная, а в основе, конечно, лежат и интересы, но способы достижения своих интересов важны, вот что важно.
А.Мухин: Владимир Владимирович, на Украине постоянно пытаются что–нибудь запретить российское. И складывается такое ощущение, что любые российские компоненты просто выдавливаются из украинского общества. В этой связи у меня тоже философский вопрос. Пётр Порошенко говорил о том, что он намерен продать свой российский бизнес. Этот бизнес существует вообще или нет? И как Вы к этому относитесь?
В.Путин: Мы стремимся к тому, чтобы уважать право собственности. Алексей Леонидович – горячий приверженец, считает, что это один из столпов экономической политики, и в этом смысле я с ним полностью согласен. У нас далеко не всегда так получается, нам практику нужно ещё поправлять, и в законодательстве многое нужно сделать, но мы всегда будем к этому стремиться.
То же самое касается и наших иностранных инвесторов, в том числе и украинских инвесторов. Пётр Алексеевич Порошенко является одним из таких инвесторов, имею в виду, что он является собственником достаточно крупного предприятия в Липецкой области – фабрики «Рошен». Там, собственно, два предприятия, второе занимается, по–моему, реализацией продукции. Там есть некоторые проблемы, связанные с невозвратом НДС, и судебные органы ввели определённые ограничительные меры, но фабрика работает, работает ритмично, выплачивает зарплату, получает прибыль, и нет никаких ограничений, связанных с использованием этой прибыли, в том числе и с переводом её за границу. Я сейчас не помню, сколько, не погружаюсь в такие детали, но она работает с прибылью, и работает успешно.
П.Дуткевич: Господин Президент, я уже задал этот вопрос заместителю Министра иностранных дел вчера, но я понял свою ошибку, потому что исключительным адресатом этого вопроса являетесь Вы, Владимир Владимирович.
Вопрос такой: поступила информация, я не знаю, насколько она достоверна, что во время встречи с господином Обамой в Китае в сентябре этого года Вы разговаривали о перемирии в Сирии. Не знаю, насколько это достоверно, но Вам предложили семидневное перемирие. Вы засомневались и сказали, что невозможно за такой короткий период развести радикалов от мирных, и вряд ли можно это сделать. Поэтому Вам на это был ответ, что если мы не сумеем это сделать, тогда у вас свободные руки. Вы можете вспомнить этот разговор? Потому что он очень важный для истории того, что происходит сейчас в Сирии.
В.Путин: Да мне и не нужно его вспоминать, я его и не забывал. Это очень важный разговор. Там действительно шла речь о том, чтобы прекратить работу российской и сирийской авиации по нанесению ударов по объектам террористов в Алеппо до разделения так называемой здоровой части оппозиции от «Джабхат ан-Нусры» – террористической организации, признанной в таком качестве Организацией Объединённых Наций, входящей в перечень международных террористических организаций.
В этой связи хотел бы заметить, что не секретом является то, что нам наши американские партнёры обещали это сделать. Они признали, во–первых, что это нужно сделать, они признали, что часть Алеппо занята террористическими организациями – и ИГИЛ, и «Джабхат ан-Нусрой». Собственно говоря, это видно на кадрах телевизионной хроники, когда мы видим знамя ИГИЛ, знамя «Джабхат ан-Нусры» в определённых районах Алеппо. Они признали, что это надо сделать, и заверили нас, что сделают это.
А после этого мы договорились о том, что вместе определим прямо на поле боя, где здоровая часть оппозиции, и мы их не будем трогать вообще, а где террористы, и мы будем вместе с американскими нашими партнёрами работать по этим террористам. Они обещали нам многократно и на уровне Минобороны, и на уровне министров иностранных дел, и на уровне специальных служб. К сожалению, раз за разом всё это срывалось, и они этого не делали.
В очередной раз этот вопрос был поднят во время нашей встречи в Китае. Действительно, мой американский партнёр, Президент Обама, предложил в очередной раз их развести. Но он настаивал на том, чтобы сначала мы объявили день Д, день тишины, прекратили бы боевые действия, удары авиации, а затем в течение семи дней они брали бы на себя обязательство развести оппозицию здоровую и «Джабхат ан-Нусру» друг с другом. Я сейчас не буду говорить о деталях, потому что не считаю себя вправе какие–то детали воспроизводить вслух. Всё–таки в ходе таких переговоров остаётся какая–то часть, которая доверительно доводится друг до друга. Но факт остаётся фактом.
Вместо того чтобы развести террористов, «Джабхат ан-Нусру», и здоровую часть оппозиции, наши американские партнёры сами сорвали это перемирие. Кстати говоря, в конечном итоге я хоть и настаивал на том, что сначала развести нужно, а потом прекратить полёты авиации, но в ходе дискуссии согласился с мнением американского партнёра. Он настаивал, и я с ним согласился, пошёл навстречу, сказал: ладно, бог с ним, мы сначала объявляем перемирие, не будем летать, не будем наносить удары, пожалуйста, вот вам семь дней.
Перемирие было объявлено, по–моему, 12 сентября. 17–го американская авиация нанесла удар по сирийским войскам, после чего подразделения ИГИЛ перешли в наступление. Нам сказали, что удар был нанесён по ошибке, а ИГИЛ перешёл в наступление случайно, это случайность. Может быть, и так, но перемирие было сорвано и далеко не по нашей вине.
А что там обещал или что не обещал Президент Соединённых Штатов, это всё–таки Вы спрашивайте у него. Я думаю, что в ходе, допустим, своей поездки по европейским странам он сам об этом расскажет нашим европейским уже партнёрам. И думаю, что нужно сделать это откровенно и честно, а не просто использовать их для того, чтобы повлиять на нашу позицию по Сирии.
Да, кстати говоря, вы знаете, сегодня уже девятый день, когда российская и сирийская авиация в районе Алеппо просто не работает. Вот вам ещё не семь дней, вот вам ещё девять, уже десять дней сейчас будет. Где разведение террористов и здоровой части оппозиции? Понимаете, если мы не будем выполнять взятых на себя обязательств, мы никогда не добьёмся успеха в решении задач борьбы с террором.
Я понимаю, это непростая задача, и мы здесь не склонны никого ни в чём обвинять, но уж если о чём–то договорились, надо исполнять. Во всяком случае, на нас не перекладывать вину и не обвинять во всех смертных грехах. Это просто неприлично. Мы пока ведём себя сдержанно и также по–хамски нашим партнёрам не отвечаем, но всё имеет свои границы, можем и ответить.
Т.Колтон: Господин Черногорский из Словакии. Пожалуйста, Вам слово.
Черногорский: Я буду как будто продолжать вопрос Анджелы Стент, хотя мы не договорились. Господин Президент, условия, которые, Вы сказали, в связи с договором об утилизации плутония, по сути, являются наступательными условиями. Когда бы эти условия были исполнены, это бы означало практически, что будут аннулированы все отступления России практически со времён Михаила Горбачёва. Меня интересует время. Как Вы оцениваете, когда бы такие условия могли быть исполнены или, скажу это по–другому, думаете, что Вы увидите исполнение этих условий ещё как Президент Российской Федерации?
В.Путин: Условия, о которых Вы говорили сейчас и которые Вы назвали наступательными, они изложены на бумаге. Это Указ Президента Российской Федерации. Это бумажка.
А условия уничтожения оружейного плутония, которые нарушили Соединённые Штаты, – это очень серьёзный вопрос в сфере международной безопасности и обращения ядерных материалов. Это совершенно две разные категории. И мы вышли из этого договора, потому что Соединённые Штаты не выполняют взятых на себя обязательств. А об условиях того, как вести нам переговорный процесс по широкому кругу проблем, мы договоримся.
Т.Колтон: Михаил Погребинский, пожалуйста, из Киева.
М.Погребинский: Владимир Владимирович, возвращаюсь к вопросу, который был задан коллегой из Германии. Мне кажется, Вы не вполне ответили на него, а это важно, по–моему.
Речь идёт о том, что, действительно, насколько мы понимаем, интерпретации результатов этого Берлина были разные в Киеве и в Москве. Во всяком случае, два слова скажу, что киевская интерпретация такая: главный успех Порошенко на этих переговорах – это то, что он убедил ООН и вообще участники переговоров убедили Вас в том, что Вы согласились на полицейскую миссию.
При этом в Киеве понимают эту полицейскую миссию как некую такую систему, которая будет с оружием обеспечивать безопасность до проведения выборов и после проведения выборов какое–то время. Информация из Москвы официальная была такая, что, в общем, не совсем так.
Можете внести какую–то ясность по этому поводу, чтобы было понятно?
В.Путин: Я могу попросить Тарью или Хайнца, они очень хорошо знают, что такое ОБСЕ, как работает эта организация. Скажу Вам свою позицию по этому вопросу.
Президент Порошенко выступил с инициативой так называемой полицейской миссии во время проведения будущих возможных выборов в Донбассе, в Донецке и Луганске. Я единственный, кто его поддержал. Просто я не называю это полицейской миссией в силу того, что вообще все остальные участники процесса возражают, а возражают не потому, что не хотят помочь Петру Алексеевичу, а потому, что ОБСЕ никогда ничего подобного не делала, у неё нет такого опыта, нет людей, нет практики осуществления каких бы то ни было полицейских миссий.
И на сегодняшний день эта идея, выдвинутая Петром Алексеевичем Порошенко и поддержанная Вашим покорным слугой, она другими участниками этого процесса не поддерживается, но мы называем это не полицейской миссией, а возможностью тех, кто будет обеспечивать выборы и безопасность на выборах, находиться там с табельным стрелковым оружием. Те, кто против реализации этого предложения, указывают на то, что это может спровоцировать неизвестно кого на применение оружия против вооружённых людей.
Они считают, что сила наблюдателей ОБСЕ заключается не в том, что у них табельное оружие, а в том, что они как раз представляют общепризнанную мировую солидную международную организацию, и как раз они сами не вооружены, и применять против них силу и оружие – это абсолютно неприемлемо и будет восприниматься как самое неприемлемое поведение кого бы то ни было. И в этом их сила, а не в том, что у них будет пистолет.
