Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Обучающий семинар «Региональные бренды-новые точки роста» (Хакасия, г. Абакан)

14 апреля 2022 года, 10:00 по местному времени

Абакан, конференц-зал отеля Азия (ул. Кирова, 114, стр. 1)

Роспатент при поддержке министерства экономического развития Республики Хакасия проведет в Абакане обучающий семинар «Региональные бренды России – новые точки роста». На семинаре специалисты Роспатента и ФИПС популярным языком расскажут представителям регионального бизнес-сообщества и всем желающим о таких объектах интеллектуальных прав как географическое указание (ГУ) и наименование места происхождения товара (НМПТ), о преимуществах для предприятий, в том числе конкурентных, которые дает регистрация этих обозначений и особенностях их правовой охраны.

Специалисты Роспатента и ФИПС расскажут о том, как правильно подать электронную заявку на регистрацию ГУ и НМПТ, благодаря которой можно получить скидку на оплату госпошлины за регистрацию в размере 30%, об основаниях для отказа в регистрации, инструментах защиты заявителей, а также о пошлинах и специальных льготах для субъектов малого предпринимательства, научных организаций и индивидуальных предпринимателей.

С приветственным словом на мероприятии выступят министр экономического развития республики Хакасия Виктор Богушев, начальник отдела средств индивидуализации Роспатента Татьяна Змеевская, начальник центра общественных связей ФИПС Денис Савченко.

Примут участие – специалисты ФИПС: заведующий Отделом экспертизы заявок на наименования мест происхождения товаров и географических указаний Алексей Сычев, заместитель заведующего Отделом обеспечения функционирования прикладных информационных систем Дмитрий Кузякин, главный государственный эксперт по интеллектуальной собственности Ирина Самохвалова.

Проведение семинара призвано содействовать росту благосостояния производителей уникальных отечественных товаров, развитию территориальных брендов, которые станут важным источником пополнения региональных бюджетов.

РЕГИСТРАЦИЯ

Справочно:

Чем полезна регистрация ГУ или НМПТ простым языком

Любой бизнес, особенно начинающий или встающий на ноги, стремится завоевывать новые рынки, выйти с регионального на федеральный, а потом и на международный уровень.

Развивая свой бизнес предприниматели неизбежно встречаются с акулами – крупными предприятиями, имеющими значительные административные и финансовые ресурсы для борьбы с конкурентами. Если кто-то начинает «наступать на пятки» таким акулам, их юристы, в первую очередь, проверяют наличие у конкурента зарегистрированных товарных знаков, патентов, географического указания и НМПТ.

Если предприниматель своевременно не озаботился регистрацией принадлежащей ему интеллектуальной собственности, то впоследствии он может столкнуться с большими проблемами, и даже потерять бизнес. Конкуренты могут зарегистрировать его товарный знак на себя, запатентовать чужую разработку или начать копировать созданную не ими продукцию. В таких случаях возможны долговременные судебные тяжбы, истощающие бизнес.

Поэтому перед выводом своей продукции или услуг на рынок, предпринимателю необходимо подумать о защите своих прав и объектов интеллектуальной собственности – зарегистрировать товарный знак, ГУ или НМПТ и т.д.

Сам факт регистрации создает возможность для безопасного развития бизнеса, инвестиций в него. Это гарантия того, что когда бренд станет известным в широких кругах, он будет всесторонне защищен.

Россия. СФО > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции. Образование, наука > rospatent.gov.ru, 4 апреля 2022 > № 4065167

ВОИР проведет Всероссийский открытый урок для школьников

26 апреля 2022 года Всероссийское общество изобретателей и рационализаторов (ВОИР) проведет Всероссийский открытый урок для школьников и молодежи. Занятие пройдет в рамках мероприятий, посвященных Международному дню интеллектуальной собственности.

Мероприятие организует ВОИР совместно с Федеральной службой по интеллектуальной собственности (Роспатент) и Евразийской патентной организацией (ЕАПО) при поддержке Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), Росмолодежи и Министерства просвещения РФ в целях популяризации знаний среди школьников и молодежи о сфере интеллектуальной собственности, научно-техническом творчестве и изобретательстве. Урок на тему «Как создавать интеллектуальную собственность с помощью ТРИЗ (Теория решения изобретательских задач)» проведет заместитель председателя по ТРИЗ и Школам мышления Саратовской областной общественной организации ВОИР Алексей Щинников.

Урок запланирован в онлайн формате. К нему подключатся школьники, увлекающиеся изобретательством, воспитанники инженерных классов из Мордовии – столицы изобретательства России 2022 года, Московской, Саратовской, Ульяновской областей, Адыгеи и других субъектов. В завершении урока состоится общение в формате «вопрос-ответ». Авторы самых интересных вопросов получат подарки от ВОИР.

Любой желающий сможет следить за трансляцией урока на канале Роспатента в YouTube и на официальной странице ведомства «ВКонтакте». Запись будет доступна на канале Роспатента в Rutube.

Справочно:

Всероссийский урок для школьников и молодежи состоится во вторник, 26 апреля 2022 года в онлайн формате. Начало в 12.00 часов. Участие бесплатное.

Контактное лицо со стороны ВОИР:

Ольга Тарасова, тел.: +7(985)241-86-00, электронная почта: molsovet@ros-voir.ru

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > rospatent.gov.ru, 4 апреля 2022 > № 4065166

В Благовещенске математическая олимпиада объединила студентов из России, Азии и Африки

В Амурском государственном университете (АмГУ) подвели итоги Международной математической олимпиады. В этом году мероприятие собрало 143 студента. Участниками стали не только граждане России и КНР, но и иностранные студенты китайских вузов из Бангладеш, Танзании, Ганы, Нигерии и других стран.

Первое место Международной математической олимпиады занял студент третьего курса Шэньянского аэрокосмического университета Чжан Сыюань. Он сумел набрать 98 баллов. Второе место разделили два участника — студент АмГУАлексей Хмелёв (89 баллов) и студент Нанкинского университета аэронавтики и астронавтики Хань Дунцзюнь (81 балл). Третье место у Андрея Деревягина из Дальневосточного федерального университета (77 баллов) и Чэн Чжэн из Нанкинского университета аэронавтики и астронавтики (69 баллов).

Олимпиада прошла в смешанном формате: участники из КНР, Якутска и Владивостока подключались к выполнению заданий через платформу Moodle, студенты же из АмГУ решали задачи очно в университете. Абсолютно все приступили к решению одновременно — в 11:00 по пекинскому времени.

«Студентам предстояло решить 10 задач по математическому анализу, алгебре и геометрии, комплексному анализу, дифференциальным уравнениям и теории вероятностей. На выполнение заданий было отведено 4 часа», — рассказала председатель оргкомитета олимпиады, доцент, заведующая кафедрой математического анализа и моделирования АмГУ Надежда Максимова.

Члены жюри олимпиады проверяли полные решения участников, посколькуодна и та же задача может быть решена несколькими способами, каждый студент может решить ее по-своему.

«Все студенты очень ответственно подошли к мероприятию и показали высокий уровень подготовки. Большинство из вас проявило глубокие знания и творческие способности в решении нестандартных математических задач. Особенно радостно, что есть абсолютный победитель, который не только справился со всеми заданиями, но и предложил оригинальные способы решения задач», — отметила во время подведения итогов олимпиады член оргкомитета, доцент кафедрыматематического анализа и моделирования Татьяна Труфанова.

Напомним, что Международная математическая олимпиада включена в Перечень олимпиад для лиц, претендующих на обучение по программам магистратуры в 2022/2023 учебном году в пределах установленной Правительством России квоты на образование в Российской Федерации иностранных граждан.

Китай. Весь мир. ДФО. Россия > Образование, наука > minobrnauki.gov.ru, 4 апреля 2022 > № 4048876

ИНТЕРВЬЮ ЭДУАРДА ШЕРЕМЕТЦЕВА ГАЗЕТЕ «ЭНЕРГЕТИКА И ПРОМЫШЛЕННОСТЬ РОССИИ»

Эдуард Шереметцев: Потребность в цифровизации становится все больше

О том, как развивается сейчас цифровизация в энергетике, насколько актуален вопрос импортозамещения в этой сфере и защищены ли энергокомпании от киберугроз, «ЭПР» рассказал Эдуард Шереметцев, директор Департамента проектной деятельности и цифровых технологий Минэнерго РФ.

– Эдуард Михайлович, сегодня цифровизация в энергетике — один из актуальных трендов, и в последние годы энергокомпании активно развивали это направление. Насколько продвинулась российская электроэнергетика в области цифровизации, чего удалось достичь, а что необходимо еще сделать?

– Довольно часто возникают споры о том, что же такое цифровизация в энергетике. Поэтому в первую очередь хотел бы уточнить сам термин. Цифровизация — это инновационное применение уже давно известных и новых средств автоматизации, которые при правильной постановке задач и реализации дают новый цифровой продукт. Эти подходы позволяют быстрее обрабатывать информацию с объектов электроэнергетики и информационных систем компаний, находить «аномалии» и принимать персоналу более быстрые и эффективные решения.

Но, в первую очередь, цифровизация меняет процесс взаимодействия потребителя с поставщиком энергоресурсов, поставщиков услуг с регулятором и потребителей с регулятором, с государством и так далее.

И это направление компании электроэнергетики активно развивают. Например, энергосбытовые организации автоматизируют процессы взаимодействия с потребителями, создают возможности пользоваться услугами с помощью личного кабинета. Так, с 1 июня все граждане нашей страны смогут заключать договор на присоединение к технологическим сетям на портале Госуслуги, и посещать для этого офис сетевой организации не нужно.

В нашей стране очень распределенная структура энергетики, в которой задействовано огромное количество технических средств: несколько сот тысяч объектов, миллионы километров ЛЭП, и все это требует грамотного мониторинга и управления. И энергокомпании значительно продвинулись в части автоматизации и цифровизации технологических процессов.

Удаленное управление, которое сейчас развивают флагманы электроэнергетики — АО «Системный оператор ЕЭС», ПАО «Россети», ПАО «Русгидро», — это залог в том числе и повышения качества электроснабжения наших потребителей. Так, если раньше на линиях ЕНЭС (единой национальной электрической сети) напряжением 220 кВ и выше переключение занимало несколько часов, то сейчас — несколько минут. А значит, предприятия работают, потребители получают электроэнергию.

Важную задачу по наращиванию объемов удаленного управления объектами сетевого хозяйства реализует АО «Системный оператор ЕЭС». Подобные проекты в рамках своих функций также реализуют ПАО «Россети» и ПАО «Русгидро». Много проектов с внедрением мониторинга, управлением анализа, предикативной аналитики реализуется на объектах генерации.

Да, любая автоматизация или цифровизация приводит к оптимизации человеческих ресурсов, но здесь важно освободившиеся кадры грамотно переключить на другие работы и тем самым повысить эффективность компании в целом.

Очень много проектов реализуется в части наблюдения и управления объектами электроэнергетики. И процессы, которые сейчас идут в этом направлении, дальше будут только развиваться.

Потребность в цифровизации становится все больше. Нужно ускорять общение с компаниями, с потребителями, повышать скорость взаимодействия. Компании тоже понимают, что это эффективно и дает большие возможности. И люди, которые принимают решения, начинают это делать быстрее и более качественно.

Нам, как регулятору в этой отрасли, тоже нужно двигаться в сторону цифровой трансформации системы управления отраслью.

– Как складывается ситуация в связи с последними событиями? Готова ли электроэнергетика остаться без зарубежных поставщиков, если мы говорим о программном обеспечении и IT-оборудовании? Насколько это критично для отрасли?

– Цифровизация очень плотно связана с импортозамещением. Сейчас мы активно работаем над заменой цифровых решений на иностранном оборудовании.

Есть четкие критерии импортозамещения, в том числе, например, 70% отечественного ПО к 2024 году. И электроэнергетика активно двигается в этом направлении.

Цифровизация — это инновационное применение уже давно известных и новых средств автоматизации, которые при правильной постановке задач и реализации дают новый цифровой продукт.

У нас очень высокий процент импортозамещения в части технологических систем. Это отечественные микропроцессорные устройства релейной защиты и автоматики, контроллеры телемеханики, интеллектуальные приборы учета, различные датчики и многое другое. Да, в этом оборудовании используются микропроцессоры иностранного производства. Но все остальное, включая программное обеспечение, — отечественное и имеет очень серьезный уровень защиты.

То, что непосредственно в России производится микросхемотехника (создание плат), платы, пишется программное обеспечение, позволяет снизить вероятность угроз и появления «закладок» на 80–90%.

На достаточно высоком уровне развиты программные решения в области автоматизированных систем технологического управления (АСТУ) и автоматизированных средств диспетчерского управления (АСДУ), по сути это главные инструменты энергетиков, с помощью которых осуществляется мониторинг и управление электрической сетью.

Есть интересные отечественные решения. И наши компании достаточно давно их используют, а разработчики, слыша их пожелания, продолжают модернизировать и совершенствовать.

Я изучал современные решения зарубежных компаний для центров управления сетями (ЦУС) и диспечерских центров (ДЦ). И должен отметить, что наши решения им не уступают, а с учетом скорости развития и особенностей российской энергосистемы скоро будут превосходить зарубежные аналоги.

– Пришлось ли столкнуться с какими-либо сложностями на этом пути?

– Наиболее сложная серьезная задача — нормативное регулирование этого направления — уже решена.

Сложность в том, что с точки зрения нашей нормативной базы программное решение или какое-либо оборудование являются отечественными в том случае, если находятся в реестре Минцифры или Минпромторга. Но энергетические компании имеют в своем составе достаточно большое количество программного обеспечения, которое используют только они, которое разрабатывалось по их заказу, под определенные задачи, в течение нескольких лет. Это ПО не продается, не является коммерческим, и оно работает.

По формальному признаку такое программное обеспечение, конечно, российское, но автоматически таким не считается, пока не внесено в реестр. При этом по правилам для внесения ПО в реестр необходимо раскрыть его характеристики, предоставить в открытом доступе дистрибутивы. А если это программное обеспечение отвечает за энергобезопасность страны и данные по нему никак нельзя выкладывать в открытый доступ? Получаются «клещи»: ни так нельзя, ни по-другому.

В этом году при участии Минэнерго этот вопрос был наконец отработан с Минцифры: принята упрощенная процедура внесения в реестр такого ПО без раскрытия характеристик.

Плюс нужно понимать, что процедура внесения ПО или оборудования в реестры занимает время и на это нужны усилия, а компании отрасли просто потребители данного ПО, и работа по внесению в реестр это не их профильная деятельность. Но и создавалось это узкоспециализированное ПО не от хорошей жизни — рынок ничего не дал, а задачи решать нужно.

Цифровизация меняет процесс взаимодействия потребителя с поставщиком энергоресурсов, поставщиков услуг с регулятором и потребителей с регулятором, с государством и так далее. И это направление компании электроэнергетики сейчас активно развивают.

– А какова ситуация с программным обеспечением, которое не касается напрямую работы энергосистемы, а используется в офисах энергокомпаний?

– В отличие от технологических информационных систем, по корпоративным информационным системам, которые обеспечивают автоматизацию финансово-хозяйственной деятельности компаний (бухгалтерия, инвестиционная деятельность, учет и так далее), есть вопросы.

Например, за прошедшие десятилетия компании вложили достаточно большие финансовые средства в иностранные решения. И сейчас, если им нужно автоматизировать какой-то процесс, самый легкий вариант — это воспользоваться имеющейся информационной системой, в развитие которой уже много инвестировано. В итоге к имеющейся остаточной стоимости такого решения добавляется стоимость автоматизации какого-либо процесса, соответственно, балансовая стоимость ПО вырастает, и тут же увеличивается срок амортизации.

Получается замкнутый круг, выйти из которого можно только волевым усилием. Именно так поступила ПАО «Интер РАО», приняв решение перейти с SAP на российское ПО. Да, ускоренная автоматизация — это убытки, уменьшение чистой прибыли. Одно дело, когда существующий актив ничего не стоит и можно безболезненно переходить на отечественное ПО. Но если стоимость работающей системы достаточно велика, то нужно принимать решение, оценив все риски.

Поэтому компаниям нужно дать возможность принимать такие решения с минимальными последствиями. Ведь мы, работая на западном программном обеспечении, дорабатывая новые функции, автоматизируя и переводя в цифровой вид новые процессы, многократно увеличиваем стоимость этого актива. В итоге мы 30 лет занимаемся тем, что платим деньги западным компаниям и при этом наращиваем балансовую стоимость их ПО.

– Будут ли в связи с изменившейся обстановкой в мире корректироваться планы по цифровизации?

– Уверен, это направление ни в коем случае не остановится, наоборот, будет только разгоняться. Руководство страны будет ставить более амбициозные планы. Будут меняться способы разработки различных решений, возрастать оперативность их реализации. Будет упрощаться нормативная база, что позволит нам быстрее реализовывать эти проекты. Изменения должны быть очень быстрыми.

– Но энергетика — консервативная отрасль.

– В части корпоративных и технологических информационных систем, взаимодействия с потребителями, компаниями, с государством и регулятором — это не так, тут нужно быстро имплементировать сервисы, осуществлять доработки решений и тому подобное. Поэтому информационные технологии и цифровизация — это современные и очень быстро развивающиеся направления в электроэнергетике.

– Что сейчас еще можно сделать, чтобы помочь отечественным энергетикам и тем, кто обеспечивает их оборудованием?

– Одна из наших важнейших задач — это мотивация российских компаний заказывать и приобретать отечественные решения.

Главная проблема российских производителей — им сложно выйти на рынок, начать продавать свое оборудование. Даже если эти решения не хуже зарубежных, по ним мало информации о наработках на отказ, нет статистики. Поэтому мы должны поддерживать производителей отечественного оборудования, в том числе и с помощью мотивации наших компаний.

У нас производится масса хорошего оборудования, но выбор часто делался в силу привычки.

Да, есть генерация, где требуется обслуживание серьезных агрегатов иностранными специалистами. Но энергокомпании давно уже могут привлекать российских подрядчиков на это направление: работы в рамках периодического технического обслуживания не требуют знаний и навыков, чтобы обращаться исключительно к иностранным компаниям. Но важно, чтобы наши компании могли оперативно насытить рынок техническими решениями.

Сейчас ситуация способствует отечественному бизнесу. Стоимость приобретения иностранных решений из-за изменения валютного курса возрастет. И наши организации будут искать варианты на российском рынке. То есть для отечественных производителей настало время возможностей.

– Стоит ли сейчас задача по повышению устойчивости к киберугрозам, риски которых сегодня сильно возросли. Насколько подготовлены к ним компании электроэнергетики в сегодняшних условиях?

– Минэнерго ведет активную работу по повышению уровня кибербезопасности в энергетике. В ведомстве создан специальный отдел, который определяет политику движения в этом направлении. Разрабатывается нормативная база, прилагается максимум усилий для того, чтобы дополнить имеющиеся пробелы. Это большое направление, нужно многое изменить в части нормативного регулирования.

Сейчас ситуация способствует отечественному бизнесу. Стоимость приобретения иностранных решений из-за изменения валютного курса возрастет. И наши организации будут искать варианты на российском рынке. То есть для российских производителей настало время возможностей.

Хотя действует ФЗ № 187 «О безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации», согласно которому все наши объекты, включающие автоматизированные средства или информационные технологии и оборудование, на котором работает данное ПО, должны быть соответственным образом категорированы, после чего в отношении этих объектов уже проводятся специальные мероприятия.

В последние несколько лет это направление очень востребовано. Появляются компетенции, специалисты, руководство компаний понимает важность этого направления. На реализацию этих проектов закладываются значительные суммы. Многое делается. Да, не всегда хватает финансовых средств, но компании электроэнергетики активно двигаются в направлении развития кибербезопасности.

– Насколько вообще высоки риски киберугроз в электроэнергетике и насколько фатальными могут быть их результаты?

– В российской энергетике технологические системы отделены от публичных сетей, к ним нет доступа. Это правило неуклонно соблюдают все компании. А в текущей ситуации еще и принимаются серьезные дополнительные меры по защите таких систем. Поэтому посторонний человек при всем желании не сможет управлять никаким объектом электроэнергетики. Воздействовать снаружи практически невозможно.

Но нужно понимать, что нет системы, которую невозможно взломать. Любая система защиты не предназначена для защиты, как бы парадоксально это ни звучало. Основная задача таких систем удержать баланс между затрачиваемыми усилиями на взлом и получаемой выгодой от взлома. Например, если выгода от взлома — 200 рублей, вы потратили на защиту 100 рублей, а взломщик 120, он ее взломает и его усилия будут оправданы.

В случае киберугроз в электроэнергетике главный вопрос: каков будет эффект и каковы последствия? Мы всегда пытаемся защититься от самих атак, и это правильно. Но должен быть и план на случай, если взлом все-таки произойдет.

К счастью, электроэнергетика нашей страны построена по децентрализованному принципу. У нас нет единого рычага, который можно дернуть, и вся страна отключится. Пока мы с вами разговариваем, наверняка, штук пять воздушных линий электропередачи и подстанций 110 кВ отключились и столько же включились. И никто, кроме энергетиков, этого не заметил: у людей как был свет, так и будет, потому что есть необходимый резерв на этот случай, есть энергетики и инструменты, чтобы оперативно и эффективно использовать этот резерв в постоянном режиме.

У нас очень серьезный запас прочности. Система построена по такому принципу, что ее можно восстанавливать, использовать дополнительные резервы и ресурсы. Для этого работает Системный оператор, который следит за режимом работы энергосистемы. Но даже если произойдет атака и проникновение, это ничего не даст. В таком случае объект переходит на ручное управление: туда выезжают специалисты, отключают АСУТП, и ведут наблюдение и управление объектом. То есть удаленно управлять энергообъектом у злоумышленников не получится.

Плюс система управления в электроэнергетике построена по уникальному принципу. Даже при удаленном автоматическом управлении всегда присутствует человек. И именно он принимает решение и запускает его исполнение в системе. И он этого не сделает и не подтвердит действие голосовой командой, можно сколько угодно жать на кнопки, ничего не произойдет.

То есть последствия взлома не могут быть катастрофическими, и такая система управления стоит на страже нашей энергетики.

– Один из элементов цифровизации, система ГИС ТЭК, после запуска характеризовалась как недостаточно эффективная. Были озвучены планы создания новой цифровой системы топливно-энергетического комплекса — «Национальной энергетической платформы» (НЭП). Почему так получилось, что именно было недоработано в ГИС ТЭК и что должно измениться в новой системе?

– Создание ГИС ТЭК заняло больше 10 лет. Активная фаза реализации пришлась на 2014–2015 годы, и уже тогда Минэнерго столкнулось с определенными сложностями. Например, изначально было взято за основу далеко не самое передовое техническое решение. А государственная информационная система — это всегда очень большие системы. Она должна работать не один год. То есть необходимо использовать современные подходы, а лучше даже — перспективные. К сожалению, получилось иначе.

«Национальная энергетическая платформа» должна стать эволюционным шагом в развитии цифровых технологий. Она обеспечит снижение нагрузки на отрасль, применение более современных, удобных, понятных и легких средств сбора информации.

В итоге после запуска системы анализ ее работы показал, что развитие ГИС ТЭК на базе использованных технических решений нецелесообразно. Более того, не имеет смысла даже модернизация, потому что в ГИС ТЭК использованы несовременные технические решения. В связи с этим в начале 2021 года по заказу Мин-энерго ФГАУ «НИИ Восход» (подведомственная организация Минцифры России) была проведена отраслевая экспертиза, вывод которой говорит о том, что дальнейшее развитие ГИС ТЭК на базе использованных технических решений нецелесообразно.

Необходима актуализация целей и задач самой системы, использование современных методологических подходов, архитектурных решений. Безусловно, развивать систему необходимо, так как этого требуют вызовы времени: существующие цифровые тренды, потребность потребителей, компаний отрасли, государства. Но доработка в данном случае подразумевает замену технического решения. Без вариантов.

Любая система должна создаваться для людей, а не наоборот. Проблема ГИС ТЭК в том, что в ней не проработан вопрос взаимодействия с компаниями. НЭП же должна кардинально снизить нагрузку на компании отрасли за счет применения современных подходов по сбору информации, которые должны быть вариативны и понятны.

В ГИС ТЭК отсутствует модель данных, которая позволяет эффективно и быстро обрабатывать массивы информации и получать определенные эффекты: нет описания отрасли, дерева показателей, все собирается на основе негибких форм. Имеется дублирование информации в разных формах. И это тоже противоречит современным подходам. Должна быть современная система аналитики, которой мог бы пользоваться простой потребитель, а не только узкий специалист.

Сейчас компании только передают информацию в ГИС ТЭК и не могут получать никакой информации. Это тоже будет меняться. На базе новой платформы должны появляться сервисы, в том числе и для компаний. Конечно, они не смогут получить всю информацию, большая часть которой не публична. Но определенная статистика для компаний будет доступна.

Как и у всех информационных систем, у ГИС ТЭК очень тяжелая нормативная обвязка. В нашем мире, где информация появляется в течение нескольких часов и так же быстро исчезает, такой подход тоже не совсем правильный.

«Национальная энергетическая платформа» должна стать эволюционным шагом в развитии цифровых технологий.

Она обеспечит снижение нагрузки на отрасль, применение более современных, удобных, понятных и легких средств сбора информации. Полностью уйдет ручной труд при вводе в информационную систему. На микросервисной платформе будут реализованы сервисы для потребителей (физических и юридических лиц) и государственные услуги.

Мы должны повернуть систему к людям за счет клиентоцентричности, упрощения взаимодействия, сбора информации, понятных протоколов, возможности получать информацию.

Мы уже существенно сократили затраты на техническое обслуживание ГИС ТЭК в 2021 и 2022 годах, потому что стоимость технического обслуживания системы очень высока. Ее снизили почти в два раза. Но до тех пор, пока не будет запущена НЭП, мы будем использовать ГИС ТЭК в объеме уже реализованных трех функциональных модулей.

В прошлом году был проведен конкурс на разработку концепции «Национальной энергетической платформы», сейчас разработаны предложения и сформирован ее первый драфт. В этом году планируется полностью разработать концепцию и техзадание. Первый запуск части системы запланирован на декабрь 2023 года.

Беседовали Славяна Румянцева, Валерий Пресняков

Интервью на сайте ЭПР: https://www.eprussia.ru/epr/articles/eduard-sheremettsev-potrebnost-v-tsifrovizatsii-stanovitsya-vse-bolshe.htm 

Россия > Электроэнергетика. СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > minenergo.gov.ru, 4 апреля 2022 > № 4040318 Эдуард Шереметцев

Так победим!

эта битва - кромешная, беспощадная, не знающая аналогов, в ней задействованы все имеющиеся ресурсы

Александр Проханов

Превращённый в руину громадный Мариуполь - это военная спецоперация. Горы сгоревшей брони от Киева до Донецка - это военная спецоперация. Эскадры российских кораблей на рейде Одессы, громящие украинские бастионы, – это военная спецоперация. Полевые лазареты, полные крови и стонов, - это военная спецоперация. Украинские вертолёты, долбящие русский Белгород, -это военная спецоперация. Русские пленные, которым бандеровцы выкололи глаза, отрубили пальцы, отсекли детородные органы, - это военная спецоперация. Всеобщая мобилизация в Донецке и Луганске, когда под ружьё ставятся и юноша, и старик, - это военная спецоперация. Отнесёмся с уважением к этому штабистскому словосочетанию. Нет, это не война. Не станем употреблять грозное, раскалённое слово «война». Спецоперация по её завершении имеет результат - удачный или неудачный. Война кончается победой или разгромом и поражением.

На Украине решается судьба России. И об этом знает каждое русское сердце, бьётся ли оно среди взорванных цехов "Азовстали" или стучит в груди сельской учительницы в бедной вологодской деревушке. Война - громадное, непомерное, живущее в русском сознании великое сакральное слово, как слово Россия и слово Победа.

Можно ли назвать Куликовскую битву с Пересветом, Ослябей и Дмитрием Донским военной спецоперацией? Можно ли назвать Ледовую сечу с Александром Невским военной спецоперацией? Можно ли назвать Бородинское сражение с Кутузовым и Багратионом военной спецоперацией? Найдётся ли скопец из команды тыловых пропагандистов, что рискнёт назвать Сталинградскую битву военной спецоперацией?

Битва, которую Запад ведёт с Россией, имеет линию фронта от Аляски до Кейптауна, от Лиссабона до Хоккайдо. Эта битва - кромешная, беспощадная, не знающая аналогов, в ней задействованы все имеющиеся в распоряжении сражающихся сторон ресурсы. Сверхточное оружие, производственная мощность заводов, источники энергии, будь то ветряки, газовые турбины или ядерные реакторы. В этой битве схлестнулись наземные и воздушные армии, сражаются мировые разведки, схватываются на явных и неявных встречах дипломаты.

Один из главных ресурсов в этой глобальной битве - воля. Воля народа, воля лидера, воля национальной элиты. В русском сознании слово «война» пробуждает глубинные реликтовые чувства, превращающие русское мышление в оборонное сознание. Это оборонное сознание, побуждающее народ на великое терпение и жертвы, имеет в своей сердцевине идею Победы. Победа позволяет русским людям терпеть нестерпимое, достигать недостижимое, опрокидывать натиск тьмы, желающей России погибели необратимой, на все века. Сегодняшняя схватка на Украине - не локальный конфликт. Воскрешён гитлеровский план "Барбаросса", не оставляющий России места на земле, а русскому народу места в мировой истории.

Месяц идёт кровавая сеча, и как осторожно вещает об этом государственная пропаганда. Измотанные, закопчённые военные корреспонденты - безупречные герои. Но их репортажи- крайне сжаты. Изо дня в день показывают развалины, причитающих беженцев и погорельцев, малочисленных кающихся нацистов и хлебные буханки, которые русский солдат укладывает в трясущиеся руки бездомной старухи. Но это лишь отблеск реальности. Почему на телевизионных каналах не звучат патриотические песни, не звенят патриотические стихи? Почему так часто суждения высокоумных экспертов напоминают несвежие заспанные матрасы?

Воля народа - как стальной кипяток в мартенах народной битвы. Этот кипяток столь же драгоценен, как пороховой двигатель гиперзвуковых ракет, как позывные комбатов, ведущих бронетехнику на штурм укрепрайонов. И беда, когда в этот кипяток вываливают груду ледяного мусора, останавливающего кипение. Таким ледяным мусором было заявление Мединского после переговоров в Стамбуле. Таким мусором было присутствие на этих переговорах Абрамовича, одного их самых ненавистных персонажей ельцинской эпохи. Появление этих персонажей вызвало панику, растерянность, надрывную тоску русских патриотов, для которых предательство, измена являются частью огромного горького опыта по сбережению России. Враги ликовали, хохотали, свистели в два пальца вслед отступавшим от Киева русским бронеколоннам.

Если идёт спецоперация, то вполне допустимо появление Абрамовича, а также возвращение в Россию Чубайса, а также триумфальное возвращение украшенной лентами кровавой барыни Собчак и Урганта, и Галкина, и примадонны Пугачёвой, и Ходорковского, и похудевшего в тюремном заточении Навального. Нет, всё это недопустимо. Если в мире идёт вселенская битва, то в ней возможен только один исход – Победа, извечная, сопутствующая России во все времена её тысячелетней истории, закрепляющая её в мироздании на веки веков.

Первое слово, которое произносит русский ребёнок, едва научившись говорить, есть слово Победа. Последнее слово, остывающее на устах уходящего в иные миры старика, есть слово Победа.

Состоялся обмен русских и украинских пленных. Пленные ВСУшники возвращались к своим накормленные, умытые.

Ужасен был вид переживших плен русских воинов. Их выколотые глаза сочились кровавым гноем. Из отрубленных рук торчали окровавленные кости. Оскоплённых молодых мужчин несли на носилках. Военные врачи и медсёстры рыдали, принимая их в госпиталях.

Борьба на Украине вступают в новую фазу. Русская благородная ярость вскипает, как волна, та волна, что в 1945 смыла фашизм, та огненная стальная волна, что смоет бандеровцев.

Сначала били самоходки.

Потом мы шли на этажи.

Сходясь, зубами рвали глотки,

Но спор решали штык-ножи.

Россия. Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 4 апреля 2022 > № 4019649 Александр Проханов

Путин подписал указ об ответных визовых мерах

Приостанавливается норма, по которой на территорию России без виз могли въезжать члены официальных делегаций стран ЕС, а также журналисты, следует из указа Президента России Владимира Путина «Об ответных мерах визового характера в связи с недружественными действиями иностранных государств».

Владимир Путин подписал указ об ответных мерах визового характера в связи с недружественными действиями иностранных государств. Документ предусматривает отмену ряда пунктов Соглашения об упрощенной выдаче виз гражданам Евросоюза. Данные меры будут применяться к официальным делегациям и журналистам. Из указа также следует, что будет отменена возможность въезда в РФ без виз по диппаспортам стран ЕС.

На официальном интернет-портале правовой информации комментируется, что указ подписан, «исходя из необходимости принятия безотлагательным мер в ответ на недружественные действия Европейского союза, ряда иностранных государств, их граждан, лиц без гражданства, постоянно проживающих либо находящихся временно на их территориях, обладателей проездных документов, выданных этими иностранными государствами или Европейским союзом, совершенные в отношении РФ, ее граждан и юридических лиц».

Владимир Путин также поручил МИД России ввести персональные ограничения на въезд и пребывание в РФ для иностранцев, совершающих недружественные действия.

Россия. Евросоюз > Миграция, виза, туризм. Внешэкономсвязи, политика > fingazeta.ru, 4 апреля 2022 > № 4018997

Встреча Михаила Мишустина с депутатами фракции партии «Единая Россия» в Государственной Думе

Встреча состоялась в рамках подготовки к ежегодному отчёту Правительства в Государственной Думе.

Из стенограммы:

М.Мишустин: Добрый день, уважаемый Владимир Абдуалиевич! Уважаемые коллеги!

Сегодня мы завершаем традиционные встречи с представителями парламентских фракций. Проводим их перед отчётом Правительства, который представим в Государственной Думе 7 апреля.

Работали активно с вашими коллегами из других фракций. Свои предложения и идеи высказали депутаты от ЛДПР, «Новых людей», КПРФ и «Справедливой России». Конечно, позиция «Единой России», партии парламентского большинства, заслуживает особого внимания. Ваши представители есть в каждом регионе и муниципалитете нашей страны.

Партия через систему общественных приёмных, а также через свою активную работу в избирательных округах получает уникальную обратную связь от людей, оценки по уже принятым и действующим решениям и, конечно, новые идеи и предложения по социально-экономическому развитию нашей страны, по решению конкретных вопросов регионов, муниципалитетов.

Особенно это важно сейчас, когда мы вместе с депутатским корпусом ведём работу по подготовке и реализации плана первоочередных действий по обеспечению развития российской экономики. Выполняем задачи, поставленные Президентом.

В Правительстве мы еженедельно проводим заседания оперативного штаба. Присутствующий здесь ваш коллега – первый заместитель Председателя Государственной Думы Александр Дмитриевич Жуков – является его членом, принимает активнейшее участие при взаимодействии с вашими коллегами из партии. Представляет новые предложения, которые вырабатываются в парламенте, нам в план.

В рамках нашей встречи хотел бы рассказать о последних антикризисных мерах. Ведь решения, которые принимаются на оперштабе, – это не только постановления Правительства, но также и законопроекты, которые потом поступают в Государственную Думу. И после качественной и эффективной проработки, всестороннего обсуждения становятся законами, которые необходимы для успешного развития страны, для наших людей, бизнеса.

Прежде всего скажу несколько слов о подписанном сегодня документе, который с нетерпением ждала в том числе отрасль авиаперевозок и, конечно, наши граждане.

С 9 апреля мы снимаем ограничения, направленные на борьбу с коронавирусной инфекцией, которые распространялись на регулярные и чартерные полёты между Россией и рядом других стран. Уровень заболеваемости идёт на спад, а значит, пора расширять направления, которые доступны российским авиакомпаниям. Сейчас они могут летать без ограничений в 15 стран, в том числе в ряд государств ЕАЭС, Катар, Мексику и некоторые другие.

Теперь мы возобновляем авиасообщение с 52 странами, включая Аргентину, Индию, Китай, ЮАР и другие дружественные нам государства.

Конечно, по-прежнему мы будем поддерживать и внутренний туризм. Об этом мы с вами постоянно говорим. В рамках национального проекта по туризму инвесторы, которые станут вкладываться в строительство гостиниц, смогут значительно снизить стоимость заёмных средств. Для них разработана программа по льготному кредитованию по ставке 5%.

Также одним из последних решений Правительства является предоставление преференций разработчикам и производителям электронной компонентной базы и продукции. В первую очередь речь идёт о снижении ставки налога на прибыль для организаций, а также установлении льготных тарифов страховых взносов.

Поддерживаем и инициативу Банка России по увеличению лимита одной транзакции в системе быстрых платежей с 600 тыс. до 1 млн рублей. Перечислять средства таким образом смогут все, что позволит оперативно проводить необходимые для пользователей платежи.

Предусмотрели также возможность выкупить досрочно автотранспорт, взятый в лизинг под плавающую ставку Банка России. Причём сделать это можно будет без штрафных санкций от банков.

При вашем активном участии уже приняты решения, которые должны поддержать наших граждан и экономику страны.

Среди них – упрощение разрешительных и лицензионных процедур. Мы продлеваем сроки более чем по 120 видам разрешений. И эти шаги должны обеспечить предпринимателям максимальную экономическую свободу, о важности которой говорил Президент.

В том числе – упростили целый ряд процедур для строительной отрасли, включая утверждение документации по планировке территории, выдачу разрешений на строительство, возможность вносить изменения в государственные и муниципальные контракты.

По поручению Президента сохраняем существующие ипотечные программы. А на последнем заседании оперштаба увеличили лимиты по программе льготной ипотеки на новостройки. Рассчитываем, что всем, кто планировал улучшить свои жилищные условия в текущем году, эти меры помогут не отказываться от своих намерений.

Чтобы поддержать промышленность, мы продлили действие уже заключённых контрактов СПИК 1.0 для предприятий, которые попали под санкции. Выделили дополнительные средства, которые позволят системообразующим предприятиям кредитоваться по льготной ставке 11%.

Главная цель сейчас – поддержать людей, сохранить спрос, чтобы бизнес мог быстрее адаптироваться к новым условиям.

Мы также продолжаем проработку и других инициатив. Я подробно буду об этом рассказывать в ходе отчёта в Государственной Думе.

Считаю, что мы выстроили полезное и эффективное сотрудничество «Единой России» и Правительства. Хотел бы поблагодарить всех членов партии, всех, кто активно и системно работает вместе с нами в буквальном смысле слова в ежедневном режиме.

Такая модель взаимодействия у нас сформировалась ещё в ходе борьбы с распространением коронавирусной инфекции. Она позволяет быстро принимать нужные людям решения, в том числе по особому порядку регистрации лекарств и медицинских изделий, что сейчас действует, снижению долговой нагрузки на бюджеты регионов, и целый ряд других.

Все эти шаги положительно сказались на стабилизации ситуации в стране. И уверен, что так будет и по итогам правоприменения других социально значимых законов, которые были приняты в прошлом году.

Как это было сделано, например, для поддержки инвалидов. Для получения положенной пенсии им не понадобится тратить время на подачу заявлений, она будет назначаться автоматически. И выплаты пойдут сразу после оформления инвалидности.

Также решён вопрос о сохранении так называемых сельских надбавок к пенсии по старости и по инвалидности при переезде получателей в город. Об этом мы много говорили с вами.

Важно, чтобы наши быстрые, эффективные решения и дальше помогали конкретным людям, семьям, коллективам и экономике в целом.

На этом я закончу и хочу попросить выступить Владимира Абдуалиевича Васильева. Пожалуйста, Вам слово.

В.Васильев: Уважаемый Михаил Владимирович! Уважаемые члены Правительства, коллеги!

У нас сегодня замечательная возможность обменяться мнениями. Большое Вам спасибо за содержательное вступительное слово.

Сейчас основой нашей работы является народная программа, которая была сформирована в предвыборный период и включила в себя задачи, поставленные в послании Президента и, что ещё очень важно, множество пожеланий наших граждан. Всё это происходило на фоне серьёзных изменений в нашей Конституции, которые обеспечили суверенитет нашего законодательства. Сейчас даже трудно представить, что бы могло быть, если бы это своевременно не было сделано.

Михаил Владимирович, Вы сейчас говорили о сотрудничестве. Я тоже хочу высоко его оценить. Мы с коллегами общались, встречались, и, что очень приятно, присутствующие здесь руководители (не все, но многие) тоже были на этих встречах. Они идут у нас постоянно во фракции, в комитетах. Большое спасибо за отношение членов Правительства, их заместителей, Аппарата Правительства к этой работе.

Народная программа, ещё раз подчеркну, включила в себя пожелания людей. Но при этом она отрабатывалась Правительством. Я не помню примера ещё столь масштабной совместной работы исполнительной власти и законодательной.

Вы сейчас в своём кратком вступлении уделили внимание нашей работе в округах. Спасибо большое. Пожалуй, нет ничего сложнее, чем встречаться с людьми, смотреть им в глаза и говорить о том, что что-то, что мы обещали, по тем или иным причинам не исполнено. И в то же время нет ничего приятнее, чем сообщать что работа сделана, сделана качественно и ситуация меняется для конкретного человека, для его детей, родителей в лучшую сторону. Во всех отношениях. Большое спасибо за работу в этом направлении.

В сегодняшнем формате работы с Правительством огромную роль играет, конечно, и позиция Президента страны. И принимая новые законы с учётом положений народной программы, мы видим, что они поддерживаются другими фракциями. Потому что они воспринимаются не как инициатива одной фракции, а как именно представление пунктов народной программы. Полагаю, что авторитет Правительства и депутатов в данном случае только выигрывает.

Не могу не отметить, что партия, о которой Вы тоже вспомнили, и сегодня, после выборов ведёт большую работу, в том числе в приёмных партии... В мартовской работе у нас было более 12 тыс. приёмов по конкретной тематике. Пока сейчас только отработали, ещё не обобщили, но это десятки тысяч встреч. Люди понимают сложность, в которой сегодня находится страна. У нас не только патриотизм, но, я бы сказал, и чувство ответственности проявились в людях в лучших качествах. Мы видим это и по рейтингу Президента, партии, парламента. То есть то, что мы делаем, люди поддерживают. И то, что Вы сегодня сказали, это тоже шаги навстречу как раз пожеланиям людей.

Многое предполагает сделать наша программа. Это и строительство, и капитальный ремонт школ, модернизация первичного звена здравоохранения, поставки новых машин скорой помощи, школьных автобусов в регионы, открытие физкультурно-оздоровительных центров, строительство нового жилья, капремонт и расселение аварийного, новые дороги, ремонт уже используемых объектов. Это всё огромнейшая работа, которую делает Правительство. Мы, готовясь к этой встрече, посмотрели – это огромное количество цифр. Но в каждом конкретном случае это ещё и конкретные решения на местах. Один школьный новый автобус уже позволяет соединить семью, ребёнка со школой, обеспечить безопасность, то самое качество жизни, которое так ценят родители в отношении своих детей. Сегодня социальные проекты, о которых и Вы говорили, и мы на встречах говорим постоянно, нужно выполнять. Мы рассчитываем, и очень приятно, что в своём вступительном слове Вы об этом говорили, на поддержку и совместное ответственное решение намеченного.

Многие предложения депутатов нашей фракции нашли поддержку в Правительстве и стали сегодня уже законами. Установлен запрет на списание социальных выплат и пособий за долги. Семьи с двумя и более детьми освобождены от уплаты налога на доходы при продаже жилья в случае улучшения своих жилищных условий. Отменён техосмотр автомобилей и мотоциклов, используемых в личных целях. Обнулён налог на прибыль для сельских домов культуры. И многое другое.

Есть примеры нашей работы над бюджетом, хорошие примеры. Мы уделили большое внимание строительству новых дорог. Спасибо всем присутствующим. Поправки «Единой России» к трёхлетнему бюджету о выделении ежегодно дополнительных средств в размере 20 млрд рублей на развитие автомобильных дорог регионального значения получили поддержку и были заложены кабинетом министров в бюджет. Всего Правительством принято решений о дофинансировании ремонта дорог в регионах на 166 млрд рублей. А буквально несколько дней назад Президент России Владимир Владимирович Путин поручил дополнительно выделить на дороги ещё 120 млрд рублей. Это очень важно сегодня, особенно в весенний период, когда так очевидно, как много ещё нужно сделать, чтобы наши дороги были в нормативном состоянии.

Это яркие, содержательные примеры работы и нашей фракции, и профильных министерств, и Аппарата Правительства.

Сегодня в условиях санкционного давления мы продолжаем работать в режиме оперативного штаба, что позволяет быстро и как того требует ситуация принимать законодательные решения. Это огромный ресурс. Мы будем его и дальше использовать, развивать.

Хотелось бы сказать о поправках к закону о ветеранах. Это то, что мы должны были сделать для наших защитников, которые выполняют свой долг на Украине. Наша поддержка и слова благодарности им. Признание участников спецоперации на Украине ветеранами боевых действий даёт им право на получение целого пакета социальной поддержки – ежемесячных выплат, льгот на оплату ЖКУ, проезда и других.

Важный блок законов, разработанных совместно с Правительством, касается поддержки экономики в целом и граждан предметно. В федеральном законе №46, принятом 8 марта этого года, получила своё развитие инициатива «Единой России», заложенная в народной программе, – о введении моратория на плановые проверки субъектов малого бизнеса в 2022 году. На этот год объявлен мораторий на проверки для всего малого бизнеса, для IT-компаний – на три года. Вы сегодня добавили к этому, что в строительстве принят ряд решений. Спасибо Вам большое. Мы в данном направлении идём, иногда даже опережая друг друга, но самое главное, что решения принимаем синхронно и ответственно. Спасибо за это.

Правительство предусматривает дальнейшее упрощение режима работы бизнеса, и мы это слышали из Вашего краткого сообщения. Это и лицензирование, и аккредитация. Меры поддержки касаются всех сфер жизнедеятельности. Для граждан вводятся кредитные каникулы. Поддержан гостиничный бизнес. Спасибо большое. Это наш большой потенциал.

Коллеги! Уважаемый Михаил Владимирович! Мы уверены, что уже принятые и будущие наши совместные решения будут достойным и адекватным ответом на санкционную войну. Они показали себя – и эта работа – в условиях пандемии. Убеждён, что мы сумеем помочь и нашей экономике, и нашим гражданам.

Мы ещё детально остановимся на отчёте 7-го числа, на многих социально значимых темах. Есть ряд вопросов и предложений, которые мы хотели бы сегодня поднять. Я коротко начну, а мои коллеги дополнят.

Первое, лекарства. Очевидно, что одна из целей санкций – повлиять на доступность лекарств. Я говорю сейчас о том, что мы закупали за рубежом. Михаил Владимирович, нам важно понимать планы Правительства по обеспечению людей, медицинских учреждений доступными и качественными лекарственными препаратами.

Второе, на площадке партии не так давно поднимался вопрос об обеспечении школьников горячим питанием. Звучали разные мнения. Понятно, что продукты подорожали. И мы хотим понять, сможем ли мы обеспечить наших детей качественным питанием.

Третье, у «Единой России» есть очень популярная программа – строительство спортивных площадок открытого типа. Это такая народная программа, которой пользуется огромное количество жителей как на селе, так и в городе. Мы хотели бы поблагодарить за работу, которая проводится. Но в то же время попросить поддержать уже внесённое предложение об увеличении на 400 млн рублей каждый год финансирования этой программы. Важно уделить особое внимание спортивной инфраструктуре, чтобы создать условия в шаговой доступности для многих жителей.

Мы прорабатывали вопрос с Дмитрием Чернышенко. Просим поддержать это предложение.

И в завершение. Санкции бьют по экономике, по предприятиям, работающим на территории страны. Помимо мер поддержки бизнеса, нам сегодня нужно помочь поддержать людей на предприятиях, которые временно приостановили свою работу. Как говорят, встали в простой. Речь идёт о стабильности и гарантиях защиты трудовых прав наших граждан. Михаил Владимирович, мы бы хотели понимать, какие меры сегодня принимает Правительство, чтобы люди не оставались без работы.

Это всего лишь часть предметных вопросов, которые были затронуты в ходе подготовки к нашей встрече. За ними стоят люди. Вы об этом говорили, Михаил Владимирович.

Буду признателен, если мы получим ответ по нашим предложениям. Спасибо Вам большое.

М.Мишустин: Владимир Абдуалиевич, я быстро отреагирую на то, что Вы сказали, и мы продолжим наш разговор.

Несколько слов о темах, которые Вы затронули.

Про народную программу – абсолютно поддерживаем. Мы, собственно говоря, вместе её разрабатываем. Честно скажу, что тот уровень экспертизы, профессионализм, который, в частности, «Единая Россия» демонстрирует, – мы на него просто опираемся. Это абсолютная правда.

Теперь по поводу некоторых вопросов.

Первое – это выполнение социальных обязательств.

Конечно, мы стараемся в первую очередь помочь людям, которые находятся в трудной жизненной ситуации. Обеспечить в том числе возможности для самореализации. И всегда поддерживали и будем поддерживать ваши инициативы, связанные с улучшением качества жизни, обеспечением равного доступа жителей городов и сёл ко всей инфраструктуре страны. Реализуем целый комплекс программ для этих целей – в образовании, здравоохранении, в строительстве жилья, строительстве дорог, в культуре.

По капитальному ремонту школ. В бюджете этого года мы предусмотрели свыше 66 млрд рублей (66,5 млрд), чтобы привести в порядок более 1,5 тыс. школ, это 1653 школы. Всё, что было возможно, об этом были достаточно активные дебаты, мы в бюджете предусмотрели. И значит, тысячи детей уже к следующему 1 сентября будут учиться в новых, современных, хорошо оснащённых учебных заведениях.

На студенческие общежития также в течение ближайших трёх лет планируем выделять по 3 млрд рублей ежегодно.

По спортплощадкам, Вы сейчас упомянули, а мы сегодня как раз с утра с Антоном Германовичем (Силуановым) и с Дмитрием Николаевичем (Чернышенко) обсуждали дополнительные средства на спортплощадки. Конечно, продолжим поддерживать строительство спортивных площадок. Это важнейшая инициатива, и на сегодняшний день плюсом мы при перераспределении учтём 2,4 млрд рублей. Это плюс 94 спортивные площадки уже в 2022 году. Поэтому, без сомнения, инициатива крайне важная. Особенно когда они в шаговой доступности от дома. Я посещаю регионы, вижу эти результаты проектов, счастливых детей, мам. Что ещё приятнее увидеть и нам, и вам?

Строятся и ремонтируются дороги в регионах, Вы абсолютно верно сказали. Очень большое внимание и партия этому уделяет, и Правительство. На это в марте мы распределили дополнительно 163 млрд рублей. Для опережающего достижения показателей национальных проектов в текущем году мы дополнительно направим ещё не менее 120 млрд рублей, это то, что мы в бюджете заложили. Но это чуть позже мы будем решать, возможно, ещё что-то будет плюсом, но 120 млрд рублей мы уже предусмотрели на дорожную деятельность.

Конечно, продолжим повышать доступность медицинской помощи. Вы о ней сказали. В 78 регионах проведём капитальный ремонт сельских клубов. Обновим муниципальные библиотеки. Об этом постоянно говорят люди, когда я встречаюсь с представителями различных регионов. Свыше 239 библиотек откроется в текущем году.

Я назвал только самые востребованные и самые популярные из мероприятий программы. Уверен, вам они хорошо знакомы – вы их инициировали и поддерживали.

Теперь несколько слов о лекарствах. Очень важный вопрос. Тема, которая действительно волнует всех людей.

Немало потребителей регулярно пользуются иностранными препаратами, а иногда на них основана вся схема лечения, вся методика. Поэтому люди опасаются, что не смогут вовремя приобрести нужные им и их близким медикаменты. Это касается всех людей – беспокойство за близких, за своих детей.

Уже был принят целый ряд решений по этому направлению. В том числе – при активном сотрудничестве с вашей фракцией. Мы поменяли правила государственных закупок – теперь можно приобретать лекарства у единственного поставщика в течение двух лет. Мы также уточнили порядок лицензирования их производства и сейчас работаем над упрощением процедуры регистрации.

Мы также упрощаем правила ввоза импортных препаратов в Россию. Разрешаем поставки лекарств в иностранной упаковке, что тоже на сегодняшний день новшество. Это позволит производителям вновь зарегистрированных препаратов, которые ранее у нас не использовались, быстрее выводить их на российский рынок. Ведь поставки осложнялись ещё и тем, что у них не было упаковки на русском языке. Хотя препарат, который они производят, знают наши специалисты и готовы рекомендовать его для лечения.

Одновременно проще станет поставлять и те иностранные лекарства, производство которых в российской упаковке было приостановлено из-за санкций. И сейчас такие компании смогут возобновить поставки на наш рынок.

Предусмотрели также меры, защищающие больных и от сбоя в поставках оборудования. Запретили полностью вывоз из страны иностранных медицинских изделий и упростили их закупку. Мы также ускорили процедуры регистрации отечественных медицинских изделий в случае замены в них иностранных составляющих.

Вы сказали про мораторий на проверки. Действительно, активно работали с вашими коллегами. Многие предприниматели просили нас изменить процесс возбуждения уголовных дел по экономическому составу, связанных с уклонением от уплаты налогов. Владимир Абдуалиевич в этом профессионал. Я помню, мы как раз работали вместе, когда рождались многие нормы, связанные в том числе с вопросами наказания за преступления в налоговой сфере. Но сегодня, в данный момент практически вопрос этот решён: изменена 144-я статья УПК и теперь по материалам только налоговой службы можно будет возбуждать уголовные дела в отношении предпринимателей. Это также хорошая новость, как и мораторий, как и многие-многие другие послабления.

Что касается вопросов занятости. Важнейший вопрос. Владимир Абдуалиевич его коротко, я бы сказал интеллигентно, затронул. Конечно же, это один из самых важных вопросов в период санкционного давления.

Документ

Правительство определило порядок трудоустройства сотрудников временно приостановивших работу предприятий

Мы решаем этот вопрос комплексно. Уже на сегодняшний день выделили проактивно 39 млрд рублей на мероприятия, которые позволят снизить напряжение на рынке труда.

Важно, чтобы люди могли не только получать выплаты пособий по безработице, но и освоить новую профессию, пройти переобучение, если потребуется.

Мы выпустили также постановление, которое даёт возможность временного трудоустройства для тех, кто столкнулся с риском потери работы в ситуации, когда отдельные предприятия вынуждены приостанавливать свою деятельность, отправляя сотрудников в простой.

Такая мера – это гарантия для сотрудников иностранных компаний, которые из-за санкций закрылись. Их работники оказались в достаточно сложном положении и не всегда понимают, куда и как им трудоустраиваться.

Теперь с письменного согласия сотрудника по направлению центра занятости населения он может быть временно переведён в другую организацию и после окончания второго, временного трудового контракта, в случае, если это будет возможно, вернуться на основное место работы.

Считаю, что такой порядок трудоустройства обеспечит людям не только дополнительный заработок, но и все те гарантии, которые предусмотрены были Трудовым кодексом. И при этом они сохраняют своё основное рабочее место. Мы этим занимаемся. Сразу же после усиления санкционного давления мы стали думать о занятости, о том, чтобы сделать всё необходимое для предиктивной работы.

Ещё об одной важнейшей теме – о горячем питании для школьников младших классов. Сейчас его получают порядка 7,5 миллиона учащихся. На это в текущем году предусмотрели в федеральном бюджете 63,3 млрд рублей.

Вы обратили внимание, Владимир Абдуалиевич, что регионы могут столкнуться с нехваткой средств или даже со снижением качества питания детей. Ни в коем случае нельзя этого допускать, согласен с Вами. И попрошу Министра просвещения Сергея Сергеевича Кравцова держать этот вопрос на особом контроле, во взаимодействии с вашей партией. Но этим постоянно занимается Татьяна Алексеевна Голикова.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 4 апреля 2022 > № 4017142 Михаил Мишустин

Встреча с Заместителем Председателя Правительства Юрием Борисовым

Заместитель Председателя Правительства Юрий Борисов доложил Президенту о текущем состоянии российского оборонно-промышленного комплекса, а также функционировании системообразующих отраслей российской промышленности и мерах их поддержки в условиях санкционного воздействия.

По словам вице-премьера, Правительством сделано многое для обеспечения устойчивости ОПК. Увеличены авансовые платежи, при закупках электронной компонентной базы до 100 процентов. Предоставлено право заключать контракты по государственному оборонному заказу (ГОЗ) с единственным поставщиком по ориентировочным ценам, не превышающим показатели ГОЗ, без регистрации в ФАС.

Несмотря на беспрецедентные санкции, повлёкшие сокращение поставок и увеличение стоимости материалов, выполнение ГОЗ было и остаётся безусловным приоритетом для российского ОПК, добавил Юрий Борисов. По результатам прошлого года уровень его выполнения составил не менее 98 процентов и в текущем году идёт с опережением по некоторым показателям.

Заместитель Председателя Правительства также сообщил Президенту о том, что работа по подготовке исходных данных для очередной ГПВ завершена, к середине 2023 года она будет сформирована и представлена на утверждение главы государства. Новая ГПВ будет нацелена на создание качественно новых, в том числе нетрадиционных видов вооружения, включая оружие направленной энергии, кинетическое оружие, а также системы управления с применением искусственного интеллекта и роботизированные комплексы.

Юрий Борисов добавил, что Правительством сегодня на системной основе ведётся работа по ускорению темпов и объёмов импортозамещения с соответствующей поддержкой системообразующих отраслей.

Россия > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 апреля 2022 > № 4017140

Гинцбург: Назальная вакцина от COVID-19 не заменит обычную, а дополнит ее эффект

Минздрав России сообщил о регистрации первой в мире назальной вакцины "Спутник V" для профилактики коронавирусной инфекции, которую разработал центр им. Гамалеи. Препарат состоит из двух компонентов. Он вводится в носовую полость с помощью специальной насадки-распылителя. Второй компонент вводится через три недели после первого.

Клинические исследования назальной формы вакцины от ковид-19 "Спутник V" начались в Москве в конце января. Обычный срок таких исследований - полгода. И хотя полгода еще не прошло, вакцина, разработанная коллективом Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи, официально зарегистрирована. Почему? С этого вопроса начался наш разговор с руководителем института академиком РАН Александром Гинцбургом.

Александр Гинцбург: К 7 марта новый препарат ввели 104 добровольцам. Никаких побочных эффектов у них не было. И нынешнее признание назальной вакцины - это очень важный знак доверия к профессионализму нашего коллектива.

Напомню: российской вакциной "Спутник V" привито полмиллиарда человек в 59 странах мира. Это говорит и о ее эффективности, и о ее безопасности. А среди добровольцев в испытаниях назальной вакцины были члены вашей семьи? Спрашиваю потому, что в испытаниях "Спутника V" участвовала даже ваша любимая внучка.

Александр Гинцбург: Мы традициям не изменяем.

Но внучке всего 16 лет, а в документах о регистрации новый вакцины сказано, что ее можно применять после восемнадцати лет. Выходит, отступление от предписаний возможно?

Александр Гинцбург: Правильнее придерживаться именно официальных предписаний. Возраст необходимо учитывать потому, что вакцины воздействуют на наш иммунитет. А в детском возрасте он активно формируется, и его нужно щадить. Это относится и к новой вакцине. Применять ее рекомендуется в медицинских учреждениях. И не чаще, чем раз в полгода.

Назальная вакцина не замена обычной? Ведь не исключено, что если человеку предоставить выбор, спросить, какую именно вакцину он предпочитает - ту, которую нужно вводить с помощью шприца, или ту, которую можно просто вдохнуть через специальную насадку-распылитель в носовую полость, то, думаю, не ошибусь, если скажу, что выберут именно ее.

Александр Гинцбург: Так уж мы устроены. Потому хочу подчеркнуть: у каждой вакцины свои особенности, свое влияние на организм. Одна не исключает вторую. Более того, считаю наилучший эффект, наилучшую преграду ковиду дает использование и той, и другой. Очень важно: человек, дополнительно привитый назальной вакциной, не будет распространителем вируса. Сначала надо провакцинироваться внутримышечно "Спутником V". А так как вирус в организм человека входит через носоглотку, то интраназальная вакцина создает местный иммунитет при вдыхании, и возбудитель будет сталкиваться с антителами. Вакцины не надо применять по собственному усмотрению! Это должен назначить врач. Он должен дать рекомендацию, сориентироваться, при каких состояниях подходит та или иная вакцина.

Нужны ли новые вакцины?

Александр Гинцбург: Мы разрабатываем технологии, которые позволяли бы быстро адаптироваться к принципиально новым вариантам вируса. Нашим сотрудником членом-корреспондентом РАН Татьяной Владимировной Гребенниковой предложена специальная новая технология создания вакцины. Не стану вдаваться в подробности, лишь замечу, что в ближайшее время начнутся ее клинические испытания.

Похоже, вирус чуть ли не умнее нас…

Александр Гинцбург: Вирус возник намного раньше, чем возник человек. Геном человека во многом состоит из различных комбинаций вирусов. Они когда-то адаптировались, а потом фактически мы потеряли границу между вирусом и человеком.

Мы обречены всегда жить вместе в ним?

Александр Гинцбург: Безусловно! Как дышим воздухом. Многие вирусы настолько хорошо адаптировались, что, находясь с нами, приносят определенную пользу. До конца мы этих взаимодействий не заем, но это уже хорошо доказанный и понятый факт.

Мы должны жить в дружбе с ними?

Александр Гинцбург: Те, которые отрицательно воздействуют на нас, должны быть уничтожены.

Ковидная пандемия местами идет на спад. Вопрос вакцинации утрачивает актуальность? Или вакцинироваться необходимо?

Александр Гинцбург: Стоит проанализировать эпидобстановку. Когда в нашей стране в день от данного возбудителя умирает 350 человек… Это же много! Когда в сопредельном государстве - в Китае, в Шанхае, где 25 млн жителей, уже 2 недели полный карантин. Да еще такой, который и не снился: люди не уходят домой с предприятий, чтобы не пользоваться транспортом… Говорить о том, что мы можем ослаблять наши старания, направленные на защиту от вируса, я бы считал неверным и неправильным. Передышку надо использовать для того, чтобы постараться большое количество граждан провакцинировать и сделать повторную бустерную вакцинацию, чтобы быть готовым к встрече с вирусом.

Меня всегда поражает ваш оптимизм. Чем он подпитывается?

Александр Гинцбург: Мы себя позиционируем как специалисты-профессионалы. Фактически вся наша внутренняя энергия сосредоточена на решении профессиональных вопросов, которые мы решаем неплохо. Эта работа мне и моим сотрудникам приносит большое удовлетворение и хорошие результаты. А если человек получает от своей работы удовлетворение и приток положительных эмоций, он будет всегда настроен позитивно.

Текст: Ирина Краснопольская

Россия > Медицина > rg.ru, 4 апреля 2022 > № 4016576 Александр Гинцбург

Совместная работа эффективнее конфронтации

В условиях экономической турбулентности крайне важно сохранить устойчивость предприятий рыбной промышленности. Ведь убытки компаний неминуемо повлекут за собой сокращение рабочих мест и урезание всех социальных программ, что в свою очередь негативно отразится на ситуации в прибрежных регионах, предупреждает председатель ЦК профсоюза работников рыбного хозяйства Дмитрий Рыжов. В интервью Fishnews он рассказал, какие задачи отраслевой профсоюз считает первоочередными, какую роль в этом процессе играет взаимодействие с рыбацкими ассоциациями и почему второй этап инвестквот похож скорее на журавля в небе, чем на залог грядущего процветания.

— Дмитрий Николаевич, профсоюзное движение в рыбной отрасли последние годы, хотя и не исчезло, но словно бы отошло на задний план. На ваш взгляд, какую роль сейчас играет профсоюз работников рыбного хозяйства?

— С момента введения контрсанкций в 2014 году стало очевидно, что продовольственная безопасность — это фактически национальная безопасность страны, и я об этом не раз говорил. Соответственно, наш профсоюз, который связан с рыбной отраслью, является очень важной, можно сказать, одной из ключевых составляющих этой системы. А уж в текущей ситуации тем более.

К сожалению, в предыдущий период в силу разных причин мы потеряли довольно много организаций и сейчас не относимся к многочисленным профсоюзам: у нас порядка 35 тыс. членов. В основном наши ячейки представлены в 14 регионах. Самые большие — это, понятно, Дальний Восток (Приморье, Сахалин, Камчатка) и Северо-Запад.

— Вы имеете в виду Мурманск?

— Не совсем. Как раз в Мурманске наших организаций мало, хотя флот там остался. А вот Калининград, калининградская организация, которую я возглавлял, — крупнейшая в нашем профсоюзе. Правда, во многом благодаря отраслевым учебным заведениям. До недавнего времени их в Калининграде было три — два высших и одно среднее: Калининградский государственный технический университет (КГТУ), Балтийская государственная академия рыбопромыслового флота и Калининградский морской рыбопромышленный колледж. Сейчас официально это один КГТУ. Учащиеся составляют большую часть наших членов. В некоторых регионах, в частности в Астрахани и на Дальнем Востоке, тоже есть «рыбные» вузы, но членов профсоюза в них меньше.

Есть еще Южный федеральный округ — это Ростов, Астрахань, Краснодар, но там своя специфика. На внутренних водоемах работают в основном небольшие компании, у которых в штате порой несколько десятков человек. Поэтому профсоюзные организации там, если и есть, то маленькие. Совсем другая картина в морском рыболовстве, где на рыбодобывающих и рыбоперерабатывающих предприятиях могут трудиться сотни и даже тысячи человек.

— А в нынешней ситуации, какие ключевые задачи вы видите для рыбного профсоюза и как предполагаете их решать?

— Если говорить о внутренних задачах, то главное направление работы у нас остается неизменным — это увеличение числа членов профсоюза, чтобы расширять наши возможности и ресурсы для более эффективной работы по защите прав трудящихся, охране труда, социальных гарантиях и т. д.

Ну а внешние задачи — это, в первую очередь, развитие рыбной отрасли. Понятно, что с работодателями и с органами власти в рамках соцпартнерства по многим вопросам у нас могут быть разные позиции. Но мой многолетний профсоюзный опыт показывает, что совместная работа гораздо эффективнее конфронтации и дает больше результатов, поэтому нужно как-то находить точки соприкосновения мнений даже по самым острым вопросам, потому что все мы занимаемся одним общим делом.

Например, недавно на заседании рабочей группы Российской трехсторонней комиссии по социально-трудовым отношениям (РТК) мы рассматривали законопроект, связанный со вторым этапом инвестиционных квот. И в целом наша позиция на 80-90% совпала с оценками объединения работодателей и Всероссийской ассоциации рыбопромышленников (ВАРПЭ). Они, понятно, говорили со своей «колокольни» — об экономической целесообразности. Мы же рассматривали эти предложения с точки зрения сохранения рабочих мест, защиты социальной инфраструктуры. Но выводы у нас оказались практически одинаковыми.

— Вы имеете в виду мартовское заседание рабочей группы РТК по экономической политике?

— Именно. Дело в том, что в январе в адрес нашего председателя Михаила Шмакова (председатель Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) — Прим. ред.) поступили десятки писем от рыбопромышленных предприятий по поводу этого законопроекта. И он на январском заседании РТК задал вопрос: почему законопроект о втором этапе инвестквот не рассматривается на комиссии. Это было занесено в протокол, и 3 марта рабочая группа РТК как раз обсудила этот законопроект. Мы уже получили отрицательное заключение рабочей группы, и, я так понимаю, оно будет представлено на ближайшем заседании РТК с рекомендацией отложить разработку этого законопроекта.

— А какая аргументация у профсоюза?

— Очевидно, когда разрабатывался законопроект, ситуация — экономическая, политическая, социальная — была совсем другой. Соответственно, все прежние обоснования и расчеты теперь неактуальны. Поэтому мы считаем: необходимо отложить и второй этап инвестквот, и аукционы до того момента, когда все «устаканится».

К примеру, коллеги из отраслевых ассоциаций указывали, что в обоснованиях к законопроекту заложена кредитная ставка 4%, в то время как ключевая ставка Центробанка уже достигла 20% и, возможно, повысится еще. Естественно, расчеты надо полностью менять. Потом по поводу реализации. Хорошо, поймаем мы эту рыбу, но куда мы будем ее продавать? Рыбаки говорят, что у нас 30% улова шло в Европу, которая сейчас, по крайней мере, на словах отказывается от нашей рыбы.

— К сожалению, уже не только Европа… Профсоюз беспокоит, что эти проблемы могут отразиться на тех, кто работает в рыбной отрасли?

— Разумеется. Мы рассматриваем ситуацию именно в таком ключе. Если у предприятий не будет сбыта, не будет выручки, как минимум начнутся сокращения рабочих мест, а дальше — эффект снежного кома для всей социалки. Поэтому для нас самое главное в такой ситуации — все-таки сохранить действующие предприятия.

И зампредседателя ФНПР Нина Кузьмина, когда подводила итоги заседания рабочей группы, сказала, что нам предлагают, образно говоря, журавля в небе. Да, может быть, будет намного лучше, но в текущих условиях мы можем потерять то, что имеем. Если половина предприятий закроется, мы получим безработицу, социальный взрыв и прочие негативные последствия. На это точно нельзя закрывать глаза.

Вроде бы сбыт продукции и выручка предприятий для нас второстепенные вещи, но все понимают, что проблемы, которые могут здесь возникнуть, неминуемо потянут за собой другие — ими уже придется заниматься именно нам как профсоюзу. Мне кажется, у нас с работодателями общий взгляд на эту ситуацию.

Мы намерены взаимодействовать по этому поводу и с Росрыболовством. Возможно, какие-то совместные предложения будем разрабатывать, потому что по линии Федерации независимых профсоюзов России у нас уже просят предложения в федеральный бюджет на следующую трехлетку и предложения по поддержке бизнеса. Хотя у многих пока нет четкого понимания, что делать дальше.

— В отрасли созданы объединения работодателей — и у рыбаков, и на предприятиях аквакультуры. Как складываются отношения профсоюза с ними сейчас и какими бы вам хотелось видеть их в будущем?

— Как я уже сказал, результат мы все хотим один и тот же — это процветающая, богатая рыбная отрасль, создающая новые рабочие места и завоевывающая новые рынки. Думаю, что и у Росрыболовства, и у объединения работодателей в принципе другой позиции быть не может.

А вот если говорить о более конкретных задачах, то могут возникать разногласия. Я, например, понимаю работодателей, которые большую часть выловленной рыбы отправляют на экспорт, потому что, условно говоря, в России за нее дадут 50 рублей, а при экспорте — 250. Это дилемма. Ведь часть этих денег идет на зарплату рыбакам, соответственно, если продавать больше рыбы внутри страны, к чему время от времени призывают, то и зарплата у людей может существенно снизиться.

Именно такие моменты должно регулировать государство при помощи нормативных актов, чтобы, допустим, минимум 50% выручки оставалось внутри страны, а остальное можно экспортировать. Либо определить тоннаж: столько-то тонн вы должны оставить в России, а сверх этого — решайте сами. Но в любом случае эти вопросы нужно обсуждать и искать устраивающие всех решения.

В целом могу сказать, что с объединениями работодателей у нас идет конструктивный диалог, в том числе на самых разных площадках — на совещаниях, в комиссиях и рабочих группах. Если нужно, созваниваемся с руководителями, общаемся и, как видите, вполне успешно взаимодействуем по ряду направлений.

А с другой стороны, у нас уже много лет нет отраслевого соглашения…

— После четвертого съезда рыбаков в 2018 году казалось, что заключение соглашения уже не за горами.

— Да, тогда фактически с трибуны заявили: «Мы, мол, подписываем». А потом оказалось, что договорились только о том, что мы будем договариваться — такой протокол о намерениях. И с тех пор почти никакого прогресса. На одном из совещаний в ФНПР, уже после моего избрания, я тоже говорил, что одна из приоритетных задач для нас — это заключение отраслевого соглашения.

Этот вопрос мне хотелось бы обсудить и с Росрыболовством. Есть тонкий момент. Дело в том, что аналогичное соглашение заключено между профсоюзом работников агропромышленного комплекса и Минсельхозом. Но на мой взгляд, если в документе на 30 листов рыбаки упоминаются всего четыре раза, то о чем можно говорить? Это просто смешно: там нет ни слова о профсоюзе работников рыбного хозяйства и объединениях работодателей рыбной отрасли.

— Основные рыбодобывающие кластеры, где находятся первичные профсоюзные организации, сильно удалены друг от друга. С центральной частью страны все более-менее понятно. А как быть с Дальним Востоком? Вы не планируете в ближайшее время посетить Камчатку, Сахалин, Приморье?

— Когда появится такая возможность, это, безусловно, будет полезно. Не забывайте, что последние два года командировки по понятным причинам были сильно ограничены.

К примеру, в Приморье на наш профсоюз замыкаются только две первичные организации — это Владивостокский порт и ТУРНИФ. Все остальные предприятия входят в Приморскую краевую организацию профсоюза работников рыбного хозяйства, которая, к сожалению, вышла из нашего состава лет 15 назад. Думаю, было бы хорошо лично пообщаться с председателем краевой профсоюзной организации Владимиром Нагорным и обсудить актуальные вопросы, в том числе и варианты дальнейшего сотрудничества.

Анна ЛИМ, журнал «Fishnews — Новости рыболовства»

Россия > Рыба. Госбюджет, налоги, цены > fishnews.ru, 4 апреля 2022 > № 4016266 Дмитрий Рыжов

От генерального до минерального: 100 лет назад в Советской России появилась должность генсека

Андрей САМОХИН

100 лет назад, 3 апреля 1922 года, в Советской России появилась должность генерального секретаря ЦК компартии, на которую был избран Иосиф Сталин. Этот партийный пост позволил будущему «вождю народов» сосредоточить всю государственную власть в руках коммунистов. В последние десятилетия существования СССР статус генсека был во многом подобен царскому, жаль, что «цари» — особенно последний — мало соответствовали столь высокой и ответственной роли...

Должность с несколько эклектичным, этаким канцелярско-генеральским наименованием была весьма значимой у масонов. К примеру, в ложе «Великий восток народов России» ее занимал Александр Керенский. Но самым известным в мировой истории генсеком, несомненно, стал именно Сталин. После войны на планете возникла большая, далеко не всегда дружная, компания генеральных секретарей — в компартиях соцстран, НАТО, ООН, Совете Европы...

Этот пост на апрельском пленуме ЦК РКП(б) ввели специально для авторитетного большевика по кличке Коба. По словам его личного секретаря Бориса Бажанова, такое новшество предложили Григорий Зиновьев и Лев Каменев по согласованию с Лениным, а впервые их инициатива была озвучена на XI съезде в марте 1922-го. По другой версии, Сталина на новую должность выдвинул, подразумевая ее особый характер, сам Ильич.

Согласно пункту 32 Устава РКП(б), секретарь (в том числе генеральный) должен был заниматься «текущей работой организационного и исполнительного характера», при этом главы партии юридически не существовало, а фактически им являлся председатель Совета народных комиссаров Владимир Ульянов-Ленин. Секретарские должности поначалу занимали малоприметные партфункционеры в юбках Клавдия Новгородцева (вторая жена Якова Свердлова) и Елена Стасова. Позже этот короткий список пополнил куда более влиятельный Николай Крестинский, входивший одно время в Политбюро ЦК, являвшийся к тому же наркомом финансов. Еще одним секретарем был Вячеслав Молотов. Он много позднее вспоминал: «На XI съезде появился так называемый «список десятки» — фамилии предполагаемых членов ЦК, сторонников Ленина. Против фамилии Сталина рукой Ленина было написано: «Генеральный секретарь».

Похоже, вождю было необходимо, чтобы этот список с особым позиционированием Кобы обсудили все делегаты съезда — еще до пленума партийной верхушки, которая могла и провалить назначение.

Внутрипартийная борьба на фоне тяжелой болезни Ильича разгорелась к 1922 году нешуточная. Сторонники Троцкого явно желали оттеснить «ленинцев» от руководства партией и страной. Противникам «советского Карно», как звали троцкисты своего кумира, был позарез нужен свой человек в секретариате ЦК. Первый и единственный его председатель Яков Свердлов умер в 1919-м то ли от гриппа, то ли от побоев, нанесенных бастовавшими в Орле железнодорожниками, и помочь Ленину ни в чем уже не мог (да и неизвестно, чью сторону он бы занял). Ну а Крестинский был у троцкистов на особом счету, его не внесенную в «секретарскую десятку» фамилию наперекор мнению предсовнаркома внесли в бюллетень 161 из 479 делегатов XI съезда.

Авторитет Ленина к тому времени был уже не так непререкаем, как в первые годы советской власти. Военный нарком целеустремленно теснил оппонентов, даже позволял себе прилюдно обругать «создателя первого в мире государства рабочих и крестьян». Мария Ульянова вспоминала: «На одном заседании ПБ Троцкий назвал Ильича «хулиганом». В.И. побледнел как мел, но сдержался. «Кажется, кое у кого тут нервы пошаливают», — что-то вроде этого сказал он на эту грубость Троцкого, по словам товарищей, которые передавали мне об этом случае».

Дать укорот Льву Давидовичу Ленин хотел не из-за личных обид и эмоций, ведь еще год назад у них складывался вроде бы успешный дуумвират, и вождь большевиков предлагал ему стать своим заместителем в Совнаркоме. Тот отказался, а позже объяснил это свое решение в книге «Моя жизнь»: «Нет никакого сомнения в том, что для текущих дел Ленину было удобнее опираться на Сталина, Зиновьева или Каменева... Ленину нужны были послушные практические помощники. Для такой роли я не годился».

Наполеонизм, высокомерие, постоянное стремление к фракционности эксцентричного выскочки привели в итоге к образованию «ленинского» ядра, видную роль в котором, помимо Каменева и Зиновьева, играл Сталин. Но и сторонников Троцкого было немало. Сам Ильич все меньше общался со строптивым «аристократом» в пенсне и кожанке и все больше — с довольно скромным на вид партийным тружеником с усами. Один из старейших членов партии, тот, кто чаще других оказывался в тюрьмах и ссылках, много раз оттуда бежал, кто не теоретические статьи писал в парижских кафе, а на практике осуществлял революцию, — с октября 1917 входил в бюро ЦК, потом — в Политбюро и Оргбюро одновременно. При этом Сталин (единственный из членов Политбюро) занимал несколько высоких управленческих постов, возглавлял наркоматы национальностей и госконтроля (РКИ), являлся членом Реввоенсовета, Коллегии ВЧК-ОГПУ, Совета труда и обороны. То есть аккумулировал знания самых разных механизмов госуправления и победившей политической партии.

Неудивительно, что Ленин в какой-то момент твердо поставил на него, невзирая на довольно резкий спор о будущем национально-административном устройстве страны (на эту тему Владимир Путин недавно много говорил в своем историческом обращении к народам России и Украины), несмотря на противостояние по вопросу о монополии внешней торговли. Глубинная суть мотивации вождя остается загадкой. Он прекрасно знал о тесных «деловых» и родственных связях Лейбы Бронштейна с банкирами Уолл-стрит, и когда-то Ленина это вполне устраивало, однако в перспективе такие взаимоотношения с «миром капитала» выглядели слишком двусмысленно. Не до конца понятно истинное отношение Ильича и к «чудесному грузину», хотя то, что он его ценил, несомненно. Похоже, что все-таки недооценивал.

Так называемое «Завещание Ленина», якобы продиктованное Надежде Крупской в декабре 1922-го и содержащее негативные характеристики Сталина («слишком груб», «сосредоточил в своих руках необъятную власть» и т.д.) — фальшивка или полуфальшивка. Текст либо полностью написан, либо сильно отредактирован Надеждой Константиновной, у которой имелась на Кобу личная обида. Ленин не имел обыкновения в одночасье пересматривать собственные рекомендации. После того «письма-завещания» он жил больше года и незадолго до смерти вновь начал понемногу работать, однако сменить Сталина на посту генсека не предлагал. К тому же тот чаще, чем кто-либо другой из верхушки большевиков, общался с больным вождем мирового пролетариата.

Крупская передала «документ» в ЦК лишь после смерти мужа. Сокращенная версия «Завещания» была напечатана в декабре 1927-го ограниченным тиражом — для делегатов XV съезда. В связи с этим Сталин несколько раз ставил перед однопартийцами вопрос о своей отставке, но она не была принята.

Ну а в 1922-м на пленуме произошла показательная коллизия: «ленинцы» — члены ЦК отвергли предложенное сторонниками Троцкого введение должности (явно предназначенной для их кумира) председателя Центрального комитета РКП(б). Формальный «начальник партии», тем более такой, Ленину был не нужен, а неформальным являлся он сам. Спрашивается: зачем же тогда предложил должность секретаря сделать «генеральной», да еще и под Сталина? Служило ли это указанием на Кобу как на преемника или было тактическим ходом, сделанным для того, чтобы нивелировать влияние Троцкого в партии? Ответа на этот вопрос до сих пор нет.

Характерно, что сам Лев Давидович особого значения возвышению главного противника и будущего палача не придал. Впоследствии он характеризовал Сталина как «выдающуюся посредственность», а тогда, в 1922-м, видимо, ничего выдающегося в нем не находил. А зря. Пока Троцкий, надеясь на свое влияние и зарубежные связи, занимался «высокой политикой», скромный и немногословный Иосиф Виссарионович умело и методично формировал через систему партийных кадров спаянную команду. Использовал «душевный подход»: звонил в нижестоящие комитеты партии, спрашивал, как дела, чем помочь, проявлял, что называется, личное участие. Поэтому неудивительно, что все низовые партруководители на съездах стояли за него горой. Более того, через Учетно-распределительный отдел ЦК Сталин принялся расставлять всюду своих людей. В первый же год его секретарства было произведено 4750 назначений!

Уже в 1925 году на XIV съезде ВКП(б) он впервые выступил с политическим отчетом ЦК (раньше, до своей болезни, это делал Ленин), а верный друг Климент Ворошилов назвал докладчика «главным членом Политбюро». Через несколько лет это определение станет простой констатацией факта. Близкие к Ленину Каменев и Зиновьев, высокомерно считавшие Сталина своим орудием в борьбе с Троцким, будут уничтожены сами, как, впрочем, и многие другие из «ленинской гвардии», имевшие хоть каплю политических амбиций. Коба стал «красным царем», что соответствовало историческим традициям России больше, нежели рыхлая партийная коллегиальность с разноголосицей мнений, многообразием «платформ». Близоруким тактическим соратникам оставалось лишь локти кусать оттого, что вовремя не поняли, какую силу таили в себе неясная должность генерального секретаря в соединении с таким человеком, как Сталин.

Достигнув на этом посту всего, к чему стремился, он к титулам и званиям относился спокойно, если не прохладно. После 1934 года слово «генеральный» надолго вышло из употребления, в официальных документах Иосиф Сталин подписывался просто: «секретарь ЦК». И так же к нему обращались письменно. В составленном еще в 1925–1926 годы справочнике «Деятели СССР и революционные движения России» значится: «С 1922 г. Сталин — один из секретарей ЦК партии, в каковой должности остается он и теперь» (автором «именной» статьи был его личный секретарь Иван Товстуха). При этом генсек неизменно вел заседания секретариата, председательствовал на заседаниях Политбюро, то есть был реальным руководителем и партии, и страны.

В 1936 году во время обсуждения Конституции СССР вносилось предложение учредить еще один высший пост (его введут у нас в годы «перестройки»), но Сталин это решительно отверг, заявив: «Президент в СССР коллегиальный — это Президиум Верховного Совета». Ему вовсе не требовалось быть главным де-юре, достаточно было им являться де-факто. В мае 1941-го, в преддверии войны, он заменил Молотова на должности председателя Совнаркома, что знаменовало собой шаг к будущему посту Верховного Главнокомандующего. В некоторых особо важных документах времен войны и последующего периода перед именем Сталина стоит «генеральный секретарь», то есть должность все-таки сохранялась.

В октябре 1952-го на пленуме ЦК КПСС Иосиф Виссарионович неожиданно для всех попросил освободить его и от генерального секретарства, и от председательства в Совете Министров. Соратники с громкими протестами и овациями отклонили просьбу.

После смерти «вождя народов» возглавивший Совмин СССР Георгий Маленков некоторое время считался как бы наследником Сталина, а значит, и неофициальным генсеком. Однако хитрый Хрущев буквально выманил его из секретариата, чтобы самому стать первым секретарем и возглавить партию. Брежнев, свергнув «кукурузника» — отчасти в пику ему, отчасти возрождая сталинское наследство, вернул должность генерального секретаря ЦК КПСС и вписал ее наконец в партийный Устав.

Дальнейшая чехарда генсеков известна. Будучи фактически верховными правителями могучей державы, они все заметней мельчали, докатившись в лице Михаила Горбачева до презрительной народной клички «минеральный секретарь». Сбросив с себя партийный титул, как пожухшую кожу, ради новомодного звания «президент», тот завершил всю эту историю на жалкой и фальшивой ноте.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > portal-kultura.ru, 3 апреля 2022 > № 4244823 Андрей Самохин

Виктория Сердюкова: Украину ждет трибунал по преступлениям на Донбассе

Уполномоченный по правам человека в ЛНР Виктория Сердюкова в интервью РИА Новости рассказала о том, что украинские военные получают приказы от своего командования стрелять в мирных граждан, о жестоком обращении украинцев с пленными, а также о том, что Украину ждет военный трибунал по преступлениям, совершенным Киевом на территории Донбасса.

– Виктория Александровна, первый вопрос об украинских пленных. Скажите, какое количество украинских силовиков сдалось в плен сейчас и находится на территории республики, планируется ли обмен?

– Я думаю, в связи с тем, что еще продолжаются активные боевые действия, какую-то последнюю цифру вряд ли будет корректно называть. Насколько мне известно, на сегодняшний момент 170 военнослужащих Украины сложили оружие и находятся на территории Луганской народной республики. Неоднократно ранее уже было заявлено о том, что все военнослужащие Украины, которые добровольно сложили оружие, которые перешли на сторону республики, на чьих руках нет крови мирных граждан, мирных жителей, по окончании военной операции будут отпущены домой. Соответственно, в настоящий момент они содержатся в условиях в соответствии со всеми существующими принципами международного права, им оказывается необходимая помощь. Мне представилась возможность встретиться с некоторыми из них. Даже в ходе наших встреч получилось связаться с родственниками, которые находятся на территории, подконтрольной Украине. Они (украинские силовики, находящиеся на территории ЛНР – ред.) смогли показать, что они живы, здоровы, что им оказывается вся необходимая помощь. Жаловались, что со стороны Украины и властей Украины, командования не только не поступает каких-либо предложений по инициированию обмена, но даже на их звонки не отвечают. Эти военнослужащие забыты, от них открестились. Их родственники впервые увидели и услышали благодаря Луганской народной республике о своих военнослужащих.

– Скажите, они разочарованы? Какие у них настроения?

– Первое, что они поняли, находясь здесь на территории Луганской народной республики, что те новости, известия, а также непосредственно распоряжения их командования на протяжении восьми лет, которые они слышали, мягко говоря, не соответствуют действительности. Мы сейчас говорим о регулярной армии Украины, то есть это те офицеры, солдаты, которые давали присягу народу Украины, которые шли сюда, на Донбасс, под лозунгами защиты от агрессора, но в итоге, находясь на боевых позициях, они сами признают, что стреляли по мирному населению, что они обстреливали, выполняя приказы своего командования, гражданскую инфраструктуру. Соответственно, это тот случай, когда люди своими глазами один раз увидели и поняли, что вся та пропаганда, которая на протяжении восьми лет идет, льется в уши, в том числе и военнослужащим, очень-очень далека от действительности. Во всяком случае, среди тех, с которыми я пообщалась, не было ни одного, который сказал бы, что после освобождения он вновь встанет в ряды армии Украины.

– Вы сказали, что все они содержатся в соответствии с нормами международного гуманитарного права, а как вы можете оценить отношение к военнопленным со стороны Украины? Особенно на фоне многочисленных видео в интернете о зверствах украинских военных по отношению к российским военнослужащим

– К нам в аппарат уже поступают заявления от родственников наших военнослужащих, попавших в плен на территории Украины. Им стало об этом известно из социальных сетей, на их странички приходят от родственников видеосообщения, на которых их родственник-военнослужащий Народной милиции Луганской народной республики. Мороз, во время разговора у них идет пар изо рта, они находятся без бушлатов, в обычной военной форменной одежде на полу, связанные руки и ноги. Даже на видео видны явные следы насилия: лицо изуродовано, кровоподтеки, обращение, унижающее их честь и достоинство во время съемки этого видеоролика. И после отправки такого видеосообщения наши мамы и жены приносят скрины переписок, где лица, которые удерживают их близких путем угроз убийства как военнослужащих, так и их родственников, находящихся здесь, заставляют их выходить с лозунгами на площадки, рассказывать, что Донбасс – это Украина. Там, оказывается, очень сильное морально-психологическое давление. И главное, что на фоне видео, где живой ее родственник. И она действительно понимает, что это ее сын, муж, брат…

– До сих пор продолжаются активные боевые действия, активно обстреливается территория республики. Скажите, по мирным жителям есть какие-то цифры погибших?

– Да, представительство ЛНР в СЦКК постоянно обновляет данную информацию. Я хочу вам сказать, что на сегодняшний момент – это 12 убитых и 15 раненных, из которых трое деток. Но с целью мониторинга ситуации соблюдения прав граждан на освобожденных территориях мы через день ездим в район Старобельска и близлежащие окрестности и общаемся с теми людьми, которые были эвакуированы из городов Рубежное, Северодонецк, Лисичанск. Нам рассказывают, что когда они (люди данных населенных пунктов, в которых продолжаются бои, – ред.) пытаются добежать до Народной милиции ЛНР, то не многим это удается, поскольку украинские войска, понимая, что они эвакуируются не в сторону Украины, а в сторону республики, с криками, что те – предатели, расстреливают их на местах. Это мирные граждане, их трупы находятся в настоящий момент в этих городах. Естественно, силами Луганской народной республики прибыть туда и хотя бы забрать тела для того, чтобы их идентифицировать и в дальнейшем захоронить, в настоящий момент такой возможности нет, но те очевидцы, с которыми мы общаемся здесь, на освобожденных территориях, рассказывают, что эти населенные пункты, села, деревни, расположенные вблизи, буквально усеяны трупами, и большую часть составляют как раз-таки мирные жители, а не военнослужащие какой-то из сторон. Поэтому, цифры эти весьма условные, только по окончании военной операции возможно будет подвести итоги о количестве жертв.

– Какие факты нарушения прав человека помимо тех, что вы уже озвучили, и международного гуманитарного права вскрываются на освобожденной части республики?

– Убийства и истязания мирных граждан – это уже, к сожалению, в настоящий момент наши реалии. Самые вопиющие случаи, это уже такой почерк украинских военных, либо нацбатальонов: при отступлении из любого населенного пункта происходит минирование дороги. То есть даже те места, куда мы прибываем пообщаться с гражданами, военнослужащие, которые контролируют эту территорию, нас сопровождают, показывают одну единственную дорогу, по которой мы должны следовать. Ни влево, ни вправо. То есть минирование, которое в последующем очень сильно затрудняет налаживание мирной жизни в городах, это повсеместно везде.

Кроме того, несмотря на то, что война – это жестокая вещь, но даже она имеет какие-то правила, и конвенциями предусмотрен ряд норм и требований поведения относительно мирных граждан, относительно гражданской инфраструктуры. Посещая эти уже освобожденные, контролируемые Луганской народной республикой, города и села, мы видим, что все эти нормы нарушены самым жестоким образом.

Яркий тому пример – населенный пункт Трехизбенка. Около трех дней в феврале после начала военной операции военнослужащие Украины находились в этом населенном пункте. Несмотря на то, что это большая территория, это не маленький район, там множество каких-то нежилых помещений, тем не менее они расквартировались в эти три дня перед отступлением в школе и садике. Мы прибыли в эти места, посмотрели. Естественно, для того, чтобы дети пошли в школу и в садик, потребуется месяц-два времени очистить, и самое главное – нужны экономические вливания. Он спали на полу на матрацах, выпачкали полностью всю мебель, которая была. Кровати были сломаны, поскольку, сами понимаете, это спальные места для деток дошкольного возраста, военнослужащие крупнее. Это нужно выкинуть, заказать новое, предоставить в эти образовательные учреждения. Кроме того, при отступлении они забрали всю имеющуюся технику. На тот момент школы были оборудованы телевизорами, какими-то техническими средствами для проведения интерактивных занятий. Все это полностью отсутствует. Более того, всю кухонную утварь: кастрюли, тарелки, кружки – все они забрали с собой. И такое наблюдается, к сожалению, не в одном городе.

Жилые дома… Когда смотришь на эти картинки, это не осколочные попадания, это попадания снаряда в дом, прям видно, что начиная с крыши разрушено. Четко видно, что (били – ред.) не между домами, не по улице, а это прямое попадание в жилые дома. Обычные одноэтажные домики, весь Славяносербский район усыпан такими строениями.

Когда мы ездили в северную часть нашей республики, Старобельск и его окрестности, буквально каждый мост через реку, который находится между населенными пунктами, был заминирован, все они были разрушены. И в настоящий момент первое, что делают наши коммунальщики, восстанавливают эти мосты, поскольку даже доставка грузов первой необходимости – хлеб, вода – в эти освобожденные территории требует связи с помощью моста. Ни одного практически целого, нетронутого, не заминированного украинскими военнослужащими моста мы не увидели.

– Есть ли факты неподобающего или нарушающего международные конвенции обращения с мирными жителями? Какой случай запомнился больше всего из всех обращений и свидетельств?

– Мы вчера находились в Новоайдарском районе, посетили один из эвакопунктов, там проживало несколько семей, они буквально пару дней назад прибыли из города Северодонецк. Из их уст рассказ, как они попали на эту территорию. Во-первых, они добирались несколько дней на своих автомобилях. Но на территории Северодонецка, при выезде из него, находится очень много блокпостов. Они уже знали, что в сторону Луганска не разрешают выезд. Соответственно, они какими-то обманными путями каждый раз, следуя через пост, сообщали, что едут на территорию Украины, и таким образом чудом получилось добраться к нам в Новоайдар.

Вот они нам рассказывали, что происходит сейчас в тех городах, где активное пребывание украинской армии и националистических батальонов. Я так поняла по их настрою, что больше всего идет агрессии со стороны нацбатальонов. Одно из требований ВСУ и нацбатальонов при пересечении блокпоста – петь гимн Украины. В случае, если люди отказываются, либо не знают слов, – в прямом смысле слова возвращают назад. Кроме того, тех людей, которые пытались прорваться на территорию Луганской народной республики, мы общались с этими людьми, во многих из них из автомата ВСУ стреляли. Это прямой запрет. У них какая-то команда – удерживать мирных граждан на территории, и, соответственно, вся их техника и вооружение, на которых они передвигаются, располагается именно в жилых кварталах. Более того, все, что касается Северодонецка, Рубежного и Кременной, эти города оборудованы бомбоубежищами и подвалами, и в начале марта 2022 года мирные граждане спускались в них, но по мере того, как попадали туда вооруженные формирования Украины, они, не стесняясь, заставляли их выходить из подвалов, они вынуждены были подниматься на верхние этажи в квартиры. Более того, относительно гуманитарной помощи. Поступают иногда с территории Украины машины с этой гуманитарной помощью, люди под обстрелами приходят в ту часть города, где будет находиться гумконвой, туда прибывают представители нацбатальонов с оружием в руках, и они им запрещают получать эту гуманитарку. Они забирают ее себе. Это не единичный случай, о котором нам известно со слов тех людей, которые сейчас тут находятся.

– Какие еще преступления вами фиксировались?

– Не могу не рассказать о ситуации, которая произошла в Кременском районе, это село Новая Краснянка. Там находилось коммунальное учреждение – дом-интернат для инвалидов и престарелых людей. На момент этих событий в начале марта там находился 71 подопечный. Чтобы вы понимали, это люди с ограниченными возможностями в силу возраста или здоровья, и с ними еще находились несколько сотрудников, обеспечивающих их жизнедеятельность. Как только вошли украинские вооруженные формирования в населенный пункт, от сотрудников неоднократно поступали звонки руководству района, области и так далее с целью запроса об эвакуации. И им стало известно от тех нацбатальонов, чьи представители находились на территории этого интерната, о запрете вывоза людей. В прямом смысле слова они будут использованы, эти инвалиды, эти пожилые люди, в качестве живого щита. Дабы вооруженные силы Луганской народной республики не осуществляли обстрелов в их сторону. В итоге на протяжении четырех дней происходили эти бесчинства на территории интерната, люди гибли даже в эти дни, они сгорали от пожаров, которые разгорались в результате попадания с украинской стороны минометов. И только благодаря наступлению народной милиции, если я не ошибаюсь, 11 марта, немного отошли ВСУ и нацбатальоны, и уже наши военные за руку (выводили – ред.), поскольку подъехать туда на технике не было возможности, обстрелы не прекращались. Из 71 подопечного вывели с территории 22 человека. Вывели – это громко сказано, некоторых выносили на руках, некоторых вели под руки, кого-то там на одеялах, поскольку даже не все из них могли в силу своего здоровья передвигаться.

Все остальные, со слов сотрудников, которые там были и выжили, и сейчас находятся в безопасном месте, остальные 49 умерли в жестоких мучениях и самое страшное – это те, которые горели на глазах у этих выживших, которые ничем не могли им помочь.

– Скажите, пожалуйста, куда пойдут все эти данные, которые вы сейчас собираете?

– Все, что фиксируется аппаратом уполномоченного, будет направленно, в первую очередь, в генеральную прокуратуру, второе – во все международные организации. Относительно фиксации, у нас на протяжении восьми лет расследуются уголовные дела следователями генеральной прокуратуры и министерством государственной безопасности о запрещенных методах ведения войны. Это, конечно, самое главное подспорье, поскольку это не просто рассказы очевидцев или пересказанные мной или другим представителем, это материалы уголовных дел, – это осмотр места происшествия, это допросы потерпевших, это соответствующие экспертизы. Это полноценно собранные за восемь лет не один том уголовного дела, где все эти преступления, а именно таковыми являются действия украинских силовиков, зафиксированы для дальнейшего направления в судебную инстанцию.

– Поддерживаете ли вы идею создать новый трибунал по преступлениям нацистов? В какие сроки это возможно, и как считаете, какие страны могли бы туда войти?

– Все мы любим историю и читаем, в этом смысле нам очень легко. По итогам окончания Второй мировой войны все это состоялось, и не думаю, что сейчас кто-то из этих военных преступников верит, что это возможно. Но опять-таки благодаря материалам уголовных дел все возможно. Мы к этому готовились все восемь лет, война не пришла в феврале 2022 года, она длится восемь лет, и мы знали, что рано или поздно ситуация изменится, что двойные стандарты, которые сейчас провозглашены во всем мире, они рухнут под давлением тех стран, которые, слава Богу, видят ясными глазами то, что происходит, которые слышат крики о помощи со стороны жителей Донбасса. И я думаю, что, конечно, прямо сейчас во время того, как активно идут боевые действия, об этом говорить рано, непосредственно о самом трибунале. Но самое главное то, что мы к нему готовы процессуально, и как только они окончатся, то найдется очень много независимых государств, не подпадающих под влияние западной пропаганды, которые смогут принять участие уже в новом формате на примере прошлого трибунала.

– Продолжают ли жители Луганской народной республики или освобожденных территорий формировать жалобы в ЕСПЧ или Международный уголовный суд?

– За эти восемь лет сложилась замечательная практика. Те преступления, которые происходили, фиксировались, и сотрудники генеральной прокуратуры помогали потерпевшим направлять данные иски. Даже по состоянию на февраль было подготовлено 950 исковых заявлений в ЕСПЧ, 689 были направлены. К сожалению, ни один из исков не был рассмотрен до настоящего момента. Относительно того, что происходит сейчас, они (иски – ред.) формируются, генеральная прокуратура помогает их оформлять, а вот какие будут результаты, нужно будет смотреть по окончанию, по итогам нашей военной операции – услышит ли нас европейское сообщество на этот раз.

– Что касается расследования в суде ООН в Гааге, верите ли вы в объективность этого суда, или будут однобокие решения в пользу Украины?

– Двойные стандарты. Я уже о них говорила и повторюсь. Даже сейчас, мониторя сети интернет, средства массовой информации, мы наблюдаем, что как раз-таки вот эти международные правозащитные организации, которые нейтральные, которые должны быть объективными, они воспринимают фейковые картинки, видео, которые высылают со стороны Украины, как правду, и даже принимают, насколько я поняла, какие-то решения, что естественно не соответствует действительности. Но я не думаю, что нам нужно опускать руки в этой ситуации. Это слова Украины, это слова президента Украины, у нас, я повторюсь, есть материалы уголовных дел, где зафиксированы места совершения преступлений, где есть показания людей, ставших очевидцами, потерпевшими этих преступлений, и проделана большая работа. То есть на их слова у нас собраны в соответствии с нормами уголовного процессуального кодекса материалы уголовных дел, и мы сможем парировать этим голословным, огульным выражениям со стороны Киева теми материалами уголовных дел, которые мы постепенно накапливаем.

– Северодонецк и Лисичанск неподконтрольны сейчас Луганской народной республике, в них нет связи с людьми, а очень многие ищут своих родственников. Скажите, вы как-то содействуете в этом вопросе? Обращаются ли люди?

– Да, безусловно, для нас это сейчас очень острая проблема на фоне других не менее острых проблем. Те эвакуированные граждане, которые сейчас находятся на территории народной республики, где нет активных боевых действий, – это Луганск, Свердловск, Краснодон и так далее – там очень хорошо организована администрация этих районов, они вывесили списки тех людей, которые находятся на их территориях. И, естественно, есть мобильная связь, соответственно их родственники могут найти. Намного хуже обстоят дела с эвакопунктами, которые расположены в освобожденных городах и населенных пунктах – это Сватово, Старобельск, Беловодск и так далее, мы стараемся буквально каждый день выезжать в эти места. Непосредственно берем списки людей, которые там находятся, потом в дальнейшем мы списки обрабатываем. Поскольку на горячую линию поступают звонки и письма от их родственников, которые находятся в России, в Белоруссии, Украине. Плюс работа других ведомств, которые участвуют в эвакуации людей, также направлены на попытки соединить эвакуированных граждан и их родственников. Очень сильно мешает отсутствие связи, но тем не менее уже все, наверное, придумали возможность взаимодействовать в этом направлении. Рано или поздно списки аккумулируются и у нас, и, безусловно, в администрации городов и районов. То, что поступает к нам на горячую линию, отработав эти списки, соответственно мы людям сообщаем, где находятся их родственники, почему с ним нет связи.

– Помимо того, что мы знаем об угрозах мирным жителям, родственникам тех людей, которые оказались в плену, еще есть информация об угрозах журналистам со стороны украинских силовиков? Знаете ли вы о таких случаях?

– В адрес аппарата уполномоченного такие заявления еще не поступали, поэтому я не могу сказать, как происходит работа с такими случаями. Но опять-таки мониторинг ситуации в средствах массовой информации показывает, что травля наших журналистов, представителей СМИ идет, и шла все восемь лет. Мы же видим неоднократные случаи, когда на таких сайтах, как "Миротворец" появляются данные наших журналистов полностью, с их адресами, именами. Очень большое количество каких-то статей с высказываниями, угрозами в их адрес. Все это присутствует, но лично к нам еще ни одного заявления не поступало.

Россия. Украина. Новые Субъекты РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > ria.ru, 3 апреля 2022 > № 4102726 Виктория Сердюкова

Новые стимулы для повышения плодородия в хлопководстве

Постановление Президента «О мерах по повышению плодородия почвы и урожайности, поддержке внедрения новых технологий орошения на хлопковых площадях» от 25 марта этого года создает возможности для дальнейшего повышения плодородия почвы и урожайности хлопковых площадей, внедрения действенного механизма стимулирования перехода на новые технологии орошения, создания служб защиты растений и современных лабораторий, обучения фермеров. Об этом - в интервью нашего корреспондента с начальником Управления землеустройства и регулирования земельных отношений Министерства сельского хозяйства Республики Узбекистан Ойбеком СОАТОВЫМ.

- В последние годы в нашей стране проводится масштабная работа по реформированию всех отраслей, в том числе и сельского хозяйства, внедрению передового опыта в производство. В частности, введены субсидии для стимулирования применения водосберегающих технологий, интенсивного садоводства, приобретения сельскохозяйственных техники и технологий. В чем коренные отличия новых стимулов в сфере?

- Действительно, за последние годы происходят большие реформы в сельском хозяйстве. Вышеуказанное постановление Президента занимает особое место в ряду принятых в сфере документов.

С чем это связано? Дело в том, что свыше 68 процентов почв в нашей стране имеют содержание гумуса лишь один процент и ниже. Землепользователи и фермерские хозяйства, а также хлопководческие специализированные коллективы не уделяли достаточного внимания соблюдению агротехнических мероприятий на научной основе, правил севооборота и повышения плодородия почв. Поэтому очень важно создание нового механизма заинтересованности в повышении плодородия почвы самими производителями продукции земледелия. Этот новый механизм экономического стимулирования землепользователей, создаваемый согласно постановлению главы государства, ценен и в экологическом плане.

Какие важные моменты предусмотрены в постановлении? В первую очередь налаживается механизм выделения субсидий в размере миллиона сумов на каждый гектар площадей. Средства выделяются за счет Государственного бюджета для повышения плодородия почвы и урожайности хлопка, внедрения новых технологий научно обоснованного севооборота и орошения, создания служб защиты растений и современных лабораторий, обучения фермеров новшествам и передовому опыту в сфере земледелия.

Второе обстоятельство связано с тем, что для землепользователей ставка земельного налога снижается на 25 процентов в случае, если балл бонитета почвы земельного участка по отношению к действующему баллу бонитета повысился до трех баллов, и на 50 процентов - если повысился на три балла и более. При этом льготы по земельному налогу действительны в течение трех лет.

Возвращаясь к теме субсидий, следует отметить, что данным документом определено выделение сначала 70 процентов субсидий. И только по итогам хозяйственного года, если урожайность собранного хлопка выросла на 15 процентов и это подтверждено государственными статис­тическими данными, выплатят оставшиеся 30 процентов.

- К постановлению главы государства прилагается «дорожная карта», в которой подробно расписаны задачи всех структур, ответственных за успех данной инициативы. Вы можете более подробно остановиться на роли ученых и специалис­тов министерства, подчиненных ему учреждений?

- В «дорожной карте» основное место уделено научно обоснованным мероприятиям, осуществляемым при переходе на новые технологии орошения в повышении плодородия почвы и урожайности хлопковых площадей.

В частности, в сотрудничестве с учеными научно-­исследовательских институтов почвоведения и агрохимии, селекции, семеноводства и агротехнологии выращивания хлопка будут разработаны «дорожные карты» с рекомендациями о том, какими сортами хлопчатника засевать, какие агротехнические мероприятия проводить, с учетом особенностей почв и погодных условий каждого района. Затем ученые станут осуществлять мониторинг правильности соблюдения своих рекомендаций, при выявлении несоответствия дадут научно обоснованные советы о том, как устранять недостатки. О результатах проделанной ими работы ученые проинформируют хокимияты районов, соответствующие управления Министерства сельского хозяйства Респуб­лики Узбекистан.

Осенью пройдут семинары по проведению на научной основе зяблевой вспашки, уровню засоленности почвы, процессу, методам и нормам промывки, подбору и посеву видов и сортов промежуточных и сидератных культур, научно обоснованному чередованию и севообороту с целью повышения плодородия почвы. А весной следующего года ученые дадут рекомендации о важности и сроках проведения таких мероприятий, как планировка хлопковых площадей, обработка семян хлопчатника биостимуляторами, по листовой подкормке, внесению в почву гербицидов против сорняков.

- Хотелось бы услышать цифровые выкладки по ожидаемому эффекту от внедрения механизма субсидий. Поскольку расходуются бюджетные средства, общественности важно знать об эффективности вложений. Насколько это себя должно оправдать?

- Примерные подсчеты эффективности от внедрения нового механизма субсидий показывают, что для повышения урожайности хлопководства в сезоне 2023 года на 15 процентов из бюджета выделят 127 млрд сумов. При этом за счет выполнения агротехнических мероприятий в оптимальные сроки и с учетом почвенно-погодных условий дополнительно будет получен 471 млрд сумов, то есть произведено еще 66,4 тысячи тонн хлопка. Это означает, что доход превысит в 3,7 раза затраты на субсидии землепользователям.

Трудно измерить сразу деньгами экономический эффект от улучшения уровня плодородия почв, связанного со стимулированием хлопководства. Однако заранее точно можно сказать одно: после восстановления сил земля отблагодарит дехканина высокими урожаями, поможет гарантированно выполнить задачи надежного обеспечения продовольственной безопасности страны.

Беседовал

Аблай Камалов.

Узбекистан > Агропром. Экология. Легпром > yuz.uz, 2 апреля 2022 > № 4307009 Ойбек Соатов

Готовиться к затяжному финансовому противостоянию

опыт кризисов

Сергей Ануреев

Санкции всё более очевидно становятся инструментом разжигания финансовых, экономических и социальных кризисов. России удалось быстро купировать наиболее острые внешние проявления санкционного давления на нашу экономику, грамотно подсветить структурные проблемы и шаткость европейской экономики. Теперь «финансовая война» переходит в стадию выработки большого количества ведомственных решений, правильный выбор и понимание среднесрочных последствий которых должны обеспечить структурные улучшения российской экономики. При выборе этих решений необходимо учесть опыт кризисов в разных странах, обратить внимание на их длящийся (три-пять лет) характер и рассмотреть типичные и нетипичные черты.

Ковидный кризис был нетипичным событием

Ковид для финансовых систем всех стран стал огромным, но скоротечным событием. Финансовые рынки и экономика испытали быстрое падение, правительства западных стран залили это падение огромными деньгами за счет роста госдолга и всплеска денежной эмиссии. Фактически открытая фаза кризиса длилась всего один II квартал 2020 года, после чего началось быстрое восстановление, с выходом фондовых индексов в плюс уже по итогам 2020 года, а экономик в целом — по итогам 2021 года.

В западных странах в 2020-2021 годах не было банкротств крупных банков и корпораций, не было структурной перестройки отдельных отраслей и изменений среди отраслевых лидеров. Даже дистанционная работа с первоначальным всплеском не привела к существенным структурным изменениям рынка труда, локаций крупных компаний и ролей лидирующих городов.

Единственным значимым среднесрочным наследием того кризиса стали скачок госдолга и открытая инфляция как способ избегания явного дефолта Западных стран. Но не менее значимо то, что быстрое падение и отскок во время первой волны ковида породили ощущение скоротечности кризисов и, как следствие, смещение горизонтов решений в краткосрочную перспективу. Однако опыт крупных предыдущих кризисов говорит об обратном, о длительном многолетнем прохождении стадий кризисов. Рассмотрим хронологию некоторых их них.

Великобритания после нефтяного шока 1973 года обратилась за поддержкой к МВФ

Текущий вызов для стран Западной Европы в наибольшей степени сопоставим именно с нефтяным шоком 1973 года, и в хронологии тех событий следует искать аналоги проблем и решений и понимание горизонтов последствий. Казалось бы, что в 2021-2022 годах в разы выросли цены только на газ, а цены на нефть лишь приблизились к историческим максимумам 2008 и 2012 годов. Однако значение газа в начале 2020-х несоизмеримо больше по сравнению с началом 1970-х, а рост цен на нефть относительно дна цен 2020 года на фоне сильно выросших за ковид долгов вполне значимо бьет по карману европейцев и американцев, с уменьшением их трат на другие товары и услуги.

Итак, цены на нефть тогда выросли с трех долларов за бочку в сентябре 1973 года до 11 долларов за бочку в январе 1974 года. Самым ярким последствием стало обращение Великобритании к МВФ в сентябре 1976 года, когда страна остановилась в шаге от дефолта. Казалось бы, Великобритания запросила у МВФ всего 4 млрд долл. (20 млрд в текущих ценах), но тогда международная торговля и иностранные инвестиции были в десятки раз меньше, и на тот момент то был рекорд для МВФ. Британский фунт девальвировал к доллару на 40% (от курса перед нефтяным шоком до курса месяца обращения за поддержкой к МВФ) и оставался заниженным до конца 1977 года.

Повышенная инфляция в Великобритании началась еще в 1971 году и составила 9% после 2-3% в 1960-е годы (как аналог инфляции 2021 года после низкой инфляции в 2010-е годы). Торговый профицит в размере 2 млрд долл. в 1971 году сменился дефицитом 4,5 млрд долл. в 1973 году, 10 млрд долл. в 1974 году и 4,1 млрд долл. в 1975 году. Торговый дефицит рекордного года составил 5% ВВП, а дефицит за три года кризиса до обращения к МВФ суммарно составил 10% ВВП.

В пересчёте на британский ВВП 2021 года, равный 2,8 трлн долл., текущий эквивалент дефицита первого нефтяного шока составил бы 140 млрд долл. для одного рекордного года и 280 млрд долл. для трех 1973-1975 годов. Фактический торговый дефицит Великобритании IV квартала 2021 года составил 17 млрд долл. с ещё относительно умеренными ценами на энергоносители. Умножив 17 млрд хотя бы на 1,5 в соответствии с ростом цен на нефть и на 12 кварталов трехлетнего периода, получим 306 млрд долл. торгового дефицита, что близко по траектории к ситуации перед обращением в МВФ в 1976 году.

Российский дефолт 1998 года начался с азиатского кризиса

Кризис 1998 года в нашей стране запомнился августовской остановкой банков и девальвацией рубля, но это слишком упрощенное понимание тех событий. Реальным триггером российского кризиса стал обвал акций и валют стран Юго-Восточной Азии осенью 1997 года, который вызвал сокращение потребления нефти и падение ее цен, падение стоимости государственных краткосрочных облигаций (ГКО) и рост ключевой ставки.

До кризиса, в октябре 1997 года, ключевая ставка была на минимуме того десятилетия на уровне 21%, в феврале 1998 года была повышена до 42%, в мае 1998 года до 50%. Отставка правительства Черномырдина, Чубайса и Немцова состоялась в марте 1998 года, со слухами о подготовке этой отставки еще в январе. Фальшстарт кризиса был в мае 1998 года, когда ключевая ставка поднималась до 150% и затем опускалась до 60-80%.

Основа кризиса 1998 года была заложена перед президентскими выборами 1996 года, когда была предпринята попытка достичь хотя бы временной финансовой стабилизации за счет перехода от эмиссионно-инфляционного финансирования бюджетного дефицита к займам посредством ГКО. ГКО в 1996 году выпускались с доходностью под 100% с удержанием рубля в наклонном коридоре с девальвацией всего на 20%. Пресечение откровенных схем ухода крупных предприятий от налогов не только не рассматривалось, но эти схемы даже увеличились по результатам залоговых аукционов. Только принятие второй части Налогового кодекса в 2000 году и дело Юкоса 2003 года закрыло откровенные схемы и доказало возможность нормального финансирования бюджета.

Первая волна выхода экономики и банковской системы из наиболее острой фазы кризиса 1998 года началась в феврале-марте 1999 года, показателем чего стала стабилизация курса рубля около отметки 24 рубля за доллар. Однако затем выход из кризиса именно российской экономики был задержан острой фазой американского кризиса, наиболее яркой точкой которого стало падение индексов акций в 2000 году с «дном» в сентябре 2011 года. Рубль продолжил девальвировать к доллару до 30 рублей в конце 2001 года и без малого до 32 рублей в конце 2002 года. В августе 2000 года завершилась реструктуризация внешнего долга России с нормализацией выплат начиная с 2002 года, с возвратом докризисного кредитного рейтинга BB в мае 2002 года.

США вошли в кризис в 2007 году и вышли из него только в 2012 году

Ипотечный и банковский кризис в США 2008 года, получивший потом название глобального финансового кризиса, начался отнюдь не в октябре 2008 года во время банкротства одного из крупнейших банков Lehman Brothers и крупнейшей страховой компании AIG. Цены на жилье в США достигли циклического максимума в I квартале 2007 года, c откатом на 6% во II квартале 2007 года (на уровень II квартала 2006 года), с умеренным снижением до II квартала 2008 года. Индекс акций S&P500 достиг циклического пика в мае 2007 года, затем повторил этот пик в октябре 2007 года.

Первый фальшстарт кризиса был в марте 2008 года, когда один из крупнейших банков Bear Stearns был выкуплен банком JPMorgan Chase по цене два доллара за акцию при оценке акций еще за две недели до выкупа по 160 долларов. Вторым фальшстартом стал Грузино-Южноосетинский конфликт августа 2008 года, на фоне которого индекс акций S&P500 пробил второе дно и вышел за первоначально казавшуюся локальную коррекцию. Американское дно Глобального финансового кризиса по индексу акций S&P500 пришлось на февраль 2009 года.

Экономика США полностью восстановилась после кризиса 2008 года только в 2012 году. На предкризисный уровень 2007 года индекс акций S&P500 ненадолго вернулся в апреле 2011 года, с переходом к устойчивому росту уже с января 2013 года. Цены на жилье восстановились на докризисном уровне лишь в III квартале 2012 года.

Кстати, два пика индексов акций в мае и октябре 2007 года и пессимизм относительно перспектив дальнейшего роста очень похожи на два пика 2021 года в августе и декабре, только со сдвижкой на два месяца: 7 марта 2022 года индекс акций падал на 12% относительно пика 27 декабря 2021 года, а 10 марта 2008 года на 13% относительно 24 декабря 2007 года.

Греческий дефолт и проблемы еврозоны проявились через три года после кризиса 2008 года

Следующим аналогом для понимания временных рамок кризиса является греческий дефолт 2011 года, когда небольшая Греция с ВВП на уровне 2% еврозоны стала поводом для беспокойства относительно судьбы евро. Близко к дефолту подошли также Испания, Португалия, Ирландия, которые получили помощь со стороны Евросоюза. Тогда в ходу была аббревиатура PIGS (Portugal, Ireland, Greece, Spain — pigs, то есть свиньи в переводе с английского). Конец 2007 года Греция встретила с кредитным рейтингом "А" и государственным долгом 109% ВВП (рейтинг "А" на одну ступень выше рейтинга России "ВВВ" на начало 2022 года при государственном долге России всего 19% ВВП).

Греческий рейтинг держался на предкризисно высоком уровне до самого конца 2009 года, и госдолг, казалось, вырос умеренно до 115% ВВП. В 2010 году продолжились колоссальное стимулирование экономики и вскрылись манипуляции с размерами госдолга, из-за чего к концу года госдолг вырос до 146% ВВП, а кредитный рейтинг был понижен до "ВВВ" (всего-то на одну букву). Дефолтный рейтинг появился у Греции только в феврале 2012 года, на фоне долга 175% ВВП и уже очевидных трудностей с его рефинансированием.

В реалиях 2022 года самым очевидным кандидатом Евросоюза на повторение греческого дефолта является Италия. Кредитный рейтинг Италии еще с 2013 года находится на уровне "ВВВ" при госдолге 133% ВВП в 2013 году и с ростом госдолга за годы ковида до 154% ВВП по итогам 2021 года. Долговая нагрузка Италии не только хуже греческой образца 2007-2010 годов как процент ВВП, но и Италия является третьей экономикой еврозоны с ВВП в 9 раз больше греческого и выпущенными гособлигациями в объеме больше Германии. Франция имеет госдолг в размере 115% ВВП и не сможет оказать поддержку Италии.

Германия в одиночку также будет не в состоянии вытянуть Италию. Индекс германской производственной активности (PMI) S&P500 в ноябре 2021 — марте 2022 года составил 56-57 пунктов (уровень ниже 50 означает очевидную рецессию) после 66-68 пунктов в марте-августе 2021 года. Согласно прогнозам немецких экономистов, сделанным в начале марта, на 2022 год ожидаемый рост ВВП составляет 1% и инфляции 6%, что похоже на статистические манипуляции с компонентами ВВП. Однако пока ни рейтиновые агентства, ни рынок гособлигаций упорно не замечают нахождения Италии аккурат в греческой траектории и Германии — в рецессии.

Сейчас необходим среднесрочный горизонт ожиданий и решений

В переходе на среднесрочное видение следует учитывать, что политики Евросоюза понимают исторически обоснованный запас прочности финансовых систем и экономик своих стран в горизонте минимум год или даже два-три года. Подавляющее большинство руководителей европейских стран являются профессиональными финансистами, о чём "Завтра" писала в статье "Властелины долговых ям" в декабре 2021 года. Они точно представляют себе механику и "расписание" предыдущих крупных финансовых кризисов. Наивно ожидать от Евросоюза скорых подвижек по отношению к заблокированным российским резервам, по покупке российских нефти или газа без угроз в виде эмбарго или блокировки платежей, ослабления санкций и хотя бы умеренной нормализации отношений.

В марте 2022 года российские органы власти сосредоточились на важных мерах по обузданию паники (вкладчиков банков, портфельных инвесторов, покупателей основных товаров, айтишников и так далее). Паника была успешно купирована, и теперь следует переходить к пониманию состояния экономики и финансовой системы в среднесрочной перспективе. В похожих обстоятельствах 2014-2016 годов российские органы власти выработали широчайший спектр решений по обеспечению среднесрочной стабильности экономики, финансовой системы, крупных предприятий, благополучия бюджетников. Именно решения тех лет обеспечили задел для успешного прохождения ковида и обеспечили текущий запас прочности.

Следует напомнить некоторые решения 2014-2016 годов, которые пока забыты. По крупным предприятиям были запреты на бонусы, премии, дивиденды по итогам даже предкризисного относительно успешного года. Резались маркетинговые расходы, командировочные, представительские и не во всем актуальные расходы «развития». Высокооплачиваемые «эффективные менеджеры» сокращались целыми департаментами или отделами. Эти меры вводились либо прямыми директивами Правительства для госпредприятий, либо условиями господдержки частных предприятий и реструктуризации кредитов таким предприятиям со стороны госбанков.

С кризисов 2014 и 2020 годов органы власти улучшили работу с электронными базами данных и, как следствие, адресную социальную поддержку семьям с детьми. Неадресная поддержка всех, независимо от реальной нуждаемости и приоритетов структурной политики, приведёт к разгону печатного станка и скачку цен. От скачка цен в первую очередь страдают пенсионеры и бюджетники, тогда как многие коммерсанты и производители откровенно наживаются на инфляции. Эти обстоятельства описаны в "Завтра" в статье "Кому надо помогать в кризис" в апреле 2020 года в разгар увлечения политиками и экономистами разных стран «вертолётными деньгами», приведшими к глобальной инфляции.

Автор — профессор Департамента общественных финансов Финансового университета при Правительстве РФ

Россия. США. Евросоюз. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Образование, наука > zavtra.ru, 2 апреля 2022 > № 4028283 Сергей Ануреев

«Устроить бойкот русской культуре физически невозможно»: столетие петербургской филармонии на фоне мирового кризиса

Евгений ХАКНАЗАРОВ, Санкт-Петербург

О том, как завершаются юбилейные празднества, «Культуре» рассказал заместитель художественного руководителя Санкт-Петербургской филармонии Евгений Петровский.

Празднование векового юбилея старейшей российской филармонии, продолжавшееся два сезона, теперь близится к завершению. Большинство международных звезд успели выступить до обострения политической ситуации. Но новое время показывает, что опираться нужно на собственные силы.

Сейчас, когда западные страны ввели антироссийские санкции во всех сферах, и — что прискорбней и вызывающей всего — в области культуры и искусства, стало очевидно, что внутрироссийская культурная жизнь в состоянии более чем достойно ответить на брошенный вызов. Одним из первых доказательств стало выступление в Большом зале Петербургской филармонии Академического симфонического оркестра Московской филармонии под управлением народного артиста СССР маэстро Юрия Симонова. Событие тем более примечательное, так как обе филармонии отмечают свои столетние юбилеи. Московские гости исполнили Чайковского, Рахманинова и Шостаковича, в этот вечер солировал один из лучших молодых виолончелистов Александр Рамм, хорошо известный и зарубежному слушателю. Сам концерт состоялся в рамках программы Министерства культуры РФ «Всероссийские филармонические сезоны».

— Евгений Дмитриевич, столетие Петербургской филармонии миновало. Можно ли выдохнуть с облегчением? Довольны ли вы тем, как прошли торжества?

— Мы изначально планировали, что празднование столетия филармонии не будет ограничиваться календарным 2021 годом, а продолжится вплоть до завершения сезона 2021/2022. Мы надеемся, что до конца июня нынешнего года в этих рамках состоится еще много интересных событий. Понятно, что оба наших праздничных сезона в целом проходят в очень непростых условиях: на смену пандемии пришла напряженная международная обстановка. Мы отдаем себе отчет в том, что все-таки основные события в Петербургской филармонии уже состоялись, и не строим больших иллюзий на оставшийся сезон. Нам удалось многое. Приехали выдающиеся артисты, а главные мероприятия я бы объединил в три блока. Первый — это летний фестиваль «Музыкальная коллекция» с центральным концертом, в котором мы повторили самую первую программу нашей филармонии. Далее прошел зимний фестиваль «Площадь Искусств». И третье, отдельно стоящее событие, ставшее кульминацией текущего сезона, концерт Зубина Меты в конце января. Чудо, что он состоялся, было много объективных трудностей и препятствий. Этот вечер, конечно, запомнится на многие годы, он завершился стоячей пятнадцатиминутной овацией. Большими событиями для музыкального Петербурга стали также сольные концерты Джойс Дидонато в Малом, а затем и в Большом зале.

Еще к удавшимся планам, которыми мы гордимся, можно отнести объявление композитором-резидентом Санкт-Петербургской филармонии шотландского маэстро Джеймса Макмиллана. В рамках этого проекта прошло несколько концертов, на последнем, состоявшемся в феврале, Макмиллан сам занял место за дирижерским пультом. Это был значимый для нас момент, ведь Макмиллан является одним из самых востребованных композиторов во всем мире.

— Господин Макмиллан в декабрьском интервью для нашего издания обратил особое внимание на то, что, готовясь к сотрудничеству с Санкт-Петербургской филармонией, он не рассматривал никакого политического аспекта и что участие композиторов в каких-либо пропагандистских компаниях является контрпродуктивным. Последние международные события показали обратное: культурные контакты между Западом и Россией оказались свернутыми — и не по воле нашей страны. Композиторское резидентство же Макмиллана проходило в рамках международной программы UK — Russia Creative Bridge 2021–2022. И нам осталось только порадоваться, что концерт маэстро успел состояться 20 февраля, буквально накануне обострения политической ситуации. И нужно отдать себе отчет, что в обозримом будущем выступления западных музыкантов в России будут крайне маловероятными. Достаточно просмотреть афишу филармонии на пару месяцев вперед, чтобы увидеть, что слетели концерты Элины Гаранча, Люки Дебарга, Натали Дессей…

— Среди того, что вы упоминаете и что нам не удалось, к огромнейшему сожалению, я назову концерт Элины Гаранча, который должен был пройти в декабре в рамках фестиваля «Площадь Искусств». Исполнительница заболела коронавирусом, мы перенесли ее концерт на апрель — но случилось то, что случилось. Также у нас в январе впервые должен был выступать бельгийский ансамбль старинной музыки Collegium Vocale Gent с его руководителем Филиппом Херревеге. Но заболели музыканты ансамбля, январский приезд был перенесен на апрель, и теперь он тоже не состоится. Были отменены выступления выдающейся германской исполнительницы Вальтрауд Майер, израильского пианиста Ефима Бронфмана, американского пианиста Гаррика Ольссона. Остается надежда на сентябрьское выступление Джойс Дидонато, но весьма призрачная.

— Как филармония будет выходить из ситуации, чем будет радовать слушателей, когда умолкли зарубежные музы?

— Не надо забывать, что в основе петербургской филармонии находятся два первоклассных оркестра — Заслуженный коллектив России и Академический симфонический оркестр филармонии. Времена мы видали разные, афишам шестидесятых-семидесятых годов можно было только завидовать, проходили такие фестивали, о которых мы в последние десятилетия даже помыслить не можем. Потом настали трудные девяностые, когда выдающихся концертов нужно было ждать месяцами и годами, приезды крупнейших музыкантов считались редкостью. Но наши оркестры всегда держали марку и были нашей опорой. Конечно, мы будем привлекать к сотрудничеству российских музыкантов и исполнителей. У нас много крупных и ярких мастеров, нам, обладателям российской музыкальной школы, грех жаловаться. Российские музыканты, живущие за рубежом, также сотрудничают с филармонией. Это, конечно, связано с дополнительными трудностями, финансовыми издержками, но мы не оставим усилий обогатить наш репертуар. В конце концов, хоть ситуация непростая, оптимизма терять не хочется. Устроить бойкот русской культуре физически невозможно. Я недавно узнал, что директор Ассоциации британских оркестров Марк Пембертон выступил против бойкота русской музыки, заявив, что она давно стала частью мирового культурного канона. Мы переживем это осложнение, бывали ситуации гораздо более тяжелые для отечественной культуры.

— Как сказались нынешние события на сотрудничестве с швейцарским маэстро Шарлем Дютуа, который является главным приглашенным дирижером Заслуженного коллектива России академического симфонического оркестра филармонии? Связи разорваны?

— Вовсе нет. По понятным причинам настала некоторая пауза. В любом случае наши взаимоотношения, исполненные глубокой приязни между оркестром и дирижером, не прекратились. Никто так даже вопрос не ставит.

— Ярким примером взаимного обогащения во внутрироссийских масштабах стал приезд в Петербург в рамках проекта Министерства культуры РФ оркестра Московской филармонии. Учитывая новые реальности, не планируется расширение сотрудничества Петербургской филармонии с российскими регионами? Какие-нибудь внутренние гастрольные проекты?

— Пока не могу назвать конкретные сроки ответного визита одного из наших оркестров в Москву. Но если говорить о регионах, то буквально на днях наш Академический симфонический оркестр под управлением Владимира Альтшулера с огромным успехом выступал в Великом Новгороде на Рахманиновском фестивале. Жизнь продолжается, и музыкальная в том числе.

Россия. СЗФО. ЦФО > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > portal-kultura.ru, 1 апреля 2022 > № 4225691 Евгений Петровский

Ответы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на вопросы СМИ по итогам переговоров с Министром иностранных дел Республики Индии С.Джайшанкаром, Нью-Дели, 1 апреля 2022 года

Вопрос (перевод с английского): Расскажите, как прошли переговоры? Как Россия может поддержать Индию в связи с угрозами региональной безопасности?

С.В.Лавров (перевод с английского): Провели переговоры, характеризующиеся отношениями, которые мы развивали с Индией в течение многих десятилетий – привилегированного стратегического партнерства. Некоторое время назад так их назвали наши индийские друзья. Это была основа для продвижения двустороннего сотрудничества во всех областях: экономической, военной, технической, гуманитарной, инвестиционной и многих других.

Верю, что внешняя политика Индии характеризуется независимостью и концентрацией на законных национальных интересах. Такой же политический базис существует и в России. Это делает нас хорошими друзьями и партнерами в важнейшей части международных отношений.

Мы всегда уважали интересы друг друга и старались приспособиться к обоюдным «запросам». Это и было главной темой наших обсуждений. Они затрагивали все двусторонние аспекты двустороннего сотрудничества в международных и региональных вопросах. Ситуация в регионе неидеальна, как и везде в мире. Поддерживаем устремления Индии консолидировать страны региона и продвигать взаимовыгодные проекты в Южной Азии.

Вопрос: Долгое время Россия выстраивала тесные отношения со странами Запада. Сегодня экономическое сотрудничество фактически разрушено. Вы осуществляете Ваше первое (после начала спецоперации на Украине) азиатское турне. Сначала был Китай, а сейчас Индия. Значит ли это, что именно там Россия будет искать недостающие рынки сбыта нефти и газа?

С.В.Лавров: Что касается нынешнего турне (Китай и Индия), считаю, это вполне естественным маршрутом. Мы являемся тесными партнерами с обеими странами. Втроём участвуем в целом ряде международных форматов. Это БРИКС, ШОС, структуры, которые сложились вокруг АСЕАН: Восточноазиатские саммиты (ВАС), Региональный форум АСЕАН по безопасности (АРФ). Есть наша «тройка» – РИК (Россия, Индия, Китай). С того момента, как она сформировалась (это уже больше двадцати лет), провели пару десятков заседаний министров иностранных дел. Последнее заседание состоялось осенью 2021 г. Был принят развернутый документ, отражающий наши общие подходы к целому ряду международных проблем. Он составляет основу для дальнейших действий на этом направлении.

В Китае мы с моим коллегой, Министром иностранных дел КНР Ван И, обсуждали дальнейшую деятельность объединения РИК. Сегодня мы с С.Джайшанкаром говорили, как эту «тройку» развивать и активнее использовать в интересах стабилизации международных отношений, обеспечения равноправия в международных делах. Это особенно актуально, учитывая, что сейчас все три страны – Россия, Индия и Китай – являются членами Совета Безопасности ООН. Так что планов у нас немало.

Насчет рынков сбыта – мы никогда не навязывали кому-либо свою продукцию. Если у стран, которые заинтересованы торговать с Россией, есть конкретные потребности расширить номенклатуру поставок, всегда готовы искать договоренности на основе баланса интересов и взаимной выгоды.

Вопрос: По поводу возможных переговоров В.В.Путина и В.А.Зеленского. У Вас есть понимание, в какой стране они могут пройти? Переговоры, начавшиеся в Белоруссии, продолжились в Турции. Кроме этого свои посреднические услуги предлагал Израиль. Когда может произойти парафирование мирного договора между главами МИД России и Украины?

С.В.Лавров: Здесь нет каких-либо окончательно одобренных планов. Они должны продолжиться. Последний раунд переговоров комментировался нашими переговорщиками в Стамбуле, где впервые украинская сторона «положила на бумагу» своё видение договоренностей, которых необходимо достичь. Они должны сначала сформироваться. У нас готовится реакция. Там есть движение вперёд, прежде всего в том, что касается признания невозможности Украины быть блоковой страной, «искать счастье» в Североатлантическом альянсе. Безъядерный, внеблоковый, нейтральный статус – это то, что сейчас уже осознаётся как абсолютная необходимость. Равно как мы увидели гораздо больше понимания ещё одной реальности. Имею в виду ситуацию с Крымом и в Донбассе. Относительно дальнейших потенциальных контактов – они сейчас прорабатываются. Будут объявлены дополнительно.

Вопрос (перевод с английского): Какие ключевые темы Вашей беседы с Министром иностранных дел Индии С.Джайшанкаром? Обсуждали ли Вы внедрение эффективного механизма расчетов в рублях и рупиях для двусторонней торговли, включая оплату Индией покупок российской нефти? Затрагивался ли вопрос сотрудничества России, Индии и Китая на переговорах в Пекине и Нью-Дели?

Как Вы оцениваете опасения в Индии по поводу возможной задержки поставок российской военной техники в Индию, включая С-400 из-за кризиса на Украине?

С.В.Лавров (перевод с английского): Что касается использования рублей и рупий в торговых финансовых сделках, хотел бы напомнить, что много лет назад мы начали отходить в наших отношениях с Индией, Китаем и многими другими странами от использования долларов и евро, чтобы больше использовать национальную валюту. В нынешних обстоятельствах эта тенденция будет естественным образом усиливаться. Будем готовы обеспечить Индию любыми товарами, которые она захочет закупить. У нас хорошие отношения между министрами торговли и финансов. Это путь в обход искусственных препятствий, созданных незаконными односторонними санкциями Запада.

Что касается суверенного военно-технического сотрудничества, нет сомнения, что решение будет найдено. Соответствующие министерства уже работают над этим.

Вопрос: США оказывают давление на Индию с целью ее вовлечения в антироссийскую кампанию. Сказывается ли это давление на взаимоотношениях России и Индии? Есть ли уверенность, что партнерство наших стран не пострадает?

С.В.Лавров: У меня такая уверенность есть. Потому что это партнерство не зависит от каких-то конъюнктурных соображений. Тем более оно не зависит от незаконных методов диктата и шантажа. По отношению к таким странам как Россия, Индия, Китай и многим другим абсолютно бессмысленно применять подобного рода политику. Это означает, что люди, которые такую политику предлагают, реализуют и навязывают своё видение всем остальным, не очень хорошо разбираются в национальной идентичности тех стран, с которыми пытаются разговаривать языком шантажа и ультиматумов.

Вопрос (перевод с английского): Как Вы смотрите на позицию Индии в отношении продолжающейся войны? Что Вы сказали Вашему индийскому коллеге? Предлагали ли Вы поставки нефти в Индию?

Работают ли Индия и Россия над соглашением о расчетах в рупиях и рублях? Окажет ли продолжающийся кризис какое-либо влияние на будущие поставки высокотехнологичного оружия, такого как С-400?

Вы и Президент В.В.Путин находитесь под санкциями США, ЕС?

С.В.Лавров (перевод с английского): Все российские граждане попали под санкции США, ЕС. Это не сюрприз. Западные коллеги показали своё истинное лицо. Уверен, что большинство стран на Земле осознают, что происходит на самом деле и понимают недопустимость действий, демонстрируемых нашими ненадежными партнерами.

Что касается позиции Индии в отношении происходящего на Украине. Вы назвали это войной, но это неправда. Это спецоперация, которая проводится максимально аккуратно, чтобы не нанести никакого ущерба гражданской инфраструктуре. Военные объекты становятся мишенью. Цель заключается в том, чтобы лишить киевский режим возможности представлять какую-либо угрозу для России. Этот военный потенциал укреплялся в течение многих лет США и другими странами-членами НАТО, которые хотели разорвать связь России с нашими соседними и приграничными странами.

Я уже упоминал о рублях и рупиях. Этот процесс продолжается уже много лет. Причиной перехода к расчётам в национальных валютах является абсолютно ненадежный характер наших западных коллег.

Мы не хотим полагаться на систему, которая может быть закрыта в любой момент, и чьи хозяева могут украсть у нас деньги.

Уже говорил о поставках нефти и высокотехнологичной продукции в Индию. Если Индия хочет у нас что-либо купить, то мы готовы это обсуждать и достигать взаимовыгодных форм сотрудничества.

Вопрос (перевод с английского): В связи с введёнными западными санкциями будет ли Россия увеличивать объём торговли с Индией и в каких областях?

С.В.Лавров (перевод с английского): Это естественный ход вещей. Мы открыты на всех азимутах для взаимовыгодных, взаимоуважительных отношений, в том числе в торговле, инвестиционной сфере и других областях. Когда на одном из азимутов наступает ничем неоправданное озлобление и реакция, которые выходят за все разумные рамки, то объективно и естественно, что партнёры на других направлениях начинают играть бо́льшую роль в твоей торговле и экономической деятельности. Ничего удивительного нет. Это уже происходило. Санкции не вчера появились. Долгие годы (десять лет минимум) находимся под интенсивными санкциями Запада и целого ряда других стран. У нас уже есть опыт, как жить в этих условиях. Причём жить так, чтобы было хорошо и нам, и нашим партнёрам. Уверяю вас, что так оно и будет.

Вопрос (перевод с английского): Вас беспокоит то, что западные страны думают о русском плане «Б», предполагающем платить за газ в рублях? Франция и Германия заявили, что они отвергают подобные предложения Кремля, так как это означает нарушение текущих контрактов. Что Вы думаете на сей счёт?

С.В.Лавров (перевод с английского): Что касается поставок газа в Европу. Президент России В.В.Путин подробно обо всём рассказал. Был подписан Указ, который предполагает схему оплаты, приемлемую для западных стран. Мы не можем использовать старую, так как Запад платил нам в своей валюте, а потом арестовал наши счета. Это как «золотая лихорадка» в США. Страна была основана теми, кто сбежал из Европы, потому что преследовался там законом. Представленная нами схема – прозрачная. Она позволяет нам получать оплату за газ в рублях. В этом и состоит наша цель.

Вопрос (перевод с английского): Индия не заняла «ястребиную» позицию по отношению к России, несмотря на давление западных стран, так как она зависит от поставок сырой нефти по сниженным ценам комплексов С-400 и «калашниковых»?

С.В.Лавров (перевод с английского): Не могу себе представить, что Индия займёт такую позицию. Даже если на неё оказывается давление. Мы уважаем верность Индии своим основным принципам. Внешняя политика Индии основывается на законных национальных интересах этой страны и её народа. Это всё, что я могу сказать на этот счёт.

Вопрос (перевод с английского): Говорят, что Индия может выступить посредником для переговоров между Москвой и Киевом. Более того, говорят, что Премьер-министр Индии Н.Моди может стать посредником переговоров между президентами России и Украины. Обсуждали ли эту тему и насколько это возможно?

С.В.Лавров (перевод с английского): Не слышал таких разговоров. Взвешенная позиция Индии, которая не подвержена влиянию в результате методов шантажа и диктата, вызывает у нас уважение. Такую позицию занимают и многие другие серьёзные страны, с которыми бесполезно таким языком разговаривать. Возможно, Индия увидит для себя какую-то роль в том, чтобы обеспечить решение проблем, послуживших началом нынешней ситуации, – проблем равной и неделимой безопасности в Европе, – поможет утвердить принципы справедливости в этих делах и объяснит нашим общим партнёрам совершенно тупиковый характер их попыток отказать России в праве на гарантии своей безопасности.

Мы за то, чтобы гарантии безопасности были предоставлены Украине, всем европейским странам, России в соответствии с теми документами, которые многие годы принимались в рамках ОБСЕ и провозгласили принцип, что никакая страна не будет свою безопасность укреплять за счёт безопасности других. Именно здесь лежит корень всех проблем.

Запад игнорировал свои обязательства и создавал из России прямую военную и идеологическую угрозу, потакая неонацистским тенденциям и практикам на территории Украины. Если Индия с её позицией справедливости и рациональных подходов к решению международных проблем сможет поддержать такие процессы, думаю, что никто не будет против.

Вопрос: Уже не первую неделю приходят сообщения со всего мира, что русофобские настроения захлёстывают целые регионы. Люди страдают от того, что называется «средневековье», от того, в чём они не виноваты. Как МИД реагирует на это? Может, будут сформированы единые центры сбора информации, центры помощи? Что будет происходить дальше на этом направлении и что нужно ещё сделать?

С.В.Лавров: Мы не раз комментировали ситуацию. Она действительно напоминает средневековье, настоящий русофобский шабаш. Как будто все предшествующие десятилетия Запад маскировался под вежливого, воспитанного партнёра на международной арене. На самом деле за такой внешне приличной маской скрывалось его истинное лицо. Оно сейчас проявилось в таких масштабах, о которых даже никто не мог подумать. Всё русское подвергается остракизму и запретам.

У нас налажена работа по регистрации всех случаев подобного рода. Используем инструменты, которые существуют в нашей государственной системе, ресурсы Следственного Комитета, Генеральной Прокуратуры и других ведомств.

Активно задействован Фонд поддержки и защиты прав соотечественников, проживающих за рубежом. Он уже давно работает в десятках стран и помогает организовывать правовую помощь соотечественникам, оказавшимся в непростой ситуации.

Нынешняя история требует глобальных усилий на уровне международных организаций. Они должны подчеркнуть недопустимость подобных «действий» со стороны наших западных партнеров. Существует дискриминация, растоптаны все «ценности», которыми Запад «кичился» многие годы (презумпция невиновности, неприкосновенность собственности, правила свободного рынка и т.д.). Уже не говорю про то, что делают с религией и Русской православной церковью не только на Украине, но и в странах Евросоюза, считающих себя «цивилизованными». Этот разговор «назрел». Всё происходящее прямо подрывает обязательства устроителей этих «акций» по Уставу ООН, ОБСЕ. Без этого разговора не сможем преодолеть то состояние, в которое Запад «загоняет» не только отношения с Россией, но и международные. Это сигнал всем нам.

За последние пару лет США окончательно пресекли все попытки Европы стремиться к некой самостоятельности, стратегической автономии. Единичные голоса, раздающиеся в частности из Франции, уже ничего не решают. Германия полностью смирилась с тем, что она является союзником США, слепо следующим в американской «колее». Делается всё, чтобы воссоздать однополярный мир и провозгласить этот процесс «борьбой демократий с автократиями». Какая это демократия? В этом состоянии во главе с Вашингтоном они сами, в комплексе, стали автократией на международной арене. Исповедуют вседозволенность для себя.

Если США покажется, что где-то (как это было в Ираке, Ливии, Сирии, за тысячи километров от их берегов) «вдруг» возникают некие «угрозы» (как правило, они потом оказываются фейками или основанными на ложных доказательствах) Вашингтон «имеет право» делать, что хочет: убивать сотни тысяч гражданских лиц, сравнивать города с землей (например, г.Ракка в Сирии). Этот менталитет будет пронизывать дальнейшую деятельность Запада во всех регионах, если его не остановить.

Если кто-то еще, не только Россия, видит прямую угрозу, воплощенную в вооружениях, военно-биологических программах (как теперь выясняется), создании иностранных военных баз на территории соседнего государства (в данном случае прямо на границах с нашей страной), Запад считает это неприемлемым. Как и то, что Россия начинает отстаивать собственные интересы. Это гораздо глубже и шире, нежели просто специальная военная операция на Украине, обеспечение её нейтралитета под коллективно принятыми гарантиями безопасности. Это вопрос мироустройства, в котором все нормы приличия, международного права и собственные «ценности» (Запад внедрял их в контексте своей модели глобализации), были попраны самим же Западом.

От этого разговора не уйти. Его необходимость понимают в Китае, Индии и в других странах. Читал выступление Министра иностранных дел Индии С.Джайшанкара на вчерашнем мероприятии, посвященном индийско-британскому взаимодействию. Он отметил, что вопросы, возникшие в международных делах, затрагивают существо миропорядка, который должен претерпеть изменения, стать равноправным, многополярным, без каких-либо суверенов и диктаторов.

Вопрос (перевод с английского): Почему Вы приехали в Индию? Против России ввели много санкций, в том числе запрет на использование системы SWIFT. Будете ли Вы рекомендовать Индии и другим дружественным странам использовать альтернативные системы?

С.В.Лавров: Потому что мы друзья и регулярно обмениваемся визитами.

Что касается системы SWIFT, то мы много раз отмечали, что ненадежность наших западных партнеров становится все более очевидной. Развиваем национальные механизмы в России. Центральный банк построил свою систему. В Индии тоже есть своя – «РуПэй». Очевидно, что всё больше транзакций будут осуществляться с помощью этих систем в обход долларов и других валют, которые оказались полностью ненадежными.

Россия. Индия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 1 апреля 2022 > № 4070928 Сергей Лавров

Позиция Роспатента касательно рассмотрения заявок на обозначения сходные до степени смешения с товарными знаками иностранных заявителей

Последнее время в СМИ стали появляться публикации, касающиеся обозначений, широко обсуждаемых в связи с последними мировыми событиями, например, «дядя Ваня» и «McDonald’s», «ИКЕЯ» и «ИДЕЯ», и т.п. При этом зачастую в таких публикациях содержится информация о том, что обозначения «одобрены» Роспатентом. Складывается впечатление, что в скором времени такие «одобренные» товарные знаки окажутся на товарах или вывесках предприятий и организаций.

Основой для подобных заявлений и выводов служит публикуемая на официальном сайте ведомства информация о поданных заявках на товарные знаки. Следует отметить, что Роспатент обязан публиковать в официальном бюллетене сведения обо всех поданных заявках с целью обеспечения возможности ознакомления с ними любых лиц. Вместе с тем, такая публикация говорит лишь о том, что заявка на товарный знак поступила в Роспатент, получила свой порядковый номер и по ней зафиксирована дата поступления.

Стоит отдельно подчеркнуть, что подача заявки на товарный знак в Роспатент, ее прием и присвоение порядкового номера не предусматривает автоматическое предоставление правовой охраны поданному обозначению в качестве товарного знака.

Чтобы обозначение получило правовую охрану, требуется прохождение двух этапов экспертизы (формальная экспертиза и экспертиза по существу), где происходит проверка обозначения на соответствие требованиям законодательства – Гражданского кодекса РФ и подзаконных нормативно-правовых актов.

По результатам проверок Роспатентом принимается решение о государственной регистрации товарного знака (то самое «одобрено») либо об отказе в регистрации товарного знака.

Наличие ранее зарегистрированного тождественного или сходного товарного знака, известных в России, является препятствием к регистрации заявленного обозначения.

Только на основании положительного решения, принятого по итогам экспертизы, происходит регистрация товарного знака в Государственном реестре товарных знаков РФ. В этот момент заявитель становится обладателем исключительного права на товарный знак.

Одновременно, стоит отметить, что заявки с «резонансными» знаками часто отзываются по инициативе заявителя. Так, к примеру, заявка на товарный знак «дядя Ваня» была отозвана заявителем спустя 2 недели после подачи.

Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > rospatent.gov.ru, 1 апреля 2022 > № 4065168

Бетатрон для борьбы с онкологией и автоматическая диагностика сердца — как вузы и бизнес развивают науку

Российские вузы совместно с партнерами из разных сфер экономики сегодня ведут активные разработки в области импортозамещающих технологий. Представители российских университетов рассказали о своих достижениях и планах.

Противораковая терапия

Медицинский комплекс для лучевой противораковой терапии, над созданием которого сегодня работают в Томском политехническом университете (ТПУ), позволит минимизировать вероятность рецидива после противоопухолевых операций. Планируется, что он будет работать на основе бетатрона — самого маленького ускорителя электронов, единственным производителем которого в России является Томский политех.

Одним из главных преимуществ комплекса, в отличие от традиционных способов лучевой терапии, стало то, что во время операции, как правило, не страдают здоровые ткани. Еще два плюса разработки томской разработки по сравнению с европейскими аналогами — в небольшой стоимости и компактности.

Уже сейчас опытный образец разработки используется в НИИ онкологии Томского национального исследовательского медицинского центра. Теперь перед учеными из ТПУ и сотрудниками АО «Информационные спутниковые системы» им. М.Ф. Решетнева, которое стало индустриальным партнером вуза, стоит задача создать именно линейку комплексов, отвечающих самым высоким современным требованиям. ИСС им. М.Ф. Решетнева уже переданы эскизы и конструкторская документация на узлы бетатрона, а до конца 2022 года будет передан макетный образец ускорителя для создания первого образца и дальнейших исследований.

ТПУ сформирован целый пакет предложений для российской промышленности по импортозамещающим технологиям. В него вошли более 120 разработок на разных стадиях готовности к внедрению. Более 60% из них находятся на высоких уровнях TRL (шкала готовности технологии) и прошли испытания в реальных условиях. 29 импортозамещающих разработок вуза уже внедрены, успешно используются и готовы к масштабированию. Среди индустриальных партнеров вуза — Газпром, Росатом, Роскосмос, Роснефть, СИБУР, Интер РАО, АЛРОСА, крупнейшие отечественные и зарубежные корпорации.

«Эффективная включенность промышленности в образование, науку, технологическую деятельность университета — это критичный момент для развития инженерного образования и научно-технологического развития в стране. И во всю наукоемкую работу с компаниями важно включать студентов. Потому что, с одной стороны, самые ценные знания рождаются именно в процессе деятельности. Работа рядом с большим ученым над значимым проектом и причастность к реальному результату невероятно вдохновляют. С другой — это дает возможность студенту во время учебы примерить на себя разные роли в технологической команде, выбрать подходящую. Студенты, участвовавшие в проектах для промышленности, после выпуска гораздо быстрее адаптируются на рабочем месте», — комментирует взаимодействие вуза с промышленными партнерами и.о. ректора ТПУ Дмитрий Седнев.

Диагностика болезней сердца без врача

Еще одна значимая разработка в сфере здравоохранения, над которой сейчас работают в Нижегородском государственном университете им. Н.И. Лобачевского (ННГУ), — это система автоматической диагностики сердечно-сосудистой системы в режиме реального времени «Кардиомаяк».

Она позволяет без участия врача выявлять различные патологии сердца, регистрировать аритмии, прогнозировать вероятность внезапной смерти и так далее. Ученые Института информационных технологий, математики и механики ННГУ уже получили патент на изобретение «Аппаратно-программный комплекс электрокардиографических измерений».

Одним из индустриальных партнеров вуза в создании системы стал Самарский государственный медицинский университет. На его базе проводятся клинические испытания аппаратного комплекса, также вуз может оказать помощь разработчикам в получении регистрационного удостоверения на медицинское изделие.

«Кардиомаяк», возможно, станет одной из 12 импортозамещающих технологий ННГУ, которые могут быть внедрены в течение 6–8 месяцев. В числе разработок и технологий, срок внедрения которых в производство не превышает года, — акустический безреагентный биохимический анализатор, производство металлических и полупроводниковых наночастиц для лакокрасочной промышленности и другие.

«В ситуации, когда необходим быстрый разворот в сторону импортозамещения, мы провели внутренний аудит проектов и выделили 22 технологии, разработанные нашими специалистами. Из них 12 имеют высокий уровень готовности и в перспективе могут быть внедрены в течение 6–8 месяцев. Остальным разработкам до выхода на производство потребуется около двух лет», — отметила ректор ННГУ им. Н.И. Лобачевского Елена Загайнова.

Она также подчеркнула, что Университет Лобачевского славится тем, что занимается не только фундаментальными исследованиями, но и высокотехнологичными разработками, нацеленными на реальный сектор экономики. Это новые предложения в области микроэлектроники, информационных технологий, медицинского приборостроения, химии и новых материалов, альтернативной энергетики, систем связи и во многих других отраслях.

Выявление лиц с социально опасным поведением

Автоматизированная система дистанционного выявления лиц с девиантным и социально опасным поведением в местах массового скопления людей — разработка Южного федерального университета совместно с Научно-исследовательским и Проектно-конструкторским институтом информатизации, автоматизации и связи на железнодорожном транспорте, который входит в структуру АО «РЖД».

Многие из разрабатываемых в России и за рубежом аналогичных систем, в отличие от проекта ЮФУ, не способны оценивать поведение человека по видеоизображению и идентифицируют только тех, чьи данные уже есть в базе данных.

В проекте, реализованном в ЮФУ, система базируется на интеллектуальном анализе поведенческих признаков, мимики, позы, жестов, походки, направления и движения взгляда людей, проходящих пункт контроля или находящихся на прилегающих территориях вокзала (в залах ожидания, кассовых залах и пр).

При таком подходе система позволяет выявлять людей с девиантным или опасным поведением даже в том случае, если это лицо ранее не было зафиксировано ни одной подобной системой, и информация о нем отсутствует в базе данных.

«Разрабатываемая технология дистанционного выявления лиц с девиантным и социально опасным поведением в местах массового скопления людей позволяет повысить уровень обеспечиваемой безопасности на многолюдных объектах без значительного увеличения затрат или увеличения численности операторов видеонаблюдения», — уверен Яков Коровин, директор Научно-исследовательского института многопроцессорных вычислительных систем имени академика А.В. Каляева ЮФУ.

Россия. СФО. ПФО > Образование, наука. Медицина > minobrnauki.gov.ru, 1 апреля 2022 > № 4048882

Google Всемогущий?

АРВИНД ГУПТА, Глава и соучредитель фонда Digital India Foundation.

ААКАШ ГУГЛАНИ, Специалист по государственной политике, Digital India Foundation.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Гупта А., Гуглани А. Google Всемогущий? // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 230-233.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ДИСКУССИОННЫЙ КЛУБ «ВАЛДАЙ»

Я не желаю, чтобы мой дом был обнесён со всех сторон стеной и чтобы мои окна были наглухо заколочены: я хочу, чтобы культура всех стран свободно проникала в мой дом. Но я не желаю, чтобы меня сбили с ног.

Махатма Ганди

Стремясь к глобализации и инновациям, развивающиеся экономики по всему миру открыли двери для новых продуктов, процессов и услуг.

Сегодня мы используем для поиска в Интернете Google или Yandex; имеем смартфоны Samsung, OnePlus или Apple; храним наши данные в облаке Amazon или Microsoft; покупаем и продаём товары и услуги на eBay; подключаемся к глобальному сообществу на Facebook, Instagram (подразделения компании Meta, признанной экстремистской организацией и запрещённой в России – Прим. ред.) или Twitter; совершаем платежи с помощью Visa, Mastercard или Apple Pay, осуществляем аутсорсинг бизнес-процессов и разработку программного обеспечения через Infosys и Tata Consultancy Services. Эти критически важные инфраструктурные проекты финансируются, строятся и управляются транснациональными корпорациями, работающими в разных частях планеты. Связь стала символом глобализации для дивного нового мира после появления Интернета. Однако возникает вопрос: не могут ли некоторые страны использовать эту геоэкономику в качестве оружия, преследуя свои геополитические цели?

На протяжении всей истории человечества государства опробовали разные средства и инструменты для реализации своих национальных интересов. Всякий раз, когда между странами возникала враждебность, начинали действовать явные и неявные механизмы нарушения цепочек поставок. Это, например, относится и к общественному транспорту в городах. В цифровом мире принято использовать услуги эффективных и профессиональных транснациональных частных предприятий для управления платежами в рамках государственных систем общественного транспорта. Однако, если между двумя государствами возникнет вражда и такая корпорация под давлением политиков государства своего происхождения прекратит выдавать билеты пассажирам, она будет в состоянии влиять на поведение другого государства. Совокупная рыночная капитализация пяти крупнейших компаний мира составляет более 10 трлн долларов, что превышает валовой внутренний продукт (ВВП) большинства стран мира. Из них четыре являются технологическими компаниями. Эти корпорации имеют возможность заблокировать доступ к своим цифровым рынкам, ограничить социальное присутствие пользователя, скрыть данные о дорожном движении для навигации, сократить поставки смартфонов или удалить рекламу со своих платформ в считанные часы для миллионов людей.

Более того, все эти компании подчиняются законам родительских государств. Чтобы подогнать свои внутренние процессы под корпоративный стандарт, их дочерние компании по всему миру должны следовать неким типовым правилам, что, по сути, влечёт за собой серьёзные затраты для других стран, поскольку эти правила не учитывают идентичность и культурные нормы чужих обществ и регионов. Данный процесс сдерживает рост малых и средних предприятий, поскольку крупные корпорации совершают капитальные вложения для приобретения пользователей и подавления местной конкуренции.

Перефразируя слова Махатмы Ганди, мы думаем, что страны и их граждане доверяют обмену идеями, продуктами и услугами, чтобы получать новый опыт и извлекать уроки из историй успеха, а не чтобы быть «сбитыми с ног». Если корпорации преследуют геополитические интересы определённого государства или государств, то они серьёзно подрывают основополагающие принципы нашего мира. Мы понимаем, что государства будут преследовать свои национальные интересы.

На наш взгляд, чрезвычайно опасна способность ряда крупных корпораций действовать как суверены и нарушать повседневную жизнь простых граждан на территориях, на которых они работают.

Чтобы производить инновационные продукты и услуги, государства предоставляют корпорациям налоговые льготы, субсидии и гранты. Если крупные технологические компании будут иметь возможность останавливать свою деятельность по собственной воле, это заставит страны с подозрением относиться к ним и к новым технологиям. Подозрение будет стимулировать государства становиться более изолированными, и барьеры будут укрепляться. Это задушит инновации, необходимые для коллективных действий в таких областях, как изменение климата, создание вакцин и биотехнологические инициативы. Мы видели плоды такого сотрудничества во время пандемии, когда свободный обмен информацией привёл к самой быстрой разработке вакцин в истории человечества.

Существуют два варианта выхода из этого затруднительного положения:

Во-первых, в краткосрочной перспективе каждому государству следует диверсифицировать поставщиков важнейших продуктов и услуг. Ни одной корпорации не должно быть позволено иметь настолько большую власть, чтобы она могла менять жизнь граждан страны без их явного согласия, в обход избранных правительств, демократических норм и общественного контроля. Мы ни в коем случае не утверждаем, что нужно ограничить бизнес-инновации или способность корпораций предоставлять свои услуги за границей. Мы лишь выступаем против недобросовестного и злонамеренного монопольного господства на рынке.

Во-вторых, в долгосрочной перспективе государства должны стремиться к развитию своих собственных цифровых общественных благ, которые вернут контроль гражданам, а через них – государствам.

Мы имеем в виду, что каждое государство должно иметь значительную долю собственности – с участием частного сектора – в цифровом достоянии.

Речь о национальных удостоверениях личности, архитектуре платежей, социальных выплатах, коммерческих и медицинских записях. Эта мера предназначена не для замены крупных технологических корпораций местными или государственными корпорациями, а для демократизации процесса агрегации данных, полномочий по контролю доступа, разработки и развёртывания алгоритмов в рамках концепции конфиденциальности в соответствии с правилами, установленными местными органами власти.

Слияние геополитических интересов государства с предоставлением частных услуг порождает повсеместные барьеры для бизнеса. Мы предвидим, что для защиты поставок от непредвиденных обстоятельств государства будут нести дополнительные расходы на перемещение производства критически важных цифровых инструментов – полупроводниковых чипов, активных фармацевтических ингредиентов, оборудования телекоммуникационных технологий – в свою юрисдикцию или задействовать услуги надёжных партнёров.

Для демократических стран важно выработать подробные руководящие принципы на основе консенсуса, чтобы контролировать действия крупных корпораций, особенно когда они занимаются поставкой общественных благ. В неблагоприятных обстоятельствах некоторые критики могут утверждать, что эти корпорации наказывают конкретное государство за предполагаемое правонарушение. Но мы думаем, что такая власть бизнеса над кем-то одним может в долгосрочной перспективе привести к злоупотреблениям в адрес многих. Мы должны быть осторожны, предоставляя горстке корпораций огромную власть без серьёзной ответственности.

Данный комментарий написан по заказу Международного дискуссионного клуба «Валдай» и опубликован на сайте клуба в марте 2022 года. Эту и другие статьи авторов можно найти по ссылкам: https://ru.valdaiclub.com/about/experts/24352/ и https://ru.valdaiclub.com/about/experts/24353/

США. Индия. Весь мир > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046495 Арвинд Гупта, Аакаш Гуглани

Фрагментация и национализация

ГЛЕНН ДИСЭН

Профессор Университета Юго-Восточной Норвегии.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Дисэн Г. Фрагментация и национализация // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 224-229.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ДИСКУССИОННЫЙ КЛУБ «ВАЛДАЙ»

Четвёртая промышленная революция влечёт за собой слияние цифровых технологий с реальным миром. Благодаря искусственному интеллекту, робототехнике, автоматизации и другим инновациям цифровые гиганты революционизируют и завоёвывают отрасли, ранее принадлежавшие физическому миру.

Важнейшее конкурентное преимущество в условиях четвёртой промышленной революции – наличие независимых цифровых экосистем, таких как Яндекс или Сбер.

Цифровые гиганты сначала изменили коммуникации, а теперь трансформируют производство, транспорт, банковское дело, города, армии, медицинскую промышленность и все остальные отрасли экономики. Цифровые технологии пользуются преимуществами «экономики охвата», при которой дешевле объединить две или более линейки продуктов или отрасли, чем заниматься ими по отдельности. Высокие фиксированные издержки и низкие переменные издержки цифровых технологий с межотраслевым синергетическим эффектом создают благоприятную ситуацию для возникновения монополий. На этапе четвёртой промышленной революции компании, управляющие поисковыми системами или сайтами электронной коммерции, имеют конкурентное преимущество в проектировании автоматизированных транспортных средств, поглощении индустрии такси, разработке автоматизированных систем вооружений, создании цифровых валют и отправке людей в космос. Мощность компьютерных систем, сбор данных и синергетический эффект позволяют нескольким цифровым гигантам доминировать в, казалось бы, не связанных друг с другом отраслях.

Концентрация власти имеет огромные последствия для международной экономической системы. Правительства поддерживают крупные национальные компании, которые конкурентоспособны на международных рынках, но опасаются их нежелательного политического влияния внутри страны. Асимметричная экономическая взаимозависимость между странами является источником политической власти, поскольку государства могут максимизировать и автономию, и влияние. Высокотехнологичные отрасли определяются как стратегические из-за ограниченных возможностей диверсификации поставщиков, что ставит перед более слабыми дилемму выбора между экономической эффективностью и автономией.

Соответственно, все крупные государства желают технологического суверенитета – собственной цифровой экосистемы, чтобы избежать чрезмерной зависимости и даже технологического колониализма.

Централизованные экономические инструменты, в частности доллар и SWIFT, позволяют США обладать огромной политической властью, что вызывает опасения у других государств, поскольку все отрасли экономики реорганизуются вокруг цифровых гигантов.

Конец экономической гегемонии

В последние десятилетия глобализация была равносильна американизации, поскольку мир следовал либеральному экономическому формату под гегемонией Соединённых Штатов. Этот формат глобализации рушится из-за относительного упадка Америки в качестве экономического гегемона, что также означает конец международной либеральной экономической системы. Экономический либерализм обычно ошибочно понимают как независимую переменную, ценность, формирующую международную систему. В действительности – либеральные международные экономические системы возникают, когда происходит концентрация экономической власти в руках гегемона (например, Великобритания в XIX веке и США в XX веке).

И Англия, и Америка заняли доминирующее положение на международных рынках благодаря жёсткой промышленной политике и протекционизму, за счёт использования субсидий и тарифов. Однако, обретя доминирующее положение, обе державы воспользовались преимуществами экономического либерализма, чтобы укрепить свою хозяйственную гегемонию[1]. Технологическое лидерство закрепляется, когда зрелые отрасли (высокое качество, низкая стоимость) технологического лидера находятся в открытой и прямой конкуренции с зарождающимися отраслями (низкое качество, высокие затраты) развивающихся государств. Давид Рикардо разработал либеральную экономическую теорию сравнительных преимуществ в качестве инструмента укрепления британского технологического лидерства: «Именно этот принцип определяет, что вино должно производиться во Франции и Португалии, хлеб – возделываться в Америке и Польше, а различные металлические изделия и другие товары – изготавливаться в Англии»[2].

Фридрих Лист критиковал британскую защиту свободной торговли как гегемонистскую норму, позволяющую «выбить лестницу»: «Обычная уловка состоит в том, что когда кто-то достигает вершины величия, он убирает из-под ног лестницу, посредством которой взобрался наверх, чтобы лишить конкурентов возможности забраться на такую же высоту. В этом суть космополитической доктрины Адама Смита, космополитических идей его великого современника Уильяма Питта, а также всех его преемников в последующих британских кабинетах министров»[3].

В XIX веке восходящие державы – Соединённые Штаты, Германия, Франция и Россия – с разной интенсивностью проводили националистическую экономическую политику, используя временные тарифы и субсидии для зарождающихся отраслей до тех пор, пока они не созреют и, таким образом, не станут конкурентоспособными на международных рынках. Политические рекомендации Александра Гамильтона, заложившие основы американской системы, нашли отражение в идеях Фридриха Листа и Сергея Витте. Как считал Лист, государства должны признать, что экономическая мощь является важным инструментом власти, а чрезмерная неблагоприятная асимметричная взаимозависимость создаст систему отношений «центр – периферия»: «До тех пор, пока существует разделение человеческого рода на независимые нации, политическая экономия будет часто расходиться с космополитическими принципами… Нация будет действовать неразумно, стремясь способствовать благополучию всего человеческого рода, в ущерб своей особой силе, благополучию и независимости»[4].

В середине XX века США закрепили своё технологическое лидерство. Оно сохранялось и в период бума цифровых технологий, поскольку правительство финансировало инновации в Кремниевой долине благодаря крупным военным контрактам и финансированию университетов для разработки патентов. Оно было закреплено либеральной экономикой и торговыми соглашениями, которые расширили действие патентных законов и прав интеллектуальной собственности, чтобы замедлить распространение технологий в других странах.

В XXI веке Китай стал проводить ту же националистическую экономическую политику, которую Соединённые Штаты проводили в XIX веке, используя прямые и косвенные субсидии и тарифы для создания глобальных производственно-сбытовых цепочек. Китай догнал США и в настоящее время становится лидером в стратегических отраслях. С помощью активной промышленной политики «Китай-2025» Пекин стремится установить технологическое лидерство в области искусственного интеллекта, робототехники и других передовых технологий, связанных с четвёртой промышленной революцией.

Следовательно, когда концентрация экономической власти у гегемона уменьшается, «ожидается, что либеральный порядок начнёт разрушаться, а его режимы станут слабее, и в конечном итоге их заменят меркантилистские механизмы»[5]. В итоге национальная власть получает приоритет над рыночными силами.

Экономическая война между США и КНР – предсказуемый результат ослабления и неуверенности гегемона.

Американцы всё чаще используют административные меры экономического принуждения в международной экономике для ослабления противников, Китая и России. Тем самым Соединённые Штаты способствуют разрушению либеральной экономической системы и создают новые стимулы для этих государств, чтобы ослабить зависимость от Вашингтона.

КНР и США будут сотрудничать ради взаимной выгоды в тех областях, где это не приведёт к чрезмерной зависимости от контрагента. Обе страны обеспечивают доминирование своих цифровых платформ на внутреннем рынке, причём по американской логике – «что хорошо для Кремниевой долины, должно быть хорошо и для Америки». Между тем нелиберальные методы определяют международную экономику, поскольку две сверхдержавы конкурируют на рынках третьих стран, о чём свидетельствует ожесточённое соперничество в области 5G.

Российская стратегия технологической готовности

Рост цифровых гигантов в менее либеральной международной экономической системе влияет на то, как российские компании должны сотрудничать и конкурировать с иностранными коллегами. Российское государство должно вмешиваться, чтобы доминирующие цифровые гиганты на внутреннем рынке были российскими. Однако полная автономия – ошибочная затея, поскольку она создаст слабые и неэффективные российские компании. Необходимо определить баланс между технологическим суверенитетом и рыночной эффективностью.

У России нет возможностей конкурировать с США и Китаем, но ей и не нужно быть технологическим лидером.

Идеальный подход России – стратегия «технологической готовности», при которой у России есть технологические ноу-хау и инфраструктура/цифровая экосистема для запуска внутренних дочерних компаний ради повышения стратегической автономии. Стратегия технологического последователя влечёт за собой уменьшение преимущества технологического лидера-первопроходца за счёт поощрения более быстрого распространения технологий. Таким образом, технологические партнёрства с иностранными компаниями должны быть направлены на создание совместных предприятий с контрольным пакетом акций и передачу технологий и ноу-хау. В отсутствие экономического гегемона происходит более быстрое распространение технологий, что даёт восходящим державам, в том числе и России, больше возможностей стремиться к технологическому суверенитету. Необходимо диверсифицировать технологические партнёрства, чтобы сместить преимущество в пользу того, кто догоняет. Кроме того, доходы от продажи энергоресурсов должны предусматривать прямые и косвенные субсидии для развития зрелых цифровых отраслей, а потребность в обеспечении национальной безопасности и санкционная война с Западом – использоваться для применения косвенных тарифов и импортозамещения в чувствительных отраслях.

России стоит приветствовать тенденцию к фрагментации интернета и национализации цифрового пространства. В последние годы Россия сделала себе прививку от санкций на внутренних финансовых рынках, чтобы уменьшить уязвимость перед западным экономическим принуждением. Это также распространяется на технологический сектор. Такую политику не следует путать с изоляционизмом или автаркией. Важно, чтобы сотрудничество и конкуренция нашли баланс между экономическим либерализмом и технологическим суверенитетом.

Данный комментарий написан по заказу Международного дискуссионного клуба «Валдай» и опубликован на сайте клуба в марте 2022 года. Эту и другие статьи автора можно найти по адресу: https://ru.valdaiclub.com/about/experts/6679/

--

СНОСКИ

[1] Ruggie J.G. International Regimes, Transactions, and Change: Embedded Liberalism in the Postwar Economic Order // International Organization. 1982. Vol. 36. No. 2. P. 379–415, P. 381.

[2] Ricardo D. On the Principles of Political Economy and Taxation. London: John Murray, 1817. P. 139.

[3] List F. The National System of Political Economy. London: Longmans, Green and Company, 1885. P. 295–296.

[4] List F. Outlines of American Political Economy. Philadelphia: Samuel Parker, 1827. P. 30.

[5] Ruggie J.G. Op. cit. P. 381.

США. Весь мир > СМИ, ИТ > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046494 Гленн Дисэн

Не втянуться в воронку

АНДРЕЙ БАКЛАНОВ

Заместитель Председателя Ассоциации российских дипломатов, профессор-руководитель секции исследований стран Ближнего Востока и Северной Африки Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики, вице-президент Российского комитета солидарности и сотрудничества с народами Азии и Африки.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Бакланов А.Г. Не втянуться в воронку // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 213-223.

Жёсткое нарастающее противостояние стран Запада и России втягивает, как в воронку, всё большее число государств. Голосование в ООН, других международных организациях, новая обстановка на мировых финансовых и товарных рынках – всё это заставляет страны, которые хотели бы остаться вне конфронтации, определить и зафиксировать точку зрения.

Особую значимость имеет позиция большинства стран Ближнего и Среднего Востока и Северной Африки. 25 ближневосточных государств – это не только восьмая часть всех членов ООН. В регионе находятся наши стратегические партнёры в сфере нефти и газа. Россия лишь недавно приступила к крайне важному для экономики и финансов сотрудничеству со странами ОПЕК, образовалась группа ОПЕК+, которая позволяла обеспечивать стабильную подпитку нашего бюджета поступлениями от экспорта энергоносителей. Мы начали получать неплохие инвестиционные предложения стран Персидского залива, немало их уже осуществляется по линии Российского фонда прямых инвестиций и национальных инвестиционных структур Саудовской Аравии, Объединённых Арабских Эмиратов, Катара, Бахрейна. Но сейчас достижения окажутся под вопросом, если мы проиграем схватку за Ближний Восток.

Конечно же, американцы не откажутся от попыток добиться поддержки своей линии и вытеснения нас из региона, где на сирийском театре военных действий Россия продемонстрировала способность достигать политических и военных целей. В наших интересах – действовать на ближневосточном направлении активно и сбалансировано, просчитывая заранее реакцию на те или иные ходы ближневосточных партнёров. Очень важно досконально знать историю взаимодействия России со странами региона, чётко понимать логику их действий.

Ситуацию в мире можно охарактеризовать как «предвоенную». События на Украине и вокруг неё послужили катализатором военно-политических, финансовых и торгово-экономических процессов, ведущих к формированию нового миропорядка. США, «коллективный Запад» работают на удержание позиций, пытаясь подтвердить своё право определять правила игры в международных делах, хотя на мировой арене более двухсот государств и целый ряд региональных центров силы.

Похоже, Россия, имеющая своё мнение по ключевым международным и региональным проблемам, стала наиболее значимым, мощным в военном отношении препятствием на пути реализации этих амбиций. Борьба против неё носит хорошо продуманный характер – она продолжается на протяжении многих лет. Прямое давление Вашингтона на Россию сочетается с втягиванием других государств в военные приготовления США, НАТО и в финансово-экономическое противостояние с нами. На европейском направлении этот курс американцам, надо признать, удался.

После распада СССР был распущен Варшавский договор, европейские союзники Москвы и страны Прибалтики, ранее входившие в Советский Союз, стали военно-политическими союзниками Вашингтона и, более того, войдя в НАТО, проявили себя как наиболее жёсткие противники Российской Федерации. Сегодня выдвигаются предложения о присоединении к Североатлантическому альянсу также и стран Севера Европы, Финляндии и Швеции.

А что происходит в этом контексте на Юге? Сегодня мы считаем данностью, чем-то само собой разумеющимся, что с южного фланга на нас не нацелены американские ракеты, там нет антироссийских военных структур. Но такая благоприятная для нас ситуация сложилась далеко не автоматически, и она не будет автоматически воспроизводиться. Это – результат многолетних, по-настоящему профессиональных дипломатических усилий нашей страны, равно как и мужественной позиции, которую занимали лидеры целого ряда ближневосточных стран.

Предыстория: Багдадский пакт и неприсоединение

Важно напомнить, что продвижение НАТО на Восток, как предполагали стратеги блока в первые годы экспансии, как и политика сдерживания Москвы, должно было с самого начала дополняться продвижением на Юг, в страны Ближнего Востока и Северной Африки. Ещё на рубеже 1950-х гг. США и Великобритания оказывали серьёзное воздействие на крупнейшую арабскую страну – Египет, добиваясь согласия на постоянное размещение британских военнослужащих в зоне Суэцкого канала и создание прозападных блоковых схем – Средневосточного командования. Участие в этих схемах выдвигалось в качестве непременного условия финансирования западными странами, Международным банком реконструкции и развития строительства высотной Асуанской ГЭС и других крупных объектов развития Египта.

Египтяне отказались и стали ориентироваться в плане получения финансово-экономической и военной помощи на Советский Союз, который политических условий не выдвигал. Однако западные страны продолжили линию по сколачиванию в регионе военно-политических группировок антисоветской направленности. На определённом этапе это стало приносить некоторые плоды. В 1955 г. усилиями Великобритании при поддержке Соединённых Штатов был организован военно-политический блок с участием ближневосточных стран – СЕНТО – Организация центрального договора. Её часто называли Багдадским пактом по месту заключения в феврале 1955 г. соответствующего соглашения. В состав участников договора первоначально вошли Ирак и Турция, затем – Великобритания, Пакистан, Иран. США формально оставались «ассоциированным членом», однако на деле Вашингтон играл решающую роль в формировании стратегии блока.

Создание Багдадского пакта получило в основном негативную оценку в большинстве ближневосточных стран. Египет занялся выдвижением альтернативного варианта внешнеполитической ориентации как стран региона, так и других государств, не входивших в военные альянсы западных стран и дистанцировавшихся от Варшавского договора под советской эгидой.

В 1955 г. президент Египта Гамаль Абдель Насер совместно с лидерами ряда афро-азиатских стран и президентом Югославии Иосипом Броз Тито приступил к формированию Движения неприсоединения, в которое в дальнейшем влились практически все арабские страны. В 1959 г. из Багдадского договора вышел Ирак, где произошла революция, и блок постепенно прекратил существование. На Ближнем Востоке только Турция выбрала союзнические отношения с США и в феврале 1952 г. стала членом Североатлантического альянса.

Анкара в течение многих лет проводила жёсткий антисоветский курс. В 1961 г. Соединённые Штаты начали размещение ракет «Юпитер» в Турции, в районе города Измир. Дальность их действия превышала 2 тысячи километров, а подлётное время до крупных военных и экономических центров СССР составляло несколько минут. Советское руководство посчитало, что этой военной акцией американцы создают неприемлемую угрозу. Переговорный процесс с США и Турцией никаких результатов не дал и вследствие этого возник план создания на Кубе аналогичной военной угрозы для американцев.

Таким образом, «кубинский» кризис мог бы с полным правом именоваться «турецким». Ситуация, сложившаяся в тот период, напоминает сегодняшние проблемы России с приближением военной инфраструктуры НАТО к жизненно важным центрам на территории Российской Федерации. В дальнейшем американцам пришлось отказаться от планов размещения ударных средств на территории Турции.

Но сделали они это не в результате переговорного процесса, а вследствие обеспокоенности ответным военным демаршем Москвы – размещением ударных сил вблизи территории США. Возьмём на заметку, какие методы ведения дел с американцами срабатывают.

Наша дипломатия прилагала усилия, чтобы укрепить добрые отношения с Движением неприсоединения в целом и с арабскими странами в частности. На протяжении 1960–1980-х гг. Москву устраивал внеблоковый статус большинства ближневосточных стран. В 1990-е гг. Соединённые Штаты, страны НАТО несколько изменили тактику ведения дел с государствами Ближнего Востока. Появились более гибкие схемы привлечения ближневосточных стран к военным структурам Запада. В 1994 г. запущен так называемый «средиземноморский диалог» НАТО с группой стран южного и восточного Средиземноморья, в которую, наряду с Израилем, входили Египет, Иордания, Мавритания, Марокко, Тунис.

Натовцы организовали различного рода учебные курсы для представителей этих стран по проблемам борьбы со стихийными бедствиями, спасения на море, мерам доверия, однако поднимались и темы военного сотрудничества. Важным моментом было создание в натовской штаб-квартире в Брюсселе постоянных представительств стран – участниц «диалога». Следует отметить, что арабские страны, как правило, действуют на этом направлении весьма осмотрительно и осторожно, избегая, по возможности, втягивания в военные приготовления Запада.

С начала 2000-х гг. Вашингтон и Брюссель стали убеждать ближневосточные страны, в особенности государства Персидского залива, в необходимости создания, возможно, совместно с коллективными структурами ССАГПЗ, современной системы защиты от ракетного нападения. С учётом напряжённой ситуации в зоне Персидского залива у стран субрегиона была заинтересованность в данном проекте, но опасение оказаться слишком привязанными к США привели к тому, что реализация американской инициативы далеко не продвинулась.

В начале 2022 г., в обстановке общего обострения напряжённости в мире, США и Генеральный секретариат НАТО возобновили обращения к руководству стран Ближневосточного региона с призывами создать под эгидой блока систему обороны, основным элементом которой были бы американские средства ПВО, способные быстро переоборудоваться в площадки для ударных ракет средней дальности.

Осуществление этих планов способно привести к очень серьёзной деградации военной обстановки в регионе и к осложнению стратегического положения Российской Федерации. В этом контексте важным элементом политики России на Ближнем Востоке является продолжение линии на недопущение создания в регионе военно-политических структур под эгидой стран Запада, имеющих объективно антироссийскую направленность.

Российская сторона представила ближневосточным странам альтернативную схему обеспечения мира и стабильности – на основе формирования в регионе коллективной системы безопасности. В качестве первого шага возможно создание такой системы в масштабе субрегиона Персидского залива. Российские предложения были переданы заинтересованным странам в 2019 и 2021 годах.

Помощь с Ближнего Востока

Ключевое значение для России имеет сохранение внеблокового статуса большинства стран Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА) – в настоящее время такой статус имеют 24 из 25 стран региона. В момент, когда Соединённые Штаты и НАТО продвигают линию на международную изоляцию России и втягивание различных стран в санкционное противостояние с Москвой, значение позиции стран БВСА объективно растёт. Они не в первый раз оказываются перед выбором линии в отношении драматических событий, связанных с нашей страной. Очень рельефно отношение арабских стран проявилось в годы кризисного развития и приближающегося коллапса Советского Союза. Пожалуй, ни одна группа государств не оказала столь солидарной поддержки СССР в дни испытаний на рубеже 1990-х годов.

Пример подавал Египет, от которого поступила масштабная гуманитарная помощь – в Москву было направлено восемь самолётов с гуманитарными грузами, в основном с продовольственными товарами и товарами первой необходимости. В 1989 г. СССР практически прекратил поставки по клирингу. По двустороннему торгово-платёжному соглашению предполагалось, что торговля происходит на основе встречных поставок товаров: если одна из сторон запаздывает с поставками на сумму более 60 млн долларов, встречные поставки другой стороны автоматически прекращаются. Осенью 1991 г. дисбаланс торговли в результате срыва поставок советской стороной превысил указанный показатель. Однако по указанию президента Египта Хосни Мубарака египетские поставки продолжились – в одностороннем порядке. Египет выделил из своего бюджета на субсидирование поставок в Россию столь нужных в то время товаров порядка 300 млн долларов.

Но это ещё не всё. Не самая богатая страна и не самый крупный инвестор, Египет в 1990-е гг. оказал неоценимую помощь России, оплатив заказ на производство порядка десяти самолётов ТУ-204. Автору в то время довелось посещать Ульяновский авиационный завод – его потенциал сохранялся тогда только благодаря египетским инвестициям.

Было немало написано о негативной роли Саудовской Аравии в развале СССР. Факты эту версию не подтверждают. Так, именно члены ОПЕК, саудовцы в начале 1980-х гг. предупреждали нас о вероятном перенасыщении, «перегреве» нефтяного рынка и возможном катастрофическом падении цен. Они предлагали принять совместные меры для предотвращения такого поворота событий, то есть сформировать нечто подобное сегодняшнему ОПЕК+, но Москва на это не пошла, избегая любых коллективных обязательств по потолкам производства и экспорта нефти. Это была серьёзная ошибка с нашей стороны.

Принц Сауд Фейсал, который много лет был министром иностранных дел Саудовской Аравии, рассказывал автору в неофициальной обстановке, что планы по подрыву экономических и финансовых позиций СССР, в том числе путём демпинга цен на нефть, действительно разрабатывались определёнными кругами США и Саудовской Аравии, но не получили одобрения на уровне политического руководства королевства. Эр-Рияд ни при каких обстоятельствах не хотел рисковать собственными поступлениями от экспорта нефти. Помимо этого, говорил Сауд Фейсал, несмотря на острые разногласия по многим вопросам, в частности в отношении нахождения советских войск в Афганистане, королевство по большому счёту не было заинтересовано в крушении Советского Союза.

Это подтверждается и таким фактом. В самые трудные дни СССР, в начале октября 1991 гг., когда полки в советских магазинах были пусты, саудовское руководство направило в Москву высокопоставленную делегацию, которая совершенно неожиданно, сославшись на указание короля, предложила «оплатить поставки» товаров первой необходимости и продуктов для стабилизации обстановки и фактически спасения страны от разрухи и голода. Однако договориться не удалось – московские представители требовали не оплаты поставок, а предоставления помощи в валюте, на что саудовцы, из советской прессы знавшие о возможном нецелевом расходовании валютных средств, не пошли.

Сегодня поступают сообщении о давлении, которое США оказывают на ближневосточные страны в плане присоединения к развязанной Западом кампании по обструкции России. От стран региона требуют выступления «на стороне Украины». Надо сказать, для арабских государств российско-украинские противоречия всегда были крайне неудобной темой. Наши ближневосточные партнёры искренне говорили о том, что для них желательно возвращение Киева и Москвы к добрым отношениям.

Приведём характерный пример. В 1993 г., когда возник первый серьёзный кризис в отношениях между Россией и Украиной (острые разногласия, связанные с разделом заграничной собственности бывшего СССР), в Каир должен был приехать первый дипломатический представитель Украины в ранге посла. Руководство МИД Египта пригласило меня в качестве временного поверенного в делах России и доверительно информировало, что в ряде стран Ближневосточного региона, в частности в Израиле, в ходе разных международных встреч наблюдались резонансные эпизоды острой полемики между представителями России и Украины. Египтяне попросили «сделать всё возможное» для того, чтобы предотвратить подобного рода инциденты в Каире и наладить добрые отношения с прибывающим в Египет первым послом Украины. Они передали данные о времени прилёта посла и сказали, что окажут помощь по линии государственного протокола. Я с большим вниманием воспринял этот демарш египетской стороны и вместе с представителями протокольной службы Египта принял участие во встрече посла Украины в аэропорту Каира.

Посол оказался очень хорошо подготовленным в профессиональном отношении человеком. Он оценил сделанный египтянами и мною шаг и сразу принял приглашение поучаствовать в небольшом протокольном мероприятии в моей представительской квартире. Я поделился с послом многолетним опытом пребывания в Каире, наши консульские работники вместе с египетскими дипломатами оказали содействие в решении ряда практических вопросов, связанных с началом функционирования дипломатического представительства Украины. Надо сказать, инициатива МИД Египта оказалась довольно продуктивной. Дипломатическая вежливость, проявленная к представителю Украины, способствовала предотвращению излишне острых, эмоциональных моментов в периоды обострения разногласий по различным аспектам российско-украинских отношений.

А что происходит в ближневосточных странах сейчас? Лига Арабских Государств провела в Каире 28 февраля 2022 г. экстренное заседание постоянных представителей ЛАГ, на котором было решено оказать сторонам конфликта – России и Украине – помощь в урегулировании противоречий и снятии напряжённости. Лига приступила к формированию «специальной контактной группы» для содействия дипломатическому разблокированию конфликта. Генеральный секретарь ЛАГ выступил с заявлением, в котором назвал обе стороны «друзьями арабов». Он высказался за то, чтобы арабские страны придерживались «нейтральной позиции» в связи с российско-украинским конфликтом.

При голосовании в Совете Безопасности ООН представитель Объединённых Арабских Эмиратов Лана Нуссейби, которая председательствовала на заседании СБ ООН, не поддержала продвигаемый западными странами проект резолюции, в дальнейшем заблокированный Российской Федерацией. Она заявила, что её страна «продолжит поиск инклюзивных и консультативных процессов для продвижения вперёд мирного урегулирования». Постпред ОАЭ отметила исключительно важное значение телефонного разговора, который состоялся между президентом Российской Федерации Владимиром Путиным и наследным принцем Абу-Даби, заместителем верховного главнокомандующего Вооружённых сил Объединённых Арабских Эмиратов Мухаммедом бен Заид Аль Нахайяном. В разговоре, естественно, затрагивалась ситуация на Украине. «Мы призвали к деэскалации, как и в заявлениях в ООН, – сказала Нуссейби. – Конечно, поскольку мы – одна из крупнейших стран – производителей нефти и члены ОПЕК+, то также обсуждалось влияние этого кризиса на глобальную энергетику. Я думаю, что в ближайшие месяцы мы увидим очень серьёзные последствия для глобальной экономики, энергосектора, для цен на нефть и газ. Эмираты открыты для связи со всеми сторонами конфликта на Украине и готовы способствовать поиску дипломатического решения. Те страны, которые воздержались при голосовании по проекту резолюции, сохраняют каналы связи с президентом Путиным, и они будут использовать их для помощи и поддержки, как только смогут».

Тема влияния кризиса на нефтяные рынки является весьма важной и чувствительной. В настоящее время в контексте финансово-экономических санкций, вводимых против Российской Федерации, многие обозреватели затрагивают вопрос о возможных ответных мерах Москвы, например, о приостановке поставок энергоносителей в европейские страны. Однако следует проявлять сдержанность и дальновидность, не поддаваясь эмоциям.

Страны Запада традиционно обвиняют Россию в том, что она может использовать зависимость европейских стран от поставок российской нефти и газа в качестве средства давления. Но на протяжении многих лет не было ни одного случая применения Москвой на практике ответных шагов в этой сфере.

Полезно сохранить за нами репутацию абсолютно надёжного поставщика энергоносителей. К тому же ответные санкции такого рода со стороны России будут иметь, скорее всего, ограниченный, кратковременных эффект. В перспективе они приведут Россию к уходу с важных энергетических рынков.

Значительно более эффективными могли бы стать скоординированные действия России и группы производителей нефти – членов Организации арабских стран – экспортёров нефти (ОАПЕК), куда входят одиннадцать государств. Однако пока уровень нашего взаимодействия, достаточно высокий сам по себе, не позволяет воплощать в жизнь подобного рода идеи. Для этого следует ещё много и целенаправленно работать политикам, дипломатам, представителям энергетического сообщества.

Особый интерес представляет поведение Турции. Являясь членом НАТО, она занимает пока достаточно осторожную и сбалансированную позицию по украинскому кризису. Представитель президента Турции Ибрагим Калын заявил, что Анкара не намерена вводить санкции против России. Он высказался за сохранение канала связи между сторонами и дал понять, что Турция могла бы быть посредником между сторонами в поисках компромиссов и перевода ситуации в дипломатическое русло.

* * *

Страны Ближнего и Среднего Востока, Северной Африки могут сыграть очень важную, можно сказать, знаковую роль в формировании нового расклада сил на международной арене. Активную антироссийскую политику проводит «коллективный Запад», а это порядка четырёх десятков государств с населением около 1 млрд человек. Какова позиция других государств – азиатских, африканских, латиноамериканских, ближневосточных? От них, в частности, зависят не только политические итоги сегодняшнего острого кризиса, но и вектор развития международного сообщества. В интересах России – интенсифицировать курс на сближение со странами Ближневосточного региона, развитие отношений с ними на двусторонней и многосторонней основе. В новых геополитических координатах Россия и ближневосточные страны должны иметь прочные стратегические партнёрские связи.

Россия. США. Евросоюз. Ближний Восток. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046493 Андрей Бакланов

Джунгли, основанные на правилах

АСАД ДУРРАНИ

Генерал-лейтенант в отставке, в 1990–1992 гг. – глава Межведомственной разведки (ISI) Пакистана.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Дуррани А. Джунгли, основанные на правилах // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 199-203.

Когда Советский Союз в декабре 1979 г. вторгся в Афганистан, Пакистан лишился традиционного буфера от угрозы с севера, а фланг, который всегда прикрывал Кабул во время наших войн с Индией, оказался уязвим в случае действий враждебной супердержавы через «линию Дюранда». В тот момент пакистанцам казалось, что их страна попала в щипцы для колки орехов.

Вскоре после этого генерал Зия-уль-Хак, возглавлявший военный режим, принял решение поддержать афганское сопротивление. Помощь США и их союзников прибыла два года спустя, в результате Афганистан и Пакистан смогли противостоять советской мощи.

Когда советская империя распалась, автор этих строк возглавлял пакистанскую межведомственную разведку. Это ведомство, как и моджахеды, претендовало на большее, чем можно было рассчитывать. Яхья Эффенди, один из лучших наших историков, остудил эйфорию, предупредив, что Российская Федерация как преемница рухнувшего Союза будет стремиться создать содружество из своих бывших сателлитов. На его оценку, возможно, повлиял распад Британской империи, оставившей после себя клуб стран – игроков в крикет, или особенности течения Амударьи, но вскоре действительно появилось Содружество Независимых Государств. Необходимость его существования новая номенклатура объясняла тем, что Россия вынуждена защищать «ближнее зарубежье» – иными словами, установить санитарный кордон вокруг раненого медведя. Со временем эта цель была подкреплена созданием ОДКБ.

Ничего удивительного в этом нет. Многие слышали о доктрине Монро, но только Берни Сандерс рассказал, как под её прикрытием Соединённые Штаты за последние двести лет размолотили с десяток стран на американском континенте, чтобы обеспечить свою гегемонию. А у нас в Азии вспоминают так называемую «доктрину Индиры» – когда крошечный Непал в 1989 г. купил шесть старых зенитных комплексов у Китая, Дели на полгода лишил окружённую сушей страну доступа к морю. Поскольку непальцы ясно давали понять, что ждут, когда Пакистан усмирит «плохого большого брата», опасения Индии по поводу сговора Китая и Пакистана были понятны. Сегодня в магазинах в Катманду не принимают когда-то популярную пакистанскую валюту.

Мы болезненно реагируем, когда кто-то вторгается к нашим соседям. Афганистан, как Бермудский треугольник, затягивает всех, оказавшихся рядом. Словно по сигналу значительная часть афганцев встаёт на сторону чужаков, а остальные объявляют им войну. В итоге, оказавшись между молотом и наковальней, иностранцы покидают проблемную страну, но не раньше, чем понесут огромные потери. Поэтому пакистанскую поддержку афганского сопротивления можно трактовать как помощь соседу в борьбе с оккупантами, восстановление зоны безопасности на северо-западе и, разумеется, ответную услугу афганцам за то, что они не позволяли Индии открыть второй фронт, когда мы вели боевые действия на первом.

После вывода советских войск наши высшие офицеры, мечтавшие подняться по карьерной лестнице, определили место Афганистана в своих расчётах в сфере безопасности: «Он обеспечивает нам стратегическую глубину». С этой концепцией всё в порядке. Всем странам нужна глубина: внутри и снаружи, военная и экономическая, стратегическая и тактическая, не обязательно ограниченная в пространстве. Например, стратегическая глубина Израиля включает Соединённые Штаты. Она же определяет пакистанскую современную политику в отношении Афганистана. Но как говорится, прежде чем убить собаку, нужно дать ей плохое имя. «Стратегическая глубина» (strategic depth) обернулась «стратегической смертью» (strategic death): Пакистан обвинили во вмешательстве в дела «суверенного» государства (хотя оно находилось под иностранной оккупацией) и в несусветной глупости – в намерении аннексировать эту трясину, как будто мы не знаем, что произошло со всеми, кто пытался это сделать.

Когда восприятие сформировано и позиции определены, объяснения по поводу буферов, передовой глубины, ближнего зарубежья, предохранительных зон и зон, где недопустимы конфликты (хотя всё это разумные идеи), – пустая трата времени. Например, предохранительная зона часто определяла наши отношения с Ираном – наши стратегические активы могут находиться там в сравнительной безопасности. Один раз это сработало, хотя и не с нами. В 1991 г., незадолго до войны в Персидском заливе, Ирак перебазировал свои ВВС в Иран, и там оказалось два воздушных флота. Когда выяснилось, что Пакистан, где нашли приют и получили доступ к внешнему миру миллионы афганцев, считает Афганистан ключевой для себя стратегической глубиной, никто не удивился.

Ещё десять лет назад американский аналитический центр назвал Украину стратегической глубиной для России. И у Москвы начались проблемы.

Естественно, страны реагируют, когда периметр их безопасности, внутренний или внешний, нарушен или находится под угрозой. В равной степени очевидно, что агрессоры и их союзники могут ответить любым доступным им способом. И можно сколько угодно негодовать, будучи убеждённым, что находишься на верной стороне права и морали.

Жалуясь на двойные стандарты противника, мы обычно игнорируем тот факт, что они есть у всех. Мы яростно критикуем страны, находящиеся на другой стороне, за нарушение прав человека или притеснение меньшинств, но молчим по поводу более серьёзных нарушений, допущенных нашими стратегическими партнёрами. Даже в случае с Йеменом мы лишь советуем хуситам не метать камни в саудовские F-16, которые обстреливают мирных жителей. Поэтому нужно быть благодарным, когда хотя бы один голос пытается сказать правду.

В середине 1990-х гг., когда Франция провела серию ядерных испытаний на острове в Тихом океане, немецкого канцлера Гельмута Коля принуждали осудить Париж. «Мы не критикуем друзей», – честно ответил он. В тот же период некоторые мои бывшие коллеги из вооружённых сил Германии советовали Пакистану не сворачивать ядерную программу. Потому что, если мы это сделаем, обещанный ядерный зонт может не раскрыться в нужный момент. Хорошие друзья обеспечивали себе стратегическую глубину, которой у украинцев никогда не было, и теперь Киеву остаётся только сожалеть о том дне, когда он согласился отказаться от своих возможностей.

Те, кто помог нам отбросить иллюзии по поводу морали в международных отношениях, тоже заслуживают благодарности. Действительно, к украинцам из-за их веры, цвета кожи и – в особенности – из-за Weltanschauung (мировоззрения) относятся иначе, чем к иракцам, сирийцам и афганцам. Наблюдая за страданиями славян, многие восклицают, что не могли и представить подобных событий в цивилизованной Европе. Подобные сетования отражают настроения «сверхлюдей», но они же избавляют Untermenschen (недочеловеков) от мук совести, которые они, возможно, испытывают. Когда тысячи белых жертв войны не сходят с экранов в круглосуточном режиме, жители Юга инстинктивно думают о миллионах, десятилетиями переживавших более страшные тяготы. И если кто-то из них злорадствует, это простительно – они лишь люди.

Наверное, все обратили внимание на стенания Запада о том, что военная операция России на Украине нарушает порядок, основанный на правилах. Не подозревал, что он существует, но знаю, что, например, интервенция США, которая привела к окончанию войны в Боснии и искренне обрадовала многих, как выразился бывший вице-председатель ОБСЕ, нарушила права человека и подорвала ООН. Атаки на страны Ближнего Востока и Африки не вызвали особого беспокойства с правовой точки зрения, а вот в случае с продвижением НАТО на Восток в нарушение предыдущих обязательств контраргумент был абсолютно лицемерным. Поскольку все новые члены – независимые государства, которые добровольно вступали в Североатлантический альянс, то скорее это бывший Восток сам двинулся на Запад. Хотя, конечно, если бы Куба в 1962 г. воспользовалась суверенным правом разместить советское ядерное оружие на своей территории, к этому отнеслись бы совершенно иначе.

Задумайтесь: единственная система, основанная на правилах, – это джунгли. Животные не убивают ради удовольствия, никогда не едят больше, чем нужно, делятся остатками с более слабыми видами и уважают границы территории друг друга.

Они могут научить людей бороться с мародёрами. Зебры съедают свои запасы по очереди, рогатые выстраиваются в кольцо, чтобы остановить хищника. «Талибан» (организация находится под санкциями ООН за террористическую деятельность – Прим. ред.) просил предъявить доказательства причастности Усамы бен Ладена к терактам 11 сентября 2001 г., которые можно было бы представить в суде. Но доказательства не были предоставлены, произошло вторжение в Афганистан, и талибы двадцать лет воевали, чтобы восстановить свою стратегическую глубину. В 2014 г. Генри Киссинджер предложил разумное решение относительно озабоченностей России по поводу ближнего зарубежья: сделать Украину мостом между Востоком и Западом. К его совету не прислушались. Неужели украинцев должна теперь постигнуть судьба, которую предсказывал Великий Генри: быть врагом США, возможно, опасно, но быть их другом – гарантированная смерть?

Пакистан. Афганистан. США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046491 Асад Дуррани

Единство средств и расхождение целей

АЛЕКСАНДР САВЕЛЬЕВ, Доктор политических наук, главный научный сотрудник НИИ ИМЭМО имени Е.М. Примакова РАН, главный эксперт Центра перспективных исследований национальной безопасности России Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

ОЛЬГА АЛЕКСАНДРИЯ, Старший преподаватель факультета мировой политики МГУ имени М.В. Ломоносова, эксперт Центра перспективных исследований национальной безопасности России Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Савельев А.Г., Александрия О.М. Единство средств и расхождение целей // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 166-182.

Резкое обострение международной напряжённости, случившееся на рубеже 2021-2022 гг., окончательно вернуло в центр мировой повестки вопросы стратегической стабильности и глобальной безопасности самого высокого уровня.

Нельзя сказать, чтобы эти темы выпадали из поля зрения ответственных лиц, но десятилетия после холодной войны, особенно конец ХХ – начало XXI века, характеризовались ожиданиями, что традиционные вопросы военной и стратегической безопасности уступают место «новым вызовам» зачастую невоенного характера. Сейчас актуальность стратегической стабильности в понимании второй половины прошлого столетия вновь признана в полной мере. Однако международный военно-политический и технологический контекст изменился настолько, что подходы к поддержанию устойчивого мира требуют нового серьёзного осмысления.

Авторы проанализировали результаты опроса двадцати ведущих российских экспертов в сфере международной безопасности, контроля над вооружениями и стратегической стабильности, проведённого в декабре 2021 года. Участникам предложили составить перечень факторов, которые, по их мнению, оказывают в настоящее время (2022 г.) ощутимое влияние на стратегическую стабильность и будут оказывать далее. Кроме того, предполагалось оценить перспективы учёта названных факторов в будущих соглашениях по контролю над вооружениями и обозначить возможные формы такого учёта. Речь идёт о 2026 г. (год окончания действия «продленного» Договора СНВ-3), а также о 2036 г. (год окончания действия возможного соглашения по контролю над ядерными вооружениями, который может прийти на смену СНВ-3). Экспертов также попросили оценить степень влияния предложенных ими факторов на стратегическую стабильность по состоянию на указанные даты (2022 г., 2026 г, и 2036 г.).

Опрошено двадцать человек – ведущих российских специалистов, как правило, имеющих многолетний опыт работы в рассматриваемой сфере. Опрос проводился на условиях анонимности, подавляющее число экспертов имеют научные степени (5 докторов наук и 13 кандидатов наук), четверо – генеральские звания, не менее трети обладают практическим опытом официальных переговоров по вопросам контроля над вооружениями, а также работы в различных военных и гражданских структурах СССР и РФ (МИД и Минобороны).

Количественные показатели

Эксперты назвали двадцать факторов, которые, по их мнению, влияют на стратегическую стабильность сейчас или будут влиять в будущем. Фактически их отмечено больше, но для систематизации полученных данных авторы сочли возможным объединить схожие, по их мнению, ответы в отдельные группы. Например, в группу «Высокоточное оружие» включены также «средства быстрого глобального удара» и «гиперзвуковое оружие». А «Рост конфликтности между ведущими мировыми державами» содержит и фактор Украины.

В ходе опроса каждый из экспертов (за одним исключением) назвал от трёх до десяти факторов, большинство приводило от шести до семи факторов. В сумме 19 из 20 экспертов назвали 127 факторов, которые в основном совпадали у отдельных опрашиваемых. Только один участник опроса считает, что в обозримой перспективе угроз стратегической стабильности не предвидится, а факторов, способных породить мотивацию к применению ядерного оружия, нет и не просматривается. Тем не менее, риск его применения сохраняется, но исключительно в силу комбинации случайных событий и технических сбоев.

На первом месте – «космические вооружения», на которые указали 90% экспертов. Высокоточное оружие (включая средства быстрого глобального удара и гиперзвук) занимает второе место – его упомянули 85% опрошенных. Далее следуют противоракетная оборона (ПРО) и кибероружие (оба фактора упомянули 80% респондентов), ядерное оружие третьих стран (75%) и нестратегические ядерные вооружения (75%). Остальные факторы присутствуют в ответах менее половины опрошенных. Наиболее значимым можно назвать различные интерпретации роста конфликтности между ведущими странами мира, прежде всего, Россией и США/НАТО, США и КНР, «запада» и «востока» в целом – так считают 30% участников опроса. 10% ответов непосредственно касаются кризиса вокруг Украины, другие 20% – новых средств доставки ядерного оружия. (см. Рис. 1).

Рис. 1. Факторы, влияющие на стратегическую стабильность (% экспертов, упомянувших фактор)

Картина будет неполной, если не рассмотреть полученные ответы экспертов с точки зрения конкретного места по степени важности, на которое был поставлен тот или иной фактор. Так, космические вооружения сохраняют «лидерство» – девять из восемнадцати экспертов, которые включили этот фактор в свой перечень, поставили их на первое место. Двое отвели космическим вооружениям второе место, трое – четвёртое место, один – пятое и трое – шестое.

Только один эксперт указал на высокоточное оружие как на главный фактор, влияющий на стратегическую стабильность. Три эксперта отвели второе место, семеро – четвёртое, четверо – пятое и двое – восьмое. Что касается противоракетной обороны, то ни один не указал на неё как на главный фактор влияния на стратегическую стабильность. Только один опрашиваемый поставил ПРО на второе место, трое на третье, восемь экспертов – на пятое, трое – на шестое, и один – на девятое место. Среди других систем стратегической обороны, только один упомянул противолодочную оборону (третье место), и никто – противовоздушную оборону (ПВО).

Наиболее высокое место из полученных кибероружием – третье (два эксперта). Трое поставили данный фактор на четвёртое место, один – на пятое, восемь участников – на шестое и двое – на седьмое. Ядерное оружие третьих стран названо главным фактором, влияющим на стратегическую стабильность, только одним. Девять опрашиваемых поставили его на второе место, и по одному – на третье, четвёртое, пятое, седьмое и восьмое места. Нестратегические ядерные вооружения получили два первых места, одно второе, семь третьих, четыре четвёртых и одно седьмое.

Рост конфликтности между ведущими мировыми державами отмечен как главный фактор, влияющий на стратегическую стабильность, четырьмя экспертами. Один эксперт поставили его на второе место, и один – на третье. Конфликт вокруг Украины отмечен двумя экспертами: один – первое место и один – третье.

Таким образом, с точки зрения количественных показателей, наиболее важным фактором, влияющим на стратегическую стабильность, считаются космические вооружения: первое место как по общему количеству упоминаний, так и по первым местам в представленных экспертами перечнях. Что касается дальнейших мест, то количественные показатели не позволяют однозначно судить о степени важности других, находящихся в списках факторов. Так, если исходить из общего количества упоминаний (о чём сказано выше), то после космических вооружений должно идти высокоточное оружие, затем противоракетная оборона и кибероружие, ядерное оружие третьих стран и нестратегические ядерные вооружения. Но если список факторов составить в соответствии с количеством первых мест, то картина довольно резко изменится (Рис. 2). На первом месте останутся «космические вооружения» (девять первых мест), но уже на втором – рост конфликтности между ведущими мировыми державами (пять первых мест). Далее идут нестратегические ядерные вооружения (два первых места) и ещё четыре фактора по одному первому месту (ядерное оружие третьих стран, высокоточное оружие, наличие договоров по стратегическим наступательным вооружениям, кризис системы международных институтов). Зато из верхней части списка выпадают противоракетная оборона и кибероружие, не имеющие ни одного первого места.

Авторы не считают необходимым далее усложнять методику определения факторов-лидеров. Например, распределить их по среднему значению места, которое им отвели опрашиваемые. Такой подход, на наш взгляд, только исказит общую картину, поскольку преимущество получили бы наименее часто называемые факторы с «высокими» местами. Целесообразно перейти к качественному анализу, а именно, рассмотреть названные факторы с точки зрения оценки российскими экспертами уровня их влияния на стратегическую стабильность.

Рис. 2. Главные факторы, влияющие на стратегическую стабильность (% экспертов, отдавших первое место)

Оценка уровня влияния отдельных факторов

Итак, эксперты дали собственные оценки уровня влияния названных ими факторов на стратегическую стабильность по состоянию на 2022, 2026 и 2036 годы. Сводные данные по полученным ответам приведены в Таблице 1.

Таблица 1. Оценка уровня влияния отдельных факторов на стратегическую стабильность по состоянию на 2022, 2026 и 2036 гг.

2022 год

Наиболее сильное влияние на стратегическую стабильность на текущий момент времени оказывает рост конфликтности между ведущими мировыми державами. Это влияние оценено как «существенное» всеми шестью экспертами, которые включили его в свой перечень вне зависимости от места, на который он был поставлен. Если к этому добавить фактор Украины (два упоминания и оба – «существенное влияние»), получается, что почти половина опрошенных видит в данных факторах главный источник воздействия на стратегическую стабильность.

На этом фоне «лидеры» количественного анализа проведенного опроса заметно утратили передовые позиции. Так, на второе место выходят нестратегические ядерные вооружения, чьё влияние на стратегическую стабильность оценили как «существенное» четыре эксперта.

Влияние высокоточного оружия оценено как «существенное» тремя экспертами. Далее следуют: ядерное оружие третьих стран («существенное» – два), космические вооружения («существенное» – один), кибероружие («существенное» – один) и противоракетная оборона («существенное» – нет).

Влияние стратегических наступательных вооружений, включая наличие договоров по СНВ, на стратегическую стабильность оценено как «существенное» всеми тремя указавшими на этот фактор экспертами.

2026 год

К 2026 г. несколько факторов могут значительно увеличить влияние на стратегическую стабильность, что позволит им перейти в начало списка и оттеснить «рост конфликтности» на третье место. Это, прежде всего, высокоточное оружие, влияние которого оценено как «существенное» семью экспертами. То же самое относится к ядерному оружию третьих стран («существенное» – семь ответов).

Российские эксперты прогнозируют небольшое снижение влияния фактора роста конфликтности между ведущими мировыми державами на стратегическую стабильность. Тем не менее, он должен сохранить свою роль как один из основных. Пятеро определили влияние этого фактора как «существенное». Украинский фактор упомянут только одним экспертом как продолжающий оказывать существенное влияние.

Другие из часто называемых факторов также, по мнению экспертов, должны повысить воздействие на стратегическую стабильность к 2026 году. К ним относятся нестратегические ядерные вооружения, космические вооружения и кибероружие («существенное» – по четыре ответа). Противоракетная оборона также несколько увеличит влияние («существенное» – один ответ).

2036 год

К 2036 г. список наиболее «влиятельных» факторов претерпит значительные изменения. Так, на первое место должны выйти космические вооружения («существенное» влияние – двенадцать), а также ядерное оружие третьих стран (двенадцать ответов). Весьма близко к ним будет находиться высокоточное оружие, которое несколько утратит свои лидирующие позиции по сравнению с 2026 г., а также кибероружие (по одиннадцать ответов).

Далее следуют нестратегические ядерные вооружения («существенное» – семь). В конце списка наиболее значимых факторов, влияющих на стратегическую стабильность, находятся противоракетная оборона (четыре), и рост конфликтности между ведущими мировыми державами (четыре). В последнем случае необходимо отметить, что перемещение фактора роста конфликтности в конец списка не означает, что он в значительной мере будет утрачивать влияние. Такое «перемещение» объясняется исключительно тем, что данный фактор включен в списки меньшим количеством экспертов, чем факторы, упомянутые выше. Но действие «роста конфликтности» оценивается в основном как «существенное» на протяжении всего прогнозируемого периода за исключением фактора Украины, который уже в 2026 г. может утратить значение или вообще уйти из общего списка названных факторов[1].

На Рисунке 3 показано прогнозируемое экспертами изменение удельного веса отдельных факторов по состоянию на указанные годы с точки зрения их «существенного» влияния на стратегическую стабильность.

Рис. 3. Оценка «существенного» влияния факторов на стратегическую стабильность

Как видно из приведенного рисунка, российские эксперты считают, что к 2036 г. основные факторы, влияющие на стратегическую стабильность (кроме роста конфликтности между ведущими странами мира), могут в значительной мере увеличить свой вес. Все это ставит вопрос о том, как нейтрализовать их отрицательное влияние на безопасность.

Необходимые меры по учёту факторов, влияющих на стратегическую стабильность

Все отметили, что названные ими факторы, оказывающие влияние на стратегическую стабильность, должны быть учтены тем или иным образом к 2036 году (Рис. 4). Что касается 2026 г., то некоторые считают, что отдельные факторы к этому времени учитывать необязательно в силу их слабого влияния на стабильность. Пик влияния придётся на более поздний период. В этом списке лидируют космические вооружения (70% опрошенных высказались за учет) и высокоточное оружие (также поддержали 70% экспертов). Далее следуют нестратегические ядерные вооружения и кибероружие (65% респондентов высказались за учет обоих факторов). Наконец, на третьем месте противоракетная оборона и ядерное оружие третьих стран (за учёт данных факторов в 2026 году выступают 55% опрошенных).

Эксперты представили свои соображения, как и в какой форме они считают целесообразным учёт отмеченных факторов в будущем. Эти предложения включают в себя широкий спектр мер и инициатив. Характерно, что за весьма редким, буквально, единичным, исключением ни одна рекомендация не предполагает осуществление ответных мер военно-технического характера на действия других стран, которые, по их мнению, могут вести к ослаблению или даже подрыву стратегической стабильности. Такая рекомендация дана только в одном из 113 полученных ответов.

Рис. 4. Необходимость учитывать упомянутые факторы в договорённостях к 2026 и 2036 гг. (% экспертов)

Ядерное оружие третьих стран

Считается важным достижение взаимопонимания по вопросу о ядерных арсеналах третьих стран, прежде всего, между Россией и Соединёнными Штатами. Ключом к решению может стать установление трехстороннего диалога между Россией, США и Китаем с возможностью подключения к нему других ядерных держав. Этому должна предшествовать активизация неофициальных контактов, включая проведение международных семинаров, дискуссий, других форумов, осуществление совместных проектов и т.д. Предлагается использовать уже имеющиеся площадки и механизмы таких контактов, в частности, те, которые были созданы и функционируют в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия.

В конечном итоге дело следует вести если и не к выработке многостороннего договора между пятью ядерными державами (хотя некоторые из экспертов предлагают и такой вариант), то к установлению режима транспарентности и предсказуемости. Ряд экспертов считает важным выработку своеобразного «кодекса поведения» в сфере ядерных вооружений, а также принятие отдельными странами односторонних обязательств по ненаращиванию ядерных арсеналов.

Противоракетная оборона

Интересно отметить, что никто из экспертов не настаивал на возврате жёстких ограничений на системы ПРО, как это предусматривал Договор 1972 года. В редких случаях предлагался «облегчённый» вариант договора с частичными ограничениями параметров противоракетных систем. Отдельные эксперты считают, что проблему ПРО можно вынести на уровень трёхстороннего диалога США-РФ-КНР и решать в рамках обсуждения проблем ядерных арсеналов сторон по мере достижения прогресса в этом вопросе. Некоторые эксперты настаивают на сохранении прямой увязки сокращений СНВ сторон с оборонительными системами. Другие предлагают ограничиться фиксацией такой взаимозависимости в будущем договоре по СНВ (СНВ-4), как это сделано в Договоре СНВ-3.

Многие специалисты считают важным выработку мер доверия и предсказуемости в сфере стратегической обороны, а также добровольные односторонние меры сдержанности при осуществлении соответствующих программ. Среди прямых запретов упоминается желательность достижения договорённости об отказе от развертывания систем и компонентов ПРО в космосе.

По результатам опроса, проблема противоракетной обороны стоит далеко не на первом месте среди факторов, влияющих на стратегическую стабильность. Тем не менее, эксперты считают, что решать её необходимо, но уже не в рамках жёстких договорных ограничений, но скорее на основе более глубокого взаимопонимания, роста предсказуемости и самоограничений.

Высокоточное оружие, средства быстрого глобального удара, гиперзвуковое оружие

Значительная часть респондентов предлагает заключить договорённости по отдельным категориям этого оружия. Некоторые считают, что можно выработать договор, в который следует включить такие отдельные категории высокоточного оружия. Ещё одно решение – учесть в новом договоре СНВ-4 высокоточные системы, способные выступать в качестве носителей ядерного оружия.

Некоторые из экспертов считают, что можно ограничиться согласованием отдельных протоколов, заявлений и совместных пониманий, без выработки специальных договорных обязательств. Это должно сопровождаться расширением мер доверия и транспарентности, а также односторонними действиями, направленными на снятие озабоченностей по поводу конкретных аспектов принятия на вооружение, развёртывания и эксплуатации систем высокоточного оружия.

Только в одном случае было предложено расширять стратегическое партнёрство России и Китая в этой области. В частности, вести дело к совместному созданию новейших вооружений для ассиметричного сдерживания США и их союзников по НАТО.

Космические вооружения

Пока «космических вооружений» как таковых не существует, а в случае их появления неизбежны сложности контроля за ним (они, скорее всего, будут иметь двойное назначение). Поэтому многие из экспертов не настаивают на жёстких договорных ограничениях в этой сфере. Большинство склоняется к тому, что наиболее эффективным путём обеспечения безопасности могла бы стать выработка определённого «кодекса поведения» стран в космосе. Положительную роль могут сыграть односторонние действия и обязательства государств, активно осваивающих космическое пространство.

Некоторые из экспертов все же настаивают на том, что заинтересованные страны должны вести дело к выработке юридически обязывающего соглашения, резко ограничивающего (запрещающего) как размещение оружия в космосе, так и использование такого оружия против космических систем. Речь, прежде всего, о полном запрете на противоспутниковое оружие.

Что касается механизма осуществления предлагаемых мер, то начать нужно с консультаций между РФ и США, к которым затем подключатся другие космические державы, прежде всего КНР. Некоторые из экспертов предлагают начать консультации сразу в трёхстороннем формате или даже в рамках многостороннего форума.

Нестратегические ядерные вооружения

Как известно, Соединённые Штаты предлагали решить проблему нестратегических ядерных вооружений в рамках будущих договорённостей. Ряд из опрошенных разделяет такую точку зрения, предлагая вести дело к контролю не только СНВ, но и всех ядерных средств сторон в рамках единого соглашения (СНВ-4). Некоторые считают, что из общего соглашения следует выделить ядерные средства средней дальности, заключив по ним отдельное соглашение по типу Договора о РСМД. Предлагается также провести соответствующие переговоры в формате Россия-США-Китай.

Некоторые из экспертов обращают внимание на сложность проблемы верификации нестратегического ядерного оружия. Поэтому конкретным переговорам должны предшествовать консультации с Соединёнными Штатами по вопросам мониторинга и транспарентности. Не исключается разработка отдельных соглашений по мониторингу, как с США, так и с другими ядерными державами. В обозримый период таких соглашений, вероятно, будет достаточно для нейтрализации отрицательного влияния фактора нестратегических ядерных вооружений на стратегическую стабильность.

Ряд экспертов предлагает решать проблему указанных вооружений поэтапно. Речь должна идти исключительно о ядерных боезарядах, а не о системах вооружения в целом. Некоторые считают, что решение вопроса о нестратегических ядерных вооружениях должно быть поставлено в зависимость от дальнейшего прогресса в области ограничения и сокращения стратегических наступательных вооружений. Другие предлагают вырабатывать отдельные соглашения по двум категориям ядерных вооружений вне зависимости друг от друга.

Кибероружие

Вопросы, связанные с проблемой влияния кибероружия на стратегическую стабильность, должны обсуждаться и решаться в рамках диалога заинтересованных сторон по этой проблеме. При этом практически никто не говорит о том, что в данной области можно выработать какое-то юридически обязывающее соглашение. Максимум – заключение соглашения по отдельным вопросам, в частности, о недопустимости кибератак на элементы системы боевого управления вооружённых сил и критической инфраструктуры. Предлагается наладить международное взаимодействие в расследовании подобных случаев.

Как и в случае с космическими вооружениями, некоторые эксперты предлагают вести дело к выработке кодекса поведения в киберпространстве. В качестве первоочередных участников диалога называются Россия, США и НАТО. Но на первых этапах попытки решения проблемы кибероружия участие в подобном «диалоге» можно ограничить только Россией и Соединёнными Штатами. Китай напрямую не был назван ни одним из участвовавших в опросе специалистов.

Только один из опрошенных экспертов высказал мнение о том, что проблема кибероружия вообще не имеет решения. Большинство считает, что укреплению стратегической стабильности способствовали бы односторонние обязательства сторон: невмешательство и отказ от воздействия на ключевые системы, поддерживающие стратегическую стабильность. Речь, наряду с прочим, идет о безопасности космических элементов систем связи и боевого управления стратегических ядерных сил и безопасности системы раннего предупреждения о ракетном нападении.

Прочие факторы, оказывающие влияние

Среди факторов, набравших менее половины голосов опрошенных, на первом месте рост конфликтности между ведущими мировыми державами. Участники опроса предлагают решить эту проблему путём восстановления диалога между Россией и США, Россией и НАТО. Итогом такого диалога, по мнению некоторых из экспертов, может стать заключение двусторонних и/или многосторонних правовых договорённостей по гарантиям безопасности, прежде всего, в Европе. Определённую роль может играть активная работа Центров по уменьшению ядерной опасности, выработка мер доверия и контроль над вооружениями.

Отдельные эксперты указывают на «стратегическую «инфантильность» политических элит, непонимание значимости вопроса стратегической стабильности». Для решения этой проблемы предлагается инициировать международную кампанию с активным участием учёных-естественников, направленную на разъяснение реальных последствий безответственности в ядерных вопросах, включая все аспекты применения ядерного оружия.

Контроль над вооружениями может сыграть позитивную роль и в вопросе новых систем стратегических вооружений, решении других проблем, непосредственно связанных с ядерным и обычным оружием. В последнем случае речь идёт о дисбалансе обычных вооружений и в целом о конвенциональных триггерах ядерной эскалации.

* * *

Анализ опроса ведущих российских экспертов о факторах, оказывающих влияние на стратегическую стабильность, парадоксальным образом продемонстрировал как отсутствие, так и наличие единства по ряду важнейших вопросов безопасности.

Нет единства по вопросу о сущности и содержании понятия «стратегическая стабильность». Из результатов видно, что участники исходили из разных подходов к рассматриваемой проблеме. В обобщённом виде подходы можно условно разделить на две группы.

Первая группа – это традиционное видение стратегической стабильности как производной от концепции ядерного сдерживания. В этом случае стратегическая стабильность рассматривается как сохранение потенциала сокрушительного ответа ядерными силами жертвы агрессии даже при внезапном массированном нападении на неё. Соответственно, факторы, влияющие на стратегическую стабильность, рассматриваются именно с точки зрения их влияния на потенциал первого и ответного удара.

Вторая группа – более широкое видение проблемы стратегической стабильности. А именно, рассмотрение понятия не только (иногда и не столько) с точки зрения количественной и качественной структуры ядерных потенциалов противостоящих сторон, но и как общего состояния международных отношений с точки зрения вероятности возникновения серьёзного конфликта, способного перерасти во всеобщую ядерную войну. В ряде случаев наблюдался «смешанный» подход к проблеме сохранения стратегической стабильности, когда в ответах одного и того же эксперта назывались факторы, относящиеся как к первой, так и ко второй группе.

Отсутствие единства взглядов российского экспертного сообщества по названной проблеме как раз и выразилось в том, что в результате опроса количество названных факторов, влияющих на стратегическую стабильность, превысило двадцать. На наш взгляд, это свидетельствует о необходимости активизации дискуссий о конкретном содержании понятия «стратегическая стабильность», которое прочно вошло в лексикон российских политиков и экспертов, тем не менее, как выясняется, отсутствует единое понимание его сущности и содержания.

Такие разногласия, казалось бы, должны отразиться на подходах экспертов к вопросу о способах и методах укрепления стратегической стабильности, включая ослабление или нейтрализацию факторов, оказывающих отрицательное влияние. Но именно в этой области эксперты продемонстрировали единство. Практически все из опрошенных специалистов считают, что проблемы, связанные с негативным влиянием различных факторов на стратегическую стабильность, могут быть разрешены переговорами. Предложения по осуществлению «ответных», «асимметричных» и других односторонних мер военно-технического характера практически отсутствуют. Российские эксперты предлагают активизировать существующие и создать новые каналы контактов с США и другими странами Запада, чтобы совместно найти решения жизненно важных проблем безопасности и избежать гонки вооружений в «традиционных» и новых сферах военной деятельности. Этому должны способствовать расширение взаимопонимания, установление режима открытости, транспарентности и предсказуемости в военной области.

--

СНОСКИ

[1] Опрос проводился в конце 2021 г. – Прим. ред.

Россия. США. Весь мир. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция. Образование, наука > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046488 Александр Савельев, Ольга Александрия

Дипломатия канонерок в дивном новом мире

АЛЕКСЕЙ КУПРИЯНОВ

Кандидат исторических наук, руководитель группы Южной Азии и региона Индийского океана Центра азиатско-тихоокеанских исследований ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Куприянов А.В. Дипломатия канонерок в дивном новом мире // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 140-150.

24 февраля 2022 г., когда начались известные события на Украине, эта статья была готова наполовину. Когда я поставил в ней последнюю точку, развязка ещё не наступила: бои в разгаре, обе стороны сообщают о своих успехах. На переговорах ни Москва, ни Киев не собираются уступать.

Пытаться в таких условиях обрисовать контуры будущего – занятие сколь неблагодарное, столь же и необходимое. Уже ясно, что 2022 г. разделил новейшую историю международных отношений на две части: впервые после холодной войны право мирового гегемона и его союзников на монополию в использовании силы системно поставлено под сомнение.

Мир уже не будет прежним: переход от однополярности к полицентричности, о неизбежности которого давно рассуждали международники, происходит на наших глазах. Ожидалось, что он займёт десятилетия; но это случилось стремительно, в огне и крови конфликта почти в центре Европы. Столкновение явно не последнее: последуют другие, в других регионах и с другим составом участников. Мы стоим на пороге холодной войны; мир, который возникнет в ходе неё, тоже вряд ли будет отличаться теплотой.

Большинство этих конфликтов развернутся не только и не столько на суше. Море, занимающее 71 процент поверхности земного шара, остаётся главной дорогой мировой торговли. Тот, кто контролирует море или его ключевые точки и районы, приобретает в большой геополитической игре явное преимущество. По морю можно при необходимости перебросить значительные силы, принудить другую державу или негосударственного игрока к покорности или добиться от него необходимых уступок при помощи угрозы обстрела берегов, высадки десанта, блокады портов. Как и в годы предыдущей холодной войны, до масштабного конфликта дело вряд ли дойдёт: ядерное оружие по-прежнему остаётся великим ограничителем. Это означает, что всё большую роль будут играть локальные операции по демонстрации и ограниченному использованию силы – те, которые обычно именуют дипломатией канонерок.

Канонерка: генезис

Генезис канонерской лодки, или канонерки, традиционно мало интересовал историков флота, предпочитавших изучать историю развития линейных кораблей или фрегатов. Канонерки, скромные рабочие морской войны, появились во флотах европейских держав ещё в XVII веке. Большие шлюпки или парусно-гребные суда без палубы, вооружённые одной или несколькими пушками, установленными, как правило, на носу, оказались удачным изобретением. Они могли обстреливать береговые цели, оборонять гавани, действовать на мелководье в шхерах, а при необходимости и подниматься по рекам. Но главное – канонерок можно было построить много, быстро и дёшево.

В открытом море они не имели возможности соперничать с крупными кораблями, но в закрытых и полузакрытых акваториях были незаменимы. Канонерки с большим успехом проявили себя на Балтике, где во время русско-шведских войн их наравне с галерами и скампавеями активно использовали обе стороны. Порой от действий этих небольших судёнышек зависел исход кампаний и судьба целых материков – как, например, во время войны американских колоний за независимость, когда во время битв на озере Шамплейн решалось, смогут ли британские войска из Канады отрезать часть мятежных территорий.

Канонерки даже дали название целой войне. В русской историографии она именуется Англо-датской 1807–1814 гг., но в англоязычной литературе её обычно называют Войной канонерок (Gunboats war). После того, как адмирал Нельсон копенгагировал датский флот в 1801 г., датчане, чтобы компенсировать потери, начали массовое строительство канонерок – дешёвых, тонувших от одного залпа крупного корабля, но при этом манёвренных и трудных целей. Семь лет войны показали, что канонерки, действующие возле берега во время штиля, являются серьёзным противником даже для парусных линейных кораблей, не говоря уже о фрегатах и корветах. Пару раз они были на волосок от крупной победы: к примеру, едва не захватили линейный корабль «Африка» – «только темнота помешала мышам удавить слона», как выразился один из наблюдателей.

Однако по мере технического прогресса – в первую очередь внедрения железа для изготовления корпусов кораблей и паровых машин в качестве сперва вспомогательных, а затем и основных движителей – роль канонерок изменилась. Они обрели важное качество – мореходность, достаточную для того, чтобы пересекать океаны. Если уж монитор «Миантономо» со своим низким бортом смог совершить в 1866 г. переход через Атлантику за одиннадцать дней, то канонерские лодки и подавно теперь годились для дальних плаваний. Это оказалось как нельзя кстати: европейским державам срочно требовался инструмент для поддержки колониальных экспедиций.

За несколько десятилетий канонерки из скромных кораблей береговой обороны превратились в цепкие пальцы на длинной руке империализма.

Их боевой мощи вполне хватало на то, чтобы уничтожить любые корабли, которые могли выставить против них туземные правители, подавить береговые батареи, оснащённые, как правило, устаревшими на столетие орудиями, и поддержать огнём высадку десанта. Приказ «отправьте канонерку» стал простейшим решением любых колониальных проблем, появлявшихся в непосредственной близости от моря или берега судоходной реки.

Оружие эпохи европейского доминирования

Дипломатия канонерок как явление возникла в конце XIX – начале XX века в довольно специфических условиях. Главным из них было близкое к абсолютному военное превосходство европейских стран и США над неевропейскими. На суше туземные войска, вооружённые трофейными или устаревшими ружьями и винтовками и искусно использующие специфику хорошо знакомой местности, могли оказать европейцами эффективное сопротивление. На побережье противостоять шквалу стали и огня, извергающемуся сначала с паровых деревянных, а затем и с железных судов, было нечем.

Конфликты того времени между европейскими и неевропейскими акторами с участием морских сил отличались крайней асимметричностью. В 1896 г. всего 38 минут потребовалось британской эскадре в составе двух крейсеров и трёх канонерок для того, чтобы принудить к капитуляции Занзибар. Был потоплен единственный занзибарский корабль – вооружённая яхта «Глазго» – и убиты около пятисот человек. Потери британцев – один человек ранен.

Однако европейские и американские корабли в дальних морях исполняли не только функцию умиротворения непокорных туземцев. На них возлагалась также роль истребителей или защитников торговли в случае начала войны. Основные ударные силы флотов были собраны в европейских водах, где они должны были бороться за господство на море. Крейсерская война требовала не мощных, но тихоходных броненосцев, а кораблей с высокой автономностью и достаточными скоростью и вооружением, чтобы догнать торговый корабль или уйти от более сильного противника.

Помимо этого, корабль в дальних водах должен был демонстрировать флаг и подкреплять колониальные претензии метрополии. Эпоха раздела мира сменилась временем передела. Территорий, не принадлежащих какой-либо колониальной державе, оставалось всё меньше, и за каждую из них шла напряжённая конкуренция, которая регулярно грозила перерасти в конфликт. А порой и перерастала: испано-американская война 1898 г. и русско-японская 1904–1905 гг. были типичными малыми войнами эпохи империализма. Но в большинстве случаев войны всё же удавалось избежать – как в 1889 г., когда сильнейший тайфун практически уничтожил в бухте Апиа на Самоа немецкий и американский отряды, предотвратив возможное столкновение, или в 1911 г., когда состоялся знаменитый «прыжок «Пантеры» в разгар Агадирского кризиса, чуть было не ставший спусковым крючком мировой войны. Ключевую роль в этих событиях сыграла канонерская лодка «Пантера» – ветеран дипломатии канонерок, уже успевшая к тому моменту прославиться благодаря операциям в Карибском море – уничтожив корабль гаитянских мятежников, а также поучаствовав в блокаде и бомбардировке берегов Венесуэлы.

Такой широкий набор функций привёл к тому, что дипломатия канонерок перестала быть делом собственно канонерок – она осуществлялась посредством использования самых разных типов кораблей: от колониальных крейсеров до броненосных крейсеров и колониальных броненосцев, которые Франция строила во второй половине XIX века.

Межвоенный период существенно расширил практический опыт применения дипломатии канонерок: в 1920-х гг. европейские и американские корабли обеспечивали безопасность своих сеттльментов в охваченном гражданской войной Китае, а в 1930-х, во время гражданской войны в Испании, в роли условных канонерок впервые широко использовались подводные лодки. Неопознанные (на самом деле итальянские) субмарины топили торговые суда, идущие в порты испанских республиканцев, пытаясь установить эффективную торговую блокаду без открытого применения силы.

Холодная война привела к дальнейшему увеличению интенсивности использования условных канонерок. Распад колониальных империй, сопровождавшийся многочисленными столкновениями, конфликты за природные ресурсы (знаменитые «тресковые войны» между Британией и Исландией), локальные войны и операции по всему земному шару в рамках биполярного противостояния привели к тому, что операции, подразумевающие ограниченное использование или демонстрацию морской силы, стали основной формой активной деятельности флотов враждующих блоков. Рамки понятия «канонерка» в этих условиях расширились ещё больше и начали включать основную силу флота – авианосные ударные группы (АУГ): недаром одним из самых ярких эпизодов применения дипломатии канонерок стало появление АУГ во главе с авианосцем «Энтерпрайз» в Бенгальском заливе в разгар третьей индо-пакистанской войны в 1971 году.

Вопросы теории

Любопытно, что вопросы применения условных канонерок мало интересовали морских теоретиков: ни сторонники концепции владения морем, разрабатывавшие вслед за Мэхэном и Коломбом идею создания крупных флотов, которые должны были сокрушить противника в решающем сражении или при помощи блокады, ни представители «молодой школы», делавшие ставку на ассиметричное применение силы вкупе с ударами по неприятельским коммуникациям, канонерками не интересовались. При помощи этих корабликов нельзя было одержать победу в войне, а значит – не было смысла тратить на них время, а те функции, которые канонерки выполняли в эпоху развитого империализма, не требовали теоретического осмысления.

Даже в годы биполярного противостояния, когда роль условных канонерок резко возросла, основное внимание уделялось не идущей холодной войне, а потенциальной горячей: многие теоретики продолжали по старинке готовиться к крупным конвенциональным или ядерным конфликтам.

Тем не менее появился ряд работ, в которых анализировалась специфика действий флотов в новых условиях: большой вклад в исследование вопроса внесли Кен Бут[1], Эдвард Люттвак[2], Джеффри Тилл[3]. Но наибольшего результата добился британский дипломат и военно-морской теоретик Джеймс Кэйбл, целенаправленно изучавший не просто роль флота в холодной войне, но непосредственно дипломатию канонерок. Одноимённую работу он писал почти полжизни: первое издание вышло в 1971 г., второе – в 1981-м, третье – в 1994 году. Всякий раз Кэйбл расширял временные рамки исследования, переосмысляя заодно некоторые положения в свете всё новых и новых эпизодов взаимодействия флотов.

Именно Кэйблу принадлежит универсальное определение: «Дипломатия канонерок – это использование или угроза использования ограниченной морской силы, отличные от акта войны, призванные гарантировать преимущество и избежать потерь либо в ходе международного спора, либо в действиях, предпринимаемых против иностранных граждан на территории или в юрисдикции их собственного государства»[4]. Использование силы может осуществляться по четырём сценариям:

«Решающая сила» (Definitive Force). В этом сценарии канонерки применяются для разрешения конкретного вопроса. В результате короткого и решительного действия другая сторона ставится перед fait accompli – свершившимся фактом. Применение силы должно в этом случае быть, во-первых, ограниченным, с предварительным декларированием цели и намерений; во-вторых, цель должна быть такой, чтобы другая сторона была готова уступить, предпочтя отступление войне (для чего необходимо учитывать все обстоятельства – от национальной стратегической культуры до специфики положения); и, в-третьих, применяемая сила должна быть достаточной, чтобы провести операцию максимально быстро и безболезненно, без чрезмерных потерь и повреждений, которые могут вызвать желание реванша.

«Целевая сила» (Purposeful Force) подразумевает ограниченное применение военно-морской силы, чтобы изменить политику иностранного правительства или определённой организованной группы, которая де-факто действует как правительство, или заменить её саму более приемлемой. В этом случае сила как таковая может и не применяться: факт её наличия уже способен заставить руководство другой страны принять нужное политическое решение или воздержаться от его принятия. Если в первом случае устраняется сам предмет спора, то здесь за другой стороной остаётся возможность выбора. При необходимости сила применяется, но, как и в первом случае, лимитировано и с минимальным числом жертв.

«Катализирующая сила» (Catalytic Force). Если в первых двух случаях политическое и военное руководство государства, отправляющее канонерки, хорошо понимает цель операции и в соответствии с этим выделяет средства, то здесь предполагается наличие зоны неопределённости в результате неких процессов в регионе. Появление условных канонерок существенно расширяет набор опций, доступных отправившей их державе: она может при необходимости вмешаться в события на той или иной стороне, обеспечить безопасность мореплавания, эвакуировать своих или чужих граждан – то есть предотвратить нежелательное развитие событий и способствовать желательному.

«Выражающая сила» (Expressive Force) – наиболее размытый сценарий, подразумевающий отправку канонерок для демонстрации флага и подкрепления декларации о заинтересованности государства в том или ином регионе или развитии событий.

Эти четыре сценария условны: демонстрация флага при определённых условиях может перерасти в поддержку государственного переворота, а попытка задержать подозрительное судно – в постоянное присутствие эскадры в регионе.

Необходимо понимать, что условия, в которых применяется дипломатия канонерок, постоянно изменяются. Не остаются статичными социальные, политические, экономические реалии. Соответственно, переписываются и сценарии: часть из них теряет актуальность, часть – обретает иную форму. К примеру, популярный в XIX веке сценарий, подразумевавший применение силы с последующей аннексией политии-жертвы или перехода её в состояние протектората, во второй половине XX и XXI веков уже не используется.

Холодный мир будущего

Пока сложно сказать, как именно будет эволюционировать мировая система. Очевидно, что она будет и дальше фрагментироваться и распадаться на части. Некоторые из этих частей превратятся в серые зоны, некоторые, скорее всего, будут структурироваться вокруг ядра – великой державы или группы держав – и обладать достаточной внутренней связностью для того, чтобы позволить ядру мобилизовать ресурсы, которые можно будет использовать в том числе для строительства мощного флота, необходимого для обороны границ этой сферы.

Современные корабли очень дороги и главное – очень требовательны к вооружению и содержанию. Времена XVI века, когда военный корабль мало отличался от торгового, а боевые повреждения можно было быстро отремонтировать на берегу тропического острова с использованием подсобных материалов, прошли. Современный флот, даже небольшой, – дорогая игрушка, строительство каждого корабля требует применения высоких технологий и множества ресурсов. Полноценный флот, являющийся стратегическим инструментом, могут позволить себе только крупные державы.

Дивный новый мир будет, похоже, на редкость недружелюбным и империалистическим.

На смену холодной войне придёт холодный мир, политика силы станет играть гораздо большую роль, чем играла прежде, а центры силы будут стремиться обеспечить себе относительную автаркию и контроль над максимально возможными отрезками мировых цепочек производства и торговли.

Сейчас Африка, Океания, отдельные территории Азии, а в будущем и Латинская Америка превращаются в новые ресурсные провинции и привлекательные рынки, где можно сбывать товары и откуда можно черпать людские и природные ресурсы – от редкоземельных элементов до рыбы и морепродуктов.

За последние тридцать лет мы привыкли к тому, что мир с каждым годом уменьшается: новые технологии и открытые границы позволяют за несколько часов добраться до места, куда раньше нужно было ехать в течение нескольких недель. Фрагментация не означает, что сжатие прекратилось: технический прогресс не останавливается. Отчасти новая полицентричность напоминает ту, что существовала столетие назад, но новые технологии вынуждают изменить сам подход к восприятию пространства и сфер влияния. Зона, контроль над которой необходим для безопасности государства и доступа к ресурсам, обеспечивающим его превосходство в соревновании с другими державами, не обязательно располагается теперь непосредственно вокруг его границ: она может находиться на другом краю земного шара. Чтобы установить этот контроль и сохранять его, нужны соответствующие средства, главным из которых становятся военно-морские силы. Ни один другой род войск не обладает такой мобильностью и в то же время такой устойчивостью и ударным потенциалом, как ВМС. Степень готовности государств к отстаиванию своих интересов в дальних краях будет прямо пропорциональна силам, которые оно готово на это потратить.

В этом новом мире вряд ли сохранится традиционная дипломатия. Эрозия её видна уже сейчас. Дипломатия, к которой мы привыкли – наследие Средних веков и Раннего Нового времени, когда решения по основным вопросам принимали государи или небольшие группы, руководившие аристократическими республиками. Дипломатия этой эпохи была по определению тайной – то есть не предполагала, что население должно влиять или даже знать о ходе, а отчасти и о результатах переговоров. В сословном обществе народ выступал в качестве пассивного наблюдателя, принимая как должное решения королей.

Времена изменились. Восстание масс, описанное испанским философом Хосе Ортегой-и-Гассетом, произошло и победило. Всеобщая демократизация, ставшая отличительной чертой последнего столетия, привела к тому, что народ больше не желает быть сторонним наблюдателем – он живо интересуется вопросами внешней политики. Спрос рождает предложение: секретные документы раз за разом утекают в интернет, а политики, желая заручиться доверием масс и выиграть следующие выборы, устраивают пикировки в твиттере, а не на раутах и приёмах. Изменилась и роль самого посла: если раньше он «обладал большей властью и много большей свободой действий; не так часто случалось, чтобы он оказывался в тени международных конференций, которые сейчас созываются каждые две недели, а его работа не проверялась постоянно кабинетом министров и приезжими политиками с Родины»[5], то сейчас его роль зачастую сводится к чисто представительской.

Эти изменения требуют новой дипломатии: яркой, открытой и демонстративной. Перебранки в соцсетях, простые и понятные ходы, которые приносят очевидную пользу или, во всяком случае, не несут совсем уж очевидного вреда. Общество не хочет страдать и нести тяготы и лишения: оно хочет хлеба и зрелищ, то есть смотреть на успешную внешнюю политику со стороны и потреблять её сладкие плоды.

Умение подать поражение как победу позволяет держать население в постоянной эйфории, неумение – погружает его в состояние фрустрации.

В этих условиях любое ограниченное применение силы превращается во внешнеполитический акт. Корабль подходит для этой цели лучше всего: его не нужно развёртывать, пополнять личным составом, он всегда наготове. В конце концов, он фото- и киногеничен, а это в обществе спектакля играет важную роль. В своё время Генри Киссинджер заметил, что авианосец представляет собой 100 тысяч тонн дипломатии; два авианосца, как уточнил в 2019 г. американский посол в России Джон Хантсман, это уже «200 тысяч тонн дипломатии… это то, что я называю дипломатией. Это перспективная дипломатия, больше ничего не нужно говорить». Авианосец говорит сам за себя.

Но авианосцы – вещь дорогая, и мало кто даже из великих держав может позволить себе больше пары штук. Дипломатию канонерок можно проводить при помощи кораблей поменьше – от корвета до универсального десантного корабля (УДК). Джеймс Кэйбл разделил потенциально использующиеся силы на шесть категорий – от обычных кораблей до превосходящих противника амфибийных сил. Хотя традиционно считается, что дипломатия канонерок – оружие сильного против слабого, можно привести немало случаев, когда слабейшая держава, используя незначительные силы, в подходящий момент и в удачных условиях вынуждала при помощи условных канонерок идти на попятный даже сверхдержаву.

Россия – великая держава, она может позволить себе гораздо более широкий спектр сил и средств, чем большинство стран мира: от посылки отряда, состоящего из судна снабжения, УДК, пары фрегатов с «калибрами» и океанского буксира, до демонстративных действий подводных лодок. Главное – помнить основные принципы дипломатии канонерок: применение силы должно быть ограниченным, потери – минимальными, а при начале операции военное и политическое руководство должно чётко понимать, каких именно целей оно желает достичь.

--

СНОСКИ

[1] Booth K. Navies and Foreign Policy. London: Croom Helm, 1977. 294 p.; Booth K. Law, Force and Diplomacy at Sea. Boston & Sydney: George Allen & Unwin, 1985. 231 p.

[2] Luttwak E.N. The Political Uses of Sea Power. The John Hopkins University Press, 1974. 90 p.

[3] Till G. Maritime Strategy and the Nuclear Age. Palgrave Macmillan, 1984. 295 p.

[4] Cable J. Gunboat Diplomacy, 1919-1991. Palgrave Macmillan, 1994. P. 14.

[5] Мурхед А. Борьба за Дарданеллы / Пер. с англ. А.С. Цыпленкова. М.: ЗАО Центрполиграф, 2004. С. 16-17.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046485 Алексей Куприянов

Эмпатия – лучшая стратегия

ИВАН САФРАНЧУК

Директор и ведущий научный сотрудник Центра евроазиатских исследований МГИМО МИД России.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Сафранчук И.А. Эмпатия – лучшая стратегия // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 132-139.

Исторически первооснова дипломатии – представительство одного суверена перед другим и необходимая для этого коммуникация. Дипломатия как практика имеет богатую традицию. Две важнейшие её составляющие: привилегия быть принятым сувереном и безопасность – естественным образом трансформировались в высокий статус посла.

В эпоху Ренессанса дипломатические представительства стали постоянными в Европе, потом такая практика распространилась на весь мир, расширялась правовая основа дипломатической деятельности. Однако дипломатия – не только практика, но и функция. И здесь ключевым является вопрос не как происходит международное общение, а зачем.

Борьба добра и зла

Общие объяснительные модели, которые применяются для разных сфер человеческой деятельности, на вопрос «зачем?» отвечают по-разному. С идеалистически-гуманистических позиций общение между суверенами и народами – естественное стремление цивилизованных субъектов. Соответственно, по мере цивилизационного развития расширялось и международное общение. С позиций, ставящих в центр экономику, развитие торговли видится выгодным явлением, а это требует расширения внешних связей и международного общения. С позиций рационального интереса в макиавеллевском духе внешнее общение расширяет возможности государя, даёт ему дополнительные инструменты. Эти факторы по отдельности, а также в различных комбинациях можно описывать в исторической ретроспективе и приходить к выводам, что, начиная с позднего Средневековья и Возрождения, потребность в международном общении и соответствующей дипломатической практике почти непрерывно расширялась. Попытки самоизоляции или принудительной изоляции имели место, но всегда заканчивались «воссоединением» с внешним миром. Более того, принудительное отсоединение от международной среды уже во второй половине ХХ века стало восприниматься как наказание и превращаться в соответствующий инструмент, то есть полноценную политику санкций.

Признание того, что расширение международного общения на протяжении уже многих веков – константа, не до конца отвечает на вопрос, зачем оно нужно. Поэтому попробуем выделить некоторые особенности международного общения в разные исторические периоды.

В Новое время оно было теснейшим образом связано с вопросами войны и соображениями по поводу баланса сил. Отсутствие гегемона требовало от всех постоянного маневрирования. Угроза силой, фиксация результатов её применения, формирование союзов для собственного укрепления, срыв таких же устремлений противника – всё это требовало коммуникаций с другими субъектами. Возникала динамичная среда, в которой вопросы войны и мира составляли две стороны одной медали. XIX век можно считать расцветом подобной системы международного общения. Однако в Новое время наравне с практической функцией дипломатии, завязанной на вопросы войны и силового баланса, существовала и философская мечта о мире, находившая отклик у просвещённой части общества.

Первую мировую войну интеллектуалы восприняли как провал доктрины баланса сил и соответствующего ей дипломатического маневрирования. Война виделась и слишком расточительным, и исключительно негуманным явлением. Альтернативой ей служило установление порядка на базе договорённостей. Поэтому дипломатия всё больше связывалась с такой деятельностью, закреплялось её понимание как альтернативы войне. Практические шаги в таком духе не показали эффективности в 20-е и 30-е гг. ХХ века, зато Вторая мировая война, как казалось, укрепила миролюбивую дипломатическую традицию. Державы-победительницы заявляли намерение создать общемировой порядок, универсальный и справедливый, и нести за него ответственность. Именно так можно трактовать общее согласие с духом и буквой Устава ООН.

Однако на практике мир свернул в сторону холодной войны, начало которой принято связывать с Фултонской речью Уинстона Черчилля. Каждый из образовавшихся враждующих лагерей представлял собой союз, связанный политическими, экономическими и ценностно-идеологическими факторами. Создание и поддержание таких союзов, подведение под них прочной нормативной базы, другими словами, формирование собственных гегемонистических порядков было важной задачей дипломатических служб СССР и США. В отношениях же между лагерями и их лидерами продолжалась традиция баланса сил и международного маневрирования, но с двумя существенными ограничениями.

Во-первых, осознание разрушительной мощи ядерного оружия накладывало ограничения на силовую политику. Конечно, к ядерным вооружениям тоже применялась доктрина баланса сил, на её основе Советский Союз и Соединённые Штаты постепенно перешли к дипломатическому общению по вопросам контроля над вооружениями. Однако это было не традиционное в рамках баланса сил международное маневрирование для приобретения преимущества, а договорная фиксация «ядерного тупика», то есть невозможности рациональной ядерной войны. В 1970-е и 1980-е гг. США предприняли несколько попыток вырваться из «ядерного тупика» за счёт военно-технических новинок, но каждый раз СССР возвращал их обратно на новом, более высоком уровне количественного и качественного баланса ядерных вооружений.

Во-вторых, два враждующих лагеря в холодной войне претендовали на универсальность экономических и ценностно-философских моделей. Каждый полагал, что Истина и История на его стороне. Поэтому задача не проиграть оставалась скорее тактической, главное было – выиграть, а под этим подразумевалось не просто исчезновение противостоящего геополитического субъекта, а его тотальное идейное развенчание. Попытки разрядки и мирного сосуществования скорее меняли формы и временные горизонты соперничества, а не его суть. Установка на универсальность, в перспективе на тотальную победу, а не относительные выигрыши, лишь вынужденное и временное принятие своего соперника как субъекта – всё это несовместимо с доктриной баланса сил. Последняя подразумевает не финальную битву «добра» и «зла» (хотя морально-этические факторы необходимы для мобилизации масс), а бесконечное соперничество за приобретение относительных преимуществ ради реализации рациональных интересов.

Невозможность фронтальной победы в холодной войне и экзистенциальное неприятие противной стороны делали естественной ставку на разрушение изнутри. Выискивать слабости у оппонента, стараться на них надавить, в том числе поддерживая «пятую колонну», которая станет расшатывать систему врага.

Соответственно, дипломатическая коммуникация нужна была не только для традиционных переговоров, но и для доступа к обществу соперника в пропагандистских (по сути, даже диверсионных) целях.

Одновременно по мере того, как соперничество затягивалось, а вести его приходилось так, чтобы по ходу борьбы не допустить неконтролируемой эскалации, стороны шли на развитие международного права, системы институтов ООН, формировали не только гегемонистические порядки для единомышленников, но и некий общемировой порядок.

Дипломатия в отрыве от национального интереса

Окончание холодной войны привело к такому материальному и идейному доминированию США, что на какое-то время весь мир стал казаться Pax Americana. Это искажало представления о рациональном международном общении, его целях и задачах. В Америке многие стали считать, что традиционная внешняя политика не нужна вовсе, а всем остальным необходима прежде всего система отношений с Соединёнными Штатами. Однако такие настроения прошли уже к началу 2000-х годов. Более глубокое влияние на представления о международном общении в конце ХХ и в начале XXI века оказал мощнейший тренд глобализации.

То явление, которое к концу прошлого века – после нескольких десятилетий дискуссий о растущей взаимозависимости мира, её нового (или не вполне) качества – стали называть глобализацией, можно в более широком контексте считать слиянием двух процессов, которые на протяжении двух-трёх предыдущих веков развивались взаимосвязанно. А именно – повышение физической связанности мира, то есть материальной глобализации, и увеличение его идеаторной цельности, то есть идейной гомогенности, универсализации. Процессы не были линейными, нередко происходило то, что разобщало народы – прерывало физические связи, противопоставляло их идейно. Но в долгосрочной перспективе все наиболее значимые политико-экономические и социальные потрясения, будь то колониализм или итоги больших войн, способствовали формированию общей мировой экономической и политической системы, повышали связанность мира. К началу XXI века этот долгий исторический тренд набрал невероятную силу.

Помимо прочего, происходившее означало формирование насыщенной и сложной международной среды, взаимодействие с которой становилось важнейшей задачей для каждого отдельного государства. Даже для такого сильного, как США. Либеральные интеллектуалы считали, что со временем воздействие глобальной среды превзойдёт американскую мощь, и в перспективе Соединённым Штатам придётся влиться в неё на равных с остальными, передав власть мировым институтам.

В идеальной модели глобализированного мира не должно было остаться места для традиционного международного общения. В такой предельной форме, как «плоский мир», система переставала бы быть внешней средой для отдельных субъектов, а становилась глобальной сетью, где все со всеми связаны множеством горизонтальных связей, иерархические структуры отмирают, и таким образом нет больше внешнего – ни субъектов, ни среды, все становятся частями общего. Конечно, далеко не все верили в возможность такой идеальной формы, но превалировало признание расширения глобальной системы, её значительного влияния на каждое отдельное государство. Из этого следовала исключительная важность отношений с внешней средой.

Перенастраивалась работа дипломатов как профессионалов общения, приоритетом становилось участие в формировании нормативной и институциональной базы международной среды, настройка отношений с ней таким образом, чтобы получать максимальные практические выгоды. При этом дипломаты всё больше попадали в одно сообщество с транснациональным бизнесом и неправительственным сектором, интересы которых, даже если сохраняли приоритетную привязку к каким-то юрисдикциям, не определялись национальными соображениями отдельных государств. В результате распространённый тезис, что в мире стирается грань между «внешними» делами и «внутренними», был справедлив в том смысле, что росла, как говорилось ранее, зависимость от внешней среды, но одновременно профессионалы международного общения отрывались от национальных интересов собственных государств, становились ближе к «глобальному миру», чем к своим народам и «домашней» политике.

Такой перекос в пользу внешней среды и глобальной повестки вызывал ответную реакцию. В 1990-е и начале 2000-х гг. она проявилась в развивающихся странах, там её в основном использовали левые, и это в конечном счёте имело мало последствий. Однако в прошлом десятилетии простые граждане развитых стран стали всё более критически смотреть на собственные глобализированные и уже не вполне национальные элиты. Сначала протест эксплуатировали правые популисты, постепенно он проник в политический мейнстрим. Начался процесс национализации повесток безопасности и экономического развития. Избираемые политики всё больше приводят внешние сношения своих стран в соответствие с «домашними» интересами – как общенациональными, так и электоральными. От профессионалов международного общения, по всей видимости, требуют не только ставить во главу угла национальные интересы, формулируемые элитой, но и проводить их так, чтобы это резонировало с общественными настроениями дома, чтобы внешняя политика была электоральным «активом», а не «пассивом» избираемых политиков. Происходит перенастройка международного общения. Связь между «внешним» и «внутренним» сохраняется, но меняются её качественные характеристики.

Если на предыдущем этапе, при ставке на глобализацию, задача стояла в максимизации участия во «внешнем», влиянии на него, получении от «внешнего» наибольших выгод, то теперь важнее внешняя политика, служащая естественным продолжением дел домашних.

Впрочем, то, что мы наблюдаем сейчас, скорее, реакция на перегибы предыдущих десятилетий. Особенности же международного общения в будущем станут определяться не только этим, но и некоторыми уникальными чертами современных структурных реалий, в которых предстоит действовать государствам.

Надолго без порядка

В материальном плане мир остаётся глобальным, даже несмотря на элементы его фрагментации в последнее десятилетие. Но совершенно утрачено стремление к идейной гомогенности, общему ценностному пространству. Процесс универсализации прекратился. Материально глобальный, но идейно неуниверсальный (даже не стремящийся к этому, а скорее движущийся в направлении дальнейшей гетерогенности) мир – вот современная реальность, содержащая имманентное противоречие. Для существующего уровня материальной глобальности мир чересчур разнообразен, для нарастающего уровня неуниверсальности – избыточно материально связан в глобальном масштабе. Слишком разные субъекты слишком тесно связаны друг с другом.

Пока силён соблазн «подправить» такую реальность в ту или иную сторону. Либеральные интеллектуалы мечтают перезапустить идейную реуниверсализацию, реалисты толкают в сторону материальной деглобализации. Однако первое вряд ли возможно иначе как средствами грубого принуждения, а у США как единственного силового агента таких устремлений уже нет для этого возможностей. Материальная же деглобализация, особенно глубокая, вызывает отторжение у большей части международного сообщества (хотя по-разному в разных странах), поскольку модели социально-экономического развития большинства стран предусматривают материальную глобализацию. Поэтому сочетание материальной глобальности и идейной неуниверсальности, дисбаланс между одним и другим, может стать продолжительной структурной реальностью, определяющей характер международного общения.

Изменится и отношение к внешней среде. Долгое время её значение росло, её пытались использовать, получить выгоды, а некоторые даже кардинально переделать. Но в любом случае доминировала ставка на максимальное вовлечение в неё. Теперь может возобладать стремление повышать устойчивость по отношению к внешней среде.

Другими словами, фокус сместится со стремления оказывать на эту среду наибольшее влияние, к минимизации её воздействия на себя.

При этом сама международная среда, вероятно, станет более неопределённой, превращаясь в неизбежный риск, а не возможность.

В таких условиях востребованы две основные функции дипломатии, которые устойчиво проявлялись в разные исторические периоды. Во-первых, международное маневрирование для приобретения относительных преимуществ по сравнению с соперниками. Во-вторых, формирование договорённостей о правилах такого маневрирования для снижения риска непреднамеренной эскалации. Однако результативность в новых условиях может оказаться невысокой. В силу материальной связанности соперничающим сторонам трудно нащупать и зафиксировать балансы сил. А растущая идейная разобщённость не даёт сформироваться доверию, необходимому для выработки «правил игры».

Всё это обещает чрезвычайно динамично развивающуюся и непредсказуемую международную среду. Желание обезопасить себя в комбинации с невозможностью это сделать за счёт отгораживания. Принудительное же отгораживание будет считаться почти актом агрессии и вызывать жёсткую ответную реакцию.

Раньше основным ответом на неопределённость и риски считался порядок, гарантом которого выступал либо гегемон, либо «общие» международные институты. Обе эти опции исчерпаны. Альтернативой может быть запрос не на порядок, а на стратегическую эмпатию, которую можно понимать как способность понять и признать нужды другого без отказа от собственных представлений и без стремления изменить другого.

В данной научной работе использованы результаты проекта «Современное соперничество великих держав: теоретические и практические аспекты», выполненного в рамках программы исследований факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ в 2022 году.

Россия. США. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046484 Иван Сафранчук

Дипломатия после процедуры

ТИМОФЕЙ БОРДАЧЁВ

Доктор политических наук, научный руководитель Центра комплексных европейских и международных исследований Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Бордачев Т.В. Дипломатия после процедуры // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 114-131.

Дипломатия – искусство ведения переговоров для предотвращения или урегулирования конфликтов, поисков компромиссов и взаимоприемлемых решений, расширения и углубления международного сотрудничества.

БРЭ

Дипломатия – принятый метод влияния на решения и поведение иностранных правительств и народов посредством диалога, переговоров и других мер, не предусматривающих войну и насилие.

Britannica

Какова роль дипломатии в решающие для международной политики моменты истории? Как правило, эта сфера деятельности уступает место индивидуальной способности лидеров объективно оценить соотношение сил и принимать на этой основе решения.

Преисполненные ностальгии, мы смотрим на XIX век или вторую половину холодной войны как на эпохи торжества дипломатического искусства. Но это было не более чем продуктом наибольшей стабильности в отношениях между важнейшими державами, которая покоилась на признанном всеми порядке. Рано или поздно фундамент такого порядка разрушался в результате эволюции составляющих его живых организмов-государств, и тогда с непреодолимыми трудностями сталкивались даже самые совершенные дипломатические навыки.

Признание этого не означает, что дипломатия – искусство сглаживать противоречия, неизбежно возникающие при соприкосновении социальных организаций – утрачивает значимость. Но, как и любая бюрократическая деятельность, она нуждается в чётких и признанных правилах и процедурах. И отступает в тень, отдавая лидерство политике, когда правила перестают действовать, а процедуры сметаются необходимостью, продиктованной государственными интересами.

На каждом новом витке истории меняются обстоятельства, в которых классическая дипломатия становится не нужна, а к государственным лидерам, наоборот, предъявляют наиболее высокие требования. Те, кто принимал решения о международном порядке в Вене, Версале или Ялте, действовали в условиях разного соотношения сил между основным участниками, а также неодинакового их положения по отношению к остальному человечеству. Именно способность лидеров оценить степень допустимой несправедливости к притязаниям каждого позволяет создать порядок, с которым более или менее согласны все имеющие значение государства. Дальнейшую работу передают в руки дипломатов. Решив ключевые проблемы, руководители возвращаются к вопросам внутреннего устройства, имеющим для них первостепенное значение.

Во всех случаях неизменным оставалось одно условие – самое важное. Лидеры располагали возможностью эмпирически проверить соотношение сил. Новый порядок возникал на основе разрешения революционной ситуации в международных отношениях, и наступавший мир формировали победители. Сейчас такая возможность отсутствует. Колоссальные запасы ядерного оружия, накопленные США, Россией и, весьма вероятно, уже Китаем, ограничивают их действия – военное разрешение противоречий не может стать основой нового порядка. Полноценное развитие революционного типа отношений между государствами, имеющими определяющее значение для глобальной стабильности, немыслимо. И мы не знаем, как долго дипломатам теперь ждать своего выхода на сцену международной политики.

Попыткой освободить дипломатию от описанной схемы стало создание системы формального равенства государств как участников международного общения. Эволюция в подобном направлении началась в XVII веке и достигла апогея во второй половине ХХ столетия. Хаотические отношения между державами постепенно дополнялись элементами процедурного характера, составляющими основу вестфальской системы, которая существует сравнительно независимо от сменяющих друг друга порядков. После Второй мировой войны она была закреплена международным правом, кодифицированным в Уставе ООН. Благодаря этому дипломатия получила новую функцию управления постоянным взаимодействием государств.

Сейчас система международного управления подвергается испытаниям. Причина – многократное увеличение числа формально суверенных государств, распространение дипломатии принуждения и, наконец, отсутствие у великих держав необходимости брать на себя ответственность за десятки малых и средних стран. Это сокращает возможности дипломатии как административной машины управления глобальными делами. Дипломатия перестаёт обеспечивать соблюдение процедуры в отношениях между государствами, что совсем недавно представлялось наиболее важной функцией. На высшем уровне её блокирует неспособность лидеров прийти к общему решению, а на прикладном – неудача попытки управлять миром при помощи общепринятой процедуры. В идеале именно последняя должна компенсировать отсутствие у великих держав возможности создать устойчивый международный порядок.

В таких условиях дипломатия теряет существенную, если не преобладающую, долю привычного предназначения, а наблюдатели концентрируются на внешних эффектах, придающих внешнеполитическому действу максимально живописный и эмоциональный характер.

Тем более что обыватель, избалованный показной демократичностью внешней политики, ожидает именно поверхностных и комических проявлений фундаментальной проблемы. А достижения информационно-коммуникационных технологий предоставляют для этого невиданные ранее технические возможности.

Всё это не обещает международной политике и дипломатии ничего хорошего. Допустить в обозримой перспективе исчезновение ядерного сдерживания так же наивно, как и верить в способность нескольких великих держав подчинить себе остальные государства. Но ход истории от этого не остановится, а дипломатам следующих поколений придётся решать задачи, по сложности и многообразию значительно превосходящие любые исторические аналоги.

Ограничители высокой дипломатии

Дипломатия в классическом смысле всегда была привилегией могущественных держав, сопоставимых между собой по силам. Она состояла в искусстве управлять противоречиями, неизбежно возникающими по мере реализации базовых интересов и ценностных установок. На высшем уровне решения принимают государственные лидеры. На уровне исполнения действуют дипломаты, задача которых – воплотить в жизнь решения, принятые теми, кто несёт ответственность за выживание своих народов.

Но такие решения возможны не всегда. В классическом произведении «Венский конгресс: переоценка» патриарх науки о международных отношениях Генри Киссинджер указывает на важнейший ограничитель дипломатии. Она не работает, когда какая-то важная держава проводит революционную политику, считая существующий международный порядок несправедливым в отношении её базовых интересов и ценностей. В этот момент внутренние мотивы государства уже не оставляют ему возможности для примирения с существующим порядком, даже если рациональная оценка соотношения сил позволяет предположить трагические последствия.

На протяжении трёхсот лет такие ситуации возникали неоднократно и неизменно приводили к всеобщим вооружённым конфликтам на европейском, а затем и глобальном уровне. Искренность мотивов революционной державы становится непреодолимым препятствием для попыток мирного решения. Дипломатия теряла смысл, замолкала, вместо неё начинали говорить пушки. Подлинный драматизм заключается в том, что порядок как таковой почти никогда не становился причиной революционного поведения. Действия Франции, выступившей на рубеже XVIII и XIX веков против всей остальной Европы, имели исключительно внутреннее происхождение. Недовольство Германии существующим положением дел, приведшее к мировой войне 1914–1918 гг., также содержало в основе рост её собственного могущества в результате динамичного внутреннего развития. За двести лет только поведение Германии и Японии перед Второй мировой войной было связано с тем, что международный порядок, сложившийся после Великой войны, изначально был для них несправедливым.

Особенностью современной революционной ситуации является то, что своим положением недовольны все значимые глобальные игроки, кроме США. Откровенно деспотическим международный порядок, установленный после холодной войны, считает Россия, действия которой имеют наиболее выраженный революционный характер. Этим же путём идёт всё менее сдержанный в проявлениях недовольства Китай. Действия Поднебесной продиктованы её внутренним развитием, а не давлением извне, как, например, в случае России, и потому представляют собой фундаментальный вызов другим государствам. Менее могущественные державы, в первую очередь – Индия, также недовольны привилегиями, присвоенными американцами и их союзниками, но не располагают возможностями для реализации своих устремлений. Даже ведущие страны континентальной Европы – Германия и Франция – всё менее удовлетворены собственным положением, но, как и Индия, ограничены в ресурсах для выправления ситуации.

В условиях, когда всеобщую войну невозможно рассматривать в качестве средства изменения существующего порядка, основные державы стремятся к тому, чтобы накопленное недовольство не привело к трагическим последствиям. В современной международной политике и революционные силы, и держава постоянного статуса впервые в истории не готовы к наступательным действиям, что иллюстрирует идею Джорджа Оруэлла из эссе 1945 г. «Ты и атомная бомба» о «мире, который не будет миром». Гарантированное взаимное уничтожение удерживает великие ядерные державы, а с ними и всех остальных, в пространстве, где дипломатия в классическом смысле не может работать, и решить проблему искажений в соотношении сил нельзя даже теоретически. Лидеры беспомощны в стратегическом отношении и вынуждены сводить свои действия (и тактического, и стратегического характера) к манёврам и решениям, имеющим значение только в момент их принятия.

То, что мы наблюдаем в отношениях России и Запада, – не создание нового порядка, а мучительная для всех, но неизбежно краткосрочная коррекция противоречий.

В условиях стратегического клинча смысл имеет только тактическое маневрирование, необходимое для консолидации ресурсов на случай столкновения. Но оно не случится, поскольку убийственность ядерного оружия делает конфликт политически бессмысленным и нерациональным. Дипломаты, состоящие на службе своих политических лидеров, фиксируют траектории лавирования и колеблются вместе с линией, но не поддерживают порядок, как это было на протяжении последних столетий.

Поскольку легитимного всеобщего порядка нет и не может быть, дипломаты перестали говорить на одном языке – этот инструмент теряет значение в общении между основными державами. Он сохраняется только в рамках более узких региональных сообществ – группы либеральных демократий, объединённых в институты НАТО и Европейского союза, особой системы отношений России и Китая, постсоветского пространства, других объединений, про которые мы мало знаем. Когда представители разных сообществ встречаются между собой, то, как это ярко проявляется в случае России и Запада, общение исчерпывается обвинениями в отсутствии доброй воли и желания прийти к соглашению. Причина расхождений состоит не в том, что кто-то ведёт себя лицемерно. Ситуация куда трагичнее – все верят в свою правоту и – в отсутствие общепризнанного легитимного порядка – не допускают вероятности правоты оппонентов. Утеря связи оппонента с реальностью, если обратиться к формулировке министра иностранных дел России Сергея Лаврова, – продукт отсутствия даже теоретической возможности говорить на одном языке.

После возникновения ядерного оружия набор вопросов, действительно имеющих значение для выживания великих держав, оказался крайне ограниченным. Это создало иллюзию того, что практически ко всем другим сюжетам можно относиться непринужденно. Поддержание «атомного мирового порядка» сформировало особую область дипломатии (сфера стратегической стабильности), всерьёз претендующую на вытеснение всех остальных. И когда речь идёт об этом узком круге вопросов, российские и американские дипломаты прекрасно понимают друг друга. Однако практика международного общения недвусмысленно указывает: для поддержания стабильного мира этого мало.

В условиях «атомного порядка» даже такие фундаментальные по историческим меркам вопросы, как расширение военных блоков или дислокация обычных вооружённых сил, могут казаться несущественными. То, что до середины ХХ века рассматривалось в качестве проблем войны и мира, во второй половине столетия перестало считаться значимым. Основной задачей дипломатии в ядерную эпоху стала коррекция тактических искажений баланса сил между основными военными державами именно на этом, высшем, но одновременно изолированном от реальной жизни уровне. Главными вызовами для ядерных сверхдержав становится собственная внутренняя устойчивость и способность к развитию, а это, согласимся, не самые благоприятные предпосылки для совершенствования способности слышать и быть услышанным. Но, как мы видим сейчас, традиционные вопросы международной политики – соображения геополитического характера или престиж государств – всё равно на переднем плане. Хотя именно отношения в ядерной сфере потенциально имеют наиболее важное значение для выживания главных стран мира и всего человечества, они не в состоянии сформировать устойчивой основы справедливого международного порядка.

В полной мере это продемонстрировало завершение холодной войны. Сохранение баланса сил и дипломатического диалога на стратегическом уровне никак не воспрепятствовало тому, что несправедливость в отношении интересов отдельных участников накопилась до невыносимого уровня. Стратегическая стабильность важна, прекрасно, что дипломаты России, США и Китая могут обсуждать её на основе общих категорий. Но это же становится причиной того, что диалог обращается в схоластику, безнадёжно утерявшую связь с каждодневными интересами и порывами держав. Как если бы мы подменяли обсуждение насущной проблемы, например, связанной со здоровьем, общефилософскими дебатами о жизни и смерти.

Дипломатия международного управления

Однако в кризисе не только «высокая» дипломатия великих держав, но и её альтернатива-продолжение – управленческая дипломатия, созданная гением Вестфальской системы словно бы для того, чтобы удерживать державы от одичания, если невозможно создать легитимный общий порядок. Встаёт вопрос о перспективах и смысле существования всего колоссального массива международной дипломатии, накопившегося за почти четыреста лет упорядоченных отношений. Он успел обрасти невероятным количеством практик и ритуалов, имеющих малое отношение к решению государствами своих текущих внешнеполитических задач, но присутствующих как символ непрерывности существования организма, который мы с лёгкой руки неореалистской теории называем международной системой. Право на существование этому феномену даёт не абстрактное предположение о том, что мир – взаимосвязанная система, а наличие правил и процедур, согласие с которыми никем публично не оспаривается и соблюдение которых возложено на дипломатов и институты.

Каждый европейский, а следовательно, и международный порядок создавался сильнейшими игроками в тени не только войны, но и уникальной системы признаков, позволяющей государствам распознавать друг друга. Эту систему принято называть вестфальской, что отражает весьма, впрочем, условное указание на серию соглашений между европейскими государствами, венцом которой были мирные договоры 1648 года. Гениальность вестфальской системы, как принято считать, в том, что она имеет прежде всего процедурный характер. Другими словами, начиная с этого исторического события государства договариваются не только о том, кому будет принадлежать та или иная территория, но и об общих принципах взаимодействия.

Последовавшие международные порядки либо перераспределяли территории (мир в Утрехте и Версальский мир), либо устанавливали дополнительные правила игры (Венский и Ялтинский) на основе взаимного признания легитимности. Исключение – международный порядок после холодной войны, основной документ которого (Парижская хартия 1990 г.) маскировал перераспределение территорий, находящихся под контролем великих держав, достаточно вымученной риторикой о новых принципах международного общения. Именно поэтому он содержит возможности для обоснования практически противоположных подходов к европейской безопасности – процедурные вопросы были нужны здесь только для цветистого оформления территориальных приобретений Запада, соответственно, к процедурам можно было отнестись вполне легкомысленно.

С исторической точки зрения ошибочно отрицать, что субстантивное, прикладное значение вестфальских договоров было не меньшим, чем процедурное. Они определяли баланс сил, а значит, принадлежность земель и населения – основных ресурсов, которые требовались государям для сохранения и преумножения власти. Однако даже если процедурные вопросы и не были доминирующими, само их присутствие стало настолько новым в европейской практике, что позволяет считать именно их наиболее значимым наследием Вестфальского мира.

Не случайно Вестфальский мир – единственное в своём роде собрание документов, над оформлением которого работали не государи и посланники, а сотни юристов и бюрократов, представляющих державы, встретившиеся на переговорах в Мюнстере и Оснабрюке. За пределами их внимания оставался вопрос о соотношении военных возможностей в мирное время, тогда никому и в голову не приходило договариваться о лимитах на создание средств взаимного уничтожения. «Гонка вооружений» велась бесконтрольно – требовались другие средства, чтобы обезопасить слабые государства в их отношениях с сильными. Этими средствами стали правила, хотя они, конечно, нарушались всеми крупными державами к своей выгоде.

Вестфальские принципы были буквально выкованы в огне религиозных войн, когда необходимость разделения ценностей и интересов была признана единственной сравнительно устойчивой основой способности государств договариваться, а главные атрибуты суверенной державы пришлось кодифицировать хотя бы в самых общих чертах, поскольку прекратил существование единый христианский мир. Это позволило выделить отношения между государствами как формально равными единицами в отдельный вид взаимодействий и поручить их специально назначенным представителям.

Итак, вестфальский порядок – не свод правил, а институциональный итог взаимодействия внутри мира европейских государств к середине прошлого тысячелетия, точно так же как социальное государство – результат их внутреннего развития к началу XX века.

Его распространение на весь мир стало, вероятно, самым выдающимся достижением Европы. Что не отменило, конечно, глубоко европейской природы данной институциональной формы даже после того, как в неё в 1840-е гг. оказался вовлечён Китай и порядок стал глобальным. Вестфальский порядок был и остаётся регулирующим отношения между государствами, не случайно он зародился одновременно с современным международным правом. Возможность управлять всем комплексом взаимодействий между суверенными странами стала выдающимся достижением и постепенно сформировала новый смысл дипломатии.

Благодаря вестфальской системе данностью стал тот факт, что вопрос о правилах игры важнее конкретных сюжетов отношений между конкретными странами. Центральной роли, которую вестфальский порядок отводит процедурным вопросам, мы обязаны появлением суррогата дипломатии: колоссального по своим масштабам аппарата, основная задача которого – международное управление, а не разрешение объективно возникающих противоречий между интересами великих держав.

Появление общепринятой системы распознавания суверенного государства не могло стать препятствием для того, чтобы на протяжении столетий международная политика оставалась в руках сильнейших в военном отношении стран. В XVIII–XIX веках участниками легитимного порядка были европейские империи, включая Россию, которые располагали несопоставимо большими силовыми возможностями, чем остальные. Это была эпоха единства международного управления и дипломатии великих держав, высокопоставленные посланники могли договариваться между собой, представляя политику, которую определяли государи и (после 1870 г.) президент Французской Республики. Правила, которые мы называем «вестфальскими», не были до середины ХХ века кодифицированы в рамках международного права, но этого и не требовалось. Европейские империи хоть и не вели в промежутке между 1815 и 1914 гг. всеобщих войн, эффективно прибегали к ограниченному использованию военной силы там, где дипломатия оказывалась бессильна или не нужна.

Баланс сил был способом поддержания всеобщего мира, но по мере того, как империи накапливали колоссальные военные ресурсы, каждое новое обострение отношений становилось всё более опасным. Единственная попытка договориться «о железе» предпринята тогда царской Россией, предложившей, под бременем собственных военных расходов и нарастающего экономического отставания, провести в 1898 г. конференцию с целью положить предел гонке вооружений. За исключением последовавших Гаагских конференций этот исторический период был временем господства классической дипломатии – государей и их посланников. Основа для её управленческой функции уже существовала, но не была востребована: европейские колониальные империи оставались слишком уверенными в своих силах. Средством принуждения служили их преобладающие военные возможности, а правом – эгоистические интересы.

ХХ век – взлёт и падение

Европейский мир закончился двумя мировыми войнами, поскольку система баланса сил не подразумевает гарантии от возникновения конфликтов, которые нельзя разрешить через переговоры. Закончилась и эпоха классической дипломатии, а на мировую арену вышли державы, которые не хотели вести дела по-старому, – США, Советская Россия, а затем и Китай с Индией. Их военные возможности оставались в первое время недостаточными для того, чтобы просто повторять опыт европейцев, отказ от «тайной дипломатии» провозгласили одновременно Вудро Вильсон и большевики. Это не означало, что новые державы отказались от главенства эгоистических интересов во внешней политике – просто они сделали ставку на другие способы принуждения и потребовали развивать соответствующую этому дипломатию. Возник спрос на управленческую функцию дипломатии, дремавшую в природе вестфальской системы. Новые державы, в отличие от уходящих с мировой арены европейских империй, лишь ограниченно могли управлять другими народами напрямую. Для них более подходящим способом стало манипулирование менее могущественными странами через международные институты и правила.

Во второй половине ХХ века произошло лавинообразное увеличение числа суверенных государств, наводнивших международную политику формально независимыми юрисдикциями. Таким скоплением уже невозможно было руководить непосредственно и в «ручном режиме», требовался инструмент, который сильнейшие державы использовали бы вместо военной силы. Всё это происходило в уникальных условиях второй половины ХХ века, главным отличием которой стало стремление наиболее могущественных держав придать международной политике сравнительно упорядоченный характер. Ужасы Второй мировой войны действительно заставили задуматься о более гуманных формах взаимного принуждения. Процедуры, истоки которых мы находим в Вестфальских принципах, подходили для этого как нельзя лучше.

Однако недостижимое военное превосходство России и США над остальным человечеством создало особую область дипломатии, участвовать в которой мог только очень ограниченный круг государств. Все остальные вопросы оказались настолько ниже по значению, что их можно было вывести за рамки того, чем Москва и Вашингтон были готовы заниматься предельно серьёзно. Исчезла зависимость от союзников – никакая помощь со стороны друзей не играет решающей роли, когда речь идёт о гипотетическом столкновении огромных ядерных арсеналов.

Возникают две дипломатии – высшего уровня, где взаимодействуют небожители, и всё остальное, реальная значимость которого неизбежно снижалась.

За пределами переговоров о стратегической стабильности простирается огромное поле управления миром, наполненным почти двумя сотнями формально равных между собой стран и невероятным количеством важных вопросов. С точки зрения выживания главных государств всё это не было по-настоящему принципиальным, поскольку не имело отношения к вероятности всеобщего убийственного конфликта. (Это не исключало разнообразных и напряжённых коллизий за пределами «большой двойки», но они разыгрывались во «второй лиге».) После завершения холодной войны дипломатия «победителей» сохранила отпечаток презрения к остальным государствам и их интересам. США, как ранее СССР, считали: во всём, что не касается отношений между сверхдержавами, задача дипломатов – не убедить, а заставить оппонента изменить точку зрения, обеспечить решение, которое соответствовало бы американским представлениям о прекрасном. Отношения между ядерными сверхдержавами по всем вопросам, находящимся за пределами стратегической стабильности, переняли эту особенность. Международное управление, в котором надеялись увидеть устойчивую альтернативу отсутствующему международному порядку, превратилось в дипломатию принуждения.

В этом смысле КНР представляет собой интересный феномен. Китай исторически, конечно, не воспринимает другие страны равными себе, и это всегда было препятствием для формирования дипломатической традиции. Однако десятилетия слабости развили у этой ядерной (сверх)державы привычки, обычно присущие, скорее, средним, если не малым государствам. Но по мере роста могущества Пекин возвращался к практике даннической дипломатии, современными формами которой стали визиты в столицу Поднебесной делегаций стран, заинтересованных в благожелательном отношении Пекина. И только в последние годы Китай развернулся в рамках дипломатии международного управления, энергично воздействуя на деятельность многочисленных институтов. От того, чтобы растеряться перед лицом эрозии этой системы, китайское государство спасает сейчас опора на более традиционные формы защиты интересов невоенным путем. КНР уверенно стремится к доминированию во множестве международных институтов, но такие усилия наталкиваются на неопределённость их будущего.

Изменение соотношения сил по завершении холодной войны вступило в конфликт с международным управлением на основе принципа всеобщего формального равенства. Даже если держава-гегемон и была готова передать существенную часть мировых дел институтам, проявление её собственных интересов неизбежно вело к тому, что интересы других участников международного сообщества находили лишь символическое отражение в важнейших решениях и событиях. Функция многосторонней дипломатии свелась к тому, чтобы находить наименее унизительную для всех формулу удовлетворения американских запросов.

По мере того как Россия и Китай втягивались в конфликт с Соединёнными Штатами из-за несправедливости международного порядка, деятельность его институтов вообще застопорилась. Процедура не может действовать, если в этом не заинтересованы сильнейшие. А когда Соединённые Штаты утратили способность к «управлению управлением», они сами обратились к подмене международного права «международным порядком, основанным на правилах», а другими словами – решению вопросов через сделки внутри ограниченного круга участников. Вашингтон не может доминировать на том основании, что все соглашаются с исключительными правами США, – недостаточно ресурсов, чтобы такое обеспечить. Дипломатия принуждения осталась для Вашингтона единственным способом управления, хотя теперь и она ограничена географически и функционально. Зато её признаки мы видим уже и в поведении основных конкурентов Запада.

Наиболее драматическое последствие тридцати лет: деградация основной функции вестфальской системы – управления формально равными государствами в рамках общей системы координат. Процедура становится ненужной, а её исполнение с лёгкостью передаётся в сферу публичного и театрализованного действия. И этот вызов гораздо существеннее выдуманных сюжетов о якобы отмирании суверенитета (их единственной целью было приспособить международную политику под нужды наиболее сильной державы и её ближайших союзников).

В современном виде процедура – набор принципов и норм взаимодействия между государствами, высшим выражением которой является Устав ООН, составленный с учётом всего опыта международной политики первой половины ХХ века. Даже при доминировании повестки ядерных сверхдержав принципы и правила могли сохраняться – противостоящие державы нуждались в формальных ограничителях своего поведения в остальных областях. После холодной войны правила также могли сохраниться, только их следовало поставить на службу доминирующих в силовом отношении держав. До 1991 г. Советский Союз и Соединённые Штаты осуществляли функции управления в рамках своих лагерей, потом это пытались делать США, но уже в отношении всего мира.

Сейчас возможность и, главное, необходимость в управлении на международном уровне качественно снижается. Поэтому избыточными становятся правила и нормы, в принуждении к соблюдению которых и состоит собственно управление. Упоминавшийся «мировой порядок, основанный на правилах» стал центральным в риторике стран Запада. Фактически он направлен на ликвидацию постоянных и формально закреплённых общих норм в пользу того, чтобы все следовали предпочтениям (зачастую ситуативным) группы культурно однородных стран. Одним из первых и наиболее заметных последствий отмирания вестфальского порядка как процедурной основы становится привычная нам дипломатия «второго уровня» – прямое порождение вестфальской традиции.

После того как вестфальские принципы и производные от них нормы формального международного права стали всеобщими, задача дипломатов свелась к тому, чтобы следить за исполнением правил, а в случае столкновения интересов государств искать решения на основе существующего порядка. Однако само существование этой сложной системы зависит от того, в какой мере государства испытывают необходимость управлять мировыми делами. Сейчас задача управления отходит в тень за ненадобностью, более актуальна необходимость постоянно настраивать и перенастраивать различные двусторонние отношения. Не системным образом, а применительно к каждому конкретному случаю пересечения интересов. Всеобщий упадок значения министерств иностранных дел не только в формулировании, но и в реализации внешней политики становится повсеместным явлением. Министры в лучшем случае превращаются в наиболее доверенных и высокопоставленных посланников своих политических руководителей, а в худшем – местоблюстителей, доставляющих больший или меньший объём хлопот тем, кто реально определяет внешнюю политику.

Неизбежное явление, сопутствующее упадку дипломатии и ограничивающее возвращение к классическим формам европейского баланса сил или позднего этапа холодной войны, – исчезновение конфиденциальности.

Поскольку для держав внешние дела становятся многократно менее значимыми, чем внутренние (свой вклад внесла пандемия), серьёзность отношения к ним как к важной сфере деятельности со своими правилами продолжает снижаться.

Это стимулируется достижениями информационного общества и возможностью непрерывно вести политическую деятельность через социальные сети и прочие способы быстрой коммуникации с общественным мнением. То, что это естественно для большинства избираемых политиков на Западе, понятно. Но открытость, иногда демонстративная, становится свойством внешней сферы по всему миру.

Другой важный фактор, ограничивающий возможности дипломатии в условиях, когда возникновение нового международного порядка невозможно, – кажущееся отсутствие риска того, что недоработки процедурного характера спровоцируют военное столкновение великих держав. Ядерные государства создали между собой систему предотвращения эскалации частных конфликтов в опасную для выживания войну. Ядерное сдерживание во многом решило проблему, ставшую одним из факторов стремительного сползания к всеобщему конфликту в 1914 г., – отставание дипломатии от политического процесса, оказавшееся роковым в летний период. «Пушки августа» могли загрохотать уже несколько раз до этого, но дипломатам удавалось не довести дело до войны. В июле-августе 1914 г. обстоятельства не позволили предотвратить катастрофу, хотя у неё, конечно, были объективные основания.

Сейчас ядерная сфера практически не связана с другими областями взаимодействия между Россией, Соединёнными Штатами и, в возрастающей степени, КНР. Это позволяет поддерживать сравнительно стабильное положение даже в период самых острых политических дискуссий. Военные выстроили систему предотвращения неконтролируемой эскалации и продолжают её совершенствовать. Один из сохраняющихся каналов связи между Россией и Западом в последние годы находится именно в этой области.

В результате дипломатия не нужна для того, чтобы не допустить войны между великими державами – они научились обходиться без этого.

Но спокойствие, весьма вероятно, обманчиво, а вот инструменты улаживания политических конфликтов между государствами, затерялись в коридорах международных институтов. Последние, в свою очередь, потеряли релевантность для коллективного управления мировыми делами. Тем, кто располагает силовыми ресурсами для навязывания общих решений, такое управление не требуется, слабые в принципе управлять не могут, каким бы большим коллективом они ни собрались, а отдельные средние державы балансируют, пытаясь вести точечный дипломатический диалог с великими и разговаривая с малыми только с позиции силы. Здесь задача дипломатии – одномоментное решение частных, хотя и постоянно возникающих, двусторонних вопросов по конкретным сюжетам, но не в рамках некой системы взаимодействия.

* * *

Необходимость в дипломатах не исчезнет. Во-первых, эта сфера деятельности сохранится на высшем уровне, поскольку современные государи нуждаются в посланниках. Здесь, вероятно, одно из наиболее убедительных оснований для надежды на возвращение элементов классической дипломатии. Не только на самом высоком уровне между ядерными сверхдержавами, но и в отношениях между ними и более слабыми странами эрозия международных институтов и многосторонних форматов приведёт к возрождению запроса на индивидуумов, способных представлять интересы своей страны в конкретном вопросе, проблеме или на особом географическом направлении. Так, например, связи России и её соседей могут быть усовершенствованы, если усилия существующих институтов будут дополняться деятельностью посланников с особыми и всеми осознаваемыми полномочиями.

Частные, но важные для великих держав вопросы, вроде состояния дел в периферийных зонах (Ближний Восток и его страновые направления, Афганистан, Корейский полуостров и пр.), также нуждаются в том, чтобы за них отвечали квалифицированные порученцы заинтересованных сторон. По мере увеличения числа «проблемных» стран или направлений запрос на экстренную и адресную дипломатию возрастёт. Тем более что главы государств, судя по всему, будут в ближайшие годы намного больше заняты обеспечением внутренней устойчивости своих стран, вмешательство во внешнеполитическую сферу станет «точечным», позволяющим добиться прогресса в конкретном вопросе в рамках взаимодействия с такими же профессионалами со стороны других заинтересованных держав.

Наконец, на неопределённое время государствам предстоит исполнять невероятное количество процедур, оставшихся в наследство от намного более упорядоченной эпохи. Они могут быть конфиденциальными в силу чувствительности вопросов, которые решаются в их рамках. Но в основном данные задачи не относятся к тем, где жизненно необходимо обеспечить отсутствие случайных записей в социальных сетях. Здесь мы ещё долго будем иметь дело с простором для традиционной дипломатии ХХ века, которая сохранится уже не в качестве главной формы защиты внешнеполитических интересов, а скорее, как публичная среда, фон для основных процессов, протекающих по иным принципам.

Россия. Весь мир. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046483 Тимофей Бордачев

Памяти «прекрасной эпохи»

АНДРЕЙ ИСЭРОВ

Кандидат исторических наук, доцент Школы исторических наук факультета гуманитарных наук Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», старший научный сотрудник Центра Североамериканских исследований Института всеобщей истории РАН.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Исэров А.А. Памяти «прекрасной эпохи» // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 80-113.

ОТ АВТОРА:

Я работал над этой статьёй в дни военной тревоги января-февраля 2022 г., с мыслью о мире. Текст был завершён в ночь на 24 февраля.

Каждый молодой и растущий народ должен в своё время встретить загадку своей судьбы. <…>

Вопрос <…> всегда грядёт с предупреждением, что прошлое – в прошлом, а опыт тщетен.

«Отцы – где они? И пророки – живут ли вечно?»

Мертвы отцы; молчат пророки; вопросы новы, и ответ на них даст лишь время.

Когда колючий кокон, защищающий младенчество нации-куколки, неожиданно разрывается

и в резком внезапном потрясении она видит себя парящей на крыльях,

которых раньше не было, чью силу никогда не испытывала,

среди опасностей, которые не может предвидеть и не имеет опыта измерить;

каждое движение трудно, и любое колебание может быть ошибкой.

Прошлое не даёт подсказки будущему. Отцы – где они? И пророки – живут ли вечно?

Мы сами пророки! На заданные вопросы мы должны ответить без промедления,

без помощи – иначе сфинкс не пропустит нас[1].

Государственный секретарь США Джон Хэй.

Речь в Конгрессе памяти президента Уильяма Мак-Кинли. 27 февраля 1902 года

Историку известно, как развивались и чем завершились события, которые он исследует. Это обстоятельство воздействует на ход его мыслей. Мы знаем, чем закончилась «прекрасная эпоха» и ищем в ней истоки будущей страшной войны.

Эта гегельянская телеологичность («Всё действительное разумно») наделяет человеческое действие смыслом, но она опасна для историка, который всё время должен продуманно ставить вопрос о возможности и вероятности развилок. Один из героев нашего рассказа, будущий президент США Вудро Вильсон в 1901 г., в бытность историком, профессором права и политической экономии в Принстонском университете, подчеркнул: «Самые тревожные вопросы рано или поздно попадают к историку… На его долю остаются все интеллектуальные и нравственные трудности, тонкое, опасное и ответственное дело определить, что было хорошо сделано, что – плохо… В каждом политическом решении он видит больше, чем видели участники событий, но он никогда не может быть уверен, что именно они видели, а что – нет»[2].

Можно ли было предотвратить катастрофу? Возможно ли вообще мирное конкурентное сотрудничество между политическими общностями, какими бы они ни были, – вопрос, который постоянно ставят международники с древности до наших дней[3]. В небольшом очерке мы расскажем о предпосылках нового мирового порядка на рубеже XIX–ХХ веков, строительстве Версальско-­Вашингтонской системы после Первой мировой войны и причинах её неудачи и, наконец, кратко – об использовании опыта первой половины XX века в создании структур и механизмов мира после Второй мировой войны, той системы, распад которой продолжается уже больше тридцати лет. В центре сюжета – идеолог Лиги Наций, президент Вудро Вильсон, под руководством которого его страна вступила в Первую мировую войну.

Поступь глобализации

На рубеже веков не только правящие круги, но и население европейских и американских стран почувствовали успехи новой мировой капиталистической экономики в условиях относительного мира и постепенного прощания с политическим «старым порядком». На смену «энгельсовой паузе» раннего промышленного переворота 1820-х – 1840-х гг., отлично знакомой нам по романам Чарльза Диккенса, пришёл такой экономический рост, который вёл к увеличению реальных доходов рабочего класса и крестьянства – примерно в полтора раза за вторую половину XIX столетия, что отчасти почти признал сам Фридрих Энгельс в предисловии 1892 г. к переизданию «Положения рабочего класса в Англии» (1845). К последним годам XIX века вера в общественный прогресс в рамках, говоря словами Иммануила Валлерстайна, «центристского либерализма» породила и среди левой оппозиции реформистский, нереволюционный извод социал-демократического движения, прославленный в формуле Эдуарда Бернштейна (1850–1932): «Цель – ничто, движение – всё».

В этом экономическом росте всё более заметным становился вклад международной торговли, центром которой вплоть до Второй мировой войны была Великобритания: в 1820 г. доля международной торговли составляла 1 процент мирового ВВП, в 1913 г. – 7,9 процента[4]. На внешние рынки работали от одной шестой до одной пятой британской рабочей силы[5]. Порядок международной торговли воплощал принятый «цивилизованными», как тогда говорили, странами золотой стандарт. Ограниченный объём денежной массы и несвобода эмиссии мешали государствам воплощать в жизнь уже обдумывавшиеся – в первую очередь в среде упомянутого выше социалистического движения – программы, которые в будущем, в середине XX века, сформируют общество всеобщего благоденствия, но отсутствие инфляции и твёрдые курсы удешевляли кредит, давали и предпринимателям, и широким массам, и государству уверенность в завтрашнем дне. Никто тогда не догадывался, что успех золотого стандарта был связан со стечением обстоятельств. Только в трагические годы Второй мировой войны сотрудник де-факто прекратившей своё существование Лиги Наций, шведский экономист Фольке Хильгердт покажет, что в «прекрасную эпоху» сложился своего рода замкнутый круг мировой торговли («многосторонние платежи») между Великобританией, континентальной Европой, Азией и Новым Светом, то есть взаимозачёт драгоценного метала, когда ни один из участников торговли не был исключительно экспортёром или импортёром товаров[6].

Отмена британских хлебных законов в 1846 г. и заключение франко-британского торгового договора в 1860 г. определили мировое господство свободной торговли. Открытость и равенство торговли по европейским рекам было обеспечено ещё Заключительным актом Венского конгресса 1815 г. (статьи 108–117). Сегодня экономисты доказали, что в ключевые годы создания промышленного хозяйства взлёт был невозможен без продуманной государственной политики, включавшей в том числе защиту своего производства[7]. Немецкий экономист Фридрих Лист оказался прав, заявив, что опора на «сравнительное преимущество» страны на открытом рынке, по Давиду Рикардо, может лишь закрепить сложившуюся отсталость, и с конца 1870-х гг. молодые промышленные державы оправданно, как мы сейчас видим, переходят к протекционистскому курсу (не случайно Листа изучал Сергей Витте)[8]. Но и тот предвоенный протекционизм был в целом весьма сдержанным (кстати, более других защищали свой рынок Соединённые Штаты), тем более что, как мы уже сказали, центром мировой торговли была совершенно открытая Британская империя. Тот уровень свободы торговли, к которому мир пришёл к 1914 г., был превзойдён лишь в 1990-е гг., с созданием Всемирной торговой организации (ВТО).

Крупный британский либеральный политик, премьер-министр в 1894–1895 гг. лорд Розбери заявил в 1897 г.: только свобода торговли помогает вынести «бремя империи», то есть обеспечить экономический рост и уровень цен, достаточные, чтобы поддерживать безопасность на её огромном пространстве и улучшать уровень жизни населения[9]. Государственный секретарь США в 1898–1905 гг. Джон Хэй, выдержка из речи которого стала эпиграфом к нашей статье, вошёл в историю доктриной «открытых дверей» (1899, 1900) – призывом к крупнейшим державам (а к тому времени в их число, помимо европейских государств, вошла и Япония) обеспечить открытые и равные возможности ведения торговли в ослабевшем Китае.

Но способствует ли рост международной торговли и равная открытость экономических возможностей и конкуренции взаимозависимости и, следовательно, миру? В 1870 г. в Париже, накануне франко-прусской войны, Хуан Баутиста Альберди, знаменитый аргентинский юрист, покинувший родину в знак протеста против войны c Парагваем, издал небольшой пацифистский трактат. В его последней главке он пишет о свободе торговли: «Обоюдная взаимозависимость ради благородной цели – удовлетворения интересов друг друга, что, однако, не затрагивает суверенитета каждого из государств, – не только отдаляет войну… но и приводит все нации к некоторому виду всемирного государства, унифицируя и консолидируя их интересы». Это путь к «некой международной власти», которая сменит войну как способ разрешения международных споров[10]. Сторонниками свободной торговли были депутаты французского и британского парламентов Фредерик Пасси (Нобелевская премия мира 1901 г.) и Рэндэл Кремер (Нобелевская премия мира 1903 г.), которые в 1889 г. создали в Берне существующий и сегодня Межпарламентский конгресс (с 1899 г. – Межпарламентский союз, с 1921 г. штаб-квартира в Женеве) – политическое измерение «взаимозависимости».

Выдающийся русский экономист Михаил Туган-Барановский, ещё в бытность правоверным марксистом в конце 1890-х гг., говорил Ариадне Тырковой-Вильямс: «Неужели вы воображаете, что через тридцать лет в Европе ещё будет существовать частная собственность? Конечно, нет! Пролетариат всё это сметёт. Исчезнет к тому времени и полицейское государство. Все будут свободны. Не забывайте, что люди учатся летать. При развитии авиации полицейское государство не может существовать. Воздух не знает ни границ, ни паспортов»[11]. Даже уйдя от революционного марксизма, Туган-Барановский в разгар Первой мировой войны (!) думал о мирном пересмотре границ «с точки зрения хозяйственной целесообразности» новыми социалистическими государствами – работающими во имя «интересов общего благосостояния» «штатами единого мирового государства»[12]. На миротворческие последствия открытых рынков надеялся британский критик империализма, социал-реформист Джон Гобсон. В 1909 г. британский пацифист Норман Энджелл (Нобелевская премия мира 1933 г.) издал книгу «Оптическая иллюзия Европы», неоднократно переиздававшуюся вплоть до Первой мировой под заголовком «Великая иллюзия», где показывал, что космополитичным капиталистам в современном «взаимозависимом» мире, основанном на кредите, договоре и международном разделении труда, война не нужна[13]. В том же году главный теоретик Социал-демократической партии Германии (ведущей левой партии в мире) и II Интернационала Карл Каутский, напротив, предвещал войну как итог нарастающей борьбы, в том числе экономической, между крупнейшими империалистическими и колониальными державами: «Всемирная война надвигается угрожающе близко, но война, как показал опыт последних десятилетий, означает и революцию». Правда, совсем скоро Каутский коренным образом изменил взгляды – и тоже пророчески, увидев в теории «ультраимпериализма» мирную финансово-капиталистическую глобализацию международных корпораций конца XX века, хотя и этот новый мир, считал автор, по-прежнему будет строиться на эксплуатации и требовать революции. Каутский даже пошёл на обнародование своих новых выводов в, казалось бы, совсем не подходящее время сентября 1914 года[14].

Что ж, в годы Второй мировой войны Джордж Оруэлл горько заметил: «Читая стопку довольно узко оптимистических “прогрессивных” книг, я был поражён тем автоматизмом, с каким люди повторяют отдельные фразы, модные до 1914 года. Два главных фаворита – “отмена расстояний” и “исчезновение границ”. Даже не знаю, как часто я видел утверждения, что “аэроплан и радио уничтожили расстояния” и что “все части мира теперь взаимозависимы”»[15].

Но, может, подъём новых держав: Соединённых Штатов (первая промышленная держава c середины 1890-х гг.), Германии (на втором месте к 1913 г.), России (четвёртая промышленная держава в 1913 г., c самым быстрым промышленным ростом) и Японии, видимое экономическое отступление Великобритании, борьба за рынки, приложения финансового капитала, создают условия не для мира, а для большой войны? Так считал Владимир Ленин, критикуя «ультраимпериализм» Каутского, но развивая мысли Каутского 1909 г. и австрийского социал-демократа Рудольфа Гильфердинга, которому будет суждено погибнуть в гестаповской тюрьме в Париже[16]. Тогда, впрочем, следует задать вопрос: почему в XX веке не случилось войны между США и Великобританией?

Мир во всём мире?

Итак, либеральные и социал-реформистские экономисты и политики надеялись на растущую взаимозависимость держав. Существовал и военно-реалистический довод в пользу мира. В 1898 г. петербургский еврей, железнодорожный магнат и банкир Иван Блиох издал подготовленный под его руководством и на его средства шеститомный труд «Будущая война в техническом, экономическом и политическом отношениях», выпущенный в переводах, в основном сокращённых, на французском, немецком, английском, польском языках. На основе анализа военной техники и стратегии Блиоху удалось предсказать разрушительный ход Первой мировой войны – позиционные бои с колоссальными человеческими жертвами[17]. В 1902 г. Блиох откроет в швейцарском Люцерне Международный музей войны и мира, просуществовавший до 1919 года[18].

Видимо, именно Блиох повлиял на Николая II, по чьей инициативе в Гааге в 1899 и 1907 гг. состоялись международные мирные конференции[19]. Вопросы ограничения вооружений, гуманизации правил ведения войны были не новы. В 1863 г. во время Гражданской войны в США президент Авраам Линкольн подписал распоряжение по правилам ведения сухопутной войны, известное как «Кодекс Либера», по имени автора, берлинского уроженца, юриста и издателя Франца Либера, в юности сражавшегося против Наполеона. В 1864 г. создателю Международного Красного Креста (1863), швейцарскому предпринимателю Анри Дюнану (Нобелевская премия мира 1901 г.) удалось добиться подписания ведущими европейскими державами Женевской конвенции об улучшении участи раненых и больных воинов во время сухопутной войны. В 1868 г. европейские державы, включая Османскую империю, подписали, по инициативе России, Петербургскую декларацию «Об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль». В 1874 г., вновь по инициативе России, состоялась международная встреча в Брюсселе, однако к согласию стороны не пришли, ограничившись подписанием юридически не обязывающей Брюссельской декларации о законах и обычаях войны. В 1873 г. в Генте создан действующий и сегодня Институт международного права (Нобелевская премия мира 1904 г.), объединяющий сотрудников из разных государств и служащий форумом для обсуждения насущных вопросов. В 1880 г. на заседании в Оксфорде члены Института приняли так называемое Оксфордское руководство по законам и обычаям сухопутной войны, разработанное на основе Брюссельской декларации.

Первая Гаагская конференция проходила с 6 (18) мая по 17 (29) июля 1899 г. и собрала 110 делегатов из 26 стран. Гаагская конвенция «О законах и обычаях сухопутной войны» восходила к Брюссельской декларации. Также была принята конвенция «О применении к морской войне начал Женевской конвенции 1864 г. о раненых и больных». Подробно определялись права гражданского населения, военнопленных, защищались памятники истории и культуры, образовательные, медицинские и религиозные учреждения. В конвенции «О мирном решении международных столкновений» впервые осуждалась война как таковая и был разработан механизм посредничества третьих держав в случае назревания вооружённого столкновения. Для разрешения межгосударственных споров предусматривались и двухсторонние следственные комиссии. В Гааге была создана Постоянная палата международного третейского суда, которая действует и сегодня.

Но самая амбициозная цель конференции – ограничение гонки вооружений и военных бюджетов – достигнута не была. В частности, и Франция, и Германия, не доверяя друг другу, ссылались, что их границы обеспечены куда хуже русских. Каутский противопоставлял «реакционное разоружение», по его мнению, лишь отвлекавшее внимание от царской политики в Азии, разоружению «демократическому», которое возможно только после социалистической революции[20]. Готовивший конференцию знаменитый русский юрист-международник, кстати, родом эстонец, воспитанник лютеранского сиротского дома Фёдор Мартенс ещё 17 августа 1898 г. записал в своём дневнике: «Средства для искоренения войны или разоружения народов я не знаю и не нашёл»[21]. Действительно, конференция 1899 г. не предотвратила ни англо-бурскую (1899–1902), ни русско-японскую (1904–1905) войну.

На Второй Гаагской конференции, 2 (15) июня – 5 (18) октября 1907 г., собрались представители уже 44 стран – почти всех существовавших в то время. Было подписано 13 конвенций, которые, впрочем, только углубляли соглашения, достигнутые в 1899 году[22]. Даже не ставился вопрос об отказе от подрывавшей мир тайной дипломатии, которая глубоко проникла в толщу европейской системы: тайными были и русско-германский договор о перестраховке (1887–1890), и полное содержание франко-русских союзных соглашений 1891–1894 гг. и Тройственного союза 1882 года.

За пределами круга историков и юристов-международников конференции 1899 и 1907 гг. забыты, потому что не спасли мир от войны. 28 августа 1913 г., за 11 месяцев до катастрофы, в Гааге, чтобы разместить созданные Гаагскими конвенциями международные учреждения, открылся Дворец мира, построенный американским благотворителем Эндрю Карнеги по совету Мартенса[23]. Уже в октябре 1913 г. к 100-летнему юбилею Лейпцигской «битвы народов» на месте сражения был торжественно, в присутствии кайзера Вильгельма II и великого князя Кирилла Владимировича, освящён Свято-Алексиевский храм-памятник русской славы, где были перезахоронены русские солдаты и офицеры. Третья Гаагская конференция была запланирована на 1915 г., но, разумеется, не состоялась из-за войны.

Северная Америка выходит на арену

Была ли большая война неизбежна, как считали в 1909 г. Каутский и Ленин, а из историков второй половины XX века – Арно Майер[24], или же стала трагическим следствием ошибок в государственных решениях, особенно опасных в условиях кристаллизовавшейся двухблоковой системы[25], но она, как мы знаем, разразилась, несмотря на Гаагские конвенции. Причём именно в Европе, тогда как Япония, Китай и Латинская Америка играли в столкновении роли второго плана, а Африка служила лишь ограниченным мобилизационным источником для Франции и Великобритании.

По мере истощения воюющих сторон всё большую роль начинали играть Соединённые Штаты – не только само государство, но и не всегда с ним связанные предприниматели. Если ранее эта быстро растущая страна, с её огромным внутренним рынком (первая экономика мира по ВВП на душу населения к 1913 г., 92,2 млн населения в 1910 г.) за стенами протекционистских тарифов, служила объектом европейских, в первую очередь британских, инвестиций, то теперь только там и оказались деньги для продолжения войны. И уже в 1914 г. деньги эти были найдены не в Вашингтоне, а на Уолл-стрит, через крупнейшего банкира Джека Пирпонта Моргана – младшего[26]. Точно так же американские поставки, обычно под американские же кредиты, заменили для стран Антанты выпавший товарообмен с Центральными державами, прежде всего – с Германией: в 1914–1916 гг. вывоз США в государства Антанты вырос с 1,472 млрд (62 процента) до 4,569 млрд долларов (82 процента), а вывоз в Центральные державы сократился с 361 млн долларов (15 процентов) до 29 млн и затем до 2 млн долларов; золотой запас Соединённых Штатов увеличился к апрелю 1917 г. с 1,52 до 2,86 млрд долларов[27]. Ключевую роль стали играть британский и отчасти американский торговый флот, и германские попытки блокировать этот товарный поток у британских берегов и остановили торговлю США с Центральными державами. Соответственно, германское правительство имело основания не доверять американскому нейтралитету.

Счастливое географическое положение определяло «бесплатную безопасность»[28] Америки, тот самый «защитный кокон» «нации-куколки», если использовать метафоры государственного секретаря Джона Хэя. Но эта удача не означала внешнеполитическую наивность, на что не столь давно обратил внимание широкой публики Роберт Каган, супруг хорошо известной в нашей части света Виктории Нуланд[29]. США успешно воевали с Мексикой (1846–1848) и Испанией (1898). Сложившийся на рубеже XVIII–XIX веков изоляционизм был не религиозным догматом, а выгодным курсом, от которого можно было и отклониться. Так, совсем молодое нейтральное государство, выгодно торгуя со всеми европейскими странами в годы наполеоновских войн, в морских столкновениях с магрибинцами Восточного Средиземноморья успешно отстояло право не платить им дань за проход кораблей (1801–1805, 1815).

В декабре 1904 г. президент (1901–1909) Теодор Рузвельт предложил свой вывод (corollary) из доктрины Монро: США объявляли намерение исполнять роль «международной силы порядка» (international police power) в хронически нестабильных государствах западного полушария. В 1906 г. Рузвельт был удостоен Нобелевской премии мира за посредничество в заключении русско-японского Портсмутского мирного договора, но получил он премию позднее, 5 мая 1910 года. В нобелевской речи бывший президент призвал расширять Гаагские конвенции, создав международную «Лигу мира» – но укреплённую опять же объединённой «международной силой порядка»[30].

C началом войны, осенью 1914 г., Теодор Рузвельт в программных статьях в “New York Times” пишет о необходимости создать «Всемирную лигу праведного мира» (World League for the Peace of Righteousness)[31]. 17 июня 1915 г. в Филадельфии состоялся учредительный съезд Лиги принуждения к миру (League to Enforce Peace) – общественной организации во главе с недавним президентом (1909–1913) Уильямом Тафтом. 27 мая 1916 г. президент Вудро Вильсон на заседании этой Лиги в Вашингтоне впервые выступил с планом международного устройства – «новой, более здоровой (wholesome) дипломатии», общая цель которой – «неотъемлемые права народов и человечества»: «каждый народ имеет право выбора суверенитета, под которым он будет жить», малые государства «имеют право на уважение своего суверенитета и территориальной целостности в той же мере, что и великие и могущественные державы», мир должен быть свободен от «агрессии и неуважения к правам народов и государств». Чтобы решить эти задачи, необходим мир и создание международной организации, которая будет поддерживать безопасность и открытость морей и предупреждать войны, противоречащие международному праву, гарантировать «территориальную целостность и политическую независимость». Хотя президент говорит об уважении к малым странам, он понимает, что устойчивый мир может быть создан, лишь если будет найден «общий интерес великих держав»[32].

Итак, национально-демократический импульс Французской революции породил «народ» как субъект международной политики, и, если на Венском конгрессе аристократические правители Европы ещё могли не учитывать его в создаваемой системе прав и безопасности, то теперь это было невозможно. В вильсоновских словах содержится то самое пресловутое противоречие между принципами территориальной целостности и права наций (народов) на самоопределение, которое, как мы знаем, не разрешено и сегодня[33]. Развивая свои мысли в 1917–1918 гг. Вильсон ясно преодолеет это противоречие, не приравнивая «самоопределение» к «независимости»[34].

7 ноября 1916 г. Вильсон был переизбран как президент, «который удержал нас от войны», и доля предвыборного цинизма в этом лозунге была меньше, чем можно было бы подумать. Решение вступить в войну действительно ещё не было принято, а огромные кредиты, которые получали страны Антанты на Уолл-стрит, вызывали беспокойство президентской администрации. 27 ноября 1916 г. Федеральная резервная система направила банкам-участникам предписание, считая нежелательным дальнейшие вложения в британские и французские ценные бумаги, и только Моргану, как раз собиравшемуся 1 декабря начать выпуск облигаций нового британского и французского займа, удалось удержать от падения курс фунта стерлингов и франка[35].

12 декабря 1916 г. рейхсканцлер (1909–1917) Теобальд фон Бетман-Гольвег предложил в рейхстаге, где среди социал-демократов уже росло недовольство войной, переговоры о мире, и в тот же день соответствующая нота была передана странам Антанты через нейтральные державы[36]. Суть предложений была рассекречена только после войны: Германия соглашалась отдать большую часть Эльзаса и Лотарингии, сохранив важную часть Лотарингского железорудного бассейна как раз у старой границы и получив полосу бельгийской территории, которая обеспечила бы безопасность Рурского угольного бассейна. На восточной границе Германия требовала части Литвы и Курляндии. Независимая Польша и Россия в урезанных на западе границах привязывались к Германии системой торговых договоров. Колониальная система сохранялась, в частности Бельгийское Конго переходило Германии[37]. Такой мир стал бы победой Германии, причём победой с позиции силы (у Великобритании Бетман-Гольвег ничего не требовал, а у России и нейтральной Бельгии требовал больше, чем у Франции).

18 декабря 1916 г. президент Вильсон, зная о предложении Бетмана-Гольвега, в свою очередь обратился к воюющим странам с «нотой мира», призвав к скорейшему завершению войны и созданию «лиги наций», которая принесла бы «мир и справедливость». Достигнутый мир должен гарантировать «независимость, территориальную целостность, политическую и торговую свободу государств-участников» и защитить малые страны[38]. 22 января 1917 г. президент выступил перед Конгрессом, впервые предложив посредничество в мирных переговорах. Он говорил от лица единственной нейтральной великой державы и от «молчаливой массы человечества» и призвал к «миру без победы» – «миру между равными», причём в интересах всего человечества, а не только государств – участников войны. Призывы Вильсона перейти от «баланса сил» к «содружеству сил» (community of power), от «организованного соперничества» к «организованному общему миру» могут казаться политической пропагандой, но президент не был наивным мечтателем: подчеркнув, что мир без участия американских государств не будет устойчивым, он тем самым ясно показал необходимость учитывать экономические и демографические перемены в мире.

«Мир без победы»

Каким же должен стать этот «мир без победы»? Всем народам, в том числе входящим в состав империй, должна быть обеспечена «неотъемлемая безопасность жизни, совести и промышленного и социального развития», каждый «великий народ» должен обладать выходом к морю, к «открытым путям мировой торговли», «ни одно государство не должно стремиться распространить свою власть на другую нацию или народ, но каждый народ может сам определить свою государственность (polity), свой путь развития». Морские и сухопутные вооружения следует ограничить, а блоковую систему – Вильсон употребил термин «связывающие союзы» (entangling alliances) из инаугурационной речи Томаса Джефферсона 1801 г. – уничтожить. Конкретное требование пока было одно: «единая, независимая и автономная Польша», и оно соответствовало и декларациям Австро-Венгрии, Германии, России, сделанным в ноябре-декабре 1916 года[39].

Вероятно, в последние недели декабря 1916 – январе 1917 гг. Германия ошиблась и в оценке своих сил, и курса Соединённых Штатов, сочтя их вступление в войну на стороне Антанты делом решённым. Надежды на скорый мир были разрушены возобновлением неограниченной подводной войны против Антанты с 1 февраля 1917 года. 3 февраля США разорвали дипломатические отношения с Германией. 17 января недавно назначенный германский министр иностранных дел Артур Циммерман направил послу в Мехико телеграмму с предложением вовлечь Мексику в войну с северным соседом, если тот присоединится к Антанте. Телеграмму перехватила и расшифровала британская разведка, но американцам её передали только 19 февраля. Вильсон обнародовал телеграмму лишь 1 марта, а 3 марта Циммерман признал её подлинность. Так общественное мнение в Соединённых Штатах повернулось в сторону войны с Центральными державами. Склонился в эту сторону и президент Вильсон. Война Германии была объявлена 6 апреля, Австро-Венгрии – 7 декабря 1917 года.

В эти месяцы, когда рушился Восточный фронт, вступление в войну США (и резкий рост военных поставок) были Антанте жизненно необходимы. Ширился всеевропейский антивоенный протест слева. 14 (27) марта 1917 г. Исполком Петроградского совета принял манифест «К народам всего мира», призывая «взять в свои руки решение вопроса о войне и мире». 6 апреля 1917 г. в Социал-демократической партии Германии выделилось левое крыло «независимцев» (в него вошёл и Каутский), выступивший за скорейший «справедливый мир». 19 июля 1917 г. рейхстаг – 212 голосов против 126 – принял резолюцию за скорейший «мир без аннексий», свободу морей и международный арбитраж. «Независимцы», кстати, голосовали против, поскольку резолюция казалась им слишком умеренной. Венцом радикализации стала Октябрьская революция с Декретом о мире и его требованиями «справедливого демократического мира», то есть «немедленного мира без аннексий и контрибуций», отказа от тайной дипломатии, и исполненным обещанием издать секретные договоры. Русские революционеры обращались не к правительствам, а напрямую к народам, уставшим от страшной бойни.

Изменились ли взгляды Вильсона после того, как США потеряли возможность стать нейтральным посредником, а затем в Петрограде родилась могучая альтернатива всему привычному миропорядку, тому самому валлерстайновскому «центристскому либерализму»? 29 августа 1917 г. в ответ на мирные предложения папы Бенедикта XV Вильсон (формально ноту направил государственный секретарь Роберт Лансинг) сказал, что для будущего мира опасно «расчленение империй» (то есть можно сделать вывод, что самоопределение должно быть административным и национально-культурным) и появление закрытых «экономических лиг»[40].

8 января 1918 г., уже после Декрета о мире, Вильсон в обращении к Конгрессу выдвинул знаменитые «Четырнадцать пунктов», в которых предложены общие и частные принципы устойчивого мира: открытая дипломатия, свобода морей (включая Черноморские проливы – пункт XII), равенство условий мировой торговли, сокращение вооружений до «минимально возможного уровня, необходимого для внутренней безопасности» (пункты I–IV). Принцип самоопределения утверждается, но решается по-разному – впервые мировое мнение могло так ясно различить его внутреннюю противоречивость. Россия (то есть вся Российская империя), чьи земли должны быть освобождены от германских войск, может самостоятельно выбрать своё государственное устройство (пункт VI), но на территориях с «бесспорно польским населением» создаётся независимое политически и экономически Польское государство со «свободным и безопасным выходом к морю» (пункт XIII). Границы Италии нужно исправить в соответствии с «ясно различаемыми линиями национальности» (пункт IX) – очевидно, ей следовало передать Южный Тироль. Австро-Венгрия сохранялась (получается, за исключением Южного Тироля), но её народы должны «получить самую свободную возможность автономного развития» (пункт X). Не столь ясно положение Османской империи: предполагалось, что её турецкая часть обретает «надёжный суверенитет», а «другим национальностям, которые теперь находятся под османской властью, гарантируется безусловная безопасность жизни и совершенно нерушимая возможность автономного развития» (пункт XII). В колониях «интересы населения должны иметь равный вес» с интересами правительства метрополии (пункт V). Необходимо восстановить независимость Бельгии (пункт VII), Эльзас и Лотарингию возвратить Франции (пункт VIII), из Румынии, Сербии и Черногории вывести войска, а Сербии, как и Польше, дать выход к морю. Отношения между балканскими странами следует определить на основе «исторически установленных линий принадлежности и национальности», но неясно, где должен пролегать сербский выход к морю – через Албанию, Черногорию или австро-венгерские Боснию и Герцеговину и Далмацию – в условиях «международных гарантий политической и экономической независимости и территориальной целостности» балканских государств (пункт XI). Наконец – и этим «Четырнадцать пунктов» наиболее известны – Вильсон вновь предложил создать международное сообщество государств, которое бы обеспечило «взаимные гарантии политической независимости и территориальной целостности большим и малым государствам наравне» (пункт XIV).

Только в русском переводе плакат с текстом «Четырнадцати пунктов» был напечатан – с одобрения большевиков! – миллионными тиражами, и в одном Петрограде этих плакатов распространили около полумиллиона[41].

За несколько дней до провозглашения «Четырнадцати пунктов», 5 января, британский премьер-министр Дэвид Ллойд-Джордж выступил в Лондоне на конгрессе тред-юнионов. Нравственные основания Ллойд-Джорджа, которому сначала пришлось оправдывать участие Великобритании в войне, были, очевидно, слабее, чем у Вильсона. Британский премьер-министр завершил выступление ясной программой: нерушимость международных договоров; территориальное переустройство, основанное на «праве самоопределения или согласии управляемых»; создание «некой международной организации, чтобы ограничить бремя вооружений и уменьшить возможность войны». В конкретных предложениях Ллойд-Джордж частично совпадает с Вильсоном, а частично – ущемлением именно Центральных держав, опрокидывает сам замысел справедливого мира.

Британский премьер-министр, как и Вильсон, говорит о восстановлении и репарациях Бельгии, восстановлении Сербии, Черногории, выводе войск из Франции, Италии, Румынии, возвращении Эльзаса и Лотарингии, передаче Южного Тироля Италии, создании «независимой Польши в составе всех тех подлинно польских элементов, которые хотят стать её частью», сохранении Австро-Венгрии при условии «подлинного самоуправления на настоящих демократических принципах» «тех национальностей Австро-­Венгрии, которые долго к этому стремились». Осторожный политик не обсуждает революционную Россию, но боится германских аннексий русских земель и зависимости от Германии – и её, и новой Польши. Далее – и здесь видно расхождение с «Четырнадцатью пунктами» – Ллойд-Джордж надеется на «по-настоящему демократическую конституцию» Германии, которая бы поборола «старый дух» милитаризма[42], считает, что Трансильвания («люди румынской крови и языка»)[43] должна быть передана Румынии. Он требует «отдельное национальное состояние» Аравии, Армении (получается, если не требовать разделения России, то именно Великой Армении в Анатолии, где после катастрофы 1915 г. армян почти не осталось), Месопотамии, Сирии и Палестины. И ещё одно отличие: Вильсон говорил о колониальном вопросе в целом, а Ллойд-Джордж – только о колониях Германии, которые должны перейти под контроль такой власти, которую примет местное население и которая сможет предотвратить их эксплуатацию в интересах «европейских капиталистов или правительств»[44].

В речах от 11 февраля, 4 июля и 27 сентября 1918 г. Вудро Вильсон развивал планы нового мира, объединённого международной организацией. Он говорил о мире открытой дипломатии, открытых рынков, без военных блоков и «дискредитированной игры в баланс сил», без аннексий и контрибуций, мире «самоопределения» как «императивного принципа действия», где уважаются «национальные устремления», а народы – «не пешки», «управляются с их собственного согласия», и упомянул, что новый Венский конгресс, на котором правители решали судьбы народов, не спрашивая их, больше невозможен. 11 февраля Вильсон сделал важную оговорку: «Все хорошо определённые национальные устремления могут получить удовлетворение», если таким образом не появятся «новые или не укрепятся старые элементы разногласий и антагонизма»[45].

Американский экспедиционный корпус генерала Джона Першинга в Европе поначалу, с лета 1917 г., разворачивался очень медленно и не мог играть хоть сколько-нибудь серьёзной роли в боях во Франции, но от весны к лету 1918 г. стремительно вырос, составив около 2 млн солдат. Именно эти американские войска обеспечили быструю победу Антанты на Западном фронте. 30 октября прекратила войну Османская империя, 3 ноября – Австро-Венгрия. 3 ноября в Киле начались волнения, стремительно переросшие в общегерманскую революцию, и 9 ноября монархия была низложена. Компьенское перемирие – по сути капитуляция Германии, было подписано уже республиканским правительством 11 ноября 1918 года. Парижская мирная конференция открылась 18 января 1919 г. и продолжилась до 21 января 1920 года. К этому времени большая война запустила ряд войн местных, часто гражданских; распадались, помимо воли Вильсона или Ллойд-Джорджа, евразийские империи. Используя выражение корреспондента «Русских ведомостей» и «Русского богатства» в Лондоне Исаака Шкловского (Дионео), «оборонительный» национализм становился «наступательным»[46]. Угрозой самому существованию принятого порядка вещей была мировая революция, лучи которой шли из Москвы.

Вудро Вильсон прибыл в Париж с огромной (более 1300 человек) делегацией юристов, историков, экономистов. Впервые международные дипломатические переговоры проходили не только на французском, но и на английском языке[47]. Старая дипломатия казалась банкротом, поглотившим миллионы жизней, и американский президент мечтал о «мире, который покончит с войнами». Несмотря на прежние слова о «дискредитированной игре в баланс сил», идеалистом, вопреки привычным штампам, Вильсон не был. На Парижской мирной конференции основные вопросы решались, причём в ходе, разумеется, закрытых обсуждений, официально созданным Советом десяти, состоявшим из глав государств и министров иностранных дел сильнейших стран-победительниц: США, Великобритании, Франции, Италии, Японии; уже в марте 1919 г. на смену Совету десяти пришёл Совет четырёх из глав всех этих стран, кроме Японии. Главные же решения принимала Большая тройка – Вудро Вильсон и британский и французский премьер-министры Дэвид Ллойд-Джордж и Жорж Клемансо[48]. Вслед Теодором Рузвельтом Вильсон разделял мир на великие державы, на чьи плечи ложится ответственность за поддержание мира, и страны средние и малые, чья подлинная независимость должна быть обеспечена не только международными гарантиями безопасности, но и экономическими, в том числе транспортными, возможностями, – отсюда, в частности, требование Данцигского коридора для восстановленной Польши. Хотя «Четырнадцать пунктов» начинаются с требования не просто отказа от тайных соглашений, но и открытого дипломатического обсуждения мирного договора, на деле Вильсон, Ллойд-Джордж и Клемансо вели переговоры в глубокой тайне.

Победа без мира

Версальский мирный договор с Германией (28 июня 1919 г.), как и другие мирные договоры, заключённые после Первой мировой войны, – Сен-Жерменский с Австрией (10 сентября 1919 г.), Трианонский с Венгрией (4 июня 1920 г.), Нейиский с Болгарией (27 ноября 1919 г.), Севрский с Османской империей (10 августа 1920 г.), не полностью отвечали принципам Вильсона середины 1916 – середины 1918 годов. Разговоры о разрушившей надежды на прочный мир несправедливости Версальского договора стали общим местом, особенно в сравнении с Заключительным актом Венского конгресса 1815 г., после которого Франция, хотя и потеряла завоевания революционных и наполеоновских войн, но, возместив лишь расходы на содержание русской армии в Париже, вошла равным и неотъемлемым членом в европейский концерт. Тем более что в Германии, как и во Франции после падения Наполеона, был уже другой государственный строй (31 июля 1919 г. принята Веймарская конституция), не связанный с началом войны. Но основная доля ответственности за мины, заложенные в Версальском и других договорах, лежит не на «идеалисте» Вильсоне, а на опытных «реалистах», Клемансо и Ллойд-Джордже, которые часто переигрывали американского президента в ходе обсуждений того или иного вопроса.

Конечно, простор внешнеполитического манёвра у главы США был шире. Но после конференции выяснилось, что дома положение Вильсона довольно шатко: новое республиканское большинство, как в своё время Джордж Вашингтон и Томас Джефферсон, выступало против ратификации мирных договоров, поскольку они включали устав главного детища Вильсона – Лиги Наций, то есть того самого «связывающего союза». Вильсон отправился в поездку по стране убеждать избирателей, однако 2 октября 1919 г. был разбит инсультом и до конца президентского срока так и не восстановился после болезни. 19 ноября 1919 г. Сенат США проголосовал против Версальского договора и Лиги Наций – реванш глубоко укоренённого американского изоляционизма состоялся. Этот отказ представительного органа ратифицировать международный договор, подписанный главой исполнительной власти, стал проявлением новой демократической политики, хотя длительные задержки с ратификацией мир знал и ранее (крайне выгодный США договор с Испанией 1819 г. был ратифицирован Мадридом только в 1821 г.).

Если 27 мая 1916 г. Вильсон сознательно отказывался выяснять, кто виноват в развязывании войны, то в Париже виновник был назван, причём сам Вильсон в начале апреля 1919 г. предложил привлечь к суду кайзера Вильгельма II как военного преступника[49], что и было закреплено в статье 227 Версальского договора. В статье 231 Германия и её союзники признаны ответственными за причинённый в ходе войны ущерб и обязывались выплатить репарации (статьи 232–247). Поставленный в «Четырнадцати пунктах» вопрос о правах народов колоний на самоуправление в итоге был сведён к передаче германских владений, а также ближневосточных арабских вилайетов Османской империи «передовым нациям» – Британской империи, Франции и Японии – для подготовки к независимости «в особо трудных условиях современного мира» (статья 22 Устава Лиги Наций). Пограничная с Францией Рейнская область, богатая железной рудой и углём, была демилитаризована и оккупирована на пятнадцать лет войсками Антанты, а Саар на пятнадцать лет передавался под контроль особой комиссии Лиги Наций. Запрещался аншлюс – объединение с Австрией. Вместо всеобщего разоружения был поначалу сокращён только германский флот, а армия ограничивалась 100 тысячами человек, с запретом всеобщей воинской повинности, тяжёлой артиллерии, авиации, танков и отравляющих веществ.

Несмотря на широкое недовольство итогами Парижской мирной конференции, надежды на «новую дипломатию» сохранялись вплоть до новой большой войны. Британский знаток дипломатической теории и практики Гарольд Никольсон в 1939 г. (!) с иронией писал: «Все порядочные люди говорят о “старой дипломатии” и о её пользующейся плохой славой подруге “тайной дипломатии” в тоне морального негодования. Предполагается, что около 1918 г. дипломатия узрела свет, была обращена и спаслась, и с тех пор стала совершенно другим существом». Он же, впрочем, справедливо заметил, что черты «новой дипломатии» развивались с XVIII–XIX веков, и выделил три обстоятельства: рост понимания «общности международных интересов», рост роли общественного мнения, революция в транспорте и связи[50].

Действительно, насколько нова была «новая дипломатия»? Идея коллективных прав и защиты меньшинств уже существовала. Ещё в Кючук-Кайнарджийском мирном договоре 1774 г. Российская империя добилась от Оттоманской порты гарантий прав христианского населения Дунайских княжеств и греческих островов. Существовали уже и плебисциты, в соответствии с которыми определяли принадлежность той или иной территории, – следствие народного суверенитета: в 1791 г. жители занятого революционными французскими войсками Авиньона проголосовали за выход из подчинения Ватикану и вступление в состав Франции; в 1859–1860, 1866 и 1870 гг. на пятнадцати референдумах было оформлено объединение Италии, причём обещанные Наполеону III по Туринскому договору (1860) и уже занятые французскими войсками Ницца и Савойя проголосовали за присоединение к Франции. Демократическая внешняя политика, политика под влиянием общественного мнения, тоже не была новостью, и самым ярким примером здесь может служить русско-турецкая война 1877–1878 годов[51].

Далеко не все разделяли веру в благотворность демократической политики в век растущего национализма и массовых призывных армий. Председатель одной из комиссий на Парижской мирной конференции, опытный французский дипломат и известный скептик Жюль Камбон в 1926 г. писал: «Особенным отличием прошлых войн от будущих является ненависть, которую последние будут оставлять после себя именно потому, что они возбуждают национальное чувство. <…> Талейран говорил, что нужно уметь отказываться от ненависти. К несчастью, некоторые люди любят ненавидеть, они находят в этом источник энергии. <…> Политика – даже международная политика – покинула отныне кабинеты государственных деятелей. В неё вмешался человек улицы. Он внесёт в неё свои страсти, свои инстинкты, своё невежество, и это сделает нелёгкой задачу для людей, которые, желая избежать катастроф, попытаются воззвать к его разуму». Дипломат, возможно, противореча сам себе, надеялся, тем не менее, что «демократические учреждения затрудняют вступление наций в войну», поскольку «увлечь целый народ труднее, чем увлечь правительство», но заключал: «Утверждение, что демократия сумеет сохранить мир, как бы ни складывались обстоятельства, при которых интересы народов ставятся на карту, является безусловно избыточным».

Надежды Камбона («в чём-то другом, а не в демократическом чувстве» надо искать «ту силу, которая помешает нациям воевать») были возложены на Лигу Наций. Он с гордостью заметил: «Соглашения о третейском суде, Гаагский трибунал, Лига Наций являются выражением общего чувства, которое сделает отныне войну более редким явлением. Это достигнуто продолжительной и медленной работой, которая сказалась даже на языке дипломатических канцелярий, ибо дипломатия была активной, но осторожной помощницей в этой эволюции умов». Действительно, институты Лиги Наций удалось развернуть так быстро потому, что многое уже было подготовлено работой Гаагских конференций[52].

Устав Лиги Наций вступил в силу 10 января 1920 года[53]. Были созданы Ассамблея, куда входили все члены новой организации, Совет, первоначально состоявший из четырёх постоянных членов (Великобритании, Франции, Италии и Японии) и четырёх непостоянных членов (в 1926–1933 гг. постоянным членом была также Германия, в 1934–1939 гг. – СССР; число непостоянных членов увеличено в 1922 до шести, в 1926 до девяти, а к 1936 до одиннадцати), Постоянный секретариат во главе с Генеральным секретарём. При Лиге Наций учреждены Постоянная палата международного правосудия, решение о создании которой принято ещё на Второй конференции в Гааге в 1907 г. (её преемником станет Международный суд ООН), Международная организация труда, Организация здравоохранения (в будущем – Всемирная организация здравоохранения), комиссия по беженцам – её возглавил норвежский путешественник Фритьоф Нансен (Нобелевская премия мира 1922 г.), и другие организации. «Нансеновские» паспорта для лиц без гражданства помнят все, кто интересовался историей русской белой эмиграции.

Признавая, что «сохранение мира требует ограничения национальных вооружений до минимума, совместимого с национальной безопасностью и с выполнением международных обязательств», члены Лиги Наций обязывались обмениваться оборонными сведениями (статья 8), «уважать и сохранять против всякого внешнего вторжения территориальную целость и существующую политическую независимость всех членов Лиги» (статья 10) и выносить споры между собой на третейское разбирательство или рассмотрение Совета (статьи 12, 13, 15). Государство, начавшее войну, рассматривалось как агрессор против всех членов Лиги Наций, которые обязывались «немедленно порвать с ним все торговые или финансовые отношения, воспретить все сношения между своими гражданами и гражданами государства, нарушившего Устав, и пресечь финансовые, торговые или личные сношения между гражданами этого государства и гражданами всякого другого государства, является оно членом Лиги или нет» (статья 16). Но предложение французского представителя на Парижской мирной конференции Леона Буржуа (Нобелевская премия мира 1920 г.) учредить международные вооружённые силы принято не было. Требование регистрировать заключённые соглашения в Постоянном секретариате (статья 18) должно было уничтожить практику тайных договоров.

Хрестоматийными проблемами Лиги Наций стали членство в ней, принятие и исполнение решений. В организацию могли войти только «полностью свободно управляемые» государства, и это определение вызвало споры при обсуждении. Вильсон тогда сказал, что двадцать лет читал лекции о «самоуправлении», но так и не смог дать понятию чёткое определение; однако научился «видеть», действительно ли нация свободно управляет собой, – предвоенную кайзеровскую Германию, по его мнению, похожему на довод Ллойд-Джорджа в речи от 5 января 1918 г., к таким нациям причислить нельзя, несмотря на существование рейхстага[54]. Новые члены вступали в Лигу Наций после одобрения заявки на вступление двумя третями голосов членов Ассамблеи; из организации можно было выйти, если международные обязательства государства считались выполненными. Решения Ассамблеи и Совета, за исключением процедурных, принимались единогласно. Аргентинское предложение на первой сессии Лиги Наций автоматически принимать все суверенные государства даже не рассматривалось.

Ряд территориальных споров, причём не только в Европе, Лига Наций разрешила, правда, как потом оказалось, временно: Аландские острова остались в составе Финляндии, но при условии их демилитаризации и защиты шведского большинства на островах (1921); Верхнюю Силезию разделили между Германией и Польшей (1921–1922); провинция Мосул осталась в составе британского мандата Ирака, а не передана Турции (1924–1926); город Летисия, занятый перуанскими войсками в 1932 г., возвращён Колумбии (1933–1934). Как уже говорилось, комиссия Лиги Наций управляла Cааром до проведения запланированного на 1935 г. референдума, по итогам которого он перешёл к Германии, и вольным городом Данциг, обеспечивавшим польский выход к морю, в 1920–1939 гг.; Александреттский санджак французского мандата в Сирии получил автономию, но затем провозгласил независимость и был присоединён к Турции (1937–1939).

Кроме упомянутого Саарского референдума, такой путь урегулирования спорных территориальных вопросов использовался только трижды, в 1920–1921 гг.: Шлезвиг был поделён между Данией и Германией; округа Алленштейн и Мариенведер (Вармия, Мазурия и Повислье, к югу от современной Калининградской области) вошли в германскую Восточную Пруссию. Особенно напряжённой была обстановка в богатой углём Верхней Силезии, которая в итоге, после польского восстания, не была передана целиком Германии, а разделена между ней и Польшей. Самым суровым способом разрешения «национального вопроса» стал обмен населением между Грецией и Турцией в 1923 году.

Другие споры решались помимо Лиги Наций: Тешинская Силезия разделена в 1920 г. между Чехословакией и Польшей решением Совета Антанты на конференции в Спа. Конференция послов Антанты оставила за Польшей занятые ею Виленский край и западноукраинские земли (вот они, вопросы о «границах национальностей» – где здесь «бесспорно польское население» из «Четырнадцати пунктов» или «подлинно польские элементы» из речи Ллойд-Джорджа 5 января 1918 года?!), согласилась с передачей Литве Клайпедского края (Мемельланда), но на особых автономных правах (1923, 1924). Все подобные решения включали требования, часто впоследствии нарушавшиеся, соблюдения прав национальных меньшинств. Советско-польскую границу определил Рижский мирный договор 18 марта 1921 г., завершивший победную для Варшавы войну 1919–1921 годов.

Итоги Парижской мирной конференции были дополнены, в полном соответствии с замыслом уже ушедшего с президентского поста Вильсона, на Вашингтонской конференции 12 ноября 1921 – 6 февраля 1922 гг., призванной создать прочный фундамент тихоокеанской безопасности. Договор четырёх держав – США, Великобритании, Франции и Японии – признавал существующие границы и островные владения и отменял отдельный англо-японский союз 1902 года. Договор пяти держав (плюс Италия) вводил десятилетний мораторий на строительство линейных кораблей и установил пропорции водоизмещения кораблей этого класса по странам-участникам соответственно: 5:5:3:1,75:1,75. Так было закреплено место США как ведущей военно-морской державы, ведь с 1889 г. Великобритания официально придерживалась «стандарта двух флотов»: её флот должен был превышать по размеру в совокупности второй и третий сильнейшие флоты в мире. Договор девяти держав (плюс Бельгия, Нидерланды, Португалия и Китай) признавал территориальную неприкосновенность Китая и принцип «открытых дверей» в экономических связях с ним.

Джон Мейнард Кейнс, представлявший на мирных переговорах в Париже британское казначейство, но уволившийся 7 июня 1919 г., по возвращении домой издал резко критическую книгу «Экономические последствия мира», в которой предсказывал общеевропейскую хозяйственную катастрофу. Переведённая на множество языков, книга разошлась тиражом в сотни тысяч экземпляров, и будущее, казалось, оправдало мрачные ожидания Кейнса. Но дело, как мы увидим, обстояло не так просто. В годы Второй мировой войны молодой французский экономист Этьен Манту, сын историка Поля Манту, который переводил Клемансо на Парижской мирной конференции, живя в спокойном Принстонском университете, доказал, что Кейнс преувеличил ущерб и что Германия могла выплатить репарации[55]. Завершив книгу, Манту отправился добровольцем в силы Свободной Франции и погиб в Баварии за несколько дней до конца войны.

Версальский мирный договор обязывал Германию выплатить к 1 мая 1921 г. 20 млрд золотых марок, после чего союзники должны были установить общую сумму репараций. В бельгийском Спа 5–16 июля 1920 г. достигнуто соглашение о разделе репараций: 52 процента Франции, 22 процента Великобритании, 10 процентов Италии, 8 процентов Бельгии и 8 процентов остальным союзникам. 27 апреля 1921 г. комиссия по репарациям объявила их общий объём – астрономическую сумму в 132 млрд золотых марок (около 31,5 млрд долларов), что, впрочем, было существенно меньше первоначальных требований Франции и Италии, а 5 мая в Лондоне был утверждён график платежей. Максимальная выплата по репарациям, 3,4 млрд марок, была сделана в 1921 году. С конца 1922 г. правительство стало задерживать репарации, а богатейший промышленник и политик Гуго Стиннес призвал отказаться от платежей. В ответ 11 января 1923 г. французские и бельгийские войска оккупировали Рурскую область, дававшую 72 процента немецкого угля и более 50 процентов стали.

Кризис мог разрешить только Вашингтон. До войны Соединённые Штаты принимали иностранные инвестиции и были должны европейским государствам 3,7 млрд долларов. В годы войны американский бизнес и государство одолжили странам-союзникам для ведения первой в истории тотальной войны почти 7,1 млрд долларов (чуть больше половины – Великобритании) и с тех пор продолжили финансировать находившиеся в тяжёлом кризисе послевоенные правительства стран-победителей: общий долг составил чуть более 10,5 млрд долларов. Вот что кроется за старой школьной формулой: «США стали из мирового должника мировым кредитором». В американских руках находилась примерно половина мирового золотого запаса, их доля в мировом промышленном производстве превысила 38 процентов[56].

16 августа 1924 г. утверждён план Дауэса, определивший схему ежегодных платежей и предоставивший кредиты для стабилизации немецкой марки. К августу 1925 г. войска из Рура были выведены. Весной 1929 г. репарационный долг был дополнительно сокращён по плану Юнга. Всего до 1931 г., когда, в связи с наступившим мировым экономическим кризисом, будет объявлен мораторий по выплатам, Германия выплатила 20,598 млрд золотых марок, а кредиты ей, в том числе на выплату репараций, составили 7,595 млрд марок[57]. В итоге большая часть репарационных выплат оказывалась в США в счёт возвращения военных и послевоенных кредитов.

Короткий век процветания

С 1924 г. положение в Европе стало выправляться. Мировая революция не произошла. Закончились войны, сопровождавшие распад континентальных империй уже после Компьенского перемирия[58]. В Германии промышленное производство вернулось к довоенным показателям к 1927 г., причём экономическое восстановление питали заокеанские займы, которыми германский министр иностранных дел Густав Штреземан (Нобелевская премия мира 1926 г.) пытался привязать интересы Соединённых Штатов[59]. 20 января 1925 г. Штреземан предложил европейским державам заключить соглашения, гарантирующие германо-французские и германо-бельгийские границы. В подписанных договорах стороны обязывались не нападать друг на друга и разрешать споры путём международного арбитража. Одним из условий Локарнских соглашений стало вступление Германии в Лигу Наций (8 сентября 1926 г.). Оставалась, правда, тревожная нота: Германия при поддержке Великобритании, надеявшейся использовать её как противовес Советскому Союзу, не согласилась заключить такие же договоры, с пунктом о нерушимости границ, с Польшей и Чехословакией. Здесь гарантом ненападения оставалась Франция.

С 1926 г. Лига Наций начала готовить конференцию по разоружению. 27 августа 1928 г. в Париже представители всех ведущих стран, кроме Китая, подписали пакт Бриана – Келлога об отказе от войны как инструмента политики. СССР присоединился к пакту 6 сентября, а 9 февраля 1929 г. в Москве подобный же протокол подписали отдельно СССР, Польша, Румыния, Латвия и Эстония. 9 сентября 1929 г. французский министр иностранных дел Аристид Бриан (Нобелевская премия мира 1926 г.) в речи перед членами Лиги Наций даже предложил создать федерацию европейских государств. Ещё не выглядел внешней угрозой итальянский фашизм. В 1929 г. с верой в успех созданной системы безопасности Уинстон Черчилль заканчивает книгу-послесловие написанной им шеститомной истории Первой мировой войны[60].

Итак, пятилетие «процветания», казалось, опровергало мрачные предсказания Кейнса. Журналисты писали об «эре пацифизма». Но её экономический фундамент оказался шатким. «Золотой век надёжности», говоря словами Стефана Цвейга, не вернулся. Золото – ведь с июня 1919 г. Вашингтон вернулся к золотому стандарту, а затем это смогли сделать и европейские государства – текло в новый центр мировой экономики, Соединённые Штаты, которые в 1921 и 1922 гг. отгородились от мира высокими протекционистскими тарифами. Предвоенная торговая взаимозависимость так и не была восстановлена, разрушилась упомянутая выше система многосторонних платежей. Международная торговля сократилась. Стремление не допустить роста денежной массы и остановить возможный перегрев на биржах привело к ускоряющейся дефляции и усугубило наступивший кризис[61]. Когда же американские финансисты стали отзывать облигации с германских рынков, это нанесло сильнейший удар по германской экономике, с хорошо всем известными политическими последствиями.

Мировой экономический кризис 1929–1933 гг. обрушил надежды на прочный мир. Взошли ядовитые семена Версаля, так полностью и не уничтоженные локарнскими и парижскими гербицидами. Европа и мир в полной мере узнали опасность национализма, выпущенного на свободу после распада империй и поощряемого новой государственной пропагандой. Вернулась в практику и тайная дипломатия[62].

Потерпела неудачу Женевская конференция Лиги Наций по разоружению, тянувшаяся с февраля 1932 г. по ноябрь 1934 года. В частности, провалился проект французского премьер-министра Андре Тардьё по созданию «международных сил порядка». Подписанный 15 июля 1933 г. Великобританией, Францией, Германией и Италией Пакт согласия и сотрудничества («Пакт четырёх») был ратифицирован только Италией, которая вскоре начала войну против Эфиопии. Европа и Восточная Азия стремительно шли к новому страшному противостоянию.

«Мир, который покончит с войнами», потерпел поражение, и главной жертвой этого поражения стали не Соединённые Штаты, а Советский Союз, другие европейские государства и Китай.

* * *

Когда президент Франклин Делано Рузвельт и его окружение, «коалиция Нового курса», стали обдумывать, каким станет мир после войны, они понимали ошибки Версальско-Вашингтонской системы и хотели их исправить. Соединённые Штаты уже не могли позволить себе «уйти» из мировой политики. Возвращение к изоляционизму было невозможно. Один из замыслов Франклина Делано Рузвельта: «четыре полицейских» (США, Великобритания, СССР и Китай), которые делят ответственность за поддержание стабильности и безопасности в мире, явно восходит к выводу Рузвельта из доктрины Монро о «международной силе порядка», к стратегии Вильсона. Совет Безопасности ООН с постоянными членами из стран-победительниц – наследник Совета Лиги Наций.

Преодолён был изоляционизм не только политический, но и экономический. Опыт мирового кризиса 1929–1933 гг., который сделал возможным приход к власти нацистов, привёл к созданию Бреттон-Вудской мировой денежной системы (1944–1973), Всемирного Банка, Международного валютного фонда. С помощью плана Маршалла Соединённые Штаты приняли участие в восстановлении Западной Европы и помогли собственному народному хозяйству преодолеть естественный послевоенный кризис спроса.

Считалось, что ООН, включающая в свой состав все независимые государства и обладающая миротворческими силами, преодолела организационные пороки своей предшественницы. Действительно, в десятилетия холодной войны ООН, совершенно в соответствии с вильсоновским планом Лиги Наций, служила форумом для обсуждения и подчас решения острых международных вопросов. После 1991 г., когда Вашингтон решил действовать самостоятельно, опираясь на силы НАТО, выяснилось, что успехи ООН были связаны не с её структурой и принципами работы, а с тем, что этот форум ценили главные действующие лица послевоенной международной системы, США и Советский Союз. Европейские государства были разделены на два лагеря, потеряв свободу внешнеполитических действий, но и былые великие державы, и малые страны обрели, особенно с принятием Хельсинкского заключительного акта 1975 г., гарантии безопасности, границ и мир. Новые испытания предстояли уже в 1990-е годы.

--

СНОСКИ

[1] William McKinley; Memorial Address by Invitation of the Congress, delivered in the Capitol at Washington February 27, 1902 // Addresses of John Hay. N.Y., 1902. P. 172–173.

[2] Wilson W. The Reconstruction of the Southern States // Atlantic Monthly. Jan. 1901. Vol. 87. P. 1.

[3] См. здесь: Миршаймер Дж. Неизбежное соперничество // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 1. С. 166–181.

[4] Здесь и далее экономические показатели даны по: Maddison Historical Statistics // University of Groningen. 7.12.2021. URL: https://www.rug.nl/ggdc/historicaldevelopment/maddison/?lang=en (дата обращения: 12.03.2022).

[5] Hobson J.A. International Trade: An Application of Economic Theory. London, 1904. P. 7.

[6] Hilgerdt F. The Case for Multilateral Trade // American Economic Review. Mar. 1943. Vol. 33. No. 1. P. 393–407; Idem. Industrialisation and Foreign Trade. Geneva – London, 1945. Тж.: Saul S.B. Studies in British Overseas Trade, 1870–1940. Liverpool: Liverpool University Press, 1960. 246 p.

[7] Поланьи К. Великая трансформация: политические и экономические истоки нашего времени / Пер. с англ. СПб.: Алтейя, 2002. 320 с.; Аллен Р. Британская промышленная революция в глобальной картине мира / Пер. с англ. Н.В. Автономовой; науч. ред. перевода В.С. Автономов. М.: Изд-во Института Гайдара, 2014. 448 с.; Мокир Дж. Просвещённая экономика. Великобритания и промышленная революция 1700–1850 гг. / Пер. с англ. Н. Эдельмана. М.: Изд-во Института Гайдара, 2017. 792 с.; Райнерт Э.С. Как богатые страны стали богатыми, и почему бедные страны остаются бедными / Пер. с англ. Н. Автономовой; под ред. В. Автономова. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2017. 384 с.

[8] Рикардо Д. Начала политической экономии и налогообложения / Пер. Н.В. Фабриканта. Москва: Издание К. Т. Солдатенкова Типо-литография О. И. Лашкевич и Ко, 1895. 629 с.; Лист Фр. Национальная система политической экономии / Пер. с нем. под ред. К.В. Трубникова. СПб.: Типография брат. Пантелеевых, 1891. 486 с. Листа изучал С.Ю. Витте: Витте С.Ю. Национальная экономия и Фридрих Лист. Киев: Тип. «Киев. слова», 1889. 59 с.

[9] Helm E. Chapters in the History of the Manchester Chamber of Commerce. London: Simpkin, Marshall, Hamilton, Kent & Co., Ltd., 1902. P. 102-103, P. 107.

[10] Альберди Х.Б. Преступление войны / Пер. с исп. Ю.В. Дашкевича. М.: Издательство иностранной литературы, 1960. С. 253.

[11] Тыркова-Вильямс А.В. На путях к свободе. М.: Московская школа политических исследований, 2007. С. 56.

[12] Туган-Барановский М. И. Социализм как положительное учение // К лучшему будущему: Сборник социально-философских произведений. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 1996. С. 343–349.

[13] Angell N. The Great Illusion: A Study of the Relation of Military Power in Nations to their Economic and Social Advantage. New York and London: G. P. Putnam’s Sons, 1910. 388 p. Среди русских почитателей книги был П. Н. Милюков, который в 18 апреля (1 мая) 1917 г. на посту министра иностранных дел Временного правительства в ноте союзникам заявит о «всенародном стремлении довести мировую войну до решительной победы»: Милюков П. Н. Воспоминания. М.: Политиздат, 1991. С. 310. Именно к этой книге отсылает знаменитый фильм Жана Ренуара «Великая иллюзия» (1937).

[14] Каутский К. Путь к власти / Пер. с нем. под ред. Н. Л. Мещерякова. М.: Государственное издательство, 1923. С. 92; Idem. Der Imperialismus // Die Neue Zeit. 1914. 32 Jahrg. Bd. 2. Heft 21. S. 908–922. (редкое русское издание: Каутский К. Империализм. Харьков: Наша мысль, б.г.).

[15] Orwell G. As I Please // Tribune. 4.02.1944.

[16] Гильфердинг Р. Финансовый капитал. Новейшая фаза в развитии капитализма / Пер. с нем. И.И. Степанова. М.: Государственное издательство, 1922. 460 с.; Ленин В. И. Империализм, как высшая фаза капитализма (Популярный очерк). Пг.: Коммунист, 1917. 140 с.

[17] Существует каталог пацифистских работ Блиоха: Van Den Dungen P. A Bibliography of the Pacifist Writings of Jean de Bloch. London: Housmans, 1977. 28 p.; Idem. Bibliography of Jan Bloch’s Writings on War and Peace (Supplement) // International Journal on World Peace. 2008. Vol. 25. No. 3. P. 73–84.

[18] Van Den Dungen P. The International Museum of War and Peace at Lucerne // Schweizerische Zeitschrift für Geschichte / Revue suisse d’histoire / Rivista storica svizzera. 1981. Bd. 31. Heft 2. S. 185–202.

[19] Милюков П.Н. Воспоминания. Москва: Современник , 1990. С. 310; Van Den Dungen P. The Making of Peace: Jean De Bloch and the First Hague Peace Conference. Los Angeles: California State University, 1983. P. 4–13.

[20] Kautsky K. Demokratische und reaktionäre Abrüstung // Die Neue Zeit. 1897/98. Bd. 2. Heft 50. S. 740–746. На этот текст ссылается автор статьи о конференции 1899 г. в легендарном энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона, правый социалист В. В. Водовозов.

[21] Пустогаров В.В. Ф.Ф. Мартенс: юрист, дипломат, публицист // Советский журнал международного права. 1991. No. 3-4. С. 81.

[22] Eyffinger A. The 1899 Hague Peace Conference: “The Parliament of Man, the Federation of the World”. Hague: Kluwer Law International, 1999. 480 p.; Рыбачёнок И.С. Россия и Первая конференция мира 1899 года в Гааге. М.: РОССПЭН, 2005. 391 с.; Ее же. Россия и вторая конференция мира 1907 года в Гааге // Новая и новейшая история. 2019. No. 1. С. 113–146. Гаагские конференции изучены на удивление недостаточно. В свежей книге об идее мира в Европе они упомянуты мимоходом: Ghervas S. Conquering Peace: From the Enlightenment to the European Union. Harvard University Press, 2021. 528 p.

[23] Таубе М.А. «Зарницы»: Воспоминания о трагической судьбе предреволюционной России (1900–1917). М.: Памятники исторической мысли, РОССПЭН, 2007. С. 128, прим. 11.

[24] Mayer A.J. The Persistence of the Old Regime: Europe to the Great War. N.Y.: Pantheon Books, 1981.

[25] Schroeder P.W. Necessary Conditions and World War I as an Unavoidable War. In: J. Levy, G. Goertz (Eds.) Explaining War and Peace. London: Routledge, 2007. P. 147–236; Fischer F. Krieg der Illusionen. Die deutsche Politik von 1911 bis 1914. Düsseldorf: Droste Vlg, 1961. 807 p.; Soutou G.-H. L’Or et le Sang. Les Buts de Guerre Économiques de la Première Guerre Mondiale. Paris: Fayard, 1989. 964 p.; Ferguson N. The Pity of War. New York: Basic Books. 1998. 563 p.; Steiner Z., Neilson K. Britain and the Origins of the First World War. Basingstoke, 2003. 352 p.; Ливен Д. Навстречу огню. Империя, война и конец царской России / Пер. с англ. М.: РОССПЭН, 2017. 431 с.; etc. Cм. учебное пособие: Mulligan W. The Origins of the First World War. Cambridge University Press, 2017. 272 p. Примечательно, что мне не удалось найти всеобъемлющего свежего исследования историографии происхождения Первой мировой войны. В отечественной литературе см.: Туполев Б. М. Происхождение Первой мировой войны // Мировые войны XX века. В 4-х кн. / Науч. рук. В.Л. Мальков. М.: «Наука», 2002. Кн. 1. C. 21–100.

[26] Dayer R.A. Strange Bedfellows: J.P. Morgan & Co., Whitehall and the Wilson Administration During World War I // Business History. 1976. Vol. 18. No. 2. P. 127–151; Horn M. A Private Bank at War: J.P. Morgan & Co. and France, 1914–1918 // Business History Review. 2000. Vol. 74. No. 1. P. 85–112.

[27] Fordham B.O. Revisionism Reconsidered: Exports and American Intervention in World War I // International Organization. 2007. Vol. 61. No. 2. P. 286; Мировые войны XX века. Указ. соч. Кн. 1. C. 292.

[28] Vann Woodward C. The Age of Reinterpretation // The American Historical Review. 1960. Vol. 66. No. 1. P. 1–19.

[29] Kagan R. Dangerous Nation: America’s Foreign Policy from Its Earliest Days to the Dawn of the Twentieth Century. N.Y.: Vintage, 2007. 544 p.

[30] Roosevelt Th. Nobel Lecture May 5, 1910 // The Nobel Prize. URL: https://www.nobelprize.org/prizes/peace/1906/roosevelt/lecture/ (дата обращения: 12.03.2022).

[31] Roosevelt Th. How to Strive for World Peace // The New York Times. 18.10.1914; Idem. An International Posse Comitatus // Ibid. 8.11.1914.

[32] Wilson W. Address delivered at the First Annual Assemblage of the League to Enforce Peace, May 27, 1916 // The American Presidency Project. URL: https://www.presidency.ucsb.edu/documents/address-delivered-the-first-annual-assemblage-the-league-enforce-peace-american-principles (дата обращения: 12.03.2022).

[33] См., например, материалы Международного суда ООН по вопросу о декларации независимости Косова от 17 февраля 2008 г.: Accordance with international law of the unilateral declaration of independence in respect of Kosovo // International Court of Justice. URL: https://www.icj-cij.org/en/case/141 (дата обращения: 22.02.2022); Хартвиг М. Консультативное заключение Международного Суда ООН по вопросу о декларации независимости Косово – предыстория и критика судебного «постановления» // Дайджест публичного права Института Макса Планка (ДПП ИМП). 2013. No. 2. C. 121–155.

[34] Unterberger B.M. The United States and National Self-Determination: A Wilsonian Perspective // Presidential Studies Quarterly. 1966. Vol. 26. No. 4. P. 926–941.

[35] Roberts P. Quis Custodiet Ipsos Custodes? The Federal Reserve System’s Founding Fathers and Allied Finances in the First World War // Business History Review. 1988. Vol. 72. No. 4. P. 611.

[36] Proposals for Peace Negotiations Made by Germany. In: J.B. Scott (Ed.) Official Statements of War Aims and Peace Proposals, December 1916 to November 1918. Washington, D.C.: Carnegie Endowment for International Peace, 1921. P. 1–5.

[37] Тарле Е.В. Европа в эпоху империализма, 1871–1919 гг. // Е.В. Тарле. Сочинения. В 12 тт. М., Л.: Государственное издательство, 1928. Т. V. С. 355–356, С. 576.

[38] Suggestions Concerning the War Made by President Wilson December 18, 1916, and Replies of Belligerents and Neutrals // American Journal of International Law. 1917. Vol. 11. No. 4. P. 288–317.

[39] Wilson W. “A World League for Peace” Speech, January 22, 1917 // The American Presidency Project of Miller Center. URL: https://millercenter.org/the-presidency/presidential-speeches/january-22-1917-world-league-peace-speech (дата обращения: 22.02.2022).

[40] Wilson W. Letter of Reply to the Pope, August 27, 1917 // The American Presidency Project. URL: https://www.presidency.ucsb.edu/documents/letter-reply-the-pope (дата обращения: 22.02.2022).

[41] Романов В.В. В поисках нового миропорядка: внешнеполитическая мысль США (1913–1921 гг.). М., Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г. Р. Державина, 2005. С. 104.

[42] «Недемократичность» Германии станет важным доводом и во время Парижской мирной конференции 1919–1920 годов. На деле сразу после объединения Германии в 1871 г. было введено всеобщее избирательное право для мужчин старше 25 лет, а в Великобритании из-за сохранявшегося и после реформы 1884 г. имущественного ценза правом голоса обладали около 60 процентов мужчин старше 21 года. Однако германский кабинет министров отвечал не перед рейхстагом, а перед кайзером.

[43] В 1910 г. венгерское население Трансильвании составляло 31,6 процента, румынское– 53,8 процента. В 1930 г., уже после передачи Трансильвании Румынии, на венгерском языке говорили 24,4 процента жителей. См.: Árpád Varga E. Hungarians in Transylvania between 1870 and 1995. URL: http://www.kia.hu/konyvtar/erdely/erdang.htm (дата обращения: 22.02.2022).

[44] Address of the British Prime Minister (Lloyd George) before the Trade Union Conference at London, January 5, 1918 // Office of the Historian, U.S. Department of State. URL: https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1918Supp01v01/d4 (дата обращения: 22.02.2022).

[45] Address of the President of the United States Delivered at a Joint Session of the Two Houses of Congress, February 11, 1918 // Office of the Historian, U.S. Department of State. URL: https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1918Supp01v01/d59 (дата обращения: 22.02.2022); Address of President Wilson Delivered at Mount Vernon, July 4, 1918 // Office of the Historian, U.S. Department of State. URL: https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1918Supp01v01/d206 (дата обращения: 22.02.2022); Address of President Wilson, Opening the Campaign for the Fourth Liberty Loan, Delivered at the Metropolitan Opera House in New York City, September 27, 1918 // Office of the Historian, U.S. Department of State. URL: https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1918Supp01v01/d258 (дата обращения: 22.02.2022).

[46] Дионео (Шкловский И.В.). Меняющаяся Англия. М.: Книгоиздательство писателей в Москве, 1915. Ч. 1. С. 169.

[47] Камбон Ж. Дипломат / Пер. с фр. под ред. А.А. Трояновского. М.: ОГИЗ, 1ос. изд-во политич. лит-ры, 1946. С. 58.

[48] Наиболее известные описания хода конференции: Никольсон Г. Как делался мир в 1919 г. М.: Госполитиздат, 1945. 298 с.; Ллойд Джордж Д. Правда о мирных договорах. В 2-х тт. М.: Издательство иностранной литературы, 1957. 1212 с.; Miller D.H. My Diary at the Conference of Paris. N.Y.: Printed for the author by the Appeal printing Company, 1924; Mantoux P. Les délibérations du Conseil des quatre, 24 mars – 28 juin 1919. 2 vols. Paris, 1955. 580 p.

[49] Туз А. Всемирный потоп. Великая война и переустройство мирового порядка, 1916–1931 годы / Пер. с англ. А. Гуськова; под науч. ред. Е. Антоновой. М.: Издательство Института Гайдара, 2021. С. 339.

[50] Никольсон Г. Дипломатия / Пер. с англ. под ред. и со вступит. ст. А.А. Трояновского. М.: ОГИЗ, Государственное издательство политической литературы, 1941. С. 43, С. 49–52.

[51] В кратком изложении см.: Айрапетов О. Р. Император хочет мира, общество – войны: Россия на Балканах // ИА Regnum. 2.03.2018. URL: https://regnum.ru/news/polit/2386477.html (дата обращения: 22.02.2022).

[52] Камбон Ж. Указ cоч. С. 60–63. См. тж.: Илюхина Р.М. Лига наций. 1919–1934. М.: Наука, 1982. С. 25–26.

[53] На русском языке: Иванов Л.Н. Лига Наций. М.: Московский рабочий, 1929. 181 с.; Илюхина Р.М. Указ. соч.; Ходнев А.С. Международная организация в ожидании приговора: Лига Наций в мировой политике, 1919–1946. Ярославль: ЯГПУ, 1995. 200 с.; Сатоу Э. Руководство по дипломатической практике / Пер. с англ. под ред. и со вступит. ст. А.А. Трояновского. М.: Госполитиздат, ОГИЗ, 1947. С. 427–475. См.: Clavin P. Securing the World Economy: The Reinvention of the League of Nations, 1920–1946. Oxford University Press, 2013. 416 p.; Borowy I. Coming to Terms with World Health: The League of Nations Health Organisation 1921–1946. Frankfurt am Main; New York: Peter Lang, 2009. 510 p.; Jogarajan S. Double Taxation and the League of Nations. Cambridge University Press, 2018. 352 p.; etc.

[54] Туз А. Указ. соч. С. 333–335; Miller D.H. The Drafting of the Covenant. 2 vols. N.Y., London: G.P. Putnam’s Sons, 1928. Vol. I. P. 164–167.

[55] Mantoux E. The Сarthaginian Peace Or the Economic Consequences of Mr. Keynes. London, N.Y.: Oxford University Press, 1946. 210 p. Cм. также: Marks S. The Myths of Reparations // Central European History. 1978. Vol. 11. No. 3. P. 231–255.

[56] Туз А. Указ. соч. С. 381; Горохов В.Н. История международных отношений, 1918-1939. Курс лекций. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2004. С. 14–15, 17, 19.

[57] Marks S. Op. cit.; Туз А. Указ. соч. С. 463.

[58] См. сводку в: Война во время мира: военизированные конфликты после Первой мировой войны, 1917–1923 / Под ред. Р. Герварта, Дж. Хорна. М.: Новое литературное обозрение, 2014. 400 с.

[59] McNeil W. American Money and the Weimar Republic: Economies and Politics on the Eve of the Great Depression. N.Y.: Columbia University Press, 1986. 352 p.

[60] Черчиль В. Мировой кризис / Пер. с англ. с предисл. И. Минца. М., Л.: Госвоениздат, 1932. C. 314–316.

[61] Eichengreen B. Golden Fetters: The Gold Standard and the Great Depression, 1919–1939. Oxford University Press, 1992. 480 p.

[62] Donaldson M. The Survival of the Secret Treaty: Publicity, Secrecy, and Legality in the International Order // American Journal of International Law. 2017. Vol. 111. No. 3. P. 575–627.

Россия. США. Весь мир. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция. Образование, наука > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046482 Андрей Исэров

Тропой Озимандии

КИРИЛЛ ТЕЛИН

Кандидат политических наук, доцент факультета политологии МГУ имени М.В. Ломоносова.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Телин К.О. Тропой Озимандии // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 70-78.

Франция, лишённая величия, перестаёт быть Францией.

Шарль Де Голль. Военные мемуары

События февраля 2022 г. подвели черту под целой эпохой российской и, вероятно, и мировой истории. Масштаб изменений таков, что их пока бессмысленно пытаться не то, что осмыслить, но даже просто описать. Однако проведённая историческая цезура позволяет взглянуть на случившееся как характерную трансформацию российской внешней политики и международного контекста.

Дискурсивное перевооружение

18 октября 2018 г., комментируя на заседании Валдайского клуба возможность использования Россией имеющегося в её распоряжении оружия массового уничтожения, Владимир Путин неожиданно перешёл к почти эсхатологической риторике. Повторив официальные формулировки о невозможности превентивного удара со стороны России, он заметил, что при нападении мы будем жертвами агрессии, и «как мученики попадём в рай», а вот агрессоры в результате ответно-встречного удара «просто сдохнут, потому что даже раскаяться не успеют».

Это высказывание, несмотря на весь последовавший за ним резонанс, можно было бы считать лишь полемическим приёмом и патетическим тропом, если бы не одно «но»: уже в 2018 г. фраза о мучениках в раю была далеко не первым примером того, как «трезвый реализм»[1] российской внешней политики, активно подчёркиваемый с начала века, трансформировался во что-то иное. В 2016 г. новая редакция Концепции внешней политики хотя и характеризовала внешнеполитическую линию как «открытую и предсказуемую», но заменила её прагматизм «уникальной, сформированной веками ролью России как уравновешивающего фактора в международных делах и развитии мировой цивилизации» (будто бы между делом, Россия перестала считаться частью цивилизации европейской). В том же году Доктрина информационной безопасности впервые подчеркнула «информационное воздействие на население России (…) в целях размывания традиционных российских духовно-нравственных ценностей». В 2017 г. принята Стратегия развития информационного общества, где грядущее «общество знаний» связывалось с «получением, сохранением, производством и распространением достоверной информации с учётом стратегических национальных приоритетов Российской Федерации», а одним из принципов обозначался «приоритет традиционных российских духовно-нравственных ценностей». Число разнообразных публичных новелл, включавших в себя лексемы «традиции», «цивилизации», «культурной доминанты» или «цивилизационного кода», стремительно увеличивалось: в 2018 г. Стратегия национальной политики оказалась дополнена пунктом 111, утверждавшим, что «современное российское общество объединяет единый культурный (цивилизационный) код», а принятые в 2020 г. поправки в основной закон страны включили в конституционный дискурс «защиту исторической правды» и недопустимость «умаления значения подвига народа».

Подобное дискурсивное перевооружение, впрочем, можно было бы считать достаточно распространённым явлением – во всяком случае, на протяжении последних двух десятилетий. Однако, во-первых, подобные процессы развивались или продолжают развиваться в странах, вряд ли сопоставимых с Россией в части мирового влияния и места в системе международных отношений, – например, в Венгрии, Польше или Турции. А во-вторых, внешняя политика таких стран и до последней актуализации «крестового похода за ценности» в значительной степени определялась историческими драмами прошлого. Трианонская травма до сих пор имеет значение для венгерского политического истеблишмента; польская историческая политика вооружена специальным Институтом национальной памяти с 1998 г.; наконец, для Анкары борьба с обвинениями в геноциде армян и проблема всего османского наследия десятилетиями являлась неизменно актуальным вопросом. Россия же, поначалу столкнувшись с безусловной востребованностью реваншистского дискурса, в конце 2000-х – начале 2010-х, казалось, почти избавилась от него: в отношениях с США и Европейским союзом, вроде бы, наступил некоторый баланс («перезагрузка», «Партнёрство для модернизации»), в 2012 г. Россия наконец присоединилась к ВТО. В стране был проведён цикл реформ, приближенных к классическим зарубежным стандартам new public management и при этом радикально отрицавших прошлый советский опыт, – речь не только о переходе образовательной системы на Болонский стандарт и практику единого государственного экзамена, но и о реформе бюджетного сектора, ЖКХ, трансформации системы здравоохранения и пенсионных изменениях. Концепция внешней политики 2013 г. обозначала страну как «неотъемлемую, органичную часть европейской цивилизации», а долгосрочным приоритетом в российско-американском диалоге провозглашалось, как и в 2008 г., «обеспечение совместной выработки культуры управления разногласиями на основе прагматизма».

По сравнению с этими шагами, – каждый из которых, предваряя возможные напоминания, был сделан после Мюнхенской речи, – выдержки из новейшей Стратегии национальной безопасности[2] кажутся гостями из параллельной реальности, вдруг ставшей реальностью единственной.

Крымская осень?

У апологетов российского разворота в сторону «ценностного реализма» есть однозначное и даже радикальное его объяснение – Крым. Действительно, охлаждение в отношениях между Россией и её «западными партнёрами», последовавшее за событиями ирреденты, а впоследствии и конфликта в Донбассе, стало беспрецедентным и вызвало резкие перемены как в области международного сотрудничества, так и в сфере дипломатической риторики, которая, пожалуй, и в биполярные времена не подвергалась такой степени вульгаризации. Однако признание такого аргумента в качестве единственного объяснения означает два крайне дискуссионных, прежде всего для тех же апологетов, следствия.

Во-первых, в таком случае российский внешнеполитический курс до 2014 г., причём со времён не нелюбимого ельцинизма, а куда более поздних, становится исключительно реактивным и даже близоруким. Получается, что вплоть до крымских событий он под руководством одних и тех же государственных деятелей исполнял мелодию преимущественно европейского оркестра – добровольно и по собственной инициативе. Только западная игра на обострение в рамках Евромайдана и последовавшего там изменения режима, вдруг оказавшаяся неожиданностью, привела к кажущемуся «просветлению» и пересмотру проводимой политики. Популярное дополнение относительно того, что в предшествующие годы Россия набиралась сил и являлась недостаточно окрепшей, выглядит спорно, как минимум с точки зрения экономической динамики, поскольку на отрезке 2000–2014 гг. многие статистические показатели были не в пример выше нынешних.

Во-вторых, упомянутое охлаждение пусть и привело к глубокому кризису двусторонних и многосторонних связей, но не вызвало окончательного сжигания мостов даже в отношениях с Украиной: да, за шесть лет товарооборот между странами уменьшился почти в шесть раз, но Россия по-прежнему оставалась в тройке основных торговых партнёров Киева, что на фоне бесконечного обсуждения «преступлений киевской хунты», не сопровождавшимся ни разрывом дипотношений, ни какими-то проблемами с признанием Порошенко и Зеленского президентами, выглядело если не меркантильно, то несколько двусмысленно. Несмотря на обмен санкционными ударами, внешняя торговля России с ЕС, обвалившаяся к 2016 г. до 130,6 млрд долларов[3], к 2020 г. приблизилась к показателям 2014 г. (218,8 млрд[4] и 258,5 млрд долларов[5] соответственно). В 2019 г. ПАСЕ подтвердила полномочия российской делегации в полном объёме, а два года спустя завершено строительство трубопровода «Северный поток – 2». Безусловно, это небольшие шаги в сравнении с прежним форматом отношений, но на фоне нараставших рассуждений о новой холодной войне они выглядят как грозовые разряды оттепели, особенно при сохраняющейся привлекательности «европейских партнёров» для туристических поездок и эмиграции россиян. Так, за 2019 г. граждане нашей страны совершили 1,3 млн туристических поездок в Германию (в 2013 г. – 1,4 млн), 1,27 млн – в Италию (в 2013 г. – 0,96 млн), 279 тысяч – в Великобританию (в 2013 – 191 тысяч). При этом за интервал 2013–2019 гг. поток иммигрантов из России в Германию составил более 167 тысяч человек (на 20 процентов больше, чем за 2006–2012 гг.)[6], а число британских резидентов из России увеличилось с 49 до 81 тысяч человек.

Казус Крыма действительно стал мощным импульсом для резкого обострения полемики между Россией и Европой, не говоря уж о том, насколько востребованным он оказался в американской повестке. Военный бюджет США за период 2014–2021 гг. увеличился более чем на 20 процентов (с 607 млрд до 740 млрд долларов), и для предсказания его дальнейшего стремительного роста не нужна даже модель Ричардсона – “old habits die hard” («старые привычки умирают долго»), тем более когда они приносят бенефициарам ощутимую материальную выгоду. Европейская дивергенция красноречиво иллюстрируется высказыванием Ангелы Меркель о том, что российский президент живёт «в другом мире».

Одно уточнение: очевидно, что вплоть до последнего времени, когда трактовка происходящего стала вполне однозначной, обе стороны конфликта мыслили себя в разных мирах в отсутствие какой бы то ни было «объективной реальности».

Сложно сказать, кто первым вступил в эту гонку. Российский истеблишмент, конечно, активно использовал карту «происков Запада» и до крымских событий, но и молодые восточноевропейские ястребы 2004 г. призыва не отставали в ревностном обличении любой инициативы Москвы. На фоне экономического роста это, однако, напоминало причудливый дискурсивный пинг-понг, ставки в котором были незначительны, а процесс выглядел весомее любого вероятного результата. Ни крупнейшая авиакатастрофа под Смоленском, в котором погибли первые лица Польши, ни проблема русскоязычных «неграждан» Латвии и Эстонии, ни декоммунизация, затронувшая почти всех бывших членов социалистического лагеря, не вызывали системных изменений во внешней политике – не говоря о том, что при общем осуждении расширения НАТО на восток подписание индивидуальных планов партнёрства блока (IPAP) с Азербайджаном и Арменией (2005) или Казахстаном и Молдавией (2006) были восприняты Москвой довольно индифферентно.

Усталые игрушки

Несколько лет назад в статье для Московского центра Карнеги Максим Саморуков удачно сформулировал одну из главных драм бессменного руководителя: «Пост главы государства не предусматривает дальнейшего карьерного роста, поэтому в случае правителей, пробывших у власти лет 12–15, эта усталость от рутины приводит к тому, что они начинают мыслить в масштабах столетий и всей истории человечества»[7]. Действительно, подобный синдром государственного мышления остаётся незыблемым даже в том случае, если исключить из рассмотрения традиционно склонные к «мышлению в масштабах истории человечества» политические режимы наподобие советского, китайского или современных центральноазиатских. Хун Сен, до сих пор правящий Камбоджей, последние десятилетия патронирует буддистские храмы, а c 2007 г. (по состоянию на который он находился у власти уже 22 года) носит сопоставимый с королевским титул Самдеч Акка Моха Сена Падей Течо (Лорд Премьер-Министр, Верховный Военачальник). Угандийский президент Йовери Кагута Мусевени к 23 году правления догадался обвинить в бедах страны «зарубежных гомосексуалистов», подрывающих традиционные ценности. Разменявший в 1950-е гг. второй десяток лет своего правления Антониу Салазар пытался вооружить португальский колониализм доктриной лузотропикализма, специально для этого организовав поездку её автора Жилберту Фрейре по дряхлеющей империи. Наконец, Шарль де Голль на закате своей политической карьеры охотно рассуждал о величии и обновлении, гармонии и необходимости, будто игнорируя тех французов, что на улицах городов предупреждали друг друга “Cours, camarade, le vieux monde est derrière toi!” («Беги, товарищ, за тобой старый мир!»).

Иными словами, по мере пролонгации собственных полномочий практически любой руководитель сталкивается с искушением поверить в известное высказывание: «Политик думает о следующих выборах, а государственный деятель – о следующем поколении», хотя политический опыт автора этого утверждения, Джеймса Фримена Кларка, ограничивался конгрегационной церковью на углу бостонских Уоррен-авеню и Вест-Бруклин-стрит. Перефразируя другого, теперь уже отечественного классика, скажем, что обманываться куда проще, когда сам рад это делать. В 2004 г. Владимир Путин говорил, что «если семь лет работать с полной отдачей, то с ума можно сойти», однако в отношении срока собственной «службы» российский истеблишмент – безоговорочный лидер не только в СБ ООН, но и в БРИКС, и даже в G20. Причём сам он видит в подобной несменяемости кадров не уязвимость, а, напротив, доказательство уникальной стабильности и управляемости, предпочитая не замечать, что политическое долголетие приводит к накоплению противоречий внутри проводимого курса. Невозможность их разрешения порождает обсуждение вопросов «морального лидерства», «нравственного здоровья» и «идейных основ мироустройства». Даже последним предложениям России по обеспечению безопасности (кстати, вполне конкретным, пусть и заведомо невыполнимым, поскольку связанным с суверенитетом других, вроде бы вполне независимых государств) предшествовали ресентиментные комментарии о «непризнании», «неуважении», «игнорировании озабоченностей» и «обмане», словом, очередной виток Kulturkampf.

Казахское доказательство

2022 г. моментально представил сомневающимся гражданам убедительные аргументы в пользу того, что «мудрость приходит с годами, но иногда годы приходят одни». Хотя Нурсултан Назарбаев правил Казахстаном почти тридцать лет, оставив его не только с переименованной столицей, но и почти именной конституцией[8], привычные осанны «лидеру нации» и созданной им «стабильности» не предотвратили масштабный политический кризис, для урегулирования которого впервые в истории были использованы миротворческие силы ОДКБ. Последние инициативы Назарбаева, в отличие от конкретных и прагматичных сюжетов региональной интеграции или создания в Казахстане финансового центра, касались «генетической программы идентичности» патриотического акта «Мәңгілік Ел», «духовной модернизации» и «сакральной географии» программы «Рухани жаңғыру», а также других инициатив в области «культурно-генетического кода»[9]. Даже после формального ухода елбасы с части руководящих постов в государстве в честь Назарбаева, несмотря на его «принципиальное сопротивление», переименовывались улицы и города, аэропорты и учебные заведения. Оказалось, однако, что подобное «олицетворение стабильности» имеет ограниченный срок годности – при всех убедительно доказанных отличиях Казахстана от соседей по Центральной Азии вроде Таджикистана или Туркмении. Астана никогда не была в числе аутсайдеров каких бы то ни было глобальных рейтингов, но это не спасло государство от естественных последствий нечаянного «ценностного дрейфа», вызванного очередной «осенью патриарха» и всерьёз сбивающего оптику государственного управления.

В последней версии российской Стратегии национальной безопасности, принятой в июле 2021 г., степень концентрации на вопросах «общечеловеческих принципов» и «духовно-нравственных ориентиров», выражающаяся, в частности, в появлении сразу двух новых стратегических национальных приоритетов (это не только «информационная безопасность», но и «защита традиционных российских духовно-нравственных ценностей, культуры и исторической памяти»), приближает документ стратегического планирования к лучшим образцам классической литературы, посвящённым превозмоганию воображаемых угроз. Дон Кихот сражался с ветряными мельницами, капитан Ахав – с белыми китами. Политические лидеры, ощутив по прошествии лет нехватку реальных вызовов, могут помериться силами с «искажённым взглядом на исторические факты» или «пропагандой вседозволенности», – в конце концов, так делали многие Озимандии во все времена.

“The lone and level sands stretch far away”[10].

--

СНОСКИ

[1] См., например: Heuvel K. Time for sober realism on the U.S.-Russia relationship // The Washington Post. 18.07.2017. URL: https://www.washingtonpost.com/opinions/time-for-sober-realism-on-the-us-russia-relationship/2017/07/17/2512319a-6b03-11e7-96ab-5f38140b38cc_story.html (дата обращения: 20.02.2022).

[2] Например, наподобие этой: «Традиционные российские духовно-нравственные и культурно-исторические ценности подвергаются активным нападкам со стороны США и их союзников, а также со стороны транснациональных корпораций, иностранных некоммерческих неправительственных, религиозных, экстремистских и террористических организаций. Они оказывают информационно-психологическое воздействие на индивидуальное, групповое и общественное сознание». См. полностью: Указ Президента Российской Федерации от 02.07.2021 г. № 400 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» // Президент России. 02.07.2021. URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/47046 (дата обращения: 20.02.2022).

[3] Торговля в России. 2017: Статистический сборник / Росстат. M., 2017. 233 с. URL: https://www.gks.ru/free_doc/doc_2017/torg17.pdf (дата обращения: 12.03.2022).

[4] О внешней торговле в 2020 году // Федеральная служба государственной статистики. 2021. URL: https://gks.ru/bgd/free/b04_03/IssWWW.exe/Stg/d02/32.htm (дата обращения: 12.03.2022).

[5] Торговля в России. Указ. соч.

[6] Migrationsbericht. 2019: Statistik / Bundesministerium des Innern, fu?r Bau und Heimat & Bundesamt fu?r Migration und Flu?chtlinge. Lohfelden, 2020. 319 S. URL: https://www.bamf.de/SharedDocs/Anlagen/DE/Forschung/Migrationsberichte/migrationsbericht-2019.pdf?__blob=publicationFile&v=5 (дата обращения: 12.03.2022).

[7] Саморуков М. Реформаторский бес в ребро: можно ли начать все менять после 15 лет у власти // Московский центр Карнеги. 26.06.2015. URL: https://carnegie.ru/commentary/60492 (дата обращения: 22.02.2022).

[8] Например: «Основополагающие принципы деятельности Республики, заложенные Основателем независимого Казахстана, Первым Президентом Республики Казахстан – Елбасы, и его статус являются неизменными». См. полностью: Конституция Республики Казахстан. Ст. 91. П. 2. // Официальный сайт Президента Республики Казахстан. URL: http://president.kz/ru/official_documents/constitution (дата обращения: 12.03.2022).

[9] Статья Главы государства «Взгляд в будущее: модернизация общественного сознания» // Официальный сайт Президента Республики Казахстан. 12.04.2017. URL: https://www.akorda.kz/ru/events/akorda_news/press_conferences/statya-glavy-gosudarstva-vzglyad-v-budushchee-modernizaciya-obshchestvennogo-soznaniya (дата обращения: 12.03.2022).

[10] «Кругом нет ничего… Глубокое молчанье… Пустыня мёртвая… И небеса над ней…». См.: Шелли П.Б. Великий Дух: Стихотворения / Перевод с английского К. Д. Бальмонта. М.: ТОО Летопись, 1998. 321 с.

Россия. Украина. Весь мир. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция. Образование, наука > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046481 Кирилл Телин

Когда закончится Zима?

ПРОХОР ТЕБИН

Кандидат политических наук, независимый военный эксперт

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:

Тебин П.Ю. Когда закончится Zима? // Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. No. 2. С. 12-26.

Мы находимся в точке бифуркации мировой системы. Многим кажется, что мир стал сюрреалистичным. Это не так. Происходящие события являются логичным следствием процессов, развивавшихся на протяжении тридцати лет, а если уменьшить масштаб и взглянуть шире, то можно говорить о процессах длительностью в сто и больше лет. И это отнюдь не преувеличение, в истории подобное встречается весьма часто. Достаточно вспомнить, что германо-французские противоречия вокруг Эльзаса и Лотарингии в XIX–XX веках уходили корнями в Средние века.

Большое плохо различимо с близкого расстояния. Отсюда и кажущаяся сюрреалистичность. Реальный анализ происходящего сейчас историки смогут дать лишь спустя несколько десятков лет. Какие-то эпизоды ещё долго будут оставаться закрытыми от исследователей, проявляясь постепенно, по мере рассекречивания, в воспоминаниях участников. При этом часть информации так и останется недоступной или утерянной, а то, что будет обнародовано, неизбежно исказится вследствие индивидуального отношения и восприятия, текущей конъюнктуры и политической целесообразности. Но то, как ситуация сложится в ближайшие месяцы, определит развитие мировой политики на многие годы, и отголоски событий последнего времени будут чувствоваться не только нынешним, но и будущими поколениями.

Россия переживает один из наиболее тяжёлых и значимых моментов в своей истории, поэтому уже сейчас необходимо дать оценку, определить ориентиры и хотя бы в первом приближении сформулировать сценарии будущего, которое ждёт всех нас по ту сторону точки бифуркации.

О войне

В начале статьи специально использован абстрактный термин «происходящие события». Время пояснить, что под ним подразумевается. Речь идёт о войне. Войне, которая ведётся против России, войне, которую сейчас ведёт Россия. И речь не о «специальной военной операции» на территории Украины, Луганской и Донецкой народных республик. Речь идёт о продолжающейся много лет войне России против Запада, где на кону стоят национальные интересы нашей страны и само её право на существование в качестве независимого государства. Эта война то затихает, то разгорается, но не прекращается на протяжении десятилетий. Но обо всём по порядку.

Великое произведение Карла фон Клаузевица «О войне» остаётся актуальным и сегодня, спустя почти двести лет после первой публикации. Особое значение для нас имеют две первые главы «Что такое война?» и «Цель и средства войны». По Клаузевицу, «война – это акт насилия, имеющий целью заставить противника выполнить нашу волю». В дальнейшем Клаузевиц отмечает, что под насилием он подразумевает именно физическое насилие, так как понятие «моральное» не существует без понятий «государство» и «закон». В данном случае позволю себе не согласиться с такой категоричной трактовкой. Понятие «насилие» в контексте войны выходит далеко за пределы бед и разрушений, которые связаны с применением вооружённой силы.

Клаузевиц сравнивает войну со схваткой двух борцов. Эту метафору можно расширить. Если отождествлять войну государств с взаимодействием двух людей, ключевой и самой важной является идея принуждения к исполнению воли. У человека есть масса возможностей заставить другого сделать что-то против его желания помимо применения физического насилия – угрозы, оскорбления, шантаж, изоляция, то есть всё, что создаёт дискомфорт, меняет в худшую сторону образ жизни или препятствует достижению поставленных противником целей. Так же и один народ, представленный государством, может агрессивно воздействовать на другой народ не только применением оружия.

Любопытно отметить, как идеи остракизма и травли прочно вошли в современное западное общество, сформировав самостоятельное понятие «культуры отмены». То, что было внедрено в общество и опробовано на отдельных людях, зачастую на основании ложных или надуманных обвинений, переходит в сферу отношений между государствами и оказывается одной из форм войны. Особенно актуальным это становится с учётом существования ядерного оружия и низкой толерантности западного общества к военным потерям, а, следовательно, готовности правительств вступать в полноценный вооружённый конфликт.

Наблюдая переписывание Западом истории в угоду текущей конъюнктуре, войну с памятниками и двойные стандарты в вопросах свободы слова, права наций на самоопределение, с сожалением приходится констатировать, что произведения Джорджа Оруэлла не потеряли актуальности.

Война в широком смысле слова является одной из базовых форм взаимодействия между государствами – наряду с такими, как сотрудничество, помощь и обман. При этом следует понимать, что абсолютная автаркия, то есть полный отказ от любого взаимодействия в масштабах отдельного государства, практически невозможен. Даже, например, Мьянма, КНДР и Туркмения не могут полностью исключить себя из окружающего мира. Более того, и в случае успешной самоизоляции автаркическое государство остаётся открытым для попытки принуждения извне. Чтобы избежать этого, надо или быть никому не нужным, или иметь ядерное оружие, а лучше обладать обоими этими преимуществами. Забегая вперёд, отметим, что Россия располагает ядерным оружием, но в силу наличия на своей территории огромных ресурсов и транспортных коридоров, всегда будет представлять интерес для внешнего мира. Закрывая тему самоизоляции, отмечу, что в качестве аксиомы можно принять тот факт, что ни одно государство не обладает ресурсами для гармоничного и стабильного развития в условиях полной автаркии.

Само взаимодействие государств привычно обозначается терминами «политика», «мировая политика», «международные отношения». Определив войну в качестве одной из базовых форм взаимодействия между государствами, мы можем скорректировать классический постулат Клаузевица – война есть одна из форм политики, а её проявления не ограничены прямым применением вооружённой силы. Таким образом, санкции, эмбарго, дискриминация в отношении торговли и граждан являются актами войны в широком смысле слова при условии, что ставят задачу принудить оппонента выполнить свою волю как напрямую, так и посредством сокрушения его способности к сопротивлению, которая складывается из совокупности располагаемых им средств и воли к победе.

Однополярная иллюзия

Уделив достаточное внимание терминологии, необходимо кратко описать текущую картину мира и характер происходящих в нём процессов. Большинство фактов общеизвестны и много раз описаны, поэтому не станем вдаваться в изложение исторических событий. Отметим главное.

Вторая мировая война была начата для ревизии существовавшего и мало кого устраивавшего мирового порядка. Войну начала нацистская Германия, выступившая основным ревизионистом, чуть позже к ней присоединилась другая великая держава-ревизионист – Япония. Итогом Второй мировой войны действительно стал полный слом существовавшего мирового порядка и формирование новой, ялтинско-потсдамской системы международных отношений, основными бенефициарами которой явились две сверхдержавы – Соединённые Штаты Америки и Советский Союз. И США, и СССР были преисполнены миссионерства и стремились к глобальному распространению своего видения оптимального мироустройства. Фундаментальные идеологические противоречия предопределили противостояние. Появление ядерного оружия и достижение военно-стратегического паритета между блоками привело к тому, что противоборство Москвы и Вашингтона не вылилось в открытое вооружённое столкновение.

Холодная война закончилась поражением Советского Союза. Причинами стала масса внешних и внутренних факторов, ключевыми из которых оказались непомерное бремя военных расходов и неоптимальное устройство экономики. Итогом поражения в холодной войне для России стала потеря статуса сверхдержавы, ориентированного на Москву военно-политического блока, существенное сокращение территории и населения, разрыв многих сложившихся промышленных и транспортных связей, глубокий экономический упадок. При этом Россия смогла сохраниться в границах РСФСР и удержать потенциал великой державы как минимум в силу наличия второго в мире ядерного арсенала, огромных природных ресурсов и постоянного членства в Совете Безопасности ООН. Вместе с тем победившая в холодной войне сторона – страны Запада во главе с США – не стала ни включать Россию в состав своего блока, ни признавать за ней статус великой державы.

Соединённые Штаты находились под влиянием эйфории от того, что тогда казалось концом истории и однополярным моментом. Стоит упомянуть цитату из статьи Чарльза Краутхаммера «Однополярный момент», опубликованной в журнале Foreign Affairs на рубеже 1990–1991 гг.: «Однополярный момент означает, что с окончанием трёх великих гражданских войн Севера (Первая мировая война, Вторая мировая война, холодная война), идеологически умиротворённый Север стремится к безопасности и покою через согласование своей внешней политики с внешней политикой Соединённых Штатов».

Запад допустил существенный просчёт. Идеологического умиротворения России не произошло. Россия не была принята в сообщество, не получила достаточной поддержки в наиболее тяжёлые для себя годы, гарантий безопасности и условий для развития.

Проблемы великих держав в однополярном мире

В последнее время понятие «великодержавные амбиции» имеет яркую негативную окраску. Это несправедливо. Стремление к статусу великой державы – рациональное, прагматичное и естественное поведение крупного государства, защищающего свои национальные интересы. В максимально общем виде они сводятся к двум понятиям – безопасности и развитию. Защита национальных интересов является прямой обязанностью и смыслом существования государства.

Невозможность автаркии и необходимость взаимодействия с другими государствами вынуждает крупные государства стремиться к статусу великой державы. Статус великой державы означает возможность на равных взаимодействовать с наиболее сильными на данный момент странами, быть субъектом, а не объектом международных отношений, не допускать ущемления национальных интересов другими государствами.

Из сказанного не следует, что все государства должны стремиться к статусу великой державы. Во-первых, для многих он недостижим вследствие ограниченного потенциала. Во-вторых, статус великой державы и субъекта международных отношений является не самоцелью, а лишь инструментом защиты национальных интересов. Обеспечить развитие и безопасность страна может также посредством делегирования части собственного суверенитета более могущественному государству. Классическая модель – частичное делегирование вопросов безопасности для концентрации на вопросах развития. При этом потенциальная угроза со стороны государства-патрона нивелируется, в частности, отсутствием идеологических противоречий и встраиванием в его производственные цепочки.

Великие державы и их лояльные клиенты, таким образом, имеют более благоприятные условия для защиты национальных интересов. Ситуация усложняется в однополярном мире. Перед великой державой встаёт выбор – сблизиться со сверхдержавой на правах младшего партнёра или почётного клиента или же существовать в условиях постоянной угрозы своему суверенитету со стороны сверхдержавы.

Стоит учесть характер источника процветания государства. Их в несколько упрощённом виде можно выделить два – торгово-сервисный и ресурсно-сырьевой. В первом случае благополучие государства строится на основе торговли и услуг, качество которых зависит от человеческой заинтересованности. Не будет преувеличением сказать, что качественное оказание услуг невозможно по принуждению, а успехов в торговле стоит ожидать лишь при заинтересованности в получении выгоды. Поставка ресурсов – зерна, углеводородов, металлов – может быть достаточно эффективной для покупателя даже в условиях принуждения поставщика. Таким образом, государство, источником благосостояния которого является торговля и услуги, меньше заинтересовано в статусе великой державы или государства-клиента по сравнению со страной, процветание которой в большей степени зависит от поставок сырья. Примером государства первого типа является Сингапур, второго – Россия и страны Ближнего Востока.

В условиях однополярного мира великая держава может не иметь возможности или желания составить блок со сверхдержавой. В этом случае её естественным стремлением будет обезопасить свои национальные интересы. Не имея возможности на равных соперничать со сверхдержавой и тяготясь этим, самостоятельная великая держава захочет изменить сложившуюся ситуацию, которая практически неизбежно предполагает рост противоречий, враждебности и недоверия между мировым гегемоном и самостоятельной державой. У самостоятельной державы есть три стратегии, которые могут реализовываться как по отдельности, так и в комплексе.

Первая предполагает максимальное укрепление потенциала для снижения возможности сверхдержавы принудить к выполнению своей воли. Желательно, чтобы наращивание потенциала было комплексным, включая конвенциональные военные возможности, получение ядерного оружия для неядерной державы, увеличение населения, улучшение географического положения, развитие экономики и поиск союзников.

Вторая стратегия заключается в ослаблении мирового гегемона и внесении раскола в его клиентскую сеть с конечной целью лишить противника статуса сверхдержавы, что будет означать переход к многополярному миру. Важно отметить, что данный сценарий может быть реализован как вследствие целенаправленных действий самостоятельной великой державы или их группы, так и в силу объективных причин, включая внутреннее ослабление гегемона.

Третья стратегия ставит целью воссоздание биполярной системы международных отношений как более устойчивой в целом, так и более выгодной для самостоятельной великой державы. Тут тоже есть несколько развилок. Одна из них – существенное усиление самостоятельной великой державы и – как результат – получение (или возвращение) статуса второй сверхдержавы. Другая – поддержка третьей державы в приобретении ею статуса сверхдержавы. При этом наша самостоятельная великая держава, оказавшись в условиях вновь возникшего биполярного миропорядка, обретает возможность либо примкнуть к новой сверхдержаве на правах клиента или младшего партнёра на более выгодных условиях, либо остаться самостоятельной и обеспечивать свои национальные интересы за счёт политики неприсоединения или балансирования между двумя полюсами.

Витязь на распутье

Первая и Вторая мировые войны показали, что даже сокрушительное поражение одной из сторон не приводит к её исчезновению. При этом Первая мировая продемонстрировала, что искусственное исключение из международного порядка великих держав (проигравшей Германии и выбывшей из числа победителей вследствие революций и Гражданской войны России) приводит к быстрой деградации нового мирового порядка. По итогам холодной войны ошибка была допущена вновь, во многом по причине близорукости и эгоизма Запада. Как отмечалось выше, Россия не была включена в западный блок и не получила должной поддержки Запада в самые тяжёлые для себя годы, а Запад начал исходить из того, что и статуса великой державы она лишилась навсегда.

Но Россию нельзя было просто взять и убрать с мировой арены – и дело даже не в её ядерном арсенале.

Довольно скоро Россия поняла, что, потеряв статус сверхдержавы, ничего не получила взамен. Всё более очевидным становилось сохраняющееся в целом враждебное отношение Запада к России и её интересам. Агрессия НАТО против Югославии и поддержка терроризма в Чечне – лишь наиболее яркие примеры. России отказали в праве на статус полноправного участника глобального западного проекта. Тем временем она постепенно восстанавливала свою экономику, вооружённые силы и решала наиболее критичные внутренние проблемы.

В 2000-е гг. на фоне «цветных революций» на постсоветском пространстве стало окончательно ясно, что Запад не намерен считаться с зоной влияния и национальными интересами России. Данное осознание нашло выражение в знаменитой Мюнхенской речи Владимира Путина, которую на Западе мало кто услышал и мало кто понял. Россия воспринималась Западом, как и Османская империя в XIX веке, больным человеком Европы. В отношении России была сделана ставка на окружение, постепенную изоляцию и технологическое удушение. Ярким примером полного отрицания мнения России в вопросах мировой политики стало одностороннее провозглашение независимости Косова. Но уже спустя полгода Пятидневная война и последовавшее за ней признание независимости Абхазии и Южной Осетии показали, что политика Запада на постсоветском пространстве встречает сопротивление.

Парадоксальным образом тогда отношения России и Запада очень быстро восстановились до приемлемого уровня, появились намёки на возможное сотрудничество. Причиной тому во многом стал мировой экономический кризис, усталость Соединённых Штатов от операций в Ираке и Афганистане, а также желание администрации Обамы отмежеваться от наследия Джорджа Буша – младшего. Но ошибка в написании слова «перезагрузка» на большой красной кнопке, которую символично нажали Хиллари Клинтон и Сергей Лавров в 2009 г., стала пророческой. Вместо перезагрузки российско-американских отношений случилась их перегрузка. Запад продолжал следовать взятому после холодной войны курсу на одностороннее преобразование мира в соответствии со своими взглядами и без оглядки на остальных участников международных отношений. В 2011 г. это подтвердили трагические события «арабской весны». Россия была пассивна в ливийском вопросе в 2011 г., но в 2012 г. начала оказывать помощь Сирии. Надежды на сотрудничество между Россией и Западом, которые пышно расцвели по обе стороны Атлантики в 2009–2010 гг., постепенно рушились.

Всё резко изменили события на Украине, начавшиеся в конце 2013 года. После кровавого Майдана и смещения Виктора Януковича с поста президента, вопреки подписанному при посредничестве Польши, Германии и Франции «Соглашению об урегулировании политического кризиса на Украине», в Москве, по-видимому, окончательно пришли к выводу о невозможности разрешения противоречий с Западом посредством одной лишь дипломатии. Ставки были повышены, и результатом стала блестящая бескровная операция по возвращению Крыма. Стратегическое значение Крыма в качестве южного бастиона России сложно преувеличить, не менее важным стало увеличение населения России почти на 2,5 млн человек.

Однако у «русской весны» была и более драматичная сторона. Начавшаяся на Востоке Украины гражданская война разительно отличалась от того, что мы наблюдали в Крыму. Луганская и Донецкая народные республики в итоге оказались в роли нежеланных детей «русской весны». Россия защитила республики от разгрома и силовой реинтеграции в украинское государство, но не разрешила и даже должным образом не заморозила конфликт, оставив его в тлеющем состоянии на долгие восемь лет.

Данная статья не ставит задачей анализ происходившего на Украине в 2014–2022 гг., поэтому отмечу лишь ключевые аспекты. Россия вела в отношении Украины и Донбасса противоречивую политику, отстаивая безальтернативность Минских соглашений, в то же время активно поддерживая народные республики в военном, экономическом и социальном плане. Украина однозначно и бесповоротно повернулась в сторону Запада и против России. Киев не мог ни выполнить Минские договорённости, ни отказаться от Донбасса. Сам конфликт не был заморожен, и ситуация на линии разграничения оставалась напряжённой и неустойчивой. Этому способствовали ограниченная территория конфликта и высокая плотность населения.

За восемь лет Россия решила проблему исламского терроризма в Сирии, помогла Александру Лукашенко сохранить стабильность режима и белорусского государства на фоне массовых протестов, обеспечила прекращение огня между Арменией и Азербайджаном, сыграла важную роль в восстановлении порядка в Казахстане в начале 2022 г. и прошла через вызванный COVID-19 кризис. Значительно вырос военный потенциал России на юго-западном стратегическом направлении, в Сирии был создан плацдарм российского военного присутствия на Ближнем Востоке и в Средиземном море.

Наложенные после 2014 г. санкции негативно сказались на общественных настроениях и экономическом развитии, поставили в затруднительное положение реализацию отдельных оборонных проектов. Программа импортозамещения, крайне значимая и имеющая стратегическое значение, не была, да и не могла быть, полностью завершена в отведённое России историей время.

Что немаловажно, деградировала пророссийски настроенная прослойка населения Украины. Часть людей выехала в Россию или в Донбасс, часть сменила политические взгляды на фоне многолетней пропаганды и противостояния, остальные стали маргинализированным меньшинством в украинской общественной и политической жизни. Восемь лет войны позволили Украине мобилизовать значительную часть населения на противостояние с Россией, существенно усилить собственные вооружённые силы.

В конце 2018 г. в статье для журнала «Россия в глобальной политике»[1] я выделил пять ключевых угроз национальной безопасности. За прошедшие три с половиной года реализовались все пять угроз, и если кризисы в Казахстане, Нагорном Карабахе и Белоруссии разрешены по крайней мере в краткосрочной перспективе, то противостояние с коллективным Западом и конфликт на Украине остаются неразрешёнными.

Вечный вопрос Чернышевского

Лучшим эпиграфом для описания последних трёх десятилетий российской истории является пост премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в Twitter в 2018 г.: «Слабые распадаются, их уничтожают и стирают память о них, в то время как сильные, хорошо это или плохо, выживают. Сильных уважают, и союз заключают с сильными, и в итоге мир заключают с сильными».

Проблема сегодняшней России в том, что она слишком самобытна, сильна, велика, богата населением и ресурсами, чтобы оставаться вне борьбы за устройство мирового порядка. В то же Россия слишком слаба, чтобы на равных соперничать с Западом.

Прошу понять правильно, у меня нет цели демонизировать Запад. Хорошим вариантом для всего человечества, возможно, было бы включение России в западный блок после окончания холодной войны. Хорошим, но абсолютно утопичным. Членство в Европейском союзе и НАТО решило бы задачу обеспечения безопасности и развития нашей страны на десятилетия вперёд. Проблема заключается в том, что никому из членов ЕС и НАТО вступление России не выгодно. Принятие столь крупной и сильной страны кардинальным образом нарушило бы баланс сил как в ЕС, так и в НАТО, ослабило превосходство США в западном блоке, существенно понизило роль Великобритании, Франции, Германии.

Кроме того, расширение НАТО на Восток пополнило ряды альянса слабыми странами, чья политическая система и государственность построены на отрицании России и советского прошлого. Это мировоззрение с успехом использовалось Вашингтоном для влияния на Францию и Германию, которые после окончания холодной войны увидели возможность для дрейфа в сторону от Соединённых Штатов как в качестве самостоятельных великих держав, так и в качестве лидеров Европейского союза.

Тенденция европейских держав к консолидации и выходу из-под опеки, идея военно-политической идентичности Евросоюза без США и НАТО не могли не тревожить Вашингтон. Исчезновение советской угрозы было чревато для американцев как минимум частичной потерей управления внутри западного блока. Гипотетически в долгосрочной перспективе это могло привести к потере Америкой статуса единственной сверхдержавы и появлению нового дружественного американцам, но самостоятельного полюса военно-политического и экономического влияния в лице Евросоюза. Для предотвращения этого сценария нужен был противник, который смог бы сплотить Европу вокруг США. Россия подходила на эту роль лучше любой другой страны. В 1990-е гг. на Россию смотрели с пренебрежением и презрением, как на жалкую тень Советского Союза. К восстанавливающей свои силы России, а тем более к России, заявляющей права на статус самостоятельной великой державы, относились откровенно враждебно. Разрядка 2009–2010 гг. оказалась мимолётным наваждением, иллюзией, в которую, тем не менее, искренне поверили многие не только в Москве, но и в Париже, Берлине и Вашингтоне. Впрочем, история быстро вернула всё на круги своя.

Единственным вариантом для России является стремление к статусу самостоятельной великой державы. Это подразумевает наличие зоны влияния, в рамках которой Россия сможет обеспечивать условия для своей безопасности и развития. Неизбежно продолжение конфликта с коллективным Западом. Конфликт самостоятельной великой державы со сверхдержавой будет идти в русле упомянутых выше трёх стратегий.

Не будем строить иллюзий. Россия имеет все возможности быть самостоятельной великой державой, но вряд ли способна вернуть себе статус сверхдержавы. Осознание этого стало одной из причин провозглашения Москвой идеи построения многополярного мира, к которой апеллировали довольно долгое время. Эта стратегия имеет право на существование, однако есть несколько противопоказаний. Например, многополярный мир, будучи комфортным для самостоятельных великих держав, связан с постоянной угрозой войн между великими державами и их коалициями. В условиях наличия ядерного оружия войны будут идти на периферии и затрагивать третьи страны, не обладающие ядерным оружием. Это побудит третьи страны или искать арбитра, способного обеспечить их безопасность, или стремиться к обретению ядерного оружия. Так что многополярность является весьма рискованным устройством мирового порядка.

В складывающих обстоятельствах всё более реалистичной становится стратегия восстановления биполярного миропорядка путём образования блока с государством, имеющим шанс стать второй сверхдержавой и готовым предложить России партнёрство на выгодных условиях. Имеется в виду Китай. Сейчас формируются все предпосылки для этого.

За последние пятнадцать лет сценарий глобального противостояния США с Китаем из разряда маловероятных перешёл в разряд практически неизбежных. В долгосрочной перспективе картина мира радикально изменится вследствие объективных процессов развития экономики и роста населения. К середине столетия доля Соединённых Штатов и Евросоюза в мировом ВВП сократится, а доля КНР и Индии существенно вырастет. Центр мировой экономики окончательно сместится в Индо-Тихоокеанский регион. Значительно вырастут диспропорции между США и их европейскими и азиатскими союзниками.

Ослабление Соединённых Штатов вовсе не означает потери ими статуса сверхдержавы. Напротив, у Вашингтона есть все шансы остаться мировым гегемоном. Для этого ему необходимо изолировать и сдерживать Китай, обеспечить целостность и лояльность НАТО, максимально сблизиться с Индией как с потенциальным ключевым военно-политическим и экономическим партнёром в Азии и противовесом Китаю. Роль России в данном сценарии второстепенна.

Россия нужна Вашингтону в качестве жупела прежде всего для Европы. Сам Вашингтон будет концентрироваться на противостоянии с Китаем.

В этих условиях складываются предпосылки для формирования биполярной или квазибиполярной системы, где с одной стороны – США вместе со своими европейскими и азиатскими союзниками, а с другой – Россия и Китай.

Но второстепенность России для Соединённых Штатов не уменьшает их враждебности к Москве. Для реализации политики Запада стремление России к возвращению статуса самостоятельной великой державы должно быть пресечено, сама Россия вновь повержена, что послужило бы хорошим уроком для других держав-ревизионистов.

Что же делать России?

Во-первых, необходимо обеспечить стабильность в текущей зоне влияния, которая включает ОДКБ/ЕАЭС, а также Азербайджан (декларация о союзническом взаимодействии между Баку и Москвой подписана 22 февраля 2022 г.), Грузию (sic!) и Сирию; разрешить конфликт на Украине; определить будущее и восстановить экономический потенциал Луганской и Донецкой народных республик. 6 млн человек населения Крыма и Донбасса имеют стратегическое значение для России. Но стоит понимать, что дальнейшего расширения России не предвидится. В будущем защита её национальных интересов зависит от внутренних процессов и взаимодействия с партнёрами и клиентами. В своей зоне влияния Россия должна стать для других государств справедливым, предсказуемым, сильным и решительным арбитром и гарантом безопасности, а также локомотивом экономического развития.

России нужно развивать экономику и повышать долю торгово-сервисного потенциала. Необходимо пересмотреть и реализовать программу импортозамещения, основанную как на развитии самодостаточности, собственных компетенций, так и на установлении партнёрств со странами вне западного блока, ибо, как мы помним, излишнее увлечение автаркией бессмысленно и опасно.

Во-вторых, надо наращивать сотрудничество с Китаем во всех сферах, включая торговлю, транспорт, авиа-, двигателе- и судостроение, туризм, финансы и так далее. Заключение жёсткого военно-политического союза с Китаем по аналогии с НАТО маловероятно и не создаёт значимой «добавленной стоимости» ни для Москвы, ни для Пекина. Статус стратегического партнёра и самостоятельной великой державы для России предпочтительнее статуса привилегированного клиента Китая. Вместе с тем последний вариант также нельзя исключать. Сейчас Пекин внимательно наблюдает за разворачивающимися событиями, примеряя их на себя и поглядывая в сторону Тайваня.

В-третьих, обязательно развитие отношений со странами, стремящимися к проведению самостоятельной политики в отдельных регионах мира и имеющими для этого достаточный потенциал. Ключевыми являются Индия, Турция, Аргентина, Бразилия, Иран, Египет, Мексика и Вьетнам.

При этом следует чётко понимать, что никакого конца истории или единственного сценария не существует и появиться не может. Мировая политика в чём-то похожа по своим механизмам на фондовый рынок – она непредсказуема, построена на соперничестве, совокупности огромного числа разнонаправленных процессов, ограниченно подвластна правовому регулированию и в то же время уязвима для периодически возникающих «чёрных лебедей». Будет ли мир будущего биполярным, квазибиполярным или многополярным – сегодня вряд ли возможно предсказать. Но вероятность роста напряжённости и нестабильности в мировой политике, угроза нового глобального экономического кризиса, локальных и региональных войн – высока.

--

СНОСКИ

[1] См.: Тебин П. (Не)определённость безопасности // Россия в глобальной политике. 2018. Т. 16. №6. URL: https://globalaffairs.ru/articles/neopredelennost-bezopasnosti/ (дата обращения: 12.02.2022).

Россия. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 1 апреля 2022 > № 4046477 Прохор Тебин

Для корректировки программы реновации в Москве нет никаких причин

Интервью руководителя Департамента строительства города Москвы "Российской газете".

Переезжаем в новый дом

Пятый год в столице реализуется программа реновации. Все тревоги, опасения, связанные с ней, казалось бы, у москвичей давно остались позади. Новые дома с комфортабельными квартирами, как и обещали власти, один за другим вырастают в шаговой доступности от хрущоб, которые идут под снос. Будущие новоселы видят их из окон своих квартир. Мелкие вещи можно перенести на новое место жительства даже пешком. И вдруг санкции!

Снова ожили страхи: что же будет с уже запланированным новосельем? Не заморозят ли программу? Об этом корреспондент "РГ" беседует с руководителем департамента строительства Москвы Рафиком Загрутдиновым.

Гарантия полным рублем

- Рафик Равилович, в планах города на 2022 год было построить по реновации 1,2 миллиона квадратных метров жилья и переселить в новые квартиры 37 тысяч горожан. В условиях санкций власти не скорректировали программу? Все-таки возникло немало дополнительных сложностей. Уход из столицы ряда иностранных компаний, повышение банковских ставок под кредиты застройщикам, возможность очередного скачка цен на строительные материалы… Как скажется все это на реновации, которая до сих пор шла по этапам, четко очерченным правительством Москвы?

Рафик Загрутдинов: Скажу сразу: никаких причин для корректировки этой важнейшей городской программы у нас нет. В прошлом году для ее участников мы построили более 1 миллиона квадратных метров жилья, впервые освоив по госзаказу больше 100 миллиардов рублей. В этом году, как вы верно заметили, нам нужно построить 1,2 миллиона "квадратов". Деньги на это предусмотрены бюджетом Москвы, в этом году это 150 миллиардов рублей. Другими словами, финансирование программы реновации обеспечено полным рублем. В том, что с поставленной задачей справимся, я не сомневаюсь хотя бы потому, что даже в пандемию, когда работы на жилье пришлось на месяц остановить, а это критический срок для стройки, все планы тем не менее были выполнены, даже перевыполнены. Спросите, откуда же сейчас такая уверенность? Отвечу. Деньги, как уже сказал, есть. Трудовые ресурсы тоже имеются. Не только москвичи и жители регионов, но и мигранты трудятся на строительных площадках с удвоенной силой - более выгодных альтернативных предложений у них нет. После того как ряд иностранных компаний заявили, что намерены уйти с российского рынка, мы посчитали: можем взять к себе еще порядка 7, 5 тысячи работников. Тех, у кого нет строительной профессии, обучим. Мэром Москвы Сергеем Собяниным поставлена задача - трудоустраивать те трудовые ресурсы, которые будут высвобождаться на столичных предприятиях, мы системно этот вопрос прорабатываем с центрами труда и занятости.

Теперь о материально-техническом обеспечении. С ним тоже все в порядке. Машинами и механизмами - кранами, экскаваторами, средствами малой механизации как минимум на 2022-2023 годы мы обеспечены. Проработали дополнительные каналы поставки запасных частей для этой техники из Китая, Турции, Казахстана, Объединенных Арабских Эмиратов. Все можно закупить и привезти.

- А что со строительными материалами?

Рафик Загрутдинов: Разложив реновационный дом на части, мы посчитали, насколько он зависит от импорта. Пришли к выводу, что около 95 процентов материалов, которые требуются для строительства, отечественного производства. Бетон, арматура, фасадные системы, окна…Импорт составляет примерно 5 процентов. Это в основном инженерия: например, индивидуальные тепловые пункты, в которых устанавливаются импортные насосы. Но проблем и с их поставкой тоже нет, так как продажи никто из поставщиков не закрыл и наши подрядные организации все могут приобрести. Уверен, что не будет трудностей и с импортозамещением. В рыночных условиях для любого производителя главное - иметь гарантированный заказ. Программа реновации, которая рассчитана до 2032 года, открывает для этого прекрасные перспективы: впереди у нас строительство еще порядка 30 миллионов квадратных метров нового жилья. К тому же производство инженерного оборудования в отличие от бетона или кладки имеет высокую добавленную стоимость и потому очень рентабельно. Мэр сказал: приглашайте инвесторов, пусть те, кто готов, организуют это производство на московской земле. Условия для этого город предлагает очень выгодные. Например, льготные условия для аренды земельных участков. Думаю, что предприимчивые люди оценят широкие возможности, которые открывает сегодня перед ними столица.

- С лифтами сложностей не возникнет?

Рафик Загрутдинов: Мы используем в основном подъемники отечественного производства - лифтостроение в России хорошо развито. Но сейчас ведем детальный анализ ситуации на всех российских заводах, чтобы понимать, кто из них что именно покупал за рубежом. Прорабатываем и на этом направлении импортозамещение. К тому же время есть, так как поставки комплектующих из-за рубежа продолжаются.

- Подорожание стройматериалов на фоне санкций ощущаете?

Рафик Загрутдинов: За ценами, конечно же, следим очень внимательно. Для более четкого контроля в Москве ежемесячно будут выходить индексы по каждому виду материалов. Как ни парадоксально звучит, но может быть ведь и удешевление. Например, цены на металл сейчас пошли вниз, на горюче-смазочные материалы немного опустились. Но даже если на что-то и подскочат, как это бывает, то заложенного финансирования для продолжения строительства хватит. Конечно же, при условии ускорения всего процесса строительства, который превращает финансовые и материальные ресурсы в товар. Медлительность же может обесценить их, превратить в мертвый груз. Не допустить этого, задать работам максимальный темп - это сегодня наша главная задача.

И что очень важно, такая возможность у нас сейчас появилась. Правительством РФ принято очень важное постановление, которым полномочия вносить изменения в госконтракт теперь переданы субъекту РФ. Что это дает? К примеру, тот же дом по реновации спроектирован, скажем, в 2020 году, в 2021-м он прошел экспертизу, а строить его начинаем в 2022-м. К этому времени изменилось все: цены на материалы, возможности закупок, условия работы с банками… Словом, весь рынок поменялся, а у нас в госконтракте, заключенном по итогам торгов, стоит твердая цена строительства дома. Менять ее до принятия данного постановления было бы нарушением федерального закона. Но как можно было угадать эту цену в условиях рынка два года тому назад? Теперь же субъект РФ имеет право внести изменения, продиктованные жизнью, хоть в верхнюю, хоть в нижнюю сторону. Это самый колоссальный сдвиг, который произошел в нашей отрасли. Он дает нам возможность действовать более оперативно и гибко.

- То есть если стройматериалы все-таки подорожают, то вы увеличите застройщику цену контракта?

Рафик Загрутдинов: Дважды в неделю мэр Москвы Сергей Собянин проводит заседание оперативного штаба, где мы анализируем ситуацию по каждому дому. Если появилась необходимость, то можем заключить дополнительное соглашение и внести нужные изменения, чтобы стройка, не останавливаясь, шла вперед. Ни одного нерешенного вопроса, связанного со строительством, в городе сейчас нет. К тому же по постановлению мэра мы получили возможность выдавать подрядчикам аванс в размере до 70 процентов стоимости работ. Эти деньги они смогут использовать как оборотные средства на приобретение материалов.

- Не получится, что аванс организация заберет, а вскоре обанкротится. В результате ни денег, ни дома…

Рафик Загрутдинов: Мы внимательно отслеживаем финансовое состояние всех наших застройщиков - в Москве это делать нетрудно, все оцифровано, все прозрачно. Такая система помогает четко контролировать каждый счет, на который выдаются деньги. Скажем, для строящегося дома нужно закупить лифты. Открываем счета в банках или казначействе и согласовываем оплату платежа именно тому заводу, у которого приобретается этот лифт, а не просто переводим деньги подрядчику. Далее проконтролируем сроки поставки лифта. Главное, во всем действовать на опережение.

Волна поднимается

- Ну а если у кого-то из подрядчиков все-таки произойдет сбой? Строительство дома встанет и появится долгострой, как это случается с домами, которые возводятся по долевому строительству.

Рафик Загрутдинов: Случалось и прежде, что кто-то не рассчитал свои силы и банкротится. Но кто-то в это же самое время расширяет свой бизнес и готов прийти на освободившееся место. Главное, чтобы система работы была четкая, а она у нас выстроена. Благодаря этому за четыре с лишним года, прошедшие с момента старта программы реновации, ни один заложенный дом в долгострой не превратился.

- И сколько же сейчас строится домов в городе по реновации?

Рафик Загрутдинов: 162 дома общей площадью 2,7 миллиона квадратных метров строятся, еще более 220 зданий находятся в проектировании. Видим уже программу и на 2023 год: в нем планируется построить столько же, сколько в этом - 1,2 миллиона "квадратов".

- Реновация стартовала во всех районах города?

Рафик Загрутдинов: Есть ряд районов, время которых просто еще не пришло - работа там начнется со второй волны.

- Ну а вообще можно уже сказать, что волновая застройка по программе реновации началась?

Рафик Загрутдинов: Да, это уже происходит, процесс пошел. 22 дома строятся на месте снесенных, и с каждым днем таких будет становиться все больше, так как снесено уже 85 пятиэтажек. Я напомню: в целом по реновации предстоит снести 5175 устаревших домов.

- Когда человек строит свой дом, он всегда думает, как это сделать более экономно. В наши сложные времена вы тоже ставите такую задачу или Москва богатая, ей можно об этом не думать?

Рафик Загрутдинов: Об оптимизации затрат и снижении стоимости строительства мы думали и до санкций, заботимся об этом и сейчас. Главный ресурс я вижу в управлении строительными процессами, чтобы не получалось так, что деньги есть, а материалов нет, материалы есть, а рук не хватает. В Москве такого не бывает. Маховик строительства за последнее десятилетие раскручен так, что все настроено, все работает.

- Москвичи, которые ждут переезда в новые квартиры по реновации, опасаются еще и того, что на фоне проблем с импортом может ухудшиться качество их жилья.

Рафик Загрутдинов: Стандарты реновации утверждены постановлением правительства Москвы. Никто их не менял и менять не собирается. В проектной документации все требования этих стандартов учтены. А значит, как въезжали новоселы в шикарную квартиру, где можно жить сразу, без всякого ремонта, так и впредь будут въезжать.

- Сколько компаний занято сейчас на строительстве домов по реновации?

Рафик Загрутдинов: Если считать генподрядные договоры, то это десятки компаний. Но не надо забывать о том, что у каждой из этих компаний множество субподрядчиков - организаций, которые выполняют для них специализированные работы. Одни по вентиляции, другие по электричеству, третьи устанавливают тепловые пункты… А ведь есть еще и те, кто поработал на этот дом еще до выхода строителей на стройплощадку - проектировщики, заказчики, представители стройиндустрии. Огромное количество народа на заводах всей России работает на московскую реновацию. В этом и заключается мультипликативный эффект строительства, что оно дает работу целому ряду других отраслей, двигает вперед экономику всей страны. Еще один плюс строительства - оно не раскручивает инфляцию.

- В самой Москве насчитывается до миллиона строителей?

Рафик Загрутдинов: Да, это так. Но в их число входят не только те, кто работает непосредственно на стройплощадках, но и работники стройиндустрии, которые производят стройматериалы, механизаторы, доставляющие их на стройку, рабочие карьеров, добывающие для нас песок. Если же говорить непосредственно о работниках, занятых реновацией на стройплощадках, то их примерно 20 тысяч.

- Как будет решаться проблема проектирования новых домов для реновации? Оно всегда было проблематичным для столицы с ее масштабами строительства. А теперь еще и зарубежные проектные бюро могут уйти.

Рафик Загрутдинов: Мы проанализировали имеющиеся у нас российские софты. Оказывается, есть прекрасные российские программные продукты. Есть компании, которые ими занимаются уже десятилетиями. Но на фоне прежней огромной конкуренции они были малозаметны. Теперь же мы создадим им все условия, и они смогут производить нужные аналоги, которые будут работать на российских продуктах.

Все в шаговой доступности

- Принимая программу реновации, правительство Москвы ставило задачу не просто заменить одни жилые дома другими, а создать на месте снесенного жилья новую, более комфортную городскую среду. Такая работа идет?

Рафик Загрутдинов: Обязательно. В Москве все городские программы тесно связаны друг с другом. Если, к примеру, берется квартал реновации, то первым делом для него разрабатывается схема инженерного обеспечения. Утвержден стандарт обеспеченности социальной инфраструктурой. Поэтому помимо жилья по программе реновации запланировано построить сотни социальных объектов: детсадов, школ, спортобъектов, поликлиник, культурных и досуговых центров и т.д. Плюс имеется отдельная программа по благоустройству, по которой территорию озеленят, разобьют новые скверы и парки. Таким образом, в итоге мы увидим совершенно новые микрорайоны, в которых будут и рабочие места, и на первых этажах домов будут расположены рестораны, кафе, аптеки, клубы по интересам, разные сервисы с множеством услуг.

На эту же задачу обновления всей городской среды будет работать еще одна масштабная программа, которая только запускается, - комплексного развития территорий. В районе Зюзино под нее уже освобождаются площадки. Это очень большое преимущество для строителей Москвы - иметь возможность видеть свою работу, планировать ее на много лет вперед.

ДЕПАРТАМЕНТ СТРОИТЕЛЬСТВА ГОРОДА МОСКВЫ

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > stroi.mos.ru, 1 апреля 2022 > № 4041412 Рафик Загрутдинов

Алексей Громов: О деталях схемы перевода расчетов в рубли за экспорт российского газа

В традиционной схеме расчетов за газ между иностранными покупателями и ПАО «Газпром» появляется банк-посредник, однако решение выглядит оптимальным для России в условиях текущего санкционного противостояния

31 марта президент РФ подписал указ «О специальном порядке исполнения иностранными покупателями обязательств перед российскими поставщиками природного газа» (далее — Порядок), т. е. формализовал сделанное 23 марта заявление о переводе в рубли расчетов за экспортные поставки российского газа в т. н. недружественные страны.

Согласно прописанному в указе Порядку, иностранные покупатели из списка т. н. недружественных стран должны открыть два специальных счета (в валюте контракта и в рублях) в уполномоченном российском банке (АО «Газпромбанк»). На первый счет (валютный) будут поступать платежи за купленный российский газ (в полном соответствии с действующими условиями контрактов покупателей с ПАО «Газпром»), а зачисление рублей на второй, рублевый счет покупателей будет производить уполномоченный банк после продажи валютной выручки на площадке ММВБ с последующим перечислением уже рублей на расчетный счет ПАО «Газпром». При этом право собственности на газ возникает у покупателя только ПОСЛЕ зачисления рублей на расчетный счет ПАО «Газпром».

Таким образом, в традиционной схеме расчетов за газ между иностранными покупателями и ПАО «Газпром» появляется банк-посредник, который не только осуществляет финансовые транзакции между сторонами контракта, но и выполняет своего рода брокерские услуги (по поручению клиента, т. е. иностранного покупателя) по приобретению рублей на ММВБ для их последующего перенаправления на расчетные счета ПАО «Газпром».

С одной стороны, такая схема позволяет избежать нарушения существенных условий контракта, к которым относится валюта платежа (в большинстве случаев это евро или доллары), а также освобождает иностранных покупателей российского газа из т. н. недружественных стран от необходимости самостоятельно приобретать рубли на ММВБ (т.е. позволяет последним напрямую не нарушать введенные ЕС санкции против российской финансовой системы).

С другой стороны, обеспечивается принудительный перевод всех платежей по контрактам ПАО «Газпром» с иностранными покупателями из т. н. недружественных стран в один крупный российский банк, который на данный момент выведен из-под действия западных финансовых санкций. Да, безусловно, большая часть платежей за российский газ и так проходила через АО «Газпромбанк», но точно не все. Кроме того, новый Порядок расчетов, по сути, обеспечивает долгосрочные гарантии защиты от санкций для Газпромбанка, поскольку в случае введения каких-либо финансовых ограничений против него все платежи за поставленный российский газ автоматически считаются неисполненными, и в этом случае ПАО «Газпром» вправе ограничивать поставку газа своим зарубежным контрагентам.

Представляется, что данное решение выглядит оптимальным для России в условиях текущего санкционного противостояния с западными странами, поскольку позволяет централизовать канал поступления валютных платежей за газ через уполномоченный банк и одновременно защитить этот канал от возможного ужесточения санкций в будущем. Кроме того, теперь уже 100% валютной выручки ПАО «Газпром» от продажи газа иностранным покупателям из т. н. недружественных стран будет переведено в рубли (сейчас действует требование об обязательном переводе в рубли не менее 80% валютной выручки).

При этом европейские потребители газа ПАО «Газпром», в случае перехода на предложенный порядок расчетов, не рискуют напрямую нарушить уже введенные против России санкции, сохранив при этом все существенные условия действующих контрактов. Да, в контракты придется вносить изменения в соответствии с предложенным Порядком, но они не относятся к категории существенных (смена банка-контрагента могла бы произойти, например, в случае банкротства финансовой организации или в случае невозможности исполнения ею своих финансовых обязательств из-за соблюдения тех же санкций).

Однако, несмотря на всю «изящность» предложенной Россией новой схемы расчетов за газ, риски ограничения поставок газа иностранным покупателям из т. н. недружественных стран сохраняются.

И главная причина сохранения таких рисков — геополитика, поскольку с экономической точки зрения предложенные изменения носят вполне приемлемый характер для всех сторон.

Безусловно, к практической имплементации данного решения также остаются вопросы. Например, успеют ли все иностранные покупатели из т. н. недружественных стран перейти на установленный порядок расчетов в ближайший месяц (а именно в этот срок предполагается завершить перевод всех контрактов ПАО «Газпром» на новый порядок расчетов)? Будут ли введены временные или даже постоянные исключения из этой схемы для каких-либо покупателей российского газа, что теоретически предусмотрено п. 9 и п. 10 принятого Порядка? Какое время потребуется для проведения Газпромбанком необходимых транзакций для обеспечения перечисления рублей от иностранных компаний на расчетные счета ПАО «Газпром»?

Впрочем, ответы на эти вопросы мы получим уже в самое ближайшее время.

Алексей Громов

Главный директор по энергетическому направлению Фонда «Институт энергетики и финансов»

Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > oilcapital.ru, 1 апреля 2022 > № 4032403 Алексей Громов

Максим Решетников об исполнении плана мер поддержки экономики в условиях ограничений

Из стенограммы:

М.Решетников: Некоторые итоги недели. Несколько важных решений для наших компаний.

Первое решение – по так называемому делистингу – касается тех компаний, у которых были депозитарные расписки на западных финансовых рынках. Теперь их акционеры обязаны вернуться домой. В какой форме это будет происходить? Теперь акционеры, которые владеют этими расписками, имеют возможность конвертировать их в акции, которые уже обращаются на наших фондовых рынках здесь, дома.

Почему это сделано? Во-первых, сами по себе депозитарные расписки идут из периода становления нашего финансового рынка, когда, собственно, не было и финансового рынка в том понимании, как мы привыкли сейчас это понимать, и инструментов таких сложных, как сейчас, не было. Тогда наши акции – акции наших крупнейших эмитентов – а это и «Газпром», и «Роснефть», и «Аэрофлот», и Сбербанк, и многие другие – отдавались в залог иностранным крупным банкам, и те на них выпускали расписки. И эти расписки уже торговались. Сейчас, когда у нас разрыв в акциях может составлять не только разы, а где-то даже и десятки раз – там и здесь (здесь акции стоят дороже), никакого смысла их котировать там нет. Поэтому наши российские акции, российские эмитенты, если не будет принято Правительством иного решения, обязаны будут вернуться сюда. Это первое решение.

Второе решение. Предлагаем Государственной Думе упростить бай-бэк, то есть выкуп собственных акций компаниями. Они могут выкупить эти акции, так называемые казначейские акции, и, соответственно, мы ускоряем процедуры, чтобы не нужно было полгода рассчитывать цену, потому что сейчас всё волатильно. То есть максимально упрощаем этот вопрос. Это тоже позволит поддержать капитализацию акций в конечном итоге, а значит, залоги, а значит, инвестиции, кредитование и так далее.

И третье решение, тоже крайне важное. Мы говорили о нём в понедельник. Это банкротство. Правительство приняло решение в соответствии с полномочиями, которые Государственная Дума нам дала, и на шесть месяцев объявлен мораторий на банкротство. То есть нельзя будет теперь обратиться, подать заявление. Соответственно, у компаний появляется чуть больше свободы для того, чтобы в этой сложной ситуации разобраться с долгами и сохранить свою деятельность.

Из важных вопросов, которые обсуждались на этой неделе, хотя законодательно пока не оформлены, но мы над этим работаем, – это тема лизинга. Вы знаете, что у нас очень многие компании предоставляли в лизинг реальному сектору экономики оборудование. И там тоже были плавающие ставки. И мы ту же систему, которую ввели с банками, когда заёмщику, который взял по плавающим ставкам, даётся льготный период для постепенного перехода к текущему уровню ставок, потому что ставки резко выросли, – такую же систему, льготный период мы сделаем и в лизинге. Это первый момент. И второй момент, мы дадим возможность заёмщику выкупить оборудование, в первую очередь автомобили, автобусы и так далее. Это для транспортников крайне важно, чтобы они могли по понятным ценам выкупить и нормально работать.

Вопрос: Глеб Фёдоров, портал «Объясняем.рф» Вопрос не частый, но чувствительный. Может ли банк попросить заплатить за оформление кредитных каникул? Куда обращаться, если просят заплатить?

М.Решетников: По кредитным каникулам никаких комиссий, плат и так далее быть не может. Это право заёмщика и обязанность банка – бесплатно оформить все эти документы и дать эти рассрочки. Поэтому, если есть какие-то вопросы, надо обращаться в Центральный банк с жалобой, и Центральный банк в рамках своих контрольных и надзорных полномочий уже проверит банк и заставит его сделать то, что должно быть по закону.

government.ru

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > economy.gov.ru, 1 апреля 2022 > № 4029087 Максим Решетников

Стодневные войны

Типология конфликтов: Афина против Ареса

Сергей Переслегин

«ЗАВТРА». Сергей Борисович, в разгар спецоперации России на Украине важно понять стратегию наших действий на ближайшее будущее и в военном плане, и в плане ответа на экономические санкции, введённые против нас Западом. С первых дней проведения операции западные политологи и журналисты предсказывали ей поражение. Что вы можете сказать об этом?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Меня удивляют пораженческие комментарии на тему проведения специальной военной операции России по демилитаризации и денацификации Украины. Например, американский политолог и философ Фрэнсис Фукуяма в онлайн-журнале American Purpose спрогнозировал безоговорочный проигрыш России в войне, заявив, что якобы русская армия не была готова к украинскому сопротивлению, не взяла с собой ни боеприпасов, ни снаряжения, ни горючего, а только парадную форму для парада в Киеве. И Украине не нужно было даже оказывать помощь – она бы разгромила Россию своими силами. В глобальном смысле поражение России должно привести к тому, что начнётся обратный поворот мира в либерально-демократический дискурс. Не стал бы останавливаться на этом заявлении Фукуямы, если бы не прочитал ещё несколько подобных высказываний американцев и англичан об очевидном нашем поражении в войне и о том, что «российский блицкриг захлебнулся».

Заметим: Министерство обороны России ни разу не заявило, что война выиграна, хотя, конечно, в своих сводках уверено в победе. И это правильно, поскольку близоруко было бы говорить до окончания боевых действий о том, что кампания выиграна или проиграна.

«ЗАВТРА». Пораженческие заявления только подчёркивают неадекватность в подаче информации о России на Западе. Но и внутри страны встречаются высказывания о том, что мы такого сопротивления со стороны Украины не ожидали и к войне готовы не были…

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Мысль о том, что российская армия могла начать боевые действия на Украине, не подготовив материально-технической базы, абсурдна. Не то что уважающий себя военный, но даже люди, просто занимающиеся стратегическими играми, знают, что такое ведение операций. Существует жёсткое стандартное правило: нужно всегда рассчитывать на наихудший из реалистичных вариантов. Военные планы по-другому просто не строят.

Объективные сведения о ходе операции получить не так сложно: и у нас, и на Западе есть люди, которые профессионально или любительски занимаются сопоставлением информации с фронтов, что и как происходит. Я тоже тщательно изучаю карты операций. Интернет не нарушен, и зона соприкосновения войск в каждый момент времени, в общем-то, известна – на основании наблюдений и приходящих данных.

Могло ли российское руководство – политическое или военное – недооценить способность Украины сопротивляться? Не думаю. Ожидать, что Украина не будет сопротивляться, было абсурдно. По обе стороны фронта – войска с приблизительно равным военно-техническим уровнем подготовки, с сопоставимой военной грамотностью. Было ясно, что противник использует все возможные ресурсы для того, чтобы остановить наступление российской армии.

«ЗАВТРА». На стороне Украины действуют не только регулярные части, но и нацбатальоны. Как это может влиять на военную ситуацию?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Их наличие имеет большое значение, но если проигрывает основная армия, то нацбатальоны уже не смогут переломить ситуацию. Дело в том, что в любом случае необходимо наладить снабжение войск горючим, боеприпасами, продовольствием. Без этого они воевать и жить не смогут. А именно это постепенно становится всё более и более сложным для них.

«ЗАВТРА». Также в зону боёв потянулись зарубежные наёмники. Могут ли они оказать серьёзное влияние на ход операции?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Украина, конечно, рассчитывала на более серьёзную военную помощь от западных друзей, но не получила её, во всяком случае, пока. Что касается наёмников, то в подобной ситуации всё решают кадровые вооружённые силы. Когда Советский Союз воевал с Финляндией, ей оказывали помощь добровольческие интернациональные группы. От поражения они не спасли. Национальные батальоны и батальоны добровольцев важны, но как только проигрывает основная армия, они уже значения не имеют. После прорыва Линии Маннергейма и выхода к Выборгу наличие всех этих контингентов никакой роли не играло, разговор мог идти только о заключении мира на условиях Советского Союза, как это и произошло в реальной истории.

«ЗАВТРА». Можно ли рассматривать российскую спецоперацию с точки зрения теории ритмов?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Да. Существуют стандартные темпы: 7 дней и 28 дней, дальше идёт отрезок в пределах 100 дней. Следующие этапы – 9 месяцев, 2,5 года, 7 лет. Эта теория верна и по отношению к ведению войны.

Есть сверхбыстрые войны, продолжающиеся сутки. Суточный ритм означает, что войны как таковой нет: боевые действия не ведутся, слабейшая сторона капитулирует. Так было, например, 9 апреля 1940 года в ходе операции "Везерюбунг": Дания капитулировала перед немецкими войсками в считаные часы. Потери обеих сторон – человек 10—15. Советская операция в Чехословакии продолжалась даже менее суток. У американцев в Гренаде так хорошо не получилось, но и они справились там довольно быстро.

Второй срок для ведения войны – это неделя. Недельная война может быть исключительно ожесточённой, с очень серьёзными боевыми действиями и значительными жертвами, по крайней мере, с одной стороны. Самый показательный пример – шестидневная война на Ближнем Востоке в 1967 году, когда Израилю удалось решить свои военные проблемы в течение недели, хотя война и закончилась не миром, а перемирием. Египет с Сирией попытались с 6 по 23 октября 1973 года взять реванш. Не получилось. Недельная война случается крайне редко.

Следующий временной промежуток с точки зрения теории ритмов – месяц плюс-минус пара дней. Примеров таких войн тоже довольно мало. Например, кампания вермахта против Польши, начавшаяся 1 сентября 1939 года. Решающая победа Германией была одержана довольно быстро: к концу третьего дня положение польских войск было откровенно безнадёжным, но только к концу сентября немцы фактически смогли приступить к организации управления на польских территориях.

«ЗАВТРА». А каковы временные рамки операций, которые можно условно назвать блицкригом?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Понятие «блицкриг» ввёл прусский генерал-фельдмаршал Альфред фон Шлиффен, проектируя военную кампанию против Франции в 1914 году. Блицкриг по Шлиффену длится 6 недель. Причём за эти 42 дня должна быть достигнута решающая победа. Дальше уже работают политики. В этот срок необязательно входят моменты «доедания» и полное занятие территорий. Переход к мирным переговорам тоже требует времени. Классические блицкриги длились именно 6 недель. Так, кампания вермахта во Франции и Бельгии, начатая 10 мая 1940 года, завершилась капитуляцией последних 22 июня.

По теории ритмов, если скоротечная война идёт успешно, но территории, подлежащие захвату, велики, а сопротивление пусть и разгромленных, но всё ещё существующих войск, серьёзно, то следующей цифрой считаются 100 дней. Это следующая критическая позиция, после которой становится ясно, остаётся ли военная операция короткой или она переходит на уровень длинной войны, первая отсечка в которой — девять месяцев. Если боевые действия идут девять месяцев, то есть почти год, это уже никак не блицкриг. Немцы после нападения на Советский Союз в 1941-м очень долго надеялись, что их блицкриг вот-вот закончится. В конце сентября – первых числах октября они перешли в наступление под Москвой. И как раз к ста дням (6 октября) Германия на московском направлении достигла колоссальных успехов: на какое-то время дорога на Москву была открыта. Это была последняя надежда немцев закончить войну быстро. Когда стало понятно, что их наступление затормозилось, они были вынуждены делить операцию на два этапа и начинать второй из них уже в ноябре, когда чуть подмёрзла земля. Шансов на молниеносную победу у Германии уже не было, впереди была большая война.

Я изучал карты боевых действий на Украине российского, украинского, английского и американского «производства». Если считать, что они правдивы, и учитывая все нюансы военной кампании, должен сказать, что нужно ждать классического блицкрига, то есть шестинедельного графика ведения операции. Говорю это исключительно как военный историк, без какого бы то ни было политического или другого подтекста. Считаю, что ситуация противоборствующей стороной откровенно и полностью проиграна. Формально ситуация выглядит так: наиболее боеспособные части украинской армии завязли под Донецком. Да, там завязли и войска ДНР и ЛНР, но это никакого значения не имеет, потому что фланги украинской группировки обойдены на десятки километров в оперативном масштабе и на полторы-две сотни километров – в стратегическом. Имеются в виду наши дальние «крылья», которые ведут наступление.

«ЗАВТРА». В теории стратегии есть такое понятие, как «затенение территории». Объясните, что это такое? Наблюдаем ли мы «затенение» в ходе спецоперации?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Что это такое, объясню на примере кампании вермахта против СССР в 1941 году. Когда группа Гудериана вышла на оперативный простор, у неё была возможность выбирать: либо идти вперёд, то есть на восток, либо в какой-то момент свернуть на север или на юг. При этом если обороняющейся стороне нечем прикрыть прорыв, она должна исходить из того, что будут приняты все три решения разом. Она не может держать свои части на севере, потому что их могут обойти с востока, ударом на север, и не может держать свои части на юге, потому что их обойдут с востока, ударом на юг. Волей-неволей нашей армии пришлось отводить свои войска, тем самым давая возможность противнику двигаться вперёд, продолжая создавать угрозы на юге и севере. Такая ситуация и называется «затенение»: вроде бы войск противника на всей территории нет, но вы удержать её уже не можете и вынуждены отступать в надежде позже восстановить фронт. Есть ещё вариант остаться и проиграть. Именно так осенью 1941 года образовался Киевский котёл, когда группа Гудериана, обошедшая советские войска далеко с востока и севера, резко свернула на юг, после чего советская группировка была полностью окружена. Обе стороны понимали, что после прорыва Гудериана к Ельне территория всей Украины уже «затенена» и быть удержана в тот момент не может. Можно было думать об обороне пояса по Дону, но никак не по Днепру.

Сегодня вся территория Украины к востоку от меридиана Житомира «затенена». ВФУ нужно отходить на Западную Украину. Но даже это тяжело организовать, если вообще возможно при превосходстве России в воздухе и сложностях с горючим у украинских формирований.

«ЗАВТРА». Что и как со стратегической точки зрения сделала Россия на Украине?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Изложу свой взгляд на ситуацию. После первого удара по ВФУ возникло, естественно, сопротивление: было бы странно предполагать, что такие боеспособные войска, как украинские, не смогут создать позицию обороны. Далее, когда образовались либо котлы, либо угрозы котлов, украинские вооружённые формирования по законам боевых действий были обязаны контратаковать. И они контратаковали. Соответственно, вопрос резкого замедления операции был связан именно с этим. Контрудары закончились безрезультатно, противнику не удалось уничтожить ни одну из российских наступающих группировок и ни один из наших базовых плацдармов. Но контрудары автоматически означают, что наступающие группировки теряют темп и подвергаются сильным фланговым угрозам. Конечно, у российской армии есть первый и самый закономерный план – котлы против донецкой, киевской и харьковской группировок ВФУ. Причём в окружённых городах малые котлы уже есть, но тут речь идёт о довольно приличных по размеру окружениях. С этим киевское командование пытается справиться отводом войск, что в ситуации, когда на контрударах были потрачены горючее и боеприпасы, организовать довольно сложно.

Далее российская военная группировка продолжила наступление на западном берегу Днепра – на север от Херсона, по направлению к Днепропетровску. Важно, что продвижение идёт не только с севера, но и с юга, что было гораздо менее ожидаемо Киевом и более опасно для ВФУ. Наш удар был нанесён неожиданно, противник не успел перекрыть этот район. Наш прорыв из Крыма на территорию Херсонской области и одновременно выход вдоль Азовского моря на связь с восточной группировкой – делает позицию ВФУ абсолютно проигранной. Они могли бы перебросить под Херсон часть войск из Донбасса, но не сделали этого.

«ЗАВТРА». Какие факторы политического, экономического характера могут повлиять на дальнейшее развитие ситуации на Украине?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. На Украине потихонечку начинают задаваться вопросом: как получилось, что война почти проиграна? А надо сказать, что в ВФУ многие генералы и старшие офицеры вышли ещё из советской военной школы, к тому же украинские военные прошли довольно серьёзную подготовку под руководством натовских специалистов.

Здесь вспоминается недавний конфликт Армении и Азербайджана. Никто в Армении не простит Пашиняну, что он ввязал страну в войну, которую не может выиграть и в которой у него в нужный момент не оказалось ни одного союзника. Можно сказать, что на Украине случилось то же самое: Запад не показал себя по отношению к ней надёжным союзником. Конечно, экономические санкции в отношении России можно считать неплохой помощью Украине, но, как видим, они вообще не отражаются на ходе военной операции и не отразятся, даже если она продлится и 100 дней. Для украинского командования столько продержаться – сегодня почти несбыточная мечта.

«ЗАВТРА». Задумаются ли украинцы о том, что западная ориентация фактически погубила Украину, и нужно начинать смотреть в другую сторону?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Думаю, да. Ведь они не могут не понимать, что именно антирусский вектор поставил Украину перед назревающей военной катастрофой. Если говорить сейчас о задачах российской дипломатии, необходимо понимать, что заключить мир с Украиной нужно так, чтобы проигравшая сторона не воспринимала себя разбитой. Потому что поражение не изгладится из памяти. Нужно создать такие условия, чтобы в сознании украинцев преобладала мысль, что объединение двух братских народов всегда было необходимым и естественным, но только напавший на украинцев на некоторое время морок отдалил их от русского народа.

Если кто-то считает подобное невозможным, то хочу напомнить историю Австро-Прусской войны 1886 года. Разница между Пруссией и Австрией и между Россией и Украиной имела достаточно похожее соотношение. Австрия – это южные немцы, говорящие на немецком языке, имеющие в целом ту же военную доктрину. Конечно, была нужна гениальность генерала фон Мольтке (который наряду с Бисмарком и Рооном считается основателем Германской империи), чтобы не просто выиграть Прусскую кампанию, а выиграть её быстро и красиво. Но Бисмарк фактически запретил своим войскам захватывать Вену. Когда у него позже спросили: почему, – он ответил: «Да вы поймите: задача была не разгромить Австрию. Задача была заставить австрийцев нас полюбить! А для этого вхождение в столицу – точно не лучшее из того, что можно было сделать». Заметим, что с Францией он мириться не предполагал, поэтому по Парижу немецкая армия прошла церемониальным маршем.

«ЗАВТРА». Это действительно хороший исторический пример, потому что есть мнение, что воссоединение России и Украины уже невозможно, и именно сейчас происходит рождение украинской нации…

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. На моей памяти это уже четвёртый или пятый момент её «рождения». До сих пор мне казалось, что нации, как и люди, рождаются однократно.

У нынешней операции на Украине есть военное значение, и оно понятно, особенно в свете находок на её территории элементов бактериологического оружия и разговоров про ядерное вооружение с планами создания там «грязной» бомбы. Очевидна она и с политической точки зрения: в условиях распада глобализации, развала мира на локальности Россия чётко указывает, какие локальности она считает своей сферой влияния. До начала нашей спецоперации американцы на протяжении многих лет всех убеждали, что время сфер влияния закончилось, добавляя про себя: «Ну, конечно, кроме нашей, американской». Сейчас уже этот разговор не ведётся, все очень чётко понимают, что сфера влияния – вещь совершенно объективная.

Но нельзя не учитывать, что ситуация, когда в сфере влияния одна из её важных держав является проигравшей, обиженной и желающей любыми средствами из сферы влияния уйти, – это плохая стратегия и плохая политика. Поэтому так актуально приведённое высказывание Бисмарка в применении к российско-украинским отношениям. Но для этого надо выиграть войну у Украины. Это важнейшая задача, это необходимо сделать. Тем, кто считает, что боевые действия нужно заканчивать, надо иметь в виду ритмы, о которых я говорил: тормозя военные усилия России, можно только удлинить войну, но никак не сократить. При этом более важная задача – вернуть наши страны к тем отношениям, которые у нас были раньше.

Тот, кто говорит, что подобное невозможно, видимо, не знает историю российско-украинских отношений. За 300 лет было не одно сражение, подобное нынешнему. Вспомним хотя бы Полтавскую битву и гетмана Мазепу. На чьей стороне он был? Хорошо, что Пётр I не дал времени вооружиться сторонникам гетмана и начать активно действовать. Тем не менее сколько-то тысяч украинских казаков воевали в армии шведского короля Карла XII. Но мы выиграли сражение, территории оставили под своим контролем, виновных в антирусских действиях наказали. Столкновения были и в Гражданскую войну. Формально воевали белые и красные. Но вспомните, Украина тогда тоже успела объявить себя независимым государством, на что никто не обратил особого внимания. На её территории велись очень серьёзные боевые действия, а потом Украина стала одной из значимых частей Советского Союза.

«ЗАВТРА». Какие решения по переформатированию Украины возможны после завершения военной операции?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Первое: важно политически грамотно решить вопрос послевоенного устройства Украины, то есть установится ли там федерализация или что-то другое. Конечно, Запад приложит все усилия к тому, чтобы сохранился либо кусочек Западной Украины как «непокорённая, неприсоединившаяся территория», либо где-нибудь появилось «правительство Украины в изгнании», хотя оно, скорее всего, не будет иметь большого значения.

Второе решение, которое может быть принято, – прямое включение Украины в систему типа союзного государства. Но опять принципиально важным здесь является не получить преференции для России, а поступить так, чтобы Украина в очередной раз, может быть, не мгновенно, но пришла к выводу, что Запад им не друг и не помощник. Украинцы прекрасно понимают, что Украину советскую, какой бы враг ни напал, Россия всегда защитила бы, а вот Запад их сейчас не защитил. Достаточно большое число украинцев, которые выступали за западный вектор развития, должны чётко увидеть: произошло то, чего славянские народы не переваривают в самой большой степени – предательство со стороны Запада, который обещал помочь, но не сделал этого. А вот Россия, проводящая сейчас свою специальную военную операцию на Украине, предателем не является, поскольку открыто защищает свои интересы.

Действия России на украинской территории – подчёркнутая «война Ареса»: военная сила и военная хитрость (в том числе неожиданный удар), оперативная тактика (в том числе новое оружие) и оперативное искусство. Она соизмерима с лучшими операциями Второй мировой войны. А получение собственной зоны действия со своей сферой интересов, её защита и так далее – это стратегически важный ход. Единство тактики, оперативного искусства и стратегии в логике «выигрываем бой – выигрываем операцию – выигрываем войну» – это и есть «война Ареса».

Стратегическим ответом на «войну Ареса» является «война Афины» – война богатства и мудрости. И большая стратегия. Если стратегия – это способ выиграть войну, то большая стратегия – возможность выиграть мир. Сочетание большой стратегии и экономики – это извечный англо-американский способ ведения войн.

«ЗАВТРА». В таком раскладе Россия участвует в войне не с Украиной, а как раз с англосаксонскими странами…

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Решение США, Англии и примкнувшего к ним Евросоюза, который здесь явно играет не в свою игру, ввести против России санкции – это и есть «война Афины» против «войны Ареса».

«ЗАВТРА». Вы убедительно показали, что в «войне Ареса» у России есть стратегия. Есть ли у нас стратегия в «войне Афины»?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Проблема заключается в том, что у «войны Афины» абсолютно другие ритмы, чем у «войны Ареса». Они начинаются где-то с 2,5 лет. Только за этот срок воздействие на противника в экономическом, культурном и других пространствах начинает становиться сравнимым с воздействием на него в ходе собственно боевых действий. Для того чтобы довести эту ситуацию до результата, может потребоваться гораздо больший срок. Например, война Англии с революционной Францией, а потом с Французской империей потребовала более 20 лет – с 1789 по 1815 годы. Война Великобритании против Германии длилась с 1910-го по 1946-й. Холодная война США против Советского Союза шла с 1946 по 1991 годы – это стандартные временные рамки. Но во время «войны Афины» Англии и Америке потребовалось одновременно вести и реальные боевые действия: так было при Наполеоновских войнах, в Голландии, Дании, Пруссии, Португалии, Испании, Италии, Египте. В Первую мировую войну Англия была вынуждена кинуть миллионную армию на поля сражений. То есть в логике «войны Афины» – воевать не только экономически, но и на полях реальных сражений, и исключения здесь крайне редки.

Считаю, что сегодня Запад сделал две очень серьёзные ошибки: слишком быстро ввёл санкции против России, и их оказалось сразу слишком много. Если у вас время действия – единицы лет и больше, то вводить все меры воздействия за неделю – не самое умное решение. Такие вещи делаются гораздо медленнее, постепенным нагнетанием ситуации, а не попыткой сразу всё решить в свою пользу. Например, Запад мог бы не лишать наших олигархов их денег и квартир, а только всё время намекать, что это может случиться, заставляя их тем самым проявлять какую-то нужную Западу активность. Но когда их в одночасье лишают всего, то они прекрасно понимают (они же олигархи, у них определённый тип мышления), что если у них собственность отобрали, то её кому-то передали, и этот кто-то им её никогда не вернёт! Следовательно, никаких оснований в этой ситуации пытаться в чём-то подыграть Западу у них уже нет.

«ЗАВТРА». Понимают ли на Западе, что ошиблись?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Думаю, что англо-американцы осознали ошибочность своих действий с точки зрения большой стратегии. Возникает ощущение, что они обвиняют Россию в собственной ошибке. По их убеждению, Россия рассчитывала на немедленную капитуляцию Украины, потому и начала военные действия. Но, приняв сразу все санкции против нас, Запад также явно рассчитывал на мгновенную капитуляцию России – прекращение военной операции. Не вышло!

Беседовала Наталья Луковникова

Россия. Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 1 апреля 2022 > № 4028277 Сергей Переслегин

Строительная газета. КРТ шагает по стране: Александр Ломакин о целях, нюансах и перспективах комплексного развития территорий

Прошло чуть больше года с момента вступления в силу закона 494-ФЗ о комплексном развитии территорий (КРТ), внесшего существенные изменения в Градостроительный, Земельный и Жилищный кодексы страны. КРТ — сложный механизм. Большинство моментов его реализации регулируются региональными властями, а значит, ситуация может различаться в разных субъектах РФ и даже муниципальных образованиях. Чтобы понять, какие КРТ-инструменты появились на местах, как они работают и каких результатов ждать, «Стройгазета» побеседовала с первым заместителем главы Минстроя России Александром ЛОМАКИНЫМ.

«СГ»: Александр Николаевич, после принятия 494-ФЗ регионы должны были оперативно утвердить соответствующую нормативно-правовую базу. Процесс завершен?

Александр Ломакин: Сегодня все регионы приняли нормативные правовые акты (НПА) в объеме, обеспечивающем возможность подготовки и принятия проекта решения о КРТ, проведения торгов на право заключения договора о КРТ.

Минстроем России организована масштабная работа по утверждению нормативных актов субъектами РФ. Сформирован перечень обязательных к принятию НПА — прежде всего это закон субъекта о регулировании отдельных отношений в сфере КРТ, а также 8 обязательных и 13 рекомендуемых региональных нормативных актов. Все региональные органы исполнительной власти, ответственные за КРТ, находятся на постоянной связи с министерством. Для помощи в утверждении был организован доступ к НПА по субъектам и составлен рейтинг лучших практик НПА по разделам, создан оперативный чат по КРТ, где сотрудники Минстроя отвечали и продолжают отвечать на насущные вопросы реализации КРТ, представители органов исполнительной власти субъектов РФ обмениваются опытом. Более 630 региональных нормативных актов принято для реализации КРТ.

«СГ»: Какие инструменты дает в руки региону закон о КРТ?

А.Л.: 494-ФЗ определил подходы к реализации механизма КРТ и обеспечил передачу органам государственной власти субъектов РФ полномочий по определению критериев, гарантий прав граждан и других аспектов КРТ — в зависимости от специфики региона. Главная задача — сделать максимальное количество субъектов РФ самодостаточными. И здесь комплексное развитие территорий, которое объединяет все, от идеи до стройки, позволяет реализовать такие возможности.

Законом о КРТ установлены правила развития застроенных территорий, возможность сокращения сроков инвестиционно-строительного цикла за счет упрощенного порядка внесения изменений в документы территориального планирования и функционального зонирования. При КРТ жилой и нежилой застройки на основании утвержденного проекта планировки территории (ППТ) возможно утверждение изменений в генеральный план и правила землепользования и застройки (ПЗЗ). Подзаконными актами определены правила в части установления договорных отношений между правообладателем или победителем торгов и муниципалитетом — сроков и этапов реализации проекта, порядка изъятия объектов недвижимости, не являющихся жилыми объектами. Утверждены акты об оказании за счет средств Фонда содействия реформированию ЖКХ (Фонда ЖКХ) финансовой поддержки переселению граждан из многоквартирных домов (МКД), признанных аварийными.

Сегодня Минстрой России аккумулирует все вопросы, возникающие у чиновников, институтов развития, застройщиков по использованию механизма КРТ. Часть вопросов снимается разъяснениями норм закона. Вопросы, требующие внесения изменений в законодательство, находятся на постоянном контроле. Так, в 2021 году на федеральном уровне были утверждены нормативные акты, которые урегулировали вопросы в части условий проведения торгов, порядка согласования включения земельных участков в границы КРТ правообладателей, признания МКД находящимися в ограниченно работоспособном техническом состоянии, случаи предоставления лицам, заключившим договоры о КРТ, субсидий на возмещение понесенных расходов по переселению граждан из аварийного жилищного фонда, правил согласования изъятия объектов недвижимости, порядка принятия решения о КРТ правительством РФ.

Одним из серьезных вопросов для субъектов РФ, согласно п. 13 ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 21 июля 2007 года №185-ФЗ «О Фонде содействия реформированию ЖКХ», являлось условие предоставления и использования земельных участков, на которых располагались МКД, в любых целях кроме жилищного строительства. Фактически это запрет на использование земельных участков под расселенными аварийными домами под жилищное строительство. Минстрой России решил этот вопрос, в декабре 2021 года при внесении изменений в закон данный запрет снят для территорий, которые развиваются в рамках механизма КРТ.

В части смежных территорий КРТ ч. 9 ст. 66 Градостроительного кодекса (ГрК) РФ предусмотрены случаи, когда допускается принятие решения о КРТ в отношении двух и более несмежных территорий, в границах которых возможно осуществление деятельности по КРТ с заключением одного договора о комплексном развитии таких территорий. Многие субъекты выпустили нормативные акты, регулирующие развитие несмежных территорий, что позволяет сделать финансовую модель реализации КРТ более устойчивой.

В целом наблюдается тенденция, когда поручения Минстроя России по подбору территорий под КРТ побуждают региональные власти подходить к вопросу широко и в процессе поиска территорий под КРТ анализировать всю территорию города, выявляя точки роста, предлагая под развитие не только локальные участки, но и развитие общегородской инфраструктуры.

В рамках КРТ не предусмотрено принятие каких-либо «произвольных» действий, ущемляющих право собственности. Механизм сбалансированный, предусматривающий в случае необходимости компенсацию по рыночной стоимости объектов недвижимости и максимально учитывающий интересы собственников.

«СГ»: В части регионов работа с участками, развиваемыми по принципам КРТ, уже началась. Каков первый опыт?

А.Л.: Механизмы КРТ являются мерами поддержки стройотрасли, так как позволяют сокращать инвестиционно-строительный цикл и применять все инструменты финансовой поддержки возведения объектов. Сегодня субъекты РФ заявляют намерения о реализации КРТ на 753 территориях общей площадью 27 716 гектаров с градостроительным потенциалом общей площадью 173 млн квадратных метров, уже принято 76 решений о КРТ (8 из них предусматривают самостоятельную реализацию такого решения субъектом РФ, муниципальным образованием или юридическим лицом, созданным субъектом РФ в целях реализации решения о КРТ); проведено 25 процедур торгов на право заключения договора о КРТ; заключено 57 договоров о КРТ. В мае будут утверждены первые проекты планировки территорий, летом ожидаем первых разрешений на строительство. Это результат системной штабной работы с регионами, которая организована сегодня в правительстве РФ вице-премьером Маратом Хуснуллиным.

Пилотными КРТ стали проекты по инициативе правообладателей и проекты, которые были подготовлены для развития застроенной территории, но сегодня запущены проекты всех видов.

В части индивидуальной жилой застройки в правовом регулировании реализации КРТ заложен сбалансированный механизм, направленный на обеспечение максимальной защиты жилищных прав граждан. При этом, если говорить о КРТ, в границы которой включены земельные участки с расположенными на них домами индивидуального жилищного строительства, то речь идет о домах, соответствующих критериям, установленным субъектом РФ и отражающим их высокий уровень износа, ненадлежащее техническое состояние или отсутствие систем инженерно-технического обеспечения. Многие из регионов, исходя из своей специфики, установили такие критерии.

«СГ»: Каково ваше видение финансирования проектов КРТ?

А.Л.: Одной из целей КРТ является привлечение внебюджетных источников финансирования. Достижение необходимого экономического эффекта от реализации проекта КРТ обеспечивается возможностями публичных образований предоставить соответствующие виды разрешенного использования и технико-экономические показатели земельных участков, включенных в границы КРТ. Для этого рассчитывается финансовая модель проекта, в рамках чего и распределяется «нагрузка» на застройщика, в том числе в части расселения аварийного жилищного фонда, строительства инфраструктуры. Вместе с тем с учетом возможной низкой маржинальности проекта ГрК РФ допускает возможность предусмотреть в договоре о КРТ обязательство публичного образования обеспечить частично или в полном объеме строительство инфраструктуры, необходимой для реализации проекта.

Кроме того, в рамках правового регулирования реализации механизма КРТ предусмотрены значительные меры государственной поддержки, в первую очередь за счет федерального бюджета. Речь идет о субсидировании затрат застройщика, понесенных на расселение аварийного фонда. Сохраняются льготные ипотечные программы. При текущем размере ключевой ставки Центрального банка предлагаемые в рамках программы условия позволяют сохранить высокий уровень господдержки как граждан, так и самой отрасли в целом, строительных компаний, которые обеспечивают формирование качественного предложения на рынке, создание современного комфортного жилья.

«СГ»: Какой социально-экономический эффект ожидается от реализации в стране механизмов КРТ?

А.Л.: Главная задача — достижение показателей национальных целей: обеспечение комфортным жильем, расселение аварийного жилья, благоустройство территорий, вовлечение неэффективно используемых территорий в оборот. Наиболее значимая социально-экономическая задача, которую предстоит решать в рамках КРТ, связана с необходимостью расселения аварийного и ветхого жилищного фонда с сокращением его объемов.

Добавлю, что КРТ обеспечивает создание новой и развитие существующей транспортной, социальной, коммунальной инфраструктур, обновление застроенных территорий, депрессивных промышленных и производственных зон внутри городов.

И наконец, нельзя не отметить стимулирование градостроительного развития территорий с применением современных стандартов проектирования жилой застройки.

«В рамках комплексного развития территорий не предусмотрено принятие каких-либо «произвольных» действий, ущемляющих право собственности. Механизм КРТ — сбалансированный и максимально учитывающий интересы владельцев недвижимости»

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.gov.ru, 1 апреля 2022 > № 4022372 Александр Ломакин

О наших проблемах

Записки экономиста

Опубликовано в журнале Вестник Европы, номер 58, 2022

Яков Моисевич Уринсон — российский экономист, государственный и общественный деятель. Доктор экономических наук. Заслуженный профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Заместитель председателя правительства, Министр экономики Российской Федерации (в 1997-1998 годах). Председатель Управляющего совета фонда Егора Гайдара.

«…развилка, стоящая сейчас перед российскими властями, имеет экономическую основу, но решение о выборе пути носит политический характер.

Для тех, кто руководит страной, бюджетные доходы которой зависят от сырьевых рынков, это новая и трудная развилка: или ужесточение политического контроля, репрессий против несогласных, контроль за малотиражными СМИ, или постепенная демократизация режима, восстановление системы сдержек и противовесов во власти, свобода прессы, реальный федерализм.

…Надеемся, что, столкнувшись с этой развилкой, российские власти сделают правильный выбор».

(Егор Гайдар, Анатолий Чубайс. Развилки новейшей истории. — Санкт-Петербург: Норма, 2011, стр. 164-165).

Егор Гайдар писал о развилках, перед которыми в раздумье стояла Россия больше десяти лет назад. Сейчас эти развилки давно позади…Впереди новые. Какие экономические проблемы сегодня определяют будущее страны?

1.

БЕДНОСТЬ КАК ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

Если смотреть ретроспективно, то многие острейшие проблемы, стоявшие перед Егором Гайдаром и реформаторами 30 лет назад, давно сняты (например, дефицит наличности, галопирующая инфляция, тотальный дефицит продуктов и товаров, нестабильный курс рубля). Другие проблемы не ушли с повестки (необходимость глубокой структурной перестройки экономики, строительство современных институтов и пр.), но стали не критически важными, третьи наоборот, выдвинулись на передний план.

К наиболее острым проблемам, которые накопились в нашей экономике к настоящему времени, я бы отнес следующие.

Не может не беспокоить динамика реальных доходов населения (таблица 1), а попросту говоря, многолетнее их падение.

Таблица 1. Реально располагаемые денежные доходы населения Российской Федерации

Источник: rosstat.gov.ru/folder/13397?print=1

В первом десятилетии текущего века они ежегодно росли, хотя темпы их роста постепенно снижались. За период с 2014 по 2020 год при динамике, отраженной в таблице 1, реальные доходы российского населения снизились на 10,6%. Показательно, что в течение этого периода росла безработица. В 2014 г. численность безработных в России составила 3 млн 889 тысяч человек, а уровень безработицы (общая доля безработных среди населения трудоспособного возраста) равнялся 5,2%. В 2020 г. безработных в России стало 4 млн 321 тысяча человек, а уровень безработицы достиг почти 6%

(Источник: «Занятость и безработица в Российской Федерации 2020». Федеральная служба государственной статистики — gks.ru/bgd/free).

Сложившееся положение особенно настораживает, так как, очевидно, не продвигает к решению нашей наиболее острой проблемы — бедности значительной части населения.

В России бедными сегодня статистика считает тех, кто живет меньше чем на 2,15 доллара (153,13 р.) в день. Имея низкие доходы, недостаточную имущественную обеспеченность и неудовлетворительные жилищные условия, люди, попавшие в такую ситуацию, не в состоянии поддерживать свое здоровье на необходимом уровне, получать приемлемое образование, а потому неконкурентоспособны на рынке труда и, как правило, сталкиваются с неурядицами в семейной жизни.

Но вообще есть несколько (основных три) подхода к определению бедности:

Абсолютная концепция — недостаточное удовлетворение физиологических потребностей (питание, одежда, предметы длительного пользования, жилье), определяющих прожиточный минимум.

Относительная (депривационная) концепция — худшее положение человека относительно материальной обеспеченности преобладающей части населения.

Субъективная концепция — собственная оценка гражданами их материального положения и качества жизни.

Различают текущую (на данный момент, в определенный месяц или год) и хроническую, воспроизводимую в течение длительного времени, бедность. Для оценки бедности в теории и на практике применяются различные показатели — индексы нищеты населения (ИНН). Их варианты:

ИНН-1 рассчитывается как простая среднеарифметическая величина индексов по группам населения; ИНН-2 рассчитывается как средневзвешенная величина из индексов по группам населения с весами, равными численности населения в этих группах.

Применяют также Индекс глубины бедности — во сколько раз доходы бедных домохозяйств ниже относительной черты бедности.

Известны различные методы расчета уровня бедности: нормативный, в рамках которого бедными считаются те, кто не могут удовлетворять свои физиологические и социально-культурные потребности в соответствии с научно-обоснованными нормами и нормативами потребления различных половозрастных групп населения; комбинированный (нормативно-статистический) метод применяется, если отсутствуют нормы и нормативы на отдельные товары и услуги или если не известны нормы и нормативы по некоторым группам населения. Для оценки необходимых расходов ненормируемых товаров, услуг и групп населения в российской статистической практике применяют поправочные коэффициенты, вычисляемые по долям соответствующих статей расходов в бюджетах малоимущих семей. При этом необходимо учитывать, что домохозяйства могут недостаточно потреблять не только из-за низкого дохода, но и вследствие отсутствия необходимых активов, плохого здоровья или образования, других неблагоприятных обстоятельств. Отсутствие прав человека, политических свобод, социальная эксклюзия также ограничивают жизненные возможности человека и семьи.

Ясно, что у нас, во всяком случае, бедных не становится меньше: раз экономика стагнирует, доходы работающих падают, то бедных, как ни исхитряйся считать, становится больше.

А что у других?

В последние годы наиболее высокие показатели по темпам роста и уровню благосостояния среди всех постсоциалистических стран имеют Чехия и Словакия.

Давайте присмотримся к ним. Экономический рост в этих странах составляет около 2% в год.

В списке стран по индексу человеческого развития (ИЧР) ООН, опубликованном 15.12.2020, Чехия занимает 27-е, Словакия 39-е место из 187 государств — членов ООН. Это очень прилично. Уровень безработицы в Чехии достигает 4%, в Словакии — 8%. Минимальная и средняя заработная плата составляют в Чехии 580 евро и 1320 евро в месяц, в Словакии — 435 евро и 800 евро. Пенсионный возраст в Чехии — 67 лет, в Словакии — 62 года вне зависимости от пола. По состоянию на 2018 год достигли пенсионного возраста в Чехии примерно 21%, в Словакии — 25% от общей численности населения. Минимальный размер пенсии в Чехии не устанавливается, а ее средний размер составляет 560 евро в месяц, или 42% от средней заработной платы. В Словакии минимальный размер пенсии составляет 220 евро в месяц, или 50% от минимальной заработной платы, средний — 400 евро в месяц, или также 50% от средней заработной платы. Поддерживать достойный уровень жизни в этих странах помогает стабильная экономика и относительно низкие (по сравнению с другими восточно-европейскими странами) цены.

Как считать бедных? При определении бедности в России используется абсолютная концепция, согласно которой черта бедности устанавливается на уровне прожиточного минимума, рассчитанного в соответствии с физиологическими нормами поддержания жизнедеятельности. К бедным относятся те, кто имеет доходы ниже прожиточного минимума. Для кого проблема даже пропитание. Таких людей у нас очень много. Я считаю, что основной формой государственной поддержки малоимущих россиян должен стать так называемы социальный контракт.

По официальным данным выборочных обследований домашних хозяйств и статистики денежных доходов населения, в России численность населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума составляла в 1992 году 33,5% от общей численности населения страны. Затем удельный вес такого населения снижался и в 1997 году составил 20,8%. После кризиса 1998 года он снова возрос и достиг 29% в 2000 году. В дальнейшем этот показатель устойчиво снижался вплоть до 2012 года, когда он был минимальным — 10,7%. После этого он повышался до 13,4% в 2015 году и снова снизился до 12,1% в 2020 году.

Таким образом, в целом за 1992–2020 годы численность населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума сократилась в 2,8 раза при колебательной динамике внутри этого периода. Несмотря на все проблемы и противоречия, которые имели место в эти годы, снижение масштабов бедности является важным достижением последнего тридцатилетия российской истории. При этом различия в соотношении среднедушевых денежных доходов населения с величиной прожиточного минимума В среднем по стране в 2020 году различие составило 315,4%.

Но усреднение по стране мало что дает для понимания реальной картины. В регионах, ситуация сильно различается.

Самым высоким различие среднедушевых денежных доходов населения с величиной прожиточного минимума в этом году оно оказалось в Ямало-Ненецком автономном округе (538,6%), Москве (427,8%), Санкт-Петербурге (413,6%), Ненецком автономном округе (384,4%). Это означает огромное расслоение общества. При этом, если бы сравнивали медианные доходы, расслоение оказалось бы еще большим. Огромна разница в доходах самых богатых и самых бедных. В целом, на наших просторах ландшафт довольно однообразный.

В Сахалинском крае (377,9%), Республике Татарстан (372,5%), Московской области (352,5%), Воронежской области (349,9 Свердловской области (343,9%). Самым низким это соотношение было в Республике Тыва (159,7%), в Ингушетии (162,8%), Карачаево-Черкесской Республике (180,7%), Еврейской автономной области (181,3%), Кабардино-Балкарии (184,1%), Калмыкии (190%), Республике Алтай (199,7%), Забайкальском крае (201,9%), Курганской области (209,3%), Республике Бурятии (209,8%). Эти различия обусловлены как уровнем социально-экономического развития региона, так и состоянием регионального рынка труда.

В Москве, Санкт-Петербурге вызывающее богатство соседствует с бедностью. В других регионах не так разителен контраст. Но прожиточный минимум единый по стране. Это величина, конечно расчетная. условная, но базовая. От нее идут расчеты всех социальных программ. В 2021 году величина прожиточного минимума установлена постановлением Правительства РФ от 31.12.2020 № 2406 в размере 11653 рубля на душу населения в целом по стране, для трудоспособного населения — 12702 рубля на душу, пенсионеров — 10022 рубля на душу, детей — 11303 рубля на душу. Эти размеры прожиточного минимума рассчитаны в соответствии с федеральным законом от 29.12.2020 № 473-ФЗ, по которому он исчисляется исходя из медианного дохода, а минимальный размер оплаты труда (МРОТ) устанавливается в размере не ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по РФ на очередной год и не ниже МРОТ текущего года.

Это ведь уже для многих стало такой мантрой мало кого интересующей, все знают: бедные беднеют, богатые богатеют.

Во-первых, важно создать условия для самообеспечения нормального уровня благосостояния семей с трудоспособными взрослыми. Во-вторых, нужна эффективная поддержка уязвимых слоев населения (инвалидов, престарелых, семей с высокой иждивенческой нагрузкой). В-третьих, необходимо наладить недискриминационный доступ нуждающихся граждан к бесплатным ресурсам.

Все активнее обсуждается необходимость пересмотреть и сократить число льготников. Нужна первоочередная поддержка беднейшего населения, не имеющего объективной возможности получения надлежащего трудового дохода. Государственная поддержка должна стать эффективным средством социальной защиты малоимущих, не поощряя при этом иждивенчество. Но проблема сложнейшая, многофакторная…

Я считаю, что основной формой государственной поддержки малоимущих россиян, на наш взгляд, должен стать так называемый социальный контракт.

Он предусматривает определенные обязательства со стороны реципиента: получить минимально необходимое профессиональное образование, завести личное подсобное хозяйство, заняться собственным бизнесом. Это помогает людям выйти из кризисной ситуации, не порождая иждивенческих настроений, не лишая их мотивации развития.

В Швейцарии несколько лет назад провели референдум по вопросу, не ввести ли в стране безусловный всеобщий (не маленький, больше 2000 евро) доход. И зрелое общество проголосовало против. Но вообще, к этой идее все чаще обращаются в разных странах, хотя это очень «левый» и не бесспорный подход.

Важно понимать, что при любых (кроме ведущего к финансовой катастрофе) вариантах государственной поддержки нуждающихся в ней слоев населения самым важным условием достижения (и поддержания) достойного уровня жизни граждан в долгосрочной перспективе является устойчивый экономический рост.

Конечно, политики, футурологи, экологи, историки предупреждают, что вечный рост в принципе невозможен, поскольку существуют глобальные природные и экономические кризисы, пандемии, как та, в которой мы барахтаемся уже два года, экологические и иные, вплоть до культурных и религиозных, ограничения. Тем не менее, мир, ООН приняли концепцию и философию Устойчивого развития. Развития, а не стагнации! И действуют в ее рамках.

Выход на траекторию такого экономического роста с необходимостью требует, на мой взгляд, воплощения в жизнь своего рода пакета либеральной демократии, который предусматривает решительную модернизацию политической системы, институтов и экономических отношений, сложившихся в стране.

Это необходимо, чтобы не «отстать навсегда» от группы стран-мировых лидеров, создающих сейчас новую экономику, новую энергетику, новую цифровую, технологическую, транспортную, информационную, глобальную инфраструктуру. В этот переломный момент мировой истории будет катастрофой уходить в изоляцию. Передовой мир и запада, и востока развивает (пусть не без проблем) демократические ценности и институты.

Даже Китай, путь развития которого представляют альтернативой западному пути, огромное внимание уделяет человеческому капиталу, образованию, культуре, мировому сотрудничеству, от спорта до космоса, строит оборудованные по последнему слову университеты и художественные центры, их студенты обучаются в лучших университетах мира.

2.

СТРУКТУРНЫЕ ДИСПРОПОРЦИИ

О несовременной структуре нашей экономики мы говорим не первое десятилетие. Но в период с 2014 по 2020 г. структурные диспропорции опасно обострились. Сегодня топливно-энергетический комплекс (ТЭК) формирует около трети валового внутреннего продукта (ВВП) страны.75% нашего экспорта обеспечивается вывозом нефти, газа, угля, металлов и минеральных удобрений. В то же время страна критически зависит от импорта современных машин и оборудования, а также продовольствия («Внешняя торговля» — rosstat.gor.ru>folder/11193).

Доля инновационной продукции в общем объеме промышленного производства у нас меньше 1%. В Финляндии, например, которую в начале ХХ века называли «отсталой окраиной Российской империи», она в наши дни составляет 25%.

Если же взять обобщающий макроэкономический показатель — производительности труда, то по нему мы отстаем от США и стран Западной Европы в 3-5 раз.

Могут сказать: ну вот, теперь вы вгоняете нас в пессимизм. Между тем, именно исторический пессимизм, неверие в творческие возможности собственного народа, неверие в возможность лучшего, свободного будущего страны в мировом сообществе служит основой автаркии и деспотизма.

Я не пессимист. Я экономист и знаю, что Российская Федерация имеет серьезные конкурентные преимущества на мировом рынке. Россия занимает первое место в мире по запасам природных ресурсов — черноземов, запасов водных и лесных ресурсов, полезных ископаемых. Их стоимость, по оценкам Мирового валютного фонда (МВФ) и Мирового банка (МБ), составляет около 76 трлн долларов США. В стране достаточно квалифицированной рабочей силы и значительные интеллектуальные возможности, неплохое экономическое законодательство. Но мы лишь на 48-м месте в мире по общему состоянию экономики и на 52-м месте по индексу человеческого развития (ИЧР) (см. таблицы 2 и 3).

Таблица 2. Выписка из списка стран мира по объему ВВП (ППС) на душу населения — 2020 г., МВФ

Таблица 3. Список стран мира по индексу человеческого развития (ИЧР) — 2019 г., Программа развития ООН

Можно заметить, что в этих таблицах Китай гораздо ниже России. У Китая огромное, полуторамиллиардное население, поэтому в пересчете на душу населения он пока отстает, конечно. Но когда и если (я в этом не уверен) выйдет вперед — станет недосягаем. Но нас волнует наша страна. Очевидно, занимаемые Россией места в мировых рейтингах не соответствуют ее интеллектуальному потенциалу и уровню обеспеченности ресурсами. Если мы хотим — а мы хотим! — выйти на траекторию мирового современного социально-экономического развития, нам необходима решительная модернизация политической системы, институтов и экономических отношений, сложившихся в стране.

Мне могут возразить: мы с вами, положим, хотим. И еще пятнадцать, много -двадцать процентов населения хочет и может. Но хочет ли этого большинство граждан? Ведущие политические силы?

Отвечу так: никто не объявлял о политике национального самоуничтожения, государственной и экономической деградации, никто не голосовал за такую политику. Люди в большинстве своем разумные существа, склонные к стремлению обеспечить лучшее будущее своих детей, поэтому позитивные изменения необходимы и неотвратимы.

В процессе политической модернизации предстоит перейти от государственного патернализма к социальному партнерству. В частности, воплотить в жизнь упоминавшийся мной так называемый «пакет либеральной демократии» и обеспечить реальную многопартийность; общественный контроль за бюрократией и бизнесом; децентрализацию власти и развитие местного самоуправления.

Здесь ключевое слово «реальную». В процессе модернизации институтов предстоит добиться безусловного соблюдения прав собственности и верховенство закона. И это — более чем актуально, если вспомнить истории разных лет: Ходорковского, Евтушенкова, Чичваркина и тысяч (!) других, менее заметных предпринимателей, в том числе, местного уровня.

На недавней встрече Президента В.В. Путина (в режиме видеоконференции 9 декабря 2021г.) с членами Совета по развитию гражданского общества и правам человека Ева Меркачёва говорила: «Несмотря на то что число людей в наших местах лишения свободы уменьшается …– ситуация уникальная: их количество в СИЗО растёт. На сегодняшний день там находится 109 тысяч человек. То есть получается, что каждый четвёртый, который находится у нас за решёткой, это невиновный человек, потому что до суда человек ещё не виновен, пока суд его вину не установил. Что они делают в СИЗО?» Она привела несколько вопиющих примеров. «Например, ректор знаменитой «Шанинки» Сергей Зуев три операции в этом году перенёс. Зачем его арестовали и он находится в тюремной больнице? Врачи, акушеры-гинекологи, в том числе среди них есть те, которые проходят по так называемому делу репродуктологов, — все сидят… У всех преступления экономические — непонятно, повторюсь, что они делают в СИЗО, они вполне могли бы быть под домашним арестом. Примеров на самом деле масса. Это просто люди, которые на слуху, но есть огромное количество тех, кто никому не известен, при этом они являются многодетными матерями, они являются бизнесменами и так далее. Пока они сидят, происходит что-то невообразимое с их бизнесом, с их семьями…Это, собственно, единственный механизм, который, наверное, следствие сейчас может использовать, чтобы какие-то доказательства получить, собрать» (сайт в режиме видеоконференции) 9 декабря 2021г. http://kremlin.ru/events/president/news/67331

* * *

В процессе модернизации экономических отношений, на мой взгляд, главное — создать условия для справедливой конкуренции. Именно она служит катализатором научно-технического прогресса, экономического роста и улучшения благосостояния населения. При этом надо исходить из того, что в современных условиях темпы и пропорции социально-экономического развития обеспечиваются не столько вовлечением в оборот дополнительных ресурсов, сколько динамикой и качеством человеческого капитала. Отсюда — особая актуальность создания благоприятных условий для функционирования всей социальной сферы, и в особенности — здравоохранения и образования. Именно они в наибольшей мере способствуют наращиванию человеческого капитала. Могу назвать и конкретные меры, которые, на мой взгляд, будут способствовать решению назревших в экономике проблем. Первым делом — диверсифицировать доходы федерального бюджета и сократить его затраты (прежде всего — на госаппарат). Во-вторых, следует создать благоприятные условия для развития частного бизнеса, что обеспечит ввод новых рабочих мест и повышения занятости населения. Проще говоря, нужно не «кошмарить» бизнес, а предоставить ему гарантии собственности, защитить от произвола силовиков и госчиновников, вести продуманную таможенную и тарифную политику. В–третьих, необходимо сделать, наконец, то, что так и не сделано за тридцать лет — приватизировать неэффективные государственные компании, прежде всего — дотационные. На их месте появятся дееспособные частные предприятия, снизится безработица, и ослабеет социальная напряженность в обществе. Приватизация — одно из самых действенных средств выхода из финансово-экономических кризисов. И, наконец, в-четвертых, стоит подумать о снижении налоговой нагрузки на отечественный бизнес. Это будет стимулировать предпринимательскую активность, в первую очередь — малый и средний бизнес. Для России это особенно актуально. Ведь у нас доля малого и среднего бизнеса в экономике в 2018 г. составила лишь 20%. В то время как в США эта доля равна 56%, Германии — 43%, Китае — 60%, даже в Узбекистане — 56,9%. Ведь не надо быть экономистом, чтобы понимать, как все связано. Государственные предприятия пожирают дотации, невозвратные кредиты, их топ-менеджеры красуются в списках ФОРБС, а люди, занятые на них, «бюджетники», получают растущую заработную плату. За последние годы мы, по официальным данным, достигли предельных для отечественной экономики значений коэффициента использования производственных мощностей и показателей занятости населения. При этом рост производительности труда у нас уже длительное время отстает от роста заработной платы. И все это ложится тяжелым грузом на экономику. Как ей ускорятся и расти?

3.

ПОЛЗУЧАЯ КОНТРРЕФОРМА?

Складывается впечатление, что уже давно и неостановимо идет необъявленная экономическая контрреформа. По данным Федеральной Антимонопольной Службы, вклад государства и госкомпаний в ВВП России вырос с 35% в 2005 г. до 70% в 2015 г. Количество государственных предприятий за это время утроилось, а значит, и упрочилось административное управление экономикой. «По оценке ИПЭИ РАНХиГС, в 2000 году индекс государственной собственности РФ составил 31,2% ВВП, а в 2019 году он вырос до 53,1%, по состоянию на 16 июля 2021 г. государство владело долями в 752 акционерных обществах и 496 федеральных государственных унитарных предприятиях. По данным ЦСР, в 2018 году доля совокупной выручки контролируемых государством компаний в сфере добычи нефти и газа составила 74,4%, в сфере машиностроения, электроники, оптики и электрооборудования — 55,6%, в финансах и страховании — 46,8%. При этом в строительстве этот показатель составляет лишь 20,9%, а в торговле сводится к 1,1%… По мнению экспертов, все это приводит к снижению эффективности функционирования рыночных механизмов: из-за конфликта интересов собственника и блюстителя рыночных правил игры нарушается принцип равенства компаний во взаимоотношениях с государством. Конкурентные механизмы замещаются административным ресурсом и лоббистскими возможностями».1

Госпредприятия (или «предприятия с государственным участием», растут и множатся, как грибы после дождя, причем создаются они на рынках с развитой конкуренцией, а не только в естественно-монопольных отраслях. Между тем хорошо известно, что административный ресурс порождает коррупцию. что предпринимательская активность отечественного бизнеса и приток иностранных инвестиций тормозятся высокими институциональными барьерами. Главные из них — незащищенность частной собственности и недобросовестная конкуренция. Зачастую административный ресурс заменяет и вытесняет инновации. В условиях неудовлетворительного судопроизводства неоправданно растут транзакционные издержки и усиливается коррупция.

В свое время, будучи министром экономического развития и потом вице-премьером в правительстве Черномырдина, я курировал ВПК и угольную промышленность. Развитие их пошло очень по-разному. Угольная промышленность, если вспомнить, была самой кризисной отраслью с годовыми невыплатами зарплаты, долгими забастовками шахтеров, помните, они стучали целый год касками перед зданием правительства РФ (и мы это терпели!). Отрасль была одной из первых реформирована, важнейшие предприятия приватизированы, и теперь она не в новостных заголовках.

Хотя в современном мире похоже, наметился спад спроса на уголь, да и нефть, и вообще в углеродной энергетике в ближайшие десятилетия ожидаются серьезные проблемы. Мир к этому готовится, а мы пока больше говорим на эту тему.

С оборонным комплексом другая история. В федеральном бюджете России, особенно после событий в Крыму и на Украине, наблюдается ярко выраженный приоритет ВПК и военных расходов. В то же время наращиваются и определенные социальные расходы, что позволяет покупать лояльность населения.

Патернализм и огосударствление экономики обусловливают ее низкую эффективность, о чем уже говорилось выше.2

4.

ВОЗВРАЩАЯСЬ К СМЫСЛУ РЕФОРМ

К концу 1991 года, когда Ельцин и Гайдар начали реформы в Российской Советской Федеративной Социалистической Республике, Советский Союз если и существовал, то только де-юре. Де-факто единого государства уже не было. Силовые структуры оказались недееспособны и в августе 1991 года не подчинялись командам своих высших руководителей. Экономика не работала, рубль стал «деревянным», полки магазинов опустели. Предприятия не могли нормально функционировать в условиях неплатежей, люди лишались даже той зарплаты, которую трудно было отоварить. 16 августа 1991 года заместитель премьер-министра СССР, министр экономики В. Щербаков направил Президенту СССР М.С. Горбачеву секретный доклад (в 1994 году он был рассекречен) «О неотложных мерах по нормализации финансов и денежного обращения».3

В нем он бил тревогу, описывая катастрофическое положение дел: «Страна ускоренными темпами втягивается в глубокий финансовый кризис и развал денежного обращения. Эти факторы в настоящее время в решающей степени определяют ухудшение экономической, социально-психологической и политической ситуации в стране». Далее в докладе анализировались различные сценарии выхода из кризиса и делался вывод: в любом случае придется приступить к немедленной «либерализации всех цен, прежде всего на топливно-сырьевые ресурсы, тарифов на перевозки грузов, розничных цен на продовольственные и другие товары. На товары, составляющие основу прожиточного минимума (5-6 видов продовольствия, 5-6 непродовольственных), придется вводить карточки».

В. Щербаков подчеркивал, что необходимым условием оживления экономики является проведение денежной реформы рестрикционного характера и 3-4-разовой девальвации официального курса рубля к доллару с общим его понижением примерно до уровня биржевого (30:1 — 35:1). Он заключал, что значительно возрастает опасность введения республиками собственных денег и полного распада государства.

Предложения В. Щербакова также, как и все другие инициативы по выходу из критической ситуации, были тогда отвергнуты Верховным Советом СССР, верховными советами союзных республик и Советом Федерации.

Как мы теперь знаем, жизнь сложилась так, что ту жуткую кашу, которую не один год заваривали умудрённые большим партийно-советским опытом, руководители СССР, пришлось расхлебывать правительству Ельцина–Гайдара.

Причём действовать нужно было быстро и решительно. У первого постсоветского правительства России не было никаких 500 дней для проведения экономической реформы. Гигантские очереди в магазинах за всем — от хлеба до водки, сигаретные бунты, перебои в работе систем водоснабжения и отопления. Останавливались не только мелкие и средние, но и самые что ни на есть системообразующие предприятия страны. Бастовали уже не только шахтеры, но даже рабочие оборонных заводов.

Время на подготовку к радикальной экономической реформе было упущено. Конечно, было бы правильнее до либерализации цен накопить ресурсы для интервенций на товарных рынках, чтобы смягчить неизбежный ценовой шок. Но о каком накоплении ресурсов могла идти речь, если стране реально грозил голод. Руководители многих областей и городов страны слали в Москву Ельцину и Гайдару телеграммы, уведомлявшие об исчерпании продовольственных ресурсов, с требованиями их скорейшего пополнения. Золотовалютные запасы страны практически равнялись нулю. Новых займов нам ни одна страна не давала. Более того, в счет старых долгов в канадских и европейских портах арестовывались корабли с зерном, которое мы должны были получить по ранее заключённым соглашениям.

А в это время правительство Ельцина–Гайдара должно было: создавать новую бюджетную и жизнеспособную налоговую систему, чтобы хоть как-то наполнить казну и сформировать реальный бюджет страны; наводить порядок в банковской системе и денежном обращении в условиях общего с бывшими союзными республиками рублёвого пространства (печатались наличные деньги, к счастью, только в России — в Москве, Питере и Перми, а вот кредитную эмиссию банков Украины или Грузии проконтролировать было практически невозможно); обустраивать государственную границу Российской Федерации и вводить таможенно-тарифное регулирование; договариваться с МВФ и Мировым банком о стабилизационном и продовольственном займах; решать самые насущные проблемы поддержания систем жизнеобеспечения населения и т.д.

Сегодня молодые люди не ведают, а многие из тех, кто постарше, уже подзабыли те ожидания грядущей катастрофы, которые овладели и руководителями предприятий, и региональными лидерами, и федеральными чиновниками, и рядовыми гражданами. Как мы теперь знаем, правительство Ельцина–Гайдара сумело избежать худшего варианта развития событий и постепенно стабилизировало ситуацию. Но столкнулось это правительство не только с экономическими, но и с военно-политическими проблемами.

Распад Советского Союза, мощнейшей ядерной державы, на пятнадцать независимых государств обещал возникновение как минимум нескольких новых ядерных государств. Как удалось избежать этого и сконцентрировать всю ядерную мощь СССР в России? Имела место очень непростая, закулисная по определению, дипломатия.

И сегодня не обо всем публично рассказано. Президент Ельцин и первое Правительство новой России вынуждены были в условиях остродефицитного бюджета искать необходимые решения по финансированию Вооруженных сил страны, государственного оборонного заказа и поддержанию на должном уровне атомно-оружейного комплекса. Б. Ельцин, Г. Бурбулис, С. Филатов, Е. Гайдар, П. Грачёв, А. Козырев, П. Авен, В. Барчук, В. Ерин, А. Нечаев, Ю. Рыжов, Б. Салтыков, А. Чубайс, С. Шойгу, А. Шохин, Е. Ясин и все, кто был тогда причастен к принятию сверхответственных решений в этой области, думаю, опасались, что раскол страны приведёт к вооруженным конфликтам в бывших союзных республиках, то есть пойдёт по сценарию, который реализовался через несколько лет в Югославии. Для ядерной державы это означало бы катастрофу планетарного масштаба.

К счастью, этого не произошло. Достигнув известных договоренностей со своими соседями, Россия решительно приступила к построению нового демократического государства, базирующегося на рыночной экономике. При этом удалось избежать не только военного противостояния с появившимися на месте бывших союзных республик государствами, но и гражданской войны внутри страны. Меры, принятые в ходе радикальной экономической реформы правительством Ельцина–Гайдара уже в январе 1992 года, позволили избежать худших вариантов развития событий. Демонтаж планово-распределительной системы и формирование рыночных институтов, либерализация экономики раскрепостили и предприятия, и людей. Страна постепенно, с большим трудом и издержками стала выходить из кризиса. Именно в 1992 году закладывались основы последующей стабилизации и экономического роста.

Экономисты любят цифры. Приведу их. В целом за последние 30 лет имели место поступательное развитие экономики и улучшение уровня жизни российских граждан (см. таблицу 4).

Таблица 4. Развитие экономики и динамика уровня жизни населения Российской Федерации

Источник: rosstat.gov.ru, rosinfostat.ru.

Вместе с тем в 2010–2020 гг. экономическая динамика в нашей стране все больше приобретает характер стагнации: пусть медленный, но рост ВВП сменяется его хроническим снижением, уровень жизни населения если и улучшается, то очень незначительно. Объясняется это, на мой взгляд, как политически мотивированным давлением на отечественную экономику, разрывом важных внешнеэкономических связей, так и неудовлетворительным инвестиционным и деловым климатом внутри страны (рост налоговой нагрузки на бизнес; жесткая фискальная политика; перманентное давление силовых ведомств, о чем уже говорилось).

Хочется надеяться, что в ближайшей перспективе страна вернется к принципам и нормам жизни современного открытого общества, обеспечит эффективное использование собственных ресурсов и возможностей международного сотрудничества, добьется на этой основе поступательного развития экономики и обеспечит достойный уровень благосостояния своим гражданам и достойное место в мире среди самых развитых стран.

Примечания

1 (А. Кудрин. Пора дать экономике повзрослеть. — ko.ru/articles/06/09/2021).

2 Об этом пишет и Б. Титов в Докладе Президенту РФ 2021 — doclad.ombudsman-biz.ru/2021/7.pdf.

3 см. Gaidarfund.ru/articles/1104)

Литература

Авен П.О., Кох А.Р. Революция Гайдара: история реформ 1990-х из первых рук. — М.: Альпина Паблишер, 2013

Аузан А.А. Экономика всего. Как институты определяют нашу жизнь. — М.: Манн, Иванов и Фербер, 2013.

Бурбулис Г.Э. Профессия — политик. — М.: Стратегия, 1999.

Гайдар Е.Т. Смуты и институты. Государство и эволюция. — СПб.: Норма, 2010.

Гайдар Е.Т., Чубайс А.Б. Развилки новейшей истории. — СПб.: Норма, 2011.

Гуриев С.М. Мифы экономики: заблуждения и стереотипы, которые распространяют СМИ и политики. — 2-е изд. — М.: Альпина Бизнес Букс, 2009.

Иноземцев В.Л. Несовременная страна. Россия в мире XXI века. — М.: Альпина Паблишер, 2019.

История новой России. Очерки, интервью: в 3-х т. / Под общей редакцией П.С. Филиппова. — СПб.: Норма, 2011.

Людвиг фон Мизес. Либерализм. — Социум, 2007.

Мау В.А., Стародубровская И.В. Великие революции — от Кромвеля до Путина. — М.: Вагриус,

Сонин К.И. Уроки экономики. — М.: Юнайтед Пресс, 2011.

Травин Д.Я., Маргания О.Л. Модернизация от Елизаветы Тюдор до Егора Гайдара. — СПб.: Норма, 2016.

Уринсон Я.М. Экономика и государство. — М.: Издательский дом ВШЭ, 2021.

Уровень и профиль бедности в России: от 1990-х до наших дней. — М.: НИУ ВШЭ, 2014.

Фукуяма Фрэнсис. Конец истории и последний человек. — М.: АСТ, 2007.

Хантингтон Самюэль. Столкновения цивилизаций. — М.: АСТ, 2003.

Хайек Фридрих Август. Судьбы либерализма в XXI веке. — М.: ИРИСЭН, Мысль; Челябинск: Социум, 2009.

Шевцова Л.Ф. Одинокая держава. Почему Россия не стала Западом и почему России трудно с Западом? — М.: РОССПЭН, 2010.

Экономика Словакии. Экономика Чехии — URL: https://www.orangesmile.com/czech-republic/Slovakia.

Яковлев А.Н. Сумерки. — М.: Издательство «Материк», 2005.

Ясин Е.Г. Развитие постсоветской экономики: от прошлого в будущее. — М.: Издательский дом ВШЭ, 2017.

Human Development Report 2020. United Nation Development Programme. NY: United Nations. — 2020.

Gokhberg L., Kuznetsova T., Pikalova A.G., Sokolov A. Overview of Science. Technology and Innovation Development in Russia, in BRICS Innovative Competitiveness Report 2017 / Ed. by M. Li, X. Zhao, M. Huang, A. Sokolov. Singapore: Springer, 2018; “GDP based on purchasing-power-parity (PPP) per capita”. IMF, 06.04.2020;

Доклад о человеческом развитии 2020. — United Nations Development Programme. New York, NY 10017 Copyright@2020.

© Текст: Яков Уринсон

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > magazines.gorky.media, 1 апреля 2022 > № 4022332 Яков Уринсон

Не бездумная застройка, а комфортное жилье: Евгений Наумов о формуле успеха кубанских строителей

Краснодарский край из года в год входит в число лидеров по объемам жилищного строительства. Какова сейчас в регионе ситуация с вводом новых «квадратов»? Как решаются проблемы дольщиков? Появились ли новые сдерживающие развитие факторы? На эти и другие вопросы «Стройгазеты» ответил курирующий кубанский стройкомплекс вице-губернатор края Евгений НАУМОВ.

«СГ»: Евгений Михайлович, как на Кубани обстоят дела со строительными объемами, темпами, динамикой?

Евгений Наумов: Краснодарский край по итогам 2021 года занял первое место в Южном федеральном округе (ЮФО) и шестое место в общероссийском рейтинге по объемам выполненных строительных работ с показателем 323,5 млрд рублей, или 113,3% к соответствующему периоду 2020 года в сопоставимых ценах.

Жилищное строительство на Кубани за последние годы не сбавляет темпов, невзирая на пандемию и рост стоимости стройматериалов. При этом огромную роль играют инструменты стимулирования жилищного строительства, применяемые в регионе, в том числе с участием федеральной поддержки и в рамках реализации нацпроекта «Жилье и городская среда». За пять лет в крае суммарно введено более 25 млн кв. метров нового жилья. Причем если в 2017 году было введено около 4,7 млн кв. метров, то в 2021-м — уже почти 6,3 млн, из них половина пришлась на индивидуальное жилищное строительство (ИЖС).

Если проанализировать итоги прошлого года, то рост объемов ввода жилья был вызван ростом объемов ввода ИЖС (148,2% к 2020 году), что объясняется упрощением процедуры получения разрешительной документации на ввод в эксплуатацию индивидуального дома, включая дома на садовых участках, и подачей заявлений в электронном виде.

По оперативным данным, обеспеченность жильем в Краснодарском крае на конец прошлого года составила 29,3 «квадрата» на человека. Уже в первом месяце этого года на Кубани было введено 438,1 тыс. кв. метров жилья, или 247% к соответствующему периоду 2021-го, в 2022-м планируем построить не менее 4 млн.

По-прежнему ключевым условием для комфортной жизни людей и роста экономики остается комплексное развитие территорий. Но существуют и сдерживающие факторы развития жилищного строительства, особенно это касается многоквартирных домов (МКД). Прежде всего, это ужесточение градостроительной политики на территории края, а также дефицит земельных участков, оборудованных инженерной инфраструктурой. Кроме того, существует недостаточно объектов социальной инфраструктуры. А наше правило, наша «формула успеха» — никаких новых многоэтажек без соцобъектов в шаговой доступности. Основная задача, поставленная перед местным стройкомплексом губернатором края Вениамином Кондратьевым, — осуществлять не бездумную застройку всех свободных участков, а комплексно строить жилье вместе со школами, детсадами, поликлиниками и зелеными зонами.

«СГ»: Каковы «точки роста» регионального стройкомплекса? За счет чего намерены выполнить план на год?

Е.Н.: Это строительство соцобъектов, в том числе благодаря нацпроектам «Образование», «Демография», «Здравоохранение» и «Жилье и городская среда», в рамках которых строятся школы, детсады, объекты физкультуры и здравоохранения, инженерные сети.

Этот год начался непросто, но и в нынешних условиях перед нами стоит задача не останавливать ни одну социальную стройку. Все эти объекты ждут жители, и мы обязаны выполнить намеченное.

Благодаря поддержке губернатора в последние годы строительство соцобъектов в регионе ведется беспрецедентными темпами. Из 166 построенных объектов 150 — социальные: 20 детских садов, 64 школы, 30 объектов спорта, 36 объектов здравоохранения, из них 15 зданий для врачей общей практики.

Если раньше губернатор ставил перед строителями Кубани задачу вводить по 10 школ в год, то сейчас темпы набраны такие, что в 2022 году на это предусмотрено 36,6 млрд рублей. В крае планируется завершить строительство 17 школ и 8 детских садов. Новые крупные соцобъекты вместимостью от 1100 до 1550 мест строятся на территориях крупнейших территориальных центров, школы и детские сады меньшей вместимостью возводятся на территориях муниципалитетов, исходя из потребности, которую определяет отраслевой курирующий орган исполнительной власти в сфере образования. Безусловно, сегодня самый большой дефицит таких объектов — в столице региона. Помимо соцобъектов, находящихся в стадии строительства, с начала 2022 года мы приступили к возведению еще семи школ общей вместимостью 8600 мест; они будут завершены в 2023 году.

Кроме того, в январе текущего года заключены контракты на выполнение работ еще на шести соцобъектах муниципальной собственности. Это детские сады на 350 мест в районе станицы Елизаветинской и в районе улиц Кирилла Россинского и Батуринской в Прикубанском округе Краснодара; корпус начальной школы на 200 мест на территории СОШ №1 в станице Крыловской; универсальный спорткомплекс в Славянском районе; Центр единоборств в Кропоткине. Планируем также использовать механизмы госпрограммы «Стимул» для привлечения дополнительного финансирования на реализацию некоторых этих проектов.

Также среди приоритетов — строительство водоводов и сетей водоотведения, очистных сооружений, электроподстанций, проведение мелиоративных мероприятий в зонах подтопления и затопления, а также мероприятия по стимулированию индивидуального жилищного строительства. Особое внимание уделяем трем крупным водоводам — Ейскому, Троицкому и Таманскому. Для их строительства мы также привлекаем инфраструктурные кредиты.

«СГ»: Проблема пострадавших дольщиков для края актуальна? Как она решается?

Е.Н.: Масштабная работа по восстановлению прав дольщиков в крае началась три года назад. По поручению губернатора вместе с прокуратурой края и Фондом защиты прав дольщиков (ныне — Фонд развития территорий) в регионе разработан действенный механизм. Сегодня все жители, пострадавшие от недобросовестных застройщиков, знают, что без жилья или компенсаций никто не останется. С 2019 года в крае насчитывалось 40,4 тыс. договоров долевого участия (ДДУ), по которым застройщики не выполнили свои обязательства в установленный срок. Уже восстановлены права граждан по 23 тыс. ДДУ. Теперь стоит задача восстановить права на жилье по 17,4 тыс. договоров.

Сейчас существуют три основных варианта решения этой проблемы: первый — за счет инвесторов и застройщиков, второй — с привлечением средств Фонда дольщиков, третий — выплатой компенсаций по тем домам, достраивать которые экономически невыгодно. Объем денежных вложений, конечно, колоссальный — только в этом году в федеральный Фонд развития территорий из краевого бюджета направим 1 млрд рублей, на 2023 год предусмотрели еще более 1,2 млрд. Это позволит привлечь более 8 млрд рублей из госбюджета на завершение 17 объектов в рамках соглашения с федеральным фондом. На сегодняшний день необходимо восстановить права граждан по 169 объектам.

В 2022 году намерены завершить 82 объекта (за счет средств федерального фонда — 37 объектов, за счет средств инвесторов — 24 объекта, за счет собственных средств застройщика — 21 объект; в списке было 85, но уже три объекта успели ввести в эксплуатацию), а в 2023 году — 87 объектов (за счет средств федерального фонда — 33 объекта, за счет средств инвесторов — 35, за счет собственных средств застройщика — 18, за счет средств/имущества субъекта — один объект).

Начиная с 2019 года, на выплату компенсаций дольщикам 35 проблемных домов выделено из краевого и федерального бюджетов более 8,3 млрд рублей. Часть людей уже получила эти компенсации. Полностью же решить проблему мы должны до конца 2023 года.

«СГ»: Могут ли завершению кубанских «недостроев» помочь концессионеры?

Е.Н.: Уже известно, что правительство РФ поддержало разработанный Минэкономразвития России законопроект, предлагающий распространение возможности заключения концессионных соглашений, государственно-частного партнерства (ГЧП) и муниципально-частного партнерства (МЧП) на объекты незавершенного строительства.

Вводимая этой инициативой процедура конкурса в электронной форме наряду со стандартной процедурой позволит повысить прозрачность конкурсных процедур и сократить сроки их проведения, исключить территориальные ограничения при проведении конкурсов, снизить административную нагрузку на органы власти. Принятие этого законопроекта повысит защиту интересов инвесторов и стимулирует запуск новых инфраструктурных проектов. Но пока еще рано говорить о реализации данного механизма, поскольку он находится в стадии разработки.

4 млн «квадратов» планируют построить в 2022 году в Краснодарском крае, при этом 10% от намеченного сдали только за январь

Авторы: Наталья ЕМЕЛЬЯНОВА

Номер публикации: №12 01.04.2022

Россия. ЮФО > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > stroygaz.ru, 1 апреля 2022 > № 4018024 Евгений Наумов

КРТ шагает по стране: Александр Ломакин о целях, нюансах и перспективах комплексного развития территорий

Прошло чуть больше года с момента вступления в силу закона 494-ФЗ о комплексном развитии территорий (КРТ), внесшего существенные изменения в Градостроительный, Земельный и Жилищный кодексы страны. КРТ — сложный механизм. Большинство моментов его реализации регулируются региональными властями, а значит, ситуация может различаться в разных субъектах РФ и даже муниципальных образованиях. Чтобы понять, какие КРТ-инструменты появились на местах, как они работают и каких результатов ждать, «Стройгазета» побеседовала с первым заместителем главы Минстроя России Александром ЛОМАКИНЫМ.

«СГ»: Александр Николаевич, после принятия 494-ФЗ регионы должны были оперативно утвердить соответствующую нормативно-правовую базу. Процесс завершен?

Александр Ломакин: Сегодня все регионы приняли нормативные правовые акты (НПА) в объеме, обеспечивающем возможность подготовки и принятия проекта решения о КРТ, проведения торгов на право заключения договора о КРТ.

Минстроем России организована масштабная работа по утверждению нормативных актов субъектами РФ. Сформирован перечень обязательных к принятию НПА — прежде всего это закон субъекта о регулировании отдельных отношений в сфере КРТ, а также 8 обязательных и 13 рекомендуемых региональных нормативных актов. Все региональные органы исполнительной власти, ответственные за КРТ, находятся на постоянной связи с министерством. Для помощи в утверждении был организован доступ к НПА по субъектам и составлен рейтинг лучших практик НПА по разделам, создан оперативный чат по КРТ, где сотрудники Минстроя отвечали и продолжают отвечать на насущные вопросы реализации КРТ, представители органов исполнительной власти субъектов РФ обмениваются опытом. Более 630 региональных нормативных актов принято для реализации КРТ.

«СГ»: Какие инструменты дает в руки региону закон о КРТ?

А.Л.: 494-ФЗ определил подходы к реализации механизма КРТ и обеспечил передачу органам государственной власти субъектов РФ полномочий по определению критериев, гарантий прав граждан и других аспектов КРТ — в зависимости от специфики региона. Главная задача — сделать максимальное количество субъектов РФ самодостаточными. И здесь комплексное развитие территорий, которое объединяет все, от идеи до стройки, позволяет реализовать такие возможности.

Законом о КРТ установлены правила развития застроенных территорий, возможность сокращения сроков инвестиционно-строительного цикла за счет упрощенного порядка внесения изменений в документы территориального планирования и функционального зонирования. При КРТ жилой и нежилой застройки на основании утвержденного проекта планировки территории (ППТ) возможно утверждение изменений в генеральный план и правила землепользования и застройки (ПЗЗ). Подзаконными актами определены правила в части установления договорных отношений между правообладателем или победителем торгов и муниципалитетом — сроков и этапов реализации проекта, порядка изъятия объектов недвижимости, не являющихся жилыми объектами. Утверждены акты об оказании за счет средств Фонда содействия реформированию ЖКХ (Фонда ЖКХ) финансовой поддержки переселению граждан из многоквартирных домов (МКД), признанных аварийными.

Сегодня Минстрой России аккумулирует все вопросы, возникающие у чиновников, институтов развития, застройщиков по использованию механизма КРТ. Часть вопросов снимается разъяснениями норм закона. Вопросы, требующие внесения изменений в законодательство, находятся на постоянном контроле. Так, в 2021 году на федеральном уровне были утверждены нормативные акты, которые урегулировали вопросы в части условий проведения торгов, порядка согласования включения земельных участков в границы КРТ правообладателей, признания МКД находящимися в ограниченно работоспособном техническом состоянии, случаи предоставления лицам, заключившим договоры о КРТ, субсидий на возмещение понесенных расходов по переселению граждан из аварийного жилищного фонда, правил согласования изъятия объектов недвижимости, порядка принятия решения о КРТ правительством РФ.

Одним из серьезных вопросов для субъектов РФ, согласно п. 13 ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 21 июля 2007 года №185-ФЗ «О Фонде содействия реформированию ЖКХ», являлось условие предоставления и использования земельных участков, на которых располагались МКД, в любых целях кроме жилищного строительства. Фактически это запрет на использование земельных участков под расселенными аварийными домами под жилищное строительство. Минстрой России решил этот вопрос, в декабре 2021 года при внесении изменений в закон данный запрет снят для территорий, которые развиваются в рамках механизма КРТ.

В части смежных территорий КРТ ч. 9 ст. 66 Градостроительного кодекса (ГрК) РФ предусмотрены случаи, когда допускается принятие решения о КРТ в отношении двух и более несмежных территорий, в границах которых возможно осуществление деятельности по КРТ с заключением одного договора о комплексном развитии таких территорий. Многие субъекты выпустили нормативные акты, регулирующие развитие несмежных территорий, что позволяет сделать финансовую модель реализации КРТ более устойчивой.

В целом наблюдается тенденция, когда поручения Минстроя России по подбору территорий под КРТ побуждают региональные власти подходить к вопросу широко и в процессе поиска территорий под КРТ анализировать всю территорию города, выявляя точки роста, предлагая под развитие не только локальные участки, но и развитие общегородской инфраструктуры.

В рамках КРТ не предусмотрено принятие каких-либо «произвольных» действий, ущемляющих право собственности. Механизм сбалансированный, предусматривающий в случае необходимости компенсацию по рыночной стоимости объектов недвижимости и максимально учитывающий интересы собственников.

«СГ»: В части регионов работа с участками, развиваемыми по принципам КРТ, уже началась. Каков первый опыт?

А.Л.: Механизмы КРТ являются мерами поддержки стройотрасли, так как позволяют сокращать инвестиционно-строительный цикл и применять все инструменты финансовой поддержки возведения объектов. Сегодня субъекты РФ заявляют намерения о реализации КРТ на 753 территориях общей площадью 27 716 гектаров с градостроительным потенциалом общей площадью 173 млн квадратных метров, уже принято 76 решений о КРТ (8 из них предусматривают самостоятельную реализацию такого решения субъектом РФ, муниципальным образованием или юридическим лицом, созданным субъектом РФ в целях реализации решения о КРТ); проведено 25 процедур торгов на право заключения договора о КРТ; заключено 57 договоров о КРТ. В мае будут утверждены первые проекты планировки территорий, летом ожидаем первых разрешений на строительство. Это результат системной штабной работы с регионами, которая организована сегодня в правительстве РФ вице-премьером Маратом Хуснуллиным.

Пилотными КРТ стали проекты по инициативе правообладателей и проекты, которые были подготовлены для развития застроенной территории, но сегодня запущены проекты всех видов.

В части индивидуальной жилой застройки в правовом регулировании реализации КРТ заложен сбалансированный механизм, направленный на обеспечение максимальной защиты жилищных прав граждан. При этом, если говорить о КРТ, в границы которой включены земельные участки с расположенными на них домами индивидуального жилищного строительства, то речь идет о домах, соответствующих критериям, установленным субъектом РФ и отражающим их высокий уровень износа, ненадлежащее техническое состояние или отсутствие систем инженерно-технического обеспечения. Многие из регионов, исходя из своей специфики, установили такие критерии.

«СГ»: Каково ваше видение финансирования проектов КРТ?

А.Л.: Одной из целей КРТ является привлечение внебюджетных источников финансирования. Достижение необходимого экономического эффекта от реализации проекта КРТ обеспечивается возможностями публичных образований предоставить соответствующие виды разрешенного использования и технико-экономические показатели земельных участков, включенных в границы КРТ. Для этого рассчитывается финансовая модель проекта, в рамках чего и распределяется «нагрузка» на застройщика, в том числе в части расселения аварийного жилищного фонда, строительства инфраструктуры. Вместе с тем с учетом возможной низкой маржинальности проекта ГрК РФ допускает возможность предусмотреть в договоре о КРТ обязательство публичного образования обеспечить частично или в полном объеме строительство инфраструктуры, необходимой для реализации проекта.

Кроме того, в рамках правового регулирования реализации механизма КРТ предусмотрены значительные меры государственной поддержки, в первую очередь за счет федерального бюджета. Речь идет о субсидировании затрат застройщика, понесенных на расселение аварийного фонда. Сохраняются льготные ипотечные программы. При текущем размере ключевой ставки Центрального банка предлагаемые в рамках программы условия позволяют сохранить высокий уровень господдержки как граждан, так и самой отрасли в целом, строительных компаний, которые обеспечивают формирование качественного предложения на рынке, создание современного комфортного жилья.

«СГ»: Какой социально-экономический эффект ожидается от реализации в стране механизмов КРТ?

А.Л.: Главная задача — достижение показателей национальных целей: обеспечение комфортным жильем, расселение аварийного жилья, благоустройство территорий, вовлечение неэффективно используемых территорий в оборот. Наиболее значимая социально-экономическая задача, которую предстоит решать в рамках КРТ, связана с необходимостью расселения аварийного и ветхого жилищного фонда с сокращением его объемов.

Добавлю, что КРТ обеспечивает создание новой и развитие существующей транспортной, социальной, коммунальной инфраструктур, обновление застроенных территорий, депрессивных промышленных и производственных зон внутри городов.

И наконец, нельзя не отметить стимулирование градостроительного развития территорий с применением современных стандартов проектирования жилой застройки.

«В рамках комплексного развития территорий не предусмотрено принятие каких-либо «произвольных» действий, ущемляющих право собственности. Механизм КРТ — сбалансированный и максимально учитывающий интересы владельцев недвижимости»

Авторы: Сергей ВЕРШИНИН

Номер публикации: №12 01.04.2022

Россия > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > stroygaz.ru, 1 апреля 2022 > № 4018013 Александр Ломакин

«Сражайтесь уверенно, сражайтесь за Россию!»

Известный политолог говорит о глубинных причинах зарождения и развития украинского кризиса и о тех, кто за ним стоит.

В глобальном информационном пространстве приоритетной темой второй месяц является специальная военная операция Вооружённых Сил РФ по демилитаризации и денацификации Украины. При этом наблюдается явное стремление западных СМИ завуалировать подлинные причины обострения военно-политической ситуации в регионе и реальные цели коллективного Запада. Об истоках, о скрытых движущих силах конфликта и о роли России по его разрешению рассказывает политолог профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Дмитрий Евстафьев.

– Дмитрий Геннадиевич, почему у европейских руководителей такое толерантное отношение к возродившемуся нацизму на Украине? Или у них короткая историческая память?

– Она у них не короткая, её вообще там нет. Что касается Европы, то нацизм был, увы, естественным элементом развития европейской культуры. Родиной нацизма мне видятся Франция, Италия. В Германии же нацизм приобрёл наиболее агрессивные формы. Давайте будем откровенны: практически вся Европа «болела» нацизмом, в том числе и Польша. В данном случае Европа просто возвращается к своим корням.

Однако надо понимать принципиальную разницу между отношением к нацизму европейцев и американцев. Как бы мы ни относились к американцам, при том что там были действительно нацистские и прогитлеровские организации, всё же американское общество в силу своих внутренних причин к нацизму относилось всегда крайне негативно. Для него это маргинальное явление, кто бы что ни говорил. Америка пытается решать свои геополитические и геоэкономические задачи, безусловно, будучи настроенной против России, но при этом всячески старается не замазаться в европейском нацизме. Ибо для США это будет очень опасно с точки зрения внутриполитических последствий.

Нацизм – это гидра, которой в 1945 году отрубили голову в Германии. Но своими корнями она уходит не только в Германию, она уходит в Англию, где среди знати были открытые сторонники Гитлера. И во Францию, где в фашизм играли ведущие интеллектуалы этой страны, и в Бельгию, и в Италию, причём в Италии были и фашизм, и нацизм, а это два разных явления. И в Австрию, где немецкие нацисты убили проитальянского нациста канцлера Дольфуса…

Сегодня наши солдаты борются не против Украины, а против именно европейского нацизма, которому оказывают помощь наиболее радикальные, русофобские элементы в американской политической элите. В этом и причина всей борьбы. Нацизм – это своеобразная грибница. Мы в 1945 году сорвали только гриб, а выкорчевать его глубокие корни в то время просто не было сил.

– Большинство российских экспертов, размышляя о том, что послужило «последней каплей» для принятия решения о начале специальной военной операции, ведут речь об осознании бесперспективности ожидания мирного решения внутриукраинского кризиса и о неминуемости агрессии со стороны неонацистов против народных рес­публик, о навязчивом стремлении правящих кругов Украины войти в НАТО вкупе с разговорами о своём ядерном оружии и средствах его доставки. А ваше мнение?

– Всё в комплексе. Безусловно, главным был факт понимания того, что агрессия против народных республик Донбасса неминуема. Более того, она фактически началась попыткой прорыва к границе в разных местах двух диверсионно-разведывательных групп на бронетехнике. Это была попытка «установить флаг» и призвать на помощь так называемых миротворцев НАТО, чтобы они обеспечили контроль границы, а в это время нанести удар по густонаселённым районам Донецкой и Луганской народных республик. Это и стало главным фактором для принятия решения «здесь и сейчас», в тот конкретный момент.

Что касается вопросов, связанных с НАТО, то, безусловно, главной проблемой является не сам факт членства Украины в этом блоке… Главная опасность – в милитаризации пространства Украины, размещении на нём ударных средств. Даже если бы это было не НАТО, а, например, то, о чём проговорился Зеленский в формате партнёрства с Великобританией. На Украине могли бы быть не американские ракеты и ядерное оружие, а, к примеру, британские. А это уже реальная военная угроза для нас.

– С какой целью американцы раздувают истерию об агрессии России? Не для того ли, чтобы скрыть свою роль в доведении Украины до такого состояния? Чтобы «спрятать концы» своей деятельности по созданию биологического оружия на территории этой страны?

– Спрятать факт участия американцев в военно-прикладной биологической программе на территории Украины уже невозможно. Это была же не украинская биологическая программа, а американская! Они использовали территорию Украины и, подчеркну, украинцев как подопытных кроликов.

Но главная задача в данном случае у американцев была, на мой взгляд, другая. Им нужно объяснить американскому обществу, доказать, что обостряющийся в их стране глубочайший экономический кризис, по своим масштабам сравнимый с Великой депрессией 1929 года, связан с тем, что Соединённые Штаты противостоят России. Хотя на самом деле они сами накосячили в управлении своей экономикой и довели её до состояния, когда дальше она уже не может развиваться за счёт финансовых спекуляций. Вот что их волнует больше.

– По имеющейся информации, нацисты намеренно уничтожают производственную и социальную инфраструктуру ДНР, ЛНР, а также других регионов Украины, которые они оставляют под напором воинских формирований республик Донбасса и наших войск. Означает ли это своеобразное признание ими своего поражения?

– Я согласен с этой точкой зрения. Кстати говоря, они (нацисты) начинают уничтожать промышленную инфраструктуру за пределами территории, которая официально относилась к Донецкой и Луганской областям. Они начинают уничтожать это в Сумской и Черниговской областях. Посмотрите, что происходит в освобождённом Херсоне, как они его обстреливали, а это не Донецкая и Луганская области. Следующий этап – уничтожение остатков промышленного потенциала Николаева. Я бы на месте тех, кто сейчас там радуется «видосикам» местного губернатора, задумался, где и кем они будут работать, когда всё это закончится.

Но самое главное, наиболее трагические события будут происходить в промышленном сердце Украины: в Запорожье, Днепропетровске, Кривом Роге, Кировограде. Вот там, я боюсь, украинские радикалы развернут военно-силовую деиндустриализацию своей страны, и это будет очень печально.

– Дмитрий Геннадиевич, у вас есть возможность напрямую обратиться к нашим военнослужащим, участвующим в специальной операции…

– Я бы хотел сказать нашим воинам, что мы вас любим, мы вас поддерживаем, мы сделаем всё, чтобы вы спокойно выполняли поставленные перед вами задачи и никто не стрелял бы вам в спину на информационном фронте. Знайте, у вас надёжный, прочный тыл. Сражайтесь уверенно, сражайтесь за Россию!

Олег Грозный, «Красная звезда»

Украина. Евросоюз. США. Россия. ЦФО > Образование, наука. СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 1 апреля 2022 > № 4016814 Дмитрий Евстафьев

Бенедикт Камбербэтч рассказал "РГ" об осуществленной мечте

Текст: Марина Очаковская

Британский актер Бенедикт Камбербэтч сегодня в мировом кино - один из самых ярких талантов. Он востребован, много и успешно снимается на родине и за рубежом, а его роль в фильме Джейн Кэмпион "Власть пса" считалась одним из неоспоримых претендентов на Академическую премию "Оскар".

В последние дни, однако, стрелка "оскаровского" компаса стала интенсивно метаться под влиянием соображений, не всегда имеющих отношение к художественному творчеству. Так, место главного кандидата на статус лучшего актера большинство наблюдателей отдают Уиллу Смиту - прекрасному чернокожему актеру в заурядной спортивной картине "Король Ричард", а главного "Оскара" за лучший фильм теперь многие сулят драме "CODA: ребенок глухих родителей" - очевидно, за яркий гуманистический посыл.

Церемония вручения премий пройдет в Лос-Анджелесе в воскресенье вечером - то есть рано утром по московскому времени, и мы узнаем, в какой мере оправдались эти новые прогнозы. Наш корреспондент в Лос-Анджелесе Марина Очаковская и ее знаменитый собеседник - актер Бенедикт Камбербэтч - о результатах голосования академиков тоже могут пока только гадать.

Бенедикт, еще месяц назад все предвещали вам и вашему фильму "Власть пса" полную победу на "Оскаре". 12 номинаций на Академические премии, победа Джейн Кэмпион на BAFTA, триумф на режиссерской гильдии - и вдруг прогнозы стали резко меняться. Вас это не беспокоит?

Бенедикт Камбербэтч: Ничуть. Для меня важна работа, процесс вживания в новый образ. "Оскара" получить, конечно, приятно, но это не самоцель. Хотя признаюсь, что когда восемь лет назад я был номинирован за роль гениального британского математика Алана Тьюринга в фильме "Игра в имитацию", меня реально обуревали волнения. Во-первых, тогда я только начинал подниматься по голливудской лестнице, а во-вторых, был горд, что довелось играть соотечественника, переломившего ход Второй мировой войны. Я ведь британец, им родился, им и умру.

Я читала где-то, что объявление номинаций на "Оскар" вы проспали и узнали о них только из дружеского e-mail из студии Netflix - верно?

Бенедикт Камбербэтч: Не совсем так. Я ведь отец трех маленьких мальчишек. Жена тогда была в Нью-Йорке, и мне надо было их помыть, накормить завтраком, посадить в машину и оправить в школу. По дороге я решил включить телефон и буквально был ошарашен новостью. Наверное, на моем лице блуждала такая блаженная улыбка, что мои маленькие человечки были крайне удивлены.

Образ вашего ковбоя Фила Бёрбанка в фильме "Власть пса" совершенно не вяжется с вашими предыдущими героями-эстетами. Как Джейн Кэмпион решилась предложить вам эту роль? Она рассказывала, что вы со свойственным вам политесом все время извинялись за каждое грубое слово, за вид немытого мужлана, за жуткую манеру свистеть.

Бенедикт Камбербэтч: Вы не поверите, но это я настоял. Вышло крайне неловко. Оказывается, она вызвала меня в Малибу, где я тогда проживал с женой и детьми, только для предварительного разговора. А я, прочитав сценарий, так возбудился, что не обратил внимания на ее неуверенный тон и сразу заявил, что уже согласен влезть в шкуру ковбоя. Она явно была обескуражена, но потом объяснила руководству студии, что теперь ей уже неудобно отступать. И меня утвердили. Остальное - история.

И все же - чем вас привлекла роль этакого злобного циника?

Бенедикт Камбербэтч: Мистикой, тайной. Ведь этот циничный скептик, изолированный в своей броне, на самом деле скрывает незащищенность и гложущую его тоску. И это было невероятно интересно играть - недосказанность, нечто загнанное вглубь, тайное. Я так слился с этим характером, что не позволял себе мыться неделями, носил омерзительно грязную одежу, препротивно хихикал - вживался в образ. А как интересно было учиться свистеть, подзывая собак, играть на банджо или, простите, кастрировать быка!

Вы сейчас на вершине славы - три фильмы в один год: "Власть пса", "Кошачьи миры Луиса Уайна" и важная роль во франшизе "Человек-паук: нет пути домой". Я уже не говорю о продолжении роли Доктора Стрейнджа - фильм должен выйти в этом году.

Бенедикт Камбербэтч: Действительно, безумие, но я горжусь такими перевоплощениями: герои, столь отличные один от другого, разные судьбы, разная манера игры. Это и есть движение вперед. А насчет вершины славы - не мне судить. Думаю, что я в неплохой форме и надеюсь еще лет сорок быть в профессии. Вообще-то, в юности я мечтал стать адвокатом, но судьба распорядилась по-иному: теперь я адвокат своих персонажей, ищу в них что-то главное и позитивное, даже если оно спрятано так глубоко.

Великобритания > СМИ, ИТ > rg.ru, 1 апреля 2022 > № 4016682 Бенедикт Камбербэтч

Басинский: Люди становятся роботами или роботы - людьми

Текст: Павел Басинский

Впервые термин "искусственный интеллект" в 1956 году употребил американский информатик Джон Маккарти. Так что ему почти семьдесят лет. Но до сих пор искусственный интеллект вызывает разные чувства и рождает противоречивые прогнозы. Кто-то считает, что он попросту невозможен, кто-то видит в нем главную угрозу для человечества, а кто-то утверждает, что нас ждет светлое будущее, где умные роботы будут не только выполнять все рутинные работы, но и лучше нас решать все человеческие проблемы. Об этом и о том, как эта тема отражается в мировой литературе, мы поговорили с известным писателем, ректором Литературного института Алексеем Варламовым.

У меня не выходит из памяти передача "Человек в меняющемся мире" в серии передач "Агора", которую ведет на канале "Культура" Михаил Швыдкой. Там был солидный состав участников. Кроме тебя - Александр Каплан, академик РАН, директор Института перспективных исследований мозга МГУ; Андрей Себрант, профессор ВШЭ, директор по стратегическому маркетингу "Яндекс"; Анна Серебряникова, президент Ассоциации больших данных, управляющий партнер компании nlogic; Андрей Незнамов, управляющий директор центра регулирования Искусственного интеллекта Сбербанка; Юрий Минкин, руководитель департамента разработки беспилотных транспортных средств компании Cognitive Pilot. Разговор был очень интересный, но, как выяснилось, вы обсуждали нечто несуществующее - искусственный интеллект. Считается, что искусственный интеллект - это "свойство интеллектуальных систем выполнять творческие функции, которые традиционно считаются прерогативой человека". Если говорить на простом языке, это способность компьютера обучаться, принимать решения и выполнять действия, свойственные человеческому мозгу. Вроде бы ничего особенного, мы давно этим пользуемся. Но почему разговоры об искусственном интеллекте, который якобы заменит собой человека, не смолкают и уже стали такой страшилкой? Вот появится искусственный интеллект, и человек будет больше не нужен. При этом Анна Серебряникова сказала, что искусственного интеллекта не существует, его выдумали писатели. Ты готов отвечать за наш писательский цех?

Алексей Варламов: Разговор действительно получился любопытный, особенно учитывая, что выступающие все были из разных областей знания. А то, что начали с литературы, мне даже понравилось. Это и мой любимый Василий Розанов говорил: во всем виноваты писатели. На самом деле, я думаю, что идея некоего разума, не связанного с человеческим мозгом, с человеком вообще, интересует нас с самых древних времен. Все языческие религии, наделявшие сознанием природные стихии, небесные светила, деревья, животных, разных волков-оборотней, все наши сказки и мифы, включая еврейское предание о Големе или греческую легенду про Галатею, - из этой сферы. Человеку как будто одиноко в окружающем мире, и он ищет то ли друга, то ли врага, и это становится отличным материалом для литературы.

Тут можно вспомнить и другого моего любимого писателя - Александра Грина с его оживающими манекенами, и Станислава Лема с "Солярисом", и роботов Карела Чапека и Айзека Азимова... Если говорить о последних книгах - это великолепный роман английского писателя японского происхождения, лауреата Нобелевской премии Кадзуо Исигуро "Клара и солнце", который вошел в длинный список премии "Ясная Поляна" в иностранной номинации в этом году. Да и одна из предыдущих его книг "Не отпускай меня" тоже на эту тему написана. Благодатное поле! Другое дело, что сегодня сказка стала былью. И тут возникает вопрос: а что со всем этим делать?

Подожди! Никакой былью она не стала. Для того чтобы искусственный интеллект стал для нас реальностью, он должен быть персонифицирован, то есть обрести личность. Но нет никаких Големов и Великих Гудвинов. Или вспомним более близкую историю - американский фильм "Газонокосильщик", которому, впрочем, в этом году уже исполняется тридцать лет. Там простой парень, став компьютерным гением, буквально растворяется в Сети и начинает управлять миром. Он заставляет звонить все телефоны, а ночью везде врубает электрический свет. То есть он пока еще только хулиганит, но обещает нечто большее.

Ну и где этот Великий Хакер, которым нас пугали тридцать лет назад? Куда больше нас заботят реальные хакеры, как говорится, хакеры "с человеческим лицом", которые кошмарят банки, министерства обороны и спецслужбы всех стран, а заодно их предвыборные штабы. Но это не искусственный интеллект, а использование компьютерных технологий конкретными людьми. Мы все ими пользуемся так или иначе, и проблема в том, как это влияет на нас. Хорошо это или плохо?

Но ты правильно вспомнил Исигуро. Во время передачи ты точно сказал, что он переводит проблему трансформации человека в киборга в "сердечную" плоскость. Об этом и его прежний пронзительный роман (и одноименный фильм 2010 года) "Не отпускай меня", где детей-клонов выращивают для замены органов настоящих людей. И дети знают об этом, мужественно принимают свою судьбу, но по-человечески страдают.

В "Кларе и солнце" - несколько другая тема. Люди создают андроидов, которые заменяют живым подросткам друзей и подруг: ИД (Искусственный Друг) и ИП (Искусственная Подруга). Это уже не клоны, а роботы-андроиды, но со своими опять-таки человеческими страданиями.

Исигуро - отличный писатель, но он, мягко говоря, неоригинален. "Страдающие" андроиды, у которых просыпаются человеческие эмоции, появились в литературе и кино как минимум полвека назад, если не раньше. Я напомню, что в 1967 году на "Ленфильме" была снята картина Ильи Ольшвангера "Его звали Роберт" с Олегом Стриженовым и Марианной Вертинской в главных ролях. Там поднималась тема, как будут страдать "очеловеченные" роботы. Как, став во всем похожими на людей, они начнут переживать наши человеческие чувства: любовь, ревность, одиночество и т.п. Этот фильм вышел в СССР почти за двадцать лет до "Терминатора", не говоря уже о нашем недавнем сериале "Проект "Анна Николаевна", где полицейский-андроид, женщина, натурально влюбляется в своего напарника.

О чем это говорит? О том, что литература и кино продолжают решать те же самые темы, что и раньше, только в более современных образах.

Об этом вы тоже говорили во время передачи. О том, что в эпоху слишком стремительного развития информационных технологий задача литературы - сохранение традиционных ценностей.

Алексей Варламов: Исигуро, кстати, об этом отчасти и пишет. Страшная тревога наполняет его роман. Другое дело, что это не паника, не спекуляция на читательских настроениях, а именно размышление, сердечная история, взгляд на человека со стороны. Важно, где и когда это происходит и с кем. Какое светит солнце, как выглядят люди, что чувствуют, о чем говорят и мечтают. Важны не просто смыслы, но "вещество жизни". Литература скорее про это, чем про отстаивание традиционных ценностей. Для этих же целей у нас есть целый научный институт в Москве.

Что за институт?

Алексей Варламов: Я имею в виду Российский институт культурного и природного наследия имени Д.С. Лихачева в Москве, который подготовил проект указа о традиционных ценностях, но документ был весьма неласково принят в театральной и кинематографической среде. Литературную спросить не успели...

Писатели обычно в такие споры не вмешиваются. Писателю любой указ не указ, потому что ему нечего терять, кроме своего ноутбука. Деятелям театра и кино в этом смысле гораздо труднее, они зависят от государственного финансирования, особенно репертуарные театры. Поэтому к любого рода "нормативам" относятся с тревогой, понимая, что это новые правила игры, с которыми им придется работать, добиваясь финансового обеспечения.

Но насчет литературного пессимизма ты прав. Как писал Пушкин в "Домике в Коломне": "От ямщика до первого поэта / Мы все поем уныло..." Я еще добавлю пессимизма, причем от лица ученого, который принимал участие в вашей дискуссии. Александр Каплан, который занимается проблемами человеческого мозга, сказал, что главная опасность не в появлении искусственного интеллекта, а в том, что человеческий мозг не справляется с современным потоком информации. На самом деле он не изменился со времен пещерных людей, а это было, по разным гипотезам, от 35 до 50 тысяч лет назад.

Я сначала удивился этому его заявлению, а потом вдруг подумал...

На наскальной живописи мы видим фигурки людей, которые убивают мамонта палками с острыми наконечниками. Но такими же пиками сражалась конница во время Первой мировой войны. Понятно, что тогда уже были изобретены новые орудия убийства, включая отравляющие газы. Но любопытно, что и палки с наконечниками тоже остались. Как и непостижимая страсть человека убивать живое, и не только на охоте.

И я согласен с Александром Капланом, что наш мозг не справляется с чудовищным потоком новой информации.

Алексей Варламов: Я лично очень ощущаю плотность времени. И не только информационную. Другое дело, что прежде подача информации была не такая острая и действенная, как сейчас. Но что лучше: дефицит или избыток, бедность или роскошь информационного поля? Это большой вопрос. Я категорически против цензуры, но иногда ощущаю себя невольником интернета, в котором смотрю новости на разных сайтах, сравниваю, анализирую, а потом беру в руки книгу, да хотя бы из длинного списка "Ясной Поляны", и вдруг понимаю, что вот это подлинное, а то преходящее, мусорное. И это я еще не играю в соцсети. А если человек выкладывает свои мысли, фотографии, посты и перепосты в соцсети, то складывается впечатление, что ради этого, собственно, он и живет. Пусть все знают, какой у меня кот, что я ел сегодня на ужин и что думаю про весь мир. Нет, все-таки больше всего я ценю те дни в году, когда уезжаю на северное озеро подальше от этого сумасбродства. Но и там, если не клюет, а интернет ловится, достаю зачем-то телефон и смотрю, что там в мире делается. Сеть нас всех уловила, только одни это ощущают, а другие нет.

Еще вы интересно говорили о грядущей эпохе беспилотного транспорта. Как всегда остроумный Михаил Швыдкой сказал, что он сильно беспокоится за беспилотное такси не потому, что оно будет ездить неправильно, а потому, что неправильно будут ездить те, кто на беспилотники не пересядут. "Умного" беспилотного водителя будет просто "клинить" в этой ситуации, ведь этот условный "он" (или "она") будут уверены, что все управляют автомобилями правильно и соблюдают правила дорожного движения. Был такой старый, еще советских времен анекдот про таксиста-кавказца (национальность не уточняем), который едет на красный свет и стоит на зеленый. На красный - потому что он джигит, и ему все нипочем. А стоит на зеленый, потому что справа по перекрестку едет другой джигит.

Ты, кстати, готов пересесть в беспилотники и отказаться от радости личного вождения?

Алексей Варламов: Нет, я слишком люблю водить машину. И нас таких много.

Я хочу закончить разговор на позитивной ноте. В районе, где я живу, рядом с отделением почты стоят два милейших робота-почтальона от "Яндекса". Они развозят посылки по дворам. Подъезжают к подъезду, посылают месседж заказчику, тот спускается, подносит с экрана телефона присланный QR-код, открывается крышка, а там - заветная посылочка. Иногда по дороге в магазин я вижу, как они ездят по улицам, пересекают пешеходные переходы (строго на зеленый свет!), как они пару минут думают, прежде чем объехать какой-нибудь столб, как "разъезжаются" с пешеходами... Все это выглядит удивительно трогательно! Честное слово, я один раз не удержался и погладил этого чудесного "почтальона", ну как, знаешь, собачку, которая рядом с тобой виляет хвостом. Но самое забавное, что раньше возле почты стоял один робот. А потом их стало двое. Такая семейная пара образовалась. Вот жду, когда у них появятся детишки...

Ты прав! Главное - не интеллект, человеческий или искусственный. Главное - сердце! Его не обманешь.

Павел Басинский: Посмотри, как изменилась футурология в литературе. Научная фантастика с ее верой в технологические чудеса, в заселение космоса и принципиальное обновление земной жизни, где все будут летать среди небоскребов на чудо-аппаратах и обслуживаться умными роботами, ушла в прошлое. Сейчас в моде технологические антиутопии. То есть, по мнению читателей, в будущем все будет плохо. Не означает ли это, что люди перестали верить в него? На место "человека разумного" пришел "человек растерянный"?

Алексей Варламов: В светлое будущее давно перестали верить и у нас, и на Западе. Я даже не говорю про романы Замятина и Оруэлла "Мы" и "1984", но и более поздние Брэдбери, Саймак или Франсис Карсак печально вглядывались в грядущее. А у нас - Стругацкие, Ефремов. Или один из самых грандиозных русских романов ХХ века "Пирамида" Леонида Леонова, написанный в 1950-1970-е годы. Автор считал, что история человечества - это подъем в гору, краткое пребывание на вершине и спуск в долину, где люди превратятся в колонию мыслящих грибов.

Кстати

Большинство пользователей предпочитают, чтобы устройства с искусственным интеллектом говорили женским голосом. Женский голос, по их мнению, звучит доброжелательнее и не кажется угрожающим.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Образование, наука > rg.ru, 1 апреля 2022 > № 4016680 Алексей Варламов

Майя Ломидзе рассказала о ценах и доступных для россиян турах за границу

Текст: Ольга Бухарова

Когда надо бронировать отель на майские праздники? Что сейчас с ценами на российских курортах? И останется ли в регионах курортный сбор? На эти и другие вопросы в интервью "Российской газеты" ответила исполнительный директор Ассоциации туроператоров России (АТОР) Майя Ломидзе.

Росавиация снова продлила приостановку работы 11 аэропортов. Как это отразилось и еще скажется на внутреннем туризме? Не исключено, что продление не последнее.

Майя Ломидзе: Давайте реально смотреть на вещи. Мы не знаем и не можем предугадать, до какого времени будет продлеваться приостановка работы южных аэропортов.

Сейчас неопределенность больше, чем в пик пандемии. Горизонт планирования - один-два дня. И говорить о прогнозах пока в принципе невозможно.

На ближайшие даты есть активные продажи туров в Ставропольский, Краснодарский край с прилетом в Сочи и разъездом по другим городам региона. Новая акция кешбэка, запущенная с 15 марта, подстегнула сильно упавшие продажи. Активно бронируется Петербург и Ленобласть. Туристы интересуются Крымом с учетом доставки по железной дороге или на автомобиле.

Не так активно, но идет бронирование туров и на майские праздники. Однако объем продаж пока в два раза ниже, чем в 2021 году. Это ситуация на сегодня. Возможно, через неделю картина будет совсем оптимистичной. Пока сказать сложно.

А что с ценами? Если я хочу поехать на май, допустим в Геленджик, когда покупать тур, не переплачивая?

Майя Ломидзе: Трудно сказать. Пока туры внутри страны практически не подорожали. На майские туры немного поднялись, но несущественно - в пределах 10 процентов. И нигде не анонсируется, что с какой-то даты они изменятся.

А что с курортным сбором? Слышала, что его отменят.

Майя Ломидзе: Да, это обсуждали. Но пока решили оставить курортный сбор и в Алтайском крае, и в Краснодарском, и в Ставропольском. Это один из важных финансовых источников для муниципальных бюджетов.

Россия и Беларусь отменили ограничения на границе, введенные из-за COVID. Наши туристы активнее стали бронировать туда туры?

Майя Ломидзе: Да, оживление есть - в пределах пяти процентов. Но это не привело к туристическому буму. В основном россияне едут в Беларусь за санаторно-курортным лечением. Это основное направление.

Куда еще они предпочитают поехать на майские?

Майя Ломидзе: Судя по спросу, туристы хотят тепла и солнца. Поэтому лидеры неизменны - Краснодарский край, Ставрополье, Крым. Не могу не отметить Питер - также в числе лидеров.

В связи с неопределенностью с датой открытия аэропортов на Юге России мы видим растущий интерес к железнодорожной и автомобильной перевозке. Пока туристы выбирают либо места отдыха поближе к дому, либо на юг, к солнцу.

Появились новые туры - карточные - в страны СНГ. Для тех, кто хочет оформить пластиковую карту в местном банке, которой можно расплачиваться за границей. Эти поездки также востребованы, как и "вакцинные" туры?

Майя Ломидзе: Действительно сейчас есть интерес к таким программам. Возможно, кто-то организует себе такой тур сам. Но по аналогии с "прививочными турами" и здесь все-таки нужна помощь туроператоров.

У туристов много вопросов: как и где оформлять карту, как ее пополнять, в какой валюте открывать счет, на каких условиях для нерезидентов и прочее. Ответы на них надо искать у профессионалов. Пока туры только в Узбекистан. В стадии активной проработки Армения, Казахстан, Азербайджан и даже Турция.

Майя, а куда можно на майские улететь за границу?

Майя Ломидзе: Как я уже говорила, горизонт планирования совсем небольшой. А проблемы с авиацией и сложности с наличной валютой совсем сократили глубину бронирований. Пока очевидны два направления, на которых понятное расписание - Турция и Арабские Эмираты. Есть туристы, которые через Стамбул добираются даже до каких-то европейских стран. Небо закрыто для авиакомпаний, а не для людей. Нет запрета на въезд российских граждан, как это было во время пандемии. Можно лететь!

Но надо понимать, что есть риск не вернуться домой вовремя. И с собой надо везти наличку, так как наши карты Visa и Mastercard не работают за границей. Не могу советовать. Люди все взрослые - каждый решение принимает сам. Но далеко от дома я бы не уезжала.

Россия > Миграция, виза, туризм > rg.ru, 1 апреля 2022 > № 4016673 Майя Ломидзе

Амиран Ревишвили: Удалось создать систему, точно определяющую источник аритмии

Ирина Краснопольская

Встречу с директором Национального медицинского исследовательского центра хирургии имени А.В. Вишневского, главным хирургом-эндоскопистом Минздрава России, проводящим уникальные операции на сердце, академиком РАН Амираном Ревишвили вынужденно откладывали: вмешивались заседания, форумы, конференции. И конечно - операции, консилиумы, консультации больных.

Амиран Шотаевич, сколько их на одной неделе? Может, пора вспомнить Владимира Маяковского и провести заседание по отмене заседаний? Во имя профессиональной работы.

Амиран Ревишвили: Прежде всего я врач-хирург и должен оперировать. Но я и руководитель крупного медицинского центра. В день проходит до 5-6 совещаний в режиме видеоконференций или очно. А еще я президент общества аритмологов России. Аритмология - можно сказать, моя первая любовь в специальности.

А сколько у вас вообще "любовей"?

Амиран Ревишвили: Одна - хирургия. Я делю так: 90 - это моя профессиональная жизнь и 10 процентов - на мою любимую семью. Это сегодня. В молодости было наоборот. Семья у меня небольшая. Жена Зейнаб Гурамовна тоже врач, терапевт. А я коренной москвич из Измайлова с 7-й Парковой улицы. Мама, Нина Ивановна Комарова, учительница, директор школы. Папа был инженером, архитектором и художником. У меня двое детей. Сын на госслужбе. Не врач. Дочь акушер-гинеколог. Внучке Асе десятый год. Надеюсь, будут еще внуки.

Почему пошел во врачи? Когда учился то ли в восьмом, то ли в девятом классе, родители собрались на семейный совет. Я был такой, как бы теперь сказали, ботаник: любил жучков, змей, скорпионов ловить, изучать их жизнь. Вот родители и решили, что я человек, который "смотрит в биологию". К тому же очень добрый мальчик, усидчивый, учил иностранные языки, а еще фортепьяно... Правда, преподаватель музыки на шестой год обучения сказал: "Уважаемый Амиран, у вас что-то со слухом, наверное, не очень в порядке. Я бы на вашем месте закончил обучение в музыкальной школе. Не мучьте себя, дорогой сынок". Я обрадовался.

Добренький был мальчик... И поэтому надо идти в медицину.

Амиран Ревишвили: Моя бабушка многие годы работала медсестрой в 57-й московской больнице. Я окончил Первый Московский мединститут. Ректором тогда был академик Михаил Ильич Кузин. Потом он стал директором Института хирургии имени Вишневского, которым теперь руковожу я. И так случилось, что Михаила Ильича я несколько раз оперировал - у него была аритмия. Мы очень тепло общались долгие годы.

Я был Ленинским стипендиатом. Причем эту стипендию получил на последнем курсе. А значит, за все шесть лет учебы у меня не было ни одной "четверки" ни по одному предмету. Потому с институтской скамьи сразу и попал в аспирантуру. Было две возможности: либо поехать в Дубну в радиологический и онкологический центр, либо пойти в Академию медицинских наук к кардиохирургу, академику Владимиру Ивановичу Бураковскому. Выбрал кардиохирургию. Но там уже были кандидаты, которые окончили ординатуру в этом центре. А я, как говорится, дополнительный товарищ, никому не известный в институте сердечно-сосудистой хирургии. Это сейчас я каждый год принимаю в аспирантуру и ординатуру около 100 человек. А тогда - в 1979 году - в аспирантуре было всего четыре места. Вступительные экзамены сдал лучше всех. И Владимир Иванович добился для меня пятого места. Я остался в Москве. И это определило мою судьбу.

Второй человек, который важен в моей жизни, - академик Лео Антонович Бокерия. Пришел к нему в кабинет, сказал: "Лео Антонович, я хотел бы у вас учиться в аспирантуре". "Это нереально: вы еще не прошли ординатуру", - ответил Лео Антонович. Но Бураковский уговорил Лео Антоновича, Бокерия меня взял в экспериментальный отдел. И мы начали заниматься аритмологией. Почему? Лео Антонович в 1979 году вернулся из Америки из Дюкского центра (я тоже потом там учился). Тогда это был лучший в мире центр в области аритмологии, в ту пору по самому сложному и высокотехнологичному направлению в кардиохирургии и кардиологии. И я решил: пойду в неизведанное, чтобы потом это реализовать.

Добренький пошел не просто в медицину, а в неизведанное. Это как-то сочетается? Или это разные вещи?

Амиран Ревишвили: Наверное, добрый тот человек, который может рискнуть сделать такое, которое другой никогда не сделает.

Вам по жизни не мешает, что вы человек добрый?

Амиран Ревишвили: Мешало, и сейчас иногда мешает. Административная работа требует жесткости и принципиальности, иногда жестокости. А доброта... Без доброты и сострадания человек - не человек. Доброта - высшая категория человеческого существа. В медицине без нее нельзя существовать. Врач должен быть добрым и принципиальным и человеком, который работает семь дней в неделю, 24 часа в сутки.

Сплю с телефоном. Он может зазвонить в любое время дня и ночи. Встаю полшестого, в пять утра. Хочется ли спать? Да нет. Это уже на уровне рефлекса, наработанные биологические часы. Вообще желательно ложиться спать и вставать в одно и то же время.

И во сколько ложитесь?

Амиран Ревишвили: После 12 часов. А нужно в 10 часов. Но не получается. В десять общаюсь с дежурной командой. Главный врач докладывает о состоянии дел в институте. Это занимает полчаса. Что-то нужно корректировать и т.д. А с пятницы на субботу или с субботы на воскресенье самые плохие ночи. Почему? Потому что обычно звонят пациенты с мерцательной аритмией, которая у них начинается после пятницы и субботы. Догадываетесь почему? И нужно найти срочно врача, который решит проблему.

К вам часто вот так просто обращаются, звонят: "Амиран, мне надо..."?

Амиран Ревишвили: Каждый день. У меня даже есть час-полтора в день приема именно пациентов. Могу принять их рано утром, могу принять поздно вечером. Но обязательно каждый день принимаю 5-10 пациентов и говорю с ними лично.

Они без каких-то специальных направлений? Просто звонят?

Амиран Ревишвили: Могут и просто позвонить, могут прийти с направлением.

Обязательно отвечать на все звонки?

Амиран Ревишвили: Обязательно, потому что, не дай бог, там какая-то просьба о помощи.

Вы и методику проведения предстоящей операции обсуждаете вместе с пациентом. Или это некая легенда?

Амиран Ревишвили: Не легенда. Обязательно собираются специалисты для обсуждения, это называется "сердечная команда", и на нее вызывается пациент.

Это закон для всех?

Амиран Ревишвили: Хочу, чтобы был для всех.

Оперируете каждый день?

Амиран Ревишвили: Стараюсь. У меня операции разные. Бывают и на открытом сердце, то, что называется кардиохирургией. Я же кардиохирург. Бывают закрытые операции с помощью видеотехники. А еще есть катетерные технологии, когда через сосуды провожу катетеры в сердце и убираю источники аритмии. Первые операции по устранению аритмий в восьмидесятых годах мы выполняли на открытом сердце. А аритмия, как правило, связана с микроскопическими структурами в сердце.

Оперировали с микроскопом?

Амиран Ревишвили: Микроскопа не было. Мы просто пересекали скальпелем или с помощью холода (криодеструкция) разрушали вызывающие аритмию участки размером в сантиметр-два. С такой точностью мы тогда искали источники аритмии. Вскрытая грудная клетка - это значительная травма. Когда появилась новая технология, я сразу стал это делать катетером. Нет необходимости в операции на открытом сердце. Пациент в контакте, вы с ним разговариваете, находите точно место сердечной беды. Прижигаете его, и пациент на второй-третий день уходит домой. А после открытых операций он лежит 2-3 недели.

Ныне большинство аритмий лечится с помощью катетерных технологий. Верх, но не сразу, взяла интервенционная аритмология. На это ушло 10-15 лет работы. Стал придумывать, как искать источник аритмии без катетерных, т.е. интервенционных технологий. Пригласили команду математиков из МГУ, которые рассчитали, как найти источник аритмии сердца, сняв более 200 кардиограмм с поверхности торса человека. Не стану мучить специфическими подробностями. Но нашей команде удалось разработать систему, которая с точностью до 7-8 миллиметров определяет место источника аритмии. Не делая никаких разрезов, уколов и т.д.

Стоп! Вы за это получили Госпремию...

Амиран Ревишвили: В 2016 году. А имя системы - Амикард. Наш алгоритм был запатентован в нескольких странах мира. Хотя поначалу не все понимали, зачем кардиохирургу, интервенционному аритмологу вот это картирование с поверхности торса человека. Ну, нашел, а дальше либо скальпель, либо катетер, чтобы убрать источник беды. В отдаленной перспективе было понятно, что источник аритмии можно будет устранять методами лучевой терапии. Без разрезов, проколов (пункций). Как опухоли разрушают в головном мозге с помощью электронных или протонных пучков.

Поначалу это была теория. Но она полностью изменила мое представления о развитии хирургической аритмологии. Почему? Потому что я пришел в большую хирургию, а с появлением новой теории и концепции лечения аритмий, можно было вообще уйти из хирургии... Например, я могу на дистанции сидеть и смотреть, как больному проводят диагностику, а потом с помощью лучей устраняют аритмию. Несколько месяцев назад мы впервые в нашей стране вместе с нейрохирургами - у них эти установки есть для облучения опухолей мозга - выполнили операцию пациенту с желудочковой аритмией.

Это пока первые шаги, но, возможно, исторического значения. Есть еще группы исследователей в Европе и Америке, которые также разрабатывают вопросы лучевой терапии аритмий. И если мы решим данную проблему хотя бы для определенного вида тахиаритмий, то это будет переворот в медицине.

И для избавления от аритмии не нужен будет ни скальпель, ни катетер. Просто лучи.

Амиран Ревишвили: Это моя мечта. Лучевая терапия должна быть точна (в пределах нескольких миллиметров), чтобы устранить зону аритмии и не повредить другие органы и ткани. Это самый сложный момент. Но все просчитано. Это сверхточное оружие в лечении жизнеугрожающих заболеваний сердца.

Уходит время устранения аритмий таблетками?

Амиран Ревишвили: Когда мы начинали, а это было в восьмидесятых годах, делались десятки - не больше - операций по поводу тахиаритмий. Сегодня больше 30 тысяч.

А потребность?

Амиран Ревишвили: Не менее 120-150 тысяч. У нас больше 120 центров, которые занимаются вопросами диагностики и лечения аритмий. Мы ставим много кардиостимуляторов. Стимуляторы и дефибрилляторы - для пациентов с редким ритмом и с остановкой сердца. А катетерные технологии устранения аритмий (аблацию) мы используем для лечения тех пациентов, у которых возникает частое сердцебиение, головокружение или потеря сознания на фоне тахикардии.

Таблетки сегодня назначает врач кардиолог-аритмолог по показаниям. Должны быть показания к тому или иному методу лечения. Потому что аритмия возникает у каждого человека, кто живет на этой земле: экстрасистолы, перебои, тахикардия. Это в большинстве случаев не жизнеугрожающие состояния. Большинство аритмий, слава богу, носят относительно благоприятный характер. Иногда их вообще не нужно лечить. Только наблюдать.

Лекарства от аритмий могут помочь?

Амиран Ревишвили: Их немного. И применять их можно только по назначению специалиста именно в области аритмии. Потому что некоторые препараты могут вызывать побочные эффекты и даже внезапную смерть.

Аритмий становится больше? Пандемия сказалась на их количестве?

Амиран Ревишвили: Да. Этот вирус все-таки проникает в сердечные ткани, в сосуды, капилляры, вызывая выраженный иммунологический и воспалительный ответ и т.п. Он вызывает тромбоз мелких сосудов, питающих мышцу сердца. Поэтому аритмий больше. И крайне тяжело оперировать эти аритмии. Но кроме пандемии... Аритмия все-таки связана с возрастом пациентов, особенно мерцательная. А так как продолжительность жизни увеличивается... Пока бьется в груди сердце, аритмия не исчезнет.

Наше сердце - потрясающий компьютер, потому что в нем находится проводящая система. В сердце есть вечный двигатель - синусно-предсердный узел, который генерирует ритм. Сердце - самый сложный компьютер, это однозначно. Кто-то говорит мозг и т.д. Но без сердца мозг не работает: ему нужно кровообращение, подпитка. Компьютер в сердце крохотный: 15 мм в длину и 5-7 мм в ширину.

И от этих миллиметров зависит вся наша жизнь...

Амиран Ревишвили: Пока бьется сердце, человек жив. Бывает, умирает головной мозг, а сердце продолжает работать. Сердце - это удивительная история. У мужчин и у женщин сердца абсолютно разные. Сердце женщины нежное, трепетное. Нужно аккуратно прикасаться к нему. Сердце мужчины позволяет работать хирургу быстрее, оперативнее, чуть-чуть, может быть, не говорю грубее, но... Там разрез и наложение швов, например, может иногда отличаться. Хирург, который оперирует женщин, должен иметь нежные и тонкие пальцы.

Как у вас?

Амиран Ревишвили: Не знаю. Но хирург должен беречь свои руки. Пальцы нужно тренировать.

А крем какой-нибудь, чтобы они были мягкие?

Амиран Ревишвили: Кремами не пользуюсь. Это генетика. Да, руки надо беречь. И вообще быть в форме. Потому что операции бывают по 10-12 часов, стоя. А если вы в рентгеноперационной работаете, у вас фартук свинцовый - 10-12 кг, то спина немножко начинает горбиться. Такая поза. Ничего не сделаешь. У хорошего кардиохирурга есть свой горбик.

В моде роботические операции. В Центре Вишневского робот Да Винчи есть. При каких операциях его используете?

Амиран Ревишвили: При урологических широко. В абдоминальной хирургии не часто. В хирургии сердца я его не использую. И в мире очень мало, кто использует роботические технологии в кардиохирургии и аритмологии. Считаю, что робот для кардиохирургии не дает больших преимуществ.

Сердце должен оперировать только сам хирург?

Амиран Ревишвили: Только так!

Сколько операций в год проводится в Институте Вишневского?

Амиран Ревишвили: Более 7-8 тысяч сложных операций. Пациенты со всей страны. Москвичей - 40 процентов. Есть пациенты из СНГ, иногда из-за рубежа. Есть и те, кто оперирован был в других странах Запада. Приезжают с соответствующим результатом, который нужно, мягко говоря, привести в порядок.

Наша кардиохирургия, интервенционная хирургия на достойном уровне в мире?

Амиран Ревишвили: У нас есть клиники мирового уровня, есть выдающиеся хирурги. Но сказать, что во всех регионах клиники уровня Москвы и Санкт-Петербурга, Новосибирска, Красноярска, Томска, Пензы и Калининграда... Такого нет. Нужно тиражировать лучшие технологии. Мы в качестве не уступаем западным центрам. Уступаем в количестве...

Тиражировать в многопрофильных больницах или создавать специальные центры?

Амиран Ревишвили: Думаю, в многопрофильных современных больницах. Правда, для этого нужны такие бойцы, как академик Владимир Алексеевич Порханов. Именно он организовал такое в Краснодаре, собрал со всей страны кадры. У него сегодня звездный коллектив. Для этого нужен талант, нужно любить свою профессию, жить в ней. И... быть, что важно, еще суперменеджером.

Раньше как было? Выдающийся специалист, тот же хирург, и директор, можно сказать, в одном лице. Никаких менеджеров, которые руководили бы крупнейшими центрами, не было. Сегодня же, когда погоду делают технологии, чтобы эффективно работало учреждение, необходимо эту работу грамотно организовать. Директором должен быть человек, который знает проблему именно с медицинской точки зрения. А вот его зам - первый заместитель - это менеджер, который может набрать команду специалистов и создать многопрофильную систему.

Сейчас на территории Центра идет стройка. Возводится еще один корпус. Кстати, каждый год среди операций, проведенных у вас, 30 процентов составляют онкологические. Всемирно известен ваш ожоговый центр. Значит, Центр хирургии имени Вишневского - многопрофильное учреждение?

Амиран Ревишвили: Безусловно! У нас больше десяти профилей. В новом девятиэтажном корпусе на 120 человек палаты будут одноместные и двухместные. Будут новейшие технологии.

Но даже самая лучшая больница, увы, - не место притяжения. И потому вас, мастера сердечных дел, спрошу: что делать, чтобы не попасть в сердечную беду?

Амиран Ревишвили: Здоровый образ жизни. Конечно, важна генетика. Повезло тем, у кого родители, дедушки, бабушки долгожители. Важно, в каких условиях живет человек, как питается. Хотя бывает по-разному. Но тот, кто курил и выпивал безмерно, умирают раньше. Кроме Черчилля, который, говорят, и выпивал, и курил сигары, а прожил в здравом уме почти сто лет. Имеет значение качество сна: как ты ложишься, с каким настроением, как ты просыпаешься. Важна эмоциональная составляющая жизни - позитив. У позитивных эмоций - гигантская роль. Они борются с артериальной гипертензией, в частности. Безусловно, с приемом препаратов, которые уже назначены и показаны.

Как найти позитив? Вот идет операция. Ты видишь, что все хорошо получилось, сердце ритмично работает и т.д. Я всегда в конце показываю так: большой палец вверх. Ребята, сегодня вот так! Да, негатива много всякого. От этого никуда не деться. История человеческой жизни, знаете, в чем проста? В том, что ты не знаешь, когда она закончится. На какой ноте, наверное, уже не имеет значения, когда ты уходишь. Но главное все-таки в жизни делать добро.

А мечтать не возбраняется?

Амиран Ревишвили: Мы сейчас на каком-то человеческом перепутье. Не знаю, как это охарактеризовать, но время непростое. Наверное, решается судьба мира. Мы сейчас этого не понимаем, но это так. Мечтаю, чтобы был мир на этой земле. Чтобы дети были здоровы, чтобы близкие были здоровы.

Вы человек верующий?

Амиран Ревишвили: Верующий. Для меня огромная честь, радость и гордость за то, что в феврале 2021 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл вручил мне Орден Русской Православной Церкви святителя Луки, исповедника, архиепископа Крымского Первой степени под номером 1 за значительный вклад в области медицинского служения, за верность долгу.

Россия > Медицина > rg.ru, 1 апреля 2022 > № 4016652 Амиран Ревишвили

Министерством здравоохранения принято решение у семи частных медицинских вузов отозвать форму 6, сообщает пресс-служба ведомства.

По результатам проведенного анализа клинических баз частных медицинских вузов из 17 частных вузов в 8 имеются условия прохождения студентами практики для формирования развития практических умений и навыков при обучении по специальностям.

«В остальных 9 частных образовательных организациях их недостаточно, а в отдельных вообще нет этих условий», - сообщили в Минздраве.

По результатам проверки принято решение отозвать форму 6 установленного образца следующих вузов:

- Ошский международный медицинский университет;

- Кыргызский медико-стоматологический институт;

- «Роэль Метрополитен университет»;

- Международный медицинский институт «Авиценна»;

- «АВС» Академия;

- Бишкекский международный медицинский институт;

- Международный университет медицины и науки.

Кроме этого, подготовлено уведомление в адрес Министерства образования и науки КР для принятия соответствующего решения по вышеуказанным 7 вузам и 2 вузам, которые ранее не получали форму 6 - это Университет «Адам» при Бишкекской финансово-экономической академии и Международный университет науки и бизнеса.

Киргизия > Образование, наука. Медицина > kyrtag.kg, 1 апреля 2022 > № 4016323

«Океанрыбфлот» покажет гостям и жителям Камчатки морскую жизнь

На Камчатке открылся музей истории рыбодобывающей компании «Океанрыбфлот». Это первая в регионе ультрасовременная интерактивная площадка с оригинальными артефактами, интерактивными картами и виртуальным путешествием по новейшему супертраулеру «Георгий Мещеряков».

История компании собиралась по крохам. Воспоминания очевидцев, редкие архивные фотографии, видеоматериалы из архивов Госфильмфонда и живые съемки из районов промысла — все это бережно сохранялось годами и воплотилось в историческую хронику, которая теперь предоставлена в музее истории предприятия и доступна каждому.

Открытие музея приурочено к важной дате: именно 1 апреля «Океанрыбфлот» отмечает день предприятия. В этот день 1968 года компания вышла из структуры Камчатрыбпрома и стала самостоятельной организацией. За 54 года в ней успели поработать тысячи людей, многие стали легендой. Новый музей и создан для того, чтобы камчатцы и гости полуострова могли листать героическую летопись о делах минувших и знакомиться с ее героями.Музей, площадь которого составляет почти 300 кв. м, включает три зала. Первый посвящен Камчатке, ее красоте и богатству, а также становлению и развитию рыбной отрасли полуострова — от самых первых, неуверенных, шагов до расцвета крупного «кита» — «Океанрыбфлота».

Во втором зале гостей ждет интерактивная карта маршрутов лова: где и когда работали суда «Океанрыбфлота» и какие виды рыб добывали. Также представлен весь производственный процесс — от комплектации судна перед рейсом до реализации произведенной в море продукции.

Здесь же экспозиция с предметами, которые много лет верно служили на судах компании, — рындой, биноклем, сетной частью трала и т.д. Но гордостью музея является виртуальная экскурсия по супертраулеру «Георгий Мещеряков». Надо отметить, создатели музея старались, чтобы здесь было интересно гостям всех возрастов: от самых маленьких посетителей, которые смогут принять участие в викторине и получить сувениры, до взрослых, которым интересна история.

В третьем зале музея находится голографическая панель: на ней представлена сравнительная характеристика судов типа «Пулковский меридиан» (основного флота компании) и новейшего супертраулера «Георгий Мещеряков».

Как сказал генеральный директор компании Евгений Новоселов, музей создан для того, чтобы люди знали, каков труд рыбака, как проходят экспедиции, и уважали тружеников моря.

«Мы открываем музей в день рождения «Океанрыбфлота». Уверен, что он привлечет внимание, ведь здесь вся история компании от первых дней до современности. Спасибо всем, кто принял участие в проекте, проделана огромная работа, и сегодня мы видим результаты совместного труда. Они впечатляют», — заявил Евгений Новоселов.

Разрезав ленточку, почетные гости отправились на экскурсию. Без преувеличения можно сказать, что новый музей произвел на них сильное впечатление.

«Я хочу поздравить наш город с приобретением нового музея, — сказал губернатор Камчатского края Владимир Солодов. — Музей интерактивный, а значит, будет все время обновляться, здесь все продумано до мелочей, и я уверен, что это место станет знаковым, точкой притяжения и для туристов, и для наших жителей. А для детей будет точкой погружения в профессии, связанные с рыболовством и морским делом, что очень важно для нас».

«Здесь полностью погружаешься в атмосферу. Появляется ощущение причастности к профессии: ты узнаешь буквально все о рыбацком труде в море. Я точно знаю, что еще раз сюда приду, чтобы внимательно изучить экспозиции. Виртуальная экскурсия по траулеру меня сильно впечатлила», — поделилась председатель краевого Законодательного собрания Ирина Унтилова.

Для «Океанрыбфлота» открытие музея — второе значимое событие в нынешнем году. В январе на Камчатку прибыл супертраулер «Георгий Мещеряков». Новое судно сейчас успешно трудится в рыбопромысловой экспедиции и постепенно наращивает объемы производства. А в апреле в эксплуатацию введен музей. Несмотря на непредсказуемость каждого дня и постоянные потрясения, которые происходят в стране и мире, компания продолжает работать в штатном режиме, обеспечивает внутренний рынок качественной и свежей рыбой и морепродуктами в необходимых объемах, обновляет флот и создает новые грандиозные проекты.

Валентина БОКОВИКОВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ. Миграция, виза, туризм > fishnews.ru, 1 апреля 2022 > № 4015645

Украинская политика Израиля: «правильная сторона истории» или национальные интересы

ЭФРАИМ ИНБАР

Президент Института стратегии и безопасности в Иерусалиме (JISS).

Осторожная политика израильского правительства в отношении России после начала военной операции на Украине вызывает негодование у журналистов, интеллектуалов и евреев всего мира, поскольку еврейская идентичность заключается в словах «тиккун олам» (исправление мира). Однако упрощённые праведные призывы к правительству Израиля быть на правильной стороне истории свидетельствуют об историческом невежестве и моральном релятивизме.

У истории нет верной стороны, и она не развивается в соответствии с моральными императивами. Тем не менее некоторые марксисты верят в исторический детерминизм, который приведёт к власти пролетариата в мире. Это и есть марксистский рай, о котором можно с уверенностью сказать, что он не состоялся.

Кульминацией либерального истолкования прогресса стала теория Фрэнсиса Фукуямы о «конце истории», утверждающая, будто подъём западной либеральной демократии после Второй мировой войны рано или поздно приведёт к универсализации её ценностей. Украинский кризис ясно показывает, что этого пока не происходит.

Нравится нам это или нет, но историю пишут победители. К сожалению, те, кто одерживают победы, не всегда бывают праведны. История действительно выглядела бы иначе, если бы Гитлер вложил свои силы и деньги в создание ядерной бомбы, а не ракет дальнего действия. Такая возможность существовала, но, к счастью, не осуществилась. Верно и то, что своей победой во Второй мировой войне союзники во многом обязаны компании General Motors, которая была образцом в создании военных машин.

Желательно ли быть на стороне победителей? Конечно, не всегда ясно, кто одержит верх. Например, знает ли Израиль, какими могут быть исход конфликта между Россией и Украиной и его последствия? В любом случае – Израиль объявил о своей ориентации на Запад. Он даже голосовал в ООН так же, как и другие западные демократии, несмотря на грубую ошибку Запада, проигнорировавшего потребности России в безопасности из-за расширения НАТО.

Нападки на любое правительство, которое не встало на правильную сторону истории, вызывают недоумение.

Как можно игнорировать тот факт, что российские войска находятся на северной границе Израиля и при этом позволяют наносить удары по целям Ирана и его ставленников в Сирии? Иран представляет собой экзистенциальную угрозу для Израиля. Сотрудничество с Россией слишком важно, чтобы рисковать им из-за вопросов, не имеющих прямого отношения к национальной безопасности Израиля.

Открытый канал связи с Москвой позволил премьер-министру Нафтали Беннету выступить посредником между Украиной и Россией. Трудно не похвалить израильское правительство за выбор посреднической роли для предотвращения эскалации войны.

Израилю нелегко лавировать между различными интересами и нравственными предпочтениями, которые иногда противоречат друг другу. Главным критерием всегда должен быть конечный результат – отвечает ли он национальным интересам государства? Даже в ретроспективе итоги проводимой политики не всегда можно быстро и однозначно определить.

Высшее моральное состояние нации – выживать в джунглях мировой политики. Нация не имеет морального права совершать самоубийство. Ни одной стране не позволено ставить на карту само своё существование.

Нам есть чему поучиться у раббана Иоханана Бен Заккая, который дезертировал во время сражения с римлянами и попросил их не трогать город Керем Явне, чтобы он стал центром для израильских богословов, изучавших и сохранявших Тору, – вместо того, чтобы погибнуть в проигранной битве. Было ли его решение идеалом нравственности? Неизвестно, но в результате он создал альтернативу для еврейской государственности и сохранения духовного наследия, а также национальной идентичности Израиля.

Значительным вкладом Никколо Макиавелли в политическую мысль было понимание того, что от государства не следует ожидать такого поведения в системе международных отношений, какого можно ожидать от достойного священника по отношению к пастве. Отдельные люди живут и действуют в разных общественных формациях.

Например, мы ожидаем, что члены семьи будут проявлять чистый альтруизм и заботу друг о друге. Однако никто не ожидает такого же альтруизма от банка. Также немыслимо, чтобы университет, стремящийся к выдающимся достижениям, благосклонно относился к фаворитизму или кумовству, поскольку он заинтересован в поддержке меритократии. Общепринято, что человек, торгующийся на рынке, будет вести себя совершенно эгоистично, намереваясь купить товар как можно дешевле, за счёт продавца.

На международном уровне благо государства является ориентиром желательного поведения. Мнение различных моралистов имеет тут второстепенное значение.

The Jerusalem Post

Израиль. Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 31 марта 2022 > № 4313799 Эфрайм Инбар

Плата за экономическую войну

НИКОЛАС МАЛДЕР

Доцент кафедры истории Корнельского университета.

Экономическое наступление против России доказало, что мы живём в новой реальности: эпоха применения санкций без издержек, без рисков и с прогнозируемыми последствиями действительно закончилась. Если экономическая война между Западом и Россией продолжится с такой интенсивностью и дальше, то мир скатится в рецессию.

Российско-украинский конфликт 2022 г. – не только крупное геополитическое событие, но и переломный момент с точки зрения геоэкономики. Нынешние санкции Запада – самые жёсткие из тех, что когда-либо применялись против государства такого размера и мощи, как Россия. Менее чем за три недели США и их союзники отрезали крупные российские банки от глобальной финансовой системы, вместе с азиатскими партнёрами заблокировали экспорт высокотехнологичных компонентов, захватили зарубежные активы сотен состоятельных россиян, отозвали торговые соглашения с Москвой, закрыли для российских самолётов воздушное пространство Северной Атлантики, ограничили продажу российской нефти в США и Великобританию, приостановили все инвестиции в экономику РФ из своих юрисдикций и заморозили 403 млрд из 630 млрд долларов иностранных активов ЦБ РФ. Совокупный эффект оказался беспрецедентным, и ещё несколько недель назад большинство экспертов не могли такого представить: исключая жизненно важные товары, 11-я по величине экономика мира фактически отрезана от глобализации XXI века.

Как сработают эти исторические меры? Экономические санкции редко достигают своих целей. Западные политики часто полагают, что причиной провала является слабость введённых ограничений. Действительно, могут быть лазейки в режиме санкций, отсутствие политической воли и дипломатического согласия для их эффективной реализации. Принято считать, что более жёсткие санкции имеют больше шансов на успех.

Но в случае с экономическим сдерживанием России всё иначе. Кампания по изоляции экономики G20 с крупным углеводородным сектором, развитым военно-промышленным комплексом и диверсифицированным набором экспортных товаров беспрецедентна. Поэтому западные санкции, скорее всего, столкнутся с проблемой иного рода. Рестрикции могут провалиться не из-за слабости, а из-за огромной, непредсказуемой силы.

Привыкнув к низкозатратному использованию санкций против небольших стран, западные политики не имеют достаточного опыта и понимания последствий действительно жёстких мер против крупной экономики с глобальными связями.

Существующие уязвимости мировой экономической и финансовой структуры позволяют предположить, что подобные санкции способны привести к серьёзным политическим и материальным последствиям.

Реальный шок и трепет

Оценить, насколько суровы нынешние санкции против России, можно по их воздействию на весь мир. Удар непосредственно по российской экономике очевиден. По прогнозам экономистов, ВВП РФ сократится на 9–15 процентов в этом году, но ущерб может быть значительнее. Рубль упал более чем на треть с начала января. Идёт отток профессиональных кадров из России, в то время как возможности импортировать потребительские товары и ценные технологии резко уменьшились. Как выразился политолог Илья Матвеев, «тридцать лет экономического развития выброшены в корзину».

Волна от западных санкций распространяется далеко за пределы самой России. Можно выделить четыре вида последствий, которые могут коснуться всех: эффект перелива на связанные с Россией страны и рынки, мультипликативный эффект из-за изъятия инвестиций из частного сектора, эскалация в форме ответных мер России и системные последствия для глобальной экономики.

Эффект перелива уже привёл к хаосу на международных товарных рынках. Трейдеров охватила паника после обнародования 26 февраля второго пакета западных санкций, включая отключение от SWIFT и заморозку резервов ЦБ. Резко подскочили цены на нефть, природный газ, пшеницу, медь, никель, алюминий, удобрения и золото. Из-за военных действий закрыты украинские порты, международные компании стараются избегать поставок российских товаров, в результате в мировой экономике сегодня нарастает нехватка зерна и металлов. Хотя цены на нефть позже опустились в ожидании увеличения добычи странами Персидского залива, шок от скачка цен на энергоносители и другие сырьевые товары разгонит глобальную инфляцию. Страны Африки и Азии, зависящие от поставок продовольствия и энергоресурсов, уже столкнулись с трудностями.

Экономики Центральной Азии также пострадали от санкционного шока. Бывшие советские республики тесно связаны с российской экономикой через торговлю и потоки трудовой миграции. Коллапс рубля стал серьёзным финансовым потрясением для региона. Казахстан ввёл валютный контроль, после того как его национальная валюта тенге упала на 20 процентов на фоне западных санкций против Москвы. С таджикским сомони произошло аналогичное резкое обесценение. С ухудшением ситуации в России миллионам мигрантов из Средней Азии придётся искать работу в других странах, поток денежных переводов домой может иссякнуть.

Воздействие санкций выходит за рамки решений, принятых G7 и ЕС. Пакеты официальных санкций оказали катализирующий эффект на международный бизнес, работающий в России. Практически за одну ночь надвигающаяся изоляция привела к массовому бегству корпораций. Можно говорить о массовом бойкоте со стороны частного сектора: сотни крупных западных фирм в сфере технологий, нефти и газа, аэрокосмической и автомобильной отраслях, в области производства потребительских товаров, продуктов питания и напитков, а также представители бухгалтерской, финансовой и транспортной индустрий уходят из страны. Следует отметить, что во многих случаях санкции не требовали ухода компаний. Скорее он обусловлен моральным осуждением ситуации, репутационными опасениями и просто паникой. В результате уход бизнеса усугубляет экономический удар по России, мультиплицируя негативное воздействие официальных санкций.

Правительство РФ отреагировало на санкции следующим образом. Были введены срочные стабилизационные меры для защиты валютной выручки и поддержки рубля. Иностранный портфельный капитал заблокирован в стране. Фондовый рынок оставался закрытым, активам многим западных компаний, покинувших Россию, может грозить конфискация. Министерство экономического развития подготовило законопроект, который даёт государству шесть месяцев на то, чтобы забрать бизнес, в случае «необоснованной» ликвидации или банкротства.

Потенциальная национализация западного капитала – не единственный эскалационный эффект санкций. 9 марта Путин подписал указ, ограничивающий российский экспорт. Хотя полный список товаров, подпадающих под запрет, пока не определён, сама угроза продолжает тревожить мировую торговлю. Ограничения на экспорт удобрений, введённые Россией в начале февраля, уже оказывают давление на мировое производство продуктов питания. Россия может ответить ограничением экспорта важных минералов – никеля, палладия и промышленных сапфиров. Они необходимы для производства электрических батарей, каталитических конвертеров, телефонов, шарикоподшипников, световых трубок и микрочипов. В глобализированной системе сборки даже небольшие изменения в ценах на материалы могут значительно повысить производственные затраты, с которыми сталкиваются конечные пользователи, расположенные ниже по производственной цепочке. Российское эмбарго или значительное сокращение экспорта палладия, никеля или сапфиров ударит по производителям автомобилей и полупроводников – отрасли стоимостью 3,4 трлн долларов. Если экономическая война между Западом и Россией продолжится с такой интенсивностью и дальше, то вполне возможно, что мир скатится в вызванную санкциями рецессию.

Справиться с последствиями

Сочетание эффекта перелива, негативного мультипликативного и эскалационного эффектов означает, что санкции против России повлияют на мировую экономику, как немногие санкционные режимы в прошлом. Почему нельзя было предвидеть эти потрясения? Одна из причин заключается в том, что в последние несколько десятилетий американские политики обычно применяли санкции против экономик, которые были достаточно скромными по размеру, и серьёзные негативные последствия удавалось сдерживать. Степень интеграции в мировую экономику Северной Кореи, Сирии, Венесуэлы, Мьянмы и Белоруссии была относительно небольшой и одномерной. Только введение санкций США против Ирана потребовало особой осторожности, чтобы не вызвать потрясений на нефтяном рынке.

Однако в целом можно считать, что применение санкций проходило для Соединённых Штатов практически без издержек. Следовательно, никто не осознавал в полной мере макроэкономические и макрофинансовые последствия глобальных санкций.

Чтобы лучше понять, какой выбор придётся делать в нынешней ситуации с Россией, следует изучить применение санкций в 1930-х гг., когда с их помощью демократии тоже пытались остановить агрессию крупных автократических экономик – фашистской Италии, имперской Японии и нацистской Германии. Всё это происходило на фоне Великой депрессии, которая ослабила экономики и подпитывала национализм по всему миру. Когда итальянский диктатор Бенито Муссолини вторгся в Эфиопию в октябре 1935 г., Лига Наций ввела международный режим санкций, который поддержали 52 государства. Это был впечатляющий единый ответ, как и сейчас мы видим в случае с Россией.

Однако у санкций Лиги Наций был побочный эффект. Экономическое сдерживание фашистской Италии не позволяло демократиям применить санкции против более опасного агрессора – Адольфа Гитлера. Германия являлась драйвером экспортного спроса для небольших европейских экономик, и её невозможно было изолировать без серьёзных коммерческих потерь для всей Европы. В условиях медленного восстановления после Великой депрессии одновременное введение санкций против Италии и Германии – тогда четвёртой и седьмой экономик мира – было слишком затратным для большинства демократий. Гитлер воспользовался этим страхом перенапряжения сил и сосредоточенностью международного сообщества на Эфиопии, чтобы ввести немецкие войска в Рейнскую демилитаризованную зону в марте 1936 г., двигаясь по пути к войне. Немецкое руководство осознавало свою коммерческую силу и использовало её, чтобы включить экономики Центральной Европы и Балкан в свою политическую орбиту. Результатом стало создание континентального блока вассальных экономик, торговлю которых с Германией западным странам стало сложнее остановить с помощью санкций или морской блокады.

Санкционные дилеммы 1930-х показывают, что агрессорам нужно противодействовать, если они нарушают международный порядок. Но нельзя игнорировать тот факт, что жизнеспособность санкций и их шансы на успех всегда зависят от глобальной экономической ситуации. В нестабильных торговых и финансовых условиях необходимо определить приоритетные цели и тщательно подготовиться к любым последствиям.

Применение санкций против очень крупных экономик просто невозможно без компенсационных мер, которые должны поддержать экономику санкционеров и остального мира.

Администрация Байдена осознаёт эту проблему, но её действия пока не соответствуют масштабам происходящего. Вашингтон попытался снизить напряжённость на нефтяном рынке путём частичного примирения с Ираном и Венесуэлой. Чтобы смягчить эффект перелива санкций против одного экспортёра нефти, теперь, возможно, придётся снимать рестрикции против двух других. Но этой нефтяной дипломатии недостаточно для противодействия вызовам, связанным с санкциями против России, последствия которых усугубляют существовавшие ранее экономические трудности. Проблемы с цепочками поставок и «узкие места» в глобальной транспортной и производственной системах времён пандемии возникли до начала военных действий на Украине. Беспрецедентное применение санкций в этих условиях усугубило и без того сложную ситуацию.

В Европе проблема управления последствиями экономической войны стоит острее. Не только потому, что у Евросоюза более тесные торговые и энергетические связи с Россией. Это результат политической экономии еврозоны, которая сформировалась за последние двадцать лет: за исключением Франции, большинство экономик еврозоны следуют стратегии роста, в значительной степени зависящей от торговли и ориентированной на экспорт. Эта экономическая модель требует зарубежного спроса на экспорт и при этом подавляет рост зарплат и внутренний спрос. Такая структура совершенно не подходит для длительного действия санкций, направленных на сокращение торговли. Увеличить инвестиции в возобновляемую энергию по всему Евросоюзу и расширить общественный контроль в энергетическом секторе, как предлагает президент Франции Эммануэль Макрон, – один из способов смягчить этот удар. Но нужны также меры, стимулирующие рост доходов, для интервенций на рынке потребительских товаров – от управления стратегическими резервами до налогов на сверхприбыль, которые сейчас вводятся в Испании и Италии.

Есть последствия санкций для мировой экономики в целом и особенно для Глобального Юга. Решение этих проблем – макроэкономический вызов. G7, Евросоюз и азиатские партнёры США должны запустить решительные, скоординированные действия для стабилизации глобальных рынков. Это можно сделать с помощью целевых инвестиций в устранение узких мест в цепочках поставок, щедрых грантов и кредитов развивающимся странам, которые испытывают продовольственные и энергетические проблемы, а также выделения государственных средств на использование возобновляемой энергии. Потребуются также субсидии и, возможно, даже регулирование цен, чтобы защитить беднейшие слои населения от деструктивного эффекта резкого повышения цен на продукты питания, энергоносители и сырьевые товары.

Такое вмешательство государства – плата за участие в экономической войне. Компенсировать материальный ущерб, сопоставимый по масштабу экономическому удару по России, будет просто невозможно без сдвигов в международной политике, которая должна включать поддержку тех, кто пострадал от санкций. Если материальное благополучие домохозяйств не будет защищено, политическая поддержка санкций со временем рухнет.

Новые интервенционисты

Западным политикам предстоит принять серьёзное решение: сохранить санкции против России в нынешнем виде или вводить дополнительное экономическое наказание. Если цель санкций – оказать максимальное давление на РФ с минимальным ущербом для собственной экономики и с контролируемым риском внутренней политической реакции, то с политической точки зрения нынешний уровень давления – максимально возможный на данный момент.

Уже сейчас поддержание существующих санкций требует активной компенсационной политики. Ни политика экономического невмешательства, ни фискальная фрагментация не смогут обеспечить устойчивость, особенно в Европе, если экономическая война продолжится. Но если Запад решит усилить экономическое давление на Россию, экономические интервенции станут абсолютной необходимостью. Более интенсивные санкции усугубят ущерб не только для самих санкционеров, но и для мировой экономики в целом. Независимо от того, насколько сильна и оправданна решимость Запада остановить Россию, политики должны принять материальную реальность: полномасштабное экономическое наступление чревато значительной дополнительной нагрузкой на мировую экономику.

Усиление санкций вызовет каскад материальных потрясений, которые потребуют масштабных стабилизационных мер. И даже при наличии таких спасательных средств экономический ущерб может быть значительным, а риски стратегической эскалации останутся высокими. Поэтому крайне важно использовать дипломатические и экономические пути, чтобы остановить конфликт. Какими бы ни были результаты военных действий, экономическое наступление против России уже доказало, что мы живём в новой реальности: эпоха применения санкций без издержек, без рисков и с прогнозируемыми последствиями действительно закончилась.

Foreign Affairs

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > globalaffairs.ru, 31 марта 2022 > № 4313798 Николас Малдер

Роль Японии в санкциях против России в сфере высоких технологий

Романова Алена Александровна

В марте 2022 г. Япония расширила список российских компаний, попавших под санкции. Итоговый перечень включает 130 компаний, в основном действующих в сферах авиа и судостроения, а также электронной промышленности. После начала спецоперации около 22% японских компаний приняли решение приостановить деятельность в России. Основная причина ухода японских компаний с российского рынка – «сохранение репутации в глазах зарубежных партнеров».

25 февраля 2022 г. Япония присоединилась к антироссийским санкциям США. По заявлениям из Вашингтона, коллективные санкции стран Запада, направленные, в том числе против оборонного, аэрокосмического и судостроительного комплексов России, будут способны ограничить до 50% российского высокотехнологичного импорта.

Формат санкций

Иностранные компании должны получать лицензии Министерства торговли США на поставки в Россию «американских» технологий. В условиях, когда выдача этих лицензий будет прекращена, страны-союзники США во избежание возможных экономических и технологических ограничений уже в свой адрес прекратят поставки в Россию не только продукции из санкционного списка, но и смежных технологических решений. Тот же принцип Штаты применяют против китайских компаний с 2018 г.

25 марта 2022 г. Япония пополнила список российских компаний, попавших под санкции. Итоговый перечень включает 130 компаний, в основном действующих в сферах авиа и судостроения, а также электронной промышленности (см. Приложение). Также ограничено сотрудничество с ключевыми российскими поставщиками данных компаний.

По состоянию на февраль 2022 г. в России вели бизнес 347 японских компаний, из них 45% – автопроизводители и промышленные предприятия других отраслей. Из этого списка Агентство кредитных исследований Teikoku Databank опросило 168 компаний, чьи акции размещены на Токийской бирже.

После начала спецоперации 37 из них (22%) приняли решение приостановить деятельность в России, при этом, по оценке японских экспертов, это число возрастет в случае продолжения конфликта в Украине. Основная причина ухода японских компаний с российского рынка – «сохранение репутации в глазах зарубежных партнеров».

Масштаб влияния на российскую экономику

Японские высокотехнологичные компании являются лидерами либо находятся на топ-позициях в мировых рейтингах в следующих областях:

• производство полупроводников для автомобильной промышленности;
• передовая потребительская и промышленная электроника (включая промышленные датчики и дисплеи для станков);
• высокоточное печатное и оптическое электронное оборудование, включая медицинскую томографию и видеокамеры.

Продукцию вышеперечисленных областей в международной статистике относят главным образом к товарной группе «Машины, оборудование и аппаратура».

С февраля 2020 г. по январь 2021 г. доля Японии в российском импорте товаров данной группы составляла 2,8% ($2,02 млрд в стоимостном выражении), находясь по этому показателю на 7-м месте после КНР (38%), Германии, Вьетнама и других стран. Иными словами, потенциал негативного влияния санкций по данным позициям (если рассматривать в целом) видится ограниченным.

Разберем подробнее отдельные высокотехнологичные области.

Полупроводники для автопрома

В данном сегменте вывод о невысокой степени зависимости России от японского рынка достаточно нагляден. Дело не только в скромной доле Японии в российском импорте по данной товарной позиции, но и в том, что, производя 15 % мирового объема чипов и микропроцессоров, японские компании не могут конкурировать с абсолютными лидерами – TSMC (Тайвань), Samsung (РК) и даже китайским SMIC. Ведущая японская компания в сфере производства полупроводников Renesas Electronics (сфокусирована на разработке микросхем для автопрома и мобильных телефонов) в работе над передовыми образцами сотрудничает с TSMC, собственные же схемы производит по сравнительно устаревшим технологиям.

Не являются ключевыми поставщиками для российской электронной промышленности и такие производители полупроводников как Ibiden, Tokyo Electron и Dainippon Screen.

Тем не менее, отказ этой «тройки» от поставок может вызвать дефицит плоскопанельных дисплеев, которые нужны для мониторинга производственных процессов. Проблемой могут стать и ограничения по картам флэш-памяти для компьютеров, поставляемым компанией KIOXIA. Поэтому уже сейчас следует задуматься о китайских компонентах для промышленного оборудования.

Потребительская и промышленная электроника

Наибольшее влияние японских санкций будет ощущаться в сфере потребительской и промышленной электроники. Поставки в Россию приостановили следующие крупные японские компании (мотивируя это «нарушением логистических цепочек» либо «нестабильной экономической ситуацией»):

• Mitsubishi Electric, производитель электрооборудования и оборудования для промышленной автоматизации;
• Panasonic, производитель оборудования для авиации, осветительного оборудования и солнечных батарей, поставщик мобильной связи;
• Sony, производитель широкого спектра потребительской электроники, - телевизоров, звукового оборудования, игровых консолей, а также программного обеспечения;
• Hitachi Manufacturing: весь спектр оборудования, за исключением электроэнергетического оборудования, необходимого для жизни граждан (компания также закроет часть производств в России);
• Komatsu, производитель строительной техники и горнодобывающего оборудования, гидравлических экскаваторов.

Другие японские компании сослались на ситуацию на Украине напрямую. Например, производитель офисных многофункциональных устройств Ricoh именно по причине конфликта на Украине приостановил поставки офисной техники для печати. Такая позиция близка к позиции американских компаний.

Японские санкции коснулись не только поставок готовой продукции из Японии, но и совместных проектов на территории России. Например, поставщик комплектующих для автомобилей AGC, являющийся крупнейшим в мире производителем стекла, приостановил ремонт печей для производства стекла, находящихся в России. Компания также сократила производство и поставки автопроизводителям в России. Ситуация в автомобильной промышленности неоднозначная. Nissan, Toyota, Honda приостановили поставки, но часть мощностей японских заводов в России продолжает работать.

Медицинская томография

Японские санкции не коснутся сферы здравоохранения и медицины. Компания Canon Medical Systems продолжит поставлять в Россию томографы, оборудование для лучевой диагностики, другие высокоточные медицинские приборы и медикаменты. Представитель компании в России Денис Чередниченко объяснил данное решение принципами гуманизма, лежащими в основе корпоративной культуры Canon Medical Systems.

Поставки томографов важны для реализации нацпроекта «Здравоохранение». Компания также продолжает строительство завода на территории России, но сроки его возведения из-за сбоев в логистических цепочках сдвинутся. В то же время подразделение компании Canon, управляющее продажами в Европе, Среднем Востоке и Африке, объявило о приостановке поставок в Россию. Речь идет о камерах и других потребительских товарах.

Санкции затронули и финансы. Крупнейшая японская платежная система JCB прекратила работу в России.

Выводы

Прекращение поставок японской высокотехнологичной продукции не является неразрешимой проблемой для российской ИТ-отрасли. Японские решения в области компьютерной памяти и программного обеспечения в настоящее время используются как альтернатива американским и южнокорейским технологиям. Однако в случае ограничения поставок заменить японское промышленное оборудование можно будет китайскими аналогами.

В случае же прекращения поставок японских томографов сфера высокоточной медицинской диагностики в России столкнется с серьезными трудностями, поскольку заменить томографы будет нечем: другие производители высокоточного медицинского оборудования имеют европейское и американское происхождение и уже присоединились либо присоединятся к санкциям.

Приложение. Высокотехнологичные компании России, находящиеся под японскими санкциями

Япония. Россия > СМИ, ИТ > ifes-ras.ru, 31 марта 2022 > № 4241433 Алена Романова

«Прежние схемы рушатся, но у бизнеса остались возможности для эффективного продвижения»

«Мы привлекали целевой трафик из поисковиков, постили видео, собирали лиды на торговых площадках. Все это сейчас недоступно. Хорошая новость: появились новые инструменты для рекламных кампаний».

Анна Королева, заместитель коммерческого директора направления развития клиентов BLIZKO.RU, рассказала DK.RU о том, как продвигать свои товары и услуги в нынешних условиях:

— Чтоб ты жил в эпоху перемен! Это древнее китайское проклятие сбылось в масштабах пятой части земного шара. Жизнь в России меняется стремительно, изменения затрагивают все сферы нашей жизни.

Меняется рынок, рушатся привычные схемы работы, рвутся выстроенные цепочки, сбоят сформированные стратегии. Чтобы сейчас даже просто оставаться на месте, российскому малому бизнесу нужно очень быстро бежать. А куда бежать, если на месте привычных путей — обрыв, а новые пока непонятны и от этого кажутся ненадежными?

Мы привлекали целевой трафик из поисковиков — Yandex и Google, формировали близкий круг потенциальных покупателей в Instagram (запрещен на территории РФ), собирали горячие лиды на торговых площадках, поддерживали бизнес-аккаунты в Facebook (запрещен на территории РФ), привлекали клиентов интересным видеоконтентом на Youtube. И все это в комплексе обеспечивало достаточный поток заказов при стабильных прогнозируемых издержках.

Сегодня далеко не все из привычных каналов нам доступны. Некоторые, как, например торговая площадка Tiu.ru, прекратили работу, доступ к другим ограничен, где-то заблокированы рекламные возможности. А те каналы, которые по-прежнему работают, постепенно становятся слишком дорогими для простого российского предпринимателя.

Что же нам осталось и как спланировать продвижение в интернете в новой реальности?

Хорошая новость: SEO-продвижение по-прежнему актуально. Если у вас есть возможность инвестировать в свой сайт, надо обязательно этим заниматься. На кону тот самый органический трафик, который условно ничего не стоит и оттого особенно ценен. Если вы стратег, а ваш бизнес не подвержен быстрым радикальным изменениям — SEO сейчас ваш основной инструмент. Но и один из самых долгих, дорогих и непредсказуемых в плане отдачи. Поэтому настройтесь на регулярные финансовые вложения и обязательно воспользуйтесь услугами специалистов.

Из крупных поставщиков контекстной рекламы остается сейчас лишь Yandex. И здесь рост ставок как следствие возрастающей конкуренции в сочетании с сезонным ростом спроса неизбежен. Надо быть готовым к корректировкам бюджетов.

По-прежнему хороши для продвижения торговые площадки и доски объявлений, но многие имеют долю иностранного участия в бизнесе, а значит и риски внезапного вывода капитала. Для снижения рисков в современных реалиях приоритет при планировании бюджетов желательно отдавать «внутрироссийским» площадкам, поэтому будет разумным изучить, кому принадлежит ресурс и на территории какого государства размещены сервера.

Примером полностью российского продукта может служить торговая площадка Blizko.ru, которая соединяет покупателей и продавцов уже более 15 лет.

Маркетплейсы «полного цикла», такие как Яндекс.Маркет, Ozon и Wildberries дают быстрый старт с минимальными прямыми затратами на привлечение трафика, но требуют вложений в обслуживание продаж — логистику, возвраты, хранение, а также комиссионные площадки. Кроме того, требования к продавцам и условия сотрудничества постоянно ужесточаются. Такие маркетплейсы продвигают прежде всего свой бренд, а не бренды продавцов, а возможности работы с возвратной аудиторией и повторных продаж ограничены, так как маркетплейсы не позволяют собирать данные о пользователях. Поэтому, если для вас важно продвижение бренда и формирование пула постоянных клиентов, подумайте и о других каналах продвижения.

В условиях сокращения доступных для рекламы соцсетей наступает звездный час российской сети Вконтакте. Из доступных это, пожалуй, наиболее гибко настраиваемый инструмент. А если состоится активно обсуждаемое сейчас присоединение к Вконтакте сервиса Яндекс.Дзен, объединенный продукт в перспективе вполне сможет заменить по функционалу утраченный нами Instagram (запрещен на территории РФ). А если в продвижении вы делали ставки на короткие видео, то теперь, с утратой Youtube, именно аудитория ВКонтакте и Дзена станет основным потребителем вашего контента.

Итак, несмотря на то, что рынок меняется и наша деловая жизнь уже не будет прежней, у бизнеса осталось достаточно возможностей для эффективного продвижения в сети. И, хотя многие предприниматели всерьез рассматривают минимизацию рекламных расходов, именно сейчас крайне важно продолжать вкладывать в продвижение компании, не ограничиваясь каким-то одним способом. Нужно подобрать правильную комбинацию из нескольких инструментов, которая позволит при тех же бюджетах и минимальных рисках обеспечить стабильный поток заказов, выручку и прибыль.

Хорошим решением станет привлечение к формированию стратегии продвижения профессионалов. Это может быть рекламное агентство или торговая площадка, которая, помимо размещения, предлагает и услуги продвижения.

Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > dk.ru, 31 марта 2022 > № 4142009 Анна Королева

Как мозг справляется со стрессом — нейробиолог Вячеслав Дубынин

Причиной стресса может стать и боль, и неприятный запах, и слишком громкий звук. Еще наш мозг очень не любит неизвестность. Как на стресс реагируют холерики и меланхолики, и почему некоторые его ищут.

Вячеслав Дубынин — доктор биологических наук, профессор биофака МГУ, специалист по физиологии мозга, нейробиолог, изучает мозг более 30 лет. Он рассказал о механизме возникновения стресса, и как на него реагирует мозг.

— С препятствиями сталкивается не только человек, но и любой живой организм. Вы поймали майского жука, посадили в коробочку — и слышите, как он скребется и пытается выбраться. Что это? Сработали программы свободы, которые присутствуют даже в очень простой нервной системе. Когда организм оказывается в условиях ограничения свободы передвижения, ему нужно их преодолеть. Поскольку в замкнутом пространстве он быстро умрет от голода, жажды или станет добычей хищника.

Препятствие — источник негативных эмоций, а освобождение — позитивных. За любыми эмоциями и ощущениями стоят вполне конкретные молекулы. В ситуации, когда мы побеждаем, оказываемся лучше всех, действует молекула норадреналина. Это химическое вещество, ближайший родственник адреналина. У норадреналина много функций, в том числе, это нейромедиатор симпатической нервной системы. В головном мозге он обеспечивает психическое сопровождение стресса — эмоциональные переживания, которые возникают, когда мы справляемся с проблемами.

Нервные клетки, вырабатывающие норадреналин, расположены глубоко в стволе головного мозга, в так называемом голубом пятне (лат. — locus coeruleus). Они окрашены в голубоватый цвет, отсюда название. Отростки этих нейронов тянутся по всему мозгу.

Слово «стресс» стало широко распространенным. Его придумал Ганс Селье, описывая ситуацию напряженного функционирования нервной системы организма. Оно возникало, к примеру, у белой крысы, когда ее помещали в холодную воду. Ученые изучали, как меняется работа внутренних органов, эндокринной системы. В современной науке очень развиты направления, связанные с оценкой последствий острого и хронического стресса. Последний особенно опасен — он может привести к истощению организма, к выгоранию.

Откуда берется стресс? Например, при возникновении боли. Болевой сигнал свидетельствует, что с организмом что-то не в порядке, что клетки и ткани повреждены. В этот момент выделяются особые молекулы, которые действуют на нервные волокна, по ним болевой сигнал приходит в головной мозг и добирается до центров, связанных со стрессом, страхом, агрессией — с тем, что называется оборонительным поведением. При этом мы испытываем серьезные негативные эмоции, ищем способы уйти от болевого сигнала. Боль всегда имеет приоритет: ощущая ее, мы склонны все бросить и начать разбираться с ней, чтобы устранить повреждение — опасность.

Причиной стресса может стать и неприятный запах, и слишком громкий звук, и слишком яркий свет. Еще мозг очень не любит неизвестность, неопределенность. В небольшой дозе неизвестность — это хорошо, это новизна.

В такой ситуации вырабатывается дофамин, и мы исследуем некое явление. Но важно, чтобы нового было не слишком много. Чем больше новизны, изменений, тем выше шанс, что вместо радости исследования мира человек испытает негативные эмоции, тревогу. Запустится оборонительное поведение и возникнет состояние стресса.

Точка перехода от любопытства к тревоге очень индивидуальна. По сути, она является одной из характеристик личности. Некоторые даже при небольшом уровне новизны «складывают лапки» и говорят: мне уже страшновато, я, пожалуй, ничего не буду делать, подожду, пока ситуация прояснится. Другие люди и при высоком уровне изменений продолжают функционировать. Например, для бизнес-процессов очень важно, чтобы человек долго оставался «на плаву», несмотря на серьезные изменения, собирал новую информацию и постепенно менял свое представление о мире и алгоритмы поведения.

При серьезных изменениях большинство людей (как и животных) скорее склонны испытывать страх, тревожность, состояние «надо бы узнать побольше, а там поглядим». В природе даже очень крупные хищники сразу в драку не лезут, а предпочитают затаиться. Такие реакции называют пассивно-оборонительными. Они могут сопрягаться с эмоциями страха, тревожности. Если проблема усугубляется, и застаивание не помогает, возможен переход от пассивно-оборонительных реакций к активно-оборонительным — агрессии, нападению, гневу, ярости.

Если вы долго терпите, страдаете и все равно ничего не делаете, скорее всего, у вас меланхолический темперамент. И это дорога к хроническому стрессу, даже к состоянию вынужденной беспомощности, когда человек ничего не делает, поскольку «жизнь так сложилась».

Если вы легко переходите к активно-агрессивным, защитным реакциям, у вас холерический темперамент. Такие люди инициативны, склонный брать на себя лидерскую функцию даже в сложных условиях. Они получают больше положительных эмоций в ситуациях, когда «было опасно, но мы справились», «было тяжело, но мы смогли». У них голубое пятно активнее работает, и порой они специально ищут трудности. Ведь положительные эмоции — то, чего нам всегда не хватает.

Но чрезмерная эксплуатация этих механизмов не полезна. Это может привести к формированию поведенческих зависимостей, связанных с голубым пятном и норадреналином. Классика «жанра» — игромания. Вы испытали недостаточно положительных эмоций в течение дня и решаете поиграть 15-20 минут.

Монстры, с которыми вы в этот момент сражаетесь, виртуальные, но норадреналин выделяется настоящий. И мозг говорит: давай еще. Результат: сели на 15 минут, а встали через два часа. Что это было? Вы добывали положительные эмоции. Какую пользу это принесло нервной системе? В целом, не очень большую, как и при других вариантах поведенческой зависимости. Вы потратили время не на творчество и познание, а на собирание норадреналина.

Схожая ситуация с играми на деньги и казино.

Еще есть молекулы, которые по структуре напоминают норадреналин — эфедрин, котонины. Люди вводят эти вещества, чтобы ощутить подъем положительных эмоций. Но дальше возникает психологическая и физиологическая зависимость. Психологическая сводится к тому, что мозг запоминает: вот так можно получить позитивные эмоциональные переживания. Что касается физиологии, при повторном применении этих веществ система начинает работать хуже, выделять меньше норадреналина. Нейроны становятся менее чувствительны к нему.

Как и любой механизм в нашем мозге, механизм, связанный с преодолением препятствий, победой, свершениями, имеет и светлую и темную стороны. Он связан с молекулой норадреналином, и мы должны его эксплуатировать к своей и общей радости. Например, чтобы взять новую высоту. Это дает ощущение жизни, новизны, позитива и понимание, что мы способны справиться с самыми разными проблемами.

Россия. ЦФО > Медицина. Образование, наука > dk.ru, 31 марта 2022 > № 4077055 Вячеслав Дубынин

«Кто-то из экспертов сравнивает ситуацию с началом 90-х, другие вспоминают 1917 год»

Что произойдет с российской экономикой и рынком труда в новой реальности, рассуждает Наталья Данина. (Спойлер: крупным городам и сфере услуг будет особенно тяжело).

Самое сложное для экспертов — прогнозировать развитие событий в условиях вооруженного конфликта и беспрецедентных санкций, наложенных на российское государство мировым сообществом. «Ситуация развивается по непредсказуемому сценарию», — говорит руководитель направления клиентской эффективности hh.ru Наталья Данина. По ее словам, возможен как коллапс экономики, так и положительный исход. В рамках вебинара «Сверхновый рынок труда: аналитика данных и прогнозы» эксперт попыталась выделить негативные и позитивные эффекты новой реальности, в которой оказалась страна.

— Рынок труда — неотъемлемая часть экономики, его развитие всегда связано с тем, что происходит с бизнесом и людьми. Кто-то из экспертов сравнивает текущую ситуацию с началом 90-х, кто-то вспоминает 1917 год, делая акцент на теме национализации. При этом все сходятся во мнении, что с подобной ситуацией не сталкивалась ни одна развитая страна. Попытаемся представить, какие эффекты можно прогнозировать при условии отсутствия видимых потрясений.

Возможный негативный эффект

— Жесткий разрыв общемировых цепочек ценности, которые создают люди. Безусловно, Россия была плотно встроена в мировую экономику, и сейчас резко теряется все то, что нарабатывалось десятилетиями. И речь идет не только о производстве, но и о продажах, потреблении. Кто и каким образом будет это восполнять — открытый вопрос;

— «Децифровизация» экономики. Реальность такова, что Россия потребляет большое количество импортных продуктов и услуг. Мгновенно и полноценно заменить их на отечественные не получится, особенно в высокотехнологичных отраслях. В сложившихся условиях возможна примитивизация экономики;

— Удар по сырьевым и смежным отраслям. По данным Росстата, на январь-ноябрь 2021 г., экспорт в России на 60% превышает импорт. В условиях значительного снижения внешнего спроса ситуация для этого сектора экономики будет наиболее болезненной;

— Прямая взаимосвязь: при ограниченных потребностях внутреннего рынка нет необходимости в масштабном производстве, а значит, не будет нужного количества работы для компаний и людей.

Возможный позитивный эффект

— Создание новых цепочек ценности.

— Ориентация на российских потребителей.

— Новые возможности с Востока: изменение региональной структуры занятости, усиление потоков миграции — ситуация, при которой Москва и Петербург не будут единственными центрами притяжения.

— Импортозамещение западных товаров и услуг, которое по некоторым направлениям уже началось. Велика вероятность того, что оно будет медленным и крайне сложным.

— Даже в рамках одних и тех же отраслей будут компании, которые смогут перестроиться и выиграть, и те, у кого не получится.

Что это означает для бизнеса?

Серьезная турбулентность, с которой справятся не все — рынок покинут неэффективные игроки. Малый бизнес сейчас выглядит сегментом с наибольшими угрозами из-за невысокого запаса прочности. С другой стороны, есть альтернативный сценарий развития событий, когда представителям малого бизнеса удастся переориентироваться и встроиться в новые цепочки потребления — в гигантские бизнесы, которые сами по себе так быстро перестроиться не смогут.

Новые бенефициары неизбежно столкнутся со сложностями от разрыва цепочек. Будут актуальны вопросы: как производить, кому продавать, как доставлять и будет ли спрос при низкой платежеспособности населения.

Сильнее всего пострадает сфера услуг, поскольку люди в первую очередь начнут экономить на этой статье расходов. История в первую очередь коснется крупных городов. По данным того же Росстата, в сфере услуг и обслуживания населения занято более 6,5 млн человек, не считая продавцов (5,3 млн) и водителей (6,8 млн).

Но с другой стороны бизнес поймет (если этого пока не произошло), что люди — главный ресурс. Именно им предстоит создать новую цепочку ценностей и выстроить новую реальность. Топ-менеджмент усвоил урок кризиса 2009 г., что вернуть грубо уволенных людей, когда все наладится, крайне сложно.

Бережное отношение к сотрудникам — это история тесной кооперации HR-департамента и бизнеса, которая прослеживалась на протяжении предыдущих двух лет и проявляется сейчас. Работа над эффективностью бизнес-процессов, в том числе и в HR в целом и в подборе в частности. Многие компании бросают это начинание, потому что создается обманчивое ощущение, что все и так работает. Пора «перестать бросать», а плотно с этим работать.

Потребуются эффективные менеджеры с подтвержденными результатами работы и навыками антикризисного управления, чтобы преодолевать негативные сценарии. Появятся новые бенефициары на освободившихся нишах потребительских товаров с огромным потенциалом найма. Локальное производство может стать одним из таких новых ярких бенефициаров. В связи с этим через какое-то время должен вырасти спрос на инженерно-технический персонал, на рабочие и сервисные роли в производстве.

Как ситуация может отразиться на регионах

Сильнее всего могут пострадать самые крупные и технологичные регионы и города за счет большой турбулентности в сфере услуг. Сложно будет регионам с не диверсифицированной структурой экономики, моногородам (хотя это дискуссионное утверждение, поскольку все зависит от развития событий), торговым (портовым) «окнам», ориентированным на Запад: Калининград, Санкт-Петербург, Мурманск.

При этом, в условной сибирской деревне не будет заметно внешних изменений на рынке труда и больших потрясений, за исключением сокращения и удорожания линейки товаров.

А еще возможен перенос центров притяжения с запада России на восток, где в случае переориентации экономики будут формироваться новые финансовые, производственные и логистические узлы. Города за Уралом могут приобрести новый вектор развития.

Люди в бизнесе

В большей степени пострадают люди, которые работают в компаниях, тесно вплетенных в мировую экономику, а также стоящие у руля цепочки создания ценности. В основном речь идет о белых воротничках, занятых не столько в иностранном бизнесе, сколько ориентированных на европоцентричный рынок.

Одни потеряют работу, а другие столкнутся с менее явными, но болезненными проблемами, связанными с занятостью — простои, неполное рабочее время, изменение системы оплаты труда и прочим. Соответственно, люди будут стараться разными любыми способами компенсировать нехватку денег, то есть искать любые возможности подработки. Как следствие: чем больше сотрудники будут уставать, тем вероятнее снижение эффективности и производительности труда.

Впрочем, основная масса людей имеет невысокий доход, поэтому последствия экономического шока для них будут менее болезненными. Какую-то часть компенсации возьмет на себя государство, уже заметны меры поддержки бизнеса. С начала 90-х люди прошли серьезную рыночную школу, накопили профессиональные и личные связи, а также опыт преодоления тяжелых экономических кризисов (1998, 2008, 2014, 2020 гг.). Именно такие работники будут центром притяжения в компаниях. Возможны сдвиги в корпоративной культуре.

Навыки людей в возрасте 45+ могут оказаться востребованными. В 90-е было примерно все можно, но никто не знал как; сейчас примерно ничего нельзя, но многие понимают, как можно и нужно выживать.

Про людей в целом

Люди еще не отошли от постковидного синдрома. Новый стресс чреват дополнительным снижением эффективности и производительности труда.

Различия во мнениях в коллективе грозят обернуться конфликтами, и это тоже сказывается как на производительности, так и на атмосфере в команде. Возможен отток линейного персонала летом за город. Повышенный и токсичный информационный фон, с которым нужно работать, прежде всего, HR-специалистам. Проявлять заботу о сотрудниках можно по-разному. Чтобы сориентироваться в ситуации внутри компании и позаботиться о себе и коллегах, мониторить настроения, собирать просьбы и поддержать тех, кому трудно.

Возможный позитивный эффект — снижение текучести: сотрудники будут держаться за работу и, как и в случае с бизнесом, осознавшим ценность людей, поймут, что компания — это важно.

И наконец, ответ на главный вопрос, который волнует сегодня всех — начнется ли глобальная безработица? Для подобных прогнозов сегодня слишком много неопределенностей. Все очень многослойно и многомерно. Если экономику ждет коллапс, то безработица неизбежна. Но возможен и более положительный сценарий — я склоняюсь именно к нему. Думаю, уже летом мы сможем увидеть более ясную картину будущего рынка труда.

Как писал DK.RU, ситуацию на рынке труда в регионах УрФО власти пока оценивают как стабильную, но признают, что санкции будут иметь отложенный эффект. Федеральное правительство уже выделяет регионам деньги на создание дополнительных и временных рабочих мест. Поддержку обещают и бизнесу, причем не только финансовую, но и законодательную. За последний месяц Москва приняла рекордное количество мер, которые снижают административную нагрузку и смягчают налоговый режим. Бизнес-сообщество добивалось этого все последние докризисные годы.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > dk.ru, 31 марта 2022 > № 4077054 Наталья Данина