Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Мобильное приложение для смарфонов «Харакат», разработанное в Дубае, вышло на первое место в Саудовской Аравии по популярности среди образовательных приложений для мобильных телефонов в AppStore и Google Play.
Международная аудитория поклонников приложения «Харакат» (Harakat ???????), общее число которых составляет сегодня около 100 тысяч пользователей, высоко оценила усилия компании «Мультиллект» в деле сохранения арабского литературного языка и не только продолжает пользоваться приложением, но и активно помогает развивать приложение, повышая его качество.
Среди лидирующих стран по числу пользователей – страны Персидского залива: Саудовская Аравия, Кувейт, Бахрейн, Катар, ОАЭ и Оман. Приложение от компании «Мультиллект» заняло первое место среди образовательных приложений для мобильных телефонов в AppStore и Google Play в Саудовской Аравии.
Символичен тот факт, что приложение «Харакат», не имеющее себе аналогов, было создано в Дубае. Это полностью соответствует идеям, обозначенным в послании вице-президента, премьер-министра ОАЭ, правителя Дубая шейха Мухаммеда бен Рашида Аль Мактума, который указал на необходимость поддержки традиций арабского языка, культуры, менталитета и индивидуальности. Арабские Эмираты должны стать центром по сохранению богатого многовекового наследия арабского языка.
Программа «Харакат» расставляет огласовки слов на арабском языке, означающие гласные буквы, с высокой точностью, пользователю необходимо только ввести текст, взяв его из любого языкового источника. Эта идея была с воодушевлением воспринята пользователями. На сегодняшний около 60 тысяч пользователей iPhone скачали приложение «Харакат» в 10 арабских странах. Число пользователей с мобильными телефонами на основе операционной системы Android достигло 40 тысяч. Ежедневный прирост аудитории составляет около 5 тысяч человек. Ажиотаж, возникший вокруг приложения, демонстрирует наличие у людей высокой потребности в таком бесплатном открытом образовательном продукте, высокотехнологичном и легком в использовании.
Алибек Исаев, владелец компании «Мультиллект», воплотившей идею в жизнь, отметил: «Живые языки – это часть культурного наследия, и наша компания стремится внести свой вклад в их сохранение. Приложение «Харакат» имеет широкие возможности. Мы обеспечим работу приложения с многочисленными IT-устройствами и современными технологическими решениями для миллионов пользователей».
Компания «Мультиллект», специализирующаяся на создании мультимедийных продуктов в сфере высоких технологий и программного обеспечения для машинного перевода, уделяет огромное внимание развитию проектов по сохранению культурного наследия и языков мира. Одним из приоритетных направлений является разработка проектов, связанных с арабским языком. Сегодня «Мультиллект» ведет работу по цифровому описанию и созданию его единой морфологической базы. Новым продуктом в этой линейке и стала программа «Харакат». Одна из ее важнейших и исключительных особенностей состоит в образовательной и культурной направленности. Легкая в использовании, программа является универсальной образовательной платформой и представляет собой идеальное решение для всех желающих изучать арабский язык, превращая образовательный процесс в занимательное и интересное занятие.
Власти эмирата в сотрудничестве с турфирмами готовят стандартные медицинские туристические пакеты, включающие в себя весь перечень услуг, от лечения до развлечения.
В стандартные пакеты включаются, как правило, косметические, и другие плановые манипуляции, например – ортопедические, стоматологические или ЭКО.
С сентября 2014 г. дубайское Управление здравоохранения (Dubai Health Authority) начнет принимать заявки от госпиталей на оказание медицинской части услуг таких пакетных предложений. Они включают в себя визовую поддержку, проживание самого пациента и членов его семьи в участвующих в программе отелях, пребывание пациента в госпитале и медицинские процедуры, экскурсионную программу для пациента и сопровождающих его лиц.
Важным элементом медицинских туристических пакетов является наличие доступного по ценам качественного жилья типа гостиничных апартаментов поблизости от участвующих в программе больниц, чтобы сопровождающие пациента лица могли без особых проблем навещать его в клинике, причем эти апартаменты должны быть приспособлены к приему и обслуживанию пациентов.
Цены на проживание в Дубае неуклонно растут, и они значительно выше стоимости проживания в других центрах мирового и регионального медицинского туризма, таких, как Бейрут (центр притяжения поклонников косметической хирургии), Бангкок или Дели. Но Дубай предлагает выигрышное сочетание безопасности, политической стабильности, шопинга, развлечений и удобного расположения в центре громадного региона с быстро растущими потребностями в сфере медицинского туризма. Следует также отметить, что покупатели медицинских туристических услуг менее склонны считать каждую копейку по сравнению с обычными туристами.
Первый туроператор, начавший свою деятельность в Дубайском «Городе здоровья» (Dubai Health Care City), компания Salamatak, уже наладила партнерские отношения с турагентами из стран региона, а также – Судана, Нигерии и Украины.
В 2012 г. 107 500 медицинских туристов воспользовались услугами более 1200 дубайских госпиталей, амбулаторий и медицинских центров. В течение последних лет в сфере медицинского туризма наблюдается 15-ти процентный ежегодный рост. Главными поставщиками медицинских туристов для Дубая выступают Россия, Катар, Кувейт, Саудовская Аравия, Великобритания, Индия и Пакистан.
ВОЗ: Пьющее население ОАЭ употребляет алкоголя больше, чем в Англии, Ирландии, Германии или России.
Каждый употребляющий алкоголь житель ОАЭ в год выпивает столько спиртных напитков, что в пересчете на чистый спирт это дает 32,8 литра, почти в 2 раза больше среднемирового показателя в 17 л. В этих расчетах не учитывалось потребление алкоголя туристами, поскольку согласно методике ВОЗ, если число туристов в год превышает число резидентов, то данные по туристам вычитаются из общей статистики.
При этом употребление алкоголя пьющими мужчинами в ОАЭ достигает 34,4 литра, а женщинами – 17,8 л. Доля населения старше 15 лет, совершенно не употребляющего алкоголь, в ОАЭ достигает 87% (84% - мужчины, 95,4% - женщины). Благодаря огромному числу непьющих жителей общее среднедушевое потребление алкоголя в ОАЭ низкое – 4,3 л. Среднее мировое значение этого показателя – 6,2 л.
Аналогичные показатели для Германии составляют 14,7 литра чистого спирта на каждого пьющего жителя старше 15 лет (столько же в Ирландии). Число трезвенников в Германии при этом невысоко – 19,7%, поэтому среднедушевое потребление (группа старше 15 лет) выше – 11,8 л.
Другая традиционно считающаяся пьющей страна, Великобритания, имеет сходные с Германией показатели: 13,8 л на каждого пьющего, 16,1% трезвенников и 11,6 литров на душу населения.
Даже жители России не дотягивают до пьющих резидентов ОАЭ – 22,3 л чистого спирта в год на одного пьющего. 32,2% жителей России относят себя к непьющим, а среднедушевое потребление достигает 15,1 л в год.
Пьющие Индийцы также обогнали россиян – 28,7 л чистого спирта в год на одного человека.
В регионе Персидского залива пьющих жителей ОАЭ по уровню потребления алкоголя догоняют жители Катара – 22,7 л чистого спирта в год на одного пьющего, за ними следуют выпивохи Бахрейна – 21,2 л, Омана – 15,5 л. Даже в «сухих» Саудовской Аравии и Кувейте любители зеленого змия умудряются выпивать по 3,9 и 1,3 литра чистого алкоголя на человека в год.
Во всем мире 7,6% мужских и 4% женских смертей прямо связаны с алкоголем. По данным ВОЗ 16% пьющих людей во всем мире являются запойными пьяницами.
Парламентская делегация Ирана посетит Республику Корея на будущей неделе для обсуждения вопросов развития двухсторонних связей. Генеральный директор отдела международных связей парламента Ирана Хоссейн Шейхолеслам сообщил, что делегацию из четырех человек, прибывающую в Республику Корея 21 апреля возглавит председатель парламентского комитета по национальной безопасности и иностранной политике Аладдин Бороджерди. Представитель парламента сказал, что в ходе пятидневного визита иранские законодатели встретятся с политиками и законодателями Республики Корея, включая спикера парламента, для обсуждения вопросов двухсторонних отношений. Шейхолеслам отметил, что визит пройдет по приглашению председателя комитета по международным отношениям, торговле и воссоединению Национального собрания Республики Корея Ан Хон Чжуна в ответ на его посещение Тегерана в ноябре 2013 года. В январе 2013 года президент Южной Кореи Пак Кын Хе высказала удовлетворенность отношениями ее страны с Ираном, подчеркнув, что Сеул придает большое значение расширению связей с Тегераном во всех областях. Иран считается пятым по величине поставщиком нефти в Республику Корея после Саудовской Аравии, Кувейта, Объединенных Арабских Эмиратов и Катара.
Албания отменила визы для россиян на летний период.
Безвизовый режим с Россией будет действовать в период с 25 мая по 30 сентября 2014 года. Наши соотечественники смогут без помех пересекать границы Албании, предъявляя при этом свои паспорта.
Правительство балканской страны отменило в одностороннем порядке визовый режим для граждан ряда постсоветских и арабских стран. В него входят Россия, Молдова, ОАЭ, Катар, Оман и Кувейт. Это было сделано, чтобы привлечь в Албанию дополнительное количество путешественников. Соответствующее решение было принято на очередном заседании Совета министров Республики Албания 7 мая 2014 года. Об этом сообщает портал Albania News.
Представители правительства признают, что решение о введении безвизового режима с Россией и рядом других государств было утверждено по предложению министра иностранных дел и министра внутренних дел с целью снижения количества препятствий на пути следования туристов из вышеперечисленных стран.
Напомним, что Албания открывает свои границы для россиян на летний период уже шестой год подряд. Кроме того, правительство Албании стремится развивать на побережье Адриатики элитный туризм.
Медики индонезийской провинции Северная Суматра заявили о вероятной первой в стране жертве распространяющегося по миру с Ближнего Востока нового коронавируса MERS-CoV ("верблюжьего гриппа"), сообщает в среду газета Jakarta Globe.
Погиб 54-летний житель провинции, вернувшийся в страну на прошлой неделе после паломничества в Саудовскую Аравию, он скончался через два часа, после того как попал в больницу. "Мы подозреваем, что жертва была инфицирована MERS в связи с симптомами заболевания, включавшими трудности с дыханием и высокую температуру", — сказал Лухур Суросо (Luhur Soeroso), врач больницы имени Адама Малика в столице Северной Суматры городе Медане.
Семья покойного не дала медикам разрешения взять образцы тканей для анализа, добавил врач.
В карантинном отделении больницы также находится 50-летняя жительница Медана, которая тоже вернулась из Саудовской Аравии, сообщает в среду газета Jakarta Post. "У нее наблюдаются симптомы, заставляющие предположить заболевание MERS", — отметил Суросо.
По данным Всемирной организации здравоохранения, на 5 апреля 2014 года общее число лабораторно подтвержденных случаев инфицирования людей MERS-CoV, который был впервые обнаружен в сентябре 2012 года в Саудовской Аравии, составило 497 по всему миру, в том числе 131 с летальным исходом.
Случаи заболевания короновирусом до сих пор зарегистрированы в Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратах, Катаре, Иордании, Кувейте, Египте, Йемене, Великобритании, Тунисе, Омане, Франции, Германии, Греции, Италии, Малайзии, Филиппинах и США. Наибольшее число случаев зарегистрировано в Саудовской Аравии — 414, в том числе 115 с летальным исходом. Михаил Цыганов.
Саудовская Аравия, Кувейт и Бахрейн планируют перенять дубайскую модель управления сектором недвижимости
Саудовская Аравия, Кувейт и Бахрейн приняли решение воспользоваться опытом сектора недвижимости Дубая, деятельность которого в последнее время признается весьма успешной.
Как сообщает Imexre.com со ссылкой на издание Emirates Businrss 24|7, данные страны региона предпримут попытку воспроизведения модели сектора недвижимости Дубая, создав соответствующие институциональные единицы и предприняв ряд других мер.
Султан бен Меджрен (Sultan bin Mejren), генеральный директор Земельного департамента Дубая, в данной связи отмечает, что Дубай входит в немногочисленную группу стран, разработавших эффективную систему управления сектором недвижимости. Контролируемая деятельность сектора недвижимости помогает бороться с бедностью и обеспечивает дальнейшее развитие местной экономики. Господин Меджрен процитировал также издание Aleqtisadiah, назвавшее сектор недвижимости Дубая одним из наиболее организованных и безопасных в мире, благодаря тому, что все сделки с недвижимостью проводятся под контролем Земельного департамента Дубая.
"Три страны Ближнего Востока сегодня стремятся адаптировать опыт Дубая в сфере управления сектором недвижимости. Данные страны приняли решение разработать систему сектора недвижимости, подобную той, что существует в Дубае", - заявил господин Меджрен на конференции, организованной в Вашингтоне банком World Bank.
Саудовская Аравия стала первой страной региона, обратившейся за помощью в реструктуризации собственного сектора недвижимости к Дубаю. Земельный департамент Дубая планирует провести подготовительные курсы для сотрудников сектора недвижимости Саудовской Аравии.
МИД Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) призвал соблюдать меры предосторожности во время поездок за рубеж, прежде всего в Британию, где за последнее время произошло несколько разбойных нападений на эмиратских граждан.
В частности, МИД призвал выбирать "достойное место проживания, где обеспечен приемлемый уровень безопасности, в обязательном порядке закрывать двери на замок, не оставлять детей без присмотра, не появляться на улице без сопровождения, особенно в позднее время суток". Кроме того, гражданам ОАЭ посоветовали не появляться в общественных местах в одежде дорогих марок и с дорогими аксессуарами, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Также рекомендуется не носить с собой крупные суммы наличных средств, а пользоваться банковскими картами.
Кроме того, в МИД предостерегают от общения с незнакомыми людьми, посещения неблагополучных районов. Чтобы постоянно быть на связи с дипломатическими представительствами ОАЭ за рубежом, граждан призывают скачать специальное приложение для смартфонов, по которым можно будет отследить все перемещения и которые позволят получить всю необходимую информацию о посольствах и консульствах в стране пребывания.
За последнее время сразу несколько граждан ОАЭ подверглись грабежам в Британии. В частности, в начале прошлого месяца трое британцев проникли в номер одной из гостиниц в центре Лондона, где находились три эмиратские туристки, избили и ограбили их. Все получили тяжелые травмы от ударов молотком. Одна из пострадавших до сих пор находится в больнице в тяжелом состоянии. Кроме того, другая эмиратская семья 21 апреля подверглась нападению грабителей в квартире в Лондоне. Грабители, угрожавшие пистолетами и холодным оружием, забрали все деньги, которые они обнаружили в доме, а также кредитные карты и ювелирные украшения.
Многие граждане богатых нефтью и газом стран Персидского залива учатся, работают или проводят летний отпуск в Великобритании, с которой эти страны также связывают тесные торгово-экономические отношения. Великобритания даже облегчила визовый режим для граждан Объединенных Арабских Эмиратов, Омана, Катара и Кувейта — теперь им не требуется предварительно получать визу для поездок на срок не более шести месяцев. Надим Зуауи.
Группа отелей Marriott International в ближайшие годы планирует открыть семь новых отелей бренда Residence Inn на Ближнем Востоке и в Африке.
Как сообщает Imexre.com со ссылкой на издание Arabian Business, компания открыла свой первый отель Residence Inn в 2012 году в Бахрейне. Новые отели данного бренда откроются к концу 2014 года в Джизе, Саудовской Аравии и Кувейте. В дополнение к этому, компания откроет еще семь отелей бренда в регионе, в том числе в Найроби и Алжире, к концу 2018 года. В скором времени компания Marriott International предоставит более подробную информацию относительно открытия новых отелей.
Вице-президент отельного бренда Residence Inn Дайан Майер (Diane Mayer) так прокомментировала данную новость: “Мы наблюдаем повышение потребительского спроса на уникальный продукт, представленный нами на отельном рынке региона. В течение 2014 и 2015 годов мы намерены продолжать экспансию рынка отельной недвижимости Ближнего Востока и Африки, в частности, в сегменте отелей для путешественников, бронирующих номера на средний и продолжительный срок».
Госпожа Майер также заявила, что компания добавит еще шесть комплексов апартаментов с обслуживанием Marriott Executive Apartments в Саудовской Аравии, Ираке, Габоне и Аддис-Абебе в свое портфолио в ближайшие годы.
В настоящее время компания Marriott International управляет шестью комплексами апартаментов с обслуживанием Marriott Executive Apartments в четырех странах региона.
Тайны Персидского Залива
Максим Егоров
Поздно ночью 17 апреля в арабской прессе появилось загадочное коммюнике по итогам встречи министров иностранных дел Совета арабских государств Персидского Залива. В нем сообщалось, что стороны «договорились о механизме выполнения Эр-Риядского соглашения». Ни слова о каком соглашении идет речь и что это за механизм, как он будет действовать. Указывалось только, что обсуждались вопросы, связанные с внешней политикой ССАГПЗ и региональной безопасностью, а также говорилось, что достигнутое соглашение основано на Уставе ССАГПЗ. Было бы странно, если бы было иначе!
Определенным намеком на содержание документа и обсуждаемую проблематику стала благодарность глав внешнеполитических ведомств стран Персидского залива Государству Кувейт за его посредничество.
Как известно, Кувейт взялся за посредничество между Саудовской Аравией, ОАЭ и Бахрейном с Катаром после того, как эти страны отозвали 5 марта своих послов из крошечной «газовой державы» в знак беспрецедентного публичного протеста против поддержки Дохой движения «Братьев-мусульман». Другим косвенным подтверждением версии о «катарском следе» стало и сообщение Катарского агентства новостей о том, что министр иностранных дел Катара Халед бен Мухаммед принял участие в вышеупомянутой встрече мининдел стран ССАГПЗ. Это был первый визит мининдел Катара в Саудовскую Аравию с тех пор, как заливная «тройка» отозвала своих послов из Дохи. Любопытно, что все это время катарский посол оставался в Эр-Рияде и отозван не был.
Позднее – 18 и 19 апреля наконец появились первые комментарии министра иностранных дел Кувейта С. Ас-Сабаха и генерального секретаря ССАГПЗ А. аль-Зайяни об итогах встречи. Но и в выступлении мининдел Кувейта тоже достаточно туманно говорится, что ССАГПЗ согласились выработать «коллективные рамки, в пределах которых страны – члены блока не будут нарушать интересы, безопасность и стабильность своих членов и покушаться на суверенитет любого из участников». Генсек ССАГПЗ добавил мало ценного к этим словам, заявив лишь о формировании некоего комитета «высокого уровня» (или комиссии) в рамках Совета, который «обсудит выполнение мер по реализации риядского документа, где достигнута договоренность». Якобы этот орган должен подготовить некий доклад, который будет представлен очередному заседанию Совета мининдел ССАГПЗ в мае этого года.
Все, кто наблюдает за развитием событий в зоне Персидского Залива, давно уже хорошо осведомлены о том, что накапливавшиеся длительное время противоречия между Дохой и Эр-Риядом достигли в последнее время своего апогея. Как известно, на раннем этапе «арабской весны» — в 2011 и частично в начале 2012 года — Саудовская Аравия и Катар выступали рука об руку в союзе с Турцией в поддержку сил, активно боровшихся за власть в странах, на которые распространились процессы дестабилизации и смены режимов. При этом Катар при полной поддержке турецкого премьера Т.Р.Эрдогана энергично поддерживал и продвигал во власть в первую очередь сторонников «Ассоциации братьев-мусульман» и ему это удавалось делать в таких государствах как Ливия, Тунис и Египет. Известно, что Катар – совместно с Турцией — участвовал в создании оппозиционного Сирийского национального совета, в котором на первом этапе решающие позиции занимали именно «братья-мусульмане».
Однако сотрудничество двух ваххабистских монархий очень скоро дало трещину. В Эр-Рияде, который привык себя ощущать на первых ролях в арабском, да и мусульманском мире, с возрастающим изумлением смотрели на то, как крошечный Катар все более активно и наступательно берет на себя лидерские функции в Лиге арабских государств, пытается навязывать себя в качестве вершителя судеб региона и страны, формирующей курс ССАГПЗ.
Катар при этом в полной мере задействовал свой огромный финансовый потенциал, который помог, в частности, избранию на пост президента АРЕ Мухаммеда Мурси, а также собственные информационные ресурсы, такие как телеканал «Аль-Джазира». На первом этапе «арабской весны» именно он формировал настроения в арабском мире, продвигая тезис свержения «засидевшихся» у власти правителей. На этом канале была предоставлена безо всяких ограничений трибуна представителям «братьев-мусульман», прежде всего известному египетскому радикальному проповеднику Юсефу аль-Кардауи.
Нарастало в Эр-Рияде и недовольство ролью «братьев-мусльман» в регионе, которые по мере развития дестабилизационных процессов в арабском мире начали претендовать на своего рода «демократическую альтернативу» большинству нынешних режимов Ближнего Востока. Дошло до того, что Эр-Рияд, озабоченный ростом влияния этого трансграничного движения, оказался в этом вопросе по одну сторону баррикад со своим злейшим врагом Б.Асадом и поддерживаемая саудами Сирийская свободная армия, как и армия сирийского режима, сделали все для того, чтобы роль «братьев-мусульман» в сирийских событиях была сведена к минимуму. Надо констатировать, что это им практически удалось сделать.
Решающий поворот в катарском сюжете казалось бы наступил в июне 2013 года, когда явно под влиянием критики, в том числе и из Эр-Рияда, от власти в Катаре ушел эмир Хамад и его место занял молодой принц Тамим. В Саудовской столице от него ждали изменения политического курса, отказа от претензий на лидирующие роли в ЛАГ и ССАГПЗ, пересмотра политических ориентиров (за исключением враждебности режиму Б.Асада).
Однако, если в межарабских делах Доха стала себя вести действительно на порядок скромнее, однако от своей линии на поддержку «Ассоциации братьев-мусульман» так и не отказалась. Более того, канал «Аль-Джазира» стал все чаще «задирать» Саудовскую Аравию, особенно после того, как летом 2013 года провалился любимый проект Дохи по созданию возглавляемого «братьями-мусульманами» режима в Египте. В возвращении к власти в этой стране военных катарцы обвинили не египетский народ, а Саудовскую Аравию, назвав произошедшее «военным переворотом».
Все это переполнило чашу терпения Эр-Рияда, который давно уже пришел к выводу о том, что «братья-мусульмане» являются террористической структурой, крайне опасной для всего региона и самой Саудовской Аравии. Этой организации саудами объявлена беспощадная война на всем пространстве Ближнего Востока. В феврале этого года она была объявлена террористической в самом КСА (как и в ОАЭ) и всего лишь за принадлежность к ней теперь грозит от 5 до 20 лет тюрьмы. Естественно, гнев саудовской монархии должен был дойти и до главного регионального спонсора АБМ – Дохи. На катарцев Эр-Риядом с марта этого года был оказано беспрецедентное давление, внешним проявлением которого стал упомянутый выше отзыв послов КСА, ОАЭ и Бахрейна из катарской столицы.
Теперь, как выясняется, все это время за кулисами шли напряженные переговоры, которые завершились неким не озвученным соглашением.
И вот только 19-20 апреля в саудовские СМИ стали проникать некие «утечки» о содержании договоренностей, достигнутых между Катаром и другими государствами ССАГПЗ.
Известный колумнист газеты «Аль-Хайят» Халед Дахиль утверждает, что состоявшиеся 17 апреля в Эр-Рияде переговоры были длительными и касались внешней политики и политики в сфере безопасности Катара, его влияния на соседние государства. Впечатление такое, пишет комментатор, что договоренности были достигнуты далеко не по всем спорным вопросам. Поэтому, мол, и опубликованный весьма туманный текст итогового заявления мининдел стран-членов ССАГПЗ выглядит весьма противоречивым. С одной стороны в нем говорится о том, что якобы был разработан механизм, который обеспечит работу в «коллективных рамках», а с другой — в соглашении указано, что «политика любого из государств ССАГПЗ (подразумевается Катар) не повлияет на интересы, безопасность и стабильность государств-членов и не затронет суверенитет ни одного из них». Непонятно, как можно примирить работу «в коллективных рамках» и одновременно в нетронутом виде сохранить суверенитет всех государств ССАГПЗ. Ведь ранее именно это – сочетание суверенной политики и делегирования полномочий руководящим органам Совета, и не удавалось сделать, а в последнее время Совет вообще затрещал по швам.
Халед Дахиль, оговариваясь, что его информация – это смесь точных данных и предположений (он ссылается на некие оманские источники), утверждает, что в повестке дня совещания стояли следующие вопросы, касающиеся разногласий Катара с другими странами ССАГПЗ (читай КСА и ОАЭ): содержание ведущейся Катаром пропагандистской кампании, укрывательство им «Братьев-мусульман», что наносит ущерб безопасности ряда стран Залива и в более широком плане – тема невмешательства во внутренние дела членов ССАГПЗ. Якобы, в соответствии с информацией из тех же источников, на совещании все проблемы не удалось решить, но некоторые «узелки» все же развязаны. По информации «Аль-Хайят» и «Араб ньюс» на встрече в Эр-Рияде на прошлой неделе удалось договориться по трем пунктам:
1. Изгнание Катаром 15 членов организации «Братьев-мусульман» из числа граждан стран ССАГПЗ, находящихся в Дохе, 5 из них – подданные ОАЭ, 2 – саудовцы, а остальные родом из Бахрейна и Йемена.
2. Согласие Дохи на то, чтобы канал «Аль-Джазира» прекратил нападки на Саудовскую Аравию, ОАЭ и Египет, также остановил пропагандистскую кампанию о том, что происходящее в Египте является военным переворотом.
3. Перекрытие египетским оппозиционерам, находящимся в Катаре, доступа к СМИ в этой стране.
Согласно другим данным, вроде бы удалось достичь соглашения о том, что вообще прекращается помощь Катара «Братьям-мусульманам» как движению в целом и обеспечивается его нейтралитет в отношении происходящих в Египте событий; будет положен конец подстрекательству Дохи против маршала Абдель-Фаттаха Ас-Сиси на предстоящих выборах в Египте. Кроме этого утверждается, что от Катара требуется закрыть некоторые находящиеся на его территории исследовательские центры, в том числе и отделение «Рэнд корпорейшн», распространяющие идеи и политические стратегии, не совпадающие с линией ССАГПЗ и со всеми требованиями по безопасности.
Обозреватели в зоне Персидского Залива задаются вопросом, действительно ли достигнуто соглашение о том, чтобы положить конец острым противоречиям между ключевыми государствами Персидского залива, или же речь идет о том, чтобы лишь несколько сгладить ситуацию, с тем, чтобы, как здесь пишут, «разногласия в ССАГПЗ не превратились в зияющую прореху, в которую просочатся враги стран ССАГПЗ и используют их для давления в сложный период».
Ближайшее время покажет действенность и эффективность принятых решений, а также то, насколько радикальными и далекоидущими они будут. Уже ясно, что Эр-Рияд непреклонен в своих намерениях довести дело до конца и не позволит «братьям-мусульманам» стать основной политической силой в регионе, на что они явно претендовали в последние годы. Ради достижения своих целей саудовское руководство, похоже, будет решительно добиваться, чтобы Катар перестал быть «операционной платформой» АБМ в Персидском Заливе.
Главный вопрос: согласны ли с этими устремлениями Саудовской Аравии США, которые содержат в Катаре свою крупнейшую военную базу и оказывают на политику Дохи самое прямое и, как некоторые считают, определяющее влияние? Если нет, то это свидетельствует о серьезнейших расхождениях Эр-Рияда и Вашингтона по существу политических процессов в регионе, а если да – то об очередном крупнейшем провале американцев, поставивших «не на ту лошадь»…
Китайские летчики примут участие в соревнованиях "Авиадартс-2014" в России, сообщил журналистам в среду главком ВВС РФ генерал-лейтенант Виктор Бондарев.
Впервые подобный конкурс был проведен летом 2013 года в городе Липецке с участием лучших летчиков из Вооруженных сил РФ. В этом году соревнования будут международными.
Летчики будут соревноваться в точности стрельбы неуправляемыми авиационными ракетами, а также в стрельбе из авиационных пушек по наземным целям. Им предстоит преодолевать систему ПВО, представленную новейшими ЗРПК "Панцирь-С1" и многоцелевыми ракетными комплексами "Корнет-ЭМ". Контроль с воздуха будут осуществлять беспилотники.
"Будем проводить соревнования с приглашением иностранных делегаций ВВС Казахстана, Белоруссии. Китай дал добро, ждем решения от французов — их тоже пригласили", — сказал Бондарев.
Помимо этого, в августе в России пройдет чемпионат по еще одному необычному армейскому виду спорта — "танковому биатлону". Участие в соревнованиях подтвердили 13 государств, причем команды Китая и Кувейта будут выступать на своих машинах, а остальные — на российских.
Танковый биатлон проводится по аналогу лыжной гонки в виде эстафеты и предусматривает три заезда с прохождением маршрута протяженностью 20 километров. При этом участники преодолевают несколько препятствий, таких как слалом (змейка), брод, курган (крутой подъем), колейный мост и эскарп.
В отличие от классического биатлона, экипажи боевых машин поражают мишени, имитирующие танки и низко летящие вертолеты, на дистанциях от 900 до 2,2 тысячи метров.
По данным Земельного департамента Дубая общая стоимость сделок с недвижимостью Дубая в первом квартале 2014 года выросла на 57% по сравнению с показателями первого квартала 2013 года и составила 35 млрд дирхамов (US$ 10 млрд).
Земельный департамент Дубая сообщил о том, что в первом квартале 2014 года инвестиции в рынок недвижимости эмирата выросли на 57% по сравнению с соответствующим периодом прошлого года и составила 35 млрд дирхамов (US$ 10 млрд).
Как сообщает Imexre.com со ссылкой на агентство Zawya, по данным Земельного департамента Дубая в первом квартале 2014 года существенно возросло количество инвесторов в недвижимость по сравнению с показателями первого квартала 2013 года. За отчетный период 13 279 человек инвестировали средства в сектор недвижимости Дубая, тогда как в первом квартале 2013 года данная цифра составила всего 7339 человек. Таким образом, общее количество инвесторов в недвижимость Дубая возросло на 81% по сравнению с первым кварталом 2013 года.
Далее в обзоре Земельного департамента Дубая отмечается, что 35 млрд дирхамов (US$ 10 млрд) было инвестировано в сектор недвижимости эмирата покупателями 133 национальностей. Среди инвесторов в сектор недвижимости Дубая граждане ОАЭ лидируют по стоимости сделок. Пальма первенства по количеству сделок с недвижимостью эмирата среди иностранных инвесторов принадлежит гражданам Индии.
В первом квартале 2014 года сделки с недвижимостью заключили 1228 граждан ОАЭ. Общая стоимость данных сделок составила 7 млрд дирхамов (US$ 2 млрд). Граждане стран Совета сотрудничества стран Ближнего Востока заключили сделки с недвижимостью Дубая общей стоимостью 3 млрд дирхамов (US$ 2.7 млрд), при этом общий объем сделок с недвижимостью Дубая у граждан Саудовской Аравии составил 1.8 млрд дирхамов (US$ 493 млн), у граждан Катара - 1.25 млрд дирхамов (US$ 342 млн), у граждан Омана – 344 млн дирхамов (US$ 94.2 млн), у граждан Кувейта – 312 млн дирхамов (US$ 85.5 млн), а у граждан Бахрейна – 160 млн дирхамов (US$ 44 млн).
Согласно данным таможенной администрации Ирана, в прошлом 1392 году по иранскому календарю (21.03.13 г. – 20.03.14 г.) Иран импортировал 78 тыс. 673 легковых автомобиля разных моделей, что на 74,45% больше по сравнению с предыдущим годом. В стоимостном выражении импорт названной продукции вырос на 174,46%, и его объем превысил 3 млрд. 17 млн. долларов. Доля легковых автомобилей во всем объеме импорта в Иран в стоимостном выражении составила 5,94%.
При этом средняя стоимость каждого импортного легкового автомобиля достигла 38 тыс. 348 долларов, что на 57,33% больше по сравнению с предыдущим годом.
В прошлом году Иран импортировал автомобили, в основном, из ОАЭ, Китая и Кувейта, и доли этих стран в общем объеме импорта названной продукции составили соответственно 76,82%, 16,21% и 3,15%.
Следует отметить, что рост импорта автомобилей в прошлом году произошел несмотря на то, что ограничения на ввоз автомобилей, в особенности с объемом двигателя более 2500 куб. см, все еще остаются в силе.
Лукавство и лицемерие внешней политики монархий Персидского залива ни для кого не являются секретом. Делая утром «на публику» миролюбивые заявления о необходимости нормализации отношений с Ираном, правящая элита монархий вечером в узком кругу и в закрытых аудиториях говорит об «иранской угрозе», о необходимости военно-политической мобилизации для отражения «экспансии Тегерана» и о совместных с США «наступательных шагах» в войне против собственного населения.
Свежий пример лицемерия – заявления эмира Кувейта Сабаха аль-Ахмед аль-Джабер ас-Сабаха, сделанные им по итогам встречи с заместителем министра иностранных дел Ирана Хосейном Амиром Абдоллахияном. Сабах ас-Сабах, один из наиболее убежденных сторонников тотального американского присутствия в Персидском заливе, один из основных спонсоров «египетского» и «сирийского» проектов своего «старшего брата», короля саудовской Аравии, заявил на встрече с Абдоллахияном о том, что «взаимодействие с Тегераном послужит интересам обоих государств», и с благодарностью принял переданное ему приглашение президента Ирана Хасана Роухани посетить Исламскую Республику.
Всего немногим более недели назад, в кулуарах саммита арабских государств, который эмир принимал в собственной столице, он говорил совсем другое. О том, что «экспансия шиитов, которой через тайные каналы руководит Тегеран, набирает силу…». О том, что «нам нужно забыть все наши внутренние разногласия для того, чтобы встретить угрозу распространения влияния Тегерана единым фронтом, едиными и скоординированными действиями». Титанические усилия, которые предпринимает команда иранского президента Хасана Роухани для нормализации отношений с монархиями Персидского залива, натыкаются на стену враждебности, в лучшем случае – ничего не значащих вежливых дипломатических фраз и цветистых заявлений, за которыми нет никаких практических шагов на встречу инициативам Тегерана. Заявления же ряда иранских и западных аналитиков о «наметившемся прогрессе» − это попытки выдать желаемое за действительное. Достаточно вспомнить принятую неделю назад жесткую антииранскую резолюцию ССАГПЗ по поводу территориальных споров монархий с Тегераном, чтобы иллюзии о «готовности монархий» к диалогу с Ираном полностью исчезли. Как, собственно, и иллюзии о возможности диалога с этими монархиями для Москвы. На последнем заседании ООН по вопросу Украины члены ССГАПЗ голосовали подчеркнуто единодушно и антироссийски.
Миролюбивая риторика Объединенных Арабских Эмиратов и того же Кувейта – дымовая завеса. Да, этим странам необычайно комфортно служить «прачечной» для «серых» внешнеторговых сделок с Ираном, совершаемым в обход санкционного режима. Комфортно и выгодно, поскольку от каждой сделки в казну монархов падает некий процент – «мелочь, а приятно». Но – не более того, поскольку в отношениях с Тегераном существует «второе дно», паническая боязнь утраты власти из-за активизации проживающих в монархиях шиитов. Иран может сколько угодно делать конкретные шаги навстречу монархиям, демонстрировать добрую волю, предлагать взаимовыгодное сотрудничество. Искренности и миролюбия в ответ он не получит, поскольку всегда будет «подозреваемым». И для защиты от мифической «иранской угрозы», боязнь которой сильно смахивает на паранойю, короли, султаны и эмиры Персидского залива предпочитают открытому диалогу с Тегераном стратегическое партнерство с США и гарантии безопасности от Вашингтона. Что Вашингтон, когда даже Израиль становится союзником Саудовской Аравии в борьбе против Ирана!
Бахрейнское «эффективное управление»
Естественно, что диалог монархий с Вашингтоном, приложившим массу усилий для разжигания исламофобии в западном мире, вызывает у мусульманского общества, мягко говоря, недоумение, перерастающее в открытое недовольство и прямые обвинения. Сохранить в этих условиях свою власть, жизнь и накопленные «непосильным трудом» нефтедоллары монархи могут лишь одним способом – лгать об иранской агрессии, лгать о том, что «шиитское Пробуждение» в Персидском заливе – это результат подрывных действий Тегерана, а не следствие собственного высокомерия, некомпетентности и неумения править в современных условиях, когда на каждого требующего реформ палачей не напасешься. Полыхающий уже три года Бахрейн – это яркий пример никчемности, политической слепоты и варварства «эффективных менеджеров благородных кровей». И одновременно – классический пример того, как собственную бездарность прикрывают мифом об «иранской угрозе».
К началу волнений в Бахрейне существовал самый настоящий конфессиональный апартеид в отношении шиитов, составлявших почти 80% населения:
из 572 государственных должностей шииты занимали 101 (18%);
из 47 министерских портфелей шиитам принадлежало 10 (21%);
из 68 заместителей министра шиитов было 7 (11%);
из 47 помощников министров шиитов 10 (21%).
Состав Королевского суда, национальной гвардии, службы национальной безопасности и службы информации CIO (разведка) формировались только и исключительно из суннитов, в армии и МВД шиитов было 3%. А в «гражданских» министерствах, где ограничения по конфессиональной принадлежности были менее жестки (Министерство общественных работ и жилищного строительства, Министерство здравоохранения) официально существовали ограничения при назначении шиитов на руководящие должности.
Даже это представительство шиитов воспринимается как угроза существующему строю и признак «стремления шиитов к захвату власти», как было сформулировано в докладе местного «эксперта» Низара Мухаммеда Саида аль-Ани «Scenarios to improve the general situation of the Sunni sect in Bahrain», своеобразного «протокола шиитских мудрецов», публикация которого наделала в Бахрейне столько шума, что власти вынуждены были отправить «эксперта-конспиролога и борца с шиитской угрозой» аль-Ани в Великобританию на непыльную культурно-дипломатическую работу, от греха подальше. Отправить-то они его отправили, но в принятых в это же время государственных программах «Bahrain's National Youth Strategy» и «Bahrain's National Employment Project» были предусмотрены мероприятия по ограничению экономических возможностей шиитской общины и по предоставлению финансовых льгот суннитам, вплоть до специальной подпрограммы материальной поддержки молодых суннитов, берущих в жены более одной женщины. Когда почти 80% населения страны являются гражданами «второго сорта», никакого внешнего влияния для волнений не нужно, достаточно местных «эффективных менеджеров» во власти, тупостью и высокомерием ставящих страну на грань гражданской войны.
Мифическая «рука Тегерана»: за три года – ни одного доказательства
Но признать свою несостоятельность правящая верхушка монархий Персидского залива ни за что не согласится, и с первых дней волнений в Бахрейне начал раздуваться миф о «руке Тегерана», стоявшего, якобы, за массовыми выступлениями. Ровно три года назад король Бахрейна Хамад аль-Халифа отправил в ООН специальный доклад, в котором обвинил Иран в «подстрекательстве к насилию в стране», и пообещал предоставить доказательства о «вопиющих фактах иранского участия в подготовке террористов». В соответствии с поговоркой про то, что «обещанного три года ждут», доказательств как не было, так и нет, а вместо них подбрасываются некие версии и подозрения, ничего, кроме скептицизма у специалистов не вызывающие.
Заявления аль-Халифа напрочь опровергались фактами. Такими, например, что самого начала событий бахрейнская оппозиция открыто заявила о том, что не намерена свергать короля, а целью и главным требованием манифестантов являлось отстранение от должности погрязшего в коррупции премьера Бахрейна Халифа бен Салмана Аль Халифа (дяди короля, занимающего этот пост уже сорок лет) и всего кабинета министров. Также оппозиция требовала предоставления больших прав шиитам, усиления борьбы с коррупцией и проведения внеочередных парламентских выборов, а не того политического фарса, который имел место в 2010 году, − когда в ходе выборов стало ясно, что большинство мест правящей суннитской коалиции в парламенте по итогам выборов «не светит», правительство объявило о «раскрытии» шиитского шпионского заговора в пользу Ирана и запретила предвыборную деятельность всех кандидатов-шиитов. Заявления СМИ Запада и монархий Персидского залива о «причастности Ирана к событиям в Бахрейне» на фоне этих требований звучали откровенно лживо, но кого это смущало, если появилась возможность еще раз плеснуть масла в костер иранофобии?
Миф о «руке Тегерана» был тут же подхвачен в Саудовской Аравии и Кувейте, тут же организовавшим ряд «показательных процессов» над гражданами собственных стран, которым были предъявлены обвинения в подрывной и шпионской деятельности в пользу Ирана. Но вновь загвоздка – в шпионаже-то они, пусть и с откровенными нелепостями и домыслами, сознавались, но вот доказать связь обвиняемых с террористической деятельностью так и не удалось. Как не удалось доказать и то, что «террористы» в Кувейте, Саудовской Аравии и Бахрейне проходили подготовку «в лагерях шиитской Хизбаллы, в центрах Корпуса стражей исламской революции в Иране и на тренировочных базах шиитских боевиков в иракской Кербеле».
Все, что до сих пор предъявлялось спецслужбами стран Персидского залива как «доказательства подрывной и террористической деятельности Ирана», носит откровенно надуманный характер, но никак не повлияло на то, что Вашингтон одобрил фактическую оккупацию Бахрейна силами безопасности Саудовской Аравии и контингента полицейских сил из других стран Залива. И не просто одобрил, но и приложил все усилия, чтобы правда о массовых репрессиях, пытках и бессудных казнях в сегодняшнем Бахрейне не стала достоянием гласности и темой публикаций западных СМИ.
Белый дом: для ублажения союзника о демократии можно забыть
В дни, когда саудиты входили в Бахрейн, немецкая Die Welt писала: «Саудовский король защищает свою власть в соседнем Бахрейне: Именно этого и стараются не допустить саудовцы, которые предпочли оккупировать Бахрейн, чтобы предотвратить реформы, требуемые шиитскими мятежниками. Ведь эти реформы неизбежно повлияли бы и на шиитское меньшинство в Саудовской Аравии. Более того, возник бы вопрос о законности и полномочиях саудовской династии. Саудовский король еще как-то смирился с революциями в Тунисе и Египте, но терпеть такое у себя по соседству он не собирается. У власти в Бахрейне должны по-прежнему оставаться суннитские автократы. Как и в самой Саудовской Аравии. Двойная мораль саудовцев слишком очевидна».
В ходе событий в Бахрейне саудовский король пообещал отрезать руки любому, кто замахнется на установившуюся форму правления и существующий порядок вещей в зоне Персидского залива. Не стабильность в стране, не закон и порядок защищает в Бахрейне полицейский контингент стран, входящих в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), а именно интересы саудовской династии и феодальный порядок вещей, при котором «один монарх – одна вера – и никакой демократии». И эта позиция пользуется полной поддержкой Вашингтона. Разговоры о демократии – это для наивных обывателей, в реальности же:
на территории Бахрейна находится база Пятого флота, на расширение которой из бюджета США в 2009-2013 году было выделено $980 миллионов;
с территории Бахрейна осуществляется авиационное и радиослежение за территорией Ирана;
через Ормузский пролив, ключом к которому является Бахрейн, проходит каждый пятый галлон потребляемой в мире нефти.
Утрата контроля над Бахрейном означает утрату контроля над Персидским заливом (кстати, уступая стремлению США обустроить свое пребывание в Бахрейне наиболее комфортно, власти Бахрейна, единственные из стран Персидского залива, разрешили открытую продажу алкоголя). А потому США кровно заинтересованы в стабильности правящего режима, что еще раз подтвердил Обама на встрече с саудовским королем Абдаллой. И не просто подтвердил. В недрах американских спецслужб появился и уже активно обсуждается в политических коридорах Вашингтона проект расширения сотрудничества американских спецслужб с аналогичными ведомствами монархий Персидского залива в деле противостояния «шиитской экспансии и расширению иранского влияния». Антииранское содержание диалога Обамы и Абдаллы было главным в недавнем визите, и теперь новые договоренности США и Саудитов реализуются на уровне практических шагов, некоторые из которых вошли в представленный спецслужбами документ. Речь в нем идет о необходимости:
увеличения интенсивности обмена разведывательной информацией;
о финансировании программ подготовки местных служб береговой и пограничной охраны;
о сотрудничестве в области кибербезопасности и, разумеется,
о финансировании программы совместных действий сил специальных операций США и Саудовской Аравии в борьбе с шиитскими повстанцами в Йемене;
но, главное, о создании единого органа, координирующего деятельность разведок монархий Персидского залива со спецслужбами США.
Причем, как утверждают эксперты, проект уже получил предварительное одобрение у членов ССАГПЗ, включая Эмираты, Кувейт, Катар и Саудитов, а значит – и их одобрение на финансирование нового этапа «шпионских игр». Какие уж тут вопросы демократии и прав человека, коли речь зашла о деньгах и расширении стратегического партнерства?
********
Миролюбивая риторика королей, эмиров и султанов Персидского залива в отношении Тегерана стоит недорого. Не дороже красивых слов их партнера, Барака Обамы, заявившего во время Национального молитвенного завтрака 6 февраля 2014: «право каждого человека свободно исповедовать свою религию» является ключевым «для сохранения достоинства человека», и что «продвижение свободы вероисповедания является основной целью внешней политики США». Но к Ирану и шиитам Персидского залива все это никакого отношения не имеет.
Игорь Николаев,
Специально для Iran.ru
Британская группа компаний Millennium and Copthorne Hotels сообщила о своем намерении уже в ближайшие полтора года открыть на Ближнем Востоке 17 новых отелей, увеличив общий номерной фонд отелей, находящихся в управлении, до 6 тыс единиц.
Базирующаяся в Великобритании группа компаний Millennium and Copthorne Hotels намерена расширить свое присутствие на рынке Ближнего Востока. В частности, речь идет об открытии новых отелей в ОАЭ и Саудовской Аравии.
Как сообщает Imexre,com со ссылкой на издание The National, отельная сеть Millennium and Copthorne Hotels, на сегодняшний день, располагает 110 отелями по всему миру, управляя такими брендами как 5* Millennium and Grand Millennium, 4* Copthorne и 3* Kingsgate. На территории ОАЭ компании поручено управление 10 отелями.
“К 2017 году мы планируем увеличить число отелей Ближнего Востока, находящихся в нашем ведении, до 50 единиц», - отмечает Наим Дарказалли (Naeem Darkazally), вице-президент по продажам и маркетингу департамента Африки и Ближнего Востока компании Millennium and Copthorne. В Кувейте, Иордании, Катаре и Омане компания в настоящий момент управляет 17 отелями, общий номерной фонд которых насчитывает 5 тыс единиц.
Компания рассчитывает на то, что уже в ближайшее полтора года ее портфолио пополнится 10 новыми отелями Ближнего Востока, что увеличит общий номерной фонд отелей, находящихся в ведении компании, до 6 тыс номеров. Компания рассчитывает пополнить собственное портфолио отелями ОАЭ, Кувейта, Омана и Саудовской Аравии. При этом только в ОАЭ планируется открыть 3 новых отеля сети Millennium and Copthorne.
В Абу-Даби появится 5* отель на 677 номеров Bab Al Qasr, открытие которого запланировано на второй квартал текущего года. Отели Copthorne Millennium Fujairah должны открыться в 2015 году. В каждом из них будет оборудовано более 200 номеров.
«Саудовский козырь» в американской игре на Украине
Исчерпав возможности прямого давления на Россию в связи с событиями в Крыму и на Украине, Вашингтон пустил в ход свой стратегический резерв – потенциал Саудовской Аравии и других монархий Персидского Залива. Белый дом обратился к руководству этих стран с призывом внести $15 миллиардов в пакет «срочной экономической помощи» Киеву.
Нет никакого сомнения в том, что обращение Вашингтона к главному своему партнеру в мусульманском мире, Эр-Рияду, не останется без ответа, поскольку стратегические цели США и Саудовского королевства в отношении России, Ирана и Сирии всегда совпадали. А разногласия и недопонимание между двумя государствами, сопровождавшие весь президентский срок Обамы, вполне укладываются в поговорку «милые бранятся – только тешатся». Вашингтон и Эр-Рияд стоят на пороге новых политических договоренностей, оформление которых произойдет в ходе предстоящего на этой неделе визита Барака Обамы в Саудовскую Аравию. В этих условиях, когда саудиты рассчитывают добиться от американского президента более агрессивной и жесткой политики в отношении двух важнейших для Эр-Рияда вопросов – противостояния распространению иранского влияния на Ближнем Востоке и свержения Башара Асада – Королевству вполне выгодно оказать «милому другу» Обаме услугу в деле финансовой поддержки государственного переворота на Украине. И уговорить на аналогичные действия Катар и Кувейт, заодно продемонстрировав Вашингтону свое лидерство в союзе монархий Персидского залива и возможность влиять на партнеров по этому союзу.
Подходы Эр-Рияда к киевским событиям ни в чем не отличаются от подходов к этому вопросу американских «ястребов». И если отношения Саудовской Аравии и Украины никогда не были особо тесными, то политику американских неоконсерваторов в отношении Киева Саудовская Аравия финансировала достаточно щедро. Фонд развития демократии (NED), который был одним из главных инструментов «мягкой силы» США на Украине, который вел там 65 проектов, связанных с «созданием гражданского общества» и «тренингом» будущих боевиков Евромайдана, исправно получал саудовские пожертвования, поскольку вел аналогичную деятельность в Сирии и координировал усилия американских консерваторов и израильского лобби в ужесточении политики Вашингтона в отношении Ирана.
Когда Виктория Нуланд, помощник государственного секретаря США по европейским и евразийским делам (и, кстати, жена одного из лидеров неоконсерваторов, тесно связанного с израильским лобби, Роберта Кагана) сказала о том, что «США инвестировали в европейские устремления Украины пять миллиардов долларов», то с огромной долей вероятности можно утверждать, что не менее пятой части этих средств были пожертвованиями Эр-Рияда и саудовского лобби в США.
Кое-что об украинских овцах и курицах
В 2006 году по инициативе Торгово-промышленной палаты Украины и Совета торгово-промышленных палат Саудовской Аравии возник Украинско-Саудовский деловой совет, а затем и межправительственная комиссия по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству между Королевством Саудовской Аравии и Украиной. Официальными целями этих органов были провозглашены «расширение торгово-экономических связей между двумя странами» и прочие протокольные вещи, хотя в реальности главным был вопрос о возможностях расширения украинского оружейного экспорта в те страны, в которые США и Саудовской Аравии поставлять оружие напрямую было затруднительно.
Каких-то серьезных и реальных результатов из этой затеи получить не удалось, поскольку украинский ВПК стремительно деградировал и не мог обеспечить необходимую номенклатуру поставок на Ближнем Востоке, хотя и активно продавал оружие в Азербайджан и Грузию. Так, например, начиная с 2004 года, Киев начал поставлять Азербайджану 300-миллиметровые системы залпового огня «Смерч», а в 2006-м было продано 48 танков Т-72АГ. В 2009 году Азербайджан приобрел у Украины 29 единиц БТР-70, столько же 122-миллиметровых самоходных гаубиц 2C1 «Гвоздика» и 6 единиц 152-миллиметровых самоходных гаубиц 2С3 «Акация», а также 1 учебно-боевой истребитель МиГ-29УБ и 11 вертолетов Ми-24. В 2010 году Украина продала Баку 71 единицу БТР-70 (без вооружения), 7 самоходных артиллерийских установок «Гвоздика» 2С1 калибра 122 мм, 1 вертолет Ми-24Р, 1 управляемый противоракетный комплекс, а также 3000 автоматов и пистолетов-автоматов.
Главной проблемой в деликатной сфере украинско-саудовских контактов по оружейной тематике было то, что для расширения «серых» поставок вооружений в третьи страны необходимо было провести модернизацию украинской «оборонки». Необходимая для этого сумма в размере от трех до пяти миллиардов долларов для Эр-Рияда проблем не составляла, но идея не получила одобрения в Вашингтоне. Во-первых, потому, что содействие реиндустриализации Украины в рамки долгосрочной стратегии США не вписывается. А во-вторых, из-за сопротивления Израиля, который активно входил на оружейные рынки и Азербайджана, и Грузии, и других стран, а потому совершенно не был заинтересован в возникновении конкуренции в лице столь ненадежного и непроверенного государства как Украина. Аргументируя свою негативную позицию в отношении поддержки Вашингтоном и Эр-Риядом идеи о «сером оружейном экспорте» из Украины, израильские специалисты отмечали, что «царящая на Украине коррупция создает условия, когда оружие может попасть в руки террористических группировок».
Идея закончилась ничем, но сама структура украинско-саудовского делового совета сохранилась. И на днях активно заработала. 25-26 марта состоится очередное заседание межправительственной Украинско-Саудовской комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству. Трудно сказать, получат ли украинские курицы и овцы, которые оказались в трудном положении, саудовское финансирование, но в том, что саудиты, откликнувшись на просьбу Вашингтона, помогут «молодой украинской демократии», сомнений никаких не остается. И помощь эта, что очевидно, будет носить не только сельскохозяйственный характер…
Нефть и ваххабиты
Финансы, которые Саудовская Аравия, Катар и Кувейт, откликаясь на призыв администрации Белого дома, готовы выделить для Киева, не единственный ресурс, который Вашингтон и Эр-Рияд готовы пустить в ход в противостоянии с Россией по «украинскому вопросу». Прозвучавшее предложение Джорджа Сороса о необходимости снижения цен на нефть, которое повлечет за собою обвал российского бюджета, вызвало массу комментариев, а планы продажи нефти из стратегического резерва США для увеличения предложения на рынке, как намекают на Западе, может стать «самой жесткой санкцией в отношении РФ». США уже поиграли мускулами в этом вопросе, когда на прошлой неделе, по решению Барака Обамы, выставили на торги 5 миллионов баррелей из своего стратегического резерва, общий объем которого на сегодняшний день составляет примерно 700 млн баррелей. Рынок этого вброса особо не заметил. Кроме того, российский бюджет сформирован с определенным запасом прочности – исходя из среднегодовой цены в $93 за баррель, а мировой прогноз цен на 2014 год составляет $101 за баррель.
Ситуация может измениться, если в игру на понижение включится Саудовская Аравия и другие наиболее прозападно ориентированные члены ОПЕК. Но в вопросах игры на понижение слишком много нюансов, которые делают ее достаточно нереалистичной. С того периода, когда игра на ценах давала свои политические результаты, как это было после арабо-израильской войны 1973 года, во время афганской кампании Советского Союза и в период кризиса вокруг Кувейта в 1990-1991 годах, мировая экономика стремительно изменилась. Кроме того, с введением ограничений в отношении Ирана для того, чтобы не поднялись цены на нефть, Саудовская Аравия по просьбе США и Запада довела объем производства нефти до 11 млн баррелей в день, добившись максимально возможного показателя. Практически нефтяная индустрия этой страны за последние 3-4 года работает на полную мощность, и уже в этом году в результате полного износа и выработки ресурса техники и оборудования добыча нефти может падать на 15-20% .
Гораздо более реальную опасность представляет другой сценарий – диверсификация источников энергоносителей, то есть замещение Западом российской нефти и газа энергоносителями из других источников. И здесь роль как Саудовской Аравии, так и Катара может быть весьма значительной, поскольку все проекты диверсификации весьма затратны в финансовом отношении и без «помощи извне» для Запада, в его нынешнем затруднительном экономическом положении, попросту «неподъемны». Но мало кто сомневается, что после присоединения Крыма к России и того поражения, которое Москва нанесла Западу в «украинском вопросе», реализация стратегии замещения российских энергоносителей получит новый толчок.
Но если нефть, газ и вопросы их транспортировки составляют стратегический уровень, требующий длительного времени и огромных финансовых затрат, то вопрос о поддержке Саудовской Аравией сепаратистов и террористов на российской территории и в том же Крыму – эффективно, «дешево и сердито». А главное – привычно. Будучи одним из спонсоров терроризма в Чечне и экстремизма на российском Северном Кавказе, саудиты позаботились и о возникновении ваххабитских ячеек в Крыму. Собственно, именно через Чечню ваххабизм начал свое активное проникновение на Крымский полуостров. Чеченские боевики зализывали раны, полученные в боях с российскими войсками, в Сакских и Евпаторийских санаториях с их грязевыми ваннами. Чеченское присутствие было практически легализовано тогдашними украинскими властями, для СБУ никакого секрета в этом не было. Те, кто еще вчера воевал против российских войск, сегодня спокойно ходили по Крыму. А вместе с боевиками проникали и ваххабитские проповедники, которые сразу же приступали к вербовке сторонников, созданию ячеек и установлению контроля над мечетями.
Сегодня на полуострове насчитывается по приблизительным оценкам около пяти тысяч приверженцев ваххабизма. Они не скрывают своей цели – создание в Крыму суверенного государства, живущего по законам шариата в его ваххабитском толковании. И свои убеждения дополняют конкретными действиями, создавая параллельные системы самоуправления и вводя полулегальный «налог» на «содержание этнических и исламских органов управления». Новые власти Крыма пытаются убедить крымских татар в том, что им нечего бояться изменения статуса полуострова. Они предложили им пост вице-премьера, три министерских портфеля, официальное признание их общественных организаций и даже согласны на возвращение исконных татарских названий некоторым населенным пунктам. Ни националистов, ни ваххабитов это не устраивает. Их представители заявляют: «Это соглашение не стоит даже бумаги, на которой оно написано. Завтра все может поменяться». Завтра − это очевидно в момент, когда сработает детонатор в виде местных ваххабитов, связанных с Саудовской Аравией?
*********
В «украинском вопросе» Эр-Рияд безоговорочно принял сторону Вашингтона и готов поддерживать американское вмешательство как финансово, так и политически, привлекая к реализации американской стратегии на Украине своих союзников из числа монархий Персидского залива и контролируемых саудитами экстремистов и радикалов. Единственно верным ответным решением России в этих условиях должен стать курс на расширение сотрудничества с Тегераном, руководство которого в период переворота на Украине продемонстрировало полное понимание сути происходящих событий, оценив их как подрывную операцию Запада и прямое вмешательство во внутренние дела суверенного государства. Более того, Иран был одной из немногих стран, который на официальном уровне дал сбалансированную оценку факту присоединения Крыма к России и выразил взвешенный оптимизм по этому вопросу. Переворот на Украине и события в Крыму стали тем индикатором, который позволил России узнать истинное лицо своих союзников и противников как внутри страны, так и за рубежом. Саудовская Аравия в очередной раз подтвердила свой статус американского стратегического партнера. Тегеран в очередной раз подтвердил свою репутацию надежного союзника России. Здесь, как говорится, выводы делаете сами…
Игорь Николаев,
Специально для Iran.ru
На волне оптимистичных прогнозов на будущее в ОАЭ растет число иностранцев, которые не собираются возвращаться домой.
88% опрошенных квалифицированных иностранных работников, трудоустроенных в Объединенных Арабских Эмиратах заявили, что не имеют планов покинуть страну в ближайшем будущем. Опрос был проведен рекрутинговой компанией Gulf Talent.
Уровень популярности ОАЭ как места работы вырос до докризисных значений. Уже много лет ОАЭ является самой привлекательной в регионе страной для иностранных специалистов и единственной, в которой растет число желающих остаться в стране подольше. В 2012 г. задержаться в ОАЭ планировали 83% опрошенных.
Второе место по лояльности иностранных специалистов занял Кувейт (60% опрошенных, на 4 процентных пункта меньше, чем в 2012 г.). Следом по популярности идут Бахрейн (49%) и Оман (47%). Продолжить жить и работать в Саудовской Аравии планируют 45% опрошенных, а в Катаре – 43%. Такое положение богатого и достаточно либерального Катара может объясняться самыми жесткими законами, строго ограничивающими право работника на смену работодателя.
Предлагаемые либеральными ОАЭ стиль жизни и отличная инфраструктура ставят страну на недосягаемое в регионе место по привлекательности, а стабильная экономика и оптимистичные перспективы ее развития повышают уровень лояльности среди проживающих в стране иностранцев.
В Дубае продолжается рост числа гостей, останавливающихся в отелях, и февраль 2014 г. не стал исключением – заполняемость гостиничных номеров стала лучшей за 7 лет.
Несмотря на постоянный рост числа гостиничных номеров и апартаментов (на 6,3% только в феврале 2014 г.), спрос на них растет опережающими темпами (на 7,1% в том же месяце), что позволяет гостиницам ежемесячно отчитываться о новых успехах.
По данным компании STR Global, мирового лидера в предоставлении информационно-аналитических услуг гостиничному сектору, заполняемость гостиничных номеров в Дубае в феврале 2014 г. составила 88,6%, а средняя стоимость номера (ADR) увеличилась на 10,7% и составила AED1102,78 (US$300,5). Средний доход на имеющийся номер (RevPAR) увеличился на 11,5% и составил AED977,12 (US$266,25).
В 2013 г. число гостей отелей увеличилось более чем на 1 миллион по сравнению с 2012 г. (9,96 млн.), и составило 11,01 миллионов человек.
По данным гостиниц, среди их постояльцев лидируют граждане следующих стран (в порядке убывания): Саудовская Аравия, Индия, Великобритания, США, Россия, Кувейт, Германия, Оман, Иран и Китай.
28% состоятельных людей из стран Персидского залива считают Объединенные Арабские Эмираты самой привлекательной для инвестиций страной мира.
В исследовании, заказанном инвестиционным банком Emirates Investment Bank, 28% опрошенных состоятельных инвесторов назвали ОАЭ в качестве приоритетного направления для инвестирования. На втором месте с 21% респондентов находятся Китай и страны Европы, на третьем месте – США и Индия (по 17%).
В опросе участвовали лица, располагающие свободными для инвестирования средствами в сумме от 2 миллионов долларов США из ОАЭ, Катара, Кувейта, Саудовской Аравии, Омана и Бахрейна.
Ответы опрошенных не удивили специалистов, поскольку рост экономики ОАЭ превышает показатели развитых стран - рост ВВП в 2013 г. составил 4,5%, в то время как в США – 2,4%, а в Европе – 0,3%.
«Когда говорят о Европе, то слышишь о проблемах, кризисе, безработице, а говоря об ОАЭ упоминают новые проекты и идеи», - считает Жан-Поль Пету, возглавляющий управление инвестиций в банке. Он уверен, что в ОАЭ создан благоприятный климат для инвестиций, упрощены процедуры и созданы многочисленные возможности для инвесторов.
87% опрошенные оптимистично смотрят на пятилетнюю перспективу для всего региона. 66% опрошенные вынуждены были пересмотреть свою инвестиционную политику из-за кризиса, 38% из них стали более осторожными при оценке рисков, а 21% сократил инвестиции в зарубежные активы.
Еще месяц назад казалось, что нынешний баланс сил в Персидском заливе достаточно статичен: с одной стороны находится Иран, пытающийся при новом президенте Хасане Роухани выйти из изоляции путем нормализации отношений с США, странами Запада и арабскими странами Персидского залива. С другой стороны – шесть арабских консервативных государств при лидирующей роли Саудовской Аравии, объединенных во внешне монолитную организацию Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), занимающуюся не только их экономической интеграцией, но и координацией внешней и оборонной политики, в том числе в отношении Ирана. Казалось также, что ничто не может поколебать единства стран этого Совета, в основном сплотившегося вокруг саудовского тезиса об иранской угрозе безопасности Персидского залива.
Причем последний тезис активно поддерживали и США, утверждавшие, что Тегеран представляет собой угрозу безопасности морским путям доставки нефти и газа из региона на мировой рынок, а также расшатывает стабильность арабских монархий Аравии через свою «пятую колонну» в виде шиитских общин. Однако неожиданно 5 марта происходит раскол внутри ССАГПЗ, когда КСА, ОАЭ и Бахрейн решают отозвать своих послов из Катара, а Оман и Кувейт пытаются сыграть роль посредника в урегулировании этой беспрецедентной ситуации. Доха обвинена во вмешательстве во внутренние дела своих союзников по Совету и в поддержке исламских экстремистов. А в Эр-Рияде вносят в список запрещенных организаций «Братьев-мусульман», «Хизбаллу», «Джабхат ан-Нусра» и «Исламское государство Ирака и Леванта», связанные с «Аль-Каидой» и Катаром. Одновременно премьер-министр Ирака обвинил Саудовскую Аравию и Катар в развязывании войны против его страны с использованием террористических и экстремистских организаций. И все это – прямо накануне приезда президента Барака Обамы в Эр-Рияд. Все заговорили о возникновении нового баланса сил в Персидском заливе, в котором Ирану будет отводиться большая роль. Так ли это?
В чем состоит мощный потенциал Ирана
Политический вес любого государства складывается из целого ряда составляющих: экономического потенциала и наличия природных ресурсов, военной мощи, внешнеполитической активности, внутренней стабильности, численности населения, величины территории, геополитического и географического положения, государственного устройства, идеологических установок, наличия внешних союзников, наличия зарубежных диаспор и т.д. Поэтому, если взять совокупность упомянутых факторов в преломлении к Ирану, то ИРИ имеет все возможности стать ключевой региональной державой Персидского залива, которой сейчас скорее является Саудовская Аравия. Отсюда – острое соперничество за влияние в этом районе между Эр-Риядом и Тегераном.
У Ирана в наличии практически все из вышеупомянутого – самые большие территория и население в зоне Персидского залива, достаточно развитый промышленный комплекс, наличие неплохого научного потенциала, богатые запасы газа (вторые в мире после России) и нефти, других природных ископаемых, важное местоположение в центре Среднего Востока между Западной и Южной Азией, Центральной Азией и Закавказьем и Индийским океаном, достаточно четко очерченная внешняя политика, серьезный уровень внутренней стабильности, наличие мощных внешних «друзей» в лице России и Китая, а также союзников в лице Сирии, Ирака и ливанской Хизбаллы, довольно крупные иранские диаспоры в соседних арабских странах (ОАЭ, Омане, Катаре), крупные шиитские общины в государствах ССАГПЗ ( Восточная провинция Саудовской Аравии, 68% населения Бахрейна, 27% населения Кувейта, 15% населения Катара). На Иран приходится половина, если не большая часть побережья Персидского залива, и он вполне может контролировать судоходство, а значит и морские пути транспортировки нефти и газа через узкий Ормузский пролив. Но реализовать этот потенциал мешает целый ряд факторов.
Сильные стороны ССАГПЗ и США
Одна из главных проблем Тегерана – относительно слабая оснащённость его вооруженных сил и при этом мощное военное присутствие США непосредственно в регионе. Постоянные страхи Саудии и ее союзников по ССАГПЗ , а также США, пусть и искусственно нагнетаемые или сильно преувеличенные, по поводу некой угрозой со стороны Тегерана служат оправданием для сохранения и даже наращивания в зоне Персидского залива вооруженных сил Совета и Вашингтона. Кроме того, США всячески укрепляют свое военное партнерство со странами ССАГПЗ, проводя совместные учения с их вооруженными силами и поставляя им вооружения в количестве, которое выходит далеко за рамки разумного в плане поддержания их обороноспособности.
Наиболее крупная военная группировка американских войск сосредоточена в Кувейте численностью свыше 15 тыс.чел. Она составляет основу сил быстрого реагирования (СБР) в Персидском заливе.
Мощная группировка ВС США расположена на Бахрейне. Там базируется штаб 5-го оперативного флота США, находится военно-морская база (под нее «выделена» почти треть территории королевства), и инфраструктура по обслуживанию до 30 боевых и вспомогательных кораблей, включая авианосцы. Численность американского персонала в Манаме доходит до 5 тыс. чел.
Основная база ВВС США на Ближнем Востоке «Эль-Удейд» расположена в Катаре в 28 км от Дохи. На ней расположен штаб ВВС СЕНТКОМа. Численность персонала этой базы – 4 тыс. чел. Она может одновременно вмещать до 100 боевых самолетов. Кроме того, в Катаре находится крупная передовая база (на окраине Дохи) для складирования и хранения вооружений и техники с комплексом тяжелого вооружения (танки, бронетранспортеры и артиллерия) для сухопутных войск с целью его использования в возможной войне в регионе, чтобы не везти технику из США.
На постоянной основе ВВС США используют авиабазу «Эль-Дафра» в ОАЭ. Имеется соглашение с Оманом по использованию аэродромов «Масира», «Маскат» и «Марказ-Тамариз», а также пункта военно-морского базирования «Маскат». Остров Диего-Гарсиа (британское владение в Индийском океане), находящийся в центре Индийского океана, может быть использован для базирования «самолетов-невидимок» B-1 и В-52.
В Саудовской Аравии расположена база «Принц Султан», на которой размещен Центр Управления аэрокосмическими операциями США на Ближнем Востоке. Кроме того, ВВС США могут использовать саудовскую авиабазу в Дахране (Восточная провинция) и 2 аэродрома на севере и северо-западе страны вблизи границы с Ираком и Иорданией.
На постоянно основе в Персидском заливе постоянно находятся до 30 боевых кораблей ВМС США, включая 2 авианосные ударные группы, носители крылатых ракет «Томагавк», более 100 самолетов боевой и вспомогательной авиации, и порядка 25 тыс. военнослужащих сухопутных войск, корпуса морской пехоты и подразделений спецназа, включая «морских котиков», не считая военных вспомогательных и технических служб. В Кувейте, Катаре, на Бахрейне и в ОАЭ еще в 2010 году было также размещено несколько батарей ЗРК «Пэтриот» якобы для отражения возможных авиаударов «возмездия» Ирана в случае попытки Израиля разбомбить ядерные объекты на территории ИРИ.
Даже если отбросить в сторону малочисленные, но оснащенные самым современным оружием армии небольших стран ССАГПЗ, то даже одна Саудовская Аравия располагает вторым по величине авиапарком на Ближнем Востоке, после Израиля (более 140 боевых самолетов). В ближайшие несколько лет арабские страны Персидского залива закупят вооружений на сумму свыше $120 млрд. Пентагон уже обнародовал свои планы по поставкам в Эр-Рияд 84 истребителей F-15 с различными боеприпасами, ракетами и материально-техническим обеспечением, а также модернизацию 70 состоящих на вооружении ВВС КСА самолетов F-15. Сумма только этих сделок составляет $60 млрд. Рассматриваются и другие контракты США с Саудовской Аравией, в частности, речь идет об ударных вертолетах AH-64D Apache Longbow Block III, некоторых версиях многоцелевых транспортных и учебных вертолетов, а также ракетах класса «воздух-земля» и «воздух-воздух». Кроме того, Саудовская Аравия в начале апреля 2011 года запросила у США информацию о стоимости ремонта и модернизации закупленных ранее в США кораблей. Потенциальная сумма сделки оценивается в $20 млрд. И еще с помощью США страны ССАГПЗ планируют создать систему региональной ПРО, оснащенной самыми современными радарами и ЗРК «Пэтриот» последних модификаций.
Слабые стороны Ирана
А с иранской стороны всей этой махине противостоит весьма многочисленная (ок. 350 тыс. военнослужащих) армия ИРИ, а также силы Корпуса стражей исламской революции (КСИР) численностью до 150 тыс.чел. Это своего рода гвардия, оснащенная самым лучшим образом, с самыми современными системами вооружения. Реально же непосредственно в районе иранского побережья Персидского залива находятся лишь ВМС, небольшие подразделения армии, части КСИР, не самые современные системы ПВО и несколько баз ВВС с боевыми самолетами.
Так, в иранских военно-морских силах проходят службу около 18 тысяч человек, в том числе 2600 солдат в двух бригадах морской пехоты и 2000 − в морской авиации. Военно-морские базы Ирана расположены лишь в четырех городах: Бендер-Аббас, Бушер, Чабахар и Бендер-Хомейни на побережье Персидского залива. В составе флота находятся 3 субмарины, 5 корветов, 10 ракетных катеров, 10 малых десантных кораблей и 52 патрульных катера. В морской авиации − 5 самолётов, 19 вертолётов. Основными поставщиками морской техники в Иран являются Россия и Китай. Основу подводного флота Ирана составляют 3 советских дизельных подводных лодки проекта 877 «Палтус» в модификации 877ЭКМ (экспортный коммерческий модернизированный). Экипаж каждой из этих лодок − 52 человека, автономность плавания − 45 суток. Лодка вооружена 18-ю торпедами, 24-ю минами, а также шестью ракетами «земля-воздух» Стрела-3М. Подводные лодки «Палтус» являются самыми малошумными из когда-либо строившихся в СССР субмарин. Также в составе военно-морских сил Ирана находится около 20 сверхмалых подводных лодок классов «Гадир» (Al-Ghadir) и «Сабехат» (Al-Sabehat 15), обладающих малой заметностью, но при этом ограниченной автономностью и способных действовать только в прибрежных водах.
Военно-воздушные силы Ирана формально одни из самых мощных в регионе. В эксплуатации находятся около 300 боевых самолётов. Вместе с тем, весьма значительная часть этой техники достаточно устарела или не может быть эффективно использована в боевых действиях. Более половины всего технического оснащения иранских ВВС − американского и французского происхождения, и её полноценное техобслуживание практически невозможно из-за санкций, введённых этими странами в отношении Ирана в 1980-х годах. Остальная техника − преимущественно российская и китайская. В составе ВВС Ирана − 9 истребительно-штурмовых эскадрилий (до 186 самолётов), 7 истребительных (70-74 самолёта), одна разведывательная (до 8 самолётов), а также транспортная и вспомогательная авиация. Основу ударной мощи иранских ВВС составляют истребители МиГ-29 (25 самолётов), F-4 (65), F-5 (более 60 самолётов), F-14 (из 60 имеющихся к полётам пригодны 25), а также фронтовые бомбардировщики Су-24 (30 самолётов). Понятно, что все эти вооруженные силы ИРИ могут оборонять Иран от внешней агрессии, но никак не способны успешно использоваться для вторжения в сопредельные страны. Но ведь это и не входит в планы Тегерана. Тем не менее, ИРИ остро нуждается в срочной закупке самого современного оружия, прежде всего боевых самолетов, средств ПВО и военно-морских кораблей, чтобы сохранить свою нынешнюю обороноспособность перед лицом растущей военной мощи ССАГПЗ.
Все планы создания мощностей по производству сжиженного природного газа (СПГ) и прокладки газопровода с крупнейшего месторождения Южный Парс на шельфе Персидского залива в Европу через Ирак и Сирию так и остаются планами. Мощности СПГ требуют не только многомиллиардных вложений, но и получения доступа к новейшим технологиям, которыми располагают только Запад и соседний Катар, а также строительства специального танкерного флота для вывоза сжиженного газа. Проложить же газопровод в Европу через средиземноморское побережье САР или Турцию в Европу в настоящее время, когда и в Ираке, и в Сирии идут вооруженные конфликты между законными властями и радикальными исламистами, поддерживаемыми Саудовской Аравией и Катаром, сейчас невозможно. Кроме того, это означало бы вхождение в конкуренцию с российским «Газпромом», а Россия на данном этапе нужна Тегерану в противостоянии с Западом и ССАГПЗ. Поэтому ИРИ остается единственный вариант – увеличить экспорт газа с Южного Парса в Пакистан и Индию, что также требует расширения транспортных мощностей.
Иран, как ни старается, но экспорт нефти не выходит за пределы 1,5 млн. б/д, что в 6 раз меньше, чем у КСА и почти в 2 раза меньше иракского показателя. И для его увеличения нужно не только увеличить дебит старых месторождений, но и начать разработку новых. А в условиях санкций это проблематично. Да и опять же – нужны новые технологии и участие иностранных партнеров.
Что делать?
Чтобы Тегеран реально стал ключевым игроком региона, ИРИ нужно добиться снятия санкций и создать условия для привлечения иностранных технологий и инвестиций. Но в обмен на последнее Запад непременно потребует полного сворачивания иранской ядерной программы и изменений внутри страны по шаблонам американской «демократизации». Американцы начали с малого – с замораживания части направлений ИЯП. Но скоро непременно Президент Роухани с султаном Кабусомпотребуют больше. А попытки президента Роухани нормализовать отношения с рядом стран ССАГПЗ, в частности с Катаром, который мог бы стать партнером по развитию газового сектора ИРИ, окончились тем, что Саудовская Аравия просто изолировала эмират, пусть даже ценой конфликта внутри ССАГПЗ. Стало ясно, что без «отмашки» Эр-Рияда никаких подвижек в отношениях с арабскими странами Персидского залива иранцам не добиться. И тут даже Вашингтон не поможет, учитывая, что КСА уже вышла из-под полного контроля Вашингтона и сама способна влиять на формирование внешней политики США через свое мощное лобби в Конгрессе и Белом Доме. Ждать же, когда одряхлевшая королевская династия Аль-Саудов сменится на более молодое и прагматичное поколение – это серьезная ошибка. Еще не известно, какой линии в отношении Тегерана будет придерживаться следующее поколение саудовских правителей.
Есть еще один путь – создать военно-политический альянс совместно с Ираком, Сирией и той частью Ливана, которая контролируется Хизбаллой. Учитывая, что Саудия и Катар сделали аналогичное в Ливии, Египте, свергнув там законные режимы и заменив их на исламистов, а также подняли мятеж в Сирии, причем при поддержке США и ряда ведущих стран ЕС, то почему Иран не может поступить на основе «прецедента», тем более что аравийские правители давно сами кричат об иранской экспансии? И это вполне вписалось бы в рамки концепции навязывания силой «нового мирового порядка», реализованной Вашингтоном в Югославии, Сербии (отделение Косово), Ираке (полная оккупация страны со свержением режима), в ходе арабской «весны» и реализуемой сейчас на Украине. Но есть опасения, что США срочно придут на спасение аравийских монархий. Хотя трудно представить, как Вашингтон может быстро прийти им на подмогу, если сейчас он занят Украиной. Хотя, конечно, Персидский залив гораздо важнее для США, чем находящаяся на грани экономического дефолта Украина, учитывая, что в регионе находится 2/3 мировых запасов нефти и более половины природного газа.
*************
Сейчас самое разумное для Ирана − пойти на более быстрое сближение с РФ и КНР, которые могут поставить ИРИ самые современные системы ПВО и боевые самолеты. Учитывая нынешнее состояние отношений Москвы с США и Западом, их угрозами санкций против России в связи с присоединением Крыма, поставка самых современных типов вооружений из РФ Ирану вполне реальна. Также необходимо сблизиться с Индией и другими мощными государствами третьего мира, не принимающими диктат Америки. И сформировать военно-политический союз с Ираком и Сирией. Тогда у Ирана появится реальный шанс занять достойное место не только в Персидском заливе, адекватное его реальной роли и потенциалу, но и в общей системе мировых отношений. А заодно и выйти из режима санкций, не дожидаясь милости Запада.
Владимир Ефимов,
Специально для Iran.ru
Катар и КСА: скандал набирает обороты
Максим Егоров
Разразившийся 5 марта скандал с отзывом послов Саудовской Аравии, ОАЭ и Бахрейна из Катара продолжает набирать обороты. В СМИ Саудовской Аравии, которая и является зачинщиком этой акции, опубликован целый ворох обвинений в адрес Дохи.
Главное из них известно – отказ Катара соблюдать положения подписанного 23 ноября 2013 года соглашения стран ССАГПЗ о невмешательстве государств-членов Совета в дела друг друга.
Примечательно, что катарцы, несмотря на массированное медиадавление на них, отказываются признать, будто антиэмиратские и антисаудовские высказывания на катарском канале «Аль-Джазира», в том числе и известного исламского проповедника Ю.аль-Кардауи, являются причиной конфликта. В Дохе отвечают, что это просто предлог, а истинная причина кроется в расхождениях внутри ССАГПЗ в отношении проблем, «находящихся за пределами региона».
Саудовский официоз «Араб Ньюс» в своей передовице 9 марта, признавая, что у Катара действительно есть разногласия с другими странами Залива по проблемам Египта и Сирии, настаивает, тем не менее, что на первом месте стоят именно проповеди Ю.аль-Кардауи. Газета напоминает, что в 2002 году Эр-Рияд уже отзывал своего посла из Дохи как раз из-за «выступлений антисаудовских диссидентов на Аль-Джазире».
Дохе прозрачно намекают, что под ее «отказом выполнять соглашения от 23 ноября» в Эр-Рияде однозначно понимают продолжение антисаудовской пропаганды и нежелание катарских властей высылать из страны Ю.аль-Кардауи.
Эти слова подтверждает и «стратегический аналитик» центральной риядской газеты «Окяз» Абдель Мохсен Султан, согласно которому Доха «стала прибежищем для террористических организаций», а ее политике «не хватает мудрости и дальновидности». Ему вторит Фахд Ибрагим Ад-Дугейз из «Аль-Хайят», утверждающий, что Катар «постоянно провоцировал» Эр-Рияд, а «Аль-Джазира» непрестанно, начиная с 11 сентября 2001 года, обвиняла подданных КСА в причастности к террористической деятельности (как если бы это было не так!).
Правда, известный в арабском мире комментатор Халед Дахиль в той же газете Аль-Хайят» за 9 марта расширяет список саудовских обвинений. Особый упор Х.Дахиль делает на то, что Катар, дескать, использовал «зонтик» ССАГПЗ, чтобы проводить политику, «которая подвергала опасности интересы стран-членов». Подчеркивается, что новый принц Тамим, пришедший к власти в Катаре в конце июня 2013 года «не оправдал надежд» и политика страны осталась прежней, то есть ставящей под угрозу безопасность и стабильность стран ССАГПЗ.
Во-первых, как пишет А.Дахиль, до «арабской весны» «страна была ближе к Ирану, Сирии и Хизбалле», чем к КСА и другим членам ССАГПЗ, а после — стала ближе к Турции. Оппоненты, мол, «использовали» метания Дохи в игре против КСА и ее союзников. Катару припоминают его роль в Дохийском соглашении 2008 года по Ливану, в соответствии с которым сирийский режим добился выделения Хизбалле трети мест в правительстве, что было использовано впоследствии Дамаском, чтобы вынудить к отставке правительство С.Харири – верного союзника Эр-Рияда.
Во-вторых, на Катар вешают и совсем уже не его дело – отказ Омана войти в состав предложенного Эр-Риядом в декабре 2011 года военно-политического союза стран ССАГПЗ. Мол, своим «непослушанием» он подал плохой пример Маскату.
Пока разговор с Катаром Эр-Рияд ведет на языке шантажа и слегка завуалированных угроз. Чтобы в Дохе это лучше поняли, 8 марта в Эр-Рияде было опубликовано коммюнике МВД КСА, в котором в число террористических организаций включена и «Ассоциация Братьев-мусульман» (АБМ), от имени которой и вещает Ю.Аль-Кардауи.
Так чем же братья-мусульмане конкретно так насолили ваххабитскому клану саудов? И почему Доха, где у власти находятся такие же ваххабиты, упорствует в поддержке Ю.Кардауи, который является духовным гуру АБМ?
Знающие люди в Эр-Рияде считают, что правящую саудовскую семью уже давно раздражает претензия «выскочек» из Катара играть в межарабских делах большую роль, чем они того заслуживают, и переход власти к нынешнему принцу Тамиму мало что изменил… Катар продолжал с середины 2013 года и по настоящее время свою аррогантную политику «взбесившегося карлика». Но это – лишь один из факторов.
Главный же состоит в том, что принц Тамим, как и его отец, являясь внешне ваххабитом, якобы, как считают в саудовской столице, на деле входит в руководство построенной на масонских принципах организации «Братья-мусульмане». Эта организация и духовно окормляющий ее Юсеф аль-Кардуи, не только препятствует осуществлению лидерских устремлений Эр-Рияда в регионе, но, что самое главное – стала представлять, по оценкам самих саудов, непосредственную угрозу безопасности королевства.
И дело здесь не только в ее террористической деятельности, которую на первом этапе совместной с АБМ борьбы саудов с режимом Башара Асада в 2011-2012гг. в Эр-Рияде не замечали, а в том, что саудовское общество и, что еще страшнее, административный аппарат, оказались, к вящему ужасу правящей семьи, сверху донизу пронизаны сторонниками этого религиозно-политического движения, проповедующего смесь ортодоксального ислама и электоральной демократии. Это произошло из-за близорукости самой правящей в КСА семьи, которая приютила последователей АБМ еще в пятидесятые годы прошлого века, когда они бежали от преследований Гамаля Абдель Насера. Особенно заметно сейчас стало их влияние в Хиджазе, где всегда были сильны антисаудовские и сепаратистские настроения. В саудовской столице всерьез заподозревали, что одна из «голов» этой многоголовой гидры находится в Катаре и теперь вознамерились извести зло под корень.
Спектр дальнейших действий в адрес Дохи, если она «не одумается», пишут в Эр-Рияде, широк. Высылка же Ю.Аль-Кардауи – лишь первое из требований. А дальше возможно многое — от замораживания членства Дохи в ССАГПЗ и сворачивания совместных проектов до (это звучит более приглушенно) – смены власти в Катаре.
Но это произойдет только в том случае, намекают здесь, если Катар не сменит свою политику. Некий неназванный «дипломат» из генсекретариата ЛАГ в Каире, сообщил газете «Указ», что на предстоящем саммите ЛАГ в Кувейте 25 марта будут предприняты усилия, чтобы преодолеть возникшие разногласия.
Однако думается, что если действительно в Эр-Рияде усмотрели в действиях руководства Катара угрозу безопасности правящей семьи, а похоже, что все именно так и обстоит, то полумерами тут дело не закончится. Рано или поздно, саудовцы пойдут на организацию еще одного переворота в
Катаре. Скорее рано, учитывая приближающийся уход с политической сцены короля Абдаллы и обострившуюся борьбу за власть в королевстве, пускать в которую катарцев, а уж тем более братьев-мусульман, здесь совсем не собираются…
Emaar открывает продажу недвижимости в проекте Mulberry at Park Heights
В скором времени откроется продажа недвижимости в проекте Mulberry at Park Heights, первом жилом комплексе проекта Dubai Hills Estate, строительство которого ведется совместными усилиями компаний Meraas Holding и Emaar Properties в районе Mohammed bin Rashid City (MBR City).
Как сообщает IMEXre.com со ссылкой на издание Emirates Business 24|7, на продажу будет выставлено около 330 элитных квартир, предназначенных для проживания семей с детьми. В проекте Mulberry at Park Heights предполагается оборудование открытого бассейна, трасс для джоггинга, велосипедных дорожек и теннисных кортов. Неподалеку от жилых зданий проекта будет располагаться поле для гольфа на 18 лунок.
Кроме того, в проекте будет построен торговый центр, отели, школы, здравоохранительные центры, тренажерные залы и детские игровые площадки.
Ахмад Аль Матруши (Ahmad Al Matrooshi), управляющий директор компании Emaar Properties PJSC, комментируя данное событие, отмечает: “Dubai Hills Estate представляет собой амбициозный проект, строительство которого ведется в районе MBR City в Дубае в преддверии проведения всемирной выставки World Expo 2020. Мы предлагаем инвесторам уникальную возможность приобрести жилье в динамично развивающемся районе, которому суждено стать одним из крупнейших деловых центров эмирата”.
Открытие продажи недвижимости проекта Mulberry at Park Heights состоится одновременно в Дубае, Абу-Даби и Лондоне, а также на выставках-продажах в Рияде и Кувейте. Регистрация потенциальных покупателей начнется 26 февраля 2014 года.
ОАЭ не собираются вводить налогообложение физических лиц
Шейх Хамдан бен Рашид Аль Мактум, заместитель правителя Дубая и министр финансов Объединенных Арабских Эмиратов заявил, что государство не рассматривает вопрос введения налогообложения физических лиц, но изучает вопрос введения пошлин и сборов за новые услуги, предоставляемые министерствами и ведомствами страны.
Также министерство планирует ввести налоги на товары и продукцию, причиняющие вред здоровью. Страны-члены Совета сотрудничества Арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) рассматривают возможность введения налога на табак и табачные изделия. О грядущем подорожании табачных изделий говорится уже несколько лет.
Министр финансов сообщил, что его ведомство изучает возможные экономические последствия введения налогообложения юридических лиц, в том числе исследуя опыт других членов ССАГПЗ, где такие налоги существуют (Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия). Результаты этой работы передаются Кабинету министров.
Источник: Gulf News
![Главное](/images/star.png)
Энергетическая хартия: путем перемен
Пересмотр подходов к международному сотрудничеству в энергетическом секторе
Резюме: Мы создали инструментарий и условия, необходимые, чтобы начать подлинную модернизацию международной энергетической структуры, рожденной в эпоху надежд на перемены после холодной войны.
Ничто так не вдохновляет на коллективные действия, как кризис. Международные организации, какими мы их сегодня знаем, редко возникают случайно. Катализатором обычно служат объективные перемены – политические, экономические и экологические. Политические условия особенно подвержены влиянию кризисов, которые, как правило, открывают возможность переформатирования поля контактов между странами, а также между государствами и корпорациями. В первую очередь это относится к энергетической отрасли. И Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК), и Международное энергетическое агентство (МЭА) созданы для координации действий на фоне кризиса, когда группы государств осознали необходимость изменить подходы к регулированию и управлению.
ОПЕК возникла вскоре после того, как British Petroleum (ВР) приняла в 1959 г. судьбоносное решение снизить цену на нефть на 10% и нефтедобывающие страны Ближнего Востока ощутили серьезную нехватку доходов. Арабские монархи, многие из которых двигались к независимости от Британской империи, уже задумывались об обретении большего суверенитета над нефтяной отраслью. Действия ВР привели их в негодование – прежде всего потому, что компания не проконсультировалась с ними, принимая решение снизить цены. После того как в 1960 г. цена вновь опустилась – теперь уже по инициативеStandard Oil of New Jersey, – монархии Персидского залива Кувейт и Саудовская Аравия совместно с другими производителями – Ираном, Ираком и Венесуэлой – создали ОПЕК. Это стало первым шагом в институциональной деятельности арабских и прочих развивающихся государств, стремившихся стать хозяевами собственной нефтяной экономики. ОПЕК подтвердила роль ведущей организации, способной влиять на ценовую конъюнктуру.
Спустя 13 лет, когда большая часть промышленно развитого мира попала в зависимость от ближневосточных поставок, монархии Персидского залива ощущали себя на мировом рынке намного увереннее, чем в конце 1950-х годов. Недовольная решительной поддержкой, которую Соединенные Штаты и Нидерланды оказали Израилю во время войны 1973 г., ОПЕК инициировала нефтяное эмбарго, направив острие против этих стран. Политически мотивированное снижение нефтедобычи, призванное заставить Запад отказаться от произраильской позиции, привело к четырехкратному (с 3 до 11,65 доллара за баррель) повышению цен с октября по декабрь 1973 года. Начались перебои с бензином, автомобилисты часами ждали у заправок. Западные страны-потребители преодолели потрясения, а впоследствии создали МЭА, призванное смягчать последствия срыва поставок и координировать стратегические запасы на случай повторения кризисов.
УНИКАЛЬНЫЙ МОМЕНТ И УНИКАЛЬНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ
Энергетическая хартия уходит корнями в европейскую политическую инициативу, выдвинутую сразу после холодной войны. Начало 1990-х гг. было уникальным периодом. Новое десятилетие принесло континенту, политически разделенному на протяжении сорока лет, беспрецедентные возможности для преодоления разногласий и разработки смелых совместных проектов. С точки зрения творцов политики ЕС первоочередной задачей было налаживание экономического взаимодействия с бывшими противниками – в частности, в энергетическом секторе.
Так появилась Энергетическая хартия. Инициатива исходила от тогдашнего премьер-министра Нидерландов Рууда Любберса, в июне 1990 г. он предложил стратегический план так называемого Европейского энергетического сообщества. Переговоры с участием целого ряда стран были призваны создать институциональную структуру для развития торговли энергоносителями в масштабах всей Европы, включая активные инвестиционные потоки между Востоком и Западом. Географически "Большая Европа" включала, по мысли Любберса, суверенные государства, образовавшиеся вскоре на месте Советского Союза, многие из них располагали богатыми месторождениями. Однако им не хватало правовых режимов, привлекательных для прямых зарубежных инвестиций (ПЗИ), столь необходимых для освоения ресурсов. Нужно было учитывать колоссальные различия в культуре государственного управления между западноевропейскими и постсоветскими экономиками. В ЕС считали, что широкомасштабная эффективная торговля энергоресурсами между Востоком и Западом способна развиваться только при наличии общей законодательной базы и правил функционирования рынка.
Декларация Европейской Энергетической хартии, подписанная в Гааге в декабре 1991 г., стала первым конкретным шагом по институционализации торговли энергоносителями, как это предусматривал план Любберса. К документу присоединились все страны Европейского сообщества, а также Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), позже вошедшие в ЕС, другие европейские государства, республики бывшего Советского Союза, развитые индустриальные державы, такие как США, Канада, Австралия и Япония. Подписав Хартию, все выразили политическую приверженность принципам широкого сотрудничества в энергетическом секторе и правовым гарантиям в таких областях, как инвестиции, торговля и транзит.
Государства согласились с тем, что нужно создавать открытые и эффективные энергетические рынки, условия, стимулирующие приток ПЗИ на недискриминационной основе. Немалое число стержневых принципов Хартии заимствованы у организаций мирового управления, сложившихся после окончания Второй мировой войны, таких как Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ). Эти принципы энергично продвигали промышленно развитые страны – производители энергии, в частности, Нидерланды и Великобритания. Кроме того, Хартия подтвердила принцип государственного суверенитета над природными ресурсами, признав в то же время важность энергоэффективной отраслевой политики и бережного отношения к природе в процессе добычи.
Принятие Договора об Энергетической хартии (ДЭХ) стало выражением воли значительной части европейских граждан и политических кругов, которые настаивали на юридически обязывающем соглашении. ДЭХ, подписанный 41 страной и европейскими сообществами в декабре 1994 г., вступил в силу в апреле 1998 г., через 90 дней после его ратификации тридцатым из подписавших государств. ДЭХ вобрал в себя большинство принципов, содержавшихся в Декларации о Хартии 1991 г., и остается первым и единственным в мире многосторонним юридически обязывающим договором о защите инвестиций исключительно в энергетическую отрасль. В 1990-е гг., когда Восточная Европа и бывшие республики Советского Союза начали открывать рынки для ПЗИ, ДЭХ совместно с Конференцией Хартии – международной энергетической организацией, созданной на основе ДЭХ, – стал центром притяжения для инвесторов в энергетику, ориентированных на восточные рынки.
В частности, это касалось масштабных инициатив по созданию энергетической инфраструктуры, включая нефте- и газопроводы, прокладываемые через границы многих стран – членов ДЭХ. В этом смысле известный нефтепровод Баку–Тбилиси–Джейхан (крупный трансграничный проект, задуманный в 1990-х гг.) также во многом был основан на принципах ДЭХ, и Договор упоминается в его уставных документах. Положения ДЭХ не только содержали широкий круг мер по защите инвестиций посредством продуманных механизмов арбитража, но и гарантировали свободу транзита нефти, газа и других энергоносителей через территорию стран-членов.
В 1990-е гг. Энергетическая хартия упоминалась во многих значимых соглашениях по торговле и инвестициям между Востоком и Западом, основанных на ее стержневых принципах. Например, в статье 65 Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и Россией 1994 года. Поскольку в 1990-е гг. европейские компании стремились выйти на бывшее советское пространство, ДЭХ все чаще рассматривался как практически значимый юридический инструмент и фактор укрепления доверия. Ведь его главная задача состояла в том, чтобы распространить принцип верховенства закона на зарождающиеся евразийские энергетические рынки.ВРЕМЯ ПЕРЕМЕН
ДЭХ остается единственным юридически обязывающим многосторонним договором о защите инвестиций, но энергетические условия с 1990-х гг. существенно изменились. Какой бы прозорливостью ни отличались Рууд Любберс и другие отцы-основатели, кто мог угадать в 1990–1994 гг., что через 20 лет характерными чертами европейских и мировых энергетических рынков станут:
экономическое и политическое возрождение России, Казахстана, Азербайджана, Туркменистана и Узбекистана в качестве крупных производителей нефти и газа на мировых энергетических рынках;зависимость Европы от российского газа, ставшая особенно наглядной из-за срывов поставок через территорию Украины в 2006–2009 гг., что имело геополитические последствия;смещение глобального влияния из Атлантического в Тихоокеанский регион, накопление огромных капиталов арабскими странами –производителями нефти, упрочение позиций вертикально интегрированных государственных нефтяных компаний в том, что касается доступа к мировым запасам углеводородов, превращение Индии и Китая в главных генераторов спроса на энергоносители в мире и возрастание геополитического значения этих игроков, укрепление государств БРИКС и их стремление участвовать в процессах управления мировой экономикой;изменение климата в качестве глобального вызова, стремление уйти от экономики, основанной на ископаемом топливе, в пользу возобновляемых источников энергии;возвращение США на позиции ведущего производителя энергоресурсов в мире, "сланцевая революция" и последствия замаячившей на горизонте полной энергетической независимости Америки от мировых рынков.
После окончания холодной войны и сама Европа пережила немалые перемены – институциональные и геополитические. Бывшие страны-сателлиты СССР в ЦВЕ, а также три бывшие союзные республики стали членами Евросоюза. Многие государства ЦВЕ, которые когда-то подписали ДЭХ, теперь часть внутреннего энергетического рынка ЕС, активно выстраиваемого Европейской комиссией. Она стремится распространить правила внутреннего европейского рынка на соседние страны – в частности Средиземноморья, Балканского полуострова и Большого Причерноморья. В результате появился ряд юридических инструментов региональной кооперации, например Договор энергетического сообщества, который является частью внешней экономической политики Европейского союза и призван подготовить ряд государств, в частности балканских, к последующему вступлению в ЕС.
Все эти перемены не могут не повлиять на Процесс Энергетической хартии – как формально называют международный политический форум, сложившийся вокруг ДЭХ. Первая и вторая из перечисленных выше характеристик европейского и международного энергетического рынка ведут к тому, что Россия становится более независимым и уверенным игроком, чем в первой половине 1990-х гг., когда формулировались идеи Энергетического договора и Энергетической конференции. Третий ключевой момент в том, что немало развивающихся стран, которые не были приглашены на переговоры 1991–1994 гг., теперь хотят и могут отстаивать собственные интересы по управлению мировой энергетикой. Очевидно, что первоначальный процесс Энергетической хартии, основанный на документах конца XX века, невозможно заморозить в том состоянии.
В новых стратегиях следует учесть недоработки прошлого. В девяностые многие были исполнены надежд и оптимизма по части энергетической торговли между Востоком и Западом, которую должна была обеспечить Хартия. Однако в последние годы участники и директорат ДЭХ не могут найти общие методы согласования Процесса Хартии с постоянно меняющимся мировым энергетическим ландшафтом. Консультации по Дополнениям к ДЭХ были приостановлены в конце 1990-х гг., а переговоры (в основном между ЕС и Россией) по новому Протоколу Энергетической хартии о транзите завершились провалом десятилетием позже.
В январе 2009 г., когда кульминации достигли громкие споры между Россией и Украиной, Москва публично высказала недовольство ДЭХ, поскольку Договор не заставил Киев гарантировать свободу транзита российского газа в Европейский союз. В октябре того же года Россия завершила срок временного применения ДЭХ и предложила собственный концептуальный подход к разработке новой юридической основы для сотрудничества в сфере энергетики. С учетом стремительных перемен в мире участникам и директорату Энергетической хартии также показалось, что давно пора что-то менять.
ДОРОЖНАЯ КАРТА ИЗМЕНЕНИЙ
На 20-й конференции по Энергетической хартии (Рим, декабрь 2009 г.) директорат и страны-участницы, реагируя на демарш России, который воспринимался практически как ее выход из ДЭХ, в конце концов согласились: назрели перемены. Римская конференция утвердила мандат на модернизацию Процесса Энергетической хартии, план которой был вскоре разработан. Стратегия модернизации, первоначально одобренная Римской конференцией, теперь включает практические шаги, нацеленные на исправление недостатков прошлых лет, а именно:
углубление отношений и связей между ключевыми участниками ДЭХ, дабы повысить уровень политического вовлечения в Процесс Хартии;повышение прозрачности и отчетности Процесса, чтобы сделать его более открытым, заметным на международной арене, а значит и привлекательным для сотрудничества с заинтересованными третьими сторонами;усовершенствование Процесса Хартии и документов по Энергетической хартии 1991–1994 гг. путем повышения открытости и привлекательности – особенно для развивающихся стран и усиливающихся энергетических держав, а посредством этого – расширение географической базы ДЭХ. Для этого нужна стратегия активной экспансии и разъяснения;выборочное обновление языка и терминологии Энергетической хартии 1991–1994 гг., дабы сбалансировать интересы потребителей и производителей энергии. Это сделает Хартию более универсальной и повысит ее легитимность в контексте мировой энергетики начала XXI века.
Потребовалось немало времени, чтобы громоздкий и крайне разнородный состав стран – участниц Процесса Хартии начал реализовывать план модернизации, однако, кажется, сейчас мы наконец начали движение в правильном направлении. В первые два года после Римской встречи уровень доверия между ключевыми государствами был крайне низким. Это сводило на нет самые искренние усилия. Несмотря на существование дорожной карты модернизации, Россия продолжала предлагать свой "концептуальный подход" к международной энергетической безопасности. Но некоторые члены ДЭХ, такие как Украина, присоединились к Договору энергетического сообщества в 2011 г., и немногие развивающиеся страны выражали желание активизироваться в процессе работы над Хартией. В частности, это касается стран – производителей нефти на Ближнем Востоке и в Северной Африке, по-прежнему считающих, что инструменты Хартии настроены на обеспечение интересов стран-потребителей из ЕС.ВРЕМЕНА МЕНЯЮТСЯ
Однако в начале 2014 г. мы преодолеваем некоторые из перечисленных недостатков. Формальное принятие Стратегии консолидации, расширения и разъяснения (CONEXO) в августе 2012 г. знаменовало серьезный шаг к интенсификации Процесса. Директорат Хартии проводит активные двусторонние консультации с пятью странами, которые подписали, но не ратифицировали ДЭХ – Россией, Норвегией, Австралией, Исландией и Белоруссией. Предстоит немало работы, но за исключением Исландии ратификация ДЭХ этими государствами уже не за горами. Самым ценным и ощутимым достижением Стратегии CONEXO стало то, что Россия снова выходит на траекторию продуктивных рабочих отношений с Энергетической хартией.
Россия остается членом Конференции Энергетической хартии. Она никогда не покидала этой организации, а российский заместитель министра энергетики – заместитель председателя Конференции. Предложения Москвы по укреплению режима международной энергетической безопасности сходны с основными положениями Энергетической хартии, и мы работаем над тем, чтобы найти еще больше общего. Восстановлено доверие между Россией и другими странами-участницами ДЭХ, и, несмотря на меняющийся ландшафт, все стороны понимают, что нельзя сбрасывать со счетов отношения между Востоком и Западом, один из ключевых факторов успеха Энергетической хартии.
Вместе с тем налицо все предпосылки того, чтобы Энергетическая хартия стала гораздо более глобальной, чем когда-либо в прошлом. СтратегияCONEXO демонстрирует результаты и в плане "расширения и разъяснения". В 2013 г. к ДЭХ присоединился Афганистан, став первой страной, подписавшей Договор после его ратификации Японией в 2002 году. Похоже, что Черногория также примет ДЭХ в ближайшее время. Формальные обращения к Йемену и Ливану утверждены на 24-й встрече Конференции по Хартии 5 декабря 2013 г. в Никосии. Подписание Хартии – первый шаг в процессе присоединения к ДЭХ. Сегодня есть твердая уверенность в том, что обе страны подпишут документ в ближайшие месяцы.
К принятию Хартии движутся страны Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА) – прежде всего Королевство Иордания. Как и в случае с Черногорией, ожидается, что законодательный орган Иордании вскоре утвердит документ о присоединении к ДЭХ, что будет означать участие в Договоре в обозримом будущем. Кроме того, Меморандум о взаимопонимании, подписанный Секретариатом Энергетической хартии и Лигой арабских стран в Каире, способствует более тесным контактам между БВСА и Энергетической хартией. Подобные сдвиги с удовлетворением воспринимаются участниками ДЭХ, но не исключено, что они окажутся лишь верхушкой айсберга. Хартия стремится стать организацией управления мировой энергетикой.
На церемонии открытия Всемирного энергетического конгресса в Республике Корея в октябре 2013 г. президент страны Пак Кын Хе во всеуслышание заявила, что ДЭХ – подходящая нормативная база для международного энергетического сообщества, которая могла бы способствовать частным и государственным инвестициям в энергетику. Министерство нефти Индии недавно выступило за присоединение к ДЭХ, заявив, что Договор поможет защитить индийские инвестиции, обеспечивает беспрепятственную торговлю оборудованием по правилам ВТО, содействие трансграничным проектам нефтепроводов, предусматривающих транзит энергоносителей, а также создаст более прозрачные механизмы разрешения споров. Соседний Пакистан, давний наблюдатель в Конференции по Энергетической хартии, сегодня близок к окончательному одобрению документа о присоединении к Договору и находится примерно на том же этапе, что Иордания и Черногория.
Республика Индонезия стала первой страной Азии, принявшей у себя ежегодную Конференцию по обсуждению политики Энергетической хартии в сентябре 2013 г. на острове Бали. Это внесло серьезный вклад в повышение осведомленности Восточной Азии. Страны региона стали уделять Хартии больше внимания, о чем свидетельствует и заявление президента Пак. Индонезия готовит отчет о присоединении к ДЭХ, который должен быть представлен на Конференции по Энергетической хартии после одобрения правительством. Это проложит путь к последующему присоединению Индонезии к правовому режиму ДЭХ. Отчеты о присоединении готовят Марокко и Сербия.
Так совпало, что в ходе написания данной статьи гораздо больший интерес к Процессу Энергетической хартии стал проявлять новый крупный игрок на мировом рынке потребления энергии – Китай. Высокопоставленные официальные лица проводят встречи на высшем уровне с директоратом Хартии, в то время как Национальная нефтяная корпорация Китая участвует в работе организаций, связанных с Энергетической хартией, как, например, Отраслевой экспертный совет. Однако ни Китай, ни Республика Корея, ни Индия до сих пор не предприняли формальных шагов по подключению к Процессу Энергетической хартии. Ряд других стран также выражают заинтересованность, не исключая возможности присоединения. Речь идет о Тунисе, Ливии, Израиле и Шри-Ланке, хотя пока еще рано говорить о перспективах подписания и ратификации ДЭХ этими странами.
РАСШИРЕНИЕ СФЕРЫ ДЕЙСТВИЯ ВЕРХОВЕНСТВА ЗАКОНА
Ни одно из перечисленных достижений не повод для эйфории. В нашем быстро меняющемся мире, где вызовы часто перевешивают возможности, все больше участников международного процесса хотят видеть расширение сферы верховенства закона в энергетическом сотрудничестве. Верховенство закона и эффективное управление – то, ради чего, собственно, и принималась Энергетическая хартия. Она создавалась как международная организация, действующая на основании многостороннего договора, и ничего в этом смысле не изменилось. Но не менее важно модернизировать деятельность, чтобы укрепить законодательную базу, сделать ее способной более гибко реагировать на потребности государств-членов. Укрепит позиции Хартии привлекательность этой организации для заинтересованных третьих сторон, пока еще не подписавших ДЭХ – прежде всего наблюдателей и стран Ближнего Востока, Азии и Африки.
Важные шаги сделаны в последние месяцы 2013 года. Политическая вовлеченность стран-участниц в процесс развития Энергетической хартии и их заинтересованность усиливается, с тех пор как введена новая система сменного председательства в Конференции по Хартии на ротационной основе. Казахстан, один из ведущих производителей энергии в Каспийском бассейне, принял на себя почетную ответственность с 1 января 2014 г., Грузия и Япония будут председательствовать в 2015 и 2016 гг. соответственно. Прозрачность и подотчетность Хартии как международной организации в сфере энергетики также возрастут благодаря недавно принятому решению снять контроль и ограничения с решений Конференции. Этот шаг также расширит доступ заинтересованных третьих сторон к нужной информации, что позволит им принимать более своевременные решения относительно будущего сотрудничества и вступления. Вне всякого сомнения, эта мера будет способствовать реализации стратегии расширения и разъяснения, которую взял на вооружение Секретариат Энергетической хартии. Этому содействует и недавно созданная система посольств по связи с Энергетической хартией, и институт специальных представителей или послов.
Итак, Энергетическая хартия переживает процесс реформ и модернизации. Фактически это единственная организация по управлению мировой энергетикой, действующая по принципу добросовестности (bona fide), которая вступила на путь полноценного реформирования, причем процесс реформ начался по инициативе стран-членов. Само по себе это уже немалое достижение, если принять во внимание несхожесть и географическое разнообразие 53 государств-участников. В настоящее время отсутствует простор для полноценной деятельности по реформированию других международных организаций, в частности ОПЕК и МЭА. В контексте принятия стратегии CONEXO за последние 18 месяцев мы смогли создать инструментарий и условия, необходимые для того, чтобы начать подлинную модернизацию международной энергетической структуры, которая родилась в эпоху надежд на перемены в Большой Европе после окончания холодной войны. Это позволит нам с оптимизмом смотреть на 2014 г., когда Договор Энергетической хартии будет пересматриваться на следующее пятилетие, а также обновить и усовершенствовать стратегию CONEXO.
За два десятилетия Энергетическая хартия сталкивалась с серьезными кризисами, и пора воспользоваться возможностью укрепить организацию, чтобы она (как это сформулировано в Статье 2 ДЭХ) действительно "опиралась на взаимодополняющее и взаимовыгодное сотрудничество в соответствии с заявленными целями и принципами". Такое сотрудничество призвано служить интересам стран-участниц и всего мирового сообщества. В конечном итоге верховенство закона должно быть одинаково применимо ко всем сторонам и в любое время. Современные демократические международные организации эффективны лишь в том случае, если пользуются доверием всех членов, пропорционально распределяя среди них выгоды. Задача обеспечения энергетической безопасности для участников ДЭХ – отнюдь не тривиальный вызов. Энергетическая хартия способна дать достойный ответ, и мы сейчас только начинаем осознавать ее потенциал как управляющей силы по части инвестиций в энергетику XXI века.
Урбан Руснак – генеральный секретарь Секретариата Энергетической хартии.
Торговые центры Дубая, некоторые из которых относятся к крупнейшим в мире, столкнулись с проблемой нехватки торговых площадей, и каждый из них решает эту проблему по-своему. Они расширяются за счет перепрофилирования смежных зданий, пристройки новых помещений или, в случае Mall of the Emirates, - надстройки нового этажа.
Реконструкция торгового центра обойдется в $274 миллиона, в том числе будет построен новый этаж над гипермаркетом Carrefour. Работы завершатся в 2015 г. Первая фаза реконструкции затронула бутики с арабскими товарами, тканями и коврами – там разместятся магазины модных брендов, в том числе и первый на ближнем востоке бутик McQ. Четверть бутиков секции Fashion District представляют бренды, ранее не представленные или не имевшие отдельных магазинов в регионе. Источник: Arabian Business
Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров выступил на третьем министерском раунде стратегического диалога Россия – Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), прошедшем в Кувейте. По-прежнему важное внимание в международной повестке дня уделяется ситуации в Сирии.
По словам министра, Россию и государства Персидского залива объединяет искреннее стремление видеть Сирию мирной, обновленной, процветающей страной, в которой представители всех конфессиональных и этнических групп пользовались бы равными правами и гражданскими свободами, вместе обустраивали современное государство и эффективную экономику.
"Мы готовы совместно с арабскими партнерами заняться модернизацией российской концепции обеспечения безопасности в зоне Персидского залива, – сказал также Сергей Лавров. – Мы бы были готовы организовать международную встречу с участием государств-членов ССАГПЗ, Ирана, пяти постоянных членов СБ ООН, других заинтересованных сторон. В качестве практического шага можно было бы подумать о подготовительном мероприятии к этой конференции и провести экспертное совещание представителей академических кругов и дипломатов". Министр напомнил, что Россия заинтересована в активном содействии развитию торгово-экономического, инвестиционного и военно-технического сотрудничества со странами ССАГПЗ.
"Соответствующие усилия могут идти по многим векторам, включая взаимодействие в области нефтегазового сектора, создание в государствах Залива ядерной энергетики на основе высших стандартов безопасности, включая развитие других наукоемких отраслей, в частности мирного освоения космического пространства. Имеются хорошие возможности для привлечения в Россию капиталов стран ССАГПЗ, в том числе в сферы создания новейших медицинских технологий, развития космических и телекоммуникационных систем, повышения энергоэффективности, усовершенствования инфраструктуры", – пояснил глава МИД России.
США перед лицом салафитской угрозы
Петр Львов
Показав свой звериный оскал, особенно в Сирии и Ираке, «Аль-Каида» и ее ответвления, а также близкие к ней по идеологии террористические организации типа «Исламское государство Ирака и Леванта», «Джабгат ан-Нусра», «Ансар ас-Сунна» и др. настолько дискредитировали себя перед США и европейцами и даже консервативными кругами Саудовской Аравии, что заставили Вашингтон демонстративно отрекаться от любой ассоциации с ними, и даже подталкивать более умеренные группировки сирийской оппозиции к разрыву с ними. Это вызвало ответную реакцию – некоторые боевики, связанные с «Аль-Каидой», уже заявили несколько дней тому назад, что они готовятся к проведению терактов против США и ее граждан, в том числе и на американской и британской территории. Экстремисты заявили о готовности совершить атаки на британском транспорте и в финансовом центре, а также угрожали устроить теракты в США, например, устроить нападение на Белый дом, сообщает The Daily Mail. Текст с угрозами нападения на различные объекты в странах Запада был размещён в сети. Как сообщает британское издание, спецслужбы королевства воспринимают эти угрозы чрезвычайно серьёзно.
В свою очередь BBC пишет: «Никогда ранее воюющие в Сирии выходцы из Великобритании не угрожали ещё собственной стране кровавыми акциями». По данным The Daily Mail, комитет по разведке конгресса США также обладает информацией о том, что члены террористической организации «Аль-Каида» организовали на территории Сирии тренировочный лагерь, в котором проходят обучение наёмники из стран Запада. Согласно информации издания, в этом лагере иностранные граждане «обучаются терроризму», а вернувшись, проводят террористические операции. Как ранее сообщала газета The Telegraph, вербовщики террористической организации «Аль-Каида» тренируют «британских джихадистов», чтобы те возвращались на родину и устраивали теракты в Великобритании. Об этом изданию рассказал источник из разведслужб Ирака. По словам агента иракских спецслужб, который дал интервью турецкому телевидению на условиях анонимности, наёмники из европейских стран, а также США, становятся последователями антизападной идеологии, проходят обучение в странах Ближнего Востока, а затем устраивают теракты на родине.
Ранее власти Сирии выступили с заявлением о том, что доля иностранцев среди боевиков в стране превышает 80%. Более того, наёмники прибывают в страну не только из близлежащих арабских государств, но также из европейских стран. Как сообщил министр информации Сирии Омран аз-Зоуби, в общей сложности на территории страны воюют боевики из 29 государств. Между тем, в конце 2013 года координатор ЕС по борьбе с терроризмом признал, что всё больше представителей европейской молодёжи отправляются воевать в Сирию, где сражаются в одном ряду с повстанцами. По данным представителей лондонского Международного института по изучению радикализации общества и политического насилия, число воюющих в Сирии европейцев составляет не менее 600 человек.
Одновременно на днях прошла информация и о том, что ЦРУ готовит операцию по использованию беспилотника для уничтожения американского гражданина – члена «Аль-Каиды», который, согласно имеющейся развединформации, готовит теракты против американских граждан за границей, используя самодельную взрывчатку. При этом не называется страна, где обнаружен упомянутый гражданин США.
Конечно, во всем этом нагнетании опасности терроризма присутствует внутренний фактор американской политики: желание республиканцев доказать, что вывод Б.Обамы о практически полном разгроме «Аль-Каиды», которая теперь якобы не представляет опасности для безопасности США, является преждевременным. На последних слушаниях в Конгрессе в феврале с.г. законодатели на основании докладов директора национальной разведки Дж.Клэппера и руководителя военной разведки М.Флинна пришли к выводу, что «Аль-Каида» и ее региональные ответвления растут количественно и качественно. При \этом выделяются не только головное ядро этой террористической организации – т.н. «афганское», но и ее ответвления в четырех регионах: Йемене, Сомали, Магрибе и Сирии, а также взаимодействующие с ними группировки типа ливийской «Ансар аш-Шариа» или египетской – «Ансар Бейт аль-Мукаддас». В ходе слушаний были названы и причины «возрождения» влияния «Аль-Каиды»: появление обширных территорий без контроля со стороны госструкутур, общее ослабление власти центральных правительств на Ближнем Востоке и в Северной Африке, «дырявые» границы, низкий уровень работы местных спецслужб, насыщенность упомянутых районов оружием. Так, в Магрибе – это оружие с ливийских складов, разграбленных в ходе мятежа против М.Каддафи. В Сирии – это оружие, поставленное на деньги Саудовской Аравии, Катара и других аравийских монархий для войны против режима Б.Асада. Кроме того, идет расползание террористическо-экстремистской деятельности далеко за пределы «сферы влияния» «Аль-Каиды», например, появление такого феномена как формирование мощной международной террористической организации «Исламское государство Ирака и Леванта», которая по своей идеологии и действиям еще более радикальна, чем сама «Аль-Каида». В США появился даже новый термин – «салафитский джихадизм».
При этом наметилась тенденция к тому, что террористы постепенно перерождаются в «революционеров», ставящих целью установление контроля над определенными районами и даже целыми регионами, чтобы ввести там власть ультраконсервативного шариатского типа. А это способствует сильному укоренению такого рода политического джихадизма, поскольку в последние годы благодаря огромным финансовым вливаниям Саудовской Аравии, Катара, Кувейта и ОАЭ салафитская идеология получила массовое распространение повсеместно в арабском и исламском мире, причем нет никаких попыток поставить ее под запрет как идеологию радикального экстремизма. Ее проповедников можно ежедневно видеть не только на каналах местного телевидения, но и на наиболее популярных общеарабских каналах типа «Аль-Джазира» и «Аль-Арабийя». А салафитская литература свободно распространяется во всех мусульманских странах и даже исламских общинах вне пределов исламской «уммы» (прим.- нации), включая США, страны ЕС и Россию.
Более того, во многих странах, прежде всего государствах ССАГПЗ, созданы мощные исламские благотворительные фонды, которые собирают средства населения, присовокупляя к ним средства госбюджета, для продвижения салафитской идеологии в странах, где ее проникновению оказывается мощное сопротивление. Ярким примером этому являетя Сирия, где салафитские идеи на средства упомянутых фондов продвигает сирийский исламский фронт, объединивший наиболее радикальные джихадистские организации оппозиции, отколовшиеся от Национальной коалиции революционных и оппозиционных сил Сирии. Основными спонсорами этого на государственном уровне являются Катар и Кувейт, а также ряд издательств в КСА, принадлежащих ваххабитскому штабу, состоящему из таких структур как Идарат хайат аль-бухус уаль даава уаль-иршад (организация, расположенная в Эр-Рияде), обычно известное как Хайат ад-Даава, и его отделение Джамийат ихйа ат-турас в Кувейте, а также «Фронт» в Мекке – Лига исламского мира (Рабитат аль-алям аль-ислами).
Но для безопасности США и ее граждан основную опасность составляют все же боевые подразделения экстремистских исламистских организаций. А их достаточно для того, чтобы проводить теракты против американского присутствия в арабском мире и Афганистане, равно как и для организации отдельных террористических акций на территории самих США. Так, численность бойцов «Аль-Каиды», включая Талибов Афганистана и Пакистана, насчитывает до 25 тыс.чел., а всего радикальных боевиков всех мастей – до 100 тыс.чел. Они разбиты на примерно 1500 группировок, отрядов и структур, хорошо вооружены, подготовлены и идеологически мотивированы. А при наличии политической воли и соответствующих указаний «сверху», эти «бойцы джихада» вполне способны нанести серьезный ущерб национальной безопасности США. Вопрос в том – когда поступят эти «указания» из салафитского штаба и каковы будут их цели, а также где эти цели расположены – в регионе или в США.
Но этим должны заниматься уже американские спецслужбы, которые пока явно не хотят давать своим высшим властям и американскому народу реальную оценку опасности со стороны салафитского радикализма, видимо исходя из важности Саудовской Аравии и других монархий Аравии для военно-политических и энергетических интересов Вашингтона и Запада в целом в Персидском заливе и на Ближнем Востоке. Ради этого кое-кто в США готов закрывать глаза на радикализм и экстремизм политики Эр-Рияда и его союзников. Только подобная страусиная политика может привести к повторению в том или ином виде трагедии 11 сентября 2001 года.
13 февраля на объекте компании «Боинг» в Лон-Бич (Калифорния) передан первый военно-транспортный самолет C- 17 Globemaster III кувейтского заказа, который расширит возможности ВВС Кувейта в военных и гражданских операциях, в т.ч. гуманитарной помощи и ликвидации последствий стихийных бедствия. Об этом говорится в пресс-релизе компании.
«С-17 отвечает повышенным требованиям воздушных перевозок ВВС Кувейта», сказал полковник Абдулла аль Фудари (Abdullah Al Foudari), заместитель командующего кувейтских ВВС. «С их помощью мы можем более эффективно участвовать в операциях, которые необходимо будет провести, в транспортировке больших грузов на большие расстояния, летать на больших высотах в условиях жаркого климата, как наш, и садиться на короткие грунтовые ВПП».
Индивидуальная окраска кувейтского С-17 отлична от других 259 самолетов, которые были поставлены заказчикам по всему миру.
«Когда этот С-17 прибудет для доставки гуманитарной помощи или ликвидации последствий стихийных бедствий на любую точку мира, люди, которым они необходимы, будут знать, что помощь пришла из Кувейта», сказал полковник Абдулла.
Компания «Боинг» будет поддерживать парк кувейтских С-17 Globemaster III по комплексной программе ISP (Integrated Sustainment Program), проверенной многонациональной практике выполнения материально-технического обслуживания.
«Боинг» поставила 260 самолетов С-17, в т.ч. 223 в ВВС США и 37 для Кувейта, Австралии, Канады, Индии, Катара, ОАЭ, Великобритании и 12 стран-членов программ НАТО «Стратегические воздушные перевозки» и «Партнерство ради мира».
Немецкий автоконцерн Daimler по итогам 2013 г. зафиксировал рекордную в своей истории годовую чистую прибыль на уровне 8,7 млрд евро. По сравнению с 2012 г. показатель вырос на 28%. Продажи автомобилей Daimler также установили рекорд - 2,35 млн единиц против 2,2 млн в 2012 г., сообщил пресс-служба автоконцерна.
В IV квартале 2013 г. чистая прибыль Daimler сократилась на 36%, однако это не помешало концерну побить рыночные прогнозы. Акции Daimler на торговой площадке Xetra к 12:00 по киевскому времени подорожали на 4%.
Чистая прибыль Daimler в IV квартале составила 1,68 млрд евро (за тот же период годом ранее показатель составил 2,60 млрд евро). Однако в прошлом году показатель был усилен за счет единовременного дохода от продажи 7,5% акций европейского аэрокосмического концерна EADS. На базе продолжающихся операций прибыль Daimler до вычета процентов по заемным средствам и уплаты налогов (EBIT) в октябре-декабре подскочила на 45% - до 2,53 млрд евро. Это существенно превысило консенсус-прогноз аналитиков по версии Thomson Reuters (2,32 млрд евро).
По сравнению с прошлым годом значительно улучшились результаты подразделения Mercedes-Benz Cars (легковые автомобили), на которое приходится почти 70% продаж всех автомобилей Daimler Group. В частности, рентабельность продаж Mercedes-Benz Cars в IV квартале 2013 г. повысилась до 8% с 5,3% годом ранее.
Правление Daimler предложило выплатить дивиденды за 2013г. в размере 2,25 евро на акцию - на 5 евроцентов больше, чем дивиденды за предыдущий год. "Предложенный размер распределения прибыли представляет собой крупнейшие дивиденды, которые когда-либо выплачивала Daimler AG", - указал член правления концерна Бодо Уэббер. Общие дивидендные выплаты ожидаются на уровне 2,4 млрд евро, что составляет 35% от чистой прибыли, доступной для распределения среди акционеров.
Daimler ничего не говорит про КАМАЗ, стратегическим инвестором которого является. Немецкий концерн владеет 15% акций КАМАЗа (включая 4% акций, держателем которых выступает Европейский банк реконструкции и развития). Daimler давно рассматривает возможность увеличения доли в российском производителе грузовиков, однако переговоры по этому вопросу затянулись. 7 февраля 2014 г. Daimler проведет конференцию для аналитиков и инвесторов и, возможно, расскажет новое о переговорах по КАМАЗу.
На 2014 г. Daimler прогнозирует "существенное" увеличение консолидированной выручки по сравнению со 118 млрд евро в 2013 г., равно как и "существенный" рост показателя EBIT.
Daimler AG - немецкий автомобильный концерн, владеет брендами Mercedes-Benz, Smart, Freightliner, Sterling, Western Star, BharatBenz, Fuso, Setra и Thomas Built Buses. Крупнейшие акционеры - правительство Кувейта (7,6%) и французско-японский альянс Renault/Nissan (3,1%, партнерам принадлежит по 1,54% акций).
На второй день 3-ей Международной выставки лифтов, эскалаторов и подъемников, которая проводится в Тегеранском выставочном центре, с ее экспозициями ознакомились члены зарубежных торговых делегаций из Кувейта, Ирака, Италии и Украины. На выставке они провели плодотворные переговоры с представителями компаний, занимающихся производством и эксплуатацией лифтов, эскалаторов и подъемников. В ближайшие дни выставку должны посетить еще три торговые делегации.
В 3-ей Международной выставке лифтов, эскалаторов и подъемников принимают участие около 200 иранских и зарубежных компаний, и свою последнюю продукция и передовые технологии демонстрируют производители из таких стран, как Южная Корея, Турция, Индия, ОАЭ, Италия, Украина, Китай и Германия.
Следует отметить, что в настоящее время в Иране ежегодно устанавливается около 100 тыс. лифтов и примерно 1 тыс. эскалаторов.
Работа названной выставки продлится до 8 февраля.
НАЗВАНЫ САМЫЕ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНЫЕ СТРАНЫ ДЛЯ ТУРИЗМА В 2013 ГОДУ
Рейтинг возглавили Швейцария, Германия и Австрия
Самыми привлекательными в мире туристическими направлениями в 2013 году стали Швейцария, Германия и Австрия. Им немного уступают Испания, Британия, США, Франция, Канада и Швеция. Последнее место в десятке лидеров занимает Сингапур. Об этом свидетельствуют данные портала HRS.com, с которыми ознакомилась редакция BFM.ru.
Что касается России, то в прошлом году наша страна заняла всего 59 место. При этом в сфере выездного туризма Россия, наоборот, является бесспорным лидером. Она уступает здесь только Китаю.
Согласно отчетным данным, расходы Китая на туризм по итогам первых трех кварталов 2013 года выросли на 28%. Тогда как Россия в сентябре минувшего года сообщала о росте аналогичных расходов на 26%.
К числу других растущих рынков, достигших значительного роста расходов на выездной туризм, относятся Турция (+24%), Катар (+18%), Филиппины(+18%), Кувейт (+15%), Индонезия (+15%),Украина (+15%) и Бразилия(+14%).
Данные HRS.com подтверждают сведения Всемирной туристской организации при ООН (UNWTO). Ранее она сообщала, что Россия и Китай в 2013 году стали лидерами среди стран-поставщиков туристов. Также ООН информировала о том, что в минувшем году число туристических поездок по всему миру увеличилось на 5%, достигнув показателя в 1 млрд 87 млн прибытий.
Дубай является домом для 26 тыс. семей, состояние которых измеряется в миллионах долларов. Учитывая, что население Дубая составляет примерно 2,2 млн. человек, каждый сотый его житель – миллионер. Средний размер семьи в Дубае – 4,2 человека, а это означает (с точки зрения статистики), что каждая 23-я семья в Дубае владеет активами стоимостью 1 миллион долларов и более, не учитывая их основного места жительства.
Быстрый рост цен на недвижимость в Дубае, включая жилье, используемое его владельцами в личных целях, приведет к заметному росту числа миллионеров. При этом, ни один город Ближнего Востока не вошел с список 30 городов мира с самым большим числом проживающих в них миллионеров.
В аналогичном рейтинге внутри регионе Дубай занимает второе место после Стамбула, в котором проживают 35 тыс. миллионеров. Однако размеры этих двух городов несопоставимы, в городской черте Стамбула проживает порядка 14 млн. человек. Первое место по числу миллионеров занимает Лондон, в нем живут 339 тысяч миллионеров, в Нью-Йорке – 300 100, а в Токио 226 500. Но это абсолютные цифры, по плотности же миллионерского населения лидирует Женева – 74 300 миллионеров составляют 5,9% ее населения. На втором месте стоит еще один швейцарский город, Цюрих, где живут 84 400 миллионеров (4,6% населения города), а на третьем месте находится Сингапур ( 225 тыс или 4,5%).
В ведущей мировой тридцатке городов лидерство принадлежит США (7 городов), 3 города Германии также вошли в этот список, и по 2 города представляют Китай и Швейцарию. Всего в нем 12 азиатских городов, 10 городов американского континента и 8 – европейских. В страновом разрезе по плотности миллионерского населения ОАЭ занимают 9 место в мире, а первое принадлежит Катару, где 143 из каждой тысячи семей владеют состоянием в миллион долларов США и больше. На втором месте стоит Швейцария (116 из 1000), затем следуют Кувейт (115), Гонконг (94) и Сингапур (82). Данные взяты из отчета Boston Consulting Group.
Источник: Zawya
Послы Австрии, Японии, Таиланда и Кувейта и первый секретарь посольства Малайзии в Иране во время встречи с директором свободной экономической зоны (СЭЗ) «Киш» заявили о готовности их стран к участию в инвестиционных проектах на острове Киш.
В ходе названной встречи директор СЭЗ «Киш» Али Асгар Монсан напомнил, в СЭЗ предусмотрены существенные инвестиционные льготы. Кроме того, для приезда в зону нет необходимости получать визы, нет никаких ограничений для ввоза и вывоза капитала и практически отсутствует административная волокита при оформлении документов. Все это создает весьма благоприятные условия для зарубежных инвесторов.
Али Асгар Монсан сообщил, что авиационная компания «Киш Эйр» готова совершать специальные авиарейсы в самые разные точки земного шара, а администрация СЭЗ, в свою очередь, готова создавать для иностранных туристов самые лучшие условия для пребывания на острове Киш, который славится своей прекрасной природой, чистым воздухом, красивыми берегами и прозрачным морем.
Директор СЭЗ «Киш» обратился к главам диппредставительств с просьбой приглашать инвесторов и туроператоров своих стран на остров Киш. По его словам, с приходом к власти в Иране президента Хасана Роухани начинается новый этап, и иранское правительство прилагает усилия к укреплению взаимовыгодных связей со странами всего мира.
Перед встречей с директором СЭЗ «Киш» иностранные дипломаты присутствовали на церемонии открытия на острове Киш 7-ой международной выставки «Туристическая и гостиничная индустрия».
Суннитско-шиитская бойня: кто ее провоцирует?
Станислав Иванов
В последнее время на Ближнем Востоке отмечается обострение суннитско-шиитских противоречий, которые уже приобрели в Сирии характер братоубийственной гражданской войны, в Ираке, Ливане – масштабных терактов, на Бахрейне и в Саудовской Аравии – восстаний, народных волнений и акций протеста, сопровождающихся жестокими расправами властей над протестующими. Что скрывается за очередной волной насилия в регионе и кто провоцирует вражду между мусульманами? Небольшой экскурс в историю отношений между двумя основными течениями ислама показывает, что сегодня нет видимых причин и объективных предпосылок к войне между ними.
Разногласия между суннитами и шиитами уходят корнями в далёкое прошлое. После смерти пророка Мухаммеда в 632 году между его последователями разгорелся спор о том, кто должен наследовать политическую и духовную власть над арабскими племенами. Большинство поддержало кандидатуру соратника пророка и отца его жены — Абу Бакра. Они и сформировали впоследствии лагерь суннитов, которые сегодня составляют 85 % всех мусульман. Другие же, поддержали кандидатуру двоюродного брата и зятя пророка — Али, заявив, что сам пророк назначил его своим преемником. Впоследствии их стали называть шиитами, что в переводе с арабского означает дословно «приверженцы Али». В этом споре победу одержали сторонники Абу Бакра, который и получил титул халифа. Последующая борьба за власть привела к убийству Али суннитами в 661 году, его сыновья Хасан и Хусейн также были убиты, причем гибель Хусейна в 680 году у города Кербела (Ирак) до сих пор воспринимается шиитами как трагедия исторических масштабов. Сунниты продолжали сотнями лет оставаться у власти в Арабском (исламском) халифате, в то время как шииты постоянно находились в тени, признавая истинными вождями своих имамов-потомков Али.
В последующей истории взаимоотношений суннитов и шиитов не было сколько-нибудь серьёзных вооруженных столкновений.
Сегодня шииты вместе с близкими им более мелкими сектами (ахмадие, алавиты, алевиты, друзы, ибадиты, исмаилиты и др.) составляют до 15 % процентов от числа мусульман. Последователи этой ветви ислама — абсолютное большинство населения Ирана, две трети — Бахрейна, больше половины — Ирака, значительную часть мусульман Саудовской Аравии, Азербайджана, Ливана, Йемена. В большинстве направлений шиизма центральным элементом считается вера в то, что двенадцатый и последний из имамов сокрыт Аллахом и однажды явится миру, чтобы выполнить его священную волю.
Сунниты же, кроме Корана, руководствуются «сунной» — сводом правил и устоев, основанных на примерах из жизни пророка Мухаммеда. Сунна базируется на хадисах: сказаниях о словах и поступках пророка. Традиционные последователи ислама считают следование сунне главным содержанием жизни каждого истинного мусульманина. Причем речь часто идет о буквальном восприятии предписаний священной книги, без каких либо модификаций. В некоторых течениях ислама это приобретает крайние формы. Например, при правлении талибов в Афганистане уделялось особое внимание характеру одежды и размеру бороды у мужчин, каждая деталь быта строго регламентировалась в соответствии с требованиями сунны.
Шииты считают своих аятолл (шиитский религиозный титул) — посланниками Аллаха на земле. Из-за этого сунниты часто обвиняют шиитов в ереси, а те, в свою очередь, указывают на чрезмерный догматизм учения суннитов, который порождает различные экстремистские движения, такие как, ваххабизм.
Давно уже нет халифата, из-за власти в котором и началось деление мусульман на шиитов и суннитов, поэтому нет уже и самого предмета спора. А теологические различия течений ислама настолько ничтожны, что могут быть легко нивелированы ради единства и спокойствия мусульман. Пророк Мохаммед незадолго до смерти сказал собравшимся в мечети мусульманам: «Смотрите же, не становитесь после меня заблудшими, которые рубят друг другу головы!..». Сегодня все мусульмане единодушно признают, что Аллах – это единственный бог, а Мухаммед – его посланник. Все они следуют пяти основным постулатам ислама, в том числе, соблюдению поста в месяц Рамадан, главной священной книгой для всех является Коран. Во время хаджа — паломничества мусульман в Мекку и Медину — сунниты и шииты вместе поклоняются священному камню Каабе в Запретной мечети. Шииты совершают также паломничество и в мечети своих святынь в гг. Кербела и Неджеф (Ирак).
Западные СМИ пытаются уверить нас в том, что кровь, льющаяся сейчас на Ближнем и Среднем Востоке, есть следствие суннитско-шиитского конфликта. Якобы, мусульмане убивают мусульман исключительно в силу своих религиозных разногласий. Такая версия снимает с США и их союзников ответственность за вмешательство во внутренние дела стран региона, за двойные стандарты и сомнительность союзов с самыми реакционными режимами и радикальными группировками, включая экстремистов и международных террористов. Разжигаемый извне конфликт между суннитами и шиитами создает реальную угрозу «сомализации региона», насаждения хаоса и насилия в регионе на долгие годы. Все более очевидным становится тот факт, что нет, как такового, суннитско-шиитского противостояния – есть лишь стремление внешних игроков на крови мусульман реализовать свои собственные национальные и корпоративные цели и задачи (контроль за ресурсами, милитаризация региона, обогащение «оружейных баронов» и т.п.).
Против шиитов выступают не простые сунниты, а политические элиты, связанные с Западом десятками экономических, политических, военных, финансовых и других нитей, получившие гарантии, что расправа с шиитами не вызовет возмущения «мировой общественности», не станет предметом рассмотрения международного трибунала в Гааге и слушаний в конгрессе США. Более того, в пропагандистских целях в коридорах Госдепа и ЦРУ были сфабрикованы мифы о шиитском фанатизме, иранской ядерной угрозе, «кровавой диктатуре аятолл», антинародном режиме Башара Асада, т.е. была создана идеологическая база новой «охоты на ведьм». Ближайшие цели искусственного разжигания суннитско-шиитского конфликта весьма прозрачны: уничтожение или ослабление стратегических партнеров Ирана в регионе, то есть, правительства Б.Асада в Сирии и группировки «Хизбалла» в Ливане, усиление давления на правительство шиитского большинства в Ираке, дальнейшая изоляция Ирана в Персидском заливе и регионе в целом. Еще основатель ИРИ имам Хомейни справедливо заявлял: «Вражда между суннитами и шиитами – это заговор Запада. Раздор между нами выгоден только врагам ислама. Тот, кто не понимает этого – тот не суннит и не шиит…».
Следует отметить, что «суннитский фронт» борьбы с шиитами возглавляют региональные союзники США — Саудовская Аравия и Катар, менее активно, но также в этом «шабаше» задействованы Бахрейн, Кувейт, ОАЭ. Несколько особняком стоит лишь одно арабское государство Персидского залива – Оман, где мудрый султан Кабус не дал втянуть свою страну в межконфессиональные распри. Чем же обусловлена готовность Эр-Рияда и его партнеров в Заливе следовать в фарватере традиционной политики западных стран «разделяй и властвуй»?
Во-первых, Эр-Рияд и его союзников не устраивает рост авторитета и влияния Ирана в регионе и исламском мире (шиитский режим в Ираке, алавитский в Сирии, роль и значение шиитской группировки «Хизбалла» в Ливане), в целом, растущая популярность идей шиизма, как более справедливого образа жизни простых мусульман.
Во-вторых, монархи Персидского залива напуганы событиями «арабской весны», которая потрясла весь арабский мир и вызвала волну акций протеста непосредственно в странах Залива. Наиболее масштабные стихийные выступления населения отмечались в Восточной провинции Саудовской Аравии и на Бахрейне, где компактно проживают шииты. Опирающиеся на свои суннитские верхушки правители стран Персидского залива не пожелали делиться властью и доходами с представителями шиитского населения и вновь прибегли к силовым методам по разгону демонстраций и подавлению восстаний. Причем саудиты даже направили в этих целях на Бахрейн свой карательный контингент войск.
В-третьих, одряхлевшие морально и физически короли, султаны, эмиры, шейхи стран Персидского залива все больше понимают свою историческую обреченность и хотят максимально возможно продлить период своего безраздельного господства. К ним очень подходит выражение «халифы на час», которые считают, что превращение Сирии, Ливана и Ирака в арену открытого вооруженного противостояния между суннитами и шиитами не только поможет им удержаться у власти, но и выведет их в лидеры арабского и исламского мира. При этом монархи не останавливаются перед миллиардными расходами на эту войну, вербовкой боевиков по всему миру, сотрудничеством с известными террористическими группировками типа «Аль-Каиды», «Джабга ан-Нусра» и им подобными.
Маховик насилия и суннитско-шиитской вражды с подачи Вашингтона и его сателлитов в регионе раскручен и вряд ли его сможет остановить «Женева-2», «Женева-3» или еще какая-нибудь формальная международная встреча, которые служат скорее ширмой для прикрытия международных преступлений в Сирии. Остановить гибель сирийцев и иракцев можно было бы лишь созывом экстренного заседания Совета Безопасности ООН и принятием резолюции о запрете на любое иностранное вмешательство в эти конфликты. Одновременно, СБ ООН должен принять решение о проведении миротворческой операции (гуманитарной интервенции) с целью установления контроля за границами Сирии и Ирака и недопущения проникновения в эти страны новых отрядов боевиков-джихадистов. Страны-спонсоры международных террористов должны быть подвергнуты санкциям ООН по типу тех, которые до сих пор применялись лишь к Ирану.
Роль и значение курдов в геополитике Ближнего Востока. Часть 1
Станислав Иванов
В последние годы в регионе Ближнего Востока все большую роль стали играть курды. «Арабская весна» 2011 года привела в движение широкие народные массы и сопровождается необратимыми, подчас кровопролитными и трагическими, событиями на всем Ближнем и Среднем Востоке. Насильственно сменились правящие режимы в Тунисе, Египте (дважды), Йемене, Ливии, развязана братоубийственная гражданская война в Сирии, прокатилась волна массовых протестов и восстаний в Бахрейне, Алжире, Ираке, Иордании, Марокко, Омане, Кувейте, Ливане, Саудовской Аравии, Мавритании, Судане, Джибути и Западной Сахаре. Отмечались масштабные вооруженные столкновения и ракетные обстрелы вдоль границы Израиля с сектором Газа.
Пока еще рано подводить даже самые предварительные итоги «арабской весны», которая продолжается как по глубине происходящих в каждой из перечисленных выше стран политических процессов, так и по числу все новых государств, вовлекаемых в череду «революций». Существует реальная угроза распространения этого кризиса и за пределы арабского мира, в частности, на Турцию, Иран, страны Закавказья и Центральной Азии. Предпосылки к такому развитию событий имеются.
В складывающейся на сегодня ситуации все большую роль в регионе играют курды – 40-миллионный народ, силой внешних обстоятельств лишенный своей государственности и разделенный границами четырех стран: Турции, Ирана, Ирака и Сирии. Несколько миллионов курдов проживают в Европе, Закавказье, странах СНГ, включая Россию. До последнего времени курды, составлявшие национальные меньшинства Турции, Ирана, Ирака и Сирии, всячески притеснялись центральными властями, проводилась политика их насильственной ассимиляции, переселения, вводились жесткие ограничения на использование курдского языка и т.п.
Первыми из положения граждан «второго сорта» вышли иракские курды (около 6 млн.), которые добились закрепления в новой конституции Ирака статуса субъекта федерации с самыми широкими правами и полномочиями. Составившие Иракский Курдистан три северные провинции страны (Эрбиль, Дахук, Сулеймания) динамично и уверенно развиваются, восстанавливают разрушенные войной инфраструктуру, экономику, сельское хозяйство, системы жизнеобеспечения, здравоохранения, образования, успешно решают социальные проблемы. Благоприятный законодательный климат способствует притоку иностранных инвестиций, аккредитации все новых дипломатических, торговых представительств и транснациональных корпораций. В 2014 году в регионе планируется самостоятельно добывать нефть и газ и поставлять их через Турцию на мировой рынок. Регион стал как бы оазисом стабильности и безопасности на фоне продолжающейся террористической войны между иракскими арабами-суннитами и арабами-шиитами. Более того, президент Иракского Курдистана Масуд Барзани выступил посредником в урегулировании затянувшегося почти на год правительственного кризиса в стране и способствовал достижению консенсуса между основными иракскими политическими блоками арабов-шиитов и суннитов. Курды весьма достойно представлены и в центральных органах власти в Багдаде: президентом Ирака является один из авторитетных курдских лидеров Джаляль Талабани, они заняли 6 министерских постов, включая пост министра иностранных дел, создали солидную курдскую фракцию в федеральном парламенте. По существующему закону курды должны получать пропорционально своей численности – 17 % от суммы экспорта иракских углеводородов. Нельзя сказать, что нет проблем и спорных вопросов между регионом и центральным правительством Нури аль-Малики, но все, наиболее острые, противоречия обсуждаются за столом переговоров и пока не принимают форму открытых конфликтов. Лидеры иракских курдов реально оценивают ситуацию в стране и регионе и не являются инициаторами своего выхода из Ирака. К провозглашению независимости курдов может подтолкнуть лишь дальнейшее обострение вооруженного противостояния между арабами-суннитами и арабами-шиитами или естественный распад государства по этно-конфессиональному признаку на три анклава (северный, центральный и южный).
Как ни парадоксально звучит, но гражданская война в Сирии заметно улучшила политическое положение сирийских курдов. Оказавшись перед возможной утратой власти, правительство Башара Асада вынуждено было пойти на значительные уступки своим курдам (по оценкам, около 2,5 млн. человек). Наконец-то гражданство Сирии было предоставлено 300 тысячам курдов, лишенных его еще во времена правления Хафеза Асада, сотни курдов-политзаключенных были освобождены из тюрем, правительственные войска были выведены практически из всех районов компактного проживания курдов. Эти меры способствовали тому, что сирийские курды заняли позицию нейтралитета во внутриарабском конфликте в стране и даже создали силы самообороны с целью недопущения вторжения на свои территории отрядов боевиков-исламистов.
За последнее время национальное движение сирийских курдов заметно консолидировалось. Если до марта 2011 года в Сирии было около 20 курдских политических партий и общественных организаций, действовавших разрозненно на полулегальном положении, то к настоящему времени они объединились в два основных политических блока: Курдский национальный совет и Партию демократического союза (ее военное крыло – Комитет народной обороны). Более того, с помощью президента Иракского Курдистана Масуда Барзани удалось создать Высший совет сирийских курдов, исполком которого пытается координировать деятельность всех курдских политических сил Сирии. При этом часть лидеров сирийских курдов принадлежит к зарубежным диаспорам и постоянно проживает в странах Европы и США. Наиболее радикальные из них, такие, например, как представитель руководства Партии демократического союза (ПДС) Салих Муслим, выступают за создание курдской автономии в Западном Курдистане или даже субъекта федерации по типу Иракского Курдистана. В районе Комышлы уже провозглашен один из автономных курдских районов. Но большая часть курдских активистов реально оценивает ситуацию в стране (раздробленность курдских анклавов) и призывает своих соплеменников по возможности и дальше сохранять нейтралитет во внутриарабском конфликте. Нападения и карательные акции боевиков-исламистов против мирного курдского населения лишь сплотили сирийских курдов в борьбе за свои права и свободы, ускорили процесс создания сил самообороны. Вместе с тем, их лидеры не отказываются от участия в конференции «Женева-2», продолжения диалога со сторонниками Башара Асада и оппозиции, надеясь при любом варианте окончания гражданской войны добиться от Дамаска выполнения своих основных требований, которые сводятся к следующему:
- конституционному признанию курдского народа в качестве второй по численности нации в стране;
- прекращению дискриминации курдов по национальному признаку и их насильственной ассимиляции;
- признанию национальных, политических, социальных и культурных прав и особенностей курдов;
- предоставлению возможности формирования местных органов власти и силовых структур в курдских анклавах из числа самих курдов, пропорционального представительства курдов в центральных органах законодательной и исполнительной власти;
- отмене ограничений на занятие курдами должностей на государственной и военной службе, на получение высшего образования и т.п.;
- введению начального, среднего и высшего образования и СМИ на курдском языке;
- ускоренному социально-экономическому развитию наиболее отсталых курдских районов.
(Продолжение следует…)
Катар признали самой дорогой страной Аравийского полуострова
Катар смог завоевать пальму первенства благодаря высоким ценам на рынке аренды жилья.
В четвертом квартале 2013 года средняя стоимость аренды квартиры с двумя спальнями в Катаре составила почти $43000 в год, пишет Arabian business.com.
Это на $15500 больше, чем в ОАЭ, которые по стоимости аренды идут сразу после Катара, и в 15 раз дороже, чем в Бахрейне. И это вполне логично. Роскошные строительные проекты, вроде The Pearl, а также ограниченное предложение и высокий спрос взвинтили цены на аренду в стране. Кроме того, к росту цен руку приложилии и иностранные инвесторы.
Средняя стоимость коммунальных услуг за трехкомнатную квартиру в Аравии самая самая высокая в ОАЭ - $268 в месяц, на втором месте Оман и $160 , а затем Бахрейн - $135, Катар - $135 и Кувейт - $83. Самой дешевой в плане коммунальных платежей стала Саудовская Аравия, где придется заплатить всего $55.
Также в Катаре оказалась самая дорогая на Аравийском полуострове аренда автомобиля. Ежемесячная плата за небольшой внедорожник составляет около $2800. В ОАЭ за него же возьмут в два раза меньше - $1390. При всей дороговизне жизни, Катару есть и чем порадовать. ВВП страны составляет $100000 на человека, а у ближайшего преследователеля ОАЭ эта цифра заметно скромнее -$90000.
Начавшиеся три года назад «арабские революции» похоронили традиционные центры сил на Ближнем Востоке, прежде всего Египет. При этом произошло усиление роли Саудовской Аравии. Но в конечном счете от всех процессов в регионе больше других выиграл Иран. И начался процесс формирования шиитской дуги, которого опасаются США, Израиль и консервативные монархии Аравии.
Прошло ровно 3 года со времени начала т.н. арабской весны, а точнее – череды исламистских революций, разгоревшихся на деньги Саудовской Аравии и других аравийских монархий при политической, а в некоторых случаях и военной поддержке со стороны США и ряда ведущих стран НАТО. Ее итоги весьма печальны для тех стран, где были арены ожесточенных сражений и даже боев. Причем все это – страны, которые традиционно были на ведущих позициях в арабском мире.
Ливия, игравшая видную роль в межарабских делах и в Африке, практически уже превратилась в несостоявшееся государство, расколотое на три части, в каждой из которых правят местные кланы. Власть центрального правительства едва распространяется на Триполи и его окрестности.
Египет, бывший ключевой державой арабского мира, от которого во многом зависела безопасность всего Ближнего Востока, переживает период нестабильности, близкий к хаосу, когда в стране может произойти новый переворот или начаться гражданская война. Де-факто он стал тоже несостоявшимся государством, нуждающимся в серьезной международной помощи для преодоления острого социально-экономического кризиса. Его роль как ключевого игрока в процессе ближневосточного государства практически сведена к нулю. Утрачена ведущая роль Каира в ЛАГ.
В Иордании ситуация несколько лучше, но сохраняется риск обострения конфронтации между сторонниками нынешнего монархического режима и исламистами под воздействием сирийского конфликта.
Йемен, занимавший особое место на Аравийском полуострове в качестве республиканского противовеса консервативной монархической Саудовской Аравии, втянут в изнурительную внутреннюю борьбу с повстанцами-хусистами на севере и боевиками Аль-Каиды Аравийского полуострова повсюду. Кроме того, ему грозит раскол на Север и Юг. Страна погрязла во внутренних разборках, и ей сейчас не до внешней политики.
Тунис после исламистского переворота переживает полосу внутриполитической турбулентности и социального кризиса, грозящих перерасти в гражданский конфликт. Как серьезный игрок в политике Арабского Магриба Тунис утратил свое значение.
Алжир живет в ожидании смены власти поколений, причем на фоне растущей активности Аль-Каиды исламского Магриба. Прежняя его роль одного из полюсов сил наряду с Египтом и Ираком в арабском мире утрачена.
В Сирии продолжается гражданская война, шансы на мир путем диалога крайне малы, хотя правящий режим, опираясь на политическую поддержку России и военную помощь Ирана и Хезбеллы, в целом контролирует ситуацию и скорее всего выживет. Но в нынешних условиях Дамаск не может играть активной роли в ближневосточных делах, в первую очередь в поисках решения палестинской проблемы.
В Ираке сохраняется острый накал суннито-шиитского противостояния, подпитываемый извне Саудовской Аравией, Катаром и некоторыми другими членами ССАГПЗ. Курды постепенно ведут дело к созданию де-факто независимого от Багдада анклава. Однако центральное шиитское правительство в состоянии пока удерживать общий контроль над большей частью страны. Постепенно улучшается социально-экономическая ситуация в Ираке. Но занятость внутренними проблемами не позволяет заниматься активной внешней политикой, в том числе в Персидском заливе.
Нельзя сбрасывать со счетов и курдский фактор. Если Иракский Курдистан в конечном счете решится объявить свою независимость, к нему захотят примкнуть населенные курдами районы сопредельных государств, прежде всего Турции и Сирии. А создание мощного курдского государства в самом сердце Среднего Востока – это новая геополитическая реальность. Его антиарабская и антитурецкая ориентация будет очевидна, что означает неизбежный союз с Ираном.
Пока что победителями «арабской весны» формально остаются страны ССАГПЗ во главе с Саудовской Аравией, хотя и там прошли волнения на фоне отголосков общей ситуации на Ближнем Востоке. Волнения шиитов на Бахрейне пришлось подавлять с помощью военной силы, прежде всего саудовских войск. В Восточной провинции Саудовской Аравии, в основном населенной шиитами, также прокатилась серия массовых выступлений протеста против дискриминации по конфессиональному признаку. Кувейт находится в полосе перманентного парламентского кризиса, тоже связанного с угнетением шиитского меньшинства. В Катаре пришлось срочно менять Эмира и премьер-министра с большей частью его правительства, чтобы уберечь это княжество от внутриполитических потрясений, связанных с недовольством населения агрессивной внешней политикой страны. Однако в целом Саудовская Аравия, отодвинув Египет, Алжир, Сирию, Ирак и другие страны на обочину ближневосточной политики, стала во многом диктовать правила игры в регионе, в том числе захватив лидерство в ЛАГ.
Но сейчас там назревает нарыв и вот-вот может произойти смена поколений, поскольку король Абдалла и наследный принц Сальман не просто стары, но и тяжело больны. В правящей семье Аль Саудов нарастает напряжение и ширятся противоречия, молодое поколение больше не хочет жить по нормам ваххабитов 18-го века, нарастает протест шиитского меньшинства, проживающего в основном районе нефтедобычи страны, засасывает недальновидная политика втягивания КСА в конфликты в Сирии, Йемене, Египте и Ираке, за которой стоит руководитель разведки принц Бандар, искусственно нагнетается враждебность по отношению к Ирану, который быстро выходит из западной изоляции. Королевство может просто распасться на 4-5 частей, причем некоторые из них вполне могут быть поглощены соседними странами. Если Саудовская Аравия развалится, то весь Ближний Восток сотрясет до основания.
На фоне событий «арабской весны» пострадала и Турция, которая решила активно поучаствовать в сирийском конфликте. В результате, в самой этой стране летом с.г. прокатилась волна мощных протестов, которая существенно подорвала власть премьер-министра Эрдогана и снизила внешнеполитическую роль Анкары. Да и ее стабильность оказалась под вопросом. Сейчас Турцию непрерывно сотрясают скандалы на коррупционной почве, хотя в реалии речь идет об общем недовольстве населения политикой Эрдогана. Смена многих министров не успокоила ситуацию в стране, где может случиться смена власти. В этих условиях Анкара существенно снизила свою внешнеполитическую активность, в том числе и на ближневосточном направлении.
Единственной реально выигравшей региональной страной от всех последних событий на Ближнем Востоке оказался Иран. После смены там президента Махмуда Ахмадинеджада, которого в июле прошлого года заменил Хасан Роухани, Тегеран за короткое время смог выйти на промежуточные договоренности с Западом по вопросу своей ядерной программы и начать процесс нормализации отношений с США и странами ЕС. Если нынешняя тенденция сохранится, то откроются перспективы снятия всех финансово-экономических и военных санкций, что позволит ИРИ быстро трансформироваться в самую мощную региональную державу на фоне упадка ведущих арабских государств. А это означает совершенно новый баланс сил на Ближнем Востоке, а главное – в Персидском заливе, где добывается 2/3 объема нефти в мире. Тем более что США сокращают свое присутствие в регионе, уходя в более важный для них район – АТР, где им нужно сдерживать рост влияния Китая. В нынешних условиях Тегеран проводит активную и наступательную внешнюю политику, делая упор на становлении союза с Ираком и Сирией для отражения агрессивной линии Саудовской Аравии, не желающей мириться с утратой своей роли в регионе. Эта тенденция может привести к становлению и официальному оформлению «шиитской дуги» в составе ИРИ, Ирака, Сирии и Ливана, а в перспективе и с присоединением к ней шиитских районов Саудовской Аравии (в случае распада королевства) и Бахрейна.
Естественно, такое развитие процессов на Ближнем и Среднем Востоке не устраивает США и Израиль, который в военном отношении остается самым мощным государством региона. С одной стороны, они боятся дальнейшего укрепления роли Ирана и становления шиитской оси, и с другой – не могут остановить этот объективный процесс. Для этого им пришлось бы развязать масштабный региональный конфликт на Ближнем Востоке. Но он чреват вовлечением в него слабых в военном отношении аравийских монархий, а также распадом Саудовской Аравии.
Так что, начав «революции», консервативные арабские монархии – их зачинщики, в конечном счете нанесли ущерб самим себе, подорвав роль арабского мира в целом и оказавшись на грани коллапса. А на сцене появился новый мощный игрок – Иран, который будет делать ставку на шиитов в арабских странах, что еще больше перекроит политическую карту Ближнего Востока. Не исключено, что сбудется предсказание иорданского короля об образовании шиитской дуги от Тегерана до Бейрута.
**************
Исходя из реалий, которые нас ожидают в ближайшем будущем, России, наверное, стоило бы по-новому оценить ситуацию на Ближнем Востоке, произвести переакцентировку своей внешней политики в регионе и, может быть, стоит сделать ставку на формирование возможного Союза или Альянса с Ираном, Ираком и Сирией, тем более что последние теракты в Волгограде имеют явный саудовский след. Монархии ССАГПЗ никогда не поменяют своего враждебного идеологического настроя к Москве, которая якобы «угнетает» российских мусульман и поддерживает Иран. Они готовы и далее подпитывать финансами и пропагандистской салафитской литературой экстремистские и радикальные исламистские кружки и ячейки на Северном Кавказе и в Поволжье, тем самым поощряя терроризм в РФ. Кроме того, Саудовская Аравия готова демпинговать на рынке нефти, тем самым нанося ущерб российской казне, а Катар играет против Москвы на газовом рынке. Поэтому ограничение их влияния на Ближнем Востоке отвечает не только стратегическим, но и энергетическим интересам России. И в этом наши интересы совпадают с иранскими, иракскими и сирийскими. Причем к союзу РФ с «шиитской дугой» наверняка примкнут другие арабские страны по мере ослабления и уменьшения роли США в регионе.
Владимир Алексеев,
Специально для Iran.ru
Россия, по итогам 2012 года занявшая пятую строчку в списке крупнейших рынков мира по тратам на выездной туризм, в 2013 году увеличила расходы на 26%, уступив по этому показателю только КНР, сообщает Всемирная туристская организация при ООН (UNWTO).
Туристские расходы Китая, ставшего в 2012 году самым крупным выездным рынком с показателем расходов в 102 миллиарда долларов, возросли за первые три квартала 2013 года на 28%. У России в 2012 году соответствующий показатель составлял 42,8 миллиарда долларов.
К числу стран, достигших существенного роста расходов на выездной туризм, относятся Турция (плюс 24%), Катар (плюс 18%), Филиппины (плюс 18%), Кувейт (плюс 15%), Индонезия (плюс 15%), Украина (плюс 15%) и Бразилия (плюс 14%).
Показатели ключевых рынков развитых стран были сравнительно более скромными. Темпы роста трат французских туристов увеличились лишь на 6%, однако и этот результат позволил восстановить позиции страны после слабых показателей 2012 года. В США, Великобритании, Канаде и Австралии туристские расходы выросли на 3%. В то же время Германия, Япония и Италия, напротив, сократили расходы на выездной туризм.
На что жаловались российские туристы в уходящем году?
Распространенная жалоба - претензии к отелю: при продаже тура обещали одно, а в реальности часть услуг отсутствует, тип номера не соответствует обещанному. "Половина претензий туристов, относящихся к проживанию, не всегда являются справедливыми. Часто это субъективное мнение туриста, который в своих фантазиях превзошел реальность. Еще один важный вопрос - отказ от тура. Туристы не согласны со штрафами, которые удерживают туркомпании при аннуляции туров. Бывает, что действительно штраф выше, чем должен быть. В этом случае мы подключаемся и стараемся помочь". Ирина Нехорошкина.
«Великий Новгород» станет крупнейшим газовозом во флоте «Газпрома».
Сегодня в г. Чинхэ (Южная Корея) на верфи STX O&S состоялась церемония имянаречения газовоза сжиженного природного газа. Газовозу было дано имя «Великий Новгород». Он станет пятым в танкерном флоте «Газпрома».
На церемонии присутствовали заместитель Председателя Правления ОАО «Газпром» Александр Медведев и Генеральный директор ОАО «Совкомфлот» Сергей Франк.
«Великий Новгород» — газовоз с грузовой системой мембранного типа грузовместимостью 170,2 тыс. куб. м. Он оснащен дизель-электрической силовой установкой, способной работать на СПГ, мазуте или газойле. Судно сертифицировано по ледовому классу Ice2 и может осуществлять транспортировку грузов в условиях низких температур, включая проход по Северному морскому пути в период навигации по открытой воде.
Судно классифицировано в соответствии со стандартами Российского морского регистра судоходства и регистра Ллойда. Экипаж газовоза будет полностью состоять из российских моряков.
Компания Gazprom Marketing & Trading (GM&T) зафрахтует «Великий Новгород» у российской судоходной компании «Совкомфлот». Данный танкер станет первым судном серии высокотехнологичных газовозов СПГ ледового класса, разработанного по заказу «Газпрома».
Передача судна «Великий Новгород» GM&T запланирована на конец января этого года. В настоящее время «Совкомфлот» ведет строительство аналогичного газовоза — «Псков» — передача которого «Газпрому» ожидается в сентябре текущего года.
«„Газпром“ поэтапно реализует стратегию в области производства и поставок сжиженного природного газа. В рамках этой работы мы формируем собственный танкерный флот, готовый обеспечить транспорт СПГ в любую точку мира, в том числе по Северному морскому пути.
Танкеры „Великий Новгород“ и „Псков“ дают возможность „Газпрому“ серьезно увеличить объем торговых операций и усилить свои позиции на глобальном рынке сжиженного природного газа», — сказал Александр Медведев.
Справка.
Доля «Газпрома» в мировом производстве СПГ составляет около 5%. «Газпром» поставляет СПГ в десять стран мира: Японию, Корею, Китай, Индию, Тайвань, Великобританию, США, Кувейт, ОАЭ, Мексику. Танкерный флот компании состоит из четырех зафрахтованных газовозов: LNG Pioneer (грузовместимость — 138 тыс. куб. м), «Река Енисей» (149 тыс. куб. м), «Река Лена» и «Река Обь» (по 155 тыс. куб. м каждый). В планах «Газпрома» — увеличение доли на мировом рынке СПГ до 15% после реализации проектов «Владивосток-СПГ» и «Балтийский СПГ».
Gazprom Marketing & Trading Limited (GM&T) — 100-процентное дочернее предприятие ОАО «Газпром», которое выполняет задачи по реализации российского СПГ за рубежом и по торговле сжиженным природным газом из третьих стран.
Группа компаний Совкомфлот — одно из ведущих в мире судоходных предприятий, специализирующееся на морской транспортировке углеводородов, а также обслуживании шельфовой разведки и добычи нефти и газа. Компания является крупнейшим в мире оператором газовозов СПГ ледового класса. Собственный и зафрахтованный флот включает 158 судов общим дедвейтом около 12 млн т.
К классу Ice2, согласно Российскому морскому регистру судоходства, относятся суда ледового плавания. Он подразумевает самостоятельное плавание в мелкобитом разряженном льду неарктических морей и в сплошном льду за ледоколом при толщине льда до 0,55 м.
Регистр Ллойда — старейшее и крупнейшее в мире классификационное общество, добровольная ассоциация судовладельцев, судостроительных фирм, изготовителей судовых механизмов и страховых компаний.
Катар и Марокко подписали меморандум о взаимопонимании, в соответствии с которым Катар принял на себя обязательства профинансировать проекты развития в Марокко в размере 1,25 млрд. долларов США. Это произошло в рамках комплексного кредита, предоставленного Королевству еще в 2012 году четырьмя государствами Персидского залива – Катаром, Саудовской Аравией, Кувейтом и Объединенными арабскими эмиратами. Они взяли на себя обязательства выделить Марокко в период с 2013 по 2017 годы 5 млрд. долларов США на развитие инфраструктуры, туристической отрасли, социальной сферы.
Ранее аналогичные документы с Марокко подписали три других государства-кредитора.
Власти Королевства подвергаются сильному давлению со стороны международных институтов, в частности, Международного валютного фонда, требующих снизить дефицит бюджета и отменить государственное субсидирование некоторых товаров (в частности, нефтепродуктов, сахара, муки).
В проекте бюджета на 2014 год предусмотрен дефицит в объеме 4,9 % ВВП. В истекшем году этот показатель, по предварительным данным, составил 5,5 % ВВП.
ИА “Reuters”
Швеция намерена выделить, в качестве гуманитарной помощи, Сирии 230 млн. крон,(около 36 млн. долларов) в ходе донорской конференции, которая проходит в среду в Кувейте. Сумма может быть, в случае необходимости, увеличена - об этом на страницах газеты Свенска Дагбладет пишут министр по вопросам оказания помощи Хиллеви Энгстрём и министр иностранных дел Карл Бильдт.
Министры, при этом, критикуют сирийский режим за то, что он осложняет доставку гуманитарной помощи в страну.
Всего Организация объединенных наций нацелена на сбор, в ходе этого форума, 6.5 млрд. долларов, из них свыше 4 млрд. планируется направить для помощи беженцам из Сирии.
Саудовская Аравия в 2014 году выделит 250 миллионов долларов на помощь сирийским беженцам, сообщил в среду министр финансов страны Ибрагим бен Абдельазиз аль-Ассаф.
"Саудовская Аравия увеличит объём средств, выделяемых на программы помощи сирийским беженцам, на 60 миллионов долларов, таким образов в предстоящий период будет выплачено 250 миллионов", — заявил аль-Ассаф в среду, выступая на конференции стран-доноров Сирии в Кувейте.
По его словам, в общей сложности Эр-Рияд выделили на оказание гуманитарной помощи сирийцам порядка 448 миллионов долларов, часть которых уже была направлена на счета профильных благотворительных организаций и фондов ООН. "Мы призываем всех увеличить помощь сирийцам, так как ситуация постоянно ухудшается", —подчеркнул аль-Ассаф. Добавив, что сирийский кризис превратился в крупнейшую гуманитарную катастрофу современности.
Ранее Кувейт и США заявили о выделении 500 и 380 миллионов долларов соответственно в качестве гуманитарной помощи пострадавшим в ходе сирийского конфликта.
С инициативой проведения второй международной конференции доноров Сирии ранее к Кувейту обратился генсек ООН Пан Ги Мун. Первая такая конференция состоялась в Кувейте в конце января 2013 года. Тогда на нужды сирийского народа удалось собрать порядка 1,5 миллиарда долларов. Надим Зуауи.
Внутренний вооруженный конфликт в Сирии нанес огромный ущерб хозяйству этой страны и некогда развитой инфраструктуре, в том числе в области здравоохранения, заявил в среду на открытии второй международной конференции стран-доноров Сирии в Кувейте генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун.
"Сирия некогда располагала развитой инфраструктурой здравоохранения. Сейчас 40% (больниц) больше не функционируют. В некоторых районах половина врачей были вынуждены бежать в то время, когда они больше всего нужны", — сказал генсек, выступление которого транслируют арабские телеканалы.
Он добавил, что более 2 миллионов детей в Сирии не учатся в школах, тысячи — голодают и мерзнут, не имеют доступа к чистой питьевой воде. В регион вернулся побежденный в прошлые годы полиомиелит.
"Год назад мы собирались здесь и ситуация в Сирии была критически серьезной. Год спустя мы оказались перед лицом регионального кризиса, кризиса гуманитарного", — отметил Пан Ги Мун.
С инициативой проведения второй международной конференции доноров Сирии ранее к Кувейту обратился генсек ООН. Первая международная конференция доноров Сирии также под эгидой ООН состоялась в Кувейте в конце января 2013 года. Тогда на нужды сирийского народа удалось собрать порядка 1,5 миллиарда долларов. В этом году, по данным ООН, на помощь сирийцам потребуются рекордные 6,5 миллиарда. Собрать большую часть этой суммы — сверхзадача нынешнего форума. Маргарита Кислова.
Американский рынок OCTG: дело - труба? (ч.2)
Грядущее в США введение ограничений на импорт OCTG вынуждает поставщиков переориентировать сбыт в другие перспективные регионы – Ближний Восток, Южную Америку и Африку, где в 2014-2015 гг. ожидается рост объемов бурения и спрос на импортную продукцию.
Китай – ключевой производитель и экспортер
Китай, как известно, является ведущим в мире производителем трубной продукции, и, в частности, бесшовных труб. Страна производит порядка 7,5 млн. т в год бесшовных труб, в то время как внутреннее потребление составляет менее 3 млн. т. При этом текущие мощности по производству бесшовных труб составляют 32 млн. т, что составляет более половины мировых.
С 2005 г. Китай является нетто-экспортером бесшовных труб нефтяного сортамента и нетто-импортером труб нефтяного сортамента по стандарту API. С 2005 по 2008 год 40% всех бесшовных труб нефтяного сортамента, произведенных в КНР, было экспортировано. Экспорт сократился в 2008 г., после введения в США и ряде других стран антидемпинговых мер к импорту китайских труб нефтяного сортамента, а также вследствие и глобального финансового кризиса.
По информации MBR, из-за этих факторов китайское производство бесшовных OCTG в 2009 г. упало на 23%, однако почти восстановилось к 2011 г., составив 5,2 млн. т (см. табл.8). В 2012 г. объем выпуска этих труб вырос до 5,75 млн. т. В 2013 г. ожидается некоторый спад производства из-за проблем на экспортных рынках, но к 2014 г. рост возобновится.
По оценкам китайских источников, уже в 2010 г. избыточные мощности OCTG промышленности КНР составляли около 5 млн. т в год. Однако, несмотря на это, в стране продолжается дальнейшее расширение производственных мощностей, что провоцирует ужесточение конкуренции как на внутреннем рынке труб нефтяного сортамента, так и на экспортных рынках. В настоящее время загрузка OCTG мощностей в Китае упала до 45-50%. К слову, по итогам 2012 г. самый высокий уровень использования мощностей по выпуску OCTG отмечен в NAFTA, Южной Америке и СНГ (порядка 70%), в Азии (исключая Китай) – 60%, на Ближнем Востоке – около 52%, в ЕС – 45%.
Наблюдаемый в стране рост внутреннего потребления OCTG (от 4 до 7% в последние годы) не может полностью компенсировать проблемы на экспортных рынках (см. ). По данным MBR, потребление бесшовных труб нефтяного сортамента в КНР в 2010 г. составило 3,4 млн. т, 3,6 млн. т в 2011 г. и 3,9 млн. т в 2012 г.
MBR прогнозирует, что китайское потребление бесшовных OCTG увеличится на 3% в 2013 г. и на 6% в 2014 г.
Китайский экспорт бесшовных OCTG, млн. т:
2010 |
2011 |
2012 |
2013 |
2014 |
1,5 |
1,65 |
1,75 |
1,4 |
1,35 |
Источник: MBR
В то же время, с 2009 г. китайский экспорт активно диверсифицируется. Если до этого момента половина бесшовных OCTG из КНР отправлялась в США, то сейчас туда идет всего 8% китайского экспорта. Новыми важными рынками сбыта стали Ближний Восток и Северная Африка (Иран, Ирак, Алжир), Южная Америка (Колумбия и Венесуэла), а также Россия и Индонезия.
Кроме того, по информации SBB, некоторые китайские производители бесшовных труб нефтяного сортамента строят заводы в других странах, чтобы избежать антидемпинговых пошлин, введенных в Северной Америке и ЕС.
Тенденции мирового рынка – куда пойдет экспорт?
Крупнейшими регионами нетто-импортерами продукции OCTG, помимо NAFTA (2,5 млн. т), являются Ближний Восток (800 тыс. т) и Африка (500 тыс. т). Ключевые экспортеры – Китай (более 2 млн. т), остальная Азия (1,5 млн. т), ЕС (700 тыс. т), СНГ (80 тыс. т) и Южная Америка (50 тыс. т).
Помимо Северной Америки, наиболее важными рынками OCTG (см. табл.10 и 11) являются Ближний Восток, Южная Америка, в Азии – Китай и Индия, в СНГ – Россия и страны Средней Азии. На Ближнем Востоке, в России, Средней Азии и Южной Америке развивается«традиционная» добыча углеводородов (не в сланцевых пластах), Китай и Индия являются растущими рынками добычи и потребления нефти и газа, стимулируя строительство новых трубопроводов для поставки сырья.
Согласно подготовленному MBR пятилетнему прогнозу, за 2013-2020 гг. среднегодовой темп роста мировой индустрии нефтяного сортамента составит 4,5%, а объем рынка удвоится.
По оценкам компании, к концу 2012 г. общая рыночная стоимость продукции OCTG составила около $ 33 млрд. В целом, из-за слабости мировой экономики глобальный спрос на углеводороды и объемы бурения в настоящее время демонстрируют слабую динамику. Общемировое потребление OCTG в минувшем году осталось на уровне предыдущего – 17 млн. т. В США росту рынка помешало падение цен на газ в связи со «сланцевой революцией». В Европе – кризис суверенного долга, в КНР – замедление роста экономики, на Ближнем Востоке – нестабильная политическая ситуация. В России – снижение инвестактивности на фоне задержки в реализации ряда нефтегазовых и трубопроводных проектов. В итоге, в 2012 г. потребление OCTG в СНГ, на Ближнем Востоке и в Латинской Америке показало отрицательную динамику, в регионах NAFTA, ЕС и остальная Азия – минимальный рост, а в КНР – нулевой.
Потребление OCTG по регионам, % от общемирового:
NAFTA |
42% |
Китай |
23% |
Ост. Азия |
5% |
СНГ |
11% |
Ближний Восток |
7% |
Латинская Америка |
7% |
Африка |
3% |
ЕС |
2% |
Источник: MBR
Несмотря на замедление темпов роста спроса на OCTG, NAFTA в ближайшие годы останется крупнейшим регионом потребления с доминирующей долей рынка.
Другими перспективными направлениями для сбыта этой продукции остаются Ближний Восток, Азия (прежде всего, Китай, Индия, и Индонезия), Южная Америка, а также Африка. В связи с антидемпинговым давлением на импортную продукцию в ЕС и США именно на эти регионы будут переносить свою активность экспортеры.
Региональные объемы потребления OCTG по видам (2011 г.), тыс. т:
|
Бесшовные |
?Всего |
|
Северная Америка |
2 841 |
2 676 |
5 517 |
Китай |
393 |
5 000 |
5393 |
СНГ |
258 |
1 455 |
1713 |
Южная Америка |
281 |
840 |
1121 |
Ближний Восток |
133 |
977 |
1110 |
Африка |
77 |
900 |
977 |
Ост. Азия + Австралия |
72 |
687 |
759 |
Европа |
60 |
380 |
440 |
Всего |
4 100 |
12 900 |
17 000 |
Источник: Hatch Beddows
На Ближний Восток приходится 32% мировой добычи нефти и 16% мировой добычи газа. Ближневосточный рынок OCTG после пика потребления в 2008 г. (свыше 1 млн. т) упал до 570 тыс. т в 2009 г., однако к 2011 г. вернулся на докризисный уровень – 1,1 млн. т.
В течение следующих нескольких лет среднесуточная добыча нефти и газа на Ближнем Востоке
регионе будет расти в среднем на 2% и 5,3%, соответственно, обеспечивая устойчивый рынок сбыта для трубной продукции. При этом регион остается ярко выраженным нетто-импортером. В 2011 г., по данным ISSB, на Ближнем Востоке было потреблено около 1,1 млн. т труб нефтяного сортамента труб. Местные производители потенциально способны покрыть не более 20% потребности рынка.
Спрос на трубы нефтяного сортамента, как ожидается, возобновит рост в 2014- 2015 гг. в связи с надеждами на возобновление глобального экономического роста и потребности в углеводородах.
Хорошая динамика потребления данной продукции ожидается в Саудовской Аравии, ОАЭ, Ираке, Иране, Кувейте, Алжире, Йемене.
Количество скважин по регионам мира в 2013 г.:
|
Август |
|
Северная Америка |
2057 |
1944 |
Южная Америка |
418 |
423 |
Ближний Восток |
379 |
389 |
Азия |
241 |
250 |
Европа |
139 |
138 |
Африка |
128 |
133 |
Источник: Baker Hudges
Все более перспективным становится рынок Африки. Сегодня на Африку приходится всего 5% глобальных объемов бурения – см. табл.12 (США – 33%, Россия – 13%, Южная Америка – 11%, Канада – 10%, Ближний Восток – 9%, Каспийский регион – 8%, Азия – 7%), однако значительные запасы (80 млрд. баррелей нефти, около 7% мировых запасов) определяют рост инвестиций в этот сектор и повышение спроса на OCTG.
Сегодня наблюдается рост добычи углеводородов в Нигерии, Судане, Анголе и Габоне. После стабилизации политической обстановким неизбежен рост добыи и потребления труб в странах Северной Африки – Алжире, Ливии, Тунисе и Египте.
Латинская Америка, в которой крупнейшими продуцентами нефти и потребителями труб выступают Венесуэла, Бразилия, Колумбия, Аргентина и Эквадор, является наиболее непредсказуемым регионом в сфере нефтедобычи – сильное колебание уровня добычи зависит не только от экономической конъюнктуры, но и от политических событий. В частности, принятые в Венесуэле, Аргентине и Боливии решения о национализация ряда крупных частных добывающих компаний привели к оттоку иностранных инвестиций в этот сектор.
В Европе в обозримом будущем рост потребления OCTG возможен в Норвегии, которая расширяет операции в Северном море, в России, где ожидается расконсервация ряда перспективных добывающих проектов, в Середней Азии, в Польше, которая первой из стран Европы серьезно инвестирует в добычу сланцевого газа, а также в Румынии, Турции и Украине, которые планируют увеличить разведку и бурение на шельфе Черного моря.
Резюме
Потребление OCTG в ближнесрочной и долгосрочной перспективе останется сильным, учитывая как устойчивый мировой спрос на нефть и природный газ, так и активное развитие сланцевого бурения.
Развитие новых технологий добычи углеводородов в сланцах требует более широкого использования горизонтального и наклонно-направленного бурения.
Быстро растет спрос на бесшовные OCTG с повышенными характеристиками, а также труб с премиальными резьбовыми соединениями, использование которых оправдано в в регионах сложного бурения – при больших глубинах залегания, на шельфовых и арктических месторождениях.
Импорт OCTG в США из всех стран, всего, 20 крупнейших поставщиков, тыс. т:
|
2008 |
2009 |
2010 |
2011 |
2012 |
11 мес. |
|
1,696,379 |
3,540,908 |
1,411,725 |
2,128,415 |
2,608,372 |
3,257,890 |
2,775,820 |
|
190,892 |
326,979 |
122,584 |
498,132 |
615,576 |
789,839 |
839,009 |
|
139,378 |
207,379 |
78,205 |
376,129 |
372,045 |
371,928 |
261,068 |
|
23,985 |
93,778 |
77,138 |
145,743 |
135,594 |
210,856 |
142,045 |
|
. |
. |
5.48 |
131.4 |
51,434 |
199,766 |
123,490 |
|
130,698 |
152,811 |
76,764 |
135,852 |
191,097 |
192,641 |
152,229 |
|
85,445 |
158,520 |
66,486 |
112,696 |
106,490 |
163,322 |
125,436 |
|
21,830 |
82,893 |
21,638 |
95,550 |
130,514 |
148,927 |
137,313 |
|
9,586 |
57,210 |
44,953 |
135,834 |
179,449 |
139,275 |
124,883 |
|
8,399 |
8,517 |
9,251 |
77,312 |
127,737 |
138,294 |
105,290 |
|
5,068 |
63,824 |
29,333 |
74,296 |
108,335 |
127,627 |
222,514 |
|
15,786 |
10,658 |
3,245 |
51,341 |
87,455 |
96,684 |
101,838 |
|
13,229 |
43,152 |
2,011 |
29,465 |
65,844 |
91,153 |
58,794 |
|
26,047 |
56,944 |
42,683 |
70,944 |
50,069 |
83,151 |
32,418 |
|
. |
. |
. |
. |
21,711 |
63,899 |
65,848 |
|
300.0 |
. |
. |
11,302 |
61,674 |
58,994 |
48,589 |
|
3,917 |
11,081 |
12,727 |
51,142 |
35,635 |
52,210 |
48,252 |
|
70,654 |
84,825 |
13,143 |
35,692 |
49,854 |
43,193 |
7,075 |
|
66,205 |
36,502 |
36,500 |
34,279 |
27,248 |
40,830 |
29,179 |
|
9,447 |
41,081 |
22,319 |
29,440 |
32,529 |
37,186 |
31,543 |
|
5,305 |
16,694 |
6,158 |
35,795 |
37,424 |
32,005 |
33,235 |
US Department of Commerce, Enforcement and Compliance
Игорь Жигир
Данный материал вышел в №1 издания Металлоснабжение и сбыт за январь 2014 г., публикуется с разрешения редакции
Кувейт наращивает закупку ЗРК Patriot PAC-3
Компания Lockheed Martin получила контракт на поставку вооруженным силам Кувейта 56 зенитных ракет и семи пусковых установок ЗРК Patriot Advanced Capability 3 (PAC-3) на сумму 263 млн долл США, сообщает janes.com 5 января. Пентагон сообщил о контракте 31 декабря.
Также будут поставлены блоки электронного оборудования Enhanced Launcher Electronics Systems (ELES), которые позволят пусковым установкам ЗРК PAC-2 применять ракеты меньшего размера Lockheed Martin MIM-104F PAC-3.
Это уже второй контракт по системам РАС-3 для Кувейта. 2 июля 2013 года существующий контракт по этим ЗРК был увеличен на сумму 308 млн долл, других подробностей не сообщается.
Сирийский урок
Константин Михайлович Труевцев (р. 1943) – доцент кафедры общей политологии Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».
Во второй половине 2013 года в ситуации в Сирии и вокруг нее произошел решительный перелом, который, по моему мнению (так или иначе разделяемому многими аналитиками и политическими деятелями), имеет стратегическую природу.[1] Во второй половине 2013 года в ситуации в Сирии и вокруг нее произошел решительный перелом, который, по моему мнению (так или иначе разделяемому многими аналитиками и политическими деятелями), имеет стратегическую природу. Произошедшие перемены способны оказать и уже оказывают самое серьезное влияние не только на судьбы сирийского государства, но и на состояние региона в целом, включая изменение регионального баланса сил, а также внутреннюю ситуацию в ряде стран, прямо или косвенно причастных к сирийскому конфликту.
В самой Сирии
В наметившемся к середине 2013 года явном преобладании правящего режима над оппозицией и поддерживающими ее внешними силами можно выделить несколько компонентов.
Во-первых, речь должна идти о военно-стратегической составляющей. Если в 2011–2012 годах стратегическое преимущество оставалось за вооруженной оппозицией, действовавшей одновременно в разных частях страны, а силы верных режиму вооруженных сил распылялись по различным фронтам, то с начала 2013 года, по верному наблюдению политического обозревателя Эль-Мюрида, прежний алгоритм действий армии сменила стратегия «перемалывания боевиков» в местах их скопления. Именно это обусловило качественное изменение ситуации к середине прошлого года, когда, к удивлению большинства внешних спонсоров и сторонников вооруженной оппозиции, военно-стратегический перевес оказался на стороне правительственных войск[2].
Во-вторых, следует упомянуть внутреннюю консолидацию. В 2011-м и отчасти в 2012 году режим обнаруживал признаки нарастающей дезинтеграции, выражавшиеся в массовой поддержке вооруженной оппозиции значительной частью суннитского большинства, переходе на ее сторону видных военачальников и политических деятелей, оформлении невооруженной оппозиции, оппозиционном настрое национальных меньшинств (в первую очередь курдов). Однако со второй половины 2012-го и особенно в 2013 году положение стало меняться: режиму удалось консолидировать основную часть политической элиты, включая ее военизированный элемент в армии и прочих силовых структурах, а также привлечь на свою сторону часть своих невооруженных противников, включив их представителей в правительство. Что касается вооруженной оппозиции, то ей, напротив, не удалось сплотить свои ряды. Более того, попытки ее консолидации проводились не через компромисс и создание единого командования, а посредством боевых столкновений между различными оппозиционными фракциями и группами. Важно также отметить, что в ходе этого противостояния перевес в основном оказывался на стороне наиболее одиозных экстремистских группировок, связанных с «Аль-Каидой», включая «Джабхат ан-Нусра» и «Исламское государство Ирака и Леванта».
В-третьих, важен и этноконфессиональный компонент. На первых этапах гражданской войны очевидное преимущество в данном отношении было у вооруженных противников режима. Пропагандистские заявления о том, что они выступают против угнетения алавитской верхушкой суннитского большинства, находили отклик не только среди значительной части арабов, исповедующих суннитскую разновидность ислама, но в какой-то мере и среди курдов, также относящихся к суннитам и недовольных своим бесправием. Однако позже ситуация коренным образом изменилась. Прежде всего правящий режим смог показать себя защитником конфессиональных меньшинств, причем не только алавитов, но и имеющихся в Сирии христианских конфессий, в отношении которых исламисты развернули войну на уничтожение. В 2012 году президент Башар аль-Асад расширил автономию курдов, предоставив им самоуправление на территориях, граничащих с Турцией[3]. Это не только привлекло на его сторону курдов в самой Сирии, но и вызвало положительную реакцию со стороны их турецких и иракских собратьев, что серьезно затруднило проникновение боевиков-исламистов с территории Турции. Противодействие, которое курды начали оказывать исламистам, существенно повлияло на общий ход гражданской войны[4].
Одновременно действия боевиков повлияли и на часть арабо-суннитского населения, изменившую свое отношение к оппозиционерам. Дело в том, что зверства радикалов коснулись многих суннитов – прежде всего тех, кто пытался спрятать или защитить представителей иных конфессий, просто проявлял веротерпимость или был заподозрен в ней, а также не соглашался с экстремистской интерпретацией ислама, которую исповедуют боевики. Кроме того, в террористических актах люди гибли независимо от их конфессиональной принадлежности. Все это оттолкнуло от вооруженных радикалов два крупнейших города, Дамаск и Алеппо, а также их пригороды, где значительная часть граждан привыкла жить в обстановке веротерпимости и относительной толерантности. Свою роль сыграли и нарастающие неудобства прифронтовой жизни с присущими ей лишениями и многочисленными рисками. Сказанное верно также в отношении прибрежной зоны, где наблюдается наибольшее конфессиональное разнообразие, отмеченное значительным присутствием алавитов и христиан. Наконец, в известной мере это относится и к северу страны, где курдское население многочисленно, а также к прилегающему к Ливану юго-западу, где традиционная приграничная торговля из-за войны оказалась серьезно подорванной. Даже в центральной зоне, где города Хомс и Хама были традиционными центрами исламских противников режима, энтузиазм в отношении военизированных группировок заметно поубавился.
Перемены обусловлены не только неприятием того, как действуют боевики, но так же и тем фактом, что по мере развертывания конфликта все большую роль в нем играли приглашаемые оппозиционерами иностранные наемники. По данным целого ряда источников, в 2013 году они составляли десятую часть всей воюющей оппозиции. Причем, если в Свободной сирийской армии и в ряде других групп, относящихся к «умеренному» крылу, преобладают сирийские граждане, в наиболее экстремистских «Джабхат ан-Нусра» и «Исламском государстве Ирака и Леванта» концентрация иностранных наемников значительно выше. Именно иностранные наемники отличились наибольшими зверствами в отношении мирного сирийского населения и наибольшей неразборчивостью в выборе объектов и средств для своих атак.
В-четвертых, необходимо отметить морально-политический компонент. В указанном отношении к середине 2013 года так же выявилось довольно явное стратегическое преимущество правящего режима над вооруженной оппозицией. Часть населения, прежде всего конфессиональные меньшинства и сунниты больших городов, в первую очередь столицы, стали рассматривать власти Дамаска и их вооруженные силы в качестве своих защитников, о чем свидетельствует, в частности, создание вооруженных отрядов гражданской обороны, действующих в координации с подразделениями сирийской армии и выступающих для нее немаловажным подспорьем. Далее, значительная часть сирийцев, враждебно настроенных в отношении режима, стала рассматривать его как меньшее из двух зол. Наконец, сирийские курды после объявления автономии перешли от нейтралитета к поддержке режима, о чем красноречиво свидетельствуют не только заявления их лидеров, но и военные столкновения курдских отрядов с группировками боевиков. В ряде случаев курдские формирования наносили оппозиционерам серьезные поражения, а последовавшие за этим зверства террористов в отношении мирного курдского населения, включая женщин и детей, побудили курдов перейти к блокированию путей снабжения и проникновения оппозиционеров из Турции. Результатом всего перечисленного стала повторная легитимация режима со стороны значительной части населения, а возможно, и его молчаливого большинства. Одновременно боевики оппозиции все чаще стали восприниматься как антинациональная, в том числе иностранная, сила, как внешние агрессоры.
Совокупный эффект всех этих факторов проявился в истории с применением в Сирии химического оружия, получившей широкий международный резонанс. В основе этого парадоксального детектива лежат два неосторожных высказывания. Первое принадлежало сирийскому президенту, который еще в начале войны заявил о том, что в случае нападения извне Сирия может использовать право на применение химического оружия против агрессоров. Фраза повисла в воздухе, подобно чеховскому ружью, готовому выстрелить ближе к развязке. (Заметим, что расширяющееся участие иностранных наемников в сирийском конфликте в принципе можно было интерпретировать как внешнюю агрессию, тем более, что они проникали на сирийскую территорию из соседних государств, в первую очередь из Турции и Иордании.) Второе высказывание прозвучало из уст президента Соединенных Штатов. В кульминационной фазе конфликта, летом 2013 года, Барак Обама предупредил сирийский режим, что применение им химического оружия против собственного народа будет означать переход «красной черты», за которой последует международное военное вмешательство. Это заявление искажало сирийскую позицию, поскольку Башар аль-Асад говорил о возможности использования химического оружия против внешних сил, а вовсе не против собственных граждан. Фразе американского лидера была уготована роль спускового крючка, поскольку вскоре после нее – 21 августа 2013 года – химическое оружие действительно было применено. Поскольку это произошло в окрестностях Дамаска, не было никаких сомнений в том, что его использовали именно против сирийских граждан. В результате 30 августа Обама заявил о готовности начать военную операцию против Сирии после 9 сентября.
Вместе с тем было не ясно, кто именно осуществил химическую атаку – правящий режим или вооруженная оппозиция. Более того, этот вопрос не разрешен до сих пор, поскольку никому не удалось представить убедительных доказательств использования химического оружия именно сирийской армией. В реакции на это, бесспорно, шокирующее событие тоже есть две стороны, внутренняя и внешняя. Говоря о первой, стоит обратить внимание на то, что население страны не отреагировало на этот инцидент сколько-нибудь резким всплеском антиправительственных выступлений, что было бы ожидаемо в случае убежденности граждан в виновности режима. Что же касается международной реакции, то, если не брать в расчет первые эмоциональные отклики с Запада, а рассмотреть ее в динамике, можно увидеть, что в итоге легитимность режима аль-Асада на международной арене парадоксальным образом укрепилась. С лета 2013 года США и их западные партнеры не только признают сирийский режим легитимной стороной женевских переговоров, но и фактически сняли ранее выдвигавшееся требование о непременном отстранении сирийского президента от власти. Более того, среди американских политиков все большую популярность приобретает точка зрения, согласно которой сохранение режима аль-Асада в Сирии гораздо лучше, чем приход к власти радикальных исламистов.
В регионе
В 2013 году сирийский конфликт, который еще раньше стал перерастать национальные рамки, превратился в бесспорную региональную проблему. Помимо боевиков, обучавшихся в Турции и Иордании, а затем пересекавших сирийские границы, в Сирию начали прибывать суннитские боевики из той части Ирака (провинция Аль-Анбар), которая не контролируется центральным правительством. Кроме того, в период правления в Египте «братьев-мусульман» оттуда в Сирию перебрасывались вооруженные отряды этого движения, а также ливийские боевики. Причем делалось это с одобрения руководства правящей партии и тогдашнего президента Мухаммеда Мурси, которые враждебно относились к сирийскому режиму. Уместно добавить, что основными региональными спонсорами вооруженной сирийской оппозиции и части ее иностранных сторонников выступали Саудовская Аравия и Катар.
Но в сирийские дела вмешивались не только соседи-сунниты. Шиитский Иран, давно и тесно сотрудничающий с Сирией и с самого начала конфликта недвусмысленно поддержавший Дамаск, вряд ли мог долго оставаться в стороне. В первую очередь включилась в конфликт опекаемая Ираном ливанская шиитская партия «Хизбалла», которую с Сирией также связывают прочные отношения, оформившиеся еще во время гражданской войны в Ливане. Вооруженные отряды этой организации в 2013 году подключились к боям с силами оппозиции в сирийских районах, граничащих с Ливаном[5]. А осенью появились сообщения о том, что сам Иран направил в Сирию четыре тысячи бойцов Корпуса стражей исламской революции, входящего в состав его регулярной армии. Кроме того, ряд источников сообщал и о том, что в Сирии сражаются боевые отряды, подчиненные Мустафе Ас-Садру, наиболее воинственному лидеру шиитов Ирака. Таким образом, конфликт стал приобретать черты межконфессионального регионального противостояния суннитов и шиитов с перспективой выхода за сирийские границы – вплоть до перерастания в конечном счете в полномасштабную региональную войну.
Однако, несмотря на все сказанное, сводить сирийскую войну к противостоянию исключительно двух ветвей ислама все же нельзя. Во-первых, курды-сунниты, проживающие в Ираке, Сирии и Турции, в минувшем году солидарно выступили на стороне режима аль-Асада. Во-вторых, в июле 2013 года, после военного переворота, Египет выпал из создававшегося регионального суннитского фронта. Более того, новое египетское руководство заняло в отношении Сирии позицию позитивного нейтралитета, характеризуемую симпатиями политической элиты, особенно военной ее части, в отношении сирийского президента. Наконец, в-третьих, Саудовской Аравии не удалось в полной мере вовлечь в антисирийский (и антииранский) фронт даже государства Персидского залива, за исключением Катара: Кувейт и Объединенные Арабские Эмираты заняли по этому вопросу чрезвычайно осторожную позицию, а Оман вообще предпочел нейтралитет, решительно отклоняя любые попытки побудить его к поддержке каких-либо акций, направленных против Сирии или Ирана.
Соответственно, Саудовская Аравия и Турция, с самого начала выступившие в качестве главных региональных организаторов антисирийской военной кампании, уже в начале 2013 года стали ощущать изменение регионального баланса сил не в свою пользу. Именно поэтому они были крайне заинтересованы в непосредственном вовлечении западных стран в конфликт, рассчитывая таким путем восстановить свой изначальный перевес. В таком контексте российская версия причин, вызвавших химическую атаку под Дамаском, выглядела довольно убедительной. Сирийскому режиму, который начал одерживать важные победы на поле боя, подобный акт был не выгоден, а вот для отступающей вооруженной оппозиции и поддерживавших ее региональных спонсоров он оказался полезным, поскольку открывал перспективы для прямого вмешательства Запада.
Дела в регионе теперь складываются таким образом, что именно главные внешние инициаторы сирийского противостояния в лице Турции и Саудовской Аравии превращаются в его слабые звенья, а потенциально – и в главные мишени грядущих политических изменений. Анализ ситуации в регионе свидетельствует о том, что подобное предположение вовсе не так фантастично, как может показаться на первый взгляд.
Подтверждение легитимности сирийского режима, упоминавшееся выше, было подкреплено еще одним важным событием, повлиявшим на измерение регионального баланса сил. Речь идет о подписании соглашения между «шестеркой» (пять постоянных членов Совета безопасности ООН плюс Германия) и Ираном в ноябре 2013 года по поводу иранской ядерной программы. Хотя это соглашение носит промежуточный характер, оно позволило не только частично снять экономические санкции, ранее наложенные на Исламскую республику, но, что не менее важно, политически легитимировать ее в международном плане и запустить процесс разрядки в отношениях между Ираном и Западом. Соответственно, новая диспозиция повлекла за собой переоценку военно-политической поддержки, оказываемой Сирии. В глазах значительного сегмента мирового общественного мнения на роль основного фактора, угрожающего региональной безопасности, выдвинулись экстремисты из «Джабхат ан-Нусра» и «Исламского государства Ирака и Леванта», в то время, как действия сирийского режима и поддерживающего его Ирана все чаще предстают в виде естественной самозащиты против международного терроризма.
Реакция Турции и Саудовской Аравии на эти новшества закономерным образом оказалась крайне нервозной. Из столиц обеих стран зазвучали рассуждения о «предательстве» со стороны Соединенных Штатов. Но если у Турции все же остается небольшое пространство для маневра, обусловленное хотя бы тем, что в ходе сирийской войны она смогла сохранить добрососедские отношения с Ираном, то положение Саудовской Аравии гораздо сложнее. Она оказалась перед лицом двух враждебных стран, с одной из которых испортила отношения по собственной инициативе – из-за своей проваливающейся стратегии регионального доминирования. Причем к недругам саудитов можно добавить и еще две лежащие поблизости страны: шиитский Ирак, где королевство поддерживало и поддерживает вооруженную суннитскую оппозицию, и Йемен, племена которого с традиционной враждебностью относятся к северному соседу.
Стратегический перевес в пользу Сирии и солидарных с ней сил не замедлил сказаться на характере боевых действий в сирийско-иракском пограничье. Уже в декабре стали появляться сообщения о серьезных успехах сирийских и иракских солдат в боях с «Исламским государством Ирака и Леванта». Опираясь на данные сирийской разведки о сосредоточении боевиков с иракской стороны границы, в конце декабря 2013 года совместными действиями сирийской и иракской армий, поддержанными сирийской авиацией, удалось уничтожить около тысячи экстремистов. И, хотя спустя месяц, в январе 2014 года, боевикам удалось, несмотря на большие потери, понесенные под ударами иракских правительственных войск, закрепиться в двух основных городах провинции Аль-Анбар – Ар-Рамади и Аль-Фаллудже, – в целом в последние месяцы стратегическая ситуация благоприятствует отнюдь не террористическим организациям, связанным с «Аль-Каидой». Во-первых, боевики из «Джабхат ан-Нусра» и «Исламского государства Ирака и Леванта» начали воевать друг с другом. Во-вторых, впервые в боевом противостоянии между силами «умеренной» Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил (НКСРОС) и «Исламского государства Ирака и Леванта» перевес оказался на стороне первой.
По-видимому, новые веяния говорят о том, что Саудовская Аравия в преддверии женевских переговоров по Сирии, стремясь усилить влияние подконтрольных ей исламских сил в НКСРОС, полностью переориентировалась именно на них, прекратив былую поддержку боевиков из организаций, связанных с «Аль-Каидой». Кроме того, новый расклад закрепляется и переориентацией Турции в направлении позитивного нейтралитета относительно сирийского режима. Это подтверждается не только недавними заявлениями турецкого министра иностранных дел, но и рядом шагов турецких властей, включая перекрытие каналов переброски и снабжения боевиков, а также арестами активистов «Аль-Каиды» в различных районах Турции. Таким образом, нельзя исключать того, что для экстремистов, поддерживаемых «Аль-Каидой», турецкая граница вскоре может оказаться закрытой.
Сирия и Турция
Интересно, что новое положение вещей обнажает объективные слабости Турции и Саудовской Аравии, понемногу проявлявшиеся еще на ранних этапах регионального кризиса. Что касается Турции, то здесь сирийский конфликт либо усугубил застарелые противоречия, либо породил новые проблемы. Прежде всего стоит упомянуть о том, что резко обострился болезненный для турецкого государства курдский вопрос. Согласно турецким официальным данным, на территории страны проживают 6 миллионов курдов. Сами курды оценивают свою численность в 20 миллионов, но, очевидно, наиболее объективны оценки Центрального разведывательного управления США, предлагающие цифру в 13 миллионов человек, или 18% населения страны[6]. Турецкие курды ведут многолетнюю вооруженную борьбу за создание независимого курдского государства, которую возглавляет Рабочая партия Курдистана. Несколько лет назад ее лидер Абдулла Оджалан, с 1999 года отбывающий пожизненное заключение в турецкой тюрьме, выступил с призывом прекратить вооруженную борьбу курдов в обмен на начало переговоров о предоставлении Турецкому Курдистану национальной автономии в составе Турции. Позиции турецких курдов еще более укрепились после свержения режима Саддама Хусейна, в результате чего Иракский Курдистан обрел широкую автономию в рамках Ирака. Дальнейшее укрепление позиций курдов произошло после решения Башара аль-Асада предоставить автономию и сирийским курдам. И, хотя в настоящее время турецкое правительство продолжает переговоры с турецкими курдами, параллельно консультируясь с курдами Ирака и Сирии, очевидно, что терпение курдских граждан Турции небезгранично.
Еще одной стороной турецкой политической жизни, испытывающей на себе давление сирийского фактора, стали взаимоотношения между «умеренными» исламистами из правящей ныне Партии справедливости и развития и сторонниками светского пути, которых в Турции довольно много. Поскольку, согласно турецкой Конституции, гарантом светского характера государства выступает армия, премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган уже в начале своего правления нанес удар по турецкому генералитету, десятки представителей которого были обвинены в подготовке военного переворота и отправлены в тюрьму. В последние месяцы репрессии обрушились также на офицерский корпус полиции и судейскую корпорацию, причем претензии исламистов к правоохранительным органам еще не сняты. Но, чем бы ни закончился нынешний виток внутриполитической напряженности, Эрдоган уже едва ли может рассчитывать на безусловный нейтралитет силовых структур при неблагоприятном для него развитии ситуации в стране. С мая 2013 года Турция пережила несколько волн народных протестов, в которых первоначальные низовые социальные требования быстро сменялись требованиями политическими. Одним из мотивов для выступлений стал экспансионистский внешнеполитический курс, включая все большее вовлечение Турции в сирийский конфликт.
Кроме того, нельзя не упомянуть и об алавитском факторе, роль которого на турецкой политической сцене долгое время игнорировалась. На местных алавитов не обращали внимания до тех пор, пока они в 2013 году не выступили в ряде районов Турции под собственными лозунгами, декларировавшими солидарность с режимом аль-Асада и осуждение поддержки, оказываемой Турцией вооруженной сирийской оппозиции. Таким образом, в турецком политическом спектре обозначилась еще одна, конфессиональная, линия раскола – на суннитское большинство и активное алавитское меньшинство.
Наконец, еще один, едва ли не самый серьезный, разлом обнаружился внутри правящей партии или, точнее, внутри широкого исламистского движения «Хизмет», в недрах которого эта партия зародилась. В декабре 2013 года, после коррупционного скандала в правительстве и спровоцированных им принудительных отставок полицейских офицеров и судей, последовал новый всплеск уличных протестов, которые Эрдоган охарактеризовал как «инспирированные из-за рубежа». Тем самым он явно намекал на своего бывшего единомышленника, авторитетного политического деятеля и видного теолога Фетхуллаха Гюлена, который, эмигрировав в США, в последнее время резко критикует Эрдогана, в том числе и за его вмешательство в события в Сирии. Надо сказать, что внутри Турции этот человек имеет внушительно число сторонников.
Сирия и Саудовская Аравия
Международный поворот в отношении Сирии и Ирана вызвал еще более нервозную реакцию в Саудовской Аравии. Об этом свидетельствуют, с одной стороны, заявления руководителей страны о пересмотре курса на одностороннее сотрудничество с США, а с другой стороны, неожиданные визиты главы саудовской разведки в Москву, в ходе которых, по некоторым сообщениям, он пытался добиться радикальной корректировки российской позиции относительно Сирии и Ирана. Не менее символичными наблюдателям показались сообщения о тайных контактах Саудовской Аравии с Израилем, поддерживаемых для координации действий перед лицом иранской угрозы.
Представляется, однако, что, несмотря на всю весомость внешнеполитических резонов, не менее значимыми оказываются и внутриполитические сдвиги, намечающиеся в королевстве. В последнее время тут высветилось немалое количество слабых мест. Прежде всего уместно напомнить о том, что королю Абдалле ибн Абдель Азизу аль-Сауду в нынешнем году исполняется 90 лет. Согласно саудовскому порядку престолонаследия, трон передается не сыну, а следующему за монархом младшему брату; по этой причине наследный принц и другие ближайшие претенденты на престол так же престарелые люди. Все это очень напоминает кризисные явления, наблюдавшиеся в правящей верхушке СССР в начале 1980-х годов. В какой-то момент встанет вопрос поколенческого обновления политической элиты, а это вызовет в государстве обострение борьбы за власть.
Между тем перед Саудовской Аравией остро стоит проблема реформ. Это единственная в мире страна, не считая султаната Бруней и Ватикана, которую можно назвать полноценной абсолютной монархией. Парламент и политические партии здесь отсутствуют, а члены правящей семьи замещают не только должность главы правительства, но и посты основных министров. Политические реформы на сегодняшний день ограничены органами местной власти, первые выборы в которые состоялись в 2005 году, а следующие намечены на 2015 год. Высокий уровень экономического развития, наличие современной экономической и социальной инфраструктуры, распространение информационных технологий и повышение образовательного уровня значительной части населения – все эти факторы способствуют запросу на политическую модернизацию. Не ясно, однако, осталось ли у государства время для проведения такой модернизации эволюционным путем. Кроме того, любой запуск политических реформ будет драматизировать те общественно-политические разрывы, которые ужу присутствуют в обществе.
Сложности усугубляются тем, что сегодня некоторые признанные религиозные авторитеты Саудовской Аравии резко критикуют даже те незначительные социальные реформы (например, расширение прав женщин), которые уже осуществил или планирует осуществить правящий дом. Жесткая реакция режима на подобные выступления, включая не только политическую изоляцию критиков, но и прямые репрессии против них, свидетельствует о том, что руководство страны видит в этой политической тенденции, во-первых, риск подрыва собственной легитимности, а во-вторых, опасность расширения социально-политической базы «Аль-Каиды». Между тем если даже сейчас эта террористическая организация в пределах королевства бездействует, то совсем недавно, до 2009 года, она громко заявляла о себе терактами в самых разных его регионах.
Для Саудовской Аравии, как, впрочем, и для некоторых других арабских режимов, довольно типична тактика «переключения» действий террористов со своей территории на территории других стран. Но, как показывает исторический опыт, представление о том, что террористические группировки поддаются всестороннему контролю, не состоятельно: контроль над ними может быть лишь относительным и временным. Как только деятельность террористических групп в Сирии и в Ираке будет подорвана или существенно затруднена, они могут перебазироваться на территорию Саудовской Аравии, где для продолжения их деятельности существуют и объективные и субъективные условия. Предлог для того, чтобы бросить вызов саудовским властям, при желании можно будет найти с легкостью: им, например, могут послужить сведения о контактах руководителей королевства с Израилем или, скажем, с Россией.
[1] Исследование выполнено в рамках Программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2014 году.
[2] Эль-Мюрид. Как Сирия прошла 2013 год // ИТАР-ТАСС. 2013. 27 декабря (http://itar-tass.com/opinions/1944).
[3] См.: Люлько Л. Автономия курдов – изящный ход Асада? // Pravda.ru. 2013. 13 ноября (www.pravda.ru/world/asia/middleast/13-11-2013/1182052-asad-0/).
[4] См.: Он же. Как Асад переманил на свою сторону курдов // Pravda.ru. 2013. 30 сентября (www.pravda.ru/world/asia/middleeast/30-09-2013/1176275-asad-0/).
[5] Гибор А. Снимки доказывают: Хизбалла участвует в военных действиях(maof.rjews.net/153-middle-east/27732-2013-02-27-09-29-06).
[6] См.: www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/print/country/c....
Опубликовано в журнале:
«Неприкосновенный запас» 2014, №1(93)
Генералы ушли, генералы вернулись: египетской революции три года[1]
Леонид Маркович Исаев (р. 1987) – арабист, старший преподаватель кафедры общей политологии Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».
25 января 2014 года свою трехлетнюю годовщину отметила египетская революция, которую как только ни называли: и «папирусовой», и «твиттерной», и «молодежной». Именно в те зимние дни сейчас уже далекого 2011 года египетский народ, благополучно избавившись от неугодного ему «фараона», отправился на поиски лучшей жизни. На этом пути Египет испытал все прелести исламского правления, неоднократно переписывал собственную Конституцию, ликвидировал верхнюю палату парламента, сделал выборы и референдумы настолько неотъемлемой частью своей жизни, что даже швейцарцы могут позавидовать. Все это сопровождалось необычайно бурным партийным строительством, в результате которого разнообразие партийного спектра стало просто невиданным. В конечном счете, однако, за прошедшие годы демократия египтянам явно надоела, а тоска по старому доброму военному правлению, олицетворением которого и был с позором изгнанный Мубарак, становится все сильнее.
Переломным моментом в этой трехлетней истории стала «революция 30 июня», в результате которой своего поста лишился президент Мухаммед Мурси. Можно спорить о плюсах и минусах его правления, можно по-разному относиться к «братьям-мусульманам» и их прошлому, можно дискутировать о распределении полномочий между различными ветвями власти в написанной исламистами Конституции, но факт остается фактом. Высший совет вооруженных сил Египта в одночасье приостановил действие Основного закона, принятого на всенародном референдуме, сместил с должности легитимно избранного главу государства и распустил назначенное в соответствии с буквой закона правительство. И если «волеизъявлением народа» это назвать еще можно, хотя и с натяжками, то «новым шагом на пути к демократии» – едва ли. Избавляясь в 2012 году от исламистской Народной ассамблеи, Высший совет вооруженных сил все-таки отдал дань политическим приличиям, проведя решение о ее роспуске через Высший совет судей; спустя год, в 2013 году, не понадобилось даже и этого: захотели и разогнали, ссылаясь на волю площади Тахрир.
Опасные выборы
После свержения Мурси ситуация в стране естественным образом начала стремительно меняться. Военные ясно дали понять и словом, и делом, что на этот раз они готовы взять ситуацию под полный контроль и не пойдут на поводу у египетской общественности, как это делала в переходном 2011 году военная администрация под управлением маршала Мухаммеда ат-Тантави. Не исключено, что, отстраняя Мурси, армия поначалу не собиралась ни вступать в открытое противостояние с «братьями-мусульманами», ни вновь объявлять их террористической организацией. Экономика страны, нуждавшаяся во внешнем финансировании, сразу после революции 30 июня получила долгожданный транш от Саудовской Аравии, Кувейта и ОАЭ на сумму в 12 миллиардов долларов. Этих средств хватало ровно на полгода, то есть до избрания нового парламента[2]. В феврале 2014 года деньги должны были закончиться, а вместе с ними завершился бы и краткий период относительно устойчивого развития. Разбираться же с неизбежными экономическими трудностями пришлось бы тем силам, которые победили бы на выборах в Народную ассамблею. Учитывая все особенности ситуации, военным было бы выгодно позволить исламистам обогнать себя на выборах для того, чтобы те, получив опустевшую казну, второй раз подряд дискредитировали себя в глазах народа. Иными словами, победа на предстоявших зимой 2014 года выборах, как ни парадоксально, была не выгодна именно тем, у кого были все возможности взять на них верх[3].
Однако ситуация приобрела иной оборот: в июле и августе страну сотрясали столкновения между сторонниками и противниками президента Мурси, грозившие перерасти в гражданскую войну. С одной стороны, они подорвали экономические основы, на которых собирался утвердиться переходный военный режим. С другой стороны, в предвыборных раскладах обеих сторон на смену экономическим резонам пришли политические соображения: теперь электоральная победа была нужна и исламистам, и военным. Армейское руководство понимало, что в случае поражения на него обрушилась бы месть «братьев-мусульман» за не совсем законное отстранение Мурси от власти, а также за последующие аресты их лидеров и жестокие расправы с их сторонниками в ходе летних протестов 2013 года. «Братья» в свою очередь понимали, что в случае проигрыша они рискуют вновь лишиться возможности легального участия в политической жизни. Военные, однако, не стали даже дожидаться выборов в Народную ассамблею: исламисты получили от них «новогодний подарок», уже в январе став террористической организацией. Интересно, что даже среди сторонников светского правления решение армии не получило однозначной поддержки. Так, молодежное движение «6 апреля», принимавшее активное участие в свержении Мурси, на своей странице в социальной сети «Facebook» заявило, что не поддерживает решения о запрете «братьев-мусульман», несмотря на несогласие с проводимой ими политикой[4].
В этой связи сейчас едва ли стоит ожидать от военных мягкости в отношении бывшего президента, находящегося под следствием. Его освобождение до референдума по Конституции было сопряжено с риском, а рисковать в стране, и без того полной непредсказуемости, военные не собирались. Отпустить его после голосования – такой шаг выглядит более разумным и даже выгодным для нынешней власти. Ведь полноценный суд над Мурси, если он состоится, запустит в стране очередной виток насилия. В Египте хорошо помнят, чем неизменно заканчивался каждый раунд судебного процесса над Мубараком: и сторонники, и противники экс-президента использовали его как повод для организации уличных беспорядков. Вероятно, египетские генералы решили, что целесообразно оттянуть заседания суда до проведения парламентских и президентских выборов, а потом отпустить опального президента, тем более что инкриминируется ему чисто символическое, по египетским меркам последних времен, преступление: гибель шести демонстрантов у президентского дворца. Впрочем, судя по тому, с какой планомерностью и жесткостью военные взялись за вытеснение «братьев-мусульман» с политической сцены страны, единого мнения о том, что делать с Мурси, военное руководство еще не выработало.
Улица успокоилась?
Общая ситуация в стране постепенно нормализуется. В первую очередь это обусловлено тем, что египетское общество устало от перемен и протестов: оно ждет возвращения к спокойной жизни, ассоциирующейся прежде всего с улучшением финансового положения граждан. В итоге армия смогла сделать то, что не удавалось никому с момента революции 25 января: убрать людей с улиц и площадей египетских городов. Символичным в этом плане является нынешнее состояние площади Тахрир, ставшей символом египетских революций и зажившей, наконец, нормальной жизнью, – впервые за последние три года ее удалось освободить от перманентно бунтующей египетской молодежи. Но красноречивее всего о нормализации дел в стране свидетельствует процесс принятия Конституции, подготовленной «Комитетом пятидесяти» во главе с Амр Мусой. Если в декабре 2012 года, когда принималась Конституция исламистов, Египет сотрясали нескончаемые акции противников исламизации, то проект, предложенный новой властью, был воспринят большинством египтян с воодушевлением и без особых проблем получил одобрение на референдуме в январе 2014 года.
Армия сейчас пытается приложить все усилия к тому, чтобы сохранить в стране хрупкое равновесие, столь необходимое для завершения переходного периода. После переворота 30 июня политический ландшафт Египта заметно изменился. Бесспорно, насильственное прерывание политического процесса – явление негативное, но «братья-мусульмане» сами усугубили радикализм переформатирования. Оказавшись на перепутье, исламисты допустили роковую для них ошибку: они пошли по пути алжирского Исламского фронта спасения, не проявив гибкости и тем самым позволив военным вытолкнуть себя за рамки закона. Ведь сам по себе факт отстранения легитимно избранного президента расколол не только египетское общество, но и мировую общественность. Причем многие египтяне, относившиеся к исламистам нейтрально, сразу после переворота начали симпатизировать опальному президенту. Единственно верным решением для гонимых «братьев-мусульман» стал бы уход в тень и подготовка к очередным выборам, что дало бы им неплохие шансы на повторение успеха прошлой избирательной кампании. Но выбор в пользу насилия и открытого противостояния армии стал для исламистов фатальным. Мало того, что они предоставили военным формальный повод для объявления их нелегальной силой, – еще более болезненным стало то, что новая тактика расколола движение: многие известные активисты «братьев-мусульман» в знак протеста против насилия вышли из состава ассоциации. Между тем развитие событий после переворота заставило всех крупных политических игроков определиться и заявить о поддержке либо исламистов, либо военных. При этом основная часть политического класса предпочла второй вариант, и это позволило консолидировать силы вокруг нынешнего министра обороны Абд аль-Фаттаха ас-Сиси, который на сегодняшний день является, пожалуй, самым популярным политическим деятелем в стране.
Новый лидер
Абд аль-Фаттах ас-Сиси родился в Каире 19 ноября 1954 года. После окончания в 1977 году Египетской военной академии служил в пехоте. Дослужился до поста командующего механизированными войсками. Занимал должность начальника отдела информации и безопасности секретариата Министерства обороны, был военным атташе в Саудовской Аравии, возглавлял военную разведку. В 2006 году ас-Сиси проходил обучение в Военном колледже сухопутных войск в Карлайле, штат Пенсильвания[5]. Весьма любопытно то, что генерал ас-Сиси считался идейным сторонником исламистов; согласно имеющейся информации, его дядя был одним из основателей ассоциации «Братья-мусульмане». 12 августа 2012 года президент-исламист Мухаммед Мурси назначил генерал-майора Абд аль-Фаттаха ас-Сиси министром обороны, и тот, минуя звание генерал-лейтенанта, сразу получил чин генерал-полковника. Однако потом пути военного командования и исламистов разошлись: в июне 2013 году ас-Сиси решительно поддержал выступивших против исламистов оппозиционных демонстрантов.
По сути на сегодняшний день это единственный человек, способный победить на президентских выборах, причем не исключено, что даже в первом туре. Однако с большой долей вероятности можно утверждать, что ас-Сиси не станет баллотироваться на президентский пост, о чем он неоднократно заявлял. Одним из косвенных свидетельств в пользу именно такого решения можно считать конституционный статус министра обороны. Согласно статье 234 нового Основного закона, он выведен из подчинения президенту и премьер-министру страны и назначается Высшим советом вооруженных сил. При этом в статье 200 оговаривается, что деятельность Высшего совета вооруженных сил регулируется специальным законом, который военные писали «под себя». Более того, в соответствии с новым порядком (статья 201) обязанности верховного главнокомандующего вооруженными силами Египта теперь возложены не на президента, а на министра обороны. Документ предусматривает, что подобное распределение полномочий продлится в течение первых двух электоральных циклов[6]. Иными словами, в настоящий момент для ас-Сиси не найти более выгодного поста, нежели тот, который он уже занимает.
Должность главы Высшего совета вооруженных сил и министра обороны Египта делает его мощным актором, способным влиять на проводимую президентом и правительством политику и одновременно контролирующим армию. Причем, что важно, он не несет прямой ответственности за проводимую в стране социально-экономическую политику. Более того, по истечении двух электоральных циклов, когда экономическая ситуация начнет выравниваться, а непопулярные меры по урезанию бюджетных расходов, которые в ближайшее время египетскому правительству придется принимать, окажутся уже ненужными, Абд аль-Фаттах ас-Сиси получит все шансы для того, чтобы занять и президентское кресло. В силу всего сказанного вопрос о том, кто же пойдет на президентские выборы от лица военных, пока остается открытым.
Еще одним существенным фактором, определяющим положение ас-Сиси, выступает его защищенность от влияний внешних сил. Формально занимая лишь пост министра обороны при существующих органах государственной власти, пусть и временных, он оказывается в положении «над схваткой», а это заметно сужает возможности Соединенных Штатов и монархий Персидского залива «давить» на него. Именно поэтому в последнее время наметилось резкое потепление в отношениях между Египтом и Российской Федерацией: в ходе визита министра обороны Сергея Шойгу в Египет в ноябре 2013 года Каир и Москва подписали ряд военных контрактов, ослабляющих зависимость египетской армии от американского вооружения. По-видимому, ас-Сиси решил подстраховаться, защитив себя от излишнего влияния американцев. Этому способствовала и международная обстановка: после того, как в сентябре 2013 года инициатива Владимира Путина позволила избежать вторжения НАТО в Сирию, значительная часть арабского мира начала воспринимать Россию как единственного глобального игрока, способного защитить арабов от внешнего вмешательства. Реагируя на перемены, официальный Каир тут же активизировал свои контакты с Москвой.
Партийная жизнь
Принятие новой Конституции существенно снизило значение предстоящих парламентских выборов. После запрета сначала Национально-демократической партии Мубарака, а затем и «братьев-мусульман» в Египте сложилась ситуация, отдаленно напоминающая ту, что наблюдалась в России после распада СССР. Количество политических партий, в настоящее время действующих в стране, не вписывается в рамки здравого смысла: это дезориентирует египетских избирателей и затрудняет их волеизъявление. Такое положение вещей хоронит надежды той части египетского общества, которая рассчитывала на установление парламентской республики. Учитывая безудержный разгул многопартийности, сложную социально-экономическую ситуацию в стране, а также продолжающийся (хотя и ослабевший) политический кризис, не приходится удивляться тому, что конституционная комиссия наделила наибольшей властью именно президента.
Даже либералы, в последние три года целенаправленно и неустанно боровшиеся со всеми политическими режимами, появлявшимися в стране, и отстаивавшие идею парламентской республики, в новых условиях вряд ли смогут противостоять военным. Им вновь, уже в третий раз за последние три года, кажется, что их бесцеремонно использовали: либеральные лидеры перешли в лагерь сторонников армии, а степень фрустрация среди рядовых членов либеральных организаций достигла, пожалуй, максимума. Осознание того, что Египту предрешено находиться либо под властью военных, либо под гнетом исламистов, настолько сильно придавило египетских либералов, что они позволили властям вытеснить себя со своего главного плацдарма – с площади Тахрир.
В неопределенном положении оказались и салафиты, чья партия «Ан-Нур» заняла второе место на парламентских выборах 2011–2012 годов. С одной стороны, поддержка революции 30 июня и выступление против «братьев-мусульман» гарантировали им право на дальнейшее существование в политической жизни Египта. Более того, их главный идеологический конкурент в лице «братьев» был смят переходным правительством в последние несколько месяцев. Однако, с другой стороны, перспективы салафитов отнюдь не безоблачны. Во-первых, «братья-мусульмане» дискредитировали саму идею исламистского правления в Египте. Если в преддверии выборов 2011–2012 годов лозунг «Ислам – вот решение!» практически никем не оспаривался, то на сегодняшний день осознание краха этой программы преобладает в египетском обществе. Какую альтернативу в такой ситуации смогут предложить салафиты, пока не понятно. Во многом именно этим обусловлена та выжидательная позиция, которую на сегодняшний день занимают лидеры партии «Ан-Нур». Не исключено, что на ближайшие парламентские выборы салафиты пойдут с умеренной исламистской программой, похожей на ту, которая два года назад принесла успех контролируемой «братьями-мусульманами» Партии свободы и справедливости. Такой ход был бы вполне логичным: во-первых, «Ан-Нур» подобрала бы часть электората запрещенных единомышленников, а во-вторых, она смогла бы сохранить значительную часть собственных избирателей, прежде всего в египетской глубинке.
В завершение стоит напомнить о том, что египетская революция 2011 года одержала неожиданно легкую победу в силу двух принципиальных обстоятельств. Во-первых, в стране наблюдался глубокий внутриэлитный конфликт между военными («старой гвардией») и экономической элитой («молодой гвардией»), объединявшей ведущих египетских бизнесменов вокруг сына президента Гамаля Мубарака. Во-вторых, в то время в Египте удалось сформировать необычно широкий оппозиционный блок, сплотивший в единый фронт левых либеральных революционеров секулярного толка и исламистов.
Ныне наблюдаемая ситуация представляется зеркальным отражением положения трехлетней давности. Во-первых, египетская революция заставила экономическую элиту Египта пойти на примирение с военными, и в июне 2013 года они уже сообща свергали Мурси; при этом никаких признаков нового раскола между двумя этими группировками пока не видно. Во-вторых, революция 2011 года с последующей контрреволюцией 2013-го обернулась глубочайшим расколом широкого оппозиционного фронта образца января 2011 года. Размежевание пролегло сразу по многим линиям. Внутри былого блока раскололись даже ряды исламистов: вторая по значимости исламистская партия «Ан-Нур» и целый ряд других видных исламистов теперь поддерживают режим. Расколотым оказались и боевые порядки сторонников секуляризации и либерализма: их сторонники были настолько напуганы кратковременным приходом «братьев-мусульман», что сейчас предпочитают поддерживать армию.
Итак, Египет постепенно возвращается к нормальной жизни: принята очередная Конституция, грядут всеобщие выборы, началось восстановление экономики. За последние три года страна пережила правление исламистов, правление военных, отсутствие какого-либо правления вообще. Реконструкция, однако, все более явственно обнаруживает выход египетского общества к той нулевой отметке, с которой, собственно, и начинались потрясения. Новая египетская власть становится все более милитаризованной и все менее демократичной. Портреты ас-Сиси все чаще соседствуют с портретами лидера революции 1952 года Гамаля Абделя Насера. Символичны в этом плане оценки, выносимые египтянами событиям 25 января и 30 июня. Если недавнее отрешение Мурси рассматривается в качестве необходимой меры, спасающей страну от исламистов, то случившаяся три года назад революция 25 января хотя и признается «благим делом», считается направленной не столько против Хосни Мубарака, сколько против его окружения. Все больше египтян склоняются к мнению о том, что бывший президент-летчик, столь бесславно лишившийся своего поста, был патриотом своей страны, сделавшим для нее немало хорошего. Его, однако, обманули собственные родственники и предали приближенные. Но если так, то ради чего все это вообще затевалось? У египетского общества пока нет ответа на этот резонный вопрос.
[1] Исследование выполнено в рамках Программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2014 году.
[2] Mustafa H., Flanagan B. Gulf’s $12 bn Aid to Egypt Seen as «Lifeline», Not a Cure // Al Arabiya. 2013. July 11 (http://english.alarabiya.net/en/business/economy/2013/07/11/Gulf-s-12bn-...).
[3] Подробнее об этом см.: Коротаев А.В., Исаев Л.М. Египетский переворот 2013 года: опыт эконометрического анализа // Азия и Африка сегодня. 2014. № 2. С. 14–20.
[4] См.: www.facebook.com/shabab6april/posts/10152462437903294.
[5] См.: Васильев А.М., Виницкий Д.И. Смутное время продолжается? //Арабский кризис и его международные последствия / Ответ. ред. А.Д. Саватеев, Л.М. Исаев. М.: УРСС, 2014. С. 121.
[6] См. текст Конституции Арабской Республики Египет, принятой в 2013 году:www.atlanticcouncil.org/images/publications/20131206EgyptConstitution_De....
Опубликовано в журнале:
«Неприкосновенный запас» 2014, №1(93)
Усилия по развитию недобывающих секторов экономики, в течение многих лет последовательно предпринимаемые Дубаем и продолжающееся реформирование экономики Абу-даби превратили ОАЭ в самую диверсифицированную экономику Персидского залива.
Об этом говорится в отчете саудовской корпорации Arab Petroleum Investment Corp (Apicorp), основанном на исследовании трех основных массивов данных: доли нефтегазового сектора в ВВП, в общем объеме экспорта и в формировании доходной части государственного бюджета. Согласно этому отчету, ОАЭ является самой диверсифицированной экономикой среди 6 стран-участниц Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), а экономика Королевства Саудовская Аравия является наименее зависимой от нефтегазового сектора.
Зависимость экономики от добычи и экспорта нефти и газа в ОАЭ составляет 0,52 пункта, в Омане – 0,69 пунктов, в Катаре – 0,73, Кувейте – 0,76 и в Саудовской Аравии – 0,77 пунктов. Чем сильнее эта зависимость, тем более невосприимчивой является страна к прогрессивным экономическим идеям. ОАЭ удалось вызваться из пут нефтяной зависимости во многом благодаря предпринимательской энергии Дубая и целенаправленным структурным экономическим реформам в Абу-Даби. Источник: Emirates 24|7
Завершение военной кампании в Афганистане и сокращение военных расходов США и другими странами-союзниками вынуждают правительство Канады искать потенциальных покупателей канадского оружия и военной техники в развивающихся странах, сообщает armyrecognition.com.
За последние несколько лет в список стран-импортеров, которым канадские оборонные компании могут продавать оружие и военное оборудование, была добавлена Колумбия. В этот список могут войти и другие страны, такие как Индия, Кувейт, Бразилии, Чили, Перу и Южной Корея.
В секретной информационной записке, представленной министром иностранных дел Джоном Бэрдом (John Baird) в июне, говорится, что есть планы включения в список стран-импортеров Бразилию, Чили, Перу и Южную Корею в качестве ответных мер на снижение спроса на оружие канадского производства на «традиционных рынках», таких как США и Великобритания.
Канадская ассоциация оборонной промышленности (Association of Defence and Security Industries) включает более чем 975 оборонных предприятий и половину доходов сектора приносит экспорт.
Чтобы лучше понять очередной провал новой антииранской инициативы Саудовской Аравии на последнем саммите ССАГПЗ в Кувейте 11 декабря с.г., где предложение Эр-Рияда о трансформации экономического союза в военный альянс было открыто и безоговорочно поддержано лишь Бахрейном, а другие члены Совета фактически уклонились от этого (создано лишь некое общее военное командование, причем без общих вооруженных сил), достаточно вернуться ровно на 2 года назад, когда король Абдалла озвучил проект создания 6-ю членами организации военно-политического союза в декабре 2011 года в выступлении саудовского монарха на саммите ССАГПЗ в Эр-Рияде якобы в качестве ответа на возраставшую «иранскую угрозу», как ее преподносили тогда правители КСА.
Тогда эта инициатива была нацелена на то, чтобы прочнее привязать консервативные монархии к ваххабитской Саудовской Аравии, и под лозунгом конфронтации с Тегераном сохранить у власти суннитские режимы Аравии перед лицом «революционных» перемен в арабском мире. Борьба с Ираном выглядела в этом контексте как привлекательный предлог, тем более что в Вашингтоне в то время еще не созрели до понимания сути «арабской весны» и необходимости нормализации отношений с Тегераном. Внутренние проблемы реакционных по своей сути монархий можно было смело свалить на происки внешних врагов, которые якобы решили расшатать устои консервативных аравийских режимов, используя значительные шиитские населения в ряде арабских стран Персидского залива. Такая интерпретация обеспечивала Саудовскую Аравию как минимум двумя преимуществами: первое, позволяла без ограничений подготовить и экспортировать своих собственных суннито-ваххабитских джихадистов и террористов на «поля сражений» с шиитами в разные страны, прежде всего в Сирию и Ирак. Фактически, это означало выявлять на ранних стадиях своих джихадистов и потенциальных террористов-наемников и обеспечить их «работой» вдали от родины, в чужих странах. И, второе, данный способ обеспечения «занятости» собственных исламских радикалов существенно уменьшал давление на общую внутриполитическую ситуацию. Дальнейшее развитие обстановки в Сирии и Ирака лишь подтвердило это.
В пользу того, что создание военно-политического союза мыслилось, прежде всего, как путь к предотвращению смены династических монархий в государствах Персидского залива на выборные республиканские режимы, свидетельствовала и параллельно выдвинутая Саудовской Аравией инициатива расширить ССАГПЗ за счет двух других суннитских арабских монархий – в Иордании и Марокко. И это при том, в отличие от Хашимитского королевства, имеющего хотя бы общую границу с КСА, Марокко расположено за тысячи километров от Персидского залива. Но это не смущало Эр-Рияд, поскольку столь необычный маневр позволял создать коалицию арабских наследственных монархий, которая бы опиралась на предложенный Саудией военно-политический союз.
Намерения Эр-Рияда на практике реализовались еще в феврале 2011 года в ходе инициированной и возглавленной саудовцами операции «Щит полуострова», в ходе которой в Королевство Бахрейн был введен контингент сил ССАГПЗ, в основе которых была саудовская дивизия, усиленная бронетехникой. Под предлогом борьбы с внешним вмешательством со стороны Ирана тогда удалось «заморозить» разразившийся на острове под влиянием «арабской весны» кризис между сильно зависящей от КСА правящей суннитской фамилии Аль-Халифа и шиитским большинством, потребовавшим политических прав и перераспределения в свою пользу властных полномочий.
После вооруженного подавления шиитских протестов в феврале 2011 года силами саудовского воинского контингента на острове наступил этап очень хрупкого видимого спокойствия, которое гарантируется саудовской оккупацией острова. Все произошедшее было квалифицированно как «заговор иностранного государства по свержению существующего режима». Понятно, что в данном случае это был «прозрачный намек» на Иран. Этот тезис уже задействовался руководством Бахрейна и ранее. Более того, в 2010 году именно под этим предлогом оппозиционные шиитские партии были фактически отстранены от участия в парламентских выборах. А ведь речь идет о 70% населения. Путь репрессий в данном случае, как показывает опыт в других странах, неэффективен и даже контрпродуктивен. Более того, «вариант жесткого прессинга» смог бы сработать исключительно в случае дальнейших постепенных послаблений шиитскому капиталу и умеренным политическим партиям. И сегодня власть суннитского королевского режима на Бахрейне обеспечивается исключительно опорой на военную силу Эр-Рияда. При этом арабские монархии Персидского залива, как впрочем и Запада, в упор не видят этой проблемы и игнорируют ее рассмотрение, оставляя тем самым взрывоопасный очаг, способный вспыхнуть в любой момент.
Вот только немного статистики в подтверждение этого. При том, что в настоящее время 70% населения Бахрейна составляют этнические арабы-шииты, в структурах власти они представлены совершенно несправедливо. Представительство шиитов в таких структурах власти, как королевский двор, королевская гвардия и армия близко к нулю. Из 29 министерских постов в правительстве Бахрейна шиитам принадлежит только 6. Из 29 заместителей министров шиитами являются только 3. Из 230 высоких постов в судебной власти, включающей в себя Высший судебный совет, Конституционный суд, суды, административные советы и т.д., шииты занимают только 28 мест и при этом среди них нет ни одного председателя суда, т.е. доля шиитов в судебной власти составляет около 12%. В законодательной власти среди 40 членов Консультативного совета (Меджлис аш-Шура) насчитывается 17 шиитов и среди 40 членов Палаты депутатов – 18 шиитов. Несправедливая избирательная система продолжает сохранять жесткую дискриминацию шиитского большинства населения королевства.
Бахрейнское суннитское руководство под влиянием своего «старшего брата» по Персидскому заливу предприняло шаги, которые лишь загнали ситуацию в тупик. Мало того, что в структурах власти шииты представлены крайне несправедливо, в добавок к этому в стране развернулась самая настоящая «охота на ведьм». Были уволены со своих должностей или потеряли работу более 3600 человек, в основном в государственных или полугосударственных компаниях. В частном секторе дела обстояли еще хуже. В Интернете появился «черный список» компаний и магазинов, которые принадлежат шиитам, с требованием их бойкота. Фискальные органы вынудили шиитов сворачивать свой бизнес. То есть проведен передел собственности. Кроме того, произошло серьезное ущемление религиозных прав шиитов. Разрушены или серьезно повреждены более 40 мечетей или объектов культа. А это еще больше разозлило шиитов, сделав примирение с ними мало вероятным. Понимая это, руководство Бахрейна пошло на совершенно беспрецедентный шаг, начав негласную кампанию натурализации суннитов из других стран Персидского залива с предоставлением им подданства страны. Понятно, что расчет сделан на будущие выборы, так как изменить серьезным образом демографический баланс в пользу суннитов представляется маловероятным.
Одновременно сохраняется военная составляющая присутствия КСА на Бахрейне в рамках плана ССАГПЗ (принят в сентябре 2011 года) о наличии на постоянной основе военной базы на Бахрейне. Там постоянно должны базироваться около 1000 военнослужащих Совета, в основном саудовцев. Эта ситуация иллюстрирует лишь крайне близорукое видение перспектив, которое демонстрируют престарелые руководители Саудовской Аравии. Многие шиитские представители на Бахрейне убеждаются в необходимости продолжения дальнейшей борьбы, которая, как представляется, будет сочетать в себе мирные, а возможно и силовые методы протеста. Да у них и не остается другого выбора, благодаря «мудрости» саудовских стратегов. И в Эр-Рияде должны помнить, что прямо «под боком» Бахрейна, в находящейся на расстоянии 30 км через мелководье Персидского залива саудовской Восточной провинции, большинство населения также составляют шииты. А ведь именно в этой части КСА добывается почти вся нефть саудовского королевства. И местные шииты гневно отреагировали на вооруженное подавление волнений на Бахрейне, проведя многочисленные демонстрации протеста, в ходе которых несколько человек были убиты полицией и силами безопасности. И нет гарантии того, что когда-нибудь шииты Бахрейна и Восточной провинции не выступят против дискриминации со стороны суннитов и ваххабитов совместно со всеми вытекающими отсюда последствиями для саудовского и других аравийских режимов.
Поэтому и на этот раз другие члены ССАГПЗ не слишком радостно восприняли очередную идею Эр-Рияда о трансформации Совета из экономического объединения в военный блок. Им вовсе не хочется влезать ни во внутренние разборки между суннитами и шиитами в самой Саудии и на Бахрейне, ни тем более в опасные антииранские игры Эр-Рияда против Тегерана. Тем более что в отношении Ирана КСА сейчас действует в унисон с Израилем. А это означает, что арабским монархиям придется отказаться от еще теплящихся на поверхности принципах общеарабской солидарности по палестинской проблеме – единственной, которая после волны «революций» еще формально хоть как-то объединяет арабов. Если же и это «единство» прекратит свое существование, то тогда арабские республиканские режимы получат полное моральное право выступить против прогнивших монархий Аравии и заключить на этот счет сделку с любым потенциальным союзником, включая Иран. А ведь месть за то, что своим вмешательством Саудия, Катар и еще кое-кто из ССАГПЗ фактически посеяли смерть и разруху в таких арабских странах как Египет, Сирия, Ирак, Йемен и Ливия, может быть очень сильной. Большинство арабских государств и так недолюбливали чрезмерно богатые монархии Персидского залива, разжиревшие на доходах от нефти и газа, и не особенно делившихся с арабскими «братьями», многие из которых прозябали в нищете.
Вот и пытается сейчас Саудия выстроить военный альянс. Ведь в Эр-Рияде замышляют его не только как антииранский, но и антииракский, поскольку мощный нефтяной Ирак с его большим населением и крупными вооруженными силами, 2/3 которого составляют шииты, тоже представляет угрозу безопасности саудовского королевства, уверены в Эр-Рияде. Вот и вбрасывают сейчас саудовские спецслужбы сотни миллионов долларов на разжигание выступлений суннитских радикальных организаций против шиитского правительства в Багдаде. Видимо понимают, что иракцы всегда будут помнить, как КСА долгие годы стремилось ослабить северного соседа, а по возможности – и расчленить его по этноконфессиональному признаку. И вряд ли иракцы это простят. А уж если Ирак и Иран объединятся на платформе противодействия агрессивному ваххабито-суннитскому наступлению на них, то уж тогда Саудовской Аравии точно не поздоровится. В Сирии же она уже фактически проиграла. Вот и ищут саудовские правители союзников среди схожих по политическому устройству монархий Аравии и даже готовы пойти на сделку с Израилем.
Только вряд ли из этого что-либо получится, тем более что США существенно меняют свое отношение к странам, которые делают ставку на исламских радикалов и даже террористов из Аль-Каиды и других экстремистских организаций. Последние дни в Ираке разворачивается ожесточенная война между суннитским террористическим подпольем, финансируемым саудовцами, и войсками центрального правительства. На подавление боевиков в 4-х суннитских провинциях западного и центрального Ирака брошены не только бронетехника, но и авиация. И хотя правительственные войска несут большие потери, вплоть до того, что на днях погиб даже близкий премьеру Нури аль-Малики генерал, командующий 7-й дивизией, уже уничтожены многие очаги террористических бандформирований.
*************
Сейчас основные сражения в суннито-шиитском противостоянии, разжигаемом ваххабитами Саудовской Аравии, переместились из Сирии в Ирак. Но там же все и должно закончиться, причем разгромом экстремистов и террористов, взращиваемых именно Эр-Риядом. Если только КСА вдруг не пойдет на самоубийство, спровоцировав совместную с Израилем агрессию против Ирана. В этом случае вся геополитическая карта региона будет перекроена, а сама Саудия распадется на несколько квази-государств или анклавов, равно как и на Бахрейне шииты возьмут власть в свои руки. Но хочется верить, что все-таки саудовские правители найдут в себе силы отказаться от авантюр.
Владимир Алексеев,
Специально для Iran.ru
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter