Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

VI Петербургский международный юридический форум.

Дмитрий Медведев принял участие в пленарном заседании форума на тему «Доверие к праву – путь разрешения глобальных кризисов».

Международный юридический форум в Санкт-Петербурге учреждён в 2011 году и является крупнейшей площадкой для диалога политиков, юристов, экономистов и учёных, представляющих все основные экономические и правовые системы.

Цель форума – продвижение идей модернизации права в условиях глобальных изменений, в том числе решение задач в сфере улучшения взаимодействия правовых систем и выработки единых подходов к решению проблем развития права в современном мире, модернизации российского права с учётом лучшего опыта зарубежного нормотворчества и правоприменения, содействия развитию современной юридической науки и юридического образования в России и в мире.

Основные темы форума в этом году – частное право, промышленность и торговля, защита конкуренции, судебная и арбитражная практика, смарт-общество, инвестиции и финансы, международное право и безопасность. Тема пленарного заседания – «Доверие к праву – путь разрешения глобальных кризисов».

Стенограмма пленарного заседания:

А.Коновалов: Уважаемые дамы и господа! От имени организационного комитета VI Петербургского международного юридического форума я сердечно приветствую всех его участников, понимая под таковыми не только вас, собравшихся в этом зале, и даже не только тех, кто смотрит трансляцию пленарной сессии в смежных аудиториях этого великолепного здания, но также и широкий круг участников нового проекта, так называемого Forum Live, – людей, которые видят трансляции форума и могут участвовать в заседаниях в интерактивном формате. Я думаю, что эта новая опция и возможность даст дополнительный интерес к мероприятию и привлечёт новых участников.

Санкт-Петербургский юридический форум в этом году вырос и количественно, и, что важно, качественно, что даёт новые надежды, дополнительную уверенность в том, что качество дискуссий и полемики, которую будут вести лучшие юристы мира здесь, в Санкт-Петербурге, в ближайшие три дня, будет ещё более высоким, чем в прошлые годы.

Глобальной темой форума в этом году определён вопрос о доверии к праву. На первый взгляд, этот вопрос имеет довольно простое решение, по крайней мере так может показаться: доверять праву может только тот, кто считает себя его инсайдером, а не аутсайдером, тот, кто понимает, верит, имеет основания быть убеждённым в том, что право ему не враждебно, а существует и действует ему во благо и в его интересе. Но если вдуматься, то можно понять, что это, конечно, не ответ на вопрос, а только его более технологичная корректировка.

А вот вопрос, почему, при каких условиях человек может праву действительно верить и доверять, может иметь самые разные ответы. Один из них это, конечно, высокий профессионализм и высокая эффективность юристов. Действительно, мы можем придумать много красивых теорий о том, что такое право, но если мы не будем полезны людям, то все эти слова повиснут в воздухе. Таким образом, высокий профессионализм, знание закона юристами – condition sine qua non (необходимое условие, лат.) – обязательное условие доверия к праву со стороны всех и каждого.

Но думаю, что есть и ещё как минимум одно измерение, которое нужно обязательно учитывать. В разных языках мира термин «юстиция» созвучен или синонимичен термину «справедливость», а слово «право» во многих опять-таки языках, в том числе, конечно, и в русском языке, имеет общий корень со словами «правота», «правильность» и «правда». Именно так, кстати, – «Русская правда» – назывался один из древнейших памятников русского законодательства, которому в этом году исполняется 1000 лет.

Ещё одна дата. 150 лет назад в этом городе, на берегах реки Невы было создано одно из наиболее известных и читаемых и почитаемых юристами всего мира произведение мировой литературы – «Преступление и наказание» знаменитого русского писателя и философа Достоевского. Думаю, не ошибусь, если скажу, что именно отношение этого автора к своим персонажам, а через них и ко всем окружающим его людям, делает настолько привлекательным его творчество, которое отвечает именно запросу на справедливость и на правду в праве, а не только на мёртвую букву сухого закона.

Дамы и господа, я всем нам желаю удачно и полезно поработать в предстоящие три дня, для того чтобы отыскать новые дополнительные пути к этой великой правде закона и права.

Поздравляю вас с началом форума!

Выступление Дмитрия Медведева на пленарном заседании VI Петербургского международного юридического форума

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги, друзья! Сердечно приветствую всех участников нашего шестого юридического форума. Сейчас были сказаны вступительные слова, я полностью присоединяюсь к оценке и наших встреч, и места проведения этого форума. Конечно, всё это придумано очень неплохо, я бы даже сказал, красиво. Я каждый раз с большим удовольствием принимаю участие в наших дискуссиях, в пленарных дискуссиях, надеюсь, что и вам это доставляет такое же удовольствие.

В этом году действительно приехало много участников – порядка 3,5 тыс. из 80 государств. Трансляцию по интернету также ведут несколько десятков стран, она доступна в нескольких десятках стран. В этом смысле форум становится всё более глобальным благодаря качеству и профессионализму дискуссий. Но главная причина успеха нашего форума – это, безусловно, всё возрастающий интерес к праву как явлению. Именно право даёт сбалансированный ответ на самые острые вопросы, помогает находить общий язык людям разных культур и убеждений. Считаю, что у нашего форума есть и особая миссия – продвигать идеи изменения, модернизации права в условиях глобальных изменений, а также помогать юристам разных стран и разных правовых систем понимать друг друга лучше. Именно из такого взаимопонимания и рождается доверие к праву, а доверие к праву сегодня является основной темой нашей пленарной дискуссии.

Доверие к праву – это действительно путь к разрешению глобальных кризисов, причём, по всей вероятности, это единственно верный путь. Доверие к праву – не только основа международной безопасности и глобальной стабильности, но и в значительной мере основа современной мировой экономики. Что, на мой взгляд, это значит в современных условиях? Каждое решение, которое принимается, каждый нормативный акт, каждая правовая позиция должны соответствовать нескольким ключевым принципам. Каковы они?

Во-первых, обеспечивать защиту прав человека. В этом году мы отмечаем сразу два юбилея, каждый из которых заставляет задуматься над тем, чего мы достигли в этой сфере. 16 декабря исполняется 50 лет со дня, когда Генеральной Ассамблеей Организации Объединённых Наций были приняты важнейшие, базовые документы: международный пакт о гражданских и политических правах и международный пакт об экономических, социальных и культурных правах. Эти документы, как известно, закрепили право народов на самоопределение, на свободное установление их политического статуса, заявили как приоритет право на жизнь, на свободу и личную неприкосновенность, на образование и социальное обеспечение. В пактах есть и запрет рабства, и запрет работорговли.

Хотя эти пакты стали частью общепризнанного свода норм, понятно, что жизнь не идеальна, и сегодня мы сталкиваемся с вопиющими случаями их нарушения. Огромные территории оказываются фактически в средневековых условиях бесправного существования, в плену тоталитарной власти фанатиков, которые бросают вызов современному правопорядку. Россия, как известно, своими делами доказывает, что готова защищать общие ценности нашей цивилизации, но окончательного успеха в реализации таких пактов мы можем достичь, только действуя сообща.

Не менее важно защищать базовые права человека и внутри каждого государства. Осенью наша страна будет отмечать и свой юбилей – 25-летие Конституционного Суда. Все эти годы Конституционный Суд следит за соблюдением баланса между правами граждан и государства. Сегодня в этом зале присутствуют почётные гости форума, руководители органов конституционной юстиции из более чем 20 государств. Я вас ещё раз сердечно приветствую, благодарю за участие в нашем форуме, как и других коллег.

Конечно, вы как никто понимаете, насколько непросто выполнять миссию хранителей основного закона, ведь эта работа требует и самого высокого уровня профессионализма, и помогает противостоять попыткам давления самых разных сторон, сохранять независимость и беспристрастность.

Второе. Принципиально важно, чтобы все решения – и экономические, и социальные, и политические – выпускались только в правовой форме. По-другому демократическое правовое государство существовать не может. Я знаю об этом не понаслышке, поскольку уже достаточно давно принимаю участие в формировании этих решений, в облечении этих решений в форму права – и когда в определённый период подписывал законы, указы Президента, и сейчас, когда подписываю акты Правительства. Смею вас уверить, это действительно всегда довольно большая, серьёзная ответственность, тем более таких документов много, но такова уж наша российская континентальная система.

В-третьих, о чём хотел бы сказать, невозможно представить доверие к праву без доверия к правоприменителю. Мы должны учиться применять общие нормы и принципы регулирования в конкретных ситуациях. Мир развивается так стремительно, что невозможно сохранять в законодательстве привычную степень детализации. Гибкость правового регулирования обеспечивается не только деятельностью судов и арбитражей, но и развитием в праве начал диспозитивности.

Следует поощрять и формирование сводов так называемого мягкого права, применять практики добросовестного поведения, в том числе в корпоративной и финансовой сферах, в области антимонопольного регулирования. При этом мягкое право необязательно должно ограничиваться рамками одного государства. Мы можем совместно обсуждать и продвигать соответствующие инициативы на площадках Организации Объединённых Наций, Евразийского союза, БРИКС, СНГ, в других международных структурах. Поэтому четвёртый принцип, реализация которого также повышает уровень доверия к праву, включает необходимость учитывать нормы надгосударственных структур, конечно, с учётом интересов собственно государства. Некоторые из этих структур я только что назвал. Также большое значение имеют решения различных международных юрисдикционных органов. Чтобы доверие к праву стало нормой жизни, следует учитывать и эти принципы. Очень важно применять их в спорных ситуациях, ведь когда сторонам легче находить общий язык, они легче приходят к соглашению.

Преимущества такого подхода заметны, когда речь заходит о международном коммерческом арбитраже. Тоже скажу об этом несколько слов. За последний год мы в России серьёзно поработали над тем, чтобы повысить качество третейских разбирательств. Новое законодательство начинает действовать с 1 сентября 2016 года. Эти акты корректируют систему коммерческого арбитража в России с учётом лучших международных практик, создают условия для формирования действительно эффективного и независимого разрешения коммерческих споров. Ещё на стадии разработки мы учли актуальную редакцию типового закона ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже. Для этого была значительно расширена допустимость передачи коммерческих споров на рассмотрение третейского суда, что соотносится с практикой ведущих зарубежных юрисдикций. Максимально гармонизирована и процедура внутреннего третейского разбирательства и международного коммерческого арбитража.

В предпринимательской среде есть спрос на так называемое частное правосудие. В новом законодательстве мы постарались сохранить его преимущество, включая неформальность процедуры разбирательства, возможность разрешить спор быстрее, а стало быть, и дешевле, что для деловых людей всегда было важным достоинством этой системы.

Практика разрешения инвестиционных споров выходит за рамки действия исключительно национальной системы права, когда речь идёт об иностранных инвесторах, поэтому в новом законодательстве была расширена компетенция международного коммерческого арбитража, включены споры, которые возникают в связи с иностранными инвестициями на территории России или российскими инвестициями за границей. Российская правовая система остаётся открытой для признания и приведения в исполнение легитимных решений иностранных арбитражных учреждений, то есть они соответствуют (в том случае, если они соответствуют) нормам Нью-Йоркской конвенции 1958 года и не противоречат нашему публичному порядку.

Сегодня мы также становимся свидетелями серьёзных преобразований в системе инвестиционного арбитража. Они продиктованы необходимостью доверия к арбитражному процессу. Ещё 10 лет назад инвесторы заявляли требования в арбитраж о взыскании убытков с публичного субъекта. Сейчас уже целые государства вынуждают корректировать правовое регулирование, подчас в интересах конкретного инвестора. Это, конечно, вызывает разные ощущения. Когда инвестор приходит работать в чужую для него юрисдикцию, он вправе рассчитывать на особую защиту, но такая защита не должна подрывать конституционные устои национального государства, иначе нивелируется идеологическая и правовая основа арбитража, безусловное доверие обеих сторон к его решениям. Государство как участник процесса защищает не только и не столько свои коммерческие интересы, в первую очередь оно защищает интересы национальной экономики и благосостояния граждан. Это не единственная проблема, с которой сталкивается сегодня система разрешения международных споров. В 2014 году при активных усилиях комиссии ООН по праву международной торговли была подготовлена Конвенция ООН о прозрачности в контексте арбитражных разбирательств между инвесторами и государствами.

С одной стороны, эта конвенция уточняет нормы о предании гласности информации об арбитражных разбирательствах между инвестором и государством, так что правила о прозрачности повышают доверие к арбитражу как институту в целом. Но, с другой стороны, если этим институтом начинают манипулировать, то весь наработанный авторитет, конечно, разрушается. А именно так и происходит, когда имущественные требования к своему государству заявители предъявляют в международном арбитраже, при этом используя «корпоративную вуаль» иностранного юридического лица. Это происходит достаточно регулярно.

Также появляются новые идеи о порядке разрешения инвестиционных споров в новых организациях. Я упомяну лишь соглашение о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнёрстве Евросоюз – Соединённые Штаты Америки. Это сейчас тема весьма актуальная, государства её обсуждают. Но я хотел бы отметить лишь один арбитражный момент – предложение дать специальный статус судьям, которые работают в этой системе. Причём этот статус включает требования, которые должны быть аналогичны тем, которые к ним предъявляются в национальных судах. Также вносится идея о введении процедуры апелляции на арбитражные решения. Правда, здесь остаётся неясным, сохранят ли эти новшества саму суть арбитража, за что его так ценят.

Я привожу эти примеры именно потому, что они свидетельствуют о востребованности третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража, и, наверное, это важно в том числе и в контексте тех дискуссий, которые будут вестись на форуме.

Уважаемые коллеги, я уже сказал о том, что доверие к праву связано с возможностью гибко применять правовые нормы, принципы регулирования в конкретных ситуациях. Традиционно такие принципы, как свобода договора, неприкосновенность собственности, недопустимость вмешательства в частные дела, добросовестность, определяют общие контуры взаимодействия субъектов гражданского оборота.

Адаптивность правового регулирования здесь обеспечивается и развитием в праве начал дозволительности, диспозитивности, а также максимальным делегированием регулирования на уровень соглашения сторон. Использование диспозитивных правовых конструкций сегодня актуально не только в сугубо частных отношениях, но и в отношениях с участием государства. Это очевидно, и позволяет повысить эффективность применения мер поддержки в экономике, особенно в условиях, когда экономика испытывает воздействие кризиса или находится под некоторым внешним давлением. Оба эти фактора, к сожалению, присутствуют сегодня и в нашей стране.

Ещё более активные действия следует предпринимать, когда происходит борьба с трансграничными злоупотреблениями, именно они существенным образом подрывают доверие к праву. Одно из таких явлений – это двойное необложение налогами, когда отдельные компании, используя пробелы в межправительственных соглашениях, уводят свои прибыли из страны, где ведётся реальная экономическая деятельность (этот феномен получил распространение в разных странах), но в итоге доход нигде не облагается налогом. Преодолеть эту тенденцию государства могут только сообща. Здесь есть и свои трудности, ведь при решении любых глобальных проблем государства-участники должны доверять друг другу исходя из фундаментальных принципов международного права, должны быть готовыми к компромиссу, уважать интересы партнёров, вместе решать эти задачи.

Тем не менее мы наблюдаем, как увеличивается роль односторонних ограничений, которые применяются некоторыми государствами в политических целях. По сути, такие действия уже стали способом произвольного вмешательства в дела других государств. Односторонние санкции так называемые становятся неопределёнными и по содержанию, и по кругу лиц, на которых они распространяются. Есть попытки придать этим санкциям экстерриториальный характер, продавить их применение в любой точке мира вопреки всем соглашениям и, конечно, международному праву.

Как я уже сказал, наше государство, наши компании, граждане в значительной степени подвергаются подобному давлению уже почти два года. О каком доверии к праву вообще здесь может идти речь?

Скажем прямо: как наши партнёры по международному сообществу будут выходить из этой ситуации, которую они сами создали, – этот вопрос остаётся открытым, хотя в кулуарах он всё время задаётся, и не только в кулуарах юридических форумов, но и во время политических дискуссий на различного рода саммитах.

Тем не менее вопрос открыт. Почему? Потому что нарушать всегда легче, чем соблюдать. Но за это всегда приходится нести ответственность, и ответственность не только правовую, а в конечном счёте ответственность и историческую.

Любое нарушение правового баланса только углубляет взаимное непонимание и создаёт недоверие, мешает наладить диалог и преодолеть кризис любого уровня, от локального до глобального.

Право, конечно, – это тот универсальный язык, разговаривая на котором можно успешно сотрудничать, причём совершенно неважно, о сотрудничестве в каких сферах идёт речь, будь то внешняя политика, экономика, культура или виртуальный мир.

Мы, кстати, как известно, живём в цифровую эпоху, когда подчас очень трудно или даже невозможно установить контрагента по правовым отношениям, а стало быть, возникает и проблема доверия к правовой форме в этом случае. Поэтому требуется особое умение при использовании правовых инструментов, они должны соответствовать быстрым переменам в коммуникационных технологиях. Всё большее число людей одним кликом получают доступ к гигантскому массиву информации. Перед цивилистами, перед представителями других правовых отраслей возникает ряд сложностей. Я тоже затрону несколько вопросов для затравки, что называется, вопросов, решение которых нам всем предстоит вырабатывать.

Во-первых, это, конечно, ситуация с правами интеллектуальной собственности, потому что продолжает развиваться конфликт между правообладателями и пользователями. В мире уже наработана мощная база судебной практики по этой теме. Если учесть, что в большинстве стран принцип свободы и равенства доступа к информации и знаниям плотно включён в национальное законодательство, то, по сути, создаётся практически неисчерпаемая тема для разборок, для выяснения отношений. Мы, как известно, своё законодательство привели в соответствие с международными нормами современного информационного общества, но, скажем прямо и спросим откровенно: вообще скольких пользователей интернета в мире эти требования удерживают от использования нелегального контента? Боюсь, что немногих. Скажем прямо, почти никого. Значит, необходимо продолжать работать по этой теме. Надо сказать прямо, эффективных решений в этой сфере не найдено. Такое отсутствие баланса интересов правообладателей и пользователей становится препятствием для свободного обмена научной информацией, мешает развиваться высокотехнологичному бизнесу, подталкивает людей систематически обходить закон. Поэтому нужно искать баланс между новыми технологическими условиями и традиционными ценностями права интеллектуальной собственности. В данном случае государство и должно выступить арбитром, определить, чьи интересы подлежат защите, чтобы способствовать экономическому росту и общественному развитию. Правда, скажем откровенно, пока правительства в разных странах не проявляют видимой готовности этим заниматься.

Во-вторых, есть ещё одна область виртуального пространства, которая тоже должна быть предметом особого внимания со стороны правоведов. Я имею в виду электронную коммерцию, электронные сделки, которые расширяются настолько стремительно, что право не успевает на это реагировать. Примеров много. Сегодня активно развивается так называемая технология blockchain, так называемые умные контракты. С их помощью формируются, по сути, автономные от государства, саморегулируемые системы, которые начинают жить по своим неписаным законам. Кстати, для правоведов исключительно интересные задачи. Очень часто здесь вообще заканчиваются пределы права. Сделки по передаче имущества, по удостоверению прав на имущество заключаются и исполняются в автоматическом режиме. Взаимодействие в Сети идёт не между людьми, а между электронным устройствами. Такие устройства обмениваются данными, осуществляют действия от имени своего владельца. Распространяется так называемый интернет вещей. Эта ситуация, ещё раз повторю, требует от всех нас напряжения творческих сил. Совсем не стандартная задача для правоведов – задача поиска новых эффективных решений, которые могут стать основой для образования, по сути, новой области права. Я рассчитываю, что и в этих стенах об этом будут дискуссии. Итогом, возможно, станут новые нормы, новые предложения, а их эффективность мы сможем обсудить на следующих форумах.

Уважаемые коллеги! Поддержание доверия к праву, уважение к закону невозможно без доверия общества к нашей корпорации в целом – к юристам – и взаимного доверия внутри нашего профессионального сообщества. Русский философ Владимир Соловьёв считал, что сущность права состоит в равновесии двух нравственных интересов – общего блага и личной свободы. Но именно уважение к праву обеспечивает каждому человеку и обществу в целом эту свободу. За это мы, кстати сказать, и ценим свою профессию. Я уверен, что все, кто присутствует в этом зале, кто принимает участие в нашем форуме, кто следит за нашим форумом через средства массовой информации, через интернет, чувствуют себя свободными людьми – это очень важно – и готовы в дискуссиях находить новые решения. Я, конечно, желаю всем вам успешной работы. Спасибо за внимание.

М.Свейнстон (модератор пленарного заседания форума, как переведено): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые дамы и господа, коллеги! Я предлагаю начать обсуждение основной темы форума, как было заявлено, а именно «Доверие к праву как путь разрешения глобальных кризисов». Я должен отметить, что для меня тема звучит как своего рода вызов. Когда мы говорим о глобальных кризисах, возникают разногласия о фактах, о законах и судьях, которые будут принимать решения на этой основе.

Тем не менее существуют некоторые аспекты, которые представлены здесь сегодня. Одной из важных вех в развитии современной системы ценностей явилось создание системы интеллектуальной собственности. Без этого невозможно представить себе распространение новых технологий, идей, достижений культуры и так далее. Без этого мы были бы беднее.

Я представляю вам господина Френсиса Гарри, генерального директора Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС). Пожалуйста, господин Гарри, вам слово.

Ф.Гарри (генеральный директор Всемирной организации интеллектуальной собственности, как переведено): Большое спасибо. Уважаемый модератор, премьер-министр господин Медведев, уважаемые дамы и господа, гости! Для меня чрезвычайно отрадно находиться здесь, в вашем прекрасном, великом городе Санкт-Петербурге и принимать участие в этом чрезвычайно престижном мероприятии. Я благодарю организаторов за любезное приглашение нашей организации, Всемирной организации интеллектуальной собственности и мне лично поучаствовать.

Я рад тому сотрудничеству, которое существует и развивается между Российской Федерацией и ВОИС, и я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить в лице премьер-министра всю Российскую Федерацию за их неоценимую поддержку, за многосторонний подход к развитию нашего сотрудничества по линии ВОИС. Относительно недавно ВОИС открыла представительство в Российской Федерации, которое располагается в «Сколково».

Интеллектуальная собственность – это не обязательно то, что обычно подпадает под это определение в рамках таких явлений, как глобальный кризис. Это и экономические, и технологические аспекты. Всё это может рассматриваться как своего рода «мягкий кризис», который бросает нам целый рад вызовов, имеющих отношение к доверию к закону.

Что касается интеллектуальной собственности и подхода к ней, я не хотел бы, чтобы мы думали об этой сфере нашей деятельности как о высокотехнологичной, высокоспециализированной. Это вообще описывает то, каким образом в обществе создаются, распределяются и используются новые знания и, в частности, новые научные достижения, технологии, а также произведения искусства: музыка, фильмы и так далее.

Что касается технической стороны вопроса, за последние 20 лет мы совершили переход в этом плане от периферии к центру экономических систем. Это выводит нас на понятие так называемой экономики знаний, где интеллектуальный капитал, интеллектуальные услуги всё больше замещают физический капитал и физические товары в качестве центра генерации благосостояния. Как последствия этого процесса – получение интеллектуальной собственностью более центрального места в рамках общей системы. Мы видим, что интеллектуальная собственность и инновации лежат в основе конкуренции в современном экономическом контексте. В наши времена инновации являются важнейшей частью экономической стратегии во многих развитых странах, допустим, в Китае, где переходят от, так сказать, общеизвестного ярлыка «сделано в Китае» к ярлыку «изобретено в Китае». Это налагает очень высокие требования к соответствующему пласту законодательства, в том числе того, что регулирует так называемые неосязаемые активы.

Я хотел бы упомянуть лишь два момента, которые связаны с доверием к законодательству в этой сфере. На первый пункт уже намекнул премьер-министр, а именно на то, что технология создаёт рассогласование между стоимостью производства, с одной стороны, и стоимостью воспроизводства, с другой стороны. И это актуально для различного рода изобретательской деятельности, но также и для науки и технологии. Вот, допустим, возьмём художественный фильм либо какое-то другое произведение киноискусства. Там заняты сотни людей и зачастую сотни миллионов долларов финансовых инвестиций. А чтобы воспроизвести всё это – это секундное дело при отсутствии дополнительных затрат. То же самое можно сказать и по фармацевтике: изобретение нового лекарства или формулы предполагает много лет, НИОКР и миллиардные затраты, но как только лекарство произведено, оно может быть воспроизведено человеком с неоконченным специальным высшим образованием за какие-то недели или месяцы. Это и приводит к огромному несоответствию между стоимостью производства, то есть создания, и воспроизводства, а отсюда так называемый феномен распространения подделок в различных сферах по всему миру. Это проблема, я подчёркиваю, глобальная, она не связана с какой-то одной конкретной страной.

Давайте возьмём пример создания объектов искусства – музыкальных, кинопроизведений и других предметов культуры и искусства. За последние 20 лет мы, конечно же, видим огромный переход, который происходит. Этот вопрос чрезвычайно многогранен, а именно то, каким образом решать проблему, на которую уже сослался премьер-министр, с которой так или иначе мы сталкиваемся все, – это нелегальная загрузка контента.

Давайте я скажу, что есть три меры, которые помогут восстановить и обеспечить доверие к закону. Во-первых, это более совершенные бизнес-модели, которые уже вносят весомый вклад и далее будут вносить в соблюдение более высокого уровня соответствия законодательным требованиям. Допустим, музыка. 20 лет назад мы покупали музыкальные произведения, приобретая музыкальный диск примерно за 20 долларов. Теперешние бизнес-модели дают возможность потребителю получить доступ практически ко всему пласту мировой музыки за стоимость от 5 до 10 долларов в месяц. Это огромный прогресс, конечно же, в пользу потребителя. Можно сравнить это со стоимостью просмотра футбольного матча. 10–20 лет назад, для того чтобы сходить на матч «Арсенала», британского клуба, нужно было заплатить 12,5 фунта. Соответственно, потребитель выигрывает от развития технологий и более совершенных бизнес-моделей, и это приводит к более высокому уровню соответствия нормативным требованиям. И впервые практически за 20 лет в прошлом году музыкальная отрасль во всём мире начала расширяться, тогда как предыдущие 20 лет шло снижение.

Вторая сфера – это образование. Я думаю, мы должны подчеркнуть для всех ответственных членов нашего общества, что здесь на кону практически вопрос финансирования производства произведений культуры, обеспечивающих достойное экономическое существование тех, кто их генерирует, – композиторов и прочих деятелей искусства. Соответственно, нужны определённые законодательные требования и регулирование, для того чтобы это работало надлежащим образом.

Теперь вкратце о ещё одном вызове, который актуален для нас в современном контексте интеллектуальной собственности, опять-таки, премьер-министр об этом упомянул, – это скорость. Скорость изменений в технологической сфере и то, как реагирует на это бизнес-сообщество, таковы, что нашей отрасли права очень трудно за этим угнаться. Допустим, работа с геномом человека – это очень сложные вопросы и с этической, и с правовой точки зрения. Насколько это допустимо и позволительно – это очень многогранный и сложный вопрос. Но мне сдаётся, что там есть два элемента, два измерения с точки зрения права, которые чрезвычайно тревожны. В силу огромной скорости этих изменений, как правило, то, что происходит, это разработка политики на основе того, что хочет рынок. Этим не занимаются правовые учреждения, организации, юридические организации, хотя, конечно, они учреждаются именно для этих же целей – для выработки политики суверенных правительств. Ну и в основном, я думаю, здесь, конечно же, нужно будет упомянуть и законодательную власть, и судебную власть. Парламентарии не в состоянии оперативно отреагировать на текущие быстрые изменения, соответственно, реакция запоздалая и результат неудовлетворительный.

Я уже превысил свою квоту времени. Ещё раз подчеркну, насколько мне отрадно и приятно быть здесь, участвовать в работе форума. Благодарю Россию и Петербург за гостеприимство и огромную поддержку, которую вы оказываете по линии нашей организации. Благодарю.

М.Свейнстон (как переведено): Большое спасибо, господин Гарри. Мне очень понравилась концепция «мягкого кризиса». Надеюсь, что все кризисы, стоящие перед нами, будут мягкими.

Я думаю, что логично предположить, что механизм арбитража помог тихо разрешить много международных кризисов. Среди наших гостей сегодня – почётный гость пленарного заседания Тереза Ченг, председатель Международного арбитражного центра Гонконга. Этот центр был учреждён в 1985 году и за короткое время стал одним из самых авторитетных международных центров арбитража в мире. Пожалуйста, госпожа Ченг.

Т.Ченг (председатель Международного арбитражного центра Гонконга, как переведено): Большое спасибо, Майкл.

Премьер-министр, уважаемые гости, дамы и господа! Для меня большая честь быть приглашённой к участию в Международном юридическом форуме, и для меня очень большая честь присутствовать здесь и быть в этом прекрасном городе.

Различия, которые проявляются в разных видах бизнеса, в наших обменах, в нашей жизни, в наших различных ежедневных мероприятиях между людьми и различными организациями, могут, если не будут разрешены, приводить к определённым кризисам и таким образом создавать так называемый глобальный кризис, который может принимать разные формы. Это явление проявляется как в частном, так и в государственном секторах. Поэтому, когда мы говорим о глобальных кризисах, я бы хотела рассмотреть их с двух сторон: в первую очередь в частном секторе, а именно споры между частными организациями, частными компаниями, и, во-вторых, в государственном секторе – это споры между государствами. При этом сегодня возникает большое количество различных споров, которые имеют гибридный характер, то есть государство и частная компания, и это споры между инвесторами – частными компаниями, которые инвестируют в государства, и государствами, у них возникают различия в подходах.

Когда мы занимаемся вопросами частных споров, то, конечно, очень недостаточно использовать муниципальные суды. Недостаточно адекватно разрешаются споры, когда они имеют межтерриториальный характер, особенно когда речь идёт о международной торговле и инвестициях.

В последние несколько десятков лет международный арбитраж стал довольно приемлемой, хорошо известной формой разрешения такого рода споров. Здесь необходимо упомянуть два важных инструмента. Прежде всего это Нью-Йоркская конвенция, которая официально была объявлена, введена в действие недавно, и, соответственно, типовой закон ЮНСИТРАЛ, который впервые был введён в действие 1985 году. Это два основных краеугольных камня данной системы, и они приемлемы и для частного сектора. Насколько я понимаю, Российская Федерация приняла последний вариант типового закона ЮНСИТРАЛ, который предоставляет прекрасную платформу для обеспечения разрешения коммерческих споров.

Я бы хотела сейчас перейти к так называемым гибридным ситуациям, когда споры возникают между государством и частными компаниями, так называемые инвестиционные споры. Такого рода споры между иностранными гражданами, иностранными компаниями и государствами в прошлом в основном решались неудовлетворительным образом, то есть так называемой дипломатией пушек. В некоторых случаях от разрешения споров просто отказывались, поскольку компаниям очень сложно решать споры в свою пользу в национальных судах. Такая ситуация, неудовлетворительная ситуация, разрешалась обычно двусторонними соглашениями между государствами, и государства должны были поднимать из архивов такого рода двусторонние соглашения. Надо сказать, что многие государства забыли, что подобного рода двусторонние договоры вообще существовали, они обычно оставались в архивах. Часто подписание таких договоров рассматривалось исключительно как возможность сделать групповую фотографию, а не как форма защиты международной торговли.

Затем было обнаружено, что подобного рода международные договоры в принципе могут быть использованы для обеспечения механизма разрешения споров. Инвестиционный арбитраж, таким образом, даёт возможность разрешения таких споров, признавая суверенное право государства, например, на использование законным образом различных мер в кризисе. Таким образом, государства могут использовать средства защиты, с одной стороны, а с другой стороны, при этом предотвращаются нарушения законодательства иностранным государством. При этом инвесторы получают необходимую компенсацию в случае нарушения такого законодательства. Поэтому возникает необходимый баланс.

При этом существуют ещё две проблемы, которые мы ощущаем. Первая – это понимание того, что инвестиционный арбитраж и решения инвестиционного арбитража часто принимаются в пользу инвесторов. И данные, которые сегодня мы можем анализировать, показывают, что это на самом деле не так. Если мы посмотрим на общую тенденцию, то скорее споры разрешаются 50 на 50, то есть 50% в пользу инвесторов, 50% в пользу государства. Иногда не хватает необходимых функций, в некоторых случаях споры изымались из арбитража.

Премьер-министр ранее упоминал о том, что необходима система, которая уже была основана для международного арбитража, и она была основана с помощью введения так называемых региональных, или национальных, трибуналов с постоянно действующей коллегией арбитров. Инвесторы при этом обеспокоены, поскольку они в таких случаях не могут выбирать арбитров. Государства, конечно, смогут выбирать арбитров, поскольку это будет постоянно действующий арбитр. И возникают конфликты, как, например, между США и Европейским союзом, и мы знаем, что многие споры такого рода между Канадой и Европейским союзом уже были разрешены.

Но если мы зададимся вопросом, какое влияние это может оказать на коммерческий арбитраж в целом, например, когда стороны могут выбирать арбитров самостоятельно, то здесь возникает много споров. И мне кажется, что нужно задуматься о том, чтобы сохранить доверие к праву. И, может быть, нужно использовать трибуналы, но при этом сохранять все необходимые условия для того, чтобы сохранять доверие к праву.

Я бы также хотела сказать, что, как было правильно сказано премьер-министром, нужно обеспечивать транспарентность. Вопрос транспарентности в такого рода арбитражных делах очень часто поднимается как важный вопрос. И это упоминается в правилах о транспарентности, в договорах, в том числе в договоре о транспарентности, который был подписан в прошлом году, если я правильно помню.

Все эти вопросы обычно поднимаются из-за того, что транспарентность необходимо рассматривать с точки зрения арбитража инвестиционного характера. Тут возникает много разных вопросов. Как юрист, который участвует в судебных разбирательствах, я могу подумать: собственно, почему необходима транспарентность здесь? Может быть, можно провести разбирательство с помощью каких-то других средств?

Здесь возникает также вопрос о том, что, может быть, трибуналы излишне ревностно будут пытаться решать вопросы. Может быть, будут приняты решения против государства, и в таких случаях могут инвесторы и государства не договориться о том, каким образом такой трибунал должен работать, или не договориться по поводу разрешения их ситуации.

Именно поэтому важно поддерживать доверие к праву и доверие к системе. Если этого доверия нет, то будет подорвано доверие ко всей системе.

Возникает ещё один вопрос – вопрос, который касается системы, которая сегодня распространяется с помощью типа TPP. Это система, с которой многие знакомы, но возникает, как я сказала, вопрос: насколько релевантно изменение системы разрешения споров, если эта система уже использовалась в Азии и в России? Сегодня Россия и Азия инвестируют в США, в Европейский союз, в западный мир... Нужно ли эту систему менять или система должна быть сохранена? И это важный вопрос, который всех волнует.

И сейчас я бы подошла к последнему моменту, который хотела осветить, а именно: международный арбитраж для частного сектора.

Важность доверия к праву для разрешения конфликтов между государствами, конечно же, имеет большое значение, гораздо большее, чем те области, которые я упоминала. Доверие к праву может быть подорвано, если не соблюдаются определённые ограничения, и здесь возникает опять же международный арбитраж и вопрос юрисдикции. Независимость лежит в основе международного арбитража, и необходимо очень чётко применять законодательные нормы, правовые нормы, для того чтобы надлежащим образом разрешать споры.

Арбитражный трибунал должен никого не бояться, он должен быть независимым от государств или от любых других сторон, поскольку они могут следовать своим собственным, возможно, даже политическим интересам. Потому что в ином случае мы сталкивались бы со злоупотреблениями правом и законодательством. Такого рода попытки подрывают систему. Необходимо, чтобы при этом арбитраж защищал права инвесторов и покупателей, потому что возможные, или потенциальные, покупатели имеют права, которые нужно обязательно защищать, и эти права необходимо защищать очень надёжным образом.

Вопросы конфликтов, ассоциации с различными сторонами, конфликт интересов – это всегда тот вопрос, который возникает перед международным арбитражем, поскольку это является большой проблемой для арбитража. И назначающая инстанция, а также арбитры должны обязательно отслеживать возможные конфликты, возможные проблемы, потому что они не должны ни в коем случае подрывать доверие к трибуналу, доверие к арбитрам, потому что это приводит к неудовлетворительному разрешению споров.

И, наконец, последнее – вопрос юрисдикции. Поддерживать, сохранять доверие к праву можно, только если правосудие отправляется надёжным образом. Юрисдикция может применяться, только если есть конкретный спор, который в самом начале можно чётко определить, и все условия, которые имеют прецеденты, также должны быть удовлетворены. Таким образом, те государства, которые участвуют в споре, должны согласиться по поводу этих условий, и соответствующие согласованные механизмы, которые были упомянуты премьер-министром ранее, должны обязательно учитывать эти условия. Автономность государства, независимость и суверенность государства в данном случае должна уважаться и признаваться. Также должна обеспечиваться возможность использовать все необходимые механизмы.

Всё это необходимые условия, с которыми необходимо согласиться, неважно, будь то речь о праве или о международном праве. Трибуналы ни в коем случае не должны излишне ревностно расширять свою юрисдикцию, поскольку эти механизмы должны применяться равноценным образом. Ни в коем случае юрисдикция не должна расширяться для преследования нелегальных интересов, но если юрисдикция используется, то тогда нужно применять надлежащие механизмы для разрешения споров мирным путём.

Существует много подходов и возможных вариантов злоупотребления, но такие злоупотребления могли бы подорвать доверие. Доверие строится годами, но за ночь его можно разрушить. Таким образом, если доверия не будет, государства перестанут использовать международный арбитраж, таким образом, мы увидим разрушение мирового правового порядка.

Спасибо.

М.Свейнстон (как переведено): Большое спасибо, госпожа Ченг. Я думаю, все мы согласны с тем, что улучшение судебных решений способствует развитию дипломатии.

Госпожа Мирьям Наор является председателем Верховного суда Государства Израиль. Израиль – это государство с правовой системой, совмещающей элементы различных семей права – общего права, континентального права, – которые широко распространены в мире. Можно также сказать, что суды Израиля сталкиваются со сложными случаями гораздо чаще, чем суды в некоторых других странах. Поэтому госпожа Наор может нам рассказать, каким образом правовые механизмы могут использоваться для преодоления глобальных кризисов. Госпожа Наор, вам слово.

М.Наор (председатель Верховного Суда Израиля, как переведено): Уважаемый господин премьер-министр! Уважаемые гости!

Для меня огромная честь выступать здесь, в этой аудитории, и говорить о доверии к праву, о борьбе с терроризмом в демократическом государстве. В последние несколько десятилетий терроризм стал глобальной угрозой. Хотя террористические акты затрагивают многие государства уже десятки лет, только в последнее время терроризм заявил о себе как о всемирной угрозе, которая требует глобальных решений и глобального ответа. Международное право, и в первую очередь международное гуманитарное право, было создано, когда, так сказать, поле боя было совершенно иным, поэтому закон сейчас нужно адаптировать к новой реальности. Многое уже произошло на международной арене. Начиная со второй половины XX века заключались многосторонние конвенции, направленные на пресечение террористической деятельности, например на преодоление бомбового терроризма, пресечение финансирования терроризма. К сожалению, постоянно возникают новые формы терроризма. В результате международное сообщество постоянно находится в поиске новых методов борьбы с этими явлениями. В этом контексте органы ООН, такие как Генеральная Ассамблея, Совет Безопасности, приняли новые резолюции, касающиеся борьбы с терроризмом. Например, два года назад Совет Безопасности принял резолюцию, направленную на преодоление угрозы, которую представляют собой зарубежные террористы, то есть люди, приезжающие в другие государства с целью участвовать в террористических актах.

При этом необходимо бороться с терроризмом и на государственном уровне.

Всё это, конечно, приводит к возникновению сложных вопросов, особенно для демократических стран, в которых цель не всегда оправдывает средства. Борьба с терроризмом создаёт огромное напряжение в демократической стране, поскольку она естественным образом предполагает принятие мер, которые являются посягательством на права человека. Борьба с терроризмом предполагает ограничение свободы слова, имущественных прав, свободы перемещения, физической свободы и безопасности человека и даже посягательство на достоинство и саму жизнь человека. Такого рода нарушения являются неизбежными. Но это не значит, что они должны быть неограниченными и беспощадными. Они должны осуществляться в соответствии с законом и быть пропорциональными. Как я уже сказала, цель не всегда оправдывает средства. Борьба против терроризма ведётся не в нормативном, правовом вакууме, она ведётся не вне закона. И надо сказать, что во времена мира закон звучит столь же чётко и ясно, как и во времена войны. Необходимо постоянно достигать баланс между обеспечением национальной безопасности и личными свободами. Этот баланс может быть достигнут, когда имеется понимание того, что национальная безопасность не может оправдать тотальное и полное нарушение прав человека. Но, с другой стороны, Билль о правах не является пактом о коллективном самоубийстве. Этот баланс отражает ситуацию, в которой безопасность является необходимой для выживания общества, но и личные свободы являются абсолютно необходимыми для общества.

Я хотела до вас донести следующую мысль. Во всех демократических государствах должен происходить обмен опытом. Мы должны учиться друг у друга, мы должны обмениваться опытом, мы должны учиться на опыте правовых решений других государств. У меня, к сожалению, нет возможности привести конкретные примеры, однако эти примеры можно найти на интернет-сайте нашего Верховного суда. Пожалуйста, заходите на наш сайт. Спасибо.

М.Свейнстон (как переведено): Спасибо огромное, госпожа Наор.

Несомненно, что одной из величайших угроз для современного мира, для всех государств современного мира является преступность, организованная преступность, и наркотики.

Для меня честь дать слово для выступления Юрию Викторовичу Федотову, заместителю Генерального секретаря ООН, исполнительному директору управления ООН по наркотикам и преступности.

Ю.Федотов (заместитель Генерального секретаря Организации Объединённых Наций, Исполнительный директор Управления ООН по наркотикам и преступности): Уважаемые участники конференции, добрый день! Для меня чрезвычайно отрадно принимать участие в работе этого форума. Я благодарю вас за любезное приглашение выступить здесь и за то сотрудничество, которое развивается с Россией по этой тематике.

Провозглашённая тема нынешней сессии форума выводит нас на основополагающие принципы ООН, которые изложены в уставе (я цитирую): «Создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права».

Эта цель самоочевидна в повседневной работе нашего подразделения по противодействию распространению наркотиков и преступности. Соответственно, мы оказываем поддержку всем членам этого процесса по противодействию терроризму, экстремизму и так далее. Мы являемся хранителем международного правового инструментария, который представлен целым рядом специализированных конвенций против коррупции, против распространения наркотиков.

Я хотел бы ещё раз поблагодарить Министра юстиции господина Коновалова за эффективную работу в качестве председателя VI Сессии конференции стран – участниц Конвенции по противодействию коррупции. Сессия была проведена чрезвычайно успешно в прошлом году, и это значительно усиливает международное сотрудничество перед лицом международных вызовов, которые бросают нам коррупция и нелегальные потоки денежных средств. Конвенции против организованной преступности и против коррупции являются важнейшим инструментом в нашем арсенале. Эта международная правовая база обеспечивает эффективное сотрудничество между вовлечёнными странами, использование механизмов экстрадиции, взаимной юридической помощи, конфискацию незаконных источников доходов и самих доходов, обеспечивает интересы частного и государственного сектора.

Такие мероприятия, как Петербургский международный юридический форум, вносят неоценимый вклад в дело дальнейшего развития международных юридических стандартов на основе прозрачности и внедрения эффективных стандартов в этой сфере в национальном законодательстве. Мы постоянно подвергаемся испытаниям в связи с вызовами, грозящими нам со стороны терроризма, экстремизма и международной организованной преступности, в том числе и наркопреступности. С другой стороны, вызовы включают и киберпреступность, незаконную транспортировку людей и прочие проблемы.

Чрезвычайно очевидно, что сейчас как никогда раньше нам необходимо углублять дальнейшее сотрудничество в рамках международной правовой системы. Те конвенции и инструментарии, которые я перечислил, призваны усиливать наше сотрудничество перед лицом обозначенных вызовов, которые бросает нам современность, поэтому доверие к законодательству и главенство закона – это фундаментальные моменты, которые позволят нам достигать тех целей, которые ставят перед собой различные органы ООН.

Так как у меня ограничено время для выступления, в качестве иллюстрации того, чего мы можем достигнуть в плане ответа на эти международные вызовы с точки зрения международного законодательства, хочу поделиться с вами некоторыми замечаниями в связи с работой Международной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Это была третья сессия, которая посвящена противодействию распространению наркотиков, и среди делегатов были высокопоставленные члены правительства и главы соответствующих органов. Это делается на основе Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года, о психотропных веществах 1971 года и о противодействии незаконному обороту наркотических и психотропных веществ 1988 года. Все эти конвенции являются взаимодополняющими и предоставляют необходимый инструментарий для защиты жизни и здоровья человека. В 2009 году в ООН была принята очень амбициозная политическая декларация и план действий, который будет пересмотрен в 2019 году. Декларация говорит о том, что эти вопросы решаются путём многостороннего подхода. Те три конвенции, о которых я сказал, по-прежнему составляют костяк нормативно-правовой базы. Однако в последние годы этот консенсус ставится под сомнение, потому что некоторые заявляют о необходимости модификации существующей нормативно-правовой базы. В этой связи в критический для нас момент состоялась специальная сессия, о которой я уже сказал, для того чтобы определить наши дальнейшие шаги. Поясню. Для того чтобы успешно справляться с теми вызовами, которые встают с связи с незаконным оборотом наркотиков… Это и опиаты из Афганистана, и наркотики из Западной и Восточной Африки, из Центральной Америки. В общем и целом 27 млн по всему миру страдают от наркотической заразы.

Тот документ, который был недавно принят по итогам сессии в Нью-Йорке, даёт хорошую основу для дальнейшего развития международного сотрудничества по обозначенным выше вопросам и вызовам и утверждает всеобщий консенсус по сбалансированному и многогранному подходу к решению этих вопросов и решению проблем снятия угрозы для здоровья и деятельности населения планеты в целом. Нам необходимо и далее продолжать скоординированные усилия, в том числе по линии нашего офиса, для того чтобы эти обязательства и рекомендации претворялись в жизнь в виде конкретных шагов, чтобы мы могли жить в более здоровом и более защищённом с этой точки зрения обществе.

Спасибо.

М.Свейнстон (как переведено): Большое спасибо, господин Федотов. Очень приятно видеть, что ООН идёт на пике прогресса.

Далее я представляю вам Стивена Крауна, вице-президента корпорации Microsoft. У него в принципе идеальная роль для того, чтобы рассказать нам о том, каким образом сопрягаются воедино технология и закон.

С.Краун (вице-президент корпорации Microsoft, как переведено): Господин премьер-министр! Уважаемые коллеги! Тема данной конференции, по которой мы вызвались сделать сообщения, – доверие к праву. Я бы хотел рассказать вам о трёх концепциях. Надеюсь, что уложусь в 10 минут. Я уже начал корректировать своё выступление, пока слушал других выступавших.

Прежде всего я бы хотел рассказать о том, что такое облако, зачем оно нужно. Во-вторых, о доверии пользователей интернета, о том, что такое интернет-индустрия. В-третьих, о больших данных, или big data. И о том, как все эти три концепции взаимосвязаны.

Вы, наверное, не думаете об этом, но все мы находимся в самом начале трансформации наших цифровых жизней. У всех нас есть смартфоны, компьютеры. Я думаю, что все сидящие в зале умеют пользоваться e-mail, каждый, наверное, имеет в кармане смартфон. И наверное, все являются членами различных социальных сетей.

Всё это стало возможным благодаря сбору соответствующей информации, данных и наличию технологий, которые используются для сохранения и обработки данных. Всё это в общем мы называем облаком. И трансформация наших жизней происходит именно из-за того, что возможности облака возрастают экспоненциальным образом. Но будущее облака в наших руках, в руках юристов. Потому что облако – это инновационное развитие. И оно не ограничивается тем, что могут сделать инженеры или программисты. Оно ограничивается тем, насколько доверяют технологиям люди, которые используют эти технологии в своих компьютерах, на своих запястьях. Именно поэтому Microsoft сегодня пытается превратиться в компанию, которая занимается в первую очередь облаком и мобильностью.

Вы можете спросить, почему в первую очередь облако и мобильность. Что мы, не умеем считать, что ли? Но на самом деле мы сейчас говорим о двух разных трансформациях.

Я уже сказал, что такое облако. Об этом можно говорить также как об инфраструктуре.

Что же означает мобильность? В первую очередь это касается не устройств, не компьютеров, а человека. Подумайте об этом как о впечатлениях. Все мы мобильные создания. И мы хотим, чтобы наш опыт, наши впечатления были такими же мобильными, как мы, передвигались с нами. Для того чтобы это было возможным, нам как компаниям необходимо обеспечить синхронизацию данных, чтобы их можно было завести в облако и соответствующим образом забрать из облака, с тем чтобы люди могли воспользоваться различными услугами.

Мы понимаем, что такое облако. Теперь нам нужно перейти к тому, какое отношение право и решение конфликтов имеют к этому облаку.

Бизнесы могут предлагать различные технологии, но люди ими пользуются, и возникает вопрос, насколько здесь возможно доверие. Доверие должно быть во всём и у всех. И это должно быть мерилом, когда мы говорим о регулировании облака. Вы должны понимать, что регулирование в данной области неизбежно. Регулирование глобального интернета, более того, необходимо. Но нам необходимо надлежащее регулирование, которое было бы спроектировано таким образом, чтобы оно обеспечивало достаточный обмен данными и использование облачных сервисов по всей планете. Мы ни в коем случае не можем игнорировать границы, но они не должны нас определять.

