Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Вопреки прогнозам кризис, вызванный COVID-19, не привел к серьезному сокращению объема денежных переводов
В 2020 году в страны с низким и средним уровнем дохода поступили денежные переводы объемом 540 млрд долл. США – на 8 млрд долл. США меньше, чем в 2019 году
Несмотря на пандемию COVID-19, объем денежных переводов в 2020 году остался на стабильном уровне: зафиксированное сокращение оказалось меньше, чем прогнозировалось ранее. Согласно новейшему Докладу Всемирного банка по вопросам миграции и развития, в 2020 году объем официально зарегистрированных денежных переводов в страны с низким и средним уровнем дохода достиг 540 млрд долл. США, снизившись лишь на 1,6 процента по сравнению с общим объемом денежных переводов в 2019 году, составившим 548 млрд долл. США.
Сокращение объема зарегистрированных денежных переводов в 2020 году оказалось менее существенным, чем во время мирового финансового кризиса 2009 года (4,8 процента). Оно также оказалось намного менее значимым, нежели сокращение объема прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в страны с низким и средним уровнем дохода: в 2020 году эти инвестиции (без учета инвестиций в экономику Китая) сократились более чем на 30 процентов. В результате в 2020 году объем денежных переводов в страны с низким и средним уровнем дохода превысил совокупный объем ПИИ (259 млрд долл. США) и зарубежной помощи на цели развития (179 млрд долл. США).
К числу основных факторов, способствовавших стабильному притоку денежных переводов, относятся бюджетно-налоговые стимулы, благодаря которым экономическая ситуация в принимающих мигрантов странах оказалась лучше, чем ожидалось, переход от использования наличности к цифровым переводам и от неофициальных каналов переводов к официальным, а также циклические изменения цен на нефть и валютных курсов. Предполагается, что реальный объем денежных переводов, включающий как официальные, так и неофициальные денежные переводы, выше официально представляемых данных, хотя и неясно, в какой мере пандемия COVID-19 сказалась на объемах неофициальных денежных переводов.
«Пандемия COVID-19 продолжает наносить тяжелый ущерб семьям по всему миру, и в этих условиях денежные переводы остаются жизненно важным источником доходов для бедных и уязвимых слоев населения», – отметил Михал Рутковски, директор Департамента глобальной практики Всемирного банка по вопросам социальной защиты и занятости. – «Разрабатывая меры поддержки экономики и развивая национальные системы социальной защиты, следует продолжать учитывать нужды и интересы всех общин, включая мигрантов».
Прирост поступления денежных переводов был отмечен в странах Латинской Америки и Карибского бассейна (на 6,5 процента), Южной Азии (на 5,2 процента), а также Ближнего Востока и Северной Африки (на 2,3 процента). В то же время приток денежных переводов в страны Восточной Азии и Тихоокеанского региона сократился на 7,9 процента, в страны Европы и Центральной Азии – на 9,7 процента, а в страны Африки к югу от Сахары – на 12,5 процента. Сокращение притока денежных переводов в страны Африки к югу от Сахары было практически полностью обусловлено падением объема денежных переводов в Нигерию на 28 процентов. Объем денежных переводов в страны Африки к югу от Сахары без учета Нигерии продемонстрировал устойчивость и вырос на 2,3 процента.
Относительно неплохие показатели денежных переводов во время кризиса, вызванного COVID-19, также свидетельствуют о большом значении своевременного сбора данных. Учитывая возрастающую важность денежных переводов как источника внешнего финансирования для стран с низким и средним уровнем дохода, необходимо повысить эффективность сбора данных о денежных переводах, в том числе обеспечить более частый сбор данных и своевременное предоставление отчетности о денежных переводах, а также повысить уровень детализации данных, касающихся направлений и каналов денежных переводов.
«Потоки денежных переводов демонстрируют поразительную устойчивость к потрясениям. Денежные переводы помогают удовлетворять возросшие потребности семей в получении доходов, обеспечивающих их существование», - заявил Дилип Ратха, ведущий автор Доклада по вопросам миграции и денежных переводов и руководитель Глобального партнерства для передачи знаний в области миграции и развития (KNOMAD). – «Мы больше не можем относиться к ним как к чему-то незначительному. Всемирный банк ведет наблюдение за потоками миграции и денежных переводов без малого двадцать лет. Мы развиваем сотрудничество с правительствами и партнерами, стремясь предоставлять актуальные данные и содействовать дальнейшему повышению эффективности денежных переводов».
Всемирный банк оказывает государствам-членам содействие в мониторинге прохождения денежных переводов по различным каналам, стоимости и удобства перевода денежных средств, а также нормативных актов об обеспечении добросовестности финансовых операций, которые влияют на потоки денежных переводов. Во взаимодействии с государствами-членами «Группы двадцати» и мировым сообществом Банк стремится снизить стоимость денежных переводов и расширить охват бедных слоев населения финансовыми услугами.
Согласно прогнозам, в 2021 и 2022 годах темпы роста мировой экономики продолжат восстановление, и на этом фоне в 2021 году ожидается увеличение объема денежных переводов в страны с низким и средним уровнем дохода на 2,6 процента, до 553 млрд долл. США, а в 2022 году – на 2,2 процента, до 565 млрд долл. США. Многие страны с высоким уровнем дохода достигли значительных успехов в вакцинации своего населения, однако в ряде крупных развивающихся стран сохраняются высокие показатели заболеваемости, и поэтому перспективы развития ситуации с денежными переводами остаются неопределенными.
В четвертом квартале 2020 года среднемировая стоимость перевода 200 долл. США оставалась высокой и составляла 6,5 процента, более чем вдвое превышая целевой показатель в 3 процента, которого необходимо достичь в соответствии с Целями в области устойчивого развития. Самой низкой средняя стоимость переводов была в Южной Азии (4,9 процента), а самой высокой – как и прежде, в странах Африки к югу от Сахары (8,2 процента). Действия по поддержке инфраструктуры денежных переводов и обеспечению их бесперебойной пересылки предусматривают и принятие мер по их удешевлению.
Региональные тенденции в области денежных переводов
Вследствие негативного воздействия COVID-19 объем денежных переводов, направляемых по официальным каналам в страны Восточной Азии и Тихоокеанского региона в 2020 году, сократился, согласно оценкам, на 7,9 процента, и составил около 136 млрд долл. США. Прирост объема денежных переводов из Соединенных Штатов и Азии позволил во многом компенсировать сокращение объемов переводов из стран Ближнего Востока и Европы, составившее в 2020 году, соответственно, 10,6 процента и 10,8 процента. В числе крупнейших получателей денежных переводов по доле ВВП в 2020 году оказался ряд малых стран, таких как Тонга (38 процентов), Самоа (19 процентов) и Маршалловы Острова (13 процентов). В 2021 году ожидается незначительное – примерно на 2,1 процента – увеличение объема денежных переводов в связи с прогнозируемым восстановлением экономической активности в крупных странах, принимающих мигрантов, – например, Объединенных Арабских Эмиратах, Саудовской Аравии и Соединенных Штатах. Стоимость денежных переводов: согласно информации из базы данных Всемирного банка «Стоимость денежных переводов в мире» (Remittance Prices Worldwide), средняя стоимость перевода 200 долл. США в этот регион в четвертом квартале 2020 года незначительно снизилась – до 6,9 процента. Среднее значение по наименее дорогостоящим направлениям переводов в регионе составило 3 процента – для денежных переводов, направляемых преимущественно на Филиппины, в то время как среднее значение по наиболее затратным направлениям переводов (за исключением аномальных значений по направлению Южная Африка – Китай) составило 13 процентов.
Объем денежных переводов в страны Европы и Центральной Азии сократился в 2020 году приблизительно на 9,7 процента и составил 56 млрд долл. США, поскольку глобальная пандемия и низкие цен на нефть серьезно сказались на положении работников-мигрантов во всем регионе. Экономический кризис 2020 года не стал беспрецедентным явлением: на фоне предыдущих кризисов 2009 года и 2015 года объемы денежных переводов в этот регион сокращались, соответственно, на 11 и 15 процентов. В 2020 году объем денежных переводов снизился почти во всех странах региона. Снижение курса российского рубля привело к значительному снижению объема денежных переводов в этот регион в пересчете на доллары США. По расчетам, в 2021 году объем денежных переводов сократится еще на 3,2 процента, поскольку, как ожидается, восстановление стран региона после кризиса будет медленным. Стоимость денежных переводов: средняя стоимость перевода 200 долл. США в этот регион в четвертом квартале 2020 года незначительно снизилась и составила 6,4 процента. В общемировом разрезе наименее дорогостоящими остаются переводы из России: стоимость денежного перевода из этой страны снизилась с 2,1 процента до 1 процента. Внутри региона сохраняются существенные различия в стоимости переводов по разным направлениям: наиболее дорогостоящими были переводы из Турцию в Болгарию, а наименее дорогостоящими – из России в Грузию.
Ожидается, что объем денежных переводов в страны Латинской Америки и Карибского бассейна вырастет в 2020 году примерно 103 млрд долл. США. Хотя из-за вспышки COVID-19 во втором квартале 2020 года произошло внезапное сокращение объема переводов, в третьем и четвертом кварталах он восстановился. Улучшилась ситуация с занятостью в Соединенных Штатах (хотя на допандемический уровень выйти пока не удалось), и это способствовало росту поступления переводов в такие страны, как Мексика, Гватемала, Доминиканская Республика. Колумбия, Сальвадор, Гондурас и Ямайка – именно сюда направляется основной поток переводов от мигрантов, работающих в Соединенных Штатах. С другой стороны, менее благоприятная экономическая ситуация в Испании негативно отразилась в 2020 году на объемах переводов в Боливию (-16 процентов), Парагвай (-12,4 процента) и Перу (-11,7 процента). Согласно прогнозам, приток переводов в этот регион вырастет на 4,9 процента. Стоимость денежных переводов: в четвертом квартале 2020 года стоимость перевода средств в этот регион составляла 5,6 процента. Вместе с тем стоимость переводов по многим менее значимым направлениям по-прежнему запредельно высока. Например, стоимость денежного перевода на Кубу превышает 9 процентов. Дорого обходится и перевод денег из Японии в Бразилию (11,5 процента).
Объем денежных переводов в страны Ближнего Востока и Северной Африки вырос в 2020 году на 2,3 процента и составил около 56 млрд долл. США. Этот рост в значительной мере объясняется большими объемами денежных переводов в Египет и Марокко. Объем переводов в Египет увеличился на 11 процентов, достигнув в 2020 году рекордного показателя – почти 30 млрд долл. США, тогда как объем переводов в Марокко вырос на 6,5 процента. Кроме того, рост этого показателя был отмечен и в Тунисе (2,5 процента). В других странах региона этот показатель в 2020 году, напротив, снижался, причем в Джибути, Ливане, Ираке и Иордании спад измерялся двузначными цифрами. В 2021 году приток переводов в регион, по всей вероятности, повысится на 2,6 процента вследствие умеренного экономического роста в странах зоны евро и низких показателей переводов из стран-членов Совета сотрудничества арабских государств Залива (ССАГЗ). Стоимость денежных переводов: в четвертом квартале 2020 года стоимость перевода 200 долл. США в этот регион несколько снизилась, составив 6,6 процента. Стоимость сильно различается в зависимости от направления: так, стоимость перевода денег из входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития стран с высоким уровнем дохода в Ливан по-прежнему очень высока и выражается двузначными цифрами. С другой стороны, стоимость перевода денег из некоторых стран-членов ССАГЗ в Египет и Иорданию составляет около 3 процентов.
Объём денежных переводов в страны Южной Азии повысился в 2020 году примерно на 5,2 процента – до 147 млрд долл. США – под воздействием внушительного прироста переводов в Бангладеш и Пакистан. В Индии – безусловно, крупнейшей стране-получателе переводов в регионе – приток денежных переводов снизился в 2020 году всего на 0,2 процента, причем во многом это снижение было обусловлено падением на 17 процентов переводов из Объединенных Арабских Эмиратов, которое лишь частично компенсировали стабильные поступления из Соединенных Штатов и других принимающих стран. Объем переводов в Пакистан вырос примерно на 17 процентов, причем наиболее заметно увеличились поступления из Саудовской Аравии, за которой следуют страны Европейского Союза и Объединенные Арабские Эмираты. Энергичным был в 2020 году и прирост денежных переводов в Бангладеш (на 18,4 процента), а в Шри-Ланке было отмечено увеличение их притока на 5,8 процента. Объем денежных переводов в Непал, напротив, снизился примерно на 2 процента, что стало следствием 17-процентного спада в первом квартале 2020 года. Согласно прогнозам, объем денежных переводов в регион в 2021 году повысится, но незначительно – на 3,5 процента, что объясняется умеренным ростом экономики в странах с высоким уровнем дохода на фоне ожидаемого дальнейшего сокращения потока мигрантов в страны-члены ССАГЗ. Стоимость денежных переводов: в четвертом квартале 2020 года средняя стоимость перевода 200 долл. США в этот регион по-прежнему составляла 4,9 процента – это самый низкий показатель для всех регионов. По некоторым наименее дорогостоящим направлениям – из стран-членов ССАГЗ и Сингапура – этот показатель благодаря большим объемам, конкурентным рынкам и внедрению современных технологий был ниже 3-процентного целевого показателя ЦУР. Однако по наиболее дорогостоящим направлениям стоимость переводов существенно превышает 10 процентов.
Объём денежных переводов в страны Африки к югу от Сахары сократился в 2020 году примерно на 12,5 процента и составил 42 млрд долл. США. Это снижение было почти полностью обусловлено сокращением объемов переводов в Нигерию, на долю которой приходилось свыше 40 процентов от общего объема переводов в регион. Без учета Нигерии объем денежных переводов в страны Африки к югу от Сахары вырос на 2,3 процента. О росте объемов переводов сообщили Замбия (37 процентов), Мозамбик (16 процентов), Кения (9 процентов) и Гана (5 процентов). Ожидается, что в 2021 году объем денежных переводов в страны региона вырастет на 2,6 процента благодаря улучшению перспектив экономического роста в странах с высоким уровнем дохода. Данные о потоках денежных переводов в страны Африки к югу от Сахары отрывочны и различаются по качеству, причем некоторые страны все еще пользуются устаревшим четвертым, а не шестым изданием Руководства МВФ по платежному балансу, а несколько стран вообще не предоставляет никаких сведений. По данным проведенных в некоторых странах телефонных опросов, значительная доля домохозяйств столкнулась с сокращением денежных переводов, тогда как официальные источники сообщают о росте объемов денежных переводов. Зафиксированный центральными банками рост объемов переводов частично объясняется переходом с неофициальных каналов пересылки средств на официальные из-за закрытия границ. Стоимость денежных переводов: Африка к югу от Сахары по-прежнему остается регионом, отправка переводов в который обходится дороже всего: в четвертом квартале 2020 года средняя стоимость перевода 200 долл. США в этот регион составляла 8,2 процента. В рамках этого региона, где отмечаются высокие показатели внутрирегиональной миграции, дорого обходится перевод денег из Южной Африки в Ботсвану (19,6 процента), Зимбабве (14 процентов) и Малави (16 процентов).
Подробный анализ тенденций, наблюдающихся в мире и в регионах, содержится в 34-м выпуске Доклада по вопросам миграции и развития, размещенном на веб-сайтах www.knomad.org и http://blogs.worldbank.org/peoplemove/.
Действия Группы Всемирного банка по борьбе с COVID-19 (коронавирусом)
Всемирный банк – один из крупнейших источников финансовых средств и знаний для развивающихся стран – принимает масштабные, оперативные меры, призванные помочь развивающимся странам справиться с медицинскими, социальными и экономическими последствиями пандемии COVID-19. В частности, Банк выделяет 12 млрд долл. США, чтобы помочь странам с низким и средним уровнем дохода в приобретении и распределении вакцин от COVID-19, тест-систем и медикаментов, а также в укреплении систем вакцинации. Это финансирование предоставляется в развитие более масштабных мер Группы Всемирного банка по противодействию пандемии COVID-19, в рамках которых Группа помогает более чем 100 странам укрепить системы здравоохранения, поддержать беднейшие домохозяйства, а также создать условия, способствующие сохранению доходов и рабочих мест тех, кто пострадал сильнее всего.
Дубай, ОАЭ. Власти Объединенных Арабских Эмиратов вводят запрет на въезд авиапассажиров из четырех стран: Пакистана, Бангладеш, Непала и Шри-Ланки.
Запрет коснется в том числе приема транзитных пассажиров и вступит в силу с 23:59 12 мая 2021 года. Исключение будет сделано для пассажиров, следующих в указанные страны с пересадкой в ОАЭ.
Грузовые рейсы будут отправляться и прибывать по обычному расписанию, сообщили в Национальном ведомстве по управлению чрезвычайными ситуациями, кризисами и катастрофами.
Граждане и обладатели «золотых» виз ОАЭ, сотрудники дипломатических миссий, члены официальных делегаций, в том числе пассажиры частных бортов, смогут прибывать в ОАЭ, однако им нужно будет сдать несколько ПЦР-тестов на COVID-19: первый – не ранее чем за 48 часов до полета, второй – по прибытии в ОАЭ.
Все прибывающие пассажиры будут помещаться по прилете на 10-дневный карантин, еще два ПЦР-теста они будут сдавать на четвертый и восьмой дни самоизоляции.
В начале мая Объединенные Арабские Эмираты продлили запрет на авиасообщение с Индией – полеты приостановлены до особого уведомления. Отмечается, что запрет направлен на сдерживание пандемии коронавируса COVID-19.
Между тем, транспортировка пассажиров из ОАЭ в города Индии по-прежнему разрешена. Запрет на выполнение рейсов касается как эмиратских авиакомпаний, так и авиаперевозчиков, базирующихся в Индии. Грузовые авиаперевозки осуществляются в обычном режиме.
![Главное](/images/star.png)
«Время Ч» для Си
Китай накануне больших перемен
Николай Вавилов Игорь Шнуренко
Игорь ШНУРЕНКО. Николай Николаевич, в гонконгской газете South China Morning Post, обычно критически настроенной по отношению к центральной власти Китая, неожиданно вышла статья, в которой есть следующие строки: "Политика Байдена в отношении Китая оказывается продолжением политики администрации Трампа и, возможно, превосходит её в лицемерии, высокомерии, конфронтации и милитаризме. Фундаментальная цель США — продолжение гегемонии". Причём эти выводы делает не китайский автор, а колумнист Марк Валенсия. Статья получилась полностью соответствующей линии Компартии КНР, хотя эта газета — орган деловых кругов Гонконга. Почему гонконгцы сегодня смыкают позиции с установками континентального Китая?
Николай ВАВИЛОВ. Для многих на Западе источником информации о Китае долгое время были именно гонконгские издания, и South China Morning Post здесь не исключение. Поскольку Гонконг (Сянган) — это хаб для британо-китайских корпораций, позиция этой газеты зачастую диаметрально противоположна точке зрения официальных органов КНР "Синьхуа" и "Жэньминь жибао". Но в данном случае совпадение связано с тем, что надежды деловых кругов и Китая, и Гонконга на расцвет китайско-американского сотрудничества после прихода к власти Байдена не оправдались.
В чём различие подходов администраций Трампа и Байдена к отношениям с Китаем? При внешнем давлении на КНР всё же Трамп называл Си Цзиньпина своим другом, они несколько раз встречались, пытались выстроить общую политику как антиглобалистские силы. Методы, которые использовал Трамп для давления на Китай, — это методы создания суверенной экономики США, размежевание с китайской экономикой. При этом вопрос об устранении режима Си Цзиньпина не ставился.
Администрация Байдена использует те же методы давления, но они направлены не против Китая в целом, а против режима действующей военно-политической группы, конкретно Си Цзиньпина. Ставится задача как минимум не допустить его прихода к власти на третий срок в 2023 году. Но на торговле между странами это никак не отражается, даже наоборот, закупки американцев в Китае в начале этого года увеличились на 90%, также возросли поставки сжиженного природного газа из США в КНР.
Игорь ШНУРЕНКО. В своей книге "Китайская власть" вы даёте необычный взгляд на современную политическую ситуацию в Китае. Не все знают, что помимо компартии Китая, там существует масса кланов, неформальных групп, образовавшихся внутри системы по территориальному, родственному или цеховому принципам, которые оказывают огромное влияние на принятие решений в стране. Они связаны друг с другом, сходятся или расходятся во мнениях, иногда объединяют усилия для достижения определённых целей. Поэтому порой заявления руководства страны выглядят парадоксально.
Николай ВАВИЛОВ. Да, в востоковедении часто сталкиваются с подобным диссонансом, и многие российские политики, имеющие дело с китайцами, видят их противоречивые высказывания. Например, Си Цзиньпин к 100-летию КПК запустил декларативную идеологему, что Китай победил бедность, все китайцы вышли из нищеты. Но незадолго до этого премьер Госсовета КНР Ли Кэцян говорил, что в Китае 600 миллионов граждан живут на несколько долларов в день, многим элементарно не хватает средств на пропитание. Как сопоставить эти заявления? А всё просто: Си Цзиньпин — это одна группа влияния, а Ли Кэцян — другая. Я не хочу примитивизировать китайскую политику, но в данном случае совершенно очевидно противостояние армейской суверенной группы и проамериканского клана бывших функционеров китайского комсомола.
О Китае выходит много книг, их пишут, в том числе, и наши именитые востоковеды. Но недостаток подобной литературы в том, что в ней вы найдёте скорее теоретические расклады, чем понимание китайской специфики на практике. Это всё равно, как если бы вы пошли в лес за дровами, но вместо этого стали бы фиксировать разнообразие флоры и фауны — считать количество колец на пне, смотреть, сколько здесь произрастает видов деревьев и так далее. Но этими действиями вы никак не решаете прикладную задачу — ту, что привела вас в лес.
Уверен, что Китай в ближайшее время будет иметь на нашу политику гораздо большее влияние, чем США и Евросоюз. Поэтому выстраивать отношения с ним надо не с теоретической точки зрения, а с позиций защиты собственных интересов на основе знания всех политических и экономических раскладов. Моя книга — не для теоретиков, а для практиков, хотя в ней, разумеется, рассмотрены и теоретические, и исторические вопросы.
Мы должны чётко понимать: разговоры о том, что создаётся некая "большая двойка" Китай — США, которая поделит Россию, договорившись между собой, — это вбросы западной пропаганды. Никакой "большой двойки", пока у власти Си Цзиньпин, Китай и США не создадут.
Игорь ШНУРЕНКО. В книге вы много места уделяете противоречиям между китайскими группами влияния, они, действительно, существенные. Но нет ли ощущения, что сейчас эти противоречия внутри Китая постепенно уходят на задний план, и даже можно говорить о каком-то их сближении? Неслучайно я привёл цитату из South China Morning Post. Там же несколько месяцев назад была напечатана статья некой относительно влиятельной китаянки, бывшей телеведущей CCTV, а ныне сотрудницы Школы государственного управления имени Кеннеди в Гарварде. В этой статье с заголовком: "В динамичном будущем Азии, ведомом Китаем, нет места мировоззрению США XIX века" — она пишет, что "мир выходит за рамки того порядка, который культивирует администрация Байдена, и никакое восстановление или нормализация не могут вернуть прежний статус-кво в конкурентное сосуществование… Конкурентное сосуществование — реальность для Китая, но для США — новая стратегия, Китай здесь занял уже прочную позицию, а Америка только пытается…" Не знаю, к какой группе принадлежит эта женщина, но налицо некое единство китайской элиты. Или я ошибаюсь?
Николай ВАВИЛОВ. Конечно, хорошо бы понять, что побудило комментатора так написать: желание заработать, страх перед происходящими в Гонконге переменами или собственное мнение по этому вопросу? Тем не менее, хочу объяснить, что происходит на этой территории сейчас. Гонконг де-факто присоединён к Китаю. Туда введена масштабная китайская гвардия, Народная вооружённая милиция. Квалификационная комиссия китайского парламента взяла на себя право отменять действие мандатов гонконгских депутатов. То есть установлен полный контроль над законодательной ветвью власти, которая является главной в Гонконге.
Значительно уменьшился китайско-гонконгский товарооборот, поскольку формируются свободные зоны торговли в соседнем Гуанчжоу, у которого такие же преференции, как и у корпораций Фуцзяня и свободных зон Шанхая. То есть Гонконг перестаёт быть единственным хабом и каналом связи между китайским и британским мирами, его роль размывается.
Гонконг, конечно, мечтает восстановить свои позиции, вновь стать единственным каналом, через который идут все финансовые офшорные потоки. Но и там понимают, что если уж к ним вошла китайская армия, то никто из мировых игроков не захочет, чтобы в финансовом хабе начались боевые действия или террористические акты.
Времена, когда Гонконг имел влияние на китайскую политику, закончились. Сейчас он максимально зависим от Китая. Поэтому и произошла смена риторики — даже в South China Morning Post. Не в главном, но в каких-то моментах, касающихся внутренней политики, отношения к США, Гонконг становится более красным, более китайским. Это определённо итог присоединения.
Игорь ШНУРЕНКО. Насколько соответствует реалиям российская оценка теперешнего состояния Китая? Чаще всего мы получаем информацию о нём из западных источников. А где наши журналисты, китаисты? Ничего актуального мне просто не попадалось в руки. Может быть, я не знаю, где искать? Вот ваша книга мне на многое открыла глаза, показала в динамике, как складывается система китайской власти. Скажите, кто сегодня находится в мейнстриме китаистики?
Николай ВАВИЛОВ. К сожалению, глубокие востоковеды, специализировавшиеся на описании внутрикитайского политического процесса, такие как Юрий Михайлович Галенович, ушли из жизни. Можно назвать несколько фамилий серьёзных профессионалов, но их активная исследовательская работа пришлась на середину 80-х годов, когда Китай вошёл в фазу выстраивания такой же, как и в позднем Советском Союзе, а потом и в Российской Федерации новой экономической политики. То есть в стране явно обозначился правый уклон, и критиковать его было невыгодно, так как ельцинская Россия была полностью либеральной и прозападной. Поэтому обычно оценки китаистов сводились к идеологическому восприятию событий: китайская модель продуктивная, китайский правый уклон эффективный — по сути дела, это пропаганда в чистом виде. Почти никто не исследовал, скажем, методы приватизации, её этапы. А если такие исследования появлялись, то не получали широкой огласки.
Востоковедение сильно деградировало с 90-х годов, как, впрочем, и вся российская гуманитарная наука. Востоковеды сейчас просто не дорабатывают. Про каждого персонажа, упоминаемого в моей книге: про Дэн Сяопина, Чжоу Эньлая, Цзян Цзэминя и других, — можно было бы написать по главе. Но я один не могу же заменить целый институт, который должен был бы над этим работать.
Игорь ШНУРЕНКО. Вы пишете в книге, что Чжоу Эньлай и председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин много общались между собой.
Николай ВАВИЛОВ. Да, Чжоу Эньлай выстраивал тесные отношения с Косыгиным — человеком, который положил начало правому повороту в Советском Союзе и ввёл понятие прибыли. Интересно, что он конкурировал с Андроповым, который был выходцем из ВЛКСМ и курировал кадры китайского комсомола.
Очевидно, что в Китае шанхайская группа — это правая группа, тесно связанная с национальной партией Гоминьдан, ушедшей на Тайвань, — Чан Кайши и Цзян Цзинго… Это и есть основные лоббисты мирного соединения Китая с Тайванем. Поэтому, когда к власти пришёл "шанхаец" Цзян Цзэминь, начался диалог с Тайванем.
Игорь ШНУРЕНКО. Может, и Си Цзиньпин в этом так же заинтересован?
Николай ВАВИЛОВ. Здесь нужно сначала пояснить, что в Китае, конечно, есть борьба тех или иных личностей за политическое место под солнцем, но очень сложно чего-то достичь, а тем более стать председателем КНР, не будучи хоть как-то связанным с одной из неформальных влиятельных группировок страны.
Си Цзиньпин своё политическое возвышение начал с поста главы горкома Шанхая. Но у него не получилось бы это сделать без определённого консенсуса с шанхайской группой. В момент вступления Си Цзиньпина в эту должность была совершена попытка группы комсомольских функционеров ("туаньпай") сместить возглавлявшего тогда горком Шанхая преемника Цзян Цзэминя "шанхайца" Чэнь Лянъюя. Они хотели поставить на это место своего — комсомольского выдвиженца Хань Чжэна. И тогда проармейская группа ("Новая Чжицзянская Армия") договорилась с шанхайской — и Си Цзиньпин занял на год пост главы горкома Шанхая и далее пошёл по карьерной лестнице. Именно тогда обозначился его шанс стать лидером страны. Но говорить о том, что он является выходцем из шанхайской группы, нельзя. Там есть другой лидер — нынешний зампредседателя КНР Ван Цишань, один из патриархов шаньдунской группы. Его возвышение шло одновременно с Си Цзиньпином. В то время он стал главой горкома Пекина, и это также было бы невозможно без санкции на то со стороны шанхайской группы.
Вот две глобалистские группы — "шанхайцы" и "комсомол", одна — правая глобалистская группа, другая — левая. У них разные методы, разные связи. Скажем, если с Мао Цзэдуном Никсон за всё время своего президентства говорил буквально 15 минут, то с Чжоу Эньлаем он проводил дни. То есть, очевидно, что состыковка шла на уровне Республиканской партии и "шанхайцев". А за ними стоял банк Рокфеллеров "Чейз".
Игорь ШНУРЕНКО. Сейчас Тайваньский вопрос становится центральным в мировой геополитике. И когда мы о нём говорим, необходимо учитывать связь в прошлом, десятки лет назад, Гоминьдана (консервативной политической партии Китайской Республики) с Компартией КНР.
Николай ВАВИЛОВ. Конечно, интересно, сможет ли Си Цзиньпин вернуть Тайвань? Скорее, это может случиться уже после сворачивания локдаунов. Напряжение в китайско-американской политике достигло сейчас небывалого градуса. Очевидно, что в Китае есть группы, которые рассчитывают на снос действующего военно-политического режима, лояльного к России, который возглавляет Си Цзиньпин, и восстановление китайско-американского консенсуса. А при "комсомольцах" Китай фактически вошёл в американский глобальный порядок, стал дойной коровой, если не сказать грубее, что "молочное животноводство" при них переходило в "мясное". Ведь в Китае разворачивается настоящая демографическая катастрофа. КНР — номер один по онкологии и гепатиту… И всё это ради глобального американского порядка?! Так вот, когда эта группа установила по всему Китаю жёсткие локдауны, при которых человек, в острой форме болеющий ОРВИ, лишался всех конституционных прав, стали видны конкретные лица организаторов. Многие из них сейчас находятся под арестом, хотя главные персонажи ещё, скажем так, в разработке. Думаю, к концу этого года или к началу следующего мы увидим серьёзные потрясения в КНР.
Очевидно, что Си Цзиньпину брошен реальный вызов, его хотят сделать политическим трупом. Но политическая смерть часто бывает равна физической. А бывает, что физическая гибель приходит раньше политической… Когда речь идёт о собственной жизни, необходимо действовать.
Радикальный китайский сценарий очень близок к осуществлению. Закономерен вопрос: прежде чем начнёт разрушаться экономика страны, нарушатся китайско-американские связи, будет нанесён удар по уровню жизни населения и так далее, что профилактически должен сделать Си Цзиньпин, чтобы удержать свой режим, чтобы дать народу патриотическую таблетку? Конечно, это воссоединение с Тайванем.
Си Цзиньпин 20 лет находился в руководстве, в том числе военном. В Китае сейчас подготовлен флот, приведён в готовность десантный корпус. Недавно Си Цзиньпин посетил провинцию Фуцзянь, а это форпост Тайваньской операции. Если Китай займёт Тайвань, это будет гигантская политическая победа. Американцы не будут ввязываться в ядерную войну из-за Тайваня, а станут, скорее всего, направлять материально-техническое обеспечение Тайваньской береговой охране.
Многие говорят, что у Китая нет такой силы для противостояния, и присоединение Тайваня не будет мирным референдумом, как в Крыму. Но мы должны помнить, что на Тайване есть национальная партия Гоминьдан, чётко построившая свои отношения с шанхайской группой; она поддерживает воссоединение Китая с Тайванем и готова организовать референдум, а после занять все административные посты. Более того, она имеет опыт "белого террора", когда эта партия подавляла национальные меньшинства (сейчас представители этих меньшинств составляют ядро Демократической прогрессивной партии, которая находится у власти выступает за суверенитет Тайваня и переименование его в Тайваньскую республику). То есть у Гоминьдана есть опыт очень жёсткой, репрессивной диктатуры, который поможет им взять ситуацию под контроль.
При таком раскладе Китаю достаточно просто окружить Тайвань своими судами, гибридной армией рыбаков — береговая охрана обучила дополнительно 100 тысяч человек. Китай на это способен, он готов к мега-проектам!
Игорь ШНУРЕНКО. Сторонники суверенитета Тайваня тоже ведь без дела не сидят…
Николай ВАВИЛОВ. Да, конфронтация идёт по ускоренному сценарию. В руководстве Демократической прогрессивной партии создаётся группа (пока ещё не парламентская), ставящая своей целью признание Тайваня независимым. Но на фоне надвигающегося кризиса фондового рынка США (а никто уже не сомневается, что он рухнет в ближайшие год-два), у Китая появится шанс. Когда Америка окажется в критическом состоянии, в условиях потери управляемости и неразберихи с её союзниками, тогда и начнётся Тайваньская операция.
Игорь ШНУРЕНКО. Какую роль здесь будет играть Россия?
Николай ВАВИЛОВ. Прежде всего, мы создаём Китаю противоракетную оборону. То есть мы де-факто закрываем Пекин "зонтиком". Поэтому прямая агрессия китайскую территорию не затронет. Война сосредоточится в Тайваньском проливе. Может быть, она частично коснётся провинции Фуцзянь, где проживают порядка 40 миллионов китайцев. Конечно, пострадает экономика. Но гражданская жизнь внутри Китая не будет сильно задета.
Игорь ШНУРЕНКО. А как в этих условиях поведут себя китайские "комсомольцы"?
Николай ВАВИЛОВ. Думаю, что они "перекрасятся" в более суверенные цвета. Большинство из них конформисты, они готовы просто присоединиться к побеждающей стороне. Но их верхушка, которая сейчас занимает почти весь Госсовет КНР — это вице-премьеры, первый вице-премьер, сам премьер — все они будут отстранены от власти. На сессии китайского парламента уже ставился вопрос, можно ли отстранять вице-премьеров Госсовета. Начнётся всё очень скоро с устранения Ху Чуньхуа, который назван основным преемником Си Цзиньпина. И тогда американцы поймут, что у них нет внутреннего лобби в Китае, что внутренний переворот не произойдёт, что в Синьцзяне не начнётся "хлопковое" восстание, что монголы с правами защиты своего языка не поднимутся, как и все остальные меньшинства. То есть, что ставка на внутреннюю революцию провалилась.
Игорь ШНУРЕНКО. Китай умеет незамедлительно отвечать на провокации. Например, совсем недавно шведская компания H&M, являющаяся крупнейшей в Европе розничной сетью по торговле одеждой, под предлогом возможных нарушений Китаем прав человека и использования "подневольного труда" уйгуров объявила, что не будет использовать для своих продуктов китайский хлопок. Китайский ответ на это был моментальным: китайские информационные платформы удалили приложения H&M из своих магазинов приложений, китайские интернет-магазины сняли товары H&M, китайские артисты заявили о расторжении контрактов с компанией. Буквально за один день H&M перестала существовать в Китае. И шведы тут же пошли на попятную, начали делать примирительные заявления…
Николай ВАВИЛОВ. Здесь интересно то, что Запад часто использует в таких акциях условно нейтральные страны. Китай, конечно, сразу понял, что это провокация, и продемонстрировал, что готов превратить в нуль любую продукцию любого крупного или маленького западного производителя в ответ на попытку раскрутить "хлопковое" дело. Иначе вскоре за H&M от китайского хлопка отказался бы весь западный мир.
КНР — лидер по производству хлопка. Его производят почти все китайские провинции. Ведь даже Пекин, чьё имя в переводе с китайского означает "северная столица", находится примерно на широте Ташкента, поэтому хлопок в Китае можно выращивать практически везде. Это огромная текстильная отрасль. Если западные страны отказываются от него в пользу индийского и пакистанского производителя, то сотни миллионов китайцев оказываются просто не у дел. Возникает недовольство. Куда они пойдут? Они либо начнут производить опиум, либо попадут под влияние террористических групп. В этом вся глубина лицемерия Запада: за надуманным предлогом защиты уйгуров скрывался удар по всему населению Китая, по его благополучию.
Игорь ШНУРЕНКО. Можно отметить и такой факт дискриминации по отношению к Поднебесной. В руководстве крупнейших американских корпораций вы практически не встретите фамилии этнических китайцев. Зато довольно много индийских. Совершенно ясно, что англо-американская элита пытается инкорпорировать индийцев в свои ряды. К примеру, в Google китайцы составляют большинство разработчиков, но при этом не допущены к глобальному управлению корпорацией.
Николай ВАВИЛОВ. Да, вы это верно подметили. Налицо глобальное соперничество Индии и Китая. И ощущение, что в конце XXI века наступит этакое новое Средневековье — битва слона с драконом. А все остальные страны мира будут находиться уже на вторых ролях.
Недавно Байден предложил разработать альтернативу китайскому проекту "Один пояс — один путь". Идея не нова, вопрос только в том, кто будет создавать этот некитайский "Шёлковый путь" — Индия или Пакистан? У американских демократов более тесные связи, разумеется, с Пакистаном, но и Индия сейчас делает большие шаги в сторону администрации Белого дома. Поэтому США могут сделать ставку и на Индию, учитывая её отношение к Китаю.
Какую позицию занимает Индия в тайваньском вопросе, сказать сложно. Очевидно, что Индия не хочет, чтобы наносились ядерные удары, поскольку у неё нет паритета с КНР в плане ядерного оружия. К тому же, от границы Китая до столицы Индии — порядка 900 километров. А от индийской границы до Пекина — несколько тысяч километров. А из-за того, что Тибет находится в составе КНР, Китай просто нависает над Индией и делает фактически невозможной ядерную войну.
Игорь ШНУРЕНКО. Как вы оцениваете понимание руководством России важности китайского направления? Как не допустить промахов хрущёвского периода, когда советское руководство неверно оценивало значение Китая, допускало в его отношении непродуманные шаги? Был ли возможен какой-то другой путь? Ответы на эти вопросы имеют прямое отношение к сегодняшнему дню.
Николай ВАВИЛОВ. Начнём с того, что уход Китая из социалистического лагеря де-факто означал в то время его развал. Из-за того, что Китай переориентировался на США, социалистический лагерь потерял примерно треть своих потенциальных возможностей. Китай, кстати говоря, тоже растерял свой потенциал. И культурная революция, и правый поворот низвели его до плачевного состояния. А если бы сталинский путь в Китае был продолжен: плановая экономика, гармоничное развитие всех сил — то к 2000 году КНР превзошла бы и Советский Союз, и Соединённые Штаты и мирным путём стала бы номером один в мире.
Надо сказать, что китайцы теряли потенциал поэтапно. И не только из-за поведения Хрущёва и неразберихи в Советском Союзе после смерти Сталина. В те же годы Мао Цзэдун убрал председателя Госплана КНР Гао Гана, который был просталинским лидером, абсолютно лояльным к Советскому Союзу. Не все в Китае были благожелательны к СССР. Кстати, отец Си Цзиньпина, Си Чжунсюнь, был когда-то тесно связан с Гао Ганом.
Игорь ШНУРЕНКО. Заметим, Гао Ган — это человек, который хотел практически объединиться с Советским Союзом.
Николай ВАВИЛОВ. Да, Гао Ган предложил Сталину включить Маньчжурию, все три нынешних провинции, в состав СССР в качестве 17-й республики. И тогда американцы не посмели бы нарушить суверенитет СССР и подвергнуть ядерным бомбардировкам Китай.
Но с 1952 года Мао Цзэдун начал борьбу и с проамериканской группировкой Лю Шаоци, и с просоветским Гао Ганом — они на тот момент были самыми мощными управленцами в стране. Гао Ган курировал многомиллиардные поставки из СССР, в его руках была вся собственность, все заводы, всё вооружение Китая. По сути, он реально руководил китайской экономикой, которая создавалась по плану Сталина. Мао Цзэдун начал стравливать Гао Гана со всеми остальными группами в руководстве, и в результате в 1954 году, как гласит официальная китайская версия, он покончил жизнь самоубийством.
Не было стабильности и в руководстве СССР. Хрущёв пришёл к моменту восстановления связей с Китаем уже без рычагов влияния. Он приехал в Пекин в позиции слабого, в позиции просителя, ему не на кого было опереться. Ни он, ни его советники абсолютно не разбирались во внутриполитической структуре Китая.
Если Сталин лично до полевых командиров знал, кто какому лагерю принадлежит, читал все шифровки из посольства и детально разбирал их, то у Хрущёва на момент его прихода к власти такого аппарата не было. Он хотел максимально задобрить Китай: вернул базу Далянь, оставил Порт-Артур… Мао Цзэдун умело пользовался слабостью советского руководства. Он получил атомное оружие, атомные разработки.
Когда у Китая появилась ядерная бомба, пошёл процесс активного размежевания КНР с Советским Союзом. Начали поднимать голову проамериканские силы. Хотя никто в США тогда не мог представить, что эта страна станет на их сторону. Как и в России не могут окончательно поверить, что Китай на сегодняшний день — наш союзник.
Игорь ШНУРЕНКО. Тема Китая бесконечно интересна. В вашей книге "Китайская власть" показано, как в реальности устроено управление в Китае, какова его диалектика, движущие силы. Но и это всегда нужно рассматривать в совокупности с процессами, происходящими в мире в данный момент.
Вы пишете, что Китай — это не какая-то вещь в себе. Что, к примеру, для меня было удивительно. У меня есть своё представление об этой стране, я много раз бывал в Китае — в Пекине, Шанхае, Гонконге. Но для меня это всё равно был некий особый, замкнутый мир. Что сегодня должна делать Россия в отношении Китая, как смотреть на него?
Николай ВАВИЛОВ. К сожалению, наше современное востоковедение из-за невозможности углубиться и проанализировать накопленный материал часто окутывает Китай флёром некой особенности, загадочности, "непостижимости" китайской души и непредсказуемости поведения. Но если реально, долго и добросовестно заниматься темой, систематизировать материал, вы поймёте диалектику китайской жизни, в том числе политической. Китайцы — такие же люди, у них тоже две ноги, две руки. На основе базовых потребностей они создают свой социум.
Конечно, Китай, как и все древнейшие страны, самобытен, и подходить поверхностно к нему нельзя. Но грамотно выстраивать отношения с ним в условиях сегодняшней нестандартной геополитической обстановки в мире можно и нужно.
![Главное](/images/star.png)
КАКИЕ УРОКИ МОЖЕТ ИЗВЛЕЧЬ РОССИЯ ИЗ ПОРАЖЕНИЯ США В АФГАНИСТАНЕ || РУКОВОДСТВО К ДЕЙСТВИЮ
ТИМОФЕЙ БОРДАЧЁВ
Кандидат политических наук, научный руководитель Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ «Высшая школа экономики», программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».
РУКОВОДСТВО К ДЕЙСТВИЮ || УГОЛОК РЕАЛИСТА
От редакции:
Журнал «Россия в глобальной политике» продолжает серию публикаций под рубрикой «Руководство к действию». В этой рубрике видные учёные-международники рассматривают текущие события с позиций одной из доминирующих школ международных отношений. У каждого своя линза и свой угол зрения. А нашим читателям мы предоставляем возможность выбирать, чья теория убедительнее интерпретирует события современной политики. Сегодня у нас реалистичный мир Тимофея Бордачёва.
↓ ↓ ↓
Вне зависимости от наличия материальных ресурсов, необходимых для того или иного стиля внешней политики, её результаты определяются способностью ставить задачи на основе здравого сопоставления собственных интересов и международного контекста, а не из плена иллюзий.
Решение США двадцать лет назад о начале масштабной военной интервенции в Афганистане было продиктовано как раз иллюзиями – оценкой собственного военного, экономического и идеологического могущества как самоценного и способного на реализацию любой задачи безотносительно воздействия таких категорий, как история и география. Результатом стало стратегическое поражение Соединённых Штатов в Афганистане, масштабы влияния которого на их место в международной системе ещё предстоит оценить.
Пока эвакуация из Афганистана американцев и их союзников не похожа на бегство из Вьетнама в середине 1970-х гг., хотя неизвестно, как всё будет выглядеть через несколько месяцев. Противник, для уничтожения которого США пришли в Афганистан и с которым они заключили соглашение в начале 2020 г., не имеет за своей спиной ни одну из великих держав, которая бы давила и требовала быстрых и зрелищных успехов. Более того, международная изоляция и осуждение в отношении движения «Талибан»[1] заставляют его лидеров быть более осторожными, чем позволяют их военные возможности. Но нет и объективных оснований считать, что после полного вывода иностранных войск из страны у талибов останутся причины для отказа от выстраданной годами победы во всей её полноте. Тем более что поведение соседних держав создаёт у талибов уверенность в том, что «стратегия салями» окажется наиболее верной.
То, что США не получат после ухода из Афганистана угрозу непосредственно рядом со своими границами, не имеет принципиального значения. Уход из Вьетнама пятьдесят лет назад также не мог привести к непосредственным негативным эффектам для их безопасности – таково географическое положение этой державы. Но гораздо важнее другое – начав и проиграв войну на южном периметре Евразии, Вашингтон сократил собственную способность участвовать в формировании и динамике баланса сил в этом важнейшем для мира регионе.
Вряд ли найдётся держава, которая теперь отважится противостоять афганцам в одиночку на их собственной территории. Поэтому в ближайшие годы Афганистан станет важным центром, из которого будут исходить импульсы дестабилизации политических режимов в средних и малых государствах по соседству. Наиболее крупные из таких стран, Узбекистан или Пакистан, будут стремиться решать возникающие проблемы самостоятельно, но с опорой на Россию и Китай. Свою роль в международной политике региона будут играть Индия, Иран и даже более удалённые географически Турция и Саудовская Аравия. Все они будут обращаться к Соединённым Штатам только во вторую или третью очередь, если вообще станут это делать.
Собственно говоря, вся политика США после холодной войны и до прихода к власти Дональда Трампа – это разрушение системы баланса сил, которая сыграла решающую роль в том, что они одержали верх над Советским Союзом.
Эта политика имела только одно гипотетически успешное для Америки завершение – установление контроля над основными международными институтами и единоличное лидерство на этой основе. Но эта цель абсолютно иллюзорна с точки зрения законов международной политики, в которой не может быть монополии на использование силы.
Если брать более реалистичные задачи, речь может идти о максимизации преимуществ на основе тактического силового преобладания, наиболее ёмким определением которого был «момент однополярности» Чарльза Краутхаммера. Но если судить по результатам, а конец афганской эпопеи здесь один из наиболее важных, то это тоже не так. Ставили бы американцы перед собой настолько мудрёные задачи, эффективнее использовали бы свои в любом случае небезграничные ресурсы. Сейчас США начали движение к политике баланса сил, но начинать им приходится в намного менее благоприятных для себя условиях, чем после Второй мировой войны.
75 лет назад философская основа успешной политики великой державы была сформулирована в работе эмигрировавшего за океан голландского политического философа Николаса Спикмена в работе «Стратегия Америки в мировой политике» (1942). Можно выделить три основные идеи этого произведения: сила играет решающую роль в международной политике, она является инструментом, при помощи которого государство обеспечивает свою безопасность в отношениях с другими государствами, и, наконец, в ХХ веке международная система перестала быть европейским феноменом. Это значит, что для собственного выживания держава, находящаяся на значительном географическом удалении от остальных, должна активно участвовать в глобальном балансе сил. Основным объектом критики Спикмена была стратегия удалённости от мировых конфликтов, исторически присущая американскому внешнеполитическому мышлению на основе геополитических доводов, важность которых автор признавал. При этом целью участия в европейских и азиатских делах могло быть не установление контроля над этими регионами, а поддержание там баланса сил – невозможности для одной великой державы собрать все силы в своих руках.
Широко известно, что в момент выхода основных работ Спикмена его идеи встретили сдержанную реакцию критики. Причина сдержанности была не в апологии автором фактора силы – в максимально упрощённом виде этот аргумент действительно захватил умы его новых соотечественников и остаётся для большинства из них «символом веры». Главное, что не было принято и понято у Спикмена – признание невозможности «конца истории» и природы баланса сил, как постоянно нестабильного и меняющегося способа взаимодействия государств. Как писал один из критиков, «реализм Спикмена – это реализм прошлых столетий», исходящий из того, что порочный круг войны всех против каждого не может быть разорван.
Тем не менее на протяжении нескольких десятков лет идея о повсеместном силовом присутствии действительно стала центральной для американской внешней политики, на неё до сих пор тратятся колоссальные ресурсы. Другими словами, на политическом уровне был полностью воспринят геополитический аргумент Спикмена, но его системные характеристики международной политики оказались отвергнуты. Уникальное геополитическое положение США делало политику на основе проповеди Спикмена противоестественной, поскольку она, за исключением проникновения СССР в западное полушарие, никогда не отвечала прямым и непосредственным угрозам. Результатом оказалось стремление после холодной войны добиться изоляционизма в глобальном масштабе – сделать весь мир настолько же подконтрольным и свободным от внешних угроз, как собственная территория. Практические последствия – это не усиление, а ослабление американских позиций как итог многолетнего использования американской мощи.
С точки зрения реалистского подхода к пониманию международной политики для нас не имеет большого значения, какие внутренние причины привели к неправильной интерпретации идеи о необходимости активного участия Соединённых Штатов в международных делах. Совокупные внутренние ресурсы этой страны достаточны, чтобы быть одним из важнейших международных игроков, особенно если они будут благоразумно использоваться.
Значение имеют выводы, которые, опираясь на этот опыт, может сделать Россия для собственной внешней политики. Главный из них – попытки добиться абсолютной безопасности приведут к быстрому истощению сил и конфликту с окружающими. Пробовать решить одну из проблем раз и навсегда – не просто сомнительно с точки зрения ресурсов (их может не хватить даже на полный силовой контроль Киргизии или Таджикистана), а совершенно бессмысленно с учётом природы международных отношений и глобального контекста.
Сколько бы ни было у России возможностей применительно к каждому конкретному случаю, она не может исходить из вероятности достижения постоянного статуса и, соответственно, ставить перед собой такой задачи. Сейчас для России имеет важное значение дальнейшее вытеснение Соединённых Штатов из Евразии. После ухода из Афганистана ещё больший ущерб американскому присутствию нанесло бы уничтожение украинского государства, проблема существования которого создает причину для напряжённости между Россией и основными европейскими державами. На первый взгляд, не будет Украины – не останется причин для конфликта между Россией и франко-германским Европейским союзом, и европейский международный порядок приобретёт сравнительно законченную форму. Но это может оказаться опасной иллюзией – соотношение сил держав всё равно сохранит свою динамичность, и завтра мы столкнёмся в Европе с новыми вызовами.
Реалистский стиль мышления отвергает возможность самоизоляции точно так же, как и способность государства добиться сколько-нибудь продолжительного выгодного для себя постоянного статуса. Российская внешняя политика в Евразии, центральным компонентом которой останется её военная сила, должна в будущем решать массу тактических задач. На Западе это будет сдерживание США, на Востоке – примирение остальных с ростом китайского могущества, а самого Китая – с ограниченностью его потенциала, на Юге – сплочение стран Центральной Азии против угрозы из Афганистана и их прямая поддержка. Тактический успех во всех этих вопросах является результатом сочетания военных и дипломатических усилий.
Но при этом нельзя забывать и о стратегическом императиве – постоянном поддержании в Евразии и за её пределами многостороннего баланса сил с участием растущего количества самостоятельных игроков. То, что Россия не может думать о самоизоляции в упрощённом смысле этого понятия, объясняется её географическим положением. Участие в делах соседей и применение силы за пределами национальных границ продиктовано для неё не столько статусом в глобальной иерархии, сколько соображениями собственной безопасности. Но чем более благоразумным всё это будет оставаться с точки зрения стратегической оценки природы международного взаимодействия, тем меньше ресурсов потребуется отвлекать от решения самой важной задачи – внутренней устойчивости и социальной стабильности внутри самой России.
--
СНОСКИ
[1] Запрещено в России.
Магистраль как предчувствие
Правительство КР пытается ускорить реализацию проекта транзитной железной дороги из Китая
Текст: Данияр Каримов (Бишкек)
Правительство Киргизии создает межведомственную комиссию, которая займется проектом строительства железной дороги из Китая в Узбекистан. Магистраль, как предполагается, пройдет по югу республики и будет включать в себя несколько станций.
Узбекистан - "за"
Ускорить реализацию проекта, который обсуждается уже около двух десятков лет, власти Киргизии решили в свете развития экономических связей с Узбекистаном (РУз). Официальный Ташкент пообещал Бишкеку поддержку, причем не только моральную, но и материальную. Узбекская сторона выразила готовность принять участие в строительстве железной дороги и финансировании проекта. Об этом представители РУз заявили на расширенном заседании Совместной межправительственной комиссии по двустороннему сотрудничеству, которое прошло в Ташкенте.
- Узбекская сторона выразила готовность участвовать в проектировании и строительстве отдельных участков железной дороги, а также рассмотреть вопрос софинансирования по мере готовности технико-экономического обоснования проекта, - уточнили в правительстве Киргизии.
Как утверждает премьер-министр КР Улукбек Марипов, проект создаст дополнительные возможности расширения как двустороннего, так и многостороннего торгово-экономического сотрудничества. При этом киргизская сторона надеется с помощью дороги не только пополнить бюджет за счет транзитных сборов, но и открыть новые рынки для своих производителей. Через территорию Узбекистана, как полагают в Бишкеке, экспортеры КР смогут выйти на потребителей в Афганистане и Пакистане.
Министры и эксперты
В состав межведомственной комиссии включены 12 человек, включая шестерых членов правительства Киргизии. Речь идет о главах минтраспорта, МИДа, минюста, минэнергетики и промышленности, министерства сельского, водного хозяйства и развития регионов, а также о руководителе Госкомитета нацбезопасности КР. Этой группе вместе со специалистами из различных ведомств предстоит разработать дорожную карту по проведению дальнейших и детальных переговоров с китайской и узбекской сторонами. Предполагается, что к решению столь непростой задачи будут привлекать и международных экспертов.
Кто именно окажет экспертную помощь Киргизии, пока не ясно. Но известно, что ранее официальный Бишкек пытался заинтересовать проектом Россию, а затем и других участников Евразийского экономического союза. Внимание к проекту стремились привлечь как на двусторонних, так и международных площадках. В последний раз - в декабре прошлого года - Киргизия воспользовалась возможностью напомнить о своем транзитном потенциале на Евразийском конгрессе, организатором которого выступал ЕАБР (Евразийский банк развития).
- Мы являемся самой южной границей ЕАЭС, откуда открываются пути в Китай, Индию и Пакистан, страны Ближнего Востока через Иран, - заявил участникам встречи представитель Киргизии Санжар Муканбетов, в тот момент возглавлявший минэкономики КР. - Это огромные рынки, которые интересны для всех стран Евразийского союза. Чтобы использовать их возможности в полной мере, нам очень помогло бы строительство железной дороги Китай - Киргизия - Узбекистан. К сожалению, масштабный проект до сих пор не реализован. Ведутся переговоры о маршруте, ширине колеи и размещении перегрузочной станции. Требуется политическое решение и, самое главное, участие не только заинтересованных стран, но и структур ЕАЭС, в частности банков и других институтов развития.
Впрочем, более всего проект соответствует задачам другой интеграционной инициативы - китайской программы "Один пояс - один путь". КНР некогда проявлял к строительству транзитной магистрали большой интерес, но в последнее время стал акцентировать внимание на развитии альтернативных транспортных коридоров через ту же Киргизию.
Что препятствует?
Официальные источники указывают, что проект долгое время пылился на полке из-за того, что стороны не могли согласовать ширину колеи. Китай настаивал на европейской - 1435 миллиметров. Постсоветские республики предлагали привычный им вариант, поскольку их железнодорожные ветки построены по российским стандартам и по-прежнему связаны с сетью дорог РФ. В последние годы стороны все чаще стали склоняться к компромиссу, предусматривающему строительство перевалочной станции, на которой будет осуществляться перестановка вагонов с одной колеи на другую.
Киргизия тем временем решила увязать строительство транзитной ветки с развитием внутренней сети железных дорог. Эта идея появилась еще в начале 2000-х, а в 2010 году официальный Бишкек предложил свой проект, который бы связал не только Китай и Узбекистан, но и север КР с южными областями республики, отделенными друг от друга горными хребтами. На сегодня, напомним, сообщение между двумя частями страны осуществляется в основном автомобильным транспортом.
Проект получился амбициозным и дорогим. В том числе потому, что подразумевал возможность не только грузовых, но и пассажирских перевозок. Он предусматривал прокладку трассы через высокогорные участки со сложным ландшафтом в глубине территории Киргизии. Предложенный республикой маршрут связывал ряд отдаленных населенных пунктов и открывал доступ к нескольким крупным месторождениям ископаемых. Проект предполагал строительство 48 тоннелей общей протяженностью около 49 километров и 95 мостов. В строительстве железной дороги, по подсчетам правительства, могли принять участие не менее 20 тысяч человек, а после ввода ее в эксплуатацию новые рабочие места получили бы 2,7 тысячи киргизстанцев.
По оценкам экспертов, такой проект мог бы увеличить объем грузоперевозок от восьми миллионов тонн в год до 15 и выше. Изменения благоприятным образом затронули бы и пассажирские перевозки. Запуск новой железной дороги снизил бы стоимость транспортных расходов граждан, проживающих в отдаленных населенных пунктах, и увеличил бы количество обслуживаемых пассажиров как минимум на 250 тысяч человек в год.
Впрочем, Китай предложенные условия не заинтересовали. Киргизии пришлось вернуться к обсуждению короткого маршрута, который прошел бы только по югу страны.
Вместе с тем
Проект транзитной железной дороги из Китая в Узбекистан - не единственный, который предполагали реализовать в Киргизии после объявления суверенитета. В конце 1990-х, к примеру, в республике обсуждалась возможность строительства ветки, которая бы связала город Алматы (Казахстан) с курортной зоной Иссык-Куля, а в перспективе опоясала бы горное озеро, сформировав вокруг него транспортное кольцо. Чуть позже выяснилось, что подобная идея трудноосуществима, поскольку требует колоссальных вложений.
Затем власти Киргизии обратили внимание на возможность продления железнодорожной ветки, которая связывает столицу и город Балыкчи на побережье Иссык-Куля. Предполагалось проложить ветку в Нарынскую область - к угольному месторождению Кара-Кече. Однако и этот проект пока остается на бумаге, поскольку достаточными средствами на его реализацию Киргизия не располагает.
Справка "РГ"
Сеть железных дорог Киргизии представлена разрозненными, не связанными между собой линиями. Географически она разделена на северный и южный участки протяженностью в 323,4 и 101,2 километра соответственно. Северный обеспечивает выход на железнодорожную сеть Казахстана, южный связан с Узбекистаном.
Дубай, ОАЭ. В Дубае продали с аукциона самый дорогой автомобильный номер в истории – анонимный покупатель заплатил на номерной знак AA9 38 млн дирхамов (US$ 10,3 млн).
Всего на аукционе было выручено 48,5 млн дирхамов – они будут направлены на благотворительность, а именно на обеспечение нуждающихся в 30 странах мира продуктовыми наборами в дни священного месяца Рамадан.
«Я хочу поблагодарить Его Высочество шейха Мухаммеда бен Рашида Аль Мактума, вице-президента, премьер-министра ОАЭ и правителя Дубая, за возможность принять участие в этой благотворительной инициативе», - сказал покупатель, отказавшийся сообщить свое имя.
Помимо элитных автомобильных номеров, на аукцион также выставили эксклюзивные телефонные номера от телекоммуникационной компании Etisalat. В частности, номер 056 9999999 ушел с молотка за 3 млн дирхамов (US$ 821 тысяча).
Организаторами аукциона выступили фонд Глобальных инициатив имени Мухаммеда бен Рашида (Mohammad Bin Rashid Al Maktoum Global Initiatives), Управление по дорогам и транспорту Дубая, телекоммуникационный оператор Etisalat и компания Emirates Auction.
Помимо номера AA9, были разыграны двузначные номера U31, T38 и E51. На торги также были выставлены пять эксклюзивных мобильных номеров: 056999999, 0569999993, 0549999993, 0565555556 и 0545555558.
Стоит отметить, что, несмотря на то, что кампания «100 млн продуктовых посылок» уже собрала 100 млн дирхамов пожертвований, ее реализация продолжается. Продуктовые наборы получат малообеспеченные семьи, сироты, вдовы и беженцы в регионе Ближнего Востока, Азии и Африки, в том числе в Пакистане, Иордании, Египте, Анголе, Гане и Уганде.
Предыдущий рекорд продажи автомобильного номера также установили в Дубае. В 2016 году был продан с аукциона номер D5 – индийский бизнесмен Балвиндер Сани приобрел его за 33 млн дирхамов (US$ 9 млн).
![Главное](/images/star.png)
НОВОЙ ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ НЕ БУДЕТ
ТОМАС КРИСТЕНСЕН
Профессор международных и общественных отношений Колумбийского университета.
На протяжении последних десятилетий китайские эксперты и дипломаты обвиняли США в переходе к менталитету холодной войны в отношении Пекина. Обычно такие заявления звучат, когда Вашингтон укрепляет военное присутствие или оказывает военное содействие союзникам в Азии.
Действительно, после холодной войны Соединённые Штаты вместе с союзниками и партнёрами в Азиатско-Тихоокеанском регионе вступили в стратегическое военное соперничество с КНР, которая модернизировала войска и наращивала возможности проецирования силы. До сих пор США удавалось удерживать материковый Китай от силового разрешения территориальных споров в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях, а также в Тайваньском проливе. Кроме того, США и их ближайшие союзники запретили продажу оружия Китаю и попытались ограничить передачу ему некоторых военных технологий.
На этом основании, по крайней мере до недавнего времени, проводилась аналогия с холодной войной. Однако в 1950–1960-е гг. американское сдерживание СССР и его блока выходило далеко за рамки военной сферы. Все усилия были направлены на то, чтобы ограничить экономические контакты с этими странами, подорвать их экономики и расстроить дипломатические планы на международной арене. После начала реформ в Китае в 1978 г., напротив, никто (кроме самих китайцев) не содействовал масштабному экономическому развитию страны так, как это делала Америка. Открытие американских рынков для китайского экспорта, огромные инвестиции в китайскую промышленность, сотни тысяч китайских студентов в американских университетах – всё это способствовало стремительному росту и технологической модернизации КНР. Соединённые Штаты предлагали Пекину играть более активную роль в международной дипломатии или, как выразился бывший замгоссекретаря Роберт Зеллик, выполнять свою часть работы в качестве «ответственного акционера» международной системы[1]. Китай в ответ действовал спонтанно, но в любом случае слова Зеллика опровергают идею о том, что Вашингтон десятилетиями не позволял Китаю оказывать влияние на международную систему.
Сейчас ситуация меняется, «ястребы» укрепляют позиции в американской политике. После прихода Дональда Трампа в Белый дом в 2017 г. многие комментаторы предсказывали холодную войну с Китаем. В качестве доказательств они приводили не только активизацию военного соперничества в Индо-Тихоокеанском регионе (что не ново), но и американо-китайскую торговую войну, сопровождаемую призывами к полномасштабному экономическому разъединению. Вашингтон внёс Huawei и ряд других китайских компаний и учреждений в список контроля за экспортом Министерства торговли, а также в список иностранных активов Минфина – американские компании лишились права вести бизнес с этими организациями без специальной лицензии. В стратегии национальной безопасности США, опубликованной в декабре 2017 г. Китай и Россия были названы противниками Америки, а администрация Трампа расценила внешнеэкономическую политику Пекина как «хищническую»[2]. COVID-19 явно не улучшил отношения. Вместо того, чтобы сообща решать проблему, две страны обвиняли друг друга в пандемии и выясняли, какая политическая система лучше справляется с ситуацией.
Во второй половине 2020 г. в различных выступлениях, правительственных документах, статьях и твитах администрация Трампа практически объявила КНР холодную войну. Утверждалось, что Пекин пытается разрушить либеральный международный порядок и заменить его своей гегемонией. Администрация Трампа называла Китай экзистенциальной угрозой Америке и базовым свободам, которые традиционно защищал Вашингтон. Как и в случае с Советским Союзом, предлагалось единственное долгосрочное решение – Соединённые Штаты должны возглавить глобальную коалицию стран-единомышленниц, чтобы ослабить Китай за рубежом и содействовать фундаментальным политическим изменениям внутри страны.
Критики такой политики могут сказать, что США создают самореализующееся пророчество: объявив холодную войну, Вашингтон провоцирует её появление. Но ничего похожего на холодную войну с Советским Союзом или с тем же Китаем в 1950–1960-е гг. в перспективе не просматривается – независимо от декларируемых стратегий.
Холодная война – это сложный набор отношений со многими странами. Ни одна держава, даже очень мощная, не может в одиночку развязать холодную войну.
Не холодная война
Американо-китайское соперничество реально и несёт в себе опасности, но ему не хватает трёх ключевых элементов холодной войны США и СССР.
Америка и Китай не ведут идеологическую борьбу за сердца и умы третьих стран.
Сегодняшний глобализированный мир невозможно чётко поделить на два экономических блока.
Соединённые Штаты и Китай не возглавляют противоборствующие альянсы подобные тем, что вели кровопролитные опосредованные войны в середине XX века в Корее и Вьетнаме и создавали ракетные кризисы в Берлине и на Кубе.
Без любого из этих трёх факторов холодная война между США и Советским Союзом была бы менее ожесточённой и опасной. Поэтому, хотя подъём Китая связан с реальными вызовами для Соединённых Штатов, их союзников и партнёров, угрозу следует понимать правильно. Призывающие использовать против Китая стратегию сдерживания времён холодной войны, не понимают природу китайского вызова и поэтому предлагают ответные действия, которые лишь ослабят Америку.
Если Вашингтон в одностороннем порядке примет ушедшую в прошлое стратегию холодной войны в отношении Пекина, то оттолкнёт от себя союзников, которые слишком зависят от КНР. Хотя многие страны и разделяют обоснованную обеспокоенность Вашингтона по поводу политики Пекина, большинство американских союзников и партнёров не считают Китай экзистенциальной угрозой. Если президент Джо Байден продолжит политику своего рода холодной войны с Китаем, которую проводила администрация Трампа, Соединённые Штаты ослабят собственные позиции, лишившись одного из главных конкурентных преимуществ – альянсов и партнёрства с более чем шестьюдесятью странами, среди которых представлены и наиболее технологически развитые державы мира. Сравните с галереей партнёров Китая: в первую очередь в голову приходят Северная Корея, Иран, Пакистан, Судан и Зимбабве.
Кто-то может сказать, что реальное различие между холодной войной и нынешним стратегическим соперничеством Вашингтона и Пекина заключается в ограниченном значении КНР по сравнению с СССР в 1950–1960-е годы. США по-прежнему существенно опережают Китай по общей национальной мощи. Однако этот факт не должен успокаивать американцев. Ещё в 2001 г. я говорил, что Китай создаёт асимметричные угрозы войскам и базам США в Восточной Азии – регионе, имеющем геостратегическое значение. На региональном уровне Китай сегодня мощнее, чем тогда, мощнее, чем любой американский союзник в Азии[3].
Споры о морских границах между Китаем и Японией, Тайванем и несколькими государствами Юго-Восточной Азии (включая американского союзника Филиппины) несут серьёзный риск вовлечения США и КНР в прямой конфликт. К счастью, как отмечает норвежский профессор Эйстейн Тюншё[4], кризисы и даже конфликты за морские территории опасны, но более управляемы в сравнении, например, с обычным конфликтом между США и СССР за территорию в Центральной Европе в годы холодной войны. Государство не может просто захватить и удерживать контроль над морской территорией. Кроме того, за исключением Тайваня, спорные острова, скалы и рифы вблизи Китая – не очень привлекательные цели для захвата.
Помимо различий в силе и географии есть ещё три фактора, которые делают нынешнее американо-китайское стратегическое соперничество менее опасным, чем холодная война Соединённых Штатов и Советского Союза. Если бы США и КНР возглавляли противоборствующие и экономически независимые блоки, основанные на фундаментально противоположных идеологиях, их стратегическое соперничество быстро вышло бы на сушу и из Восточной Азии распространилось на всю планету. Даже если бы Китай не был в состоянии проецировать военную мощь таким образом, чтобы бросить вызов Америке в отдалённых районах мира, он мог бы снабжать, готовить и поддерживать идеологически близкие пропекинские государства, которые, в свою очередь, атаковали бы американских союзников и партнёров в регионах. Иными словами, нынешнее региональное соперничество в Восточной Азии могло бы перерасти в глобальное. И это больше бы напоминало холодную войну, поскольку за локальными конфликтами между американскими и китайскими марионетками стояли бы США и КНР с их ядерным и обычным наступательным вооружением дальнего радиуса действия.
К счастью, пока всё это политическая научная фантастика. Нет фактов, подтверждающих, что Китай пытается распространить свою идеологию в мире или что идеология является лакмусовой бумажкой отношений КНР с другими странами. Некоторые эксперты подняли шумиху после заявления председателя КНР Си Цзиньпина на XIX партийном съезде в ноябре 2017 г., где он сказал, что китайский путь может стать альтернативой так называемому вашингтонскому консенсусу. «Путь, теория, система и культура социализма с китайской спецификой продолжает развиваться, прокладывая новую дорогу для других развивающихся стран, стремящихся к модернизации. Это новый вариант для стран и народов, которые хотят ускорить своё развитие, сохранив при этом независимость», – сказал Си Цзиньпин[5]. Его заявление скорее выглядело как обоснование правления и экономической политики Компартии Китая (КПК), чем как призыв к экспорту «китайской модели».
Последующие заявления Си Цзиньпина говорят в пользу такой интерпретации. В декабре 2017 г. в Пекине состоялся Диалог КПК с политическими партиями мира, на котором присутствовали представители 300 политических партий из 120 стран. Выступая на мероприятии, Си Цзиньпин отверг утверждения о том, что Китай экспортирует свою идеологическую модель: «Мы не импортируем иностранные модели и не экспортируем китайскую модель, мы не можем требовать от других стран повторять китайский подход к жизни»[6]. А ведь этот форум мог бы быть подходящим местом для пропаганды китайской модели. В период реформ КПК добавляла термин «с китайской спецификой» для описания своего бренда так называемого социализма, который опирается на рыночные принципы ценообразования и страдает от большего неравенства, чем многие капиталистические страны, включая США.
Трудно экспортировать модель, если даже её апологеты говорят, что она должна быть глубоко укоренена в китайской истории и культуре.
Менять сердца и умы?
Пекин авторитарно и часто пугающе репрессивно действует дома, создавая «лагеря перевоспитания» в Синьцзяне, подавляя протесты тибетцев и голоса политических диссидентов, журналистов и правозащитников. Однако в отличие от России, которая активно пытается подорвать демократию в Восточной Европе и других странах, Китай индифферентно относится к внутриполитическим структурам других стран. Пекин гораздо больше заботит отношение этих стран к внутренней политике КПК, территориальным спорам Китая и экономическому сотрудничеству с КНР – именно в таком порядке. Доклад RAND метко упрекнул администрацию Трампа в том, что она объединила Россию и Китай в списке угроз: «Россия – изгой, но не соперник; Китай – соперник, но не изгой»[7]. Бывший китайский дипломат Ши Цзэ, работавший в России, говоря о различиях Москвы и Пекина, резюмирует: «У Китая и России разные подходы. Россия хочет разрушить нынешний мировой порядок. Россия считает себя жертвой нынешней международной системы, в которой её экономика и общество не развиваются. А Китай получает пользу от нынешней международной системы. Мы хотим улучшить и модифицировать её, но не разрушать»[8].
Тем не менее, как и Москва, Пекин использует нелиберальные методы влияния на общественное мнение в мире. Лора Розенбергер, американский чиновник с большим опытом, отмечает, что Пекин перенял российскую тактику интернет-атак для подрыва доверия к демократии. Её статья касается примеров кампаний по дезинформации в Гонконге, но выводы справедливы и для Тайваня[9]. Однако поведение Китая в регионах, которые он считает своими, не стоит экстраполировать на внешнюю политику Пекина в целом. Попытки Китая оказывать влияние в других странах – в частности, в Австралии, Новой Зеландии и даже США – называют примерами идеологического ревизионизма. Да, они вызывают обеспокоенность, но кардинально отличаются от атак на демократию в Гонконге и на Тайване. В период коронакризиса китайские дипломаты и СМИ ополчились на иностранные правительства и экспертов, которые критиковали Пекин за действия на начальном этапе пандемии, отсутствие прозрачности и свободы слова. То же самое касается критики репрессий против уйгуров в Синьцзяне и подавления протестов китайских интеллектуалов, юристов, журналистов и правозащитников. Но вместо того, чтобы пытаться подорвать либеральную демократию в критикующих его странах, Пекин сосредоточил усилия на изменении их отношения к правлению КПК и предотвращении поддержки оппонентов Китая, в том числе в Тайваньском проливе.
В докладе Института Гувера (Стэнфордский университет) содержится, пожалуй, наиболее резкая критика попыток Китая влиять на другие страны. Однако даже там отмечается, что главная цель Пекина – защитить правление КПК от зарубежной критики, а не экспортировать китайскую авторитарную модель в другие государства[10]. Китайский подход, по сути, не нацелен против иностранных демократий и очень далёк от поддержки коммунистических революций во времена Сталина и Мао Цзэдуна.
Попытки Пекина оказывать влияние всё же представляют серьёзную проблему, хотя и не являются основой для новой холодной войны. Используя деньги, чтобы повлиять на исход выборов или освещение в СМИ тех или иных событий, а также заставляя представителей научного сообщества и студентов занимать выгодную Пекину позицию по вышеперечисленным вопросам, КПК наносит ущерб важнейшим институтам свободного общества, хотя и не подрывает основы либеральной демократии в ярко выраженной форме. Потенциально ущерб может быть достаточно серьёзным и поэтому должен вызывать обеспокоенность в экспертном и журналистском сообществе.
Китаевед Элизабет Экономи отмечает, что региональные власти в Китае проводят для иностранцев курсы по эффективному госуправлению. Среди обучающихся есть исследователи, эксперты и чиновники из соседних государств. Китай предлагает обучающие программы по госуправлению и экономическому развитию авторитарным государствам, например Камбодже и Судану. Данную практику можно считать максимально приближенной к пропаганде авторитаризма со стороны КПК. Но было бы гораздо опаснее и могло бы создать условия для новой холодной войны, если бы Китай обучал проавторитарные партии и группировки в демократических странах, как захватить власть и уничтожить демократию[11]. Это напоминало бы поддержку Советским Союзом и КНР международных коммунистических организаций в начале холодной войны. Нынешние китайские обучающие программы стоит рассматривать как усилия общественной дипломатии – они призваны показать, что китайская модель управления работает и является легитимной, несмотря на критику со стороны США и других демократий по поводу отсутствия гражданских свобод и демократических выборов в КНР.
До того, как президентом стал Трамп, американская внешняя политика, возможно, была более идеологизированной, чем в Китае.
При администрации Байдена тенденция возродится. США приветствовали демократизацию и поддерживали прореформистские «цветные революции» в Северной Африке, на Ближнем Востоке, в Центральной Европе и Центральной Азии. Трамп, однако, выдвинув лозунг «Америка прежде всего», отказался от традиционной формы идеологического ревизионизма, присущей обеим партиям. Он также отверг усилия по проведению либеральных институциональных реформ, например, в рамках Транстихоокеанского партнёрства, и подвергал нападкам многосторонние экономические соглашения, в том числе ВТО. Наконец, Трампу было вполне комфортно общаться с диктаторами, и он мог в равной мере критиковать и либеральные демократии, и авторитарные государства. В результате за президентский срок Трампа Америка и Китай оказались ещё дальше от идеологической холодной войны 1950–1960-х годов. Китай не экспортировал свою идеологию, как при Мао, а Соединённые Штаты при Трампе больше не экспортировали свою.
При администрации Трампа наиболее идеологической была кампания «Свободный и открытый Индо-Тихоокеанский регион» с участием четырёх ведущих демократий: США, Японии, Австралии и Индии. Эта «четвёрка», или «бриллиант безопасности», – концепция японского премьер-министра Синдзо Абэ – гипотетически могла создать некий географический и политический сдерживающий свод над Китаем. Взаимодействие четырёх стран в сфере безопасности совершенствуется, но пока далеко от многосторонних альянсов холодной войны, особенно с учётом присутствия традиционно неприсоединяющейся Индии и при наличии прочных экономических связей всей «четвёрки» с КНР. Другие ключевые демократические союзники Соединённых Штатов в Азии, включая Южную Корею и Филиппины, по-видимому, не хотят участвовать в многосторонних (тем более идеологических) блоках, направленных против Китая. Фактические и потенциальные американские региональные партнёры, например, Таиланд после переворота и коммунистический Вьетнам, не подходят для идеологических альянсов и не хотят делать выбор между США и Китаем.
Реализация собственных целей
Подход Байдена к Китаю увязывается с необходимостью восстановить испорченные отношения с американскими союзниками и партнёрами. Многие из них разделяют обеспокоенность США по поводу агрессивного поведения Китая на международной арене и несправедливых экономических условиях дома. Сосредоточиться на укреплении коалиций – разумное решение администрации Байдена, но было бы ошибкой строить альянсы и партнёрства исключительно на общей идеологии или заставлять союзников и партнёров выбирать между Соединёнными Штатами и КНР.
Китайские эксперты убеждены, что Пекин в состоянии предотвратить формирование альянса холодной войны в Индо-Тихоокеанском регионе. Они подчеркивают: Китай – а не США – является крупнейшим экономическим партнёром многих ключевых американских союзников в АТР, включая Японию, Южную Корею и Австралию. Ян Цземянь, брат высокопоставленного китайского дипломата Ян Цзечи, считает, что холодная война нарушит транснациональные производственные цепочки и окажется слишком затратной для американских союзников в Европе и Азии, поэтому им будет проще договориться с Китаем независимо от Вашингтона[12].
Несмотря на территориальные споры с КНР, десять стран – членов Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) также экономически зависят от Китая. Китайские аналитики убеждены: эти государства – плохие кандидаты для американской коалиции против Китая. Эксперты отмечают подозрительность, с которой друг к другу относятся Япония и Южная Корея. Все эти трения усугубляет печальная история японского империализма в Восточной Азии и то, как нынешние политические акторы манипулируют исторической памятью, скрывают или искажают факты в политических целях, в том числе на выборах.
Администрация Трампа создала два новых источника напряжённости с партнёрами: торговые споры, инициированные Соединёнными Штатами против своих давних союзников – Японии, Кореи и Евросоюза, и требования – нередко публичные – разделить с США бремя затрат на альянсы. После введения Соединёнными Штатами пошлин для Японии и Китая в 2018 г., произошло потепление в отношениях Токио и Пекина. Введение пошлин навредило Токио, как и выход администрации Трампа из Транстихоокеанского партнёрства. При этом немногие признают, что пошлины против КНР ударили по японским и американским компаниям, которые завершают производство в Китае или продают комплектующие для цепочки поставок, конечной точкой которых является Китай, а основным целевым рынком – США[13]. В октябре 2018 г. Абэ стал первым за несколько лет японским премьером, посетившим Китай. В целом дипломатические и экономические отношения между двумя самыми мощными государствами Азии улучшились. То же относится и к Южной Корее, где после начала американо-китайского торгового конфликта зафиксировано падение экспорта полупроводников, ключевой отрасли корейской экономики.
Команда Байдена понимает, что альянсы и партнёрства – главная сила США в соперничестве с Китаем. Отказаться от идеи Трампа ослабить эти отношения будет разумно и относительно несложно. Однако было бы ошибкой считать, что американские партнёры и союзники хотят выступить единым фронтом с Америкой против Китая или что они готовы способствовать замедлению экономического роста и ограничению международного влияния КНР, как это делала американская система альянсов против Советского Союза в период холодной войны.
Также было бы ошибкой сконцентрировать американскую политику альянсов или многостороннюю дипломатию на идеологической борьбе с Пекином. Многие важные потенциальные партнёры США, в частности – Вьетнам или Таиланд, не являются государствами-единомышленниками, а либеральные страны-партнёры – Индия и Южная Корея – не хотят, чтобы стратегическое сотрудничество с Америкой означало подход с нулевой суммой в отношении Пекина. То же можно сказать о многих странах Евросоюза. ЕС разделяет опасения Вашингтона по поводу грубой дипломатии и агрессивности Китая после финансового кризиса 2008 года. Он работает над улучшением защиты от краж интеллектуальной собственности и шпионажа. В марте 2019 г. в документе, касающемся безопасности, Еврокомиссия даже назвала Китай «системным соперником, продвигающим альтернативные формы госуправления». Но в стратегических документах той же Еврокомиссии подчёркивается необходимость сотрудничества и экономической интеграции с Пекином и даже «стратегического партнёрства». В конце декабря 2020 г. Евросоюз заключил двустороннее соглашение об инвестициях, которое призвано ещё прочнее связать европейские экономики с Китаем в будущем. Вряд ли это можно назвать холодной войной.
Пределы влияния Китая
Перспектив формирования альянса холодной войны на другой стороне американо-китайского противостояния ещё меньше. У Китая есть формальный союз только с Северной Кореей и прочное партнёрство в сфере безопасности с Пакистаном. Кроме того, выстроены тесные связи с некоторыми членами АСЕАН, прежде всего с Лаосом и Камбоджей. Эти отношения помешали АСЕАН сформировать единую позицию по территориальным спорам в Южно-Китайском море. Но они не укрепили способность Китая проецировать мощь или противодействовать американской системе альянсов в Восточной Азии. Исключением можно считать только Камбоджу, где Китай получил особые портовые права, которые могут облегчить постоянное присутствие китайских ВМС. Но даже там постколониальный национализм препятствует такому развитию событий.
С помощью инициативы «Пояс и путь», запущенной в 2013 г., Пекин сможет выстроить особые отношения с большим числом азиатских и африканских государств, соответственно, будет расти и глобальное влияние Китая. Такие особые отношения скорее помешают этим странам проводить политику, противоречащую интересам Китая, но не заставят их объединиться в альянс, чтобы навредить США и их союзникам. Тем не менее это может стать вызовом для дипломатических усилий Вашингтона и его партнёров. Например, член НАТО Греция блокировала резолюцию ЕС по правам человека в Китае после того, как китайский гигант морских грузоперевозок COSCO инвестировал огромные средства в греческий порт Пирей в рамках проекта «Пояс и путь». Но даже в этом случае Пекин использовал особые отношения для защиты собственной политической системы и не собирался превращать Грецию в платформу для наступления против интересов безопасности НАТО.
С точки зрения Соединённых Штатов, самые важные отношения Китая в сфере безопасности – партнёрство с Россией, ещё одной великой державой со значительным военным потенциалом. Сотрудничество предусматривает совместные военные учения, продажу оружия и дипломатическое взаимодействие в ООН с целью блокировать усилия США и их союзников по оказанию давления или свержению лидеров, подобных сирийскому президенту Башару Асаду. Но китайско-российские отношения не достигают уровня реального альянса. Трудно себе представить, что Китай принимает прямое участие вместе с Россией в событиях вокруг Грузии, Украины или в потенциальном конфликте на Балтике. Точно так же сложно представить, чтобы российские военные участвовали в конфликте в Тайваньском проливе или в морских спорах со странами Восточной Азии. Россия, кстати, продаёт усовершенствованные системы вооружений Вьетнаму и Индии, соперникам Китая в территориальных спорах.
Самая мощная сила, подталкивающая Россию и Китай друг к другу, – это их общее недовольство стремлением предыдущих американских администраций к смене репрессивных режимов и «цветным революциям».
Китай не пытался подрывать демократии, как это делала Россия, но на международных форумах Пекин не раз выступал вместе с Москвой против давления США и либеральных демократий на другие страны из-за их внутренней политики и гуманитарных преступлений. Особенно ярко такое сотрудничество проявилось в случае с Сирией – Москва и Пекин накладывали вето на многочисленные проекты резолюций, подвергавшие критике режим Асада, а также в случае с Венесуэлой, где Америка стремилась свергнуть президента Николаса Мадуро.
Китай известен инвестициями в ресурсы и инфраструктуру в регионах с явным дефицитом демократии. Не менее важно, что Китай экспортирует технологии наблюдения (в том числе камеры высокого разрешения и ПО для распознавания лиц) ради прибыли, потенциально укрепляя наиболее репрессивные режимы мира. Если администрация Байдена откажется от слогана «Америка прежде всего» и вернётся к традиционному продвижению демократии за рубежом, эта практика станет серьёзной проблемой. Тем не менее Китай продаёт такое оборудование любому желающему, независимо от режима, поэтому было бы преувеличением говорить, что китайская политика экспорта направлена на распространение авторитаризма и подрыв демократии. Китай гораздо больше ведёт бизнес с развитыми экономиками мира, в том числе со многими либеральными демократиями, которые являются союзниками или партнёрами Америки в Азии и Европе. Согласно статистике КНР за 2016 г., США и семь их союзников вошли в десятку ведущих торговых партнёров Китая. Поскольку легитимность КПК внутри страны базируется на экономических показателях, будет глупо, если Пекин оттолкнёт от себя развитые либеральные демократии, которые загружают его производство, содействуют технологическому развитию и обеспечивают рынки сбыта для произведённых в КНР товаров. Китай и Россия продолжат сопротивляться попыткам США поддерживать «цветные революции», но только Россия, менее интегрированная в глобальные производственные цепочки, будет стремиться к распространению нелиберальных форм госуправления в мире.
Поучительная история
Глобализация, взаимозависимость и транснациональное производство – безусловно, улица с двусторонним движением, и благополучие многих развитых экономик с либеральной идеологией зависит от Китая. КНР – крупнейший торговый партнёр ключевых союзников США и цель их прямых инвестиций. И хотя многие из них были обеспокоены, когда Пекин отошёл от умеренной внешней и экономической политики после финансового кризиса 2008 г., они разделяют позицию Вашингтона, который всё чаще называет КНР главной угрозой безопасности и идеологической угрозой. Поэтому призывы отделиться от китайской экономики, как во времена холодной войны, не только нереалистичны, но и неразумны. Американская сеть из более чем шестидесяти союзников и партнёров включает самые развитые и высокотехнологичные экономики мира, в том числе Австралию, Францию, Германию, Израиль, Японию, Сингапур, Южную Корею и Великобританию. Эта система безопасности позволяет Соединённым Штатам проецировать мощь по-настоящему глобальной супердержавы. У Китая такой сети альянсов нет, что серьёзно ограничивает проецирование его мощи. Многие американские партнёры скорее станут на сторону США, если Китай перейдёт к агрессивным и экспансионистским действиям.
Китайские элиты, безусловно, об этом знают. Это одна из причин, почему поведение поднимающегося Китая до сих пор остаётся относительно благоразумным. КНР не вела открытых конфликтов с 1988 г. и не участвовала в полномасштабной войне с 1979 года. Сдерживание работает и продолжит работать при соблюдении определённых военных и дипломатических условий. Если Китай не ввяжется в агрессивные военные авантюры, ни один американский союзник не подпишется под жёсткой политикой сдерживания КНР, подобной холодной войне. Даже внутри администрации Трампа не было согласия по поводу таких инициатив, как торговая война с Китаем. Существовал ли план создания рычагов, чтобы сделать китайскую экономику более открытой и углубить интеграцию США и КНР? Американские союзники, сталкивавшиеся с закрытием рынков, госсубсидиями и нарушением прав интеллектуальной собственности, могли бы его поддержать. Но если введение пошлин и других ограничений было призвано замедлить экономический рост Китая, то предложения, напоминающие стратегию холодной войны, могут лишить Вашингтон поддержки союзников.
Однако в период правления Трампа сформировался консенсус, что в некоторых высокотехнологичных сферах, например пятого поколения мобильной связи (5G), Соединённым Штатам и их союзникам лучше избегать интеграции с такими китайскими провайдерами, как Huawei. В этом вопросе администрация Трампа получила мощную поддержку обеих партий – США и их партнёры не должны полагаться на китайские системы. Борьба за внедрение стандартов 5G во всём мире повлияет на будущие бизнес-транзакции, развитие индустрий с использованием искусственного интеллекта и разработку автоматизированных систем вооружений.
В некоторых особо значимых секторах экономики соперничество с Китаем может выглядеть как игра с нулевой суммой по образцу холодной войны. Высокотехнологичная сфера напоминает военную отрасль после введения оружейного эмбарго в 1989 г., а Соединённые Штаты попытаются замедлить прогресс КНР в развитии 5G и искусственного интеллекта. Но даже борьба за 5G демонстрирует низкую вероятность того, что мир будет чётко разделён на два экономических блока. Большинство друзей и союзников США осознают риски вовлечения компаний вроде Huawei в свою коммуникационную инфраструктуру, но американцам пришлось серьёзно потрудиться, чтобы заставить, например, Великобританию и Германию полностью отказаться от продуктов и услуг Huawei. Способность Вашингтона убеждать единомышленников в том, чтобы они избегали китайских продуктов, быстро уменьшится, если речь пойдёт о бойкоте не телекоммуникационных технологий, явно связанных с национальной безопасностью, а более широкого набора продуктов и технологий.
Любая попытка просто навредить экономике Китая или заставить других отделить свою экономику от китайской в XXI веке обречена на провал.
Такую же поучительную историю можно рассказать об отношении правительства США практически к любой внешнеэкономической деятельности Китая, включая инфраструктурные инвестиции, которые в стратегии национальной обороны 2018 г. названы «хищническими»[14]. Такое огульное осуждение звучит неубедительно в Восточной Азии, Центральной Азии и Южной Азии, где Всемирный банк определил более значительные инфраструктурные потребности, чем могут быть удовлетворены даже в рамках масштабной инициативы «Пояс и путь». Вместо того, чтобы жаловаться на китайские кредиты, США и их союзникам следует конкурировать с КНР в экономической дипломатии. Администрация Трампа получила от Конгресса (по Закону о лучшем использовании инвестиций, ведущих к развитию, BUILD Act) 60 млрд долларов для Международной корпорации финансирования развития. Но называя американские деньги «хорошими», а китайские – «хищническими», Соединённые Штаты рискуют проиграть конкуренцию в этой сфере. Большинство стран по-прежнему будут приветствовать китайские инвестиции и ноу-хау в инфраструктурные проекты и не поймут, если американцы назовут их наивными дураками.
Вашингтон также утверждает, что Пекин практикует дипломатию «долговой ловушки», создавая неприемлемый уровень задолженности в определённых странах. Но в Азии эти заявления не услышали. Единственный пример прямой замены долговых обязательств инвестициями – аренда Китаем ланкийского порта Хамбантота на 99 лет. Но это скорее исключение, а не правило. И даже в этом случае вряд ли Пекин изначально хотел спровоцировать долговой кризис и потом этим воспользоваться. Более того, если никто не готов финансировать новые проекты прямыми грантами вместо кредитов – ЕС и США такую готовность не демонстрируют – любой новый проект неизбежно повлечёт за собой рост долгов страны независимо от источника кредитования. А поскольку рыночных стимулов недостаточно, чтобы европейские и американские банки инвестировали в инфраструктуру Азии, деньги Китая часто являются единственной возможностью. Япония, ближайший союзник Соединённых Штатов в Азии, понимает это лучше, чем американцы. Токио не только увеличил собственную инфраструктурную помощь и инвестиции в Азии, но и выразил готовность совместно с Пекином работать по проекту «Пояс и путь» в таких странах, как Индия.
Чего ожидать?
Ключевая позиция Китая в глобальной производственной цепочке и отсутствие борьбы за идеологическое господство между авторитаризмом и либеральной демократией означают, что новая холодная война маловероятна. Должны измениться два фактора, чтобы повторилось нечто похожее на противостояние США и СССР. Если Китай осознанно начнёт кампанию по укреплению авторитаризма и подрыву демократии в мире, тогда американские и китайские союзники будут постоянно сталкиваться друг с другом. Если Пекин решит заменить определённые звенья глобальной производственной цепочки китайскими компаниями вместо иностранных и будет меньше полагаться на глобальные рынки, тогда Китай, возможно, окажется готов принять издержки идеологической борьбы. Подобное развитие вероятно и в том случае, если некоторые страны слишком резко отреагируют на пандемию COVID-19 и станут жертвами национализма и антиглобализации – тогда произойдёт отказ от глобальных экономических трендов, которые связывают Китай и другие крупные экономики в транснациональные цепочки поставок.
Соединённым Штатам и их международным партнёрам необходимо изучить результаты пекинской экономической модели «двойной циркуляции». По крайней мере судя по риторике, этот подход призван отдавать предпочтение внутреннему спросу и производству вместо международных контактов, хотя пространство для последних, безусловно, сохраняется. Движение в противоположном направлении – недавнее открытие Китаем своего финансового сектора для американских инвестиционных банков и двустороннее соглашение об инвестициях между КНР и ЕС, подписанное в декабре 2020 года.
Если политиков и экспертов беспокоит перспектива новой холодной войны, им нужно проанализировать последствия интеграции Китая в глобализированную экономику и отделения от неё. Надо также последить за изменениями в китайской внешней политике в отношении международных конфликтов и гражданских войн, где сталкиваются либеральные и авторитарные политические силы. Пока Китай кардинально не изменит свою позицию по обоим аспектам, холодной войны между США и КНР не будет.
Опубликовано на сайте журнала Foreign Affairs в марте 2021 года. © Council on foreign relations, Inc.
--
СНОСКИ
[1] Zoellick R. “Whither China? From Membership to Responsibility.” a speech to the annual gala of the National Committee on US-China Relations. September 21, 2005. URL: https://2001- 2009.state.gov/s/d/former/zoellick/rem/53682.htm.
[2] See The National Security Strategy of the United States, The White House, December 2017. URL: https://www.whitehouse.gov/wp-content/uploads/2017/12/NSS-Final-12-18-2017-0905.pdf.
[3] Christensen Th.J. “Posing Problems without Catching Up.” International Security 25, No. 4 (2001): 5-40; and The China Challenge, chapter. 4.
[4] Tunsjo O. The Return of Bipolarity in World Politics: China, the United States, and Geostructural Realism. New York: Columbia University Press, 2018.
[5] See Full Text of Xi Jinping’s Report to the 19th CPC National Congress, Xinhua, November 3, 2017. URL: http://www.xinhuanet.com/english/download/Xi_Jinping’s_report_at_19th_CPC_National_ Congress.pdf.
[6] Ў°эНвўЛп设МЪКҐЪёыїоЬб¦НЈЎЄЎЄо¤сй国Нм产党与б¦НЈпЩ党Н‘层对话会ЯѕоЬс«т©讲话.Ў±[CooperationinBuilding a More Beautiful World: The Keynote Speech at the Dialogue of the CCP and World Political Parties]. Xinhua, December 1, 2017. URL: http://www.xinhuanet.com//politics/leaders/2017-12/01/ c_1122045658.htm.
[7] Dobbins J., Shatz H., Wyne A. “Russia Is a Rogue, Not a Peer; China Is a Peer, Not a Rogue: Different Challenges, Different Responses” Rand Corporation PE-310-A, 2019. URL: https:// www.rand.org/pubs/perspectives/PE310.html.
[8] Trofimov Y. “The New Beijing-Moscow Axis.” The Wall Street Journal/ February 1, 2019. URL: https://www.wsj.com/articles/the-new-beijing-moscow-axis-11549036661?emailToken=a611 4fbfd51b469e6df782cf715bfcfcAP9uXXksXFWULgQXn73dxERuZagXDtlN3jwDQ1TJd8fs0541 bVJ0KtgTCScVMH6FR/2mICf+bPZkntPeQMYWyA%3D%3D&reflink=article_email_share
[9] Rosenberger L. “Making Cyberspace Safe for Democracy.” Foreign Affairs, May/June 2020. URL: https://www.foreignaffairs.com/articles/china/2020-04-13/making-cyberspace-safe- democracy.
[10] Hoover Institution. “Chinese Influence Activities in Select Countries.” URL: www.hoover.org/sites/ default/files/research/docs/13_diamond-schell_app2_web.pdf.
[11] Economy E. “Yes, Virginia, China is Exporting Its Model.” Council on Foreign Relations Blog. July 10, 2020. URL: https://www.cfr.org/blog/yes-virginia-china-exporting-its-model
[12] Yang J. “Bu Hui you Xin de Lengzhan,” “There Cannot Be a New Cold War,” Shanghai Institute of International Studies. November 22, 2018. Supporting Yang’s view is Scott, Christopher Scott, “China Hysteria Falls on Deaf Ears in Europe,” Asia Times, March 22, 2019. URL: https://www. asiatimes.com/2019/03/article/in-europe-us-china-hysteria-falls-on-deaf-ears/.
[13] See the Bloomberg video on this topic, entitled “A Third of Japan Inc Hurt by US-Chins Trade War-Reuters Poll.” October 16, 2018. URL: https://www.reuters.com/video/2018/10/16/a-third-of- japan-inc-hurt-by-us-china-tr?videoId=473938099.
[14] Summary of the 2018 National Defense Strategy of the United States of America: Sharpening the American Military’s Competitive Edge, US Department of Defense. URL: https://dod.defense.gov/ Portals/1/Documents/pubs/2018-National-Defense-Strategy-Summary.pdf.
В Катаре прошло заседание «расширенной тройки» по Афганистану
В пятницу в Дохе состоялось очередное заседание расширенной «тройки» по Афганистану при участии России, США, Китая и Пакистана.
Как сообщает МИД РФ, расширенная «тройка» также провела отдельные встречи с переговорными командами Кабула и талибов.
По итогам мероприятия представители четырех стран приняли совместное заявление, в котором призвали к снижению уровня насилия и продвижению мирного урегулирования.
Они обратились с призывом к талибам не начинать весенне-летнее наступление и подчеркнули, что во время вывода иностранных войск «мирный процесс не должен прерываться, боестолкновения или волнения не должны происходить в Афганистане, а безопасность международных сил должна быть обеспечена».
Кроме того, они заявили, что поддерживают пересмотр статуса фигурантов санкционного перечня ООН в отношении «Талибана» (запрещено в РФ).
Между тем пресс-секретарь талибов Мохаммад Наим Вардак сообщил, что в ходе встречи с представителями России, США, Китая и Пакистана обсуждались вопросы освобождения заключенных и исключения членов движения из санкционных списков ООН.
Напомним, что предыдущее заседание расширенной «тройки» проходило в Москве 18 марта. В мероприятии также приняли участие представители афганских властей и «Талибана».
![Главное](/images/star.png)
ГРУСТНАЯ МАТЕМАТИКА АФГАНСКОГО БУДУЩЕГО
ИЛЬЯ ФАБРИЧНИКОВ
Член Совета по внешней и оборонной политике, коммуникационный консультант.
«НЕСОКРУШИМАЯ СВОБОДА» ЗАКОНЧИЛАСЬ С СОКРУШИТЕЛЬНЫМ РЕЗУЛЬТАТОМ
30 апреля США начали вывод своих войск. Можно предположить, что как только последний самолёт с солдатами ISAF покинет Афганистан, талибские лидеры прекратят любые переговоры с Кабулом и начнут широкомасштабное наступление на правительственные структуры. А американцы никогда не признаются, что это бегство от собственноручно созданной проблемы.
Чуть менее двадцати лет назад, всего-то спустя несколько недель после терактов 11 сентября 2001 г., ведомая США коалиция вошла на территорию Афганистана в попытке разгромить движение «Талибан»[1] и уничтожить, как заявлялось, инфраструктуру международной террористической организации «Аль-Каида»[2]. Спустя одиннадцать лет, в 2012 г., в Абботтабаде во время спецоперации ССО США основатель «Аль-Каиды» Усама бен Ладен был застрелен. Ещё через девять лет, 30 апреля, США и их союзники по ISAF начали вывод своих войск.
На пике кампании «Несокрушимая свобода», в 2011 г., на территории Афганистана находилось 98 000 военнослужащих США и 41 000 военных других стран коалиции. Им помогали свыше 300 000 военнослужащих афганской армии и МВД. В этот же период на территории Афганистана работали и около 120 000 частных контрактников, из которых почти 23 000 были сотрудниками американских и иных ЧВК, привлечённых Пентагоном. По самым скромным оценкам затраты только на военную кампанию могли составить свыше 750 миллиардов долларов (некоторые источники говорят о сумме в 975 миллиардов долларов без учёта программ реконструкции). Согласно открытым источникам, США и прочие спонсоры афганского процесса направили на программы помощи по восстановлению дееспособности страны 143 миллиарда долларов за восемнадцать лет. Причём эти средства шли в основном на финансирование афганского правительства, армии, МВД и Главного управления национальной безопасности. Всемирный банк со своей стороны выделил около 6 миллиардов долларов кредитов за девятнадцать лет, а пожертвования в Фонд восстановления Афганистана (ARTF) составили ещё около 13 миллиардов. ВВП страны в настоящее время составляет 19,2 миллиарда долларов.
Число афганских беженцев к сегодняшнему моменту составляет почти 3 миллиона человек. Ещё 3 миллиона относятся к категории временно перемещённых лиц, бежавших от ужасов гражданской войны в более спокойные области страны. И это из 30-миллионного населения. Согласно отчётам ООН за 2019 г., под посевы опийного мака было задействовано 163 000 гектар. 82 процента опийного мака поставляется на мировой наркотический рынок из ИРА (в 2001 г. эта цифра составляла всего 5 процентов). По самым скромным оценкам «доходы» от выращивания опиума приносят в экономику страны 2,1 миллиарда долларов. Из 34 афганских провинций только десять не выращивают мак.
По некоторым афганским оценкам «Талибан» уже несколько последних лет уверенно или частично контролирует до 70 процентов страны, во многих провинциях существуют параллельные управленческие и административные структуры – правительства Гани и подконтрольные «Талибану».
Математика со всех сторон пугающая. Особенно учитывая тот факт, что президент США Джо Байден в своём обращении от 14 апреля 2021 г. без экивоков заявил: нам в Афганистане уже давно делать нечего, непонятно, зачем мы там вообще находились последние восемь лет, пусть с вопросами и проблемами ИРА теперь разбираются русские, китайцы, индийцы и турки. Таким образом Байден, хотя и косвенно, хотя и со всеми возможными реверансами, но признал: США в Афганистане подавляющее время не просто не имели внятной стратегии, не просто теряли время, ресурсы и жизни, но не добились ровным счётом ничего, кроме уничтожения «Аль-Каиды», на осколках которой, после масштабного ребрендинга, проросло с полдюжины не менее зловещих и куда более оформленных террористических движений.
Вопросы дальнейшего урегулирования с «Талибаном», вероятно, также лягут на плечи как администрации Гани, так и сопредельных государств и региональных лидеров. А ведь у «Талибана» под ружьём около 80 000 бойцов. И к тому же весьма деятельная поддержка местного пуштунского населения. Пущей пикантности придаёт и мимоходом отпущенное замечание о том, что дипломатическая стратегия (как и параметры присутствия дипмиссии) будут американцами пересмотрены
После ухода советских войск из Афганистана режим президента Наджибуллы без всякого значимого содействия со стороны российского правительства продержался три года. Ещё два года назад, когда США при Дональде Трампе начинали мирные переговоры с «Талибаном» в Дохе (без участия, надо подчеркнуть, афганских властей), было понятно, что как только американские и союзнические штыки покинут территорию страны, талибы развернутся во всю мощь. Да, переговоры с центральной властью, начавшиеся после подписания мирного соглашения между талибами и США в феврале прошлого года, начались, но до сих пор ни к чему не привели.
Время играет на руку талибам. Как только последний самолёт с солдатами ISAF покинет Афганистан, можно с высокой степенью уверенности предположить, что талибские лидеры прекратят любые переговоры с Кабулом и начнут широкомасштабное наступление на правительственные структуры. А нынешние, впрочем, очень условные союзники Гани (Хекматьяр, Дустум), обладающие реальной военной и политической властью, быстро станут решать вопросы собственного выживания. Говорили, что Гани в последние дни, видимо, понимая крайнюю шаткость своего положения, попытался заручиться поддержкой пакистанцев и даже неофициально посетил Исламабад в поисках гарантий, но вряд ли кто-то из пакистанского руководства будет давать какие-либо гарантии человеку, сумевшему за семь лет своих президентских зигзагов рассориться не только с соседями, но и с политическими оппонентами в попытках консолидировать собственную власть. Вероятно, он не рассчитывал на столь спешное сокращение и уход коалиционных сил.
Байден заявил, что вывод войск из ИРА закончится аккурат к годовщине их ввода – в октябре. Срок для вывода 2 500 человек более чем достаточный. Американцы никогда не признаются, что это бегство от собственноручно созданной проблемы: в медиа это будет обставлено с максимально возможной помпой и преподнесено, как тяжёлое, но единственно возможное, практически победное решение. Но «на земле» афганцами (в том числе и талибами) это будет воспринято именно как бегство: после вывода американцы никакой военной поддержки (в том числе и с воздуха) больше не обещали. А природа не терпит вакуума власти.
Это значит, что уже в ближайшее время у российского внешнеполитического блока прибавится головной боли в части «контроля ущерба» от столь долгого, затратного и такого малоэффективного пребывания США на афганской территории.
И некоторые подходы к афганской повестке – к вопросам жёсткого противодействия контрабанде наркотиков из Центральной Азии, к вопросам укрепления наших партнёров по ОДКБ на афганском направлении, к вопросам системной и затратной работы с афганскими народами и их лидерами, ко всему тому, что длительное время находилось, давайте это признаем, на периферии нашего внимания – придётся самым серьёзным образом пересмотреть. Тем более что в Центральной Азии и так в последнее время неспокойно.
Потому что в своём новом походе за властью «Талибан» сдерживаться не будет. Сдерживающих факторов просто не осталось.
--
СНОСКИ
[1] Запрещено в России.
[2] Запрещено в России.
Профсоюзные сети
1 мая в России отпразднуют День весны и труда
Надежный барометр, точно отражающий настроения людей, появился в нашей компьютеризированной жизни в ХХI веке, и барометр этот — социальные сети. Время от времени погружаюсь в их глубины, чтобы отыскать интересующую меня, профсоюзника, информацию. Главным образом — сведения о социально-трудовых конфликтах. Как говорится, чтобы из первых рук. Приостановки работы, забастовки, митинги… На все эти события соцсети реагируют, на мой взгляд, хоть и не всегда объективно, но весьма оперативно.
Попаду ли я когда-нибудь, к примеру, на Курильские острова? Не уверен. Но открываю Instagram — и вот я уже в их административном центре Северо-Курильске, на предприятии «Спиро», основном подрядчике местной администрации в жилищном строительстве.
21 апреля 150 строителей этой компании (то есть практически весь коллектив «Спиро», представляющий собой «интернационал» из стран ближнего зарубежья) объявили забастовку, остановили работу на объектах и собрались у офиса своего работодателя, расположенного по улице Вилкова, 6. В списке претензий строителей несколько пунктов, главный из которых — задержка заработной платы за два последних месяца.
Как оказалось, работники северо-курильской компании «Спиро» заключили трудовые договоры с работодателем на минимальную сумму 12 тыс. рублей в месяц. Остальные деньги — от 40 до 50 тысяч — доплачивались по «серой» схеме. Однако с февраля эту часть зарплаты не платят. Так как никто не вышел на работу, столовую закрыли. Денег у людей нет, есть им негде.
«Больше ста человек живут в полуразрушенных общежитиях с клопами. Нам негде помыться и приготовить еду. Печь ставить нельзя, так как запросто может возникнуть пожар. А теперь еще перестали кормить. Нам сказали, что, пока мы не выйдем на работу, еды можем не ждать», — сообщает в посте Instagram скрывшийся под псевдонимом строитель «Спиро».
Устраивать судьбу 150 мужчин пришлось местным властям. Как сообщили в областном правительстве, 22 апреля исполняющий обязанности председателя правительства Сахалинской области Владимир Сидоренко провел рабочее совещание с руководителями областных органов власти и заинтересованных лиц. Там решили, что: агентство по делам ГО, ЧС и пожарной безопасности Сахалинской области выделит бедолагам полевую кухню; Северо-Курильская база сейнерного флота обеспечит их свежей рыбой, а предприниматели — продуктами с отсрочкой платежа; муниципалитет поможет организовать питание с помощью резервного фонда; в случае расторжения трудовых отношений чиновники помогут трудоустроить работников в иные строительные компании и организуют их переезд.
Однако социальные сети без собственных комментаторов не выжили бы. Цитирую лишь некоторые:
«Братцы, продолжайте бастовать до победного конца!»
«Сами все подписали, согласились на рабские условия, теперь работодателя к ответственности не привлечешь, лицензии не лишишь. А вас выкинут на улицу и новых наберут…»
«Черная касса, минималку платят… Кто «наварился» капитально на работягах? Мало того, что налоги не отчисляют в полном объеме, так еще и зарплата всего 50-60 тысяч. Для Курил это очень мало. Коренной житель за такие деньги и не чихнет!»
И подобных комментариев — десятки. Уверен, история эта закончится для работяг благополучно, в том числе и благодаря той солидарности, которая проявляется и в комментариях, и в действиях местных властей, местной прокуратуры, нашего профсоюза строителей, которые следят за развитием ситуации и помогают «интернационалу» стран ближнего зарубежья справиться с тяжелейшей жизненной ситуацией. Тем более, что происходит это в канун Первомая, традиционно именуемого в мире Днем международной солидарности…
Это хороший повод поговорить об этой самой солидарности и почему она тесно связана с профсоюзными традициями.
Восемь часов, которые изменили мир
Первомай зародился в середине XIX века среди рабочих, которые требовали введения восьмичасового рабочего дня. Первыми — 21 апреля 1856 года — выступили рабочие Австралии. А 1 мая 1886 года в США и Канаде прошел ряд митингов и демонстраций. В Чикаго в этот день акция закончилась стычками с полицией. 4 мая на митинге протеста в Хеймаркете террорист бросил бомбу в полицейских, которые ответили стрельбой по толпе. Шестьдесят сотрудников полиции получили ранения, восемь погибли, точное число погибших рабочих определено не было. Полиция арестовала сотни горожан, семь рабочих-анархистов были приговорены к смертной казни. В июле 1889 года Парижский конгресс Второго интернационала в знак солидарности с чикагскими рабочими принял решение об организации 1 мая ежегодных рабочих демонстраций. 1 мая 1890 года праздник был впервые проведен в Австро-Венгрии, Бельгии, Германии, Дании, Испании, Италии, США, Норвегии, Франции и Швеции; в Великобритании он прошел 4 мая. Основным лозунгом манифестаций было требование восьмичасового рабочего дня.
В 1891 году по решению Брюссельского конгресса Второго интернационала секциям Интернационала в каждой стране было предоставлено право самостоятельно устанавливать дату и форму празднования 1 Мая, после чего в Великобритании и некоторых других странах манифестации были перенесены на первое воскресенье мая.
В России 1 мая 1891 года социал-демократическая группа революционера Михаила Бруснева организовала первую праздничную сходку рабочих в Петрограде. С 1897 года маевки стали носить политический характер и сопровождались массовыми демонстрациями. На первомайские стачки и демонстрации 1912-1914 годов выходило более 400 тыс. рабочих. После Октябрьской революции 1917 года праздник стал официальным: в 1918 году он был закреплен в Кодексе законов о труде и получил название День Интернационала. Название праздника было изменено в 1972 году на День международной солидарности трудящихся — Первое мая. С 2001 года отмечается как День весны и труда.
На защите трудовых прав строителей
Крепнущие традиции солидарности способствовали формированию в трудовых коллективах профессиональных союзов трудящихся. Профессиональные объединения строителей стали появляться в самом начале первой русской революции в 1905 году. В Петербурге возник Союз архитектурно-строительных рабочих. Вслед за ним союзы возникли в Москве, Варшаве, Лодзи, Одессе, Самаре, Саратове и многих других городах России.
Через два года сформировался общероссийский союз. 15 января 1907 года делегаты союзов строителей из пяти городов России — Петербурга, Москвы, Вильнюса, Лодзи и Харькова — провели в Москве первую всероссийскую конференцию строительных рабочих. Они представляли 10 тыс. рабочих — половину всех строителей, объединенных в профессиональные союзы. Так начинался наш Профсоюз работников строительства и промышленности строительных материалов РФ. Собственно, российский, существующий сегодня Профсоюз строителей был образован 14 декабря 1990 года на съезде делегатов территориальных организаций РСФСР, входивших в состав Профсоюза работников строительства и промышленности строительных материалов СССР.
История Профсоюза строителей, как и российских профсоюзов в целом, очень сложна. Но никогда наш профсоюз не утрачивал характера самостоятельной общественной организации. В самые тяжелые времена первичные профсоюзные организации оставались очагами производственной демократии, рабочей солидарности и взаимопомощи.
Важно подчеркнуть, что инициатива в создании профсоюзов принадлежала не какой-нибудь партии или организации, а самим трудящимся, которые объединились в союзы для защиты своих социально-экономических интересов. Первыми требованиями профсоюзов были: увеличение заработной платы, оплата сверхурочных в двойном размере, оплата времени болезни и некоторые другие.
Изменение и развитие социально-экономической среды, в которой действуют профсоюзы строителей, определяют новые тенденции в их деятельности. Распределение материальных благ, выделение материальной помощи из профсоюзной казны отходят в работе профсоюзов на задний план. Главенствующую роль начинают играть защитные функции профсоюза. Проблемы занятости, регулирования заработной платы, условий труда, дополнительных социальных гарантий — вот те вопросы, которые сегодня определяют основные направления работы профсоюзных организаций.
Сегодня Профсоюз строителей России выдвигает требования, направленные на повышение оплаты труда, обеспечение достойного уровня жизни, настаивает на принятии законодательных и нормативных актов, защищающих социальные права работников. Профсоюз отстаивает права и интересы работников в первую очередь там, где разрабатываются и принимаются правовые акты, затрагивающие их социально-трудовые интересы.
Профсоюз строит взаимоотношения с работодателями, их объединениями, органами государственной власти и местного самоуправления на основе социального партнерства и взаимодействия. В этих целях профсоюз ведет переговоры, заключает соглашения, коллективные договоры, осуществляет контроль за их выполнением.
В сфере труда профсоюз контролирует соблюдение работодателями и должностными лицами законодательства о труде, следит за состоянием охраны труда на производстве.
Профсоюз крепит единство и солидарность в международном масштабе. Он является членом Международной конфедерации профсоюзов стран СНГ (МКП «Строитель»), Интернационала строителей и деревообработчиков (BWI), поддерживает двусторонние связи с родственными профсоюзами многих государств мира.
Вместо послесловия
…А вот еще одна весточка из Instagram. В самый канун Первомая при содействии профсоюзной организации перед 132 работниками ООО «Иркутский кирпичный завод» администрация предприятия погасила задолженность по зарплате в сумме 4 млн 101 тыс. рублей. Профсоюзная выручка действует. Будет на что отметить День международной солидарности трудящихся!
Справочно:
1 Мая как национальный праздник отмечают в следующих странах: Австрия, Албания, Алжир, Аргентина, Армения, Аруба, Бангладеш, Белоруссия, Бельгия, Болгария, Боливия, Босния и Герцеговина, Бразилия, Венгрия, Венесуэла, Вьетнам, Гватемала, Германия, Греция, Гондурас, Гонконг, Доминиканская Республика, Египет, Замбия, Зимбабве, Индия, Иордания, Ирак, Исландия, Испания, Италия, Казахстан, Камерун, Кения, Киргизия, Китай, КНДР, Колумбия, КостаРика, Кот д’Ивуар, Куба, Латвия, Ливан, Литва, Люксембург, Маврикий, Малайзия, Мальта, Марокко, Мексика, Молдавия, Мьянма, Непал, Нигерия, Норвегия, Пакистан, Панама, Парагвай, Перу, Польша, Португалия, Республика Гаити, Республика Кипр, Республика Корея, Россия, Румыния, Сальвадор, Северная Македония, Сербия, Сингапур, Сирия, Словакия, Словения, Таиланд, Турция, Украина, Уругвай, Филиппины, Финляндия, Франция, Хорватия, Чили, Черногория, Чехия, Швеция, Шри-Ланка, Эквадор, Эстония, ЮАР.
К публикации материал подготовил Иван ДЕНИСОВ
№16 30.04.2021
Автор: Борис СОШЕНКО, председатель Профсоюза строителей России
Россия поможет Индии в борьбе с новой волной ковида
Первый самолет российского МЧС с медикаментами, кислородными баллонами и медицинским оборудованием для индийских госпиталей уже вылетел из аэропорта «Жуковский»
Решение об отправке в Индию экстренной помощи принял Владимир Путин. Как говорится на сайте Кремля, рейсами МЧС в страну будет доставлено более 22 тонн грузов, в том числе 20 единиц оборудования для выработки кислорода, 75 аппаратов искусственной вентиляции легких, 150 медицинских мониторов и 200 тысяч упаковок лекарственных препаратов.
Согласно пресс-релизу, в телефонном разговоре с премьер-министром Индии Нарендрой Моди российский лидер высказал «слова поддержки», а его собеседник поблагодарил Россию за «оказываемое содействие, которое остро востребовано в стране». О ситуации в Индии рассказывает жительница города Ахмадабад Евгения Моджумдар.
«Если мы из дома не выходим, то кажется, что все нормально: все живут обычной жизнью. Многие из заболевших находятся дома, у кого нетяжелая форма коронавируса. Но если падает кислород, то все сразу бегут в больницу, а в больницах не хватает кислорода на всех. Нет транспорта, чтобы этот кислород поставлять, чтобы все клиники получали его. Ситуация такая, что во многих городах, у нас в частности, строятся дополнительные ангары с кроватями на тысячу человек. Ситуация катастрофическая».
Судить о реальных масштабах индийского коронавирусного кризиса довольно сложно. Ранее на этой неделе большинство западных СМИ акцентировали внимание на глобальном рекорде суточной заболеваемости — в Индии сегодня выявляют более 300 тысяч случаев коронавируса в сутки. Однако при пересчете на душу населения цифры становятся менее впечатляющими — заболеваемость в Индии в три раза ниже, чем в Турции; в два раза ниже, чем во Франции; и даже несколько ниже, чем в среднем по Евросоюзу.
Официальную смертность даже можно назвать сравнительно низкой — за все время пандемии из 1,3 млрд индийцев от вируса скончались около 100 тысяч человек, как и в 140-миллионной России. Оправданна ли в таком случае помощь? Безусловно, ведь статистика вряд ли отражает реальную картину, говорит старший научный сотрудник Центра изучения Индии Института востоковедения РАН Евгения Ванина.
«Такая международная помощь абсолютно оправданна. Если в Индии еще месяц-полтора назад было примерно столько же случаев или чуть больше, чем у нас, то сейчас по 350 тысяч человек в сутки. Люди задыхаются без кислорода. Больным не хватает коек в больницах, больные лежат чуть ли не на улице. Армия занята тем, что развозит кислород по городам, и его категорически не хватает. Что касается смертности, то здесь не надо смотреть на эти цифры, потому что не все там фиксируется, возможно, что в деревнях и трущобах люди умирают, и никто не знает, от чего. Так мне говорят все друзья, с которыми я общаюсь. Муж моей очень близкой подруги лежит сейчас в реанимации. Ситуация очень тяжелая».
Об отправке помощи в Индию также заявили Германия, Великобритания, США и ряд других государств, а также власти Евросоюза. Направить в страну медикаменты и аппараты ИВЛ намерен даже Пакистан, давний соперник Индии. В ближайшие недели в Индию также начнет поступать «Спутник V» — поставка первой партии препарата ожидается 1 мая. Выпуск российской вакцины на территории страны в рамках соглашения индийских производителей и РФПИ планируется наладить до конца весны.
Андрей Ромашков
Оценить соразмерность
Верховный суд РФ принял к рассмотрению иск об отмене решения о выдаче принудительной лицензии
Текст: Владимир Шипков (исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей (AIPM))
В последний день прошлого года случилось беспрецедентное для России событие, взволновавшее экспертное сообщество.
Впервые распоряжением правительства РФ было разрешено в течение одного года без согласия патентообладателя использовать изобретения, охраняемые евразийскими патентами, для обеспечения населения препаратом ремдесивир (МНН). Он предназначен для лечения средних и тяжелых состояний при COVID-19. В России он находится под патентной защитой до 2035 года.
Возможность использования патента без разрешения правообладателя предусмотрена ТРИПС при условии строгого соблюдения целого ряда ограничений и фактически является одной из форм принудительного лицензирования.
Учитывая, что интеллектуальная собственность имеет фундаментальное значение для фарминдустрии, случай озадачил всех производителей, связанных с разработкой и выпуском инновационных лекарств. И понятно, почему. Цикл разработки и вывода нового препарата - всегда длительный, рискованный и весьма затратный. Как правило, он занимает от 10 до 12 лет и требует, по разным оценкам, до 2 миллиардов долларов инвестиций. Из 10 тысяч молекул, включенных в разработку, до стадии продукта доходит не более 10. Интеллектуальная собственность призвана обеспечить оригинатору возможность компенсировать затраты на R&D и возврат инвестиций. Патенты и защита клинических данных являются, по сути, единственным стимулом для компаний-инноваторов, мотивирующим их к прохождению длительного пути создания новых лекарств.
Поэтому любые действия, направленные на использование интеллектуальной собственности без согласия патентообладателя, где бы они ни применялись, всегда воспринимаются негативно, так как многократно увеличивают и без того немалые риски разработчиков новых лекарств.
AIPM считает, что в случае с ремдесивиром ни с эпидемиологической, ни с правовой, ни с медицинской, ни с точки зрения потребностей системы здравоохранения в целом не было достаточных оснований для принятия столь радикального решения, учитывая готовность производителя оригинального препарата поставить любое необходимое его количество на российский рынок. Ограниченный медицинскими показаниями объем спроса на продукт в системе здравоохранения подтверждают и госзакупки дженерика на аукционах в этом году. Создается впечатление, что вряд ли были исчерпаны все возможности переговорного процесса. Как представляется, не удалось избежать и ряда процедурных и даже субстантивных ошибок при подготовке решения. Как бы то ни было, теперь Верховному суду РФ предстоит оценить распоряжение правительства РФ с точки зрения соответствия положениям статьи 12 Евразийской патентной конвенции, статьи 5 Парижской конвенции по охране промышленной собственности, статей 1229, 1360 ГК РФ. Судебное заседание назначено на 27 мая.
На фоне колоссального консолидированного вклада международной фармацевтической индустрии в развитие отечественной фармотрасли в последние годы, а также с учетом заявленного оригинатором намерения осуществить трансфер технологий и развивать процесс локализации совместно с российским партнером в отношении и других продуктов, решение о выдаче принудительной лицензии выглядит обескураживающим и несоразмерным степени крайней необходимости. На сегодня мы не знаем ни одного случая применения принудительного лицензирования в мире, который оказал бы позитивное влияние на систему здравоохранения, доступность препаратов или повышение имиджа страны.
От редакции
Выдача принудительных лицензий на использование изобретения без согласия патентообладателя предусмотрена Гражданским кодексом РФ (статья 1360) в интересах обороны и безопасности государства и при условии уведомления владельца патента и выплаты ему соразмерной компенсации. Как сообщали СМИ, российская компания обращалась к патентообладателю с просьбой о переговорах для предоставления лицензии на производство, но ответа не получила.
Сообщалось также, что компания-оригинатор в июне прошлого года заключила соглашения о добровольном лицензировании с компаниями в Египте, Индии и Пакистане о производстве копии своего препарата и распространения его по сниженным ценам в 127 странах. В этот список вошли Беларусь, Казахстан, Украина и другие развивающиеся государства, но не вошли Россия, Бразилия и ЕС. В сентябре 2020 года компания-оригинатор и одна из крупных российских компаний подписали протокол о намерениях по трансферу технологий с целью производства оригинального препарата на территории России.
Навстречу вечным санкциям
Сделав ставку на стратегический альянс с Китаем, Иран начал нефтяную игру по собственным правилам
Намеченные на июль президентские выборы в Иране способны принципиально изменить позицию этой страны по отношению к американским санкциям, которые фактически вывели Исламскую республику с легального рынка нефти. Безуспешные попытки уходящего президента Хасана Роухани договориться с Западом могут быть полностью свернуты, поскольку его преемником с большой вероятностью станет один из иранских «ястребов». Смелости Ирану добавляет подписанное в марте долгосрочное соглашения с Китаем, который открыто демонстрирует готовность закупать нефть в обход американских запретов. Но ожидать, что благодаря обещанным китайским инвестициям Иран быстро оправится от последствий санкций, преждевременно — за последние несколько лет иранская экономика пришла в слишком плачевное состояние.
Свободный радикал нефтяного фронта
Последние действия Ирана на нефтяном рынке подтверждают давнюю репутацию этой страны как несистемного игрока в глобальной политике и экономике. Пока участники альянса ОПЕК+ ищут сложные компромиссы по продлению условий сделки, Иран, являющийся ее участником, но освобожденный от обязательств в связи с санкциями, ведет собственную игру с Китаем — крупнейшим покупателем нефти ОПЕК+.
Различные сообщения мировых информагентств не оставляют сомнений в том, что за последние месяцы экспорт иранской нефти в КНР значительно вырос. В силу закрытости информации оценки аналитиков разнятся, но осведомленные источники утверждают, что Иран продает нефть в Китай (главным образом независимым НПЗ) с серьезной скидкой — $6-7 за баррель. По оценке агентства Refinitiv Oil Research, с прошлого ноября по нынешний март Китай в среднем получал из Ирана 557 тысяч баррелей нефти в сутки, или порядка 5% своего импорта — достаточный объем, чтобы сбить спрос на поставки из других стран. По сведениям трейдеров, которые приводило в середине апреля агентство Reuters, продавцам из самых разных стран — Бразилии, Анголы, России и других — пришлось срочно искать альтернативные направления сбыта своего сырья.
Столь вызывающая позиция Ирана подкрепляется стратегическим успехом на китайском направлении.
27 марта в Тегеране Исламская республика подписала с КНР 25-летний договор о всестороннем сотрудничестве, подготовка которого шла как минимум пять лет, с момента визита в Иран китайского лидера Си Цзиньпина в январе 2016 года. На сей раз товарищ Си в Тегеран не прибыл (подпись с китайской стороны поставил министр иностранных дел Ван И), да и особой конкретики по итогам подписания не прозвучало — стороны заявили, что соглашение является лишь «дорожной картой», а его текст был тут же засекречен. Но момент для его заключения был выбран, несомненно, верный: теперь документально оформленный иранско-китайский альянс станет неотъемлемым фактором в отношениях двух стран с новой администрацией США.
Пока действия Джо Байдена на китайском и иранском направлениях откровенно не впечатляют, хотя его предвыборная риторика настраивала на быстрые подвижки. Но вместо прекращения торговой войны с Китаем, начатой при Дональде Трампе, власти США ввели в отношении КНР санкции в связи с предполагаемым нарушением прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, а обсуждение вопросов таможенных тарифов явно поставлено на паузу. Переговоры по возобновлению «ядерной сделки» с Ираном в середине апреля наконец состоялись в Вене, но американская делегация предпочла не общаться напрямую с иранскими коллегами, так что до конкретных решений и здесь, похоже, далеко. Куда более актуальной заботой для Байдена сейчас выглядит утверждение инфраструктурного плана стоимостью $2,3 трлн, который вызвал серьезное республиканцев в связи с необходимостью повышать налоги и урезать субсидии для нефтегазового сектора.
Между тем в Иране на соглашение с Китаем возлагают очень серьезные ожидания. Исламская республика, отмечает историк и востоковед Артем Кирпиченок, рассчитывает благодаря соглашению получить за четверть века около $400 млрд китайских инвестиций — эта огромная сумма будет прежде всего вложена в энергетику и транспорт. В частности, планируется создание зон свободной торговли в городах Маку и Абадан, модернизация иранских железных дорог.
«Иран — единственная страна в Ближневосточном регионе, которая не находится в сфере влияния Запада, поэтому Китай, видимо, планирует использовать его как плацдарм для продвижения своих интересов,
— добавляет завкафедрой международных экономических отношений РУДН Инна Андронова. — Стратегическое положение и ресурсный потенциал Ирана позволят это сделать, а Китай заинтересован прежде всего в иранской добывающей промышленности и инфраструктуре. Они могут стать составной частью глобального китайского проекта „Один пояс-Один путь“, нацеленного на переформатирование международной логистики, и с этой точки Иран может рассчитывать на инвестиции из КНР».
«Ястребы» на экономических руинах
Реализация совместных проектов с Китаем станет одной из главных задач нового президента Ирана, который будет избран в ходе национальных выборов, назначенных на 18 июня. Действующий президент Хасан Роухани после двух сроков у власти участвовать в них не будет, а на смену ему, скорее всего, придет куда более жесткий политик в духе Махмуда Ахмадинежада — предшественника Роухани, известного своей бескомпромиссной антиамериканской позицией.
В сравнении с ним Роухани считается в Иране чуть ли не либералом, но его первоначальный успех — снятие предыдущих американских санкций издания Барака Обамы в начале 2016 года — был фактически обнулен новыми санкциями Трампа. За ними последовала целая череда экономических бедствий — непрекращающийся обвал иранского риала, ускорение инфляции, затяжные протесты во многих городах, дальнейшее обветшание инфраструктуры и т. д. К решению финансовых проблем иранские власти подходят в высшей степени неортодоксально. Уже несколько лет в стране де-факто существует два валютных курса — фиксированный официальный и свободный уличный, отличающийся от первого уже почти на порядок. Один из самых запоминающихся визуальных сюжетов из Ирана — торговцы на базаре, держащие в руках толстые пачки купюр с большим количеством нулей.
«Нынешнее руководство Ирана продемонстрировало свою неэффективность перед лицом экономических проблем, давления со стороны Запада, а затем и эпидемии коронавируса, — комментирует Артем Кирпиченок. — Поэтому многие наблюдатели прогнозируют победу на президентских выборах сторонников жесткой линии, которые заморозят попытки договориться с Америкой на неопределенный срок. В этой ситуации курс Ирана на стратегическое политическое и экономическое партнерство с Китаем должен остаться неизменным или даже окрепнуть — ибо выбор у Тегерана в этом вопросе невелик».
На данный момент о намерениях принять участие в выборах заявили около полутора десятков иранских политиков, и наиболее заметны среди них действительно «ястребы». В частности, высоко оценивается вероятность победы Хоссейна Дегхана, бывшего министра обороны Ирана в первый президентский срок Роухани. Дегхан априори является персоной нон-грата для США — с 2019 года он находится в санкционном списке Госдепа. Считается, что именно эту кандидатуру поддерживает аятолла Али Хаменеи, который в качестве духовного лидера Исламской республике «пересидел» уже четырех президентов.
Сторонники жесткой линии в отношениях с Западом оказались в большинстве еще по итогам выборов в парламент Ирана в феврале прошлого года, а затем перехватили инициативу как во внешней, так и во внутренней политике, отмечают авторы подготовленного немецким фондом Friedrich Ebert Stiftung доклада о радикализации настроений в Иране. Усилия Хасана Роухани, отмечают они, в целом не принесли ощутимых результатов для Ирана и его народа, и в результате умеренные и склонные к реформизму силы Исламской республики либо оказались на обочине, либо сами ужесточили свои позиции. Односторонний выход Вашингтона из ядерной сделки и повторное введение и расширение нефтяных санкций, утверждается в исследовании, принципиально трансформировали политический ландшафт в стране: последние перемены гораздо глубже, чем привычные для иранской политики фракционные перипетии, допускавшие немалый плюрализм мнений в рамках идеологически дозволенного.
Политическую радикализацию обостряют экономические сложности. Согласно данным, которые приводятся в докладе Friedrich Ebert Stiftung, с 2012 по 2019 годы уровень крайней бедности в Иране почти удвоился, превысив 12% — тем самым прогресс, достигнутый борьбе с нищетой в предшествующее десятилетие, был обращен вспять. За это же время 8 миллионов иранцев, или около 10% населения страны, опустились по социальной лестнице из средних слоев, пополнив ряды бедных. Размах протестов 2018–2019 годов свидетельствовал, что иранский средний класс категорически не желал мириться с таким положением дел, но в итоге в политике произошла лишь консолидация консервативных сил, а в экономике еще большую роль стал играть Корпус стражей Исламской революции. И это дает вполне уверенный фундамент для радикальных внешних действий, к которым Ирану и так не привыкать.
«Экономический ущерб от санкций для Ирана растет, но Иран интенсивно продолжает ядерные исследования, — напоминает Артем Кирпиченок. — Это заставляет некоторых американских наблюдателей заявлять, что имеет смысл начинать переговоры с нуля, с учетом новых реалий. При этом внешний курс администрации Байдена не отличается последовательностью, а Израиль и Саудовская Аравия оказывают давление на Вашингтон, желая сорвать ядерную сделку. Если в Иране придут к власти политики, считающие, что США не та страна, с которой можно заключать соглашения, и если Китай примет решение серьезно нарастить экспорт китайской нефти, ситуацию Америке не переломить».
Слишком своенравный партнер
Еще одним запоминающимся событием последних месяцев в иранской политике стало заявление спикера парламента страны Мохаммада Бакера Калибафа о намерениях Исламской республики вступить в Евразийский экономический союз (ЕАЭС) — альянс, неформальным лидером которого является Россия. Еще в 2018 году Иран подписал с ЕАЭС трехлетнее соглашение о создании зоны свободной торговли, далее планировалось заключить соответствующий полноформатный договор, но перспективы полноценного членства выглядели очень отдаленными. Поэтому новость, появившаяся сразу же после февральского визита Калибафа в Москву, вполне тянула на сенсацию.
Однако помимо сохраняющихся торговых барьеров существуют и другие серьезные политические и экономические препятствия, из-за которых идея полноправного участия Ирана в настоящее время пока выглядит неосуществимой, отмечает Инна Андронова. А договор с Китаем, по ее мнению, вполне может оказаться еще одним препятствием:
«Намерения Китая превратиться в мощного геополитического игрока в регионе могут самым серьезным образом отразиться на настроении и готовности Ирана сотрудничать с ЕАЭС — хотя бы потому, что страны ЕАЭС не могут соревноваться с Китаем в тех условиях экономического сотрудничества, которые может предложить Китай. На сегодняшний день именно он является главным экономическим партнером Ирана».
В силу этого же обстоятельства конфигурация партнерства с Китаем после выборов нового президента Ирана вряд ли изменится, а вот сюжет вокруг ослабления или снятия американских санкций действительно может обнулиться. После подписания договора между Китаем и Ираном этот вопрос выходит за пределы отношений США и Ирана и перемещается в совершенно иную плоскость американо-китайских отношений, отмечает Инна Андронова. Если Иран благодаря соглашению с Китаем будет ощущать себя уверенно, а США не смогут или не захотят пойти на дальнейшую эскалацию конфликта с Китаем, новый иранский президент действительно может свернуть попытки договориться с Америкой. А если Китай переломит сопротивление США относительно присутствия Ирана на мировом рынке нефти, то Исламская республика вполне способна стать его крупным автономным игроком со всеми вытекающими последствиями — ростом предложения и снижением цен.
Но пока экспорт иранской нефти в Китай зависит от танкерных маршрутов, а говорить о возможности начала прямых поставок по суше в ближайшее время не приходится, добавляет доцент экономического факультета РУДН Александр Симонов. Дело не только в том, что экспортная инфраструктура Ирана в восточном направлении практически не развита — все потенциальные маршруты содержат неприемлемые риски:
«Трубопроводы могут быть проложены либо по территории Афганистана с крайне нестабильной обстановкой, либо по территории Пакистана и Индии — это постоянный риск конфликта между двумя государствами, плюс множество противоречий между Индией и Китаем, либо по территории стран Центральной Азии — это самый длинный маршрут: три транзитные страны, крайне сложные географические условия прокладки трассы. Поставки нефти морем осложняются как отсутствием необходимого объема мощностей в Иране, так и прохождением танкеров через Ормузский пролив, потенциально уязвимый даже в случае незначительных военных действий».
Что касается последствий китайско-иранского соглашения для России, то однозначные выводы сделать крайне сложно, считает Симонов. С одной стороны, этот альянс усиливает консолидацию крупных держав против односторонних санкций со стороны США, в долгосрочной перспективе повышается стабильность в Средней Азии и на Ближнем Востоке. С другой стороны, действительно повышаются риски создания транспортной инфраструктуры Нового шелкового пути в обход России, а также снижения мировых цен на нефть и газ.
Анатолий Радченко
Открыт третий пограничный переход между Ираном и Пакистаном
Третий пограничный переход между Ираном и Пакистаном под названием Пишин-Манд был официально открыт в среду на церемонии, на которой присутствовали министр транспорта и городского развития Ирана Мохаммад Эслами и некоторые пакистанские официальные лица.
Пограничный переход Пишин-Манд расположен в провинции Систан-Белуджистан на юго-востоке Ирана, сообщает IRNA.
Торговые обмены и поездки между двумя странами в настоящее время осуществляются через пограничные переходы Мирджаве и Римдан.
Выступая на церемонии инаугурации, Эслами высоко оценил усилия двух стран по расширению торговых связей и сказал: «Чтобы развивать наши отношения и обмены с нашим другом и соседом Пакистаном, мы предприняли ряд серьезных мер в сотрудничестве с Министерством иностранных дел. Дело, первым из которых было открытие второго пункта пересечения границы между двумя странами в прошлом году, и в этом году мы также наблюдаем открытие третьего официального пограничного перехода с этой страной».
«Это полностью изменит уровень и характер торговых обменов и поездок между двумя странами», - подчеркнул Эслами.
«Добавление двух официальных торговых терминалов, а также шести приграничных рынков поможет нам продвинуться к хорошим условиям торговли с Пакистаном», - добавил он.
Как сообщалось, на сегодняшний день на строительство перехода Пишин-Манд, который расширяется на 13 гектарах земли, инвестировано 280 миллиардов риалов (около 6,6 миллиона долларов).
Иран и Пакистан имеют 950-километровую границу, и две страны в одностороннем порядке создали несколько рынков через границу, однако создание совместного рынка также стоит на повестке дня.
Еще в марте Иран и Пакистан провели онлайн-встречу для обсуждения вопросов, связанных с развитием приграничной торговли, и достигли соглашения о создании первого совместного приграничного рынка двух стран.
По его словам, ожидается, что развитие совместных приграничных рынков улучшит деловую активность жителей приграничья.
Ранее в декабре 2020 года советник премьер-министра Пакистана по торговле и инвестициям Абдул Разак Давуд заявил, что его страна стремится укрепить связи с Исламской Республикой Иран, особенно в экономических областях.
Учитывая относительно большой потребительский рынок Пакистана, расширение торговли со страной и увеличение экспорта на ее рынок стало одним из приоритетов Ирана в последние годы.
Концепцию обеспечения безопасности газопровода ТАПИ подписали Туркменистан и Афганистан
Концепцию обеспечения безопасности афганского участка газопровода Туркмения — Афганистан — Пакистан — Индия (ТАПИ) подписали представители Афганистана и Туркмении, сообщила пресс-служба туркменского МИД.
По словам замсекретаря Национального совета безопасности Афганистана Е. Эбада, подписанная Концепция является важным шагом в реализации проекта газопровода ТАПИ, включая разработку Плана безопасности и Протокола, которые являются приложениями к Соглашению с правительством принимающей стороны.
Заинтересованность Дели в ускорении строительства газопровода ТАПИ высказал также посол Индии в Туркмении Видху Пеетхамбаран Наир.
В ходе встречи стороны обменялись мнениями о проводимых работах по проекту строительства газопровода ТАПИ, разрабатываемого компанией Galkynysh-TAPI Pipeline Company Limited с участием Азиатского банка развития. Согласно проекту, протяженность ТАПИ составит более 1,8 тыс. км, а его запланированная мощность — 33 млрд кубометров газа в год. Протяженность туркменского участка ТАПИ, который начали строить в декабре 2015 года, составит 205 км.
6 февраля, напоминает hronikatm.com, в МИДе Туркменистана прошла встреча представителей туркменского внешнеполитического ведомства во главе с Рашидом Мередовым с делегацией афганского движения «Талибан», которую возглавил руководитель офиса талибов Молла Абдул Гани Барадар. Делегация «Талибана» выразила «полную поддержку» проектам ТАПИ, линии высоковольтной электропередачи и оптико-волоконной связи Туркменистан-Афганистан-Пакистан (ТАП).
Афганистан, Турция и Пакистан обсудили продвижение мирного процесса
Сегодня в Стамбуле состоялась трехсторонняя встреча при участии министров иностранных дел Афганистана, Турции и Пакистана Мохаммад Ханифа Атмара, Мевлюта Чавушоглу и Шах Мехмуда Куреши.
По итогам мероприятия стороны опубликовали совместное заявление, в котором подтвердили приверженность поддержке мирного процесса и межафганских переговоров в Дохе, а также подчеркнули усилия Турции, Катара и ООН в подготовке Стамбульского саммита.
Главы МИД выразили сожаление по поводу высокого уровня насилия в ИРА и заявили о необходимости немедленного прекращения огня.
Кроме того, они призвали движение «Талибан» (запрещено в РФ) подтвердить приверженность мирному урегулированию путем переговоров.
Министры также обсудили расширение сотрудничества между странами и договорились укреплять взаимодействие в различных областях.
Напомним, что 24 апреля в Стамбуле должна была начаться международная конференция по Афганистану под эгидой ООН, однако мероприятие было отложено из-за отказа талибов от участия.
Экспорт сушеных фруктов и орехов из Ирана вырос на 42% за год
Официальный представитель Организации содействия торговле Ирана (TPO) объявил, что экспорт сушеных фруктов и орехов Ирана вырос на 42% за последний 1399 год по иранскому календарю (завершившийся 20 марта 2021 года).
По словам Махмуда Базари, генерального директора Управления координации экспорта сельскохозяйственных культур и продуктов перерабатывающей промышленности TPO, несмотря на санкции США и вспышку коронавируса, экспорт сушеных фруктов и орехов за указанные 12 месяцев увеличился на 42 % в стоимостном выражении по сравнению с прошлым годом.
«В прошлом году в целевые страны было экспортировано 776 000 тонн иранских сухофруктов на сумму 2,36 миллиарда долларов, что на 42% больше по стоимости и на 54% по весу по сравнению с 1398 годом», - сказал он, сообщает Mehr News.
По его словам, Китай, ОАЭ, Индия, Турция, Ирак, Пакистан, Германия, Россия, Казахстан, Вьетнам и Афганистан являются одними из наиболее важных целевых рынков для иранского экспорта сухофруктов.
![Главное](/images/star.png)
ПЕРЕСМОТР ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ КАНАДОЙ И РОССИЕЙ: НОВАЯ ПАРАДИГМА ДЛЯ МНОГОПОЛЯРНОГО МИРА
ЗАХАРИЙ ПАЙКИН
Зарубежный научный сотрудник Института за мир и дипломатию в Торонто и исследователь Центра европейских политических исследований в Брюсселе.
Гранича с тремя из четырёх магистральных направлений канадской внешней политики, Россия будет представлять стратегические вызовы и возможности для Канады независимо от того, кто будет сидеть в Кремле. Именно эта квазивездесущность России делает её идеальным кандидатом, с которым Канада может отработать разные внешнеполитические подходы для подготовки к наступающему веку многоукладного мира.
Предисловие
Реакция Канады на украинский кризис 2013–2014 гг., когда премьер-министром страны был Стивен Харпер, выделялась в западном сообществе как одна из самых жёстких. Хотя формально дипломатические связи не были разорваны, уровень взаимодействия между Оттавой и Москвой сильно снизился. Если не считать ограниченного и непродолжительного заигрывания после федеральных выборов 2015 г., когда министром иностранных дел был Стефан Дион, с тех пор отношения между двумя странами остаются в состоянии глубокой заморозки.
Последним премьер-министром Канады, который провёл двусторонний саммит с российским президентом (а не встречу в кулуарах многостороннего саммита) был Пол Мартин. Другими словами, прошло уже более пятнадцати лет со времени последнего взаимодействия на высшем уровне между Канадой и соседней великой державой, с которой она соприкасается на трёх мировых театрах. Первый театр – это Евроатлантический регион, где Россия остаётся самым могущественным игроком в военном отношении, если не считать Соединённых Штатов. Второй театр – это Арктика, где Канада и Россия делят между собой большую часть береговой линии. Третий театр – это Тихий океан, который быстро превращается в центральный регион мировой геополитики.
Несмотря на рост напряжённости, другие лидеры «Большой семёрки» не прекращали вести диалог с Москвой, что необходимо для управления вызовами безопасности и сохранения стратегической стабильности. Наверно, неслучайно другие страны «Большой семёрки» продолжают регулярно добиваться места в Совете Безопасности ООН. Канада также играет ведущую роль в усилении передового базирования НАТО в Восточной Европе, и она созвала Оттавскую группу, чтобы предложить реформы Всемирной торговой организации. Однако будущее происходящего сдвига и пока ещё неясные контуры нового мирового порядка не будут определяться исключительно в многостороннем и союзническом контексте.
Угасающие отношения Оттавы с Москвой – лишь часть всё более тревожных внешнеполитических перспектив Канады. Растущая зависимость Канады от США после терактов 11 сентября предопределила внешнеполитическую линию, опирающуюся исключительно на ценности, а не на интересы, и зачастую направленную не на внешнюю, а на внутреннюю аудиторию. Это создаёт видимость несерьёзного отношения Канады ко многим вопросам и вредит её способности вносить вклад в многосторонние отношения на высшем уровне.
Напряжённые отношения Оттавы с несколькими ведущими столицами на евразийском континенте, включая Москву, Пекин и Дели, угрожают усилить отношения зависимости между Оттавой и Вашингтоном.
Избрание Джо Байдена президентом США также делают более тесные отношения между Канадой и США в большей степени политически приемлемым выбором.
Чтобы обратить эту тенденцию вспять и наметить стратегически автономный путь, пригодный для жизни во всё более многополярном мире, Канада должна разработать всеобъемлющую ментальную карту для правильной навигации во взаимоотношениях с другими ведущими державами. В нынешних обстоятельствах это кажется неординарным вызовом с учётом ограничений, вызванных враждебными отношениями Вашингтона с Москвой и Пекином. Но если посмотреть внимательнее, Канада и Россия имеют определённые стратегические императивы, которые во многом совпадают. Трёхсоставная стратегическая концепция, постулирующая разные парадигмы для канадско-российских отношений в Европе, Азии и Арктике, могла бы принести добрые плоды. Хотя стремление Канады к многостороннему сотрудничеству в Заполярье хорошо известно, имеется немало возможностей для развития сотрудничества между Канадой и Россией также и в Азии.
Канада в формирующемся многополярном мире
В западных политических кругах преобладает мнение, согласно которому США и их союзники породили «либеральный мировой порядок» после Второй мировой войны, который, хоть и ограничивался западным блоком в годы холодной войны, начал расширяться в мировом масштабе после краха Советского Союза. Большой вопрос, было ли такое монолитное, западноцентричное представление о мировом порядке достаточно точным описанием мировой политики. Как бы то ни было, Ричард Хаас и Чарльз Купчан доказывают, что такой порядок больше не может обеспечить стабильность во все более многополярном и идеологически многообразном мире.
Однако альтернативой мировому порядку, опирающемуся на гегемонию Запада, вовсе необязательно должна стать китайско-российская антанта в качестве гегемона-противовеса. Китай в значительной степени стал бенефициаром нынешних условий международного сотрудничества, которые позволили ему осуществить впечатляющий рывок в экономическом развитии. Со своей стороны, Россия оспаривает некоторые случаи злоупотребления Западом силой, но в целом не является противницей устоявшихся мировых норм и организаций.
Следовательно, вероятный исход нынешнего соперничества между великими державами – не новый монолитный порядок, а скорее утверждение многополярного и многоукладного мира с разными порядками.
Такой многоукладный мир может быть разделён по тематическим линиям – таким, как торговля, контроль над вооружениями и права человека. В каждой из этих областей может быть выстроен свой особый порядок. Новый мир может также быть организован по географическому признаку, когда разные регионы будут подчиняться разным нормам, в соответствии с которыми государства этого региона будут взаимодействовать друг с другом. Вовсе необязательно, что это будет мир совершенно разобщённых регионов с учётом мировой экономической интеграции, международного права и глобальных вызовов, например, пандемий и изменения климата. Однако в таком мире признавалось бы, что организации, механизмы и институты, необходимые для выстраивания порядка в Азии, могут отличаться от механизмов, действующих в евроатлантическом регионе.
Евроатлантические взгляды Канады по-прежнему зацементированы благодаря НАТО, которая в последние годы вернулась к своей первоначальной миссии сдерживания России. В эпоху холодной войны и железного занавеса, а также в течение первых двух десятилетий после окончания холодной войны, когда в мире доминировал победивший Запад, членство в НАТО обеспечивало Канаде «место за столом» в кругу других ведущих держав, рядом с США, Великобританией и Францией. Но в виду того, что мировая сила сдвигается на Восток, Канада вынуждена будет признать, что структура азиатско-тихоокеанской политики будет неизбежно отличаться от евроатлантической динамики, к которой она привыкла. Следовательно, Канаде следует подумать, как выстраивать отношения с региональными державами.
Никакой монолитный блок или «азиатское НАТО» не сформировалось для сдерживания всё более самонадеянного поведения Китая в последние годы, несмотря на углубление сотрудничества между США и их избранными партнёрами – Японией, Индией и Австралией. Торговля с Китаем остаётся критически важной составляющей экономического роста для нескольких союзников США. Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН) отчасти призвана сдерживать последствия конкуренции между великими державами – её члены отвергают постулат, согласно которому им необходимо сделать выбор между Вашингтоном и Пекином. Хотя конкуренция между США и Китаем грозит миру опасным противостоянием двух сверхдержав в краткосрочной и среднесрочной перспективе, долгосрочной тенденцией в Азии остаётся движение в направлении некой разновидности многополярного мира по мере того, как Индия и Юго-Восточная Азия продолжают усиливаться в экономическом плане. В отличие от евроатлантического театра, где продолжается биполярный российско-американский диспут по поводу норм обеспечения панъевропейской безопасности, многополярный порядок в Азии не создаёт динамики «выбора сторон». Следовательно, Канаде нужно развивать отношения с разными игроками на азиатском поле, чтобы успешно продвигать свои интересы в этом регионе.
Восхождение Азии на ведущие позиции в мире совпало с размыванием трёх главных столпов послевоенной внешней политики Канады: континентализм, мультилатерализм и атлантизм.
Тектонические сдвиги в интерпретации Соединёнными Штатами своих экономических и геополитических интересов означают, что особые отношения с США больше нельзя считать само собой разумеющимися.
Канада не может добиться места в Совете Безопасности ООН в течение двух десятилетий, когда и многосторонний подход переживает не лучшие времена в мире, где всё отчётливее вырисовывается соперничество двух сверхдержав. А один лишь атлантизм больше не может гарантировать Канаде статус в мире, где сила и влияние всё больше сдвигаются на Восток.
Канада плохо готова к этой новой реальности. Если представить себе карту, в центре которой находится Канада, то канадская внешняя политика по идее должна определяться четырьмя векторами – по одному на каждую сторону света. Южный и восточный векторы – континентализм и атлантизм – наиболее развиты у Канады в принципе и практически. Однако будущее первого не гарантировано, тогда как относительная важность второго вектора снижается. Хотя Канада по-прежнему страдает от недостаточных инвестиций в развитие северных территорий с их неблагоприятными климатическими условиями, она интуитивно позиционирует себя как «северная страна», придавая большое значение северному или арктическому вектору своей внешней политики. В свете вышесказанного западный внешнеполитический вектор Канады – Азия – остаётся наименее развитым, как психологически, так и эмпирически.
Учитывая отсутствие «азиатского НАТО», Канаде вряд ли удастся увеличить своё влияние в Азии, если она просто прицепит свой вагон к внешнеполитическому поезду Соединённых Штатов. Это особенно справедливо с учётом того, что усиливающееся противостояние Китая и США угрожает характеру регионального порядка, опирающегося на чёткие правила, открытое многостороннее сотрудничество и торговлю, на которые полагается Канада для усиления своих позиций суверенного игрока на мировой арене. Следовательно, азиатская стратегия Канады должна включать более обстоятельный диалог и избирательное сотрудничество с целым рядом региональных игроков. Парадокс в том, что, несмотря на недружественные отношения между Россией и Канадой на евроатлантическом театре, Россия могла бы стать одной из таких стран, во взаимодействии с которыми Канада была бы заинтересована на азиатском театре.
Канада и Россия: общие стратегические интересы
Если смотреть поверхностно, то у Канады и России имеются некоторые очевидные сходства. Обе страны занимают большие территории и вместе делят большую часть арктической береговой линии. Обе страны расположены в северной части своих полушарий, и обе сделали какую-то разновидность интеграции на своём полушарии ключевым столпом своей международной стратегии: у Канады это НАФТА/USMCA (соглашение между США, Мексикой и Канадой – прим. ред.), а у России – наметившийся план создания «Большой Евразии». В последние годы Оттава и Москва также стремятся проводить многовекторную внешнюю политику, при этом Канада громко заявляет о выгодах диверсификации торговли, а Россия подчёркивает свой «поворот на Восток» в качестве противовеса чрезмерной зависимости от Европы.
У обеих стран развился смешанный комплекс неполноценности-превосходства в отношении своего более могущественного соседа. Канада довольствуется знанием того, что её общество более миролюбиво и прогрессивно, чем в США, – оно «добрее и мягче». В то же время она опасается избыточной силы и превосходства США. Аналогичным образом Россия во всеуслышание заявляет о превосходстве своих ценностей в сравнении с «упадничеством» либерального и космополитического Запада, но в то же время она надеется «догнать» Европу в части экономического и технологического развития. Обе страны также стремятся получить «место за столом» в качестве компенсации своей ограниченной или уменьшающейся мощи: Россия желает быть частью консорциума великих держав на мировом уровне, а Канада использует НАТО в качестве рычага влияния, поскольку в НАТО она имеет такой же голос, как и другие страны Запада.
И Канада, и Россия сталкиваются с дилеммой на стыке географии и национального самоопределения. У канадцев развито чувство принадлежности к Северной Америке, но они также твёрдо верят в свои отличия от американцев. Россия в течение многих веков была неотъемлемой частью европейской политики и общества, но сегодня она оказывается на периферии европейского континента. Она больше похожа на многонациональную империю, чем на обычное европейское национальное государство. Тот факт, что Россия в равной степени принадлежит двум континентам, объясняет её неизбывное стремление к великодержавному статусу и её чувство особой ответственности за поддержание порядка в мире. Тем временем регулярные попытки Канады как-то преодолеть своё удалённое и изолированное географическое положение через утончённую дипломатию и повышение своей значимости в укреплении безопасности – неразрывно связаны с утверждением ею своего статуса независимого и влиятельного игрока на мировой сцене.
Однако самые важные сходства между Канадой и Россией находятся на стратегическом уровне – конкретно в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Оттава и Москва предпочли бы избежать участия в противостоянии между США и Китаем, поскольку это не сулит им никакой выгоды. Китайско-американское соперничество повредило устремлениям Оттавы к диверсификации торговли, поскольку администрация Трампа убедила Канаду согласиться с положением о создании общего фронта в геополитическом споре Вашингтона с Пекином в процессе переговоров о перезаключении договора НАФТА. Хотя материальные факторы, подкрепляющие великодержавный статус России (большое население, грозный ядерный арсенал, квалифицированный дипломатический корпус, обилие природных ресурсов и огромная территория, граничащая с несколькими стратегическими важными регионами), не зависят от состояния китайско-американских отношений, затяжная конфронтация между США и Китаем, охватывающая существенную часть мировой геополитики, грозит вытеснением Москвы на относительную периферию.
Наверно, ещё важнее то, что внешняя политика, проводимая Канадой и Россией, уже начала обнаруживать тенденцию разъединения азиатского и европейского векторов. Другими словами, обе страны уже начали сеять семена многоукладного мирового порядка. Вопрос сегодня в том, смогут ли люди, принимающие ответственные политические решения в Оттаве и Москве, признать эту общность интересов и на этой основе развивать взаимовыгодный диалог, а в долгосрочной перспективе также и сотрудничество.
В евроатлантическом регионе Оттава и Москва сохраняют недружественные отношения. Хотя российское политическое руководство уделяет существенное внимание евразийскому и азиатскому вектору внешней политики в последние годы, ключевые интересы России в сфере безопасности по-прежнему находятся в Европе, поскольку большинство россиян живёт западнее Уральских гор. С учётом важности форума, который НАТО обеспечивает Канаде для утверждения её статуса и (несколько устаревшего) самоопределения «срединной державы», отношения между Канадой и Россией в Европе структурно ограничены соперничеством России с НАТО.
Однако на тихоокеанском театре динамика совершено иная. В противовес позиции Канады в Европе, которую она сверяет с позицией США, в отношениях с Китаем Канада с большим трудом старается балансировать на тонком «льду», несмотря на ухудшение отношений между Вашингтоном и Пекином. Канада также не спешит солидаризироваться с четвёркой в этом регионе (США – Япония – Индия – Австралия), и ей ещё предстоит установить дружеские отношения с любым индийско-тихоокеанским альянсом, цель которого – отчасти дистанцироваться от тех стран, которые опасаются усиления Китая.
То же свойственно и российской внешней политике. В последние годы отношения Москвы с западными столицами омрачены соперничеством – от конфликта вокруг Украины до обвинений во вмешательство в выборы и дезинформации. Россия остаётся самым могущественным игроком в Европе, хотя и не является членом двух её ключевых политико-оборонных организаций: НАТО и ЕС. Таким образом, динамика конфронтации носит структурный характер, и вряд ли градус противостояния снизится в ближайшем будущем.
С учётом продолжающегося соперничества с Вашингтоном Россия может использовать своё углубляющееся партнёрство с Китаем, чтобы стратегически нервировать Соединённые Штаты – например, через участие Китая в военных учениях «Восток-2018» или китайско-российское сотрудничество в сфере обнаружения пуска ракет. Но даже ввиду вышесказанного, российская внешняя политика не направлена исключительно на уравновешивание влияния и мощи США. России удалось объединить исторически непримиримых противников, Индию и Пакистан, под эгидой Шанхайской организации сотрудничества – межправительственной организации, нацеленной на углубление сотрудничества в сфере безопасности и решение других проблем в Евразии, – членами которой обе страны теперь являются. В свете усиления поляризации китайских и американских интересов в Южной Азии у России появляется уникальная возможность играть роль полезного посредника в этом регионе. Россия прилагала усилия по снижению градуса противостояния и напряжённости во время пограничных столкновений Китая и Индии в середине 2020 г., а также предлагала посреднические услуги в разрешении конфликта между США и Северной Кореей в самом начале президентства Трампа.
Канада в Азии: избегание логики конфронтации
В связи с резким ухудшением отношений Канады с Китаем в последние годы, многие призывают Оттаву занять более жёсткую позицию в отношении Пекина и теснее согласовывать свою усилия в этом регионе со странами-единомышленницами, хотя не вполне понятно, в чём это должно выражаться. Однако Канада сталкивается со структурным вызовом во внешней политике, проводимой в Тихоокеанском бассейне. С одной стороны, Канаде нужно сохранять добрые отношения с соседней американской сверхдержавой. С другой стороны, соперничество США и Китая – движущая сила размывания условий международного сотрудничества, которые на протяжении нескольких десятилетий были жизненно важны для безопасности, процветания и независимости Канады. Чтобы избежать этой дилеммы, Канаде придётся занять позицию, предполагающую стратегическую неразборчивость в некоторых вопросах.
Проблематику, связанную с безопасностью в Европе, легко представить игрой с нулевой суммой: если включение России в архитектуру европейской безопасности в качестве «равноправной» великой державы предположительно повлечёт за собой ограничение суверенитета соседних с Россией небольших стран, то путь к выстраиванию отношений сотрудничества неизбежно становится сложным и стрессовым. В отличие от европейского вектора азиатский внешнеполитический вектор России отражает менее воинственную динамику с более позитивным исходом, хотя это направление всё ещё недостаточно развито из-за исторической ориентации страны в направлении Европы. Более того, распределение силы и ресурсов в Азии гораздо в меньшей степени способствует длительному биполярному противостоянию, что создаёт потенциал для перекрывающих друг друга партнёрств в регионе.
Канада заинтересована в сохранении многополярной структуры на тихоокеанском направлении, которая бы компенсировала излишества китайско-американской конкуренции. Поэтому Оттаве следует приветствовать дальнейшее развитие азиатского вектора российской внешней политики, который мог бы ещё больше усилить многополярный характер региона.
Более устойчивый и уверенный поворот России в сторону Азии мог бы также благотворно сказаться и на евроатлантическом взаимодействии, поскольку позволил бы найти новую точку равновесия в долгосрочной перспективе с учётом того, что Москва будет стремиться к новому балансу во внешнеполитических приоритетах.
Продолжая согласовывать свою позицию с НАТО по вопросам евроатлантической безопасности, Оттава могла бы занять такую точку зрения по азиатской проблематике, которая, если и не будет нейтральной в полном смысле, вместе с тем подчеркнёт предпочтительность дипломатического подхода в разрешении проблем вместо того, чтобы своими действиями углублять соперничество. Из-за сравнительно небольших военно-стратегических инвестиций Канады в Азию такой подход лучше соответствовал бы имеющимся у Канады возможностям и был бы более надёжным путём для усиления позиций Оттавы в этом регионе. В то время как континенталистское и атлантическое измерения канадской стратегии безопасности сосредоточены по большей части на военном взаимодействии посредством NORAD[1] и НАТО, азиатский вектор больше поддаётся преимущественно дипломатической стратегии.
Благодаря многополярному характеру региона именно в Азии Канада в случае активного вовлечения имеет потенциал стать в большей степени стратегическим мыслящим игроком и в меньшей степени заниматься уникальным нормотворчеством. Оттава отличалась от Вашингтона во время биполярной холодной войны тем, что вносила большой вклад в разработку норм и принципов многостороннего взаимодействия. Хотя последние, несомненно, останутся важными, хотя и менее надёжными столпами канадской внешней политики, лишь занимаясь стратегическими вопросами и полярностью, Канада сможет выйти из тени своего соседа в многополярном веке Азии. Канадская и американская экономика сохранят высокую степень интеграции. Вашингтон будет и дальше считать безопасность Северной Америки синонимом своей собственной безопасности, особо не считаясь с суверенными устремлениями Канады, которая никогда не сможет представлять серьёзную военную или стратегическую угрозу для Соединённых Штатов. Следовательно, у Оттавы есть рычаг и гибкость для аккуратного (если она того пожелает) проведения более неразборчивой внешней политики.
Таким образом, есть веское основание для того, чтобы в канадской внешней политике были обозначены разные парадигмы для взаимодействия и построения порядка в разных регионах земного шара. Оттава может выделить диспуты с Москвой по проблемам европейской безопасности в отдельную категорию и начать взаимовыгодный двусторонний диалог, нацеленный на исследование общих интересов обеих стран на азиатском континенте. Такой диалог позволил бы реализовать постоянный механизм, посредством которого обе страны смогут углублять своё участие в делах региона и вносить свой вклад в дискуссии о построении оптимального порядка в Азии.
Выводы
Оттава сможет играть существенную роль в формировании норм и уставов Азиатско-Тихоокеанского региона лишь в случае полной открытости, так как её деятельность в этом регионе малозаметна. Если Канада бросится принимать сторону того или иного игрока, это сразу же ограничит перспективы её участия в жизни региона и низведет до положения третьеразрядной страны, находящейся в тени великих держав и других стран, вкладывающих больше сил и средств в региональную безопасность Азии. Стратегический каркас, определяющий общее положение Канады в Азии, должен быть всеобъемлющим и выходить за рамки ведущихся сегодня споров с отдельными странами.
Стратегический диалог Оттавы с Москвой мог бы начаться с попыток выявления элементов общности в видении развития и стабильности в Азии, которое разделяют обе страны. Принимая во внимание заинтересованность Канады в углублении экономических связей с Азией, эти попытки могут включать исследование того, какую роль Россия отводит Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС) в архитектуре региональной торговли. Канада может подумать о том, как ей встроиться в будущие усилия по гармонизации имеющихся сегодня региональных торговых блоков, включая Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение для Транстихоокеанского партнёрства и недавно подписанное соглашение о Всестороннем региональном экономическом партнерстве (ВРЭП). Исследование возможностей канадских компаний и представительств по усилению федерализма и экономического развития на Дальнем Востоке России – ещё один потенциально общий стратегический интерес, поскольку это способствовало бы многополярному распределению силы в Азии.
Гранича с тремя из четырёх магистральных направлений канадской внешней политики, Россия будет представлять стратегические вызовы и возможности для Канады независимо от того, кто будет сидеть в Кремле. Именно эта квазивездесущность России делает её идеальным кандидатом, с которым Канада может отработать разные внешнеполитические подходы для подготовки к наступающему веку многоукладного мира. У Канады уже накоплен некоторый опыт в этой области, поскольку в прошлые десятилетия она прилагала усилия по отделению своей политики в Арктике от геополитических диспутов в других регионах мира. Во всё более децентрализованном мире лишь принятие отличительных особенностей каждого вектора может компенсировать Канаде её географическую изолированность, увеличить её влияние в мире и вписать разнонаправленные региональные подходы в единое стратегическое целое.
Данная статья была издана Peace Diplomacy совместно с Сетью стратегического анализа, которая входит в Программу мобилизующих взглядов на оборону и безопасность (MINDS) Департамента национальной обороны Канады.
--
СНОСКИ
[1] Командование воздушно-космической обороны Северной Америки (англ. North American Aerospace Defense Command
![Главное](/images/star.png)
Анна Кузнецова: тема вывоза детей из лагерей беженцев стала общемировой
Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Анна Кузнецова рассказала в интервью РИА Новости о планах по репатриации российских детей из зон боевых действий в Сирии, о готовящейся к запуску горячей линии, на которую можно будет обратиться по любым вопросам, связанным с защитой семьи, поделилась результатами работы по сбору проб ДНК у детей из неподконтрольных властям территорий в Дамаске, которые потенциально могут являться россиянами, а также обозначила первые шаги на пути к реформированию системы органов опеки и попечительства. Беседовала Алена Самарева.
– Анна Юрьевна, пожалуй, начнем нашу беседу с одной из важнейших тем последних лет. Число жалоб на работу органов опеки и попечительства, поступивших в возглавляемый вами аппарат, выросло более чем на 40% в 2020 году. В октябре в Минпросвещения РФ была создана группа по разработке концепции реформирования упомянутой системы. Расскажите, какая сейчас работа ведется в этом направлении? Когда в РФ, по вашему мнению, все же могут обновить систему органов опеки? Что для этого нужно сделать, как ускорить процесс?
– Тема работы органов опеки и попечительства не сходит с уст уполномоченного по правам ребенка. Рост числа обращений, вопросов и проблем, связанных с деятельностью этого ведомства в последние годы, говорит о том, что в данном случае не просто накопилось много проблем, но недостаточно ресурсов для их решения. Сегодня мы видим, что органы опеки действуют совершенно по-разному в регионах России: где-то есть смешанные формы работы, то есть часть полномочий находится в ведении органов исполнительной власти субъекта, часть отдана муниципалитетам, где-то действует только федеральная система. Но все это многообразие говорит об отсутствии единого подхода к деятельности органов опеки и попечительства, а требования растут.
Мы видим два решения в этой ситуации. Первое – это необходимость определения органа исполнительной власти на федеральном уровне, который бы координировал и направлял всю эту большую работу и содействовал четкому исполнению задачи по защите семьи. Второе – безусловно, нужно решать и тактические задачи, а именно – реформирование органов опеки.
С этим предложением мы обратились к президенту РФ, было принято положительное решение. Минпросвещения работает в рамках созданной рабочей группы, в которую мы тоже входим. Сейчас утвержден порядок мониторинга, который включает в себя 21 показатель, определены критерии эффективности работы органов опеки и попечительства. Но уже сейчас скажу, что у нас достаточно информации о том, какие нарушения и их виды могут быть выявлены, а также в каком соотношении между собой они находятся. Возьмем даже одну простую цифру – у нас сегодня, к сожалению, лишь 40% детей в детских домах получают алименты. А вместе с тем органы опеки и попечительства должны следить, чтобы эти средства доходили до детей. Ребенок там зачастую находится без статуса. Недавняя проверка в Дагестане это доказала. Дети в некоторых учреждениях региона находятся там продолжительное время – никто не работает ни с семьей, и одновременно с этим не решается вопрос о статусе ребенка, это значит, что он находится там просто так, не получая алименты, и не имея шансов вернуться в семью или найти любящих родителей.
И все же кардинальное решение этих вопросов, на мой взгляд, должно начинаться с определения органа власти, который будет специализироваться на реализации задачи по защите семьи.
– В последнее время СМИ стали неким рупором в части освещения резонансных случаев, связанных с грубым нарушением прав детей. Вспомним истощенных девочек, обнаруженных в Талдоме. После инцидента вы говорили о создании платформы с единой горячей линией, куда смогут обращаться свидетели, пострадавшие и другие лица, наблюдавшие беззакония в отношении детей. Когда планируется разработать систему? Есть ли договоренность с Минцифры, федеральным правительством?
– Сейчас не просто ведется работа, есть готовый цифровой продукт – информационная система, позволяющая обрабатывать обращения человека, которые связаны не только с экстренными случаями, но и с любыми тревожными сигналами, в том числе простыми вопросами из повседневной жизни. Например, как устроить ребенка в садик, где найти ближайшую поликлинику и так далее. Предполагается, что это будет трехзначный номер. Маршрутизация полученного системой обращения определяется автоматически в зависимости от характера запроса. Главная цель – максимально включить весь ресурс на помощь человеку, ребенку и семье, где воспитываются дети. Эта инициатива уже проработана с Минцифры РФ, получена поддержка этого проекта.
Мы, на самом деле, очень долго работали над созданием этой системы, это стоило нам больших усилий – разработать сам цифровой продукт, продумать всю нормативную базу, ведь нужно подключить все ведомства, чтобы они с этой программой умели работать. Мне сейчас очень радостно, что этот формат поддержан, более того, он вписывается в разрабатываемую сегодня цифровую систему. Для нас важно, чтобы маршрутизация обращений была без лишних проблем для человека.
Вы напомнили про девочек, я не могу не рассказать о них, потому что мы постоянно на связи с уполномоченным по правам ребенка (в Москве – ред.), постоянно следим за их состоянием. Вы знаете, предварительная информация по младшей девочке была о том, что есть некоторые вопросы к ее здоровью, которые якобы носили врожденный характер. Сейчас, к счастью, мы видим иную картину. Сейчас девочка уже ходит, но еще есть признаки, остаточные явления той страшной жизни, которой она жила. Конечно, страшно предположить, что бы было, если полицейские тогда не проследили за этим человеком. Среди мусора, завернутая в мусорный мешок, сидела девочка… Когда я пришла в больницу к девочке, она лежала, накрывшись одеялом, сама укачивала себя, сосала пальчик – мы часто видим таких детей в ДДИ (детские дома-интернаты – ред.), то уже спустя буквально полторы недели ребенок кардинально изменился. Она улыбается, такая улыбка светлая, добрая. Конечно, очень хотелось бы, чтобы нашлись любящие, заботливые родители, которые ей помогут забыть все то, что с ней было, восстановить ее здоровье, поставить на ноги, сопровождать по жизни.
– А старшая девочка?
– Старшая девочка тоже находится сейчас в социальном центре, она занимается игрой на гитаре, первые звуки я слышала, пока еще она играет с открытым грифом, начинает, но уже интересно. Кто-то даже аккомпанирует ей. Я надеюсь, что она найдет свой интерес и сумеет устроиться в жизни. Пока делается все возможное, чтобы вернуть девочек к нормальной детской жизни. Дети расцветают от любви, у некоторых снимаются даже диагнозы. Не так давно у меня в гостях был маленький Сережа, которого мама усыновила из ДДИ в Крыму. Раньше это был "невесомый", лежачий ребенок, а в семье он окреп. Он по кабинету у меня так бегал. Сережа просто поражает. Когда видишь лежачего ребенка в детском доме-интернате, и нам говорят, что его состояние связано с особенностями его здоровья… Но когда мы видим, как преображаются дети, находясь в семье… Возникают вопросы: какие диагнозы? Где они? Действует закон: когда ребенка любят, он расцветает. Если есть рядом мама, которая заботится, все остальное приложится.
– Когда вы планируете отправиться за детьми, чтобы забрать их с территории боевых действий – из лагерей, тюрем и приютов Сирии, лагерей беженцев "Аль-Холь", "Рош"?
– Сегодня работа по вывозу детей из лагерей беженцев "Аль Холь", "Рош" все чаще востребована на международной арене, ведь мы начинали практически одни. Были мы, коллеги из Казахстана и еще несколько государств... Буквально единицы. И сейчас все чаще международное сообщество обращает внимание на то, что дети их государств находятся на территориях лагерей беженцев. Эти дети могут просто не выжить, а те, кому удастся спастись, будут подвергнуты страшным идеологическим деформациям. Забирая этих детей, мы спасаем не только их жизни, но и разрываем порочный террористический круг.
В ближайшее время мы планируем выехать за детьми. Сейчас тот этап, когда работа по возвращению детей уже поставлена на хороший темп. Конечно, он прерывается в связи с непредсказуемыми обстоятельствами на территориях. Мы каждый раз не знаем, что нас там ждет – выведут нам детей или нет. Мы оформили документы на 120 детей, мы не знаем, скольких из них удастся найти на территории лагерей. И, конечно, у меня болит за это сердце. Ситуация неопределенности, она не просто тревожна, это сигнал к действиям, в том числе и международному сообществу. Очень хочется, чтобы эта работа проходила более активно – не только слова, декларации, заявления о необходимости, призывы, но и были реальные шаги в этом направлении, а именно те, которые помогают иметь больше гарантий по возращению наших детей, которых по сути никто не в праве удерживать.
Параллельно с этой работой сейчас все большую актуальность приобретают вопросы по реабилитации тех ребятишек, которых мы уже привезли. Есть проблемы стигматизации. Такие дети могут иметь проблемы со здоровьем, даже визуально. Вы знаете, несложно определить на глаз возраст ребенка. Смотришь – ребенок лет пяти, а ему на самом деле 8-9 лет. Условия, в которых они жили, оставляют отпечаток. Но наша работа, родные семьи, в которые возвращаются дети, призвана все исправить.
Сегодня есть соответствующее поручение, в результате реализации которого должна быть разработана системная программа реабилитации таких детей. В чем еще вопрос: недостаточно исследований, как эти дети дальше адаптируются, что происходит. У нас в России есть исследование на небольшой группе детей из Ирака, которых мы привозили ранее. Это социально-педагогическое исследование говорит о том, что дети хорошо адаптируются и имеют высокий реабилитационный потенциал.
Конечно, исследования нужно углублять, чтобы иметь больше инструментов для работы, помощи семье. Большинство детей маленькие, им по три, четыре года, и здесь мы понимаем, что им нужна любовь, забота, лечение в ряде случаев, а с детьми постарше, конечно, нужен более серьезный комплексный подход.
– Ранее вы попросили посла Ирака в РФ Абдулрахмана Хамида Мохаммеда Аль-Хуссайни помочь с поисками российских детей, которые еще могут оставаться на территории этой страны. Поступали ли какие-то сообщения на этот счет? Есть ли данные, что российские дети все же могут оставаться в Ираке?
– Да, мы вели переговоры с Ираком. У нас до сих пор есть обращения людей, которые разыскивают своих детей на этих территориях. Несколько лет о них не было никакой обратной связи. Мы знаем, что на этих территориях велись активные боевые действия, но мы не вправе отказать в надежде родным, с одной стороны, и с другой стороны, не можем отказаться сами от розыска этих детей, несмотря ни на что. Мы собрали список детей, которых мы разыскиваем на территории Ирака, и передали послу. Он обещал проработать все эти вопросы, будут отправлены запросы соответствующим службам, надеюсь, на обратную связь. Повторюсь, это дело небыстрое, об этих детях не было информации в течение нескольких лет. Про некоторых детей нам сообщили, что часть из них может находиться на территории "Аль Холя" или пересекла границу с Турцией, то есть придется разыскивать где-то еще. Хочу отметить, что мы уже нашли российских детей на территории Турции, Пакистана. Несколько десятков детей находятся там, и мы планируем в ближайшее время их тоже вернуть. Их здесь очень ждут родственники.
– У скольких потенциальных российских детей, которые находятся на неподконтрольных властям территориях в Сирии, возьмут пробы ДНК в ближайшее время? В течение какого периода? Может есть готовые результаты? О каких цифрах речь?
– Забор проб ДНК – это очень важный для нас момент. В основном речь идет о детях, о которых мы догадывались, что они могут находиться на территории лагеря "Аль Холь". И вот, они впервые оказываются перед нами именно в момент забора ДНК и, честно сказать, очень сложно их отпускать назад. Некоторые дети говорят нам: "А ты заберешь меня? Ты за мной приехала?". Это, конечно, очень тяжело, но в то же время мы понимаем, что есть требования законодательства, мы должны для начала доказать, что это гражданин РФ. Число детей, которые приходят на анализ ДНК, когда мы оповещаем, очень разное. Могут прийти 10 человек, могут 80. Мы не можем сейчас до конца сказать, сколько наших детей еще остается на территориях лагерей беженцев "Аль Холь" и "Рош".
Еще один ребенок был обнаружен на территории приюта Дамаска, хотя мы думали, что забрали всех. Вдруг нам поступает заявление родственницы. Когда у нас появилась информация, мы сразу сказали, что знаем этого ребенка, потому что я сама была в этом приюте на территории Дамаска в Сирии. Конечно, там у них гораздо лучше условия, чем в лагерях беженцев. За детей можно не переживать, но лучше побыстрее вернуть домой.
– Анна Юрьевна, в конце февраля вы анонсировали создание информационной платформы, которая станет подспорьем для родителей, имеющих детей с орфанными заболеваниями. Посредством новой системы, в частности, семьи смогут найти ответы на многие вопросы социальной, юридической и благотворительной направленности. Прорабатывается ли инициатива с федеральными властями, причастными ведомствами? Подготовлен ли проект? Известны ли сроки разработки системы?
– Инициатива по созданию единой цифровой платформы, куда могла бы обратиться семья, где есть ребенок не только с орфанными заболеваниями, но и с иными особенностями, обсуждается давно. Эту тему поднимали общественные организации, которые в той или иной части помогают детям-инвалидам. Но толчок к началу работы был дан на встрече с руководителем "Деловой России". Когда мы проработали эту идею, то, конечно, увидели, в том числе, и поддержку со стороны министерства здравоохранения РФ. Это делает прозрачными все запросы по разным форматам поддержки со стороны общественных организаций, фондов. Сейчас идет уже непосредственно проработка технических заданий, которые недавно были утверждены, и работа над самим программным продуктом, он выверяется – что будет в начале, что в конце, как будут распределяться заявка и обращение, с чем это связано, какую это проблему призвано решить. Первая задача системы – информирование. Для большинства родителей, которые впервые столкнулись с определенным заболеванием ребенка, сложно найти достоверную информацию, как лечить, где лечить, к кому обратиться, с кем посоветоваться, где найти помощь. Но кроме информации мы ставим также задачи второго уровня – это возможность получить действенную помощь. И, безусловно, после того, как будет решен так скажем "медицинский" вопрос, можно расширять и дальше этот функционал.
Но сейчас для нас важно, чтобы именно вот эта первая задача была решена. Надеемся, что это хотя бы в пилотном формате будет работать в ближайшее время. Мы возьмем сначала несколько видов заболеваний, чтобы апробировать систему, то есть как это будет работать, как будут идти запросы, какие будут сложности в пользовании этой платформой.
– Мониторинг прошлого года, проведенный вашим аппаратом, выявил, что лишь 8% образовательных учреждений обеспечивают детей с ОВЗ горячим питанием. Скажите, какая работа ведется в этом направлении? Направлены ли школам рекомендации, как – и самое главное за какой период – удастся решить эту проблему, как вы полагаете?
– На самом деле мы провели масштабный мониторинг, он стал очень репрезентативным и показательным. В более 40 тысячах образовательных организаций проверили обеспечение горячим питанием детей с ограниченными возможностями здоровья и, конечно, пришли к неутешительному выводу. Знаете, 8% -– это учреждения, в которых хоть что-то сделано, фрагментарно, мы их также учитывали в статистике. До того момента, как мы вышли с коллегами с проектом к Минпросвету, и он был одобрен, никакого системного механизма и подхода в регионах не было. Можно по пальцам перечесть субъекты РФ, в которых более менее системно был решен этот вопрос, то есть детей кормили специализированно, и это меню было отработано.
После того, как мы увидели эту ситуацию, в том виде, в котором она предстала перед нами, а именно – ребенка в садик приводили, например, после завтрака и забирали перед обедом, потому что ему нельзя было есть то, что там предлагали. Проще организациям вообще было не связываться с такими родителями, с таким ребенком.
Есть еще одно решение – это отдельные группы. Но мы с вами прекрасно понимаем, что в масштабе больших мегаполисов, да даже в небольших муниципальных образованиях достаточно сложно возить ребенка в какую-то одну группу на другом конце города. Таким образом, мы выработали несколько предложений, в том числе предложений по изменению СанПиН, по системе организации самого питания для детей с ОВЗ, они нашли концептуальную поддержку, в частности и по вопросу введения диетсестры в образовательные учреждения. Дальше вопрос в реализации этих решений.
Мы сейчас стараемся очень плотно взаимодействовать с родительским сообществом, как показала практика, это самый эффективный способ обратной связи. Можно бесконечно писать запросы, но самая точная обратная связь только от родителей. Да, в предыдущий мониторинг многое не сходилось: родители говорят одно, официальные цифры – другое. Это еще один важный вопрос. Мы держим руку на пульсе. После нашего обращения прокуратурой проведены масштабные проверки организации бесплатного горячего питания, внесено около 300 представлений.
Мониторинги будут продолжены, и сейчас, в режиме реального времени, мы смотрим, что происходит в регионах, следим за организацией питания несовершеннолетних с ОВЗ, в том числе вместе с коллегами из Роспотребнадзора, прокуратуры, как будут исполняться новые СанПиНы. Есть рекомендации – мы с Роспотребнадзором об этом говорили – по организации родительского контроля в образовательных учреждениях. Все это призвано дать объективную обратную связь, как кормят детей, как исполняется поручение президента.
– В начале года вы заявляли о критическом росте случаев преступлений против половой неприкосновенности детей в сиротских учреждениях. В настоящее время психологический институт РАО совместно с Минобрнауки разрабатывают систему, позволяющую выявлять насилия в таких учреждениях? В какие сроки планируется ее разработать и запустить?
– Буквально на днях созванивалась с Юрием Петровичем Зинченко (директор психологического института РАО – ред.), сейчас стадия формирования технического задания, ведь работа предстоит огромная, мы говорим о масштабах всей страны. Соответствующие поручения уже даны Министерством науки и высшего образования РФ. О чем мы говорим – растущее число преступлений в сиротских учреждениях возможно связано и с выявляемостью. Нам никогда столько не писали дети в социальных сетях. Мы понимаем, что есть закон, мы работаем по 59 ФЗ, где должно быть оформлено обращение граждан и так далее. Когда ребенок пишет и рассказывает о какой-то беде, а параллельно просит не называть его имени, не рассказывать, что это он… Мы выезжаем, и у нас есть четкий алгоритм, как решаются эти детские вопросы, чтобы никто и никогда не узнал, что написал ребенок, что это было обращение от него. Мы выезжаем в учреждения, разбираем эти ситуации. История с социальными сетями позволила создать такую негласную "службу доверия", конечно, всю информацию мы проверяем. Порой об этих историях мы слышим из рассказов приемных родителей, которые берут детей из детского дома, и дети начинают постепенно раскрываться, рассказывать, что с ними было. Вся эта детская беда заставила выйти на системные решения.
Здесь я хотела бы вспомнить наш разговор выше о едином федеральном органе власти, который здесь очень бы помог. Разные сиротские учреждения подведомственны разным органам региональной исполнительной власти – какие-то министерству социальной защиты, какие-то министерству образования, министерству здравоохранения. Но в целом позаботиться о ребенке некому. Поэтому, к сожалению, мы видим эти проблемы в детских домах. Ведь нет единого подхода к подготовке кадров, решения вопросов профвыгорания.
Когда преступление в отношении несовершеннолетнего уже совершено, этим занимается Следственный комитет РФ, прокуратура. Понимаете, система приходит на помощь, когда уже свершился факт насилия, беда произошла. Потом начинаются поиски виновника – причин и условий, как говорится.
Но нам ведь важно, чтобы этого не происходило вовсе. Так вот, мониторить эту ситуацию призваны как раз новые методы, которые разработают психологи. Это не просто методы или методичка – это комплексная система обследования, которой будут обучены специалисты органов опеки, специалисты, которые будут работать непосредственно с детскими учреждениями, более того, будет обратная связь и мониторинг эффективности.
Такой комплексный подход позволит закрепить заботу о детях за конкретным детским учреждением. И я уверена, что профессиональный подход позволит нам дать объективную информацию о том, что нужно менять, чтобы не допустить нарушения прав детей в учреждениях. Но мы с вами знаем, что лучше для ребенка, чем любящая семья, ничего нет. Помимо совершенствования подходов к организации сегодняшних сиротских учреждений, нужно работать и в другом направлении – это их открытость и возможность как можно большему числу детей найти семью.
Дубай, ОАЭ. Мусульмане в Объединенных Арабских Эмиратах накануне, 16 апреля 2021 года, собрались на первую пятничную молитву священного месяца Рамадан.
В этом году молитва имела особенное значение для верующих, ведь годом ранее она была отменена из-за пандемии COVID-19. В этот Рамадан мечети по всей стране открыты на все пять ежедневных молитв. Также в мечетях проводятся молитвы Таравих (после молитвы Иша).
Молящимся напомнили, что чтение Корана и размышление о его значениях - лучшая форма ибада (поклонения) в течение священного месяца. Имамы также подчеркнули важность благотворительных дел во время священного месяца.
Так, в этом году Гуманитарный и благотворительный фонд имени Мухаммеда бен Рашида Аль Мактума (MBRCH) проводит кампанию «100 млн продуктовых наборов». Продуктовые посылки получат малообеспеченные люди в 20 странах, включая Судан, Ливан, Иорданию, Пакистан, Анголу, Уганду и Египет.
За первые дни проведения кампании было распространено 57 млн посылок. Беженцы, сироты, вдовы и нуждающиеся семьи получили коробки с мукой, рисом, чечевицей, сахаром, маслом, финиками и чаем – всеми необходимыми продуктами для разговения и приготовления сытных блюд в дни Рамадана.
Ранее Департамент по делам ислама и благотворительной деятельности в Дубае (IACAD) объявил новые правила молитв в местных мечетях в дни священного месяца Рамадан. Согласно новым правилам, молитвы Иша совершаются через пять минут после призыва к молитве (азан). Мечети закрываются сразу после завершения молитвы Таравих.
Молящиеся должны находиться в мечетях в масках и соблюдать социальную дистанцию. Максимальная продолжительность обеих молитв в мечетях ограничена 30 минутами. Верующие должны приносить молитвенные коврики с собой, избегать рукопожатий и объятий, а также любых физических контактов. На полу нанесена разметка о социальном дистанцировании.
В дни Рамадана у мечетей запрещено раздавать еду и воду, а также маски. Палатки для пожертвований и столы для ифтаров остаются под запретом. Людям с хроническими заболеваниями или ослабленным иммунитетом не рекомендуется молиться в мечетях и рекомендуется избегать скопления людей.
В течение дня в мечетях проводится тщательную дезинфекцию. Лекции и семинары проходят в виртуальном формате. В мечетях верующим также рекомендуется читать Коран на электронных устройствах.
Афганистан нуждается в конструктивном диалоге
Решение Североатлантического альянса вывести войска из ИРА позднее оговоренного ранее срока чревато возможной эскалацией вооружённого конфликта.
В среду президент США Джо Байден заявил, что вывод американских войск из Афганистана начнётся к 1 мая и завершится к 11 сентября, когда исполнится 20 лет со дня серии террористических атак в США. По его словам, присутствие американских военнослужащих в Афганистане не поможет создать устойчивое правительство этой азиатской республики. Глава Белого дома заверил, что США продолжат «поддерживать правительство Афганистана» и оказывать «содействие афганским национальным силам обороны и безопасности». «Вместе с нашими партнёрами мы обучаем и оснащаем почти 300 тысяч человек», – сообщил он.
Другие страны НАТО также скоординированно выведут свои войска из ИРА. Сейчас на территории Афганистана находится американский контингент численностью в 2,5 тысячи военнослужащих, общая численность подразделений других стран НАТО составляет примерно пять тысяч человек. Кроме того, на афганской земле находятся несколько тысяч вооружённых сотрудников частных военных компаний, действующих в интересах Пентагона и западных компаний.
Представитель администрации США сообщил, что Вашингтон предостерёг движение «Талибан»* от атак на американских военнослужащих. «Мы заявили талибам, что без малейшего сомнения будем решительно реагировать на любые атаки на американских военнослужащих, когда проводим упорядоченный и безопасный вывод войск», – указал он, добавив, что США сохранят в регионе контингент, необходимый для противостояния терроризму.
Ранее западные СМИ сообщали, что страны НАТО пытались в прошлом году негласно договориться с талибами о сохранении нескольких военных баз под предлогом борьбы с экстремистами – сторонниками террористического «Исламского государства». Американцы вели речь о Кабуле, Баграме (в 60 км к северо-западу от столицы), Кандагаре (на юге страны) и Шурабаке (в провинции Кандагар вблизи границы с Пакистаном), их союзники по альянсу – о Мазари-Шарифе (северная провинция Балх), Кундузе (вблизи границы с Таджикистаном) и северо-восточной провинции Бадахшан.
Наша справка. Вашингтон заключил соглашение с движением «Талибан» 29 февраля 2020 года, т.е. при президенте Дональде Трампе. Его администрация попыталась запустить мирный процесс в Афганистане и побудить власти в Кабуле найти компромисс с движением радикальных исламистов, имеющих опору прежде всего в сельских районах с преобладанием пуштунов. «Талибан» обязался тогда не использовать территорию Афганистана для подрыва безопасности США и их союзников, а США – вывести войска за 14 месяцев, если талибы будут соблюдать достигнутые договорённости.
Одностороннее решение новой американской администрации растянуть по времени вывод сил НАТО было встречено «в штыки» представителями движения «Талибан», которые уже заявили, что не будут присутствовать на конференции по вопросу о будущем Афганистана, запланированном на этот месяц в Турции, до тех пор, пока все иностранные силы не покинут страну. «До тех пор, пока все иностранные силы не будут полностью выведены с нашей родины, не будем участвовать ни в какой конференции, которая принимает решения по Афганистану», – заявил, согласно агентству France-Presse, пресс-секретарь талибов в Катаре.
Конференция по мирному урегулированию в Афганистане, поясним, должна пройти в Стамбуле в период с 24 апреля по 4 мая. Она организована Турцией и Катаром при участии ООН. Правда, участие талибов в этой конференции, всё же возможно. Источники, близкие к талибам, утверждают, что движение продолжает за кулисами «торговаться», добиваясь освобождения ещё семи тысяч своих сторонников, находящихся в заключении, и исключения имён лидеров талибов из санкционных списков ООН. В обмен они якобы готовы согласиться на продление присутствия войск НАТО ещё на несколько месяцев.
Но власти в Кабуле не намерены идти на новые уступки своим противникам. «Мы не будем больше выпускать заключенных, чтобы проверить волю «Талибана» к миру, – заявил первый вице-президент Афганистана Амрулла Салех 11 апреля. – Освобождение пяти тысяч талибов из тюрьмы было одной из самых больших наших ошибок».
Судя по всему, власти в Кабуле не намерены уступать талибам управление страной без новых выборов. На расформирование Афганской национальной армии и управления национальной безопасности они тоже не пойдут, как и на передачу своим противникам контроля над министерством внутренних дел. Надо учитывать и то, что большинство населения в городах против возвращения к власти радикальных исламистов. Хотя согласно конституции 2004 года Афганистан является исламской республикой с президентской формой правления, но фактически в стране с приходом войск Североатлантического альянса установился светский, по сути, режим.
Как складывается сегодня ситуация в этой стране и что от неё ждать в дальнейшем? Эти и другие вопросы стали темой беседы нашего обозревателя с руководителем Центра научно-аналитической информации Института востоковедения РАН доктором политических наук Николаем ПЛОТНИКОВЫМ.
– Николай Дмитриевич, известно, администрация Байдена предложила некий мирный план для Афганистана. В чём его суть?
– Действительно, в начале марта Вашингтон представил свой план по решению афганского конфликта. Он предлагает сформировать временную администрацию, высший исламский совет и ввести талибов в парламент, а также разработать новую конституцию. Она призвана будет гарантировать безопасность граждан вне зависимости от их этнической или религиозной принадлежности и защищать права женщин и детей. Кроме того, в плане говорится о необходимости участия в решении афганской проблемы, кроме США, также России, Китая, Пакистана, Индии и других стран.
– Как отреагировали на это власти в Кабуле?
– По-разному. Кто-то обрадовался, что американцы возможно на ближайшую перспективу вообще не уйдут. Кто-то наоборот считает, что пора прекратить вообще какое-либо иностранное вмешательство, чтобы афганцы сами смогли договориться между собой, как им дальше жить. А на днях президент Ашраф Гани озвучил свой план мирного урегулирования, который включает три этапа. На первом – переговоры с «Талибаном», которые должны привести к заключению мирного соглашения и прекращению огня. Второй этап – формирование правительства «по построению мира», которое будет иметь ограниченный мандат и действовать до проведения выборов. Третий этап предполагает проведение выборов под контролем международного сообщества и поддержание мира.
– А в чём заключается позиция «Талибана»? Ведь сегодня он контролирует значительную часть сельской местности и, по оценкам некоторых экспертов, после вывода войск альянса может в течение двух-трёх лет взять под контроль основные города?
– Чего хотят талибы – они и не скрывают: единоличной власти в стране и восстановления в Афганистане правления на основе норм шариата. По состоянию на март 2021 года группировка контролировала 19 процентов районов страны. В более чем 66 процентах районов талибы контролируют обширные территории, за исключением административных центров, которые находятся под контролем правительства. Это даёт им рычаги влияния в переговорах с правительством. К этому надо добавить и политическую легитимность, которую им удалось получить после подписания соглашения с США в Дохе – ведь американцы заключили соглашение с «Исламским эмиратом Афганистана».
– Кроме «Талибана» в Афганистане действуют и другие, причём куда более экстремистские структуры. Скажем те же отряды террористической группировки «Исламское государство»*. Да и сам «Талибан» далеко не однороден – многие его полевые командиры настроены весьма радикально и нередко игнорируют указания своих лидеров. Как это скажется на ситуации в Афганистане?
– Да, талибы далеко не единственная радикальная группировка. Таких насчитывается свыше 20. Но наиболее сильные из них, конечно же, структуры, входящие в движение «Талибан». Но оно далеко не едино и монолитно. Там есть люди с умеренным взглядами, понимающие, что пора прекращать афганцам убивать друг друга, и что надо налаживать нормальную жизнь. Есть и экстремисты, зацикленные на идеях исламского эмирата. Они делают расчёт на то, что американцы уйдут, и тогда талибы вновь захватят власть. Но многие афганцы не приемлют исламский эмират, так как помнят, что было в его времена в 1990-е годы – средневековое мракобесие, многочисленные запреты, публичные казни…
*Запрещено в Российской Федерации.
«Анонсированное США намерение вывести свои войска из Афганистана до 11 сентября с.г. является очевидным нарушением американо-талибского соглашения, подписанного 29 февраля 2020 года и предусматривающего полный вывод войск США до 1 мая с.г. В связи с этим вызывает озабоченность возможная эскалация вооружённого конфликта в Афганистане в ближайшее время, что, в свою очередь, чревато подрывом усилий по началу прямых межафганских переговоров.
В данном контексте подтверждаем свою заинтересованность в сохранении перспективы конструктивного диалога противоборствующих афганских сторон, ведущего к прекращению многолетней войны в Афганистане и становлению страны в качестве мирного, независимого и нейтрального государства.
Получили уведомление министерства иностранных дел Турции о проведении с 24 апреля по 4 мая с.г. Стамбульской конференции по мирному процессу в ИРА, соорганизуемой Турцией, Катаром и ООН. В мероприятии, как мы понимаем, предполагается участие широкого круга стран. Ожидаем от Анкары официального приглашения, а также информацию о модальностях планируемой встречи, её формате, целях и повестке дня, после чего примем решение относительно участия российской делегации». Комментарий официального представителя МИД России М.В. Захаровой о развитии ситуации вокруг мирного процесса в Афганистане.
Александр Фролов
США анонсировали вывод войск из Афганистана
Президент США Джо Байден заявил, что вывод войск из Афганистана начнется 1 мая.
Он отметил, что Вашингтон планирует завершить процесс вывода к 11 сентября, 20-й годовщине терактов в Нью-Йорке.
«Пора положить конец самой продолжительной войне Америки, – подчеркнул Байден. – Пора американским войскам возвращаться домой».
Он также сказал, что в случае нападения талибов во время вывода войск США окажут сопротивление и будут защищаться «всеми имеющимися средствами».
Кроме того, американский лидер сообщил о намерении обратиться к другим странам, в том числе к Пакистану, России, Китаю, Индии и Турции, с просьбой оказать поддержку Афганистану.
Как уже сообщал «Афганистан.Ру», ранее Байден обсудил вывод войск с президентом ИРА Мохаммад Ашрафом Гани.
Между тем бывший советник по национальной безопасности США Джон Болтон подверг решение Байдена резкой критике, отметив, что вывести войска сейчас – это все равно что передать власть «Талибану» (запрещено в РФ).
Он также раскритиковал администрацию Дональда Трампа за уступки талибам и заключение договоренностей за спиной Кабула. По его словам, Байден пытается исправить допущенные Трампом ошибки, однако это не так просто.
Болтон выразил сомнения в том, что страны региона окажут необходимое содействие в урегулировании афганского кризиса, и скептически оценил роль конференции в Турции.
В свою очередь, директор ЦРУ Уильям Бернс заявил, что вывод войск сопряжен со «значительными рисками». Он отметил, что после свертывания американского военного присутствия «Исламское государство» и «Аль-Каида» (запрещены в РФ) могут восстановить свое влияние в Афганистане.
Хлопковая конфронтация
В основе поднятой Западом шумихи по "правам человека" в Синьцзяне лежит продолжение политики сдерживания Китая
Текст: Кира Владимирская (Проект "Россия - Китай: события и комментарии")
Двадцать второго марта США, Евросоюз, Британия и Канада объявили о санкциях в отношении ряда китайских чиновников за нарушения прав человека мусульман-уйгуров в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР). В рамках набирающей обороты этой информационно-психологической кампании, направленной против Китая, некоторые мировые бренды, как H&M, Nike, Adidas и Uniqlo, даже отказались от использования в их производстве хлопка, выращенного "угнетенными" уйгурами в Синьцзяне.
Следует подчеркнуть, что хлопководство является ключевой отраслью экономики СУАР и одним из главных источников доходов уйгурских семей. Здесь производят более 80 процентов всего китайского хлопка. Около 70 процентов в СУАР собирают механизированным способом, и, следовательно, ни о какой каторжной эксплуатации уйгурских хлопкоробов речь идти не может.
Проводимая сейчас массивная антикитайская кампания под лозунгом "борьбы за права человека" конкретно в СУАР не оставляет сомнений в том, что она хорошо скоординирована и преследует цели, далеко выходящие за рамки этой темы. Как нет сомнений и в том, кто стоит за дирижерским пультом и управляет действиями всего оркестра. Госсекретарь США Энтони Блинкен, выступая 24 марта в Брюсселе перед союзниками по НАТО, был достаточно откровенен. США рассматривают Китай как экономическую угрозу и угрозу безопасности, а поэтому, провозгласил он, североатлантическому блоку следует твердо "держаться вместе, когда Пекин пытается оказать давление на членов альянса". Позднее в интервью телеканалу Си-эн-эн он продолжил в том же духе, заявив, что "очевидно, в отношениях с Китаем возникает все больше аспектов, усиливающих конфронтацию, они определенно носят соперничающий характер, но есть и сферы для сотрудничества. В конечном счете мы должны выстраивать отношения с Китаем с позиции силы". И здесь США рассчитывают на поддержку партнеров и союзников.
Таким образом, в основе поднятой шумихи по "правам человека" в Синьцзяне лежит продолжение политики сдерживания Китая. Только к экономическому противодействию, активно проводимому еще администрацией Дональда Трампа, добавилась новая. Администрация Джо Байдена подняла на щит апробированную борьбу "за права человека", под знаменем которой сподручнее сплачивать ряды союзников.
В шуме этих голосов почему-то замалчивается интересный факт, имеющий самое прямое отношение к обеспечению основополагающих прав человека. В конце февраля руководство КНР, устами Си Цзиньпина, официально заявило о победе над крайней бедностью в стране, включая и Синьцзян, что нашло широкий положительный отклик в мире. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш в своем послании Председателю КНР особо подчеркивал, что политические обещания правительства и политическая стабильность имеют огромное значение для улучшения положения беднейших и наиболее уязвимых слоев населения. К ним, к слову сказать, когда-то относились и уйгуры.
Сегодняшний Синьцзян, к которому сейчас приковано столь пристальное внимание Запада, - это, по выражению "Жэньминь жибао", не ад и не рай. Это часть Китая, где есть и свои достижения, но существуют еще и проблемы. По признанию большинства экспертов, материальный прогресс в крае отрицать невозможно. С 1978 по 2018 год, по данным агентства "Синьхуа", подушевой доход уйгуров вырос в 100 раз, средняя продолжительность жизни с 30 лет в 1949 году увеличилась до 72,3 года сегодня. Как и любые живущие в Китае нацменьшинства, уйгуры пользовались рядом преимуществ. Например, уйгурские семьи имели возможность заводить двух детей в городах и трех - в сельской местности в отличие от основного населения страны. Уйгурские выпускники школ могли легче набрать баллы для поступления в университеты, а многие государственные компании обязаны были набирать представителей нетитульных национальностей, включая и уйгуров.
Меры правительства КНР по интеграции некогда отсталых окраин в социально-экономическую жизнь страны были реализованы в целом ряде инфраструктурных проектов, в том числе по развитию железнодорожного и автомобильного сообщения СУАР не только с центральными областями Китая, но и соседними пограничными странами Казахстаном, Киргизией, Пакистаном.
Власти КНР вместе с тем не скрывают, что определенный потенциал для активизации исламского радикализма и экстремизма, на который прежде всего делают ставку США и их союзники, в этом регионе существует. Это вынуждает власти КНР уделять повышенное внимание вопросам безопасности и предотвращения любых попыток проведения террористических акций со стороны исламских экстремистов, т.е. держать ситуацию под своим контролем.
Уже четыре года в Синьцзян-Уйгурском автономном районе не был отмечен ни один теракт. И это в регионе, где с 1992 по 2017 год гремели взрывы и гибли люди. 6 апреля официальный представитель МИД КНР Чжао Лицзянь отметил: несмотря на то, что уже четыре года подряд в Синьцзяне не было ни одного теракта, Синьцзян до сих пор испытывает угрозу терроризма и экстремизма. Есть необходимость продолжать работу по борьбе с этими угрозами.
Надо отдать должное руководству КНР, оперативная реакция которого и озвученные ответные меры против США, ЕС вызвали у них определенное замешательство. МИД ФРГ даже вызывал китайского посла для срочного разговора, в ходе которого дал понять дипломату, что предпринятые Пекином меры "представляют собой необоснованную эскалацию, осложняющую отношения Китая и ЕС". Как будто они не были уже осложнены действиями западного альянса.
Подведены итоги первого Молодежного форума по управлению интернетом
В Москве завершил работу Молодежный форум по управлению интернетом (Youth RIGF), который собрал в Сколтехе самую креативную молодежь IT-сферы. 200 молодых людей принимали участие на площадке в офлайн-формате и более 5 тысяч подключились к онлайн-трансляции форума, регистрация на который была открыта до последнего дня. Прямой эфир увидели молодые люди из Москвы и других регионов России.
Наибольший интерес форум вызвал у молодежи в Ростовской области (более 550 участников), Рязанской и Челябинской областях (более 200 участников), а также из Санкт-Петербурга, Смоленской области, Республики Дагестан, Краснодарского края, Республики Мордовии, Вологодской и Самарской областей. В каждом из этих регионов на форум зарегистрировалось более 100 участников. Трансляция проходила на двух языках, что обеспечило участие не только российской, но и иностранной аудитории из США, Сербии, Австрии, Бангладеша, Японии, Замбии, Ганы, Италии, Египта, Пакистана, Польши, Кубы и других стран.
Приглашенные модераторы и докладчики (Топовые эксперты, лидеры IT сферы, представители власти и блогеры – спикеры секций Youth RIGF) из числа ведущих российских и международных экспертов выступили в четырех панельных секциях форума. На секции «Цифровая экономика: утопия или антиутопия» обсуждалось будущее IT-индустрии и карьерные перспективы российской молодежи. Дискуссия о правовом регулировании, контроле сбора, обработки данных и нарушениях личного пространства потребителей прошла на секции «Мои персональные данные: чьи они на самом деле?». В рамках секции «(Не)виртуальная реальность» участники обсудили проблему цифровой зависимости и проанализировали влияние интернета на повседневную жизнь и автоматизацию человеческого сознания. Обсуждение будущего соцсетей и перспектив появления новых социальных платформ прошло на четвертой секции Форума «2020 – год ТикТока: хайп или новая площадка для молодежи».
На закрытии прошло вручение премий наиболее успешным IT-проектам в шести номинациях. В награждении участвовал первый заместитель Руководителя Администрации Президента РФ Сергей Кириенко. «Это молодые ребята, но проекты, которые они предлагают, вызывают неимоверное уважение. Роль молодежи в развитии интернета – главная, – заявил Сергей Кириенко. – Проекты, которые реализуют молодые ребята сегодня, равноценно могут конкурировать, а то и выигрывать более взрослых и опытных коллег. Этим, на самом деле, определяется конкурентоспособность российских компаний и России в целом». Среди победителей отмечен проект Free Lunch – автоматизированную систему для записи на получение горячего питания студентами средних профессиональных образовательных учреждений, и разработанное программное обеспечение, которое обеспечит коммуникацию с людьми, страдающими нарушениями двигательных функций, имеющими нервно-паралитические синдромы и другие болезни ЦНС, предоставив возможность управления персональным компьютером с помощью движения глаз.
На форуме определена команда Молодежного цифрового омбудсмена, в состав которой вошли: студент МГЮА Дмитрий Гуляев, студентка МГТУ им. Н.Э. Баумана Ирина Трапезникова и студент МГИМО МИД России Алексей Стариков. Участники форума выступили с инициативой создания такого института в государствах-членах ООН и проведения в 2022 году глобального форума Молодежных цифровых омбудсменов. Российская команда представила не только программу первых шагов на новом посту, но и презентовала Молодежное послание форума, основанное на предложениях молодежи. По итогам форума Молодежное послание будет представлено российскому и международному сообществу.
Помимо деловой программы на Youth RIGF организованы фан-зоны с мастер-классами и IT-площадками, где можно было посетить 5G-лабораторию, VR/AR зоны с использованием технологии виртуального погружения, ознакомиться с интернет-проектами Российского исторического общества и музея Яндекса.
Организаторы и участники выразили желание проводить форум ежегодно для обсуждения новых идей и реализации проектов молодых людей со всего мира.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Исламской Республики Пакистан Ш.М.Курейши, Исламабад, 7 апреля 2021 года
Спасибо, уважаемый господин Министр,
Дамы и господа,
Хотел бы начать с выражения признательности нашим пакистанским хозяевам за радушный, теплый прием.
Российско-пакистанские отношения носят конструктивный и взаимовыгодный характер. У нас установился доверительный политический диалог, в том числе на высшем и высоком уровнях. Отрадно, что регулярность двусторонних контактов удалось сохранить, несмотря на пандемию коронавируса.
Удовлетворены тем, что прошлый год стал рекордным для двустороннего товарооборота – его объем увеличился более чем на 45 процентов и достиг 790 млн долл. У нас общее мнение, что это не предел. Нужно искать пути по дальнейшему углублению нашего экономического взаимодействия. Решающую роль здесь призвана сыграть Межправительственная российско-пакистанская комиссия по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству, заседание которой должно состояться в этом году в России.
Состоялось обсуждение перспектив сотрудничества в энергетике в том числе флагманский проект – газопровод «Север-Юг» из Карачи в Лахор. У нас есть соответствующее межправительственное соглашение 2015 года. Сейчас уточняются некоторые вопросы, которые станут частью протокола к этому соглашению. Надеюсь, что он будет подписан, и мы сможем быстро приступить к работе.
Подтвердили готовность российской стороны продолжать содействовать укреплению антитеррористического потенциала Пакистана, включая поставки соответствующей техники. Считаем, что это отвечает интересам всех государств региона. Договорились продолжать практику регулярных совместных тактических учений в горных условиях «Дружба», а также военно-морских учений «Аравийский муссон» по борьбе с терроризмом и пиратством.
С совпадающих или близких позиций обсудили международные дела. У нас общий интерес продолжать и усиливать координацию на международных площадках, включая ООН. Констатировали, что с момента присоединения к ШОС в качестве полноправного члена три года назад пакистанские коллеги активно участвуют в практической деятельности Организации, включая ее Региональную антитеррористическую структуру.
Мы, как и пакистанские коллеги, серьезно озабочены деградацией ситуации в сфере безопасности в Афганистане. Там растет террористическая активность, укрепляются позиции ИГИЛ на севере и востоке страны. Договорились и далее содействовать созданию условий для того, чтобы противоборствующие стороны вышли на конструктивные развязки, которые позволят прекратить гражданскую войну в ИРА через договоренности о формировании инклюзивных структур власти. На достижение этих целей была направлена встреча т.н. расширенной «тройки» в Москве 18 марта с.г. с участием России, Китая, США и Пакистана по афганскому урегулированию.
Рассмотрели ситуацию на Ближнем Востоке и Севере Африки, в частности, в Сирии, Ливии, Йемене, а также ситуацию в палестино-израильском урегулировании. Считаем, что на фоне бурных событий в регионе непозволительно предавать забвению задачу создания палестинского государства. Россия готова содействовать прямому диалогу между палестинцами и израильтянами и будет активно продвигать этот подход.
Подробно обсудили ситуацию в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Здесь разворачиваются неоднозначные процессы. Под эгидой Вашингтона выстраивается разобщающая геополитическая конструкция, продвигаются стратегии, противоречащие всему, что делалось до сих пор в АТР. Категорически против попыток выстраивать тут разделительные линии. Мы — за сохранение открытых структур, сформированных при центральной роли АСЕАН.
В ходе переговоров также приветствовали недавние шаги Индии, Пакистана по нормализации двусторонних отношений.
Удовлетворены состоявшимися переговорами. Зафиксировали взаимную готовность к дальнейшему расширению российско-пакистанских связей.
Вопрос (перевод с английского): Как Вы видите будущее торговли между Россией и Пакистаном?
С.В.Лавров: У нас был существенный рост товарооборота в прошлом году. В основном это было достигнуто за счет поставок российской пшеницы на более чем 200 млн долларов.
Заинтересованы в том, чтобы придать тенденции увеличения товарооборота устойчивый характер. Для этого нужно диверсифицировать наши отношения в этой сфере. Важную роль здесь призван сыграть проект сооружения газопровода «Север-Юг» между Карачи и Лахором.
Некоторое время назад был обоюдный интерес к поставкам российского сжиженного природного газа по линии компаний «Газпром», «Роснефть» и «Новатэк». Соответствующие предложения были сделаны. Ожидаем реакции пакистанских партнеров.
Еще одна новая сфера, касающаяся энергетики, – это наше сотрудничество между «Росатомом» и Комиссией по атомной энергии Пакистана. Сейчас в практическом плане обсуждается конкретное взаимодействие в сфере неэнергетического использования ядерной энергии в мирных целях, в частности, в медицине и промышленности.
Эти и другие направления, которые также будут обсуждаться в рамках Межправительственной комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству между Россией и Пакистаном, помогут придать дополнительную устойчивость нашим связям.
Вопрос (обоим министрам, перевод с английского): Российская вакцина «Спутник V» была одобрена в Пакистане для частного использования на коммерческой основе. Она завоевала серьезную популярность, особенно среди молодых пакистанцев. Могли бы Вы подробнее рассказать о возможностях для расширения российско-пакистанского сотрудничества в области производства и распространения «Спутника V»?
С.В.Лавров (отвечает после Ш.М.Курейши): Мы действительно обсуждали этот вопрос. В Пакистан уже поставлено 50 тыс. доз, скоро поступят еще 150 тыс. Как сказал Ш.М.Курейши, потребности Пакистана неизмеримо больше, но пока все упирается в способность производить эту вакцину не только в Российской Федерации, но и в странах, являющихся нашими зарубежными партнерами. Такое производство уже налажено в Индии, Белоруссии, скоро начинается в Республике Корея и ряде других стран.
Будем готовы в силу имеющихся возможностей стараться помочь пакистанским коллегам удовлетворить их потребности. Но у нас есть обязательства перед теми странами, которые раньше обратились к нам с этой просьбой.
Это очень перспективная тема. Наши соответствующие эксперты будут работать над ее реализацией.
Вопрос (перевод с английского): Какова текущая ситуация со строительством пакистанского газопровода «Север-Юг»?
С.В.Лавров: Подробно об этом уже говорили. Есть Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Исламской Республики Пакистан о сотрудничестве в реализации проекта строительства газопровода «Север-Юг» от 2015 г. Сейчас обсуждается протокол к нему, поскольку возникли обстоятельства, которые должны быть дополнительно учтены. Как только пакистанские коллеги будут готовы подписать протокол, проект начнет реализовываться.
Вопрос (обоим министрам): Ранее Россия подписала меморандум о взаимопонимании с Ираном и Пакистаном по проекту морского газопровода «Иран-Пакистан-Индия». Однако об этом проекте уже довольно давно ничего не слышно. Рассматривается ли он сейчас в практическом плане? Или он заморожен из-за обострения противоречий между Индией и Пакистаном?
С.В.Лавров: Сегодня эта тема не обсуждалась.
Вопросы с Исламабадом по газопроводу «Север-Юг» скоро будут согласованы — Лавров
Москва рассчитывает, что все технические вопросы, необходимые для начала строительства газопровода «Север-Юг», будут согласованы с Исламабадом в ближайшее время, заявил глава МИД РФ Сергей Лавров. «В сфере практической кооперации нам также есть чем гордиться. Прошедший год оказался рекордным для двустороннего товарооборота: он вырос на 46% и составил $790 млн. Прилагаем необходимые усилия для начала строительства газопровода „Север-Юг“ — флагманского проекта в энергетике», — сказал Лавров в интервью пакистанской газете «News International».
«Рассчитываем, что в самое ближайшее время будут согласованы все остающиеся технические вопросы. Российские компании готовы участвовать в модернизации энергетического сектора и железнодорожной системы Исламской Республики Пакистан», — цитирует «Интерфакс» министра.
МГП «Север — Юг», который сейчас называется «Пакистанский поток», протянут от СПГ-терминалов в портах Карачи и Гвадар до ТЭС и промпотребителей газа в г. Лахор на севере Пакистана, а в г. Мултан предусмотрена точка привязки к газопроводу ТАПИ. Протяженность газопровода по плану — 1,1 тыс км, пропускная мощность — до 12,3 млрд куб. м в год. В декабре 2019 года с российской стороны сменился консорциум строительства: по просьбе Пакистана из него исключен Ростех, в отношении которого опасаются санкций. К другому участнику консорциума — Трубной металлургической компании — тоже были вопросы относительно вероятных санкций, однако власти Пакистана признали участие ТМК правомерным. ТМК — основной акционер пакистанской компании-оператора проекта Oriental Stream Limited.
В марте сообщалось, что консорциум российских инвесторов в проекте строительства газопровода «Пакистанский поток» получит не менее 26%. Контрольный пакет получит Пакистан.
Ток на экспорт
Началась реализация энергопроекта CASA-1000
Текст: Артем Петров (Бишкек)
В Киргизии началось строительство инфраструктурных объектов, необходимых для реализации проекта СASA-1000. Об этом сообщили в ОАО "Национальная электрическая сеть Кыргызстана" (НЭСК).
Как сказали в акционерном обществе, работы стартовали в Баткенской области КР, затем возведение объектов, необходимых для прокладки линий электропередачи, продолжится в Ошской и Джалал-Абадской областях республики.
- Планируется модернизация электросетевого комплекса, строительство подстанций и высоковольтной ЛЭП, которые позволят Киргизии и Таджикистану экспортировать вырабатываемую в стране электроэнергию в летнее время в Пакистан и Афганистан, - отметили в НЭСК.
Осуществляет работы в рамках проекта турецкая компания, победившая в международном тендере. "Коммерческая эксплуатация CASA-1000 начнется через два года. Но перед этим странам-участницам необходимо проложить 1,4 тысячи километров линий электропередачи и построить конверторные подстанции в Таджикистане и Пакистане", - отметили в компании.
По данным НЭСК, по территории республики в малонаселенных районах пройдет 455-километровый участок прокладываемой ЛЭП. В том случае, если частные дома попадут в так называемый коридор строительства шириной 90 метров, то их жителей будут переселять.
- Мы в тесном взаимодействии с владельцами домов, чья недвижимость подпадает под изъятие, подготовили соответствующий план действий. Основной компонент политики переселения - по мере возможности избегать его. Чтобы снизить необходимость в изъятии земель и сносе жилых объектов, принят наиболее оптимальный вариант проектирования маршрута ЛЭП, который минимизировал и смягчил последствия воздействия проекта на окружающую среду и людей, - пояснили в НЭСК.
Согласно официальным данным, общая стоимость CASA-1000 - 1,1 миллиарда долларов. Киргизия инвестирует в реализацию проекта около двухсот миллионов долларов, которые республике на льготных условиях предоставят международные финансовые институты - Всемирный банк, Исламский банк развития.
Согласно расчетам НЭСК, ежегодный экспорт электроэнергии в рамках CASA-1000 будет приносить стране около 80 миллионов долларов. Все вложения планируется окупить за 15 лет.
- Ожидается, что проект будет давать высокую прибыль. При внутренней тарифной политике модернизация энергетических объектов, тем более строительство новых мощностей невозможны. Это первая коммерчески выгодная инициатива в секторе энергетики за всю историю независимости республики, - подчеркнули в НЭСК.
Независимые эксперты тем временем ставят под сомнение не только прибыльность CASA-1000, но и вообще необходимость строительства такой линии электропередач. Современная Киргизия испытывает увеличивающийся год за годом дефицит электроэнергии. "Как можно обсуждать экспорт киловаттов в условиях их нехватки для внутреннего потребления"? - задаются вопросом специалисты.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Республики Индия С.Джайшанкаром по итогам переговоров, Нью-Дели, 6 апреля 2021 года
Дамы и господа,
Дорогой друг,
Господин Субраманиам Джайшанкар,
Наши переговоры были конструктивные, полезные, доверительные, как это и принято в отношениях между Россией и Индией.
Эти отношения носят традиционно взаимоуважительный, самоценный характер и не подвержены конъюнктурным колебаниям. С удовлетворением констатировали сохранившуюся, несмотря на пандемию коронавируса, высокую динамику двустороннего политического диалога. У нас общее мнение о том, что это подчеркивает зрелость и значительную устойчивость наших отношений, характеризующихся в документах, подписанных на высшем уровне, как особо привилегированное стратегическое партнерство.
Большое внимание уделили вопросам наполнения предстоящих двусторонних контактов, в том числе на высшем уровне, имею в виду визит Президента Российской Федерации В.В.Путина в Республику Индия. Передал моему коллеге устное послание Президента России В.В.Путина на имя Премьер-министра Индии Н.Моди, в том числе по этим вопросам.
Договорились приложить совместные усилия в целях преодоления вызванного пандемией спада в товарообороте. Намерены наращивать инвестиционное взаимодействие в соответствии с действующими в двух странах национальными программами. Особое внимание уделили таким сферам, как энергетика, включая ядерную, мирное освоение космического пространства, транспортно-инфраструктурные проекты, в том числе на Дальнем Востоке и в Арктическом регионе. Решению этих задач будет способствовать проведение в ближайшее время встречи сопредседателей и очередного заседания межправительственной российско-индийской комиссии по торгово-экономическому, научно-техническому и культурному сотрудничеству.
Высказались в пользу активизации работы над обновленным межправительственным соглашением о взаимной защите капиталовложений, а также увеличения доли национальных валют во взаиморасчетах.
Налаживание торгово-экономического взаимодействия с Нью-Дели – один из приоритетов Евразийского экономического союза. В соответствии с достигнутыми ранее договоренностями рассчитываем на скорейший запуск переговоров о заключении соглашения о зоне свободной торговли между ЕАЭС и Индией на основе принципа взаимной выгоды.
Обсудили состояние и перспективы двустороннего военно-технического сотрудничества, включая совместное производство в Индии современных видов вооружений. В этой стратегически важной области Россия остается для Нью-Дели ведущим внешним контрагентом. Отмечу, что мы – единственный партнер, который на деле передает Индии новейшие военные технологии. Убеждены, что дальнейшее углубление российско-индийского ВТС соответствует национальным интересам обоих государств. При этом уважаем право индийских друзей диверсифицировать свои связи в данной области.
Положительно оценили развитие кооперации в сфере мирного освоения космоса с особым упором на такие направления, как пилотируемые программы, ракетное двигателестроение и спутниковая навигация.
Обмен мнениями по ключевым темам современности и острым региональным проблемам показал совпадение или близость подходов. В этом ключе мы рассмотрели такие вопросы, как мирное урегулирование в Афганистане, сирийский кризис, ситуацию вокруг иранской ядерной программы, положение в Мьянме. Обсудили обстановку на Евразийском континенте и в целом в АТР, включая наши отношения с АСЕАН. С обеих сторон была подчеркнута важность сохранения центральной роли АСЕАН в различных сформировавшихся в этом регионе форматах. Дали высокую оценку тесному сотрудничеству России и Индии на международной арене, в том числе на таких площадках, как ООН, ШОС, «Группа двадцати», БРИКС, где Индия в этом году председательствует. Отметили востребованность взаимодействия в формате РИК, а также в рамках ВАС. Признательны индийским партнерам за ответственный подход в мировых делах, за плотную координацию по значимым для наших стран вопросам. Дополнительный импульс этой координации придает членство Индии в СБ ООН в 2021-2022 годах.
Удовлетворен итогами переговоров и обоюдным настроем на дальнейшее расширение многопланового сотрудничества между нашими странами.
Пригласил своего коллегу и друга посетить с ответным визитом Российскую Федерацию. Рассчитываю, что это произойдет в обозримом будущем.
Вопрос (перевод с английского): В последние годы растет политическое доверие и военное сотрудничество между Россией и Китаем. Это ведет к разговорам о возможности создания военного союза. Считает ли МИД России, что вы идете в этом направлении?
С.В.Лавров: Нет. В двусторонних документах, одобренных на высшем уровне в ходе российско-китайских саммитов, зафиксировано, что наши отношения достигли лучшего за всю историю уровня, но не преследуют цель создания военного союза.
Слышим спекуляции про военный союз не только в связи с российско-китайскими отношениями. Есть разговоры и о том, чтобы продолжать продвигать проекты создания «ближневосточного НАТО», а в последнее время заговорили даже об «азиатском НАТО».
Обменялись сегодня мнениями на этот счет. У нас с индийскими друзьями общая позиция, что это будет контрпродуктивно. Заинтересованы в том, чтобы сотрудничество было инклюзивным и в пользу чего-то, а не против кого-то.
Вопрос (обоим министрам, перевод с английского): Есть ли вероятность, что российская вакцина «Спутник V» будет одобрена для экстренного использования в Индии? Обсуждалась ли возможность закупки Россией индийской вакцины «COVAXIN»?
С.В.Лавров: У нас тесные контакты с индийскими друзьями. Российский фонд прямых инвестиций заключает контракты с несколькими индийскими контрагентами для производства вакцины «Спутник V» в общем количестве 750 млн доз. Это становится возможным благодаря имеющимся на территории Индии мощностям. Не исключаю, что дальнейшее сотрудничество в этой сфере охватит и производство вакцины на российской территории. Специалисты должны это обсуждать и исходить из максимальной эффективности такого рода взаимодействия.
Вопрос: Как бы Вы прокомментировали последние заявления украинских чиновников и офицеров о ситуации в Донбассе? Насколько близко регион подходит к эскалации? Какова позиция США и Европы по этому вопросу?
С.В.Лавров: На этот счет было много аналитических статей, репортажей. Нас это тревожит. Говорим об этом европейским коллегам. Надеемся, что соответствующее понимание имеется и в Вашингтоне.
К сожалению, пока действия и реакция западных коллег на наращивание военной инфраструктуры, переброску войск к линии соприкосновения в Донбассе разочаровывают. Они по-прежнему исходят из того, что нужно всячески, всемерно поддерживать украинскую власть, в том числе в ее абсолютно неприемлемых действиях и заявлениях.
Президент Украины В.А.Зеленский и те, кто отвечают за работу в «нормандском формате» и Контактной группе по Донбассу, постоянно заявляют о том, что Минские соглашения нужны только чтобы сохранять санкции Запада против России. Либо требуют их полного пересмотра, либо предлагают нарушать согласованные форматы, приглашать откровенно проукраинских представителей в «нормандский формат» и Контактную группу. Все это прискорбно. Не видели никакой реакции на эти заявления со стороны западных коллег, хотя очевидные нарушения Киевом всех Минских договоренностей налицо.
Теперь Киев перешел от критики политических рамок урегулирования кризиса в Донбассе к угрозам военных действий. Надеюсь, это все-таки поможет «встряхнуть» благостное отношение в европейских столицах. Они потребуют от В.А.Зеленского выполнять Минские договоренности в полной мере, для того чтобы на деле начинать через диалог с Донецком и Луганском, как того требует «Комплекс мер» по выполнению Минских соглашений, продвигаться к устранению угроз в сфере безопасности, прекращению обстрелов гражданского сектора, от чего гибнут мирные жители (это уже далеко не в первый раз), определяться в этом прямом диалоге с вопросами окончательного статуса районов, о которых идет речь, с вопросом о проведении там выборов на согласованных с Донецком и Луганском условиях. Все это хорошо известно. К сожалению, каждый раз, когда «нормандский формат» встречается в том или ином качестве – на уровне лидеров, представителей или сотрудников министерств иностранных дел – мы не видим энергичных действий со стороны французских и германских коллег по приведению украинской стороны «в чувство». Сейчас слишком много свидетельств того, что это требуется сделать безотлагательно.
Вопрос (перевод с английского): Москва играет ведущую роль в мирном процессе в Афганистане. Можно делить власть с Движением талибов. Может ли это стабилизировать ситуацию в Афганистане? Будучи крупной державой в регионе, важной силой, может ли Россия взять на себя ответственность в качестве гаранта безопасности в Афганистане? В каких областях Россия и Индия могут сотрудничать в Афганистане?
С.В.Лавров: Что касается талибов. Движение «Талибан» – это часть афганского общества. Решение об урегулировании в Афганистане должно быть таким, чтобы оно предусматривало участие всех политических и этноконфессиональных групп в Афганистане, иначе оно не будет устойчивым. Это решение должно опираться на баланс интересов этих объединений, включая их представительство в органах власти. Любой иной путь, предполагающий исключение той или иной группы из процесса, не привёл бы к договорённости, которая была бы выполнима и устойчива, содержал бы риск возобновления боевых действий. А это не является задачей никого из участников нынешнего процесса.
Рассчитываем, что договорённости, заключённые между Соединёнными Штатами и «Талибаном» при прошлой Администрации США, будут выполняться, потому что они действительно в своё время создали шанс на достижение согласия между всеми противоборствующими сторонами. Будет печально, если они разрушатся.
Что касается обеспечения безопасности Афганистана, то в первую очередь это зависит от того, как быстро и эффективно будет достигнуто урегулирование. Оно должно включать вопросы политического устройства, представительства во власти и обеспечения безопасности. Россия уже многие годы немало делает для того, чтобы укрепить потенциал афганских сил безопасности, афганской армии: готовим персонал, поставляем продукцию военного назначения, в т.ч. на льготных или даже безвозмездных условиях.
Исходим из того, что с воссоединением и с урегулированием всех вопросов политического плана международное сообщество будет в состоянии более активно помогать укреплению афганских сил безопасности. Разумеется, мы не можем сбрасывать со счётов общерегиональный контекст. Параллельно с решением вопросов внутриафганского урегулирования мы приветствовали бы процесс консультаций, переговоров о том, как подкрепить эту договорённость согласием по мерам доверия, по укреплению безопасности уже и с вовлечением соседей Афганистана. С Индией у нас очень близкие позиции.
Всегда выступаем за то, чтобы соседи и все влиятельные страны региона участвовали в создании условий, которые позволили бы афганцам договориться между собой. Считаем, что оптимальным форматом привлечения внешних игроков является т.н. «Московский формат». Мы несколько раз собирали его участников. Напомню, что это не только непосредственные соседи Афганистана, – это все страны Центральной Азии, Индия, Пакистан, Китай, Иран, США и Российская Федерация. Готовы провести соответствующие консультации, если это будет признано целесообразно всеми названными мной странами. Будем рассчитывать на то, что это подтолкнёт процесс межафганских переговоров, который, как вы знаете, начался в столице Катара, Дохе, но в последнее время столкнулся с серьёзными проблемами и «забуксовал».
Повторю ещё раз: сейчас накапливается целый ряд факторов, которые необходимо прояснить, чтобы понять, как нам действовать дальше в афганском урегулировании с точки зрения «внешнего вклада» в создание необходимых условий. Договорились сегодня с Министром иностранных дел Индии С.Джайшанкаром о том, что наши спецпредставители по Афганистану будут оставаться в тесном контакте на регулярной основе.
Вопрос: Ранее Вы отмечали, что США жестко «давят» на Индию в вопросе военно-технического сотрудничества с Россией. Затруднило ли это реализацию уже существующих договоренностей с Нью-Дели и переговоры по новым контрактам?
С.В.Лавров: Не я отмечал, что США оказывали давление на Индию и на любую другую страну, которая имеет или планирует подписать контракты с Россией на поставку вооружений. Это публично заявлено США, без всяких стеснений. Все это хорошо знают. Так же хорошо знаем ответную реакцию со стороны Индии.
Американские «заходы» сегодня не обсуждали. Подтвердили нашу нацеленность на развитие военно-технического сотрудничества (ВТС). У нас действует Межправительственная комиссия по ВТС, у которой есть свои планы. В том числе обсуждаются перспективы дополнительного производства российской военной техники на территории Индии в рамках концепции «Делай в Индии» и «Самодостаточная Индия». Не почувствовал здесь колебаний со стороны наших индийских друзей и партнеров.
Лавров заявил о намерении возобновить «московский формат» по Афганистану
Россия планирует возобновить работу «московского формата» по Афганистану, заявил глава МИД РФ Сергей Лавров в интервью индийскому изданию “Hindustan Times”.
Он подчеркнул, что Индия является важным игроком в вопросе урегулирования ситуации в ИРА и должна привлекаться к международным усилиям по содействию афганскому примирению, в частности, в рамках «московского формата».
«Нью-Дели не является участником консультаций расширенной «тройки» по Афганистану, под эгидой которой 18 марта в Москве были организованы межафганские консультации с целью содействия запуску мирного процесса в ИРА. Вместе с тем Индия входит в члены «московского формата», объединяющего государства – соседи Афганистана, ключевые страны региона и США», – отметил российский министр.
Он добавил, что этот формат «позволяет координировать оказание содействия процессу национального примирения на широкой региональной основе».
Напомним, что в прошлом месяце в Москве состоялось заседание расширенной «тройки» по Афганистану при участии России, США, Китая и Пакистана, а также прошли переговоры между афганскими политическими деятелями и талибами.
Индийскую сторону на московскую встречу не пригласили. Как уже сообщал «Афганистан.Ру», официально Нью-Дели не стал комментировать ситуацию, однако в индийских СМИ зазвучали резкие требования пересмотреть отношения с Москвой; США инициировали участие Индии в стамбульской встрече — хотя Россия, по данным правительственных источников “The Indian Express”, возражала и против этого тоже.
Будущее мировой энергетики — уголь?
Оптимисты готовятся к приходу водорода, пессимисты предлагают экономить нефть, а реалисты знают, что скоро начнется новая эра угля.
В последнее время общественное мнение, сформированное борцами за климатическую нейтральность, представляет угольную отрасль как неизбежную жертву декарбонизации. Однако статистические данные весьма упрямы, так вот, они свидетельствуют, что потребление угля в мире растет. Более того, даже аналитики Международного аналитического агентства (МЭА) ожидают роста спроса на этот энергоноситель в 2021 г. на 2,6%.
Сейчас по нарастающей идет процесс закрытия неэффективных угольных ТЭС в Северной Америке и в ряде стран ЕС. Но эта тенденция не носит повсеместный характер. Как отметил директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев, уголь очень неравномерно распределен по планете и основные его залежи находятся в Манчжурии, Казахстане, Сибири на Дальнем Востоке России — там сосредоточено порядка 70% мировых запасов этого энергоносителя. Поэтому сокращение угольной генерации в ЕС и Соединенных Штатах не является признаком того, что уголь сдает свои позиции в мировой энергетике. Спрос на него по-прежнему остается стабильным и даже растущим. Более того, например, такая важная промышленная отрасль как металлургия пока просто не может обойтись без угля.
Кстати, европейское законодательство уже позаботилось о своих металлургических предприятиях и дало им возможность в качестве исключения не считать углеродный след ее продукции, поэтому коксующемуся углю всегда найдется дорога в ЕС.
Координатор программ Проектного офиса развития Арктики (ПОРА) Андрей Иванов заметил, что угольную генерацию необходимо рассматривать в исторической перспективе: «Уголь, который доминировал в 19 веке и первой половине 20 века, до сих пор занимает одну треть в мировом энергобалансе. Эволюционный путь энергетика проходит неравномерно. Нельзя нажать кнопку и перейти сразу на ВИЭ. Кроме того, не стоит забывать про своеобразный парадокс: доля ВИЭ действительно растет, но из-за очень динамичного роста мирового энергопотребления физические объемы использования других энергоносителей тоже растут. В этом нет противоречия. Получается, что за 10 лет доля угля с 30% в физическом выражении могла увеличиться к 2020 году до 40-50%. То есть доля угля в мировом энергобалансе может снижаться, но физические объемы его потребления продолжают расти из-за увеличения энергопотребления. Второй существенный момент заключается в том, что угля очень много, поэтому страны, у которых есть угольные месторождения, как например Польша, продолжают его использовать. Глупо не брать лежащий под ногами ресурс», — рассказал эксперт. Он также напомнил, что в металлургии технологии по замещению коксующегося угля только стартовые, поэтому добыча коксующегося угля — это элемент, соответствующий современному уровню развития промышленности.
Журавлев добавил, что нефть и газ — это меньше 5% от мировых запасов углеводородов. «Основные углеводороды — это уголь и по массе, и по энергоемкости. Поэтому уголь — это тот углеводород, который закончится последним», — указал эксперт.
По самым скромным подсчетам, запасов угля при нынешнем уровне потребления хватит более чем на 500 лет, а нефти и газа — максимум на 120 лет.
Стоит отметить, что в настоящее время уголь остается важным топливом для стран Азии, на долю которых приходится 75% мирового потребления угля. Кстати, еще в 2019 году главным импортером угля в мире была не Индия или Китай, а высокотехнологичная Япония — 17,9% мирового импорта ($23 млрд), буквально на пятки ей наступает Индия — 17,4% ($22 млрд), затем идет Китай -14,6% ($18,9 млрд), Южная Корея -10,8% ($14 млрд), прочие страны Азии — 5,39% ($6,98 млрд). Любопытно, но после стран Азии сразу же идет Германия, которая занимала в 2019 году 3,54% мирового импорта угля, опережая такие страны как Турция, Вьетнам, Малайзия и Бразилия.
Для российских угольных компаний одним из наиболее важных экспортных направлений является китайский рынок, который, несмотря на программу замещения угольной генерации, бурно развивается. Более того, в прошлом году из-за прекращения поставок австралийского угля в КНР образовался дефицит предложения прежде всего коксующегося угля. В результате к концу 2020 года цена на коксующийся уголь с доставкой в китайские порты превысила $200/т. Этим смогли воспользоваться российские компании, которые, начиная с октября прошлого года, быстро нарастили поставки. В декабре экспорт коксующегося угля из России в Китай достиг 1,18 млн т по сравнению с 17 тыс. т в том же месяце 2019 г. Всего в прошлом году российские компании поставили в Китай 6,73 млн т коксующихся углей разных марок — на 23,6% больше, чем в 2019 году. Ожидается, что и в 2021 году поставки российского угля в Китай вырастут, но, что особенно обидно, рост будет ограничен пропускной способностью Транссиба и Байкало-Амурской магистрали (БАМа). О том, что развитие российского угольного экспорта сдерживается несовершенной железнодорожной логистикой, говорил в 2017 году заместитель министра энергетики Анатолий Яновский: »К сожалению, наращивание экспортных потоков российского угля сдерживается. В настоящий момент основным препятствием является загруженность железных дорог. Они работают на максимуме и не могут перевезти больше в восточном направлении. Поэтому правительство решило расширить Транссибирскую магистраль и БАМ, что позволит нам преодолеть существующие ограничения», — сообщил чиновник в интервью ТАСС. Прошло уже 4 года, но так ничего не поменялось, хотя очевидно, что китайское направление в ближайшие годы будет очень востребованным.
Доцент ВШЭ Станислав Рогинский считает, что Китай будет использовать уголь, пока продолжится рост экономики страны: «По мере нахождения альтернатив углю в КНР не будут повышать процентную долю угольной генерации. Однако, если будет необходимо, Пекин обеспечит рост потребления угля», — пояснил Рогинский.
Директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин подчеркнул, что в настоящий момент перед активным внедрением технологий декарбонизации уголь имеет окно возможностей, но оно ограничено этим десятилетием. «Планы по закрытию угольных электростанций есть везде. К середине 30-х годов в ЕС останется очень мало угольных электростанций, кроме, пожалуй, Польши. Но Великобритания, Германия и другие европейские страны уже заявили о намерении отказаться от угля. При этом сейчас под возобновляемые источники энергии требуется гарантированный резерв мощностей, которые как раз и должны обеспечивать угольные электростанции», — рассказал эксперт.
По его словам, этот процесс наблюдался в прошлом году, когда вначале шел резкий спад производства электроэнергии из-за пандемии, а потом оно резко выросло, и для обеспечения этого роста европейцам пришлось добавлять в том числе угольную генерацию.
«Тем не менее, в дальнейшем пойдет процесс активного закрытия угольных шахт, при этом угольные электростанции останутся работать, и им будет требоваться сырье. Поэтому российский уголь будет востребован, особенно в странах АТР. Например, Китай, который ввел эмбарго на поставки австралийского угля, активно закупает российское сырье»,
— заметил Пикин. В то же время он напомнил, что это окно возможностей открывается не навсегда: «Уже к 2025 году мы можем увидеть другую динамику: вместо роста снижение. Поэтому уже сейчас российские угольные регионы необходимо переориентировать на другие отрасли», — указал эксперт.
По мнению Яновского, объемы потребления угля в мире будут не снижаться, а только расти. Это связано с увеличением числа населения земли и необходимостью решения вопроса энергетической бедности. Да, доля возобновляемых источников электроэнергии — солнца и ветра — будут расти, но уголь не сдаст свои позиции и будет занимать свою нишу.
По данным ЦДУ ТЭК, в последние 20 лет добыча угля в России росла среднегодовыми темпами в 2,2% (CAGR), достигнув в 2020 г. отметки в 401,4 млн т. Основным драйвером роста угольной промышленности в рассматриваемый период были экспортные поставки. Несмотря на пандемию в 2020 году отгрузки российского угля на экспорт увеличились на 0,9%, до 195,09 млн т. В январе 2021 г. угледобывающие компании России поставили на экспорт угля на 1,4%, больше, экспортные объемы достигли почти до 34 млн т. В январе 2021 г. погрузка угля на железнодорожные сети выросла на 5,2% до 30,8 млн т.
Согласно принятой в июне 2020 года «Программе развития угольной промышленности России на период до 2035 года» экспорт российского угля в 2035 году должен составить 259-397 млн т. То есть по этому показателю Россия должна будет догнать Австралию, которая уже несколько лет является ведущим экспортером угля в мире (в 2018 году она продала 382 млн т).
Представители отрасли в интервью «НиК» отметили, что помимо АТР в последнее время резко вырос спрос на уголь в странах Северной Африки. Например, импорт российского энергетического угля в Египет вырос в 2020 г. по сравнению с 2019 г. на 43%, примерно до 1 млн т. Кроме того, росли отгрузки в Пакистан, Бразилию, Турцию. До кризисного 2020 года российский экспорт угля был ориентирован главным образом на восемь крупнейших потребителей: Корею (25,6 млн т), Китай (22,5 млн т) и Японию (18,1 млн т), Украину (14,2 млн т), Германию (13,8 млн т), Польшу (13,3 млн т), Нидерланды (12 млн т) и Турцию (11,8 млн т).
Касаясь внутреннего рынка, стоит заметить, что объемы потребления коксующегося угля достаточно стабильны. Но потребление энергетического угля в большой электроэнергетике и в сфере ЖКХ за счет газификации регионов постепенно сокращается, хоть и не во всех регионах.
Станислав Рогинский считает, что уголь является неотъемлемой частью российского энергобаланса. «В тех российских регионах, куда еще не дошла газификация, уголь пока остается важным энергосырьем», — подчеркнул эксперт.
Эксперты указывают: главная проблема российской газовой отрасли заключается в том, что в настоящее время уголь в нашей стране рассматривают исключительно как энергосырье.
Хотя очевидно, что ренессанс угольной энергетики будет основываться не на банальных угольных котельных, а на применении синтетического газа и моторного топлива.
Энергетика будущего потребует чистых угольных технологий на всех стадиях цепочки добыча — переработка — транспорт — использование.
Между прочим, технология превращения угля в газообразное топливо была запатентована еще в 1788 в Британии. В США к 1925 году в газ перерабатывалось до 25 млн тонн угля. Кстати, в СССР в конце 1950-х годов из угля производилось около 35 млрд кубометров газа. Сейчас ведутся работы по созданию установок комбинированного цикла, которые на первом этапе газифицируют уголь. Этим, в частности, занимается компания Siemens и другие энергетические холдинги. В 2013 году министр энергетики и угольной промышленности Украины Эдуард Ставицкий подписал соглашение с китайской CNCEC и ее дочерней компанией «Вухуань Инжиниринг» о сотрудничестве в строительстве на Украине заводов по производству синтетического природного газа из угля. В 2011 году оператор Поронайского порта на восточном побережье Сахалина — компания «САС-Сервис» — прорабатывала вопрос строительства в Поронайске НПЗ и завода углехимии для производства метанола. Однако этот проект так и не был реализован, хотя еще в 2004 году сообщалось, что ученые института углехимического синтеза Иркутского государственного университета разработали технологию газификации бурых углей и применения их в котельных вместо мазута.
По мнению Дмитрия Журавлева, Россия просто обречена на развитие углехимии, поскольку в этом заключается будущее применения этого сырья. Сергей Пикин напомнил, что в конце химической цепочки из угля можно получать тот же водород, но с утилизацией углекислого газа. Пока в России этим практически никто не занимается.
Станислав Рогинский пояснил, что созданию технологий, которые могли бы обеспечить повышение экологическое качество угольной энергетики, мешают экологи. «Такие работы ведутся в разных странах — в Китае, Германии, Польше. Однако при постоянном давлении экологического лобби не понятно, насколько они будут эффективны», — заявил эксперт.
Кроме того, эксперты отметили, что с углем можно разрабатывать и сопутствующие ему полезные ископаемые, в частности, сланцевый газ: «Очень часто углю сопутствует сланцевый газ — это гигантские запасы метана угольных пластов, то, что периодически взрывается и горит. По российскому законодательству лицензии выдаются только на определенный тип запасов, а добыча угля и добыча газа — это разные технологии», — заметил Андрей Иванов.
Владимир Бобылев
ВМС Ирана и ВМС Пакистана проводят совместные морские учения
ВМС Пакистана отправляются из Бандар-Аббаса в обозначенный район для проведения совместных военно-морских учений в водах Персидского залива и Оманского залива.
Капитан Реза Шейбани, начальник штаба первого военно-морского района ВМС Ирана, который также выступает в качестве представителя совместных учений, сделал заявление во вторник, заявив, что цель этих военно-морских учений - повысить боеспособность и обмен информацией и военными знаниями между двумя военно-морскими силами Ирана и Пакистана.
Эти учения призваны продемонстрировать военно-морскую мощь и синергию и установить конструктивное и динамичное взаимодействие для создания прочного мира и безопасности в регионе, а также провести совместные военно-морские операции, включая воздушные и морские перевозки, а также совместные операции Passex с иранским и пакистанским военно-морскими силами в водах Персидского залива и Оманского залива, добавил он.
По словам Шейбани, в учениях участвуют подразделения ВМС, состоящие из эсминца «Альборз» и ракетоносца, вертолетов, а также подразделения боевых и вспомогательных подводных лодок ВМС Пакистана, сообщает Mehr News.
Ссылаясь на важность единства и сближения военно-морских сил в этом стратегическом регионе, он добавил, что создание безопасности странами региона приведет к росту, развитию безопасности и, в конечном итоге, процветанию мировой торговли.
Пакистанский флот, состоящий из двух военно-морских судов, пришвартовался в субботу утром в Бендер-Аббасе для дальнейшего укрепления двусторонних и дружественных отношений с Ираном.
С посланием солидарности, мира и процветания иранскому народу и региону пакистанская военно-морская флотилия присутствовала в Бендер-Аббасе с 3 по 6 апреля.
Пакистанский флот входит в Бендер-Аббас каждый апрель, чего не произошло в прошлом году из-за пандемии коронавируса, сказал начальник штаба ВМС Исламской Республики Иран.
Страны Южной Азии приходят в норму, но восстановление остаётся неустойчивым
Основным условием устойчивого роста являются быстрая и справедливая вакцинация и профилактическая медицинская помощь
В странах Южной Азии улучшаются перспективы экономического оживления: ожидается, что темпы экономического роста в 2021 году составят 7,2 процента, а в 2022 году – 4,4 процента; это – возвращение с исторического минимума в 2020 году, и означает выход региона на траекторию восстановления. Однако экономический рост неравномерен, а экономическая активность значительно ниже оценок, сделанных до пандемии COVID-19. Многим предприятиям необходимо компенсировать недополученные доходы, а миллионы работников, большинство из которых заняты в неформальном секторе, все ещё не оправились от последствий потери работы, падения доходов, углубления неравенства и пробелов в развитии человеческого капитала. Об этом говорится в докладе с анализом экономической ситуации в регионе, который Всемирный банк публикует раз в полугодие.
Исследование, проведённое авторами опубликованного сегодня доклада «Южная Азия вакцинируется» – последнего из серии докладов («В центре внимания экономика стран Южной Азии» (South Asia Economic Focus: South Asia Vaccinates), показывает, что, вероятнее всего, исторические темпы экономического роста в регионе восстановятся к 2022 году. На восстановление экономической активности ясно указывают данные об энергопотреблении и мобильности. Ожидается, что темпы роста в Индии, на которую приходится основная часть экономики региона, превысят 10 процентов в 2021-2022 финансовом году, что на целых 4,7 процентных пункта выше прогнозных показателей, составленных в январе 2021 года.
Прогнозы по Бангладеш, Непалу и Пакистану также были пересмотрены в сторону повышения благодаря притоку денежных переводов, который оказался лучше ожидаемого: предполагается, что в 2021 году валовой внутренний продукт (ВВП) Бангладеш увеличится на 3,6 процента; прогнозируемый рост ВВП Непала в 2021-2022 финансовом году составит 2,7 процента, а к 2023 году восстановится до 5,1 процента. В Пакистане, как ожидается, темпы экономического роста в 2021 году достигнут 1,3 процента, что несколько выше прежних прогнозов.
Улучшение экономического прогноза отражает усилия стран Южной Азии по установлению контроля над распространением COVID-19 и быстрому развёртыванию кампаний по вакцинации. В докладе отмечается, что принятое правительствами решение перейти от широкомасштабных ограничений к более целенаправленным мерам, адаптивной денежно-кредитной политике и предоставлению налогово-бюджетных стимулов (в виде адресных денежных трансфертов и программ компенсаций для сохранения рабочих мест) также способствовали восстановлению экономики.
«Мы с воодушевлением наблюдаем явные признаки экономического оживления в странах Южной Азии, но пандемия ещё не остановлена, а характер восстановления экономики пока неустойчив, что говорит о необходимости сохранять бдительность», – отметил Хартвиг Шэйфер, вице-президент Всемирного банка по региону Южной Азии. – «В дальнейшем странам Южной Азии необходимо ускорить темпы вакцинации и разумно инвестировать свои ограниченные ресурсы, чтобы заложить основу для более инклюзивного и устойчивого будущего».
Пандемия обнажила глубоко укоренившееся неравенство и уязвимые места в странах Южной Азии, но при этом она даёт шанс проложить путь к более справедливому и устойчивому восстановлению. В этой связи авторы доклада рекомендуют правительствам развивать системы всеобщего социального страхования для защиты работников неформального сектора, расширять региональное сотрудничество, а также снять таможенные ограничения на основные продукты питания, чтобы избежать резких скачков цен на продовольствие.
Для того, чтобы помочь новым поколениям граждан вырасти здоровыми и стать высокопроизводительными работниками, странам Южной Азии, где остро стоит проблема распространённости задержки роста у детей, и на которые приходится больше половины общемировой численности учащихся, прекративших обучение из-за COVID-19, необходимо наращивать инвестиции в человеческий капитал. В докладе отмечается, что государственные расходы на здравоохранение в странах Южной Азии являются самыми низкими в мире. В связи с этим авторы доклада рекомендуют странам продолжить инвестиции в профилактическую медицину, финансировать исследования в области здравоохранения и наращивать масштабы инфраструктуры системы здравоохранения, в том числе - для массового и быстрого производства вакцин.
«Для всех стран Южной Азии выгоды для здоровья и экономические выгоды, которые обеспечивает вакцинация, существенно выше затрат, связанных с закупкой и распределением вакцин», – подчеркнул Ханс Тиммер, главный экономист Всемирного банка по региону Южной Азии. – «Страны Южной Азии активизировали усилия по вакцинации населения, но возможности их систем здравоохранения ограничены: расходы на здравоохранение в этом регионе составляют всего 2 процента ВВП, – меньше, чем в любом другом регионе. Основная задача, которую предстоит решить, выглядит так: пересмотреть приоритеты использования ограниченных ресурсов и увеличить доходы бюджета, чтобы охватить всё население и достичь полного восстановления».
Всемирный банк, который является одним из крупнейших источников финансирования и знаний для развивающихся стран, предпринимает масштабные и быстрые действия, чтобы помочь развивающимся странам реагировать на медицинские, социальные и экономические последствия COVID-19. Эти действия включают в себя выделение 12 млрд долларов США в качестве помощи странам с низким и средним уровнем доходов для закупки и распределения вакцин от COVID-19, тест-систем и лекарственных средств, а также укрепления систем вакцинации. Средства выделяются в рамках более широких мер реагирования со стороны Группы Всемирного банка на COVID-19, которые помогают более 100 странам укреплять системы здравоохранения, поддерживать беднейшие домохозяйства и создавать условия для сохранения источников средств к существованию и рабочих мест в интересах тех, кто пострадал больше всего.
![Главное](/images/star.png)
Ответы на вопросы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе специальной сессии Международного дискуссионного клуба «Валдай» по Ближнему Востоку, Москва, 31 марта 2021 года
Вопрос: Тема нашей конференции – «Ближний Восток: в поисках утраченного возрождения». Вчера дискуссия носила достаточно живой характер. Поднимались вопросы о том, в какой степени Ближний Восток является субъектом международных отношений, какова его динамика с точки зрения позиционирования в мире, можем ли мы говорить о завершении «арабской весны». Как Вы видите роль Ближнего Востока в современном мире?
С.В.Лавров: Десятилетия назад, когда углеводороды стали движителем мирового развития, регион обрел колоссальное геополитическое значение, стал ареной различных игр, продиктованных попытками получить доступ к ресурсам.
Здесь расположено перекрестье многих международных путей – Суэцкий канал. Мы видели, что случилось, когда один контейнеровоз неудачно маневрировал в этой водной артерии.
Считаю, что значение региона сохранится, даже когда человечество перейдет к безуглеродной экономике. Такие цели сейчас ставятся. Называют 2050, 2060 годы. Наверняка значение углеводородов будет постепенно снижаться. Тем не менее, учитывая стратегическое значение Средиземного моря, Персидского залива, у меня нет сомнений, что большие игроки сохранят интерес к региону. К сожалению, на данном этапе этот интерес выливается в соперничество далеко не всегда дипломатическими методами.
Выступаем за то, чтобы Ближний Восток перестал быть ареной столкновений интересов ведущих держав. Необходимо сбалансировать эти интересы, примирить их как между странами БВСА, так и между партнерами, находящимися вне региональной структуры.
Наше предложение разработать концепцию безопасности в регионе Персидского залива шире (об этом тоже не надо забывать – она не только про Персидский залив) как раз про то, чтобы все страны-протагонисты внутри региона – прежде всего арабские монархии и Иран – собрались за одним столом. А вместе с ними были такие структуры, как Лига арабских государств (ЛАГ), Организация исламского сотрудничества (ОИС), «пятерка» постоянных членов Совета Безопасности ООН, Евросоюз. В такой конфигурации можно будет собрать за одним столом представителей всех значимых для БВСА игроков. Постараться начать процесс, как в свое время в Хельсинки, сделать что-то подобное в регионе в надежде на то, что, в отличие от общеевропейского «Хельсинкского процесса», здесь получится нечто более конструктивное.
Общеевропейский процесс был начат на основе компромисса, обеспечившего баланс интересов. Затем Запад стал его разрушать. Сейчас пытаются использовать создававшуюся в качестве общерегиональной Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) для того, чтобы продвигать свои интересы.
Надеюсь, что в регионе Ближнего Востока и Севера Африки мы сможем создать более жизнеспособные договоренности, которые позволят БВСА эволюционировать в направлении баланса интересов, не становиться в очередной раз территорией конфронтации больших стран.
Вопрос: Китайская Народная Республика (КНР), отношения с которой у нас дружественные и носят стратегический характер, в последнее время активизирует работу на Ближнем Востоке. Обозреватели и аналитики стали говорить о совершенно новом этапе во внешней политике Китая. Одно из ее измерений заключается в большем присутствии на Ближнем Востоке и повышенном интересе к региону. Обращает на себя внимание то, что последние инициативы Китая в какой-то мере идут по параллельным трекам с инициативами Российской Федерации. Это касается, например, коллективной безопасности в Персидском заливе, палестино-израильского конфликта, некоторых других направлений. Что Вы можете сказать по этому поводу? Как нам нужно рассматривать эту активность Китая?
С.В.Лавров: Китай – глобальная держава, имеющая интересы во всех регионах мира. КНР продвигает свои экономические проекты в рамках концепции «Один пояс, один путь», Сообщества единой судьбы человечества. Да, у страны глобальные интересы, но они подкрепляются реальными глобальными возможностями.
То, что концепция «Один пояс, один путь» имеет под собой очень серьезную экономическую основу, это факт. Недавно это обсуждалось на мероприятиях, проводившихся Евросоюзом вместе с американцами в рамках НАТО. Они прямо выдвигали задачи формирования некой альтернативы экономической «экспансии».
Мы выступаем за то, чтобы конкуренция была честной. В данной ситуации против Китая применяются недобросовестные методы, как и против Российской Федерации. Попытки США и взявшей с них пример Европы по поводу и без прибегать к рестрикциям, подрыву позиций конкурентов, введение искусственных ограничений на мировых рынках, противоречащих нормам Всемирной торговой организации (ВТО), – все это из той же области.
Естественно, Китай имеет право отстаивать свои интересы, как и мы делаем это в регионе. КНР недавно предложил свою площадку для возможного прямого диалога между Израилем и Палестиной, как это сделали в свое время и мы. Если брать Афганистан, за то, чтобы провести очередную встречу по ИРА, стоит очередь. Правда, недавно она «рассосалась». После встречи в Стамбуле, афганцы сами предлагают приехать в Кабул, потому что больше желающих нет. Это интересная история про Афганистан. Если будет желание, можно и на эту тему поговорить.
Возвращаясь к Китаю, у них есть инициатива, которую называют «платформа для многостороннего диалога» в зоне Персидского залива. Не только они вместе с нами продвигают такие идеи. Иранцы выдвинули Ормузскую мирную инициативу. По иранскому видению, она должна охватывать (по крайней мере, на начальном этапе) только прибрежные страны Персидского залива. По нашему видению, внешние игроки, серьезно влияющие на ситуацию в регионе, должны участвовать с самого начала.
Есть и французское предложение. Они называют его «Европейская миссия морского наблюдения в Ормузском проливе». Это может быть компонентом итоговой договоренности, если помимо мер доверия и прочих соглашений там будут присутствовать некие наблюдатели. Думаю, если все согласятся, это будет небесполезно. Считаю, что в таких вопросах конкуренция не вредит. Если она наблюдается в контексте выработки общих подходов и в итоге помогает вырабатывать общие базовые принципы, на которых потом будет строиться урегулирование, это можно только приветствовать. Не думаю, что китайская инициатива в данном случае нацелена на то, чтобы все согласились именно с предложенным ими вариантом. Мы не настаиваем на конфигурации, выдвинутой в нашей инициативе о концепции безопасности в Персидском заливе. Приглашаем к диалогу. Как говорят китайцы: «Пусть расцветают сто цветов». Надо собираться, объединять идеи, искать баланс интересов. Без него все будет неустойчиво и хрупко.
Вопрос: Хотел бы вернуться к Вашему первому ответу. Слово «инклюзивность» часто употребляется как необходимый элемент дипломатии. Рискну усомниться в том, что это настолько действенно, потому что сейчас возникло такое количество самых разных интересов, причем иной раз у игроков, которые раньше не имели такой роли. Если пытаться все их включить и учесть, то в результате ничего не получится. У упомянутой Вами ОБСЕ (или СБСЕ в ту эпоху, когда оно работало), на самом деле, было два интереса. Не надо ли пересмотреть подход в том русле, что есть интересы, необходимые для решения конкретных проблем, есть заинтересованные страны, имеющие влияние, а есть страны, которые считают необходимым участвовать просто потому, что надо участвовать? Это престиж и т.д. Как найти баланс между включением тех, кого нужно, но чтобы это не стало «Ноевым ковчегом», куда собирают всех?
С.В.Лавров: Только эмпирическим путем. Пока мы не начнем разговаривать и сопоставлять подходы, мы не сможем понять, какие из них продвигаются для «престижных целей», а какие действительно отражают искреннюю заинтересованность в решении проблемы. В этой конфигурации будет больше, чем два интереса, как это было, когда созывалось Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ). Но их будет не так много. По крайней мере, Запад уже един. Это один интерес. Последние встречи показали, что Европа не столько вздохнула с облегчением, сколько возрадовалась тому, как ее опять «взяли под свое крыло» США. Публичные заявления на сей счет прозвучали от руководителей ЕС. У Запада будет один интерес. Если кто-то будет пытаться нарушать стройность рядов, эти попытки будут достаточно быстро и эффективно преодолены.
Есть обнадеживающие моменты и в том, что касается самой зоны Персидского залива. Недавнее восстановление единства Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) на саммите 5 января с.г. (очень полезное и важное мероприятие, надо отдать должное американцам) – это шаг в важном направлении.
Я надеюсь, что он будет предтечей и договоренности о том, чтобы начать разговор с Ираном, подключая внешних игроков. Мы сознательно здесь обозначаем «пятерку» постоянных членов. Как показывает практика, в самых разных конфликтах, в самых разных регионах мира, если в «пятерке» достигается консенсус, то остальные это приветствуют. Консенсус «пятерки» практически всегда отражает баланс интересов не только этих пяти стран, но и их союзников, партнеров и большинства стран мира. Поэтому мы придаем такое значение возрождению духа сотрудничества в «пятерке», возрождению духа Думбартон-Окса и того, что связано со статусом постоянных членов СБ ООН и с их правом вето. Институт создавался для того, чтобы на международном уровне никаких решений не принималось, если одна из этих стран возражает. Можно говорить о том, что круг государств, заслуживающих сейчас быть особо выделенными в международных конфигурациях, расширился. Мы выступаем за то, что бы и Африка, и Азия, и Латинская Америка имели своих дополнительных представителей в СБ ООН, но «пятерка» все равно играет очень важную роль.
Президент России В.В.Путин выдвинул инициативу проведения саммита «пятерки», где мы хотим обсудить не столько какой-то конкретный кризис (хотя это тоже всегда можно сделать), сколько предназначение этого института в международной политике. К сожалению, коронавирус не позволил сделать это в прошлом году, хотя прозвучала поддержка КНР, Франции. Великобритания ждала, когда отреагируют США. Вашингтон сказал, что он будет готов, тогда и Лондон сказал, что они присоединятся. Но потом разразилась пандемия. Мы сейчас думаем о том, как эту идею реализовать, проводим консультации с нашими партнерами. Надеюсь, что такой разговор состоится. Он действительно важен.
Вопрос (перевод с английского): У меня два вопроса. Первый вопрос: Вы и многие другие отмечали Хельсинкский формат. Мы уже в течение двух дней обсуждаем необходимость новой архитектуры безопасности для ближневосточного региона, потому что это единственный способ решения многочисленных проблем, проявившихся там. Хельсинкский формат интересен, потому что он объединяет и «жесткие», и «мягкие» вопросы безопасности. «Жесткие» – свободы, права человека и т.д. Это то, что так насущно необходимо региону на этом уровне.
Есть ли какой-то «ближневосточный Хельсинкский формат», по крайней мере, по задумке России, потому что Россия является одной из крупнейших игроков в этом регионе? Если это не так, то каковы препятствия на этом пути?
Второй вопрос связан с Сирией. Вы знаете, что в САР предстоят президентские выборы через два месяца. Изначально, резолюция СБ ООН 2254, которую вы не только поддержали, но и выступили одним из соавторов, упоминает, что Конституционный комитет должен достичь прогресса в своей работе, и какие-то поправки в конституции должны быть приняты до проведения выборов. Мы знаем, что сейчас календарь это не предусматривает, и выборы пройдут без принятия поправок в конституцию. Означает ли это, что нам нужно забыть резолюцию СБ ООН 2254 в рамках разрешения конфликта в Сирии?
С.В.Лавров: Относительно первого вопроса. Действительно, Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе завершилось согласованием Хельсинского Заключительного акта, который базируется на трех измерениях безопасности: военно-политическом, экономическом и гуманитарном. Это должно быть положено и в основу дискуссий, о которых мы сейчас говорим – в зоне Персидского залива и в целом на Ближнем Востоке и на Севере Африки. Только так можно прийти к какому-то комплексному результату. В наших предложениях предусмотрена и военно-политическая сторона – это меры доверия, транспарентность военных бюджетов, приглашения друг друга на учения, проведение совместных учений. Там предусмотрена и политическая часть – восстановление дипломатических отношений между всеми странами. Должны быть разблокированы экономические контакты. Это комплексный подход.
Не хотелось бы, чтобы это «будущее» (надеюсь, будущее, а не гипотетическая конструкция) повторило судьбу ОБСЕ в Европе, где сейчас острые военно-политические проблемы, учитывая расширение НАТО, последовательное продвижение военной инфраструктуры к границам России, развертывание под видом ротации постоянного военного присутствия и в Прибалтике и в Норвегии. Наше предложение было о том, чтобы ОБСЕ осознало свою ответственность за военно-политическую ситуацию в Европе, стимулировала договоренности между Россией и НАТО. Натовцы категорически отказываются даже обсуждать меры военного доверия, предложенные нами, в том числе о том, чтобы договориться об отводе учений от линии соприкосновения на согласованную дистанцию, определить дистанцию максимального сближения самолетов и кораблей. При этом Й.Столтенберг заявляет, что Россия отказывается работать в Совете Россия-НАТО. Мы не отказываемся там работать, просто мы не хотим сидеть и слушать там про Украину. НАТО не имеет никакого отношения к Украине. Они всегда, предлагая созвать Совет Россия-НАТО, настаивают, что первым вопросом должна быть Украина. Мы пару раз посидели, послушали. Знаем все это. Поэтому мы предложили восстановить контакты по линии военных, чтобы спасти то самое комплексное соглашение по безопасности, заключенное в Хельсинки. Они отказываются.
Экономика также с трудом движется в ОБСЕ. Наши коллеги из ЕС тоже не очень хотят этим заниматься. А вот на права человека наседают. Если этим все закончится в зоне Персидского залива, то это будет печально. Хотя, я сомневаюсь, учитывая специфику стран, о которых мы ведем речь, и их отношения с Западом. Здесь есть надежда, что ситуация может быть более позитивной. Не нужно забывать, что Россия предлагает инклюзивный процесс, тогда как еще сильна инерция, доставшаяся от прошлой администрации США, рассматривающая все проблемы в регионе через антииранскую призму – собирать коалиции арабов, Израиля, Запада против Ирана.
Сейчас есть обнадеживающий сигнал от администрации Дж.Байдена в направлении поиска какого-то компромисса с тем, чтобы вывести из тупика ситуацию вокруг Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) и параллельно начать рассматривать дополнительные озабоченности. Мы активно это поддерживаем. Но Запад будет говорить, чтобы восстановили СВПД, но не в прежнем виде, а «с плюсом» – ввели бы дополнительные ограничения на ракетную программу, посмотрели бы, как Иран может изменить свою политику в регионе, продлили бы СВПД за пределы сроков, установленных и одобренных СБ ООН в изначальной версии. Иран настаивает на восстановлении СВПД в прежнем виде, и уже потом они будут готовы обсуждать взаимные претензии. Это вполне логичный подход. Восстановив СВПД без всяких довесков, можно параллельно начать процесс по безопасности и сотрудничеству в регионе. Если в рамках этих переговоров есть претензии к Ирану – пожалуйста, кладите их на стол, но и Иран положит свои какие-то претензии к своим соседям и западным странам. Это будет по-честному. Инклюзивность здесь ключевое слово. Надеюсь, что эта антииранская инерция, прослеживающаяся на первых шагах, уступит место здравому смыслу, и что идеи типа создания «ближневосточного НАТО», «азиатского НАТО» уйдут в прошлое. Нам хватит НАТО и там, где она есть. По мере того, как идея «Ближневосточного НАТО» отходит в небытие, идея «Азиатского НАТО» наоборот начинает обретать какое-то движение через Индо-Тихоокеанские стратегии. Здесь разница в мировоззрениях и в политике, наблюдаемой между администрацией Д.Трампа и администрацией Дж.Байдена. Хотя Д.Трамп тоже уделял внимание Индо-Тихоокеанской стратегии, но сейчас акцент явно больше на продвижение блоковых подходов в Азиатско-Тихоокеанском регионе. На Ближнем Востоке, надеюсь, сможем запустить процесс, который будет вовлекать всех участников. Можно только приветствовать нормализацию отношений между рядом арабских стран и Израилем. Считаем, что договариваться и дружить или, по крайней мере, нормально соседствовать – всегда лучше, чем сваливаться в конфронтацию и конфликтовать. Надеемся, что это не будет делаться в ущерб палестинской проблеме, по которой тоже сейчас есть обнадеживающий сигнал из Вашингтона. Если предыдущая администрация хотела все делать сама, не испытывала никакого интереса к возобновлению деятельности «квартета» международных посредников, то администрация Дж.Байдена, формируя сейчас свою ближневосточную команду, уже обозначила свою позицию в поддержку двухгосударственного решения (это уже важная констатация), заявила о готовности возобновить свое участие в работе «квартета». Мы сейчас выстраиваем такие контакты. Надеюсь, что здесь тоже будет позитив.
Был также вопрос по Сирии. Мы не рассматриваем резолюцию СБ ООН 2254, как требующую проводить любые выборы после того, как будет одобрена новая конституция.
Конституционный комитет заседает. Когда Г.Педерсен был назначен на эту должность после своего предшественника, то он в контактах с Россией четко обозначал понимание, что Конституционный комитет не может иметь каких-то искусственных сроков завершения работы.
Вчера Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ж.Боррель, выступая на конференции по сирийским беженцам, сказал, что только сами сирийцы могут договориться между собой. Правильно, но нынешний процесс, который позволяет сирийцам напрямую договариваться, был запущен по инициативе России, Турции и Ирана. «Астанинский формат» сыграл решающую роль. Напомню, что до того, как этот формат был создан, ситуация на переговорах под эгидой ООН была тупиковой. Целый год бывший спецпосланник Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистура то ссылался на Рамадан, то на еще какие-то причины, – просто не созывал эти переговорные группы и раунды. Тогда уже «Астанинская тройка», сформировавшись, выступила с инициативой проведения Конгресса сирийского народа в Сочи. На этом Конгрессе были приняты документы, которые были затем были положены в основу всей работы ООН.
Давайте посмотрим, как Запад комментирует Правительство Б.Асада. Если кто-то и говорит, что готов с ним сотрудничать, то выдвигает множество условий, которые практически невыполнимы. За большинством подходов прослеживается необходимость смены режима. На Западе в открытую говорят, что Б.Асад не имеет будущего в Сирии, а также тормозили создание Конституционного комитета.
Когда С.де Мистура согласовал наконец с оппозицией 150 фамилий: 50 от Правительства, 50 от оппозиции и 50 от гражданского общества (это был по-моему конец 2018 г.), он сообщил трем министрам иностранных дел «Астанинской тройки», которым принадлежит инициатива Конституционного комитета, что приглашает нас в Женеву. Там мы вместе с ним должны были торжественно объявить о создании Конституционного комитета. Пока мы летели в Женеву, ему позвонили из Нью-Йорка и сказали, что западные страны запрещают С.де Мистуре оглашать состав комитета, потому что там присутствуют 6 фамилий, которые у Запада вызывают озабоченность, хотя у оппозиции они озабоченности не вызвали. Представители Франции, Великобритании и Германии при ООН даже написали письмо Генеральному секретарю ООН А.Гуттерешу, в котором потребовали от него не утверждать состав, согласованный С.де Мистурой.
Из-за этого мы потеряли год в начале работы Конституционного комитета. Поэтому если у Запада есть претензии к тому, что Конституционный комитет медленно работает, то пусть, наверное, сделают выводы из своего поведения и впредь ведут себя более конструктивно. Я не вижу трагедии в том, что Конституционный комитет не очень споро функционирует. Мы говорили недавно со спецпосланником Генерального секретаря ООН по Сирии Г.Педерсеном. Говорили и с Правительством Б.Асада, и с оппозиционными партнерами. Мы стимулируем их движение навстречу друг другу.
Очередная встреча, которая, мы надеемся, может состоятся до начала священного месяца Рамадан, должна стать качественно новой, поскольку впервые есть договоренность о том, что главы проправительственной и оппозиционной делегаций будут встречаться напрямую друг с другом. Г.Педерсен активно приветствовал эту договоренность, которую мы помогли согласовать. Я очень надеюсь, что она будет реализована.
Ежедневно Сирия подвергается нападкам и новым санкциям. «Акт Цезаря» был открыто провозглашен, как преследующий цель задушить сирийскую экономику и заставить народ восстать против своего Правительства. Выглядит циничным то, как Запад просит нас сделать поведение делегации из Дамаска более конструктивным. Это «потребительское» отношение к политике проявляется почти по любому региональному и функциональному кризису, который мы наблюдаем в международных отношениях: «Вот вы, давайте, сделайте, а мы будем давать оценку, хорошо вы поработали или не очень».
Если мы все заинтересованы в том, чтобы сами сирийцы договорились о своем будущем, то надо сирийцам дать такую возможность и время. Слишком глубокие «рвы» оказались на территории Сирии в переносном политическом смысле и надо их преодолевать, помогать сирийцам дружить, начать разговаривать и договариваться о том, как им жить в одном государстве.
Какие главные проблемы на этом пути? Незаконная оккупация Соединенными Штатами восточного берега Евфрата, создание зоны Ат-Танф. Причем если в отношении доставок гуманитарной помощи в идлибскую зону деэскалации Запад до истерики требует сохранения трансграничных механизмов, исключающих даже какое-либо участие или информирование Правительства, иначе мол задохнется Идлиб, то в отношении Ат-Танф на границе с Ираком западники требуют, чтобы гуманитарная помощь шла из Дамаска. Мы говорим: «Если вы там незаконно находитесь, напрямую из Ирака снабжаете своих военных, которые эту зону оккупируют, так снабжайте и беженцев, которые сейчас живут там в этих лагерях». Так что здесь двойных стандартов очень много.
Присутствие США, которое они сейчас продекларировали, будет продлено на веки вечные, по крайней мере никакого срока вывода войск не обозначено, – это тоже не новость. Американцы – хозяева своего слова – слово дали, слово взяли. Сначала заявили о выводе войск из Афганистана, а потом поменяли свое решение. И в Сирии они хотят оставаться. Они эксплуатируют углеводороды, продают зерно, которое там производится, и оплачивают за этот счет, за деньги сирийского народа сепаратистские действия некоторых курдских организаций, блокируют диалог между курдами и Дамаском, делают все, чтобы он не состоялся, и одновременно заявляют, что на неподконтрольных Правительству Б.Асада территориях Сирийской Арабской Республики опять возрождается ИГИЛ. Это такое «королевство кривых зеркал».
Не забудем, что ИГИЛ был создан Соединенными Штатами, когда они совершили агрессию против Ирака и натворили там таких дел, что до сих пор огромное количество стран и народов «расхлебывает» последствия. ИГИЛ был создан после того, как разогнали партию «Баас», разогнали все силовые структуры, когда П.Бремер руководил Ираком как генерал-губернатор, и никто особо ему никаких указаний не давал. А впоследствии ИГИЛ активно использовался и продолжает использоваться Соединенными Штатами, чтобы препятствовать процессам, которые будут вести к урегулированию в Сирии с полноправным участием нынешней власти.
Смена режима никуда не исчезла в качестве задачи, которую там преследуют. Поэтому, исходя из таких подходов, очень трудно ожидать, что Правительство САР будет бежать с распростертыми объятиями на каждое приглашение приехать в Женеву. То, что вчера и позавчера происходило на брюссельской онлайн-конференции по беженцам в Сирии, – это очень серьезная проблема в т.ч. для ООН. Когда в ноябре сирийское Правительство пригласило к себе на конференцию, которая нацелена на создание условий для возвращения беженцев к своим очагам, зарубежных партнеров, включая ООН, американцы сделали все, чтобы максимально ограничить количество стран, которые примут приглашение. Тем не менее нашлись государства, в т.ч. ОАЭ, Алжир, которые направили свои делегации. Вот ярчайший пример приватизации международных организаций – при помощи давления США заставили ООН ограничить свое участие в конференции по возвращению беженцев в Сирию статусом наблюдателя. То есть не было полноправного участия.
А сейчас Евросоюз проводил свою конференцию, причем совместно с ООН (А.Гуттереш лично выступал с обозначением подходов). Он сказал правильные вещи, только мне не очень понятно почему конференция, которая посвящена возвращению беженцев в Сирию, не была удостоена никаким представителем от ООН кроме наблюдателя.
Брюссельская конференция в свою очередь была посвящена мобилизации средств прежде всего для того, чтобы содержать беженцев в лагерях в Турции, в Иордании, в Ливане, а также для того, чтобы помогать людям на территориях, не контролируемых Правительством Сирийской Арабской Республики. То есть эта конференция изначально созывалась с грубейшим нарушением норм международного гуманитарного права, которые предполагают решение всех подобных вопросов непосредственно в контакте с правительством соответствующего государства. Вот это двойной стандарт. И когда вы сравните, как Запад отнесся к конференции по возвращению беженцев в Сирию, и как он проводит свою собственную конференцию, даже не приглашая официальный Дамаск, поставьте себя на место Президента Сирии Б.Асада и его Правительства.
Вопрос: Приближается знаковая дата для региона Ближнего Востока – 30 лет Мадридской конференции, которая положила начало ближневосточному мирному процессу, но вслед за Мадридом была Московская встреча, которую сейчас многие вспоминают в связи с тем, что там были образованы полезные для региона рабочие группы по безопасности, экономическому развитию, водным ресурсам. Сейчас эта тематика очень актуальна. Водные проблемы обостряются. Насколько реалистично было бы сейчас положительно отвечать на инициативы о воссоздании подобного рода рабочих групп по водным ресурсам. Можно ли на это рассчитывать или пока рановато?
С.В.Лавров: Недавно я читал статью в газете «Коммерсант» с цитированием Ваших предложений. Считаю, что это было очень важно на том этапе, когда была достигнута договоренность о создании рабочих групп. Не исключаю, что это пригодится и сейчас, хотя время прошло и всегда нужно соотносить прежние идеи с современной обстановкой.
Водная проблема никуда не исчезнет. Понятно, что, когда будут нормализовываться отношения между Израилем и Палестиной, – это тоже будет предметом обсуждения, как беженцы и другие вопросы окончательного статуса. Мы за прямые переговоры. Как я уже упоминал, мы готовы предоставить свою площадку. Тем более что об этом нас несколько лет назад просил Премьер-министр Израиля Б.Нетаньяху – пригласить его и Президента Палестины М.Аббаса встретиться в Москве без предварительных условий. Мы согласовали такую встречу. Потом, к сожалению, израильские коллеги попросили отложить ее, потом еще раз перенести. Мы не хотим быть навязчивыми, но мы предупредили, что наша готовность сохраняется в силе, и, когда израильская сторона будет готова, за нами дело не станет. Я уже сказал, что сейчас обнадеживающий момент – это возобновление деятельности «квартета» международных посредников.
Убеждены, что вполне реалистично и даже необходимо сделать так, чтобы эта деятельность развивалась параллельно с вовлечением в процесс арабских государств. Неформально обсуждается механизм «4+4+2+1», где 4 – это международный квартет, 4 арабских государства, которые нормализовали отношения с Израилем (Египет, Иордания, Эмираты, Бахрейн), 2 – это стороны (Израиль и Палестина), и «плюс один» – это Саудовская Аравия как автор Арабской мирной инициативы, одобренной Советом Безопасности ООН. Нам кажется, что в этой конфигурации провести неформальные консультации было бы полезным. И если мы выйдем на какие-то договоренности, которые впитают в себя опыт Московской конференции, опыт этих рабочих групп, будем только рады.
Вопрос (перевод с английского): Я представитель швейцарского Центра международного диалога. Каждый день, который проходит без возвращения к СВПД, усложняет ситуацию. Возможно ли еще возродить СВПД сегодня или мы можем говорить о полном окончании этого всеобъемлющего соглашения?
С.В.Лавров: Коротко суммирую. Есть несколько проблем. Во-первых, кто сделает первый шаг по возвращению к выполнению обязательств? Иран требует, чтобы американцы полностью отказались от санкций, и тогда Тегеран за несколько дней восстановит все параметры, которые от него требует соблюдать изначальная редакция СВПД. Американцы говорят, что необходимо сначала вернуться в СВПД полностью, а потом они «подумают, какие санкции ослабить и что еще сделать». Вторая проблема – это «СВПД плюс». Мол, надо не просто возродить СВПД, а сделать это таким образом, чтобы изменить (в сторону увеличения, естественно) сроки ограничений, которые на Иран накладываются, добавить также ракетную программу и т.н. «поведение Ирана в регионе». Я считаю, что это тупиковая позиция. Мы выступаем за то, чтобы СВПД была восстановлена, как она была одобрена Советом Безопасности, без каких-либо модификаций, и чтобы параллельно с этим начинался процесс переговоров о системе безопасности и сотрудничества в регионе залива и вокруг него. И в ходе этого разговора и ракеты можно обсуждать. Причем не только иранские, а в целом ракетную проблему. И то, как страны региона позиционируют себя в различных кризисных ситуациях, – здесь тоже взаимные претензии существуют, а не односторонние. Мне кажется, это честное предложение. Дополнительно я знаю, там наши французские коллеги посредничают. Что касается восстановления СВПД в изначальном, первородном виде, важно, кто сделает первый шаг. Мы предложили неформальную «дорожную карту», где последовательно, одновременно и Иран, и Соединенные Штаты будут шаг за шагом возвращаться к выполнению своих обязательств. Французские коллеги помогают сформулировать содержание этих шагов, особенно первого шага, который должен запустить процесс восстановления СВПД в полном объеме. Я в детали вдаваться не буду. Здесь никаких секретов нет. Переговорная работа сейчас идет и лучше на публику конкретику не выносить.
Вопрос: Спасибо большое за Ваши разъяснения, за Ваше внимание к нашим проблемам. К проблемам Ближнего Востока в целом, и, в частности, к проблемам Палестины. Мы в Палестине высоко ценим те усилия, которые прилагает Российская Федерация на пути активизации деятельности квартета. И в этом контексте надо сказать, что этот формат при Д.Трампе затормозился. Начал продвигаться другой формат, а именно «сделка века». И я думаю, что деятельность квартета во многом способствовала срыву американского плана. И в связи с этим мы хотели бы обсудить вопрос об аннексии Израилем оккупированных палестинских территорий. После выборов в США возник новый международный «климат». Новая американская Администрация послала нам некоторые сигналы, достаточно очевидные, о том, она отказывается от прежней стратегии Д.Трампа. Они нам дали понять, что Администрация согласна с планом создания двух государств и будет работать на проблему мира. Они выступают за переговоры, за воссоздание американского консульства в Иерусалиме, а также палестинского представительства в Вашингтоне и восстановление также американской помощи Ближневосточному агентству ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ (БАПОР). И вопросы, дескать, имеют технический характер, но возникли некоторые проблемы. И был еще акт Тейлора Форса, и в американском Сенате также возникли некоторые проблемы в связи с объявлением террористической деятельности нашей организации. И мы согласны с Вами, что, безусловно, необходимо расширить квартет, но Вы знаете, что и американцы, и европейцы выступают против такого расширения. Они предлагают расширить формат консультаций «4+4+2+1». Для нас как для палестинцев важно расширить такой формат. Он прекращает американскую монополию на то, чтобы служить единственным гарантом этих соглашений. Мы как палестинцы не вернемся к двусторонним прямым переговорам под единственно американским представительством. Для нас этот вопрос даже не стоит на повестке. То есть именно в этом формате. И мы рассчитываем, что вы совершите качественный сдвиг с тем, чтобы квартет возобновил свою деятельность и чтобы, может быть, в рамках этого квартета обсуждался палестинский вопрос.
С.В.Лавров: Я это уже комментировал достаточно подробно. Скажу Вам только, что «4+4+2+1» – это наша идея. Это российская идея. Она не отвергается Западом, ООН, Евросоюзом, палестинцами. Мы сейчас ее обсуждаем. Сначала мы ждали результатов выборов в Израиле. Вот теперь дождались и отключаем «режим ожидания». Считаю, что можно было бы и на этом этапе уже какие-то контакты налаживать, но понимаю тех, кто говорит, что сейчас в Израиле, пока не разрешится внутренняя ситуация, очень трудно надеяться на то, что они смогут какую-то позицию занять, даже если такой контакт состоится. «Сделка века» действительно ушла в прошлое. С ней ушло в прошлое и запланированное действо по аннексии очень существенной части палестинских территорий. Опасность реализации сценария «сделки века» понимают и в Израиле. В том числе и в партиях, которые представлены в коалиции. Два сценария для Израиля, если бы это произошло: либо нужно предоставлять гражданство всем, кто будет жить на аннексированных территориях, и тогда еврейский характер государства Израиля в очень обозримом будущем просто испарится, либо нужно создавать альтернативу этому – создание государства-апартеида. К этому, я уверен, в Израиле не готовы, будучи все-таки цивилизованной нацией и видя перед собой примеры подобного рода из нашей прошлой истории. Особо нечего добавить. Мы будем эти усилия продолжать. Те шаги, которые Вашингтон в администрации Дж.Байдена проанонсировали, мы приветствуем: и по возвращению палестинского представительства в Вашингтоне, и по возвращению ближневосточного агентства по делам беженцев. Согласен с Вами, надо продолжать работать в этом направлении.
Вопрос: Сергей Викторович, какая наша генеральная линия по Афганистану и принципиальные подходы по разрешению афганского кризиса?
С.В.Лавров: Генеральная линия не «закрытая». Мы ее продвигаем публично. Это, конечно же, межафганский процесс с участием всех соседей Афганистана и других ключевых стран региона. То, что мы называем «Московским форматом». В нем участвуют не только непосредственные соседи, но и вся Центральная Азия, Китай, Пакистан, Индия, Иран, Россия, США. Эта конфигурация, на наш взгляд, достаточно представительна, чтобы любые вопросы в этом формате обсуждать и стараться найти решение, а с другой стороны, достаточно компактна по сравнению с конференциями, которые собирают 30-40 стран, многие из которых просто рассматриваются как потенциальные доноры будущего финансирования договоренностей о примирении. И в качестве инструмента продвижения этого «Московского формата» сформировалась «тройка». Это не отдельный формат, а – вспомогательный инструмент «Московского формата» – тройка «Россия-США-Китай», в рамках которой достаточно конструктивно, несмотря на серьезные проблемы в отношениях между всеми тремя участниками, налажен деловой процесс.
Несколько раз представители встречались втроем. Затем договорились продвигать расширенные консультации «тройка плюс»: пригласили Пакистан и Иран. Пакистанцы участвовали, а иранцы сказали, что готовы, но, учитывая их проблемы с американцами, им будет на данном этапе «не с руки» садиться за стол и решать какие-то вопросы. Мы их тоже понимаем.
18 марта с.г. провели в Москве встречу «тройки плюс» с участием Пакистана, а также в качестве гостей пригласили Иорданию и Катар. Самое главное, что на этой встрече участвовали представители практически всех слоев афганского общества: делегация талибов, Правительство, Высший совет национального примирения (возглавляемый Абдуллой Абдуллой) и представители т.н. этнических меньшинств (таджики, хазарейцы, узбеки). Была очень полезная встреча. Если переговоры в Дохе отвечают интересам сторон, будем их активно поддерживать. Во время проведения заседания в Москве, переговоры в Дохе «буксовали». По итогам московских консультаций афганцы выразили нам признательность, т.к. контакты между афганскими сторонами, состоявшиеся «на полях» этого большого мероприятия, по их оценке, позволяют с большим оптимизмом смотреть в будущее.
30 марта с.г. в Душанбе состоялась министерская конференция «Стамбульского процесса» по Афганистану. Сейчас анализируем ее итоги. Там уже прозвучали интересные заявления Президента А.Гани. Если я правильно понял изложение его слов в СМИ, то он готов на организацию выборов и, если дело «упрется» в его персону, готов «отойти в сторону». Мы все это читаем, но важно проанализировать первоисточник и понять, что за этим стоит. Нам нужен мир в Афганистане. Будем готовы продолжать помогать Кабулу в создании и укреплении сил безопасности. Это явно слабый момент во всем происходящем, т.к. они не в состоянии справиться с антитеррористическими задачами без посторонней помощи, и тем более с антинаркотическими целями. Наркотики там расцветают буйным цветом, а наркобизнес – главный источник финансирования терроризма. Хотим, чтобы ситуация была преодолена. Сделать это можно только через межафганские договоренности.
В феврале 2020 г. приветствовали достигнутое соглашение между Вашингтоном и талибами. Как нам казалось, оно, во-первых, открывало путь к прекращению кровопролития, братоубийства, т.к. борьбу с ИГИЛ никто не отменит. Эта группировка там окапывается достаточно серьезно, в том числе по соседству в Центральной Азии. Во-вторых, рассчитывали, что соглашение позволит начать переговорный процесс и сформировать общеафганские структуры власти. Все это было завязано на вывод американских войск к 1 мая 2021 г. Теперь в Вашингтоне идет процесс переосмысления этого обязательства, и, судя по тому, как комментируют этот процесс в США, американцы и кто-то из их натовских союзников задержатся. Это будет новая ситуация. Талибы уже пообещали отреагировать соответствующим образом, если обязательства Вашингтона будут пересмотрены в одностороннем порядке. К сожалению, усилий много, форматов немало, вроде бы понятно, что делать, но каждый раз возникает какая-то ситуация, которая проделанные усилия либо подрывает, либо серьезно тормозит.
Вопрос: На Ближнем Востоке осталось два неупомянутых конфликтных узла – Ливия и Йемен. По Ливии вроде наметились «радужные» перспективы (во всяком случае, возможности), в появлении которых значительную роль сыграла Россия, это все отмечают. По Йемену ситуация более грустная, хотя и здесь есть некоторые моменты, которые позволяют предположить оптимистичные сценарии. В частности то, что ОАЭ вышли из военных действий и декларируют приверженность мирным инициативам. Саудовская Аравия предлагает инициативы, например, о размораживании поставок топлива. Какие изменения может претерпеть российская позиция по этим темам?
С.В.Лавров: По Йемену очень тесно работаем в формате, который создан с участием России, Запада и других игроков. Он функционирует в саудовской столице. Посол России в Йемене уже несколько лет находится в Эр-Рияде – с момента, когда разразился кризис, мы перевели туда Посольство. Он регулярно общается с другими внешними игроками, которые помогают ООН в поисках путей урегулирования. Надеюсь, что последние изменения позволят более продуктивно работать на этом направлении. Инициативу Саудовской Аравии обсуждали во время моего визита в Эр-Рияд и Абу-Даби. Как сказал Наследный принц Абу-Даби М. бен Заид Аль Нахайян, ОАЭ сейчас выходят на траекторию, когда они не хотят иметь ни одного врага, ни вокруг страны, ни в целом. Приветствуем такой подход.
Саудовская инициатива была прохладно встречена хуситами. Вслед за ней была еще попытка спецпредставителя Генерального секретаря ООН по Йемену М.Гриффитса. Он постарался «вобрать» в свои идеи саудовские подходы и одновременно учесть пожелания хуситов. Одна из составляющих его инициатив, которые вроде бы разделяются и в Саудовской Аравии, – это одновременное открытие аэропорта в Сане и порта в Ходейде. Считаю, что здесь есть над чем поработать. Мы в контакте со всеми сторонами и стараемся побуждать их к договоренностям.
Что касается Ливии, то после Берлинской конференции начались процессы, которые сейчас вылились в договоренности. Их все приветствовали, несмотря на то, что есть подводные камни. Многие до сих пор высказывают опасения, что они были достигнуты в формате 75 делегатов в Женеве, сформированных и.о. спецпредставителя Генерального секретаря ООН по Ливии С.Уильямс. Еще на том этапе в Ливии не очень понимали критерии, по которым выбираются эти 75 человек. Еще больше удивления вызвало объявление конкретных фамилий в состав Президентского совета и на пост главы Правительства. Никто не ожидал таких результатов выборов. Может, это и хорошо, сюрприз для всех. Я общался с председателем Президентского совета М.Менси, главой Правительства А.Дбейбой. Посмотрел на их послужной список – они достаточно опытные люди. Исходим из того, что есть договоренность, достигнутая параллельно с назначением этих временно исполняющих обязанности, о проведении выборов 24 декабря 2021 г. Не знаю, насколько реализуемы такие конкретные даты в ливийских условиях. Несколько лет назад уже назначали выборы тоже на точную дату – не получилось. Будем делать все, чтобы это сработало. Считаем, выборы должны быть организованы таким образом, чтобы это устраивало все ливийские политические силы и «тяжеловесов» (Ф.Сарадж, Х.Хафтар, Х.Гвейл и других коллег, не раз приезжавших в Москву). Обязательно необходимо учесть интересы руководства Ливийской национальной армии и представителей режима М.Каддафи. Это сейчас все осознают. Такая инклюзивность помогла бы как можно скорее выйти на устойчивый процесс урегулирования. Будем всячески способствовать этому.
К нам обращаются с претензиями, что мы должны что-то сделать в Ливии или что-то не делаем. Готовы конструктивно сотрудничать, но все время просим не забывать о том, откуда этот кризис возник и как он состоялся в конечном итоге, – агрессия НАТО в нарушение резолюции Совета Безопасности ООН. Потоки беженцев, хлынувшие сейчас в Европу, – это прямой результат того, что было сделано. Равно как и потоки оружия и террористов, которые через Ливию уже в южном направлении пошли в Сахара-Сахельскую зону, где продолжают «безобразничать».
Решая сиюминутные проблемы, важно делать выводы на будущее. Ирак развалили, сейчас с огромным трудом пытаются собрать. В Ливии то же самое. Пытались сделать это в Сирии. При всей важности призывов, звучащих в наш адрес, по принципу «кто старое помянет, тому глаз вон», надо старое «поминать» не для того, чтобы делать кому-то морально больно, а для того, чтобы не было страданий, влекущих за собой сотни тысяч человеческих жертв в будущем.
Нас приглашают обсуждать проблему ливийских беженцев (или из других стран, потоки которых спровоцированы ливийской агрессией) и раньше предлагали подписаться под документом, где звучало обязательство «разделенной ответственности» за решение проблем беженцев. Мы извинились и сказали, что эту проблему не создавали и вину за произошедшее разделять не собираемся.
На международных площадках в ходе этих дискуссий возникала тема, как ЕС мог бы решать проблему беженцев, незаконных мигрантов таким образом, чтобы бороться не с симптомами, а с сутью проблемы. Прозвучал один вопрос: почему бы ЕС не обнулить пошлины на сельскохозяйственную продукцию из Африки. Оказывается, она существует, если я правильно понимаю. Но учитывая сельскохозяйственную политику самого ЕС, им не нужна конкуренция на рынках продовольствия, там и так переизбыток. Это сложная тема. Если бы пошлины уже были сняты, это позволило придать существенный импульс развитию сельскохозяйственного и продовольственного сектора, в том числе экспорта в африканские страны, создало бы дополнительные рабочие места. Это один пример. Очень много случаев, когда международное сообщество озабочено симптомами, а не самой болезнью и не сутью проблемы.
Вопрос: Команда Байдена-Блинкена кажется по некоторым принципам более профессиональной на ближневосточном направлении. Есть признаки реалистичной политики. Вы подробно говорили о палестинском треке. Можно ли ожидать каких-то подвижек в сторону большего реализма, например, в отношении сирийских курдов со стороны этой команды?
С.В.Лавров: Это комплексная проблема. Она имеет не только сирийское, но и региональное измерение. Полтора года назад был в Эрбиле. Иракские курды, клан Барзани высказывали озабоченности тем, как может развиваться курдская ситуация в соседней Сирии, и хотели передавать опыт сосуществования, сожительства в рамках одного государства при наличии каких-то полномочий, которые будут между культурной и национальной автономией. Это сложная тема. Она очень болезненная, в том числе, потому что внутри сирийских курдов нет единства. Там есть структуры, не скрывающие сотрудничество с Рабочей партией Курдистана. Есть структуры, которые американцы пытаются примирить с различными «своими» движениями. Турция жестко воспринимает все происходящее. Насколько я понимаю, они ведут диалог с американцами, чтобы найти компромиссы. Американцы пытаются их убедить не записывать всех в террористов. Но для нас принципиально важно (это неоднократно звучало в документах, подписанных Президентом России В.В.Путиным и Президентом Турции Р.Эрдоганом), что мы твердо вместе с Турцией выступаем за единство, территориальную целостность САР.
Недавно проводили встречу дополнительной «тройки» – Россия, Турция, Катар в Дохе. Там приняли министерское заявление, где это четко зафиксировано. Также зафиксирована неприемлемость каких-либо поползновений по поощрению сепаратизма в Сирии. Диалог между Правительством и курдами складывается непросто. Он не имеет устойчивого характера. Контакты осуществляются.
Когда Д.Трамп объявил о выходе из Сирии, у курдов тут же возникла просьба к нам постараться помочь им навести мосты с Дамаском. Через два дня Д.Трамп передумал или кто-то объявил о том, что он передумал. И курды сразу охладели к контактам с Дамаском и вновь стали взаимодействовать с американцами как главными «гарантами» их благополучия.
Мы в контакте с различными сирийскими группами. Недавно принимали в Москве Сопредседателя Исполнительного совета «Совета демократической Сирии» госпожу И.Ахмед. У нас есть контакты с главнокомандующим Силами демократической Сирии Мазлумом Абди. Готовы помогать. Но насильно мил не будешь, если у них самих пока колебания полагаться ли на нахождение долгосрочных и устойчивых договоренностей с Дамаском либо понадеяться, что американцы (раз они решили там задержаться) каким-то образом помогут. Американцы тем временем запрещают всем поставлять какие-либо экономические товары и даже гуманитарную помощь на территории, контролируемые Правительством. Они активно обустраивают восточный берег Евфрата, где они находятся. Создают там местные органы власти, используют средства, вырученные на продажу награбленного в виде углеводородов, зерна и т.д. Еще настаивают на том, чтобы арабские соседи Сирии вкладывались в эти территории. Конечно, когда такая линия открыто реализуется, возникают серьезные вопросы. Если стратегия заключается в создании здесь если не рая на земле, но вполне благополучной жизни, а на остальных территориях, контролируемых Правительством, добиться того, чтобы народ обнищал и сверг ненавистный режим, то, наверное, можем делать выводы о том, какие цели преследовали США, по крайней мере, до сих пор.
Сейчас не видно больших изменений, но исхожу из того, что их политика только формируется. Говорил со многими коллегами об «Акте Цезаря». Мало кто соглашается с тем, что это был правильный шаг. По сути, он вообще запрещает иметь какие-либо дела с Дамаском и сформулирован таким образом, что любой твой шаг, даже сделанный из лучших побуждений с прицелом на посредничество, может послужить введению против тебя вторичных санкций. Надеюсь, что сигналы, которые посылаются в Вашингтон (а я знаю, что такие сигналы идут из некоторых государств, непосредственно заинтересованных в стабилизации в Сирии), будут услышаны и возымеют эффект.
Вопрос: В Сирии сейчас, по сути, складывается «замороженный» конфликт. Как Вы считаете, чем опасно сохранение статус-кво?
С.В.Лавров: Это чревато распадом страны, что будет трагично, в том числе (но не только) по причине курдского фактора, который сразу примет региональное измерение. Последствия непредсказуемые. Мы стараемся этого всячески избежать. Согласен с Вами, что он выглядит как «замороженный» конфликт.
Вопрос: Один из предыдущих вопросов касался диалога между Ираном и арабскими странами региона Персидского залива. Есть российский план, есть китайский. Иран говорит о готовности к этому диалогу. Что ему препятствует?
С.В.Лавров: Я все это перечислял. Есть еще французское предложение о патрулировании Ормузского пролива.
Никто не говорит «нет». Но внутри Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива до конца нет единого мнения о готовности к такому диалогу с Ираном. Это принципиальный момент. Все остальное – конфигурации, внешние игроки – решится быстро. Думаю, это будет гораздо проще, чем обеспечить согласие всей заливной арабской «шестерки» на прямой диалог с Ираном, надеемся, без предварительных условий. Движение есть. Обсуждал это в Саудовской Аравии, в Арабских Эмиратах и Катаре. Мне показалось, что в том числе и в Эр-Рияде размышляют над тем, как начать двигаться в этом направлении. Не могу гадать, но я это почувствовал.
Вопрос: Как Вы видите развитие российско-турецких отношений в свете трений в области Идлиба? Какие там могут быть решения? Насколько постоянные и временные?
С.В.Лавров: Российско-турецкие отношения насыщенные и богатые как по контактам на высшем уровне, так и по содержательной повестке дня. У нас много совместных проектов. Президент России В.В.Путин не раз комментировал наши отношения, всегда подчеркивая, что у нас немало вопросов, по которым мы не занимаем единых позиций, а порой они даже серьезно разнятся. Но мы ценим наши отношения, потому что с турецкими коллегами всегда можем найти решение, устраивающее и нас, и их. Это характерно для встреч президентов. Могу это подтвердить, если говорить о встречах на уровне министров иностранных дел.
В Идлибе у нас есть согласованный пару лет назад президентами протокол. Он выполняется медленнее, чем договаривались, но турецкая сторона подтверждает все свои обязательства по нему, включая размежевание вооруженных оппозиционеров, которые сотрудничают с Турцией, от «Хейят Тахрир Аш-Шам» и прочих террористов, которые продолжают обстреливать из идлибской зоны позиции сирийской армии и пытаются атаковать нашу базу в Хмеймиме.
Из тех, вещей, которые были сделаны, – сняты турецкие наблюдательные посты с территорией, откуда ушли оппозиционеры. Это предусматривалось протоколом. Сейчас ведется работа над тем, чтобы полностью реализовать договоренность по дороге М-4, согласно которой обеспечивается зона безопасности по 6 км на север и на юг, где не должно быть никаких оппозиционных вооруженных групп и т.д., и будет осуществляться совместное патрулирование российско-турецким конвоем этой дороги на регулярной основе. Здесь был прогресс. Потом процесс замедлился. Сейчас выправляем ситуацию. Это будет реализовано. Но в конечном итоге главное – размежевать, чтобы террористы остались без прикрытия живыми щитами и были ликвидированы. Другого мнения быть не может.
Хотя есть тревожная вещь. Это началось еще при Администрации Д.Трампа, когда спецпредставитель США по Сирии Дж.Джеффри открыто, публично рассуждал о том, что «Хейят Тахрир Аш-Шам» не такая плохая организация. Это в период, когда она была официально внесена в террористические списки СБ ООН. Он пытался «продать» эту идею команде спецпосланника Генерального секретаря ООН по Сирии Г.Педерсена. Это тревожная вещь, подтверждающая то, о чем мы говорили несколько минут назад: когда американцы сокрушаются о том, что на подконтрольных Правительству территориях возрождается ИГИЛ, это не просто так.
Говоря о наших отношениях с Турцией, они непростые, трудные. Но всегда лучше договариваться с человеком, влияющим на конкретную ситуацию и имеющим отличные от твоих взгляды. У западных коллег есть термин «миропорядок, основанный на правилах». Он отражает четкую тенденцию, когда в универсальных форматах Западу приходится продвигать свои подходы, порой сталкиваясь с оппозицией со стороны России, Китая, других стран. Им удобнее вынести такого рода сложные дискуссии в свой круг единомышленников и там о чем-то договориться, а потом выдавать эти договоренности за решение мирового сообщества и требовать от всех их выполнения. Мы уже обсуждали французские инициативы создать партнерство против безнаказанности в сфере химического оружия, хотя есть ОЗХО. Зачем такое партнерство? А инициативы по свободе информации, хотя в ЮНЕСКО есть соответствующие структуры. Есть инициативы в защиту прав человека, а параллельно ЕС создает санкционные односторонние механизмы. Значит партнерство, созданное за рамками ООН, обвиняет кого-то в нарушении правил, созданных этим партнерством. А ЕС потом тоже за рамками СБ ООН объявляет виновных под санкциями. Такой междусобойчик. Важно, чтобы подобного рода подходы не проявлялись ни в какой ситуации. Заходы насчет того, что с террористами можно где-то договариваться, очень тревожат. Будем ждать, когда в Вашингтоне сформируется «сирийская команда». У нас помимо механизма деконфликтинга по линии военных были дипломатические контакты. Мы от них не уходим.
Состоялось обсуждение Соглашения о сотрудничестве в сфере работы с молодежью между государствами-членами ШОС
30 марта под председательством таджикской стороны в формате видеоконференции состоялось заседание экспертов государств-членов ШОС по обсуждению проекта Соглашения о сотрудничестве в сфере работы с молодежью между уполномоченными органами государств-членов ШОС.
В заседании приняли участие представители Республики Таджикистан, Республики Индии, Республики Казахстан, Кыргызской Республики, Китайской Народной Республики, Исламской Республики Пакистан, Российской Федерации и Республики Узбекистан.
От Российской Федерации участие в заседании приняли заместитель руководителя Федерального агентства по делам молодежи Андрей Платонов и заместитель начальника Управления молодежных проектов и программ Росмолодежи Татьяна Селиверстова, которые также являются членами Молодежного совета ШОС.
В ходе заседания стороны обсудили постатейно проект Соглашения о сотрудничестве в сфере работы с молодежью между уполномоченными органами государств-членов Шанхайской организации сотрудничества с учетом поступивших замечаний и предложений сторон.
Соглашение направлено на укрепление сотрудничества между государственными органами, осуществляющими реализацию государственной молодежной политики, и общественными молодежными организациями, а также на поддержание инициатив, направленных на активизацию молодежного сотрудничества.
Соглашение также определяет основные направления взаимодействия в сфере молодежной политики, например, подготовку профессиональных кадров в сфере работы с молодежью, проведение совместных научных исследований и мероприятий по вопросам молодежной политики и продвижение совместных экономических и гуманитарных инициатив, направленных на вовлечение молодежи в предпринимательскую деятельность и инновационные проекты.
По итогу заседания таджикская сторона предложила провести в очном формате 23-27 августа текущего года в Душанбе первое заседание совещания руководителей уполномоченных ведомств ШОС по работе с молодежью. Все стороны поддержали инициативу.
Отметим, что в 2021 году Таджикистан является председателем в ШОС и заседание Молодежного совета ШОС пройдет в 2021 году в Душанбе.
Выступление Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на министерской конференции «Стамбульского процесса» по Афганистану, 30 марта 2021 года
Уважаемые коллеги,
Признательны таджикистанским и афганским партнерам за организацию очередной министерской встречи Стамбульского процесса по текущей ситуации в Афганистане и вокруг него.
Афганистан проходит через непростой этап своего развития. Военно-политическая обстановка в этой стране остается по-прежнему весьма тревожной. Регулярно происходят теракты, не исключен сезонный всплеск боевой активности. В этой связи представляется необходимым предпринять максимум усилий для снижения уровня насилия.
Разумеется, кое-чего на этом направлении удалось добиться. В частности, важными вехами на пути завершения вооруженного конфликта считаем прекращение боевых действий между США и Движением талибов и запуск прямых межафганских контактов в Дохе в 2020 г. Твердо убеждены: опираясь на достигнутые успехи, необходимо двигаться дальше в сторону скорейшего нахождения развязок по вопросам национального примирения и формирования широкопредставительных органов власти.
В этом контексте Россия – в тесном контакте с региональными и международными партнерами – ведет энергичную работу в различных форматах. 18 марта с.г. провели в Москве очередной раунд консультаций в рамках расширенной «тройки» с участием России, Китая, США и Пакистана, а также представителей властей ИРА, афганских политических деятелей, Движения талибов и почетных гостей из Катара и Турции. Исходим из того, что состоявшаяся между афганскими делегациями дискуссия придала дополнительный импульс переговорному процессу в Дохе.
На протяжении многих лет Россия оказывает содействие афганским партнерам в экономической, военно-технической и гуманитарной сферах. Значимой составляющей двустороннего сотрудничества остается подготовка национальных кадров. Растет количество представителей афганской молодежи, обучающихся в российских высших учебных заведениях. В прошлом году только по гражданским специальностям приняли более 500 студентов из ИРА. Продолжаем готовить специалистов и для вооруженных сил, правоохранительных органов и антинаркотической полиции Афганистана.
В рамках совместного проекта России, Японии и Управления ООН по наркотикам и преступности в сентябре 2020 г. в Кабуле состоялась церемония начала строительства Кинологического центра Антинаркотической полиции МВД Афганистана. Особо отмечу, что подготовка афганских кинологов для центра будет осуществляться в нашей стране.
В 2020 г. регион, мир в целом столкнулись с новым опасным вызовом – пандемией коронавирусной инфекции. В этих условиях Россия оказала Афганистану адресную гуманитарную помощь. В июне и ноябре прошлого года были доставлены и безвозмездно переданы средства индивидуальной защиты и медицинские изделия. В ноябре-декабре 2020 г. направлено более 300 тонн продовольствия. Мы будем продолжать эту помощь.
В заключение хотел бы в очередной раз подчеркнуть, что Россия неизменно выступает за становление Афганистана в качестве независимого и самодостаточного государства, свободного от терроризма и наркотиков. Искренне желаем скорейшего достижения устойчивого мира на афганской земле и открытия новой страницы в истории страны.
Благодарю за внимание. Желаю успешной работы.
Глава МИД Ирана посетил Таджикистан для участия в саммите по Афганистану «Сердце Азии»
Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф в понедельник посетил Таджикистан для участия в саммите по Афганистану «Сердце Азии».
Первая конференция «Сердце Азии», также известная как «Стамбульский процесс», прошла в Стамбуле в 2011 году с участием министров иностранных дел 14 стран. Инициатива направлена на расширение регионального сотрудничества в пострадавшем от войны Афганистане.
По прибытии в Душанбе Зариф сказал, что Иран стремится помочь установить прочный мир и помочь положить конец боевым действиям в соседнем Афганистане.
Зариф также планирует провести переговоры с высокопоставленными таджикскими властями в кулуарах саммита министров иностранных дел, сообщает Mehr News.
«Я очень рад, что нашел возможность поехать в Таджикистан, дружественную и соседнюю страну, где люди говорят на том же языке и исповедуют ту же религию, что и иранцы, чтобы посетить конференцию "Сердце Азии", провести двусторонние встречи, а также сесть для переговоров с официальными лицами из Таджикистана и других стран, чтобы мы могли вместе работать над Афганистаном, который также является соседней страной, где люди исповедуют ту же религию и язык, что и мы, чтобы мы могли помочь нашим братьям и сестрам в Афганистане устанавливать прочный мир и прекратить боевые действия в их стране», - заявил Зариф.
Указывая на многовековые отношения между Ираном и Таджикистаном, Зариф сказал: «Иран и Таджикистан связывают вековые отношения. Я надеюсь, что эта поездка сыграет ключевую роль в активизации и расширении взаимного сотрудничества во всех областях».
Зариф также планирует встретиться со своими коллегами из Афганистана, Пакистана, Индии и Азербайджана.
В воскресенье, официальный представитель министерства иностранных дел Ирана Саид Хатибзаде написал в своем аккаунте в Твиттере: «29-30 марта министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф встретится с таджикскими официальными лицами и примет участие в саммите «Сердце Азии» по Афганистану».
«Общее наследие цивилизации, истории и культуры сформировало неразрывные связи между двумя народами и языками Ирана и Таджикистана», - сказал Хатибзаде.
![Главное](/images/star.png)
Интервью Посла России в Албании М.Афанасьева в программе «EuropeIn» телеканала MCN TV, 26 марта 2021 года
- Европу в культурном плане трудно представить без России, даже несмотря на то что Россия не является частью Европейского сообщества. Господин Посол, видите ли Вы Россию частью европейской цивилизации?
Несомненно. Россия – неотъемлемая часть европейской цивилизации. И принадлежность российской культуры к европейской отнюдь не определяется формальными признаками – я здесь имею в виду географическое положение или членство России в различных евроструктурах, таких как ОБСЕ, Совет Европы и т.д. Русская нация формировалась под влиянием общих для всей Европы христианских ценностей, пришедших в нашу страну из Византийской империи, и на протяжении многих веков являлась форпостом европейской цивилизации на восточных рубежах континента.
С самого своего возникновения древнерусское государство играло важнейшую роль в Европе, проводя активную внешнюю политику, позволявшую ему быть желанным участником самых разных европейских союзов и коалиций.
На протяжении XVII-XIX веков происходило активное взаимопроникновение российской и западноевропейской культур, которые не только конкурировали, но и обогащали друг друга. Русское общество впитывало в себя передовые для того времени философские, научные, экономические и политические идеи и в свою очередь щедро поставляло «на экспорт» гениальные творения выдающихся представителей своей науки, литературы, живописи, театра и других сфер интеллектуальной деятельности, без которых немыслима сегодняшняя европейская цивилизация. Имена Пушкина и Достоевского, Чехова и Пастернака, Чайковского и Прокофьева, Менделеева и Павлова, Гагарина и Терешковой – это «фирменные знаки» России в Европе и мире.
Россия всегда играла одну из главных ролей во многих судьбоносных событиях на нашем континенте. Это и формирование расклада сил в Европе после наполеоновских войн в XIX веке, и Русская революция 1917 года, и победа над гитлеровским нацизмом в 1945 г. Наша страна внесла определяющий вклад в формирование современной системы международных отношений, ключевая роль в которой принадлежит ООН, а также системы европейской безопасности, вот уже несколько десятилетий успешно ограждающей Европу от угрозы новой войны.
- В Албании распространена любовь к русской культуре. Ценится ли албанская культура в России? Какие шаги предпринимаются для сближения наших двух стран?
По моим личным наблюдениям, Албания и всё, связанное с вашей страной, в последнее время стало чаще звучать в российском информационном пространстве. Это находит свое проявление, например, в телевизионных программах, документальных фильмах, газетных публикациях и во многом другом.
Российский читатель знаком и высоко ценит албанских писателей, таких, например, как Исмаиль Кадаре, оперных и эстрадных исполнителей, спортсменов и общественных деятелей.
Конечно, Албания в целом остается некой «терра инкогнита» для россиян. Ещё сохраняется огромный неосвоенный пласт, с которым можно было бы ознакомить людей, проживающих в России. Тем не менее, в двух университетах нашей страны ведется преподавание албанского языка, есть выдающиеся ученые-специалисты по балканскому региону и, в частности, по Албании. До пандемии с каждым годом все больше российских граждан посещало Албанию в туристических целях.
Важным фундаментом для укрепления двусторонних связей остаются традиции, заложенные во времена советско-албанской дружбы конца 1940-х - начала 1960-х гг. В Албании мне довелось познакомиться со многими людьми, хорошо знающими и любящими русский язык, литературу, театр и балет, осведомленные о наших научных достижениях. На мой взгляд, важно сохранить и передать эти ценности потомкам, что будет на благо как для албанцев, так и для россиян. В этом я абсолютно убежден.
К сожалению, пандемия коронавируса внесла свои коррективы. Проведение культурных мероприятий в привычном формате стало невозможным, часть из них была перенесена в онлайн-формат. Например, год назад был проведен международный симфонический онлайн-концерт «Музыка мира», посвященный 75-летию Победы. В нем участвовали и ваши соотечественники. Весной 2020 г. албанская певица Энджи Кумрия заняла третье место в международном музыкальном конкурсе «Дорога на Ялту». В планах также участие наших артистов в организуемых здесь фестивале духовых инструментов и фестивале гитары.
Выступления российских артистов в Албании, к слову, очень популярны. В первые дни моей работы здесь в качестве посла (ноябрь 2019) мне выпала часть открывать представление Санкт-петербургского балета на льду, который прошел на «ура» и вызвал неподдельный интерес у албанских зрителей.
Готов к выходу на экран и первый за 60 лет фильм совместного производства России и Албании – «Гирокастра», повествующий о трагической судьбе советских женщин и их мужей-албанцев, которые подверглись здесь репрессиям после разрыва советско-албанских отношений.
На Албанию распространяется программа российского правительства по предоставлению стипендий для бесплатного обучения в высших учебных заведениях России. В 2019 г., до начала пандемии, Россией были предоставлены 45 стипендий - абсолютный рекорд за всё время её работы. Как видите, потенциал развития российско-албанского гуманитарного сотрудничества весьма значителен.
- Поскольку Европе и России часто угрожают одни и те же враги, такие как эпидемия, терроризм или экономическое усиление Дальнего Востока, каково ваше видение сотрудничества с Европой, а также со странами Западных Балкан?
Конечно, наряду с национальными проблемами существуют и глобальные вызовы, главные из которых – ядерная безопасность, международный терроризм, региональные конфликты, экология, борьба с инфекционными заболеваниями, экономическая отсталость. Ни одна страна не может решить эти проблемы в одиночку.
В регионе Западных Балкан, к сожалению, присутствует практически весь спектр перечисленных мною вызовов, и тем настоятельнее видится необходимость широкого международного сотрудничества по их преодолению.
Россия, расположенная в непосредственной близости от Балканского полуострова, является естественным участником всех происходящих здесь процессов, которые не могут не затрагивать её интересы. Любые попытки исключить нас из этих процессов обречены на неудачу.
При этом целью России является не приобретение каких-либо политических, военных или экономических преимуществ, а налаживание конструктивного взаимовыгодного сотрудничества во всех областях как залога стабильности, безопасности и социально-экономического процветания региона. Примерами такого сотрудничества может, в частности, служить запуск газопровода «Балканский поток» в текущем году. Москва заинтересована в расширении инвестиционных проектов на Западных Балканах, а также заключении Соглашений о свободной торговле ЕАЭС со странами региона, наподобие того, что был заключен с Сербией в 2019 г. Перспективной идеей, на мой взгляд, может стать налаживание диалога по проблемам Западных Балкан между ЕАЭС и ЕС.
Особый интерес для обеих сторон представляют наука, образование, экология, культура. Поэтому в данном контексте модели партнёрства с государствами-членами Европейского Союза и странами Западных Балкан схожи. Перед нами стоят общие вызовы и их надо решать сообща. Мы всегда были и остаёмся открытыми к взаимовыгодному сотрудничеству.
Что касается отношений России со странами Азии, то мы не рассматриваем экономический подъем этого региона как какую-то угрозу нашей безопасности. Наоборот, мы приветствуем формирование новой глобальной экономической модели с мощными региональными лидерами как опорный элемент более стабильного и надежного мироустройства. Россия активно развивает экономические и политические связи с Китаем, Индией, Пакистаном, Индонезией, Малайзией, рассматривая взаимодействие с этими странами как мощный противовес попыткам возродить не оправдавшую себя однополярность.
- С момента начала пандемии коронавируса Россия, наряду с немногими другими странами, решила разработать собственную вакцину, впоследствии названную «Sputnik V». Что стояло за этим решением, а также каковы преимущества и недостатки этой вакцины?
В России еще в советские времена сложилась сильная школа вирусологии и эпидемиологии, наша страна традиционно вносит большой вклад в борьбу с инфекционными заболеваниями в разных частях света – из последних примеров можно привести разработки наших ученых для борьбы с вирусом Эбола в Африке.
Решение о скорейшей разработке вакцины было естественным – мы исторически привыкли полагаться в первую очередь на самих себя. К тому же, присутствует положительный эффект синергии – чем больше высококвалифицированных ученых в разных частях планеты приступят к разработке препарата, который позволит покончить с эпидемией, заставшей врасплох весь мир, – тем лучше для всех нас.
Преимуществам «Спутника-V» посвящен целый ряд статей в научных журналах, основой которых стали клинические испытания препарата в разных странах мира. Первое, на что стоит обратить внимание, – её высокая подтвержденная эффективность (свыше 91%), минимальное количество выявленных побочных эффектов, простые условия хранения (при температуре +2-8 гр.) и немаловажное рыночное преимущество - невысокая по сравнению с другими аналогами цена.
- Некоторые европейские страны, такие как Венгрия и Чехия, открыты для поставок вакцин «Пфайзер», «АстраЗенека» и «Sputnik V». Какую позицию занимают балканские страны?
Россия с самого начала стремилась к налаживанию широкомасштабного международного сотрудничества не только в создании вакцин как таковых, но и в плане обеспечения этими вакцинами населения планеты для того, чтобы как можно быстрее преодолеть пандемию. Мы исходим из того, что активное международное сотрудничество в борьбе с пандемией является всеобщим благом, необходимым условием для перезапуска мировой экономики и возвращения нашей жизни в нормальное русло. Именно поэтому Россия на днях подала заявку на присоединение в качестве донора к механизму COVAX, благодаря которому доступ к вакцинам на льготных условиях получат многие небогатые страны мира, включая государства Западных Балкан.
Борьба с пандемией, последствиями природных стихий, терроризмом – это все явления одного порядка, когда межгосударственное сотрудничество возвышается над сиюминутными политическими выгодами и предпочтениями. Перед вирусом мы все едины. Развитие событий показало, что политика национального эгоизма, которая проявилась кое-где в мире, ведет в тупик. В результате большинство государств мира осознали необходимость все-таки обратиться за помощью друг к другу для того, чтобы обеспечить потребности своих народов в вакцинах. В настоящее время с 15 производителями в 10 странах подписаны контракты на производство 1,4 млрд доз для вакцинации 700 миллионов человек, однако этого недостаточно.
Мы не были инициаторами войны вакцин, которая, к сожалению, возникла сразу же после объявления Россией о создании вакцины «Спутник-V», и мы не стремимся участвовать в ней. Важно, что отторжение российских антиковидных препаратов, которое было продемонстрировано на начальном этапе вакцинации, постепенно сменяется осознанием необходимости не только совместных действий, но и совместного производства российских вакцин, которые, безусловно, доказали свою эффективность.
Как вы знаете, «Спутник – V» зарегистрирован и уже применяется в Сербии, Черногории, Северной Македонии, Республике Сербской в составе БиГ, Молдавии. Ряд латиноамериканских и африканских государств также начал вакцинацию «Спутником-V». Несколько недель назад и правительство Албании приняло решение о допуске в страну иных, отличных от американских и европейских, антиковидных вакцин, на основании которого, как я понимаю, сюда и поступила в качестве дара ОАЭ партия из 10 тыс. единиц российской вакцины «Спутник-V».
Поскольку российская вакцина занимает сейчас второе место в мире по количеству одобривших её стран, для того, чтобы удовлетворить столь большой спрос, возникший за небольшой период времени, нужно задействовать большее количество производственных мощностей. Российская сторона с самого начала заявляла о готовности сотрудничать по поставкам и производству вакцины со всеми без исключения странами.
- Как Вы оцениваете шансы производства европейскими странами вакцины «Sputnik V»?
Что касается конкретных европейских государств, которые выразили готовность производить «Спутник-V», то мы здесь уже имеем Италию; достигнуты также соглашения с испанскими и французскими производителями, ожидающими одобрения вакцины со стороны европейского регулятора, в Германии вопрос рассматривается на политическом уровне; в Швеции несколько фармацевтических компаний выразили готовность вести переговоры с РФПИ, который уполномочен в моей стране заниматься производством вакцин. Тенденции однозначны – Европа все активнее руководствуется своими собственными интересами, и я думаю, что совместными усилиями мы достигнем тех целей, которые мы перед собой ставим. В настоящее время РФПИ ведет диалог с Европейским органом по медицинским препаратам (EMA) по официальной сертификации вакцины «Спутник-V».
- Как сейчас обстоят дела в отношениях России и Албании? Какова была причина определенных трений в отношениях между нашими странами. И повлияет ли положительно на наши двусторонние отношения тот факт, что Албания недавно получила 10 тыс. доз вакцины «Спутник-V»?
Буду откровенен – отношения наших стран переживают не самые лучшие времена, причем объективных предпосылок для этого нет – наши государства не имеют территориальных претензий друг к другу, между нами нет конфликтов, каких-либо неразрешимых противоречий. Те, кто ссылаются на косовскую проблему как на якобы причину низкого уровня наших связей, сильно лукавят. Албания вполне успешно развивает отношения с рядом государств, не признавших «независимость» Приштины. У наших стран большой потенциал развития двусторонних связей, особенно в сферах туризма, транспорта, энергетики, сельского хозяйства и торговли.
Причины спада наших отношений мне кажутся несколько искусственными. Видимо, это является одним из элементов политической борьбы, которая идет не только между политическими силами в самой Албании, но и в регионе в целом, за влияние в котором соперничают различные внешние игроки. Живые примеры, в том числе, соседних стран, показывают, что такое состояние нашего двустороннего сотрудничества не является нормальным.
Есть все предпосылки для того, чтобы отношения между Россией и Албанией развивались по восходящей. Наши государства могут взаимодействовать и слышать друг друга по целому ряду международных проблем, включая вопросы европейской безопасности, что и подтвердили прошлогодний визит премьер-министра Э.Рамы в Москву в качестве действующего Председателя ОБСЕ и его переговоры с нашим министром иностранных дел С.В.Лавровым. Стороны обсудили достаточно широкий круг вопросов, которые могли бы быть предметами сотрудничества между нашими странами. Были затронуты также некоторые вопросы двусторонних экономических, культурных и торговых связей. Признано, что важным импульсом к началу восстановления полноценных и полнобъемных отношений между Албанией и Россией было бы возобновление работы межправительственной комиссии по вопросам экономического, научно-технического и культурного сотрудничества, которая очень эффективно и активно работала до 2009 г. В настоящее время комиссия, к сожалению, существует только на бумаге, и ее заседания не проводятся. Но именно этот межправительственный орган уполномочен решать вопросы по углублению и развитию наших отношений. Мы надеемся, что после завершения парламентских выборов 25 апреля и формирования нового правительства Албании у властей страны появится возможность обратиться к теме межправительственной комиссии, и тогда мы сможем общими усилиями вернуться за стол переговоров и обсудить все насущные вопросы нашего сотрудничества.
Мы уверены в том, что Албания в лице России может приобрести надежного и обстоятельного партнера, основным принципом внешней политики которого было и остается невмешательство во внутренние дела других государств. Мы не диктуем никому, как жить, и не даем советы, если нас об этом не просят.
Что касается предложения российской вакцины, то оно существует по умолчанию – как я уже неоднократно говорил, Россия готова к сотрудничеству со всеми государствами без каких-либо исключений или условий, поскольку борьба с коронавирусом является общей задачей человечества. Мы приветствуем появление здесь российской вакцины. Нам доставляет удовлетворение сам факт того, что российская медицина помогает спасти здоровье и жизни сотен албанцев.
- Как обстоят дела в отношениях России с Западными Балканами, особенно в свете ожидаемого развития событий между Косово и Сербией и недавних событий в Болгарии?
Отношения России со странами Западных Балкан в целом позитивные. Я не могу назвать вам ни одного государства в регионе, с которым Россия не поддерживала бы нормальных отношений. Существует также группа стран и энтитетов, с которыми Россия поддерживает привилегированные отношения – это Сербия, Республика Сербская в составе БиГ. Отношения с БиГ в целом у нас тоже прекрасные. Очень плодотворно развивается экономическое и политическое сотрудничество у России с Северной Македонией, Хорватией, Словенией. Наметились пути улучшения подпорченных ранее отношений с Черногорией. На этом фоне нам бы хотелось, чтобы ситуация в регионе была более стабильной, предсказуемой и безопасной, и именно с этой точки зрения Россия приветствовала возобновление диалога между Косово и Сербией, который должен привести к окончательному урегулированию косовской проблемы.
Позиция России предельно проста – основой косовского урегулирования была и остается соответствующая резолюция Совета Безопасности ООН. И в рамках этой резолюции должны действовать все участники урегулирования. Россию устроит любое решение, которое будет достигнуто сторонами. Если оно будет означать независимость – значит, Россия признает независимость. Полагаем также, что решение, которое будет принято в результате диалога, должно будет утверждено новой резолюцией СБ ООН для того, чтобы придать ему глобальную легитимность и навсегда снять косовский вопрос с международной повестки. Каких-либо иных препятствий для урегулирования проблемы Косово мы не видим.
- Какова позиция России по отношению к расширению европейского сообщества? Каков подход России в 21 веке относительно создания подобных больших союзов?
Что касается создания международных объединений государств, налаживания на их основе регионального сотрудничества, то Россия, безусловно, поддерживает эти процессы. Мы выступаем за то, чтобы государства мира объединялись в целях развития своей экономики, укрепления благосостояния населения, совместной борьбы с глобальными вызовами, создания наиболее благоприятных условий для развития демократического общества, обеспечения прав человека и верховенства закона. То есть, каких-либо предубеждений в отношении такого рода организаций и объединений у нас нет.
Россия сама стремится по возможности быть участницей таких объединений. Я ранее упоминал ЕАЭС, которое начиналось как объединение бывших постсоветских государств. В настоящее время к нему присоединился ряд стран, которые никогда не входили в сферу влияния Советского Союза. Россия является полноправным членом в «Группе Двадцати», БРИКС, а также входит в объединения, в которых участвует и Албания (например, ОЧЭС). Мы с вами если не соседи по Адриатическому морю, то по Черному точно.
В принципе, у нас такое же отношение и к Европейскому Союзу. ЕС для нас не враждебная организация. Более того, ЕС до последнего времени был связан с Россией, в том числе по инициативе самой Москвы, многочисленными партнерскими отношениями. Существует Соглашение о партнерстве и сотрудничестве Евросоюза и России, в рамках которого обсуждается весь спектр отношений между нашими странами, включая вопросы европейской безопасности.
К сожалению, в последнее время этот диалог заглох, что вынудило на днях нашего министра, господина Лаврова, заявить о фактической заморозке отношений между Россией и ЕС. Мы рассчитываем на то, что здравый смысл в ЕС все-таки возобладает, и отношения вернутся на уровень партнерства. В этой связи, естественно, нам не нравится, что в сфере безопасности ЕС все более блокируется с НАТО, но реальность сегодня такова, и мы живет в этой реальности.
Что касается расширения Евросоюза, к вступлению в который готовится Албания, мы относимся к этому спокойно. Это право каждого государства искать себе партнеров, выбирать для себя магистральные пути развития. Мы уважаем это право и не собираемся никому в этом препятствовать. Единственно, и это относится к нормам универсальной морали – ничто не должно делаться в ущерб интересов других. Поэтому Россия всегда настаивает на том, чтобы ее интересы тоже учитывались в процессе таких расширений.
Естественно, Россия навряд ли поставит в обозримом будущем вопрос о вступлении в ЕС. Россия – это целая цивилизация и говорить о том, что мы можем сосуществовать как единое целое в рамках подобной организации, пока еще рано. Тем не менее, пути сближения открыты, и мы готовы по ним идти.
Что касается причин, по которым нынешние международные отношения деградируют буквально на глазах, то, думаю, в данном случае всем участникам международного общения необходимо взять паузу, подумать над тем, что происходит, потом снова собраться за столом переговоров и разработать такой модус вивенди, который позволил бы всему миру, сплотившись на противодействии таким международным угрозам, как терроризм, пандемия и т.д., выйти на позитивную повестку и, в конце концов, преодолеть этот глобальный раскол в интересах всего человечества.
***
Большое спасибо. Мне было очень приятно побеседовать в этой студии, представить российскую точку зрения зрителям вашего телеканала. Я рад, что албанскую аудиторию интересуют вопросы международной политики и моя страна, которую я здесь представляю, – Российская Федерация.
Санкции США против Ирана являются примером экономического терроризма
Спикер парламента Ирана Мохаммад Бакер Калибаф заявил, что санкции США против его страны, которые влияют на жизнь простых людей, являются примером экономического терроризма.
Калибаф выступил с заявлением в четверг, выступая на Четвертой конференции спикеров соседей Афганистана и Турции по теме «Противодействие терроризму и укрепление региональных связей».
Он повторил, что введение односторонних санкций, введенных против иранского народа, является ярким примером экономического терроризма, поскольку терроризм не знает границ в унесении жизней ни в чем не повинных людей, сообщает Fars News.
«Эта встреча проводится в условиях, когда наш регион и, в более широком смысле, весь мир борются с многочисленными политическими вызовами и кризисами, а также проблемами безопасности и экономики. Пандемия коронавируса Covid-19, как одна из возникающих проблем, еще более обострила ситуацию, предрасполагающие условия для распространения терроризма и насильственного экстремизма», - сказал он в начале своего выступления.
«Террористы пользуются расколами, неопределенностью и экономическими трудностями, вызванными пандемией COVID-19, чтобы, как всегда, порождать еще большую ненависть, разногласия, радикализацию и вербовку новых членов», - сказал спикер.
"Природа этого вируса не отличается от темы этой конференции. Терроризм, как и covid-19, забирает души невинных людей, не признавая границ. Христиане и мусульмане, старые и молодые, мужчины и женщины, все уязвимы к тяжелому положению терроризма, и так же, как борьба с вирусом COVID-19 не является предметом или приоритетом одной или нескольких стран, противодействие терроризму в его различных формах и проявлениях также должно стать главной заботой всех стран», - сказал Калибаф.
«В отличие от covid-19, терроризм - явление не новое, и создаваемые им угрозы не только поставили под угрозу мир и безопасность во всем мире, но и убили многих ни в чем не повинных граждан по всему миру, особенно в Западной Азии. Это совершенно ясно и неоспоримо, что Исламская Республика Иран всегда подвергалась терроризму и поэтому неизменно пыталась быть на передовой в борьбе с этим явлением», - сказал иранский спикер.
"Несомненно, поддержание принципиальной борьбы с терроризмом и экстремизмом как разрушительной глобальной угрозой требует выявления и противодействия идеологическим контекстам и истокам стран, создающих проблемы, которые их поддерживают. Фактически, некоторые страны используют терроризм, а не борются с ним в качестве оружия для достижения их внешнеполитических целей», - добавил он.
"Мы, как спикеры парламентов шести стран, включая Турцию, Китай, Россию, Афганистан, Пакистан и Иран, должны действовать таким образом, чтобы идеологи терроризма и его сторонники платили более высокую цену в пропагандистских, политических сферах и в сфере безопасности, особенно в сложившейся критической ситуации», - сказал Калибаф.
«Хотя терроризм принимает разные формы, проявления и примеры, все они имеют общую природу, то есть использование ключевых слов страха и запугивания для достижения своей зловещей цели. Следовательно, ни одно правительство или организация не может провести различие между хорошим терроризмом и плохим терроризмом», - сказал он.
Россия получит не менее 26% в проекте газопровода «Пакистанский поток»
Не менее 26% получит Консорциум российских инвесторов в проекте строительства газопровода «Пакистанский поток», который ранее назывался газопровод «Север — Юг», сообщает vesti.ru. Компанию «РТ Глобальные ресурсы» и ее дочерние подразделения заменили в соглашении на компанию, которую учредят ФГУП «Центр эксплуатационных услуг» Минэнерго, «Евразийский трубопроводный консорциум и «Трубная металлургическая компания» Дмитрия Пумпянского.
Контрольный пакет в проекте получит Пакистан. Свою долю в проекте Россия оплатит деньгами, услугами или товарами, которые необходимы для выполнения проекта.
Вопросы работы проектно-строительной компании стороны пропишут в акционерном соглашении, которое согласуют в течение 60 дней после подписания протокола о внесении изменений в соглашение. Стороны договорились, что российская сторона получит право решающего голоса при выборе подрядчиков, а также примет решения по проектированию, инжинирингу, поставкам и строительству газопровода.
Межправительственное соглашение о строительстве газопровода «Север — Юг» протяженностью 1,1 тыс. км и мощностью 12,4 млрд кубометров газа в год подписано Россией и Пакистаном в октябре 2015 года.
МГП «Север — Юг» протянут от СПГ-терминалов в портах Карачи и Гвадар до ТЭС и промпотребителей газа в г. Лахор на севере Пакистана, а в г. Мултан предусмотрена точка привязки к газопроводу ТАПИ. Протяженность газопровода по плану — 1,1 тыс км, пропускная мощность — до 12,3 млрд куб. м в год. В декабре 2019 года с российской стороны сменился консорциум строительства: по просьбе Пакистана из него исключен Ростех, в отношении которого опасаются санкций. К другому участнику консорциума — Трубной металлургической компании — тоже были вопросы относительно вероятных санкций, однако власти Пакистана признали участие ТМК правомерным. ТМК — основной акционер пакистанской компании-оператора проекта Oriental Stream Limited.
Российские ТБД пойдут на газопровод "Пакистанский поток"?
Россия и Пакистан договорились, что газопровод «Север-Юг», строительство которого было запланировано ранее, будет расширен, изменит состав акционеров и поменяет название на «Пакистанский поток».
Проект будет строить компания специального назначения (SPV), аза российской стороной вней будет закреплена доля неменее 26%, говорится впроекте протокола овнесении изменений всоответствующее межправительственное соглашение от2015 года.
По соглашению остроительстве газопровода "Север— Юг" от2015 года, проектом состороны РФ должна была заниматься компания "РТ— Глобальные ресурсы", входящая вгоскорпорацию "Ростех". А состороны Пакистана— Inter State Gas Systems, которая занимается реализацией стратегических инфраструктурных проектов вгазовой отрасли республики.
Газопровод протяженностью 1100 километров спропускной способностью до12,4 миллиарда кубических метров вгод должен связать терминал впортовом городе Карачи наюге Пакистана сгородом Лахором насевере страны. Теперь же его планируется провести доблизкого кЛахору пункта— Пхул-Нагара (округ Касур).
Дляучастия России впроекте планируется создать компанию, учредителями которой будут ФГУП "Центр эксплуатационных услуг" Минэнерго РФ, Евразийский трубопроводный консорциум (ЕТК бизнесмена Александра Карманова, крупная трейдинговая компания попоставке труб иметаллопродукции), атакже Трубная металлургическая компания (ТМК, основной бенефициар— Дмитрий Пумпянский).
При этом российская сторона, сучетом опыта вподобных проектах,предоставлено право решающего голоса в выборе подрядчика строительства и в вопросах, связанных с проектом и поставками оборудования, включая трубы большого диаметра (ТБД).
В Москве проходят двухсторонние переговоры между талибами и афганскими политическими деятелями.
Источники в афганских делегациях подтвердили «Афганистан.Ру», что сегодня состоялись отдельные переговоры делегации талибов с представителями Исламской партии Афганистана (ИПА). Талибы также провели отдельные переговоры за закрытыми дверями с другими афганскими легальными политическими деятелями. О том, состоялись ли переговоры талибов с делегацией, представляющей правительство, пока данных нет.
Как уже сообщал «Афганистан.Ру», вчера в российской столице по инициативе МИД России состоялось заседание расширенной «тройки» по Афганистану при участии России, США, Китая и Пакистана. По итогам встречи стороны выступили с совместным заявлением, в котором призвали Кабул и талибов к заключению мирного соглашению.
Афганский МИД приветствовал итоговое заявление расширенной «тройки»
МИД Афганистана приветствовал совместное заявление России, США, Китая и Пакистана по итогам заседания в Москве, назвав его «шагом вперед в направлении начала серьезных переговоров для достижения мира в соответствии с ожиданиями афганского народа».
«Государство Афганистан приветствует однозначное заявление о том, что участники встречи не поддерживают восстановление Исламского Имарата, и также в свою очередь подчеркивает то, что Исламская Республика является единственным, инклюзивным и приемлемым устройством для обеспечения политического участия, плюрализма и равноправия граждан, сохранения порядка и стабильности в таком многообразном обществе, как Афганистан», – говорится в сообщении внешнеполитического ведомства.
В МИД ИРА подчеркнули, что Кабул готов к переговорам с талибами об установлении режима прекращения огня и достижении политического урегулирования, и отметили усилия стран региона и мира и важную роль ООН в продвижении мирного процесса.
Как уже сообщал «Афганистан.Ру», вчера в Москве по инициативе МИД России состоялись консультации по Афганистану в формате расширенной «тройки». В итоговом заявлении участники встречи призвали стороны афганского конфликта к примирению и высказались против восстановления Исламского Эмирата. Они также призвали талибов отказаться от ежегодного весеннего наступления.
Талибы не поддержали призыв расширенной «тройки» к отказу от Исламского Эмирата
На пресс-коференции в Москве талибы в очередной раз заявили, что не согласны отказаться от плана по установлению исламской системы.
Напомним, что ранее Россия, США, Китай и Пакистан опубликовали заявление по итогам московской встречи, в котором выступили против восстановления Исламского Эмирата. Афганский МИД приветствовал заявление и подчеркнул, что Исламская Республика является единственно возможной формой правления для обеспечения стабильности в стране.
Представитель катарского офиса «Талибана» (запрещено в РФ) Мохаммад Наим Вардак сказал, что систему управления должен выбирать афганский народ, и она не может быть навязана извне.
Члены талибской делегации также заявили, что иностранные войска должны покинуть Афганистан до конца апреля этого года, предупредив о последствиях нарушения Дохинского соглашения.
Отметим, что накануне американский телеканал “NBC News” сообщил, что президент США Джо Байден рассматривает возможность сохранения военного присутствия в Афганистане до ноября этого года.
Потребности Пакистана в энергии могут быть удовлетворены через Исламскую Республику Иран
Премьер-министр Пакистана считает, что географическое положение его страны зависит от прочного мира и безопасности в регионе, и сказал, что потребности Пакистана в энергии могут быть удовлетворены через Исламскую Республику Иран.
Во время своего выступления на инаугурационном заседании двухдневного «Исламабадского форума диалога по безопасности» в среду Имран Хан добавил: «Без мира и безопасности в регионе невозможно достичь экономических целей и пользоваться стратегическим положением страны".
«Мир в Афганистане также важен для безопасности региональных коммуникаций, особенно для торгового маршрута из Китая в Пакистан в Центральную Азию через Афганистан», - сказал он, сообщает Mehr News.
Премьер-министр Пакистана добавил: «Исламская Республика Иран находится по соседству с нами как источник энергии, с помощью которого можно удовлетворить потребности Пакистана в энергии».
Газопровод Иран-Пакистан, также известный как трубопровод мира или IP Gas, представляет собой строящийся газопровод протяженностью 2775 километров (1724 миль) для доставки природного газа из Ирана в Пакистан.
Лавров призвал США и «Талибан» сохранять приверженность Дохинскому соглашению
В ходе выступления на заседании расширенной «тройки» по Афганистану в Москве глава МИД РФ Сергей Лавров призвал США и «Талибан» (запрещено в РФ) сохранять приверженность Дохинскому соглашению.
Он подчеркнул, что встречи в формате расширенной «тройки» при участии России, США, Китая и Пакистана сыграли положительную роль в содействии переговорам между Вашингтоном и талибами.
Министр назвал недопустимыми дальнейшие проволочки в межафганских переговорах. По его словам, «ситуация вызывает все большую обеспокоенность на фоне приближающегося весенне-летнего периода, когда традиционно наблюдается повышенная боевая активность».
Он отметил, что текущей ситуацией в Афганистане пытаются воспользоваться террористические группировки, в том числе «Исламское государство» (запрещено в РФ).
«Особенно беспокоит, что текущим положением для укрепления своих позиций на земле пытаются воспользоваться радикальные террористические группировки, в первую очередь “Исламское государство», – сказал Лавров. – По нашей оценке, ИГИЛ не оставил попыток поглубже окопаться на афганском севере с целью проецирования своих замыслов на Центрально-Азиатский регион».
Глава российского МИД подчеркнул важность международных и региональных усилий по содействию афганскому урегулированию. Он добавил, что Россия продолжит оказывать всестороннее содействие Афганистана в целях прекращения вооруженного конфликта и установления прочного мира.
Напомним, что сегодня в Москве проходит международная конференция по Афганистану, в которой также принимают участие представители афганского правительства и талибов.
В плену
Заложники далекой войны на экране и в реальности
Текст: Владимир Снегирев
Для кинодокументалиста Евгения Барханова афганская тема означает кроме всего прочего возвращение в его молодость. Он сам прошел дорогами той войны, служил срочную в десантно-штурмовой бригаде, участвовал в боях на границе с Пакистаном. Правда, получив диплом сценариста, а затем занявшись режиссурой, он пытался пробиться к зрителю другими сюжетами, но однажды судьба свела Барханова с человеком, который поведал ему о том, что где-то в далеких горах все еще томится то ли в плену, то ли в заложниках сбитый советский летчик. Евгений решил снять об этой истории документальный фильм. А прежде отправился в Афганистан и Пакистан с тем, чтобы разыскать летчика.
То, что случилось дальше, заслуживает отдельного разговора. Он сделал фильм под названием "Ташакор", потом еще один ("Ташакор. Послесловие") - его премьера состоялась недавно в большом зале Дома кино - и собирается делать третий. Следом за поисками сбитого летчика пошли расследования, связанные с другими пленными, новые поездки по всему свету, встречи, открытия и вопросы. В итоге Евгений Барханов сам оказался в плену - у этой трагической и очень непростой темы, где война, кровь, горе, слезы, подвиги и предательства. Об этом наш разговор.
Для начала давайте вернемся к истории со сбитым летчиком. Лет семь или шесть назад мне тоже о нем рассказал один из видных ветеранов той войны, но я тогда даже поспорил с ним, убеждая генерала, что это миф, что невозможно было скрывать информацию о пленнике все эти годы. Что вам удалось выяснить?
Евгений Барханов: Начнем с того, что мы начали свои поиски совместно с "дядей Сашей" - я так называю Александра Лаврентьева, полковника в отставке, который много лет отвечал за разыскную работу в Комитете по делам воинов-интернационалистов. Фамилия летчика действительно была в списках солдат и офицеров, пропавших без вести. Это пилот истребителя-бомбардировщика Су-17, старший лейтенант Сергей П., самолет которого в 1987 году пропал с радаров над хребтами Гиндукуша.
Лаврентьев, как и я, поверил в то, что этот человек жив и можно его найти. Проблема была в том, что по тем скудным данным, которыми мы располагали, летчик находился в одном из лагерей афганских беженцев на территории Пакистана, в т.н. зоне племен, куда иностранцам въезд категорически запрещен. Даже в Пешавар - ближайший большой город - человеку из России и то попасть трудно. Не буду раскрывать всех тайн, но в итоге мы туда приехали. Нашли посредника из числа местных пуштунов, который согласился устроить встречу с Сергеем П., но буквально в день нашего появления там этот человек был арестован за какие-то прегрешения и посажен в тюрьму.
То есть наскоком ничего сделать не получилось. Зато нам удалось раздобыть фото Сергея П., сделанное в зоне племен совсем недавно, - мы показали его судмедэксперту, и он с большой долей вероятности подтвердил, что это тот самый летчик. Мы также выяснили, что он женился на местной женщине, что пытался найти выход на представителей российского посольства. К сожалению, недавно этот человек умер, но мы располагаем видеообращением его супруги, которая обращается с просьбой о помощи ей и их общим детям.
Да, вопросы еще остаются, но я с этой историей настолько сжился, что постоянно думаю о судьбе офицера, прошедшего через войну, через плен, по каким-то причинам не сумевшего вернуться на родину. Согласитесь, есть повод для размышлений.
Да, есть. А для творческого человека - почти готовый сюжет. Причем, увы, этот летчик - далеко не единственный из числа солдат и офицеров 40-й армии, судьба которых все еще неизвестна, они числятся в списке пропавших без вести.
Евгений Барханов: Вы правы, в этом списке все еще значатся более двухсот имен. Несмотря на все усилия, которые предпринимал тот же Комитет по делам воинов-интернационалистов, когда его возглавлял Руслан Аушев, работу по розыску так и не удалось поставить на государственную основу. Она велась и ведется в основном силами энтузиастов и на скудные средства спонсоров. Вот как в нашем случае с попытками прояснить судьбу сбитого пилота.
Но ведь вы, насколько я понял, на этом не остановились? Давайте теперь перейдем к следующему эпизоду - к судьбам тех пленных, которые когда-то были освобождены с помощью Красного Креста и затем оказались в Швейцарии. Насколько мне известно, об этом в наших СМИ не было ни строчки…
Евгений Барханов: Надо отдать должное этой международной организации, она в те далекие теперь годы предпринимала серьезные усилия для того, чтобы спасти солдат, которые по тем или иным причинам оказались у моджахедов. Кстати, в официальной переписке нигде не встречается термин "пленные", по отношению к этим людям употреблялся термин "незаконно захваченные". Ведь войны официально не было, а значит, не было и пленных.
Наши власти сначала предложили представителям Красного Креста вывозить пленных в Индию, с которой у Советского Союза были хорошие отношения. Но это не нашло понимания. Последовало еще одно предложение: передавать пленных непосредственно советской стороне. В итоге же стороны сошлись на том, что "незаконно захваченные", а ныне "интернированные" после их выкупа у моджахедов два года будут содержаться на территории Швейцарии, где находится штаб-квартира этой международной организации, а затем, если захотят, то вернутся на родину, в Советский Союз. И в 1982 году три первых парня после плена оказались в центре Европы.
Сначала их поместили в тюрьму одного из кантонов, но далее встал вопрос: что делать дальше? Власти Швейцарии обязаны отчитываться за свои действия и за каждый потраченный франк перед своими налогоплательщиками. А тут какие-то иностранные граждане без документов и с сомнительным статусом… Затем с деньгами вопрос был решен: все затраты на содержание советских пленных взял на себя СССР. Так было до тех пор, пока спустя два года мы не отказались от услуг Красного Креста.
Всего за это время Швейцария приютила у себя одиннадцать бывших советских солдат. Восемь из них впоследствии вернулись на родину.
Интересно, что с ними было по возвращении? Ведь в плен попадали по-разному: и в ходе боя, и по разгильдяйству, и случались факты прямого дезертирства… А законы тогда были строгие.
Евгений Барханов: Представители наших компетентных органов встречали их в международном аэропорту, затем отправляли в Туркестанский военный округ, там определяли в войсковую часть, дислоцированную в Чирчике и сразу увольняли в запас с формулировкой в военном билете: "уволен по окончанию срока службы". Никакого наказания - даже если речь шла о добровольном переходе к моджахедам - не следовало. Таково было условие договора, заключенного между Москвой и Красным Крестом, и наша сторона его безоговорочно выполняла.
Но вернемся немного назад. Каковы были условия их двухгодичного содержания в Швейцарии?
Евгений Барханов: Через некоторое время солдат из тюрьмы перевели на ферму, причем по какому-то почти мистическому совпадению именно на то место, где сразу после Второй мировой войны содержались советские военнопленные, отказавшиеся возвращаться домой. Их было около тысячи человек. В память о тех временах остался посаженый ими дуб с табличкой - я его видел собственными глазами, когда шел по следам афганских узников в Швейцарии.
Кстати, в 45-м пленных швейцарцы все же выдали Советскому Союзу, и можно только догадываться об их дальнейшей участи. А вот с "афганцами" была другая история, им предоставили выбор: или возвращайтесь, или оставайтесь на Западе. Причем чиновники из Красного Креста, видимо, помня уроки 45-го года, поставили условие, согласно которому они могли в течение нескольких лет отслеживать судьбы тех ребят, которые изъявили желание вернуться.
Один из этих "интернированных" с фермы сбежал, добрался до Германии, где попросил политического убежища. Еще один остался в Швейцарии, а третий невозвращенец в итоге оказался в Австралии.
Михаил Говтва, как и я, служил в провинции Гардез в нашей десантно-штурмовой бригаде. Третий батальон. У него вышел серьезный конфликт со старослужащими или, проще сказать, "деды" на него наехали, и он решил искать защиты в штабе бригады, который располагался в пятидесяти километрах от батальона. На полпути "духи" его и повязали. Это довольно типичная история для тех лет и той войны. Он из тех, кто вернулся.
Еще одна страница этой печальной саги связана с пленными, которых освободила американка Людмила Торн, основавшая вместе с художником Михаилом Шемякиным специальный комитет по освобождению наших солдат. Ей, судя по разным источникам, удалось вывезти в США и Канаду то ли шестнадцать, то ли восемнадцать человек. А их судьбу у вас получилось проследить?
Евгений Барханов: Русская эмиграция в те годы живо интересовалась этой темой, был объявлен по всему миру сбор средств, в журнале "Посев" публиковались подробные отчеты: сколько собрано, сколько потрачено. И вот на эти собранные деньги Людмила Торн выкупала у моджахедов наших мальчишек. За каждого отдавала от двадцати до пятидесяти тысяч долларов - по тем временам это были большие деньги.
Из тех, кого освободили при ее посредничестве, в Союз вернулись только двое, и, насколько я знаю, оба были подвергнуты уголовному преследованию. Уже в новые времена вернулся еще один, он сейчас живет в Бердянске и по телефону рассказал мне много интересного - и про неволю, и про то, как складывалась жизнь за океаном.
В ходе наших поездок и расследований я услышал столько поразительных историй - там есть все: дружба и предательства, мужество и трусость, доблесть и мародерство. Получилось так, что случайный эпизод со сбитым летчиком стал началом целого этапа в моей творческой жизни, и, когда этот этап закончится, я теперь не знаю. Вот, к примеру, все слышали про восстание наших пленных в пакистанском лагере Бадабер, но мы выяснили, что таких восстаний было несколько и все они жестоко подавлялись.
И разве не наш общий долг выяснить имена погибших героев? И разве могу я забыть о том, что матери все еще ждут своих сыновей?
За фильмы вам большое спасибо. Но теперь давайте спросим: разве это правильно, что в нашей огромной и небедной стране нет государственной структуры, которая бы системно занималась розыском погибших и без вести пропавших воинов? Нет нигде централизованного банка данных или архива по этим лицам. Информация поисковиков, подобных вам, разрозненна и частично утеряна. Это несправедливо - и по отношению к самим воинам, и по отношению к их родителям, их близким. И это недальновидно, если учесть, что войны и вооруженные конфликты с участием наших солдат не исключены в будущем.
Евгений Барханов: Вы абсолютно правы - вот и все, что могу сказать на это. И ведь надо спешить, пока живы свидетели и участники тех событий, пока они хранят память об эпизодах войны и о своих пропавших товарищах.
Продлен срок приема заявок на Международную премию «КАРДО»
Организаторы Международной премии «КАРДО» продлили прием заявок до 25 марта. Подать заявку и узнать состав жюри конкурса можно на сайте.
За звание лучших поборются представители уличной культуры из 36 стран. Отбор идет в 13 направлениях: скейтбординг, воркаут, паркур, фриран, трикинг, брейкинг, стрит-арт, стрит-дэнс, стритбол, слэклайн, BMX, скут и другие. В заявочном этапе уже приняли участие 1500 человек. В этом году пройдет четвертый сезон – заочный конкурс для номинантов премии и финальные мероприятия для всех желающих: форум, фестиваль, соревнования, концерты и церемония награждения победителей.
«Список стран-участниц продолжает расти, поэтому мы решили увеличить срок приема заявок и сократить заочные отборочные этапы. Теперь в каждой номинации будет определяться ТОП-12, а участникам предстоит выполнить всего два задания. Жюри онлайн- и офлайн-этапов – одни и те же люди. Все они – легенды уличной культуры из 15 стран мира», – отмечает руководитель премии Валентин Работенко.
В мае на финальном этапе премии, который пройдет в Ставропольском крае, организаторы планируют собрать 50 тысяч участников. Финальные мероприятия Международной конкурс-премии уличной культуры и спорта «КАРДО» состоятся в городе Пятигорске Ставропольского края с 19 по 23 мая: съезд участников, церемония открытия «КАРДО» (19 мая), Всероссийский образовательный форум «Улицы России» (20 мая), Международный фестиваль уличной культуры, отбор участников (21 мая), Международный фестиваль, финалы (22 мая), экскурсионная программа и церемония награждения «КАРДО» (23 мая). Регистрация на финальные мероприятия стартует 5 апреля.
За три года премия объединила 27 894 человек, 350 городов, 85 регионов. За звание лучших поборолись 2037 претендентов. В 2021 году Международная премия «КАРДО» расширит свою география для участников в следующих странах: Россия, Бразилия, Индия, Китай, ЮАР, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан, Пакистан, Сербия, Азербайджан, Армения, Молдова, Египет, Вьетнам, Филиппины, Сингапур, Республика Корея, Беларусь, Австрия, Великобритания, Франция, Испания, США, Канада, Австралия, Япония, Мексика, Португалия, Украина, Финляндия, Австрия, Израиль, Нидерланды, Германия, Чехия, Швеция, Дания, Азербайджан, Киргизия, Литва, Латвия.
«КАРДО» – международный проект, направленный на развитие и социализацию уличной культуры. Главная цель премии: поддержать талантливых молодых людей и дать им возможность превратить хобби в социально-полезный бизнес.
Организатором премии выступает Молодежная общественная организация «ОФФБИТС» при поддержке Общероссийской общественной организации «Улицы России», Фонда Президентских грантов, Федерального агентства по делам молодежи и Правительства Ставропольского края.
Международная премия «КАРДО» входит в План мероприятий в сфере реализации государственной молодежной политики на территории Российской Федерации на 2021 год Федерального агентства по делам молодежи.
Объем торговли между Ираном и членами ШОС за 11 месяцев составил 23,165 млрд. долларов
Объем торговли между Ираном и членами Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) за первые 11 месяцев текущего 1399 иранского календарного года (20 марта 2020 г. - 18 февраля 2021 г.) составил 23,165 млрд. долларов США.
По сообщению IRNA, представитель Таможенного управления Республики Иран (IRICA) Рухолла Латифи оценил вес товаров, проданных между двумя сторонами, в более чем 41,747 миллиона тонн.
Иран ведет приграничную торговлю с 11 ключевыми государствами-членами и государствами-наблюдателями Шанхайского соглашения, включая Китай, Россию, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан, Монголию, Пакистан, Индию, Афганистан и Беларусь, среди которых наибольший объем торговли составляет с Китаем - 15,518 млрд. долларов, заявил представитель IRICA.
Он оценил экспорт Ирана в страны-члены ШОС в 33,339 миллиона тонн на сумму 11,173 миллиарда долларов за упомянутый 11-месячный период и сказал, что самый высокий объем экспорта был в Китай, который составил 6,724 миллиарда долларов, а самый низкий - в Монголию, который составлял 412 809 долларов.
По словам Латифи, импорт Ирана из упомянутых стран за указанный период составил 8,408 миллиона тонн на сумму 11,991 миллиарда долларов, добавив, что самый высокий объем импорта был из Китая (8,793 миллиарда долларов), а самый низкий - из Монголии (2,448 миллиона долларов).
Иран собирается стать экспортером газовых турбин новых классов в ближайшем будущем
Управляющий директор иранской MAPNA Group, которая является первым и ведущим генеральным подрядчиком тепловых электростанций в регионе MENA в Западной Азии, заявил, что Иран собирается стать экспортером газовых турбин новых классов в ближайшем будущем.
Выступая в кулуарах церемонии подписания сделки по производству газовой турбины MGT-75 для иранского холдинга тепловых электростанций (TPPH) в субботу, Аббас Али-Абади сказал: «Теперь у Ирана есть знания и технологии для проектирования и производства разнообразных новых газовых турбин в мировом масштабе».
«Мы скоро представим эту турбину [MGT-75] на мировом рынке, и она, несомненно, будет хорошо принята», - добавил Али-Абади, сообщает Tehran Times.
Упомянув некоторые важные особенности упомянутой турбины, чиновник сказал, что электростанции, использующие эти новые турбины, будут иметь очень низкое потребление воды, так что потребление воды на таких электростанциях будет сокращено до одной десятой.
По словам чиновника, новые турбины могут также использовать водород в качестве альтернативного топлива в регионах, где существует проблема загрязнения окружающей среды.
«Этот продукт полностью производится внутри страны с использованием местных знаний и технологий, и он определенно дешевле иностранных моделей», - сказал Али-Абади.
Он также отметил, что турбина МГТ-75 была спроектирована в соответствии с требованиями электросети страны и может быть использована для развития сети в будущем.
Он отметил, что турбина МГТ-75 повысила КПД на 60 процентов по сравнению с предыдущими проектами и увеличила выходную мощность до 220 мегаватт.
По словам главы MAPNA Group, эта турбина будет вызывать наименьшие колебания в электросети, одновременно повышая эффективность тепловых электростанций страны.
Первая газовая турбина иранского производства МГТ-75 будет установлена на ТЭЦ в столице Тегеране.
Как ведущее инженерно-энергетическое предприятие Ирана, MAPNA ранее производила турбины E-класса и F-класса, такие как MGT-70.
Упомянутые турбины использовались на отечественных электростанциях, а также на крупных энергетических проектах в соседних странах, таких как Ирак.
Ранее Иран импортировал такое оборудование из иностранных источников, таких как немецкая Siemens. И теперь, обладая такой технологией, страна входит в число ведущих мировых производителей турбин с высоким КПД.
MAPNA Group - это конгломерат иранских компаний, занимающихся разработкой и реализацией проектов в области тепловой и возобновляемой энергии, нефти и газа, железнодорожного транспорта и других промышленных проектов, а также производственного оборудования.
Консорциум играет ключевую роль в модернизации электроэнергетики Ирана. Он также работал на энергетических проектах Ирака, Сирии, Пакистана, Омана и Индонезии, а также на других рынках.
![Главное](/images/star.png)
Обеспечивая непрерывность военного диалога
Главное управление международного военного сотрудничества Минобороны России отмечает 70-летие расширением географии оборонного взаимодействия.
Очередной юбилей Главное управление встречает заметным расширением международного военного сотрудничества как в количественном, так и в качественном выражении. В секторе ответственности специалистов ГУМВС сегодня свыше десятка международных организаций и более 100 государств, с каждым из которых поддерживаются тесные связи в области военного и военно-технического сотрудничества.
О том, какие приоритетные задачи и новые вводные диктует военной дипломатии современная геополитическая обстановка и как в таких условиях удаётся расширять связи с иностранными оборонными ведомствами этой, зачастую непубличной структуре Министерства обороны, – в интервью «Красной звезде» рассказал начальник Главного управления международного военного сотрудничества генерал-лейтенант Александр Кшимовский.
– Какие приоритетные задачи военной дипломатии диктует актуальная геополитическая обстановка?
– Основная задача ГУМВС – обеспечение военной безопасности Российской Федерации с использованием несиловых, военно-дипломатических инструментов. В частности, развитие диалога, включая широкий спектр вопросов военного и военно-технического сотрудничества с коллегами из оборонных ведомств других государств. В таком формате Минобороны России сегодня поддерживает контакты с более чем 100 государствами.
ГУМВС планомерно расширяет тематику взаимодействия с иностранными партнёрами, совершенствует нормативно-правовую базу сотрудничества с зарубежными оборонными ведомствами. Например, с 2014 года до настоящего времени подписано более 120 различных соглашений в военной области.
Одно из важных направлений работы ГУМВС – подготовка и обеспечение визитов министра обороны Российской Федерации и его заместителей в дружественные страны, а также приём военных делегаций высокого уровня в России.
Такие контакты определяют базовые направления, которые в дальнейшем реализуют эксперты ГУМВС. Конечно, во взаимодействии со всеми центральными органами военного управления. Как видите, коллектив Главного управления международного военного сотрудничества решает широкий спектр разноплановых задач.
– Как вы охарактеризуете текущее состояние военных контактов с нашими западными партнёрами? Насколько востребован сегодня конструктивный диалог с Западом по вопросам безопасности?
– Несмотря на охлаждение отношений со странами Запада, Главное управление международного военного сотрудничества обеспечивает поддержание диалога военных ведомств в первую очередь по вопросам стратегической стабильности, глобальной и региональной безопасности, контролю над вооружениями и предотвращению инцидентов в ходе военной деятельности.
Полагаем, что диалог между военными важен, в первую очередь чтобы избегать недопонимания и неверных оценок действий. Неверные выводы могут дорого стоить для безопасности. Военные это знают не понаслышке и поэтому заинтересованы в предотвращении кризисных ситуаций.
– Что касается отношений с нашими ближайшими соседями по евразийскому континенту. Каких результатов военной дипломатии удалось достичь в последние годы?
– Особое внимание в рамках международного военного сотрудничества уделяем развитию военно-политического и военно-технического сотрудничества со странами Содружества Независимых Государств, Организации Договора о коллективной безопасности и Шанхайской организации сотрудничества – как на двусторонней, так и на многосторонней основе.
Одним из наиболее важных событий 2020 года стало проведённое под российским председательством 4 сентября 2020 г. в КВЦ «Патриот» Совместное заседание министров обороны государств – членов ОДКБ, СНГ и ШОС.
Напомню, в нём приняли участие 12 делегаций оборонных ведомств государств, являющихся членами этих объединений. В их числе: Азербайджан, Армения, Белоруссия, Индия, Казахстан, Киргизия, Китай, Пакистан, Россия, Таджикистан и Узбекистан, а также Сербия – в качестве почётного гостя. Кроме того, на заседании присутствовали руководители Исполнительного комитета СНГ и Секретариата ОДКБ.
Встреча глав оборонных ведомств в таком расширенном составе проводилась впервые и позволила опробовать новую переговорную площадку для обсуждения и решения актуальных проблем национальной безопасности, а также реализовать приоритеты российского председательства в этих международных организациях, что, в свою очередь, способствовало росту их авторитета.
– С какими странами и в каких регионах, по вашим оценкам, удалось в большей степени продвинуться в укреплении военных и военно-технических связей?
– На высоком уровне находится стратегическое партнёрство с Китайской Народной Республикой. В прошлом году министры обороны России и Китая подписали Протокол о продлении срока действия межправительственного Соглашения об уведомлениях о пусках баллистических ракет и космических ракет-носителей, что стало подтверждением высокого уровня доверия между нашими странами. Офицеры ГУМВС принимали самое активное участие в подготовке двух совместных патрулирований самолётами ВКС России и ВВС Китая воздушного пространства в Азиатско-Тихоокеанском регионе в позапрошлом и прошлом годах.
Развивается военное и военно-техническое сотрудничество со странами Африки, Ближнего Востока и Латинской Америки. Особый акцент на взаимодействии с нашими ключевыми партнёрами по Азиатско-Тихоокеанскому региону. Они традиционно находятся в зоне особого внимания российской военной дипломатии ещё и потому, что многие представители иностранных военных ведомств являются выпускниками российских военных вузов и знают о нашей стране, что называется, из первых рук. Поддерживаем этот настрой и активно развиваем военные связи.
– Нельзя не отметить неизменную позицию российского военного ведомства в мирном урегулировании современных конфликтов. Как в этом задействованы ваши специалисты?
– В качестве примера могу привести Сирийскую Арабскую Республику. При участии офицеров ГУМВС в составе российской группировки на авиабазе Хмеймим был сформирован Центр по примирению враждующих сторон.
Эта структура была создана в кратчайшие сроки и до сих пор успешно выполняет большое число гуманитарных задач: оказывает содействие в поддержании режима прекращения боевых действий, доставке гуманитарной помощи населению, разминировании освобождённых от террористов территорий, а также способствует возвращению беженцев, освобождению задержанных и поиску граждан, пропавших без вести.
Военные международники принимают самое активное участие в подготовке и проведении переговорного процесса в астанинском формате. Нельзя не упомянуть работу офицеров Главного управления по подготовке Конгресса народов Сирии, который состоялся в январе 2018 года.
По сути, он стал отправной точкой процесса политического урегулирования в стране. Международная конференция по возвращению беженцев, состоявшаяся в прошлом году, придала дополнительный импульс решению проблемы сирийских граждан, вынужденно покинувших свои дома.
Сегодня деятельность ГУМВС связана с ещё одной горячей точкой у наших границ – Нагорным Карабахом. С прошлого года офицеры Главного управления принимают активное участие в международно-правовом обеспечении миротворческой операции российских войск в этом регионе.
– В каких странах по линии Главного управления международного военного сотрудничества сегодня работают официальные представительства Министерства обороны?
– Загранпредставительства Минобороны России или так называемые аппараты старших групп российских военных специалистов являются важным направлением работы ГУМВС и действуют в ряде стран Африки, Азии и Латинской Америки. В прошлом году для наращивания военного и военно-технического сотрудничества нами открыты представительства Минобороны России в Центрально-Африканской Республике и Республике Судан.
Российские военные специалисты в рамках своих полномочий оказывают консультативную помощь руководству оборонных ведомств иностранных государств и решают оперативные вопросы по перспективным проектам военно-технического сотрудничества с зарубежными партнёрами.
– Что касается российской военной деятельности, которая вызывает иногда чрезмерно бурную реакцию за рубежом. Удаётся ли донести достоверную информацию до иностранных военных представителей из первых уст?
– Военно-дипломатический корпус насчитывает около 300 аккредитованных в России представителей иностранных армий. Работа с ними – ещё одна важная задача, решаемая Главным управлением. Делается это для обеспечения транспарентности, то есть открытости нашей военной деятельности.
Один из таких форматов – организация брифингов руководства Минобороны России, в ходе которых до иностранных военных атташе доводится информация об основных мероприятиях оперативной и боевой подготовки российских Вооружённых Сил. Эти сведения также заблаговременно направляются в ОБСЕ и военные ведомства ведущих стран Запада и НАТО.
Кроме того, для военно-дипломатического корпуса ГУМВС организует посещение объектов Минобороны России.
– Какие новые задачи в международном военном сотрудничестве определяет время?
– Наряду с решением задач военного и военно-технического сотрудничества информационная работа сегодня становится одним из приоритетных направлений нашей деятельности. В частности, фейковые вбросы о Вооружённых Силах, которые публикуют иностранные СМИ, – для нас не редкость. При этом они отнюдь не безобидны, поскольку оказывают влияние на военную политику иностранных государств. Из-за этого возникает неверное понимание принимаемых в России мер по обеспечению военной безопасности.
Информационную работу организуем как на двустороннем уровне, так и в многосторонних форматах. Например, повестка любых двусторонних контактов включает обмен оценками по ситуации в различных регионах. Эксперты ГУМВС активно участвуют и в международных конференциях по вопросам безопасности разных уровней и масштабов.
Начиная с 2012 года в Москве под эгидой Минобороны России проводится Международная конференция по вопросам безопасности. Акцент форума сделан на обсуждение проблем, которые уже повлияли или в перспективе могут оказать воздействие на деятельность вооружённых сил во всём мире.
В Московской конференции участвует значительное число первых лиц военных ведомств государств, представляющих различные регионы. Форум предоставляет уникальные условия для ознакомления с максимально широким спектром экспертных взглядов на региональные вызовы и угрозы. За прошедшие годы авторитет конференции заметно вырос, а число её участников достигло 1000 официальных представителей.
В 2021 году Московская конференция по международной безопасности состоится в июне – в настоящее время к ней ведётся активная подготовка. Хотел бы подчеркнуть, что по сравнению с другими аналогичными международными площадками наш штаб подготовки конференции немногочисленный. Однако все специалисты высокой квалификации, ответственные и инициативные, что обеспечивает общий успех конференции.
– Неотъемлемой частью жизни современной армии стали также Международный военно-технический форум и Армейские международные игры. Учитывая их интернациональный характер, как в этом задействуются возможности ГУМВС?
– Это события общеармейского масштаба, и офицеры ГУМВС в этом принимают непосредственное участие: формируют списки приглашённых участников армий иностранных государств, занимаются всесторонним обеспечением работы прибывших зарубежных военных делегаций.
Особый акцент – на организации переговоров с иностранными партнёрами на полях этих крупных мероприятий, которые способствуют формированию положительного имиджа Вооружённых Сил Российской Федерации в глазах партнёров.
– Какое влияние оказал режим вынужденных ограничений, связанных с пандемией, на международную деятельность военного ведомства?
– Пандемия новой коронавирусной инфекции, безусловно, сказалась на методах работы ГУМВС. Однако принятые оперативные меры позволили удержать контакты с иностранными партнёрами на «доковидном» уровне и провести максимально возможное число из ранее намеченных мероприятий.
Сегодня для этого, наряду с традиционными формами работы, мы активно осваиваем перспективные методы проведения встреч и переговоров в режиме видео-конференц-связи. Подготовка и проведение мероприятий в этом формате потребовали поиска нестандартных технических и организационных решений, новых тактических приёмов ведения переговоров.
– В свете такой быстро меняющейся международной обстановки от уровня личной квалификации зачастую зависит как скорость, так и качество принятия сложных решений с учётом множества факторов. Как для своей сферы вы подбираете и работаете с кадрами?
– Сложность и важность решаемых вопросов требует от руководства Главного управления ответственного, скрупулёзного и системного подхода к отбору кадров. Спектр задач весьма разнообразен, при том что уровень их сложности чрезвычайно высок. Поэтому к кандидатам на прохождение службы в ГУМВС начинаем присматриваться заранее.
К нам приходят служить из различных видов Вооружённых Сил и родов войск. Но чтобы стать международником, офицер наряду со стандартным набором морально-деловых качеств должен обладать глубокими знаниями военно-политической обстановки, военного страноведения и регионоведения, уверенно владеть иностранными языками, теорией и практикой ведения переговоров, быть специалистом в военно-технических вопросах.
Результаты этой кропотливой работы оправдываются, когда наши офицеры-международники оперативно и, что важно, качественно выполняют задачи в полном объёме за счёт высокого профессионализма, ответственного подхода к тому делу, которому они себя посвятили, и упорного, без преувеличения, самоотверженного труда. Это неоднократно отмечалось высшим руководством страны и Министерства обороны.
Особо важная роль в подготовке и становлении кадров Главного управления отводится наставникам – офицерам-ветеранам ГУМВС, готовым передать свой профессиональный и жизненный опыт молодым специалистам. Сегодня благодаря уровню компетентности опыту и самоотдаче личного состава Главного управления, мы имеем все основания заявлять, что готовы к любым новым вызовам и уверенно смотрим в будущее. И я убеждён, что легендарной «десятке» все задачи по плечу.
Пользуясь случаем, хочу пожелать ветеранам, всему сплочённому коллективу Главного управления международного военного сотрудничества здоровья, бодрости духа, благополучия, успехов в служении на благо Отечества!
Александр Александров
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter