Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Испытательная лаборатория (центр) ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» Роспотребнадзора получила международное признание соответствия принципам надлежащей лабораторной практики (НЛП) зарубежным органом по аккредитации. 20 декабря 2017 года ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» Роспотребнадзора выдан соответствующий сертификат зарубежного органа по аккредитации.

В области неклинических исследований, проводимых центром в соответствии с принципами НЛП, включены: определение остаточных количеств действующих веществ пестицидов в растительной продукции при применении препаратов в сельском хозяйстве (аналитические исследования) и определение экспозиционных уровней действующих веществ пестицидов в воздушной среде и на кожных покровах, работающих на натурном эксперименте, при применении препаратов в сельском хозяйстве (полевые исследования).

Принципы надлежащей лабораторной практики применяются в большинстве странах-членах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и других государствах, обеспечивают получение высококачественных и надежных данных испытаний, тем самым позволяя признавать результаты неклинических лабораторных исследований, выполненных в лабораториях зарубежных стран.

Международное признание соответствия принципам НЛП позволит ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» Роспотребнадзора проводить исследования необходимые отечественным производителям для экспортирования продукции в зарубежные страны, а также привлекать иностранных заказчиков.

Совет министров Бельгии принял решение выделить 258 млн евро, то есть стоимость одного самолета-заправщика Airbus A330 MRTT (Multi Role Tanker Transport), что позволит довести европейский флот воздушных танкеров с семи до восьми, сообщили в понедельник бельгийские СМИ со ссылкой на министерство обороны.

Этот заказ будет осуществлен в рамках программы MMF (Multinational Multi Role Tanker Transport Fleet), которая реализуется в интересах Евросоюза и НАТО с целью восполнить один из главных пробелов европейских армий.

Германия, Норвегия, Нидерланды и Люксембург уже заказали семь Airbus A330-200 MRTT производства одного из филиалов группы Airbus, напоминают СМИ. Согласно заявлению министра обороны Бельгии, восемь заправщиков будут использоваться на основе европейского принципа «pooling and sharing» (объединения и совместного использования).

По совместному соглашению, пяти странам, финансирующим программу MMF, предоставляются эксклюзивные права на эксплуатацию этих машин, которые будут находиться под командованием НАТО. Танкеры планируется адаптировать под заправку в полете всех нынешних и будущих боевых самолетов на вооружении европейских армий, транспортных, грузовых и санитарных самолетов.

Выпуск первых семи заправщиков, по данным Airbus, предусмотрен в 2020 и 2022 годах.

Глава Национального банка Бельгии Жан Сметс (Jan Smets) сказал, что биткоин не представляет угрозы для государства, так как он нестабилен. Помимо этого, Сметс считает, что скоро придет время криптовалют, выпущенных банками.

В недавнем интервью глава Центробанка Бельгии сделал несколько замечаний в отношении биткоина. Он сказал, что виртуальная валюта не так стабильна, как евро и также добавил:

«Давайте перестанем называть биткоин валютой. В отличие от евро, биткоин не поддерживается центральным банком или правительством в качестве платежного средства, поэтому он не является валютой. Даже если на данный момент риски инвестирования в биткоин невысоки, существуют потенциальные последствия для финансовой стабильности».

Глава Центробанка также настаивает, что большинство людей, инвестирующих в биткоин, делают это только ради спекуляций на растущей в цене виртуальной валюте. При этом он заметил, что риск инвестирования в биткоин сейчас довольно низкий, но ситуация может довольно быстро измениться.

Биткоин и криптовалюты привлекают большое количество людей, потому что они представляют собой децентрализованную P2P-систему. Вся суть криптовалюты заключается в том, что для получения или перевода денег вам не нужно полагаться на волю банков или правительства.

Комментарий Сметса в отношении инвестиций в биткоин не так противоречив, как кажется на первый взгляд. Огромное количество людей по всему миру используют биткоин для оплаты товаров или услуг, или как средство сохранения капитала. Однако, большинство людей покупают биткоин только в надежде на то, что смогут заработать на его стремительном ралли, продав монеты позднее.

Конечно, Сметс был бы рад появлению цифровой валюты, выпущенной и поддерживаемой банком или правительством. Он видит преимущества блокчейна для платежной системы с точки зрения инноваций и эффективности, и надеется, что в один прекрасный день появится цифровой евро. И это возможно не только в Европе: ЦБ Канады обсуждает вопрос создания национальной криптовалюты, а президент Венесуэлы Николас Мадуро сообщил о создании в республике собственной криптовалюты El Petro.

Дубай, ОАЭ. По итогам 2016 года Объединенные Арабские Эмираты были признаны крупнейшими донорами официальной помощи на цели развития в мире, сообщает Организация экономического сотрудничества и развития. Так, объем помощи, выделенной ОАЭ, составил 15,6 млрд дирхамов (US$ 4,3 млрд), что составляет 1,21% валового национального дохода страны.

Отмечается, что более 58% от общего объема ОПР было предоставлено в форме грантов. ОАЭ обогнали в рейтинге Норвегию и Люксембург, которые выделяют на эти цели 1,12% и 1% валового национального дохода соответственно.

Нужно также подчеркнуть, что в мероприятиях, приуроченных к «Году благотворительности» (2017 год), приняли участие 275 тысяч волонтеров, на добрые дела было потрачено 2,8 млн часов. Только частный сектор пожертвовал на благотворительность более 1,5 млрд дирхамов (US$ 410 млн). Год был посвящен социальной ответственности, волонтерскому движению и служению нации.

Источник: The National

Альт-райт: радикальные альтернативные правые движения в трампистской системе координат

Даниил Григорьев - Эксперт Центра экономических движений, Институт глобализации и социальных движений (ИГСО).

Джеффри Соммерс - Доцент Института международных отношений, Университет Висконсин-Милуоки (США).

Резюме Подъём альтернативных ультраправых движений, или Альт-Райт, – противоречивый и неоднородный феномен. Однако он является свидетельством исторической идейной трансформации, меняющей политический баланс в странах Запада.

Причины для беспокойства: исторический экскурс

Мир меняется. Этот простой факт касается всех видов деятельности: от глобальной экологии до управления городским хозяйством. Однако именно политические перемены сумели привлечь наибольшее внимание во время последнего электорального цикла в США. Чтобы понять, в чем именно заключались главные отличия от предыдущих циклов, нам придется сделать небольшой исторический экскурс.

Нет ничего удивительного в том, что общество, в котором мы живем, подвержено влиянию важных событий, имевших место в прошлом. Если подумать о последних значимых событиях подобного рода, то можно вспомнить стагфляцию, которую переживали некоторые западные и европейские страны с конца 1970-х годов. И все же нет полного согласия по поводу ее главной причины. Правые склонны обвинять во всем «избыточное государственное регулирование», включая перераспределение доходов и рост государственных расходов (как доли ВВП). Сторонники левых обычно говорят о присущей капиталистической экономике нестабильности и нежелании усиливать регулирование.

Но есть также неоспоримый факт — это колоссальная экономическая и политическая трансформация, которую наш мир пережил в результате. Речь идет о так называемой неолиберальной модели, основными чертами которой являются бюджетные сокращения, дерегулирование, расширение частного сектора, отсутствие индексации зарплат и непомерный роста долга домохозяйств. Символически этот сдвиг отождествляется с администрациями Рональда Рейгана в США и Маргарет Тэтчер в Великобритании. Эта модель не только дала вышеназванным странам несколько десятилетий роста (хотя и не слишком устойчивого), но также изменила политическую сцену. Эффект можно вкратце описать так: «Центр берет верх».

Новый неолиберальный консенсус, названный Вашингтонским консенсусом, оказался настолько могущественным (как следует из знаменитой цитаты Тэтчер — «альтернативы нет»), что даже социал-демократические движения, отчасти являющиеся левыми (включая демократов и либералов в США), приняли его основные постулаты. В результате Билл Клинтон, будучи президентом от Демократической партии, пообещал «положить конец Большому государству, как мы его знаем», а его британский коллега Тони Блэр сформулировал то, что стало называться «Новым лейборизмом», подразумевающим проведение неолиберальной политики.

Наряду с этим, у подавляющего большинства простых людей постоянно снижался интерес к политической борьбе в целом, включая выборы. Так, в последний раз явка избирателей на президентских выборах в США превысила порог 60% в далёком 1968 году. Все чаще высказывались суждения типа «да какая нам разница?», «все они одинаковые», «от моего решения ничего не зависит». Политические партии и лидеры по-прежнему называли себя «левыми» или «правыми», но со временем эти обозначения стали терять всякий смысл. Проблема идейного выравнивания со всей очевидностью проявилась в «культурных войнах» — бесконечных дебатах об абортах, семейных ценностях, ЛГБТ, экологии, миграции, социальной терпимости и так далее. Когда речь шла об экономической политике, доле государственного сектора или повышении реального дохода, стороны обычно приходили к какому-то согласию: общественное устройство должно оставаться либеральным, хотя возможны некоторые ситуационные изменения. Все это стало причиной наступления эпохи, известной под названием «Великая умеренность». Этот термин широко используется для описания экономического положения, но эта умеренность наблюдалась также и в политике — самые большие скандалы того времени, как правило, были связаны с личной жизнью политиков (иногда интимного свойства), тогда как идеологические баталии оставались где-то на периферии.

Достижение некоей политической стабильности породило другое распространенное убеждение: некто, не являющийся частью системы, не может прийти к власти без помощи правящей элиты и крупных СМИ. А если перемены в принципе невозможны, то зачем беспокоиться? Эта стабильность воспринималась как новая норма, пока не начался финансовый кризис 2007–2008 годов, который застал врасплох многих политиков и даже интеллектуалов.

Конец стабильности

Поскольку в рамках данной статьи мы не можем подробнее исследовать эту проблему, можно кратко обобщить. Когда разразился кризис, новой политической повесткой дня стали «реальные перемены», то есть действия, которые необходимо предпринять, чтобы справиться с последствиями кризиса. Одной из печально известных иллюстраций стала президентская кампания Барака Обамы в 2008 году. Фактически единственным лозунгом, который он то и дело повторял в разных выступлениях, были «перемены».

Спустя почти 10 лет мы вынуждены признать: никаких действенных изменений, способных обратить вспять последствия кризиса, так и не произошло. Всевозможные методы, к которым прибегла администрация Обамы, не стимулировали реальные инвестиции в экономику и не подняли уровень заработной платы. Глобально же политика жесткой бюджетной экономии нанесла прямой урон, поскольку привела к сжатию спроса и спровоцировала политические волнения в ряде регионов.

Довольно здравый (хотя и жестокий) смысл говорит о том, что чисто экономический кризис вряд ли длительное время будет ограничен только экономикой. Рано или поздно он трансформируется в политический кризис, который может вызвать изменения в подходах к глобальному управлению и породить новый экономический и геополитический кризис. Та же трансформация имела место в 1920–1930-х годах, породив государство всеобщего благосостояния, Большое государство и другие атрибуты современной цивилизации.

Так почему подходит к концу неолиберальный период? Должно быть более разумное объяснение, чем «это просто случается время от времени», и к счастью такое объяснение имеется. Никакую экономическую стратегию нельзя считать универсально применимой без детального анализа специфических условий, в которых она будет реализовываться. Более того, применение стратегии приведет к изменению самих условий, что сделает ее непригодной для новых обстоятельств, которые появятся в итоге. Отдаленной аналогией мог бы быть механизм «самосбывающихся пророчеств». Так или иначе, следует отказаться от предположения, будто общество, которое мы стараемся улучшить, не будет меняться в самом процессе регулирования.

С учетом этого, что можно упомянуть среди наиболее значительных перемен, спровоцировавших неолиберальный сдвиг? И могут ли эти перемены помочь нам лучше понять причины краха неолиберального порядка? Вне всякого сомнения, самая радикальная перемена заключалась в статусе рабочего класса и деятельности профсоюзов. Чтобы подавить любое сопротивление и перекроить рынок труда, неолиберальным администрациям нужно было резко снизить мотивацию профсоюзной активности и показать, что любой протест обречен, что в нем нет никакого смысла. Успешное навязывание этой новой парадигмы обрекло заработные платы на длительную стагнацию, что стало новой общепринятой нормой, а не поводом для мятежа.

Стагнация зарплат приводит к сжатию спроса, что невыгодно капиталу. Единственный способ повысить спрос в условиях стагнации реального дохода — это расширение возможностей кредитования физических лиц. Поэтому начались огромные вливания в финансово-банковский сектор, и людям выдавались кредиты под низкий процент, что создавало иллюзию благоденствия и растущих стандартов потребления.

Уменьшение регулирования со стороны правительства не только приводит в действие цепочку событий, известных как «слияния и поглощения», но и ускоряет рост финансового сектора, поскольку постоянно изобретаются новые инструменты и методы умножения богатства (что становится все проще, если принять во внимание статистику долга частного сектора).

В то время как финансовый сектор переживал невероятный, невиданный прежде рост, традиционные секторы экономики (то есть промышленное производство) вступает в период депрессии. При отсутствии достаточных инвестиций в рост производительности они медленно, но неуклонно меняли операционную стратегию, переходя к более краткосрочным горизонтам планирования, приобретая финансовые активы и т.п. К счастью, вместе с внутренним неолиберализмом развивался и глобальный аутсорсинг, дававший компаниям возможность воспользоваться чрезвычайно низким уровнем заработной платы на планете и обеспечивавший потребителей на родине дешевой продукцией и привилегированным положением в цепочках производства.

Те самые вещи, которые представлялись сильными сторонами неолиберального подхода, оказались его слабостью. С одной стороны, постоянный рост заработной платы в ранее бедных странах, в конце концов, все более и более снижает целесообразность содержания производственных мощностей за рубежом. С другой стороны, неконтролируемый рынок внутри государственных границ не только уничтожает средний класс, но и увеличивает разницу в доходах между разными слоями общества. Как указывали некоторые видные экономисты (в основном Хайман Мински, разработавший «финансовую гипотезу нестабильности»), быстрый рост нерегулируемого финансового сектора, наравне с пугающим государственным долгом и непомерно высоким долговым обременением частного сектора, подрывает до это.го прочную и жизнеспособную структуру национальной экономики.

В каком-то смысле то,что мы наблюдаем, можно описать в рамках подхода, отстаиваемого Розой Люксембург. То есть, капитализм никогда по-настоящему не решает проблемы и не может изжить кризисы. Вместо этого он расширяется все больше, интегрирует все новые и новые ресурсы, рабочую силу, территорию и т.д. Особенность нынешнего момента в том, что после краха СССР, а также драматичного сдвига в приоритетах Китая после смерти Мао Цзэдуна и ряда других событий — капитализм стал поистине глобальным и достаточно могущественным, чтобы распределять ресурсы в большем масштабе, чем когда-либо. Но в то же время он утратил способность разрешать свой кризис за счет экспансии, поскольку расширяться уже некуда. Отсюда возникла необходимость чтото предпринимать, и «перемены» стали неотъемлемой частью нового политического дискурса после краха в 2007–2008 годах. Призыв к «переменам» ухитряется принимать разные формы в зависимости от конкретной территории и культурной традиции. Ясно то, что в течение последних 5–8 лет мы стали свидетелями так называемых «популистских движений» по всему миру.

Обычно их лидеры не принадлежат к нынешней политической системе или не оказывают на нее существенного влияния. Похоже, что у них также нет замысловатых теоретических моделей, поддерживающих их требования. В своих кампаниях они больше полагаются на стиль, эмоции, высвечивая самые острые и кричащие социальные проблемы (вероятнее всего, ранее замалчиваемые политиками мейнстрима). Это могут быть самые разные проблемы, включая коррупцию, неравенство в доходах и уровне благосостояния, экологию, миграцию, религию и так далее. Наиболее яркими примерами успешных популистских движений являются итальянское «Движение пяти звезд», французский Национальный фронт, британская Партия независимости Соединенного Королевства и другие.

Важно помнить, что почти любая влиятельная политическая кампания рискует получить ярлык «популистской» со стороны СМИ и своих противников. Марин Ле Пен, Найджел Фарадж, Джереми Корбин, Берни Сандерс, Дональд Трамп — все они назывались «популистами».

Альт-Райт, говорите?

Но Трамп не просто «популистский» политик; многие считают его сторонником идеологии Альтернативных правых (Альт-Райт). Что такое Альт-Райт? Попросту говоря, это характеристика правой части популистского политического спектра, хотя это определение требует дополнительных пояснений. Явление Альт-Райт можно исследовать, используя несколько подходов. С одной стороны, можно говорить о разных правых движениях, а именно: Партия независимости Соединенного Королевства, Национальный фронт, нидерландская Партия свободы, а также феномен Дональда Трампа. С другой стороны, Альт-Райт можно рассматривать как исключительно американскую идеологию, а анализ ограничить кампанией Трампа и движением, которое сформировалось во время его короткого, но чрезвычайно противоречивого пути к президентству.

Простой обзор статистики поисковиков показывает, что Альт-Райт представляет интерес преимущественно для американской аудитории (Дональд Трамп также все время упоминается в одной связке с Альт-Райт), поэтому было бы разумно сосредоточиться в основном на американском контексте. И все же, если уместно провести аналогию с европейским опытом, это необходимо сделать.

У Альт-Райт нет ведущих идеологов, монопольных представителей или некоего единого манифеста. Поэтому его так трудно анализировать непредвзято. Единственный возможный подход — это характеризовать взгляды Альт-Райт на различные вопросы. Но даже эта задача оказывается проблематичной, поскольку в движении Альт-Райт есть многочисленные группы, высказывающие разные точки зрения.

Несмотря на очевидную популярность и широкое использование в общественном дискурсе, движение Альт-Райт до сих пор не было изучено надлежащим образом. Воз.можно, единственная попытка обобщить группы, которые могут считаться неотъемлемыми частями этой разношерстной толпы, была предпринята Майло Яннопулосом в статье «Путеводитель консервативного истэблишмента по Альт-Райту». По мнению Майло, среди этих групп следует упомянуть «естественных консерваторов», «интернет-троллей», «сторонников 14/88[1]», а также «интеллектуалов».

Еще одна примечательная (но отчасти спорная) попытка проследить идеологическую предысторию Альт-Райта, связав ее с палеоконсервативной идеологией, была предпринята Мэтью Лайонсом в «Антифашистском докладе об Альтернативных правых»[2].

Альт-Райт: кто они?

Одна из наиболее явных проблем Альт-Райта — это полное отсутствие нормальной организации. Собственно говоря, что такое Альт-Райт? Четкого и вразумительного ответа на этот вопрос нет. Мы можем лишь обратить внимание на ряд общественных деятелей, отождествляющих себя с этим движением (коль скоро они это делают). Если Альт-Райт суждено выйти из своей ниши и избавиться от маргинального статуса, идеологам это.го движения нужно, прежде всего, составить какие-то официальные документы, книги и программы, раскрыв суть своей философии. К сожалению, глядя на невероятное многообразие представителей Альт-Райта, им будет довольно трудно фактически предпринять вышеозначенные действия в разумном временном интервале.

Из главных «интеллектуалов» (некоторые из них становятся политиками), которые могли бы считаться отцами-основателями идеологии Альт-Райт, мы можем назвать следующих лиц.

Майло Яннопулос — британско-американский политический обозреватель, бывший старший редактор «Breitbart News» (до февраля 2017 года). Он считается одним из наиболее ярких и убедительных голосов СМИ в поддержку Дональда Трампа во время его избирательной кампании. Называя себя «разжигатель», Майло эпатирует публику, создавая себе крайне провокационный образ. Вследствие его острой критики женщин-комедиантов, его аккаунт в Твиттере в 2016 году был навсегда заблокирован. Впрочем, к настоящему времени Майло перестал ассоциировать себя с Альт-Райт, обозначая последних как расистов, гомофобов и недалёких людей.

Гэвин Макиннес — канадско-американский политический обозреватель, актер, комедиант и один из создателей журнала и медиа-портала «Vice». Нынешняя популярность Макиннеса объясняется в основном его сотрудничеством с медийным порталом «Rebel Media» (он ушел оттуда несколько месяцев тому назад), который начал действовать в 2015 году. Макиннеса много лет критикуют за сексизм, расизм и крайне правые политические взгляды, хотя он называет себя анархистом и либертарианцем. Он неоднократно высказывал свою поддержку движению Альт-Райт и, в частности, Дональду Трампу. Предлагал запретить ислам, а также прославился и другими скандальными высказываниями.

Энн Коултер — американская писательница, публицистка и политическая обозревательница. Хотя Энн обычно не отождествляет себя с Альт-Райт, называя себя просто консерватором и республиканцем, на самом деле это крайне популярная фигура сообщества Альт-Райт. Она выражает типично консервативные убеждения, выступая против абортов, амнистии для иммигрантов, теории эволюции и однополых браков. Ее поддержка Трампа вылилась в написании бестселлера под названием «In Trump We Trust» («На Трампа мы уповаем»). Она регулярно появляется на конференциях, форумах и в различных СМИ.

Бен Шапиро — американский юрист, писатель и публицист. Роль Шапиро в движении Альт-Райт несколько сомнительна. С одной стороны, Шапиро перечисляется вместе с другими деятелями как один из самых могущественных интеллектуалов. С другой стороны, сам Шапиро отвергает исходную предпосылку движения Альт-Райт, заявляя, что оно основано на идеалах превосходства белой расы и изначально носит расистский оттенок, который Шапиро, будучи ортодоксальным иудеем, не может принять. Он часто критикует леволиберальную культурную повестку, а также высказывает резкие суждения по поводу трансгендерного движения, что спровоцировало ряд скандалов.

Стив Бэннон — американский политик, инвестиционный банкир, медиа-директор и продюсер. Бэннон первым получил назначение на пост Главного стратега Белого дома; многих это натолкнуло на мысль о том, что он был главным идеологом движения Дональда Трампа. Как руководитель «Breitbart News», куда он вернулся после ухода из администрации, он выражает довольно консервативные взгляды очень интересного свойства. Бэннон предпочитает называть себя «экономистом-националистом», поддерживая рост инвестиций в инфраструктуру, рост налогов на богатство (и одновременное снижение налогового бремени для среднего класса), поднятие торговых пошлин для защиты американской промышленности от «несправедливой» конкуренции со стороны Китая. Постоянно отвергая обвинения в национализме, Бэннон тем не менее оставил свой пост в августе 2017 года. Многие авторы связывают это с инцидентом в Шарлоттсвилле.

Джаред Тейлор — американский писатель, основатель журнала «American Renaissance», член Совета консервативных граждан. Тейлор давно пишет на политические и экономические темы, отстаивая идею расового неравенства. Он считает, что расы неравны с точки зрения интеллекта, нравственности и творческого потенциала. Тейлор расценил победу Трампа как «знамение растущего белого самосознания». В своих интервью он также заявлял, что Трамп может замедлить процесс, итогом которого станет превращение белого населения Америки в меньшинство. Он также за.являл, что Альт-Райт — это преимущественно движение идентичности, появившееся в качестве реакции на либеральные нападки на культуру и цивилизацию белых людей. Его часто цитируют некоторые авторы (включая Бена Шапиро) в качестве доказатель.ства того, что все попытки представить Альт-Райт как нерасовое и не супрематистское движение обречены на провал.

Экономика

Несмотря на то, что успех многих популистских движений (включая Альт-Райт) явно проистекает из продолжающегося экономического кризиса (а также отсутствия воли у правящей элиты предложить какие-либо радикальные решения), идеология самого движения предлагает очень мало в том, что касается способов решения проблемы. Во время своей кампании Дональд Трамп привлек миллионы избирателей, пообещав «вернуть рабочие места», а также пригрозив положить конец «несправедливой конкуренции» во главе с Китаем и другими странами, делающими ставку на дешевую рабочую силу. Он также говорил о борьбе с нелегальной миграцией — еще одной тенденцией, пагубно сказывающейся на местном рынке труда. Эта идея нашла некоторое воплощение в проекте строительства Мексиканской стены, которую иногда приводят в качестве примера нелепых предложений Трампа.

Защита местного рынка путем ввода высоких пошлин на товары иностранного производства (включая китайскую сталь) была широко упоминаемым методом «возвращения Америке былого величия», а также противодействия новым международным торговым проектам. Хотя может быть неочевидно, что какая-либо из этих мер восстановит высокие темпы экономического роста и улучшит положение дел в ближайшие годы, не вызывает сомнения, что ни одно из этих предложений (за исключением возможного сокращения налогов) нельзя назвать в полной мере неолиберальным.

Идее о том, что обществу от правительства нужно только прекращение какого-либо регулирования — с тем чтобы дать рыночным принципам делать свое дел — похоже, окончательно положен конец. Таким образом, неолиберальная идеология, преобладающая десятилетиями, больше не притягательна даже для консервативной части электората.

Нечто в этом роде можно найти и в европейском контексте. Хотя в Европе большинство экономических проблем обычно связывают с Европейским Союзом и его централизованными (недемократическими) структурами, включая отсутствие права на суверенную эмиссию. И все же все эти идеи вращаются вокруг защиты внутреннего рынка и усиления роли государства в экономике. Это стало совершенно понятно во время последней избирательной кампании в Великобритании, когда Тереза Мэй, которую прозвали «красной тори», предложила программу, раскритикованную некоторыми консерваторами как «левацкую» и «популистскую» одновременно. Когда уважаемый лидер Тори говорит о «социальной справедливости» и «борьбе с неравенством», можно предположить, что должно произойти что-то экстраординарное.

Расизм, миграция и Шарлоттсвилль

Наверно, самая громкая и скандальная тема — это миграция и все связанные с ней проблемы. Будучи одним из краеугольных камней современных политических союзов, это достаточно болезненная тема, и дебаты о миграции обычно бывают самым напряженным противостоянием, насыщенным полемическими выпадами, что ведет к общим обвинениям и подозрениям.

Радикально-правая идеология долгое время была тесно связана со всеми разновидностями расизма, и это не простое совпадение. Будучи апологетами неравенства в доходах, благосостоянии, здравоохранении и т.п., сторонники правой идеологии выдвигают аргумент, согласно которому все различия объясняются разным поведением людей и их личными решениями, а не общественным гнетом или несправедливым социальным строем. Если принять эту предпосылку, то единственное возможное объяснение того, почему одни этнические группы живут хуже других, — это их неспособность делать правильный выбор и заботиться о себе. Нет необходимости говорить, что все «генетические» и «биологические» объяснения оказываются весьма кстати, чтобы оправдать существующую или расширяющуюся пропасть в уровнях жизни.

Простые биологические методы не слишком популярны среди современных националистов (за исключением очень небольших маргинальных сообществ). Их место, похоже, заняла теория «культурных кодов» и «конфликта цивилизаций». Согласно этой теории, некоторые иностранцы просто не могут или не хотят интегрироваться в принимающее их общество, предпочитая придерживаться своих традиций. Как считают некоторые приверженцы Альт-Райта, государство играет важную (и при этом крайне отрицательную) роль во всем этом, давая иностранцам достаточно средств к существованию, что лишает их стимула искать реальную работу и тем самым глубже интегрироваться в то общество, где им предстоит жить. Но есть и другая проблема того же порядка с теми, кто склонен работать нелегально. Подобное поведение часто обозначается как «кража наших рабочих мест», опускание уровня заработной платы и вытеснение местного населения на обочину. Все это особенно важно в случае европейского мультикультурализма, который расценивается как утопическая и дискредитировавшая себя идея, ведущая к социальному хаосу и беспорядку (по крайней мере, когда мы смотрим на тех, кто критикует современное положение вещей).

По причине проекта строительства Мексиканской стены и других печально известных миграционных запретов, Дональда Трампа то и дело называют расистом, и вряд ли этот ярлык от него отклеится в ближайшее время, хотя крайне спорно, является ли Трамп на самом деле расистом в чистом виде. В любом случае необычно большое число голосов, которое он получил от этнических меньшинств в «колеблющихся» штатах, красноречиво говорит само за себя. Вся эта история с Президентским указом № 13769 и Президентским указом № 13780 (которые СМИ окрестили как «запрет на мусульман») вызвала большое недовольство и резонанс в обществе. Тысячи граждан, включая членов Конгресса, ученых, ведущих бизнесменов, университетских профессоров и разных организаций (включая университеты) осудили этот запрет. Он даже привел к конфликту с Верховным Судом, который еще должен быть разрешен.

Наверно, самый важный эпизод, связанный с расизмом, до настоящего времени — это события вокруг марша «Объединенных правых», который состоялся 11–12 августа в Шарлоттсвилле, штат Вирджиния. Главной мотивацией митингующих был протест против демонтажа памятника Роберту Ли в недавно переименован.ном Парке эмансипации (двумя месяцами ранее он назывался «Парком Ли»). Среди протестующих был целый конгломерат националистов, неонацистов, белых супрематистов и местных ополченцев. Во время митинга были замечены расистские (а именно антисемитские) лозунги, а также свастики, флаги Конфедерации, плакаты с человеконенавистническими лозунгами и портреты Трампа и Пенса. Уже 11 августа митинг вылился в агрессивные столкновения протестующих с их противниками, вследствие чего 14 человек получили ранения.

Более того, на следующий день мужчина, который, как потом выяснилось, был связан с ультраправыми экстремистами, въехал на своей машине в толпу противников правого бунта в непосредственной близости от места проведения митинга, убив одного человека и ранив десятки других. Генеральный прокурор США Джефф Сешнс охарактеризовал этот инцидент как внутренний терроризм. Мэр Шарлоттсвилля Майкл Сингер обвинил Дональда Трампа и его коллег, сказав: «Я не собираюсь ходить вокруг да около и возлагаю вину за многое из того, что вы сегодня видите в Америке, на Белый Дом и ближайшее окружение президента». Впоследствии выяснилось, что водитель той машины был не только ультраправым активистом, но и последователем Альт-Райт, постоянно выкладывающим контент этого движения в Интернете и участвующим в тематических дискуссиях.

Однако внимание общественности привлек не сам факт агрессии, а личная реакция Трампа, сделавшего серию высказываний по этому поводу. Первое высказывание прозвучало 12 августа, в день теракта. В частности, Трамп произнес такую фразу: «Мы осуждаем самым решительным образом это шокирующее проявление ненависти, фанатизма и насилия с разных сторон, с многих сторон». Эти слова послужили поводом для еще более резкой критики: противники Трампа указывали на то, что Трамп не определился, кто действительно виновен в произошедшем. Что еще хуже, его слова могли создать впечатление, будто крайне правые экстремисты, спровоцировавшие изначальную стычку, защищали свои права. Некоторые обо.зреватели даже говорили, что вместо того, чтобы объединить американский народ после очередного столкновения на расовой почве, Трамп еще больше расколол об.щество, возложив вину на жертв.

После обильной критики Трамп сделал второе заявление 14 августа. Было сказано, что подлинным корнем социального зла, с которым столкнулись жители Шарлоттсвилля, был расизм и белый супрематизм.

Однако 15-го августа было сделано третье заявление, в котором Трамп сказал, что ему не за что извиняться, и что его первоначальная реакция была абсолютно правильной. Это привело к еще более массовой негативной реакции. Многие художники, политики, знаменитости заявили, что Трамп явно играет «на стороне нацистов» и пред.почитает обвинять каких-то мифических «Альт-Левых», а не реальных преступников и экстремистов. Не помогло и заявление бывшего лидера Ку-клукс-клана, напомнившего Трампу, что «именно белые националисты привели Трампа в Белый Дом». Вскоре последовало четвертое заявление Трампа, в котором был выдвинут наиболее противоречи.вый тезис: «Они пытаются отнять у нас нашу культуру, они пытаются отнять у нас нашу историю».

Хотя Трамп отправил в отставку Стива Бэннона, который пустился в пространные объяснения, почему белые нацисты не более чем «сборище клоунов», этого явно было недостаточно. В знак протеста многие уважаемые деятели, ранее сотрудничавшие с правительством, подали в отставку. Среди них генеральный директор компании Merck & Co Кеннет Фрейзьер, основатель и генеральный директор компании Under Armour Кевин Планк, исполнительный директор компании Intel Брайан Кржанич, президент Американской федерации труда и Конгресса производственных профсоюзов (AFL-CIO) Ричард Трамка, экономист и бывший заместитель главы администрации президента АФТ-КПП Тея Ли, президент Альянса американских производителей Скотт Пол, Дениз Моррисон из компании Campbell Soup и Инге Тулин из 3М.

Конфликт продолжается до сих пор, и его эскалация возможна в любой момент. В Шарлоттсвилле то и дело происходят разные мини-митинги; памятники конфедератам никто не трогает, но они накрыты черной материей.

Хотя имевший место враждебный выпад, очевидно, можно охарактеризовать как внутренний теракт, остается неясно, насколько серьезным он на самом деле был. В конце концов, печально известная террористическая вылазка Тимоти Маквея не привела к политическому кризису, несмотря на колоссальные человеческие жертвы. Так почему же сегодня столь незначительное по своим последствиям (с учетом других примеров в новейшей истории США, включая расстрел толпы в Лас-Вегасе) действие, приведшее к гибели одного человека, привело к такой конфронтации?

С самого первого дня Трамп, будучи единственным популистом, пришедшим к власти, подвергался нападкам со стороны многих популярных средств массовой информации (которые он пытается высмеивать при любом удобном случае). Почти любое решение, принимаемое или не принимаемое президентом, использовалось, чтобы представлять его как некомпетентного, излишне эмоционального политика, в целом не способного управлять такой огромной страной. Эта тенденция продолжается и после недавнего скандала: Трампа все время изображают расистом и авторитарным (но некомпетентным) лидером, и рядом с ним нередко помещают символику Ку-клукс-клана.

На сегодняшний день можно уверенно предсказать ряд возможных исходов. Во-первых, инцидент в Шарлоттсвилле будет максимально использоваться, чтобы подо.рвать репутацию Трампа и, возможно, он послужит еще одним аргументом для потенциального импичмента. Во-вторых, полемика и раскол в американском обществе, вызванные инцидентом в Шарлоттсвилле и всей «войной с памятниками», будут и дальше нарастать, приводя, как минимум, к жарким дискуссиям. В-третьих, последние события, вероятнее всего, похоронят все попытки представить Альт-Райт в качестве серьезного интеллектуального движения и новой политической философии. Вместо этого, в народной культуре он, скорее всего, будет навсегда связан с Интернет-мемами и не слишком умными правыми радикалами, белыми супрематистами, восхищающимися нацизмом и т.д. Очевидно также, что это касается не одних лишь США.

Следует иметь в виду, что в своей нынешней демонизированной и упрощенной до абсурда версии движение Альт-Райт поддерживается 10% населения США[3]. Это высокая цифра для любого общественного движения или молодой идеологии. Однако данный уровень поддержки далек от того, при котором могла бы сформироваться некая стабиль.ная группа поддержки президентской администрации (тем более, что внутри самого это.го движения нет единства).

Воины социальной справедливости

Еще один важный вопрос, который мог бы мобилизовать (по крайней мере, в Интернете) последователей Альт-Райта — это постоянный конфликт с так называемыми Воинами социальной справедливости (ВСС). Будучи неформальным способом обо.значения противников Альт-Райта, аббревиатура ВСС используется для описания лиц, придерживающихся крайне гипертрофированных взглядов, проистекающих из прогрес.сивной, леволиберальной идеологии. Сообщество Альт-Райт пытается представить по.добные взгляды нелепыми, абсурдными и вредными для общества. Поскольку не существует ни одного красноречивого перечня убеждений ВСС, их идеологию и действия можно разбить на ряд популярных категорий.

1. Феминизм

Одна из самых спорных тем сегодня, когда речь заходит о социально-политической проблематике, — это феминизм. Границы этого понятия достаточно прозрачны, поэтому под «феминизмом» мы подразумеваем те постулаты, которые сформулированы в речах и презентациях людей, публично идентифицирующих себя как феминистки или борцы за права женщин. Спикеры от лагеря Альт-Райт про.изводят наиболее заметный контент, «опровергая мифы феминизма» и доказывая, что современный феминизм «не имеет ничего общего с правами женщин» и является насмешкой над этим понятием. В качестве примеров таких «мифов» называется разрыв в оплате труда, половая объективация, ограниченные возможности (по сравнению с мужчинами) трудоустройства и образования, более высокий риск сексуального насилия.

Опираясь на некоторые данные публичных исследований или официальной статистики, идеологи Альт-Райта пытаются доказать, что ни один из этих аргументов сегодня неактуален (даже если в прошлом они были правдоподобными). Напротив, считается, что современные феминисты «наказывают мужчин за их пол», искореняя любое мужеподобное поведение. Хорошим примером этой логики можно считать изложенную в книге Кристины Соммерс «The War Against Boys» («Война против мальчиков»), в которой автор делится размышлениями о том, как с юношами обращаются в сфере образования (в основном в школах). Автор приходит к выводу, что на современные тенденции в образовании оказывает большое влияние явно предвзятая феминистская пропаганда, которая не способствует равенству, но приводит к серьезным потенциальным психологическим проблемам для представителей обоих полов.

2. Бодипозитив

Идеологию феминизма критикуют еще и с другой точки зрения, о которой следует упомянуть, то есть с точки зрения бодипозитива. Если описать вкратце это понятие, то бодипозитив — это некий этический и эстетический подход, утверждающий, что современные стандарты красоты (особенно женской) искусственны и совершенно нереалистичны. Фотографии женщин-спортсменок и моделей, сделанные с помощью «фотошопа», делают обычных женщин неуверенными в себе, развивают в них комплексы по поводу своей внешности и вынуждают тратить все больше денег на продукцию индустрии красоты и фитнеса.

Также считается, что эти стандарты навязываются патриархальной структурой современного общества, где женщин часто фотографируют обнаженными или полуобнаженными и преподносят как сексуальные объекты, а не разносторонних личностей.

Возможное решение, вытекающее из данных фактов, — это отвержение современных стандартов красоты в целом, стремление «ценить себя такой, какая ты есть», избавление от комплекса неполноценности из-за физических изъянов и несовершенного внешнего вида и получение удовольствия от жизни, невзирая ни на что.

Хотя представители движения Альт-Райт согласны с тем, что некоторые люди могут быть здоровыми и при этом не выглядеть как модели с обложки глянцевого или модного журнала, они критикуют активистов движения бодипозитив за то, что те перегибают палку и доводят этот вопрос до абсурда, защищая отвратительную внешность, отражающую пренебрежение законами здорового образа жизни. Обычно дискуссии вращаются вокруг превознесения женщин с избыточным весом как идеал красоты и пренебрежения тем доказанным фактом, что ожирение оказывает крайне негативное влияние на здоровье нации, поэтому должно считаться серьезным заболеванием, а не личным достижением.

3. Гендерная проблематика

Возможно, новейший вопрос в этом списке — это гендерная повестка. Можно от.метить, что мы здесь не имеем ввиду «традиционные» дебаты по тематике ЛГБТ или о принятии однополых браков (некоторые сторонники Альт-Райта не имеют ничего про.тив них). Проблема гораздо глубже — в половой идентичности. Сторонники Альт-Райта представляют ситуацию следующим образом: доведенный до крайности, левый (или «культурный марксистский») подход к половой идентичности, возможно заимствованный у постмодернистской философии, гласит, что, в отличие от пола, половая идентичность — это полностью социальная конструкция. Следовательно, не только некорректно судить о половой идентичности по внешней физиологии — неверно вообще предполагать, что некая личность относится к тому или иному полу, если только сам человек не скажет об этом открыто.

Так, гендерная идентичность не может ограничиваться лишь мужским или женским полом: человек может быть транссексуалом или трансвеститом, или же представлять собой любую возможную или мыслимую комбинацию из разных черт. Вследствие такого понимания изменяется и акроним ЛГБТ, так что в результате мы получаем более сложный акроним ЛГБТТКСИАСП (лесбиянки, геи, бисексуалы, трансгендеры, транссексуалы, квиры, сомневающиеся, интерсексуалы (гермафродиты), асексуалы, союзники (гей+гетеро), пансексуалы) и другие разновидности.

Сторонники Альт-Райта отвергают подобный подход как вредный и искусственно навязываемый, особенно когда речь заходит о медицинских процедурах по смене пола несовершеннолетних. Существует целая палитра разных точек зрения среди приверженцев Альт-Райта на предмет того, какова реальная ситуация с половой идентичностью — от мнения, что существует только два пола, до позиции, что никто не должен требовать к себе особого обращения на основании приписываемой себе половой идентичности. Все интересующиеся могут найти ряд регулярно обновляемых каналов на YouTube, посвященных критике самых известных и популярных гендерных активистов. Эти видеоматериалы также нередко используются в политических дискуссиях, чтобы доказать, что «только поворот вправо может спасти современную человеческую цивилизацию».

4. Оскорбительное поведение и безопасное пространство

Наравне с другими современными тенденциями, приверженцы Альт-Райта так.же критикуют общую культуру «оскорбительного поведения» и «безопасного пространства», которая распространяется в американских университетских кампусах. В обобщенном виде это идея о том, что любого человека может оскорбить либо фактическое действие (например, сексуальное домогательство), либо высказанное мнение (воспринимаемое как омерзительно дискриминационное или просто враждебное и недружественное), что может стать причиной душевной травмы. Среди разновидностей подобного поведения — отказ от употребления «гендерно нейтральных местоимений» при обращении к человеку и другие примеры. Для подобных случаев должно существовать особое безопасное пространство, где любой оскорбленный или травмированный студент может укрыться во избежание еще более серьезной психологической травмы.

Сторонники Альт-Райта, советуя людям «быть более толстокожими», доказывают, что подобные тенденции являются посягательством на свободу слова и навязывают людям некую разновидность цензуры. Различные учебные заведения традиционно считаются местом горячих дебатов, обмена аргументами и работы над выработкой проверенных и обоснованных понятий, что попросту несовместимо с какой бы то ни было цензурой и ограничениями.

Внешняя политика

Характерная особенность недавних избирательных кампаний (будь то в случае с Трампом или парламентскими выборами в Великобритании) — это обилие критики в адрес внешней политики, проводимой людьми, занимающими ответственные должности. По большей части она считалась расточительной, беспечной, подрывающей здоровье национальной экономики, вследствие чего игнорировались самые вопиющие социальные проблемы внутри страны. Почти все кандидаты (а также их соответствующие программы) обещали обратить это положение вспять, вернуть средства в страну с целью разрешения конфликтов, вызванных бедностью, неравенством, безработицей, замороженными зарплатами и так далее. Все это было также частью стратегии Трампа по «возвращению величия Америке».

Во время кампаний многое говорилось о геополитической ситуации. С целью провести четкую границу между собой и истэблишментом (это делают все современные популистские политики), такие лидеры как Дональд Трамп и Марин Ле Пен неоднократно выражали восхищение некоторыми политическими фигурами, которых, как правило, не жаловала официальная политическая элита. В основном речь идет о Владимире Путине. Это неизбежно привело к ряду нелепых обвинений, в которые подливали масло СМИ, где Трамп или Ле Пен (это затронуло даже Джереми Корбина) назывались не иначе как «агентами Путина», которых он использует для «разрушения мира, каким мы его знаем». Хотя в большей степени подобные предположения высказывались в отношении Ле Пен, поскольку ее победа потенциально могла привести к «Фрекзиту» и гибели Евросоюза в целом.

Теперь, по прошествии некоторого времени, ситуация изменилась и для Дональда Трампа. Когда речь заходит о внешней политике, его критикуют не за отсутствие воли или желания взаимодействовать, но за неразумное и чрезмерное стремление к подобному взаимодействию. Будь то ситуация в Сирии, Венесуэле или продолжающийся кризис вокруг Северной Кореи, Трамп в целом представляется подстрекателем и безответственным человеком, который не прочь начать еще одну войну ради усиления своей популярности и удовлетворения своих властолюбивых устремлений. С другой стороны, движение Альт-Райт также недовольно тем, что Трамп недостаточно активен, и что ему не хватает воли, чтобы осуществить все перемены, о которых он открыто говорил во время избирательной кампании.

Выводы

Аргументы, приведенные в данной статье, можно обобщить следующим образом:

Мы являемся свидетелями краха «политического центра» в странах Запада (включая США) как следствие применения различных неолиберальных стратегий последние 40 с лишним лет. Политические движения, равно как и общество в целом, становятся все более радикальными и поляризованными, так что новый период напряженной борьбы практически неизбежен. В конечном итоге это приведет к новому консенсусу и фундаментальному пересмотру баланса между левыми, правыми и центром.

Этот крах проявляется в закате современной (но нечетко определенной) идеологии, включая неолиберальную догму «чем меньше правительства, тем лучше». Несмотря на отсутствие какой-либо продвинутой теории или манифеста, граждане начинают все больше надежд возлагать на правительство, ожидая, что оно предпримет реальные меры для ускорения экономического роста и повышения общего благосостояния. Крайне маловероятно, что идея урезания государственного сектора восстановит свою былую популярность в ближайшее время.

Новое воплощение правой идеологии в виде движения Альт-Райт – довольно сомнительная и противоречивая теория, пытающаяся объединить культурный консерватизм с протекционистской экономической политикой. Хотя она полностью не порывает с идеей «просачивания благ сверху вниз» и другими мерами ускорения роста за счет снижения налогов и расширения привилегий для капитала.

Многочисленные попытки популярных медийных персонажей (в большинстве своем американцев) представить Альт-Райт как современное интеллектуальное движение «здравого смысла», по всей видимости, не дадут результата после скандалов на расовой почве (например, в Шарлоттсвилле), в которых открыто приняли участие сторонники движения Альт-Райт.

С учетом вышесказанного и того, что мы до сих пор видели, движение Альт-Райт ни в коем случае не последняя стадия, а лишь начало массовой идейно-политической трансформации, которая ожидает весь мир на пороге смены долгосрочных экономических и геополитических циклов. Чтобы преуспеть в переходный период, важно идти в ногу с развивающимися трендами и понять механизмы, лежащие в основе глобальной исторической адаптации.

Данный текст отражает личное мнение авторов, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.

Данный материал вышел в серии записок Валдайского клуба, публикуемых еженедельно в рамках научной деятельности Международного дискуссионного клуба Валдай. С другими записками можно ознакомиться по адресу http://valdaiclub.com/publications/valdai-papers/

[1] 14/88 — кодовое приветствие и лозунг, используемый сочувствующими идеалам национализма и нацизма. Отсылка к словам Дэвида Лэйна и Адольфа Гитлера.

[2] Lyons M.N. CTRL-ALT-DELETE: The Origins and Ideology of the Alternative Right. 2017. January 20. URL: http://www.politicalresearch.org/2017/01/20/ctrl-alt-delete-report-on-the-alternative-right/#sthash.MrRKd3eX.dpbs

[3] Clement S., Nakamura D. Poll shows clear disapproval of how Trump responded to Charlottesville violence // The Washington Post. 2017. August 21. URL: https://www.washingtonpost.com/politics/poll-shows-strong-disapproval.of-how-trump-responded-to-charlottesville-violence/2017/08/21/4e5c585c-868b-11e7-a94f-3139abce39f5_story. html?hpid=hp_hp-top-table-main_trumppoll-503pm%3Ahomepage%2Fstory&utm_term=.e1672ee1a0b4

Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 23 декабря 2017 > № 2907536 Даниил Григорьев, Джеффри Соммерс

Дембельский аккорд российской деоффшоризации

В России к своему логическому завершению подходит процесс национализации экономики и "избавления от тяжелого оффшорного наследия 90-х". По уже сложившейся традиции, на финишной прямой этого процесса российские власти вновь предложили представителям "оффшорной аристократии" классическую политику "кнута и пряника".

Очередной "кнут" выразился в недавнем принятии федерального закона о присоединении Российской Федерации к международному автоматическому обмену информацией о финансовых счетах в налоговых целях. Таким образом, полноценное участие страны в этом механизме было подтверждено на законодательном уровне.

На сегодняшний день партнерами России по автоматическому обмену информацией являются 56 государств и территорий. С некоторыми из них (включая Великобританию, Лихтенштейн и Маврикий) первый обмен будет произведен осенью 2018 года - в него попадет информация, собранная за 2017 год. С другими (например, с популярной у толстосумов Швейцарией) обмен начнется с 2019 года. Соответственно, собирать информацию о российских вкладчиках швейцарских банков начнут уже с 1 января 2018 года.

Для автоматического обмена информацией нужно, чтобы Россия указала ту или иную юрисдикцию в своем национальном списке, а соответствующая юрисдикция указала РФ в своем. Согласно опубликованной на сайте ОЭСР информации, Россию в качестве потенциального партнера в своих списках упомянули 73 юрисдикции. Таким образом, российский список партнеров по автоматическому обмену информацией в дальнейшем будет расширяться. В скором времени в этот "клуб любителей финансовой прозрачности" войдут практически все интересные для налогового планирования юрисдикции.

Главным же оружием российской власти в войне с оффшорами стало законодательство о контролируемых иностранных компаниях (КИК). Напомним, принято оно было еще в конце 2014 года в виде поправок в Налоговый Кодекс. Российские правила КИК работают с тех пор довольно неплохо, практически полностью уничтожив эффективность подавляющего большинства оффшорных схем налогового планирования.

Что касается "оффшорных пряников", то на них в России тоже не скупятся. В том же 2014 году была объявлена масштабная амнистия, по условиям которой оффшорный капитал можно было вернуть на родину, заплатив относительно небольшой штраф (2,5%) и получив освобождение от дальнейших разбирательств и судебного преследования. И хотя результаты амнистии оказались не очень впечатляющими, начало было положено.

Еще одним стимулом для оффшорного олигархата должен стать личный новогодний подарок от Президента России Владимира Путина, который на днях поручил профильным министерствам и российскому Центробанку разработать параметры специальных облигаций федерального займа (ОФЗ) и с начала 2018 года обеспечить их выпуск. По мнению Путина, номинированные в иностранной валюте ОФЗ должны стать удобным механизмом возвращения капиталов под российскую юрисдикцию. Ожидается, что из-за новых персональных анти-российских санкций, вводимых со стороны США в 2018 году, многие владельцы крупных состояний российского происхождения предпочтут перевести их в "родное правовое поле". Кстати, на этом фоне некоторые американские аналитики уже обвинили Президента США Дональда Трампа в очередном "сговоре с Путиным". По их мнению, "на самом деле все не так, как выглядит" и одобрением новых санкций Трамп помогает российским властям (и, конечно же, лично Путину) влить многомиллиардные капиталы в Россию, тем самым усиливая экономику основного геополитического конкурента США.

Как бы там ни было, международные аспекты российской деоффшоризации украинский бизнес волновать особо не должны. А вот на что следовало бы обратить внимание, так это на инструментарий России в борьбе с оффшорами. Ведь рано или поздно (скорее, рано) правила о контролируемых иностранных компаниях будут введены и в Украине. Да и к международному автоматическому обмену информацией наша страна также скоро присоединится, поскольку вариантов здесь осталось немного - либо вливаться в новый мир финансовой прозрачности, либо законсервировать себя в статусе международного экономического изгоя.

Компания Nuctech, ведущий мировой поставщик продуктов и решений для обеспечения безопасности, недавно провела в голландском Роттердаме официальную церемонию, в ходе которой объявила об открытии нового филиала, который станет международным центром инноваций. «Мы надеемся на расширение коммуникации с нашими мировыми коллегами и планируем достичь прогресса в отрасли, а также поддержать реализацию инициативы «Пояс и путь»», - отметил президент Nuctech Чэнь Чжицян.

В рамках церемонии, на которой присутствовали свыше 100 представителей Голландии и других европейских стран, компания продемонстрировала ряд новейших продуктов и сервисов. Участники мероприятия обменялись идеями и мнениями о применении передовых технологий — таких как ИИ и большие данные, — а также об изменениях, которые они способны привнести в процесс развития отрасли.

«Наши европейские клиенты разделяют мнение Nuctech, что наука и технологии способны содействовать социальному развитию. Мы уверены, что дух истинного мастерства позволяет создавать продукты более высокого качества и позволяет нам стремиться к инновациям. Поэтому деятельность нашего филиала в Нидерландах будет направлена на создание платформы для технологических инноваций, международного маркетинга и послепродажного обслуживания с целью предоставления высококачественного сервиса нашим клиентам по всему миру». Г-н Чэнь Чжицзян добавил: «Мы стремимся создавать открытый механизм взаимной выгоды и взаимного обучения в тесном сотрудничестве с европейскими клиентами, организациями, вузами и предприятиями, дабы совместными усилиями строить светлое будущее».

Мэр Роттердама поприветствовал новый филиал Nuctech в Нидерландах. В ходе церемонии он отметил, что мир становится все опаснее, а компании вроде Nuctech могут решить эту проблему с помощью технологических инноваций и внести свой вклад в создание безопасного общества.

О компании

Основанная в 1997 году компания Nuctech разработала свыше 200 видов продукции для обеспечения безопасности, включая системы инспекции грузов/транспортных средств, почтовых отправлений/багажа и человеческого тела, детекторы взрывчатых и наркотических веществ, средства инспекции жидкостей, мониторы радиоактивных материалов и т.д. Извлекая максимальную выгоду из основных конкурентных преимуществ технических инноваций, Nuctech владеет всеми правами интеллектуальной собственности на ключевые технологии в сферах компьютерной томографии (КТ), рентгеновской визуализации, обнаружения следов взрывчатых и наркотических веществ и мониторинга радиоактивных материалов. На сегодняшний день Nuctech располагает производственными базами в Китае, Европе и Латинской Америке, предоставляя современные технологии, первоклассные продукты и интегрированные решения клиентам в более чем 150 странах и регионах по всему земному шару.

Расследование по "панамским документам" в отношении банка Nordea привело к тому, что финансовый надзорный орган Люксембурга выписал банку штраф.

Как выяснилось из «Панамских документов», Nordea помогал своим клиентам в организации фирм-однодневок через оффшор. Подобная деятельность нарушает законодательство Люксембурга по отмыванию денег. Надзорный орган оштрафовал на общую сумму в 2,01 миллиона евро все нарушившие закон финансовые организации, однако не пояснил, как сумма штрафа распределяется по конкретным организациям. Об этом сообщает Русская служба новостей Yle.

В прошлом году финансовый контроль Швеции решил не применять санкций по отношению к банку Nordea из-за выявленных в связи с «панамским досье» фактов.

Стоит отметить, что Люксембург является одним из немногих европейских оффшоров.

Выход на мировой рынок — наша стратегия.

Автор: Анна Клименкова

В кулуарах Конгресса предприятий наноиндустрии на вопросы «Из­вес­тий» ответил вице-президент, генеральный директор OCSiAl Energy Андрей Сенють.

— Глава РОСНАНО Анатолий Чубайс считает производство и использование одностенных углеродных нанотрубок одним из наиболее перспективных направлений современной наноиндустрии. Он приводит в пример вашу компанию, говоря, что как раз благодаря ей мы в этом направлении «впереди планеты всей». Это действительно так — мы впереди и действительно за счет вашего предприятия?

— Это действительно так. Весь бизнес нашей компании строится на технологии промышленного производства этого материала с уникальными прочностными, электрическими и теплопроводными характеристиками. О самом материале было известно давно: еще в 1991 году Иидзима из японской корпорации NEC опубликовал статью, в которой описал углеродные нанотрубки. Были известны и их уникальные свойства в качестве добавки при производстве других материалов. Например, при добавлении в полимер одной сотой процента одностенных углеродных нанотрубок пластик приобретает электропроводящие свойства. Но в промышленности материал не использовался по двум причинам: во-первых, это было баснословно дорого, а во-вторых, его не умели производить в промышленных объемах. Производили в граммах, поэтому и использовали только в лабораториях, где разрабатывали, например, сенсоры с повышенной проводимостью, и на этом весь бизнес нанотрубок заканчивался. Но всем было понятно, что материал и сам по себе уникальный, с огромным потенциалом, в частности, он в сто раз прочнее стали…

— Ваше предприятие занимается только производством этого материала или вы предлагаете какие-то решения на его основе?

— Мы выпускаем не только материал, но и готовые технологические решения — аддитивы для различных индустрий. Бизнес «Оксиала» строится на двух вещах: на технологии синтеза — и вот тут мы действительно «впереди планеты всей», мы реально индустриальны, никто в мире не имеет массового производства. И, соответственно, не может предложить решения для индустрии за приемлемую цену, а значит, не может полноценно работать на рынке. И на готовых технологических решениях. Для того чтобы продукт реально продавался, нужны готовые решения, а не просто нанотрубки. Хотя после создания технологии синтеза мы думали, что их и так разберут как горячие пирожки!

— А никто не знает, как их можно использовать!

— Именно! Есть какой-то уникальный материал с какими-то уникальными свойствами, но никто не понимает, как его использовать, как его в пластик добавлять? И так как мы достаточно рано стали работать с производителями, мы поняли, что нужны готовые решения, аддитивы с правильно подобранными матрицами, совместимые с конкретными полимерами с учетом всех технологических нюансов.

— То есть вы изучили материалы, которые присутствуют на рынке, и под них разработали варианты использования вашего материала как аддитива?

— Совершенно верно. Материал у нас готов, мы не можем ждать, пока компании, не имея нашего опыта и знаний, его оценят, будут несколько лет разрабатывать решения и только потом придут к нам его покупать.

— На карте вашего присутствия отмечено много городов, но большинство из них за пределами России, там находятся ваши покупатели или партнеры по разработкам?

— К сожалению, почти все наши покупатели находятся не в России.

— А вот это вопрос очень важный: почему так получается? О вашем продукте не знают наши производства или их требования к характеристикам собственного продукта не такие высокие?

— Наш материал сам по себе обладает особыми свойствами. И если мы сейчас создаем решения для пластиков, то это тоже не простые типовые пластики для кружек (хотя мы в дальнейшем хотим проникнуть и в этот сегмент), это специализированные материалы для самых высокотехнологичных производств. Например, для производителей литий-ионных источников тока. В России еще нет компаний серьезного уровня, кроме «Лиотеха», который, правда, по сути еще не вышел на максимальную мощность.

— Как вы оцениваете свои перспективы, беспокоят ли вас активности конкурентов, есть ли опасности со стороны каких-то конкретных консорциумов или производителей?

— Конечно, такие опасности существуют, мы ведь занимаемся бизнесом, а бизнес предусматривает конкуренцию. Мы постоянно мониторим конкурентную среду, пытаемся оценить конкурентов и быть лучше. И помимо нашей базовой технологии — синтеза углеродных нанотрубок, нашей главной ценности, — мы строим офисы продаж и техподдержки, уже наладили сотрудничество с партнерами и потребителями по всему миру. Мы нарастили существенный объем компетенций, который в применении к такому сложному материалу, как наш, очень небыстро и недешево дается, но позволяет создавать быстрые и востребованные решения.

Люксембург. Россия. Весь мир > Химпром > rusnano.com, 21 декабря 2017 > № 2458092 Андрей Сенють

Революция, без которой человечеству не выжить. Применение углеродных нанотрубок позволит сократить расход ресурсов.

Автор: Ирек Имамутдинов

В середине ноября в Люксембурге прошел посвященный материалам будущего саммит The Future of Materials, организованный британским журналом The Economist. Партнерами форума стали УК «РОСНАНО», Фонд инфраструктурных и образовательных программ и компания OCSiAl.

Обсудить главную тему саммита — «Новый век для производства» — собрались самые маститые ученые, технологи, политики из десятков стран мира, представители многих авторитетных материаловедческих исследовательских центров. Делегатами собрания стали почти 700 топ-менеджеров крупнейших технологических компаний мира. Одним из главных гостей и хедлайнеров саммита стал глава РОСНАНО Анатолий Чубайс.

— Сейчас в мире существуют две глобальные проблемы. Это изменение климата, прежде всего за счет эмиссии парниковых газов антропогенного характера. Проглядываются и ресурсные ограничения. Чтобы решить эти проблемы и обеспечить устойчивое развитие человечества, оно рассматривает сейчас для себя три выхода. Это дальнейшее продвижение IT-технологий, энергосбережение и новые материалы, — заявил Анатолий Чубайс в своем выступлении на форуме.

По логике главы РОСНАНО, рассчитывать, что технологии, на которые ставят правительства и на которые надеется общественность (а речь идет прежде всего об информационных технологиях в широком смысле слова и возобновляемой энергетике), решат проблему глобального потепления и радикально улучшат экологическую обстановку, не приходится.

Анатолий Чубайс привел конкретный пример, красноречиво говорящий в пользу такого вывода. На прошедшем недавно в Москве форуме The Global Energy Prize Summit собрались лауреаты Международной энергетической премии «Глобальная энергия» разных лет, другие ведущие мировые эксперты в области энергетики, авторитетные технократы, политики и бизнесмены для обсуждения актуальных тем энергетической отрасли. Тогда специалисты согласились между собой, что текущие прогнозы на 2050 год показывают рост мирового спроса на первичную энергию примерно на 50%, а на электроэнергию — вдвое.

Связано это с тем, что уровень жизни и мощь экономики государства тесно коррелируют с использованием энергии на душу населения, необходимой для создания новых материальных ценностей. До сих пор по этому показателю остается огромный разрыв между бедными и индустриально развитыми странами, и более миллиарда человек в мире до сих пор живут без электричества.

Развивающиеся страны стремятся укреплять свои экономики, а в любой стране показатель ВВП на душу населения тесно связан с показателем потребления энергии на ту же душу. Все это тянет за собой и рост спроса на энергоресурсы. Другая причина роста спроса на энергию заключается в том, что население планеты продолжает быстро увеличиваться (только за последние 16 лет с 6 до 7,5 млрд). Предполагается, что к 2040 году человечество составит уже почти 9 млрд человек, а ВВП на человека вырастет более чем на 90%, достигнув почти $28 тыс. Соответственно увеличивается и объем потребления энергии, который необходим для производства новых объемов материалов, центр увеличения спроса на энергоносители уже фактически переместился из стран Северной Америки и Европы в быстро растущие государства, прежде всего в Китай и Индию. Поэтому прогнозируемый рост спроса на энергию почти целиком приходится на страны, не входящие в ОЭСР, которые и способствуют ежегодному росту мирового спроса на энергию в пределах 1,3%.

Такой рост влечет за собой, прежде всего, экспоненциальный спрос на материалы. На люксембургском саммите Анатолий Чубайс приводил подобные примеры. За последние 15 лет производство алюминия в мире увеличилось с 20 млн до 70 млн т, пластиков — с 400 млн до 700 млн т, цемента — с 1000 млн до почти 4000 млн т. Мало того, к 2050 году при существующей технологической парадигме материалов потребуется вдвое больше.

Чтобы не произошло ресурсного и энергетического коллапса, можно пытаться решить задачу спроса за счет изменения свойств самих материалов, окружающих человека, таких как бетоны, пластики, различные металлы и конструкционные материалы. То есть упрочнять их, облегчать вес при сохранении тех же прочностных и износостойких характеристик, придавать новые потребительские свойства.

Представим себе, говорит один из основателей компании OCSiAl, академик РАН Михаил Предтеченский, что разработаны такие материалы, которые намного прочнее традиционных. Тогда вес самих автомобилей уменьшится и почти пропорционально снижению веса снизится расход топлива. Высотные здания и мосты станут существенно легче и потребуют для своего возведения значительно меньше материалов, а значит, инфраструктурных и логистических затрат, включая расход того же топлива на их доставку, что только умножит синергетический эффект. Важно, что при увеличении прочности материала сокращение веса конструкций будет носить нелинейный характер. Представьте, что мост изготовлен из металла, который в полтора раза прочнее исходного. Нагрузка пролетов на опоры в этом случае уменьшится в полтора раза, но поскольку и материал опор становится в полтора раза прочнее, необходимый его объем уменьшается уже более чем в два раза. Очевидно, что сокращение расхода топливных, энергетических и других ресурсов будет происходить на каждой из стадий производства и использования материалов — от добычи сырья до монтажных работ.

Собственно, ученые всех стран постоянно пытаются исправить свойства материалов для их оптимизации, но при использовании традиционных материалов люди достигли уже определенных пределов. Сейчас же появились наномодифицированные материалы, о которых и говорят глава РОСНАНО и академик Предтеченский (с добавлением тех же одностенных углеродных нанотрубок, производимых компанией OCSiAl). Они позволят сделать качественный скачок в появлении привычных материалов с революционно иными свойствами, отвечающими на глобальные вызовы, вставшие перед человечеством. Понимая, что предстоит еще большая работа на этом пути, главы крупных технологических корпораций тем не менее с оптимизмом говорили о своем успешном опыте создания наномодифицированных материалов, в том числе с использованием углеродных нанотрубок, производимых компанией OCSiAl.

Бельгийский бизнесмен Марк Куке станет новым владельцем футбольного клуба «Андерлехт». Переговоры планируется завершить до конца текущего года, сообщает клубная пресс-служба.

В настоящий момент грандом бельгийского футбола владеет Роже Ванден Сток. По некоторым данным, сумма сделки может составить около € 100 млн. Ожидается, что Куке сделает официальное заявление относительно приобретения актива завтра, 22 декабря.

«Андерлехт» является самым титулованным футбольным клубом Бельгии (34 титула чемпиона страны, девять побед в Кубке Бельгии и 13 — в Суперкубке), а также на регулярной основе выступает на европейских турнирах.

Ранее сообщалось, что предложение о покупке «Андерлехта» получил известный российский бизнесмен Алишер Усманов.

«Сделай сам»

Артемий Магун

Опубликовано в журнале: Неприкосновенный запас 2017, 6

Революция и дилемма спонтанности

[стр. 13 – 24 бумажной версии номера]

Артемий Владимирович Магун (р. 1974) — философ и политолог, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, преподает на Факультете свободных искусств и наук СПбГУ.

СОВРЕМЕННАЯ ИДЕЯ СПОНТАННОСТИ

Революции, как заметил еще Аристотель[1], начинаются с малых, незначительных событий. Это не значит, поясняет он, что несущественны их объективные фундаментальные причины, но последние недостаточны, чтобы вызвать к жизни значительные перемены. Собственно, «молекула» революции — это перерастание демонстрации или бунта небольшой группы, произошедших на улице или площади, в масштабное повсеместное движение, в силовой конфликт, а зачастую и в захват власти. Важно здесь именно это перерастание,которое позволяет заключить, что мы имеем дело с революцией или ее попыткой, а не просто с митингом или, наоборот, путчем. Революционер как бы ждет внешнего ответа на свои действия — от ситуации, от народа. Не случайно, что само слово «революция» отсылает к астрономии и астрологии, к космической стихии, не полностью зависящей от человека.

Если мы не принимаем циничной поговорки, что «мятеж не может кончиться удачей», и не называем легитимной революцией любое победившее антиправительственное выступление, то нужны критерии для такого различения. Именно эскалация протеста позволяет современному наблюдателю заключить, что на улицу вышел «народ». Ведь народ большой, и заявлять что-то о нем в целом рискованно. Тем не менее революция как идея предполагает именно демократическую легитимность, и наоборот, демократическая легитимность логически предполагает идею возможной революции (как события учредительного для демократического режима и способного возобновиться в ситуации кризиса). Уже Джон Локк называл революцию «призывом к Богу», то есть видел в ней рискованные действия, отданные на произвол Провидения[2]. И он же утверждал, что легитимная революция должна осуществляться большинством народа (невероятное условие, если брать его буквально). Но если большинство на площадь не вышло, то что будет принципиальным критерием нашего определения революции? В реальности им служат эскалация, постепенное нарастание численности движения, его многообразие в отношении социальных групп и национальностей, непредсказуемое развитие событий. Все это вместе, кроме многообразия, можно обозначить как спонтанность, или, говоря по-русски, стихийность. Большинство наблюдателей в той или иной форме приписывают, например, стихийность событиям 2011—2012 годов. Их также называют «весной» или «волной» — то есть сравнивают с явлениями природы. Важным являются не причины и не цели выступления, а прежде всего его факт, который говорит сам за себя. Сидней Тэрроу верно оценил недавние движения «Occupy» как «движения “мы здесь”»[3], Джудит Батлер[4] считает их такими же прекарными, как прекарны их участники. Дэвид Грэбер и Тод Гитлин подробно рассказывают о постепенном зарождении движений и неожиданном для их DIY-организаторов размахе[5].

Для симпатизирующих наблюдателей и участников важно сегодня, чтобы массы сами вышли на площадь, чтобы они это сделали импульсивно, по призыву из социальных сетей, в ответ на громкую новость или на разгон полицией небольшого митинга. Потом эта гражданская активность разрастается как снежный ком. Но никто ею напрямую не дирижирует, ее не режиссирует, люди действуют сами, и совпадение их чаяний говорит нам, что перед нами нечто большее, чем партикулярная группа со своими узкими интересами. Спонтанность, вместо локковского Бога, обеспечивает энергию восставших, их радостное воодушевление. Она отвечает идеологическим настроениям, преобладающим сегодня у интеллигенции: анархо-либертарианское недоверие к партиям, лидерам и сложным идеологиям. Но самое главное — она обеспечивает легитимность революций, в той мере, в которой ее вообще можно обеспечить в условиях ее очевидной нелегальности. Если революция не спонтанна, то она кем-то организована, а значит, не проходит магического теста на «народность». У нее есть автор. Более того, этот автор — как инкриминируют ему противники революций — находится за границей.

В эпоху глобализации трудно было бы рассчитывать на стерильную национальную автохтонность революционных движений. Да и в прошлом она преувеличивалась. Французской революции помогали североамериканцы, российским революционерам — немцы, не говорю уже про антиколониальные революции XX века. Тем не менее многие из них были успешно признаны национально-освободительными.

Но, как только встает вопрос о спонтанности, оппоненты обвиняют революционеров в том, что они иностранные агенты. Действительно, США и Евросоюз открыто поддерживают демократические революции в разных странах — по крайней мере тем, что осуждают их насильственное подавление. Действительно, в любом социальном движении можно найти как минимум с десяток активистов, прошедших стажировки в той или иной американской или европейской политической институции. И поэтому — в этом-то и проблема — спонтанность революционерам столь же необходимо предполагать, сколь трудно ее доказать. Спонтанность эмпирически — это отсутствие организующей воли, ее слабость, раздробленность. Это не факт, а не-факт, а доказать таковой невозможно: откуда мы знаем, что те или иные действия восставших — скажем, на «Майдане» — не были запланированы? Откуда мы знаем, что те или иные граждане США не помогали их организовывать? Или не писали книг о том, как это делать? Поскольку эта аргументация уязвима, апелляция к спонтанности не может быть убедительным доказательством легитимности. На примере России и Турции мы видим, что обвинение революционеров (своих или в соседних странах) в иностранной поддержке наносит им серьезный моральный урон и делает этически непростым обращение за привычной внешней поддержкой.

СПОНТАННОСТЬ И РОССИЙСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

В этой связи можно обратиться к прецеденту столетней давности — революциям 1917 года. Тема спонтанности революций стала центральной именно тогда. Началось все с хрестоматийного спора между Лениным и Розой Люксембург. Причем Ленин, как и вся российская социал-демократия, говорил о «стихийности», а не о спонтанности. В брошюре «Что делать?» (1902) он, не отрицая стихийности, призывал не фетишизировать ее и объяснял значимость сознательности (то есть, помимо прочего, следования идеологии и планам партии), вне которой стихийность может привести к узкоэгоистической постановке политических требований, к «экономизму»[6]. В свою очередь Роза Люксембург — на тот момент уже крупный теоретик немецкой социал-демократии и знакомая оппонентов Ленина из «Рабочего дела» — в 1905 году ответила на это критической статьей «Организационные вопросы российской социал-демократии»[7], где обвинила Ленина в недооценке спонтанности рабочих, в опасности зажать и задушить их энтузиазм.

«Тактическая политика социал-демократии — это не то, что может быть “изобретено”. Это продукт серии больших творческих актов зачастую спонтанной классовой борьбы, ищущей свой путь вперед»[8].

Впрочем, Люксембург не высказывается однозначно против ленинской воли к организации, а скорее фиксирует проблему, которую Ленин, по ее мнению, решает односторонне:

«Широкая народная масса, с одной стороны, и цель, выходящая за пределы всего существующего порядка, с другой, повседневная борьба и революционный переворот — таково диалектическое противоречие социал-демократического движения; и отсюда вытекает для него необходимость на протяжении всего своего развития пробиваться вперед меж двух подводных камней: между утратой массового характера и отказом от конечной цели, между возвращением к состоянию секты и превращением в буржуазное реформистское движение… Остановите естественную пульсацию живого организма — и вы ослабите его, уменьшите его боевой дух и сопротивляемость»[9].

Надо сказать, что немецкое слово «спонтанность» не полностью синонимично русской «стихийности» (хотя Люксембург русский знала и Ленина читала в оригинале). «Спонтанность» — термин римского права, означающий личную независимую инициативу субъекта (suo sponte, буквально «собственным весом»), в то время как «стихийность» — от «стихии» — отсылает действия людей к природной, космической материи, не подвластной человеку[10]. Поэтому Ленин предостерегает от того, чтобы оставлять события на произвол судьбы, верить в естественный ход истории, в то время как Люксембург, семантически, ведет разговор о свободе, инициативе и творчестве.

Но я хочу привлечь внимание к нашему вопросу о легитимности. В самой дискуссии Ленина и Люксембург он вроде бы не поднимается. Но во время революции 1917 года «стихийность» снова становится важной темой. Участники февральской революции, в основном эсеры, считали ее «стихийной» и акцентировали тот факт, что они только постепенно влились в ее волну. Однако, как писал еще Троцкий и как недавно показал историк Майкл Меланкон[11], не факт, что их утверждениям можно полностью доверять. Вот что пишет Троцкий:

«Кто руководил переворотом? Кто поднял на ноги рабочих? Кто вывел на улицу солдат? После победы эти вопросы стали предметом партийной борьбы. Проще всего они разрешались универсальной формулой: никто не руководил революцией, она произошла сама по себе. Теория “стихийности” пришлась как нельзя более по душе не только всем тем господам, которые вчера еще мирно администрировали, судили, обвиняли, защищали, торговали или командовали, а сегодня спешили породниться с революцией; но и многим профессиональным политикам, и бывшим революционерам, которые, проспав революцию, хотели думать, что они в этом отношении не отличаются от всех остальных»[12].

Троцкий цитирует высказывания о стихийности и справа, и слева: Деникина, Зензинова, Станкевича:

«“Масса двинулась сама, повинуясь какому-то безотчетному внутреннему позыву... — пишет Станкевич о февральских днях. — С каким лозунгом вышли солдаты? Кто вел их, когда они завоевывали Петроград, когда жгли Окружной суд? Не политическая мысль, не революционный лозунг, не заговор и не бунт, а стихийное движение, сразу испепелившее всю старую власть без остатка”. Стихийность получает здесь почти мистический характер»[13].

Но, отмечает Троцкий, в частности ссылаясь на документы охранки, это представление ошибочно. Впрочем, он соглашается с отсутствием координированного руководства и считает революцию суммой «молекулярных» инициатив:

«На поставленный выше вопрос, кто руководил февральским восстанием, мы можем, следовательно, ответить с достаточной определенностью: сознательные и закаленные рабочие, воспитанные главным образом партией Ленина. Но мы тут же должны прибавить: это руководство оказалось достаточным, чтобы обеспечить победу восстания, но его не хватило на то, чтобы сразу же обеспечить за пролетарским авангардом ведущую роль в революции»[14].

Меланкон идет дальше, так как проанализировал больше документов. С его точки зрения, восстание проходило под руководством вполне определенной подпольной группы эсеров, не афишировавшей впоследствии своего участия.

«У социалистов не было конкретных планов организовать революционные волнения именно 23 февраля и довести их до победы 27 февраля. Но они, как показывают многочисленные свидетельства, дали общую ориентацию на забастовки и демонстрации и указания продолжить их и в случае успеха довести до революции. Прямое и организованное вовлечение социалистов в эти события происходило на каждом этапе. […] Чиновники царя предвидели революцию с прямым участием социалистов. Наша склонность игнорировать их мнения и документы отражает наше, а не их, отсутствие проницательности. Они были правы: произошла революция, примерно такая, которую они и предсказывали… Февральская революция не была спонтанной — по крайней мере не в том смысле, в котором обычно используется это слово»[15].

То, что с точки зрения участников выглядит как стихийное движение, с точки зрения наблюдавшей за ними полиции является результатом долгой организационной работы, так что время революции можно было даже предсказать. Помимо общепсихологической склонности любого деятеля преувеличивать значение обстоятельств, здесь налицо, сначала, беспокойство о том, чтобы организационную деятельность не заметила полиция, а позднее, чтобы после Октября за нее не привлекли к ответственности уже большевики. Но, кроме того, общая народническая установка на стихийность народных масс также имела влияние и на мышление эсеров.

Нам известно, что Ленин продолжал придерживаться «организаторской» теории революции. Однако в июле 1917-го и он предпочел присоединиться к «стихийной» теории июльского восстания с очевидной целью отстраниться от неудачной попытки взять власть. В ответ на это восстание Временное правительство обвинило его и его товарищей в организации мятежа на немецкие деньги и на некоторое время вынудило уйти в подполье. Вопрос: как в этой ситуации получилось, что большевикам все же удалось взять власть в свои руки? Обвинение в немецком финансировании не повредило авторитету Ленина в солдатской и рабочей массе, на которую он опирался. По-видимому, сыграло роль то, что Ленин был интернационалистом, выступавшим от лица всемирного социалистического движения, во имя мировой революции. То есть его связь с европейскими странами сама по себе не была секретом; более того, Ленин был союзником тех, кто внутри Германии в свою очередь хотел революции, направленной против того правительства, которое якобы помогало большевикам. Поэтому обвинение в том, что он «немецкий агент», не то чтобы совсем не работало, но как бы било мимо цели — так как Ленин никогда и не объявлял себя стихийным народным вождем или сугубо национальным лидером. Ясно, что если бы на его месте был сегодняшний политик-революционер, выступающий за национальное освобождение, то он был бы в гораздо большей степени уязвим.

Иными словами, революция и тогда и сейчас ставит нас перед дилеммой «стихийность или сознательность» — или скорее «спонтанность или организация». Спонтанность трудно доказуема, но в какой-то мере необходима и как эффект, и как реальный процесс неконтролируемой эскалации и взаимного заражения людей разворачивающимся событием. Организация же революции по заранее подготовленному плану может выглядеть как путч, лишь инсценирующий стихийность. Ведь группа, осуществляющая восстание, как бы велика она ни была, все равно будет составлять меньшинство (отсюда обвинения российских властей в адрес украинского «Майдана»).

По-видимому, выходом из этой ловушки было бы создание интернационального движения с интернациональными целями, подобно I и II Интернационалу. Но сегодня перспектив такого движения не видно; более того, существующие движения разобщены по своим целям и институциональным структурам. Социальные движения 2011—2012 годов не выдвинули единой повестки и не создали единого координационного комитета. Во-первых, потому что в силу «спонтанности» они были озабочены главным образом локальной ситуацией, «здесь и сейчас» своих стран. А во-вторых, потому что перед этими движениями стояли столь разные цели: антикапитализм в США и Западной Европе; антиавторитаризм в Египте, России, Турции, Гонконге; национальное и религиозное освобождение в Украине или Сирии. Как синтезировать эти цели в единую эмансипаторную программу, никому не было ясно и не ясно теперь. Для синтеза явно недостаточно простого суммирования этих порой взаимно противоречивых программ.

ФИЛОСОФИЯ СПОНТАННОСТИ В ЛЕВОМ ДВИЖЕНИИ

Кроме синтеза программ, перед будущими движениями стоит и философская задача. Как мы уже видели, любое подобное движение мечется между полюсами «сознательности» и «стихийности», причем каждый из них при близком рассмотрении неадекватен происходящему. Возможен ли их диалектический синтез? Может ли активное планирование общественного движения, руководство им, сочетаться с творческой свободой его членов и его лавинообразным развитием?

Ленин указывает в эту сторону, говоря, что «стихийный элемент» представляет из себя в сущности не что иное, как зачаточную форму «сознательности»[16]. То есть «стихия» — это и есть стихия сознательности, пробуждение сознания, — но в нем само сознание еще не сознательно, не обладает рефлексией и склонно к спонтанному идеализму, с одной стороны, и к бессознательному экономизму, с другой (именно потому, что не видит детерминации своих идей нынешним неудовлетворительным экономическим положением). Но сохранятся ли черты стихийности в сознательном и зрелом коммунисте? И если да, то как именно они будут выглядеть?

После Ленина, но на более последовательном и продвинутом теоретическом уровне, диалектикой спонтанности и организации занялся Грамши в заметке «Спонтанность и сознательное руководство». Для него синтез заключается в том, что спонтанность культивируют сознательно сами лидеры. Вот что он пишет:

«В “самом спонтанном” движении дело просто в том, что элементы “сознательного руководства” не выявлены, они не оставили надежных следов. Поэтому верно, что спонтанность характерна для “истории подчиненных классов”, их маргинальных и периферийных элементов. Они не достигли стадии класса “для себя” и потому не думали, что их история может иметь важность и что необходимо оставить о ней документальные свидетельства. […]

Лидеры сами говорили о “спонтанности” движения и правильно делали. Это утверждение было стимулом, стихией глубинного объединения, но при этом отрицалось, что движение было случайным, подстроенным, так что делался акцент на его исторической необходимости. Это давало массам “теоретическое” осознание, что они являются творцами исторических и институциональных ценностей, являются основателями государства. Единство “спонтанности” и “сознательного руководства”, или “дисциплины”, именно и есть реальное политическое действие подчиненных классов в той мере, в какой это массовая политика, а не просто авантюристические действия групп, претендующих на репрезентацию масс»[17].

Получается, что спонтанность — это, во-первых, когда лидеров не видно (но они есть), а во-вторых, когда лидеры сами скрывают свою организационную деятельность. Грамши, который все это пишет в работе «Новый Государь», видит синтез спонтанности и организации в своеобразном макиавеллизме — умении лидера быть незаметным, отходить в сторону, подобно лакановскому психоаналитику.

КЛЕЙСТ О СПОНТАННОСТИ

Отойдем теперь немного назад в историю. Сам термин «спонтанность» (напомним, западный перевод «стихийности») имеет странную диалектическую природу, так как означает одновременно две противоположные вещи. У Канта «спонтанность» — это свобода воли, определяющая себя разумным законом в противовес любой эмоциональности. К концу же XIX века, особенно у Анри Бергсона, спонтанность приобретает противоположное значение импульсивности и иррационального действия. Всегда, когда случаются такие понятийные перевертыши, это значит, что с самого начала мы имели дело с отношением импульсивности и самостоятельности и что они друг от друга зависят. Собственно, диалектика помогает увидеть негативное движение в обоих понятиях.

У Канта было, как известно, много диалектически мыслящих последователей, но один из них особенно задумывался о спонтанности и во многом повлиял как на романтическую мысль, так и на модернистское сознание свободы в XX веке. Это был Генрих фон Клейст — прусский писатель, журналист и радикальный националист, участвовавший в сопротивлении Наполеону. Клейст пережил в 1804 году так называемый «кантовский кризис» и с тех пор находился с Кантом (уже, к сожалению, умершим) в постоянном мысленном диалоге. Так вот, у Клейста были два кратких эссе, изданных в его газете «Берлинский вечерний листок». Одно, очень известное, называется «О театре марионеток»[18]. Второе, менее известное, — «О том, как постепенно составляется мысль, когда говоришь»[19]. Оба они посвящены спонтанности.

В первом эссе Клейст обращает внимание на парадокс: марионетка, деревянная кукла, выглядит более свободной и грациозной, чем человек-танцор. И то же можно сказать о бессознательном животном — медведе. Ясно, что это аллегорическое размышление о кантовской свободе: непосредственное действие свободнее, чем рефлексивное. Но сама фигура марионетки двусмысленна: ведь у нее есть кукловод, пусть и очень грубо направляющий ее центр тяжести. Значит, эффект спонтанности связан с тем, что мы отвлекаемся от кукловода и обращаем внимание только на марионетку. Да и сам его текст построен на серии умолчаний, сокращений, эллипсисов. Так что в основе спонтанности лежит именно тайна.

Эссе Клейста «О том, как постепенно составляется мысль, когда говоришь» затрагивает спонтанность с иной стороны. В нем в частности рассказывается о графе Мирабо, который во время Французской революции, будучи лидером либеральной партии, начал речь, желая примирить стороны, а закончил, неожиданно для себя, «штыками»:

«Я думаю, что иной великий оратор, открывши рот, еще не знал, что он скажет. Но уверенность, что нужное изобилие мыслей он так или иначе извлечет из обстоятельств и из волнения, которое они у него вызывают, делала его достаточно дерзким, чтобы начать наудачу. Мне приходит на память “перун” Мирабо, обрушенный им на церемониймейстера, когда 23 июня, по прекращении последнего монархического заседания, в котором король распустил Генеральные штаты, церемониймейстер вернулся в зал, где еще оставались выборные, и спросил их, слышали ли они приказ короля. “Да, — отвечал Мирабо, — мы слышали приказ короля”. Я уверен, что во время этого гуманного начала он еще не думал о штыках, которыми кончил. “Да, сударь, — повторил он, — мы его слышали”. Видно, что он еще толком не знает, чего хочет. “Но что дает вам право, — продолжал он, и вдруг перед ним отверзается кладезь поразительных идей, — говорить нам о каких-то приказах? Мы представители нации!” Вот что ему нужно было: “Нация отдает приказы, а не получает их”, — для того, чтобы сразу взлететь на вершину отваги. “А если сказать еще яснее, — и лишь теперь он находит то, что выражает всю строптивость, к которой готова его душа, — то передайте вашему королю, что мы не уйдем со своих мест, покуда нас не принудят к этому штыками”»[20].

Здесь, казалось бы, утверждается чистая спонтанность как первичная по отношению к сознательности. Но на самом деле Клейст утверждает, что субъект речи или действия с самого начала имеет замысел действия, он лишь бросает себя в стихию языка, чтобы извлечь оттуда идеи, о которых вначале у него есть только «смутное представление». Сознание и спонтанность едины. Причем если в «Театре марионеток» Клейст заставляет язык умалчивать, то здесь, наоборот, спонтанные процедуры выводят скрытое на свет.

Итак, институты сознательной спонтанности — это институты, во-первых, овеянные тайной, а во-вторых, это демократические порядки, включающие в себя фигуру лидера или лидеров, пользующихся ею как экспериментальной средой для реализации своих свободно намеченных инициатив.

Более подробный разбор этих институтов нарушал бы «во-первых», поэтому мы от него здесь воздержимся.

[1] Аристотель. Политика // Он же. Собрание сочинений: В 4 т. М., 1983. Т. 4. 1033b 15—20. C. 533.

[2] Локк Дж. Второй трактат о правлении // Он же. Собрание сочинений: В 3 т. М., 1988. Т. 3. §§241—242. С. 404.

[3] Tarrow S. Why Occupy Wall Street is not the Tea Party of the Left // Foreign Affairs. 2011. October. № 10.

[4] Butler J. Notes toward a Performative Theory of Assembly. Cambridge, Mass., 2015.

[5] Gitlin T. Occupy Nation. New York, 2014; Graeber D. Democracy Project. New York, 2013.

[6] Ленин В. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения // Он же. Полное собрание сочинений. М., 1983. Т. 6.

[7] Luxemburg R. Organizational Questions of the Russian Social Democracy // The Rosa Luxemburg Reader. New York, 2004. Р. 248—265.

[8] Ibid. P. 255.

[9] Ibid. P. 264.

[10] Lih L. Lenin Rediscovered. Leiden, 2005. P. 620.

[11] Melancon M. Rethinking Russia’s February Revolution: Anonymous Spontaneity or Socialist Agency? // Carl Beck Papers in Russian & East European Studies. 2000. № 1408.

[12] Троцкий Л. История русской революции. М., 1997. С. 158.

[13] Там же. С. 166.

[14] Там же.

[15] Melancon М. Op. cit. P. 35.

[16] Ленин В. Указ. соч. C. 30.

[17] Gramsci A. Selection from The Prison Notebooks. New York, 1971. P. 198—199.

[18] Клейст Г. Избранное. М., 1977. С. 512—518.

[19] Там же. С. 503—508.

[20] Там же. С. 505.

Киндафрика. Исторический бумеранг, запущенный Западом, возвращается

Андрей Фурсов

В 2011 г. чистый ВВП Китая превзошёл японский. По паритету покупательной способности (ППС) это произошло на десять лет раньше, в 2001 г. Индии предрекают стать мировой экономической "державой номер два" (после Китая) к 2050 году. При расчёте по ППС Индия обогнала Японию в 2011 г. Что касается "Киндафрики" в целом, то, согласно прогнозам, если считать по ППС, в 2030 г. её доля в мировом валовом продукте вырастет с 25% до 45%. Похоже, Китай и Индия возвращаются (по крайней мере, в количественном отношении) на те позиции в мировой экономике, которые они занимали до начала XIX в.

В начале н.э. Киндафрика давала 2/3 мирового продукта. Во II тыс. н.э. Африка начала отставать не только от Китая с Индиией, но и от Европы; Китай и Индия в XVI–XVIII вв. переживали "золотой век". Даже в 1820 г. ВВП Китая в два раза превосходил ВВП Западной Европы, а доля Китая в мировом производстве достигала 60%! В то же время, по уровню богатства на душу населения Европа в начале XIX в. уже превосходила Китай и Индию в два раза, Африку — в три раза. В 1850 г. Африка давала 3% мирового ВП; Индия в 1700 г. — 25%, в 1950 г. — 5%; доля КНР в мировом производстве в 1950 г. составила 15%.

С 1950 г. ситуация начала меняться. Доход на душу населения в Индии за последующие полвека увеличился в 3 раза, в Китае — в 8 раз. И даже в Африке он увеличился в 2 раза — на столько же, на сколько за девятнадцать предшествующих столетий. "Даже" — потому что период 1970–2000-х годов был для Африки, в том числе для наиболее развитых её стран, катастрофическим: войны, военные перевороты, коррупция деятелей типа Мобуту (пришёл к власти в Заире в 1965 г.), людоеда Бокассы (Центрально-Африканская Республика, затем — империя, 1966 г.), Иди Амина Дада (Уганда, 1971 г.) и особенно разрушительные программы структурной перестройки, навязанные Всемирным банком и МВФ, — всё это подрывало экономики африканских стран и усиливало социальные бедствия. Запад снисходительно смотрит на самых кровавых диктаторов, если они точно следуют курсом МВФ и Всемирного банка, обогащая глобальных спекулянтов: президент Идрис Деби (Чад), генерал Гнассингбе Эйадема (Того), президент Поль Бийя (Камерун) и многие другие. В последние 30–40 лет просели даже наиболее развитые и богатые ресурсами страны Африки — например, Нигерия. С 1970-х годов там ведётся разработка нефти. Однако живут нигерийцы сегодня хуже, чем в 1970 г., — следствие того, что называют "проклятием ресурсного богатства".

Согласно прогнозам, в 2030 г. доля Индии в мировой экономике составит 10%, Африки вместе с Ближним Востоком — 7–11%. При этом, однако, данные регионы, как и Китай, не смогут конкурировать с Западом в области высоких технологий; несмотря на прогресс, Китай и Индия отстают в сфере software. В наихудшем положении оказывается Африка, которая, к тому же, как и Латинская Америка, начинает превращаться в поле конкуренции Китая с Индией.

С экономическим ростом тесно связана проблема рабочей силы, прежде всего — избыточной, которая способна создать "киндафриканским" странам ряд неразрешимых проблем. По данным МВФ, с 1980 г. численность рабочей силы в мире выросла в 4,5 раза: неквалифицированной — с 200 до 750 млн. квалифицированной — с 15 до 75 млн. В то же время, в 2007 г. в слаборазвитом мире не использовалась рабочая сила 1,4 млрд. людей (т.е. трудоспособного населения) — для них нет и не предвидится работы. Сейчас, т.е. через 10 лет, эта цифра, естественно, выросла. Подсчёты по трём частям "Киндафрики" разнятся. Наибольший разброс оценок по Африке: от 250 до 450 млн. трудоспособных; в Южной Азии до 500 млн., в Китае — 300–400 млн. Возможно, реальные цифры меньше. К тому же, люди как-то устраиваются в "порах общества". В любом случае, согласно прогнозам, к 2050 г. 60% мировой рабочей силы будет сконцентрировано именно в Киндафрике, причём 1 млрд. — это те, кто уже сейчас живёт в городах, а придут из деревни ещё 1–2 млрд. (т.е. рост 3% в год).

В Африке численность активного населения, в основном — молодёжи, вырастет, согласно прогнозам, с нынешних 560 млн. до 900 млн. в 2030 г. и до 1–1,5 млрд. в 2050 г. (мне эти цифры кажутся завышенными). Иными словами, в перспективе в африканских странах будет огромное количество молодёжи, которая уже показала себя в "цветных революциях" в Египте и Тунисе. Есть так называемый "закон Голдстоуна", согласно которому, когда численность молодёжи в обществе достигает 25% и более, начинаются серьёзные социальные волнения: восстания, революции. Дж. Голдстоун эмпирически проверил свою модель на материале крестьянской войны и Реформации в Германии в начале XVI в. и Французской революции 1789–1799 гг. Но его модель в значительной степени применима также к русской и китайской революциям ХХ в. и даже к мексиканской, не говоря о полпотовской Кампучии. Как говаривал Иосиф Бродский, перефразируя Евгения Долматовского: "Молодёжь. Не задушишь, не убьёшь". Так что Африку (а, следовательно, и юг Европы) к середине нынешнего века ждут серьёзные потрясения. Противостояние арабов и африканцев на юге Европы в 2030-е—2040-е годы уже не кажется фантастикой.

Хотя население Китая к 2050 г., согласно прогнозам, уменьшится на 35–50 млн. человек, китайские города, тем не менее, должны будут принять 300 млн. бывших деревенских жителей. В 2008 г. в промышленности КНР было занято 180 млн. человек (для сравнения: во всех странах ОЭСР, вместе взятых, — около 120 млн.). В Индии ситуация ещё более сложная и серьёзная. Здесь число работоспособной молодёжи выросло с 2005 по 2017 г. с 350 млн. до 480 млн. Следовательно, Индия каждый год должна создавать 10–15 млн. рабочих мест, т.е. 100–150 млн. рабочих мест в ближайшие 10–15 лет. Уже сейчас в индийской промышленности работают более 90 млн. человек, к 2025 г. их станет более 100 млн. Если к 2050 г. число работоспособной молодёжи вырастет с 480 млн. до 710 млн., то для обеспечения их рабочими местами нужен, как утверждают специалисты, экономический рост 8–10% в год, а рассчитывать Индия (и, кстати, Африка) может только на 4–6%, а Китай после 2030 г. — на 5%. Иными словами, к 2050 г. индийское государство и общество столкнутся с 300–350 млн. молодого населения, не имеющего работы и, по сути, экономически неинтегрированного в систему.

История показывает: массы, не имеющие возможности интегрироваться в систему экономически, нередко делают это внеэкономически — посредством насилия. Киндафриканский "мир по Голдстоуну" середины XXI в. имеет немало шансов на то, чтобы отодвинуть на второй план традиционные классовые противоречия и противостояния и вывести на первый план конфликты иного типа. Вот что писал по этому поводу ещё в конце 70-х годов прошлого века мой незабвенный учитель Владимир Васильевич Крылов: рост постоянно безработных и деклассированных — "не только экономическая проблема. Уже ныне она грозит серьёзными политическими последствиями… Противоречия между сбросившими с себя всякую укладно-классовую определённость слоями и классово организованными группами общества иногда может отодвинуть на второй план все иные коллизии, что особенно заметно в перенаселённых зонах Дальнего Востока". Здесь необходимы два дополнения: 1) речь сегодня и завтра идёт уже не только о Дальнем Востоке, но также о Ближнем, Африке и Индии; 2) осторожное "иногда" 1970-х годов рискует стать "почти всегда" в 2030–2040-е годы.

Ещё одна проблема — такая скученность огромного населения "Киндафрики", которую местные экосистемы между 2030 и 2050 гг. просто не выдержат. Уже сейчас около 1 млрд. людей живут в трущобах. Глобальный Трущобоград, или даже Трущобия (Slumland), расширяется. Рано или поздно этот нарыв вскроется, и начнётся битва за хлеб, воду и жизненное пространство, которого тоже становится всё меньше. При нынешней численности населения в мире на человека приходится 1,7 га земли, а использует он её так, будто это 2,6 га, т.е. проедается будущее. Как только будут исчерпаны ресурсы бедных и проблемных зон мира, проблемы начнутся у их более богатых и благополучных соседей. Трущобные люди бросятся туда, где есть еда, вода и минимум комфорта. Сначала будут сметены анклавы в самóм бедном мире — например, эмираты Персидского залива или города Марокко, ну а затем настанет очередь Севера — Западной Европы. Не позднее 2030-х—2050-х годов, а возможно — и раньше, эта волна докатится до России. И нужно готовиться встретить её, а потому уже сегодня думать о мире не только наших детей, но и внуков.

В частности, уже сейчас надо серьёзно, а не формально ставить в школе дело начальной военной подготовки. Каждый мужчина должен уметь обращаться с оружием, как минимум — с огнестрельным. Силами только армии трудно справиться с волнами массового переселения — здесь нужен вооружённый народ. Я уже не говорю о том, что надо воспитывать оборонное (не в защитном, а в военном смысле) сознание: нужно объяснять молодёжи, что мы живём в предвоенное (почти в военное) время по линии угрозы не только с Запада, но и с Юга, и нужно быть готовыми, что кто-то попытается оттяпать принадлежащую нам 1/7 часть суши со всеми её богатствами. Как говорят американские морпехи, если ты выглядишь как еда, тебя рано или поздно сожрут. Особенно, когда огромная часть мировых ресурсов будет проедена или сократится в результате катастрофы.

Кстати, эксперты из промышленно развитых стран пытаются перенести ответственность за проедание сырьевых ресурсов только на слаборазвитые страны, а также на такие гиганты, как Китай. Однако цифирь корректирует эти попытки. В 2005 г. "Киндафрика" потребляла 9,6 млн. баррелей нефти в день, в 2008 г. — 11 млн., в 2015 г. — около 15 млн. Кризис 2008 г. открыл новую фазу в большой нефтяной игре; у слаборазвитых стран начались тяжёлые времена — экономический рост на основе дешёвого доллара закончился. Африка, по различным оценкам, потребляет от 2,6 до 3,5 млн. баррелей нефти в день и обеспечивает 3,2–3,5% её мирового производства. В 1990-е годы производство нефти в Африке увеличилось на 40%, и уже в 2002 г. американцы объявили африканскую нефть "национальным стратегическим интересом США". Нефть (как и алмазы) становится яблоком раздора между различными этническими группами внутри государств — например, в Нигерии. Там более 180 млн. населения, 250 крупных племён, говорящих на 450 языках и диалектах; наиболее крупные этнические группы: хауса и фулани на севере, йоруба на юго-западе, ибо — на юго-востоке. Ибо (20% населения страны, в основном — христиане и язычники) населяют главную нефтеносную часть страны. В 1967 г. эта часть попыталась выйти из состава Нигерии, образовав новое государство — Биафра, но потерпела поражение в войне.

По прогнозам, к 2030 г. потребление нефти Африкой достигнет 4 млн. баррелей; Индии — 7 млн., Китая — 16 млн. (из них по импорту — 12 млн.). Неудивительно, что КНР сближается со странами Залива: с 1980 г. потребление Китаем ближневосточной нефти увеличилось в 5–6 раз; КНР переместилась с 20-го на 5-е место в экспорте региона (США здесь на 10-м месте).

Китай инвестирует в те регионы и страны, где есть нефть: Центральная Азия, Иран, Каспийский бассейн, Судан, Латинская Америка. На Западе даже заговорили о "новом китайском империализме". В Африке Китай конкурирует не только с Западом, но и с Индией, которая с 2005 г. проводит ежегодные встречи "Индия — Африка".

Таким образом, потребление энергии "Киндафрикой" и вообще Югом не идёт ни в какое сравнение с таковым Севера, где живут пожиратели 60–80% мировой энергии, энергофаги. В частности, население США составляет 4% от мирового, а потребляет 40% мирового продукта. Понятно, что бóльшая часть этих 40% приходится на верхнюю половину, но бедноте Юга от этого не легче.

Разумеется, без энергоресурсов жить нельзя, но ими сыт не будешь. Одна из главных проблем "киндафриканских" стран — продовольствие: от вопроса его обеспечения им в Китае до вопроса голода в Африке. Проблема голода — повседневная реальность слаборазвитых стран. Почти 900 млн. человек в мире недоедают. Согласно докладу ФАО (2001 г.), каждый день на планете от голода и его последствий умирает 100 тыс. человек, и каждые 6 секунд — ребёнок в возрасте до 10 лет. Каждый год от голода и связанных с ним болезней в мире умирает людей больше, чем погибло во Второй мировой войне (58 млн.). Сегодня весьма актуально звучат некрасовские строки: "В мире есть царь: этот царь беспощаден, / Голод названье ему".

В своё время Римский клуб призвал весь мир остановить экономический рост ради устранения экологической угрозы. Однако если развитые страны могут себе это позволить, то слаборазвитые — нет. Они в таком случае просто не выживут. В то же время, как ни парадоксально и ни жестоко это звучит, слаборазвитые страны не только не способны на реальное развитие, но и не могут себе его позволить с точки зрения мирового баланса в треугольнике "население—продовольствие—энергоресурсы".

Сначала — о потреблении продовольствия в калориях.

По западным стандартам, активно работающему человеку нужно 3000–3500 килокалорий (ккал) в день. Развитые страны это обеспечивают уже сегодня, а, согласно прогнозам, в 2050 г. будет 4100 ккал в день (мне непонятно, зачем так много); в Африке к югу от Сахары население потребляло 2250 ккал в 1960 г., 2300 сегодня; в Южной Азии — 2000 ккал в 1960 г., 3000 сегодня, к 2050 г. ожидается 3600 ккал. На мой взгляд, это лукавые цифры. Во-первых, в странах с жарким климатом — не мясная, а растительная диета, требующая и дающая меньше калорий. Во-вторых, даже если принять эти цифры, то откуда в Африке и Южной Азии возьмётся увеличение потребления калорий при росте населения и растущей же незанятости? Очень многие бравурно-оптимистичные прогнозы западных экономистов — это "забавы сытых шалунов". Увеличение потребления продовольствия и энергоресурсов в странах Юга до уровня хотя бы самой низкой и бедной части среднего слоя ("класса") Севера — того, что англосаксы называют "lower low middle class", — способно вызвать глобальную катастрофу. Бравурные прогнозы некоторых экономистов, согласно которым к 2050 г. мировой средний слой составит почти 30% населения планеты (3 млрд. из 10 млрд. человек) не учитывают роста потребления продовольствия на 50–60% по сравнению с сегодняшним днём: (вот будет раздолье для поставщиков ГМОшного продовольствия: а куда денешься — необходимость!); электроэнергии — на 40–50%; воды — на 25–35%. И это — на фоне истощения природной среды и уменьшения сырьевых запасов: биосфера Земли не безразмерна.

Нет, не случайно мондиалист Жак Аттали заговорил о необходимости создания в XXI веке "глобальной распределительной экономики". Речь идёт о жёстком контроле со стороны Севера — точнее, его хозяев, которых Дизраэли ещё полтора столетия назад называл "хозяевами истории", — над ресурсами, продовольствием, водой, пространством и экономическим развитием. При этом многим частям планеты развитие де-факто просто не будет позволено, они должны будут оставаться зонами бедности, безработицы и конфликтов, короче говоря — социальным адом, иначе рост этих зон может перевернуть "планетарную лодку". О каком увеличении калорийности питания, о каком росте среднего слоя Юга в таких условиях может идти речь?!

Всё это ещё более подхлестнёт рост мирового неравенства, а следовательно — мировой миграции, способной принять масштаб нового великого переселения народов. Что может противопоставить этому Север? Заградотряды в мировом масштабе? Не сработает. Использование пандемий в качестве оружия? Опасно. Провоцирование истребляющих население войн в большей части Юга не только не решит проблему, но может стать фактором консолидации воюющих масс в подвижные орды-политии Юга, по сравнению с которыми запрещённая в РФ ИГИЛ может показаться детской забавой, а единственным средством борьбы с ними может оказаться стратегия "звёздного десанта" по-хайнлайновски, которая в реальности будет напоминать действия "эскадронов смерти", только в мировом масштабе.

В любом случае, конфликты классово неорганизованной бедноты Юга, которая обязательно найдёт себе симпатизантов, а возможно — и лидеров на Севере (Унгерн фон Штернберг в Монголии как "воспоминание о будущем") будут намного более жестокими, чем войны за гегемонию в капсистеме или классовые бои пролетариата и буржуазии в Западной Европе. Здесь заработают различия иного порядка, в том числе — этнокультурные, расовые и религиозные. Речь может пойти о войне на истребление.

В этих условиях самосохраниться в цивилизационом, расовом и этнокультурном плане Север может только в том случае, если перестанет быть Постзападом, выработает новую идейно-ценностную систему и создаст принципиально новую посткапиталистическую социальную систему. Альтернатива этому — апокалиптика и постапокалиптика. И не надо думать, что это далеко и не скоро: Аннушка уже не только купила масло, но и вовсю льёт его на тот путь, которым движется позднекапиталистический белый Постзапад.

В любом случае, Постзапад оказывается в положении "налево пойдёшь, направо пойдёшь" — оба варианта хуже. С одной стороны ("Сцилла"), его хозяева не могут допустить превращения бедных слаборазвитых стран в среднеклассовые даже на самом "низэньком" уровне. С другой ("Харибда") — тогда Постзапад получит нарастающую многомиллионную, подгоняемую всадниками Апокалипсаса миграцию из охваченного голодом, войной и бедствиями Юга. Я не представляю, как толерастический Постзапад может найти способ проскочить между Сциллой и Харибдой. Так и просится блоковское: "В последний раз — опомнись, старый мир!". Но я понимаю — как говорил боец Сухов из "Белого солнца пустыни": "это вряд ли", — не для того европейцев духовно кастрировали несколько десятилетий, превращая в западоидов, живущих ради удовольствия и готовых принять в качестве нормы любое отклонение, провозглашая эту антиевропейскость "европейскими ценностями". Исторический бумеранг, запущенный западным капитализмом и колониализмом/неоколониализмом в XIX–XX вв., неожиданным для североатлантического мира образом возвращается.

Если брать "Киндафрику" и — шире — Юг в целом, то хуже всего ситуация в Африке. Это единственный регион мира, где, как подчёркивают специалисты, в сельском хозяйстве добавленная стоимость на работника не переставала уменьшаться с 1960-х годов, т. е. со времён так называемой деколонизации. В 1960 г. Африка обеспечивала 8% мирового экспорта сельхозпродукции, сегодня — только 3%. По сути, Африка не может прокормить саму себя.

Причин тому несколько. Первая причина — дезертификация, опустынивание Сахеля — здесь пустыня продвигается со скоростью 10 км в год. В настоящее время в мире 250 млн. экологических беженцев, особенно много их в Африке. В кризисном состоянии находится огромная часть континента: Эфиопия, Джибути, Уганда, Судан, Южный Судан, Демократическая Республика Конго (бывший Заир). Около 20 млн. человек в этих странах находятся под постоянной угрозой голода. В 2017 г. нужно 5,6 млрд. долл., чтобы решить проблемы только тех стран, где голод постоянен. Так, в Конго в 1998–2009 гг. от голода умерло 3,8 млн. человек, в Эфиопии в 1984–1985 гг. — 1 млн., в Сомали в 2010–2012 гг. — 260 тыс. Вторая причина — войны. Наконец, третья — разграбление африканских стран Западом, ТНК и их "сукиными сынами".

Африканские коррупционеры и клептократы грабят свои народы вместе с Западом, выполняя, а порой и перевыполняя все разрушительные, самоубийственные для африканских стран требования МВФ и Всемирного банка. Именно поэтому Запад снисходительно смотрит на тех правителей Юга, которые обеспечивают ему высокие прибыли. Их коррупция — средство обеспечения прибыли и привилегий "сеньоров капитализма". Мобуту с 1965 по 1997 г. вывел из Конго 4 млрд. долл.; правитель Нигерии Сани Абача с 1993 по 1998 г. разместил в 19 банках Запада 3,4 млрд. долл.; обнаружено по запросу нигерийских властей только 730 млн., из них только 115 млн. вернули Нигерии. Кроме названных клептократов, имеет смысл вспомнить Сомосу в Никарагуа, "папу Дока" и "Бэби Дока" на Гаити, Маркоса на Филиппинах, людоеда Бокассу…

Искать деньги действительно трудно. Например, в 2000 г. 75 банков в Швейцарии приняли 3,7 трлн. швейцарских франков (2 трлн. евро), из них 2,056 трлн. франков — от иностранцев, а ведь кроме швейцарских банков есть ещё и оффшоры. На одних Багамах в начале XXI в. было 95 тыс. банков.

В мире развитых стран в сельском хозяйстве занято 2% населения (в Западной Европе — 4%, накануне Второй мировой войны было 40%). С 1961 по 2005 г. мировое сельскохозяйственное производство увеличилось в 3 раза (рост — 2,3% в год). Сегодня один сельхозработник кормит 100 человек (в 1960 г. — 20 человек). В Индии производство зерновых с 1970 по 2010 г. выросло с 77 млн. до 180 млн. тонн. В середине 1940-х годов в Индии производилось 100 кг зерновых на душу населения, в 2010 г. — 150 кг. Пик сельскохозяйственного развития Индии пришёлся на 1990-е годы, затем началось замедление роста. "Зелёная революция" надежд не оправдала.

Китай в целом продовольственную проблему решил: с 1980 по 2010 г. потребление мяса выросло в два раза (с 23 до 46 кг), молока — в 10 раз, яиц — в 8 раз. В Индии годовое потребление мяса на душу населения — 3,7 кг (в значительной степени это обусловлено характерным для Индии вегетарианством).

У Китая, однако, серьёзная проблема: малоземелье; земли, пригодной для сельского хозяйства, становится всё меньше (за последние десятилетия Китай потерял 500 тыс. га земли).

Вообще, разрушение природной среды в слаборазвитом мире идёт стремительными темпами, и оно, главным образом, связано с хищнической эксплуатацией данной части нашей планеты западными ТНК. Так, с 1950 по 1990 г. площадь тропических лесов сократилась на 350 млн. гектаров (в Азии и Океании — на 30%, в Южной Америке и на Карибах — на 18%, в Африке — на 18%). В год уничтожается 3 млн. га лесов. Хотя тропические леса занимают всего 2% территории планеты, во-первых, там сосредоточено 70% видов растений и животных; во-вторых, это (особенно леса Амазонии) — "лёгкие" планеты.

Несходные социально-экономические ситуации определяют серьёзные различия в государственном развитии Китая, Индии и стран Африки, что, на мой взгляд, ставит под вопрос правомерность термина "Киндафрика". Положение в Китае и Индии в плане геополитического потенциала государств кардинально отличается от африканской ситуации. Китай — лидер. Однако переоценивать его возможности не стоит. Даже если учесть, что официальный размер военного бюджета КНР сильно занижен по сравнению с реальным, он всё равно в пять раз меньше американского. Когда в 2011 г. КНР объявила об увеличении военного бюджета на 12%, т.е. до 91 млрд. долл., военный бюджет США был 530 млрд. Аналитики прогнозируют, что к 2030 г. военные расходы КНР составят 600 млрд. долл., а США — 800 млрд. При этом Пекин старается не попасть в ловушку гонки вооружений.

Хотя в экономическом плане в расчёте по ППС Китай уже обогнал США, в технологическом плане он сильно отстаёт от Америки. Разумеется, ВВП — не единственный экономический показатель; есть финансово-денежная мощь, которая позволяла Великобритании сохранять мировое господство даже в 1930-е годы, когда в промышленно-экономическом плане она уже не была лидером. Здесь у Китая мощные позиции: 3 трлн. долл. вложено в казначейские боны США (чуть менее 10% долга США). Наиболее серьёзная проблема КНР — борьба кланов и группировок за власть, которая в период правления Си Цзиньпина обострилась.

Индия в военном плане остаётся южноазиатской региональной державой. Её контрбалансиром, хотя и довольно слабым, является Пакистан, который умело "доит" Постзапад, прикидываясь более "несостоявшимся государством" (failed state), чем это имеет место в реальности. На самом деле десяток кланов приватизировали государство, используя его как средство перераспределения экономических факторов, включая наркотрафик, и финансовых потоков. Согласно сверхоптимистичным оценкам, к 2030 г. Индия не превзойдёт ВВП Германии и Франции, вместе взятые. На международной арене Индия активно использует "мягкую силу". Значительную роль в этом играет индийский кинематограф.

Слабость африканских государств грозит им распадом на регионы и зоны племён, особенно если учесть абсурдные границы, проведённые колонизаторами. Африка — демографический колосс на глиняных политических ногах. Индия и Африка, по мнению аналитиков, разделят с Европой слабость на международной арене, в отличие от Китая и США. Кто-то скажет: это неправомерное противопоставление, говорить нужно о БРИКС как субъекте новой ("континентальной") глобализации. На самом деле БРИКС как единое целое — весьма спорная проблема; "справедливая глобализация" (в противовес несправедливой англосаксонской) — это, на мой взгляд, нечто вроде "хлопка одной ладонью" из дзэновской притчи. Но мы же не дзэн-буддисты. Впрочем, глобализация, БРИКС, а также перспективы РФ: как в этой конструкции, так и вне её — отдельный разговор.

Итальянскую компанию Eston Chimica приобретает Flint Group

Flint Group объявила о завершении сделки по приобретению итальянской компании Eston Chimica – производителя водных красок для флексографской и глубокой печати, используемых в основном для запечатывания бумаги, картона, гофрокартона и др.

Компания, в штате которой 32 человека, расположена в северной Италии недалеко от Венеции.

«В лице Eston Chimica мы нашли правильного партнёра – компанию, которая заботится о своих сотрудниках и в последние несколько лет демонстрирует очень успешный рост по сравнению с конкурентами, – сказал вице-президент Flint Group по продажам в регионе EMEA и глобальной стратегии развития красок для печати на бумаге и картоне Ким Меландер. – Производственные мощности Eston Chimica позволят Flint Group быть ближе к клиентам в Южной Европе».

«Наши специалисты – главный фактор нашего успеха, – отметил исполнительный директор Eston Chimica Никола Меллон. – Мы очень рады, что будем развиваться как часть Flint Group».

Растущая пропасть между ценами на жилье и арендными ставками может быть признаком грядущей коррекции стоимости недвижимости со стороны правительства. Самый большой дисбаланс в этом плане наблюдается в Норвегии.

Такие выводы сделала компания Moody’s Investors Service на основе исследования 20 стран с развитой экономикой, где рассматривается динамика цен на жилье и рыночное равновесие. Аналитики Эмили Гёерк и Коллин Эллис отмечают, что государства, в которых цены на жилье и рента не сбалансированы и медленно регулируются, имеют наибольший риск неблагоприятного экономического эффекта, сообщает The Business Times.

Рынок жилья в скандинавской стране с самой благополучной экономикой в последние годы вырос на фоне рекордных низких процентных ставок и огромных материальных стимулов со стороны правительства. Норвежский рынок в настоящее время переоценен больше всего, за ним следуют Бельгия, Германия и Франция.

Более того, в Норвегии также наблюдается самый высокий уровень владения недвижимостью среди прочих исследуемых стран — почти 85%. Согласно отчету, это говорит о том, что коррекция цен может «оказать неблагоприятное воздействие на экономику, финансовую стабильность и кредитные условия».

Сейчас рынок страны демонстрирует признаки охлаждения, вызывая беспокойство по поводу возможного экономического спада. Быстро падающие цены в 2017 году сделали практически незаметным годовой подъем стоимости на фоне роста предложения, так как домовладельцы бросились продавать собственность.

С переоцененным с 2010 года рынком жилья Норвегия является «наиболее уязвимой» из всех проанализированных стран, сообщает Moody’s. ОЭСР в своем докладе также отметила, что правительство должно готовиться к возможной коррекции цен на жилье, заявив, что цифры «выглядят завышенными».

На данный момент центральный банк заявил, что готовится повысить процентные ставки уже в 2018 году.

Бельгия в результате выхода Великобритании из Евросоюза (Brexit) может лишиться от 360 миллионов до 1 миллиарда евро прямой и непрямой помощи, заложенных в семилетнем бюджете ЕС, сообщила газета Soir.

По ее данным, такой прогноз дает директорат Еврокомиссии по сельскому хозяйству. Согласно пессимистическому сценарию его экспертов, из-за Brexit коммунитарный бюджет ЕС может сократиться на 30% — с 412 миллиардов до 288 миллиардов евро.

Для бельгийских аграриев это равносильно катастрофе, утверждает представитель Федерации сельского хозяйства Валлонии (франкоязычный регион Бельгии – ред.) Ив Сомвиль.

«Если завтра нам скажут, что «конверт» урезан и придется делать выбор (какое производство сохранить), производство говядины окажется в катастрофической ситуации», — приводит его слова Soir.

В период с 12 по 14 декабря 2017 года делегация ФАС России приняла участие в международном семинаре «Конкурентное право и фармацевтический сектор» в г. Будапеште.

Семинар был организован венгерским региональным центром по конкуренции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) при содействии Европейской комиссии и собрал представителей антимонопольных органов Албании, Армении, Азербайджана, Боснии и Герцеговины, Беларуси, Бельгии, Болгарии, Великобритании, Венгрии, Грузии, Казахстана, Косово, Кыргызстана, Македонии, Молдовы, России, Румынии, Сербии, Украины, Франции, Черногории.

За три дня коллеги из конкурентных ведомств Евросоюза и стран СНГ обменялись накопленным опытом антимонопольных расследований, изучили базовые принципы оценки случаев злоупотребления доминирующим положением фармпроизводителей на примере конкретных дел Европейской комиссии, рассмотрели особенности контроля европейских регуляторов за слияниями крупнейших фармкомпаний, подходы ОЭСР к скидкам и премиям в секторе фармацевтики, виды антиконкурентных соглашений фармкомпаний, а также роль адвокатирования конкуренции в деятельности антимонопольных органов.

Совместно с преподавателями Оксфордского университета (Великобритания) участники семинара обсудили вопросы образования картелей при государственных закупках лекарственных препаратов.

По инициативе российской стороны был рассмотрен вопрос о последствиях глобальных сделок между фармкомпаниями и их влиянии на рост цен лекарственных препаратов на внутренних рынках.

«В условиях продолжающейся глобализации фармацевтического сектора очень важно противостоять злоупотреблениям фармгигантов совместными усилиями конкурентных ведомств всех стан. Участие российской стороны в семинаре было очень продуктивным, поскольку мы смогли на практике подтвердить, что подходы ФАС России к оценке действий хозяйствующих субъектов на фармацевтических рынках соответствуют основным принципам антимонопольной политики Евросоюза, а усилия ФАС России по адвокатированию конкуренции отвечают рекомендациям ОЭСР. Например, рекомендации1 ОЭСР по борьбе с антиконкурентным поведением при государственных закупках реализованы в разработанных ФАС России особенностях2 описания лекарственных средств, закупаемых для госнужд», - отметил руководитель российской делегации, заместитель начальника Управления контроля социальной сферы и торговли ФАС России Максим Дегтярёв.

Правительство Нидерландов пообещало сотрудничать с Еврокомиссией по делу о возможном уклонении от уплаты налогов крупнейшим в мире производителем мебели - компанией IKEA.

Об этом сообщает Reuters со ссылкой на министерство финансов Нидерландов.

«Нидерланды будут сотрудничать с Европейской комиссией с целью изучения своих налоговых соглашений с мебельной фирмой IKEA», — говорится в сообщении.

Ранее сообщалось, что Еврокомиссия готова открыть формальное расследование против IKEA по подозрению в неуплате налогов на сумму 1 миллиард евро в течение 2009-2014 годов. Отмечалось, что компания использовала специальные голландские налоговые схемы. Расследование запустит еврокомиссар по вопросам конкуренции Маргрете Вестагер.

Прогноз: нефть сохранит позитивный настрой.

До конца года нефтяные цены сохранят текущую позитивную динамику, полагают эксперты, рассчитывая на благоприятную, в целом, статистику от США, ОПЕК+ и Китая.

Баланс аполитичности

Как и предполагалось ранее, на истекшей неделе нефтяной рынок, в целом, продемонстрировал позитивную динамику. В понедельник к 15.33 мск фьючерсы на нефть Brent фиксировались на уровне $63,45 за баррель, против уровня $$63,65 за баррель неделей ранее. Наряду с благоприятной, в основном, статистикой, на ценовые графики также повлиял ремонт части трубопровода Forties в Великобритании.

В течение этой недели старший аналитик банка “Уралсиб“ Алексей Кокин рассчитывает на диапазон в $62-64 за баррель. Причем, он ожидает, что замедлится как снижение запасов нефти в США, так и рост запасов бензина. “Увеличение запасов бензина – сезонное явление, но в последние три недели они накапливались необычно быстро”, - заметил Кокин.

Как сообщило в минувшую среду Минэнерго США, за неделю, завершившуюся 8 декабря, коммерческие запасы нефти в стране сократились на 5,1 млн баррелей, до 443 млн баррелей. Аналитики ожидали уменьшения на 3,7 млн баррелей, до 444,3 млн. Запасы нефти снижаются четвертую неделю подряд. Но при этом запасы бензина в США выросли на 5,7 млн баррелей, до 226,5 млн баррелей, и также был отмечен рост добычи - на 73 тыс баррелей в сутки, до 9,78 млн баррелей в сутки.

Тогда как по итогам рабочей недели, завершившейся 15 декабря по данным Baker Hughes, число буровых в Соединенных Штатах снизилось на одну штуку, до 930 единиц: количество нефтяных буровых установок уменьшилось на четыре штуки, до 747 единиц, а число газодобывающих - выросло на три - до 183 единиц.

В дальнейшем, подчеркнул аналитик УК “Альфа Капитал” Артем Копылов, предполагается постепенное восстановление запасов в хранилищах, так как зимой потребление нефти сезонно снижается. При этом на текущей неделе ожидается движение цены Brent в диапазоне $63-65 за баррель.

Главный аналитик Global FX Сергей Мельников считает вероятным сохранение текущего диапазона цен на уровне $62-63 за баррель до конца года. По его мнению, повлиять на цены способны геополитические риски: в случае усугубления конфликта между Израилем и Палестиной и перехода к прямому их масштабному столкновению возможен резкий рост цен на сырьё. Впрочем, пока вероятность такого сценария выглядит крайне незначительной.

И влияния на нефтяные цены от конфликта вокруг ядерной программы КНДР ждать не стоит, поскольку демонстрируемая политическая бравада - как со стороны северокорейского лидера Ким Чен Ына, так и со стороны президента США Дональда Трампа - уже не беспокоит игроков, констатировал эксперт.

В последние месяцы, подтвердил Алексей Кокин, рынок довольно спокойно воспринимает подобные риски. реагируя на события, непосредственно угрожающие мощностям добычи. Так, ощутимая реакция наблюдалась, когда пущенная из Йемена ракета была сбита над Эр-Риядом. Также последовала реакция на приостановку добычи на месторождении Киркук при перехода контроля над ним от курдской автономии к иракскому правительству, напомнил аналитик.

Рынок нефти, продолжил Артем Копылов, реагирует на новости, непосредственно связанные с добычей или потреблением сырья (вследствие конфликтов на Ближнем Востоке или подрывов нефтепроводов). А в целом, его можно назвать аполитичным, с учетом широкой диверсификации добычи и ликвидности рынка. Так что цены здесь определяются балансом спроса и предложения. Политические риски больше отражаются в росте цен на драгоценные металлы, оговорил Копылов.

Роль противовеса

Так или иначе, указал Сергей Мельников, вернувшись к теме запасов в США, изменение их объемов способно привести к смещению ценовых графиков не более, чем на 1 доллар за баррель. Причем, по сути, сланцевики играют роль противовеса ОПЕК+, так как по мере роста стоимости, увеличивается и уровень добычи сланцевой нефти в США. Хотя пока баланс цен удается удерживать на приемлемом уровне для ОПЕК и России.

Но в следующем году возможны коррективы - в случае резкого роста добычи в США (более 10 млн баррелей), рассказал главный аналитик Global FX.

Дальнейший рост добычи нефти в США уже заложен в базовый прогноз ОПЕК на 2018 г., поэтому сюрпризом это не является, определил Копылов. В любом случае, подтвердил он, ОПЕК+ имеет опцию по пересмотру соглашения в июне, если действие соглашения перестанет приносить дивиденды его участникам.

Вопрос в том, пояснил Алексей Кокин, снизятся ли к концу 2018 г. запасы нефти и нефтепродуктов в мире в целом и, в частности, в странах ОЭСР – до среднего за пять лет. Рынок находится в состоянии дефицита почти три квартала – в этом сходятся ОПЕК и МЭА. Они также согласны с тем, что в 1 квартале 2018 г. рынок вернется к избытку, а во 2 квартале будет приблизительно уравновешен. Расхождение в их прогнозах касается, в первую очередь, 2 полугодия 2018 г.

В это период МЭА ожидает очень небольшого дефицита (в 0,1-0,2 млн баррелей в сутки), а ОПЕК – дефицита в 1,4-1,5 млн баррелей в сутки. Несмотря на то, что ОПЕК повысило прогноз добычи в США, его оценка роста добычи в других странах, кроме ОПЕК и США, остается ниже, а оценка роста мирового спроса – выше оценки МЭА, резюмировал, старший аналитик банка “Уралсиб“.

Равновесие взросления

Оценивая возможные уровни спроса, эксперты отдельно остановились на проблематике Китая, биржи которого отреагировали снижением на предпринятое на прошлой неделе Народным банком повышение ставки по краткосрочным кредитам. На этом фоне зарубежные аналитики вновь заговорили о вероятности умеренного замедления экономического роста в Поднебесной в ближайшие месяцы – со снижением целевого показателя с 6,5% до 6% - из-за ужесточения финансовых условий.

На сегодня промпроизводство и ВВП Китая растут выше прогнозов, не указывая на то, что тамошняя экономика испытывает трудности, ответил Артем Копылов. Тем не менее, он не исключил возможности замедления китайской экономики в 2018 г. Ведь постоянно показывать высокие темпы роста страна не может, и это представляется естественным процессом взросления ее экономики, когда акцент с количества производимых товаров переносится на качество. Впрочем, Китай является крупным потребителем нефти, и с учетом заявленных реформ в области борьбы с загрязнением окружающей среды от сжигания угля, тамошний спрос на “черное золото” способен увеличиться, допустили в УК “Альфа-Капитал”.

Экономика Китая “хворает” не первый год, диагностировал Сергей Мельников. Но и он не ожидает в 2018 г. серьезных потрясений, полагая, что, скорее всего, в Поднебесной сохранится плавный рост объёмов закупки и потребления нефти.

Тогда как Алексей Кокин призвал не преувеличивать вклад Китая в прирост мирового спроса, поскольку сейчас он не является таким важным фактором в данном вопросе, как несколько лет назад. По прогнозу МЭА, на долю Китая в следующем году придется 26% от прироста мирового спроса в 1,28 млн баррелей в сутки. Для сравнения, на долю Индии приходится 22% прироста.

Между тем, в последующие три года, как заявил главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ломанов, рост экономики Китая не должен опуститься ниже 6,5%: в противном случае, там не удастся выйти на заложенные целевые параметры, в том числе, по предполагаемому удвоению ВВП на душу населения. При этом к 2020 г. предполагается построить “общество малой зажиточности”, выведя из-за черты бедности порядка 40 млн китайцев, живущих менее, чем на 1,17 доллара в день.

Китайские власти способны управлять экономическим ростом, и при нежелательном его торможении смогут прибегнуть к наращиванию кредитования, вполне осознавая издержки данной меры и предпринимая шаги по их минимизации, сформулировал Ломанов.

Как он уточнил, также названные на прошедшем в октябре XIX съезде Компартии Китая последующие этапные рубежи – в 2035 и 2050 гг., когда предусматривается “осуществить базовую социалистическую модернизацию” и построить “сильную модернизированную державу” - не сопровождались конкретными количественными показателями. Тогда как в этом году ожидается рост в 6,7-6,8% ВВП, оговорил главный научный сотрудник Института Дальнего Востока.

Наталья Приходко

Историческая дамба в Нидерландах получила футуристическую и экологически чистую подсветку: когда по ней проезжает автомобиль с включенными фарами, зажигаются фонари, не требующие электричества.

Дамба Афслёйтдейк длиной 30 км и шириной 90 м была построена в начале ХХ века, перегораживая залив Зёйлерзее в Северном море, и соединяет Северную Голландию и Фрисландию. По ней проходит шоссе А7 и ежедневно проезжают 20 тысяч машин. Ее и решили первой осветить инженеры студии Roosegaarde, глава которой оказался внуком архитектора дамбы Дирка Роозенбурга.

Специалисты студии, работавшие над проектом Gates of Light, черпали вдохновение в природе, а точнее — в отражающих свойствах крыльев бабочек. Инженеры решили повторить этот трюк, покрыв дамбу светоотражающим слоем с небольшими призмами, улавливающими и рассеивающими свет автомобильных фар. Таким образом, на освещение дороги не требуется электричество.

Gates of Light — часть более масштабного инновационного проекта Icoon Afsluitdijk, учрежденного правительством Нидерландов, и направленного на то, чтобы сделать к 2030 году все национальные дороги энергетически нейтральными. Среди прочего, он включает использование для освещения флуоресцентных водорослей и получение возобновляемой энергии с помощью воздушных змеев, пишет Quartz.

Энергию ветра с помощью воздушных змеев уже начали вырабатыватьв Шотландии. По расчетам экспертов, один такой змей шириной 40 метров вырабатывает от 2 до 3 МВт электроэнергии, так что ветряная станция из 1000 змеев по объему производимой энергии сможет сравниться с АЭС. Аналогичный проект разрабатывают и в Саудовской Аравии.

Нидерландский город Ассен может принять этап Формулы-1. Руководство одноимённого автодрома изучает возможность участия в «Больших призах».

Недавно комплекс посетила специальная комиссия, которая пришла к выводу, что эта трасса подходит для Ф-1. Вместе с тем для дальнейших решений требуется вывод ещё одной комиссии, которая проведёт соответствующий анализ в скором времени, сообщает издание Dagblad van het Noorden.

Задача второй инспекции будет заключаться в постановке вопросов относительно изменений инфраструктуры, также будет составлена приблизительная смета модернизации.

На протяжении 2017 года ходили слухи о том, что этап Формулы-1 в Голландии может вернуться на трассу «Зандворт». Что касается автодрома в Ассене, то он принимает этапы MotoGP.

Siemens укрепляет позиции на рынке диагностических тестов

Компания Siemens Healthineers подписала договор о приобретении Fast Track Diagnostics – люксембургского производителя диагностических тестов. Стоимость сделки стороны не разглашают, пишет FierceBiotech.

Сделка позволит Healthineers добавить к системе молекулярной диагностики VERSANT kPCR более 80 диагностических панелей. В портфель Fast Track Diagnostics входят тесты для выявления возбудителей респираторных заболеваний, гастроэнтерита, менингита, гепатита, тропических болезней, ЗППП – всего более 140 вирусов, бактерий и грибов.

По условиям подписанного соглашения, Fast Track Diagnostics продолжит вести деятельность на рынке под своим именем. Сейчас компания представлена в Люксембурге, Индии и на Мальте.

Всемирный банк поможет Латвии улучшить налоговое администрирование

РИГА, 18 декабря 2017 года - Всемирный банк в сотрудничестве с Европейской комиссией поможет Латвии улучшить работу своего налогового ведомства для обеспечения роста сбора налогов путем более эффективной мобилизации налоговых поступлений и сокращения расходов. Правительство Латвии обратилось за помощью в Службу поддержки структурных реформ Комиссии (SRSS), в результате чего между Всемирным банком и Европейской комиссией было подписано соглашение.

Объемы теневой экономики в Латвии оцениваются примерно в четверть официального уровня ВВП. Для сравнения, средний показатель для ОЭСР составляет всего 14 процентов. И хотя доля неформального сектора за последнее десятилетие снизилась, она все еще остается значительной. Поэтому повышение эффективности налогового администрирования в стране является приоритетом правительства.

«Основываясь на своем международно признанном опыте, Всемирный банк располагает хорошими возможностями оказать Латвии существенную помощь в разработке ее налоговой стратегии. Мы уверены, что более справедливая и эффективная система налогообложения может сыграть важную роль в оказании стране помощи по укреплению экономики и сокращению социальной изоляции, - считает Карлос Пиньеруа, ответственный за Латвию менеджер Всемирного банка. – В нашей аналитической работе мы сосредоточимся на трех ключевых областях: уклонение от уплаты НДС, контроль за соблюдением установленных норм и аудит, а также аналитический потенциал Государственной налоговой службы Латвии».

Техническая поддержка будет осуществляться Всемирным банком в сотрудничестве с SRSS Европейской комиссии. Она будет включать в себя анализ различных форм мошенничества с НДС и предложит рекомендации по эффективным методам устранения мошенничества с НДС в конкретных секторах экономики с помощью соответствующих мер контроля.

Всемирный банк также разработает методы и инструменты для измерения разницы в НДС по видам промышленности и бизнес-сегментам, таким как крупные, средние и малые предприятия.

Предоставляемая Всемирным банком техническая поддержка также будет включать в себя стратегические рекомендации и непосредственную поддержку экспертов Министерства финансов и Государственной налоговой службы.

Новый проект финансируется Европейским Союзом через Программу поддержки структурных реформ Европейской комиссии. Всемирный банк и Европейская комиссия преследуют общую цель создания конкурентоспособной экономики и поддержки способствующих экономическому росту реформ - одной из целей Стратегии Европы 2020, которая основывается на трех основных принципах разумного, устойчивого и всеобъемлющего роста.

«Порядок в беспорядке»: как революция против государства превращается в страницу его истории

Илья Будрайтскис

Опубликовано в журнале: Неприкосновенный запас 2017, 6

[стр. 24 – 36 бумажной версии номера]

Илья Борисович Будрайтскис (1981) — политический теоретик, преподаватель Московской высшей школы социальных и экономических наук.

Может показаться, что наступающее столетие революции застает Россию в самый неподходящий момент. Колоссальный масштаб и универсалистская амбиция этого события фатально не соответствуют сегодняшнему апатичному состоянию общества. Более того, стремление избавиться от этого неудобного призрака выглядит как единственная безусловная точка консенсуса. Тезис «примирения», ставший центральным для правительственной риторики в годовщину столетия, очень точно соответствует этому положению дел: речь идет не о прекращении актуального конфликта, до сих пор раскалывающего общество, но о констатации его отсутствия. Примирение в этом случае отражает не желание «перевернуть страницу» истории, постоянно напоминающей о себе через политическую поляризацию (как это было в дискуссиях, развернувшихся вокруг двухсотлетия Французской революции), но скорее представляет формальную процедуру. Такая процедура призвана лишь утвердить настоящее положение дел как легитимное и единственно возможное. В рамках этого стратегического «альянса власти и забвения» настоящего революция отвергается содержательно как насильственный утопический эксперимент, но принимается как форма, как чистый «факт» и в этом виде встраивается в последовательность любых других фактов, составляющих историю государства[1].

В своем недавнем обзоре новых публикаций о Русской революции Шейла Фитцпатрик с тревогой пишет об изменении самого статуса этого события: если еще несколько десятилетий назад оно прочно занимало место определяющего для мировой истории XX столетия, то сегодня само значение 1917-го стремительно маргинализируется. В исторической науке, как и в актуальной политике, Русская революция превращается в локальный курьез, один из множества тупиков исторического процесса[2]. Фитцпатрик бьет тревогу: в год своего столетия эта грандиозная глава истории, подобно редким видам фауны, оказывается перед угрозой исчезновения. Однако современное российское государство, вероятно, является последним и наименее вероятным адресатом этого предостережения, так как вытеснение революционного опыта является основанием его собственной исторической легитимности[3].

«ВЕЧНОЕ НАСТОЯЩЕЕ»: РУССКАЯ ВЕРСИЯ

Активная кремлевская историческая политика (подменяющая отсутствие действительной политической жизни) основана на идее борьбы за наследие, которое постоянно атакуется внешними конкурентами и внутренними врагами. Это искусственно создаваемая версия национальной истории как мифологического времени, в котором все повторяется, а действия людей лишены самостоятельности. Существует лишь история предков — правителей и их поданных. Это воспроизводимая в каждом их подвиге или преступлении Россия, которая требует только верности самой себе. Такого рода верность способна оправдать любой поступок и не оставляет места для выбора.

В этой схеме 1917 год не содержит ничего принципиально нового и сводится к уже известному паттерну: как и сегодня, в прошлом мы так же обнаруживаем козни соседних стран, нравственные силы внутреннего сопротивления, подвергаемое опасности тысячелетнее государство. Из этого сочетания может и должен быть извлечен подлинный духовный «смысл» революционной коллизии, недоступный самим участникам событий, но ретроспективно известный каждому нынешнему российскому чиновнику: революция — часть нашей истории, которая не должна никогда повториться. Такова практическая истина, которую правительство рекомендует усвоить в 2017 году. Именно в этом заключается «объективная оценка» Русской революции, к которой призывал в своем ежегодном обращении к российскому парламенту Владимир Путин в декабре 2016 года[4].

На первом же заседании утвержденного президентом комитета, отвечающего за отмечание столетия революции, бывший спикер парламента и член руководства правящей партии «Единая Россия» Сергей Нарышкин недвусмысленно обозначил эту антиреволюционную миссию современной России:

«В целом ряде стран в последние годы осуществляется импорт т.н. революционных технологий и цветных революций, которые всегда приносят вслед за собой кровь, смерть граждан, разрушения и бедствия для тех стран, которые стали жертвами подобных экспериментов. Но в генетической памяти российской нации живо представление о цене Революции и ценности стабильности»[5].

Сам состав комитета, в который наравне с академическими функционерами вошли публичные фигуры как «либерального» (например, журналисты Николай Сванидзе и Алексей Венедиктов), так и «патриотического» лагеря (такие, как режиссер Никита Михалков и писатель Сергей Шаргунов), был призван зафиксировать его как место общественного «примирения» вокруг уже навсегда лишившегося своего политического значения события революции. Эта позиция была ясно сформулирована Шаргуновым (который так же является депутатом российского парламента от КПРФ):

«Давайте видеть историю нашего отечества страшной, кровавой, трагической, но великой. Давайте видеть, что наше государство есть и оно будет развиваться дальше. И с этой верой в Россию мы должны встречать эту важную дату»[6].

Условные стороны «примирения» в такой модели полностью девальвируют собственные политические позиции в акте верности своей стране. В этом отношении показательна несчастливая судьба одного из знаковых проектов официального юбилея — Памятника примирения, который, согласно первоначальному плану, должен был открыться в Севастополе в ноябре 2017 года. Проект памятника представлял собой колонну, на вершине которой находится статуя «России», а слева и справа преклоняют колени соответственно солдаты Красной и Белой армий времен гражданской войны. По мысли министра культуры Владимира Мединского, этот монумент, установленный в «воссоединенном» Крыму, возносит над братоубийственным конфликтом «третью силу, которая в этой войне не участвовала», — «историческую Россию, которая возродилась из пепла»[7]. Однако само присутствие фигур противоборствующих сторон оказалось слишком «теплым» для общей холодной тональности официальной исторической политики. Накануне установки памятника местные сталинисты, считающие себя наследниками победившей революции, провели несколько акций протеста, а судьба проекта оказалась под вопросом[8]. Само напоминание о противостоянии (пусть и в контексте его «снятия») пробудило политические эмоции, само право на которые должно было быть полностью исключено в рамках официального юбилея, манифестирующего патриотическое единство.

Художественные выставки, так же включенные в правительственный план, гораздо лучше соответствуют задаче «деполитизации» революции. Величественной неподвижности исторического государства в этом случае соответствует вечность самого искусства, понимаемого в классических терминах «прекрасного», дистанцированного по отношению к хаосу разнонаправленных политических интересов. Так, в Третьяковской галерее идет знаковая выставка «Некто 1917», конструирующая автономную по отношению к революции линию истории русского авангарда. Куратор выставки Ирина Макар в интервью «Ведомостям» утверждает:

«Если посмотреть на 1917 г., то окажется, художники о революции совсем не думали. А вот когда она произошла, то художники авангарда стали ее использовать… 1917 год для русской живописи был каким-то итогом, точкой, окончанием свободного десятилетия»[9].

Другим знаковым художественным событием в рамках официального юбилея стала выставка «Строители нового мира», посвященная II Конгрессу Коминтерна, прошедшему летом 1920 года[10]. Конечно, сам Конгресс был лишь поводом для того, чтобы сосредоточить внимание зрителя на знаменитой картине Исаака Бродского, изображающей первый день заседания Интернационала. Торжественное полотно нейтрального салонного профессионала Бродского — это рассказ о причудливых формах, в которых порой отражается текучее, гомогенное время. Эти формы наследуют друг другу, тогда как их содержание произвольно, недостоверно и принадлежит лишь короткому моменту времени. Вечность государства (как и вечность искусства) здесь господствует над случайными политическими обстоятельствами. И если по своему содержанию Коминтерн в современной России был бы, вероятно, запрещен как экстремистская организация, то как форма он остается частью «нашей истории», парадоксальным выражением raison d’État в определенный момент времени.

ПОРЯДОК В БЕСПОРЯДКЕ

Настоящим результатом уже давно свершившегося примирения сторонников революции и ее противников явилось само российское государство («третья сила […] — историческая Россия, которая возродилась из пепла»). Говоря о большевиках с их «антигосударственными установками», министр культуры Мединский утверждает следующее:

«[Большевики] были вынуждены заниматься восстановлением разрушенных институтов государства, борьбой с региональным сепаратизмом. Благодаря их тяге к государственному устроительству на их стороне оказалось больше сильных личностей, чем на стороне белых. Единое Российское государство стало называться СССР и осталось почти в тех же границах. А спустя 30 лет после гибели Российской империи совершенно неожиданно Россия оказалась на вершине своего военного триумфа в 1945 году»[11].

Эта декларация воспроизводит главный консервативный тезис о революции, впервые прозвучавший более двухсот лет назад, о несоответствии самосознания революции ее действительному значению. Консервативные мыслители были убеждены в своей способности увидеть скрытое от непосредственных акторов революции ее подлинное содержание, определяемое божественным Провидением, метафизической национальной судьбой или исторической необходимостью. Такая способность, по выражению Жозефа де Местра, «восхититься порядком, господствующим в беспорядке»[12], помогала разглядеть в каждой победившей революции ее неотвратимое самоотрицание. Де Местр с удовлетворением писал:

«Все чудовища, порожденные революцией, трудились, по-видимому, только ради королевской власти. Благодаря им блеск побед заставил весь мир прийти в восхищение и окружил имя Франции славой, которую не могли целиком затмить преступления революции; благодаря им король вновь взойдет на трон во всем блеске своей власти и, быть может, даже более могущественным, чем прежде»[13].

Если де Местр относил «порядок беспорядка» к пока не явленному божьему промыслу, то Алексис де Токвиль находил его в воспроизводстве революцией тех форм организации, против которых она, казалось бы, была направлена. Французская революция «породила новую власть, точнее, эта последняя как бы сама собою вышла из руин, нагроможденных революцией»[14]. Согласно Токвилю, убрав все отжившее, революция завершила дело создания централизованного бюрократического государства, начатое абсолютизмом Бурбонов.

Следуя логике Токвиля, можно сказать, что существующая сегодня Французская республика через преемственность и развитие государственных форм в равной степени наследует и Старому порядку, и свергнувшей его революции. Пропасть между ними является не более чем элементом революционной мифологии, разделяющей нацию и ее историю. Революционное сознание представляет из себя иррациональную веру в способность людей своим сознательным усилием отвергнуть старый греховный мир и воплотить живущее по совсем иным законам Царство Божие на земле. Нация, расколотая революцией, может осознать свою общую продолжающуюся историю и преодолеть внутреннее разделение лишь тогда, когда сообща похоронит разрушительную революционную религию. В этом духе накануне 200-летнего юбилея последователь Токвиля, историк Франсуа Фюре, призвал к завершению Французской революции через прощание с порожденными ею иллюзиями. История революции не завершена, пока живет созданная ею политическая традиция, основанная на мифе[15].

Вполне в соответствии с этим консервативным подходом в сегодняшней России идейное завершение гражданской войны и революции возможно через полный отказ от заблуждений, которые двигали их участниками. Отвержение революционной амбиции создания нового мира способно открыть нам подлинный смысл событий столетней давности, разглядеть невидимые за туманом самосознания эпохи контуры тысячелетнего государственного организма.

НА ПУТИ К «ИСТОРИЧЕСКОЙ РОССИИ»

Тезис Мединского о «третьей силе» революционной коллизии, «исторической России», победа которой в результате воплотилась через советское постреволюционное государство, сегодня, пусть и в бюрократически-вульгарном, упрощенном виде, наследует представлениям течения «сменовеховцев» 1920-х годов. Его идеологи — такие, как Николай Устрялов и Юрий Ключников, — так же видели в Советской России продолжение и развитие тысячелетнего русского государства, логика которого оказалась глубже и сильнее интернационалистической перспективы большевиков.

В своей статье «В Каноссу», опубликованной в программном сборнике «Смена вех» (1921), один из его авторов Сергей Чахотин писал:

«История заставила русскую “коммунистическую” республику, вопреки ее официальной догме, взять на себя национальное дело собирания распавшейся было России, а вместе с тем восстановление и увеличение русского международного удельного веса»[16].

Более того, по мнению «сменовеховцев», сама победа революции осуществила внутреннюю необходимость русской истории, преодолев «пропасть между народом и властью». Ее высокой трагической ценой, по мнению Устрялова, «оплачивается оздоровление государственного организма, излечение его от длительной, хронической хвори, сведшей в могилу петербургский период нашей истории»[17].

Сквозь зигзаги политики большевиков, обусловленные противоречием между коммунистической идеологией и реальностью, Устрялов увидел торжество «разума государства», проявляемого по ту сторону права. Фактически приближаясь к известному понятию «чрезвычайного положения», сформулированному Карлом Шмиттом, Устрялов рассматривал русскую революцию как своего рода триумф духа государства через попрание его буквы[18].

В каждом шаге, который большевики старались рассматривать как вынужденный — ограниченном признании рынка через НЭП или временном отказе от мировой революции во имя «социализма в одной стране», — «сменовеховцы» видели закономерность и неизбежность.

«Ленин, конечно, остается самим собою, идя на все эти уступки. Но вместе с тем, несомненно, “эволюционирует”, т.е. по тактическим соображениям совершает шаги, которые неизбежно совершила бы власть, враждебная большевизму. Чтобы спасти Советы, Москва жертвует коммунизмом»[19].

Большевики, взяв бремя государственной власти и рассматривая ее как опасный с моральной точки зрения инструмент, сами стали превращаться в его агента. Их революционная практика, предпринятая извне государства, пыталась подчинить его задачам антигосударственного и освободительного морального порядка. Но диктатура пролетариата постепенно свелась к диктатуре бюрократии над пролетариатом. Под воздействием обстоятельств средство одержало победу над целью Можно сказать, что революционное кантианство (действие вопреки обстоятельствам) большевиков проиграло консервативному гегельянству, представленному «сменовеховцами» (новые революционные власти подчинились духу национального государства вопреки своим произвольным намерениям).

Важно, что «сменовеховцы» не капитулировали, признавая историческую правоту новой власти, а напротив, открыто говорили о том, что она сама вынужденно капитулирует перед своими собственными принципами. Они были не просто попутчиками, но носителями иных убеждений, воплощенной «правдой классового врага», необходимой для оценки собственных сил в поворотный исторический момент.

Анатолий Луначарский характеризовал «сменовеховцев» как людей «из более или менее правого лагеря, т.е. отнюдь не зараженных нелепыми демократическими предрассудками», которые «поднялись даже в эпоху своей контрреволюционной работы до настоящей широты общественной и государственной мысли». Они увидели, что большевики «не только не растранжирили Россию, но и за совершенно ничтожными исключениями объединили территорию бывшей империи в виде свободного союза народов»[20].

В такой открытости перед вызовом «сменовеховства» было нечто большее, чем инструментальный политический расчет. Это было ясное сознание большевиками возможности своего Термидора, победы обстоятельств над принципами, политики над моралью. Герои русской революции, пытаясь предсказать судьбу, часто примеряли на себя одежды Французской революции. Более того, 1917 год осуществлялся исходя из знания о трагедии 1794-го — знания о расколе между «данным и сущим», между представлением революции о ее нравственной цели и действительным трагическим поражением.

РЕВОЛЮЦИЯ ПРОТИВ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

Возможность появления Сталина, пролетарского Бонапарта, — как самоотрицания революции и возрождения старого тиранического государства в новой, подавляющей своей тотальностью форме — была частью осознанного морального выбора большевиков в момент, когда они решили овладеть государственной властью.

Ход событий 1917 года стал не только вызовом старому миру, но и социал-демократическому движению в его прежнем виде — движению, которое было инструментом реализации исторических законов. С момента создания II Интернационала, провозгласившего марксизм своей официальной доктриной, социал-демократы опирались на ясную прогрессистскую телеологию, в которой социалистический характер революции определяется необходимыми и неизбежными предпосылками. Общественный переворот должен быть подготовлен объективными обстоятельствами и стать разрешением противоречий, которые содержит в себе капиталистический способ производства.

В этом смысле Русская революция была прямым отрицанием всей предшествующей традиции марксистской политики, она стала революцией в неожиданном месте и с неожиданным результатом. Этот момент «вопреки» сопровождает всю историю 1917 года, вызывая надежду и удивление у европейских радикальных диссидентов внутри социал-демократии. Так, в апреле Роза Люксембург восторженно пишет о том, что революция происходит, «несмотря на предательство, всеобщий упадок рабочих масс, дезинтеграцию Социалистического Интернационала»[21].

Полгода спустя именно в таком качестве приветствует октябрьский переворот в России Антонио Грамши, называя его «революцией против “Капитала”»[22]. Для Грамши Россия стала местом, где «события победили идеологию», большевики сделали выбор в пользу событий. Уникальное сложение этих событий, предшествовавших перевороту, отвергло абсолютный детерминизм «законов исторического материализма», дав возможность массам, освободившимся от диктата обстоятельств, самим делать свою историю. Этот освободительный акт, согласно Грамши, означал и начало эмансипации самого марксизма, прежде «коррумпированного пустотой позитивизма и натурализма»[23].

Освободившись от «диктатуры обстоятельств» и отказавшись принимать их как чистое и неоспоримое выражение разума истории, большевики сделали моральный вопрос центральным и для судьбы Русской революции, и для всей драматической истории социалистических движений XX столетия.

Несмотря на то, что главной действующей силой на протяжении 1917-го были именно сознательные рабочие, организованные в Советы[24], цели революции и ее социалистический характер были результатом морально-политического решения большевиков. Так же, как Русская революция не была определена простым сложением кризисных обстоятельств, задача перехода к социализму сама по себе не вырастала из динамики классовой борьбы. Напротив, она была неким новым, автономным обстоятельством, подлинным моментом кантианской «практики» — морального действия, опирающегося лишь на внутреннее убеждение в верности собственного решения. Ленинская партия приняла на себя этот моральный груз — перехода к социализму в стране, по всем определениям не готовой к такому переходу. Тяжесть этого будет проявляться на всем протяжении советской истории, моральная ответственность за все события которой, безусловно, определяется решением большевиков о взятии власти в октябре 1917 года. Более того, вопрос о такой ответственности легитимен лишь постольку, поскольку большевики сами полностью ее осознавали. Выбор сторонников Ленина изначально был основан на трагическом принятии рисков, которые несет в себе противоречие цели и средств, содержавшееся в решении о захвате государственной власти.

Наиболее точно и глубоко это противоречие было выражено Георгом Лукачем еще в 1918 году, на заре советской истории. Лукач писал, что цель этой революции определяется не ею самой, но находится за пределами ее конкретного социального содержания. Это путь от «великого беспорядка» капитализма, отчуждения, расщепленности человеческой жизни к всеобщему благу. Такая цель является универсальной, всемирной и трансцендентной по отношению к обстоятельствам конкретно-исторической ситуации революции в России:

«Конечная цель социализма является утопической в том же самом смысле, в каком он выходит за экономические, правовые и социальные рамки сегодняшнего общества и может быть осуществлен только посредством уничтожения этого общества»[25].

Но если общее благо как недостижимая, высшая цель всегда выносилась за пределы оснований морального выбора (по Канту, нравственность средств определяется безразличием к цели), то большевистский переворот возвратил проблему справедливого общества в качестве неотъемлемой части морального вопроса. Конечная цель сознательного, бросившего вызов обстоятельствам действия большевиков была связана с материализацией представления об общем благе, которое из возвышенного, постоянно ускользающего идеала должно стать достижимой действительностью, «реальной утопией»[26].

Лукач формулирует эту альтернативу примерно так: или оставаться «хорошими людьми», автономными в своей нравственности по отношению к безнравственным, несправедливым обстоятельствам, и ждать, пока умозрительное общее благо станет действительной «волей всех», или, захватив власть, навязать этим неразумным обстоятельствам свою волю. Инструментом этой воли к общему благу неизбежно становится государство, исторически созданное для прямо противоположной цели. Нравственная проблема из индивидуальной, таким образом, превращается в субстанциальную. Государство признается злом, в котором тем не менее остается необходимость. Использовать государство, предназначенное для утверждения неравенства и несправедливости, для торжества равенства и справедливости — значит осознанно пойти на разрушение собственной моральной целостности, пытаясь изгнать «Сатану руками Вельзевула»[27]. В «Большевизме как моральной проблеме» Лукач еще не может полностью отождествить себя с российским ленинизмом, признавая возможность положительного ответа на поставленную им дилемму («может ли добро происходить из зла?») исключительно как следствие «веры».

Фактически Лукач объясняет на языке моральной философии противоречие рабочего государства, которое в терминах марксистской теории было сформулировано Лениным в «Государстве и революции». Описанная в нем «диктатура пролетариата» — «отмирающее государство», государство с антигосударственной задачей, диктатура ради конца любых диктатур. Это сила, которую позже Вальтер Беньямин определит как «божественное насилие» — то есть насилие, снимающее условия для воспроизводства насилия как такового[28]. Следуя ленинской мысли, такое государство не должно пытаться представить себя нравственной силой, выступающей как воспитатель по отношению к народу, но напротив — призвано убедить эти массы в том, что они больше не нуждаются в воспитателях.

Даже находясь у руля такого государства, революционеры должны осознавать его как зло (пусть и неизбежное в короткий переходный период). Ведь в тот момент, когда это государство поверит самому себе и начнет всерьез исполнять роль учителя морали, смысл его существования радикально изменится. Такое государство, осознавшее себя как добро, не только не «исчезнет», но и поглотит общество, превратившись в тотальный аппарат подавления, использующий аргумент общего блага как обоснование своей монополии на насилие.

Эти выводы, прямо следующие из рассуждений Ленина и Лукача, содержат не только пророчество о сталинской диктатуре, но самое главное — основаны на принятии ответственности за саму ее возможность. Таким образом, большевистский переворот стал моральным выбором, противопоставившим себя прежним законам власти и политики. Выбор, в который было заложено понимание и собственного невысокого шанса на успех.

Сталинизм — как победа «этического государства» над стремлением к «упорядоченному обществу» — оказался главным свидетельством практической неудачи решения большевиков. Однако даже в самых жестоких условиях тоталитарной диктатуры моральное начало большевизма, его воля к борьбе с подавляющими обстоятельствами, оставалась оборотной стороной реальности революции, потерпевшей поражение. Его можно увидеть и в трагической борьбе антисталинской левой оппозиции 1920—1930-х годов, и в осмыслении опыта ГУЛАГа Шаламовым, и в деятельности диссидентов-социалистов времен «оттепели». Сам Георг Лукач, прошедший через испытания и преследования, через сорок лет после «Большевизма как моральной проблемы» писал об «Одном дне Ивана Денисовича» Солженицына как об образце подлинного «социалистического реализма», так как главным вопросом «реального социализма» остается моральный вопрос[29].

Однако главным текстом советской эпохи, ключом к тайне ее происхождения, нужно считать именно ленинский труд «Государство и революция». Он оставался своего рода гамлетовским «призраком отца», нависавшим над советским государством на протяжении всей его истории. Упакованная в канон официальной идеологии, эта книга постоянно напоминала о ее условности, содержательно снова и снова ставя под вопрос само право государственной бюрократии на власть.

Эта двойственность большевизма — как нравственного выбора и действительного исторического опыта, как сознательной практики и подавляющей силы обстоятельств — составляет его наследие в принципиально неразделенном виде. Неразрешимое противоречие морали — вопрос о правильном действии индивида в неправильной, искаженной реальности — нашло в историческом большевизме попытку ответа. Попытку, пусть не окончательную и потерпевшую поражение, но, возможно, пока единственную настолько серьезную и масштабную в новейшей истории. Сегодня, в столетие Русской революции, ее главный — моральный — вопрос все еще остается без ответа.

[1] Анализ такой стратегии «отчаянного сопротивления вторжениям истории» со стороны государства, защищающего себя как «вечное настоящее», содержится в известной работе: Ассман Я. Культурная память. Письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности. М., 2004. С. 77—78.

[2] Fitzpatrick S. What’s Left? // London Review of Books. 2017. Vol. 39. № 7 (www.lrb.co.uk/v39/n07/sheila-fitzpatrick/whats-left).

[3] Ср.: «Вызов, провоцируемый юбилеем революции, заключается в необходимости растворить революционный смысл самого события в историческом нарративе, отрицающем революцию как таковую» (Калинин И. Призрак юбилея // Неприкосновенный запас. 2017. № 1(111). С. 15).

[4] Послание Президента Федеральному собранию [1 декабря 2016 года] (http://kremlin.ru/events/president/news/53379).

[5] Первое заседание Оргкомитета, посвященное 100-летию Революции 1917 г. [23 января 2017 года] (http://rushistory.org/proekty/100-letie-revolyutsii-1917-goda/pervoe-zas...).

[6] Там же.

[7] Осмысление во имя консолидации — к столетию революции 1917 года // Православие и мир. 2015. 21 мая (www.pravmir.ru/osmyislenie-vo-imya-konsolidatsii-k-100-letiyu-revolyutsi...).

[8] Мемориал героев вместо Памятника примирения. Путин поставил крест на прожекте Овсянникова? // Накануне.ру. 2017. 23 августа (www.nakanune.ru/articles/113196).

[9] Ирина Вакар: Идеи умерли, искусство осталось // Ведомости. 2017. 16 августа (www.vedomosti.ru/lifestyle/characters/2017/08/17/729854-irina-vakar-idei...).

[10] В Манеже завершила работу выставка «Строители нового мира. Коминтерн» // Россия К. 2017. 11 августа (https://tvkultura.ru/article/show/article_id/186105/).

[11] Владимир Мединский: победила историческая Россия (http://rvio.histrf.ru/activities/news/item-2170).

[12] Местр Ж. де. Рассуждения о Франции.?М.: РОССПЭН, 1997. С. 32.

[13] Там же.

[14] Токвиль А. Старый порядок и революция. СПб.: Алетейя, 2008. С. 20.

[15] Фюре Ф. Постижение Французской революции. СПб.: ИНАПРЕСС, 1998.

[16] В Каноссу. Политическая история русской эмиграции. 1920—1940 гг. Документы и материалы. М., 1999. С. 190—195.

[17] Устрялов Н. Patriotica // Он же. Национал-большевизм. М.: Эксмо, 2003. С. 65.

[18] Он же. Понятие государства // Он же. Сборник произведений. М: Директ-медиа, 2016. С. 100—132.

[19] Он же. Россия (из окна вагона) // Он же. Национал-большевизм. С. 350.

[20] Луначарский А. Смена вех интеллигентской общественности (www.magister.msk.ru/library/politica/lunachar/lunaa004.htm).

[21] Luxemburg R. Selected Political Writings (Writings of the Left). New York: Random House, 1972. P. 227.

[22] The Gramsci Reader. Selected Writings 1916—1935. New York: New York University Press, 2000. P. 32.

[23] Ibid. P. 36.

[24] Акцент на решающей роли самоорганизации петроградских рабочих, заставлявшей партию большевиков часто пересматривать свои тактические установки, оставался принципиальным для «ревизионистской» традиции американских историков, изучавших Русскую революцию. См., например: Рабинович А. Большевики приходят к власти. М.: Прогресс, 1989; Мандель Д. Петроградские рабочие в 1917 году. М.: Новый Хронограф, 2015.

[25] Лукач Д. Политические тексты. M.: Три квадрата, 2006. С. 18.

[26] Там же. С. 72.

[27] Там же. С. 10.

[28] Беньямин В. К критике насилия // Он же. Учение о подобии. Медиаэстетические произведения. М.: РГГУ, 2012. C. 66—98.

[29] Лукач Д. Социалистический реализм сегодня. А.И. Солженицын в зеркале марксистской критики (http://scepsis.net/library/id_693.html).

Deutsche Telekom AG в пятницу сообщила, что пришла к соглашению с Tele2 AB, в рамах которого T-Mobile Netherlands приобретет голландский бизнес Tele2 за 190 млн евро. Приобретаемые активы будут оплачиваться денежными средствами и 25%-ной долей в объединенной компании, сообщает Dow Jones.

Сделку, которая завершится, предположительно, во 2-м полугодии 2018 года, еще должны одобрить регуляторы.

Deutsche Telekom пояснила, что укрупненная компания продолжит функционировать как T-Mobile Netherland, но также будет использовать на рынке бренд Tele2. Немецкой фирме будет принадлежать 75% акций объединенной компании и дебиторская задолженность по кредиту на 1,1 млрд евро перед клиентами Tele 2 NL.

Согласно Deutsche Telekom, новая компания будет более эффективно конкурировать с дуополией KPN Mobile и VodafoneZiggo в Голландии. «Это объединение несет справедливость для клиентов», — заявил генеральный директор T-Mobile Netherland Сёрен Абильгор.

По оценкам Deutsche Telekom, в первые три года после завершения слияния ежегодная синергия будет равняться примерно 150 млн евро.

«Это фантастическая возможность для ускорения развития голландского телекоммуникационного рынка», — считает гендиректор Tele2 AB Эллисон Киркби.

Перед завершением сделки T-Mobile NL выделит свои вышки мобильной связи и расположенные на крыше антенны в отдельное юридическое лицо, которое будет полностью принадлежать Deutsche Telekom.

Strategie Grains сделало первые прогнозы по урожаю зерна в ЕС в 2018г.

Агентство Strategie Grains опубликовало свой первый прогноз урожая пшеницы в странах ЕС в 2018г. По предварительным расчетам экспертов агентства, Евросоюз сможет собрать 142,3 млн. тонн мягкой пшеницы, что соответствует сбору 2017г. – 142,4 млн. тонн. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн.

ЕС сможет поддержать уровень производства мягкой пшеницы за счет повышения урожайности, т.к. площади сева сократятся на 200 тыс. га до 23,3 млн. га. Сокращение площадей сева придется, в основном, на балканские страны.

Производство пшеницы в будущем году может сократиться в Румынии, Болгарии, Польше и скандинавских странах. Но увеличат производство Франция, Германия, Испания и Италия.

По прогнозу Strategie Grains, производство ячменя в ЕС в 2018г. вырастет на 6% до 62,2 млн. тонн, как в результате расширения площадей сева, так и увеличения урожайности.

Существенный рост производства ячменя, в первую очередь, ожидается в Дании, Швеции, Испании, Латвии и Литве. Лишь немного увеличат урожаи Франция, Германии, Финляндия, Австрия, Венгрия, Чехия, страны Бенилюкса. Спад производства может произойти в Британии, Польше и Болгарии.

Strategie Grains прогнозирует, что производство кукурузы вырастет на 1% до 59,9 млн. тонн.

Проведение рождественских концертов для русскоговорящей общины за пределами России – давняя и добрая традиция. Вечер в представительстве Россотрудничества в Великобритании, организованный благотворительным фондом «Русфонд ЮК», подарил гостям и жителям Лондона возможность не только насладиться любимыми произведениями, но и помочь четырехлетнему Жене Миняйло, который родился с тяжелой патологией.

«Рождество – святой праздник для России, уходящий своими корнями в недра истории православной Руси. Именно Рождество дарит каждому неповторимую атмосферу душевного праздника, гармонии, тепла и веру. Мы организовали этот концерт, чтобы помочь нашему подопечному малышу – пусть у него сбудется всё!» – говорит менеджер проектов «Русфонд ЮК» Ирина Варивода.

В исполнении музыкантов прозвучали лучшие романсы во всем многообразии этого уникального жанра. В программе приняли участие: Мария Веретенина, Нина Мищенко, Эвелина Ди Лейн, Татьяна Рыбакова, Игорь Вудз, Ольга Соколова, Татьяна Мурга, дуэт AleNa из Люксембурга. Ведущая вечера: Маргарита Маркова.

Благотворительная организация «Русфонд ЮК» была создана в январе 2013 года на базе российского фонда помощи «Русфонд» - одного из крупнейших благотворительных фондов современной России. «Русфонд ЮК» организует медицинскую помощь в лондонских клиниках российским детям с онкологическими и редкими заболеваниями. За четыре года работы фонд помог 37 больным детям. Представительство Россотрудничества в Лондоне взаимодействует с «Русфонд ЮК» с июня 2015 года.

В Брюсселе начинается двухдневный саммит ЕС: главные темы

В четверг, 14 декабря, в Брюсселе начинается двухдневный саммит ЕС.

Как говорится на сайте Европейского Совета, главными темами саммита станут вопросы миграции, международных отношений, обороны и Brexit. Участники саммита обсудят достижения и вызовы в переговорах по выходу Британии из ЕС. Кроме того, состоится дискуссия о миграционной политике блока. Страны-участницы поприветствуют запуск новой программы в сфере обороны PESCO и затронут вопросы сотрудничества с НАТО.

Уровень минимальных заработных плат в Европе сильно разнится от одной страны-члена ЕС к другой.

По данным Евростата, который публикует показатели национальных минимальных зарплат каждые полгода, самая высокая минимальная зарплата по странам ЕС в 8,5 раз больше самой низкой.

Самый высокий показатель минимальной заработной платы отмечается в Люксембурге – 1998 евро, самый низкий в Болгарии – 235 евро. Тройку лидеров дополнили Бельгия и Ирландия – 1563 евро. На другом конце списке, помимо Болгарии, оказались Румыния и Литва (319 и 380 евро соответственно).

Как напоминает издание Le Figaro, не все страны ЕС ввели на своей территории понятие минимального размера оплаты труда. Так, минимальная заработная плата отсутствует в Италии, на Кипре, в Австрии, Дании, Швеции и Финляндии.

Председателем Еврогруппы избран на 2,5 года министр финансов Португалии Мариу Сентену. 13 января он сменит на посту лидера 19 стран с общей валютой голландца Йеруна Дейсселблума.

Самый влиятельный из министров экономики и финансов Евросоюза немец Вольфганг Шойбле прозвал своего португальского коллегу за эффективность “Роналду Экофина”. В понедельник в Брюсселе Мариу Сентену был избран Председателем Еврогруппы. На закулисных переговорах лидеры Германии, Франции, Италии и Португалии решили, что возглавить эту организацию 19 стран с общей валютой должен социалист с юга.

«Мы хотим, чтобы финансовая стабильность стала реальностью, и мы должны создать условия для этого, – сказал Сентену. – Нам нужно сосредоточиться на конвергенции, очень важно сделать еврозону устойчивой, отвечающей основным интересам входящих в неё стран и европейских граждан.”

Он сменит на посту председателя бывшего министра финансов Нидерландов 13 января. Но до этого, в декабре на саммите Евросоюза будет обсуждаться более свободное развитие еврозоны после выхода из ЕС Великобритании.

«В такое время есть соблазн откинуться в кресле назад и расслабиться, – сказал Йерун Дейсселблум. Но есть шаги, которые необходимо предпринять во всех наших странах, будь то финансовые, структурные или банковские реформы. Это указание не моему преемнику, в политикам в еврогруппе».

Корреспондент Евроньюс Исабель Маркеш да Силва передаёт:

«Международной пресса описывает Мариу Сентену как либерально мыслящего экономиста, выпускника Гарвардского университета, который успешно вывел Португалию из финансовых неурядиц и преодолел её зависимость от внешней помощи. За два с половиной года новому главе еврогруппы предстоит обновить её и доказать Германии, что у стран с общей валютой – надежный капитан”.

Известный американский электрокар Tesla Model S «лег под нож» британских тюнеров из ателье Niels van Roij Design.

Британцы занимаются проектированием новинки по заказу голландского коллекционера Флориса де Раадта. Далее проект уедет в Голландию, где специалисты ателье RemetzCar соберут все части во едино. Авторы проекта не столь категоричны к определению кузова автомобиля, называя его чем-то между Shooting Brake и классическим универсалом. Визуально, согласно планам создателей, машина должна получить более спортивные и стремительные черты.

Автомобиль также получит новые опции и иные элементы салона, если сравнивать со стандартным вариантом. Будет ли переработана силовая установка или нет, в настоящее время не известно, но известно, что иная голландская компания занимается в настоящее время переоборудованием модели Tesla на водородную силовую установку.

Автомобиль планируют официально представить весной 2018 года. Всего планируется выпустить 20 экземпляров Tesla в кузове Shooting Brake.

За минувшие сутки более 300 рейсов отменены в аэропортах Бельгии из-за сильных снегопадов. Власти страны оценивают общую протяженность автомобильных пробок в 2 тыс. км.

Изменения в приеме и вылете авиарейсов коснулись более 5 тыс. пассажиров, отмечает ТАСС. Национальный авиаперевозчик Brussels Airlines отменил свыше 70% полетов.

Отмены и задержки рейсов возможны 11–12 декабря, сообщил Брюссельский международный аэропорт Завентем на своем сайте. 9 декабря, сообщал портал iz.ru, снегопад привел к отмене почти 400 рейсов в аэропорту Атланты, США. 4 декабря в Москве более 300 авиарейсов задержались из-за снегопада.

Цель ЭКОТЕХа – не только выявление перспективных экологических инноваций, но и поиск эффективного финансового механизма, который позволит им развиваться

Об этом сообщил глава Минприроды России Сергей Донской, выступая на церемонии открытия Международной выставки-форума «ЭКОТЕХ» 12 декабря 2017 г. в Крокус Экспо.

«Сегодня мы находимся в ситуации, когда внешние глобальные вызовы формируют условия для роста конкурентных возможностей российской экономики. И, прежде всего, они связаны с внедрением инноваций и наилучших технологий. Сегодня все они нацелены на обеспечение энергоэффективности, низкой ресурсоемкости, сбережение ресурсов и снижение нагрузки на окружающую среду. Фактически, речь идет об «экологизации» экономики», - подчеркнул он.

По словам Министра, в настоящее время необходимы совместные последовательные действия для внедрения НДТ, формирования отраслей экологического бизнеса как в сфере обращения с отходами, так и в экологическом сервисе.

С 2008 г. инвестиции в экологически чистые технологии в мировом масштабе показывают положительную динамику роста. Сегодня это один из наиболее динамично развивающихся и инновационноемких рынков в мире. По оценкам ОЭСР, к 2020 году его объем составит 4,5 трлн. долларов.

«Эти цифры я называю потому, что «ЭКОТЕХ» ориентирован не только на выявление самых перспективных экологических инноваций, но и на поиск эффективного финансового механизма, который позволит этим технологическим «зеленым» решениям развиваться. Благодарим ответственный бизнес и региональные власти, совместными усилиями которых нам во второй раз удалось сделать этот проект ярким, востребованным для бизнеса и общества», - отметил С.Донской.

В Казахстане шахтеры компании «АрселорМиттал Темиртау» в Карагандинской области вторые сутки остаются под землей и продолжают забастовку. Бастующие рабочие требуют повысить зарплату на 100%.

Как сообщает КазТАГ, представители бастующих шахтеров поднялись на поверхность, чтобы встретиться с руководством компании АО «АрселорМиттал Темиртау».

«Встреча прошла при участии профсоюза угольщиков «Қорғау» и руководства областного акимата. Диалог продолжается», - сообщила руководитель пресс-службы акима Карагандинской области Алия Сыздыкова.

По ее словам, ранее, 11 декабря с 19.30 до 21.30 в Шахтинске состоялась встреча членов семей шахтеров с заместителями акима области и представителями АО «АрселорМиттал Темиртау». Родственникам горняков были даны разъяснения по сложившейся ситуации, а также по всем озвученным вопросам.

«Начался диалог в рамках трудового законодательства между руководством компании и профсоюзом угольщиков «Қорғау», представляющим интересы работников. Остальные шахты работают в штатном режиме. Ситуация находится на контроле акимата Карагандинской области», - добавила А.Сыздыкова.

Напомним, ранее в «АрселорМиттал Темиртау» сообщили, что часть горняков 4-х шахт – около 200 человек, не поднялись на поверхность после окончания ночной смены. По заявлению компании, акция является несанкционированной, так как «горняками не было выдвинуто никаких официальных требований ни руководству шахт, ни администрации АО «АрселорМиттал Темиртау». Руководство компании начало переговоры с горняками, не вышедшими из шахт после смены.

Позже 200 горняков предъявили основные требования к руководству компании «АрселорМиталл Темиртау». Это повысить зарплату на 100%, убрать тарифную сетку, добавить и обновить автобусный парк, вернуть санаторий «Жартас» и дом отдыха «Шахтер» в юрисдикцию профсоюза угольщиков «Коргау», убрать иностранную рабочую силу из угольного департамента, а также рассмотреть оплату больничных листов на 100%, улучшить материально-техническое снабжение шахт, потому что оборудование все устаревшее

Казахстан. Люксембург > Металлургия, горнодобыча. Госбюджет, налоги, цены > kyrtag.kg, 12 декабря 2017 > № 2421194

Крымские турбины довели Россию до суда ЕС

Структура «Ростеха» оспорила санкции ЕС за поставку турбин в Крым

Екатерина Каткова

Дочерняя структура «Ростеха» - «Технопромэкпорт» — требует отменить санкции за поставку турбин Siemens в Крым. Соответствующие иски компания и ее руководитель подали в Европейский суд юстиции. Юристы отмечают, что шансов в европейском суде у российских компаний гораздо меньше, чем в Московском арбитраже, где Siemens и «Технопромэкпорт» ведут спор по поводу законности поставок турбин на полуостров.

«Технопромэкспорт» (входит в структуру «Ростеха») подала иск в Европейский суд юстиции с требованием отменить санкции в отношении компании за поставку турбин Siemens в Крым. Как отмечается в официальном журнале ЕС, обращение российской компании было зарегистрировано 17 октября. Аналогичный иск был направлен в европейский суд также персонально от главы компании Сергея Топор-Гилки, который также требует исключить его из санкционного списка.

Представитель «Технопромэкспорта» подтвердил «Газете.Ru» факт подачи иска, однако комментировать ход данного дела не стал.

«Могу подтвердить, что соответствующее требование было подано. Комментировать детали и давать оценки до рассмотрения дела мы считаем некорректным», - сказал он.

Скандал с поставками турбин производства немецкого концерна Siemens на российский полуостров, находящийся под европейскими санкциями, разразился летом. Из расследования агентства Reuters стало известно, что купленные для ТЭЦ в Тамани большие турбины производства ООО «Сименс технологии газовых турбин» (65% у Siemens и 35% у «Силовых машин») были поставлены для Симферопольской и Севастопольской ТЭС.

4 августа Евросоюз ввел санкции против компаний «Технопромэкспорт» и «Интеравтоматика», связанных с поставкой турбин в Крым, а также внес в свой санкционный список замминистра энергетики РФ Андрея Черезова, главу департамента Минэнерго Евгения Грабчака и гендиректора «Технопромэкспорта» Сергея Топор-Гилку.

Теперь компания и ее руководитель требуют, чтобы ЕС аннулировало решение о включении их в санкционный список и присоединилось к разбирательству этого дела.

В пользу предлагаемого решения «Технопромэкспорт» приводит три основных аргумента. Во-первых, сведения о поставках турбин в Крым были получены из публикаций СМИ, а они, в свою очередь, ссылаются на анонимные источники.

«Установить подлинность данных заявлений должен компетентный орган ЕС, это не задача предприятия», - подчеркивается в иске.

Сам факт поставки турбин в Крым в судебном порядке пока установлен не был. Немецкий концерн в августе подтвердил, что все четыре его турбины оказались в Крыму. После этого Siemens и его «дочка» ООО «Сименс технологии газовых турбин» подали два иска в Арбитражный суд Москвы с требованием признать незаконным свой договор поставки турбин с ОАО «Технопромэскпорт» и истребовать обратно все четыре газотурбинные установки. В понедельник в Московском арбитраже проходят очередные слушания по этому делу.

Второй аргумент, который приводят «Технопромэкспорт» и его руководитель Сергей Топор-Гилка, - это то, что в ходе принятия решения о санкциях были нарушены их права на эффективную правовую защиту, так как до них не были своевременно донесены сведения о причинах включения в данный список.

В ЕС никаких судебных разбирательств по этому делу не проводилось, напоминает Дмитрий Жарский, директор экспертной группы VETA. Следовательно, с учетом действия как минимум презумпции невиновности, говорить о наличие нарушения со стороны «Технопромэкспорта» и введения на этом основании санкций действительно сложно. Исходя из того, что в данной ситуации налицо признаки нарушения основополагающих принципов международного права, у российской компании действительно есть основания для того, чтобы оспорить наложенные на нее санкции, подчеркивает эксперт.

В-третьих, компания подчеркивает, что «Россия по международному праву обязана восстанавливать и поддерживать общественный порядок в Крыму, который в настоящее время также включает в себя обеспечение безопасного и постоянного энергоснабжения».

Интересно, что этот же аргумент приводил и глава «Ростеха» Сергей Чемезов, рассуждая о том, что у Siemens мало шансов оспорить уже выполненный контракт и вернуть назад турбины.

«Если говорить с человеческой точки зрения, то как теперь можно эти турбины вернуть? Если мы не построим станции, люди, живущие в Крыму, не получат ни тепло, ни электроэнергию, ни даже воду, потому что опреснительная станция там работает тоже на электричестве.

Электрические линии, которые велись с Украины, теперь больше не функционируют. ЛЭП взорвали, а как люди там должны жить? Каждый человек имеет право жить в нормальных условиях. В первом полугодии 2018 года станции уже запустятся», - говорил он журналистам в кулуарах авиашоу в Дубае (цитата по ТАСС).

Тем не менее юристы считают, что шансов на аннулирование решений о санкциях очень мало.

Во-первых, факт поставки турбин в Крым как таковой не отрицался – компания ссылалась на то, что турбины были технологически переделаны, что они имели право на подобные действия и т.д., отмечает руководитель коммерческого департамента BMS Law Firm Денис Фролов.

Этому вполне соответствует и аргументация о необходимости обеспечения безопасного энергоснабжения Крыма. Однако эта позиция противоречит основанию жалобы – то, что факт поставок не доказан. Ссылка на СМИ также не поможет, так как издания в основном обращались как раз к представителям компании за комментариями, обращает внимание юрист.

Между тем, прецедент снятия части санкций в связи с отсутствием достаточных для их введения оснований на сегодняшний день есть. Наглядным примером может служить кейс Аркадия Роттенберга, с которого часть введенных ограничений была снята по решению суда Люксембурга за недостаточностью оснований, напоминает Жарский.

Однако в случае с Сергеем Топор-Гилкой подобный сценарий маловероятен в силу того, что он попал в санкционный список в качестве генерального директора «Технопромэкспорта», будучи лицом, ответственным за принятие решений, отмечает эксперт. Поэтому успешность отмены ограничений, введенных в адрес Топор-Гилки, будет всецело зависеть от того, удастся ли отстоять интересы непосредственно «Технопромэкспорта», добавляет он.

В октябре ОАО «Технопромэкспорт» и ООО «ВО «Технопромэкспорт» подали встречный иск к Siemens и «Сименс технологии газовых турбин». Компании пытаются оспорить три пункта контракта с Siemens, утверждая, что они нарушают суверенитет РФ и права ее граждан.

Язвой меньше. Развитие регенеративной медицины получило мощный импульс

Недавно в Московском университете им. М.В.Ломоносова проходил III Национальный конгресс по регенеративной медицине. Среди десятков интереснейших докладов особо выделялось выступление ученых из петербургского Института цитологии (ИНЦ РАН). От вуза в столицу прибыли около 30 специалистов, представивших девять докладов. Причем два из них - пленарные академика Н.Никольского и члена-корреспондента РАН А.Томилина. Похоже, активность питерцев не удивила участников форума: институт ведет исследования в области клеточной биологии и создании биомедицинских клеточных продуктов почти треть века и занимает здесь лидирующие позиции. Его проекты поддержаны Российским научным фондом.

По просьбе читателей газеты “Поиск” о работах питерских цитологов рассказала руководитель Центра клеточных технологий ИНЦ, и.о. директора института доктор биологических наук Наталья МИХАЙЛОВА.

- Нам действительно было что доложить коллегам. Инсти-тут цитологии фактически первым в стране начал изучать стволовые клетки и применять фундаментальные знания в практической медицине. Наши сотрудники, например, разработали эффективный клеточный продукт - дермальный эквивалент - для лечения больных, получивших тяжелейшие ожоги и страдающих от незаживающих трофических язв. Продукт, состоящий из коллагенового матрикса и живых клеток кожи человека, наносят на раны, и они быстро заживают. Клетки (дермальные фибробласты) секретируют вещества, стимулируют работу собственных клеток пациента, а коллаген является основным структурным белком кожи. Отмечу, что традиционные методы лечения пока не в состоянии справиться с трофическими язвами.

Министерство здравоохранения нас поддержало, и клиники страны с 2006-го по 2011 годы смогли пользоваться нашим клеточным продуктом. Эффективное лечение получили более 500 пациентов, спасены жизни ожоговых больных. Однако дальше работать с прекрасно зарекомендовавшим себя продуктом было невозможно - его необходимо было перерегистрировать, но сделать этого мы не могли. В стране тогда отсутствовали правила, разрешающие использовать клетки человека. Парадоксальная ситуация: биологи с помощью стволовых клеток создавали новые методы лечения, но опробовать их на практике им не разрешалось. Из-за этой, без преувеличения, трагической неувязки развитие клеточных технологий застопорилось, и мы начали отставать от Запада. Так продолжалось около пяти лет, пока в конце 2016 года не вступил в действие федеральный закон №180 “Об обращении биомедицинских клеточных продуктов”. Прошедший в Москве конгресс стал первой встречей ученых-разработчиков и, что важно, врачей, которые теперь смогут применять технологии. Выдающееся событие для нашей области науки! Заслуга в этом принадлежит академику В.Ткачуку, который взял на себя инициативу провести форум.

С принятием закона ситуация в корне изменилась, и биологические институты активизировались. Но сразу же возник вопрос финансирования разработок на основе стволовых клеток. Такие дорогостоящие работы на небольшие гранты (например, РФФИ) провести просто невозможно. Нашему институту в этой ситуации необыкновенно повезло - у нас уже был грант Российского научного фонда. В конце 2014 года мы выиграли престижный конкурс на выполнение комплексной программы развития ИНЦ “Молекулярно-клеточные технологии для лечения социально-значимых заболеваний”. Фонд едва ли не первым стал финансировать эти фундаментальные исследования и поддерживать развитие перспективных методов применения стволовых клеток для лечения тяжелых заболеваний, создание новых технологий, оснащение лабораторий современной техникой, подготовку кадров для нарождающейся отрасли регенеративной медицины и вывода ее на мировой уровень.

- Конкурентов у вас было много?

- Да, 12 академических институтов и ведущие университеты. Но среди победителей оказались всего три биологических института. Грант на пять лет мы получили в декабре 2014 года и к работе над проектом приступили в начале следующего. За это время сделано немало: мы расширили исследования стволовых клеток и методов их получения для создания эффективных клеточных продуктов. Разрабатываем их вместе с медиками для замещения органов и тканей (восстановление мочевого пузыря, поврежденной костной ткани), в том числе у больных туберкулезом. Развиваем фундаментальные исследования индуцированных плюрипотентных стволовых клеток для моделирования практически любых тканей человека. В этой области институт занимает лидирующие позиции благодаря работам члена-корреспондента РАН А.Томилина.

Наша гордость - Центр клеточных технологий, построенный с учетом требований к чистым помещениям и международного стандарта GMP. Это была одна из центральных задач гранта. Мы открыли центр в мае 2017 года (на верхнем снимке), первыми среди биологических институтов и, считаю, очень быстро - за 2,5 года. Центр занимает всего

100 кв. м, но, как говорится, мал золотник да дорог: он отвечает самым высоким требованиям чистоты. Это значит, что мы даем гарантию и при культивировании клеток контаминаций быть не может. В этом году наше чистое производство сумело подтвердить свой высокий класс. Сейчас готовим к аккредитации оборудование и технологии. Это делается впервые, и пока мы ждем окончательных регламентов от Росздравнадзора и Минздрава РФ.

Центр оснащен самым современным оборудованием, которое позволяет получать качественные клеточные культуры, в том числе для высокопроизводительного скрининга, наращивать стандартную клеточную массу для производства клеточных продуктов. У нас, например, действует одна из первых в России автоматизированных систем культивирования клеток - CompacT - компании Sartorius стоимостью более 100 миллионов рублей. Таких установок в стране две, но только наша работает в чистых помещениях. Клетки, напомню, культивируют вручную, процесс этот необыкновенно трудоемкий, занимающий массу времени. А роботизированная установка по заданным протоколам делает это без участия человека круглые сутки, не отвлекаясь на обед и перекуры, а главное, безошибочно. Благодаря отработанной совершенной технологии, а также стандартным методам и материалам мы можем проводить доклинические исследования создаваемых лекарств. Момент принципиальный: теперь мы готовы сами тестировать новые лекарства, проводить опытные испытания не на животных, а на клеточных моделях, наблюдая, как клетки реагируют на новинку. Поэтому так важно разрабатывать и совершенствовать подобные технологии.

Современное оборудование позволяет нам “строить” стандартные клеточные продукты, которые после сертификации можно передавать в клиники. В первую очередь это продукт, уже получивший разрешение, для лечения тяжелых ожогов и язв, о котором я говорила. Его можно рекомендовать и для медицины катастроф. Когда в Перми во время пожара в клубе “Хромая лошадь” пострадало множество людей, их доставляли в петербургские клиники, и на наш клеточный продукт был огромный спрос. Тогда мы все силы бросили на его производство. Обидно, когда случаются катастрофы, нас призывают: “Срочно давайте ваш продукт!”, а когда опасность миновала, требуют свидетельство о сертификации. Сейчас мы должны зарегистрировать наши разработки по новым правилам, определенным законом №180. И хотя метод прекрасно себя зарекомендовал (применялся в клиниках на протяжении пяти лет), предстоит заново повторить все этапы, включая доклинические и клинические исследования. Но есть надежда, что Минздрав пойдет нам навстречу и упростит процедуру регистрации. Это будет первый биомедицинский клеточный продукт, который мы собираемся зарегистрировать. Сейчас проводятся испытания подобного средства для восстановления мочевого пузыря, востребованного, как я говорила, больными туберкулезом. Еще одна технология предназначена для замещения костной ткани (имплантация протезов для замещения кости, в том числе восстановления туберкулезной костной ткани). Перспективные исследования проводим с офтальмологами: разрабатываем продукты для восстановления дефектов тканей глаза с помощью стволовых лимбальных клеток.

- На каком уровне находятся ваши технологии? Есть ли отставание?

- Аналоги нашим клеточным продуктам за рубежом, конечно, есть, особенно касающиеся лечения ожогов. И все же назову важные преимущества наших разработок: по эффективности они не уступают западным и значительно дешевле. В чем мы отстаем, повторюсь, так это в темпах внедрения: сначала применение тормозило отсутствие закона, теперь, боюсь, пройдет лет пять, пока наши методы сертифицируют. А пока страна по-прежнему вынуждена закупать за рубежом дорогостоящие лекарства и технологии.

- Удалось ли институту решить вопрос подготовки кадров, как того требует грант?

- В этом направлении мы интенсивно работали и в последние годы добились значительных изменений. В проекте, поддержанном РНФ, участвуют свыше ста специалистов, больше половины из них - молодежь, включая аспирантов и студентов (для института, в котором около 240 научных сотрудников, думается, совсем неплохо). Главное, что молодые ученые работают с энтузиазмом, у них горят глаза, им у нас интересно. Многие пишут статьи и публикуются в ведущих, высокорейтинговых иностранных изданиях. И все же специалистов не хватает, в первую очередь, способных культивировать клетки и обслуживать роботизированную технику. Поэтому мы обсуждаем разработку образовательных программ с санкт-петербургским и политехническим университетами по подготовке высококлассных специалистов, совмещающих знания клеточной, молекулярной биологии, материаловедения с навыками работы на новейшем оборудовании.

- Грант заканчивается в 2018 году, что будет дальше с центром и научным направлением?

- Конечно, мы и дальше будем развивать эту важную область регенеративной медицины. И уже сейчас, продолжая выполнять проект РНФ, занимаемся поисками финансирования. Замечу, что научная репутация института, большой опыт и достижения (открытие центра, статьи в зарубежных журналах, исследования и разработки) заметно облегчают эту непростую задачу и привлекают к нам внимание фармацевтических компаний, медицинских организаций, университетов. За три года действия гранта ИНЦ заключил около 20 договоров, включая соглашения на консультации и обучение сотрудников российских организаций разных ведомств. Есть среди них и соглашения с зарубежными университетами, например, с Мюнхенским (совместные исследования по использованию наночастиц и мезенхимных стволовых клеток, применяемых в онкологии). Недавно подписан договор с Центром системной биомедицины университета Люксембурга - будем создавать биосовместимые матрицы для культивирования нейронов. Вместе с американскими коллегами (университет Tafts, Бостон) занимаемся тестированием биосовместимых титановых материалов для протезирования костной ткани. Нашлись спонсоры, поддерживающие нас в выполнении этого проекта, в том числе наш учредитель ФАНО России, зарубежные и отечественные компании. Зная о наших научных возможностях и прекрасном оснащении, институт стали привлекать к тестированию новых лекарств. Один договор по доклиническим исследованиям уже выполнен по стандарту GLP. В этом году заключен договор о создании консорциума вместе с коллегами и медицинскими организациями из Казахстана - они заинтересованы в методах лечения ожогов, трофических язв и намереваются приобрести нашу технологию, совместно создавать новые клеточные продукты. С Белоруссией будем участвовать в реализации программы Союзного государства. И все эти подвижки произошли за последние три-четыре года.

- Вернемся к прошедшему в МГУ конгрессу: как были приняты доклады ваших сотрудников?

- Считаю, очень хорошо. Наши сообщения о перспективных стволовых клетках и применении биомедицинских клеточных продуктов вызвали большой интерес участников. Например, доклад академика Н.Никольского был посвящен стволовым клеткам эндомерия и возможности их применения для лечения бесплодия у женщин. Работа проведена огромная, доказаны, в частности, эффективность и безопасность этих клеток. М.Хотин представил новую инфраструктуру (по международному стандарту GMP) для создания биомедицинских клеточных продуктов, которые можно передавать в клиники, в соответствии с требованиями закона ФЗ-180. Заинтересованность нашими работами можно объяснить еще и тем, что классические методы лечения пока бессильны против тяжелых заболеваний, поэтому применение биомедицинских клеточных продуктов вышло на высокий уровень. Скажем, в НИИ онкологии в Петербурге делают противоопухолевые вакцины на основе клеток костного мозга и опухолевых клеток больного (биотерапия), показавших значительный противоопухолевый эффект. Эта технология также имела разрешение Минздрава на применение, но теперь ее надо регистрировать заново - сколько пациентов вовремя не получат лечение! Наша страна занимает едва ли не первое место в мире по количеству ампутаций конечностей - из-за того, что пока не поддаются лечению хронические трофические язвы. И вдруг появляются методы заживления ран, и пациенты восстанавливаются без операций, возвращаясь к полноценной жизни. Такие технологии должны получать поддержку от государства и Минздрава: применение новых методов снижает инвалидизацию населения и смертность. Так становятся реальностью казавшиеся фантастикой выращивание и замещение тканей и органов стволовыми клетками. Значение и важность этих революционных методов, на мой взгляд, столь велики, что я бы сравнила их с полетами в космос.

Юрий ДРИЗЕ, Поиск

Россия. ЦФО > Образование, наука. Медицина > ras.ru, 11 декабря 2017 > № 2422297

5 декабря 2017 года в г. Париже состоялось заседание Рабочей группы по сотрудничеству и правоприменению Комитета по конкуренции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), которое было посвящено подобному применению мер антимонопольного регулирования.

О принципе экстерриториальности в российском конкурентном законодательстве и правоприменении рассказал заместитель руководителя ФАС России Андрей Цыганов.

Он отметил, что в соответствии с законом «О защите конкуренции»[1], этот принцип может применяться к любым антиконкурентным действиям или соглашениям, совершенным или достигнутым за пределами Российской Федерации, если такие соглашения (действия) оказывают негативное влияние на состояние конкуренции на рынках Российской Федерации, что подразумевает под собой достаточно широкий круг возможных ситуаций.

В ходе своего выступления Андрей Цыганов привел примеры из практики ФАС России, связанные с применением принципа экстерриториального действия антимонопольного законодательства, включая сделку по экономической концентрации в отношении компаний Монсанта и Байер, Microsoft, Google и Apple по злоупотреблению доминирующим положением, картельное дело в отношении международных контейнерных перевозчиков и акт недобросовестной конкуренции в отношении торговой марки Доширак.

Андрей Цыганов отметил, что в отношении всех этих дел ФАС России были проведены антимонопольные расследования и вынесены соответствующие предупреждения и предписания. Принимая решения по каждому из этих дел, ФАС России рассматривала глобальные сделки или антиконкурентные действия транснациональных компаний прежде всего с точки зрения влияния на российский рынок и стремилась локализовать применение средств правовой защиты российских конкурентов и российских потребителей. Опыт конкурентных ведомств ряда стран ОЭСР, которые предпринимают попытки глобализовать данные методы, распространить действие решений и предписаний национальных антимонопольных органов на другие юрисдикции, демонстрирует острую необходимость укрепления международного сотрудничества в правоприменении. Без должной международно-правовой базы и высокого уровня взаимного доверия существует серьезный риск неисполнимости подобных решений, неустранимого конфликта юрисдикций, длительных судебных процедур.

В связи с этим ФАС России подготовила предложения по укреплению и модернизации правовой базы международного сотрудничества конкурентных ведомств, которые уже обсуждаются в формате ЮНКТАД и СНГ.

В рамках данного заседания выступили также эксперты ОЭСР судья Дуглас Гинзбург, профессор Флориан Вагнером-фон Папп и декан Эндрю Гузман, а также докладчики из 14 юрисдикций.

8 декабря в рамках сессии «Преодоление непонимания и достижение успеха в конкурентных ведомствах малых и развивающихся стран» Глобального форума по конкуренции ОЭСР заместитель руководителя ФАС России Андрей Цыганов рассказал о российском опыте адвокатирования конкуренции.

В своем выступлении Андрей Цыганов отметил: «ФАС России уделяет значительное внимание адвокатированию конкуренции. Ежедневно сотрудники российского антимонопольного ведомства сталкиваются с жалобами от юридических лиц и граждан, для которых очень важна открытость и эффективность. Для них важно находить ту информацию, которая необходима для обращения в антимонопольный орган, а также получить адекватный ответ. Вот почему коммуникация – одна из ключевых функций конкурентного ведомства. Кроме того, адвокатирование конкуренции среди бизнеса и населения способствует информированию всех заинтересованных лиц о ключевых принципах конкуренции, об антимонопольном законодательстве и его изменениях».

Несколько лет назад ФАС России была разработана специальная информационная политика, в соответствии с которой существует ряд направлений, ориентированных на различные фокус-группы: коммуникация с международным сообществом, органами государственной власти, бизнес-сообществом и гражданами. По отношению к каждой из фокус-групп используется разный набор форм и методов информационного взаимодействия.

«Необходимо понимать, что адвокатирование конкуренции – не разовое мероприятие, а ежедневная, а когда это необходимо – круглосуточная работа, направленная на понимание обществом целей конкурентной политики и смысла работы конкурентных ведомств», – отметил Андрей Цыганов

На площадке Глобального форума по конкуренции руководители конкурентных ведомств Гонконга, Папуа-Новой Гвинеи, Филиппин, Сальвадора, Австрии, Малайзии и других стран обсудили основные проблемы, возникающие при взаимодействии с органами законодательной и исполнительной власти, бизнес-объединениями и общественными организациями как при совершенствовании законодательства о конкуренции, так и при его применении в конкретных случаях.

Российский испытательный центр доклинических исследований Федерального государственного бюджетного учреждения науки «Институт токсикологии Федерального медико-биологического агентства» (ФГБУН ИТ ФМБА России), созданный по инициативе ФМБА России и при поддержке Правительства РФ, получил международное признание соответствия принципам надлежащей лабораторной практики (GLP) Словацкой национальной службой по аккредитации (SNAS). Центру доклинических исследований ФГБУН ИТ ФМБА России выдан соответствующий сертификат SNAS. Это создает условия для того, чтобы результаты выполненных в данной лаборатории неклинических исследований могли быть рассмотрены в странах-членах Евросоюза. В область деятельности лаборатории в рамках проведения исследований в соответствии с принципами GLP включены следующие объекты - лекарственные средства и химические вещества промышленного назначения. ФГБУН ИТ ФМБА России занимается изучением острой токсичности, суб- и хронической токсичности, специфической токсичности (аллергенности, мутагенности, иммунотоксичность, эмбриотоксичность, канцерогенность) и фармакокинетики.

Первой лабораторией, получившей еще в 2013 г. официальное международное признание соответствия принципам надлежащей лабораторной практики Словацкой национальной службой по аккредитации, является Лаборатория биологических испытаний ФИБХ РАН. В область деятельности указанной лаборатории включена вся продукция, подлежащая проведению исследований с применением принципов GLP (лекарственные средства, пестициды, косметическая продукция, ветеринарные препараты, пищевые добавки, кормовые добавки, химические вещества промышленного назначения). Спектр исследований GLP-лаборатории составляет 30% от общего числа методов исследований, применяемых при проведении неклинических (доклинических) лабораторных исследований в ОЭСР. Наличие международного признания соответствия принципам GLP позволяет лаборатории экспортировать высокотехнологические услуги – неклинические (доклинические) исследования для зарубежных заказчиков.

Во исполнение поручения Первого заместителя Председателя Правительства Российской Федерации И.И. Шувалова от 18 января 2017 г. № ИШ-П2-211, касающегося выполнения Плана работы по взаимодействию Российской Федерации с Организацией экономического сотрудничества и развития на 2017 год, Росаккредитацией проводится работа по реализации пункта 27.3.1. Плана ОЭСР, направленного на координацию работы по оценке соответствия российских лабораторий принципам надлежащей лабораторной практики (GLP) ОЭСР зарубежными инспекторами органов мониторинга. В настоящий момент еще 4 отечественные GLP лаборатории проходят оценку соответствия принципам надлежащей лабораторной практики международными аудиторами.

7 декабря 2017 г. на заседании Глобального форума по конкуренции ОЭСР состоялось пленарное заседание, посвященное вопросам применения норм конкурентного права судами. Одной из основных тем дискуссии, наряду с вопросами стандартов доказательств, использования результатов экономического анализа в судебном процессе, взаимодействия конкурентных ведомств и судейского сообщества, стало обсуждение недостатков и преимуществ создания специализированных судов (трибуналов) по конкуренции. Давая оценку такому варианту институционального дизайна конкурентных ведомств, заместитель руководителя ФАС России высказал ряд аргументов в пользу существующей в настоящее время в Российской Федерации системы применения судами норм антимонопольного законодательства.

По мнению Андрея Цыганова, сложившаяся система рассмотрения судами антимонопольных дел привычна и понятна для всех участников процесса – для судей, антимонопольных органов, практикующих юристов, хозяйствующих субъектов. ФАС России принимает большое количество решений о нарушении норм Закона о защите конкуренции, значительная часть которых обжалуется в судебном порядке. Тем самым за 25 последних лет накоплен колоссальный опыт судебного применения антимонопольного законодательства. Большое количество судей имеют большой профессиональный опыт и необходимые специальные познания в сфере практического применения норм конкурентного права. Верховный суд Российской Федерации принимает самостоятельные решения по делам о нарушениях Закона о защите конкуренции, а также публикует обзоры применения судами антимонопольного законодательства, что чрезвычайно важно для формирования устойчивой правоприменительной практики.

В свою очередь, ФАС России регулярно выпускает разъяснения по наиболее важным вопросам антимонопольного законодательства и правоприменения, которые отражают определенную позицию регулятора и могут быть использованы в судебном процессе.

Андрей Цыганов также привел статистические данные об обжаловании решений и предписаний ФАС России и его территориальных управлений по делам о нарушении антимонопольного законодательства в судах. «По итогам 2016 г. обжаловано около 3 тысяч решений и предписаний ФАС России, а также более 7 тысяч решений о наложении штрафов. Если бы этой работой занимался специализированный суд, я не могу себе представить, сколько судей и иного персонала потребовалось бы для рассмотрения такого количества дел, каковы бы были затраты государства на его содержание и как долго приходилось бы стоять в очереди за правосудием» – отметил Андрей Цыганов.

Он также подчеркнул, что в настоящее время значительная часть судебных решений по делам о нарушении антимонопольного законодательства принимается на местном или региональном уровне и дела рассматриваются в разумные сроки. Концентрация всей этой работы в одной судебной инстанции существенно увеличит издержки участников судебных процессов и может ограничить права на защиту своих интересов.

Глобальный форум по конкуренции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), являющийся важнейшим ежегодным мероприятием, проводимым Комитетом ОЭСР по конкуренции, прошел в Париже 7-8 декабря 2017 года. В нем приняли участие более 100 делегаций конкурентных ведомств как стран-членов ОЭСР, так и стран, не являющихся членами этой организации.

7 декабря в Российском центре науки и культуры в Мадриде состоялось открытие выставки известного российского художника Наталии Панковой «Цветные мечты». В экспозиции представлены живописные произведения, написанные в России и Испании за последние несколько лет. Организаторы выставки: Представительство Россотрудничества в Испании, Представительство МИД России в Нижнем Новгороде и Нижегородский фонд «Русское искусство».

Гостями выставки стали испанские ценители изобразительного искусства, галеристы, коллекционеры, российские соотечественники, сотрудники Посольства России в Испании, поклонники творчества художника из России, Швеции, Германии, Голландии, Италии.

Живопись Наталии Панковой отличает яркая эмоциональная легко узнаваемая манера письма. Ее картины экспонировались в России, Великобритании, Франции, Германии, Италии, Люксембурге, Испании, Финляндии, Венгрии, Словакии, Латвии, Китае, Алжире и находятся в лучших музейных и частных коллекциях. Выставка посвящена предстоящим рождественским и новогодним праздникам и несёт в себе заряд позитивной энергии и радости.

Новые правила налогообложения интернет-торговцев, принятые Европейским союзом, неизбежно повысят цены популярных у европейцев китайских товаров и, как ожидается, принесут казне союза несколько дополнительных миллиардов евро.

В скором будущем все приобретенные посредством интернета товары будут облагаться налогом — пороговая цена вещи в 22 евро отменяется. Брюссель подтвердил введение новых правил налогообложения так называемых дистанционных сделок, о которых предварительно уже сообщал портал Sputnik Эстония. Однако общеевропейская отмена принципа «слишком дешево, чтобы еще и налог взимать» — это далеко не всё, что повысит стоимость китайских товаров, купленных европейцами в интернет-магазинах. Брюссель намерен заставить китайские фирмы в полной мере отдавать ЕС налог на добавленную стоимость (НДС) со всех продаж в Европе.

Интернет-магазины введут налог с покупок на малую сумму.

Новые правила налогообложения онлайн-торговцев, принятые по согласию представителями стран ЕС на Совете 5 декабря, как сообщает пресс-служба Еврокомиссии, обязывают крупные виртуальные торговые площадки начиная с 2019 года следить за тем, чтобы НДС на вещи и услуги, купленные с их помощью европейцами у продавцов из-за пределов ЕС (то есть по большей части в Китае), был должным образом выплачен и собран. Это касается и тех товаров, что уже были до сделки завезены зарубежным экспортером на склады на территории стран ЕС. В настоящее время такая схема — своего рода накопительные склады — нередко используется для уклонения от уплаты налога.

Мы говорим «иностранные», подразумеваем «китайские».

Новые правила взимания НДС, как уверяет Еврокомиссия, призваны упростить для малых и средних европейских фирм процедуру выплаты налога на добавленную стоимость и снизить их расходы. Брюссель декларирует заботу о развитии межгосударственной онлайн-торговли в Европе, но не забывает упомянуть и об ожидаемом росте поступлений НДС. Предполагается, что ЕС ежегодно теряет около 5 миллиардов евро из-за недоплат налога на добавленную стоимость прежде всего интернет-продавцами из третьих стран. Понятно, что раз речь заходит о сетевых продажах иностранных фирм, то имеется в виду прежде всего Китай, дешевые товары которого находят в Европе широкий спрос.

Еврокомиссия расследует сговор интернет-торговцев.

Представитель Эстонии в Еврокомиссии, комиссар по делам Единого цифрового рынка Андрус Ансип отметил, комментируя решение Совета ЕС, что оно, несомненно, ускорит развитие э-торговли в Европе. «Компании, торгующие онлайн за пределами своих стран, получат возможность выплачивать НДС в том же порядке, каком они платят в родных странах. Это упростит работу государственных налоговых органов и повысит уровень трансграничного сотрудничества», — сказал Ансип, в родной стране которого вместо НДС взимается 20%-й налог с оборота.

«Кирпичик за кирпичиком, кусочек за кусочком выстраивается новая система НДС, более подходящая нашим целям, обеспечивающая процветание интернет-компаний, которые дистанционно торгуют за пределами своих стран, — сказал комиссар ЕС по вопросам экономики и финансов Пьер Московиси. — В то же время мы создаем такие условия деятельности, в которых бизнесмены из-за пределов ЕС не смогут пользоваться преимущественным положением при продаже товаров европейским потребителям — ни прямыми преимуществами, ни посредством виртуальных торговых площадок».

Дополнительные расходы для своих и для «чужих».

Брюссель, разъясняя достоинства новых правил налогообложения НДС, упирает на преимущества (в основном административного плана), которые они обеспечат европейским интернет-торговцам. Но судя по опубликованным Еврокомиссией не очень детальным материалам, жизнь «отечественных» продавцов в большинстве стран ЕС, наоборот, осложнится.

Под налог попадут все посылки из третьих стран.

Например, по ныне действующим правилам, в том случае если иностранная компания «дистанционно», то есть посредством интернета продает в Эстонии товаров или услуг на сумму в пределах 35 тысяч евро в год, она не обязана регистрироваться в стране как налогообязанное предприятие и, следовательно, не платит в Эстонии налог с оборота. А в родной стране она, естественно, отчисляет налог по национальной ставке НДС, который в одних странах чуть выше, чем в Эстонии, в других чуть ниже. Пороговый показатель оборота в 35 тысяч евро установлен в большинстве стран Европы, хотя в Германии и Нидерландах он составляет 100 тысяч евро.

Решением Совета ЕС этот пороговый оборот фирмы снижается до 10 тысяч евро, что, по идее, повысит налоговые поступления в национальные бюджеты, но вряд ли обрадует самих продавцов. Однако, как почему-то считают в Брюсселе, все потери будут с лихвой компенсированы за счет упрощения процедур отчисления НДС посредством единого налогового интернет-портала и за счет увеличения оборотов зарубежных продаж собственных фирм. Так это или нет, пока сказать сложно. Но в любом случае Европа настроена получить свое за счет роста налоговых поступлений с китайских компаний, дистанционно торгующих в Европе.

РОСКОСМОС открыл завершающую выставку 2017 года, посвящённую 60-летию старта новой эры человечества - космической, запуску первого искусственного спутника Земли.

7 декабря 2017 года экспозиция #SPUTNIK60 начала работать в Лондоне. В центре Россотрудничества столицы Великобритании студенты, русскоговорящие жители Лондона и те, кому интересна Россия и космическая деятельность нашей страны до 11 января 2018 года смогут узнать больше о покорителях космоса и самых важных открытиях XX и XXI века.

В торжественной церемонии открытия выставки приняли участие Чрезвычайный и Полномочный Посол РФ в Великобритании Александр ЯКОВЕНКО, старший куратор Музея науки в Лондоне Даг МИЛЛАРД и руководитель Российского Центра науки и культуры в Лондоне Антон ЧЕСНОКОВ.

Александр ЯКОВЕНКО подчеркнул важность международных контактов и выразил признательность гостям за интерес к российским исследованиям космического пространства.

Исполнительный директор РОСКОСМОСА по коммуникациям Игорь БУРЕНКОВ представил Госкорпорацию и рассказал о международных программах РОСКОСМОСА.

Герой СССР и Герой России, космонавт, Исполнительный директор РОСКОСМОСА по пилотируемым космическим программам Сергей КРИКАЛЁВ рассказал о своей работе в космосе и ответил на многочисленные вопросы собравшихся, а также принял участие в автограф- и фотосессии с гостями.

Большим интересом у посетителей выставки пользовалась «космическая прогулка» - проект РОСКОСМОСА и телеканала RT. Достаточно было лишь надеть виртуальные очки со специальным приложением, и сразу чувствуешь себя настоящим космонавтом, который работает в открытом космосе.

Перед открытием выставки состоялась встреча Сергея КРИКАЛЁВА со школьниками, на которой он рассказал о Международной космической станции и подготовке к космическим полётам.

РОСКОСМОС благодарит организаторов выставок #SPUTNIK60 в Азербайджане (Баку), Болгарии (София), Чехии (Прага), Германии (Берлин), Сербии (Белград), Израиле (Нетания), Люксембурге, Турции (Анкара), на Кипре (Никосия) и в Великобритании (Лондон), которые проводились при поддержке Министерства иностранных дел РФ и Россотрудничества.

Мы выражаем признательность всем, кто приходит посмотреть экспозиции и узнать больше о героях и рекордах космической эры человечества.

По словам заместителя министра финансов Юсефа Хаджи Аль Хури, правительство ОАЭ «удивлено и разочаровано» включением страны в список стран, несоответствующих налоговым требованиям Европейского союза.

Во вторник Евросоюз анонсировал черный список из 17 налоговых гаваней, стран, не входящих в ЕС, в который в том числе попали ОАЭ и Бахрейн. Для составления данного списка чиновникам Евросоюза потребовался год, функционеры обвинили ряд стран в содействии созданию фиктивных компаний и иных структур, используемых для уклонения от уплаты налогов.

Помимо черного Евросоюзом был составлен еще и так называемый «серый список», в который вошли 47 стран.

Аль Хури прокомментировал данную ситуацию следующим образом:

«ОАЭ упорно работали над соблюдением требований Европейского Союза по обмену налоговой информацией. В данный момент в нашей стране осуществляются преобразования, которые будут завершены к октябрю 2018 года. Мы абсолютно уверены в том, что после завершения всех реформ ОАЭ будут вычеркнуты из этого списка. Мы выражаем свою готовность и желание сотрудничать с нашими партнерами из Евросоюза в таком важном вопросе, как налоговое регулирование».

Аль-Хури отметил, что органы Евросоюза оценили озабоченность ОАЭ данным вопросом, подготовку правительством страны соответствующих законопроектов и реформ для обеспечения тесного сотрудничества со странами-партнерами по Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) согласно принципам международного законодательства.

Единственной нерешенной проблемой в ОАЭ является подготовка законодательной базы для борьбы с таким феноменом как BEPS (размывание налогооблагаемой базы и вывод прибыли из-под налогообложения). В октябре 2018 года правительство ОАЭ примет ряд мер, нацеленных на борьбу с уклонением подобного рода, которые будут окончательно ратифицированы во всех семи эмиратах в марте.

Правительство выразило свою уверенность в том, что уже в следующем рейтинге Эмираты будут признаны международным партнером Евросоюза.

Источник: Arabian Business

ОАЭ. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > russianemirates.com, 8 декабря 2017 > № 2418204

По данным Европейского центра по контролю и профилактике заболеваний (ECDC) только с января по август 2017 года в 19 странах Европы (Австрия, Бельгия, Чехия, Дания, Эстония, Финляндия, Франция, Германия, Греция, Ирландия, Исландия, Италия, Люксембург, Мальта, Нидерланды, Словения, Испания, Швеция и Великобритания) зарегистрировано 11 212 лабораторно подтвержденных случаев гепатита А, что в 4 раза превышает показатели за тот же период в 2012 - 2015 годах.

По данным ЕРБ ВОЗ за последний год (в период с 1 июня 2016 года по 27 сентября 2017 года) было выявлено около 2,9 тыс. лабораторно подтвержденных случаев гепатита А в 20 странах ЕС. По результатам молекулярно-генетических исследований установлено, что в странах Европы продолжаются 3 различных вспышки гепатита А, обусловленные 3 различными штаммами вируса гепатита А субтипа IA: VRD_521_2016 (доминирующий штамм), RIVM-HAV16-090 (менее распространенный штамм) и V16- 25801 (минорный штамм).

В Российской Федерации в многолетней динамике заболеваемость острым вирусным гепатитом А в целом характеризуется тенденцией к снижению. При этом для данной инфекции характерна цикличность (периодические подъемы и спады заболеваемости с интервалами 3-5 лет).

В 2015-2016гг. заболеваемость гепатитом А (ОГА) в России приблизилась к минимальному за все годы регистрации уровню, составив 4,4 на 100 тыс. совокупного населения, а среди детей - 9,0 на 100 тыс. в 2016г.

В результате проводимых в стране мероприятий по профилактике вирусного гепатита А, за последние 5 лет число вспышек гепатита А в стране уменьшилось в 4 раза.

В 2017 году наблюдается очередной циклический подъем заболеваемости невысокой интенсивности: за 10 мес. текущего года заболеваемость острым гепатитом А составила 5,06 на 100 тыс. населения, что несущественно выше среднемноголетнего показателя (4,5 на 100 тыс. населения).

На различных территориях страны отмечается неравномерная интенсивность эпидемического процесса гепатита А. Так, в 2017г. показатели заболеваемости, превышающие среднероссийский уровень отмечены в Удмуртской Республике, Пермском крае, Пензенской, Новгородской, Ивановской, Иркутской, Архангельской, Калужской, Новосибирской, Калининградской, Костромской, Самарской областях, г. Москва, г. Санкт-Петербург.

Интенсивность эпидемического процесса на территории обусловлена совокупностью социальных факторов: уровнем санитарно-коммунального благоустройства территорий, обеспеченностью населения безопасной питьевой водой, демографическими особенностями, включая миграционные процессы, соблюдением санитарно-противоэпидемического режима в детских и образовательных организациях, на пищевых предприятиях, общим уровнем санитарной культуры населения.

Одной из основных мер профилактики гепатита А является иммунизация против вирусного гепатита А, которая осуществляется, как правило, в рамках региональных программ вакцинопрофилактики. Прививки проводятся в первую очередь лицам из групп высокого риска инфицирования, которые определены календарем профилактических прививок по эпидемическим показаниям (медицинские работники, работники сферы обслуживания населения, занятые на предприятиях пищевой промышленности, в организациях общественного питания, а также обслуживающие водопроводные и канализационные сооружения, оборудование и сети, лица, выезжающие в неблагополучные по гепатиту А регионы и страны, а также контактные в очагах гепатита А).

Ежегодно в Российской Федерации прививается до 500тыс. человек.

В 2016г. в стране иммунизировано против ОГА 427 тыс. чел.. Наибольшее количество (42,4%) привито в Свердловской области, г. Москве, Республике Дагестан. За 10 мес. 2017г. иммунизировано против гепатита А более 425тыс. человек, из них более 53% составляют дети.

В целях профилактики гепатита А, предупреждения возникновения групповой заболеваемости, прививки рекомендованы всем гражданам, особенно выезжающим в неблагополучные по этой инфекции регионы.

Чтение с пониманием

Егор ХОЛМОГОРОВ, публицист

Российские школьники уверенно заняли первое место в международном рейтинге PIRLS, который оценивает навыки осмысленного чтения и понимания текста у четвероклассников. Со своим 581 баллом наша страна обогнала таких лидеров, как Сингапур, Гонконг, Ирландия и Финляндия. Эти данные, кстати, удивительно к месту дополняют недавние замеры IQ по регионам России, проведенные другой аналогичной рейтинговой программой — PISA. Интеллект учащихся из Москвы и Петербурга оказался значительно выше (106 и 104 единицы), чем в среднем по развитым странам, входящим в ОЭСР.

Несмотря на гаджетоманию и затягивающий водоворот ютубов, инстаграмов, компьютерных игр etc, наши дети до сих пор живут в «галактике Гутенберга» и ни на какую другую менять ее не собираются. Они принадлежат цивилизации, традиция и идентичность которой организована как поток письменных текстов, и все футурологические пророчества о том, что на смену ей придет «аудиовизуальная» культура, не сбылись. Общение в интернете, представляющем собой, если вдуматься, бесконечно усложненный беспроволочный телеграф, требует большей, а не меньшей работы с буквами.

В известном смысле старшее поколение по своим литературным навыкам выглядит сегодня более отсталым, чем молодое. Мы ведь выросли в «самой читающей стране мира», интеллигенция которой глумилась в духе «самая читающая Пикуля страна мира», чем-то этот автор, большинство произведений которого были весьма увлекательны и патриотичны, им не нравился. Потом шутники на короткое время получили здесь полноту власти, и страна под их чутким руководством взяла в руки Донцову, «Месть Бешеного» и газету «Спид-инфо».

Сегодня мы остаемся расколотыми между тошнотворным «масслитом» (доля которого, впрочем, сокращается, так как его интернет и в самом деле успешно вытесняет) и «интеллектуальным чтением», которым руководят сами себя назначившие «властителями дум» образованцы.

И, возможно, причина падения интереса к чтению среди наших взрослых состоит не столько в объективном нежелании брать в руки книгу, отсутствии времени или денег, сколько в том, что люди не знают, что именно читать. Обывателя не следует недооценивать в одном: он довольно чуток к тому, что ему пытаются «впарить туфту». Между тем именно проплаченной ерундой, как правило, забиты полки «лучшего» в книжных магазинах. Мы отлично знаем, что из интеллигентских изданий невозможно получить внятные рекомендации по чтению, так как эта публика работает по принципу «петух хвалит кукушку на страницах газеты «Петушиная правда», созданной «Ассоциацией писателей-кукушат».

С этим недоверием к корпоративным нравам интеллигенции, презирающей истинное просвещение, зато цепляющейся за свое господство над умами (пусть давно уже мнимое), связано и катастрофическое падение интереса к поэзии и прозе. Сегодняшний читатель не случайно соглашается покупать в основном документальную, историческую, мемуарную литературу, так как надеется, что хотя бы в некоторых фактах ему не наврут.

В этом смысле дети счастливее нас — им есть что читать, начиная от обычного учебника (качество которых, кстати, удивительным образом прогрессирует). Перед ними еще лежит не открытый мир классики, русской и мировой. Они имеют возможность спросить рекомендации у родителей и здесь, по крайней мере, некоторые из нас могут дать дельный совет и принять практическое участие.

Нет, наверное, более счастливого времяпрепровождения, чем семейное чтение вслух, которое позволяет не только поспособствовать образованию чад, разъяснив непонятное, но еще и исправить их ошибки в ударениях. И напротив, категорически не следует запугивать детей лицемерным «трепетом перед книгой» — всеми этими бесконечными «не читай за столом», «не порви корешок» и прочим сервантно-хрустальным фетишизмом, носители которого забывают, что Гутенберг для того и изобрел книгопечатание, чтобы из драгоценности книга стала практическим предметом.

Но и без родительской помощи те дети, которые хотят, читают если не больше, то лучше и глубже, чем мы в их годы. Возраст начала серьезного чтения очень сильно омолодился.

На рубеже тысячелетия, когда начиналась «поттеромания», одним из аргументов в пользу книги о мальчике-волшебнике был такой: «Наконец-то дети снова взяли в руки книги. Пусть читают хотя бы про волшебника». Прошло полтора десятилетия и приманка в виде волшебника им, кажется, больше не нужна — они вполне готовы к романам и рассказам о реальном мире.

Запад чувствует, что классическая русская словесность все еще нуждается в осмыслении. Не случайно журнал «Эсквайр» назвал лучшим фильмом года вольный пересказ «Леди Макбет Мценского уезда» Николая Лескова, писателя, сражавшегося с тогдашними революционными демократами. Режиссер Уильям Олдройд играет в «викторианскую» новеллу, но и здесь ему не обойтись без России. Это символичное признание, большего и не нужно.

Революция как вызов истории

Борис Кагарлицкий

Опубликовано в журнале: Неприкосновенный запас 2017, 6

[стр. 48 – 53 бумажной версии номера]

Борис Юльевич Кагарлицкий (р. 1958) — историк, социолог. Директор Института глобализации и социальных движений, профессор Московской высшей школы социальных и экономических наук.

Столетие русской революции пришлось в России удивительно некстати. Никто толком не знает, что делать с этой датой и как ее отмечать. Разумеется, в левых академических кругах возник определенный энтузиазм по поводу финансирования юбилейных конференций. А поскольку хотя бы один доцент или профессор левых взглядов есть практически в любом уважающем себя университете, то недостатка в мероприятиях и участниках не наблюдается. Однако многочисленность и увлекательность исторических дискуссий находится в разительном контрасте с жалким положением самих левых сил в текущей политической жизни, причем не только российской. Можно вспомнить, как еще лет десять назад радикальные коммунистические и социалистические группы, которые в начале 2000-х росли в России как грибы после дождя, обещали к столетию Великого Октября поднять красный флаг над Кремлем. С тех пор левых активистов меньше не стало, скорее наоборот. Но энтузиазма у них явно поубавилось.

Официальная Коммунистическая партия РФ, никогда не скрывавшая того, что социальный консерватизм ей куда милее марксизма, окончательно превратилась в один из столпов существующего буржуазного режима, оттолкнув от себя поколение молодых людей, которые десять—пятнадцать лет назад надеялись ее обновить и сделать инструментом реальных перемен. «Левый фронт», который имел свои отделения во всех регионах страны, а во время протестов 2011—2012 годов выводил на улицы столицы впечатляющие толпы под красными знаменами, распался. Его лидеры и активисты либо репрессированы, либо покинули страну, либо сделали ставку на академическую карьеру. Отколовшиеся от КПРФ левые группы, а также небольшие сталинистские и троцкистские организации пытаются строить различные коалиции, но их усилия не слишком интересны обществу.

Не удивительно, что в такой обстановке дискуссия о революции сводится преимущественно к обсуждению истории. Причем закономерно, что особое внимание уделяется тем событиям и персонажам, которые были изъяты из официального советского нарратива или представлены в нем крайне тенденциозно. Потому левые издания полны статей про социалистов-революционеров, меньшевиков и анархистов.

Власть и ее пропагандистский аппарат (частью которого стала КПРФ) тоже сталкиваются с серьезной проблемой. Не замечать революционную годовщину нельзя. Но как ее отмечать? Исходя из логики господствующей консервативной идеологии любые перемены являются проблемой, а революционные перемены — катастрофой. Однако необходимость постоянно прославлять историческое величие России заставляет несколько скорректировать этот взгляд: ведь если все, что случилось после 1917 года, рассматривать исключительно как бедствие, спровоцированное иностранными шпионами и заговорщиками, то что делать с последующими семью десятилетиями отечественной истории — временем, когда, собственно, и были созданы все ценности, за счет разворовывания и рыночной реализации которых живет современная российская буржуазия? Логика идеологического осуждения перемен приводит к абсурдной идее, что коммунисты были преступниками, когда боролись против царя, но после того, как они пришли к власти, преступниками стали те, кто осмелился выступить против них. Преступлением было свержение советского строя ради реставрации капитализма, но после того, как реставрация состоялась, преступниками становятся уже те, кто осмеливаются критиковать капитализм.

Идеологическая формула официальных юбилейных торжеств была, как положено, произнесена президентом Владимиром Путиным:

«Наступающий 2017 год — год столетия Февральской и Октябрьской революций. Это весомый повод еще раз обратиться к причинам и самой природе революции в России. Не только для историков, ученых. Российское общество нуждается в объективном, честном, глубоком анализе этих событий. Это наша общая история, относиться к ней нужно с уважением»[1].

Проблема в том, что алгоритм практической реализации высочайших указаний остается неясным, а сами указания откровенно невнятны и противоречивы. Подряд на проведение юбилейных мероприятий получило Военно-историческое общество, которое, в соответствии со своей спецификой, постаралось свести дискуссию к обсуждению технических аспектов гражданской войны, позволяя историкам, симпатизирующим красным и белым, вдоволь ругаться между собой.

Оппозиционная либеральная публика ничуть не менее сконфужена. Идея революции вроде бы ей импонирует — особенно, если речь идет о «цветной революции», в ходе которой менее коррумпированная часть элиты свергает более коррумпированную во имя строительства демократических институтов. Политическая революция без социальных перемен является идеалом всех лидеров российской оппозиции, не только либералов, но и большей части представителей ее левого и патриотического крыла. Тут, конечно, могут быть разногласия по поводу того, как распределить власть между победителями в случае, если ненавистный режим все же падет или, что более вероятно, самоустранится от управления страной, из которой с каждым годом удается вывозить на Запад все меньше ценностей (отчасти из-за санкций, но в основном из-за мирового экономического кризиса и нарастающего внутреннего развала). На таком фоне вопрос о механизме передачи власти новой, более удобной для диалога с Западом, группировке становится крайне актуальным, и не исключено, что форма, в которой произойдут перемены, будет именно революционной. Но как добиться, чтобы за революционной формой политических перемен в стране не последовало никакого социального содержания?

Как назло, великие революции в Англии, Франции и России потому и были настоящими общественными переворотами, а не политическими спектаклями, что в эти события вмешивались массы, выдвигавшие собственные требования, ломавшие сложившиеся социальные порядки, жестоким образом громившие всю правящую элиту, а не просто консервативную и некомпетентную группу, отстраняемую от власти.

Революционная форма назревающих перемен требует каких-то форм массовой мобилизации. Какими бы ни были расколы и заговоры внутри правящего класса, политический режим без общественных выступлений сменить невозможно. В то время, как осторожные кремлевские фракции обсуждают необходимость различных реформ и подконтрольной элите демократизации после выборов 2018 года, более решительная часть буржуазии делает ставку на Алексея Навального, видя в нем политика, который может вмешаться в ход событий уже сейчас, пока социально-экономический развал в стране не достиг катастрофических масштабов. Сила Навального состоит в том, что популистскими лозунгами и призывами бороться с коррупцией, он способен вызвать энтузиазм десятков тысяч людей и поднять их на уличные выступления. Чем более жесткими будут ответные меры властей, тем более массовыми и эффективными эти выступления окажутся. Однако проблема Навального состоит в том, что, умея пробудить массы к общественной активности, он не имеет никаких ресурсов — ни организационных, ни идеологических, — чтобы их контролировать.

Собственно, это и есть реальные признаки революционной ситуации. Парадоксальным образом она складывается в России именно в тот момент, когда о революции никто — ни слева, ни справа — всерьез говорить не может и не хочет. Но объективных ход событий, пресловутая ирония истории, в том и состоит, что процесс движется вперед не благодаря тем или иным человеческим настроениям, а в значительной мере вопреки им.

Могут ли реально существующие левые группы в таких условиях получить второе дыхание, преодолеть свою маргинальность и возглавить поднимающееся движение? Это маловероятно. Тем более, что сами левые от участия в процессе активно уклоняются. Для них революционная борьба — это что-то вроде ролевых игр, когда можно пытаться имитировать действия героев и события прошлого, разыгрывая на фоне современных декораций стародавние сюжеты, пытаясь изобразить из себя то ли большевиков, то ли анархистов столетней давности.

Напротив, молодежь, вовлекаемая в политический процесс развитием текущего кризиса, вообще не мыслит себя в истории. У нее нет ни знаний о прошлом, ни политических традиций, ни внятной идеологии. Все это будет приобретаться по ходу борьбы. И вряд ли тут помогут юбилейные торжества, под какими бы флагами они ни проводились.

Значимая дискуссия о революции сегодня предполагает серьезное обсуждение вопроса о том, какие социально-экономические преобразования стоят на повестке дня и какими политическими средствами можно добиться перемен, не пытаясь механически копировать методы прошлого, но не пытаясь и изобретать заново то, что давно уже известно человечеству. Российское общество ожидает серьезных перемен (и в этом оно мало отличается от западного), но наивно было бы думать, будто люди радостно воспримут лозунги нынешних «революционных» групп. После четверти века господства неолиберализма даже сравнительно умеренная программа прогрессивных перемен вроде той, что была в Британии провозглашена Джереми Корбиным, будет восприниматься как радикальная. Но именно такой «конструктивный радикализм», может быть, и будет поддержан массами, именно он способен вызвать энтузиазм и мобилизовать людей на активные действия. Людей, которые еще вчера не связывали своего будущего с политикой и не думали о ней.

Аполитичные массы, вовлекаемые в борьбу зачастую против собственной воли естественным ходом событий, представляют основную силу надвигающихся перемен. С ними надо говорить, их надо слушать, им надо помогать сформулировать свои потребности и осознать интересы. Именно в этом контексте для нас сегодня важен опыт Русской революции 1917 года, которая свершилась не на основе господствовавших тогда ортодоксально-марксистских доктрин, а вопреки им. Речь идет об опыте революции, решающую роль в которой сыграли не идейно зрелые выходцы из социал-демократических теоретических кружков, а сотни тысяч взявших винтовки крестьян, провинциальные рабочие, вчера еще ничего не знавшие о социализме, национальные меньшинства, стихийно восставшие против многолетнего угнетения.

Значит ли это, будто теоретический багаж, с которым пришли к 1917 году русские марксисты, не имел никакой ценности? Отнюдь. Наличие теоретических знаний никогда не бывает лишним. Вопрос в том, как этот багаж использовать. Активисты, мечтающие о новой революции, не просто ориентируются на модели прошлого, уподобляясь генералам, которые всегда готовятся к прошедшей войне, но, что гораздо хуже, примеривают на себя роли, которых на самом деле играть не готовы. Все ориентируются на победителей (пусть даже и временных), романтически отождествляя себя с самой героической и самой радикальной партией, отнюдь не собираясь брать на себя политический риск, сопутствующий радикализму. Во время Русской революции 1917 года умеренные социалисты воображали себя якобинцами, а на практике оказались в роли жирондистов. В наше время многие левые воображают себя современными большевиками, но, как только доходит до серьезной политики, оказываются в позиции меньшевиков. Именно поэтому наиболее массовые и наиболее организованные левые партии почти всегда оставались в стороне от реальных революционных событий или играли в них второстепенную роль — и на Кубе в 1959 году, и в Венесуэле при Уго Чавесе.

Эрнесто Че Гевара понял уроки русской и китайской революций не так, как учил сталинский «Краткий курс истории ВКП(б)», делавший акцент на неустанную организационную работу, борьбу с идейными «уклонами» и правильную идеологическую линию. Решающее значение имеет не верность доктрине, а революционная воля — то, чем в необходимой мере обладали и Ленин, и Мао, и сам Че. Политическая воля позволяет малочисленным и, казалось бы, маргинальным или невлиятельным группам «вдруг» превращаться в мощную массовую силу — всего лишь за несколько месяцев. Так было с большевиками весной 1917 года. И тем более это верно в случае Фиделя Кастро и Че Гевары на Кубе: в начале революционного похода у них не было и двух десятков бойцов.

С другой стороны, Роза Люксембург, объясняя причины успеха большевиков, говорила не столько о воле, сколько о верной политической стратегии, о правильном понимании общественных потребностей — именно благодаря этому Ленин и Троцкий, начав почти в изоляции, смогли сформировать собственное большинство.

В действительности Роза и Че описали две стороны одного и того же явления. Революционная воля должна соединиться с политическим разумом. Бескомпромиссно трезвая аналитика должна стать основой решительных и бесстрашных действий. Специфика революционного момента в том и состоит, что при правильном понимании сути происходящего процесса небольшая группа людей может сделаться выразителем объективных нужд огромной массы, средоточием общественных стремлений. Однако то, что очень логично и легко в теории, требует невероятной решимости на практике. Показательно, что вопреки нарративу «Краткого курса» Владимир Ленин в 1917 году вынужден был не опираться на собственную партию, а бороться против своих же соратников, боявшихся взять власть, любой ценой стремившихся уклониться от ответственности. Таким же образом страх перед риском и ответственностью погубил в России умеренных социалистов.

В чем же тогда актуальность для нас уроков Русской революции? Ценность этого опыта отнюдь не в политических и организационно-партийных формах большевизма, привязанных к условиям начала ХХ века. И не в готовых доктринальных ответах, которые можно извлечь, раскрыв нужный том собрания сочинений Ленина. И не в запоздалых ламентациях по поводу авторитаризма революционеров, подготовивших последующее тоталитарное вырождение партии (как минимум сомнительным является предположение, будто у России эпохи индустриальной революции была какая-то гуманистическая и демократическая перспектива).

Главный урок Октября состоит в том, что в решающий исторический момент нужно иметь смелость поднять знамя. Не старое заслуженное знамя, воплощающее победы в прошлых боях, но собственный, еще никем не признанный и никем не благословленный стяг, появление которого значит только одно: есть люди, почувствовавшие уникальные возможности, открывающиеся здесь и сейчас.

Этот момент может никогда не наступить. Или наступить внезапно, когда никто не будет к нему готов. К революции вообще невозможно подготовиться заранее, можно лишь осознать ее историческую необходимость. И, поняв логику истории, — принять ее вызов.

[1] Цит. по: http://kremlin.ru/events/president/news/53379.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > magazines.gorky.media, 7 декабря 2017 > № 2548902 Борис Кагарлицкий

6 декабря 2017 года в рамках заседания Комитета по конкуренции ОЭСР состоялось обсуждение темы «Совместное владение акциями институциональными инвесторами и ее влияние на конкуренцию»

В ходе мероприятия участники рассмотрели вопросы, связанные с влиянием на состояние конкуренции совместного участия одних и тех же лиц в уставных капиталах различных хозяйствующих субъектов. В частности, вопросы миноритарного владения, участия институциональных инвесторов в уставных капиталах коммерческих организаций, совместного владения акциями конкурирующих фирм на высококонцентрированных рынках. Международным конкурентным сообществом были проанализированы потенциальные негативные эффекты совместного владения, такие, как координация снижения уровня конкуренции на рынке, односторонние эффекты. Кроме того, обсуждались возможные меры по снижению этих последствий, в частности, усиление борьбы с картельными соглашениями, в том числе, между институциональными инвесторами, установление ограничений на процент совместного владения на высококонцентрированных рынках, введение «безопасных гаваней» для институциональных инвесторов, внедрение специальных механизмов оценки сделок экономической концентрации между институциональными инвесторами.

В соответствии с российским антимонопольным законодательством приобретение лицом более определенного порога голосующих акций акционерного общества или долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью совершаются с предварительного согласия Федеральной антимонопольной службы. Приобретение акций (долей), осуществляемое без превышения соответствующих пороговых значений, совершается без предварительного согласия антимонопольного органа. Таким образом, сделки по приобретению акций, принадлежащих миноритарным акционерам, как правило, находятся вне сферы регулирования российского конкурентного права.

Как показывает международная практика, многие сделки с институциональными инвесторами являются глобальными, представляют собой горизонтальные и вертикальные слияния, которые в отдельных случаях требуют получения согласия на совершение сделки от конкурентных ведомств ряда государств, в том числе от российского. При рассмотрении данных сделок, в первую очередь при сборе необходимой информации для анализа и при оценке последствий предполагаемой сделки для состояния конкуренции, многие антимонопольные ведомства сталкиваются с рядом трудностей. В качестве объективных причин, препятствующих всестороннему анализу рассматриваемых сделок, следует отметить слабое взаимодействие между конкурентными ведомствами государств, а также отсутствие механизмов, позволяющих в полной мере отслеживать соответствующие сделки.

«Оценка влияния совместного владения акциями институциональными инвесторами на состояние конкуренции должна учитывать не только достижение положительных эффектов в результате совершения сделки, но и наступление возможных негативных последствий», – отметил Андрей Цыганов. Принимая во внимание, что сделки с участием институциональных инвесторов носят глобальный характер, отсутствие реальной возможности в части сбора информации о рынке может стать непреодолимым барьером на пути проведения объективного и всестороннего анализа. В качестве вариантов преодоления указанных проблем целесообразно рассматривать усиление информационного взаимодействия между конкурентными ведомствами государств, формирование единообразной терминологии в отношении институциональных инвесторов, а также разработку новых подходов к рассмотрению глобальных сделок».

В рамках мероприятий Глобального форума по конкуренции ОЭСР заместитель руководителя Федеральной антимонопольной службы Андрей Цыганов встретился с руководителем Конкурентного ведомства Норвегии Ларсом Сёргардом.

В ходе встречи представители антимонопольных органов уделили основное внимание обсуждению дальнейших направлений сотрудничества в области конкурентной политики и антимонопольного правоприменения, включая проведение совместных мероприятий и семинаров и организацию консультаций. В частности, стороны обсудили текущий статус подготовки совместного мероприятия в формате Круглого стола для норвежских компаний, осуществляющих свою деятельность на территории Российской Федерации. Были отмечены наиболее актуальные темы, выносимые на обсуждение в рамках Круглого стола, а также компании, планируемые к привлечению к участию в данном проекте. Мероприятие планируется провести в первой половине 2018 года. Кроме того, обсуждалась возможность проведения подобного мероприятия на территории Норвегии с привлечением российских компаний.

В завершение переговоров, Андрей Цыганов отметил текущий статус согласования проекта Соглашения о сотрудничестве в сфере конкурентной политики между ФАС России и Конкурентным ведомством Норвегии, который в настоящий момент проходит процедуру внутригосударственного согласования в Российской Федерации. А.Г. Цыганов заверил норвежских коллег, что ФАС России оперативно проводит работу по согласованию текста Соглашения о сотрудничестве и в скором времени направит ответ в Норвегию.

Новый сверхмощный рентгеновый аппарат появился в аэропорту Брюсселя. Он позволит сканировать самолеты целиком при отправке и приземлении. Процедура займет менее 10 минут.

Гигантский фургон, оснащенный сканерами, которые могут определить все, что находится в самолете, появился в столичном аэропорту Бельгии. Получивший кодовое название Z Backscatter Van аппарат способен сканировать самолет целиком, определяя наличие на его борту наркотиков, взрывчатых веществ, сигарет.

Приобретение нового сверхмощного сканера для самолетов стало одним из способов борьбы с преступностью и контрабандой, которая для правительства Бельгии является приоритетной. Как пишет портал RTL, аппарат обошелся аэропорту в 1 200 000 евро, а процедура сканирования занимает всего несколько минут. Нет необходимости даже открывать дверь самолета.

На сегодняшний день в Европе насчитывается всего четыре таких сканера: в порту Антверпена, в аэропортах Парижа, Лондона и теперь Брюсселя.