Премьер-министр говорил о правах человека. Конфиденциальность информации важна для людей. Возможность высказать свои мысли также имеет значение. Мы должны защищать наши ценности. Но при этом люди также ценят национальную безопасность, личную безопасность. У них могут быть разные общественные и культурные ценности. Таким образом, создаётся некая, очень сложная матрица различных вопросов, которые требуют разрешения.

Если бы речь шла только о политиках, о тех, кого мы избрали, чтобы они нашли нужный баланс между всеми этими возникающими проблемами… Но сейчас именно юристы, мы, должны обеспечить эффективные и транспарентные решения, которые создали бы эффективное регулирование.

Когда мы говорим о регулировании глобального интернета, нам нужно задать себе вопрос, насколько регулирование будет фундаментально соответствовать конкретным правилам государств или наций. Или же мы должны стараться работать все вместе, стараясь выполнять все правила, которые нам даются?

В конечном итоге мы в Microsoft поняли, что, когда мы разговариваем с нашими клиентами о доверии, нам приходится говорить о верховенстве права. Верховенство права – в том смысле, что нужно выполнять законодательство, – это понятная концепция, которая легко объясняется юристами. Мы должны говорить о транспарентности права, о том, какие законы могут использоваться для разрешения конфликтов и различных споров.

Нам нужно обеспечить обмен данными таким образом, чтобы люди, с одной стороны, доверяли нам, с другой стороны – уважали соответствующие законы.

Я хочу привести вам конкретный пример того, почему так важно, чтобы интернет мог развиваться соответствующим образом. Это касается вопроса, связанного с big data – большими данными. Если посмотреть на большие проблемы, которые сегодня стоят перед человеческой расой, то они будут как раз связаны с большими данными.

Более половины населения живёт в городах. К 2050 году ожидается – а это буквально через несколько лет наступит, – что количество жителей городов увеличится до 9,6 млрд человек. Более 2 млрд людей дополнительно будет проживать в городах. Это статистика ООН. Если такая тенденция сохранится, то нам необходимо задуматься уже сейчас о проблемах, которые встанут перед нами: каким образом будет использоваться электроэнергия, каким образом будут использоваться различные сервисы и так далее.

И пожалуй, перейду к заключению.

В заключение хочу сказать, что наша профессия показывает нам, что право должно использоваться для того, чтобы сокращать конфликты, для того, чтобы уничтожать барьеры. Каждый день мы работаем с нашими клиентами как из государственного, так и из частного сектора, и мы должны сделать всё для того, чтобы облачные технологии использовались на благо нашей планеты, чтобы эти технологии улучшали жизни, увеличивали человеческий потенциал, расширяли экономики, улучшали мир. Но для того, чтобы эти преимущества были доступны всем на земле, нам нужно, чтобы глобальный интернет стал областью сотрудничества, а не конфликта.

Я бы хотел призвать вас всех работать совместно на достижение этой цели. Спасибо!

С.Краун (вице-президент корпорации «Microsoft», говорит по-русски): Спасибо!

М.Свейнстон (как переведено): Спасибо большое, господин Краун. Я хочу сказать всем выступающим: безусловно, с помощью технологий мы сможем прочитать полные тексты ваших выступлений через интернет. Надо сказать, что один из главных результатов этого форума заключается в том, что он создаёт возможность обмена мнениями между ведущими правоведами-теоретиками. И сейчас мне хотелось бы предоставить слово декану юридического факультета одного из старейших университетов мира – римского университета La Sapienza. Он был основан в 14-м столетии, спустя буквально 54 года после основания Оксфордского университета. Профессор, пожалуйста, вам слово.

Энрико Дель Прато (декан юридического факультета Римского университета La Sapienza, как переведено): Несколько лет назад я подписал договор с Оксфордским университетом об обмене докторантами, так что мы друзья на самом деле, конечно, мы друзья.

Спасибо большое за приглашение выступить на этом очень важном форуме. Для меня огромная честь выступать здесь. Господин премьер-министр, господин министр юстиции, российский народ внёс огромный вклад в развитие мировой литературы, культуры. Auctor juris homor justitia Deus –виновного судит человек, а правосудие вершит Господь – эти слова стали объектом многих размышлений, они приписываются юристу Плацентию. Эти слова являются широким обобщением и, конечно, в современном мире могут иметь два значения. Первое значение привносит прецедентное правосудие в правовое измерение. Второе значение разделяет закон как дело совершенно человеческое и правосудие как дело божественное. Безусловно, средневековый юрист имел в виду первое значение, а именно, что уважение к праву возникает, когда оно является тождественным правосудию. Естественное право основывается на антропологических ценностях и является отражением права. Но оба этих значения были возможны тогда, возможны ли они сегодня? Второе значение, как я сказал, отделяет закон от правосудия, право от правосудия, однако оно разделяет их только с точки зрения веры. Если мы отойдём от этой точки зрения, а это совершено необходимо сделать, в современном контексте правовой системы закон становится выражением правосудия. И в этом отношении правосудие прежде всего становится правоприменением. Надо сказать, что мы, наверное, все согласны с одним тезисом, в котором нет сомнения: закон является чем-то, что создано для человека. Право должно служить человеку, а не подавлять его. Но надо сказать, что это право является всеобъемлющим и охватывает самые разные ситуации, в том числе центральные ситуации человеческой жизни. Существо права основывается на ценностях и ориентированных на ценности решениях. Было бы излишним перечислять различные социальные инновации современной эпохи. В целом можно сказать, что общество стало текучим благодаря своему динамизму, сокращающему расстояния. Возникла мягкая власть, или мягкая сила, основанная на убеждении.

В настоящее время надо сказать, что различные гендерные теории приводят к тому, что люди теряют свою сексуальную идентичность или как-то её оставляют в стороне. Научные знания делают человека своего рода господом. Он может быть властелином продолжения рода, он может вырабатывать инструменты, которые позволяют продлевать жизнь, побеждать болезнь и поддерживать жизнь хотя бы и в вегетативном состоянии. В то же самое время речь идёт о том, чтобы подчеркнуть необходимость задать минимальные стандарты человеческого достоинства и придать какой-то вектор движения к единому пониманию смысла жизни. Надо сказать, что понимание относительности знаний является путём к постмодерну. Однако такое восприятие реалий не отменяет примата эпистемологии как основы для поиска новых знаний. Фрагментация знаний ставит вопрос о том, каким образом необходимо обучать специалистов. Речь идёт не только об обучении их каким-то базовым сведениям, речь идёт о том, чтобы привнести что-то новое в дидактические методы.

Надо сказать, что правовое знание сейчас пересекается с различными отраслями знания, будь то правосудие, будь то эпистемология, антропология, культурология и так далее. Однако всё это происходит в рамках единой реакции, всё это сказывается и на отправлении правосудия. Надо сказать, что функция судов является глобальной, однако существует тенденция к фрагментации. Специализация определённых объектов права отражается в создании специализированных судебных органов, однако специализация суда и судьи не должна влиять на его общую компетенцию. Специализация судьи является фактом, но не отличительной чертой, не основным признаком судьи. Необходимо сделать так, чтобы каждый судья вне зависимости от своей специализации, от применяемых методов оставался хранителем правосудия.

Давайте теперь вернёмся к тому, с чего мы начали. Вне зависимости от какой-либо идеологии человек является главной ценностью правовой культуры и сознания. Это главный кирпич, структурный элемент права. Эффективное право – это не боевое средство, оно создаёт новые возможности. Глобальное благополучие реализуется не только через экономические отношения, но и путём уважения, разнообразия культур и уважения человеческого достоинства. Закон, право являются путём к умножению человеческого знания и являются скромным проявлением правосудия. Спасибо за внимание.

М.Свейнстон (как переведено): Большое спасибо, господин профессор.

Д.Медведев: Я с удовольствием прослушал выступления своих коллег на пленарной сессии – и по вопросам, посвящённым интеллектуальной собственности, и по вопросам третейского разбирательства, вопросам международно-правовых аспектов борьбы с трансграничной преступностью, по вопросам борьбы с наркотиками, терроризмом и, конечно, по новым технологиям, правовому регулированию в среде интернет, вопросам big data – в общем, по тому, что сейчас является эпицентром внимания не только юристов, но и огромного количества других специалистов. Конечно, и по научным подходам к тому, как мы оцениваем будущее права, модели справедливости и доверия в праве.

Кстати, по поводу доверия. Пока шла дискуссия, я залез в интернет, посмотрел, как доверие определяется людьми, которые специально этим занимаются, у нас во всяком случае. Доверие – это психическое состояние, в силу которого мы полагаемся на какое-либо мнение и поэтому отказываемся от самостоятельного исследования вопроса. Для человеческих отношений это абсолютно неплохо, особенно когда речь идёт о личных отношениях. Для науки это, наверное, дело совсем неочевидное и неправильное, потому что иначе жизнь остановилась бы и никакого прогресса в истории человечества не было бы. Поэтому мы, юристы, должны соединять оба подхода: мы должны и доверять, и исследовать, в этом нет никаких сомнений.

Чтобы всем настроение поднять в конце пленарной сессии, хочу сказать, что помимо доверия, исследований нужно ещё стимулировать научный поиск, стимулировать учёных, вручать им призы, подарки, премии. Мы ещё одну премию придумали – за лучшую работу в сфере частного права. Начнём вручать эту премию со следующего года: за блестящие достижения в области частного права, как фундаментального порядка, так и прикладного порядка. Не знаю, будет ли она соответствовать по размеру Нобелевской, но как минимум эквиваленту 100 тыс. долларов она соответствовать должна.

Спасибо.

Экспорт канадской мягкой пшеницы на Ближний Восток сократился почти вполовину

За восемь месяцев текущего сезона Канада поставила на внешние рынки 11,1 млн. т мягкой пшеницы и 3,3 млн. т дурума. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на Канадский статистический офис (Statistics Canada).

По сравнению с аналогичным периодом в прошлом сезоне экспорт мягкой пшеницы уменьшился на 1,4%, твердой – на 16,4%.

Как и в прошлом сезоне, который завершился 30 июня 2015г., крупнейшими покупателями канадской мягкой пшеницы являются США (1,2 млн. т), Япония (1,1 млн. т) и Индонезия (1,0 млн. т).

По сравнению с прошлым сезоном резко сократилась торговля мягкой пшеницей со странами Ближнего Востока (-45%), в т.ч. с Ираком, а также с некоторыми другими странами: Суданом, Филиппинами, Нигерией и Чили. В Саудовскую Аравию, Бразилию и Западную Африку, которые в прошлом сезоне импортировали крупные партии канадской пшеницы, в текущем сезоне не было поставлено ни тонны. Экспорт мягкой пшеницы в страны Азии, в т.ч. Китай, Японию и Бангладеш, напротив, вырос на 21,4%.

Первое место по импорту твердой пшеницы по-прежнему занимает Италия, несмотря на то, что объем поставок упал на 23,6% до 836,2 тыс. т. Резко сократили импорт также США и Бельгия. Одновременно импорт канадского дурума существенно увеличили страны Северной Африки: Алжир (до 769 тыс. т), Марокко (до 458 тыс. т) и Тунис (до 238,1 тыс. т).

По прогнозам МСХ США, за весь текущей сезон Канада экспортирует 22,5 млн. т мягкой и твердой пшеницы, что на 7% меньше, чем в прошлом сезоне. Снижение экспорта вызвано уменьшением валового сбора пшеницы.

Впервые за много лет Франция отправляет судовую партию кукурузы в Египет

В ближайшие несколько дней из Франции в Египет отправится судно с 40 тыс. кукурузы на борту. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на агн. Reuters.

Низкое предложение кукурузы со стороны других стран-экспортеров позволили Франции осуществить продажу крупной партии кукурузы в Египет впервые, как минимум, за 16 лет.

Франция является крупнейшим производителем кукурузы в ЕС. Поставки французской кукурузы идут, главным образом, в другие страны Евросоюза. На рынках третьих стран французская кукуруза не способна конкурировать с другими странами-экспортерами, такими как Украина, Бразилия и США. За последние 16 лет Франция поставляла в Египет не более 100 т кукурузы ежегодно.

Данная поставка необычно также тем, что благодаря ей будет установлен новый рекорд погрузки зерна на судно в порту Бордо. Предыдущий рекорд составляет 28 тыс. т.

По словам трейдеров, конкурентоспособные цены на кукурузу во Франции и текущее ограниченное предложение кукурузы в странах Причерноморья и Южной Америки создали экспортное окно для французской кукурузы. Ранее в текущем месяце Франция экспортировала около 50 тыс. т кукурузы в Южную Корею.

Михаил Иванов возглавил российскую делегацию на заседании экспертной группы при G20 по инновациям и новой индустриальной революции.

В период с 16 по 18 мая 2016 года в Пекине прошло заседание экспертной группы при G20 по инновациям, цифровой экономике и новой индустриальной революции. Российскую делегацию возглавил директор департамента станкостроения и инвестиционного машиностроения Михаил Иванов. Наряду с постоянными членами в заседании приняли участие приглашенные страны, а также международные организации, включая ОЭСР, МВФ, ЮНИДО и другие.

Ключевой темой нескольких сессий заседания стало обсуждение дорожной карты G20, посвященной новой индустриальной революции.

Следует отметить, что одним из направлений реализации российской Национальной технологической инициативы является план мероприятий по развитию новых производственных технологий («ТехНет»), который в настоящее время проходит финальные согласования с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти, а также участвующими в данном процессе организациями.

По итогам заседания был подготовлен проект дорожной карты G20 по направлению новой индустриальной революции, который включает комплекс общих принципов и направлений работы членов G20 по совместным исследованиям и адаптации национальных систем стандартизации, защите интеллектуальной собственности, подготовке профессиональных кадров к тем глобальным вызовам, которые возникают при переходе на новые производственные технологии.

После прохождения необходимых согласительных процедур указанная дорожная карта войдет в состав пакета документов для подписания лидерами G20 на саммите, который пройдет под председательством Китая в начале сентября 2016 года в Ханчжоу.

Справочно

G20 – ведущий форум для обсуждения вопросов глобального экономического и финансового сотрудничества. G20 объединяет крупнейшие развитые и развивающиеся экономики мира, на долю которых приходится около 85% мирового ВВП. В 2013 году в G20 председательствовала Россия, в 2014 году ее сменила Австралия, в 2015 году – Турция, в 2016 году это право перешло к Китаю.

«ТехНет» – будущий рынок передовых производственных технологий, необходимых для реализации НТИ, включая цифровое проектирование, моделирование, новые материалы, аддитивные технологии и робототехнику.

На саммит Культурного форума в Москву приедут представители 35 мегаполисов мира

Главной темой встречи станет ключевая роль культуры в успехе современных городов.

Соглашение о проведении в Москве саммита Культурного форума мировых городов заключили сегодня в Лондоне. Свои подписи под документом поставили Министр Правительства Москвы, руководитель Департамента культуры Александр Кибовский и председатель Культурного форума мировых городов Жюстин Саймонс.

Саммит пройдёт в российской столице с 5 по 7 октября. На него съедутся официальные представители более чем 35 крупнейших городов мира, включая руководителей департаментов и ведомств по культуре. Главной темой саммита станет ключевая роль культуры в успехе современных городов.

По словам Александра Кибовского, культурный форум, который в этом году примет российская столица, — это своеобразный аналог Q20, только в области культуры. Принимать такое представительное собрание, уверен он, — это прекрасная возможность показать то, что делается в Москве.

«Мы сегодня являемся полноценным, очень разносторонним, интересным, богатым по культурной повестке и по её насыщенности мегаполисом — это очень важно показать коллегам. Нам приятно, что наша заявку, которая была не единственной, поддержали, и мы сможем принять форум несмотря ни на какие обстоятельства, выходящие за рамки культурного диалога», — сказал Министр.

Саммит Культурного форума мировых городов, который пройдёт в Москве, станет пятым по счёту. Предыдущие встречи проходили в Стамбуле, Амстердаме и Лондоне, дважды становившемся принимающим городом.

Культурный форум мировых городов (World Culture Cities Forum) создан по инициативе Мэра Лондона. Это сеть мировых городов, убеждённых в значимости культуры для достижения процветания. Её участниками являются 33 города. Среди них Амстердам, Остин, Богота, Брюссель, Буэнос-Айрес, Дубай, Эдинбург, Гамбург, Гонконг, Стамбул, Лагос, Лондон, Лос-Анджелес, Мадрид, Мельбурн, Монреаль, Москва, Нью-Йорк, Париж, Рим, Рио-де-Жанейро, Сан-Франциско, Сеул, Шанхай, Шэньчжэнь, Сингапур, Стокгольм, Сидней, Тайбэй, Токио, Торонто, Вена и Варшава.

13 мая в ФМБА России состоялось очередное заседание Рабочей группы по развитию спортивной медицины Совета при Президенте Российской Федерации по развитию физической культуры и спорта

На заседании Рабочей группы, которую возглавляет руководитель ФМБА России В.В. Уйба, присутствовали: заместитель начальника Управления Президента Российской Федерации по обеспечению деятельности Государственного совета Российской Федерации А.В. Кулаковский; начальник Управления организации спортивной медицины ФМБА России, секретарь Рабочей группы Ю.В. Мирошникова; начальник отдела образовательных программ РУСАДА В.В. Логинова; главный внештатный специалист по спортивной медицине Минздрава России, заведующий кафедрой ГБОУ ВПО «Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И.Пирогова» Минздрава России Б.А. Поляев; директор Департамента медицинского обслуживания и допинг-контроля АНО «Организационный комитет «Россия-2018» по подготовке и проведению Чемпионата мира по футболу FIFA 2018 А.П. Плесков.

Заседание группы началось с награждения ведомственными наградами за большой личный вклад в развитие здравоохранения в части организации подготовки медицинского и медико-биологического обеспечения спортсменов сборных команд Российской Федерации:

- нагрудным знаком «Золотой крест ФМБА России» - Игоря Борисовича Казикова, директора-руководителя Главного управления по обеспечению участия в Олимпийских спортивных мероприятиях Олимпийского комитета России;

- нагрудным знаком «Бронзовый крест ФМБА России» - Римму Саиповну Садыкову, главного врача ГМУ «Республиканский центр медицинской профилактики» Министерства здравоохранения Республики Татарстан.

Далее руководитель ФМБА России выступил с докладом «О внесении изменений в нормативные правовые акты по спортивной медицине, медико-биологическому и медицинскому обеспечению спортсменов».

«В последнее время в нашей стране активно развивается законодательство в отрасли физической культуры и спорта, а также в области медицинского обеспечения лиц, занимающихся физкультурой и спортом в Российской Федерации. Считаю, что это очень важная тема и хочу вместе с вами ее обсудить», - подчеркнул В.В. Уйба.

В своём докладе руководитель Агентства поднял вопрос допинга в спорте. Он подчеркнул, что на сегодняшний день в целях научного подтверждения фактов длительного нелинейного выведения мельдония из организма спортсменов ФМБА России инициировано проведение клинического исследования фармакокинетики мельдония при многократном применении у здоровых добровольцев. Исследование проводится на базе ФГБУ ГНЦ «Федеральный медицинский биофизический центр им. А.И.Бурназяна» ФМБА России. Руководитель Агентства также отметил, что проведение этого исследование согласовано с Минспортом России и информация о нем доведена до директора по науке ВАДА Оливера Равина.

Он также добавил, что по поручению Правительства Российской Федерации Минздравом России совместно с ФМБА России подготовлены предложения в единый Комплекс мер по антидопинговому обеспечению спорта, включающий в себя различные мероприятия, в том числе в части нормативного правового регулирования. «Необходимо завершить утверждение доработанного профессионального стандарта «Врач по спортивной медицине», включающего трудовые функции, необходимые умения и знания врача по спортивной медицине в сфере противодействия применения допинга в спорте и борьбы с ним», - отметил Владимир Викторович.

В рамках заседании Рабочей группы также прозвучали доклады по темам: «О вопросах оказания первой помощи лицам, занимающимся физической культурой и спортом в Российской Федерации» (И.Т. Выходец, член Комиссии по спортивному праву Ассоциации юристов России, главный внештатный специалист по спортивной медицине Минздрава России в Центральном федеральном округе), «О Концепции развития службы спортивной медицины в Российской Федерации» (Б.А. Поляев), «О противодействии применения допинга в спорте» (В.В. Логинова), «О работе в 2016 году Рабочей группы по развитию спортивной медицины Совета при Президенте Российской Федерации по развитию физической культуры и спорта» (Ю.В. Мирошникова).

С предложениями по усовершенствованию медико-биологического сопровождения спортсменов и сборных команд Российской Федерации выступил заместитель начальника Управления Президента Российской Федерации по обеспечению деятельности Государственного совета Российской Федерации А.В. Кулаковский. «Представляя Администрацию Президента Российской Федерации, предлагаю, чтобы Федеральный орган исполнительной власти в области охраны и здоровья Российской Федерации стал одним из учредителей РУСАДА. И если в составе учредителей будет не один орган Федеральной власти, а несколько, в частности ФМБА России, работа будет вестись намного эффективнее. Я считаю, это будет движением в правильном направлении», - отметил он.

«Предлагаем законодательно закрепить, что Федеральный орган исполнительной власти в области физической культуры и спорта должен утверждать перечень запрещённых субстанций не позднее, чем за 10 дней с момента появления информации о них на официальном интернет-портале ВАДА (WADA). Вместе с тем, информирование Федерального органа исполнительной власти в области физической культуры и спорта членов сборных команд Российской Федерации должно также проходить не позднее, чем за 10 дней с момента появления информации о них на официальном интернет-портале ВАДА, - внёс свои предложения Алексей Викторович.

Ещё одним важным пунктом, по мнению А.В. Кулаковского, является проведение Федеральным органом исполнительной власти в области охраны здоровья – исследований субстанций, внесённых в список мониторинга ВАДА и вовремя сформулированные по ним заключения.

Руководитель ФМБА России В.В. Уйба отметил важность внесённого предложения и добавил: «Без совместных протоколов с ВАДА действия, направленные на исследования субстанций, внесённых в список мониторинга Запрещённого списка ВАДА, будут носить только «семейный» характер. Проведя исследования, мы действительно сможем заключить, в какие сроки препарат выводится из организма. Вместе с тем, такие исследования должны быть заранее внесены в бюджет».

В 2016 году намечено ещё три заседания Рабочей группы (в июне, сентябре и декабре). В июньской теме заседания ФМБА России доложит о финальной подготовке спортсменов для участия в соревнованиях в Рио-де-Жанейро. В осеннюю сессию планируется обсудить антидопинговую политику в части взаимодействия персонала Агентства со сборными командами, обсудить вопросы обеспечения всероссийского структурного комплекса ГТО.

Завершающее, традиционно расширенное заседание рабочей группы планируется провести в декабре в рамках Международной научной конференции «СпортМед-2016» в Экспоцентре на Красной Пресне.

В январе-марте экспорт пшеницы из Аргентины вырос более чем в два раза

За первые три месяца текущего года Аргентина экспортировала 3,133 млн. т пшеницы, что более чем в два раза превышает показатель за аналогичный период в прошлом году. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на Национальную службу продовольственной безопасности и контроля качества (Senasa).

Резкий рост объемов вывоза связан с отменой пошлин и квот на экспорт пшеницы, которая произошла в декабре 2015г.

По сравнению с прошлым годом список покупателей аргентинской пшеницы расширился. В него вошли Индонезия (542,9 тыс. т), Марокко (144,1 тыс. т), Египет (126 тыс. т), Вьетнам (77 тыс. т). В январе-марте прошлого года в эти страны не было отправлено ни тонны.

В разы увеличились поставки пшеницы в страны Азии, в т.ч. в Таиланд – с 0,1 тыс. т в январе-марте 2015г. до 415,5 тыс. т в январе-марте 2016г., в Южную Корею – с 0,4 тыс. т до 202,8 тыс. т.

Основным покупателем аргентинской пшеницы остается Бразилия, которая импортировала 1 123,4 тыс. т (1153,7 тыс. т в прошлом году).

"Роснефть" в 2016-2017 гг. планирует пробурить две скважины в Бразилии.

 "Роснефть" планирует в 2016-2017 годах пробурить две поисково-разведочные скважины в рамках проекта Солимойнс в Бразилии, говорится в годовом отчете компании.

"В перспективе компания планирует проведение сейсморазведочных работ и бурение двух поисково-разведочных скважин в 2016-2017 годах", - говорится в документе.

В октябре 2015 года Rosneft Brasil (100-процентное дочернее предприятие "Роснефти") закрыла сделку по приобретению у PetroRio S.A 55% акционерного капитала в проекте Солимойнс. В результате Rosneft Brasil получила контроль над 100% акций и статус оператора проекта по разработке углеводородов в бассейне Солимойнс, в районе реки Амазонки (Бразилия). Цена сделки составила 55 млн долларов. Эта покупка позволит Rosneft Brasil продолжить проведение геологоразведочных работ с целью обнаружения перспективных залежей нефти и продвинуться в реализации совместного проекта с Petrobras, направленного на изучение возможностей монетизации доказанных запасов газа.

Проект Солимойнс включает 16 лицензионных участков на общей площади около 41,5 тыс. кв км. Участки содержат 11 открытых залежей углеводородов, ресурсы которых были оценены D&M и составляют 717 млн баррелей нефтяного эквивалента по категории С3 (95% ресурсов составляет природный газ). Перспективные ресурсы нефти составляют 1005 млн баррелей, перспективные ресурсы газа - 800 млн баррелей нефтяного эквивалента.

"Роснефть" и Petrobras подписали в июле 2014 г. меморандум о намерениях, который предусматривает детальную проработку опций монетизации газа в бассейне Солимойнс, создание рабочей группы и подготовку дорожной карты для проведения исследований.

Проспект Бразилии

Петр АКОПОВ

Отстранение от власти президента Бразилии Дилмы Роуссефф — событие не только внутриполитического, но и международного значения. Самая влиятельная страна Латинской Америки в XXI веке претендует на то, чтобы стать глобальным игроком, однако внутренние противоречия могут помешать гиганту войти в клуб великих держав.

Бразильский сенат начал процедуру импичмента в отношении главы государства и отстранил от должности Дилму Роуссефф — пока временно. Ее обвиняют в нарушении бюджетного законодательства: правительство перебрасывало средства из одних статей расхода на другие. Не самое тяжкое, скажем так, прегрешение. Понятно, что это лишь повод для того, чтобы отодвинуть от власти Партию трудящихся: удар направлен как на Роуссефф, так и на ее предшественника, лидера партии Лулу да Силва. В 2003-м харизматичный марксист Лула стал президентом крупнейшей латиноамериканской страны, а спустя два срока высший пост «унаследовала» его соратница Роуссефф, дочь болгарского эмигранта-коммуниста. Партия трудящихся не построила в Бразилии социализм — и даже не конфликтовала с транснациональным капиталом, — но сумела добиться заметного прогресса. Вырос уровень жизни бедных слоев и среднего класса, позиции в мире существенно укрепились. Развивалась промышленность, особенно авиационная отрасль и строительство, ширилось экономическое сотрудничество с Китаем, страна активно участвовала в формате БРИКС. Провела чемпионат мира по футболу, а в этом августе примет Олимпиаду. Большую роль играет Бразилия и в интеграционных процессах в Южной Америке — без нее просто невозможно добиться того, чтобы континент превратился в один из ключевых центров силы XXI столетия.

Но экономический кризис последних лет, пришедший на смену многолетнему росту ВВП, подорвал доверие к Роуссефф и Луле, тем более что сложностями активно пользовались их противники, среди которых большая часть местной элиты: с помощью подконтрольной прессы они развернули настоящую кампанию диффамации двух президентов. Вообще ахиллесова пята Бразилии — это ее истеблишмент; федеративная по своему устройству страна так и не смогла за два века независимости сформировать собственный высший класс. Огромное значение играют штаты, в первую очередь самые крупные, бизнес в основном завязан на транснациональные корпорации или представляет собой наследственные олигархические кланы, политические партии управляемы и коррумпированы. Главной общенациональной структурой является армия — но и она долгие годы находилась под американским влиянием. Это сильное внешнее давление не могло не сказаться на мировоззрении правящих верхов, оно породило своеобразный «комплекс провинциала», что никак не позволяет Бразилии занять подобающее ей место в мире. Да что там в мире! Даже навести порядок у себя дома не получается.

В прошлом веке в стране было два сильных президента — Варгас и Гуларт. Они пытались провести серьезные реформы, направленные на укрепление самостоятельности, однако были отстранены от власти военными. Варгас покончил жизнь самоубийством в 1954-м, а Гуларта спустя десять лет свергла хунта. Установившаяся тогда двадцатилетняя военная диктатура и «воспитала» Лулу и Роуссефф, последняя даже успела посидеть в тюрьме. Оба вышли на политическую арену после того, как закончилось время полковников. Но созданная левыми интеллектуалами Партия трудящихся, победив в 2003 году, так и не смогла вырастить полноценный кадровый резерв — работала с теми, кто был. И теперь ее обвиняют в коррумпированности, причем выставляя правительства Лулы и Роуссефф как чуть ли не самые грязные в истории…

Это, конечно же, ложь — например, в отношении Роуссефф нет вообще никаких подозрений и уж тем паче обвинений. Расследование коррупции в государственной нефтяной компании «Петробраз» длится несколько лет и, кстати говоря, было начато именно при Роуссефф. «Под колпаком» находится большая группа депутатов нижней палаты парламента — от всех политических объединений. Все они лоббировали заключение контрактов нефтяниками с теми или иными строительными компаниями в своих штатах, за что получали «откаты». Это врожденный порок бразильской системы, и началась коррупция, естественно, задолго до рождения Партии трудящихся. Зато ныне с помощью горячей темы традиционные продажные элиты пытаются отстранить социалистов от власти.

Импичмент Роуссефф, повторюсь, инициируют совсем по другому поводу — из-за нарушений в бюджетном законодательстве. Однако именно коррупционный скандал создает атмосферу недоверия, необходимую для проведения процедуры отречения. Президент уже назвала решение сената переворотом, но подчинилась ему, понимая, что общество расколото. При этом в сценарии устранения Роуссефф все очень непросто, в том числе и потому, что у противников ее нет единого лидера, а коррупционный скандал бьет по всей политической элите, независимо от партийной принадлежности. Дальнейшее раскручивание истории «Петробраз» может привести к полной перезагрузке первых рядов бразильской верхушки — как федерального, так и регионального уровней (поэтому, кстати, нереально предсказать, когда и чем закончится нынешний кризис).

Инициировавший импичмент спикер нижней палаты Эдуардо Кунья фигурирует в деле о коррупции — обнаружены его счета в Швейцарии. Неделю назад он был отстранен от руководства палатой. Имя «исполняющего обязанности президента» вице-президента Мишеля Темера также упоминается в связи со скандалом, да и без того он не пользуется популярностью. Если в ноябре Роуссефф лишится должности, то Темеру будет сложно удержаться в кресле до 2018 года — скорее всего, придется проводить досрочные выборы. Только совершенно непонятно, кто в них станет участвовать. Самыми популярными политиками страны еще недавно были главный соперник Роуссефф на предыдущих выборах социал-демократ Аэсио Невес (сын бывшего президента) и Лула. Однако последнего сейчас всячески пытаются замазать в коррупционных схемах, чтобы лишить возможности выдвигаться, а Невес, экс-губернатор штата Минас-Жерайс, причастен к делу «Петробраз» — так что никого даже условно чистого на бразильском олимпе не наблюдается. В любом случае понятно, что страна вошла в период политического шторма и как минимум ближайшие пару лет ее будет сильно трепать.

Как такая ситуация отразится на международных позициях? Даже при окончательном уходе из власти Партии трудящихся Бразилия не откажется от самостоятельной внешней политики — времена, когда Штаты правили Южной Америкой, прошли. Комсостав бразильской армии представляет собой национально-ориентированные силы, такие факторы, как экономические связи с Китаем и активное участие в работе БРИКС, уже невозможно отменить. Понятно, что в отличие от Роуссефф, которой хватило решимости на два года отложить поездку в США (это произошло после того, как выяснилось, что она подвергалась слежке со стороны американских спецслужб), и.?о. президента Темер или новый гипотетический глава государства Невес не готовы делать столь резких движений. Более того, они бы, может, и хотели вернуться в проамериканский фарватер — да Бразилия за время правления Партии трудящихся стала другой. Полноценный реванш транснационального капитала теперь не пройдет — и местный бизнес не удовлетворится крошками, и у части элиты появился вкус к собственной игре.

Главный козырь Бразилии — возможность выступать «центром сборки» единого южноамериканского полюса силы. Экономическая и политическая интеграция континента под руководством самой крупной страны способна принести ему настоящую независимость, а самому флагману — миссию защитника интересов Латинской Америки при формировании нового мирового порядка. Это не просто постоянное место в Совбезе ООН — это совершенно новый уровень представительства на планетарной арене. Если раньше США считали все Западное полушарие своим задним двором, то за последнее десятилетие их влияние в Южной Америке существенно ослабло. А экономическая экспансия Китая, возвращение в большую игру России, кризис Евросоюза и общий тупик атлантической глобализации дает латиноамериканцам шанс выйти, наконец, из положения нестабильного континента-придатка.

Левый поворот, который произошел во многих странах Латинской Америки в начале столетия, сейчас пытаются объявить провалившимся — поражение перонистов в Аргентине, трудности социалистов в Венесуэле, теперь вот кризис в Бразилии. Однако антиимпериалистические национальные силы сделали главное: они показали своим народам и соседям, что можно быть субъектом, а не объектом глобальной политики. И повернуть вспять этот процесс уже нельзя. Как бы этого ни хотелось Вашингтону и ориентированным на него местным представителям «офшорной аристократии».

Компания Royal Caribbean Cruises получила крупнейший в мире круизный лайнер

В свой первый круиз судно отправится в ноябре 2016 года

Крупнейший в мире круизный лайнер Harmony of the Seas, построенный на верфи STX в Сен-Назер во Франции, передан заказчику — компании Royal Caribbean Cruises (США), сообщает информационный портал PortNews.

В свой первый круиз судно отправится в ноябре 2016 года. Маршрут пройдет из Барселоны (Испания) через Западное Средиземноморье.

На 16-палубном судне расположены 20 ресторанов и семь различных зон, включая зеленый парк, бассейн, спортивные залы, центр для спа-процедур и фитнеса, места для развлечений, молодежная зона. На борту будут возведены три многоуровневые водные горки. Экипаж лайнера — 2394 человек.

Валовой регистровый тоннаж лайнера – 227 тыс. тонн, пассажировместимость — 5479 человек, количество кают – 2747. Длина лайнера – 361 м, ширина – 60 м, высота – 72 м, водоизмещение - порядка 80 тыс. тонн.

До появления Harmony of the Seas самым большим пассажирским лайнером являлся Allure of the Seas, построенный в 2010 году в Финляндии в Турку на верфях Aker Yards (с осени 2008 года — STX Europe Cruise). Это судно короче Harmony of the Seas на 2 см.

Harmony of the Seas был спущен на воду на судоверфи STX Les Chantiers de l’Atlantique в Сен-Назер 19 июня 2015 года. Как сообщал Gudok.ru ранее, в марте лайнер прошел ходовые испытания.

STX Europe является международной судостроительной группой, насчитывающей 15 верфей в Бразилии, Финляндии, Франции, Норвегии, Румынии и Вьетнаме со штатом сотрудников из 15,5 тыс. человек. С 2009 года собственником группы является южнокорейский судостроительный концерн STX Shipbuilding. Верфи группы строят круизные суда и паромы, нефтяные платформы, военные корабли и специальные суда. Строительство торговых грузовых судов выделено в отдельное подразделение. Круизные суда строятся, в основном, на площадках компании STX Finland Cruise Oy в Турку (Финляндия), а также STX France Cruise SA в Сен-Назер (Франция).

Royal Caribbean Cruises Ltd. является международной круизной компанией, которой через совместные предприятия принадлежат Royal Caribbean International, Celebrity Cruises, Pullmantur, Azamara Club Cruises, CDF Croisières de France и TUI Cruises, в которых RCL имеет 50% долю. Общий флот этих шести компаний-брэндов состоит из 43 судов. Еще шесть судов находятся в стадии строительства и планируется заказать три судна. Эти суда плавают на различных маршрутах с 480 пунктами назначения на семи континентах.

Ирина Таранец

Один путь – много возможностей

Предпосылки и перспективы развития внешних стратегий Китая в новом веке

Фэн Шаолей – декан Школы международных и региональных исследований, директор Центра исследований России Восточно-Китайского педагогического университета, Китай.

Резюме Стратегическая инициатива «Один пояс, один путь» выводит на качественно иной уровень китайское осмысление того, что означает сочетание внутренней и внешней политики. В ее основе – синтез и развитие подходов, десятилетиями определявших курс КНР.

Данная статья представляет собой сокращенную и переработанную версию записки, подготовленной по заказу Валдайского клуба в ноябре 2015 года. Полную версию со справочным аппаратом можно прочитать по адресу ru.valdaiclub.com

Стратегическая инициатива «Один пояс, один путь», предложенная председателем КНР Си Цзиньпином в Астане в сентябре 2013 г., – самое важное событие для внешней стратегии Китая в новом веке. И дело не только в масштабе этой идеи. Благодаря ее комплексному характеру она выводит китайское осмысление того, что означает сочетание внутренней и внешней политики, на качественно новый уровень. Однако эта инициатива возникла не на пустом месте. В ее основе – синтез и развитие подходов, на протяжении нескольких десятилетий определявших курс КНР.

Меняющийся мир начала века

За полвека внешнеполитические стратегии Китая претерпели существенные изменения. С начала 1960-х гг. и до окончания «культурной революции» (1966–1976 гг.) они были направлены на борьбу с ревизионизмом и гегемонизмом, ставили целью распространение идей мировой революции и, по сути, левого экстремизма. После 1976 г., особенно с началом политики реформ и открытости, Пекин отошел от прежних позиций, отдав предпочтение взвешенным подходам. Руководство страны приняло решение открыться миру, изучить опыт управления развитых стран, в том числе западных, стать частью мировой экономики, реформировать архаичные и излишне централизованные политические и экономические институты. Более чем 30-летний период реформ позволил Китаю достичь высоких темпов развития.

Рывок китайской экономики в начале нового века происходил в условиях резко меняющейся международной ситуации. Курс Пекина на мировой арене стал намного более активным, а центральное понятие теперь – соблюдение национальных интересов. Координация внутренней и внешней политики, изучение опыта других стран при учете собственной специфики – таковы основы сегодняшней стратегии Китая.

Финансовый кризис 2008 г. стал водоразделом мировой политики. С 1989–1991 гг. международные отношения строились в духе, заданном окончанием холодной войны. Развивающиеся и экс-социалистические государства осуществляли крупномасштабную политическую, экономическую и социальную трансформацию, по сути, стремясь копировать американский и европейский опыт. Китай и Россия – яркие примеры этого курса. Но в XXI веке проявилась новая тенденция – переходные страны стали делать упор на независимость в своих внутренних процессах трансформации. Иными словами, внешний опыт применим настолько, насколько он не противоречит собственным традициям и интересам.

Глобальная экономическая система, во главе которой находятся Европа и Америка, оказалась не в состоянии предотвратить разрастание мирового финансового кризиса. Потрясения, вызванные серией революций в Евразии, на Ближнем Востоке и в Северной Африке, нынешний кризис с беженцами в Европе демонстрируют, что западные страны не могут контролировать и «послереволюционную» ситуацию, хотя до этого сами активно содействовали продвижению «революции». В результате международный ландшафт, в котором Запад триумфально лидировал и удерживал монопольное положение, начал подвергаться эрозии. Возникновение «большой двадцатки» (саммиты проводятся с осени 2008 г.) и развитие сотрудничества между странами БРИКС продемонстрировали растущее влияние развивающихся стран на мировую политику.

Процесс глобализации, достигший беспрецедентного прогресса к концу ХХ века, сейчас испытывает проблемы. Усугубляются противоречия, случаются проявления бойкота. Глобальные институты, как ВТО, работают достаточно вяло. Рост мировой торговли отстает от роста ВВП, что само по себе необычно, тем более на фоне бурного прогресса в торговой сфере за предшествовавшие 30 лет. С одной стороны, мы видим грандиозные успехи информационной революции. С другой – возник конфликт между традиционными моделями управления и влиянием информационных потоков, которые стирают не только государственные границы, но и границы законных прав и неприкосновенности частной жизни.

Колебания цен на товары массового потребления, ресурсы и энергоносители демонстрируют, что отношения между странами, экспортирующими и импортирующими товары и ресурсы, все ближе и теснее. Мировая экономика обрастает неразрывными связями, а в ее развитии наблюдаются глубокие структурные противоречия. Расслоение на богатых и бедных, ставшее следствием глобализации, становится причиной социальных потрясений.

Предпосылки для будущего долгосрочного роста сохраняются, однако восстановление развивающихся стран происходит не столь успешно, как хотелось бы, и это особенно бросается в глаза на фоне медленного, но стабильного выхода из кризиса промышленно развитых держав. Парадоксально, что в эпоху глобальной перестройки и диверсификации мир по-прежнему вынужден с волнением ждать, когда Федеральная резервная система США завершит политику количественного смягчения. Курс, проводимый Соединенными Штатами, оказывает огромное воздействие на всех. Обострение конкуренции на международном уровне, в частности, проявляется в ускоренном формировании организаций регионального сотрудничества, где лидерами выступают развитые страны Запада, фактически стремящиеся предопределить новое региональное деление мира.

Описанные выше тенденции оказывают существенное влияние на китайскую политику.

Во-первых, экономическое развитие Китая и его дипломатические стратегии тесно взаимосвязаны. После тридцати лет быстрого развития темпы роста экономики снижаются. Это отражает, с одной стороны, нормальные экономические циклы, с другой – процесс глубокой трансформации структуры китайского хозяйства. Несмотря на сложности, экономика КНР сохраняет солидную динамику. В первой половине 2015 г. темпы роста ВВП составили 7%. В абсолютных показателях это означает, что лишь за год он вырос на 700–800 млрд долларов, а это масштаб экономики целого государства среднего размера. Согласно прогнозам журнала The Economist, КНР сохранит темпы роста в 6–7% до 2025 года. На частные предприятия приходится около двух третей производства и 90% экспорта, их жизнеспособность определяет будущее китайской экономики. При таких темпах поставленная цель «всестороннего построения общества средней зажиточности» скорее всего действительно будет достигнута к 2020 г., тогда ВВП на душу населения вдвое превысит показатель 2010 г. и в четыре раза – 2000 года. К тому времени совокупный размер китайской экономики достигнет почти 17 трлн долларов, а уровень жизни значительно повысится.

Во-вторых, институциональная реформа является еще одной предпосылкой, оказывающей влияние на китайскую дипломатию.

Китай, как и другие переходные страны, прошел две фазы развития. В первую страна вошла в конце 1970-х гг. после «культурной революции», а бывшие республики Советского Союза пережили ее в конце 1980-х – начале 1990-х годов. Это был процесс трансформации на основе либерального Вашингтонского консенсуса. Вторая фаза началась с наступлением нового века – коррекция либеральных подходов в соответствии с новой расстановкой сил. Подобные тенденции проявились в странах Евразии – Китае, России, Казахстане. Влияние государственных институтов повысилось, а намного большее внимание как во внешних, так и во внутренних делах стало придаваться национальной субъектности.

На новом этапе возрастает регулирующая роль государства в экономике, но в то же время намного важнее и необходимость реформ. Рыночные функции экономики должны быть задействованы еще активнее (в особенности функции малых и средних предприятий), факторы роста в различных областях – мобилизованы, уровень политической культуры и демократического принятия решений – повышен, а формирование правовой системы – активизировано.

Новая фаза отличается от предыдущего этапа внутренней трансформации. Президент Казахстана после досрочных выборов серьезно готовится к масштабным реформам. Российские элиты обсуждают «кризис экономической политики», порожденный конфликтом с Украиной. Китайское национальное строительство под руководством Си Цзиньпина и Ли Кэцяна укрепляется с достижением национального консенсуса. Подчеркивается, что необходимо обеспечивать ключевые национальные интересы и задействовать основные функции рынка, а также отходить от излишнего государственного вмешательства, оптимизируя администрирование и делегируя полномочия на более низкие уровни.

Однако расширение государственного регулирования с одновременным задействованием рыночных сил и общества – задача весьма сложная. Ради внутренних реформ необходимо поддерживать благоприятную международную ситуацию. Открытость не только западным, но и развивающимся и переходным странам будет способствовать продвижению внутренних системных реформ.

В китайской политической жизни возникают новые явления. Во-первых, с начала века в Китае сменили друг друга три политических лидера – Цзян Цзэминь, Ху Цзиньтао, Си Цзиньпин, чего не случалось еще ни разу за несколько тысяч лет политической истории. Во-вторых, в течение нескольких лет проводится антикоррупционная кампания, получившая поддержку большинства населения, и, хочется надеяться, она окажет большое влияние на укрепление китайской правовой системы и ее официального руководства. В-третьих, все описанные изменения сопровождаются расширением политического дискурса, характерного для эпохи Интернета, и проведением беспрецедентно откровенной дискуссии. Это новая политическая ситуация, отражающая выход в активную жизнь молодых людей, родившихся в 1980-х и 1990-х годах.

Рынки китайских товаров в основном являются внешними, а большая часть валютных запасов Китая хранится в США в форме государственных облигаций. Энергия и ресурсы, в которых КНР нуждается все сильнее, во многом зависят от импорта. Это заставляет Пекин принимать более открытые внешние стратегии и уделять больше внимания международной гармонии.

Китайская цивилизация насчитывает более пяти тысяч лет, страна обладает уникальной историей и богатым опытом. Тем не менее Китай отстает от Запада в области знаний и участия в общей мировой истории даже по сравнению с любой другой развивающейся страной. Эта особенность будет ограничивать внешние стратегии на протяжении еще довольно долгого времени.

Тенденции и перспективы внешних стратегий

В интервью газете The Wall Street Journal (в сентябре 2015 г. – Ред.) перед официальным визитом в США Си Цзиньпин отметил: «Система глобального управления была построена и используется всем миром совместно и не может контролироваться какой-либо отдельной страной. Китай никогда не думал и не будет думать об этом. Китай является участником, строителем и реформатором существующей международной системы». Однако Си Цзиньпин подчеркнул, что с учетом развития и изменений, происходящих в мире, все большего количества проблем «необходимо обязательно корректировать и реформировать систему глобального управления. Подобные реформы направлены не на уничтожение и перестройку существующей системы или установление новой, а на внедрение инноваций и усовершенствование».

Китай пользуется преимуществами международного сотрудничества, необходимыми для его собственного прогресса. Соответственно, он обязан вносить вклад в международное развитие. Создание Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (АБИИ) – конкретный шаг к достижению данной цели. По оценкам Всемирного банка и Азиатского банка развития, с 2010 по 2020 гг. дефицит финансирования на строительство объектов инфраструктуры в азиатском регионе составит 800 млрд долларов. Китай готов внести свой вклад. Однако АБИИ – лишь один аспект решения проблемы, но не панацея. Он должен сотрудничать с существующими международными финансовыми учреждениями и приветствовать участие США.

Китайское правительство неоднократно заявляло, что, по прогнозам, в следующие пять лет импорт товаров составит 10 трлн долларов, китайские инвестиции за рубежом превысят 500 млрд долларов, а число китайских туристов превысит 500 млн человек.

В критический момент 13-й пятилетки, когда стоит задача построения общества средней зажиточности, Китай намерен использовать возможности, которые возникают за счет прежде всего более открытых отношений. Это обеспечит материальную основу для совершенствования глобального управления и международного порядка, включая реализацию целей развития ООН.

Реформы международного управления подразумевают некоторые корректировки в деятельности существующих международных институтов. Наиболее явным изменением после мирового финансового кризиса является смена фокуса глобальной макроэкономики с бывшей G8 на G20. Китай уделяет особое внимание кооперации с промышленно развитыми и развивающимися странами, а также работе в рамках G20 в целях обеспечения стабильной трансформации международной экономики. Китай является участником БРИКС и очень надеется способствовать преобразованию системы глобального управления посредством этой кооперационной платформы для развивающихся стран. Новый банк развития БРИКС открыт в Шанхае, его первым президентом стал индийский специалист, а вице-президентами – представители стран-участниц. Китай рассматривает Банк развития в качестве дополнения к международным финансовым учреждениям и будет стремиться создать более справедливую, прозрачную и эффективную систему.

Воспользовавшись выгодами от участия в ВТО, поддерживая международную финансовую систему, Китай стал крупнейшим инвестором и одной из стран с наибольшими золотовалютными резервами. И он будет твердо поддерживать развитие многосторонней торговой модели. На повестке дня – реформа механизмов использования прав голоса Всемирного банка и МВФ и переоценка корзины «специальных прав заимствования».

В сентябре 2015 г. китайский юань стал четвертой резервной валютой в мире (после доллара США, евро и фунта стерлингов) и оставил позади японскую иену. 8 октября 2015 г. запущена первая система международных платежей (CIPS, Chinese International Payment System — Китайская международная платежная система), учрежденная Народным банком КНР. Она заработала в Шанхае наряду с экспериментальной пилотной зоной свободной торговли. По существу, в этом проекте «глобального финансового шоссе» уже участвуют напрямую 19 известных китайских и иностранных банков, а косвенно – еще 176 крупных банков с пяти континентов. Это важная составляющая дальнейшей интернационализации китайского юаня.

Китай и региональное сотрудничество

В 1980–1990-е гг. отправными точками китайской внешней политики было по большей части стремление присоединиться к процессу региональной интеграции и продвижение развития КНР с опорой на экспортно ориентированную модель. Стратегия Китая по участию в региональном сотрудничестве была результатом изучения опыта других регионов, в том числе европейских стран, в комбинации с местной практикой.

КНР против напряжения, создаваемого некоторыми региональными организациями, в частности, НАТО. Китайское правительство когда-то положительно оценивало и активно поддерживало интеграцию в рамках Европейского союза, однако ряд тенденций последнего времени, например, роль ЕС в волнениях на Ближнем Востоке и в Северной Африке, в продвижении «Восточного партнерства», вызывают озабоченность Пекина.

Наиболее важной региональной структурой является Шанхайская организация сотрудничества, основанная в 2001 г. совместно с Россией и странами Центральной Азии. С самого начала ШОС четко заявляла, что ее принципы не основаны на противостоянии какому-либо третьему субъекту. Прежде КНР никогда не выступала основателем региональных институтов. В течение многих лет Китай участвовал в существующих де-факто межрегиональных организациях многостороннего сотрудничества, например, АТЭС (Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество). В начале 1990-х гг. АТЭС, будучи важной международной платформой для устранения тарифных барьеров между странами и продвижения региональной торговли, содействовала реформированию и открытию Китая.

Пекин активно взаимодействовал с АСЕАН, региональной организацией с высочайшим уровнем сотрудничества в Азии, в форме «1 плюс 10» и позднее – «3 плюс 10». В течение десятилетий АТЭС была для Китая важным каналом участия в поддержании общего развития и стабильности в Азии. Существовала идея трехстороннего сотрудничества Китая, Японии и Южной Кореи, которую предлагал премьер-министр Японии Юкио Хатояма, она, в частности, предполагала превращение японской иены в «азиатский доллар». Но она долго не продержалась, прежде всего из-за противодействия Соединенных Штатов. После мирового финансового кризиса АСЕАН выступила с концепцией Всеобъемлющего регионального экономического партнерства (ВРЭП), которая получила полную поддержку КНР. Оно включает в себя 16 стран – АСЕАН плюс Китай, Япония, Южная Корея, Индия, Австралия и Сингапур.

В октябре 2015 г. переговоры о Транстихоокеанском партнерстве (TTП) под руководством Вашингтона завершились соглашением, которое вызвало горячие дебаты в международных СМИ, а также среди китайских специалистов и широкой публики. Некоторые считают, что Китаю стоит вступить в TTП, другие видят в нем пример американской политики сдерживания Пекина. Представитель Министерства торговли КНР выразил твердое и непредвзятое отношение Китая, отметив следующее: «TTП в настоящее время является одним из важнейших соглашений о свободе торговли в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Китай открыт для построения системы, соответствующей правилам ВТО и способствующей экономической интеграции в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Китай надеется, что TТП и иные соглашения о свободе торговли будут продвигать друг друга, внося вклад в экономическое развитие АТР».

Между тем во всех дискуссиях по-прежнему отсутствует достаточная ясность. Идет ли речь о преобразовании ВРЭП в сторону более широкого торгового соглашения, которое в итоге будет включать TТП, либо о выборе в пользу окончательного принятия или отклонения TTП? Китай не вступает в соглашения, разрушающие структуру регионального сотрудничества.

Политика Китая в отношении соседних стран

Термин «соседи» не имеет в китайском понимании ничего общего с действиями великой державы в отношении малых периферийных стран. История, исчисляемая тысячелетиями, не только предоставила богатый опыт отношений с соседними странами, но и оставила некоторые проблемы. Сопредельные территории обеспечивают Китай широким потенциалом для развития. В то же время для Пекина критически важно наладить конструктивные отношения со всеми путем совместной работы. Китай играет особую роль в шестисторонних переговорах о Корейском полуострове. Он придерживается позиции безъядерного статуса полуострова и в то же время заявляет о необходимости поддерживать стабильность мирным путем.

Вопросы, связанные с Корейским полуостровом, всегда были очень деликатными и болезненными. Однако во время официального визита китайской делегации в КНДР по случаю празднования 70-летия Трудовой партии Кореи (в октябре 2015 г. – Ред.) Ким Чен Ын и Лю Юньшань, член Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, вместе появились на трибуне, видимо, демонстрируя, что ситуация движется к завершению шестисторонних переговоров. Правда, события зимы и весны 2016 г. показали, что проблема далека от разрешения и даже усугубляется, что заставило Пекин ужесточить подход, дабы продемонстрировать недопустимость провокационных действий и эскалации.

Что касается Южно-Китайского моря, то КНР обладает исторической и правовой основой, чтобы доказать, что острова Наньша относились к китайской территории с древних времен. Пекин намерен защищать свои ключевые интересы и урегулировать разногласия посредством переговоров со всеми заинтересованными сторонами. Китай возводил маяки на насыпных островах в целях защиты свободы навигации и обеспечения безопасности в Южно-Китайском море. Но недавно американский флот объявил о вхождении в прилегающую акваторию, что в 12-и морских милях от насыпного острова. А это значит, что, невзирая на многогранное сотрудничество, между Пекином и Вашингтоном существует еще немало сложностей.

Китай и Япония – близкие соседи, которых разделяет узкая полоса воды. Они поддерживали дружественные отношения в течение двух тысяч лет, и лишь короткий исторический период отмечен агрессией и войной. Но трения и разногласия не следует разрешать силой. Принятие по инициативе премьер-министра Японии Синдзо Абэ «закона о безопасности» вызвало недовольство оппозиции внутри страны и критику за ее пределами, в том числе в Китае. Китайско-японские отношения по-прежнему требуют усилий и постоянных импульсов, и основа для двустороннего сотрудничества есть.

Россия и страны Центральной Азии – ближайшие стратегические партнеры Китая. Москву и Пекин связывает общность интересов, тесное сотрудничество, скрепленное в ходе регулярных политических визитов на высшем уровне, взаимопонимание по всем, в том числе и по сложным вопросам. Китайско-российские отношения стали важной главой в истории взаимодействия великих держав. Для тесных двусторонних связей существует твердая основа, общие взгляды на проблемы глобальной и региональной политики, на развитие мирового сообщества, на вызовы, с которыми сталкивается международный механизм. Особенности в подходах к решению тех или иных проблем совсем не мешают развитию и укреплению китайско-российских контактов.

Манифест обеих стран в отношении согласования инициативы «Один пояс, один путь» и Евразийского экономического союза (в мае 2015 г. Владимир Путин и Си Цзиньпин приняли совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства ЕАЭС и «Экономического пояса Шелкового пути». – Ред.) – символ сегодняшнего уровня китайско-российского сотрудничества.

Что касается формирования механизма обеспечения безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе, то когда-то предполагалось, что следует поучиться у ОБСЕ. Однако в силу отличия исторических условий АТР характеризуется достаточно разрозненной организацией. Механизм субрегионального сотрудничества АТР не построен по упрощенной схеме «безопасность зависит от Америки, а экономика – от Китая». Многие игроки, будь то Япония как отдельная страна или АСЕАН как субрегиональная организация, действуют на Азиатско-Тихоокеанской арене, предоставляя различные возможности «гонки за рентой». Открытость АТР внешнему миру, включая наблюдаемые в последние годы возвращение США в Азию и Тихий океан и «азиатский курс» России, сулит будущему сотрудничеству в сфере безопасности самые разнообразные сценарии. Открытость Азиатско-Тихоокеанского региона, беспрецедентный уровень экономического развития и вклад в мировые процессы объективно привлекают повышенное внимание. Там никогда не было крупных геополитических потрясений или кардинальной смены режимов, как, например, в Европе после холодной войны. Такая особенность несомненно окажет сильное влияние на формирование будущего механизма регионального сотрудничества.

Стратегическая инициатива «Один пояс, один путь» привлекает огромное внимание и в стране, и за рубежом. Способность увязать ее с Евразийским экономическим союзом и другими организациями регионального сотрудничества – ключ к успешной реализации концепции.

Как говорили древние китайские мудрецы, «высшее мастерство подобно тому, как течет вода». Продвижение идеи «Один пояс, один путь» напоминает поток воды, стремящийся заполнить все свободное пространство. Она реализуется посредством конкретных проектов либо в рамках переговоров о свободе торговли, либо путем подписания двухсторонних или многосторонних соглашений. Противоречия между различными структурами или стратегиями регионального сотрудничества существуют всегда, и инициатива «Один пояс, один путь», ориентированная в первую очередь на соединение различных региональных систем, может помочь решению таких проблем. Это самая уникальная, инновационная и долгосрочная задача внешних стратегий Китая в новом веке.

Китай > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 16 мая 2016 > № 1754265 Фэн Шаолей

Корейский полуостров: будет ли война?

Меняющийся контекст и интересы России

Георгий Толорая – исполнительный директор Национального комитета по исследованию БРИКС, директор Центра азиатской стратегии России Института экономики РАН

Резюме Северокорейская проблема стала раздражителем в отношениях не только между «континентальными» и «океаническими» державами, но и внутри каждого лагеря – в частности, между США и Республикой Корея, Россией и КНР.

Со второй половины десятых годов XXI века мы, судя по всему, стали свидетелями начала нового, еще более опасного этапа в многолетнем «перетягивании каната» на Корейском полуострове. После войны 1950–1953 гг. Северная и Южная Корея не признали ее результатов и не достигли мирных договоренностей. В 70–80-е гг. прошлого века КНДР рассчитывала на помощь Китая и СССР в обороне страны или даже ее объединении на своих условиях. Сегодня надежд нет. Конечно, не исключено, что некоторые горячие головы в Пхеньяне размышляют над возможностью захватить Юг, используя ядерное оружие, однако руководство вряд ли решится на это даже под влиянием импульсов, которые сегодня для него характерны. До недавнего времени приливы и отливы напряженности на Корейском полуострове чередовались с постоянством смены сезонов. Однако никто не собирается переходить опасную грань – к большой войне стороны не готовы. Да и целей, ее оправдывающих, нет.

Поворотный момент

Как ни парадоксально это звучит, Корейский полуостров трудно назвать непредсказуемым регионом, здесь налицо значительный внутренний запас стабильности. Это не Ближний Восток и даже не конфликтные районы Европы или СНГ. Военный потенциал КНДР и ее поддержка в случае кризиса Китаем практически гарантируют отсутствие в будущем полномасштабных конфликтов с вовлечением великих держав, хотя это не исключает мелких локальных стычек, на что во многом и рассчитывает руководство Северной Кореи, чтобы держать в тонусе страну, союзников и выбивать уступки у международного сообщества.

Тем не менее в 2016 г. тлеющий очаг напряженности у российских границ внезапно стал разгораться. Последнее северокорейское ядерное испытание и запуск спутника привели к более серьезным изменениям политической ситуации, чем можно было ожидать. Авантюристические шаги северокорейского руководства повлияли на позиции всех основных акторов. Это стало своеобразной точкой бифуркации, положившей начало формированию нового геополитического ландшафта на полуострове. Изменилась конфигурация взаимодействия вовлеченных в корейскую ситуацию центров силы. Совет Безопасности ООН ввел беспрецедентно жесткие санкции: резолюция СБ ООН 2270 запрещает экспорт из Северной Кореи угля, железной руды, золота, титана, ванадия и редкоземельных минералов, что составляет значительную часть экспортных поступлений, вводит досмотр грузов в и из КНДР, фактически отрезает ее от мировой финансовой системы. Вместе с односторонними мерами США, Южной Кореи и Японии это может оказать крайне негативное влияние на северокорейскую экономику, но едва ли заставит Пхеньян отказаться от ядерной и ракетной программ.

Однако теперь отношения Северной Кореи с миром, равно как и основных ее партнеров и противников с нею, похоже, изменились. Шансы на дипломатическое решение отодвинулись – с нынешним режимом никто не хочет ни о чем договариваться.

Главная новация – противники и союзники Северной Кореи нашли общий язык для того, чтобы перейти к эффективным мерам давления на это «государство-изгой». Решающую роль сыграло коренное изменение позиции Китая. Пекин отошел от почти безусловной поддержки КНДР к мерам «воспитательного характера», что вызвало резкую реакцию Пхеньяна. Северокорейская проблема стала раздражителем в отношениях не только между «континентальными» и «океаническими» державами, но и внутри каждого лагеря – в частности, в отношениях между США и РК, Россией и КНР. Поставлена под сомнение даже способность и желание Соединенных Штатов обеспечить безопасность своих союзников. А потому возросла угроза расползания ядерного оружия – настроения в пользу ядерного вооружения как никогда сильны в Южной Корее, да и в Японии. Технически это не представляет особой сложности ни для той, ни для другой страны. Ужесточение санкций и рост напряженности служат предлогом для дальнейшего усиления военного присутствия США в регионе, включая возможное размещение THAAD (система высотного заатмосферного перехвата ракет средней дальности) в Южной Корее. Это наносит ущерб стратегическим интересам Китая и России в сфере безопасности и экономики. При этом поддержка Москвой жесткого курса других участников урегулирования может ослабить ее позиции.

Следует признать, что Ким Чен Ын превысил пределы терпения даже невраждебно настроенных стран. А его репрессивная политика в отношении ближайшего окружения дает основания некоторым экспертам полагать, что и северокорейская политическая элита, и союзники, включая Китай, не стали бы возражать против появления более умеренного лидера при условии сохранения политической стабильности. К тому же в результате приказов Ким Чен Ына страна, возможно, не вполне ожидаемо для ее руководства, оказалась под серьезным санкционным давлением, и эти санкции имеют новое качество – они могут принести реальный ущерб экономике и поставить руководство КНДР перед новыми вызовами и возможным недовольством населения из-за ухудшения экономического положения. Похоже, что именно это и является целью санкций.

Предыстория нынешнего кризиса

Главным возмутителем спокойствия принято считать Пхеньян, хотя в разрастании нынешнего кризиса определенную роль сыграли также декларации и действия Сеула. Однако пропаганда «северокорейской угрозы» не выдерживает беспристрастного анализа. Вряд ли можно всерьез опасаться, что руководство КНДР, заинтересованное в сохранении государства и режима, в превентивном порядке пойдет на военную авантюру – для него это означало бы безусловный крах. И об этом хорошо знают в других столицах, поэтому эскапады северокорейцев на тему о термоядерных ударах и «аннигиляции Манхэттена» вызывают лишь усмешки у знающих людей и некоторое замешательство политиков – ведь надо для собственной аудитории показывать, что эта угроза вполне серьезна, тогда как потребности в реальных шагах, а не демонстративных жестах, нет.

На деле на протяжении многих лет, особенно после распада мировой социалистической системы, Пхеньян лишь борется за выживание, причем не прочь был и договориться с противниками. Главное – чтобы его оставили в покое. Однако такое стремление никогда не встречало понимания в западных столицах, заинтересованных в ликвидации одиозного режима. Наверное, и поэтому в последнее время методы Северной Кореи стали вызывать все больше вопросов и раздражения.

В определенной мере это связано с личностью нынешнего руководителя. Ким Чен Ын, третий сын покойного Ким Чен Ира, пришел к власти в конце 2011 г. достаточно неожиданно для себя – его начали всерьез готовить к этой роли лишь с 2009 года. До этого отец не мог определиться с наследником – старший сын Ким Чен Нам был легкомысленным, к тому же скомпрометировал себя попыткой въезда в Японию по фальшивому паспорту (хотя это вряд ли было подлинной причиной его опалы, корни гораздо глубже). Какое-то время Ким Чен Ир присматривался ко второму сыну – Чен Чхолю, однако тот показался ему чересчур мягким, что внушало сомнения в способности сохранить режим и страну. Ким Чен Ын же был в тот период слишком молод, хотя его амбициозность и жестокость, по мнению отца, вполне подходили для будущего лидера.

За два с небольшим года до воцарения Ким-младший не успел обзавестись собственной базой поддержки, а также снискать подлинный авторитет в элите и среди народа (хотя пропагандистские усилия затрачивались немалые). После смерти отца Ким-младший действовал в лучших традициях феодальной монархии и сталинизма. Заработать авторитет он решил, внушая страх. Начались громкие расправы над представителями военного руководства, которые не то чтобы не выполняли приказы фельдмаршала, но не проявляли должного рвения. Водоразделом стала жестокая и публичная расправа в конце 2013 г. с ближайшим родственником – мужем тетки Чан Сон Тхэком, в котором Ким-старший видел что-то вроде регента при молодом руководителе, во всяком случае пока тот не наберется опыта. Чан считался на Западе и в Китае, где на него смотрели как на важнейший канал доступа в КНДР, склонным к реформированию архаичной экономической системы – и это, возможно, его и сгубило – помимо личных амбиций и недостаточного пиетета к вождю. Ким дал жестко понять, что не намерен трогать сложившуюся систему управления – прежде всего ради самосохранения.

Более того, он вернул эту систему к традициям, заложенным еще его дедом Ким Ир Сеном, которому он всячески старается подражать, в том числе внешне. При Ким Чен Ире управление страной базировалось на военных структурах в соответствии с политикой «сонгун», военные фактически стали ведущей политической силой. Ким-младший вернул «вертикаль власти» под крыло партии. Окончательное закрепление «старо-новая» система руководства, очевидно, получит по результатам VII съезда партии, созываемого в мае 2016 г. впервые с 1980 года. По поступающей информации, произойдет омоложение руководства – во всяком случае, дана установка, чтобы на съезд не направлялись делегаты старше 60 лет.

Можно констатировать, что Ким Чен Ын (возможно, и по причинам личного характера) во внутренней политике во многом отказался от наследия Ким Чен Ира, в тяжелейших условиях удерживавшего страну от коллапса на протяжении почти двух десятилетий, когда она осталась один на один с противниками после распада мирового социализма и столкнулась с жесточайшим экономическим кризисом. Однако обеспечит ли эта более агрессивная линия выживание или переполнит чашу терпения партнеров КНДР – вопрос открытый.

Ядерные испытания и ракетные запуски имеют важное внутриполитическое значение, особенно в преддверии VII съезда ТПК в мае, на котором Ким Чен Ын сможет заявить об успехах в деле повышения военного потенциала. В связи с этим нельзя исключить, что в ближайшее время будет осуществлено еще одно ядерное испытание.

При этом внутри страны веют свежие ветры. В экономике все меньше места для ортодоксальных подходов. При Ким Чен Ыне расцвела полулегальная многоукладность, сложившаяся еще в 1990-е гг. в период жесточайшего экономического кризиса. Если его отец периодически пытался обуздать рыночную стихию, прибегая даже к таким сомнительным методам, как конфискационная денежная реформа (2009 г.), при Ким Чен Ыне рыночный сектор стал развиваться по своим законам при попустительстве государства. Более того, если раньше власти просто закрывали глаза на происходящее (расцвет частной торговли, начало мелкого предпринимательства и его превращение в среднее и крупное, фактическая передача госсобственности в управление соперничающим кланам), то Ким стал принимать меры, облегчающие «маркетизацию». К их числу относятся внедренные без особого шума система фактически «семейного подряда» в сельском хозяйстве, хозрасчетно-рыночных основ в промышленности, привлечение иностранных инвестиций и создание специальных экономических зон. Основанная на полулегальной частной собственности торгово-производственная либерализация привела к существенному росту производства и потребления продовольственной продукции и промышленных товаров (последние в основном из Китая). Хотя имущественная дифференциация резко усугубилась, ускорилось и формирование среднего класса, в целом вырос уровень жизни. Так что у населения не было особых причин бунтовать, а продолжавшееся в последнее время, хотя и с меньшим размахом, избиение элиты простых людей особо не трогало.

Однако лидер не забывает и про укрепление обороноспособности, более того, милитаризация страны вышла на новый уровень. Главная составная часть политики – создание собственного ракетно-ядерного потенциала в рамках линии «пёнчжин» – одновременного ведения экономического строительства и ядерного вооружения. С начала 2016 г. КНДР успела заявить об освоении технологии создания водородной бомбы, миниатюризации ядерных боеголовок (позволяющих устанавливать их на ракеты), испытаниях твердотопливных двигателей, ракет подводного старта, готовится к испытанию межконтинентальной баллистической ракеты мобильного базирования. Знаковыми событиями стало испытание водородной бомбы 7 января (некоторые специалисты полагают, что речь идет о технологии усиления – «бустинга» – с помощью изотопов водорода мощности обычного ядерного заряда), а также запуск спутника 6 февраля (который воспринят как испытание баллистической ракеты). Это было уже слишком не только для врагов КНДР, но и вроде бы союзников, прежде всего Китая и России.

Дипломатический тупик

Какие же цели преследует Пхеньян? Все эти демонстративные меры адресованы как внутренней аудитории (доказывают величие вождя накануне рубежного съезда партии), так и внешней, прежде всего американцам. Послание им – лучше договаривайтесь с нами напрямую, пока мы не натворили чего-то уж совсем неприемлемого.

Это и понятно, так как главную угрозу своей безопасности КНДР видит в США, считая, что Южная Корея не является самостоятельным игроком и вряд ли способна предпринять что-либо без согласия заокеанского патрона. Для Пхеньяна внешнеполитический идеал – признание Вашингтона. Именно в достижении договоренности с Соединенными Штатами северокорейские стратеги видят гарантию выживания. Программа-максимум – балансировать между США и Китаем. Логика простая – повышая ставки, Пхеньян вынуждает Вашингтон на переговоры и уступки, так как это предпочтительнее развязывания крупномасштабного конфликта. Такой шантаж имел определенный успех в 1990-е гг., когда Соединенные Штаты предпочли заключить с КНДР рамочное соглашение (заморозка ядерной программы в обмен на помощь и движение к нормализации), чтобы избежать скатывания к конфликту. Правда, США тогда рассчитывали на скорый коллапс режима, поэтому довольно легко взяли на себя обязательства, которые не собирались выполнять.

Вашингтон, однако, не воспринимает деспотический режим в качестве партнера. Ведь он позиционируется как антипод всех идеалов, на которые ориентируется «американская мечта». И развалить этот оплот диктатуры, что не удалось в 1950-е гг., – дело чести. Возможны тактические компромиссы, но цель смены режима неизменна на протяжении всех послевоенных десятилетий. Президент Обама в начале срока попробовал договориться с КНДР, но не собирался «платить настоящую цену» – нормализацию в обмен на денуклеаризацию, а потому потерпел неудачу.

Возможен ли прорыв при новом президенте? Судя по предвыборной кампании, это маловероятно. В связи с последними событиями на Корейском полуострове стало очевидно, что если США и откажутся от «стратегического терпения» в отношении КНДР, то лишь в пользу резкого усиления давления на нее и ее изоляции в надежде заставить свернуть ракетно-ядерные программы, а также, вероятно, способствовать краху режима. Похоже, в Соединенных Штатах окончательно возобладало мнение, что наиболее реалистичным путем решения проблемы нераспространения является смена режима.

При этом, как показало голосование в Конгрессе по вопросу о введении дополнительных санкций против Северной Кореи, жесткого подхода придерживаются и республиканцы, и демократы. Констатируется, что курс на вовлечение Северной Кореи «мертв и не воскреснет».

Нынешняя американская политика – максимальная изоляция и санкционное давление с целью ослабления режима. Это приносит определенные результаты – при условии, если к такой линии присоединится Китай. Новация в американских подходах в том, что теперь «менять режим» предлагается при содействии Пекина, который, мол, должен быть заинтересован в более вменяемом и подчиняющемся рецептам «мирового сообщества» правительстве соседней страны и должен помочь смене если не политической системы, то руководства КНДР (такой сценарий становится «планом Б», в случае неудачи с объединением Кореи на условиях Сеула).

Американцы смогли показать Китаю, что поддержка КНДР вредит его собственным интересам безопасности, не связанным напрямую с Кореей. В частности, решающую роль в ходе нынешнего кризиса сыграл фактор противоракетной обороны. Начало переговоров американцев с Южной Кореей о размещении системы THAAD вызвало в Пекине чуть ли не такой же взрыв возмущения, как и сам северокорейский запуск. США же не скрывают, что это урок Пекину, чтобы побудить его жестче вести себя с Пхеньяном.

Китай на протяжении многих лет после холодной войны вынужден защищать «социально близкую», пусть сегодня и формально, народную республику, за независимость которой сражался миллион «китайских добровольцев» (и многие, включая сына Мао Цзэдуна, отдали жизнь). Да и с точки зрения геополитики сохранение северокорейского буфера, препятствующего появлению на полуторатысячекилометровой корейско-китайской границе американских и южнокорейских войск – императив для Пекина.

Ким Чен Ын слушает «старших товарищей» из Пекина еще меньше, чем его отец и дед. Пекин открыто дает Пхеньяну понять, что не будет вечно защищать его. Однако Китай нервно реагирует на попытки Запада «оторвать» его от КНДР, хотя и сознает свое бессилие в возможности воздействовать на северян. Дерзкое поведение северокорейцев давно уже вызывает неоднозначную реакцию в общественном мнении и политических кругах Китая. После длительной дискуссии о том, нужно ли КНР поддерживать столь одиозный режим в интересах сохранения стабильности на своих северо-восточных рубежах, в 2014 г. вроде бы было принято решение оставить все как есть. Несмотря на вызывающее поведение Ким Чен Ира и его неприязнь к Си Цзиньпину (они ни разу не встречались, притом что у нового китайского лидера сложились хорошие отношения с президентом РК Пак Кын Хе), китайцы в 2015 г. сделали ряд дружественных шагов навстречу КНДР. Тем большим было разочарование, когда северокорейцы своими ракетно-ядерными провокациями «подставили» Пекин и вынудили оправдываться перед американцами.

Весьма негативную роль сыграла политика южнокорейского руководства, занявшего открыто враждебную позицию по отношению к КНДР и активно пытающегося перетянуть на свою сторону соседей, включая Россию. Следует понимать, что для Сеула объединение страны на своих условиях (то есть оккупация Севера) остается национальной идеей, закрепленной в конституции. И тактические колебания в виде попыток сотрудничества с КНДР этого основного тезиса не отменяют, хотя он входит все в большее противоречие с реальностью.

На протяжении 25 лет Южная Корея убеждает себя, что «крах диктаторского режима не за горами». Надо только дождаться подходящего момента для объединения. И раз военная мощь Северной Кореи грозит неприемлемым ущербом, надо разложить режим изнутри. Именно в этом суть сегодняшней политики Сеула: сочетать давление и санкции с подрывной работой внутри режима и его изоляцией. Возврат к этой линии произошел в 2008 г. после окончания «либерального десятилетия», в течение которого президенты Ким Дэ Чжун и его последователь Но Му Хён проводили линию на национальное примирение с Севером. Однако не только консерваторы, но и значительная часть южнокорейского населения воспринимали ее как «заигрывание с дьяволом». Сменивший «либералов» консервативный президент Ли Мён Бак «повернул часы вспять». При нем дело дошло даже до вооруженных провокаций и артиллерийских дуэлей.

В попытке выступить миротворцем Пак Кын Хе, пришедшая к власти в 2012 г., начала с провозглашения «дрезденской доктрины», Евразийской инициативы и Инициативы о сотрудничестве в Северо-Восточной Азии. Эти три компонента предполагали вроде бы замирение с КНДР, но на самом деле имели целью ее подчинение – объединение на условиях Юга. Президент Пак объявила единство «выигрышем в лотерею», которое якобы не за горами. Лидер Южной Кореи предложила Северу создать базу для дальнейшего сближения, активизировав обмены и некоторые направления сотрудничества, и обещала помощь в случае шагов по отказу от ядерного оружия. Северяне назвали эту концепцию «сном психопата». Естественно, она не имела шансов на успех.

А ведь в принципе Ким Чен Ын надеялся начать отношения с Югом «с чистого листа», поскольку вроде бы к моменту прихода к власти обвинять его было особо не в чем. В августе 2015 г. Пхеньян даже направил влиятельных руководителей во главе со «вторым человеком» страны на Юг, чтобы договориться о новом типе отношений. Но консервативное руководство Южной Кореи было непреклонно, а после последних мер по наращиванию КНДР своего ракетно-ядерного потенциала (хотя он не направлен против Юга) и вообще взяло курс на «удушение» Севера.

Консервативные силы в Сеуле не могут признать, что мир изменился и что сегодня большинство южнокорейцев – против объединения, что бы они ни говорили публично. Новые поколения не видят в северянах братьев, они хотят сохранить привычный уровень и образ жизни, а все это окажется под угрозой, если удастся добиться ликвидации северокорейской государственности, а значит, взвалить на себя бремя подъема разрушенной экономики и заботы о 25 млн соотечественников на Севере. Поэтому декларации о скором единстве для нынешнего южнокорейского руководства на самом деле скорее являются пропагандистским орудием по привлечению на свою сторону консервативного электората в ожесточенной внутриполитической борьбе.

В контексте межпартийной борьбы и кризиса в дипломатии РК, зажатой между США и КНР, Сеул вряд ли может ожидать укрепления доверия с Севером при нынешней администрации. Пхеньян же «списал со счетов» Пак Кын Хе как партнера по диалогу. Не только КНДР, но и ее союзников не может не раздражать то, что политический дискурс в Южной Корее в последние годы связан исключительно с тем, какие меры в разных областях надо предпринимать после объединения, обсуждаются (и репетируются) планы физического уничтожения северокорейской верхушки и десанта на Пхеньян. Особенно провокационными можно считать отработку ударов по столице и ликвидации руководителей КНДР в ходе совместных американо-южнокорейских учений весной 2016 года.

Неудивительно, что при таком целеполагании и намерениях противников КНДР урегулирование ядерной проблемы Корейского полуострова и создание новой системы поддержания безопасности, за что выступает Россия, остается скорее благим пожеланием. Все переговоры на ракетно-ядерную тему, ведущиеся много лет, только маскировка очевидного – стремления ликвидировать «государство-изгой», притом что каждая из сторон преследует свои цели.

КНДР хочет получить гарантии безопасности и признание, а Соединенные Штаты и Южная Корея тянут время, ожидая «неизбежного краха» режима. Осознавая это, Пхеньян совершенствует ракетно-ядерный потенциал, чтобы сделать цену смены режима неприемлемо высокой. Одновременно он может повысить планку требований на будущих переговорах, вплоть до использования ОМУ для шантажа. Спираль напряженности раскручивается год за годом. Пока подходы США и РК не станут другими, вряд ли ситуация изменится.

Ясно, что такая тупиковая ситуация вокруг КНДР на фоне роста ее ядерного потенциала никому не нравится. Каков же российский интерес?

Вызов для России

Исторически Россия связана с Корейским полуостровом множеством уз. После падения СССР отношения с Пхеньяном были практически свернуты, влияние России упало до минимума. Сегодня ситуация изменилась, в том числе потому, что обе страны имеют проблемы в отношениях с Западом. Однако лучше и не пытаться вести диалог с Северной Кореей «сверху вниз», как в советские времена. Россия вынуждена воздерживаться от критики КНДР и по возможности спокойно (хотя терпение уже на пределе) реагировать на ее ракетно-ядерные экзерсисы. Опыт показал, что чем хуже отношения с Пхеньяном, тем меньше нас слушают по корейской проблеме в других столицах.

В последнее время Москва предприняла значительные усилия по улучшению контактов с КНДР: окончательное решение проблемы задолженности по кредитам бывшего СССР в размере 10 млрд долларов, долгое время затруднявшей развитие экономического сотрудничества, и выработка новой модели взаимодействия – «российские инвестиции и поставки в обмен на доступ к природным ресурсам КНДР», которые выступают в качестве гарантии возврата инвестиций. 2015 г. стал «годом дружбы», когда состоялось много политических контактов и гуманитарно-культурных мероприятий. Однако с принятием Резолюции СБ 2270 для реализации выработанной модели возникли дополнительные препятствия. Она также ставит под сомнение выполнение амбициозной задачи увеличить двусторонний товарооборот до 1 млрд долларов к 2020 г., для решения которой стороны перешли на взаиморасчеты в российской валюте.

В связи с вызывающими действиями КНДР в начале 2016 г. изменился общий подход России к взаимодействию с ней. Благожелательно-нейтральный настрой сменился на негативный как в официальных кругах, так и в общественном мнении. Как это скажется на результатах политики России на корейском направлении?

Россия заинтересована в нормализации обстановки и развитии межкорейского диалога и сотрудничества по многим причинам. Во-первых, снизится вероятность конфликтов, будет предотвращена гонка ядерных и обычных вооружений. Во-вторых, уменьшится возможность для США укреплять присутствие вблизи российских и китайских границ. В-третьих, возможной станет реализация трехсторонних проектов с участием России, Севера и Юга (железная дорога и логистическая инфраструктура, нефте- и газопроводы, ЛЭП). Снижение напряженности в Северо-Восточной Азии позволит реализовать многосторонние экономические проекты с участием Китая.

Потенциал России в содействии корейскому урегулированию, в том числе на многосторонней основе – ее несомненный внешнеполитический капитал, от которого нельзя отказываться. Однако Москва не может достичь прорыва на этом направлении. Ее задача скорее заключается в демонстрации флага доброй воли, а не в поиске рецептов корейского урегулирования, которые все равно останутся нереализуемыми до тех пор, пока Соединенные Штаты не изменят подход к КНДР и не начнут относиться к ней как к законному субъекту международных отношений.

Представляется, что при всем желании мы мало что можем сделать для решения ядерной проблемы. Пхеньян намерен обсуждать вопросы мира и войны с США, и всякого рода советы и воздействия вызывают только раздражение, при том что из всех рецептов «политико-дипломатического решения» у нас сохранился лишь один – возобновление шестисторонних переговоров. Безусловно, для России этот формат – единственная возможность участвовать в обсуждении корейской проблемы. Но надо отдавать себе отчет в том, что повестка дня, связанная с денуклеаризацией (а на этом настаивают Соединенные Штаты и их союзники), сегодня абсолютно неприемлема для КНДР, провозгласившей себя ядерной державой. Она стремится если не к статусу международно признанной полноценной страны – обладательницы ядерного оружия, то хотя бы к положению Индии или Пакистана – де-факто ядерных государств за рамками системы Договора о нераспространении ядерного оружия. И намерена обсуждать модальности этого исключительно с США.

Какое же пространство для маневра остается у России с учетом того, что и Китай во многом перешел к политике давления на КНДР? Сохранение достигнутого уровня взаимодействия с Пхеньяном совершенно необходимо при всем негативе, так как без этого Россия в корейском урегулировании будет маргинализована, а в случае начала переговоров в формате 2+2 c целью замены перемирия 1953 г. новой системой поддержания мира (эту идею активно продвигает Пекин) окажется исключена из переговорного процесса.

При этом взаимодействие с Китаем по корейской проблеме для нас становится вопросом достаточно деликатным. Налицо ревность Китая к политике повышения роли России в КНДР – это ярко проявилось в том, что в пакете санкций, согласованных США и КНР, российские интересы абсолютно не учитывались. Растет подозрительность Пекина, хоть и не вполне обоснованная, в отношении действий России и попыток Пхеньяна разыграть «российскую карту» против него. Необходимо найти баланс – успокоить его, но при этом намекнуть, что интересы России и ее роль в корейском вопросе нельзя сбрасывать со счетов. Не исключено, что в какой-то момент Пекин захочет увидеть более внятную реакцию России, которая при этом ей не выгодна. Необходимо расширять доверительное обсуждение с Китаем корейской ситуации – хотя бы для того, чтобы шаги Пекина на этом направлении не стали для нас неожиданностью. Одновременно нужно проводить самостоятельную линию в СБ ООН, не поддерживая автоматически предложения КНР и без сомнений одобряя результаты его согласований с США.

Взаимодействие с нынешней южнокорейской администрацией также дело нелегкое. От России Сеул будет и дальше требовать ужесточения санкций против КНДР и ее все более плотной изоляции. В РК при этом вряд ли действительно верят в успех своих инициатив, поэтому достаточно было бы поддерживать диалог без обострений, но и без обещаний.

Теоретически можно активизировать взаимодействие с Токио. Несмотря на то что события на Украине негативно сказались на российско-японских отношениях, многие в Японии видят сегодня Россию в качестве потенциального партнера в вопросах региональной безопасности, учитывая обеспокоенность Токио растущей военной силой Китая, его чувствительность в корейском вопросе и готовность действовать здесь с меньшей оглядкой на США, чем в других случаях. Возможна посредническая роль в отношениях между Северной Кореей и Японией, учитывая, что обе страны тяготятся монополией Китая в корейских делах. Правда, пока не пройдет очередной кризис, это малоактуально.

Стоит подумать о нестандартных подходах на основе учета прежде всего российских интересов. Если мы признаем, что ключ решения корейской проблемы – в уменьшении враждебности между Соединенными Штатами и КНДР, почему бы не направить усилия на достижение этой цели? В дополнение к оздоровлению ситуации в соседнем с российским Дальним Востоком регионе мы получим новый канал взаимодействия с Вашингтоном по международной проблематике. Если мы открыто поддержим концепцию Пхеньяна о «заключении мирного договора с США» (с известными юридическими оговорками) как предпосылки разработки международной системы гарантий на Корейском полуострове с нашим участием, Северная Корея не сможет эту поддержку игнорировать, тем более принимая во внимание все более напряженные отношений с Китаем. Вряд ли правдоподобна опасность того, что КНДР в результате «войдет в сферу американского влияния» и перейдет на антироссийские позиции. А тогда мы могли бы согласиться на участие в продвигаемом Южной Кореей и США пятистороннем «предварительном» формате, чего ранее справедливо опасались из-за неприятия этой идеи Пхеньяном. В таком случае стоит выступить с новыми инициативами, предварительно согласованными с КНДР, и таким образом стать важными посредниками в урегулировании.

Даже в нынешних сложных условиях есть «окно возможностей» для большей инициативности нашей страны как в международном формате, так и в отношениях с государствами Корейского полуострова. Активность России служит для стран СВА индикатором ее заинтересованности в решении проблем безопасности и способности к эффективному экономическому взаимодействию в регионе. При этом здесь Москва сталкивается не только с региональными проблемами, но и с глобальными (в силу вовлеченности в них США и Китая), от решения которых зависит как достижение целей развития дальневосточных территорий России, так и безопасность страны в целом.

КНДР > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 16 мая 2016 > № 1754264 Георгий Толорая

ЕАЭС и все-все-все

Внешний контур становления евразийской интеграции

Сергей Ткачук – директор по проектам Научного центра евразийской интеграции.

Резюме Будучи ядром Евразийского континента и располагая важными транспортными коридорами, Россия пока проигрывает конкуренцию проектам «среднеазиатского транзитного звена» ЭПШП и отстает в борьбе за международные трансграничные потоки.

Концепция разноскоростной и разноуровневой интеграции, которая лежала в основе Таможенного союза (ТС), позволила в сжатые сроки очертить территорию с едиными правилами игры и понятными перспективами развития. На основании Таможенного кодекса прямого действия унифицированы таможенный контроль, санитарный, ветеринарный, фитосанитарный, некоторые функции транспортного контроля, система технического регулирования. ТС России, Белоруссии и Казахстана (в 2015 г. к ним присоединились Армения и Киргизия) создал общий рынок в 180 млн человек с совокупным ВВП в 2,2 трлн долларов. Классический эффект увеличения масштаба рынка способствует наращиванию взаимодействия и росту экономического потенциала. В среднесрочной перспективе темпы роста государств-членов могут повыситься в 1,5–2 раза за счет восстановления кооперационных связей и запуска общего экономического пространства без изъятий и ограничений.

Уже за первый год существования единой таможенной территории статистика подтвердила неоспоримую выгоду снятия барьеров на пути движения товаров, опровергнув скептические ожидания и прогнозы противников евразийской интеграции в национальных органах управления. Так, общий товарооборот Белоруссии, России и Казахстана в 2011 г. вырос более чем на треть по сравнению с аналогичным периодом 2010 года. Более чем на 40% выросла взаимная торговля внутри ТС, особенно на приграничных территориях.

Однако затем первые обнадеживающие цифры стали сокращаться. Объем взаимной торговли за январь-декабрь 2014 г. составил 57 млрд долларов, или 89% от уровня соответствующего периода 2013 г. (в т.ч. между Казахстаном и Россией – 79%). За январь-сентябрь 2015 г. цифры составили всего 74% к аналогичному периоду прошлого года. И если объективно проседание объясняется исчерпанием первоначального эффекта снятия пограничных барьеров, то изъятия из режима единой таможенной территории (например, вступление Казахстана в ВТО с уровнем тарифной защиты, отличным от единого таможенного тарифа в ТС) становится непреодолимой сложностью. Нетарифные ограничения, а также отсутствие реальной координации политик (макроэкономической, промышленной, сельскохозяйственной и далее по списку) – проблемы иного свойства, предопределенные институциональной рыхлостью евразийской интеграции. С переходом к созданию Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и преобразованием Комиссии ТС в Евразийскую экономическую комиссию установлено абсолютное равенство всех сторон при принятии решений, в то время как доля России в финансировании бюджета достигла 88% в соответствии с ее долей в распределении доходов от поступления импортных пошлин.

Формальное уравнивание России с другими государствами ЕАЭС способно усложнить принятие решений и снизить темпы интеграции. Наделение всех членов равным количеством голосов и представительством в органах управления с предоставлением каждому права вето на решения наднационального органа резко усложнило выработку общей позиции. В результате затягивается формирование полноценного единого экономического пространства, завершение которого отодвинуто с 2017 на 2024 год. Расширение наднациональной бюрократии (число сотрудников выросло в 10 раз) повлекло удорожание работы наднационального органа – средние расходы на одно решение Евразийской экономической комиссии возросли более чем в 20 раз по сравнению с Комиссией ТС. И это притом что ЕЭК так и не приняла на себя функции инициирования решений (они по-прежнему вносятся правительствами), а также ответственности за их исполнение.

Пассивность бюрократической надстройки проявилась в размывании идеи формирования ЕАЭС с согласованием отраслевых политик развития, которые имеют ключевое значение для обретения союзом самодостаточности и конкурентоспособности. Появление таких политик в конечном счете означает восстановление кооперационных связей при совместном производстве сложной продукции, востребованной и внутри объединения, и на внешних рынках. Синергия объединения усилий в промышленности и сельском хозяйстве – это 2/3 совокупного интеграционного эффекта (против трети, полученной от самого факта появления единой таможенной территории), а также неиспользованный ресурс экономического роста для стран союза.

Партнеры далеко и близко

Эта краткая характеристика эволюции евразийской интеграции необходима для того, чтобы обратиться к другому источнику повышения конкурентоспособности – пока незадействованному. Назовем его условно «внешним контуром», по которому, коль скоро стагнирует «внутренний», следует выстроить концепцию оживления ЕАЭС. Речь о создании сети зон свободной торговли (ЗСТ) и соглашений о преференциальных режимах торгово-экономического сотрудничества в Евразии. Для ЕАЭС это имеет принципиальное значение – прежде всего по причине тектонических изменений в правилах мировой торговли, которые объективно не в интересах нашей интеграционной группировки. Откровенно признаемся самим себе, что ЕАЭС, производящий всего 3,5% мирового ВВП, не является самодостаточным рынком, способным на равных встроиться в мировую систему.

Что сделать, чтобы занять подобающее место в мировом торгово-экономическом и технологическом разделении?

Во-первых, создать работоспособную сеть ЗСТ. Идет проработка соглашений с Египтом, Индией, Израилем и Новой Зеландией. Другие потенциальные партнеры – Южная Корея, Чили, ЮАР. С большинством стран Каспийского региона государства ЕАЭС имеют соглашения о ЗСТ на двусторонней основе. Но особенно важно рассмотреть преференциальное торговое соглашение с Ираном. Это позволит получить выход на рынки и доступ к важнейшим транзитным маршрутам Среднего Востока, а также расширит возможности использования режима свободной торговли с другими государствами Каспия.

Еще один бесспорный приоритет – установление отношений со странами латиноамериканского общего рынка МЕРКОСУР. Взаимодействие с ним могло бы основываться на межблоковом диалоговом партнерстве. Аналогичный подход применим к странам Тихоокеанского альянса (Мексика, Перу, Чили, Колумбия). Стоит рассмотреть вопрос углубления сотрудничества с Республикой Никарагуа, которая осуществляет крупный проект строительства канала между Тихим и Атлантическим океанами.

Основным партнером в Африке может стать Южно-Африканское сообщество развития (15 государств, пять из которых входят и в Южно-Африканский таможенный союз), обладающее обширной институциональной структурой и нацеленное на экономическую интеграцию. Ведущая экономика сообщества, ЮАР – член БРИКС, который имеет шансы стать серьезным игроком в процессе формирования многополярного мира.

Во-вторых, целесообразно активизировать переговорный процесс не только в ЮВА, но и с Евросоюзом как крупнейшим торгово-экономическим партнером. Подход можно окрестить в духе китайских «дацзыбао» – «Стоять на двух ногах». Легкомысленно делать ставку на одного партнера. Ряд стран ЕС не будет до последнего идти на поводу у брюссельской бюрократии, если экономические интересы потребуют проявить прагматизм и здравый смысл.

Одна из «ног», нагрузка на которую возросла с введением Западом экономических санкций против России, – Китай и ориентированные на него торгово-экономические образования. В ЕАЭС идет работа над оптимальным алгоритмом долгосрочного сотрудничества. Примечательно, что государства-члены признали преждевременной инициативу КНР о полноценной зоне свободной торговли. Как отмечается, «приоритетной представляется разработка непреференциального соглашения по торгово-экономическим вопросам (Всеобъемлющее соглашение о партнерстве и сотрудничестве)». Не вводя преференций в торговом режиме между ЕАЭС и КНР, но охватывая достаточный спектр торгово-экономической проблематики сотрудничества, такое соглашение должно содействовать развитию кооперации в инновационных областях, реализации транзитного потенциала Союза, привлечению инвестиций.

Напротив, разумно установить преференциальный режим торговли между ЕАЭС и Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Члены Ассоциации формируют единое экономическое пространство с общим рынком 615 млн человек. Экономики десяти государств, входящих в объединение, во многом дополняют ЕАЭС, что создает перспективы сотрудничества без угнетающего воздействия на отечественных товаропроизводителей. АСЕАН имеет отношения свободной торговли с Индией (членом группы БРИКС), а ЕАЭС создало ЗСТ с Вьетнамом. Наличие особого режима торгово-экономических отношений между АСЕАН и ЕАЭС позволило бы сделать шаг к созданию ЗСТ «от Лиссабона до Владивостока». Во всяком случае, осязаемой стала бы ЗСТ от Петербурга до Джакарты, включающая ЕАЭС, Индию, АСЕАН с общим рынком 2 млрд человек и ВВП 6,6 трлн долларов (по ППС – 16,5 трлн долларов). Российские производители обрели бы дополнительные рынки сбыта и смогли бы диверсифицировать источники импорта критически значимых товаров.

В этом году запланирован запуск Регионального всеобъемлющего экономического партнерства (РВЭП) АСЕАН, анонсированного в 2012 году. В рамках этого проекта ЗСТ АСЕАН предполагается интегрировать с пятью другими аналогичными зонами, которые Ассоциация либо уже создала, либо договорилась создать с Китаем, Японией, Республикой Кореей, Индией, а также Австралией и Новой Зеландией (с последними двумя у АСЕАН подписано общее соглашение). Россия как крупнейшая экономика ЕАЭС точно не проиграет, если проведет консультации с правительствами Индонезии, Вьетнама и Малайзии о перспективах отношений ЕАЭС–АСЕАН, а ЕЭК с соответствующим мандатом Высшего Евразийского экономического совета (глав государств) могла бы проработать вопрос с секретариатом АСЕАН. В случае успешных консультаций по обоим каналам можно объявить о начале формирования Евразийской зоны свободной торговли.

Впрочем, учитывая инерционность наднационального органа управления интеграцией, а также изменения, связанные с коренной перестройкой системы взаимодействия крупнейших региональных игроков в Азии, успешное воплощение предложенного подхода на этом этапе маловероятно.

Один пояс – много путей

Для повышения престижа и конкурентоспособности ЕАЭС на евразийской арене необходимо наполнить содержанием и другие форматы взаимодействия. Большую роль в реализации идеи, скажем, транспортных коридоров Россия–ЕАЭС (с последующим замыканием на магистрали, создаваемые в рамках проекта «Экономический пояс Шелкового пути») должны сыграть ШОС с опорой на формируемый банк организации и БРИКС с использованием потенциала Банка развития и пула резервных валют. Группа БРИКС, учитывая взаимное доверие лидеров государств, способна взять на себя функцию системного координатора процессов экономической интеграции. Иными словами, логичной представляется идея «союза союзов» – экономической интеграции блоков, лидерами которых выступают отдельные участники БРИКС. Дьявол, как водится, в деталях, а именно в адекватном механизме сочленения и приведении к взаимоприемлемому знаменателю принятых в каждом объединении норм регулирования (таможенно-тарифное, нетарифное, техническое, системы контроля происхождения товаров и т.д.). Таким образом, воздействие БРИКС на процессы региональной экономической интеграции членов группы можно многократно усилить уже в краткосрочной перспективе, если перейти от протокольной работы к конкретным программам взаимодействия.

Намеченное сопряжение трансъевразийских планов ЕАЭС со стратегической инициативой «Экономический пояс Шелкового пути» (ЭПШП) требует трезвого расчета и прагматизма. Суперпроект «Один пояс, один путь», выдвинутый председателем КНР Си Цзиньпином осенью 2013 г., быстро превращается в несущую конструкцию новой геополитической и геоэкономической стратегии Китая. Объединив проекты «Экономического пояса Шелкового пути» и «Морского Шелкового пути для XXI века», это начинание быстро приобрело организационную структуру в составе Госсовета (правительства КНР), солидную финансовую базу в форме фонда «Шелковый путь» (50 млрд долларов) и Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (АБИИ) с уставным капиталом в 100 млрд долларов. «Один пояс, один путь» призван решить сразу несколько внешнеэкономических и внутриэкономических проблем самого Китая, но одновременно проект становится стержнем для нескольких интеграционных форматов, включая ЕАЭС, ШОС, АСЕАН, Евросоюз. И он неизбежно окажется конкурентом и препятствием на пути реализации подконтрольных США Транстихоокеанского партнерства (ТТП) и Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП).

Предпринимая каждый новый шаг (разумеется, не отказываясь от выгодных форм взаимодействия), партнерам по ЕАЭС необходимо помнить о негативных последствиях вхождения в предлагаемый экономический альянс с КНР. Проект «Экономический пояс Шелкового пути» – естественная модель противодействия нарастанию нестабильности в экономике Китая за счет расширения внешних рынков сбыта. В связи с этим понятны усилия Пекина расширить внешние рынки, создав, в частности, юаневую зону торговли, куда вошли бы Россия, страны АТР, Центральной Азии, Африки, Южной Америки, а также арабские государства.

Реализуя «Великий Шелковый путь», Китай надеется получить под свой экономический контроль огромную территорию – от Юго-Восточной Азии до Закавказья. В перспективе на этом пространстве предполагается развитие международной экономической интеграции, финансового и политического взаимодействия, логистических и инфраструктурных систем. Пока стратегия охватывает внутреннюю часть Китая плюс близлежащие страны – республики Центральной Азии и ряд стран ЮВА. Россия осмотрительно заявила, что готова на взаимодействие с учетом опорных многосторонних механизмов функционирования БРИКС и ШОС.

Осторожность Москвы небеспочвенна. Вместе с тем, поскольку «места под солнцем» распределяются «здесь и сейчас», а интеграционный ландшафт кроится в угоду наиболее проворным игрокам, России и ее партнерам по Евразийскому экономическому союзу следовало бы поторопиться. Реализация инициативы глав России и Китая по сопряжению ЕАЭС и ЭПШП открывает широкие возможности развития российско-китайского (а также России с другими государствами АТР) сотрудничества. Начинать можно с обеих сторон. ЕАЭС – предложить уже подготовленные, но не начатые инвестиционные проекты развития трансконтинентальной транспортной инфраструктуры – железнодорожных, автомобильных магистралей и авиационных коридоров, а также расширить проекты, находящиеся в портфеле Евразийского банка развития. К примеру, идея Трансъевразийского пояса Razvitie, нацеленная на расширение железнодорожного сообщения «Европа–Азия», представляется фундаментальным дополнением к китайскому ЭПШП. Обе инициативы предусматривают создание протяженного кластера (железнодорожного, автомобильного, энергетического) с участием международных финансовых и производственных институтов.

Пояс Razvitie – принципиально новый концепт, который сочетает геоэкономические и геополитические проекты с культурным, финансовым и правовым аспектами. Он шире понятий «страновой мост» и «коридор развития». Геоэкономическая новизна состоит в формировании нового полюса генерации общественного богатства, заметного на фоне имеющихся мировых экономик. Геополитически предполагается создание новой формы международного сотрудничества в стратегическом планировании и неоиндустриальном освоении значительных территорий. Наконец, геокультурный аспект заключается в формулировании евразийского мировоззрения, основанного на диалоге цивилизаций. Подобный подход позволяет на русский лад переосмыслить идею Великого Шелкового пути, но не как исключительно транспортной магистрали, а прежде всего как коммуникативной мегаинфраструктуры взаимодействия государств, религий и цивилизаций.

Каждый из интеграционных проектов имеет свои инструменты воплощения в жизнь конкурентных преимуществ. В ЕАЭС это Евразийский банк развития (ЕАБР), в Китае – АБИИ. Симфония дополняющих друг друга режимов торгово-экономических отношений в сочетании с возможностями привлечения средств для инвестиций в транспорт, логистику и инфраструктуру формируют реальное «безбарьерное пространство» для создания надежных коридоров, связывающих Китай и Юго-Восточную Азию с Европой. Поэтому совместное использование институтов, находящихся в арсенале ЕАЭС и Китая, открывает возможности для реализации интеграционного потенциала каждого из проектов. Например, можно сочетать формирование единого воздушного пространства и открытие новых воздушных коридоров с переходом на самолеты собственной разработки и их изготовление в рамках российско-китайской кооперации. Или открытие внутренних водных путей со строительством и использованием судов собственного производства. Или сооружение трансконтинентальных транспортных коридоров с развитием собственной базы железнодорожного и автодорожного машиностроения. Аналогичный подход применим к формированию общего энергетического пространства, которое должно сопровождаться созданием общей машиностроительной базы. Скажем, доступ к природным ресурсам может быть обусловлен разработкой, производством и использованием отечественных машин и оборудования. Доступ к трубопроводным системам – инвестициями в их модернизацию и повышение эффективности.

Стратегия Пекина нацелена на создание надежного и безопасного торгового маршрута из Китая в Западную Европу и на Ближний Восток. С учетом военно-политической ситуации оптимальное направление транспортных коридоров проходит по территории стран ШОС и ЕАЭС. По этому маршруту уже налажено регулярное движение железнодорожных контейнерных составов. Завершено строительство шоссе через Синьцзян и Казахстан, которое доходит до границы с Россией в Оренбургской области.

Пекин заинтересован в продвижении грузов через ЕАЭС без задержек на таможенных границах. Именно это должно стать содержанием переговоров и консультаций на всех уровнях. Однако, несмотря на стратегический характер партнерства КНР и России, торг о конфигурации меридиональных транспортных сетей будет очень сложным. Китай уже активно работает над развитием альтернативных трансконтинентальных маршрутов через Центральную Азию и Закавказье. Стремление Пекина к расширению транспортных связей западных регионов страны с внешними, в том числе региональными рынками пока негативно сказывается на российских интересах.

Можно выделить несколько проектов, способных перекроить мировой рынок трансграничных перевозок:

Западный Китай – Казахстан – Закавказье – Турция – Европа (маршрут, в значительной степени совпадающий с ТРАСЕКА);

Западный Китай – Казахстан – Центральная Азия – Иран (с выходом в Турцию и Европу);

Западный Китай – Центральная Азия – Афганистан – Иран (с выходом в Турцию и Европу);

Западный Китай – Пакистан (порты на побережье Аравийского моря).

В реализации подобных проектов заинтересованы и страны-транзитеры, рассчитывающие увеличить доходы собственного транспортного сектора, и государства, которые, обретя статус транзитеров, смогут выйти на мировой рынок транспортных услуг.

Обратим внимание на ключевое присутствие в перечисленных маршрутах Турции. Несмотря на все риски военно-политической напряженности на турецком пограничье (равно как и внутри страны), Анкара в последние годы успешно реализовала ряд проектов по повышению транспортной конкурентоспособности. Так, в 2013 г. Турция ввела в эксплуатацию тоннель под Босфором, соединяющий железнодорожные системы Азии и Европы, и собирается продолжить расширение своих транзитных возможностей.

Являясь географическим ядром Евразийского континента и располагая экономически привлекательными транспортными коридорами, Россия пока проигрывает конкуренцию проектам «среднеазиатского транзитного звена» ЭПШП и серьезно отстает в борьбе за обработку международных трансграничных потоков. Накопившиеся проблемы грозят утратой сектора, стратегически важного для российской экономики.

Транзитный потенциал

Во избежание неблагоприятного сценария России следует исходить из следующих принципиальных соображений.

Первое. Транзит является мощным интеграционным фактором, способствующим росту региональной торговли, увеличению иностранных инвестиций и реализации совместных трансграничных проектов. Большинство проектов направлено на расширение сотрудничества со странами Азии (Китай, Индия, Корея и другие) и подразумевают реализацию программ модернизации востока страны.

Второе. Развитие транзитных направлений способствует росту эффективности транспортно-коммуникационной инфраструктуры, укреплению связей между регионами, обеспечению экономического единства территории страны и повышению ее промышленного потенциала. По расчетам ОЭСР, увеличение производительности в транспортном секторе на 10% ведет к росту ВВП на 0,8%.

Третье. Сложные конкурентные условия определяют необходимость высокого уровня сервиса и надежности перевозок, что подразумевает внедрение современных транспортных средств, модернизацию инфраструктуры (решение этой задачи в рамках единой таможенной территории мог бы взять на себя Евразийский банк развития).

Четвертое. Приоритетное и опережающее развитие восточных областей России, прежде всего их инфраструктуры, транспорта и человеческого потенциала, превращение этих регионов во второй политико-экономический центр страны.

Россия – единственная страна «от моря до моря», через которую могут пройти маршруты, связывающие три мировых полюса современного экономического и технологического развития. Эксперты считают крупнейшим событием столетия создание коммуникационного каркаса Евразийского континента, образуемого Великим Шелковым путем, Азиатско-Североамериканской и Арктической магистралями. При этом должны соблюдаться принципы классической транспортной задачи (замкнутая сеть более эффективна, чем отдельный транспортный коридор). Маршрут значительной протяженности даст экономический эффект, если в его срединной части находится государство с высокой потребительской емкостью внутреннего рынка. Большое значение имеют экспортные возможности срединной страны, создающие грузопотоки в направлении мировых рынков. Евразийский каркас станет жизнеспособным, если у образующих его торговых мостов будут опоры на всем протяжении. Новая стратегия интеграции и развития России и Евразии в целом должна предусматривать выстраивание механизмов пространственного планирования, новые принципы институционального развития.

России и ее партнерам по ЕАЭС важно поймать «азиатский ветер» в «паруса» своего развития еще и потому, что маршруты, проходящие по союзной территории, будут способствовать увеличению объемов товарообмена между АТР и другими регионами континента. В настоящее время около 60% мирового валового продукта создается в АТР, общая стоимость мировых перевозок оценивается в 3–5 трлн долларов, причем значительная их часть осуществляется морским путем за длительные сроки. 80% общей протяженности экономически оптимальных путей от Восточной Азии до Атлантики составляют российские транспортные сети.

Россия могла бы переключить на себя значительную часть евроазиатских грузопотоков. При 50-процентной российской доле в доходах транспортных систем это составит 1,5–2,5 трлн долларов. Вдоль магистралей появятся современные города с населением 1,5–2 млн человек, что позволит разгрузить мегаполисы в европейской части и оживить малонаселенную территорию Сибири и Дальнего Востока. Сегодня Россия обслуживает не более 5–7% потенциального объема евразийского рынка транспортно-логистических услуг.

Утверждение России и ЕАЭС как ключевого транспортно-коммуникационного звена единой евразийской инфраструктуры позволило бы сблизить сырьевые и промышленные регионы России, способствовало развитию производственных комплексов и социально-экономической сферы на обширных восточных территориях. Получили бы интенсивное развитие железнодорожная, металлургическая отрасли, горнорудная промышленность, речное судостроение и судоходство, технологии энергосбережения, космические средства навигации, газовая и лесная промышленность, телекоммуникационные и другие технологии.

Та или иная конфигурация транспортной инфраструктуры Евразии – благодатная почва для осуществления плана создания зоны гармоничного сотрудничества Азии и Европы, заявленного президентом России. Тем более что и в Брюсселе развитие высокотехнологичных транспортных коридоров между Евросоюзом и соседними странами (преимущественно на востоке) рассматривается как важная составляющая экономического роста. По прогнозам, объем наземных грузовых перевозок между Евросоюзом и странами-соседями увеличится к 2020 г. в два раза по сравнению с показателями конца XX века. Транспортная отрасль создает 10% ВВП ЕС, в ней трудится более 10 млн человек. Общеевропейская транспортная сеть включает более 75 тыс. км скоростных автомобильных дорог, около 78 тыс. км железнодорожных путей, 330 аэропортов и 480 морских портов, из них 270 международных.

За последние 10 лет (ровно столько времени прошло с момента утверждения Брюсселем схемы развития пяти европейских международных транспортных коридоров) Евросоюз не смог продвинуться дальше дискуссий. Сегодня же, в условиях обострения копившихся годами проблем, Европейский союз не менее других партнеров по Евразии заинтересован в согласовании четкого алгоритма долгосрочного сотрудничества с ЕАЭС и АТР. Прежде всего это касается совместных инвестиций в транспортную инфраструктуру и коммуникации, которые позволят создать прочный экономический базис, не подверженный колебаниям политической конъюнктуры.

Воронка влияния США?

Тектонические сдвиги в мировой торгово-экономической системе связаны с ее постепенным затягиванием в воронку влияния Соединенных Штатов. Запланированное создание Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП) США–ЕС и уже созданное Транстихоокеанское партнерство (ТТП) коренным образом изменит конфигурацию глобального экономического пространства.

Примечательно, что за скобки этой операции американцев, направленной, по сути, на переписывание правил мировой торговли под себя, пока выведен Китай. Планы по нейтрализации влияния Поднебесной разработчики соглашения не скрывали, Барак Обама прямо заявил: «В условиях, когда 95% потребителей американской продукции находятся за границами США, Америка не может позволить таким странам, как Китай, формулировать правила глобальной экономики».

ТТП является ярким примером и составной частью внешнеторговой стратегии Соединенных Штатов, в которую, наряду с планом заключения ТТИП, входит присоединение к соглашению по торговле услугами (ТИСА) с участием 23 стран – членов ВТО. Соглашение о ТТП является примером утилитарности американской внешнеэкономической экспансии. По оценкам Института мировой экономики Петерсона, к 2025 г. американоцентричное партнерство увеличит доходы его участников на 285 млрд долларов, их экспорт вырастет на 440 млрд долларов. При этом 64% общего прироста ВВП придется на Японию и Соединенные Штаты. Во взаимной торговле будут отменены около 18 тыс. пошлин на американские товары.

Таким образом, не обнуляя значения ВТО как всемирного арбитража по урегулированию торговых споров, США связывают с ТТП идею не только установления правил функционирования мирового сообщества после Второй мировой войны, но и продвижения своей экономической и политической системы как основополагающей модели справедливой конкуренции. Когда правила справедливы, указывается в мотивации Соединенных Штатов, американцы в состоянии вытеснить любого конкурента, однако необходимым условием является полное снятие барьеров на пути движения американских товаров, поскольку издержки производства в США даже в рамках программы «Сделано в Америке» существенно выше, чем в развивающихся странах. Основным требованием Вашингтона в связи с подписанием ТТП является закрепление лидерства в Тихоокеанском регионе. В частности, цены на американские автомобили упадут на 59%, а на поставки американской курятины – на 40%. ТТП должно снять барьеры на других рынках, чтобы продукция США имела возможность конкурировать на них. Доля изделий по программе «Сделано в Америке» выросла в экспорте почти на 50% и обеспечила около трети общего экономического роста с 2009 по 2014 год. Американский экспорт поддерживает 11,7 млн рабочих мест в Соединенных Штатах (рост на 1,8 млн рабочих мест за последние пять лет). Каждый миллиард долларов американского экспорта – это в среднем +5,8 тыс. рабочих мест в США. Одновременно Соединенные Штаты решают задачу ликвидации нетарифного регулирования, основанного на лицензиях, используемых рядом стран – Японией, Вьетнамом и др. Кроме того, американские автомобили получают доступ на японский рынок, который до этого считался достаточно закрытым, поскольку ликвидируются длительные задержки при таможенном оформлении американских товаров.

Обобщая, безбарьерная экспортная экспансия США, подкрепленная ими же написанными правилами, сулят американским корпорациям исключительные блага в АТР, в том числе доминирование над национальными нормами и законами, и обесценивают базовые права государств принимать свои нормы и уложения. ТНК смогут напрямую подавать иски против правительств в частный экстерриториальный трибунал, избегая обычной судебной системы на местах. Они вправе требовать компенсаций за потерянные и даже ожидаемые прибыли вследствие строгого трудового или экологического законодательства. На выходе получается своеобразное «ВТО плюс» XXI века: вместо гармонизации правил мировой торговли – ее хаотизация и усугубление глобальных финансовых диспропорций.

По тем же лекалам создается трансатлантическая беспошлинная экономическая зона с потребительским рынком в 820 млн человек – ТТИП. Инициаторы соглашения заявили, что оно позволит экономикам стран ЕС и США увеличить доход минимум на 100 млрд долларов в год. Но согласно докладу Института глобального развития и окружающей среды, опубликованному в 2014 г., в течение первых 10 лет соглашение приведет к потерям европейского нетто-экспорта (Франция лишится 2% ВВП, Германия – 1,1%, Великобритания – почти 1%). Это, в свою очередь, вызовет волну крупных сокращений, падение трудовых доходов (во Франции, к примеру, 5,5 тыс. евро в годовом исчислении на одного трудоспособного). Договоренность приведет к потерям государственных доходов, а дефицит госбюджетов всех европейских стран может превысить предусмотренный Маастрихтским соглашением порог в 3%.

Очевидно, что на подавляющей части мировых рынков экспортеры государств ЕАЭС окажутся в менее благоприятном положении, чем поставщики стран – членов суперблоков. В отношении российской продукции на территориях ТТП и ТТИП могут действовать ставки пошлин режима наибольшего благоприятствования (они закреплены в обязательствах ВТО), тогда как продукция стран – членов глобальных ЗСТ либо вообще не будет облагаться импортными пошлинами, либо будет облагаться преференциальными ставками. Это снизит конкурентоспособность продукции ЕАЭС, а значит устойчивость самого Евразийского экономического союза. Он, вероятнее всего, выпадет из новой конфигурации мирового экономического пространства, на которое в предстоящие годы будет приходиться большая часть международного товарного и инвестиционного обмена.

ЗСТ между США и Евросоюзом станет серьезным препятствием при переговорах о создании евразийского пояса гармоничного сосуществования и сотрудничества от океана до океана, предложенного президентом России. Снижается вероятность формирования зоны свободной торговли между ЕАЭС и ЕС, что станет дополнительным барьером для расширения интеграционных процессов на постсоветском пространстве, будет способствовать определенной изоляции рынка Евразийского экономического союза. ТТИП потенциально создает сложности для общеевропейской энергетической политики. В случае наращивания поставок американских энергоносителей в Евросоюз, скорее всего, будут переписаны требования к трансатлантическому энергетическому рынку, а Россия столкнется с еще большими, чем предусмотрено Третьим энергопакетом, ограничениями на европейском рынке.

Попытки стимулировать интеграцию в Тихоокеанском регионе без участия России противоречат интересам страны и ЕАЭС в целом. Опасность усугубится, если к либерализации торговли в рамках ТТП в той или иной форме присоединится Китай. Это существенно девальвирует саму концепцию разворота на Восток, снизит привлекательность России как экономического и политического партнера для КНР.

* * *

Итак, Евразия находится в ситуации высокой геополитической волатильности. Широкий спектр новых рисков и угроз экономической безопасности ЕАЭС, БРИКС и ШОС, возникающих в ходе реализации ТТП и ТТИП, требует ответов. Необходимо развивать аналогичные механизмы координированного управления агрегированными экономическими системами. При любом сценарии укрепление позиций России в мировой экономике и международной торговле будет зависеть не столько от изменений глобального экономического пространства, сколько от успешного решения стоящих перед страной интеграционных задач. И основной из них является осуществление новой индустриализации внутри ЕАЭС, сопряжение промышленных возможностей и преимуществ друг друга для создания кластеров производств, способных выдержать конкуренцию в любой точке земного шара. Необходимо извлечь максимальные выгоды из своего геостратегического положения, став крупнейшим мировым Таможенным союзом – транзитером с отлаженной системой магистралей и инфраструктурой. Целесообразно пригласить к полноправному членству в союзе и другие экономики, включая страны СНГ, партнеров, с которыми имеются отношения свободной торговли либо ведутся переговоры об установлении преференциальных режимов.

Только конкретные экономические проекты с просчитанными выгодами и издержками, пониманием их влияния на будущее ЕАЭС не позволят другим региональным и трансконтинентальным торговым группировкам заполнить образовавшийся в силу перманентной инертности управленческих звеньев вакуум на постсоветском пространстве.

Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены > globalaffairs.ru, 16 мая 2016 > № 1754230 Сергей Ткачук

В сетях архаики

Пять стратегических векторов конфликта в Сирии

Дмитрий Евстафьев – кандидат политических наук, профессор департамента интегрированных коммуникаций факультета коммуникаций, медиа и дизайна Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Резюме Сирийский конфликт показал возможность глубокой виртуализации политики и создания устойчивых сконструированных сущностей, бытующих исключительно в коммуникационном пространстве. Наиболее примечательной из них оказалась «умеренная оппозиция».

Междуречье Тигра и Евфрата и Большой Левант, а говоря современным языком, территория Сирии, Ливана и Ирака – почти идеальное место, где можно наблюдать проявление основных противоречий современного мира. Ряд немедленных последствий конфликта очевидны, как и то, что отсутствует полноценная кооперативная база для стратегического взаимодействия ключевых государств. Это, правда, не исключает определенного, хотя и ограниченного сотрудничества не только на военном этапе, но и в процессе политического и социально-экономического воссоздания.

Конфликт выявил несколько долгосрочных векторов развития, эффект которых пока в полной мере не ясен, но они, безусловно, имеют как минимум среднесрочный характер и могут начать определять политические процессы не только на Ближнем и Среднем Востоке.

Вектор 1. Сочетание этно-религиозных, политических и экономических факторов

Конфликт в Сирии вряд ли можно назвать цивилизационным в чистом виде, хотя возникший разлом имеет очень глубокий характер. Есть классические цивилизационные идентификаторы, которые Сэмюэл Хантингтон формулировал на основе этно-религиозных и культурно-поведенческих отличий, они находят подтверждения в длительной исторической перспективе. Но в данном случае проявился и ряд специфических аспектов дестабилизации, которые невозможно свести ни к национальным, ни к этническим.

Даже в самой широкой трактовке «национального» оно утрачивает значение решающего фактора размежевания. Управление такого рода конфликтами существенно осложняется, ведь сердцевиной всегда являлось национальное государство и его институты, пусть и по-разному понимаемые. Но кроме процессов, обусловленных невозможностью и далее сохранять национальные государства в рамках колониальной эпохи (Ирак, Сирия, Иордания, да и Ливия – классические примеры), наметилась перспектива передела пространства ради получения экономических выгод. То есть фактор этно-конфессиональной напряженности все больше воздействует на систему международных отношений, но дополняется экономически мотивированной дестабилизацией. На фоне торможения глобализации и в условиях кризиса стратегий догоняющего развития это особенно бросается в глаза.

Многогранный характер разломов и их последствий – главный стратегический вектор развития мира. Сирия – первый очаг конфликта, где это явственно проявилось, хотя пока и в ограниченной степени. Страна не играет важной роли в мировой экономике и остается второстепенным элементом логистической системы. Столкновение интересов будет куда ожесточеннее, если в его центре окажутся территории, более значимые с точки зрения всеобщих экономических потоков.

Традиционные транспортные и инфраструктурные коридоры и объекты, имеющие глобальное или трансрегиональное значение, давно находятся либо в «белой зоне» взаимоотношений мировых держав (регулируются юридически обязывающими соглашениями), либо хотя бы в «серой» (неформальные договоренности). Пример первого рода – знаменитая «конвенция Монтрё», которую стараются соблюдать даже в периоды максимального обострения отношений (как, например, в ходе нынешнего украинского кризиса или российско-грузинской войны). Пример второго рода – режим судоходства в Гибралтаре, Баб-эль-Мандебском проливе и некоторых других специфических регионах мира.

Однако новые логистические направления, возникающие в ходе перекройки карты мира, попадают в зону неопределенности – и правовой, и политической. Один из наиболее острых вопросов проекта «Экономический пояс Шелкового пути» – стандарты, которыми он будет регулироваться. Стремление КНР построить коридор исключительно на национальных нормах и принципах едва ли вызовет энтузиазм остальных участников. Можно не сомневаться, что тема правил игры возникнет и в связи с такими перспективными логистическими пространствами, как Никарагуанский канал и Северный морской путь (даже несмотря на то, что российский суверенитет над ним пока никто не оспаривает).

Вектор 2. Столкновение сетевой структуры и иерархичности

Девяностые годы XX века были отмечены бурным ростом интереса к сетевым структурам. Считалось, что они эффективнее иерархических, более адаптивны, да и вообще идут на смену прежним моделям управления. Концепция и политическая практика «цветных революций» заключалась в подрыве иерархической конструкции (государства) за счет гибкости и мобильности сетевых образований. Сетевое глобальное пространство, которое, как казалось, заменит скучное господство иерархии, виделось миром транснациональных компаний. Сами по себе они, безусловно, иерархические, но, становясь действующими лицами глобального сообщества, стимулируют переход процессов социально-экономической глобализации в сетевую форму.

Интересно, что на этапе зрелой глобализации (конец 1990-х гг. и нулевые) ТНК нормально уживались и даже взаимодействовали с транснациональными неправительственными организациями, хотя последние, как правило, объявляли себя борцами против засилья глобального бизнеса. Например, значительная часть мирового экологического движения деликатно смолчала по поводу сланцевой нефте- и газодобычи. Или, скажем, первоначально антиглобалистски настроенное «Движение за справедливую цену» сейчас активно используется крупнейшими глобальными корпорациями (тем же «Старбаксом») в маркетинговых целях. То есть чисто теоретически существовала возможность симфонии между ними, равно как и вероятность возникновения сетевого универсума, в котором государственная принадлежность индивида была бы вторичной по сравнению с его принадлежностью к той или иной сети.

Принято констатировать, что «сетевики» уступили в конкуренции с «иерархами», поскольку национальное государство сохранилось в качестве базовой единицы системы международных отношений. На деле ситуация далеко не так однозначна. Противоборство продолжается, и конфликт в Сирии и Ираке дал ему новый импульс.

Однако сетевыми структурами, в наибольшей степени освоившими механизмы глобализации, оказались радикально-религиозные сообщества, глобальный криминал и террористический интернационал. Собственно, рост их влияния в последние пять-семь лет, вероятно, можно связать с тем, что в условиях явного торможения глобализации (прежде всего социальной и социально-экономической) сетевые структуры действительно проявили больше операционной гибкости и воспользовались возможностями передела геополитического пространства и ключевых финансовых потоков.

Сирийский конфликт доказал способность сетевых структур оказывать социальные услуги в подконтрольных им районах. Неформальные группы занимались этим и раньше, порой более успешно, нежели государство. Однако и ХАМАС в секторе Газа, и «Хезболла» на юге Ливана действовали скорее как обычные иерархии, которые подменили собой государство на контролируемой территории. А вот ИГИЛ в Ракке и Дамаске, и «Джабхат ан-Нусра» в Алеппо и Идлибе (обе организации запрещены в России. – Ред.) оставались однозначно сетевыми.

Другой вопрос, что сетям ни разу не удавалось удержать власть. Более того, для «сетевиков» принципиальной задачей был не столько разгром иерархической структуры того или иного государства, сколько врастание в нее и превращение себя в подобие власти, то есть иерархии. Где-то это получалось (Сербия, Тунис, Грузия), где-то нет (Египет), где-то приводило к тяжелой долгосрочной дестабилизации (Украина). Но модель проникновения сетевого элемента в иерархическую конструкцию везде по сути одна и та же. В Сирии впервые в новейшей истории столкнулись чисто сетевая структура (ИГИЛ) и классическое, хотя и «сложносочиненное» государство. ИГИЛ, рожденное именно как сеть и остававшееся ею на протяжении большей части конфликта, ставило задачей разрушение государства как такового. Попытки обозначить собственную иерархичность (государственность) не оказали заметного воздействия ни на ход боевых действий, ни на концептуальную и идеологическую составляющие радикал-исламистского сообщества. Более того, сетевой характер организации исламистского пространства в Сирии и Ираке сохраняется, несмотря на угрозу военного поражения.

Интересно, что сетевой, по сути, характер постмайданной государственности не преодолен и на Украине, несмотря на жесткий нажим извне. В том, что Киеву следует вернуться к иерархичности в политике и сфере применения насилия (в частности, ликвидировать силовое крыло сетевой государственности – т.н. добровольческие батальоны), были едины и США, и Россия, и ЕС, и ОБСЕ. По мере ослабевания внешнего политического контроля над украинской политикой сетевой характер государственности имеет тенденцию к воспроизводству.

Показательно и то, как концепция «русского мира» все больше становится антиподом российской государственности. Она оказывается направлена против государственных институтов, которые представляются слишком косными, неспособными к динамическому расширению и в недостаточной степени отражающими «народность».

Ключевой вопрос, который питает противоречие между иерархическими и сетевыми моделями управления, – способность классического для XIX–XX столетий национального или многонационального государства с доминирующим этносом обеспечивать эффективную обратную связь между политическими институтами и обществом. Второй по значимости вопрос – насколько верхушка может «эмансипироваться» от общественных настроений. История гражданской войны в Сирии и судьба политической элиты во главе с Башаром Асадом преподала немало уроков. По мере того как нарастал «дефицит реакции» верхов на мнение общества, вакуум заполнялся именно сетевыми структурами. А они, похоже, обеспечивают большее «пространство соприкосновения» с обществом.

Попытки начать государственное строительство в Сирии «с нуля», как фактически предлагают США и Запад (демонтаж модели, центром которой являются алавиты), значат, что «новая сирийская государственность» станет возводиться в прямой конкуренции с сетевыми образцами «псевдогосударственности» ИГИЛ и «Джебхат ан-Нусры», международно признанных террористов. Предложение Москвы сохранить «асадовскую оболочку», наполняя ее новым содержанием, выглядят куда более стратегически осмысленно.

По сути, мы имели первый опыт наблюдений за усилиями по институционализации сетевой государственности. Впервые в качестве основы для государственного строительства востребована антисистемная идеология.

Сетевой вызов, вероятно, будет острым и для ислама как наиболее активно развивающейся идеологической системы современности. В какой-то степени это естественно для религии, в которой фактически нет клира как иерархической структуры, поэтому считалось, что прецедент уникален, его невозможно перенести на другие цивилизационные модели. Теперь, однако, речь идет о сетевизации управления насилием, порождаемого идеологией, которая использует исламскую оболочку, но наполняет ее иным содержанием. И это вполне применимо и за пределами ислама, во всяком случае в его классической трактовке.

Вектор 3. Стратегическое противостояние монополярности и полицентричности

Концепция многополярности при всей активной теоретической проработке и информационной подпитке, прежде всего со стороны Китая и спонсируемых им научных кругов, пока практического воплощения не получила. Более того, ни ЕС, ни КНР как потенциальные полюсы силы не смогли конвертировать свое преимущество по определенным типам ресурсов (нормативная и «мягкая» сила в случае Евросоюза и экономическая мощь в случае Китая) в новый геополитический статус. Пекин сделал ставку на врастание в биполярность через глобальную экономику и отказался от возможности бороться за статус второго полюса. Конкуренция с США проявляется скорее в формировании региональных коалиций, разных по составу, целям и задачам, которые невозможно в полной мере перенести в другие части мира.

Предпринята попытка утверждения как минимум двух новых центров силы – Турции и Саудовской Аравии, которые ставят геополитические цели, превышающие их собственный ресурс. В возникшую ситуацию вмешался Иран, который также хотел реализовать как экономическую, так и прежде всего политическую составляющую своего потенциала центра силы. Несмотря на локальность применения силовых инструментов, последствия того, что новые центры стимулировали вооруженные конфликты, выходили далеко за рамки большого Ближнего Востока.

Особенно это видно на примере Турции, которая интенсивно пыталась реализовывать уже не столько политическую или экономическую, сколько геополитическую программу неоосманизма. Схожую политику – естественно, с учетом возможностей и реальных условий – проводят другие страны: Польша, Индия, Бразилия, а в недалекой перспективе при условии стабилизации экономической ситуации, вероятно, к ним могут присоединиться Индонезия, Египет. Саудовская Аравия уже способна сформировать собственную коалицию на основе клиентских отношений с рядом арабских и африканских государств. Возникают полноценные субсистемы зависимости, обладающие собственной логикой развития. На этом фоне государства полузабытой «оси зла» выглядят почти безопасно, поскольку ни одно из них не обладало возможностями для существенного изменения международной системы.

Москва работает в этой парадигме, реализуя на локальном пространстве свое преимущество в отдельных видах мощи. Естественно, потенциал России существенно больше, нежели у обычного центра силы. И она также пытается действовать в логике создания собственной субсистемы союзнических связей, хотя это пока получается политически неэффективно, а экономически – затратно.

С другой стороны, выявилась группа стран, которые, обладая возможностями для более «самостоятельного плавания», заинтересованы в сохранении системы и ключевых тенденций глобализации. Это прежде всего государства, которые встраиваются в новые институты американоцентричной архитектуры – Транстихоокеанское партнерство или Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство. Ряд значимых потенциальных центров, например, Вьетнам, Южная Корея, Германия, продемонстрировали стремление остаться в рамках классических форматов глобализации, использовав монополярность в своих национальных интересах. И это важная тенденция, подтверждающая гипотезу о нелинейности, разнонаправленности геополитических процессов.

Главная проблема современной американской политики заключается в стратегической неспособности обеспечить управление амбициями ключевых игроков и встроить их в систему глобальной монополярности. Именно растерянность перед полицентричностью вызвала к жизни так повеселивший мировую общественность набор угроз глобальной безопасности, который вполне серьезно изложил Барак Обама в своем выступлении в ООН (Россия, Эбола, ИГИЛ).

Можно отчасти согласиться с мнением ряда специалистов о том, что американский военный активизм нулевых и десятых годов ознаменовал кризис однополярности. Основанную на ней систему уже нельзя было поддерживать в сбалансированном состоянии без прямого силового воздействия.

В мире тормозящей глобализации моделью для потенциальных центров силы стало не только вхождение в те или иные экономические системы, но прежде всего наращивание военных возможностей. Вероятно, справедливы прогнозы относительно медленного, а главное – асимметричного размывания монополярности. Это происходит и на качественном уровне – утрата Соединенными Штатами превосходства в компонентах национальной мощи, и на региональном – потеря Вашингтоном доминирующего положения в конкретных регионах мира. Отмирание монополярности – если, конечно, не произойдет значимых событий, которые развернут этот тренд или катализируют его – не будет носить характер одномоментного обвала, смены модели.

США, скорее всего, упустили время для корректировки глобальных институтов, чтобы они отвечали вызовам новой эпохи. Шаги в этом направлении сделаны – например, изменение системы квот в МВФ в пользу стран БРИКС. Но ситуация уже приобрела ярко выраженную силовую окраску, и эффект частичного экономического умиротворения существенно ниже, чем он мог бы быть в других условиях. Виной тому, вероятно, фиксация нового статуса военной силы и политической воли ее применять, продемонстрированная в ходе конфликта в Сирии и Ираке и не только там. Действия КНДР, целевой аудиторией которых были все же не Соединенные Штаты, а Китай и Япония, не менее показательны и подтверждают гипотезу о том, что в формирующейся системе международных отношений военно-силовой потенциал легко монетизируется.

Вектор 4. Столкновение высоких технологий и архаики в военной сфере

Как показала операция российских ВКС в Сирии, наличие высокотехнологичных вооружений последних поколений (ракеты «Калибр», высокоточное оружие воздушного базирования) не дало абсолютного преимущества сирийской армии на поле боя, хотя и обеспечило благоприятную ситуацию по двум важным показателям. С одной стороны, применение именно высокоточного оружия позволило избежать неблагоприятных гуманитарных последствий, которые были бы для России весьма чувствительными. С другой – дало возможность сравнительно быстро восстановить паритет в управлении войсками между сирийской правительственной армией и боевиками.

Однако в дальнейшем военно-технологическое превосходство перестало быть решающим. Более того, российские ВКС перешли к широкому использованию классических, можно сказать, пред-высокоточных боеприпасов (например, с самолетов Ту-22М3), и это не сказалось негативно на качестве воздушно-огневой поддержки. Зачастую общая интенсивность боевых действий была важнее. Это так, даже если отрешиться от вопроса о стоимости-эффективности применения различных видов вооружения, что в условиях нетотального конфликта является одним из важнейших факторов.

Еще более показательна относительно низкая эффективность боевых действий «западной коалиции», которая почти исключительно использовала высокотехнологичные вооружения и добилась лишь имитационных результатов, фактически проиграв ИГИЛ на поле боя.

Правомерны сомнения во всей методологии расчета субстратегического баланса сил, на которой зиждется утверждение о безусловной американской военно-силовой гегемонии. В ее основе, мол, непревзойденная мобильность вооруженных сил, дополненная преимуществом в высокотехнологичном вооружении. Но если военно-техническое превосходство не дает решающего превосходства даже в асимметричных конфликтах (с заведомо более слабыми противниками), насколько вообще надежна основа военно-силовой монополярности?

Конфликт в Сирии и Ираке показал, насколько ограничен потенциал высокотехнологичных воздушно-наземных операций, если он не сопровождается действиями сухопутных войск или их дееспособного суррогата. Например, частных охранных компаний или подразделений добровольцев, ополчений, которые будут фронтально противостоять противнику, получая воздушную поддержку в виде качественного, но не решающего бонуса. Особенно если боевые действия выходят за рамки классического для биполярного мира квазиколониального конфликта.

Под вопросом вся концепция технологизации боя как единственной основы военного доминирования Севера в условиях демографического и ресурсного превалирования Юга. Именно такой взгляд преобладал после холодной войны. Первые сомнения в правильности «качественной асимметрии» как подхода к ведению боевых действий возникли в ходе «Второй ливанской войны» 2006 г. – операции израильской армии (ЦАХАЛ) против подразделения «Хезболлы» и ее союзников в Ливане. Тотальное технологическое преимущество израильтян не позволило им добиться безоговорочных результатов на поле боя, а соотношение потерь оказалось неблагоприятным. Однако тогда это обстоятельство восприняли как разовый «сбой эффективности».

Важно изучать формы и методы участия разных государств в сирийском конфликте. Наиболее интересный пример – Иран, который создал и продемонстрировал в Сирии, кажется, самую гибкую из апробированных в военных конфликтах последних лет систему силовых инструментов. Иран обкатал и классические военные подразделения, и возможности военных советников (хотя эффект их деятельности, вероятно, более спорный), и подразделения внутренней безопасности (кстати, опыт участия КСИР именно в локальном конфликте может оказаться востребованным в дальнейшем), и полувоенные аффилированные подразделения («Хезболла», причем как ливанская, так, вероятно, и иранская), и внешне самостоятельные подразделения «шиитских добровольцев». Иран испробовал военный потенциал на любой вкус, исходя из максимально широкого спектра потенциальных вооруженных конфликтов, которые могут затронуть его интересы. Конечно, Тегерану есть над чем работать, но у его потенциальных оппонентов в регионе или нет и такого опыта, или имеется опыт скорее негативный, как, например, у Саудовской Аравии в Йемене.

Вектор 5. Усложняющееся взаимодействие социальной реальности и «информационного общества»

Сирийский конфликт показал пример глубокой виртуализации политики (даже ее силовой составляющей) и создания устойчивых сконструированных сущностей исключительно для коммуникационного пространства. Наиболее примечательна «умеренная оппозиция». Появление этого понятия и признание ее в качестве важнейшего элемента конфликта показывает глубину манипулятивных возможностей информационного общества, построенного на принципах интегрированных коммуникаций. Но есть и другая сторона вопроса.

Исламистские структуры сравнительно легко осваивают новейшие формы манипуляций. Информационное общество прорастает в архаизированные социальные структуры, последние же берут на вооружение новейшие технологии. Следствием становится глобализация архаических социальных укладов и поведенческих парадигм.

Этот феномен имеет отложенный эффект, который, впрочем, может со временем оказаться едва ли не самым значимым. События сорока лет показали высокий темп архаизации обществ во всем мире. Формальной отправной точкой, вероятно, стоит считать череду потрясений: начало радикального исламского противодействия центральной власти в Афганистане при Мухаммаде Дауде (1976–1977 гг.), «хлебные бунты» в Египте (1977 г.), показавшие силу архаических социальных институтов во вроде бы модернистских городах, исламистское восстание в сирийском Алеппо (1979 г.), Исламская революция в Иране (1978–1979 гг.). Окончательной легитимацией этих процессов можно считать референдум об исламском устройстве Пакистана, проведенный президентом-автократом Зия-уль-Хаком. Он знаменовал не просто откат в прошлое, а признание новой стратегической модели развития общества, всерьез претендовавшего до этого на промышленную модернизацию.

Но все подобные проявления воспринимались преимущественно как нечто, касающееся развивающегося мира. Ирак, Афганистан, Пакистан, Ливия, Нигерия, отчасти даже Египет превратились из относительно модернистских обществ в архаические не только по форме, но и по сути. Архаизацию удалось несколько замедлить в Алжире, Тунисе, Индонезии, Таджикистане, но, очевидно, только на время. Развитие информационного общества не только не сдерживало скольжение в прошлое, но и, очевидно, было одним из его инструментов. Оно и обеспечило внедрение в сознание мысли о том, что архаические социальные и экономические уклады вполне приемлемы.

Последняя волна нестабильности на Ближнем Востоке и все большая информационная прозрачность постмодернистских обществ делает возможным перенос социальной архаизации из развивающегося мира в сообщество стран с развитой экономикой. Этому способствует деструкция базовых социальных институтов западного мира. Безусловно, процесс небыстрый, и он далек от «точки невозврата», однако отрицать его бессмысленно. Признаки очевидны в Великобритании (например, т.н. шариатские патрули) и Франции. Они все более заметны в Германии, Бельгии. И в том числе это касается такого базового общественного института, как образование.

Перевод борьбы против ИГИЛ в реальную сферу не привел к исчезновению виртуального конфликта. Эту составляющую просто оттеснили на периферию, и она обрела другие формы. Конечно, в точке соприкосновения с реальностью действия виртуальное измерение перестает быть доминирующим. Но там, где этого соприкосновения нет или оно носит несколько иной характер (например, в странах Евросоюза главным является ожидание терроризма и нарастающий страх перед последствиями миграции), баланс между виртуальным и реальным может быть иным. Что допускает возможность воссоздания сконструированной реальности условной ИГИЛ на принципиально иной операционной площадке – за пределами Леванта и Ближнего Востока.

Давно обещанное противоборство Север–Юг, вероятно, уже идет через конкуренцию модернистских и архаических социальных институтов, и более конкурентоспособными оказываются архаические. Они эффективнее используют возможности информационного общества. Это обстоятельство отмечал скандальный немецкий политик Тило Сарацин в нашумевшей книге «Германия: самоликвидация». Деконструкции подвергаются классические социокультурные институты, прежде всего те, которые имеют организационное воплощение. Так разъедается каркас современного устройства западного типа. Оно замещается – пока на локальном уровне – архаизированными институциональными суррогатами. Высокотехнологичное информационное общество, безусловно, относящееся к атрибутам европейского постмодерна, успешно используется для архаизации социального пространства Европы.

Вместо заключения

Рассмотренные векторы – явления долгосрочные, в полной мере их эффект проявится лишь через некоторое время. Однако именно они определят структуру и особенности системы международных отношений, если торможение глобализации станет не только политической, но и операционной реальностью.

Реализация всех этих векторов – в комплексе или по отдельности – предполагает расширение зоны нестабильности, поскольку во всех случаях в той или иной степени предполагается использование силовых инструментов. Собственно, конфликт в Сирии и Ираке даже больше, нежели ситуация вокруг применения экономических санкций против России, показал значимость и потенциальный эффект различных силовых инструментов в современном мире: от почти классических войн союзников (proxy warfare) через новую парадигму гибридных войн к применению стратегических вооружений. Не показал конфликт в Сирии только одного – пределов допустимой эскалации. И это – главная угроза для системы международных отношений.

Внешняя политика России носит относительно деидеологизированный характер, в какой-то мере она приближается к практикам периода разрядки, когда пропаганда играет лишь роль ширмы для решения прагматических, во многом технологических задач. Однако идеологизация внешней политики США постоянно нарастает, определяя политические действия. Это делает маловероятной стратегию ограниченного партнерства, а частные случаи взаимодействия (например, сотрудничество против ИГИЛ) оказываются заложниками пропагандистской инерции.

Ситуация будет выглядеть менее безнадежно, если признать, что управлять возникшими векторами развития можно лишь отчасти, особенно в период глобальной экономической нестабильности. Тогда не исключены хотя бы попытки разговора с Соединенными Штатами (а они обеспечат лояльность своих европейских сателлитов) о пределах дестабилизации в современной системе международных отношений.

С другой стороны, конструктивное взаимодействие между Россией и Западом зависит от способности расширить рамки относительно малоконфликтной повестки дня между Москвой и Вашингтоном, которая, как показала практика, остается сердцевиной многостороннего взаимодействия. Это сложно, но возможно – с целью замедления глобальных деструктивных процессов.

Стратегическая задача России на ближайшие пять-семь лет вполне ясна. Необходимо дополнить эффективный военный потенциал (который, конечно, нужно расширять) возможностями стратегического конструирования и управления как минимум субглобальными геополитическими процессами. Только очень наивные люди могут предполагать, что обозначившиеся в Сирии и Ираке тенденции не проявятся на постсоветском пространстве. Но для адекватного реагирования нужна совершенно иная экономическая база и более эффективные социальные и управленческие институты.

Сирия. США. Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ > globalaffairs.ru, 16 мая 2016 > № 1754105 Дмитрий Евстафьев

Дубай, ОАЭ. Компания Topaz Energy и Marine (входит в группу Renaissance Services SAOG), штаб-квартира которой находится в Дубае, в составе консорциума во главе с Blue Water Shipping A/S заключила контракт стоимостью US$ 350 млн на поставку и эксплуатацию 15 специальных судов для совместного казахстанского предприятия «Тенгизшевройл».

В соответствии с условиями соглашения, Topaz займется размещением заказа на строительство и вводом в эксплуатацию 15-ти судов нового проекта для транспортировки крупных модулей (MCV). Суда приступят к выполнению 3-х летнего контракта во II квартале 2018 года. Отмечается, что данная сделка улучшит финансовые показатели Topaz, увеличив стоимость портфеля заказов до US$ 1,6 млрд.

Инновационные суда были разработаны в сотрудничестве с Vard Shipyard Group в качестве главного судостроительного подрядчика и верфи для навигации по мелководным рекам. Суда будут перевозить по ВВП России модули и грузы на нефтяное месторождение Тенгиз в Казахстане. Суда длиной 123 м и шириной 16,5 м будут построены на верфях группы VARD в Румынии и Вьетнаме: 5 судов будут построены на верфи VARD Braila и 4 – на верфи VARD Tulcea (Румыния), другие 6 судов – на вьетнамской верфи VARD Vung Tau.

СП ТОО «Тенгизшевройл» (Казахстан) занимается разведкой, разработкой, добычей и продажей сырой нефти, СПГ, сухого газа и серы. В настоящее время партнерами по СП являются: Chevron (50%); КазМунайГаз НК АО (20%), ExxonMobil Kazakhstan Ventures Inc. (25%) и LukArco (5%).

Topaz Energy и Marine является подрядчиком морских нефтегазовых проектов, поставляющим суда снабжения и оказывающим услуги крупным добывающим компаниям отрасли в основным на Каспии, Ближнем Востоке, Западной Африке, обслуживающим глубоководные операций в Северном море и Мексиканском заливе. Флот компании состоит из 100 морских вспомогательных судов (средний возраст – до 7 лет). Топаз является дочерней компанией Renaissance Services SAOG.

Группа компаний Vard Holdings Limited (VARD), является одним из лидирующих разработчиков и строителей специализированных судов для шельфовых, морских проектов для нефтегазовой индустрии. Головной офис группы расположен в Норвегии. Штат холдинга – 11 тыс. человек. VARD объединяет десять судостроительных предприятий, в том числе пять в Норвегии, два в Румынии, два в Бразилии и одну верфь во Вьетнаме.

Тысячи человек вышли в воскресенье на улицы Мадрида, чтобы отметить пятую годовщину возникновения протестного движения 15M (Индигнадос).

В мае 2011 года улицы и площади десятков испанских городов заполнили сотни тысяч людей, требовавших от правительства изменить политику социально-экономических реформ. Самая крупная акция проходила на Пуэрта-дель-Соль в Мадриде. На центральных площадях столиц многих испанских автономных сообществ участники манифестаций разбили палаточные лагеря, в которых жили несколько недель. Подобные выступления продолжились и в дальнейшем, получив название "Индигнадос" — "возмущенные". Тогда тысячи собравшихся требовали "настоящую демократию", "справедливую политику", "правительство для 99%, а не для 1%". "Мы не хотим быть товаром в руках политиков и банкиров" — под такими лозунгами тогда проходили акции протеста.

Спустя пять лет в Мадриде праздновали возникновение этого движения, изменившего политическую систему Испании. Колонна под самыми разными флагами (от палестинских до радужных) и самыми разными лозунгами (от призывов принимать беженцев до легализации марихуаны) под песни и барабанную дробь прошли от площади Сибелес, где расположена мэрия столицы, до центральной площади Пуэрта-дель-Соль.

"Здесь все движения, которые зародились на основе движения 15M. Все имеют право высказаться. Мы все пришли отпраздновать – пять лет назад Испания перестала быть прежней. Люди показали, что они не хотят плясать под дудку властей. В результате мы сломали систему", — говорит РИА Новости одна из участниц акции. У ее друга на руке – кукла полицейского, символизирующего, по его словам, "полицейский произвол". В колонне рядом с ним шел его друг, у которого на руке была кукла представителя движения 15М. Куклы время от времени "ввязывались в драку", а полицейский еще и постукивал по головам участников шествия.

"Это были пять лет борьбы, прямого действия и солидарности. Мы создали сеть взаимной поддержки, развивая коллективную критику и создавая альтернативы. Другой мир возможен", — говорится в манифесте организаторов акции.

"Возьмите наклейку, это символ, который я раздавал пять лет назад", — протягивает наклейку мужчина. Он говорит, что участвовал во всех акциях, направленных против политики жёсткой экономии правительства Мариано Рахоя, которые проходили пять лет назад. "Хорошо, что пришло много народа. В том году было меньше. Но все-таки пять лет – дата", — говорит он.

На площади Пуэрта-дель-Соль звучит музыка – играет музыкальная группа Сольфоника, которая с самого начала поддерживала это движение.

"Это не кризис. Это система", "PP (Народная партия) – опасная партия", "Добро пожаловать, беженцы, "Нет закону кляпа!", "Единственная дорога – это борьба", "Ни один человек не может быть вне закона!", "С днем рождения, 15М", "Мы не вне системы, это система против нас", — было написано на плакатах, которые несли митингующие.

"Да, это возможно!" — кричали участники митинга. Эти слова – лозунг партии Podemos, которая зародилась на базе движения 15М. На выборах 20 декабря она стала третьей, уступив лишь Народной партии и социалистам, а на предстоящих выборах 26 июня, создав коалицию с "Объединенными левыми", имеет даже шансы прийти к финишу второй.

Участники акции выступали в защиту беженцев, палестинцев, против "бразильского импичмента" (отстранения от власти президенты Дилмы Руссефф). Кроме того, митингующие поддержали зародившееся во Франции движение #NuitDebout. ("Ночное стояние" или "Ночь на ногах", — социальное движение, возникшее во Франции 31 марта 2016 года, направленное против неолиберальной реформы трудового законодательства. Его сравнивают с Occupy Wall Street в США и 15-M (Indignados).

Как сообщили организаторы митинга, в общей сложности во всем мире пройдут 500 акций, приуроченных к зарождению движения 15М.

Елена Шестернина.

Новый министр иностранных дел Бразилии Жозе Серра пообещал в воскресенье жестко реагировать на любые заявления других стран относительно нелегитимности процесса импичмента бразильского президента.

"Наша задача – опровергнуть ложь, которая говорится относительно бразильского процесса, все происходящее в политическом плане – отстранение президента, импичмент – предусмотрено конституцией и находится в рамках демократического поля", — заявил Серра в интервью каналу Globo.

В ночь на четверг сенат (верхняя палата парламента) Бразилии 55 голосами против 22 поддержал продолжение процедуры импичмента Роуссефф. Это означает, что глава государства покинула свой пост на 180 дней, а ее обязанности начал исполнять вице-президент Мишел Темер. Он уже сформировал новое правительство.

Теперь сенат Бразилии будет рассматривать вопрос о непосредственном импичменте Роуссефф на специальном заседании под председательством главы верховного суда. Если решение и там окажется положительным, то срок временных полномочий Темера будет продлен до следующих выборов, которые запланированы на конец 2018 года.

Ранее Венесуэла отозвала своего посла из Бразилии на консультации в связи с отстранением Роуссефф. Затем президент Сальвадора заявил, что его страна не признает исполняющего обязанности президента Бразилии Мишела Темера, и также отозвал посла из Бразилии.

Импичмент Дилмы Руссефф: президент борется, но не побеждает

12 мая 2016 г. президент Бразилии Д. Руссефф временно отстранена от власти сроком на 180 дней, дело об импичменте переходит в Сенат, а исполнять обязанности президента будет теперь уже бывший вице-президент М. Темер. Весь мир следил за прямой трансляцией из зала заседаний Сената. За Бразилию молился Папа Римский.

После событий 17 апреля 2016 г., когда нижняя палата в ходе пятичасового голосования 367 голосами (при необходимых 342) против 137 при 7 воздержавшихся и двух отсутствующих высказалась в пользу импичмента, передав дело в Сенат, кризис в стране не только не завершился, но вступил в новую, еще более острую фазу. Почти месяц Бразилия жила в обстановке нараставшего кризиса и нестабильности.

Президент Д. Руссефф сразу же после 17 апреля 2016 г. заявила о беспочвенности и неправомерности обвинений, назвав происходившее «заговором» и «переворотом» против легитимно избранного главы государства, за которого отдали голоса более 54 млн граждан, сфабрикованным политическим, а не юридическим делом. Она подчеркнула, что добровольно не уйдет в отставку и будет «бороться до конца». Правящая Партия трудящихся заявила, что не окажет никакой поддержки вступающему в должность и.о. президента вице-президенту М. Темеру и выступила за необходимость новых выборов.

На другом фланге политического поля политические маневры разворачивались в жанре закулисных интриг. Нынешний временный президент М. Темер, тогда еще вице-президент Д. Руссефф, переступив через свою былую вражду с председателем Сената Р. Калейрусом, вошел с ним в контакт с целью обеспечить нужное (т.е. направленное на одобрение импичмента) голосование 11 мая. Будучи уверенным в окончательном отстранении президента и своем «восшествии» на президентский пост, будущим вице-президентом он назначил спикера нижней палаты парламента Э. Кунью — главного врага Д. Руссефф, начавшего против нее процедуру импичмента. Одновременно Э. Кунья, в отношении которого было открыто еще два (в дополнение к трем уже имевшимся) расследования об участии в коррупционных схемах и отмывании и сокрытии денег, стремился предотвратить снятие с себя депутатской неприкосновенности и надеялся на помощь М. Темера. Чтобы обеспечить себе столь мощного защитника, ловкий махинатор, знаток юридических хитросплетений и уловок (что позволяло ему столь долгое время увиливать от многочисленных обвинений и судебных преследований) Э. Кунья пытался путем манипуляций с документами спасти самогó М. Темера от грозившего ему импичмента. Последний, подписывая те же финансово-бюджетные документы, что и Д. Руссефф, должен был, в соответствии с позицией Верховного суда, отвечать по тем же статьям закона, что и она. Одновременно с этим все трое — М. Темер, Р. Калейрус и Э. Кунья — не доверяя друг другу, плели интриги, в которых каждый пытался переиграть другого и извлечь для себя максимальную выгоду.

Министры продолжили покидать кабинет Д. Руссефф, и к 21 апреля 2016 г. число ушедших достигло девяти. Между тем М. Темер начал проводить предварительные консультации с политиками, министрами, бизнесменами. К его официальной резиденции потянулись длинные вереницы тех, кто, поставив крест на нынешнем кабинете, был не прочь переметнуться к вероятному новому правителю. Вначале М. Темер отметал любые намеки на формирование нового кабинета при «живом» президенте, однако вскоре впервые заявил о своей готовности «вступить во власть» и поделился планами реформирования правительства, назвав имена ключевых членов кабинета. Еще недавно предлагав существенно сократить число министерств, М. Темер теперь заявлял о невозможности сделать это ввиду слишком большого наплыва желающих занять министерские кресла. Кроме того, на вопрос, не беспокоит ли его тот факт, что ряд предполагаемых министров находится под следствием по обвинению в коррупции, он ответил, что не считает данное обстоятельство препятствием для занятия ими искомых постов.

Несмотря на то, что ни Сенат, ни сенатская комиссия как предварительная инстанция еще не вынесли своего вердикта, Конгресс уже начал активные действия по принятию новых законопроектов и поправок для будущего правительства М. Темера, а также по пересмотру принятых кабинетом Д. Руссефф мер и постановлений.

22 апреля 2016 г. Д. Руссефф отправилась в Нью-Йорк на подписание Парижского соглашения по климату в штаб-квартире ООН. Вопреки многим ожиданиям, она не стала обвинять своих противников в подготовке переворота, заявив лишь об имеющихся «трудностях». Главным для Д. Руссефф был призыв к странам-членам Меркосур и Унасур «внимательно наблюдать за развернутым против нее процессом импичмента», но не исключать из своих рядов Бразилию. Дело в том, что согласно принятой этими интеграционными объединениями Демократической хартии, страна, в которой нарушаются демократические нормы, может быть исключена из их состава, что и случилось после отстранения от власти в 2012 г. президента Парагвая Ф. Луго.

В тот же день была сформирована Специальная сенатская комиссия по импичменту в составе 21 члена, которой предстояло решить вопрос о постановке дела об импичменте на рассмотрение Сената. Роль этой комиссии весьма значительна: она может отвергнуть дело, и тогда процесс отрешения президента от должности прекращается. Рекомендация же комиссии о переносе дела в Сенат означает наступление периода в 180 дней, в течение которых в высшую государственную должность вступает вице-президент, а временно отстраненный президент может больше не вернуться на прежний пост (для отрешения президента от должности требуется 2/3 голосов сенаторов, т.е. 54 из 81; при этом решение об импичменте окончательное и не подлежит ни обжалованию, ни апелляции). Состав и руководство комиссии не оставляли надежд на позитивный для Д. Руссефф исход голосования. Правящая ПТ имела всего 4 места и оставалась в политическом одиночестве, что предопределяло исход дела. Свой вердикт комиссия должна была вынести 6 мая 2016 г.

1 мая 2016 г. по всей стране прошли традиционные манифестации, посвященные Дню трудящихся, которые в этом году в полной мере отразили острейший политический «разлом» бразильского общества. Манифестанты выступали как за, так и против Д. Руссефф, но и те, кто ее поддерживал, не скрывали своего сильного разочарования и в ПТ, замешанной в коррупционных скандалах, и в самой политике Д. Руссефф, предложившей и поддержавшей в целях оздоровления бюджета урезание социальных программ (не учитывая, что она пошла на эту уступку правым не добровольно), не сумевшей обуздать экономический кризис, повлекший за собой рост инфляции и безработицы. Со своей стороны ПТ пыталась использовать первомайские мероприятия для «антитемеровской» пропаганды и распространения лозунгов о совершающемся «перевороте» против «невиновной Д. Руссефф» ввиду отсутствия с ее стороны состава преступления «в сфере бюджетной отчетности». Сама президент активно участвовала в акциях, стремясь накануне судьбоносного для нее голосования сенатской комиссии в очередной раз заявить о своей невиновности и о готовности тех, кто осуществляет «антиконституционный переворот», покончить с социальными завоеваниями трудящихся за годы правления ПТ. Выступая в Сан-Паулу на митинге крупнейшей левой синдикалистской организации Бразилии — Всеобщей конфедерации труда, она заявила: «Это особый вид переворота. Это не переворот с оружием в руках и танками на улицах, как у нас уже было (намекая на военный переворот 1964 г. — прим. авт.). На этот раз они растаптывают Конституцию».

Стоя в буквальном смысле слова у последней черты, Д. Руссефф решила дать новый импульс социальным программам, заявив о 9-процентной индексации главной социальной программы Бразилии «Болса фамилиа» (впервые введенной в действие Лулой), о корректировке в пользу работников налогов на другие виды доходов и о готовящемся пакете ряда социальных мер.

3 мая 2016 г. сенатская комиссия заслушала доклад прокурора [1], который содержал такие аргументы, что сенаторы от ПТ не смогли их опровергнуть. Затем выступили эксперты в области финансового права и госуправления. 4 мая 2016 г. их сменили три свидетеля защиты. В тот же день, после обмена мнениями обвинения и защиты, началось чтение обвинительного доклада, на базе обсуждения которого сенаторы должны были 6 мая вынести свое заключение о дальнейшей судьбе импичмента. В это время манифестанты проникли в галерею Сената, вплотную примыкающую к помещению заседаний комиссии, и скандировали лозунги «Не дадим совершиться перевороту!», «Президент невиновна в отличие от тех, кто ее судит!», «От имени тех молодых людей, которые погибли во имя восстановления демократии в Бразилии, не допустим нового переворота!».

2–3 мая 2016 г. общественность испытала новое потрясение. Прокуратура запросила в Верховном суде санкцию на открытие следствия против теперь уже не 50 или 100 политиков, как ранее, а персонально против первых лиц политической системы страны. Речь шла о лидере оппозиции А. Невисе (по двум делам — участие в коррупционных схемах и финансовые нарушения на посту губернатора штата Минас-Жерайс в 2003-2010 гг.), спикере нижней палаты парламента Э. Кунье (новые дела в дополнение к пяти имеющимся), мэре Рио-де-Жанейро Э. Паисе (ПМДБ) и др. И, как бы для «уравновешивания» правовых «качелей», окончательным и симметричным ударом стал запрос на открытие следствия против президента Д. Руссефф и экс-президента Лулы [2], против главного государственного адвоката Ж. Э. Кардозо, который осуществлял защиту Д. Руссефф в парламенте на всем протяжении процедуры импичмента. Также к следствию привлекались персоны из ближайшего окружения президента: бывший лидер ПТ, министр информации, глава секретариата президента, личный советник Д. Руссефф, директор «Института Лулы». Все они были названы «членами преступной организации, которая действовала на площадке “Петробраза”».

5 мая 2016 г. Верховный суд принял сенсационное решение: убрал с политической арены одиозную фигуру — Э. Кунью, единогласно проголосовав за лишение его депутатского мандата и смещение с поста спикера нижней палаты. Временным лидером палаты был назначен В. Мараньао, хотя и он, как и 60% депутатского корпуса, находится под следствием по делу «Петробраз».

Отстранение Э. Куньи вызвало подлинное «политическое землетрясение» в стране, с восторгом было принято гражданским обществом, организации и представители которого уже давно указывали на несовместимость уголовного преследования в отношении него с его нахождением в «цепочке» высших государственных лиц, которые могут «унаследовать» президентство. Левые в Бразилии и Латинской Америке торжествовали. Социальные сети взорвались мемом «чао, дорогой!», копировавшим адресованный Д. Руссефф издевательский лозунг «чао, дорогая!», под знаком которого проходило голосование 17 апреля 2016 г. в нижней палате.

5 мая 2016 г. в сенатской комиссии главному государственному адвокату Ж. Э. Кардозо была предоставлена последняя возможность защиты президента. Выступая перед откровенно враждебно настроенной аудиторией, он предпринял последние усилия, чтобы убедить сенаторов в отсутствии законных оснований для отрешения президента. Он назвал процесс «игрой с краплеными картами», указал на явно обвинительный уклон доклада комиссии. По докладу Ж. Э. Кардозо высказались все без исключения члены комиссии, в своем подавляющем большинстве (за исключением сенаторов-петистов) заявившие о намерении поддержать продолжение процесса в Сенате.

6 мая 2016 г. комиссия вынесла свой вердикт: обсудив доклад по обвинению президента в нарушениях бюджетного законодательства, трактуемых конституцией как преступление против государства, 15 голосами против 5 она высказалась за вынесение дела на рассмотрение пленума Сената.

Складывавшаяся перед 6 мая ситуация напоминала предгрозовую. Еще ничего не было решено окончательно в отношении импичмента, но угрожающие настроения предопределенности витали в воздухе. Общественную атмосферу наполняли разговоры о возможном и весьма реальном сломе демократии, о конфликте, который способен приобрести даже вооруженный характер [3]. Вся политическая и правительственная конфигурация начала выстраиваться вне и помимо правящей партии и действующего президента, как бы показывая, что им нет в ней места. М. Темер сначала подспудно, в течение нескольких месяцев, а затем открыто формировал новый кабинет; новые фигуры на политической сцене уже начали перестраиваться, чтобы успеть и суметь вписаться в новые реалии. Еще в дни перед голосованием 17 апреля в нижней палате, когда и с той, и с другой стороны шел откровенный торг за голоса, можно было наблюдать картину, когда депутаты шли сначала во Дворец Планалту (резиденция правительства), а затем прямиком во Дворец Жабуру (резиденцию вице-президента), чтобы «не продешевить» с новыми предложениями. Претендентов на лакомые места нисколько не заботили неотложные интересы страны: обуянные корыстью, которую они даже не пытались скрывать, они стремились как можно скорее получить свою долю привилегий от государственного пирога. А уже в начале мая 2016 г. Конгресс, отодвинув в сторону действующего президента как практически «несуществующего», вовсю штамповал законы для еще никем не легализованного, но для них уже вполне реального кабинета М. Темера, действуя так, как будто Д. Руссефф уже ушла с политической арены. Бравурно-радостные фотографии Д. Руссефф на митингах и «встречах с трудящимися», обещания новых социальных реформ, заверения в наличии для них средств оставляли ощущение беспомощности, невозможности противостоять неумолимому катку «колеса истории», которое разгонялось все быстрее. Д. Руссефф заверяла всех и себя в первую очередь, что она будет стоять до конца, что ее выдержка, закалка, полученная в годы борьбы с военным режимом, дают ей необходимую способность к сопротивлению. Но реальность менялась на глазах: Д. Руссефф все больше и больше исключалась из политики и управления страной, становилась «президентом без и вне власти». Хотя в телефонном разговоре с Лулой да Силва 3 мая 2016 г. она вновь повторила, что будет бороться до конца, сама она все более отчетливо понимала неотвратимость своего отстранения от должности. Уже 5 мая 2016 г. в интервью BBC она впервые заявила: «Мы будем сопротивляться, сопротивляться и сопротивляться и бороться за то, чтобы вернуться во власть», — эти слова были истолкованы как признание неумолимости поражения. Лула да Силва не появлялся на публике уже несколько недель; будучи не утвержденным Верховным судом на должность руководителя президентской администрации, он находился на практически «полулегальном» «рабочем месте» в столичном отеле. ПТ, уязвленная по всем пунктам, критикуемая всеми и вся, включая собственные базовые организации, не имела серьезных аргументов для самооправдания и могла лишь произносить заклинания о «перевороте» и «невиновности президента», будучи не в состоянии, за неимением весомых аргументов, даже опровергнуть данные обвинительного доклада сенатской комиссии. Вероятность того, что она доживает во власти свои последние дни, была настолько высока и очевидна, что в рядах партии всерьез заговорили о необходимости вспомнить времена ее нахождения в оппозиции. СМИ продолжили наступление на действующую власть. Накануне вынесения вердикта сенатской комиссией (6 мая) газета «Эстаду ди Сан-Паулу» написала в редакционной статье: «Президент Дилма Руссефф, командор Луис Инасиу Лула да Силва и ПТ выброшены на свалку истории».

9 мая 2016 г. разразился мини-кризис: временный спикер нижней палаты решил приостановить процедуру импичмента на основании процедурных нарушений. Однако это решение не продержалось и нескольких часов. Председатель Сената Р. Калейрус поставил заключительную точку, заявив, что рассмотрение и голосование в Сенате будет продолжено по намеченному плану. После этого В. Мараньао также неожиданно и без объяснения причин отозвал аннулированное им же голосование в нижней палате, и все вернулось на круги своя.

ПТ заявила о своем переходе в оппозицию к будущему кабинету М. Темера, который она рассматривает как нелегитимный. 9 мая лидер фракции ПТ в Сенате У. Коста сказал: «Мы воспламеним всю Бразилию».

10 мая 2016 г. защита Д. Руссефф предприняла последнюю попытку прекратить процедуру импичмента в Сенате, подав соответствующее ходатайство в Верховный суд. Однако судьи дали понять, что они не склонны ее останавливать. Накануне голосования Д. Руссефф заявила: «Я не устала от борьбы. Я устала от предателей».

11 мая 2016 г. пленум Сената приступил к рассмотрению вопроса об импичменте. 12 мая решение было принято: Сенат 55 голосами против 22 решил начать импичмент (политический суд), что означает временное отрешение президента от должности и его замену вице-президентом на срок до 180 дней. Многоступенчатый процесс импичмента президента Бразилии, получивший одобрение в нижней палате парламента 17 апреля, вступил в заключительную (но еще не окончательную) стадию. Дело перешло в Сенат. На время разбирательства Сенат будет работать под руководством председателя Верховного суда Рикарду Левандовского. Если в ходе вынесения намеченного на осень окончательного вердикта 2/3 сенаторов проголосуют за импичмент, решение об отстранении президента станет бесповоротным и не подлежащим обжалованию; временно исполняющим обязанности президента станет М. Темер, который, в соответствии с Конституцией, останется на этом посту вплоть до 31 декабря 2018 г. Если же в ходе процесса Д. Руссефф будет оправдана, она вернется в президентское кресло.

Несколько заключительных замечаний

Один из самых дискутируемый вопросов — «импичмент или переворот?» — возник еще на «подступах» к голосованию в нижней палате парламента.

Конечно, трудно оспорить то, что для этого импичмента существует вполне определенная юридическая база: нарушения бюджетно-финансовой дисциплины, финансовые нарушения при распределении бюджетных средств. Это трактуется в конституции Бразилии как преступление в бюджетно-финансовой сфере и подлежит импичменту. Но почему тогда так настойчивы те, кто заявляет, что это никакой не импичмент, а переворот, пусть и конституционный? Говоря о перевороте, они аргументируют свою позицию небывалым за последнее время наступлением и заговором правых, стремящихся перечеркнуть социальные и политические успехи латиноамериканских «новых левых».

Дело в том, что у них есть для этого весьма серьезные основания. Несомненно, дело об импичменте носит сугубо юридический характер, но оно разворачивается в такой острой политической ситуации, «закручено» в такое количество политических, конъюнктурных обстоятельств, используется в столь конфликтной политической обстановке, столь политизировано, что подчас на первый план выступает не юриспруденция, а чисто политическая борьба. Таким образом, налицо юридический процесс, под сенью которого решаются вопросы сугубо политического свойства.

Обсуждая политическую составляющую «вины Д. Руссефф», нельзя не признать, что она права, указывая, что обвинения в «преступлении в бюджетно-финансовой сфере» выдвигают против нее те, против кого именно по ее представлению были заведены дела по участию в коррупции.

Бразильский кризис носит очень многоаспектный и многосторонний характер, и рассматривать его следует комплексно. Все возможные кризисы (экономический, социальный, политический, кризис партийной системы, институтов, системы управления, президентской формы правления) «скрутились» в один тугой узел: такой исход невозможно было представить себе еще совсем недавно, в благополучное десятилетие 2003–2013 гг. Не случайно в Латинской Америке да и за ее пределами, «бразильский кризис» все чаще называют «бразильской трагедией». Соседи Бразилии по латиноамериканскому континенту с тревогой наблюдают за происходящими в ней процессами: старая максима «куда пойдет Бразилия, туда пойдет и Латинская Америка», отнюдь не утеряла своей актуальности.

Остановимся лишь на некоторых причинах импичмента и шире — породившего его бразильского кризиса.

Экономика. Все началось, конечно, с глубочайшего экономического кризиса. «Золотое десятилетие» 2003–2013 гг., когда высокие темпы роста (7,5% в год) обеспечивали исправное функционирование экономического механизма, дававшее возможность развернуть широкое социальное реформирование, — ушло в прошлое. Обвал экономики, уход основных экономических индексов в «минус» привели к печальным последствиям, прежде всего в социальной сфере. Глубокая рецессия, небывалый рост безработицы (которая в начале правления Дилмы резко снизилась), резкое падение покупательной стоимости зарплат, «дорожание» жизни, сокращение (а не рост) рабочих мест — все это не могло не воздействовать на социальную сферу.

Поистине бездонный политический кризис. Вся политическая сфера страны оказалась погруженной в бесчисленные проблемы: кризис партий — всех без исключения (каждой по отдельности, включая правящую, и кризис всей политико-партийной системы); кризис институтов и легитимности, кризис традиционной системы управления, основанной на «коалиционном президенциализме», кризис самого этого понятия, как и президентской формы правления в бразильском исполнении, кризис политики как таковой. Нельзя забывать и о тесно связанном со всем этим глубочайшем моральном кризисе, кризисе этических устоев, концепции «морали и этики в политике». Более того, совсем сложно говорить о кризисе человеческих отношений, о торжестве предательства, сговора, подковерных и закулисных интриг.

«Правый поворот» по-бразильски. Он отразил общелатиноамериканский политический крен и сам явился его важнейшим протагонистом. При анализе этой наиважнейшей причины невозможно абстрагироваться от упомянутой выше крайней степени политизации импичмента, его разворачивании в обстановке острейшей и напряженнейшей политической борьбы и противостояния, начавшихся в период выборов 2014 г. Правый крен ярко проявился в составе и ориентациях парламента. На протяжении 2015 г. правая оппозиция набирала силу и повела настоящее наступление по всем фронтам: обструкция шагов Дилмы в парламенте, дискредитация ее политики, не говоря уже о позорном голосовании 17 апреля в нижней палате, когда депутаты голосовали именем «Бога и Родины», а один из них — именем настоящего военного преступника, в годы военного режима возглавлявшего один из наиболее репрессивных пыточных и расстрельных органов диктатуры.

Коррупция. Этот пункт — один из кардинальных в нынешнем печальном финале бразильского «восхождения». Нынешний политический кризис начался с раскручивания крупнейшего за всю историю страны коррупционного скандала, а начавшееся расследование показало, что коррупция не просто достигла всепроникающих размеров, поразив практически весь политический класс, высшую, среднюю и низшую ступени пирамиды власти, но и превратилась в угрозу самим основам управляемости. Высшие лица государства — спикеры обеих палат парламента (3-й и 4-й в конституционной цепочке передачи президентской власти), 2/3 депутатского и сенаторского корпуса, министры, политики, губернаторы, мэры замешаны в коррупционных связях. И, конечно, большая доля критики должна быть адресована ПТ. Правящая партия оказалась «сверху донизу» замешана в двух крупнейших скандалах — «Петробраз», до этого — в «Mensalão».

Ошибки Руссефф и Лулы. У Д. Руссефф их было немало в плане экономики и управления государством. В данный момент хотелось бы подчеркнуть только те, которые носили поистине катастрофический характер и во многом стали катализатором импичмента. Крупнейшая из них — назначение Лулы руководителем президентской администрации со статусом неприкосновенности с целью вывести его из-под следствия Верховного суда. И хотя это действие тоже прикрывалось «благими намерениями» — стремлением использовать способности Лулы как переговорщика для предотвращения распада правительственной коалиции, на деле оно стало тем «спусковым крючком», который вызвал всеобщее возмущение, еще больше дестабилизировал ситуацию и в конечном счете ускорил импичмент. Что же касается Лулы, то прискорбно было наблюдать его попадание в жернова юстиции, открытие против него целого ряда следственных дел по многим мотивам, в том числе, уже на последнем этапе, и по личному участию в коррупции. Лула да Силва был — и это признают даже его недруги — действительно самым популярным президентом в истории Бразилии. Его репутация в Бразилии и в мире была необычайно высока. После 2010 г. на международных политических площадках активно обсуждался вопрос о его возможном избрании генсеком ООН. А во время манифестаций в марте-апреле 2016 г. над крупнейшими городами Бразилии плыла его огромная «кукла», обряженная в арестантскую робу с тюремным номером на груди.

Коррупционные скандалы с участием ПТ привели к еще одному важнейшему для самоощущения общества феномену: грандиозному разочарованию в политиках, реформах, идеях.

***

Бразилию еще ждут немалые испытания, драматический этап ее развития еще далеко не пройден. Но, несмотря на это, есть уверенность в том, что в долговременной перспективе государственный корабль Бразилии вновь возьмет курс на поступательное экономическое развитие и восхождение.

1. Прокурор настаивал на том, что неправомерные действия президента, начавшиеся еще в 2013 г. и продолжившиеся вплоть до настоящего времени, нанесли серьезный урон финансовой системе государства, сопоставимый по своим последствиям «с тем вредом, который наносит коррупция». Задолженность правительства перед госбанками (кабинет не переводил в них суммы, предназначенные для выплат пособий по безработице, субсидий беднейшим семьям и сельскохозяйственных кредитов, в силу чего они были вынуждены делать выплаты из собственных ресурсов) и составила около 11,5 млрд долл. Это нарушило закон о финансовой ответственности, регулирующий госрасходы и исполнение бюджета. Как «серьезнейшее нарушение» прокурор оценил тот факт, что задолженность была погашена лишь в конце 2015 г., а до этого использовалась в других целях. В силу этого Счетная палата не утвердила отчеты за 2014 г. и готова поступить так же и в отношении документов за 2015 г. Помимо этого, президент, согласно версии обвинения, маскировала отрицательные индексы в финансовых отчетах за 2014-2015 гг. (фальсификация бюджета) с целью скрыть реально тяжелое финансовое положение страны и продолжать социальные выплаты, которые наносили удар по бюджету.

2. Они оба и так уже преследовались судом: она — под угрозой импичмента, он — по делу об отмывании денег и сокрытии собственности. Но теперь оба обвинялись в попытке противодействовать судебным органам и воспрепятствовать раскрытию коррупции в компании «Петробраз» путем келейного назначения Лулы на пост руководителя президентской администрации, а также в личном участии в коррупционных схемах, что ранее отвергалось.

3. Такие мысли стимулировались сообщениями о возможном тюремном заключении Лулы, что могло бы породить столкновения бедняков с полицией.

Людмила Окунева

Д.и.н., профессор МГИМО МИД России, ведущий научный сотрудник Института Латинской Америки РАН

12 мая временно (на 180 дней) отстранена от должности в порядке процедуры импичмента президент Бразилии Дилма Роуссефф. Исполняющим обязанности главы государства стал вице-президент Мишел Темер. Если через полгода сенат подтвердит своё решение, Дилма Роуссефф окончательно потеряет президентский пост.

Как возникла тема импичмента

Сторонники Роуссефф и она сама уже назвали происходящее государственным переворотом. Причем если временно отстранённый президент Бразилии заявила о готовности выиграть досрочные выборы, то вышедшая на улицы бразильских городов группа её поддержки угрожает более радикальными действиями, вплоть до дестабилизации обстановки в стране, первым ожидаемым последствием которой станет срыв Олимпиады (она должна пройти в Рио-де-Жанейро с 5 по 21 августа этого года).

Для начала следует отметить, что как сторонники, так и противники Роуссефф действовали в квазиконституционном пространстве.

Основанием для начала процедуры импичмента стало назначение главой администрации президента Луиса Инасиу Лула да Силва — предшественника Роуссефф на её посту, как и она, представляющего Партию трудящихся. Роуссефф обвинили в том, что она таким образом препятствовала расследованию выдвинутых против да Силва обвинений в коррупции.

Однако процедура импичмента становится возможной в том случае, если президент нарушает закон. Роуссефф же, подписывая назначение да Силва, никаких законов не нарушила. Расследования и обвинения не являются доказанным преступлением.

По закону она могла произвести данное назначение. Безусловно, с точки зрения морали оно выглядит некорректным, но не более, чем ситуация с подполковником морской пехоты США Оливером Лорансом Нортом, который в 1987 году принял на себя ответственность за нелегальные поставки оружия в рамках операции "Иран-контрас", выведя из-под удара президента Рейгана. Норт был оправдан судом не без помощи американской администрации. Получилось, что грубейшее нарушение закона было, а виновных не оказалось.

Сторонники Роуссефф, проиграв голосование об импичменте в нижней палате парламента, через месяц, накануне голосования в сенате, "отменили" его результат по процедурным мотивам (за соблюдением процедуры должны были следить они же).

Да и о государственном перевороте они заговорили только тогда, когда проиграли политическую борьбу вокруг импичмента, а не в момент начала процедуры.

Можем констатировать, что, формально оставаясь в рамках закона, обе стороны бразильского конфликта пытаются приспособить его под свои сиюминутные политические интересы, фактически выходя за рамки конституционного поля. Это тревожный сигнал.

Претензии на самостоятельность наказуемы

Из истории последних двухсот лет мы знаем, как легко в Латинской Америке начинаются гражданские войны и как трудно они заканчиваются. Сегодня мы уже можем говорить об остром гражданском конфликте, разделившем бразильское общество и развивающемся по нарастающей. Стороны радикализируются, взаимные обвинения становятся всё жестче, борьба, пока ещё идущая в квазиправовом поле, уже начинает выплёскиваться на улицы, где сторонники и противники Роуссефф собирают достаточно агрессивно настроенные массовые митинги.

Удастся ли Бразилии преодолеть полосу нестабильности, не сорвавшись в общенациональный конфликт или не скатившись в диктатуру, — большой вопрос.

Одним из главных закулисных игроков бразильского конфликта являются США. Вашингтону изначально не нравилась национально ориентированная политика да Силва и Роуссефф. Однако на первом этапе США с ней мирились. В конце концов, так называемые левые и народные движения в Латинской Америке (кроме кастровской Кубы), независимо от того, насколько социалистическую (как вариант "боливарианскую") риторику они используют, в целом не ставят под вопрос общественно-политическое устройство.

Речь идёт о примерно таких же отличиях от предыдущих режимов, как отличия России при Путине от России при Ельцине. Если прежние власти поддерживали компрадорский олигархат, то новые начинают оказывать поддержку национальной буржуазии, а также при помощи соответствующих государственных программ обеспечивают частичное перераспределение доходов олигархата в пользу социально незащищённых слоев населения.

Как мы помним, США и против России не сразу выступили, а лишь в тот момент, когда стало ясно, что новая политика Кремля приводит не только к стабилизации внутриполитической обстановки и укреплению авторитета власти, но и к резкому усилению России на международной арене, где она начинает конкурировать с Соединёнными Штатами.

Ровно то же произошло и с Бразилией (и происходит с другими национально ориентированными режимами в Латинской Америке). Отказ бразильского руководства от участия в панамериканских экономических и политических проектах США и его ориентация на самостоятельную геополитическую роль в рамках БРИКС вызвал жёсткую реакцию Вашингтона, который, практически не скрываясь, боролся за смену власти в Бразилии с конца второго срока президента да Силва (примерно с 2008-2009 года).

В подобных случаях в Латинской Америке применяется весь арсенал американской дипломатии и спецслужб — от открытых попыток государственного переворота (подобно той, что была организована против Уго Чавеса 18 апреля 2002 года) до той или иной формы цветных переворотов, к числу которых можно отнести и текущие события в Бразилии.

Большая геополитическая игра

Мы не можем винить США за то, что они пытаются сохранить контроль над Латинской Америкой, которую традиционно считают своим "задним двором" и которая крайне важна для них с точки зрения текущих концепций обеспечения национальной безопасности. В конце концов, Германия стремится к доминированию в ЕС, Польша — Восточной Европе, Россия пытается установить и поддерживать союзные отношения со всеми странами постсоветского пространства, крайне болезненно воспринимая появление каждого очередного русофобского режима в этой зоне. Казахстан стремится поддерживать стабильность на юге Средней Азии, который критически важен с точки зрения обеспечения его национальной безопасности, Китай активно вовлечен в отношения со странами АСЕАН, пытаясь выдавить из данной зоны США и т.д. — продолжать можно бесконечно.

Однако мы можем констатировать, что используемые США методы, давшие ожидаемый Вашингтоном эффект в Сербии и Грузии, работают чем дальше, тем менее эффективно, создавая проблемы не только попавшим под удар странам и не столько их союзникам, сколько самому Вашингтону.

Если Дилма Роуссефф будет окончательно отстранена от должности, такой крупный интеграционный проект, как БРИКС, развивающийся при активном вовлечении России, потерпит существенный ущерб. Однако он не будет ни остановлен, ни заторможен (как, например, отпадение Украины не привело к остановке или торможению проектов Таможенного и Евроазиатского экономического союзов; скорее, оно ускорило их реализацию, хоть и в ограниченном формате).

В то же время любое пришедшее после Роуссефф правительство столкнется с внутренней нестабильностью. При этом первоначальный политический конфликт будет получать всё большее экономическое наполнение и захватывать всё более широкие и, в принципе, аполитичные массы по мере свертывания реформ, проведенных за 14 лет правления президентов, представлявших Партию трудящихся.

Дело в том, что за это время из нищеты были вырваны 20 миллионов бразильцев, положение остальных также значительно улучшилось, открылись сотни школ и училищ, 18 национальных университетов, государство в разы увеличило ассигнование на здравоохранение и т.д. То есть эффект от перераспределения доходов олигархата в пользу населения был существенным.

Кто заплатит за все

Поскольку кампанию против Роуссефф на национальном уровне поддерживал и организовывал бразильский олигархат, ясно, что в случае победы он потребует от своих ставленников оплатить издержки. Так было и будет всегда.

Последний раз мы это наблюдали на Украине, где коммунальные тарифы уже выросли в три раза и продолжают расти, в то время как доходы населения катастрофически упали именно за те два года, что прошли после "цветного переворота".

Чтобы удовлетворить потребности олигархата и сохранить социальную стабильность, новой бразильской власти понадобится массированная помощь США. Но Вашингтон давно уже находится не в том состоянии, чтобы кому бы то ни было помогать. Наоборот, США заинтересованы в поддержании своей экономики за счёт уничтожения экономик зависимых стран (вплоть до партнёров из ЕС, не говоря уже о каких-то бразильцах).

Реакцией на резкое ухудшение положения масс после очередного переворота в Латинской Америке всегда было вооруженное сопротивление (это независимо от того, смирится ли Партия трудящихся со своим отстранением от власти или призовёт сторонников к борьбе). Раньше США помогали местным диктатурам давить сопротивление, льготными поставками оружия, советниками, наёмниками. Сейчас вооружённые силы США перенапряжены не меньше, чем их финансы.

Они не в состоянии контролировать военную ситуацию в разрушенных ими Ливии, Сирии, Афганистане, Ираке, на Украине. При этом пытаются наращивать военные усилия против России в Европе и против Китая в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Кроме того, традиционно влияние США заканчивается там, где заканчиваются их базы. Поэтому базы находятся по всему миру, а флоты плавают по всем морям. И это уже не помогает.

Таким образом, начавшаяся дестабилизация в Бразилии не может быть поставлена США под собственный контроль. Как и все перечисленные выше случаи, это — вариант, когда операция, затевающаяся для того, чтобы получить доступ к дополнительным ресурсам, в результате потребует ресурсного обеспечения, значительно превышающего гипотетическую выгоду.

Фактически в течение трёх последних десятилетий США только тем и занимались, что затевали гибридные блицкриги, которые превращались в затяжные бесконечные кампании и в результате привели к ресурсному истощению США и утрате ими статуса единственной сверхдержавы и мирового гегемона. Бразильский кризис свидетельствует о том, что США ничего не поняли и ничему не научились. Они продолжают вдохновенно бежать по пути к обрыву.

Впрочем, у бразильцев есть полгода для того, чтобы самим найти общенациональный консенсус (на основе компромисса) и не доводить дело до худшего.

В 60 — 80-е годы прошлого века США могли по паре десятилетий удерживать своих "сукиных сынов" у власти (хоть уже Вьетнам показал бесперспективность подобных усилий). Теперь период относительной стабильности проамериканских компрадорских режимов измеряется в лучшем случае несколькими годами, а зачастую и вовсе месяцами. После чего всем становится совсем плохо, но путь назад уже закрыт.

Ростислав Ищенко, обозреватель МИА "Россия сегодня"

Спецслужбы США в эпицентре бразильских событий

Нил НИКАНДРОВ

Нет никаких сомнений, что кризисное развитие событий в Бразилии инициировано и патронируется» спецслужбами США. Массированный вброс компромата на руководство Партии трудящихся, на функционеров государственной нефтяной компании Petrobras и ближайшее окружение президента Дилмы Руссефф и Лулы да Силвы, её предшественника, был осуществлён в рамках спецоперации по нейтрализации «враждебного режима». Именно так администрация Барака Обамы воспринимает крупнейшее южноамериканское государство, проводящее независимую политику. Подавить волю к сопротивлению правящей элиты Бразилии, вынудить её следовать в фарватере политики США - таков стратегический замысел.

На реальную угрозу такого поворота событий неоднократно указывали президенты Рафаэль Корреа, Даниэль Ортега, Эво Моралес, Табаре Васкес и другие. Президент Венесуэлы Николас Мадуро прямо назвал события вокруг Дилмы Руссефф «государственным переворотом, организованным Соединёнными Штатами». По оценке Мадуро, «то, что происходит сейчас с Дилмой Руссефф, не только является ударом по демократии в этой стране, но и угрозой для [региональных объединений] Celac, Unasur, для всех социальных и политических движений, которые поверили в возможность вовлечения народа в дела региона». Мадуро призвал левые движения в Латинской Америке «совместно протестовать против клеветнических манипуляций, которым подверглась Дилма Руссефф, поскольку это угрожает миру и благополучию на континенте».

Чётко просматривается, что значительная часть компромата (реального и сфабрикованного), который сейчас используется для шантажа и давления на бразильское руководство, была добыта Агентством национальной безопасности США ещё до побега Сноудена и его разоблачений. Весь этот массив данных придерживался до часа икс. Теперь же ретрансляция этих материалов через подконтрольные СМИ, агентуру среди журналистов и НПО направлена на хаотизацию общественно-политической жизни и дестабилизацию страны. В таких обстоятельствах Вашингтону будет проще продвигать на ключевые посты своих людей. Заявленные «конституционные процедуры» по отстранению Дилмы Руссефф от власти - всего лишь прикрытие для осуществления ползучего государственного переворота. Впрочем, если потребуется, Обама, завершая своё президентство, санкционирует любые действия, вплоть до «майдана с бразильским лицом».

Под крышей посольства США в Бразилиа и в американских консульствах уже действует соответствующим образом подобранная команда. Лилиана Айалде, возглавляющая посольство, начинала свою карьеру на международном поприще в структурах USAID, то есть работала в тесном контакте с ЦРУ и другими спецслужбами. В активе Айалде в бытность её послом США в Парагвае (2008 - 2011) – создание условий для отстранения от власти президента Фернандо Луго. В июне 2012 г. парламент Парагвая объявил Луго импичмент. Официально он был обвинён в «халатности» при исполнении президентских обязанностей: якобы не смог положить конец противостоянию крестьян и полиции, что привело к жертвам. Бразилия выступила по этому поводу с протестом, особо отметив, что парагвайскому президенту «не было должным образом обеспечено право на защиту». Главой Парагвая, в соответствии с конституцией, стал вице-президент. Луго назвал импичмент «парламентским переворотом, идущим против воли народа». Похожий сценарий осуществляется и в Бразилии.

Вторым человеком в посольстве США, хорошо знакомым с «латиноамериканским театром» спецопераций, является Эндрю Боуэн (Andrew Bowen). До прибытия в Бразилию он служил в Колумбии в американской миссии по борьбе с наркотиками. Ещё раньше Боуэн работал в посольствах США в Эквадоре, Каракасе, Панаме, Мексике, Гондурасе. В политической и экономической секциях посольства, которые чаще всего используются для прикрытия кадров ЦРУ и АНБ, трудится не менее 50 сотрудников. Из них более всего «засветился Алексис Лудвиг (Alexis Ludwig), проходивший по нашумевшим шпионским делам в Боливии и Аргентине. Весьма активна Абигайль Дрессель (Abigail Dressel), курирующая по официальной линии культуру, образование и печать. Атташе по правовым вопросам Стив Мур (Steve Moore), шеф отдела по борьбе с наркотиками Гвендолин Льевелин (Gwendolyn Llewellyn), директор USAID Мишель Эдди (Michael Eddy) - список можно продолжать и продолжать.

Дилма Руссефф назвала своё «временное» отстранение от поста президента – «переворотом» и «политическим фарсом». Перед тем как покинуть президентский дворец, она обратилась с посланием к народу. Руссефф назвала решение о её отстранении от власти «саботажем», «трагическим днём для молодой бразильской демократии, а себя – жертвой несправедливости». Руссефф подчеркнула, что «проблема заключается не только в моём мандате, но и в уважении к выборам, суверенитету бразильского народа и конституции». Она предупредила, что не уступит беспрецедентному давлению на неё и будет законными методами сопротивляться осуществляемой процедуре импичмента и добьётся победы: «Я никогда не сдамся… я делала ошибки, но не совершала преступлений».

Исполняющим обязанности президента стал Мишел Темер, который сформировал новое правительство. Если бы он участвовал в «нормальных» президентских выборах, то набрал бы не более 2% голосов. Но этот политик всегда выделялся умением чувствовать конъюнктуру, формировать коалиции. Его Партия бразильского демократического движения (PMDB) в 1990-х годах сотрудничала с социал-демократами Фернанду Энрике Кардозу, а в 2003 году вошла в коалицию с Партией трудящихся Лулы да Силвы.

Теперь у Темера появилась возможность порулить страной самостоятельно. Количество ведомств было сокращено: из 32 министерств осталось 24. В новом кабинете нет ни одной женщины, хотя при Руссефф такой дискриминации не было, женщины возглавляли 15 министерств. Темер обратился к нации с эмоциональной речью: «Моими первыми словами к бразильскому народу на этой должности будут [такие]: верьте в наши ценности, ценности нашего народа, стойкость нашей демократии. Вы должны верить в нашу способность восстановить экономику страны, в потенциал нашего государства, в его социальные и политические институты». Темер пообещал, что главной задачей для его правительства станет восстановление доверия к Бразилии на международной арене, привлечение новых инвестиций, стимулирование роста экономики. Темер воздержался от детального изложения нового внешнеполитического курса страны, но, по всем прогнозам, он будет проамериканским.

Темеру 75 лет, он потомок католиков-маронитов из Ливана, адвокат по профессии, является руководителем Партии бразильского демократического движения. В 1980-х годах был генеральным прокурором штата Сан-Пауло, затем – там же – министром общественной безопасности. Именно к этому времени относится установление Темером тесной связи с посольством США.

Вице-президентом Темер был избран в связке с Дилмой Руссефф в октябре 2010 года. Фактически он был «троянским конём» посольства США в её кабинете. Темер вышел из правительственной коалиции в марте, отказав Руссефф в поддержке под предлогом коррупционного скандала в Petrobras. И это при наличии запроса в палату депутатов о проведении расследования по коррупционным делам самого Темера. Однако коррупция коррупции рознь. Судя по всему, новоиспечённый и.о. президента получил соответствующие гарантии от посольства США и старательно их отрабатывает.

После импичмента Бразилия подвергнется неолиберальным реформам, в первую очередь будет проведена приватизация госкомпаний. В этом процессе США будут активнейшим образом участвовать. Ради этого и затевалась вся интрига с импичментом. Власть в Бразилии перешла к людям, которые сами увязли в коррупционных скандалах, но теперь какого-либо значения для администрации США это уже не имеет.

«Ямал-СПГ» деньгами обеспечен»

НОВАТЭКу и его партнерам по «Ямал-СПГ» больше не придется вкладывать в проект собственные средства

Ирина Быстрицкая

Акционерам «Ямал-СПГ» не придется вкладывать в проект собственные средства, так как уже получено полное финансирование из внешних источников. Большую часть предоставили китайские партнеры, однако в проекте приняли участие и Сбербанк с Газпромбанком. Причем кредит последних был застрахован агентством ЭКСАР (входит в Группу Российского экспортного центра). Эксперты указывают, что благодаря тому, что стоимость сжижения газа у ямальского СПГ одна из самых низких в мире, у него хорошие перспективы на мировых рынках.

Проект НОВАТЭКа «Ямал-СПГ» получил все необходимое финансирование и выходит на финишную прямую. Как рассказали «Газете.Ru» в «Ямал-СПГ», договоры с китайскими банками в совокупности с предоставленными средствами ФНБ и кредитными линиями российских банков обеспечивают необходимый проекту объем финансирования, привлекаемого из внешних источников.

«Это позволяет реализовать проект без привлечения дополнительных средств со стороны акционеров», — говорит собеседник «Газеты.Ru».

Всего внешнее финансирование составило около $19 млрд. Банк развития Китая предоставил кредит на €5,06 млрд и 5,29 млрд юаней, Экспортно-импортный банк КНР — €4,28 млрд и 4,47 млрд юаней, около €730 млн поступило от фонда «Шелкового пути». Еще 150 млрд руб. проект получил из Фонда национального благосостояния в обмен на выпущенные облигации, приобретенные Минфином. И наконец, кредит на €3,6 млрд предоставили Сбербанк и Газпромбанк.

Причем этот кредит получил страховое покрытие от Российского агентства по страхованию экспортных кредитов и инвестиций (ЭКСАР). В соответствии с заключенным договором ЭКСАР предоставило ПАО «Сбербанк» и АО «Газпромбанк» страховое покрытие кредита в размере €3,6 млрд на 15 лет, выделенного на ОАО «Ямал-СПГ» в целях создания экспортно ориентированного производства сжиженного природного газа.

По словам гендиректора агентства Алексея Тюпанова, эта сделка стала крупнейшей в истории существования ЭКСАР.

Как отметили в ЭКСАР, предоставление нового инструмента поддержки экспортно ориентированных производств в России стало возможным благодаря изменениям, которые были внесены 21 марта в правительственное постановление «О порядке осуществления деятельности по страхованию экспортных кредитов и инвестиций от предпринимательских и политических рисков». Страхование кредита для реализации экспортно ориентированного проекта «Ямал СПГ» — первая сделка в рамках нового продукта ЭКСАР.

По словам главы Фонда национальной энергетической безопасности Константина Симонова, государство таким образом фактически страхует собственные деньги, так как Сбербанк является госкомпанией, а Газпромбанк близок к государству.

«Ямал-СПГ» — проект строительства завода по производству сжиженного природного газа, который будет поступать с Южно-Тамбейского месторождения (его запасы оцениваются в 926 млрд кубометров, проектный уровень добычи — около 27 млрд кубометров в год). Контрольным пакетом проекта (50,1%) владеет НОВАТЭК, французской Total принадлежит 20%, китайская CNPC также владеет 20%, еще 9,9% принадлежит китайскому фонду «Шелкового пути». Мощность «Ямал-СПГ» — 16,5 млн т сжиженного газа, предполагается строительство трех линий по 5,5 млн т.

Причем, как сообщалось ранее, 96% продукции уже законтрактовано в основном потребителями Азиатско-Тихоокеанского региона. Как пояснили «Газете.Ru» в «Ямал-СПГ», речь идет об общих объемах продукции, то есть законтрактовано уже около 15,84 млн т СПГ. «Ямал-СПГ» «находится в стадии активного строительства», начало производства запланировано на 2017 год.

«Более 80% СПГ с проекта законтрактовано в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, — рассказывает представитель «Ямал-СПГ». — Но есть и контракт с испанской Gas Natural Fenosa. Важно, что российский газ не поставляется по системе трубопроводов в Испанию».

Несмотря на то что порт Сабетта, через который будет отгружаться ямальский СПГ, считается арктическим, поставки будут идти круглый год: в период летней навигации — напрямую потребителям АТР через Берингов пролив, в период зимней навигации — традиционным маршрутом через Суэцкий канал. Для «Ямал-СПГ спроектированы и строятся специальные танкеры ледового класса ARC7 (по российской классификации), позволяющие осуществлять круглогодичную навигацию без ледокольной проводки в западном направлении и в течение летней навигации — в восточном направлении по Северному морскому пути.

«У ямальского газа одна из самых низких стоимостей сжижения, что повышает его конкурентоспособность и позволяет отправлять на дальние расстояния», — комментирует старший вице-президент Argus Вячеслав Мищенко.

Зампред правления НОВАТЭКа Марк Джетвей 9 мая заявил, что себестоимость сжиженного газа с проекта «Ямал-СПГ» будет ниже $3 за тыс. куб. футов (это меньше $3 за 1 млн британских термических единиц, БТЕ).

Глава East European Gas Analysis Михаил Корчемкин приводит февральские цены на СПГ в Англии и Бельгии — $4,02 и $3,9 за 1 млн БТЕ соответственно. При этом на рынках Японии, Китая, Кореи и Индии цена сжиженного газа находится в диапазоне $4,2–4,38.

Дальнейшее развитие и перспективы проекта «Ямал-СПГ» будут зависеть от условий, предложенных поставщиками сжиженного газа из США и Австралии, которые уже в 2018 году планируют ввести в строй новые мощности по сжижению на 60 млн и 53 млн т соответственно. Вячеслав Мищенко отмечает, что Австралия на сегодняшний день уже проигрывает, так как из-за роста затрат на свои СПГ-проекты цена австралийского газа будет выше, чем у ямальского.

В середине апреля Австралия заявляла о своих планах к 2020 году утроить экспорт сжиженного газа, доведя его до 75 млн т. По словам австралийского премьер-министра Малькольма Тернбулла, на тот момент СПГ из Австралии будет обеспечивать 40% импорта Китая и Японии и 25% закупок Южной Кореи.

США в начале года начали экспорт своего СПГ в Европу, однако пока это небольшие объемы (было отправлено лишь несколько танкеров-газовозов в Европу и Бразилию). В настоящее время в Америке работают первая очередь завода Sabine Pass и терминал на Аляске, их общая мощность составляет около 5 млн т в год.

По состоянию на 13 мая 2016 года, по официальной информации Панамериканской организации здравоохранения и Европейского центра по контролю и профилактике инфекционных заболеваний, с апреля 2015 года в Бразилии, а затем и в других странах продолжается эпидемическое распространение лихорадки Зика (ЛЗ).

За прошедшую неделю случаи лихорадки Зика в новых странах не зарегистрированы. Таким образом, общее число стран вовлеченных в эпидемическое распространение лихорадки Зика составляет 50. В 13 странах из числа пораженных отмечается увеличение случаев патологии нервной системы новорожденных, в том числе синдром Гийена-Барре, связанное со случаями заболевания ЛЗ.

Кроме того, сообщается о случаях завоза ЛЗ в США (503 случая завоза) и на территорию 17 стран Европейского региона (452 случая). В 71 случае пострадавшими оказались беременные женщины.

С начала эпидемии зарегистрировано 16 случаев передачи ЛЗ половым путем в 9 странах: Аргентине (1), Чили (1), Новой Зеландии (1), США (8), Франции (1), Италии (1), Канаде (1), Перу (1), Португалия (1).

Общее число пострадавших лиц в странах Американского региона составляет более 296 тысяч человек, в том числе 8 675 с лабораторно подтвержденным диагнозом. При этом следует учитывать несоответствие между уровнем зарегистрированной и фактической заболеваемости, вследствие бессимптомного протекания значительного числа случаев.

Наиболее сложной в эпидемиологическом плане обстановка сохраняется в Бразилии, где за время эпидемии ЛЗ зарегистрировано 7 438 случаев микроцефалии и неврологических нарушений у новорожденных, в том числе 262 с летальным исходом.

Роспотребнадзор продолжает проведение комплекса мероприятий, направленных на недопущение завоза и распространения ЛЗ среди населения страны.

Ситуация остается на контроле Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека.

Список стран, неблагополучных в отношении вируса Зика:

1. Американское Самоа

2. Аруба

3. Барбадос

4. Белиз

5. Боливия

6. Бонэйр

7. Бразилия

8. Венесуэла

9. Виргинские острова (США)

10. Вьетнам

11. Гайана

12. Гаити

13. Гваделупа

14. Гватемала

15. Гондурас

16. Гренада

17. Доминика

18. Доминиканская Республика

19. Кабо-Верде

20. Колумбия

21. Косрэ

22. Коста-Рика

23. Куба

24. Кюрасао

25. Мартиника

26. Маршалловы острова

27. Мексика

28. Никарагуа

29. Новая Каледония

30. Панама

31. Папуа Новая Гвинея

32. Парагвай

33. Перу

34. Пуэрто-Рико

35. Сальвадор

36. Самоа

37. Сен-Бартелеми

38. Сен-Мартен

39. Сент-Винсент и Гренадины

40. Сент-Люсия

41. Синт-Мартен

42. Суринам

43. Таиланд

44. Тонга

45. Тринидад и Тобаго

46. Фиджи

47. Филиппины

48. Французская Гвиана

49. Эквадор

50. Ямайка

Зимбабве: Производители кормов и трейдеры договорились о цене на кукурузу

В Зимбабве производители кормов и торговые компании пришли к соглашению о закупочной цене кукурузы у местных фермеров – около 335 $/тонна. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на The Herald Business.

Переработчики будут закупать кукурузу по цене, которая ниже цены, установленной правительством – 390 $/тонна. Тем не менее, производители кормов рассчитывают, что фермеры будут заинтересованы в поставках по установленной цене.

«Данная цена приемлема для фермеров и гарантирует, что цены на продукты переработки кукурузы останутся стабильными и не создадут ненужного инфляционного давления», - считает Ассоциация переработчиков зерна Зимбабве (GMAZ).

Зерновые трейдеры и переработчики планируют, что помимо закупок кукурузы на внутреннем рынке, они импортируют до 700 тыс. т кукурузы из Бразилии, Аргентины, Мексики и ЮАР, поскольку собственный урожай пострадал от засухи.

Интервью заместителя Министра иностранных дел России И.В.Моргулова изданию «Russian Business Guide», опубликованное на сайте информагентства «ТПП-информ» 12 мая 2016 года

Вопрос: Некоторое время назад Россия развернула вектор своей внешней политики с Запада на Восток. Стало более активным наше участие в международных мероприятиях, проходящих в Азиатско-Тихоокеанском регионе, стали более частыми поездки правительственных и деловых делегаций в страны АТР. Однако того, что ожидалось, — динамично растущего делового сотрудничества, активного роста инвестиций, — не произошло. Что, на Ваш взгляд, этому мешает?

Ответ: Прежде всего, я бы не стал говорить о «развороте» России в АТР. Наша страна — мировая держава, расположенная на Евразийском континенте и выстраивающая отношения параллельно и с Западом, и с Востоком. Другое дело, что в этой работе мы учитываем объективные тенденции глобального развития. А они свидетельствуют, что роль АТР как «локомотива» мировой экономики и политики поступательно укрепляется.

Торгово-экономическим связям со странами этого региона у нас традиционно уделяется особое внимание. Усиление же азиатского направления нашей внешней политики — это осознанный выбор, продиктованный целым рядом важных факторов, в первую очередь необходимостью обеспечить благоприятные условия для социально-экономического подъема Восточной Сибири и Дальнего Востока, их встраивания в систему хозяйственной кооперации в АТР.

В целях реализации поставленных задач мы начали использовать такие качественно новые инструменты, как создаваемые в Дальневосточном федеральном округе территории опережающего социально-экономического развития и проект «Свободный порт Владивосток». Они, равно как и меры по модернизации трансграничной, в том числе транспортной, инфраструктуры призваны ускорить практическое решение проблем, с которыми сталкиваются иностранные инвесторы в этом российском макрорегионе.

Интерес зарубежных деловых кругов к продвигаемым Россией проектам развития наших дальневосточных территорий очевиден. Уже в рамках первого Восточного экономического форума (ВЭФ) в сентябре прошлого года во Владивостоке были подписаны «пакетные» соглашения и контракты с участием иностранных инвесторов на сумму более 750 млрд. рублей. Сегодня полным ходом идет подготовка к ВЭФ-2, запланированному на 2—3 сентября с. г. В фокусе внимания будет комплекс актуальных вопросов углубления региональной экономической интеграции, в том числе выдвинутая Президентом Российской Федерации В. В. Путиным инициатива формирования широкого экономического партнерства в Евразии с участием таких объединений, как ЕАЭС, ШОС и АСЕАН.

Торгово-экономическая и интеграционная тематика присутствует и на других ведущих региональных площадках, включая Восточноазиатский саммит (ВАС), форум «Азиатско-тихоокеанское экономическое сотрудничество» (АТЭС), диалоговый механизм «Азия — Европа» (АСЕМ). Мы активно способствовали закреплению в итоговых документах прошлогоднего саммита АТЭС в Маниле курса на продвижение к общерегиональному недискриминационному рынку, который предоставлял бы всем странам АТР равный доступ к экономическим возможностям и сопутствующим выгодам.

Что касается динамики развития делового сотрудничества с азиатским регионом, нужно понимать, что эффект от наших инициатив не может быть сиюминутным. Их реализация требует упорной, кропотливой работы. Кроме того, наши азиатские партнеры, как известно, основательно готовятся, но потом последовательно продвигаются к поставленной цели.

Вопрос: Стабильные торгово-экономические отношения основываются, как правило, на хорошо развитом договорном фундаменте. Какие международно-правовые акты связывают нас со странами региона?

Ответ: Действительно, договорно-правовая база двусторонних отношений АТР является своего рода каркасом для развития практического взаимодействия по всему спектру направлений. Но верно и обратное — степень развития договорного фундамента напрямую зависит от уровня политических отношений с той или иной страной. Чем выше уровень, тем крепче фундамент.

Наиболее продвинутая правовая база и разветвленная организационная структура связей в АТР, причем на всех уровнях, у нас создана с Китаем. Основные принципы и направления двустороннего взаимодействия отражены в Договоре о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой от 2001 года. До этого — в 1997 году — было заключено Межправительственное соглашение о создании механизма регулярных встреч глав правительств России и Китая. Ежегодно в рамках двусторонних встреч на высшем уровне подписываются десятки межгосударственных, межведомственных и корпоративных документов. К примеру, в ходе визита Президента В. В. Путина в Китай в сентябре 2015 года подписано 27 совместных документов, во время 20-й регулярной встречи глав правительств в Китае в декабре 2015 года — 35 различных соглашений. В общей сложности действуют более 300 российско-китайских межправительственных договоров и соглашений, которые охватывают практически все области сотрудничества.

Порядка 250 межправительственных и межведомственных документов по всему спектру взаимодействия заключено с Индией. В ряду последних совместных решений —переход к режиму наибольшего благоприятствования при взаимных поездках для представителей деловых кругов. Немаловажное значение имеет недавно подписанный Протокол об обмене предварительной информацией по линии таможенных служб в рамках проекта «Зеленый коридор», реализация которого призвана значительно сократить сроки оформления перемещаемых между нашими странами товаров.

Многоплановый характер носит договорно-правовая база отношений России с другими азиатскими странами — Республикой Корея, Монголией, государствами — членами АСЕАН. Причем все чаще подписываемые документы выходят за пределы двусторонних форматов. Так, в 2015 году одобрена «дорожная карта» развития сотрудничества между Россией, Китаем и Монголией в тройственном формате. В стадии согласования находится программа создания экономического коридора Россия — Монголия — Китай. Ряд основополагающих документов подписан с асеановской «десяткой», в том числе Соглашение об экономическом сотрудничестве 2005 года.

Этапным событием стало заключение в мае 2015 года Соглашения о свободной торговле между государствами —членами Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и Вьетнамом. Это — первый документ подобного рода, подписанный между данным интеграционным объединением и иностранным государством. Убежден, что его успешная реализация будет способствовать наращиванию взаимных потоков товаров, инвестиций и услуг. На сегодняшний день заинтересованность в создании ЗСТ с ЕАЭС обозначили Камбоджа, Сингапур, Индонезия и Таиланд. Некоторые из этих стран уже подали соответствующие официальные заявки.

Важную роль в продвижении кооперации со странами АТР играют механизмы межправительственных комиссий, созданных с большинством азиатских государств.

Расширяется сеть российских торговых представительств за рубежом. Сегодня они действуют во многих асеановских столицах, Китае, Японии и ряде других стран АТР. В обозримом будущем ожидается возобновление работы торгпредства в Сингапуре, открытие такого учреждения в Мьянме.

Вопрос: Российский бизнес стремится к развитию торгово-экономических отношений со странами АСЕАН, желая поднять их до уровня партнерства. Как могло бы ответить на это Российское государство, в частности Министерство иностранных дел?

Ответ: Диалоговому партнерству Россия — АСЕАН в текущем году исполняется 20 лет и оно продолжает развиваться. За прошедшие два десятилетия при координирующей роли МИД России налажено стабильное функционирование рабочих органов сотрудничества. Расширяется спектр направлений отраслевой кооперации. Свежий пример — запуск российско-асеановского диалога по возобновляемой энергетике, создание механизмов взаимодействия в сферах сельского хозяйства и образования. Сегодня мы находимся на пороге нового этапа в отношениях с Ассоциацией, который я бы охарактеризовал как движение к стратегическому партнерству.

Мы уделяем самое пристальное внимание развитию торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества с «десяткой». Ключевую роль в его наращивании играет выполнение принятой в 2012 году профильной «дорожной карты» и обновленной в 2015 году рабочей программы по торговле и инвестициям с акцентом на такие области, как энергетика, транспорт и инфраструктура, наука и технологии. Практический результат налицо: за последние пять лет наш товарооборот со странами АСЕАН увеличился в два раза. В прошлом году темпы его роста, правда, снизились, однако это произошло в силу объективных факторов, связанных с макроэкономической конъюнктурой, прежде всего падением мировых цен на энергоносители и волатильностью курса национальных валют.

Хорошую отдачу имеют организуемые по линии государственно-частного партнерства российские комплексные бизнес-миссии в страны Юго-Восточной Азии. В 2014 году была проведена «пилотная» поездка в Индонезию, Малайзию и Сингапур, за ней последовали еще несколько успешных «десантов» представителей российского бизнеса в этот регион. Важное значение придаем наращиванию модернизационной и высокотехнологичной составляющих сотрудничества с Ассоциацией. В частности, недавно вышли к асеановским партнерам с проектом ускоренного внедрения двусторонней системы электронной торговли.

С учетом современных геополитических реалий инициировали диалог о перспективах сопряжения региональных интеграционных процессов, в том числе в контексте реализации вышеупомянутой задачи формирования широкого экономического партнерства ЕАЭС, АСЕАН и ШОС.

Имеющийся обоюдный запрос на активизацию сотрудничества, назревшая необходимость наметить пути его дальнейшего развития подвели нас к организации третьей встречи лидеров России и стран АСЕАН, которая впервые в истории диалогового партнерства состоится 19–20 мая с. г. на российской территории — в Сочи. Разумеется, при этом мы не забыли и об интересах бизнеса. Встык с саммитом запланирован Деловой форум Россия — АСЕАН, на который приглашены представители крупнейших компаний нашей страны и «десятки».

Вопрос: Сегодня заметно активизировались процессы в таких организациях, как БРИКС и ШОС, которые тоже имеют свое «азиатское измерение». Показательно, что в 2015 году, когда Россия председательствовала в обеих организациях, сотрудничество стало приобретать экономический уклон, что может свидетельствовать о большом интересе стран Азии к торгово-экономическому сотрудничеству. Что могла бы сделать Россия для активизации торгово-экономического сотрудничества со странами Азии и бассейна Тихого океана?

Ответ: Объединение БРИКС за сравнительно небольшую историю своего существования превратилось во влиятельный фактор глобальной политики. Причем развитию сотрудничества в торгово-экономической и финансовой сферах в этом объединении изначально уделялось приоритетное внимание. Итоги российского председательства в «пятерке» в 2015 году служат тому подтверждением. На саммите в Уфе была одобрена Стратегия экономического партнерства БРИКС, дан старт работе над проектом «дорожной карты» торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества на период до 2020 года, запущен механизм экспертного диалога БРИКС в сфере электронной торговли. Продолжается взаимодействие по вопросам реализации национальных проектов «единого окна» для внешнеэкономических операторов.

Что касается ШОС, которой в нынешнем году исполняется 15 лет, то организация аккумулировала мощный экономический потенциал, масштаб которого дополнительно расширит предстоящее полноформатное присоединение Индии и Пакистана, а в перспективе и Ирана.

В рамки повестки дня указанных объединений укладывается продвижение выдвинутой нами идеи сопряжения крупных экономических и инфраструктурных проектов регионального и трансрегионального масштабов, включая выстраивание и расширение внешних связей Евразийского экономического союза, в том числе их состыковки с инициированным Китаем Экономическим поясом Шелкового пути. Видим широкие возможности для использования потенциала БРИКС в интересах реализации совместных проектов, в том числе с задействованием капитала Нового банка развития.

На ШОСовском направлении на первоначальном этапе представляется целесообразным сосредоточиться на вопросах защиты капиталовложений, оптимизации процедур движения товаров через границы, совместной выработки технических стандартов для продукции следующего технологического поколения, на взаимном открытии доступа на рынки услуг и капиталов.

Вопрос: В начале февраля с. г. 12 стран, в том числе страны АТР, в новозеландском Окленде подписали соглашение о Транстихоокеанском партнерстве, в соответствии с которым странам-участницам предстоит создать зону свободной торговли. Вступление в силу этого документа ожидается через два года, однако уже сегодня утверждается, что оно повлечет за собой серьезные изменения в расстановке сил на рынках стран АТР. Каким образом, на Ваш взгляд, такое партнерство может повлиять на позиции России в этом регионе?

Ответ: Россия — убежденная сторонница углубления региональной экономической интеграции. Мы последовательно выступаем за строительство в регионе такой архитектуры многостороннего сотрудничества и безопасности, которая обеспечивала бы здесь стабильность и устойчивое развитие. Как известно, в настоящее время прорабатываются сразу несколько проектов в области либерализации торговли в АТР — Транстихоокеанское партнерство (ТТП), Всеобъемлющее региональное экономическое партнерство (ВРЭП), трехсторонняя зона свободной торговли с участием КНР, Республики Корея и Японии, а также — в соответствии с утвержденным на прошлогоднем саммите АТЭС курсом — Азиатско-Тихоокеанская зона свободной торговли как преференциальное соглашение на базе всех имеющихся профильных инициатив. Для нас главное, чтобы эти процессы не подменяли, а дополняли мировую торговую систему, опирались на принципы открытости и уважения интересов каждой экономики, включая чувствительные для «третьих» сторон моменты.

Каким образом реализация упомянутой Вами ТТП изменит ландшафт мировой и региональной торговли, сказать пока сложно. В любом случае исходим из того, что келейное переписывание правил мировой торговли чревато разбалансировкой и фрагментацией глобального экономического пространства. Мы со своей стороны твердо настроены на расширение взаимодействия с государствами АТР, намерены и далее ориентироваться на плотную работу со всеми сторонами, заинтересованными в развитии инклюзивного сотрудничества в регионе.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 12 мая 2016 > № 1776136 Игорь Моргулов

Бизнес SCA в России демонстрирует высокий темп роста

SCA, одна из лидирующих компаний в мире по производству гигиенических товаров и продукции лесной промышленности, объявила о финансовых результатах за первый квартал 2016 года.

По итогам первых трех месяцев 2016 г. чистый объем продаж группы компаний SCA на глобальном уровне вырос на 1% (5% без учета эффекта от валютных конвертаций) до 28 177 млн шведских крон ($27 958 млн). Органические продажи, без учета влияния обменных курсов, поглощений и дивестиций, продемонстрировали рост на уровне 3% к Q1 2015.

Операционная прибыль за отчетный период увеличилась на 13% до $2 872 млн. Прибыль до налогообложения составила 2 922 млн шведских крон ($2 602 млн), что на 12% превышает аналогичный показатель по итогам первого квартала прошлого года.

Президент и исполнительный директор SCA Магнус Грот в ходе пресс-конференции, посвященной подведению итогов первого квартала 2016 года, отметил, что за отчетный период компания среди прочего приступила к производству и реализации десяти инновационных продуктов, выпускаемых под брендами Libero, Libresse, TENA и Tork. Он также отметил позитивное влияние на бизнес от последних сделок корпорации, в частности, поглощении лидирующего североамериканского бумажного производителя Wausau Paper Corp. и укреплении сотрудничества с Vinda International Holdings Limited - третьим по величине китайским производителем санитарно-гигиенической продукции.

Товары личной гигиены SCA

Подразделение товаров личной гигиены в России продолжает уверенный рост во всех продуктовых категориях. Органические продажи выросли на 42% по отношению к аналогичному периоду 2015 г.

Глобально органический рост продаж подразделения составил 6%, при этом на развитых рынках, на долю которых приходится 60% от общего числа продаж SCA, данный показатель составил лишь +4%. На развивающихся рынках органический рост продаж составил +8%.

С точки зрения продуктовых категорий самый высокий темп органического роста показали продукты женской гигиены, которые составили 20% от общего числа продаж SCA: +18% по отношению к Q1 2015.

Бумажная продукция SCA

Глобально органический рост продаж подразделения бумажной продукции составил 4%, при этом основной рост пришелся на развивающиеся рынки, которые продемонстрировали рост на уровне 12%. При этом развитые рынки показали нулевой рост.

Бизнес SCA в России показал высокие темпы органического роста продаж в данной категории: +18% по отношению к аналогичному отчетному периоду 2015 года. Это один из самых высоких результатов на развивающихся рынках - для сравнения, аналогичный показатель в Азиатском регионе составил +16% и +8% в Латинской Америке.

В ходе пресс-конференции, посвященной подведению итогов первого квартала 2016 года, президент и исполнительный директор SCA Магнус Грот отметил, что в ближайшей перспективе компания, которая сегодня присутствует в более чем 100 странах, намерена сфокусировать свое внимание на развивающихся рынках: Китае, Индии, России и Бразилии.

SCA

Одна из лидирующих международных компаний в сфере гигиенических товаров и продукции лесной промышленности, которая разрабатывает и производит предметы личной гигиены, бумажную продукцию и изделия из древесины. Продажи осуществляются в 100 странах. У SCA много известных торговых марок, включая мировые торговые марки Tork и TENA, а также региональные торговые марки, такие как Zewa, Libero, Libresse. Будучи крупнейшим частным владельцем лесов в Европе, SCA уделяет большое внимание ответственному природопользованию. Штат компании - 44,000 сотрудников. Продажи в 2015 году составили 115 миллиардов шведских крон (12,3 миллиарда евро). Компания была основана в 1929 году. Штаб-квартира находится в г. Стокгольме, в Швеции. Акции компании торгуются на Стокгольмской бирже. Дополнительная информация на веб-сайте: www.sca.com и www.sca.ru

О компании SCA в России

Компания SCA начала работу в России в 1994 году через дистрибьюторскую компанию. В 1996 году открылся офис компании в России, а в 1997 году была открыта дочерняя компания ООО «ЭсСиЭй Хайджин Продактс». В 1998 году компания SCA приобрела фабрику по производству санитарно-гигиенических бумаг в Светогорске/Каменногорске.

Компания SCA производит бумажную продукцию торговых марок Zewa и Tork на фабрике в г. Светогорске/Каменногорске (Ленинградская область) и на фабрике в г. Советске (Тульская область). Фабрика SCA по производству товаров личной гигиены (детские подгузники торговой марки Libero и подгузники для взрослых торговой марки TENA) находится в г. Веневе (Тульская область). В российском подразделении компании работает около 1200 сотрудников.

Руссеф оставила Бразилию с кризисом

Сенат Бразилии вынес импичмент президенту страны Дилме Руссеф

Игорь Крючков

Президенту Бразилии Дилме Руссеф объявлен импичмент из-за обвинений в финансовых махинациях и злоупотреблении властью. Она покидает политическую арену как минимум на полгода. Это грозит Бразилии дестабилизацией обстановки в преддверии Олимпиады-2016 и дальнейшей потерей авторитета страны на международной арене.

Федеральный сенат (верхняя палата парламента) Бразилии 12 мая проголосовал за временное отстранение президента Дилмы Руссеф 55 голосами против 22. На проверку обвинений в финансовых махинациях, выдвинутых против Руссеф, сенаторам потребуется 180 дней. Если обвинения к этому времени не будут сняты, бразильские граждане смогут выбрать нового главу государства, но только в 2018 году.

Все это время управлять страной будет 75-летний вице-президент Мишел Темер, который в нынешней ситуации выглядит ставленником тех сил, которые подготовили и реализовали импичмент.

Переживший диктатуру

«Вице-президент — очень скрытный персонаж, — рассказал «Газете.Ru» Фабио Червоне, журналист бразильского телеканала R7. — Он в политике очень давно и связан с чередой коррупционных скандалов. Поскольку он помог оппозиции сместить Руссеф, скорее всего, в ближайшее время он будет поддерживать инициативы своих новых союзников».

Темер начал карьеру еще во время режима военной диктатуры, пережил все политические потрясения, в конце концов, войдя в руководство Партии бразильского демократического движения (ПБДД). Она не обладает четкой политической программой и отвечает интересам средних и высших классов бразильского общества, большинство из которых либо умеренные либералы, либо правые консерваторы.

В качестве одного из лидеров ПБДД Темер, профессиональный юрист, блестяще лавировал между интересами своих союзников и противников. Это умение ему особенно пригодилось в конце 2000-х, когда он был впервые избран спикером нижней палаты парламента страны. Он переизбирался на этот пост дважды. В 2007 году ПБДД вошла в союз с Рабочей партией Бразилии, которая переживала пик популярности, а еще через четыре года Темер был назначен вице-президентом. Тем не менее это не помешало ПБДД разорвать коалицию с партией Руссеф в 2016-м, когда под ней стало шататься президентское кресло.

Руссеф обвиняют в использовании государственных денег, предназначенных для развития бразильских регионов, для наполнения федерального бюджета Бразилии. Кроме того, президент столкнулась с обвинениями в коррупции. Противники президента утверждают, что, когда Руссеф возглавляла совет директоров нефтяного концерна Petrobas в конце 2000-х годов, оттуда было незаконно выведено не менее $2 млрд.

По мнению Червоне, импичмент Руссеф выгоден тем, чьи интересы она задела больше всего, — то есть правой оппозиции и финансовым элитам страны.

«Это высшие слои Сан-Паулу, бразильский Уолл-стрит. До прихода к власти социалистов законодательство страны полностью благоприятствовало финансовым махинациям крупных корпораций. Размер процентной ставки достигал 25%, богатые бразильцы ездили отдыхать в Майами каждые выходные, — рассказал собеседник «Газеты.Ru». — При Руссеф все это закончилось, и теперь оппозиция хочет отомстить».

Впрочем, экономическая политика ушедшего президента раздражала не только крупный бизнес. В конце первого срока Руссеф рост экономики Бразилии стал падать. Если в начале 2010-го он составлял 7%, то в 2014 году рост замедлился до 2%. Сейчас экономика страны стагнирует.

Иисус и пули

Помимо четких экономических интересов, правая оппозиция будет продвигать и принципиально иной политический вектор, рассказал «Газете.Ru» анонимный источник, связанный с оппозиционными бразильскими СМИ.

«В Бразилии приоритеты оппозиции часто определяют тремя словами: Иисус, пули и скот, — пояснил он. — Дело в том, что оппозиция активно опирается на широкий консервативный электорат, который очень религиозен, выступает за расширение прав использования оружия, а также настроен против животноводческих компаний».

По данным издания Globe and Mail, новый кабинет министров, который Темер намерен объявить в ближайшее время, «состоит только из белых мужчин», что подтверждает опасения о крайне идеологизированной политической программе новой Бразилии.

Впрочем, у Темера и правых сил пока нет широкого пространства для маневра. Согласно последним соцопросам, Рабочая партия Руссеф до сих пор популярна и, скорее всего, вновь победит на выборах в 2018 году.

Как заявил бразильскому изданию Negocios Оливер Стюнкель, эксперт Фонда Жетулио Варгаса, для того, чтобы сохранить власть, Темеру и его союзникам необходимо доказать электорату, что их политика дает реальные экономические результаты. Однако времени для реализации реформ крайне мало. Кроме того, оппозиционные депутаты в парламенте Бразилии сталкиваются с не меньшими обвинениями в коррупции, чем Руссеф.

«У меня большие сомнения в том, что правительство Темера сможет исправить ситуацию. Оно ослаблено не меньше, чем власть самой Руссеф, — заявил Стюнкель в интервью 11 мая. — Ситуация во многом напоминает Аргентину. После смены правительства многие стали ждать, что жизнь станет легче само собой. Однако без реальных действий этого не произойдет». По мнению эксперта, если Бразилия не справится с политическим кризисом, очень скоро страна перестанет считаться главным экономическим драйвером Южной Америки.

Президент Института стратегических оценок Александр Коновалов, между тем, сомневается, что после смены власти в Бразилии отношения этой страны с Россией сильно изменятся. «У двух стран сохраняются стабильные торговые связи, а в рамках БРИКС пока не было реализовано прорывных инициатив, — рассказал эксперт «Газете.Ru». — Главная опасность, которая грозит Бразилии, — это обострение столкновений между политическими силами и срыв летней Олимпиады-2016».

Накануне между сторонниками и противниками Руссеф, вышедшими на демонстрации перед зданием правительства Бразилии, произошли столкновения. Полиции пришлось применить слезоточивый газ. Олимпиада в Рио-де-Жанейро должна пройти с 5 по 21 августа.

Политический кризис в Бразилии может вызвать рост курса реала и сокращения экспорта

Бразильский парламент собирается отправить в отставку президента Дилму Руссефф, а заработать на этом смогут фермеры из Индии или штата Айова, сообщает Bloomberg.

Запущенный в Конгрессе процесс импичмента уже спровоцировал отскок бразильской валюты с рекордно низкого уровня: инвесторы рассчитывают, что смещение Руссефф выведет страну из самой глубокой рецессии за последние десятилетия и положит конец парализующему коррупционному скандалу. Укрепление реала также остановит рост экспорта, который усугубляет мировой избыток и поддерживает низкие цены на сельхозпродукцию, прогнозирует консалтинговая компания в области сырья INTL FCStone.

«Импичмент выглядит очень вероятным и может стать позитивным фактором для сырьевых цен», — говорит Пол Кристофер, главный международный стратег Wells Fargo Investment Institute из Сент-Луиса, управляющей активами на $1,7 триллиона.

Бразилия является крупнейшим экспортером сахара, кофе, сои, говядины, курицы и апельсинов, и бразильские фермеры наращивали поставки, чтобы заработать на 33-процентном ослаблении реала. С конца января президентское кресло под Руссефф зашаталось, и реал восстановился на 13 процентов. Аналитики Banco Santander SA и Rabobank ждут продолжения ралли бразильской валюты.

Справка FruitNews: Среди импорта всех фруктов и овощей из Бразилии в Россию в 2015 году наиболее значительным в прошлом году был импорт яблок (24,3 тыс. тонн) и груш (2,3 тыс. тонн). Поставки этих двух видов фруктов резко выросли за последний год. В то же время поставки тропических фруктов сократились до 3 тыс. тонн в 2015 году с 5,9 тыс. тонн в 2013 году, поставки лимонов сократились до 1 тыс. тонн в 2015 году с 2,6 тыс. тонн в 2013 году, а поставки дынь и арбузов составили всего 1,4 тыс. тонн в 2015 году по сравнению с 3,6 тыс. тонн в 2013 году. В небольших количествах Бразилия также экспортирует в Россию бананы, виноград, папайю, апельсины и мандарины, хурму инжир, авокадо, бразильские орехи и кешью.

В Великобритании будет создан первый публичный реестр информации о бенефициарах собственности. В стране расположено 100 тыс. объектов иностранных компаний, 44 тыс. из них находится в Лондоне, сообщает DW.

Новый реестр для иностранных компаний будет означать, что коррупционеры лишатся возможности для маневра, не смогут отмывать и скрывать незаконные средства через рынок недвижимости Лондона. Реестр будет запущен в июне 2016 года.

Это будет первый реестр подобного рода среди стран, входящих в G20. Ожидается, что аналогичные реестры позднее создадут Франция, Нидерланды, Нигерия и Афганистан, а Австралия, Новая Зеландия, Иордания, Индонезия, Ирландия и Грузия договорились предпринять первые шаги в этом направлении.

Исполняющий обязанности президента Бразилии Мишел Темер перепутал интервьюирующего его журналиста с президентом Аргентины Маурисио Макри.

Как передает агентство Рейтер, сотрудник аргентинской радиостанции Mundo взял краткое интервью у Темера в четверг незадолго до того, как политик официально приступил к исполнению обязанностей главы государства.

"Как у вас дела, президент? Я хочу вскоре вас посетить", — заявил Темер журналисту, который в ходе интервью так и не прояснил собеседнику, что он не Макри.

Вице-президент Темер (75 лет) приступил к исполнению обязанностей главы государства, после того как в среду сенат Бразилии поддержал продолжение процедуры импичмента президента Дилмы Роуссефф.

США уверены, что Бразилия пройдет через политический кризис демократическим путем, заявила в четверг официальный представитель госдепартамента Элизабет Трюдо.

"Мы продолжаем следить за политическими переменами в Бразилии. Мы уверены, что Бразилия пройдет через эту ситуацию демократическим путем", — сказала она.

Ранее Федеральный сенат (верхняя палата парламента) Бразилии 55 голосами против 22 поддержал продолжение процедуры импичмента президента страны Дилмы Роуссефф. Это означает, что глава государства должна покинуть свой пост на 180 дней, а ее обязанности будет исполнять вице-президент Мишел Темер. Также стало известно, что Роуссефф распустила правительство сразу после принятия сенатом страны решения об отстранении ее от должности.

Полиция Бразилии арестовала трех человек, обвиняемых во взломе интернет-аккаунта супруги исполняющего обязанности президента страны Мишела Темера и попытке ее шантажа после кражи интимных фотографий женщины, передает агентство Рейтер со ссылкой на местные СМИ.

По данным газеты Folha de S.Paulo, злоумышленник получил доступ к сотовому телефону и сетевым аккаунтам 32-летней Марселы Темер около месяца назад. Помимо предполагаемого хакера были арестованы его жена и невестка, которые обвиняются в вымогательстве денег у семьи Темер.

Вице-президент 75-летний Мишел Темер приступил к исполнению обязанностей главы государства, после того как в среду сенат (верхняя палата парламента) Бразилии 55 голосами против 22 поддержал продолжение процедуры импичмента президента страны Дилмы Роуссефф.

Бразильские импортеры пока предпочитают аргентинскую кукурузу зерну из США

Поставки кукурузы из Аргентины преобладают в бразильском импорте с того момента, как эта страна стала испытывать дефицит предложения данной культуры на внутреннем рынке. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на агн. Reuters. В том числе идет аргентинское зерно и на северо-восток страны, хотя ранее аналитики предполагали, что в этом регионе будет доминировать кукуруза из США.

Правительство Бразилии в середине апреля отменило пошлину на импорт кукурузы из стран вне латиноамериканского блока Mercosur, что, в принципе, открывало «двери» для поставок зерна из США. Однако за почти месяц министерство сельского хозяйства Бразилии не зафиксировало ни одной такой поставки.

В апреле Бразилия импортировала 106 тыс. тонн кукурузы - самый большой месячный объем с октября 2014г. Около 58% поставок пришлось на Аргентину, остальное – на Парагвай.

Птицеводы на северо-востоке Бразилии изучают возможности импорта кукурузу из США, но пока цена за один мешок 60 кг на 1 реал выше, чем на аргентинское зерно.

Еще одной причиной отсутствия кукурузы из США на бразильском рынке может быть ее качество. По словам трейдеров, Штаты предлагают зерно урожая 2010г.

«Окно» для активных внешних поставок кукурузы может закрыться во второй половине 2016г., когда Бразилия начнет уборку второго, как правило, больше, чем первого, урожая собственной кукурузы.

Опорные конструкции нового миропорядка

Сегодня человечество вновь сталкивается с вызовами и угрозами его дальнейшему развитию и самому существованию. Поэтому оно более чем когда-либо нуждается в обоснованных, всесторонне взвешенных оценках возможностей парировать эти вызовы и угрозы и в идеях, позволяющих избавиться от них. Именно такой анализ и такие идеи содержит книга М.Л. Титаренко и В.Е. Петровского «Россия, Китай и новый мировой порядок. Теория и практика».

Титаренко М.Л., Петровский В.Е. Россия, Китай и новый мировой порядок. Теория и практика / Институт Дальнего Востока РАН. — М.: Весь мир, 2016. — 304 с.

Если попытаться определить подход авторов к рассматриваемым проблемам и главный вектор их рекомендаций посредством одного понятия, то таковым окажется понятие «синтез» во всех его разнообразных коннотациях.

Используемая в книге методология является по своему существу синтетической. Она соединяет философско-теоретическое осмысление мировых проблем с политологическим исследованием процессов становления нового мирового порядка, его институтов и норм.

Синтез цивилизаций рассматривается как непременная основа построения нового, более справедливого и гармоничного мироустройства, который не приемлет деления наций на цивилизованные (западные) и нецивилизованные (все остальные). Новый порядок призван исключить господство одних наций над другими и защитить суверенное право наций самим определять свою судьбу, свое социальное, политическое, экономическое устройство. Он стоит на страже духовных устоев и культурного достояния всего человечества.

Синтез восточной и западной цивилизаций рассматривается авторами в разных ракурсах. Касаясь соотношения традиций и модернизации, они замечают, что в ходе синтеза не только традиционное трансформируется под воздействием современного, но идет и встречный процесс — «современное» также видоизменяется, определенным образом приспосабливается к традиционному. В этом процессе сохраняется самобытность каждого народа и одновременно происходит созидание новых общечеловеческих принципов бытия.

Важнейшее место в становлении системы нового глобального мироустройства должна занять, по мнению авторов, концепция нового евразийства. Ей отводится роль «идейного стратегического стержня российской духовной самоидентичности», которая в свою очередь создает основу межнациональных отношений в России, определяет ее отношения со странами Евразии и АТР и процесс евразийской интеграции.

Выступая последовательными сторонниками нового евразийства, авторы решительно противостоят евроцентризму. Его истоки, с их точки зрения, восходят еще к политике Петра I, толкавшего Россию в Европу. Приоритет евроцентризма укрепляли в советское время и призывы бороться с «азиатчиной». В результате, полагают авторы, принижалось значение исконно русских, славянских корней и компонентов российской цивилизации.

Евроцентризм негативно влияет на целый ряд аспектов экономической и культурной политики России. Однобокий евроцентристский курс, как утверждается в книге, привел к чрезмерной концентрации в западной части страны средств и стратегических целей развития, превратил Москву в финансового сверхмонополиста. Огромные восточные регионы, богатые ресурсами, стали де-факто своеобразной квазиколонией европейской части России. Сырьевая направленность экономики здесь доминирует. Под давлением вестернизации национальные черты русской культуры и культуры других национальностей стирались и растворялись в чуждых традициях, в чуждой и низкопробной западной масс-культуре.

Выправление этого пагубного крена началось с премьерства Е. Примакова и продолжилось в период президентства В. Путина. Равновесие восточного и западного азимутов внешней и внутренней политики России должно, по мысли авторов, подкрепляться балансом жесткого политического моноцентризма с экономическим и культурным полицентризмом, учитывающим громадные масштабы российской территории, своеобразие и самобытность регионов.

Исследуя процессы формирования современного миропорядка в Азии, авторы уделяют особое внимание российско-китайским отношениям. В них они видят воплощение новой модели международных отношений для XXI в. В книге подробно рассматриваются все основные виды и направления стратегического партнерства России и КНР: двустороннее и многостороннее, торговое и инвестиционное, энергетическое и транспортное, высокотехнологичное и гуманитарное.

Богатый опыт всестороннего сотрудничества России и Китая служит, как показано в книге, хорошей основой для их активного участия в институтах глобального управления. Авторы раскрывают как общее, так и особенное в подходах обеих держав к их реформированию. При этом расхождения оказываются менее существенными по сравнению с взаимодополняющими тенденциями.

Возрастающая полицентричность мира ведет к децентрализации глобальной системы управления. Важные ее рычаги и средства в большей мере перемещаются на региональный уровень. Этот процесс отвечает многообразию мира, его неоднородности и многоукладности. Ответственность за дела в регионах все чаще и увереннее берут на себя новые центры экономического роста и политического влияния.

В книге обстоятельно рассматривается роль России и КНР в системах РИК и БРИКС. Трехсторонний формат обсуждения и согласования позиций России, Индии и Китая, как отмечают авторы, выходит далеко за рамки отношений между ними. Три страны придерживаются близких взглядов на узловые вопросы глобального развития, на многие региональные проблемы. Сотрудничество в «тройке» становится, таким образом, важным двигателем становления нового, более демократичного миропорядка.

Формированию полицентричной системы мироустройства содействует и более широкая структура — БРИКС, которая также квалифицируется как диалоговая. Этот формат позволяет умножить усилия по решению глобальных и национальных задач экономического и социального развития. Страны БРИКС выработали комплекс инициатив и конкретных предложений по реформированию международной финансово-экономической архитектуры, отвечающих коренным интересам огромного большинства человечества.

Государства-участники БРИКС стремятся решать международные проблемы в тесном взаимодействии с экономически развитыми странами. Они поддерживают усилия «Группы двадцати» как важного механизма международного экономического сотрудничества, позволяющего смягчать разного рода глобальные дисбалансы. Авторы рассматривают БРИКС как формирующуюся структуру нового глобального управления. В ее рамках можно обсуждать гораздо более широкий круг вопросов, чем, например, в Совете Безопасности ООН, и находить ответы на многие экономические и экологические вызовы. Поэтому создание БРИКС считается одним из наиболее значимых геополитических событий начала XXI в.

Однако БРИКС — это далеко еще не сложившийся формат взаимодействия. Интересы и цели стран-участниц данного объединения не всегда и не во всем совпадают. Хотя между отдельными странами остаются еще достаточно серьезные противоречия, это не должно мешать сотрудничеству в сферах совпадающих интересов.

Деятельность Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) рассматривается в свете перспектив безопасности и сотрудничества прежде всего в регионах Центральной и Южной Азии, а также на прилегающих территориях. Авторы считают в целом ситуацию в регионе Центральной Азии стабильной, но при этом отмечают, что она достаточно сложна и отнюдь не гарантирована от вызовов и угроз как со стороны внутреннего экстремизма и религиозного радикализма, так и со стороны внерегиональных сил (в первую очередь США и их союзников). Стремясь получить доступ к богатому энергетическому потенциалу региона, эти силы продвигают сценарии «цветных революций», направленных на смещение существующих режимов и экспорт западных стандартов и ценностей. Важнейшее значение для дальнейшего повышения дееспособности и эффективности ШОС в обеспечении региональной безопасности имеет, как отмечается в книге, взаимодействие России и Китая, равно как и их сотрудничество с другими странами региона.

Делая акцент на укреплении сотрудничества как между странами-участницами, так и между Организацией и другими межгосударственными объединениями, авторы не обходят вопрос наличия проблем и противоречий внутри ШОС. В частности, они выявились при обсуждении китайской идеи создания зоны свободной торговли ШОС (позднее — Фонда развития и Банка развития ШОС) и альтернативной российско-казахстанской инициативы по созданию Банка развития ШОС путем расширения возможностей уже существующего Евразийского банка развития со штаб-квартирой в Алматы.

Авторы не исключают такой вариант развития событий, при котором перспективы региональной безопасности в зоне ответственности ШОС будут определяться стратегическим балансом «распределения ролей» России и Китая: Россия будет уделять преимущественное внимание вопросам безопасности, а КНР — вопросам экономического развития, торговли и взаимных инвестиций.

В книге значительное внимание уделено возможностям и препятствиям на пути сопряжения интеграционных процессов в Европе, Евразии и АТР. Китайский проект «Экономического пояса Шелкового пути» (ЭПШП) рассматривается с разных сторон: в соотношении с евразийской интеграцией; вместе с предложениями по созданию Трансъевразийского пояса развития (ТЕПР); в связи с планами развития Крыма как ключевого звена ЭПШП; в контексте идей по строительству китайско-монголо-российского экономического коридора («Степной Шелковый путь»); в связи с национальными задачами России по подъему Восточной Сибири и Дальнего Востока; в плане обеспечения региональной безопасности. Успех проекта ЭПШП, который представляется судьбоносным для геоэкономической и геополитической ситуации в Евразии, зависит в конечном счете, как убеждены авторы, от способности России и Китая координировать свои усилия и укреплять сотрудничество. Подчеркивается также исключительно большое значение своевременного подключения России к создаваемым Китаем многосторонним институтам регионального развития.

В заключительной главе книги рассматриваются концепции безопасности, вызовы и угрозы региональной безопасности, а также модели региональной безопасности в Евразии и АТР.

В АТР имеются разные структуры международного взаимодействия, однако рамочного механизма для обсуждения всего спектра вопросов безопасности и сотрудничества в Азии пока нет. В рамках такого форума можно было бы обсуждать (по примеру СБСЕ/ОБСЕ) проблемы по трем «корзинам»: военная безопасность; экономическое сотрудничество; права человека и гуманитарное сотрудничество. Авторы полагают, что европейская модель «мирного сосуществования» с использованием принципов и механизмов СБСЕ/ОБСЕ может оказаться весьма востребованной и уместной в Северо-Восточной Азии и АТР.

Российская дипломатия, подчеркивается в книге, настойчиво стремится к продвижению инициатив, нацеленных на создание в АТР всеобъемлющей системы международной безопасности. Такая система должна включать урегулирование региональных конфликтов, предотвращение распространения ОМУ, сокращение вооруженных сил и вооружений, уменьшение военно-морской активности на Тихом океане, принятие мер транспарентности и военного доверия.

С точки зрения авторов, многосторонний переговорно-консультационный механизм в АТР мог бы выглядеть как периодические встречи (в разных форматах и на разных уровнях) представителей внешнеполитических ведомств, экспертного сообщества и гражданского общества заинтересованных стран. На этих встречах можно было бы обсуждать вопросы политики, безопасности, торгово-экономического, научно-технического и культурно-гуманитарного сотрудничества. Вырабатываемые на основе неформальных дискуссий договоренности могут впоследствии составить основу формальных решений, принимаемых правительствами стран-участниц.

Как следует из приведенного выше компендиума, рецензируемый труд вносит весомый вклад в осмысление теории и практики процессов, разворачивающихся в настоящее время в современном мире — как на глобальном, так и на региональном уровне. Отправная точка размышлений о направленности этих процессов — убежденность в принципиальной общности исходных ценностных устремлений человечества при всем его цивилизационном, социальном, политическом, культурном разнообразии. Наличие такой общности служит фундаментом представлений о необходимости и возможности построения нового, более справедливого, более демократичного, более открытого мирового порядка.

В книге убедительно доказано, что в силу целого ряда факторов решающую роль в реализации этих идей могут сыграть Россия и Китай. Исследуя форматы взаимодействия двух стран (как между собой, так и с окружающим миром), авторы видят в каждом из них огромный потенциал для построения глобальных и региональных систем, способных стать опорными конструкциями нового миропорядка.

Яков Бергер

Д.и.н., главный научный сотрудник Центра изучения стратегических проблем СВА и ШОС ИДВ РАН, эксперт РСМД

Федеральный совет (правительство) Швейцарии открыл процедуру общественного рассмотрения поправок к Постановлению от 20 августа 2014 г. «О международном взаимодействии органов государственной власти по налоговым делам». Данные поправки определяют процедуры внепланового обмена информацией между федеральными и кантональными государственными органами, в том числе по упреждающим решениям органов налогообложения (advance tax rulings). Постановление будет определять случаи таких решений, подлежащие информационному обмену. Нормативно-правовые требования, вводимые в данной сфере в Швейцарии, соответствуют принятым ОЭСР и G20 принципам работы по предотвращению налоговых преступлений (BEPS project). Имплементация данных принципов в национальное законодательство обязательна для стран ОЭСР и G20. В новой редакции постановление будет также определять процедуры и сроки предоставления информации зарубежным налоговым органам.

Данные требования швейцарского законодательства основаны на нормативно-правовых положениях Конвенции о взаимной административной помощи по налоговым делам и Федеральном законе Швейцарской Конфедерации «О взаимной административной помощи по налоговым делам», которые были приняты швейцарским парламентом 18 декабря2015 г. Вступление в силу комплекса законодательных норм, регулирующих процедуры обмена налоговой информацией, намечено на 1 января 2017 г., а фактический обмен информацией начнется с 1 января 2018 г. для налоговых дел, начатых не ранее указанной даты.

сайт admin.ch, 20 апреля 2016 г.

«На Олимпиаде мы постараемся снова всех удивить»

Главный тренер сборной России по синхронному плаванию Татьяна Покровская

Оксана ТОНКАЧЕЕВА

Российские мастера синхронного плавания успешно выступают на проходящем в Лондоне чемпионате Европы по водным видам спорта. В понедельник наша команда выиграла техническую программу среди групп, а во вторник Наталья Ищенко победила в произвольной программе солисток. О перипетиях последнего крупного предолимпийского турнира, а также о подготовке спортсменок к Олимпиаде-2016 в Рио «НИ» рассказала главный тренер сборной России Татьяна ПОКРОВСКАЯ.

– Татьяна Николаевна, иных задач, кроме как победить, перед нашими синхронистками обычно не ставится. Но все же нынешний чемпионат Европы имеет какую-то особенность?

– В определенной степени его можно назвать генеральной репетицией перед Олимпиадой. Конечно, нам еще есть над чем работать, и это абсолютно нормально, потому что до начала Игр еще два с половиной месяца. Но проверить себя в соревновательных условиях, выявить все плюсы и минусы необходимо даже самым опытным спортсменам.

– По сравнению с чемпионатом мира-2015 в Казани, где наши девушки выиграли все, что можно, состав команды сильно изменился?

– У нас произошло только одно изменение: теперь в группе выступает 19-летняя Марина Голядкина. Она родилась в Донецке, выступала за сборную Украины, но потом переехала в Россию и отобралась в нашу команду. Еще одна перестановка случилась у нас в миксте – вместе с Александром Мальцевым теперь выступает не Дарина Валитова, а Михаела Каланча. Эта замена была ожидаема, так как Дарина еще в Казани говорила о том, что у нее есть огромное желание квалифицироваться на Игры в составе группы. А объем тренировок, необходимый для подготовки группы, невозможно совмещать с продолжительными занятиями смешанного дуэта. Так что сейчас Валитова стоит и в группе, и в комбинации.

– На Олимпиаде мы увидим те же программы, с которыми россиянки сейчас выступают в Лондоне?

– Да, в группе у нас новая техническая программа «Ритмы города», дуэт Ищенко/Светлана Ромашина подготовил новую произвольную. А в неолимпийских дисциплинах – соло, миксте, комбинации – на чемпионате Европы девочки соревнуются со старыми постановками.

– Трехкратные олимпийские чемпионки Ищенко и Ромашина на ЧЕ выступают только дуэтом. Хватит ли у них времени, чтобы полностью освоиться в образах тех программ, над которыми сейчас работает групповой состав?

– Эти спортсменки настолько опытные и проверенные бойцы, что нет никаких сомнений в том, что они прекрасно справятся с задачей. Тем более Ищенко и Ромашина уже давно тренируются и в составе группы, просто на чемпионате Европы в этом виде мы решили дать возможность попробовать свои силы другим девочкам. Посоветовались с тренерами и решили, что будет лучше, если наши лидеры сосредоточатся в Лондоне на выступлениях в соло и дуэте. А возможность проверить себя в группе у них еще будет. Непосредственно перед тем, как отправиться в Бразилию, проведем свой контрольный старт.

– Сейчас ходит много разговоров о том, что условия для выступления в Рио синхронисток и прыгунов в воду будут тяжелыми. Прежде всего из-за того, что организаторы решили проводить соревнования в открытом бассейне...

– Мы уже два года назад знали, что они не успеют построить закрытый бассейн для синхронного плавания. Конечно, если вдруг погода испортится, пойдет дождь, ситуация усложнится, но с другой стороны – все будут в одинаковых условиях.

– Вы ведь в феврале были на сборах в Рио-де-Жанейро?

– Да. Тренировались, правда, не в том бассейне, где пройдут олимпийские соревнования. Но объект, где нам предстоит выступать в августе, хорошо знаем. Это открытый бассейн с навесом только над трибунами. В Рио вообще не очень хорошая ситуация с бассейнами. Тех, которые соответствуют олимпийским требованиям, всего два, а ведь нужно еще тренироваться во время Олимпиады. Но бразильцы обещали нам помочь в этом вопросе, у нас ведь давние добрые отношения с командой этой страны. Планировалось даже, что после чемпионата Европы к нам приедет их дуэт и будет тренироваться с нашими девочками.

– До Игр еще будете что-то менять в новых постановках?

– Да, кое-что обязательно подправим. Ведь соперники пристально наблюдают за нами, глупо было бы раскрывать сейчас все секреты. В Рио постараемся снова всех удивить.

– Новым российским микст-дуэтом вы довольны?

– На самом деле задачу нам предстояло решить непростую: нужна была партнерша, которая подходила бы Мальцеву по росту и весу и в то же время не уступала бы Валитовой по техническому и артистическому уровням. С ноября мы пробовали несколько спортсменок, но в конце концов остановились на Каланче. Не скрою, повлияло и то, что мы увидели огромное желание этой девушки выступать в дуэте, ее целеустремленность и работоспособность. Ко всему прочему Михаела и Саша представляют один спортивный клуб (МГФСО. – «НИ»), которым руководит заслуженный тренер России Ольга Васильченко, являющаяся также и личным наставником Каланчи. На данный момент работой спортсменки и нашим выбором я довольна. Надеюсь, новая пара сможет выступить в Лондоне так же достойно, как и остальные члены команды.

Глава "Роскино" Екатерина Мцитуридзе рассказала в интервью РИА Новости о программе российского павильона на Каннском кинофестивале, о фильме Кирилла Серебренникова "Ученик", а также о том, почему российские фильмы не окупаются в прокате и как улучшить имидж российского кино за рубежом.

— В этом году Россия объявлена хедлайнером международного рынка в Каннах, поэтому российским фильмам будет уделяться особое внимание. Каковы ваши ожидания от рынка?

— Важно, чтобы все мероприятия, которые мы запланировали, прошли на достойном уровне, чтобы их посещали профессионалы индустрии, международная пресса. В нашей я не сомневаюсь, наша пресса единой семьей поддерживает мероприятия Российского павильона, понимает значимость нашей работы. Мне часто говорят, что, когда не было павильона, все собирались в разных местах — в кафе, в чужих павильонах, не было места силы, а сейчас есть свой дом, маленькое посольство кино. Уже девять лет, между прочим. Для работы с международной прессой и индустриальными компаниями мы наняли одно из лучших пиар-агентств — британскую компанию DDA. Мы также ожидаем активных продаж на объединенном стенде российских кинематографистов Roskino — Russian Cinema Worldwide, это еще одна наша площадка на Каннском кинорынке.

Партнерство с рынком в этом году позволило нам увеличить объем стенда примерно в полтора раза, увеличились и офисы менеджерских компаний — "Централ партнершип", Art Pictures, компании Тимура Бекмамбетова "Мирсанд". Они везут больше продавцов и качественный контент: "Экипаж", "Коловрат", откроются продажи нового фильма Федора Бондарчука "Притяжение", отличная новая анимация Сергея Сельянова. Большинство продюсеров планируют приехать на прием в честь открытия кинорынка, который организуем мы, "Роскино", совместно с дирекцией кинофестиваля. Российская делегация будет принимать гостей вместе с директором Каннского кинофестиваля Тьерри Фремо и директором кинорынка Жеромом Пайаром. Радует, что мы выступаем единым фронтом.

— А из официоза кто-нибудь прилетит в Канны?

— Мы официально пригласили руководство министерства культуры, но пока не получили ответ. Так что не могу вам точно ответить. Вы знаете, для меня важно, что будут продюсеры, дистрибьюторы, молодые кинематографисты из разных городов России, участники альманаха Global Russians. Приглашены участники всех программ павильона, режиссеры, актеры, журналисты. Все будут общаться в непринужденной атмосфере под музыку великих русских композиторов. Мы подготовили и короткометражный презентационный фильм, представляющий наше кино. Как к Олимпиаде, мы также сделали про кино, добавив наших великих художников и музыку конца XIX — начала XX века, а также старое кино. Такой красивый переход получился через супрематизм, через "Черный квадрат" Малевича на Эйзенштейна, очень лаконичные геометрические переходы. В оформлении приема, так же как и в дизайне Российского павильона, в этом году мы вдохновлялись русским авангардом. Общение на приемах такого уровня — это огромная возможность для завязывания знакомств. Подтверждены гости со всего мира — топ-менеджеры крупных кинокомпаний, продюсеры, сейлс-агенты, директора всех значимых кинофестивалей — Венеции, Берлина, Торонто, Трайбеки, Санданса и многих других, директора кинорынков, топовые журналисты, критики ведущих изданий. Главный американский журнал о кино и телевидении Variety стал официальным партнером приема.

— Вы затронули тему продаж. Какова тенденция в последнее время? Они увеличились или сократились? Как думаете, какой интерес будет к российскому кинематографу в Каннах?

— Если судить по кинорынку в Берлине, который прошел в феврале, у нас увеличились продажи в шесть-семь раз по сравнению с прошлым годом. Но здесь нельзя делать далеко идущие выводы. Это не значит, что всегда так будет, это значит, что появились хорошие проекты. Продажи увеличились за счет анимации и фильмов в жанре экшн и катастрофы. Продажи — это длительный процесс. "Экипаж", например, был открыт к продажам в Берлине, хотя начинались переговоры еще в ноябре в Лос-Анджелесе, но в Берлине уже пошли сделки, в Каннах они продолжатся. Хорошо окупились две трилогии — "Смешарики" ("Рикки груп" и "Арт Пикчерс") и "Снежная королева" ("Визарт").

Вопрос еще и в суммах контракта. Вы можете продать 20 фильмов по 50 тысяч, это будет одна сумма, или три фильма по полтора миллиона, и это уже другая сумма, большая разница.

Но я подчеркну, мы, "Роскино", не продаем фильмы, мы полностью за наш счет, с очень относительным участием государства, организуем все условия для продаж: арендуем стенд, занимаемся его дизайном, застройкой, техническим оснащением, рекламой — это сотни тысяч долларов, и это все мы берем на себя. Так действуют все аналогичные компании в мире, но есть одна маленькая разница — их почти на 80 процентов финансирует государство. У нас наоборот. А продажами непосредственно занимаются частные компании, о которых я говорила выше, и несколько других. Все счастливы, что мы больше стали вкладываться в рекламу. Качественные проекты и их креативная реклама работают только в тандеме. Если это режиссер с репутацией на международных фестивалях, как Александр Сокуров или Андрей Звягинцев, это также хорошо работает и в итоге окупается. У Кирилла Серебренникова есть все шансы стать со временем востребованным на международных рынках. Важно, что у него есть прокатчик в Каннах, его фильм "Ученик" участвует в конкурсе "Особый взгляд".

— Прокатчик русский?

— Европейский. Прокатчик из России — это компания, которая будет прокатывать его в кинотеатрах в России, а у "Ученика" сейлз-агент, который будет его по миру продавать.

— По вашему мнению, какие перспективы у Кирилла Серебренникова на Каннском кинофестивале? Вы смотрели фильм?

— Я смотрела его уже давно, еще полусырым, и он уже вызывал интерес. В Берлине его продюсеры, не без нашего участия, провели переговоры с сейлз-агентами, и все в итоге сложилось наилучшим образом. Продажи пойдут в Каннах. "Особый взгляд" — это конкурс дерзких, альтернативных, безбашенных. Кирилл, на мой взгляд, в компании правильных творцов — в этом году это чудесные Хирокадзу Корээда, Дэйвид МакКензи, Мэтт Росс. В разные годы там показывали Гаспара Ноэ, Оливье Ассайаса, Фатиха Акина, многих других. Получит он приз или нет, это другой вопрос. Это важно для продаж, когда фильм получает приз — он вызывает больший интерес у байеров. Но быть в такой престижной селекции — это уже признание. А резонанс у "Ученика" будет, я в этом не сомневаюсь.

— Этот год объявлен в России Годом кино, прошло уже почти полгода, так что можно уже делать какие-то выводы. "Роскино" представляет российский кинематограф на международной арене. Вы чувствуете какие-то позитивные изменения в связи с Годом кино? Может, вам увеличили финансирование?

— Я хочу, чтобы этот ответ был засчитан за позитивный. Скажу так, раньше у нас отношений с Минкультуры не было, четыре года мы работали без господдержки, нам выделяли 5 миллионов рублей на павильон в качестве скромной лепты в общий его бюджет, но говорить об этом всерьез невозможно. В этом году той суммой, которой распоряжался Фонд кино, распоряжаемся мы. Такое решение. Вероятно, иные профессионалы прозрели и поняли, что логично, когда есть госкомпания, у которой единственная цель в уставе — продвижение национального кино за рубежом, субсидировать господдержкой ее, а не стороннюю частную аутсорсинговую структуру, нанятую Фондом, единственной целью которого государство поставило повышение доли российского кино в России, и никак не связанное с международными рынками. Но сумма в 28 миллионов рублей на десять рынков по всему миру осталась прежней, точнее, сократилась на 30 процентов из-за разницы в курсе валюты, а большая часть трат — это евро или доллары, в зависимости от страны. Получается, что мы по-прежнему в основном рассчитываем на партнеров. Наш стратегический партнер "Аэрофлот", и это взаимовыгодная для обеих компаний синергия. "Аэрофлот" упоминается во всех наших пресс-материалах и полиграфии во всех странах, где мы работаем, что положительно влияет на имидж компании и рост продаж за рубежом. Также с нами Благотворительный фонд Елены и Геннадия Тимченко. Но этот партнерский объем уменьшился из-за санкционных убытков. Между тем мощной и системной поддержки государства в продвижении у нас пока нет.

Многие страны, просчитав потенциальные возможности международных рынков, в последние несколько лет увеличили рекламные объемы: Китай — у них было полтора миллиона евро только на Каннский кинорынок, теперь они выделили 3 миллиона евро против наших 350 тысяч евро в этом году. Разница колоссальная. Великобритания тратит в Каннах на организацию павильона и рекламу миллион фунтов стерлингов, это около полутора миллионов евро. Бразилия, Южная Корея, Израиль, Норвегия, Италия — все эти страны занимаются продвижением национального кино при активном участии государства.

Мы обращались в Минкультуры, рассчитывали, что в Год кино можно начать поддержку международных рынков, начать вкладываться, а потом уже получать отдачу и прибыль.

Но нам было сказано, что средства, выделенные на Год кино, уже потрачены на оснащение кинотеатров. Что ж, это не менее важно. Будет чем гордиться, когда будет опубликована статистика, когда мы узнаем что, например: город N, кинотеатр на столько-то мест, столько-то господдержки, потратили на переоснащение столько-то, посещаемость выросла на столько-то, столько-то сеансов отечественного кино, такие-то кассовые сборы. Я лично не сомневаюсь, что деньги доходят до цели так или иначе, но со стороны у многих складывается впечатление, что в кино не все прозрачно, и это обидно, хотелось бы, чтобы к нам относились с большим уважением, а не думали, что здесь какая-то адская коррупция, тогда как везде все по полочкам. Для того чтобы люди знали, что этого не происходит, должна быть четкая отчетность, а ее нет.

— А как, по вашему мнению, можно улучшить имидж российского кино внутри страны и, соответственно, на международном рынке?

— Все взаимосвязано. По большому счету это те же самые десять-пятнадцать фильмов, которые окупаются здесь и на международных рынках. Я предложила министру устроить общественные слушания в Минкультуры, существует же вроде общественный совет. Собрать профессиональную публику и обсудить эти вопросы — реклама и продвижение кино в России, реклама и пиар на международных рынках, должны мы или не должны вкладываться, пусть все это открыто обсуждается. А решения этого собрания могут быть сформулированы как обращение к президенту. Пусть это будет не кулуарное решение, а решение профессионального сообщества с участием Ассоциации продюсеров кино и телевидения, Гильдии продюсеров, дистрибьюторов и так далее. Мы направили в Минкультуры концепцию развития "Роскино", всего международного продвижения, три года назад. Мы потратили много времени и средств на ее создание. Каждый год ее к тому же корректируем. Добавили раздел VOD, продвижения в соцсетях. Пока в стол. Реклама национального кино должна использовать и рекламу социальную, и телевидение, наружную рекламу, интернет, соцсети. Еще одна проблема — стилевая. Заказать качественную рекламу в России — это проблема. Когда мы готовили Медиафорум в Петербурге, после трех неудачных тендеров в Москве поняли, что это тупиковый путь, и стали искать за границей, нашли в Лондоне одно из лучших агентств, которое делает рекламные кампании 70% британских фильмов. Боялись, что это будет неподъемно по деньгам, но, когда они нам прислали расценки, мы были приятно удивлены, а в течение недели получили ни больше ни меньше 15 вариантов логотипов и пять вариантов ки-арта. К тому же они не срывают сроки. В России есть люди со вкусом и профессионалы в сфере дизайна, но они не приходят в кино. Рынок слишком узкий. Лучший журнал о кино в России "Сеанс" Любови Аркус, и ее команда суперпрофессионалы по части полиграфии, они на том же Медиафоруме готовили вместе с нами всю печатную продукцию, каталоги, брошюры, рекламные листовки, есть и в Москве агентство "Планета информ", они работают качественно с пиаром фильмов, есть отдельные профи, но то, о чем вы спрашиваете, — улучшить имидж российского кино внутри страны и в мире — это задача государства. Государство должно стимулировать все это. А пока это вопрос энтузиазма нескольких ярких людей и их команд. Мы на нашей базе могли бы всех объединить.

— Но тут вопрос не только в рекламе. Часто люди не хотят идти на русский фильм просто потому, что это русский фильм. Даже когда мне постоянно долбят по голове рекламой какого-то русского фильма, у меня вызовет это только раздражение, я не пойду его смотреть. Почему так происходит?

— Потому что вам не дали верный крючок, не подобрали к вам ключик, почему вы должны идти именно на этот фильм. Это опять же проблема рекламной кампании. Это вопрос и качества самого фильма, разумеется, но и маркетинга. В прошлом году в Variety мы исследовали рекламные кампании, и большинство экспертов сошлись на том, что по большому счету за последние 10-12 лет есть всего несколько кампаний, повлиявших на кассовые сборы, которые можно вспомнить: это "Дозоры" два фильма, "9 рота", "Высоцкий", "Ирония судьбы. Продолжение", "Монгол", "Сталинград", "Метро", "Легенда №17", ну, может, еще пара фильмов. Но это успех в первую очередь продюсеров.

Часть рекламной кампании "Дневного дозора" готовилась вручную. Работа в офисе Константина Эрнста шла круглосуточно. Но такой отдельной компании, куда можно обратиться — и вам все нарисуют, и напишут, и разместят, и гарантируют, в России пока нет.

— Вы часто отмечаете, что во Франции есть уже доказавшая свою эффективность программа поддержки французского кино, можно ли было бы применить ее в России и каким образом?

— Она стопроцентно, на мой взгляд, применима в России, но при условии, что будут соблюдаться все их правила. А главное правило французов гласит — что телевидение должно участвовать на равных и в производстве кино, и в его продвижении. В России, к сожалению, это не обсуждается. Пока, по крайней мере.

— То есть государство должно выделять какие-то квоты на телевидении?

— Государство во Франции обязует каналы и частные, и государственные финансировать национальное кино. Там много и других механизмов. В том числе и работы с налогообложением. И отчетность по возвратам. У CNC — Национального фонда (центра) кино — стопроцентная ежегодная отчетность. Профессионалы индустрии и пресса имеют возможность оценить бюджет кино, сколько было потрачено на PR того или иного фильма, сколько он заработал, сравнить кассовые сборы с предыдущими релизами этого продюсера, этой студии, многое другое. Это в интересах государства, поскольку оно серьезно в это все вкладывается.

— Но это и другие суммы уже…

— Да, и в производстве другие суммы. Те 6 миллиардов рублей, которые выделяются на кино в России, как часто повторяет Сергей Сельянов, — это бюджет одного голливудского блокбастера. Они распределяются между министерством и Фондом кино, потом переходят в компании. Понять, как эти деньги работают, как они окупаются, сложно. Этой аналитики нет. Понять, как именно среднестатистический россиянин вкладывается в российское кино и чего он в итоге ожидает, тоже невозможно. Если брать этот год, первые полгода, большинство фильмов, кроме "Экипажа", в минусе. Это серьезный повод для анализа, потому, как получается, что на все эти фильмы эксперты год или два назад делали ставки, раз уж на них выделялось госфинансирование.

— Возвращаясь в Канны, какие программы запланированы в Павильоне в этом году?

— Их больше десяти, в день одно или два мероприятия. Гуру российской кинокритики Андрей Плахов традиционно проведет презентацию новых фильмов, готовых для дистрибуции на международных рынках и для фестивалей. Среди проектов потенциальный хит "Дуэлянт" Алексея Мизгирева (продюсеры Александр Роднянский и Сергей Мелькумов) с Владимиром Машковым и Петром Федоровым в главных ролях, "Время первых" Тимура Бекмамбетова и Евгения Миронова про легендарного космонавта Алексея Леонова, "Зоология" Ивана Твердовского (продюсеры Наталья Мокрицкая, Мила Розанова, Ульяна Савельева). "Зоология", кстати, во многом детище нашего павильона: у нас прошла его первая презентация на уровне сценария, а позже летом прошлого года его продюсеры при подаче и при поддержке "Роскино" успешно участвовали в Парижском питчинге европейских проектов. Всего в программе "В фокусе новое российское кино" — восемь фильмов. Запланированы шоукейсы новых проектов Art Pictures Федора Бондарчука и Дмитрия Рудовского, студии Юрия Сапронова RWS, новой компании на рынке Blitz Promotions — режиссер Сергей Саркисов и продюсер Николай Саркисов презентуют дебютный проект "На плаву".

Наш любимый проект — это ежегодный альманах "Роскино" Global Russians, если в прошлом году мы привезли в Канны студентов мастерской Александра Сокурова из Кабардино-Балкарии, то в этот раз мы отобрали пять короткометражек выпускников разных киношкол России и мира, в том числе Кембриджского колледжа искусств и науки. Соответствуем глобальному названию. Все ребята также будут заявлены в секции Short Film Corner и Producer's Network. Эти Каннские площадки заметно расширяют возможность их общения с профессионалами из разных стран. Замечу, что оплату всего участия в них для наших студентов "Роскино" берет на себя. С другой стороны, мы также взяли на себя расходы по участию проекта нашего выдающегося аниматора Гарри Бардина "Слушая Бетховена" в конкурсе "Двухнедельник режиссеров" совместно с Ассоциацией аниматоров. И это еще одна наша презентация.

Из других программ: будет презентован онлайн-кинотеатр TvZavr, Московский международный кинофестиваль проведет свою традиционную пресс-конференцию, и впервые в Каннах на нашей площадке будет заявлен первый Сочинский международный кинофестиваль.

И, наконец, наша подборка из восьми проектов, готовых для копродукции. Вера Глаголева и Наталья Иванова представят мелодраму "Далекий друг", команда продюсеров ТНТ — Алексей Агеев, Семен Слепаков, Вячеслав Дусмухаметов, Артур Джанибекян — презентует трагикомедию "Купи меня", Элла Манжеева заявит мистическую драму "Тачал". Элла — участница недавнего Берлинского фестиваля, где она, опять же при поддержке "Роскино" вместе с "Берлинале Резиданс", и развивала свой проект. Илья Стюарт, активный участник всех наших презентаций, кроме фильма Кирилла Серебренникова и дебютного проекта Алисы Хазановой "Осколки", также представит новый проект "Кровь на танцполе" с участием Светланы Ходченковой, Светланы Устиновой и Анны Чиповской. Это явно будет самая красивая презентация! Как говорит Тьерри Фремо: "У вас в Российском павильоне получается почти что маленький фестиваль внутри большого".

— Это правда. Программа отличная получилась. Удачи вам в Каннах!

— Спасибо, настроение полета у нас уже ощущается!

Россия > СМИ, ИТ > ria.ru, 11 мая 2016 > № 1748716 Екатерина Мцитуридзе

Россия увеличит добычу нефти к 2040 году до 12 млн баррелей в день - доклад Минэнерго США.

Россия увеличит добычу нефти в ближайшие 25 лет почти до 12 млн баррелей в день. Такой вывод содержится в докладе независимого Информационного управления при Министерстве энергетики США, которое сегодня распространило новый прогноз развития ситуации на глобальных энергетических рынках в период до 2040 года.

По оценкам американских правительственных экспертов, "производство сырой нефти и газового конденсата, составлявшее в 2013 г. около 10 млн баррелей в день, сократится к 2020 году до 9 млн баррелей, а затем увеличится к 2040 году почти до 12 млн баррелей в день".

В документе отмечается, что рост добычи нефти будет также идти в других странах, не входящих в ОПЕК, в том числе Бразилии, Канаде и Казахстане.

Производство сырья членами ОПЕК составит в 2040 году более 40 млн баррелей в сутки, считают авторы исследования. По их оценкам, "основной прирост будет обеспечен добычей нефти на Ближнем Востоке".

Эксперты считают, что нефть по меньшей мере еще 25 лет будет главным источником энергии в мире. Новый доклад Информационного управления при Минэнерго США был представлен сегодня руководителем этого ведомства Адамом Симински в вашингтонском Центре стратегических и международных исследований.

Засуха в Бразилии сократила урожай кукурузы

Бразильское государственное агентство по снабжению Conab уменьшило оценку урожая кукурузы в Бразилии в сезоне 2015/16. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн.

Посевы кукурузы второго урожая кукурузы сильно пострадали от засухи в апреле. В результате, производство кукурузы будет на 2 млн. т меньше, чем ожидалось ранее. Уточненный прогноз равен 52,9 млн. т, что на 3,1% меньше, чем в сезоне 2014/15.

Ранее бразильская аналитическая компания Agroconsult снизила прогноз второго урожая кукурузы с 54,7 млн. т до 52,5 млн. т.

МСХ США понизило прогноз мирового производства сои

Аналитики МСХ США понизили свой прогноз мирового производства соевых бобов в сезоне 2015/16 почти на 5 млн. тонн до 315,86 млн. тонн. Однако несмотря на снижение прогноза, показатель производства остаётся выше прошлогоднего.

Рост производства сои ожидается в Бразилии – до 10 3млн. тонн, Аргентине – до 57 млн. тонн, Китае – до 12,2 млн. тонн, Индии – до 11,7 млн. тонн и Парагвае – до 9 млн. тонн. Снижение же прогнозируется в США – до 103,42 млн. тонн и Канаде – до 6,05 млн. тонн.

Прогноз мирового экспорта сои в сезоне 2015/16 повышен на 0,22 млн. тонн до 132,58 млн. тонн.

Мировые запасы сои прогнозируются на уровне 74,25 млн. тонн, что на 4,62 млн. тонн ниже показателя показателя в апрельском отчете.

Вторая встреча министров телекоммуникаций и информационных технологий стран БРИКС пройдет 7 октября 2016 года в городе Бангалор, Республика Индия.

Напомним, что первая встреча министров связи и информационных технологий стран БРИКС была организована по инициативе Минкомсвязи России и прошла в Москве 22–23 октября 2015 года. Стороны обсудили проработку совместного плана действий в сфере инфо-коммуникационных технологий (ИКТ). Ключевыми темами встречи стали демонополизация мирового рынка ПО, участие международного сообщества в управлении критически важными элементами инфраструктуры интернета и расширение сотрудничества стран БРИКС в области связи и ИКТ.

В рамках встречи также состоялся ИТ-форум, в котором приняли участие более двадцати ведущих отраслевых предприятий и ассоциаций из России, Бразилии, Индии, Китая и ЮАР. Перспективы развития международного сотрудничества были закреплены в официальном коммюнике, принятом по завершении встречи.

Офшоры ждут новых скандалов

Кто из россиян фигурирует в новых панамских архивах

Елена Платонова, Владимир Дергачев

Международный консорциум журналистов-расследователей опубликовал полную базу данных по материалам «панамских архивов». Как сообщили «Газете.Ru» в российской команде, участвовавшей в изучении документов панамской фирмы Mossack Fonseca, в будущем они планируют новые расследования по мотивам «панамагейта». Пока громких разоблачений не произошло. Юристы заверяют, что число российских офшоров в несколько раз больше, чем указано в базе.

Публикация массива «панамских бумаг» произошла спустя более чем месяц после обнародования расследования самого консорциума по самым известным бенефициарам офшоров. В списке лиц, причастных к офшорным сделкам, оказались мировые политические лидеры, а также члены шоу-бизнеса, деятели спорта, известные бизнесмены.

В консорциуме объясняют, что только сейчас на публикацию базы дала разрешение немецкая газета Süddeutsche Zeitung. Именно это издание первым получило доступ к утекшим данным панамского регистратора офшоров Mossack Fonseca.

В базе данных содержится информация почти о 214 тыс. офшорных фирм, созданных в 21 юрисдикции.

Интерактивное приложение показывает более 360 тыс. имен физических и юридических лиц, работающих с офшорными структурами. База также содержит сведения более чем о 100 тыс. офшорных компаний, информация о которых попала к журналистам в результате предыдущей утечки данных Offshore Leaks, произошедшей в 2013 году.

Речь идет именно о базе данных: сами 11,5 млн файлов, которые попали в руки журналистов в результате одной из самых громких в истории утечек информации, не были выложены в сеть. База содержит имя бенефициара компании, название и имена доверенных лиц и посредников, которым вверено номинальное управление офшорами, связи с другими компаниями.

Информация о банковских счетах, переводах, финансовых операциях и личные данные упоминаемых лиц не раскрываются.

По словам журналиста «Новой газеты» и сотрудника Центра по изучению коррупции и организованной преступности (OCCRP) Романа Анина, консорциум не выпустил весь массив данных «панамских бумаг» со всей перепиской из-за законов о персональных данных и этических соображений. Например, из-за печального опыта WikiLeaks, которая выкладывала массивы необработанной информации, в том числе и личные данные людей, не имевших отношения к криминальной деятельности.

«Из тысяч российских владельцев офшоров десятки представляют общественный интерес — это депутаты, чиновники, преступники. Остальные ушли в офшоры, потому что в России, к сожалению, не очень защищено право собственности и людям удобнее работать по британскому праву. То есть это средние бизнесмены, и, если публиковать полный список, он может стать хорошим подспорьем для рейдеров. Поэтому я сторонник публикации документов только на людей, представляющих общественный интерес», — говорит Анин.

Журналист называет базу Google в мире офшоров и советует быть осторожным при работе с ней, воспринимать ее только как отправную точку перед расследованием с проверкой всех фактов.

Согласно данным базы, в материалах «панамских архивов» и Offshore Leaks упоминаются 6285 персональных карточек, отсылающих к физ- и юрлицам из России.

Количество офшорных фирм, бенефициарами которых являются российские граждане, составляет 11 516.

Россия не на первом месте по количеству зарегистрированных офшоров. Наиболее популярным такой вид ведения бизнеса оказался у жителей Китая, Гонконга и Тайваня. На эти три юрисдикции приходится почти 79 тыс. владельцев и бенефициаров офшорных компаний. Обошли Россию и США — в базе упоминаются 7325 физ- и юрлиц из США, владеющих офшорами за пределами родной страны. Следом за Россией идут Великобритания (5676 персональных карточек) и Швейцария (4595).

Самой популярной юрисдикцией регистрации офшора у россиян являются Британские Виргинские острова.

Следом идут Багамские острова, о. Ниуэ (ассоциирован с Новой Зеландией), Панама, а также Гонконг, Уругвай, Белиз, Сейшелы и Самоа. Популярным способом владения офшорами являются трастовые фонды, а также акции на предъявителя. Такие ценные бумаги не содержат данных о владельце, их держателем считается тот, кто в физическом смысле имеет акции на руках.

Пока громких разоблачений, которые бы последовали после публикации базы данных ICIJ, нет. Во многом это связано с тем, что имена российских граждан, которые упоминаются в базе, необходимо верифицировать, чтобы исключить однофамильцев. Имена в базе в большинстве случаев упоминаются без отчеств, что еще более затрудняет процесс поиска. К тому же офшоры могут быть зарегистрированы на родственников известных в России людей. В таком случае процесс еще более усложняется: жены могут не менять фамилии после замужества, имена детей известные в России персоны часто предпочитают скрывать. Любую родственную связь необходимо подтверждать у самого человека либо его официального представителя.

Среди обнаруженных лиц в базе данных ICIJ фигурируют в основном бизнесмены. Так, имеются данные на полного тезку основного акционера USM Holdings Алишера Усманова, который связан с несколькими компаниями на Британских Виргинских островах. Упоминаются в базе и однофамильцы братьев Аркадия и Бориса Ротенбергов, а также сына Аркадия Игоря Ротенберга. Согласно материалам, они связаны с компаниями на Британских Виргинских островах. Полное совпадение имени и фамилии встречается и в случае с акционером «Альфа-групп» Германом Ханом. Обладатель этого имени и фамилии является бенефициаром трех офшорных компаний: двух — на Британских Виргинских островах и одной — на Сейшелах.

В базе данных присутствуют и менее известные представители российского бизнеса. Так, в материалах упоминается тезка директора отдела по корпоративным отношениям «Ашан Россия» Зураб Шукакидзе и полный однофамилец Зинната Хуснуллина, инвестора в сфере золотодобычи. Кроме того, есть «двойник» Андрея Оганджанянца — программиста и создателя сайта «Мамба» и проекта Badoo. Есть и совпадения по именам с российскими спортсменами. В базе присутствует тезка Зенкова Андрея, чемпиона мира по биатлону.

Офшоры привлекают бизнесменов со всего мира льготным налогообложением: в большинстве отсутствуют налоги на прибыль, существует только фиксированный ежегодный сбор.

«Инвесторам удобнее создать компанию там, где нет особых налоговых обязательств, и оттуда уже инвестировать по всему миру. Многие компании, зарегистрированные на Британских Виргинских островах, торгуются на мировых биржевых площадках. Эта юрисдикция используется как бизнес-инструмент для агрегации средств инвесторов под какой-то проект», — рассказал в разговоре с «Газетой.Ru» Дмитрий Парамонов, ведущий юрисконсульт департамента налогового консалтинга ФБК.

Помимо этого, в этих государствах отсутствует публичный реестр. Есть только доступная информация о регистрирующем агенте, но не о конечном бенефициаре.

«Раскрытие информации для третьих лиц происходит только в результате судебного решения по очень существенным мотивам и по итогам долгой судебной процедуры, — объяснил Парамонов. — Некоторые страны, считающиеся офшорами, являются столь глухими уголками мира, что до них очень сложно физически достучаться и понять, что там происходит, а местные органы власти могут и не сотрудничать особо ни с кем».

Впрочем, юристы предупреждают, что база данных ICIJ не является официальным источником информации.

Существуют определенные правила доказывания, доказательства должны быть получены законным путем с учетом определенных процедур, пояснил Парамонов. «Налоговые органы могут принять эту информацию к сведению и попытаться провести официальные проверки. Но без верификации принимать эти данные на веру нельзя. Это, скорее, подсказка, где искать, а не само доказательство», — указывает он.

«Глобально весь мир в рамках инициативы G20 BEPS (Base Erosion and Profit Shifting) борется с офшорами. Так что это дополнительные сигналы просто. Все должны быть готовы к тому, что меняется реальность и теперь все будет куда более прозрачно», — продолжает Михаил Александров, партнер адвокатского бюро А2.

«Офшоров больше кратно. В одном BVI (Британские Виргинские острова. — «Газета.Ru») зарегистрировано около 800 тыс. компаний. А в архиве всего 360 тыс. по 21 юрисдикции», — уверен Александров.

Он предполагает, что в мире число офшоров, связанных с российскими гражданами, составляет около 10–15 тыс. компаний, а не 6 тыс., которые в настоящее время упоминаются в базе.

БРИКС больше не мотор

Страны БРИКС уходят в «мусорный» рейтинг

Рустем Фаляхов

Экономика ЮАР замедляется, в стране назревает политический кризис, и ее кредитный рейтинг будет снижен до «мусорного» уровня, прогнозирует Bloomberg. Не лучше ситуация и в остальных странах – членах БРИКС – Бразилии, России, Индии, Китае, расслабившихся в «долговом угаре».

Агентство Standard & Poor's может снизить рейтинг Южноафриканской республики до ВВ+, то есть до «мусорного» уровня. Это произойдет в конце этого года, заявили 12 из 13 экспертов, опрошенных Bloomberg. А четверо из опрошенных уверены, что понижение случится уже в июне. Сейчас рейтинг ЮАР на отметке BBB–, прогноз — негативный.

В шаге от «мусора»

Ранее S&P понизило прогноз роста ВВП ЮАР на 2016 год до 0,8%, с ожидавшихся в ноябре прошлого года 1,6%. Прогноз на 2017 год также понижен — до 1,8% с 2,1%. Прогноз МВФ и вовсе 0,7%. Даже Резервный банк (центробанк) Южной Африки признает, что экономика страны будет расти темпами менее 1% в год — это самые низкие темпы с 2009 года. Некоторые эксперты и вовсе прогнозируют не рост, а спад экономики. Расти будет только госдолг (до 60% ВВП). Экономический рост в ЮАР замедлился еще в прошлом году — до 1,3%. Грядущее понижение рейтинга на этом фоне выглядит логичным.

Экономические риски осложнены политической нестабильностью. Оппозиция требует отставки президента Джейкоба Зумы. Он находится под огнем критики из-за подозрений в коррупции. При этом 40% госбюджета расходуется на зарплату госслужащим. Госпредприятия получили кредиты на сумму $14 млрд, хотя очевидно, что никогда не смогут их вернуть, отмечает Reuters. Рейтинговые агентства просто не могут упускать из виду неспособность правительства решить эту проблему.

Агентство Fitch оценивает кредитный рейтинг ЮАР также всего лишь на одну ступень выше «мусорного» уровня. По версии Moody's, рейтинг этой страны на последней ступени инвестиционного уровня — BBB–. Но прогноз по рейтингу — негативный.

Бразилия и Россия — близнецы-братья

ЮАР — крупнейшая экономика Африки, и негатив, связанный с ЮАР, отражается на всех партнерах этого континента. Но это лишь половина проблемы. Эта республика еще и член БРИКС, экономического сообщества развивающихся стран, в которое входят также Бразилия, Россия, Индия и Китай. Уход Южной Африки в «мусорный» рейтинг ставит вопрос о перспективах существования всего экономического блока. Тем более что трудности, которые испытывает Южная Африка, характерны для всех членов БРИКС. Или почти для всех. Это зависимость от глобальных цен на сырье, некомпетентное госуправление, низкий потенциал роста, геополитические риски, значительный теневой сектор, коррупция и т.п.

В рейтинге восприятия коррупции Transparency International, Южная Африка на 61-м месте, Бразилия на 76-м, Россия — на 119-м из 175 стран. Индия и Китай — тоже рядом по уровню коррупции, на 76-м и 83-м местах соответственно.

Больше всего «фамильных черт» и, соответственно, накопившихся проблем — у России и Бразилии. У них и суверенные рейтинги примерно одинакового уровня — не инвестиционного. По оценке S&P, Бразилия имеет сейчас суверенный рейтинг на уровне BB, прогноз — негативный. У России рейтинг — ВВ+, прогноз также негативный.

Индия — смотря как считать

Немногим лучше экономическая ситуация в Индии. По крайней мере, она кажется более благоприятной, чем в Бразилии или России. Все-таки здесь продолжается рост экономики. В прошлом году он составил 7,5%. Это лучший показатель среди G20. То есть экономика Индии растет самыми высокими темпами в мире, опережая в том числе и Китай.

Но такой рост нарисовался после того, как в стране была принята новая система расчетов ВВП.

Рост экономики индусы предпочитают считать по-своему, без поправки на инфляцию.

На самом деле рост ВВП Индии в 2015 году, по разным оценкам, в частности по расчетам банка HSBC, не превышал 6%. Но правительство Индии самоуверенно заявляет, что экономика может выйти на показатель в 8–10% ВВП.

Глобальных инвесторов это скорее настораживает, чем радует. Индийское экономическое чудо держится на дешевой нефти и отчасти на ужесточении кредитно-денежной политики, хотя положительный эффект налицо. Другое дело, что на такой базе процветание не может длиться вечно. Баррель в последние месяцы растет в цене, а сворачивание госинвестиций, хотя и в состоянии улучшить макропоказатели, все-таки подрывает рост.

В апреле индекс PMI Индии, отражающий уровень деловой активности в производстве и сфере услуг, упал до четырехмесячного минимума в 50,5 по сравнению с мартовским уровнем в 52,4. (Значение показателя более 50 пунктов указывает на рост деловой активности, менее 50 — на снижение.)

Из этого следует, что экономика Индии тоже не лучший пример для подражания остальным партнерам по БРИКС. Про Россию в этой связи лучше вообще не вспоминать. В России PMI был ниже критического уровня в 50 знаков еще в июне 2014 года. Уже тогда российская экономика продемонстрировала нулевые темпы экономического роста, скатившись в техническую рецессию. А уровень делового оптимизма достиг минимальных значений за всю историю исследований — с 2001 года.

«Новая нормальность»

Равняться партнерам по БРИКС остается только на Китай. Судя по рейтингам, у Китая с экономикой все неплохо. По оценке S&P, рейтинг AA–, инвестуровня, хотя прогноз и здесь негативный. В прошлом году экономика Поднебесной выросла на 6,9%. Правда, и в случае с КНР эксперты тоже указывают на непрозрачность исходных макропоказателей. В этом году, по прогнозу Всемирного банка, Китай вырастет немного скромнее, но тоже мощно — на 6,7%. У остальных стран БРИКС прогнозируются следующие показатели: 7,8% — у Индии, 1,4% — у ЮАР. В России и Бразилии Всемирный банк прогнозирует продолжение спада — на 0,7 и на 2,5% соответственно. 10 лет назад даже у стран, замыкавших таблицу БРИКС, то есть у Бразилии и ЮАР, рост ВВП достигал примерно 4%. Сможет ли Китай в одиночку вытащить из «мусора» всех партнеров по БРИКС, не очень понятно. С уверенностью можно сказать лишь одно: вернуть репутацию мотора глобального роста странам БРИКС в ближайшие годы не удастся. Созданный в 2014 году Новый банк развития БРИКС не поразил ни масштабом инвестиций (всего $811 млн), ни выбором объектов — возобновляемых источников энергии, отдача от которых будет не скоро.

Наоборот, экономический рост стран БРИКС будет больше зависеть от развитых экономик, в том числе от ЕС и США, отмечает главный экономист Евразийского банка развития Ярослав Лисоволик. Но это не значит, что странам БРИКС можно расслабиться и не предпринимать усилий по улучшению инвестклимата, отказываться от структурных реформ. «Одним из удачных примеров активизации инвестиционного роста является та же Индия, которая начинает опережать Китай по темпам экономического роста и становится наиболее динамичной страной среди стран БРИКС», — говорит Лисоволик, добавляя, что для устойчивого экономического роста потребуются годы и годы.

Переломить тренд будет сложно. Развивающиеся страны «провели последнее десятилетие в долговом угаре», то есть тратили больше, чем могли себе позволить, отмечает известный экономист Нуриэль Рубини. Долговое бремя мешает странам БРИКС перейти к росту. А развитые страны делают ставку на бюджетную консолидацию, ограничивают госрасходы, что также замедляет восстановление. Кроме того, в развитых странах растет социальное неравенство, и это усиливает позиции популистов (как правых, так и левых), что опять же не способствует проведению реформ.

В мировой экономике осталось мало светлых пятен, а количество темнеющих быстро растет, резюмирует Рубини. «В результате в ближайшее время мы, скорее всего, по-прежнему будем пребывать в состоянии «новой удовлетворительности» (термин МВФ), «вековой стагнации» (термин Ларри Саммерса) и «новой нормальности» (термин китайцев)», — заключает экономист.

Председатель Федерального сената (верхней палаты парламента) Бразилии Ренан Калейрос потребовал продолжить процесс импичмента в отношении президента Дилмы Роуссефф, несмотря на его аннулирование в нижней палате.

Ранее сообщалось, что действующий спикер нижней палаты парламента Бразилии Валдир Мараньау аннулировал процесс импичмента в отношении президента Дилмы Роуссефф в связи с нарушением процедурных вопросов.

Как передает агентство Рейтер, Калейрос отверг решение Мараньау, и голосование в сенате состоится на этой неделе, как было запланировано ранее. Если будет установлено, что Роуссефф нарушила бюджетное законодательство страны, она будет немедленно отстранена от должности президента на полгода на время судебных разбирательств.

Для временного отстранения Роуссефф от должности на 180 дней необходимо набрать более половины голосов сенаторов — не менее 41. В этом случае ее обязанности временно перейдут к вице-президенту Мишелу Темеру, а сенат вновь рассмотрит вопрос на специальном заседании под председательством главы верховного суда. Тогда судьба Роуссефф будет решена окончательно: если две трети парламентариев (54 человека) проголосуют за импичмент, то глава государства уйдет с поста.

Бразильская оппозиция пытается добиться ухода президента, представив в конгресс требование отставки Роуссефф и запуска против нее расследования по подозрению в причастности к налоговым нарушениям и использованию госсредств для финансирования своего переизбрания.

Боливия подпишет соглашения по экспорту газа с Перу и Парагваем - Моралес.

Президент Боливии Эво Моралес сообщил в пятницу, что его страна готовится подписать соглашения об экспортных поставках сжиженного природного газа (СПГ) в Перу и Парагвай.

"В эти дни мы готовимся, соглашение будет подписано с Перу и Парагваем", - приводит агентство ABI слова Моралеса. Он пояснил, что этот контракт позволит Боливии поставить оборудование для работы с СПГ в две страны Южной Америки, а государственной нефтяной компании YPFB оказывать услуги на международном уровне.

"Теперь самая большая компания боливийцев - потому что она принадлежит всем боливийцам, а не Гильермо, не Эво, компания публичная, государственная, - она поставит оборудование для СПГ в Перу и Парагвай, станет международной: как к нам приходят иностранные компании, чтобы оказывать свои услуги, так и YPFB будет предоставлять сервис по СПГ в Перу и Парагвае, это - имидж Боливии", - заявил президент.

В минувшем феврале Боливия объявила об открытии новых газовых месторождений, которые позволили увеличить газовые запасы страны на 40%. По состоянию на 2013 год, запасы газа Боливии оценивались в 10,45 триллиона кубических футов (примерно 302 миллиарда кубометров). Запасы новых месторождений Боикобо, Ипагуасу и Бойуй на блоке "Каипипенди" были оценены еще в 4 триллиона кубических футов (115 миллиардов кубометров), и в 2019 году на них планируется добываться ежедневно минимум 18 миллионов кубических метров газа. Этого будет достаточно для обеспечения внутреннего потребления Боливии, а также для экспорта в другие страны Южной Америки (тогда назывались Бразилия и Аргентина – прим. ред.).

Как Китай воспринимает Россию

Пекин и Москва сблизились, но не стали союзниками

Фу Ин – председатель комитата по международным делам Всекитайского собрания народных представителей и специально приглашенный вице-председатель Китайского центра международного экономического обмена.

Резюме Российско-китайские отношения – стабильное стратегическое партнерство и ни в коей мере не брак по расчету. Тем не менее Китай не заинтересован в формальном альянсе с Россией или в создании антиамериканского или антизападного блока.

Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 1, 2016 год. © Council on Foreign Relations, Inc.

В то время как в отношениях России с Соединенными Штатами и западноевропейскими странами нарастает охлаждение, относительно теплые связи Китая и России вызывают особый интерес. На Западе обсуждают природу российско-китайского партнерства и задаются вопросом, перерастет ли оно в альянс.

После окончания холодной войны в западных оценках российско-китайских отношений и их будущего доминировали две точки зрения. Согласно первой, связи между Пекином и Москвой уязвимы, зависят от многих составляющих и характеризуются неопределенностью. Это «брак по расчету», и две страны вряд ли сблизятся больше, зато вполне могут отдалиться друг от друга. Сторонники иной точки зрения полагают, что основу российско-китайских связей формируют стратегические и даже идеологические факторы. Обе державы рассматривают США как возможное препятствие для достижения своих целей и в конечном итоге могут создать антиамериканский, антизападный союз.

Ни одна из этих точек зрения не отражает реальность. Российско-китайские отношения – стабильное стратегическое партнерство и ни в коей мере не брак по расчету. Это сложные, прочные и устоявшиеся связи. Сближение обусловлено изменениями в международной системе после окончания холодной войны. Некоторые западные аналитики и представители власти утверждали (и, возможно, даже надеялись), что конфликты в Сирии и на Украине, в которые серьезно вовлечена Россия, приведут к напряженности, а то и разрыву между Пекином и Москвой. Но этого не произошло.

Тем не менее Китай не заинтересован в формальном альянсе с Россией или в создании какого-либо антиамериканского или антизападного блока. Пекин скорее надеется, что Китай и Россия укрепят отношения так, чтобы создать благоприятные условия для достижения целей своего развития и поддержки друг друга путем взаимовыгодного сотрудничества. Таким образом будет предложена модель, позволяющая крупным странам преодолевать разногласия и сотрудничать в интересах укрепления международной системы.

Крепкие связи

Несколько раз с конца XIX до середины XX века Китай вступал в альянс с Российской империей, а затем с Советским Союзом. Но договоренности оказывались недолговечными, оставаясь союзом неравных государств, ищущих выгоды. В последующие десятилетия два мощных коммунистических государства иногда сотрудничали, но чаще их отношения характеризовались соперничеством и недоверием. В 1989 г., в период упадка Советского Союза, отношения наконец нормализовались. Стороны заявили, что будут развивать двусторонние связи на основе «взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности, взаимного ненападения и невмешательства во внутренние дела друг друга, равенства, взаимной выгоды и мирного сосуществования». Спустя два года СССР рухнул, но российско-китайские контакты по-прежнему строились по принципу «никакого альянса, никакого конфликта, никакой направленности против третьих стран».

Вскоре молодая Российская Федерация взяла на вооружение так называемый атлантистский подход. Стремясь завоевать доверие и получить помощь Запада, Россия не только следовала его предписаниям в проведении экономических реформ, но и шла на уступки по важным вопросам безопасности, включая сокращение стратегических ядерных вооружений. Ситуация развивалась не так, как надеялась Москва: экономика перестала работать, а региональное влияние страны упало. Россия, разочарованная тем, что, как ей казалось, США и Европа не выполнили своих обещаний, а также раздраженная разговорами о расширении НАТО на восток, начала уделять больше внимания Азии. Китай и Россия объявили, что будут относиться друг к другу как к «дружественным странам» и еще в 1992 г. опубликовали совместное заявление, в котором говорилось, что свободу народов выбирать пути своего развития необходимо уважать, в то время как различия в социальных системах и идеологиях не должны препятствовать прогрессу взаимоотношений.

С этого момента российско-китайские отношения постепенно улучшались и укреплялись. За 20 лет двусторонняя торговля и инвестиции значительно возросли. В 2011 г. Китай стал крупнейшим торговым партнером России. Только за 2014 г. китайские инвестиции в Россию увеличились на 80%, и тенденция сохраняется. Чтобы оценить рост экономических связей, представьте: в начале 1990-х гг. годовой двусторонний торговый оборот составлял около 5 млрд долларов, в 2014 г. он достиг почти 100 миллиардов. В том же году Пекин и Москва подписали знаковое соглашение о строительстве трубопровода, по которому к 2018 г. в Китай будет поставляться 38 млрд кубометров российского газа. Стороны также готовят крупные соглашения в сфере атомной энергетики, аэрокосмонавтики, скоростных железных дорог и инфраструктурного развития. Кроме того, они сотрудничают в рамках новых многосторонних финансовых институтов – Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, Нового банка развития БРИКС и пуле валютных резервов БРИКС.

Контакты в сфере безопасности также укрепились. Китай стал одним из крупнейших импортеров российского вооружения, обсуждаются проекты совместной разработки оружия. Оборонное сотрудничество включает консультации высокопоставленных военных и совместные учения, в том числе антитеррористические, которые не раз проводились за последние 10 лет на двусторонней основе или под эгидой Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). За 20 лет тысячи китайских военнослужащих обучались в России, а многие российские военные прошли краткосрочные курсы в Университете национальной обороны Китая.

С укреплением экономических и военных связей улучшились и политические отношения. В 2008 г. Китаю и России удалось мирно разрешить территориальные споры, осложнявшие отношения на протяжении десятилетий – проведена официальная демаркация границы протяженностью 4200 км и устранена главная причина напряженности. В последние годы регулярно проходят встречи глав государств, правительств, спикеров парламентов и министров иностранных дел двух стран. С 2013 г., когда Си Цзиньпин занял пост председателя КНР, он пять раз посетил Россию, за этот же период президент России Владимир Путин трижды побывал в Китае. Всего Си и Путин встречались 12 раз, при этом с Путиным Си общается чаще, чем с другими иностранными лидерами.

Преодоление разногласий

Несмотря на достигнутый прогресс, разногласия существуют, и соседи не всегда смотрят на вопросы внешней политики одинаково. Россия традиционно ориентирована на Европу, в то время как Китай больше заботит Азия. Дипломатический стиль двух стран тоже отличается. Россия более опытна в играх на мировой арене и предпочитает силовые, активные, часто неожиданные маневры. Китайская дипломатия, напротив, более реактивна и осторожна.

Подъем Китая вызвал беспокойство некоторых россиян, которым трудно приспособиться к изменившемуся балансу сил между КНР и Россией. В России по-прежнему говорят о «китайской угрозе», хотя это выражение – явный пережиток прошлого. Опрос, проведенный российским Фондом «Общественное мнение» в 2008 г., показал: около 60% россиян опасаются, что китайская миграция в приграничных районах Дальнего Востока ставит под угрозу территориальную целостность страны; 41% считают, что усиление Китая навредит России. Пекин постоянно ищет новые инвестиционные и торговые возможности за границей, что привело к расширению сотрудничества с бывшими советскими республиками, поэтому россияне опасаются, что КНР будет конкурировать в борьбе за влияние в сопредельных государствах. Отчасти из-за этого Москва сначала колебалась по поводу «Экономического пояса Шелкового пути», но в итоге поддержала инициативу Пекина. В то же время некоторые китайцы затаили обиду на Россию. Несмотря на урегулирование пограничного вопроса, китайские эксперты иногда критически высказываются по поводу 1,5 млн кв. км китайской территории, аннексированной царской Россией в конце XIX века.

Однако эти разногласия вряд ли подтверждают спекуляции западных аналитиков о том, что Пекин и Москва отдаляются друг от друга. Подобные мнения периодически высказывались в последние два года на фоне ухудшения отношений России с США и Евросоюзом из-за кризисов в Сирии и на Украине. Несмотря на некоторые разногласия, Китай и Россия стремятся развивать двусторонние отношения и понимают, что им нужно объединить усилия в интересах национальной безопасности и развития. Их сотрудничество способствует поддержанию баланса в международной системе и облегчает решение ряда международных проблем. Иногда они согласны друг с другом, иногда нет. Но способны признавать и преодолевать эти разногласия, продолжая расширять поле консенсуса. Как отметил министр иностранных дел КНР Ван И, российско-китайские отношения предлагают новый подход к внешнеполитическим связям и могут стать моделью для других стран.

Кризисы в Сирии и на Украине продемонстрировали, как Китаю и России удается эффективно управлять партнерством. Многие в Соединенных Штатах считают отношение КНР к конфликту на Украине неопределенным и подозревают, что Пекин встал на сторону России. На самом деле после аннексии Крыма в 2014 г. официальный представитель МИД КНР однозначно заявил, что независимость, суверенитет и территориальная целостность Украины следует уважать. Китай подчеркнул, что все стороны украинского конфликта должны урегулировать разногласия посредством диалога, создать координационные механизмы, воздержаться от действий, усугубляющих ситуацию, и помочь стране поддержать экономическую и финансовую стабильность. Пекин не принял чью-либо сторону: справедливость и объективность являются для него основополагающими принципами, когда дело касается внешней политики.

Но китайские дипломаты и руководители не забывают о том, что привело к кризису, включая серию поддержанных Западом «цветных революций» на постсоветском пространстве и давление на Россию из-за расширения НАТО. Стоит учитывать сложные исторические, этнические, религиозные и территориальные вопросы в отношениях России с бывшими советскими республиками. Украинский кризис – результат всех этих факторов. По словам Си Цзиньпина, кризис «не приходит ниоткуда».

Что касается Сирии, то Пекин считает, что Россия вмешалась по просьбе сирийского правительства, чтобы бороться с силами террористов и экстремистов. Хотя Вашингтон призывал сирийского президента Башара Асада уйти в отставку, он поддерживает цель России – остановить «Исламское государство» (ИГИЛ, организация запрещена в России. – Ред.). Таким образом, с одной стороны, США критикуют интервенцию России, а с другой – выражают готовность взаимодействовать с ней в борьбе с терроризмом. Действия Москвы – не совсем то, чего хотели Соединенные Штаты, но это не самое плохое развитие событий для американских интересов. С точки зрения Китая, Россия и США заинтересованы в противодействии жестоким террористам ИГИЛ. Китай надеется, что переговоры России, Соединенных Штатов, Ирана и других региональных игроков позволят добиться прогресса в урегулировании конфликта.

Но пока сложно представить, насколько может продвинуться сотрудничество Вашингтона и Москвы без общего представления, что приведет к миру и порядку в Сирии. Многие в Китае обеспокоены тем, что позиции США и России до сих пор подвержены влиянию холодной войны. Американские политики и эксперты по-прежнему говорят о России как о противнике, проигравшем холодную войну. В свою очередь, российские руководители и специалисты часто критикуют Америку за высокомерное, имперское поведение. Некоторые аналитики с обеих сторон полагают, что противостояние по Сирии и Украине может привести к новой холодной войне. Но, по мнению Китая, нынешняя конфронтация больше похожа на ее затянувшееся окончание. Пока неясно, воспользуются ли Москва и Вашингтон возможностью оставить в прошлом старую вражду.

Отказ от игры с нулевой суммой

Учитывая взаимосвязанность отношений Китая, России и США, ни один анализ российско-китайских связей не будет полным без рассмотрения ситуации между Пекином и Вашингтоном. Связи КНР и Соединенных Штатов более широкие и сложные, чем российско-китайские. На Китай и США в сумме приходится треть мирового ВВП. В 2014 г. торговый оборот достиг почти 600 млрд долларов, а объем взаимных инвестиций превысил 120 миллиардов. 37 лет назад, когда КНР установила дипломатические отношения с Соединенными Штатами, никто не ожидал такого мощного партнерства.

Но нельзя отрицать структурных сложностей в двусторонних отношениях. Политические ценности и системы управления двух стран существенно различаются. Многие американцы воспринимают наращивание экономической мощи Китая и его укрепляющееся международное влияние как угрозу глобальному доминированию Вашингтона. Китай быстро превратился во вторую крупнейшую экономику мира. Когда Соединенные Штаты вторглись в Ирак в 2003 г., ВВП Китая составлял приблизительно 1/8 от американского. Спустя восемь лет, к моменту вывода войск США из Ирака, ВВП Китая вырос уже до половины американского. Согласно многим оценкам, к 2020 г. ВВП Китая приблизится к показателям Соединенных Штатов. Эти изменения заставляют опасаться, что Пекин и Вашингтон движутся к столкновению. Строительство, которое КНР ведет на островах Спратли в Южно-Китайском море, вызвало активные дебаты: как США реагировать на то, что некоторые американские эксперты называют экспансионизмом. Пекин, в свою очередь, считает провокацией присутствие американских военных кораблей в Южно-Китайском море вблизи своей территории. Отдельные аналитики считают, что американская политика в отношении Китая может измениться: вместо конструктивного сотрудничества начнется сдерживание.

На фоне этих дебатов в сентябре 2015 г. состоялся государственный визит Си Цзиньпина в Вашингтон. Председатель Си прямо высказался по поводу идеи, что развитие Китая является вызовом для глобального лидерства Соединенных Штатов: «Путь, по которому идет Китай, – это путь мирного развития, и Китай не представляет угрозы для других стран». Позже он добавил: «Люди должны отказаться от старых концепций “ты проигрываешь, я выигрываю”, или игры с нулевой суммой, и создать новую концепцию мирного развития и взаимовыгодного сотрудничества. Если Китай будет успешно развиваться, это принесет пользу всему миру, в том числе США. Если Соединенные Штаты будут успешно развиваться, это тоже принесет пользу всему миру и Китаю».

Китайские руководители связывают быстрый подъем своей страны с успешной интеграцией в мировую экономику. Они считают КНР бенефициаром международного порядка, ядром которого является ООН, и активным сторонником таких принципов, как суверенное равенство и невмешательство во внутренние дела, закрепленных в Уставе ООН. Китай считает, что ему еще долго придется сосредотачивать усилия прежде всего на собственном экономическом и социальном развитии, и поэтому высоко ценит мир и стабильность международной обстановки. КНР настроена защищать свои интересы и будет жестко отвечать на провокации, посягательства на территориальный суверенитет или угрозу правам и интересам страны, но его главная цель по-прежнему – поддержание мира и стабильности. Китай придерживается политики сохранения международного порядка, Азиатско-Тихоокеанского регионального порядка и дальнейшей интеграции в глобализированный мир.

Улучшение китайско-американских отношений – важная часть дипломатических усилий Пекина. В сентябре состоялся первый государственный визит Си Цзиньпина в Вашингтон, но с 2013 г. он уже пять раз встречался с президентом Бараком Обамой и трижды говорил с ним по телефону. В июне 2013 г., на саммите в Саннилендс (Калифорния), лидеры беседовали более семи часов. После встречи Си Цзиньпин заявил, что Китай и США будут следовать «новой модели отношений крупных держав», основанной на неконфликтности, неконфронтационности, взаимном уважении и взаимовыгодном сотрудничестве. С тех пор два лидера продолжают обсуждение этой темы: в ноябре 2014 г. в Пекине состоялся «диалог в резиденции Интай», продолжавшийся почти пять часов. В ходе визита в Вашингтон Си Цзиньпин и Обама беседовали в общей сложности более девяти часов и вместе посещали запланированные мероприятия. Эти продолжительные встречи помогли достичь понимания и не допустить конфронтации, которая, по мнению некоторых американских аналитиков, неизбежна.

Государственный визит оказался особенно продуктивным. Стороны достигли согласия по широкому спектру вопросов, включая координацию макроэкономической политики, противодействие изменению климата, здравоохранение, борьбу с терроризмом и нераспространение ядерного оружия. Си Цзиньпин и Обама также откровенно обсудили проблемы кибербезопасности, чувствительные в отношениях Пекина и Вашингтона; лидеры прояснили намерения двух стран, договорились организовать диалог и объединить усилия для разработки кодекса поведения в сфере международной кибербезопасности. Это подтверждает способность двух стран продвигать глобальное сотрудничество по ключевым темам.

Конечно, у Пекина и Вашингтона по-прежнему могут быть разногласия по Южно-Китайскому морю, Тайваню, правам человека, торговой политике и другим вопросам. Намерения США и их военных союзников в Азиатско-Тихоокеанском регионе вызывают серьезную обеспокоенность Китая, особенно после того как в 2011 г. Вашингтон объявил о повороте к Азии. Некоторые американские союзники в регионе претендуют на суверенную территорию Китая и нарушают его права в море в надежде, что, сблизившись с Соединенными Штатами, они смогут вовлечь их в свои конфликты с Пекином. Это опасный путь, напоминающий блоковую политику времен холодной войны.

Некоторые эксперты в Китае и других странах полагают, что, если США станут навязывать региону блоковую политику, Пекину и Москве придется задуматься о формировании собственного блока. Но китайское руководство не одобряет такие аргументы. КНР не стремится к блокам или альянсам, кроме того, подобные договоренности противоречат китайской политической культуре. Россия тоже не планирует создавать такой блок. Китаю и России следует придерживаться принципов партнерства, а не строить альянс. Что касается КНР и США, то им стоит продолжать развивать новую модель отношений крупных держав, в которой будет преобладать диалог, сотрудничество и преодоление разногласий.

Три стороны каждой истории

Отношения Китая, России и Соединенных Штатов напоминают неравносторонний треугольник, в котором наибольшее расстояние разделяет Москву и Вашингтон. Наиболее позитивными и стабильными внутри треугольника являются отношения России и Китая. Китайско-американские связи характеризуются частыми всплесками и спадами, а российско-американские стали очень напряженными, особенно учитывая санкции, введенные США против России. Пекин и Москва осуждают применение силы и введение Вашингтоном санкций против других стран, а также двойные стандарты, которых он придерживается во внешней политике.

Соединенные Штаты и их союзники могут интерпретировать сближение Китая и России как протоальянс, нацеленный на подрыв американского миропорядка или по крайней мере представляющий для него угрозу. Но, с точки зрения Пекина, трехсторонние отношения не должны рассматриваться как игра, в которой двое участников объединяются против третьего. Активное развитие российско-китайского взаимодействия не нацелено на нанесение вреда США, и американцам не нужно влиять на эти отношения. Точно так же сотрудничество Пекина и Вашингтона не затронет Россию и не скажется на напряженности между Москвой и Вашингтоном. Китаю не следует формировать альянсы, основанные на блоковой политике, или становиться союзником других стран.

Нынешний мировой порядок является краеугольным камнем глобальной стабильности, но он несовершенен. В 2005 г. Китай и Россия опубликовали совместное заявление о «мировом порядке в XXI веке», в котором призвали сделать международную систему более справедливой, укрепить ее легитимность принципами и нормами международного права. Заявление ясно давало понять, что Пекин и Москва считают эволюцию своих отношений – от недоверия и соперничества к партнерству и сотрудничеству – образцом того, как страны могут преодолевать разногласия и взаимодействовать ради сохранения глобального порядка и уменьшения вероятности конфликта великих держав и войны.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 6 мая 2016 > № 1754213 Фу Ин

Зеркало перемен

МВФ: есть ли еще время на реформы?

Мартин Гилман – профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Резюме Сохранится ли в XXI веке система многосторонних отношений, сложившаяся после Второй мировой войны? Или же она переродится в региональные альянсы, в каждом из которых будет свое членство и между которыми будет происходить конкуренция и взаимодействие?

В конце 2015 г. МВФ внес технические изменения в проводимую им политику – теперь деньги могут предоставляться той или иной стране под конкретную экономическую программу, даже если у нее имеется большая непогашенная задолженность перед официальными кредиторами. Это решение означало фактический отказ от одного из базовых постулатов, на которых зиждилась доктрина фонда. На протяжении нескольких десятилетий МВФ тесно сотрудничал с Парижским клубом кредиторов и занимал достаточно жесткую позицию относительно своевременного погашения долгов. Со странами-должниками подписывались соответствующие соглашения о графике выплат и их финансовых гарантиях перед МВФ.

Складывалось впечатление, что это решение стало следствием открытого политического вмешательства Соединенных Штатов (крупнейшего члена МВФ, влияние которого значительно превышает его долю в 16,1%) в интересах своего государства-клиента – Украины. Точно так же 20 годами ранее Вашингтон обвиняли в давлении на МВФ ради оказания помощи России.

На самом деле все не так просто. Из открытых источников становится понятно, что грубое вмешательство далеко не столь очевидно, если рассматривать его в исторической перспективе. В конце концов, у МВФ есть своя внутренняя логика, которую внешним наблюдателям не так просто понять. Фонд действительно поддерживает экономическую программу Украины. Но вполне возможно, что решение, объявленное 9 декабря, свидетельствует о серьезном сбое в системе управления международной валютной системой, главным стержнем которой является МВФ. И это может стать началом конца известного нам мира. Дальше будет что-то иное, и вовсе не обязательно оно окажется лучше.

Долговой спор между Украиной и Россией

30 апреля 2014 г. МВФ одобрил начальное соглашение о выделении Украине срочного кредита в рамках двухлетнего договора и перевел начальный транш в 3,2 млрд долларов. Затем 11 марта 2015 г. соглашение о срочном кредите заменено на договор о долговременной кредитной линии в 17,5 млрд долларов на 4 года, первый транш предполагался в размере около 5 млрд долларов. По стандартам МВФ размер помощи был непропорционально большим (900% от квоты Украины) и чрезвычайно рискованным.

Повторное рассмотрение программы, частью которой был договор о бюджете на 2016 г., приостановлено в октябре прошлого года. Одним из многих неразрешенных вопросов остается задолженность в 3 млрд долларов в виде евробондов перед Россией. Сумма выделена в декабре 2013 г., когда прежнее украинское правительство предпочло быстро получить пакет помощи на не слишком жестких условиях, в то время как поддержка Евросоюза оговаривалась множеством предварительных требований.

20 декабря 2015 г. наступил срок выплаты российского долга, но новые украинские власти попытались этого избежать. Сначала они заявили, что бонды относятся к частному сектору. МВФ с этим не согласился, постановив 16 декабря 2015 г., что облигации были государственными. В то же время, как отмечалось выше, 9 декабря 2015 г. фонд изменил главное положение своей политики кредитования, допустив возможность продолжения помощи стране, накопившей задолженность.

Понятно, что вопрос долговых обязательств между Украиной и Россией рассматривается в контексте более масштабных антагонистических отношений этих государств. Украинская сторона считает полученные 3 млрд долларов не более чем политической взяткой для поддержки фактически обанкротившегося режима Януковича. Москва же рассматривает эту сумму как законный заем стране, которую никто больше не был готов поддержать в трудное время.

МВФ оказался зажат между двумя членами фонда, находящимися в откровенно враждебных отношениях друг с другом. Исполнительный совет и эксперты ищут, как разрешить спор, чтобы ограничить эффект от поддержки стран с неурегулированными государственными долгами. С моей точки зрения, руководители фонда, вынужденные пойти на второй пересмотр украинской программы, тем не менее проявили проницательность и дальновидность. Ведь Казначейство США решительно настаивало на таком решении, которое допускало бы пересмотр условий и в дальнейшем. Сомневаюсь, что американцам понадобился серьезный нажим на руководство МВФ. Многие старшие администраторы фонда и без того сочувственно относятся к Украине и понимают, что ей нужно помочь. Поскольку штаб-квартира МВФ находится в Вашингтоне, его руководители вряд ли могли игнорировать аргументы и влияние ведущих средств массовой информации Запада, которые решительно поддерживают Украину.

С точки зрения кредитора этот диспут возмутителен, но споры о долгах в силу своей природы обычно довольно язвительны и желчны, независимо от подробностей. Посмотрите на недовольных частных кредиторов Аргентины, отказавшихся принять предложенный аргентинским правительством план действий после дефолта по их облигациям (бондам) в 2001 г. (хотя, может быть, лет через 15 они все же придут к соглашению). Вряд ли стоит ожидать, что украинский долг вообще будет погашен в полном объеме, тем более это относится к купленным Россией бондам.

Это неудивительно. В конце концов, на протяжении всей современной истории государственное кредитование, по крайней мере отчасти, преследует политические цели в отличие от частного кредитования на коммерческих условиях для получения прибыли. Когда Россия приобрела первый транш украинских облигаций на 3 млрд долларов, политика была, как мне кажется, главным фактором. Российское правительство должно было учитывать возможность или даже вероятность невыплаты задолженности, как минимум ему следовало из этого исходить. В любом случае Россия как член Парижского клуба кредиторов знает, что происходит с государственными, а тем более частными займами, когда у страны нет другого выбора, как только согласиться с программой МВФ, акцентирующего внимание на приемлемом уровне задолженности.

России не понаслышке известна и другая сторона медали, потому что с 1992 по 1999 гг. ей самой не раз реструктурировали долги. В то время заемщикам со средним уровнем доходов было гораздо труднее договариваться о реструктуризации, чем в наши дни. Но Россия выплатила весь государственный долг вместе с набежавшими процентами. Этого вряд ли можно ожидать от Украины, даже если обстоятельства сложатся сравнительно благоприятно.

Долговой спор между Украиной и Россией, вероятно, станет одним из многих неразрешенных вопросов, которые еще долго останутся камнем преткновения во взаимоотношениях двух стран.

Как насчет МВФ?

Скорее всего, даже искушенным наблюдателям этот долговой спор с участием МВФ покажется слишком скучным и бессмысленным. Однако он может стать поворотным моментом в развитии международной валютной системы, стержнем которой является фонд. МВФ в отличие от большинства других глобальных организаций использует непропорциональную систему голосования. На долю каждого из членов приходится определенная квота, более или менее соответствующая его относительному весу в мировой экономической системе, хотя на практике часто удается добиваться консенсуса и не прибегать к формальному голосованию.

Вряд ли кого-то удивит утверждение, что МВФ – политическая организация. Им действительно управляют люди, представляющие органы власти стран-членов, и интересы государств влияют на принимаемые решения. Много написано о конфликтах, связанных с назначением директоров-распорядителей. Хотя персонал фонда не связан напрямую с национальными правительствами, все программы одобряет исполнительный совет. Поскольку сотрудникам хорошо известны предпочтения совета, редко предлагаются программы, которые не получат одобрения.

Однако МВФ удавалось наладить эффективную работу не столько в силу приверженности группы активных членов во главе с США главным принципам организации (хотя они не всегда соглашаются с фактическим применением этих принципов), сколько в силу молчаливого согласия большинства с мнением ведущей группы. Руководство работой фонда со стороны политически значимых членов, с мнением которых все считаются, и готовность остальных принимать эти политические приоритеты как свои собственные и обеспечивает на практике в целом эффективную работу. Неудивительно, что персонал МВФ обычно с воодушевлением поддерживает общий консенсус, согласно которому всем необходимо следовать основным положениям: укрепление мирового валютного сотрудничества, обеспечение финансовой стабильности, облегчение международной торговли, стремление к максимальной занятости населения и устойчивому экономическому росту, а также сокращение бедности в мире. Я знаю это, потому что на протяжении своей долгой карьеры в МВФ был одним из тех, кто верит в эти принципы.

Это не значит, что разногласий или трений никогда не было. МВФ – не монолит. И даже при более компетентных и технократических директорах-распорядителях, таких как Ларозьер и Камдессю (стояли во главе с 1978 по 2000 гг.), во многих случаях между директорами фонда возникали острые разногласия. Они редко предавались широкой огласке. Одним из скандальных эпизодов был уход в отставку Дэвида Финча, руководителя легендарного политического департамента МВФ. Он покинул пост в 1987 г. в знак протеста против давления на него крупных акционеров, требовавших поддержать плохо проработанные программы для Египта и Польши.

С моей точки зрения, нельзя винить членов МВФ в стремлении использовать свое положение для достижения политических целей. Непрекращающиеся попытки влиять на политику фонда лишний раз подчеркивают его значимость, идет ли речь о включении китайской валюты в корзину специальных прав заимствования или о перераспределении квот для более справедливого отражения изменений в мировой экономике. Но обычно подобные дискуссии – чистая формальность, которая объясняется необходимостью широкого консенсуса, характером директора-распорядителя, ярко выраженными предпочтениями старшего звена управляющих и оценкой компромиссов по поводу сроков погашения кредитов.

Действительно ли речь шла об Украине?

Последствия усилий, прилагаемых МВФ для того, чтобы добиться невозможного и освободить Украину от немедленной выплаты долга, сводятся не столько к новому подходу к разрешению долговых споров, сколько к усиливающемуся разладу в практике многосторонних отношений. То, как был решен этот вопрос – яркое доказательство нарастающей раздробленности мирового порядка.

Пересмотр правил государственного кредитования был в повестке дня на уровне совета МВФ с 2013 г., еще до украинского кризиса. В докладной записке 2013 г. выражена озабоченность по поводу растущей роли и меняющейся структуры государственного кредитования. Ситуация требовала более четкого законодательства, в котором оговаривались бы условия участия государственного сектора, особенно в отношении кредиторов, не входящих в Парижский клуб. Хотя казалось, что МВФ первоначально намеревался пересмотреть свою политику только весной этого года, спор о трехмиллиардном российском займе Киеву ускорил процесс. Решение принято в декабре прошлого года, за несколько дней до наступления срока платежа по украинским облигациям, и, конечно, складывается впечатление, что оно было спонтанным.

Логика долгосрочной политики кредитования заключалась в том, что страну, накопившую задолженность, МВФ кредитует в соответствии с тем, насколько добросовестно она ведет переговоры с официальными кредиторами, такого рода добросовестность может служить гарантией договоренности по выплате долга и позволит продолжать финансирование программы. Отказ от подобного условия в случае с Украиной может стать нехорошим прецедентом и дать основание другим странам настаивать на аналогичном послаблении и не прилагать серьезных и искренних усилий для достижения соглашений с правительствами стран-кредиторов. Ирония в том, что, прежде чем стать членом Парижского клуба в 1997 г., Россия сталкивалась с серьезной дискриминацией в вопросе выплаты государственного долга.

У Украины может быть законная причина для отсрочки выплат, но, похоже, главное беспокойство вызывает то, что нетрадиционные кредиторы, такие как Китай, начали выдавать крупные займы развивающимся странам. Во многих случаях льготные условия этих кредитов не соответствовали стандартам МВФ и Всемирного банка, и, наверно, дело еще в том, что Китай не является членом Парижского клуба, где обычно обсуждается реструктуризация долга.

Так почему же совет МВФ и его старшие директора поддержали пересмотр условий, при котором ответственность за договоренность о выплате долга фактически перекладывается с должника на кредиторов? В конце концов, раньше, когда одно из государств-кредиторов, членов Парижского клуба, воздерживалось и блокировало обязательный консенсус, остальные члены Клуба и сотрудники МВФ в буквальном смысле не позволяли сторонам покинуть стол переговоров, пока не достигалось приемлемое для всех соглашение. Если реальной проблемой является Китай как потенциальный кредитор, почему бы не пригласить его присоединиться к клубу, как ранее была приглашена Россия? Что в действительности происходит?

Смещение тектонических плит геополитики

Ставки сегодня намного выше, чем просто долг, каким бы важным он ни был. Подход к принятию глобальных решений на основе консенсуса представляется нежизнеспособным. По сути вопрос в том, сохранится ли система многосторонних отношений, сложившаяся после Второй мировой войны, в середине или конце XXI века? Речь идет о нескольких центральных организациях, таких как МВФ, играющих ключевую роль и принимающих решения на основе консенсуса. Или же эта система медленно, а может, резко переродится в региональные альянсы, в каждом из которых будет свое членство и между которыми будет происходить конструктивная конкуренция и взаимодействие?

Главный вопрос – в вызове, который Китай, а также Россия, Индия и некоторые другие страны бросают устоявшемуся мировому порядку. В качестве примера можно привести китайские займы, выделяемые африканским государствам. Перечень озабоченностей крупных акционеров МВФ растет. И дело не только в недавних инициативах стран БРИКС по созданию того, что воспринимается как организации, конкурирующие с МВФ и Всемирным банком, а во все более напряженных отношениях и нежелании многих стран слепо следовать (как в прошлом) политике, предлагаемой крупными развитыми державами, прежде всего США. Первый звонок, свидетельствующий о зреющем несогласии с точкой зрения доминирующих акционеров, прозвучал в августе 2007 г., когда представитель России выдвинул кандидатуру бывшего председателя Центрального банка Чешской Республики Йозефа Тошовски на пост директора-распорядителя МВФ вместо кандидата-фаворита Доминика Стросс-Кана из Франции.

Вполне возможно, что МВФ, структуру многостороннюю и некогда стабильную, поразил (как и многие организации, вдохновляемые и руководимые развитыми экономиками) вирус демократических устремлений. Фонд испытывает все большее давление со стороны других стран и негосударственных игроков, требующих права голоса и более широкого представительства. Такую тенденцию к кажущейся анархии можно считать положительной, особенно если признать старую систему уютных и комфортных отношений слишком непредставительной и своекорыстной. Однако это означает, что системой труднее управлять, поскольку все сложнее договариваться хотя бы о минимальном общем знаменателе.

И, на мой взгляд, Соединенные Штаты не облегчают себе жизнь с точки зрения собственных долгосрочных интересов. Наверно, при более тонком и демократичном подходе они могли бы еще долгие десятилетия доминировать в глобальных организациях с центральным управлением, таких как МВФ. К сожалению для тех из нас, кто верит в благотворность либерального порядка, основанного на терпимости и политическом реализме, США становятся объектом справедливой или не очень критики других стран. Их обвиняют в том, что из благожелательного лидера они превратились на мировой арене в агрессивного гегемона, преследующего узкие и своекорыстные политические цели подобно тому, как это делают другие страны, и не только в МВФ.

Иными словами, нельзя больше считать само собой разумеющимся, что Соединенные Штаты первыми будут принимать на себя главный удар и что на них можно положиться как на спасителя, когда больше не на кого надеяться. Их действия почти во всех областях – от Транстихоокеанского партнерства до военных авантюр, от финансовых операций в разных регионах мира до шпионажа посредством контроля данных и т.д. – вызывают все большее неприятие, а то и негодование в мире, где остальные державы утверждают собственные ценности и приоритеты. Ирония в том, что повышение политической роли США в МВФ происходит в то время, когда другие члены, особенно недостаточно широко представленные в нем страны-кредиторы, все менее склонны мириться с американским доминированием. Несмотря на риторику президентской гонки 2016 г., в ходе которой звучат ностальгические призывы к лидирующей роли Соединенных Штатов в военной, экономической и нравственной сфере, в действительности наш мир становится все более раздробленным.

Мой коллега по НИУ «Высшая школа экономики» в Москве и редактор этого журнала Фёдор Лукьянов недавно написал, что в системе международных отношений уже пройден символический Рубикон, а мир дробится на более управляемые сегменты. В конце концов, в глобальной валютной системе не всегда существовал единый центр силы вроде США, которые играют сегодня столь важную роль в МВФ и мировой финансовой сфере. В золотом стандарте XIX и начала XX века участвовало много крупных игроков, даже если какое-то время самым важным участником была Великобритания.

Поскольку Соединенные Штаты и другие страны, контролирующие голосование в МВФ, вряд ли уступят принятие ключевых решений новым кредиторам (запоздалая ратификация Конгрессом США в конце прошлого года положения о перераспределении квот в фонде, одобренного пятью годами ранее, мало что меняет), тезис о фрагментации мирового порядка представляется обоснованным. Поэтому было бы странно, если бы кто-то посчитал упомянутую ратификацию важной вехой во взаимодействии Вашингтона с многосторонними организациями. Это решение фактически осталось незамеченным. Реформа с большим опозданием наделяет развивающиеся страны большими правами и весом при голосовании. Но изменение баланса, скорее всего, слишком незначительно, чтобы предотвратить расшатывание существующего устройства. Более вероятна эволюция в направлении мира, в котором нынешняя турбулентность и непостоянство трансформируются в новое, более многополярное, но вместе с тем глобальное равновесие.

Что касается МВФ, то, наверно, еще не ушло время для того, чтобы привести эту организацию в соответствие с нуждами времени и избежать ее распада. С одной стороны, даже крупные акционеры могут захотеть ослабить контроль над фондом, если мир столкнется с финансовыми и экономическими потрясениями, требующими скоординированной политики в глобальном масштабе. С другой, МВФ – не монолит, и в нем много глав представительств и ведущих управленцев из разных стран, которые категорически не приемлют политического давления. Это наглядно проявилось в случае с Украиной – могло быть намного хуже. Со своей стороны я не уверен, что можно сопротивляться силе тектонических сдвигов. Наверно, от Китая, который председательствует в «Большой двадцатке» ведущих экономик в 2016 г., резонно ожидать нестандартного мышления и подходов.

США. Россия. МВФ > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 6 мая 2016 > № 1754089 Мартин Гилман

Сегодня, 6 мая, в Государственном музее спорта министр спорта Российской Федерации Виталий Мутко провёл традиционную торжественную встречу с ветеранами спорта – участниками и тружениками тыла Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, активом Российского союза спортсменов.

Перед началом мероприятия глава Минспорта России посетил Центральный музей Вооруженных Сил Российской Федерации, где состоялась церемония возложения цветов к мемориальной стене, посвящённой павшим Героям Советского Союза – воинам Красной Армии, навечно зачисленным в списки воинских частей.

Вместе с В. Мутко память бойцов и командиров, погибших в борьбе с фашизмом, почтили двукратная олимпийская чемпионка по гребле на байдарках, труженик тыла в годы войны Антонина Середина; двукратный олимпийский чемпион по бобслею Александр Зубков; олимпийские чемпионы по: спортивной гимнастике – Елена Шевченко, греко-римской борьбе – Алексей Мишин, тяжёлой атлетике – Дмитрий Берестов; пятикратный паралимпийский чемпион по плаванию Андрей Строкин; трёхкратная паралимпийская чемпионка по лёгкой атлетике Ольга Семёнова; сурдлимпийский чемпион по пляжному волейболу Станислав Иванов и спортсмены сборных команд Российской Федерации по видам спорта – участники предстоящих Игр XXXI Олимпиады 2016 года в Рио-де-Жанейро (Бразилия). В их число вошли: олимпийская чемпионка, чемпионка мира по спортивной гимнастике Алия Мустафина, олимпийская чемпионка, чемпионка мира по вольной борьбе Наталья Воробьёва, серебряный и бронзовый призёр Олимпийских игр, чемпион мира по спортивной гимнастике Денис Аблязин, чемпион мира по лёгкой атлетике Сергей Шубенков, чемпион мира по фехтованию Алексей Черемисинов, призёры Чемпионата мира по фехтованию Артур Ахматхузин и Тимур Сафин и многие другие.

Почётными гостями торжественного мероприятия в Государственном музее спорта стали:

Анна Борисовна Алёшина – заслуженный мастер спорта СССР по академической гребле, заслуженный работник физической культуры Российской Федерации, бронзовый призёр Олимпийских игр, президент Международного спортивного общества «Спартак», вице-президент Российского союза спортсменов, ветеран труда, награждена медалью «За трудовую доблесть»;

Виктор Иванович Астахов – заслуженный тренер СССР и России по гребле на байдарках и каноэ, заслуженный работник физической культуры, ветеран труда, кавалер ордена Дружбы;

Давид Яковлевич Берлин – заслуженный тренер СССР по баскетболу, основатель и действующий генеральный директор женского баскетбольного клуба «Спартак-Ногинск», участник трудового фронта. В числе его наград медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»;

Александр Юрьевич Виноградов – заслуженный мастер спорта СССР по гребле на каноэ, двукратный олимпийский чемпион, трёхкратный чемпион мира, кавалер ордена Трудового Красного Знамени, первый вице-президент Российского союза спортсменов;

Аркадий Семёнович Генсон – активист Российского союза спортсменов, награждён почётным знаком Российского футбольного союза «За развитие отечественного футбола» и почётным знаком Олимпийского комитета России «За развитие олимпийского движения в России», ветеран труда, заслуженный работник физической культуры Российской Федерации;

Евгений Яковлевич Гомельский – заслуженный тренер РСФСР и СССР по баскетболу, кандидат педагогических наук. После победы женской сборной СНГ под руководством Е. Гомельского на Играх XXV Олимпиады 1992 года он был назван тренером № 1 сборных женских баскетбольных команд мира;

Галина Евгеньевна Горохова – заслуженный мастер спорта СССР, заслуженный тренер СССР, заслуженный тренер России, заслуженный работник физической культуры Российской Федерации, трёхкратная олимпийская чемпионка по фехтованию, кавалер орденов «За заслуги перед Отечеством» IV степени и Трудового Красного Знамени, награждена медалями «За трудовое отличие» и дважды «За трудовую доблесть», отмечена высшей наградой Международного олимпийского комитета за верность идеалам олимпизма – Олимпийским орденом, президент Российского союза спортсменов;

Галина Васильевна Демчук – мастер спорта СССР по спортивной гимнастике, более 30 лет проработала в Госкомспорте СССР, кавалер ордена Отечественной войны II степени;

Иван Павлович Евтодьев – ветеран Великой Отечественной войны 1941-1945 гг., ветеран Службы внешней разведки России, почётный сотрудник госбезопасности, член Общества «Динамо», кавалеров орденов Отечественной войны I степени и Красной Звезды, награждён тремя медалями «За боевые заслуги»;

Нина Алексеевна Жук – заслуженный тренер РСФСР по фигурному катанию, заслуженный деятель искусств. Первая фигуристка СССР – серебряный призёр Чемпионата Европы 1958 года, участница Чемпионата мира 1958 года и VIII Олимпийских зимних игр 1960 года. В годы Великой Отечественной войны находилась в блокадном Ленинграде;

Виктор Дмитриевич Иванилов – заслуженный тренер СССР по пулевой стрельбе, судья республиканской категории, член Общества «Динамо». Боец Отдельной мотострелковой дивизии особого назначения имени Ф.Э. Дзержинского, участник парада на Красной площади 7 ноября 1941 года. Кавалер ордена Отечественной войны II степени, награждён медалями «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»;

Анатолий Константинович Исаев – заслуженный мастер спорта СССР, заслуженный тренер СССР, олимпийский чемпион 1956 года по футболу;

Анзор Амберкович Кавазашвили – заслуженный мастер спорта СССР, двукратный чемпион СССР по футболу (1965 и 1969 гг.), двукратный обладатель титула «Вратарь года» (1965 и 1967 гг.), кавалер ордена Почёта;

Эмма Всеволодовна Козлова – заслуженный тренер СССР и России по лёгкой атлетике, участница Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.;

Виктор Алексеевич Кровопусков – заслуженный мастер спорта СССР, четырёхкратный олимпийский чемпион и восьмикратный чемпионат мира по фехтованию, кавалер орденов Ленина и Трудового Красного Знамени, ветеран труда;

Нинель Васильевна Крутова – заслуженный мастер спорта СССР, завоевавшая первую в истории отечественного спорта олимпийскую медаль («бронзу») в прыжках в воду, ветеран труда;

Александр Петрович Лаптев - заслуженный деятель науки Российской Федерации, заслуженный работник физической культуры РСФСР, доктор медицинских наук, председатель медицинской комиссии Федерации бокса России, председатель Совета ветеранов ФГБОУ ВПО «РГУФКСМиТ»;

Нина Яковлевна Науменко – мастер спорта СССР по лёгкой атлетике, судья высшей категории, участник Великой Отечественной войны 1941-1945 гг., ветеран труда, кавалер ордена Отечественной войны II степени, награждена медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»;

Клара Ивановна Нестерова (Гусева) – заслуженный мастер спорта СССР, первая советская олимпийская чемпионка по конькобежному спорту (VIII Олимпийские зимние игры 1960 г.), ветеран труда;

Александр Александрович Новиков – мастер спорта СССР, доктор педагогических наук, профессор; создал свою научную школу по спортивной борьбе, подготовил более 130 кандидатов педагогических наук и докторов; награждён пятью орденами и 16-ю медалями СССР и Российской Федерации, а также Золотым орденом и Рыцарским крестом FILA;

Алексей Александрович Парамонов – заслуженный мастер спорта СССР, олимпийский чемпион по футболу, кавалер орденов «За заслуги перед Отечеством» IV степени, Почёта, Дружбы, «Знак Почёта», Олимпийского ордена Международного олимпийского комитета, награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов»;

Евгений Иванович Пеняев – заслуженный мастер спорта СССР по гребле на каноэ, заслуженный работник физической культуры, бронзовый призёр Олимпийских игр, ветеран труда;

Владимир Алексеевич Пономарёв – заслуженный мастер спорта СССР по футболу, провёл за национальную сборную 25 матчей, работал в структурах Министерства обороны СССР;

Александр Васильевич Привалов – заслуженный мастер спорта и тренер СССР по биатлону, серебряный и бронзовый призёр Олимпийских игр, руководитель национальной сборной на Олимпийских зимних играх 1968, 1972, 1975 и 1980 гг.;

Айно Андреевна Пуронен – заслуженный мастер спорта СССР по велоспорту, шестикратный призёр чемпионатов мира на гонкам на шоссе и треку;

Антонина Александровна Середина – заслуженный мастер спорта СССР по гребле на байдарках, двукратная олимпийская чемпионка, старший тренер женской сборной СССР по гребле на байдарках на Олимпийских играх 1972, 1976, 1980 и 1988 гг.;

Валентина Сергеевна Стенина – заслуженный мастер спорта СССР по конькобежному спорту, двукратный серебряный призёр Олимпийских игр, трёхкратная чемпионка мира, абсолютная чемпионка Спартакиады народов СССР;

Людмила Евгеньевна Титова – заслуженный мастер спорта СССР по конькобежному спорту, олимпийская чемпионка, абсолютная чемпионка СССР, ветеран труда.

«Стало хорошей традицией накануне величайшего праздника – Дня Победы, проводить встречи в нашем музее, говорить о традициях нашего спорта, вспоминать тех, кто отдал жизнь за то, чтобы сохранить нашу страну, – отметил В. Мутко. – Мы чувствуем огромную ответственность перед вами и сделаем всё, чтобы сохранить те традиции, которые вы, невзирая на суровые и трудные военные годы, заложили в советский спорт».

«Спорт внёс огромный вклад в Победу, – подчеркнул министр. – Многие спортивные общества продолжали работать и в годы Великой Отечественной войны. Они готовили спортсменов-солдат. Но не прекращалась и спортивная жизнь: работали спортивные секции, организации, мы помним выдающиеся блокадные матчи и другие спортивные события тех лет».

«Вы знаете, первая олимпийская команда СССР, составленная из вчерашних бойцов, заняла второе место в общекомандном зачёте на первых послевоенных Олимпийских играх 1952 года в Хельсинки. Несмотря на наши сегодняшние колоссальные возможности, повторить такой успех сложно, к нему надо стремиться. Мы чтим ваш огромный вклад в развитие отечественного спорта и будем делать всё, чтобы спорт продолжал развиваться», – заверил глава Минспорта России.

«Сегодня спорт стал одним из приоритетов политики нашего государства. Мы многое делаем для того, чтобы привлекать население к занятиям физической культурой. Мы проводим на территории нашей страны десятки крупных спортивных событий, ставя цель, чтобы каждый такой проект стал примером для молодёжи, вовлекал в занятия спортом и, конечно, оставлял своё наследие», – сказал В. Мутко, отметив, что к Чемпионату мира по хоккею, который стартует сегодня в Москве и в Санкт-Петербурге, была проведена реновация спортивного комплекса «Юбилейный», построен современный «ВТБ-Ледовый дворец», создан музей Славы отечественного хоккея.

«Я хотел бы от всей души поздравить вас, поблагодарить многих из вас за то, что они продолжают плодотворно трудиться в экспертных советах Минспорта России, спортивных федерациях, и пожелать вам счастья, здоровья и благополучия. В России День Победы останется священным праздником», – резюмировал глава Минспорта России.

Встреча с Премьер-министром Японии Синдзо Абэ.

Владимир Путин встретился с Премьер-министром Японии Синдзо Абэ. Состоялся обмен мнениями о перспективах развития двустороннего сотрудничества в торгово-экономической и гуманитарной областях, а также по актуальным международным вопросам.

Премьер-министр Японии Синдзо Абэ находится в России с визитом по приглашению главы Российского государства.

* * *

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр, дорогие друзья! Позвольте вас сердечно поприветствовать в России, в Сочи.

Япония не просто наш сосед – наш партнёр, причём важный для нас партнёр в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

В силу известных событий – и в политической области, и в сфере торгово-экономических связей – у нас есть определённые вопросы, которые требуют особого внимания. Может быть, и в силу этого обстоятельства мы должны уделить особое внимание строительству наших отношений, поддержанию их на высоком уровне.

Рассматриваем Ваш визит, уважаемый господин Премьер-министр, именно как возможность вместе поработать над теми вопросами, которые представляют взаимный интерес.

Добро пожаловать!

С.Абэ (как переведено): Этот прекрасный город Сочи теплом напоминает мне о встрече с Владимиром в 2014 году.

Вспоминая красивый пейзаж Сочи, я с нетерпением ждал сегодняшней, первой после ноября прошлого года, встречи с Владимиром. Я очень рад встретиться с тобой сегодня.

С момента встречи на высшем уровне в сентябре прошлого года наши двусторонние отношения активно продвигаются вперёд. В апреле состоялась встреча Министра [иностранных дел Японии Фумио] Кисиды с сегодня присутствующим здесь господином Лавровым, и мне доложили, что она была плодотворной с точки зрения подготовки к сегодняшней нашей встрече в Сочи.

Кроме того, мы с тобой провели хорошие диалоги не только на площадках Генеральной Ассамблеи ООН и « Краткая справка Группа двадцати (Group of Twenty – G20) двадцатки», но также по телефону. Я высоко оцениваю такие контакты.

Сегодня я хотел бы провести с Владимиром откровенный обмен мнениями не только по двусторонним политическим вопросам, в том числе таким как заключение мирного договора, дипломатия, экономика, культура, но и по актуальным международным [проблемам], стоящим перед нами и всем миром.

Спасибо.

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 6 мая 2016 > № 1745572 Синдзо Абэ

Страны, неприсоединившиеся к автоматическому обмену налоговой информацией, будут наказаны

По итогам форума глав министерств финансов и центробанков стран «Большой двадцатки (G20)» было принято решение о применении санкций к странам и территориям, которые не желают участвовать в международном автоматическом обмене налоговой информацией в соответствии с Единым Стандартом Отчетности (CRS).

Представители G20 уверены, что именно через «неприсоединившиеся» юрисдикции будет финансироваться терроризм и отмываться незаконно полученные средства. На сегодня к механизмам автоматического обмена информацией по стандарту CRS уже присоединилось 80 государств и территорий. Ожидается, что к 2018-му году количество таких стран превысит 150.

На форуме говорили также о дальнейших мерах по повышению международной прозрачности, в частности – о реализации плана действий ОЭСР по противодействию размыванию налогооблагаемой базы и выводу прибыли из-под налогообложения (так называемый «План BEPS»), к которому присоединились практически все страны мира.

Бангладеш отказывается принимать российскую пшеницу - Россельхознадзор идет "в атаку". Страсти накаляются

Россельхознадзор в четверг обрушился с критикой на карантинную службу Бангладеш, и обвинил ее в нарушении международных стандартов торговли при проверке образцов импортной российской пшеницы. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на агн. Reuters.

Бангладеш на прошлой неделе заявила, что отказывается принимать партию 50 тыс. тонн российской пшеницы в связи с опасениями по поводу ее качества. Ранее было отказано в приемке двух партий российской пшеницы общим объемом 100 тыс. тонн по той же причине.

Эксперты российского Центра оценки качества зерна, который входит в государственную ветеринарную и фитосанитарную службу РФ (Россельхознадзор), 27 апреля присутствовали при лабораторной проверке официальными представителями бангладешской стороны проб российской пшеницы.

По заявлению российского Центра, «методы (использованные при проверке) пригодны для домашнего использования, но абсолютно неприемлемы при взаимодействии со странами, которые используют международные стандарты».

По заявлению же экспертов из Бангладеш, лабораторная проверка подтвердила не соответствие партии российской пшеницы тендерным требованиям. Так, натурный вес зерна оказался 74,8 кг на гектолитр при минимальном тендерном требовании 76 кг на гектолитр, а также содержание протеина оказалось 12,03% при тендерном требовании 12,5%.

Представители Центра оценки качества зерна России считают, что проверка была проведена не профессионально, и ожидают от бангладешской стороны соответствующих документов, чтобы официально их опротестовать.

Россия является крупным мировым экспортером пшеницы, в текущем сезоне (с июля по март) она поставила в Бангладеш уже 1,09 млн. тонн пшеницы. Бангладеш является 4-м по масштабам покупателем российской пшеницы после Египта, Турции и Ирана.

В прошлом году Бангладеш отклонила три партии французской пшеницы, также предъявив претензии по качеству. Карантинщики Бангладеш повысили бдительность после того еще ранее был обнаружен большой объем некачественного зерна в поставках (200 тыс. тонн) бразильской пшеницы.