Хотя, если Пётр Алексеевич считает, что это пошло бы на пользу, я лично его поддерживаю, но я единственный, кто это делает. Это странная ситуация, это единственное, где наши мнения совпадают. Но я уже об этом говорил неоднократно, и здесь нет никакой новизны, и в конечном итоге все согласились, что это возможно, но нужно это проработать, в том числе на площадке ОБСЕ. Не знаю, Тарья меня поправит, но, по–моему, в практике ОБСЕ никогда такого не было. Тарья, можно тебя спросить?
Т.Халонен: Да, должна честно сказать, что не могу припомнить таких случаев. Возможно, стоит спросить кого–то, у кого есть более актуальная информация, но я займусь этим вопросом.
Т.Колтон: Представитель, пожалуйста, из Пекина.
Вопрос (как переведено): Бывший Президент Австрийской Республики господин Фишер сказал, что отношения между ЕС и Россией не такие, как 25 лет назад ожидалось, какими они будут. И, к сожалению, это сейчас имеет место, но нам нужно быть оптимистами тем не менее.
И хочу спросить господина Президента: с Вашей точки, почему это так происходит? И какие могут быть ожидания? Какие ожидания 25 лет назад были неверными или были неверными всё время? И с философской точки зрения какие уроки, как Вам кажется, следует извлечь для следующих 25 лет?
В.Путин: Что было сделано правильно, а что неправильно? Ожидания были большие в связи с тем, что Советский Союз перешёл к политике открытости, в связи с тем что практически то, что считалось главным, что разделяло Советский Союз и потом Россию, и западный мир, исчезло – я имею в виду идеологические разногласия. И, откровенно говоря, у нас сначала и в Советском Союзе при Горбачёве, а дальше и в России все считали, что сейчас начнётся совершенно другая жизнь. Вот здесь один из наших экспертов правильно сказал: существуют вещи, как оказалось, гораздо более глубинные, чем даже идеологические противоречия, а это так называемые и национальные, и геополитические интересы.
Можно было бы сделать что–то по–другому? Да, можно. Я на прошлой встрече здесь, по–моему, в этом зале, говорил: был такой немецкий политик господин Рау, известный деятель Социал-демократической партии Германии, его уже нет среди нас, но он тогда вёл очень активную дискуссию с руководством Советского Союза. И он тогда говорил – у нас есть записи этих бесед, мы до сих пор никак не можем это опубликовать, но надо это сделать, – что в Европе должна быть создана новая система международной безопасности.
Помимо НАТО нужно создать ещё структуру, в которую входил бы и Советский Союз, и те страны, которые выходят из Варшавского договора, но с участием США, с тем чтобы была сбалансированная система. И дальше он продолжал, что если этого не будет сделано, в конечном итоге это будет приводить к тому, что вся эта система, созданная во времена холодной войны, будет работать против Советского Союза. И он говорил, что это беспокоит меня только потому, что это будет разбалансировать всю систему международных отношений и вопросы безопасности в Европе будут подвергаться серьёзным испытаниям.
Как этот дед сказал, так и случилось. И тогда вот те люди, которые работали над преобразованиями в мире, одни не хотели ничего менять, им представлялось, что и так они на коне, а другие не имели политической воли, чтобы реализовать эти абсолютно правильные мысли очень мудрого и опытного немецкого политика.
Но я надеюсь, что всё–таки с изменением реального соотношения сил в мире будет меняться и политико-дипломатическое и нормативное сопровождение этих изменений в лучшую сторону. Мир будет более сбалансированным и многополярным.
Х.Фишер: Могу добавить следующее, что 25 лет назад, в начале 90–х годов, в Европейском союзе было 12 членов. Швеция, Финляндия, Австрия присоединились лишь в 1994–1995 годах. Это была эпоха такого «медового месяца» между Россией и Европой, в частности между Россией и Германией, Россией и другими важными странами Европы. Это был период до экономического кризиса, когда темпы экономического роста были более высокими, перед введением евро. Введение евро – очень важная мера, но евро – это также проблематичный компонент, если вы посмотрите на ситуацию в Греции или в Италии. Такие факторы тоже следует принимать во внимание.
Спасибо.
Т.Халонен: Я также хотела бы добавить, что 25 лет назад Россия была другой, Европейский союз был другим. Я также была вовлечена в этот процесс. Думаю, что урок, который мы могли бы извлечь со стороны ЕС и со стороны Совета ЕС – это была очень хорошая возможность для расширения. Возможно, нам следовало бы больше вкладывать в процесс расширения, не только до процесса расширения, но и после процесса расширения. И, возможно, процесс проходил бы легче сегодня. Но, конечно, всегда времени не хватает. Мы не можем вернуться в прошлое, мы сейчас стараемся строить будущее дальше.
Т.Колтон: Габор Штиер, пожалуйста.
Г.Штиер: Мой вопрос Президенту Путину об Украине.
С приближением зимы обычно в последние годы часто говорим о том, что будет на Украине, что будет с безопасностью экспорта российского газа. Будет ли тепло в украинских квартирах? Будет ли Киев платить за газ? Откуда будет покупать? Мой вопрос следующий. Ведутся ли переговоры о поставке газа теперь в Украину? И говорили ли об этом с украинским Президентом в Берлине?
В.Путин: У нас вызывает обеспокоенность то, что происходит сейчас с этой энергетической, очень важной составляющей на Украине. Потому что, по нашему мнению, по мнению наших специалистов, а они не хуже, чем на Украине, потому что это когда–то был единый комплекс, как известно, во времена Советского Союза, мы прекрасно себе отдаём отчёт в том, что там происходит. Для того чтобы обеспечить бесперебойные поставки в Европу, нужно закачать необходимый объём в подземные хранилища. Не для внутреннего потребления, а для обеспечения транзита. Вот в чём технологический смысл того, что было сделано ещё во времена Советского Союза.
Газа закачано мало, недостаточно. В принципе от 17 до 21 миллиарда должно быть закачено в подземное хранилище, закачано только, по–моему, четырнадцать, и более того, сейчас уже начался отбор оттуда. Это вызывает определённые опасения. Мы с Президентом Украины по его инициативе обсуждали вопрос с газоснабжением Украины. Он задал вопрос, может ли Россия возобновить поставки. Конечно, может в любую секунду. Для этого ничего не нужно.
У нас есть контракт, есть дополнение к нему. Нужно только одно – предоплата. И на тот объём денег, которые будут предоплачены, мы точно и гарантированно будем осуществлять поставки наших энергоносителей для потребителей Украины. Но сегодня цена для Украины, а мы договорились об этом раньше, мы сказали об этом раньше, ещё в прошлом году, будет не выше, хочу это подчеркнуть, не выше, чем у соседних государств, в частности для Польши.
Сейчас самой актуальной ценовой ситуации не знаю, но на момент нашего разговора Польша у нас по тем договорным обязательствам, которые есть и которые действуют, покупала газ где–то по 185, по 184 доллара за тысячу кубов. Украине мы могли бы продавать за 180. Я эту цену назвал – 180 долларов за 1 тысячу кубов. Но нам сказали, что лучше им покупать по реверсу, – пожалуйста. Это, правда, нарушение контрактов между «Газпромом» и его контрагентами в Западной Европе, но мы смотрим на это уже сквозь пальцы, с пониманием.
Если нравится больше по реверсу – пожалуйста, пусть по реверсу покупают, но, насколько мне известно, стоимость газа для конечного потребителя, для промышленных потребителей на Украине сегодня уже превышает 300 долларов за 1 тысячу кубов. Мы предлагаем продавать по 180, но у нас брать пока не хотят. У меня есть основания полагать, что посредники, которые участвуют в этих сделках, покупая по реверсу, видимо, близки сердцу некоторых руководителей в топливно-энергетическом комплексе на Украине. Флаг им в руки, пусть они работают, только главное, чтобы они обеспечили транзит в европейские страны.
Ф.Лукьянов: Владимир Владимирович, в развитие темы, которую Вы и в речи затронули, и потом немножко звучала. Мы все читаем газеты, ведущие мировые журналы, обложки смотрим, тоже очень красивые бывают, наверное, и Вы тоже видите что–то из этого. Вам приятно чувствовать себя самым опасным и самым могущественным человеком в мире? Это вообще высокая очень оценка ведь.
В.Путин: Вы знаете, мне, конечно, приятно с вами беседовать сегодня, не скрою, и я люблю это дело. Но гораздо более важным считаю прохождение бюджета Российской Федерации через российский парламент, с тем чтобы нам обеспечить воздействие бюджета на решение самых главных вопросов, перед которыми стоит страна. А именно: обеспечение темпов устойчивого роста, необходимых для нашей экономики, решение социальных задач. У нас их огромное количество. Слава богу, нам удаётся сейчас сдерживать инфляцию, которая у нас будет в этом году, надеюсь, все эксперты так говорят, ниже шести процентов. У нас дефицит бюджета, надеюсь, не превысит заданных величин, где–то три процента.
Как вы знаете, у нас кардинальным образом, в разы, уменьшился отток капитала. Разные есть причины на этот счёт, они есть разные, но реально уменьшился этот отток. У нас много нерешённых проблем, перед которыми стоит страна. И только от решения этих проблем, прежде всего в сфере экономики, социальной сфере, зависит внутренняя политическая стабильность и вес России в мире. Вот я о чём думаю, а не о каком–то мифическом могуществе.
Т.Колтон: Мы работаем уже два с половиной часа. Мне как модератору надо Вам задать вопрос. Сколько у Вас остаётся резерва времени и терпения? Ваше решение.
В.Путин: Я пришёл сюда, чтобы пообщаться с аудиторией. Вы здесь руководите процессом…
Т.Колтон: Я местный президент, можно сказать.
В.Путин: Я готов подчиниться тому регламенту, который Вы здесь будете продвигать. Пожалуйста.
Т.Колтон: Давайте, работаем ещё полчаса. Он готов. Хорошо.
В таком случае у меня ещё список желающих задать вопросы. Я попытаюсь внести в него обновления.
Следующий выступающий Юрий Слёзкин, Калифорния.
Ю.Слёзкин: Как Вы думаете, какие темы будут главными в главе «Путинская эпоха» в будущих учебниках русской истории? То есть эти учебники уже пишутся, эти главы уже некоторые начинают писать. Некоторые называют Вас строителем государства, преобразователем, централизатором и сравнивают с Екатериной, Петром и другими.
Некоторые считают Вас по большей части консерватором и охранителем. Некоторые делят Ваше правление на два периода: первый – строительство и укрепление государства, и второй период – реакции. И в этом смысле сравнивают Вас со Сталиным и Иваном Грозным среди прочих. Как Вы себе представляете эту главу будущего учебника?
И если я могу ещё задать вопрос, имеющий к первому вопросу отношение: о ком и о чём, по–Вашему, будет следующая глава? Потому что у нас тут два дня назад Вячеслав Володин повторил своё утверждение двухлетней давности о том, что нет Путина – нет России. И это, мне кажется, подчёркивает важность одного из основных вопросов любой политической системы – вопроса о механизме наследования власти, механизме преемственности. О механизме, который в русской истории очень редко работал гладко и предсказуемо. Что, по–Вашему, нужно сделать, чтобы следующая глава в нашем учебнике русской истории не называлась «Смутное время»?
В.Путин: На Екатерину я точно не похож по гендерному признаку.
Что касается того главного, о чём, мне кажется, будет интересно узнать будущим исследователям русской истории: главное заключается в том, как нам удалось добиться сплочённости российского общества и русского народа, объединить всех вокруг решения общенациональной задачи. А позволю себе вернуться в ещё советскую историографию и всё–таки подчеркнуть, что при всей важности личности в истории всё–таки реальным творцом являются сами люди, сами граждане страны.
А на Ваш вопрос о том, в отношении кого и в отношении чего можно будет писать следующую главу, на это тоже ответят люди, в отношении того, кого они выберут, и в отношении того, что эти люди вместе с будущим руководством страны сделают.
Вопрос: Добрый день! Вашингтонское отделение Международного института стратегических исследований. У меня три конкретных нефилософских вопроса.
В.Путин: Вы шпион?
Реплика: Нет. (Смех.)
В.Путин: А кто же тогда?
Реплика: Учёный.
В.Путин: Нет, я здесь ничего плохого не вижу. Ладно, потом я расскажу историю про одного крупного очень известного политического деятеля в США, которого я очень уважаю и очень люблю. У нас с ним был такой интересный разговор на этот счёт.
Пожалуйста, извините.
Вопрос: У меня вопрос по поводу договора об РСМД. Сейчас он испытывает большие трудности, как Вы знаете; есть много громких взаимных обвинений и так далее. И в этом контексте очень важно понимать общий подход России к этому договору. Есть ли ценность для России в этом договоре – если да, то какая? И вообще стоит ли этот договор сохранить?
В.Путин: Он представил бы очень большую ценность для нас, если бы нашему с Соединёнными Штатами примеру последовали другие страны. Ведь что получилось: наивное бывшее российское руководство пошло на то, чтобы ликвидировать ракеты средней дальности наземного базирования. Американцы ликвидировали «Першинги», мы – ракеты СС-20, их порезали. Была в этой связи известная трагедия, которая связана с тем, что главный конструктор этих систем покончил жизнь самоубийством, посчитал, что это предательство национальных интересов и одностороннее разоружение.
Почему одностороннее? А потому что по этому соглашению мы наземный комплекс порезали, но это соглашение не затронуло ракет средней дальности, расположенных на море и в воздухе. Воздушного и морского базирования (это соглашение ракетно-воздушного и морского базирования) это соглашение не коснулось. У Советского Союза их просто не было, а Соединённые Штаты их оставили на вооружении.
Но получилась явная диспропорция: Соединённые Штаты оказались вооружены ракетами средней дальности – какая разница, они на море находятся, в воздухе тем более или на суше; а Советский Союз просто лишил себя этого вида оружия. Тем более что соседние наши государства – вот в Штатах никто из соседей Соединённых Штатов такое оружие не производят: ни Канада, ни Мексика, а у нас соседние страны почти всё производят: и страны на востоке наших границ, и на Ближнем Востоке, и так далее – кругом. Поэтому для нас это особое испытание, но тем не менее мы считаем необходимым соблюдать это соглашение. Тем более, как вы знаете, у нас тоже сейчас появилось такое же оружие – ракета средней дальности морского и воздушного базирования.
Т.Колтон: Я передаю слово господину Тайсу Кею, Токио.
Тайс Кей: Токийский фонд, Япония. Наконец–то в сентябре объявлена дата Вашего визита в Японию: это 15 декабря. И сейчас идут интенсивные переговоры о подготовке к этому. Уверен, что ваш визит окажет большой толчок к укреплению отношений между Японией и Россией.
В связи с этим у меня такой вопрос. Накануне Вашей встречи с Премьер-министром Абэ во Владивостоке Вы дали интервью, что нынешнего состояния атмосферы между Японией и Россией недостаточно для подписания мирного договора. У меня такой вопрос: Вы сохраняете такую же оценку сейчас? И если это так, то насколько реалистично ожидать создания атмосферы, которая позволит Японии и России подписать мировой договор в ближайшем будущем – я имею в виду в течение двух, трёх, четырёх лет?
В.Путин: Вы знаете, это тот случай, где, на мой взгляд, нельзя, невозможно и даже вредно определять какие–то сроки. Скажем, мы с Китайской Народной Республикой вели переговоры по территориальным вопросам на границе в течение 40 лет. И мы договорились окончательно и подписали соответствующее соглашение, в том числе, а может быть, прежде всего потому, что мы с Китаем достигли беспрецедентного уровня сотрудничества, который мы называем больше, чем стратегическим партнёрством – привилегированное стратегическое партнёрство. Так и есть, очень большая степень доверия. И конечно, к сожалению, наши отношения с Японией такого качества ещё не достигли. Но это не значит, что мы не можем этого сделать. Более того, на мой взгляд, и Япония, и Россия заинтересованы в окончательном урегулировании вообще всех вопросов, потому что это соответствует нашим взаимным национальным интересам. Мы этого хотим, мы к этому стремимся.
Когда это будет сделано, как это будет сделано и будет ли сделано вообще, я сейчас ответить не могу. Это вопрос, который мы должны решать вместе, и опираясь на то, что уже было достигнуто в прежние времена, и, конечно, главным образом посматривая в будущее. Я очень рассчитываю, что наши МИДы, наши эксперты внесут в это достойный вклад, и мы сможем на это опереться.
О.Москателли: Вице-министр иностранных дел Богданов нам сказал, что если Ливия или Ирак попросят помощь России против терроризма, Вы будете принимать это серьёзно во внимание. Скажите нам, пожалуйста, на самом деле возможна новая практически военная российская интервенция на Ближнем Востоке, и думаете ли Вы, что это могло бы помочь разрешить проблемы в регионе или наоборот?
В.Путин: А что вы понимаете под словом «интервенция»? Это незаконное или законное участие, что?
О.Москателли: Помощь против терроризма – значит, либо нанести удар… Я не знаю, как Вы на это смотрите, но если принимать серьёзно во внимание, значит, какая–то, может быть, интервенция, это неправильное слово, но акция военная точно.
В.Путин: Я понял. Нет, мы ничего подобного нигде не планируем.
К.Затулин: Владимир Владимирович, на дискуссии, которая у нас была здесь по Сирии, я задал вопрос Клиффорду Капчану, на который он не ответил. Я сказал о том, что мы пришли в Ближний Восток, в Сирию в том числе для того, чтобы помочь в чувствительном для Запада вопросе борьбы с терроризмом, но сейчас наблюдаем двойные стандарты, когда дело касается операции в Алеппо и операции в Мосуле.
И вопрос мой заключался в том, достигли бы мы победы во Второй мировой войне, если бы всё время любые действия на советско-германском фронте сопровождались бы обвинениями в том, что мы неправильно воюем, со стороны наших союзников, а в свою очередь мы бы обвиняли их в том, что они неправильно воюют на Тихом океане. Вопрос о двойных стандартах, и даже не связанный с Мосулом и Алеппо – с другой территорией. В Сирии нас убеждают, что надо иметь в виду всегда точку зрения оппозиции: она уважаемая, её приглашают в Лозанну, в Женеву и так далее.
Когда дело касается переговоров по Украине, то мы ведём переговоры в формате «нормандской четвёрки», но официально в переговорах никогда не участвуют ДНР и ЛНР. Это непризнанные государства, но это сторона конфликта. Почему она не признаётся стороной конфликта? Это то, что происходит в Приднестровье, то, что было в Абхазии, в Осетии и так далее. Можно ли этого добиться и нужно ли?
В.Путин: Это даже не вопрос – это констатация печального факта, согласно которому нарушаются вообще принципы урегулирования конфликтов, когда, конечно, должны непосредственное участие в выработке решений принимать конфликтующие стороны. Первое.
И, второе, это нарушение самих договорённостей в Минске, потому что там предусмотрено, что напрямую диалог будет. Ведь Минские соглашения подписаны как раз представителями Донецкой и Луганской народных республик. Украинская сторона настаивала на том, чтобы там стояли подписи руководителей этих республик. Мы эти подписи получили, а теперь с ними отказываются разговаривать. Даже логики в этом нет никакой. Это, конечно, контрпродуктивно. Вот и всё, вот и весь комментарий.
Давайте мы всё–таки дадим слово нашим иностранным друзьям. Попрошу наших российских коллег не обижаться, всё–таки наши гости приехали издалека, давайте им дадим слово. Пожалуйста.
Вопрос (как переведено): Для меня большая честь быть приглашённым сюда уже шестой раз подряд. У меня очень простой вопрос. Все мы представляем разные страны мира, у нас разное мнения насчёт того, что Вы делаете, у нас разное мнение насчёт внешней политики России. Но Вы приезжаете сюда для глубоких обсуждений с нами, Вы проводите с нами большое количество времени. Мы знаем, что у Вас очень плотное расписание, Вы один из самых занятых, наверное, людей. Поэтому мой вопрос: зачем Вы сюда приезжаете, зачем Вы с нами разговариваете? Я знаю, что Вы единственный лидер, который таким образом обменивается мнением с представителями интеллектуальной элиты со всего мира. В чём выгода лично для Вас? Как Вы можете содействовать национальным интересам России здесь и за пределами?
В.Путин: Две задачи. Первая – послушать умных людей, экспертов. Мне реально интересно ваше мнение, это полезно и для меня, и для моих коллег. И второе – донести до вас и через вас нашу точку зрения из первых уст. Вот и всё. Я считаю, что это важно.
Пожалуйста.
Вопрос (как переведено): Спасибо, господин Президент.
Мне неважно, зачем Вы здесь, но я очень благодарна Вам, что Вы здесь. Думаю, для нас большая честь, что Вы здесь присутствуете.
Мой вопрос касается отношений с США. Критика США в Вашем выступлении была гораздо менее резкой, чем несколько лет назад, но я не думаю, что кто–либо здесь был бы удивлён тому, что большая часть критики была направлена на США.
Когда я слушала Ваше выступление о выборах в США, о нашем поведении, я не могла не думать о заголовке в США, когда будет опубликована запись наших обсуждений. Хочу Вам рассказать о тех заметках, которые я сделала.
Люди в Америке говорят: действительно ли российский лидер верит, что описание американского политического процесса, которое он представил, выдвигается для того, чтобы противодействовать критике, звучащей в Америке, в отношении российского политического процесса, или же это возврат к чему–то тому, что, на Ваш взгляд, являлось нашей системой, но на самом деле не является? В этом заключается мой вопрос, поскольку Ваше описание нашего избирательного процесса звучит действительно так же, как наше описание вашего избирательного процесса. Это первый вопрос.
Второй вопрос. Описание нарушений международного права, например, в Белграде, звучит точно так же, как наше описание того, что произошло в Крыму. Поэтому хотела бы задать Вам следующий вопрос. Наш диалог с обеих сторон – способствуют ли ему такие описания, которые звучат и с российского телевидения, и с американского телевидения?
У нас есть такое выражение, что, если вы в яме, единственный способ выбраться оттуда – перестать копать эту яму. И поэтому такие односторонние шаги, шаги в отношениях с другими странами, – есть ли какие–то шаги, которые могли бы быть предприняты, чтобы порвать этот порочный круг, который заключается в том, что мы описываем друг друга таким образом, что не способствуем развитию наших отношений? Мне кажется, без этого перспективы наших отношений, наверное, не очень–то и светлые.
В.Путин: Да, конечно. Я согласен с Вами в том, что нужно, безусловно, предпринять хотя бы попытку прервать этот порочный круг. Но не мы его начали чертить, этот круг. Мы–то, наоборот, открылись полностью в середине 1990-х годов.
Мы ожидали, что это будет равноправный диалог, что будут учитываться наши интересы, мы сможем дискутировать, в чём–то идти навстречу друг другу. Но нельзя же решать все вопросы в одностороннем порядке, и всё. И любой ценой добиваться своих целей.
Вот Вы привели пример бомбардировок, скажем, бывшей Югославии, Белграда и Крыма. Спасибо Вам за такой пример, просто замечательный пример. Бомбардировки Белграда – вот это и есть интервенция в обход норм и правил международного права. Разве Совет Безопасности ООН принимал решение о военной интервенции в Югославии? Нет. Соединённые Штаты сделали это в одностороннем порядке.
Вы сейчас мне скажете, Вы сказали: в Крыму. А что в Крыму? Что Вы сделали в Югославии и потом отделили от неё часть государств, в том числе и Косово, а потом от Сербии. В Косово парламент проголосовал после военных действий интервенции, после многочисленных жертв. И всё, решение принято, и все с этим согласились.
В Крыму не было никакой войны. Не было никаких бомбовых ударов, военных действий, жертв нет, вообще ни один человек не погиб. Единственное, что мы сделали, – обеспечили право народа на волеизъявление в полном соответствии, кстати говоря, с уставом Организации Объединённых Наций. И слово в слово почти всё то же самое сделали, что вы сделали по Косово, только чуть больше.
В Косово парламент принял решение об отделении, а здесь люди пришли на референдум и на референдуме сказали своё мнение. А затем парламент это решение парафировал и уже как независимое государство обратился в Россию с целью воссоединения.
Конечно, можно сколько угодно пикироваться, но этот порочный круг надо прервать. Я много раз говорил об этом, хочу ещё раз сказать. Югославия, потом Ирак, я же вам говорил, потом Ливия, Афганистан, движение НАТО – это что? А потом каждый раз что–то забывается, выбрасывается, нас на что–то провоцируют, на какие–то действия по защите своих интересов, а потом говорят: вот злобная Россия предпринимает такие–то и такие–то шаги. Так вы нас не провоцируйте на это, не провоцируйте нас на активную защиту своих интересов. Давайте мы с вами будем договариваться о чём–то. Договориться же ни о чём невозможно. А о чём договариваемся – не выполняется.
Мне очень хотелось бы, чтобы с новой администрацией у нас сложились другие отношения – отношения партнёрства и учёта взаимных интересов.
О.Антоненко: Владимир Владимирович, если позволите, небольшую ремарку и потом вопрос. Ремарка такая: Вы в ответе на вопрос Фёдора Лукьянова сказали, что для Вас более важным является то, что происходит в России: принятие бюджета, реформы, – чем внешняя политика; поэтому она касается именно этого – того, что происходит в России.
Мы с Всемирным банком проводим каждые пять лет опросы во всех странах переходной экономики и странах бывшего Советского Союза, и в Восточной Европе, теперь в Турции и на Ближнем Востоке. И последний опрос только что закончился, и в том числе там был вопрос о том, как люди воспринимают своё положение.
И очень интересные данные по России. 30 процентов людей с самым низким доходом в России: их отношение к своей жизни за последние пять лет никоим образом не уменьшилось – наоборот, в чём–то немного увеличилась. Это несмотря на инфляцию, несмотря на падение реального дохода, несмотря на всё, что произошло за последние три года. Но зато у тех людей, которые представляют 30 процентов наибольшего дохода, падение почти 30 процентов. Это самое большое среди всех стран переходного периода. Интересные данные.
Как Вам кажется, Вы не сказали ещё, собираетесь ли Вы баллотироваться в 2018 году, но, если Вы всё–таки собираетесь, как Вы хотите этой категории людей доказать, что Вы отвечаете их интересам? И не кажется ли Вам, что у них есть запрос, вот то, что Алексей Леонидович Кудрин называл, – на снижение геополитической напряжённости, во–первых; во–вторых, на проведение реформ и, в третьих, борьбу с коррупцией.
В.Путин: У нас у всех есть запрос на снижение геополитической напряжённости, только не способом наших похорон. Если плата за то, чтобы снизить геополитическую напряжённость, – наши похороны, то нас никого это не устроит, в том числе и тех, кто проявляет сомнение по поводу эффективности работы действующей власти, или тех, кто хотел бы серьёзных перемен. Таких немало в стране.
По поводу того, о чём Вы сказали, что большинство всё–таки удовлетворено своим положением. Думаю, что это связано с тем, что у нас всё–таки на минимальном уровне находится уровень безработицы: он меньше 6 процентов. Если в некоторых европейских странах за 25 зашкаливает, в странах Евросоюза, и больше – у нас в среднем меньше шести. У нас есть свои проблемы, особенно на Кавказе, там с занятостью есть проблема. Это первое.
Второе. Мы всё–таки стремимся к исполнению своих социальных обязательств, и люди видят это, видят, что, с одной стороны, есть проблемы, но с другой стороны – государство делает всё для того, чтобы обеспечить их интересы. Мы проводим очень взвешенную социальную политику и при этом обеспечиваем макроэкономическую стабильность. Это основа того, что и такой активный слой населения, активный класс, особенно предпринимательское сообщество, может иметь перспективы улучшения ситуации.
Мы сейчас говорили, Вы говорили о геополитической напряжённости. Так мы разве в этом заинтересованы? Нельзя же добиваться от нас того, чего кто–то хочет, исключительно, хочу это подчеркнуть – исключительно за счёт наших национальных интересов. Всё же к этому сводится. Диалога нет, понимаете, в чём дело. Формулируют позицию, объявляют её правильной, и вся дискуссия сводится к тому, как быстро мы согласимся с этой позицией. Вот и всё. Но разве такая работа возможна? Почти по любому вопросу. А там, где–то чего–то обещают, – не выполняют, но делают вид, что не заметили, и дальше пошли.
Вы представляете очень солидный финансовый институт, у нас хорошая предыстория отношений. Почему Вы пошли на поводу у политиков и свернули проекты в России? Это Вам вопрос. Он ведь создавался не для этого, не для того, чтобы усугублять геополитическую напряжённость, а чтобы, наоборот, сглаживать. Но даже такие институты используют для других целей. Это печально, это же не мы придумали.
В отношении этих ограничений – никому не нравится; это, конечно, вызывает наши озабоченности, это мешает нашему развитию, но мне кажется, я уже об этом говорил, что, даже если бы не было этих проблем, связанных с Украиной, с юго-востоком, с Крымом, с Сирией, всё равно нашли бы что–нибудь другое для сдерживания России. Потому что не нравится наша независимая позиция по ряду вопросов – надо поднажать, надо заставить, надо мобилизовать ресурсы. Что–то не сделали наши американские партнёры по сирийской проблеме (им даже неудобно, они же знают, что они не сделали, договорённости не использовали) – раз, подсылают европейцев, давайте поднажмём с другой стороны. Это не способ решения проблем.
Вот эти ограничения. Некоторые западные эксперты считают, что где–то у нас серьёзные потери. Я думаю, что это преувеличение. Да, Вы согласны со мной, я понимаю. Считают, 0,5 процента ВВП. Я думаю, что это не так.
Сами европейские страны потеряли экспорт в Россию в объёме почти 60 миллиардов долларов или евро, не помню, где–то 58 с чем–то. Вот недополученная выгода от реального нормального сотрудничества. У нас–то потери в основном связаны с падением цен на нефть, потом к ним привязаны цены на газ, а к этому привязаны цены на производство химических продуктов, удобрений, нефтехимии и так далее, и так далее. Там целая цепочка возникает. Поэтому прежде всего вот это на нас действует.
Хотя финансовые ограничения тоже вредны, они вызывают определённую нервозность у инвесторов. Это и не нравится тем 30 процентам, о которых Вы сказали. И мне не нравится. А кому может понравиться? Мы будем работать над тем, чтобы этого не было. Надо только, чтобы это была дорога с двусторонним движением.
Пожалуйста.
А.Островский: Господин Президент, за последние 15 лет Россия очень сильно продвинулась в смысле экономики. Её экономика выросла с 1 триллиона до 3,5 триллиона рублей, и Россия стала страной с доходом выше среднего. Появился очень мощный, экономически мощный средний класс и выросло первое постсоветское поколение: те, кому сегодня 25, родились в том самом 1991 году. Некоторых из них мы видели на протестах в Москве в 2011–2012 годах. Считаете ли Вы, что для дальнейшего успешного развития российской экономики нужна смена политической и экономической модели в стране? Это первый вопрос.
И второй вопрос. На Западе огромную озабоченность вызывает всё, что касается, естественно, ядерного оружия. И, когда по российским государственным каналам звучат слова о том, что Америку можно превратить в ядерный пепел (которые не звучали даже в советское время), считаете ли Вы использование самой риторики, касающейся ядерного вооружения, приемлемой?
В.Путин: Первое, что касается перемен: перемены всегда нужны, без этого наступает стагнация, – вопрос, каким способом осуществляются эти перемены. Или революционным, и это, как правило, наносит только вред. И я считаю, что часть людей, которых Вы сейчас упомянули, – иных уж нет, как у нас говорят, а те далече, – даже если предположить, что они хотели лучшего, способ достижения этих целей неправильный и вредный. Нужен эволюционный процесс. И я очень рассчитываю на то, что мы и будем двигаться этим способом, эволюционным.
Сейчас не буду вдаваться в детали, у нас просто уже формат не позволяет, но мы над этим думаем. У нас и Центр стратегических разработок функционирует, и мы привлекаем экспертов самых разных. Думаем на тему о том, как мы будем развиваться и до президентских выборов, и после 2018 года.
И по поводу атомного оружия. Бряцать атомным оружием – самое последнее дело. Это вредная риторика, и я её не приветствую. Но надо исходить из реалий, исходить из того, что ядерное оружие является фактором сдерживания и фактором обеспечения мира и безопасности во всём мире. Нельзя его рассматривать как фактор какой бы то ни было потенциальной агрессии, потому что это невозможно, это означает конец вообще существования всей нашей цивилизации, наверное.
Но как фактор сдерживания, это совершенно очевидная вещь, имеет место быть, и многие эксперты считают, что если мир не знал крупных вооружённых конфликтов 70 лет с лишним после окончания Второй мировой войны, то это в том числе благодаря наличию у ведущих стран мира ядерного оружия. Важно только, чтобы соблюдались режимы нераспространения, касающиеся самого ядерного оружия, средств доставки и чтобы все ядерные державы относились очень ответственно к своему ядерному статусу. Россия будет придерживаться именно таких подходов, несмотря ни на какие заявления, которые в ходе полемики, конечно, наверное, могут где–то звучать. Но, повторяю, на государственном уровне Россия всегда к своему ядерному статусу будет относиться очень ответственно.
Кстати говоря, Вы дали мне повод для того, чтобы сказать о том, что, когда наши американские партнёры в одностороннем порядке вышли из Договора по противоракетной обороне (напомню, что я сейчас скажу, это очень важно), мы сказали, что поскольку мы сейчас не готовы развивать такие системы, они неизвестно как будут работать, насколько они эффективны, но это вынуждает нас совершенствовать ударный системный комплекс. На что нам наши американские друзья ответили: «Делайте что хотите, потому что система ПРО, которую мы будем делать, не против вас, а мы будем исходить из того, что то, что вы делаете по ударным комплексам, – не против нас». Я сказал: «Хорошо, пошло». И мы работаем. Но таким образом всё–таки, хотят этого или не хотят, но подтолкнули в известной степени гонку вооружений даже в этой сфере. Повторяю, главное, чтобы все относились к этому очень ответственно. Россия будет это делать.
Т.Колтон: Мы уже переступили через 3-часовой порог, и думаю, что наши четыре панелиста, конечно, здесь участвовали все, но господин Путин, наверно, поработал больше остальных. Хочу поблагодарить всех за вопросы, за работу. Уверен, что вопросов ещё осталось очень много, но это обсуждение было очень полезным.
Большое всем спасибо.
В.Путин: Я хочу тоже всех поблагодарить, большое спасибо, и всех моих коллег – за терпение, за участие. Благодарю вас.
Германия предложила помощь Израилю в связи с распространяющимися лесными пожарами, сообщили в пятницу в МИД ФРГ.
"Мы готовы оказать помощь, где только она будет востребована", — говорится в заявлении, распространенном МИД.
"С озабоченностью мы наблюдаем за многочисленными очагами пожаров, которые в течение последних дней происходят в Израиле", — также отметили в МИД.
Мощные лесные пожары начались на этой неделе сразу в нескольких районах Израиля. Огонь бушует в районе поселка Натаф близ Иерусалима, леса и кустарники горят также в районе Латруна между Тель-Авивом и Иерусалимом. На севере страны сложилась сложная ситуация из-за пожаров — на подъездах к городам Хайфа, Хадера и Зихрон-Яаков. В ряде районов власти Израиля объявили режим ЧС и провели эвакуацию населения.
Ранее сообщалось, что самолеты для тушения пожаров Израилю предоставили Россия, Греция, Италия, Хорватия, Кипр, Испания и Турция.
Ангелина Тимофеева.
Леди Макбет Арканзасского Уезда
призрак Каддафи подкарауливает Хиллари Клинтон.
Исраэль Шамир
В эти дни Хиллари Клинтон борется с Доналдом Трампом за пост президента США. Она его обвиняет в расизме и в приставаниях к женщинам, как принято в США. Ее поддерживает вся без исключения американская пресса, и нынешний президент, и жена нынешнего президента, так что Трампу нелегко.
Но приставания к женщинам и массовые убийства – все-таки в разных весовых категориях. И мне кажется, что в этом споре все чаще появляется между двумя претендентами призрак злодейски замученного ливийского лидера Муаммара Каддафи. А кровь Каддафи – на руках Хиллари.
Мы все видели, как она ликовала и радостно сообщала городу и миру: «Мы пришли, увидели, и он умер», как бы передразнивая латинское «вени-види-вици» древних цезарей. Не она тогда была президентом, а Барак Обама, лауреат премии мира, но к злодейству она, г-жа госсекретарь, подталкивала слабовольного президента, как ее сестричка - леди Макбет – подталкивала своего супруга на убийство короля.
Подумать только – прошло уже пять лет, с тех пор, как был злодейски убит один из самых колоритных политиков и государственных деятелей Арабского Востока, Муаммар Каддафи. Страна, которой он много лет руководил, стала в его годы одной из самых преуспевающих в Северной Африке. Множество экономических мигрантов из Черной Африки находило себе работу в Ливии, вместо того, чтобы рискуя жизнью плыть на крохотных суденышках в Европу. Ливия останавливала миграцию – не силой оружия, а предложением работы.
Каддафи стремился к большим проектам – он создал огромную реку, питавшую земли засушливой Ливии подземными водами, обнаруженными под Сахарой. Он старался соединить воедино арабские страны по плану Гамаль Абдель Нассера; он планировал запустить золотой африканский динар чтобы освободить Африку от эксплуатации.
Каддафи был настоящим борцом против империализма, и его казна всегда была открыта перед революционерами, а иногда – и авантюристами. Он помог Ирландской Республиканской Армии в ее борьбе за свободу Ирландии, он поддерживал палестинское дело, ратовал за Кубу и Вьетнам. Совершенно независимый по характеру человек, он ни на миг не стал «московской марионеткой», как называли враги лидеров, прислушивавшихся к советской компартии. В красной Москве к нему относились хорошо, хотя и пеняли за авантюризм и непослушание. В Москве пост-советской – пытались строить с ним отношения, но это было не просто из-за его самовольного характера и необязательности. Он мог договориться – а потом не выполнить договор.
После падения СССР он решил во что бы то ни стало договориться с Западом. Он отдал западным компаниям ливийскую нефть, приватизировал предприятия и продал их на Запад, помогал американцам в борьбе с Аль Каедой, отказался от арсеналов мощного оружия, и даже заплатил огромную контрибуцию Англии – за якобы сбитый по его указанию британский лайнер. С тех пор мы уже узнали, что к гибели лайнера Каддафи и Ливия причастны не были – его взорвали агенты западных спецслужб. Ливийцев, якобы причастных к гибели лайнера, сами англичане давно отпустили – никаких доказательств против них не было.
Но все попытки Каддафи договориться с Западом ему не помогли. Они не прощают прошлой самостоятельности и полагаются только на послушных рабов. За деньги Катара хулиганье из Египта было вооружено американским оружием и брошено в Триполи. Начался мятеж, во главе которого стояли боевики Аль Каеды. Каддафи справился бы с мятежниками, но на Западе подняли обычный вой: «Каддафи убивает собственный народ!» «Его самолеты бомбят мирное население». Это было ложью, как тогда в Триполи, так и сегодня в Алеппо, как и несколькими годами раньше, когда та же Хиллари Клинтон, эта леди Макбет Арканзасского уезда, настрополила своего муженька Билла на бомбежку Югославии во имя спасения Боснии, а затем Косова.
НАТО приступила к бомбежке Ливии. Западные СМИ лгали, что Каддафи бежал, лгали, что его войска бомбят мирных жителей. Когда Каддафи решился оставить столицу, было поздно. Наблюдатели НАТО отследили его маршрут и передали данные боевикам Аль Каеды. Он был схвачен и страшно, мучительно убит. Над его телом долго издевались, и в Вашингтоне радостно приплясывала г-жа Клинтон.
Прошло недолгое время, и главу дипломатической миссии США в Бенгази – на самом деле агента спецслужб – убили те же боевики, тем же самым методом, что и Каддафи: его изнасиловали ножом.
С тех пор Ливия распалась на воюющие округа, нет там ни мира, ни спокойствия, Арабская Весна окончилась кошмаром, обещанная Хиллари Клинтон демократия не пришла в Ливию – как она не пришла и в Сирию, и в Ирак.
Но с тех пор окровавленный призрак Каддафи ходит по коридорам Белого Дома и Госдепартамента. Он подкарауливает Хиллари Клинтон.
Ливанцы в ожидании прорывных решений
Алексей Сарабьев
К.и.н, заведующий Научно-издательским отделом ИВ РАН, эксперт РСМД
На поверхности ливанского политического поля как будто не происходит ничего, отмечающего переход к поэтапному решению важнейших проблем, которые стоят перед страной: кризис законодательной и исполнительной ветвей власти, вопросы социального обеспечения, экономические трудности, безработица, проблемы беженцев и др. Между тем в недрах внутренней политики идут серьезные сдвиги, обещающие, кажется, скорое изменение ландшафта.
Ливанская двуполюсная конструкция тает
Приходит время признать, что ставшее привычным деление ведущих политических сил Ливана на два лагеря и как бы разведение их по разные стороны баррикад ничего не дают тому, кто пытается разобраться в происходящем в этой маленькой, но ключевой для понимания Ближнего Востока стране. Партии, составляющие альянсы «14 марта» и «8 марта», все чаще с формальными политическими оппонентами демонстрируют более деловые и доверительные отношения, нежели внутри альянса (наиболее яркий пример — взаимоотношения «Мустакбаль» и «Марады»). Нечего и говорить, что не работает искусственный принцип политической аффиляции по конфессиональному признаку, по крайней мере, в отношении христиан: марониты давно обосновались в обоих альянсах, ливанские православные также входят в различные партии по обе стороны эфемерного «мартовского барьера», то же (хотя и с некоторой оговоркой) можно сказать об армянах. Важнейший фактор разделения — память о сирийском присутствии в Ливане — давно ушел в прошлое. Более актуальной теперь стала соотнесенность с одним из виртуальных региональных блоков — просаудовским и проиранским, да и та, впрочем, никак не коррелирует с интересами, в частности, христиан Ливана и слабо соответствует внутренним суннито-шиитским отношениям.
Окончание лета и осень 2016 г. привнесли в картину политической жизни Ливана заметное оживление. В начале октября политический бомонд всколыхнуло предложение спикера парламента Набиха Берри ограничить выборы президента страны условием предварительной договоренности по распределению мест в будущем правительстве и по основам нового избирательного закона. Неожиданно прозвучавшее предложение «пакетного соглашения» из уст поборника идеи скорейшего избрания президента вызвало протест в различных маронитских кругах.
Наиболее остро на него отреагировали в стане Мишеля Ауна, характеризуя как попытку Н. Берри сделать нереальным избрание на высший пост генерала М. Ауна. Даже в правительстве разразился скандал между представителями соответственно «Амаль» и Свободного патриотического движения (СПД) — министрами Гази Заайтаром и Ильясом Бу Саабом. Последний, кстати, вместе с молодым лидером СПД, министром Джебраном Басилем (и, как считают, при поддержке партии «Дашнакцутюн») бойкотировал в сентябре одно из заседаний кабинета министров в ответ на неугодное Движению решение: продление полномочий командующему армией Жану Кахваджи.
К протесту против предложения Н. Берри присоединился и глава «Ливанских сил» Самир Джааджа, который на встрече в Бкерке заявил, что инициатива не согласуется с конституцией, и отметил, в частности, что М. Аун не обращался к С. Харири с предложением какой-либо сделки.
Другим кругом, выразившим негодование предложенной «всеохватной сделкой», стали верхи Маронитской церкви. Совет епископов во главе с патриархом Бешарой Бутросом ар-Раи в своем постановлении также расценил предложение спикера как неконституционное и едва ли имеющее политическую легитимность.
Вместе с тем аргументы Н. Берри были довольно простыми: затянувшийся политический кризис требует скорейшего разрешения, согласие основных сил по кандидатуре президента очевидным образом увязано с остальными принципиальными вопросами: распределением портфелей в будущем кабинете министров, компромиссом по закону о выборах в парламент и назначением ключевых силовиков. Спикер, таким образом, предложил «договориться на берегу», не дожидаясь череды новых разногласий — уже после предполагаемого избрания президента.
Что же заставило опытнейшего политика, каким является давний лидер «Амаль», играть так уж слишком в открытую? Появились основания ожидать скорых перемен в Ливане?
Новые решения по старым инициативам
Действительно, заметна серьезная активизация основных политических партий и движений на внутриливанской арене. Со своей яркой программой выступает партия «Катаиб», новый лидер которой, Сами Жмайель, посетил в конце лета Москву. Проект радикальной децентрализации, который предлагают фалангисты, направлен на кантонизацию страны по конфессиональному принципу и охватывает все сферы государственного правления и самого устройства. Активисты «Катаиб» пытались завоевать политические очки для партии разными способами, в том числе и таким неординарным образом, как пикетирование мусорных полигонов и свалок в некоторых районах Бейрута, расчитывая, видимо, привлечь внимание населения центральных районов к проблеме загрязнения горных областей, где традиционно проживают христиане.
Не отказывается от своих президентских амбиций лидер движения «Марада» и представитель маронитской династии Сулейман Франжье, выдвинутый в конце осени 2015 г. как компромиссная фигура на пост президента. Он заявляет, что никогда не уступит своему сильному конкуренту, М. Ауну; и между прочим, оба эти кандидата формально представляют альянс «8 марта».
Еще один видный маронитский лидер, претендовавший на пост президента, Самир Джааджа (его партия представляет альянс «14 марта»), напротив, фактически отказался от своих притязаний в пользу генерала М. Ауна. Полтора года напряженной конкурентной борьбы завершились в январе 2016 г. признанием партией «Ливанские силы» и ее главой целесообразности избрания на пост президента М. Ауна. Основная интрига, таким образом, разворачивается вокруг возможного избрания последнего на высший пост, закрепленный по-прежнему за маронитами. По всем признакам, ему оказывает поддержку авторитетный суннитский политик Саад Харири.
Лидер партии «Мустакбаль» продолжает настаивать на необходимости скорейшего соглашения по кандидатуре на высший пост, и теперь эта идея С. Харири звучит абсолютно в унисон с желанием М. Ауна (как раз по вине которого в основном и срывались все эти четыре с лишним десятка заседаний парламента по избранию президента). Если принять, что между этими политиками из разных лагерей состоялась-таки некая деловая договоренность, то не будет звучать удивительным следующее заявление Ибрахима Канаана, депутата парламента из близкого круга основателя СПД: «Мы наблюдаем очень позитивную инициативу Харири решить проблему президентского вакуума ... и призываем противоборствующие политические партии способствовать успеху его усилий».
Кстати, в начале октября С. Харири встречался в Москве с главой российского МИДа С. Лавровым, с которым за закрытыми дверями, как можно предполагать, касался и внутриливанской политической повестки. Заинтересованность России в скорейшем решении первостепенных внутриполитических задач в Ливане и взаимозависимость их с сирийской проблематикой не вызывают сомнений. Подтверждением этому служат и другие тесные контакты ливанских кругов (в том числе связанных с СПД) на уровне спецпредставителя Президента РФ по Ближнему Востоку и замминистра иностранных дел М. Богданова.
«Ливанские сирийцы»: оставить нельзя возвратить
Тем временем в центре внимания остается сирийский кризис с его колоссальным влиянием на соседний Ливан. Во-первых, не прекращаются разного рода вылазки исламистов, направленные на подрыв хрупкого ливанского равновесия. Это и переходы через границу отдельных групп боевиков, с которыми ведет борьбу ливанская армия при весьма действенной помощи отрядов «Хезболлы». Во-вторых, отдельные инциденты, связанные с членами крупных террористических групп, воюющих в Ираке и Сирии, имеют место в глубинных районах Ливана. При этом наиболее уязвимыми для этих людей оказываются все чаще палестинские лагеря (особенно выделяется лагерь Айн аль-Хильве, втянутый еще в мятеж лета 2007 г.). В-третьих, это проблема беженцев из Сирии, Ирака, Палестины, зарегистрировано из которых лишь около 1,1 млн, тогда как общее их число, по самым скромным оценкам, превышает 1,7 млн. Показательно, что авторитетное французское статистическое агентство еще в 2015 г. оценивало общую численность населения Ливана в 6,2 млн чел.
Резкое увеличение числа разместившихся в стране беженцев не вызывает, как можно было бы ожидать, повсеместных протестов населения и, в общем, встречает понимание большинства ливанцев. Предметом недовольства бывает, однако, бездействие политиков в сфере планов обеспечения возврата беженцев на родину. Ливанцы справедливо опасаются, что, если пребывание беженцев, составляющих более трети от коренного населения, затянется, то экономика страны такую нагрузку не выдержит, что приведет к осложнению общественных отношений и финансовой зависимости государства от международных институтов.
Впрочем, планы поэтапного возвращения беженцев озвучиваются, вызывая, как всегда, массу критики. Наиболее настойчиво их продвигают министр иностранных дел Джебран Басиль (глава СПД) и министр труда Седжаан Аззи (вице-президент «Катаиб»). Последний является автором двухлетней программы возврата беженцев в места своего проживания по мере прекращения там боевых действий. При этом политики призывают отвергать любые предложения по натурализации беженцев и предоставления им постоянной работы — предложения, поступающие якобы от различных международных организаций, в том числе ВБ и МВФ. Характерно, что основная критика инициативы маронитских политиков идет от местных представителей UNHCR и Human Rights Watch.
Тем временем первые столкновения местных жителей с беженцами уже происходят (например, инцидент 20 сентября 2016 г. в местечке Дохат Арамур, 22 км южнее столицы). И если в этом направлении не будут приняты согласованные решения, можно ожидать дальнейшей политизации вопроса сирийских беженцев. Ведь подавляющее большинство из них — мусульмане-сунниты, и резкое снижение доли христиан в стране в результате притока мусульман из-за рубежа объяснимым образом не может оставить равнодушными политиков-христиан.
Во благо Ливана?
Остается вопрос, имеет ли кандидат на президентство М. Аун, окруживший себя столькими сторонниками, внятную политическую программу? На первый взгляд, этот вопрос можно уверенно ответить — имеет. Он отстаивает, например, свой вариант реформы избирательного законодательства, предложенный некогда «Православным собранием», и теперь упрощенно звучащий следующим образом: страна как единый избирательный округ и выборы по конфессиональным квотам. Столь же радикальные меры предлагаются в отношении проблемы беженцев, социальных реформ и по другим первостепенным пунктам. Однако многие из этих предложений и были препятствиями для одобрения его кандидатуры. Причем это касается и мнения «зарубежных партнеров». Поэтому противоречивость, излишняя самостийность и даже непредсказуемость политической фигуры М. Ауна в глазах его недругов, в том числе за рубежом, могут негативно отразиться на будущем страны под его правлением в случае избрания.
Ливанцы уже слишком долго ждут от своих политических представителей решений по насущным вопросам жизни страны в сложнейших региональных условиях. Нужно надеяться, что выход из затянувшегося политического тупика не станет противоречивым, не обострит как социальные отношения в стране, так и положение Ливана на международной арене. Возможно, наметившийся путь нахождения внутриливанского консенсуса обязан ослаблением внешнего давления. Может ли оказаться, что он как-то связан с двусмысленным положением, в котором оказалась Саудовская Аравия (главный союзник альянса «14 марта») в результате военных действий в Йемене? А может быть, это косвенное отражение игры Запада на ирано-саудовских противоречиях? Ропот недовольства просуннитских аналитиков, в частности, из «Аш-Шарк аль-Аусат» подтверждает эту мысль. В любом случае важно, чтобы межобщинное динамическое равновесие, установившееся в Ливане, и впредь оказывалось устойчивым ко внешним воздействиям, и геополитический фактор, замешанный на религиозной подоплеке, не оказал на это выносливое государство разрушительного воздействия.
Спецпредставитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки, заместитель министра иностранных дел России Михаил Богданов обсудил с экс-председателем Совета министров Ливана Наджибом Микати ситуацию на Ближнем Востоке, говорится в распространенном в пятницу сообщении российского МИД.
"В ходе беседы проведен заинтересованный обмен мнениями относительно развития ситуации на Ближнем Востоке и Севере Африки", — констатировали в МИД.
При этом, как отмечается, особое внимание стороны уделили задаче скорейшего выхода из затяжного политического кризиса в Ливане — "исключительно в правовых рамках через конструктивный диалог ведущих общественно-политических сил этой страны в интересах восстановления эффективной деятельности всех ветвей власти Ливанской Республики".
Российская сторона, в свою очередь, изложила свои принципиальные подходы к урегулированию конфликтов в Сирии, Ираке, Йемене и Ливии, а также обстановки на палестинских территориях, включая необходимость консолидации усилий по эффективному отпору международному терроризму.
Властелины кольца
Олег ФОЧКИН
Экскурсии по Московскому центральному кольцу стали настоящим туристическим хитом, причем не только для гостей столицы, но и для москвичей. На познавательную прогулку отправился и корреспондент «Культуры».
Спасибо прокуратуре
В том, что маршрут за короткий срок стал столь популярным, нет ничего удивительного. Ведь МЦК — не только новый и удобный вид транспорта, но и возможность открыть для себя страницы истории города, не выходя из вагона комфортабельной «Ласточки». Да еще и в сопровождении профессионального гида. Городские власти решили сделать экскурсии бесплатными — нужно только заранее зарегистрироваться по интернету. Но от желающих отбоя нет, так что заявку надо подавать за несколько недель.
По словам заместителя мэра Москвы, руководителя департамента транспорта Максима Ликсутова, за первый месяц работы МЦК в организованных поездках приняли участие 4 тысячи человек. Опасения, что «скоро все кончится», напрасны — начальник столичного «транспортного цеха» отметил: «Экскурсии будем продолжать до тех пор, пока на них есть спрос».
И вот мой день настал. Суббота. В назначенный час возле «Спортивной» уже стояла плотная группа желающих прокатиться. Были здесь и те, кто пришел без предварительной регистрации. Их терпеливо переписывала девушка-волонтер.
— Если места будут, обязательно попадете, — увещевала она одну из взволнованных женщин.
Действительно, нескольким пришедшим на авось повезло. Но лучше все же не тратить нервы, а записаться загодя. Так надежнее. Наконец разобрались с составом и идем на станцию МЦК «Лужники» (бывшая «Воробьевы горы»)— современную, комфортабельную, при вечернем освещении напоминающую летающую тарелку, внезапно приземлившуюся возле знаменитого стадиона. Вместе с известным в столице гидом, старшим научным сотрудником Музея Москвы Ларисой Скрыпник дружно садимся в первый вагон, и путешествие начинается. Впрочем, оно началось несколько ранее. Еще по пути Лариса рассказала о строительстве кольца.
Все здания станций прежней Московской окружной железной дороги проектировали замечательный архитектор Александр Померанцев (самое известное его детище — ГУМ) и Николай Марковников (до революции — главный архитектор Кремля). Когда решили возрождать кольцевой маршрут, задумались о дизайне. По рекомендации Мосгорнаследия все вокзалы покрасили в красно-белые цвета, как в начале XX века.
Станция «Воробьевы горы» была открыта в 1908 году на территории бывшего Вавилонского сада, принадлежавшего Новодевичьему монастырю. Двухэтажное здание вокзала вмещало и квартиры для служащих, и пост управления стрелками. Кстати, более века назад здесь был единственный на всю дорогу буфет. Еще одна особенность: поскольку Лужники часто затапливало, пути проложены выше уровня вокзала.
Сейчас в историческом строении располагается территориальное подразделение Московской межрегиональной транспортной прокуратуры. Именно благодаря ее вмешательству здание старого вокзала «Воробьевы горы» внесено в реестр объектов культурного наследия. Памятниками признаны пассажирское здание, дебаркадер и фонарный столб.
Возрождение пути
Строительство дороги связано с промышленным бумом конца ХIХ — начала ХХ века, повествует наш гид. Город к тому времени превратился в крупный перевалочный узел, товары везли со всех концов империи. Доставку между девятью вокзалами осуществляли ломовые извозчики. Их в городе было более 20 тысяч. На подъездных путях очереди на разгрузку растягивались на 5–10 километров. Ломовики забивали узкие улицы. Это были первые московские пробки.
Предложения соединить вокзалы начали поступать в городскую Думу и Министерство путей сообщения с 1869 года. И только в 1897-м Николай II «признал желательным» создание Московской окружной железной дороги. 7 ноября на Особом совещании с участием императора было принято решение приступить к ее сооружению. Конкурс выиграл проект инженера Петра Рашевского, имевший протяженность путей около 51 версты (54,4 км). Для увеличения пропускной способности дорогу задумали сделать двухколейной — по тем временам новаторский ход, в основном тогда пользовались одноколейками. Задача была непростой. У Москвы довольно сложный рельеф, для преодоления рек и оврагов возвели 70 мостов, из них четыре — через Москву-реку. Изначально предполагалось проложить путь вдоль Камер-Коллежского вала, по границе тогдашнего города, но затем решили отодвинуть его подальше от центра. И правильно. Трудно представить сегодня железную дорогу, опоясывающую лишь Садовое кольцо.
Электрификация не предусматривалась, все сигналы подавались вручную. Всего на строительство было выделено 50 млн рублей, но в процессе стоимость работ снизили до 39 млн. При том, что использовались только лучшие материалы. Например, черепицу для крыш привозили из Венгрии, часы на вокзалах устанавливала фирма «Павел Буре», в холода помещения обогревали русские и голландские печи, в залах ожидания для пассажиров первого класса стояли мягкие диваны, для второго — деревянные лавки.
Дорога получилась не дешевой, а потому не пользовалась популярностью: от 10 до 30 копеек за перегон не шутка. Всего перегонов было 10. За копейку тогда можно было купить яйцо, а хорошая курица стоила рубль. Зарплата квалифицированных рабочих-путейцев не превышала 30–40 рублей в месяц. Сильную конкуренцию составляли трамваи, поездки на которых обходились значительно дешевле. Порой за сутки на МОЖД набиралось всего три-четыре пассажира.
Так что еще до революции Окружную несколько раз пытались закрыть, а окончательно сделали это в 1934-м, оставив лишь движение грузовых поездов. Позже не раз возникала идея возродить маршрут. Но всегда что-то мешало. В 2008 году правительство Москвы и руководство РЖД приняли решение возобновить пассажирские перевозки, построив 31 станцию (сто лет назад их было 12), новые путепроводы, тяговые подстанции и другие объекты инфраструктуры.
«Сообразный столице вид»
Главной станцией первого кольца были «Лихоборы», где появился целый городок с ремонтными мастерскими, домом начальника дороги, квартирами мастеровых и сигнальщиков. Сейчас все эти строения стали охраняемыми объектами. За их обликом ревностно следят. В прошлом году представители департамента культурного наследия Москвы предотвратили возведение мансардного этажа на одном из исторических зданий.
«Лихоборы» — это точка отсчета Окружной дороги, возле нее был установлен указатель первого километра. Станция изначально проектировалась как центральная. Высочайшее указание императора гласило: «Дорога должна иметь сообразный первопрестольной столице вид», и местные власти привлекли к строительству лучших инженеров и архитекторов. В итоге возник настоящий архитектурный шедевр, которым мы восхищаемся и сегодня. 19 июля 1908 года по МОЖД прошел первый поезд. В сутки проезжало четыре состава. Отправлялись с Николаевского вокзала, двигались через Московско-Брестскую дорогу на станцию Пресня — уже на Окружной. До этого места каждый поезд шел двойной тягой. Здесь его разъединяли. Один паровоз ехал по часовой стрелке, другой — в противоположную сторону. Каждый тащил за собой состав из трех вагончиков. Обогнув кольцо, поезда опять встречались на Пресне, объединялись в один и возвращались на Московско-Брестскую дорогу.
Когда-то станционные территории занимали обширные площади со складами, казармами, пакгаузами, жилыми домами для сотрудников. Руководство получало отдельные квартиры, персонал (телеграфисты, стрелочники, сторожа) — комнаты в общежитиях. Со временем постройки ветшали, шли под снос...
Вдоль проезда Черепановых сохранился целый ряд жилых домов разного типа. Особенно интересен дом начальника депо, имеющий выраженные черты как модерна, так и русского стиля. Предположительно автор проекта — известный архитектор Ф. Шехтель. Фасад украшает металлическая фигурка совы, откуда и второе его имя — «Дом с совой». Чуть дальше по Пакгаузному шоссе стоит водонапорная башня, снабжавшая водой все станционные постройки, паровозное депо и сами паровозы. Она построена в готическом стиле. Аналогичная есть возле железнодорожной станции «Красный Балтиец». Другие не уцелели.
Вокзал, как и все железнодорожные здания, был выстроен из неоштукатуренного кирпича и имел белый декор — наличники, горизонтальные тяги, карнизы, пилястры и подоконные филенки. Такая характерная для русской архитектуры цветовая гамма в соединении с небольшими размерами станционных сооружений придавала дороге уютный и сугубо московский облик.
В 2008 году в честь 100-летия со дня открытия «Лихобор» на перроне была сооружена памятная стела с оградой, которую обрамляют барельефы с изображениями всех станций МОЖД.
На радость Гиляровскому
Первый пресс-тур сто лет назад собрал весь цвет московской журналистики. Был там и Владимир Гиляровский. В своих «Впечатлениях о первой поездке по Окружной дороге» 1908 года он писал: «Пересекли Семеновскую соединительную линию Московско-Казанской железной дороги, вступаем окончательно в области болот, свалок и всякой мерзости. Справа поля орошения, старые городские бойни, свалки, от которых дышать нельзя, а слева холерное кладбище, еще какое-то кладбище, новые свалки, Сукино болото. И посредине этих зловонных палестин красуется станция Угрешская, получившая название от близлежащего Угрешского шоссе. Каждый день перевозится из Москвы до 7000 бочек нечистот мимо!»
По МОЖД ходили поезда серии ОВ — в народе их прозвали «овечки». Четыре вагона и локомотив. Сейчас вместо них современная и комфортабельная «Ласточка», развивающая скорость до 120 километров в час. Да и «Угрешская», знакомая чуть ли не каждому москвичу, поскольку здесь находится городской призывной пункт, уже совсем не та. Это вторая по значимости станция, расположенная диаметрально противоположно от «Лихобор». Сохранились вокзал, баня, дом помощника начальника службы пути. Напротив — водонапорная башня и постройки военного продовольственного пункта: здесь кормили солдат из воинских эшелонов. Оформленные в стиле модерн кухня, столовая, хлебопекарня, склады, дом коменданта, управлявшего работой продпункта, казарма, а также «отхожее место на 52 очка».
Вообще на кольцевой дороге нет станций безликих, не имеющих истории. Практически у каждой своя особенность. «Площадь Гагарина» — единственная подземная станция МЦК. Неподалеку от «Канатчиково» (не введена в эксплуатацию, сразу за «Крымской») расположена городская психиатрическая больница имени Николая Алексеева (кто ж не слышал про «Канатчикову дачу»). «Верхние Котлы» — на месте бывшего села Котлы, куда во времена Смуты привезли труп Лжедмитрия Первого, сожгли, пеплом зарядили пушку и выстрелили в сторону Польши, дабы другим неповадно было. Правда, не помогло. Здесь же располагалась впоследствии мастерская художника Верещагина.
Станция «ЗИЛ» — когда-то здесь стоял легендарный автозавод, а сейчас на месте снесенных цехов идет большая стройка жилых кварталов и развлекательных комплексов. «Дубровка», что неподалеку от метро «Кожуховская», напоминает о знаменитом кожуховском походе Петра Первого, когда юный государь решил проверить свои потешные войска. Возвели крепость и ров, провели учения. Крепость защищали стрельцы, а потешные войска ее успешно штурмовали. Станцию пока еще не открыли, но это дело ближайшего будущего.
Платформа «Новохохловская» свое название получила от деревни Хохлы. Предположительно, во время войны с Речью Посполитой в XVII веке всех живших в Москве поляков переселили сюда. А местные жители их не особо отличали от украинцев. Так название и осталось. «Нижегородская» расположена вблизи Рогожского старообрядческого кладбища. Рядом была и одноименная слобода, где обособленно жили московские раскольники.
От «Шоссе Энтузиастов» начинается зона зеленого пояса столицы. «Соколиная Гора» напоминает об охоте при царе Алексее Михайловиче. «Измайлово» — популярное место отдыха москвичей со стародавних времен. «Черкизово» (недавно переименовали в «Локомотив») ассоциируется у многих с «Черкизоном», диким рынком, закрытым в 2009 году. Но название произошло от знатного сановника Золотой Орды Серкиза, перешедшего на русскую службу и отличившегося в Куликовской битве. Платформа «Локомотив» построена по соседству с одноименным стадионом (прежде был известен как «Сталинец»). Есть и памятник локомотиву.
В пешей доступности от «Белокаменной» парк «Лосиный остров». Раньше говорили «погонный лосиный остров», то есть предназначенный для охоты. Сохранилось очень красивое здание — в стилистике европейских пригородов. Здесь снимали эпизоды фильма «Когда деревья были большими». В картине это станция Селивановская, именно сюда приезжал герой Юрия Никулина.
Платформа «Ростокино» получила свое название от одноименного села. А село — от старого русского слова «росток», то есть раздваивание. Оно стояло возле двух рек, по берегам которых расходилось, раздваивалось. Здесь был возведен знаменитый Ростокинский акведук — самый длинный мост через Яузу (356 метров). Его сразу же прозвали «миллионным», поскольку строительство влетело в копеечку.
«Ботанический сад» находится рядом с крупнейшим в Европе питомником флоры. Следом — «Владыкино». Когда-то здесь было село Вельяминово, принадлежавшее боярам Шуйским. Иван Шуйский, по прозвищу Пуговка, продал эти земли Богоявленскому монастырю, куда любил приезжать патриарх Никон. Позже царским указом место было отдано владыке — отсюда и название.
На «Окружной» наглядно проявляется нынешняя ключевая составляющая МЦК — наличие нескольких пересадочных узлов: собственно кольца, метрополитена и электричек. Станция «Хорошево» располагается рядом с известным Ходынским летным полем. Правда, последний самолет взлетел отсюда в 2002 году, а потом началось бурное современное строительство. Здания довольно причудливы: скажем, дом-парус или дом-ухо.
В «Шелепихе» не только сохранились, но и до сих пор исправно работают настенные часы знаменитой фирмы «Павел Буре», установленные еще в начале XX века. Хорошо выглядит и старинный вокзал. В ближайшее время здесь планируется открыть музей, посвященный истории железнодорожного кольца.
«Деловой центр» — крупнейший пересадочный узел вблизи комплекса «Москва-Сити», построенного по проекту архитектора Тхора. Магистрали идут в несколько ярусов, машины проносятся над поездами...
Круг заканчивается, где начинался, — на Воробьевых горах. Подошло к концу и полуторачасовое путешествие в историю. Как часто хотелось попросить машиниста: пожалуйста, чуть помедленнее. Дайте ж рассмотреть все подробнее!.. Но поезда не должны выбиваться из графика.
Израильские спецслужбы объявили в четверг об аресте группы палестинцев из сектора Газа, которых подозревают в подготовке взрыва в зале торжеств на юге еврейского государства.
Следствие считает, что четверо подозреваемых действовали по заданию "Исламского джихада" — второй по военной мощи группировки анклава после правящего там движения ХАМАС.
"Общая служба безопасности (ШАБАК) вместе с израильской полицией арестовала Махмуда Юсуфа Хасина Абу Таху, жителя Хан-Юниса, который хотел въехать в Израиль через переход "Эрез" с якобы коммерческими целями. В ходе расследования выяснилось, что он возглавлял террористическую ячейку… и планировал масштабный теракт в зале торжеств на юге страны", — сказано в сообщении антитеррористической спецслужбы ШАБАК.
По подозрению в причастности к террористической ячейке израильские силовики задержали еще трех палестинцев. Двое из них находились в Израиле нелегально, третий имел разрешение на временное проживание по программе воссоединения семей.
В ШАБАК считают, что они также планировали похищение и убийство израильского военнослужащего для обмена на заключенных соотечественников. Всем четверым в четверг были предъявлены обвинения в Окружном суде города Беер-Шевы.
"Это дело вновь демонстрирует попытки базирующихся в Газе террористов организовать убийственные теракты в Израиле в дополнение к их деятельности на территории сектора. Оно также показывает, как террористы используют гуманитарные и экономические обоснования для получения разрешений на въезд в Израиль", — сказано в пресс-релизе.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter