Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Командно-штабные учения «Кавказ-2020»
Верховный Главнокомандующий Вооружёнными Силами РФ Владимир Путин наблюдал за ходом основного этапа стратегических командно-штабных учений «Кавказ-2020» на полигоне Капустин Яр в Астраханской области.
В рамках основного этапа учений подразделения Вооружённых Сил России совместно с воинскими контингентами Армении, Белоруссии, Китая, Пакистана и Мьянмы отработали действия по отражению атаки, нанесению огневого поражения силам условного противника и переходу в наступление.
К выполнению учебно-военных задач привлечены военнослужащие 58-й общевойсковой армии Южного военного округа, часть сил 20-й общевойсковой армии Западного военного округа, соединения Воздушно-десантных войск, бригада армейской авиации, группировки ракетных войск и артиллерии, противовоздушной обороны, беспилотной авиации, боевого, технического, тылового и медицинского обеспечения, воинские формирования иностранных государств.
Стратегические командно-штабные учения «Кавказ-2020» проходят с 21 по 26 сентября на внутренних полигонах Южного военного округа Прудбой, Ашулук, Капустин Яр, наземных авиационных полигонах Арзгирский и Копанской. В акваториях Чёрного и Каспийского морей разыгрываются эпизоды действий группировок Черноморского флота и Каспийской флотилии, в том числе с участием кораблей Военно-морских сил Исламской Республики Иран. Всего в учениях задействованы около 80 тысяч человек, до 450 боевых машин пехоты и бронетранспортёров, до 250 танков, а также до 200 артиллерийских систем и реактивных систем залпового огня.
В Туркменистане надеются на скорое начало строительства Пакистаном газопровода ТАПИ
Строительство магистрального газопровода Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ) было в центре внимания телефонного разговора между президентом Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова и президентом Пакистана Арифа Алви, сообщило правительство Туркменистана. Стороны отметили, что реализация проекта ТАПИ составляет стратегическую основу межгосударственного партнерства в энергетическом секторе.
В ходе разговора Бердымухамедов высказал надежду, что Пакистан вскоре начнет строительство газопровода ТАПИ. По словам президента Туркменистана, на сегодняшний день строительно-монтажные работы на туркменском участке газопровода ТАПИ находятся в завершающей стадии.
В конце августа 2020 года Туркменистан и Афганистан подписали Меморандум о взаимопонимании по выбору земельных участков на афганской части ТАПИ, который будет способствовать интенсификации работ на афганской территории. Туркменский лидер высказал надежду, что при содействии и поддержке президента Пакистана в скором времени начнется строительство газопровода ТАПИ и на территории этой страны.
Пакистан, отмечает ИА Neftegaz.RU, сорвал все сроки по началу строительства ТАПИ, работы до сих пор так и не начаты. В Пакистане на данный момент завершены лишь подготовительные работы. Согласно планам властей Пакистана работы должны были стартовать в январе 2020 года, однако по каким-то причинам этого не произошло.
На своей территории Туркменистан уже завершил укладку труб. В Индии — конечной точке ТАПИ — также возведена вся инфраструктура для того, чтобы принять газопровод.
Реализации проекта ТАПИ очень важна для стран региона в целом и, в частности для Афганистана, в контексте укрепления энергетической безопасности и создании необходимых социально-экономических условий. Ожидается, что ввод в эксплуатацию ТАПИ сыграет важную роль в повышении экономической стабильности стран региона.
ТАПИ пройдет от гигантского газового месторождения Галкыныш на юге Туркменистана через афганские города Герат и Кандагар, пакистанские Кветту и Мултан до города Фазилка на западе Индии. Протяженность газопровода составит 1814 км (по Туркменистану — 214 км, по Афганистану — 774 км, по Пакистану — 826 км). Пропускная мощность — 33 млрд кубометров газа в год.
Оборона Кавказа
На Юге России проходят самые крупные учения года
Текст: Юрий Гаврилов
В понедельник под руководством начальника Генштаба Валерия Герасимова началось стратегическое командно-штабное учение "Кавказ-2020". По словам министра обороны РФ Сергея Шойгу, оно позволит оценить способность Южного военного округа обеспечить военную безопасность на юго-западе страны.
Для этого организуют масштабные учебные баталии на пяти сухопутных и двух авиационных полигонах, а также в акваториях Черного и Каспийского морей. В понедельник туда вышли более 20 боевых кораблей ЧФ и три десятка - Каспийской флотилии. Всего же к учению генералы и адмиралы привлекут около 80 тысяч человек, в том числе, соединения и части боевого, тылового и технического обеспечения, а также противовоздушной обороны, ВМФ, Росгвардии и МЧС. На различных этапах маневров будут задействованы до 250 танков, до 450 боевых машин пехоты и бронетранспортеров, до 200 артиллерийских систем и реактивных систем залпового огня. Впервые наши военные испытают на больших учениях тяжелую огнеметную систему нового поколения ТОС-2, обладающую повышенной дальностью и мощностью.
Для применения этих частей, техники и при организации территориальной обороны Генштаб сформирует группировки войск, причем они будут коалиционными. Дело в том, что на различных этапах "Кавказа-2020" станут действовать не только российские солдаты и офицеры, но и подразделения и экипажи из Армении, Беларуси, Китая, Мьянмы и Пакистана. По информации Минобороны РФ, они будут взаимодействовать при отражении воздушных ударов условного противника и в ходе разведывательно-поисковых и оборонительных действий.
Время, место и задачи этих учений наши генералы открыто называли еще несколько месяцев назад. Они не раз говорили об их исключительно оборонительном характере и даже перенесли практический розыгрыш учебно - боевых операций подальше от границы. Тем не менее, на Западе задолго до начала маневров устроили вокруг "Кавказа-2020" информационную шумиху. Мол, такими действиями Россия подрывает систему европейской безопасности и нарушает свои международные обязательства.
Заместителю министру обороны РФ Александру Фомину пришлось объяснять иностранным военным атташе, что максимальное количество привлекаемого под единым оперативным командованием личного состава (до 12 900 военнослужащих), а также число танков, боевых бронированных машин, артиллерии, минометов, реактивных систем залпового огня, планируемых самолето-вылетов на этом учении не превышают уровень, подлежащий обязательному наблюдению за определенными видами военной деятельности, установленный Венским документом 2011 года.
Стоит также напомнить, что, к примеру, в аналогичных учениях "Центр" в прошлом году действовали около 128 тыс. военных. А в стратегических маневрах "Восток-2018" участвовали почти 300 тыс. солдат и офицеров. Так что, если Россия действительно хотела бы кого-то напугать в Европе, то без труда собрала бы на нынешние учения кулак еще мощнее.
Иран экспортировал более 5,847 млн. тонн цемента за 5 месяцев
Согласно данным, опубликованным Таможенной администрацией Исламской Республики Иран (IRICA), за первые пять месяцев текущего 1399 иранского календарного года (20 марта - 21 августа) Иран экспортировал более 5,847 миллиона тонн цемента на сумму 127,99 миллиона долларов.
Индия, Афганистан, Россия, Ирак, Катар, Кения, Кувейт, Шри-Ланка, Пакистан, Армения, Туркменистан, Казахстан, Азербайджан, Бангладеш, Китай и Оман были среди стран, импортировавших иранский цемент в течение указанного пятимесячного периода, сообщает Tehran Times.
Ирак, Кувейт и Афганистан были главными импортерами цемента из Ирана в указанный период.
Годовое производство цемента в Иране составляет 85 миллионов тонн, а внутренняя потребность в этом продукте составляет 65 миллионов тонн. Страна входит в семерку крупнейших производителей цемента в мире.
Иран экспортировал строительных материалов на сумму около 7 миллиардов долларов в предыдущем 1398 иранском календарном году (завершившемся 19 марта).
Как недавно заявил исполняющий обязанности министра промышленности, горнодобывающей промышленности и торговли, производство основных товаров в строительной отрасли более чем вдвое превышает спрос страны на такие товары.
«В этой сфере [строительная индустрия] не только нас не беспокоит поставка сырья; но в таких важных элементах этой отрасли, как сталь, цемент и керамическая плитка, наше производство почти вдвое превышает потребности страны », - отметил Джафар Саркейни.
«Сегодня наша страна является одним из основных экспортеров стали в регионе и крупнейшим экспортером цемента в мире», - отметил чиновник, добавив, что в последние годы Иран увеличил поставки стекла, плитки и керамики иностранным клиентам.
Масштабный горнодобывающий и металлургический сектор Ирана расширился в последние годы в основном потому, что санкции США в отношении нефтяной промышленности привели к большему вниманию к другим секторам.
Правительство также повысило тарифы на экспорт минерального сырья, поскольку оно стремится к увеличению местного производства продуктов с большей добавленной стоимостью.
Это происходит несмотря на решение Вашингтона в мае 2019 года ввести серию всеобъемлющих запретов на торговлю металлами Ирана.
Однако запреты в значительной степени не смогли остановить отток иранской продукции, такой как сталь и медь, поскольку покупатели считают их более конкурентоспособными по сравнению с региональными и международными конкурентами.
Экс-глава "Билайна" стал директором Tele2 AB
Шелль Мортен Йонссен приступил к исполнению обязанностей в качестве главы шведского холдинга Tele2 AB. На посту президента и генерального директора компании Йонссен сменил Андерса Нильсона.
Анастасия Самсонова
Формально решение о назначении Шелля Мортена Йонссена (на фото) приняли на совете директоров еще летом этого года, но к своим обязанностям он приступил только сейчас. На эту должность Йонссен перешел с позиции советника Veon. До этого он работал операционным директором группы Veon, а также возглавлял ПАО "ВымпелКом" (бренд "Билайн").
Примечательно, что с российским рынком связан не только сам Шелль Мортен Йонссен, но и компания, которую он возглавил.
Напомним, шведский холдинг в свое время активно осваивал российский сотовый рынок и ушел из России в апреле 2013 г. ПАО "ВТБ" заплатило ему за Tele2 Russia $2,4 млрд и взяло на себя чистый долг оператора в размере $1,15 млрд. Таким образом, Tele2 Russia на тот момент оценили в $3,55 млрд. Уже тогда игроки российского телеком-рынка называли наиболее вероятным следующим покупателем Tele2 "Ростелеком". Последний шел к консолидации актива много лет. ПАО "Ростелеком" собрало все 100% долей Tele2 в марте этого года.
При продаже российских активов Tele2 AB передала покупателю право на использование товарного знака Tele2 в России на 10 лет. Срок аренды истекает в 2023 г.
Интересно, что в годовом отчете Tele2 AB за 2018 г. сообщается, что компания, несмотря на продажу российского бизнеса в 2013 г., продолжала вести в РФ налоговые споры. В 2016 г. в разбирательствах шведская Tele2 потеряла 100 млн шведских крон, в 2017 г. - еще 17 млн крон. Два года назад компании удалось отсудить в России 47 млн крон.
Досье ComNews
Шелль Мортен Йонсен получил степень MBA в Норвежской школе экономики. Учился в Университете Осло, Норвежской школе менеджмента и Высшей школе бизнеса Будё.
До того как пришел в телекоммуникационную отрасль, работал в Norsk Hydro во Франции и на Украине, а также в Scandsea International в Норвегии и России. С февраля 2006 г. по март 2009 г. возглавлял российское подразделение Telenor. Затем занял пост гендиректора Telenor Serbia. В Vimpelcom Ltd. перешел с позиции исполнительного вице-президента Telenor по операциям в Европе.
С 2011 г. по 2015 г. входил в наблюдательный совет Vimpelcom Ltd. С 2007 г. по 2013 г. был в совете директоров "ВымпелКома". С сентября 2016 г. по январь 2018 г. возглавлял российскую "дочку" Veon. С августа 2016 г. по июль 2018 г. отвечал за крупнейшие тогда рынки для Veon - Россию и Италию. С июля 2018 г. до 1 ноября 2019 г. работал операционным директором Veon. Отвечал в компании за рынки в России, Пакистане, Бангладеш, Алжире, Узбекистане, Казахстане, на Украине, в Киргизии, Армении и Грузии. Затем занял позицию советника в Veon.
Россия поддерживает постоянное членство Ирана в ШОС
На встрече с послом Ирана в Москве, спецпредставитель президента России по делам ШОС Бахтияр Хакимов заявил о поддержке Москвой постоянного членства Ирана в этой организации.
Посол Ирана в Москве Казем Джалали во вторник встретился и провел переговоры со спецпредставителем президента России по делам ШОС Бахтияром Хакимовым о процессе сотрудничества Ирана с Шанхайской организацией сотрудничества (ШОС).
В ходе встречи стороны обсудили сотрудничество между Исламской Республикой Иран в качестве наблюдателя и активного члена Шанхайской организации, сообщает Mehr News.
Они также обсудили различные основания для более активного присутствия Ирана в Шанхайской организации сотрудничества, и Хакимов заявил о поддержке Москвой постоянного членства Ирана в этой организации.
Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) - межправительственная организация, основанная в Шанхае 15 июня 2001 года. В настоящее время в ШОС входят восемь государств-членов, включая Китай, Индию, Казахстан, Кыргызстан, Россию, Пакистан, Таджикистан и Узбекистан, четыре государства-наблюдателя, заинтересованные в присоединении к полноправному членству, включая Афганистан, Беларусь, Иран и Монголию, и шесть «партнеров по диалогу», включая Армению, Азербайджан, Камбоджу, Непал, Шри-Ланку и Турцию.
![Главное](/images/star.png)
Юрий Назаркин: мир ждет новая гонка вооружений без всяких ограничений
Будет ли продлен СНВ-3, стоит ли ждать новой гонки вооружений и нужно ли подключать к СНВ Китай и другие страны, в интервью руководителю представительства РИА Новости в Швейцарии Елизавете Исаковой рассказал глава делегации СССР в переговорах с США по договору СНВ-1 Юрий Назаркин.
— Юрий Константинович, как вы оцениваете нынешнюю ситуацию с обязательствами США в рамках договоров о разоружении, в том числе СНВ-3? К чему может привести такой намеренный последовательный отказ Вашингтона от подобных документов?
— Собственно говоря, единственный договор, который существует между Россией и США в области ядерного разоружения, это СНВ-3. Он, по крайней мере, ограничивает гонку вооружений. Она, в общем-то, конечно, идет, но все это под обоюдным контролем. Так что какой-то ограничитель существует. Если его не будет, а договор истекает 5 февраля следующего года, то никаких ограничений, никаких рамок уже не будет. И уже гонка вооружений в полном объеме, без всяких пределов и контрольных мероприятий будет осуществляться как во время холодной войны, как до заключения договора и было.
— На ваш взгляд, есть ли сейчас шанс на возобновление СНВ-3?
— Россия уже официально заявила о намерении продлить этот договор, но Соединенные Штаты выдвигают условия. Это присоединение Китая, то, что договор должен охватывать все ядерные боеголовки, включая тактическое ядерное вооружение. И Трамп также заявил о намерении отредактировать, как он сформулировал, положение о контроле и верификации этого договора.
Но это разные вещи. Продление нынешнего договора СНВ-3 — это одно. Сам договор предусматривает одноразовое продление на пять лет. А если признать те условия, которые выдвигают США, то речь может идти уже о новом договоре, подготовка и заключение которого требуют длительных и сложных переговоров. Тем более если говорить о включении в этот договор тактического ядерного оружия. Это вообще качественно новый договор, потому что там другой контроль. Во всех предыдущих договорах по стратегическим вооружениям и в нынешнем СНВ-3 контроль осуществляется за средствами доставки. А тактическое ядерное оружие качественно другое. Средства доставки тактического ядерного оружия все целевые. Они могут быть и с ядерными боезарядами, и без ядерных боезарядов, и требуется совсем другой контроль. А для этого необходимо время. Поэтому необходимо продление нынешнего существующего договора, что дало бы возможность сторонам проводить переговоры о новом документе, который и понизил бы уровни стратегических вооружений, и можно было бы посмотреть, как улучшить контроль.
— При нынешней администрации вообще есть шанс на то, что будет возобновлен договор, или уже таких шансов нет, так как там все "хромые утки" (президент и администрация, которые вскоре покинут пост)?
— Я прямо скажу, что, по-моему, шансы минимальны, я бы даже сказал нулевые на продление договора при администрации Трампа. На Генеральной Ассамблее ООН 22 сентября ожидается выступление Трампа во время общих дебатов на сессии высокого уровня. Я думаю, что, в принципе, это был бы очень хороший повод, возможность, трибуна заявить об этом, если вдруг администрация Трампа все же решит пойти на продление СНВ -3. Но я лично в этом очень сомневаюсь.
Конечно, важный фактор – это предвыборная президентская кампания. Обычно в США внешнеполитические факторы мало влияют на выборы президента. Но кто знает, может, Трамп решит сделать какое-то заявление. Но, повторяю, это маловероятно. Так что так и останется договор до 5 февраля следующего года, а там, если новая администрация придет, посмотрим.
— Но если все-таки вернуться к нынешнему договору СНВ-3, насколько в данный момент он отвечает интересам России и вообще выгоден нам?
— Конечно, он выгоден России. И не только России, а всему миру, потому что это все-таки ограничитель гонки ядерных вооружений, он сдерживает ядерную угрозу, которая остается. А когда этого договора не будет, то это опять холодная война, кубинский кризис и другие кризисы, связанные с риском обмена ядерными ударами. Это все опять предстоит пережить человечеству.
— Но стоит ли в этот новый договор, а, скорее всего, это будет новый договор, как вы сказали, добавлять дополнительные позиции по сокращению?
— Так и в этом смысл. Смысл контроля над вооружением заключается в понижении уровня. Чем ниже уровень ядерных вооружений, тем безопаснее. Они и так значительно снизились по сравнению с периодом холодной войны, поэтому главный смысл нового договора прежде всего в понижении таких уровней.
Что касается включения Китая, то я вам скажу, что это совершенно нереальные требования. Конечно, было бы хорошо, ведь Китай, США и Россия – это три ядерные державы, но есть еще Франция, Великобритания, Индия, Пакистан, Израиль, Северная Корея, хоть у Пхеньяна еще пока не так много вооружений. Но во Франции, например, ядерного вооружения, по оценкам, больше, чем у Китая, у Израиля, тоже по оценкам, примерно такое же количество, как у Китая. Поэтому вовлечение всех ядерных держав в такие переговоры, конечно, очень важно. Но, повторю, это уже будет абсолютно новый договор. И переговоры, если они начнутся, хотя крайне маловероятно, что они начнутся в ближайшем будущем, будут очень длительным и трудоемким процессом.
— То есть перспектива, на ваш взгляд, пока не очень утешительная на ближайшие годы?
— На мой взгляд, да, очень пессимистическая. Если победит Трамп, то, скорее всего, он продолжит ту же линию.
Отработка обороны
Учения "Кавказ-2020" никому не угрожают
Текст: Юрий Гаврилов
В Минобороны России подтвердили, что запланированные на вторую половину сентября стратегические командно-штабные учения "Кавказ-2020" будут носить сугубо оборонительный характер. В ведомстве особо подчеркнули, что они не направлены против какой-либо страны.
Более того, как ранее сообщил заместитель министра обороны Александр Фомин, розыгрыши практических действий войск генералы проведут на территории Российской Федерации, а при разработке замысла учений подразумевался условный противник, не имеющий отношения ни к какому конкретному государству.
В ведомстве отметили, что численность задействованных в этих маневрах войск, вооружений и техники не превысит цифры, предусмотренные международными обязательствами России.
Так, под единым оперативным командованием станут действовать до 12 900 солдат и офицеров. А общее количество военнослужащих, включая соединения и части боевого, тылового и технического обеспечения, а также противовоздушной обороны, ВМФ, Росгвардии и МЧС, не превысит 80 тысяч человек.
На различных этапах учений будут применены до 250 танков, до 450 боевых машин пехоты и бронетранспортеров, до 200 артиллерийских и реактивных систем залпового огня.
"Таким образом, численность привлекаемых войск, танков, боевых бронированных машин, артиллерии, минометов, реактивных систем залпового огня, количество планируемых самолето-вылетов не превышает уровень, подлежащий обязательному наблюдению за определенными видами военной деятельности, установленный Венским документом", - подчеркнул замминистра обороны Александр Фомин.
Известно, что практические действия военных развернутся на южных российских полигонах Капустин Яр, Ашулук, Прудбой, Аданак и Раевский. Учебные баталии также запланированы на наземных авиационных полигонах Арзгирский, Копанской и в акваториях Черного и Каспийского морей.
Сценарием маневров, которые пройдут в два этапа, предусмотрен розыгрыш действий сухопутных, авиационных, противовоздушных и морских группировок. Кроме того, на учениях генералы и штабы потренируются в развертывании и ведении территориальной обороны. Это непременный элемент всех крупных войсковых маневров.
Напомним, что еще в начале сентября глава военного ведомства России Сергей Шойгу объявил, что стратегические командно-штабные учения "Кавказ-2020" пройдут с 21 по 26 сентября. По словам министра, эти маневры "завершат комплекс мероприятий оперативной и боевой подготовки вооруженных сил в этом году".
Шойгу уточнил, что к учебным баталиям привлекут военнослужащих иностранных государств. Еще несколько стран направят в Россию военных наблюдателей.
Вчера стало известно, о ком идет речь. В Минобороны России сообщили, что для участия в стратегических маневрах "Кавказ-2020" приглашены воинские формирования Армении, Белоруссии, Китая, Мьянмы и Пакистана. Всего до 1000 иностранных военнослужащих.
Что касается наблюдателей, то эту роль могут взять на себя офицеры из Азербайджана, Индонезии, Ирана, Казахстана, Таджикистана и Шри-Ланки.
А еще Минобороны России в инициативном порядке пригласило на заключительный этап стратегических командно-штабных учений, который пройдет на полигоне Капустин Яр в Астраханской области, руководителей оборонных ведомств ряда зарубежных государств.
![Главное](/images/star.png)
Бедность победят города
Текст: Евгения Акулова
Всемирный банк поставил цель к 2030 году победить нищету, называя крайней бедностью жизнь на 1,9 доллара в день. Между тем, по оценкам экспертов, Китай может решить эту проблему уже в 2021 году. В борьбе с бедностью Пекин делает ставку на урбанизацию, планируя в ближайшие 10 лет переселить до 250 млн человек в города, где для этого создаются рабочие места и реализуются программы доступного образования и здравоохранения. В 2004 году системой государственного страхования было охвачено уже 95% населения, а уровень безработицы в 2018 году снизился до 4%. На фоне кризиса, вызванного пандемией, китайское правительство включило 3,4 млн человек в программы соцобеспечения и выдало малоимущим гражданам временную субсидию на общую сумму 2,13 млрд долларов.
Пакистан видит драйвер роста экономики в строительстве социального жилья. Программа "Новый Пакистан", запущенная в октябре 2018 года, предполагает возведение 5 млн домов для бедных за пять лет. Огромный масштаб строительства должен привести к появлению 6 млн новых рабочих мест по 40 направлениям промышленности и сферы услуг. Сейчас в стране строится около 250 тыс. домов в год.
В Индии "официальным" беднякам полагается государственная помощь в виде субсидий на продукты и топливо. В 2013 году была инициирована самая масштабная программа помощи - из бюджета выделили 24 млрд долларов на пособия для бедных, этой суммы должно было хватить малоимущим на покупку 5 кг крупы в месяц. В этом году власти Индии выделили 22 млрд долларов для поддержки бедных слоев населения в условиях коронавируса. В частности, двум третям населения было выделено 10 кг риса и пшеницы, фермеры получили 2 тыс. рупий, а вдовы - 1 тыс. рупий.
В США действуют разнообразные программы борьбы с нищетой, охватывающие не менее 15-20% населения. Поддержка предоставляется по двум критериям: надо быть бедным и принадлежать к одной из субсидируемых категорий (инвалиды, ветераны войны, неполные семьи с маленькими детьми). Пособие по безработице составляет максимум 49% от среднего заработка человека на последнем месте работы и не более 2700 долларов в месяц. Выплат на детей в привычном для нас виде в США не существует, помощь оказывается целевая, конкретной нуждающейся семье, причем не всегда деньгами. Это могут быть также продуктовые карточки, бесплатные школьные завтраки и обеды, налоговые послабления. Однако на фоне пандемии правительство пошло на беспрецедентные меры - до 22 мая населению выплатили пособия на 260 млрд долл. Многие выплаты носили разовый характер, а пособия по безработице в 600 долларов выплачивали до конца июля.
В августе Трамп подписал закон о приостановке сбора налога на зарплаты до конца года. Он коснется всех американцев, которые зарабатывают менее 100 тысяч долларов в год. Кроме того, в США сохраняется система продовольственных талонов для малоимущих граждан, введенная еще в 1939 году. Эти талоны используют более 46 млн американцев, получая по 115 долларов на каждого или по 255 долларов на семью. Средства могут быть израсходованы на покупку товаров, некоторые сети питания принимают их в качестве оплаты за специальное питание для бедняков. Но карта не сработает, если человек попытается приобрести, например, не предусмотренные программой соцзащиты сигареты или спиртное.
Уже почти 60 лет используются продуктовые карточки на Кубе. Правительство тратит на продовольственные субсидии свыше 1 млрд долларов в год, зато жители страны платят всего 12% от реальной стоимости продуктов питания. Каждый кубинец с рождения приписан к бодеге - продуктовой лавке, где товары распределяются по символическим ценам. Предъявив там специальную книжечку (либрета, как называют ее на Кубе), граждане могут ежемесячно получать по субсидированным ценам 3 кг риса, пакет макаронных изделий, 2 кг сахара, 0,5 кг бобов, 0,5 л соевого масла, пакет кофе, соль, пять яиц и немного куриного мяса, а также по 80 г хлеба на человека в день. Прожить только на либрету сложно - выдаваемых продуктов хватает примерно на две недели. Тем не менее карточки являются серьезным подспорьем для большой части населения, да и стоят они недорого - всего доллар в месяц на человека.
Продуктовыми карточками могут расплачиваться и жители Великобритании. Талонная система была введена из-за дефицита продовольствия после Второй мировой войны. Программу закрыли в 1954-м, а в 2014 году восстановили, заменив ими денежные выплаты малоимущим.
В Испании соцзащита здесь не так развита, как, например, в Германии. Есть пособия по безработице, временной нетрудоспособности, уходу за ребенком. Долгое время нетрудоустроенные граждане пользуются скидками на проезд в транспорте, покупку товаров в магазинах, могут бесплатно обучиться новой специальности. Кроме того, есть своеобразное "поощрение" в виде премии для работодателей, трудоустроивших тех, кто не работал более двух лет. А сдающий беднякам жилье собственник может быть освобожден от уплаты налога на него. Коронавирус подстегнул правительство принять другие меры: с 29 мая введена система выплаты гарантированного минимального дохода для малоимущих. Около 850 тыс. испанских семей получили право на 500-1000 евро в месяц из расчета на каждого человека - это примерно 2,3 млн испанцев, половина из которых имеет доход менее 310 евро в месяц. На выполнение программы власти готовы потратить 3,5 млрд евро.
Идея поддержать граждан дополнительным доходом без обязательств не нова. Так, в 2017-2018 гг. в Финляндии был проведен эксперимент: 2000 случайным образом отобранных безработных получали от правительства по 560 евро в месяц. Доход был гарантирован независимо от того, найдут участники программы работу или нет.
Эксперименты с безусловным доходом проводились также в Нидерландах, Канаде, Монголии, Иране и Кении. В последней он рассчитан на 12 лет, участникам и сейчас выплачивается по 22 доллара в месяц. А в конце августа этого года трехлетний эксперимент по выплате жителям безусловного дохода в 1200 евро анонсировала Германия. Эта сумма немногим больше уровня бедности по немецким меркам. Сторонники социальной программы считают, что базовый доход снизит неравенство в доходах и улучшит благосостояние людей, обеспечив им больше финансовой уверенности. Впрочем, финский опыт показал, что на уровень безработицы базовый безусловный доход не повлиял, участники эксперимента лишь стали испытывать меньше стресса.
Иран, Китай и Россия примут участие в военных учениях «Кавказ-2020» в конце сентября
Вооруженные силы Ирана, Китая и России примут участие в совместных военных учениях под кодовым названием «Кавказ-2020» в конце сентября, сообщил Пекин в четверг.
Министерство обороны Китая сделало заявление, отметив, что в учениях также примут участие войска из Армении, Беларуси, Мьянмы и Пакистана.
Оно добавило, что учения, которые пройдут с 21 по 26 сентября, будут сосредоточены на оборонительной тактике, окружении, управлении и командовании на поле боя.
Учения имеют особое значение «в этот важный момент, когда весь мир борется с пандемией», - заявили в министерстве, сообщает Fars News.
Иран, Китай и Россия за последние годы расширили свое военное и дипломатическое сотрудничество, чтобы противостоять враждебной политике Соединенных Штатов и их экстерриториальному присутствию в своих регионах.
В конце прошлого года три страны провели четырехдневные военно-морские учения под кодовым названием «Пояс морской безопасности», чтобы способствовать региональной безопасности и миру и защитить международную торговлю в Оманском заливе и Индийском океане.
Совместные учения, которые были первыми в рамках такого сотрудничества с Ираном после победы Исламской революции 1979 года с двумя крупными мировыми военно-морскими державами такого масштаба, были направлены на обеспечение безопасности международной торговли в стратегических регионах.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам заседания Совета министров иностранных дел государств-членов ШОС, Москва, 10 сентября 2020 года
Мы завершили заседание Совета министров иностранных дел государств-членов Шанхайской организации сотрудничества (СМИД ШОС), которое было весьма плодотворным.
Согласовали наши общеполитические оценки в информационном сообщении, поэтому я не буду об этом подробно говорить.
Особое внимание уделили подготовке документов к Совету глав государств-членов ШОС, которое, как вчера в своем приветствии к министрам иностранных дел объявил Президент Российской Федерации В.В.Путин, состоится в ноябре в режиме видеоконференции.
Основные итоги наших сегодняшних дискуссий, как я уже сказал, отражены в Информационном сообщении.
Мы, безусловно, отметили тот факт, что, несмотря на пандемию, и коррективы, которые были внесены в нашу работу по этой причине, большинство мероприятий российского председательства было реализовано. Это порядка 100 мероприятий. Нам удалось совместно обеспечить поступательный характер сотрудничества стран-членов ШОС.
У нас во всех странах широко отмечалось 75-летие Великой Победы, 75-летие образования Организации Объединенных Наций. Мы наметили дополнительные шаги на этих направлениях в нынешнем юбилейном году. Подтвердили приверженность системе международных отношений, которая основана на центральной координирующей роли ООН и Совета Безопасности ООН.
Высказались за дальнейшие усилия по полному воплощению в жизнь высоких принципов Устава ООН с тем, чтобы обеспечить формирование более устойчивого, справедливого, демократического и полицентричного мироустройства.
Рассмотрели также такие требующие объединения усилий направления нашего сотрудничества, как борьба с международным терроризмом, незаконным оборотом наркотиков, трансграничной оргпреступностью и киберпреступностью. По всем этим направлениям одобрены проекты заявлений и других документов, которые будут вынесены на утверждение глав государств.
Полезный обмен мнениями состоялся по Афганистану, ситуации вокруг сирийского урегулирования и по другим проблем, сохраняющимся на Ближнем Востоке и Севере Африки. У нас единая позиция по ситуации, которая сложилась вокруг выхода США из Совместного всеобъемлющего плана действий по урегулированию иранской ядерной программы. Мы все подтвердили приверженность этому важнейшему документу, который был единогласно одобрен СБ ООН и который должен выполняться всеми без исключения участниками.
Отметили нацеленность ШОС на участие в усилиях по стабилизации мировой экономики. В этом контексте подчеркнули важность реализации Программы многостороннего торгово-экономического сотрудничества государств-членов ШОС до 2035 г., а также эффективного решения других вопросов, которые касаются транспортной взаимосвязанности, перехода на национальные валюты во взаимных расчетах, создание прозрачных и более благоприятных условий для торговли и инвестиций.
Договорились продолжать сотрудничать в интересах сохранения санитарно-эпидемиологического благополучия наших стран, соответствующие предложения также выносятся на утверждение Совета глав государств-членов ШОС.
В целом мы выполнили все стоящие перед заседанием СМИД ШОС задачи. Я поблагодарил своих коллег за очень продуктивную работу. Саммит состоится в ноябре. Председательство перейдет к Таджикистану.
Вопрос: Поддерживает ли Россия инициативу Казахстана по созданию Евразийского финансового консультативного механизма и увеличению доли национальных валют во взаимных расчетах?
С.В.Лавров: Национальные валюты – это инициатива Шанхайской организации сотрудничества в целом. Она была сегодня подчеркнута как одно из основных направлений приложения наших усилий. Это давнее решение, уже принятое Советом глав государств. Работа на этом направлении ведется соответствующими министерствами, прежде всего по линии министерств финансов, торговли.
Что касается второго предложения – о создании Евразийского финансового консультативного механизма, – то оно прозвучало, но каких-либо конкретных документов на этот счет, которые бы объясняли идею, как он будет функционировать, мы пока не получили. Как только наши казахстанские друзья распространят свое видение, мы с интересом его обсудим.
Вопрос: В ближайшее время ожидается встреча представителей правительства Афганистана и движения «Талибан». Обсуждались ли предстоящие переговоры на сегодняшней встрече? Какие ожидания от этого процесса у Москвы и других участников Организации? Может быть, обсуждаются какие-то конкретные инициативы или механизмы внутри ШОС, которые способствовали бы примирению?
С.В.Лавров: Мы внимательно следим за ситуацией, которая разворачивается в Афганистане. Россия, Китай и другие участники ШОС в последнее время всячески способствовали созданию условий для того, чтобы как можно скорее начались прямые инклюзивные межафганские переговоры. Мы за последние пару лет принимали на своей территории всех афганских представителей, всех участников афганского политического процесса. Созывали и т.н. Московский формат, в котором участвуют все соседи Афганистана, ключевые игроки региона, а также США.
Мы работали втроем – Россия, США, Китай с привлечением Пакистана – по поддержке всех усилий (а их немало: Катар, Узбекистан и другие страны региона), направленных на то, чтобы такие переговоры начались как можно скорее.
Неоднократно объявлялись даты переговоров, которые должны начаться в Дохе. Неоднократно эти даты переносились. Причину видим в том, что нельзя искусственно подгонять этот политический процесс под чьи-то геополитические или внутриполитические интересы. К сожалению, такого рода попытки мы наблюдаем. Они не помогают созданию устойчивой основы для межафганского политического процесса.
Внутри Афганистана, в руководстве страны есть намерение каким-то образом ограничить число общественных, политических, этнических групп, которые могли бы участвовать в переговорах. Тем самым не будет обеспечен их инклюзивный характер. Это делу не помогает.
По-моему, здесь у всех нас – членов ШОС – общая позиция. Мы за то, чтобы все афганские стороны были достойно представлены в будущем политическом процессе, чтобы никто не был от него искусственно отстранен (повторяю, такие попытки предпринимаются). Мы все подтвердили актуальность «дорожной карты», которая была выработана в рамках контактной группы ШОС-Афганистан. Она отражает консенсус между ШОСовцами и Афганистаном, имеющим статус наблюдателя в ШОС. Эта «дорожная карта» будет реализовываться.
Вопрос: Немцы отправляют нас в ОЗХО, а Ваш коллега, Госсекретарь США, говорит, что, якобы некие высокопоставленные россияне имеют отношение к делу. Как бы Вы это прокомментировали?
С.В.Лавров: Мы привыкли к голословным обвинениям. Когда официальный представитель правительства Германии заявляет, что запрос Генпрокуратуры России передан в органы «независимой юстиции», поэтому германское правительство уже ничего сделать не может, но параллельно требует от нас провести расследование, - это напоминает те прецеденты, которые были созданы нашими западными коллегами после отравления в Солсбери, когда всё было засекречено (мы так и не имеет никакой информации, в том числе о том, где находятся российские граждане Скрипали). Они повторяют историю с трагедией малазийского Боинга над Украиной в 2014 году, когда голландская сторона в ответ на многократные усилия наших официальных структур по предоставлению информации, которая у нас имелась, и, не смотря на наши неоднократные предложения провести разбор всех без исключения фактов, регулярно обвиняла нас в том, что мы отказываемся сотрудничать. Когда мы напоминали голландской стороне, что наше предложение о сотрудничестве как раз существует, а у них негативное отношение к нашим инициативам, нам отвечали: «мы имеем в виду под сотрудничеством с российской стороной необходимость для вас признать свою вину». Если сейчас у наших западных коллег, прежде всего у германских и американских, возобладает такая же логика, это лишь подтвердит, что они ставят себя выше закона, выше всех – все равны, но они более «равны» чем все остальные, поэтому им нужно верить на слово.
Гораздо больше шансов довериться киногерою А.Шварценеггера, когда он говорил «trust me», чем тем, кто сейчас пробует играть в него на мировой сцене.
Иордания снизила на треть минимальный размер инвестиций для получения гражданства
Однако многие инвесторы и так вкладывали намного больше порогового значения.
Что случилось? Комиссия по инвестициям Иордании отчиталась о результатах двухлетней работы программы и представила изменения её условий, сообщает Investment Migration Insider.
Результаты. В целом за время работы с 2018 года программа получения гражданства за инвестиции привлекла $1,38 млрд от всего лишь 200 основных инвесторов, сообщил Халид Аль-Вазани, глава иорданской инвестиционной комиссии (JIC). Кроме того, создание 7 369 рабочих мест напрямую связано с программой.
Откуда деньги? JIC не раскрыла статистических данных, но сообщила, что среди инвесторов есть выходцы из следующих стран:
-Сирия
-Ирак
-Палестина
-Финляндия
-Канада
-Ливан
-США
-Пакистан
-Индия
-Сент-Китс и Невис
Цитата. «Было не сразу понятно, как иорданская комиссия убедила участников инвестировать в среднем в семь раз больше требуемого минимума. Возможное правдоподобное объяснение состоит в том, что заявленные вложения иностранцев, только недавно натурализованных через программу, могли быть задним числом включены в подсчёт», – предполагают авторы статьи.
Изменения. Несмотря на необычайную щедрость инвесторов, JIC сочла целесообразным снизить минимальные инвестиционные требования на 25-33% в зависимости от варианта.
Совет министров Иордании объявил о следующих изменениях минимальных требований:
Вариант вложений |
Было |
Стало |
Депозит в центробанк |
$1,5 млн на 5 лет |
$1 млн на 3 года |
Инвестиции в казначейские облигации |
$1,5 млн на 10 лет |
$1 млн на 6 лет |
В уставный капитал иорданской компании |
$1,5 млн на 3 года |
$1 млн на 3 года |
В малые и средние предприятия Иордании |
$1 млн на 3 года |
$750 тыс. на 3 года |
Создание компании (не менее 20 рабочих мест) в столичном регионе |
$2 млн на 3 года |
$1,5 млн на 3 года |
Создание компании (не менее 20 рабочих мест) за пределами столичного региона |
$1,5 млн на 3 года |
$1 млн на 3 года |
Инвестиционная программа Иордании регулярно входит в топ лучших в мире.
Автор: Ксения Ватник
Иран - недостающее звено в эволюции ШОС
Шанхайская организация сотрудничества — символ цепи регионального сближения в Азии, недостающим звеном которой является Иран с его стратегически важным географическим положением и важной ролью в регионе.
Общая площадь государств-членов ШОС — 60 миллионов квадратных километров, а население — 3 миллиарда человек (более 1/3 всего населения земного шара). Официальные рабочие языки — русский и китайский.
Декларация о создании ШОС была подписана в Шанхае в июне 2001 года шестью государствами - Казахстаном, Киргизией, Китаем, Россией, Таджикистаном и Узбекистаном. В 2017 году полноправными членами ШОС стали Индия и Пакистан. В работе объединения также принимают участие четыре страны-наблюдателя (Афганистан, Белоруссия, Иран и Монголия) и шесть партнеров по диалогу (Азербайджан, Армения, Камбоджа, Непал, Турция и Шри-Ланка).
В 2017 году в городе Астане (Казахстан) на заседании Совета глав государств-членов ШОС статус государства-члена Организации был предоставлен Республике Индия и Исламской Республике Пакистан.
Хотя на практике ШОС — это открытая региональная организация, которая приветствует членство других стран, однако разные подходы нынешних членов мешают некоторым странам, например Ирану, присоединиться к нему.
Ранее в 2019 году Генеральный секретарь ШОС Владимир Норов на пресс-конференции, посвящённой итогам заседания Совета глав правительств государств-членов ШОС заявил, что "экономический потенциал ШОС определяется тем, что на территории наших государств проживает 40 % мирового населения и производится совокупный ВВП объемом более 18 трлн. долларов, то есть более 22 % от мирового ВВП и к 2025 ожидается увеличение данного показателя до 38-40%".
Кроме того, в качестве конкурента НАТО, организация могла бы положить конец однополярному миру Запада, и в частности политике односторонности США в международных отношениях.
Иран уже 15 лет принимает участие в работе Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в качестве наблюдателя, однако несмотря на заявку Ирана на членство, до сих пор статус полноправного члена объединения не предоставлен стране.
Иран считается одной из самых авторитетных стран Азии. Экономически Иран важен для государств Центральной Азии. Географически 80-миллионный Иран – самое близкое к границам России и Центральной Азии государство, имеющее колоссальные энергетические ресурсы, развитую индустрию и стабильную политическую систему.
Кроме того, геополитическое положение Ирана для ШОС поистине уникально. Во-первых, членство Ирана — это контроль организации над Персидским заливом, это выход одновременно на Ближний Восток, Закавказье и Афганистан, который окажется в кругу стран — членов ШОС.
Во-вторых, присоединение Ирана придаст ШОС совершенно новое международное измерение. Организация будет объединять в этом случае свыше 60% территории Евразии, примерно 45% населения планеты, её государствами — участниками будет производиться более 19% мирового ВВП. В военном отношении ШОС сравняется, если не превзойдет, по военной мощи НАТО.
Исходя из этого, с членством Ирана в ШОС восполняется недостающее звено, пишет IRNA .
Financial Times: Китай предложил талибам инвестиции в дорожную инфраструктуру в обмен на обеспечение мира
Власти Китая предложили движению «Талибан» (запрещено в РФ) инвестировать в развитие транспортной инфраструктуры, если талибы помогут обеспечить мир в Афганистане после вывода американских войск, сообщила британская газета “Financial Times” со ссылкой на пакистанских племенных вождей.
«Китайские официальные лица призвали талибов обеспечить мир. А Китай для начала инвестирует в дороги, – отметил источник издания. – В будущем Китай также хотел бы рассмотреть энергетические проекты, такие как производство электроэнергии, а затем транспортировка нефти и газа из Центральной Азии».
Высокопоставленный источник в правительстве Пакистана подтвердил изданию, что Пекин продолжает активные контакты с талибами после того, как США приступили к процессу вывода войск.
Тем временем бывший сотрудник пакистанской разведки, на которого ссылается газета, заявил, что Китай помог подтолкнуть радикальное движение к переговорам. По его словам, «”Талибан” признает, что Китай имеет не только финансовые возможности, но и мотивы для развития Афганистана».
![Главное](/images/star.png)
Третья мировая, первая Евразийская: чем обернётся для мира ось Москва-Пекин-Тегеран
место России в противостоянии Китая и США в Евразии
Николай Вавилов
По информации источников издания OilPrice в Министерстве нефти Ирана власти исламской республики с 9 ноября готовы обеспечить России и Китаю все условия для военного присутствия в портах Чабахар, Бендер-Аббас и Бушер в «соответствии с военным элементом соглашений». Повторное и теперь постоянное появление флотов России и Китая в традиционной сфере американского влияния будет означать повторение событий начала 2020 года – когда одновременно в течение трёх дней погибли Сулеймани, начальник Генерального штаба Тайваня Шэнь Имин, а также начальник курдской разведки Метин Арсалан.
В 2020 году произошло отчетливое оформление тесного военного и экономического сотрудничества России, Китая и Ирана, которое прошло боевое крещение в январе 2020 года убийством генерала Сулеймани.
В августе этого года это взаимодействие готово выйти уже на абсолютно неприемлемый для США и Израиля уровень: в активной фазе находится подготовка фактического полного экономического вхождения Ирана в китайское экономическое и военное партнёрство с Китаем – сфера Китайского влияния не только протянется от Пакистана до Ливана и портов Сирии, но и фактически отменит американский фактор в Афганистане.
Для всех вовлеченных наблюдателей очевидно, что для США это угрожает потерей всего Ближнего Востока. Выхода у американских стратегов всего два – в отсутствие союза с Россией - противопоставить Большому Китаю – Большую Турцию – или Великий Туран от Греции, Сербии и Косово до Западного Китая, населенного тюркоязычными уйгурами – или – развязать прямую агрессию против Ирана, пока китайская армия не взяла нефтеносную Персидскую империю под зонтик своего оружия, а вместе с ней и весь Ближний Восток вместе с Северной Африкой.
Россия в этом союзе далеко не абсолютный союзник ни для Ирана, ни для Китая.
И новая парадигма Китайского Шёлкового пути, с Пакистаном, а теперь и Ираном, диктует нам необходимость абсолютно новой стратегии, не имеющей аналогов в прошлом – ведь в династию Тан и Мин, когда Китай уже играл в большие геополитические и торговые игры с Арабским халифатом и Тимуридами – Россия существовала в виде небольшого Московского княжества.
Это для Новой России с учетом абсолютно новой геополитической ситуации в мире – сложный концептуальный и интеллектуальный вызов, который сложно решить по наитию, особенно в состоянии, когда о колоссальном присутствии Китая в Иране едва ли заикался хоть один российский китаевед.
Перед тем как начать обсуждать выгодные для Москвы комбинации во всех надвигающихся сложных ситуациях, стоит уделить внимание грандиозному достижению дипломатии Си Цзиньпина, которое может стать прологом для Третьей мировой и Первой евразийской войной Китая с США.
Речь идет о появившемся уже подготовленном черновом варианте 25-летнего Соглашения о торговом и военном партнерстве Китая и Ирана, которое по сути присоединит государство к системе коллективной безопасности Пекина.
Эта система уже покрывает как минимум Пакистан (и частично Афганистан и Таджикистан), сделает Тегеран энергетическим и товарным придатком Новой династии Тан, которую создает в Китае Си Цзиньпин, а также сделает для Афганистана и Туркмении союз с Пекином почти безальтернативным – такие получаются китайские шахматы вэйци, которые мы называем по-японски «го».
18-страничный документ предлагает выделение Ирану китайских инвестиций в размере почти половины триллиона долларов в течение 25 лет. Взамен на это, Пекин берет на «вековое довольствие» меч Персидской империи. Иран обязуется не только стать «вечным» поставщиком нефти в Пекин, но и реализовать почти сотню экономических проектов на собственной территории. Кроме этого в открытой военной части соглашения страны договариваются о совместном обучении военнослужащих, совместных учениях, разработках вооружений и их производстве, а также обмене разведывательной информацией. Проще говоря, страны намерены вместе воевать на Ближнем Востоке – в Сирии, Ливане, Палестине – и последняя загадочная смерть нового китайского посла в Израиле – лишнее тому подтверждение.
Против кого же воевать? Против американских интересов и их представителей – Турции и Израиля, а также присоединившихся к ним Арабских эмиратов.
Помимо реализации проектов в сфере инфраструктуры и телекоммуникаций, спутникового покрытия, контроля за интернетом, разумеется они станут полностью китайскими, Китай также собирается модернизировать на иранском побережье порт Джаск.
У Ирана нет альтернатив: стране требуется сбывать значительный объём нефти, чтобы играть хоть какую-то роль в политике и на нефтяном рынке, однако бывший самый крупный импортер иранской нефти – Германия – лишена возможности диверсифицировать поставки иранской нефти, руками самих же американцев, загнавших Иран под действие санкций.
Очевидно также, что перспектива «продажи» страны Пекину мало кого радует в Тегеране, стоило ли освобождаться от ига неверных, чтобы пойти прислугой язычникам?
С этим во много связан и недавний визит иранского министра обороны в Москву на выставку Армия-2020: действие рождает противодействие – иранская власть теперь вынуждена искать поддержку третьей силы в лице Москвы, чтобы пекинские партнеры не посадили персидского льва в уж слишком узкую клетку.
Кстати, китайское слово ши-цзы – лев, пришло в китайский из персидского языка – «шир».
Соглашение пока ещё не одобрено парламентом Ирана, и возможно, намеченный на сентябрь триумфальный визит Си Цзиньпина в Тегеран, спустя пять лет после судьбоносного визита в 2015 году, будет отложен, а вместо него Си Цзиньпину придется обсуждать «Большую иранскую сделку» с российским президентом. Что в целом – гармонично, уверен, отразится на достижения Пекина на Ближнем Востоке.
Пекин уже многократно ломал зубы и попадал в собственные ловушки, теряя деньги в тех регионах, где списывал Москву со счетов. Возможно, Си Цзиньпин понимает это, осталось это донести и китайскому истеблишменту, забывшему разницу между деньгами и реальным влиянием, особенно на Ближнем Востоке.
Однако даже несмотря на острое духовное внутреннее сопротивление иранской невесты китайской свадьбе – предложение Пекина вызвало панику Вашингтона.
Ведь по сути речь идет о прямом нарушение санкций Вашингтона – Пекин откровенно действует в разрез интересам США – не тайком, а открыто объявляя войну за Ближний Восток и за его нефтяные поставки.
В четырех пунктах влияния – портах Хамбантота – Гвадар – Джаск – Джибути – образуется Полумесяц китайского контроля над Ближним Востоком, напоминающий меч, занесенный над Индийским океаном и Индией. Этот китайский меч решает две задачи – как защиты собственных углеводородных поставок, так и возможное блокирование поставок нефти в Индию и частично в Японию.
Кроме всего прочего соглашения Китая и Ирана со 100% вероятностью денонсирует планы Индии по инвестициям в создания порта Чабахар и железнодорожную ветку в Афганистан до города Захедан, длинной в 600 км.
Скорее всего, эту ветку и этот порт в перспективе 2-3 лет также будет строить Китай, как еще одну параллельную «дорогу жизни» из Ближнего Востока в Китай на период морской блокады США.
Часто можно услышать, что маршруты Одного пояса – одного пути сложные, дорогостоящие, опасные. Однако в условиях надвигающейся морской блокады – любой сложный маршрут выгоднее, чем 100% потопленный в море нефтяной танкер.
Индия, впрочем, не сидит сложа руки.
Индия – наиболее вероятный кандидат на лидера ударного кулака США против Китая в XXI веке – конкурирует с Китаем за нефть, от которой зависит еще больше, чем Китай, за сельхозугодия и поставки продовольствия, за рынки сбыта и, если век Востока в это столетие все-таки состоится – за мировое господство во вторую половину ХХI века.
Коронавирус нарушил масштабные планы по созданию военного союза США и Индии – уже в конце 2019 года в Конгрессе США появились прямые лоббисты создания военного союза и присоединения Индии к «НАТО плюс пять» - союзников США в Азии – Японии, Южной Корее, Австралия, Израиль, Сингапур.
Вхождение Индии в «Азиатское НАТО» лоббируют выходцы из Гуджарата – родной провинции нынешнего премьера Индии Нарендры Моди. Пока, правда, это лобби, поддержанное еврейским лобби США, не добилось союза, но тоже немалого – в конце июля 2020 года Китай был признан агрессором на индийско-китайском участке границы, что весьма показательно, хотя и не удивительно, учитывая общий антикитайский настрой американской элиты.
К слову, именно поэтому иллюзии о противовесе Китаю через союз России и Индии – кажутся еще более эфемерными: в XXI веке Индия хочет сработать как основной союзник США против Китая и получить максимум помощи – это хорошо видно по последним инициативам Моди и торжественного визита Трампа в Индию. Сближению стран способствует и огромная индийская диаспора в США, растущая в почти в геометрической прогрессии.
Сегодня можно сказать, что Индия почти полностью уплыла из советско-российской в американскую гавань.
Однако стоит и признать, что остатки российского влияния не позволяют ей вести полностью авантюрную политику по наращиванию военной эскалации с Китаем.
К слову, Индийский план принят на ура американской элитой – и это обстоятельство отменяет фантазии либеральных кругов России о том, что Россия де получит статус основного ударного кулака против Китая в случае замирения с США.
В этой новой американской индийской политике – роль России – это роль всего лишь одного из антикитайских флангов, но никак не единственного союзника, чего нельзя сказать о планах Китая по роли союзной России в грядущем противостоянии.
В Пекине ни у кого нет сомнений, что неискушенный Пентагон готовит для Китая «японский» сценарий, рассматривая страну как Японию образца 1941 года, и разделяя задачу по ликвидации суверенного Китая на два этапа.
Первый этап заключается в нефтяной блокаде КНР, и именно с этим во многом связано удвоение (а возможно, и утроение) нефтяного резерва Китая.
К этой блокаде, которую США применяло к Японии, сегодня добавится также блокада в области новых технологий, в частности микрочипов, а также целый набор финансовых инструментов удушения, включая санкции против крупнейших китайских корпораций.
После длительного иссушающего для китайской экономики период в полгода-год, которая приведет нынешнюю правящую группу к возможному внутреннему коллапсу экономики, и решению части элиты Китая открыто поддержать США, будет готово к проведению морской и наземной операции в отношении КНР или жизненно важных союзников Китая.
Велика вероятность и ядерных ударов по Китаю – то, чего последние лет тридцать нельзя было вообразить сомневаться в этом не стоит: если на это пошли только ради эксперимента и устрашения Японии и СССР президент-демократ Трумэн, то на это пойдет ястреб-республиканец Трамп.
Любопытно, что зоологический расизм верхушки США, пошедшей на акт геноцида в Японии сопровождался иезуитским коварством – ведь США бомбили не случайные цели – а крупнейшие центры христианства в Японии – так, чтобы местное население восприняло собственный геноцид как прямое исполнение пророчеств Апокалипсиса.
Не стоит сомневаться, что новыми целями американских ударов также могут стать крупнейшие центры христианства в Китае.
Однако вернемся к нефтяному эмбарго. Оно будет также разделено на две важнейшие составляющие – полный контроль над акваториями Индийского и Тихого океана – вплоть до уничтожения китайских судов в Красном море, Малаккском проливе, Тайваньском проливе – за этим и строится сухопутный Шелковый путь.
Вторая важнейшая составляющая – это недопущение к рынкам Китая независимых экспортёров – к которым относится Венесуэла, Иран и Россия. Но если у России есть ядерное противоядие для действий США, то у Венесуэлы и Ирана такого противоядия нет.
Именно возможная военная операция США толкнула Китай на обсуждение беспрецедентных по масштабам вливаний в экономику Ирана в рамках разрабатывающегося 25-летнего «Комплексного плана сотрудничества между Ираном и Китаем», который подразумевает беспрецедентные инвестиции КНР в Иран в размере почти половины триллиона долларов в течение первой пятилетки сотрудничества. Именно это соглашение может стать для Пекина и Тегерана – стать последней чертой, после которого Вашингтон, поддержавший Турцию, пойдет на более решительные меры.
Пекин предложил иранской элите сыграть ва-банк – реализация соглашения позволит Ирану и элите КСИР пережить бурю ближайших трех лет – но только на одном условии – страна станет ледоколом китайского влияния на всем Ближнем Востоке – и не только прорубающим путь китайским товарам в Европу через Сирию и Ливан, но и соединяющей мост через столь непростой Афганистан.
Учитывая мощное присутствие Китая в Пакистане – вовлечение Ирана в китайскую ось серьезно сократит и маневр для Пакистанской элиты, которая, признаемся честно, вовсе не горит желанием слиться с весьма жесткой для подчиненных народов китайской военной бюрократии.
Вашингтон, понимая реальную возможность формирования такого образования сделал свой решительный выбор в пользу реализации в Евразии стратегии масштабной поддержки Турции и ее геополитического плана по расширению своего влияния на все тюркоязычные государства.
Если в мечтах пантюркистов эта идея заиграла лучами Великого Турана, то на практике речь идет о создании второго пылающего пламенем гражданской войны Исламского государства – однако теперь на тюркоязычной основе - от Азербайджана до Синьцзяна, разумеется с центром – в Средней Азии, прежде всего Казахстане, Узбекистане и Туркмении – там где должен проходить безопасный для Китая шелковый путь: режимы этих государств будут брошены в топку бесконечной исламской революции, которую делали студенты-талибы в Афганистане.
Витающее в воздухе признание США геноцида уйгуров – первый шаг к формированию масштабного освободительного движения в Синьцзяне и в среде уйгуров, расселенных по всему Китаю, Средней Азии и Ближнему Востоку.
События 2020 года развиваются стремительно и если такие планы раньше витали в воздухе, то сегодня об этом говорят новые назначения руководителей информационных служб Великобритании и США: новые руководители Mi6 и ЦРУ по совпадению являются специалистами по Турции с большим опытом работы по специальности.
Идея Великого Турана несет и косвенные угрозы для России – особенно если эта стратегия вовлечет в себя теряющий стабильность Азербайджан и Казахстан, находящихся на границах России. Думаю, что нарастающая напряженность в Нагорном Карабахе также должна рассматриваться в этом же ключе – в разрезе попытки Китая усиливать свое влияние, вытесняя из региона США, а не как традиционная проблема бывших советских республик.
Турецкое влияние дополняется ставкой США на Израиль и на Ближнем Востоке формируется две противостоящие друг другу коалиции – Турции-Израиля и Ирана-Китая.
Стоит ли упоминать, что Россия имеет тесные отношения как с первыми, так и со вторыми и ей абсолютно не хочется делать выбор в пользу масштабной войны от Ливана до Казахстана, однако этот выбор почти неизбежен – избежать можно лишь больших потерь, «таскания каштанов из огня» и поражения, но не большой Первой Евразийской войны с участием уже суверенных азиатских стран, а не колониальных держав.
Радикальные действия Китая в Иране и Афганистане, а также планы США по созданию из Турции базы своего влияния в Евразии, помещают Россию между двух огней.
Какая же роль России в этой новой геополитической конструкции Китая с учетом рисков роста роли Турции в американских планах?
Визит министра обороны Ирана Амира Хатами говорит сам за себя. Министр обороны исламской республики прибыл в Москву накануне готовящегося визита Си Цзиньпина в Иран, возможно, судьбоносного для страны.
Иран уже не торгуется с Москвой – наоборот, Тегеран пытается использовать влияние Москвы в регионе, чтобы сохранить хоть какие-либо остатки суверенитета после сделки с Си Цзиньпином, от которой Иран вряд ли сможет отказаться.
Как я уже сказал выше, появление Китая на Ближнем Востоке – холодный китайский расчёт на вовлечение стран Ближнего Востока и Средней Азии в орбиту китайского влияния натыкается скрытый усиливающееся протест местных элит, которые не готовы принять китайский диктат в регионе – насколько бы он соблазнительным в экономическом плане он не казался.
При этом, как стало видно и во время визита министра обороны Индии во время парада в Москве 24 июня, а также во время визита министра обороны Ирана Амира Хатами во время Армии-2020 неделю назад – элиты евразийских государств начинают устойчиво видеть в Москве позитивную роль третьей силы в противостоянии Пекина и Вашингтона, превращающих их страны вместо площадок развития – в поле битвы.
Политика Москвы – это создание в Евразии максимального контроля над транспортными и нефтяными потоками, при этом очевидно, что никакая экономическая интеграция Москвы пока не сопоставима с силой присутствия Пекина – наоборот, на руку Москве играет бездумное наращивание влияния Пекина и появление в странах влияния естественной «партии Москвы», тех, кто не хотел бы видеть свою страну колонией Китая, который, судя по всему, не извлек уроков из колониализма Запада и жадно торопиться выхватить кусок изо рта американцев.
Страны Ближнего Востока, видевшие ранее, в Китае нейтрального партнера, теперь будут все больше остерегаться роста его влияния и в конечном счете начнут искать новую опору, но не в США. Сегодня Китай идет на открытую конфронтацию с США и победителем будет та страна, которая последней вступит в это противостояние.
Интересно, что и в отношении исламского мира у Москвы вполне благоприятная позиция.
Москва не занимается политикой китаизации мусульман как это делается в Китае, и что естественно осядет пятном на Иране, вступившим в союз с Пекином. Москва стоит за права мусульман – это хорошо видно на Северном Кавказе.
С другой стороны, Турция, пошедшая на союз с Израилем, также теряет моральные очки в глазах мусульман Ближнего Востока.
Моральное лидерство Москвы позволит ей стать лидером всех нейтральных, консервативных сил Ближнего Востока – не вкладывая практически никаких ресурсов в создание этих сил – а лишь наблюдая за нарастающим конфликтом Китая и США на Ближнем Востоке.
Не стоит забывать, что в свое время несмотря на внешне прекрасные отношения с Китаем Тамерлан все же начал готовить поход в Китай – не может быть истинный исламский правитель данником язычников.
Странно, что китайский МИД так плохо знает историю исламских государств и раз от раза терпит крах в попытке реализовать хоть что-либо серьёзное в странах исламского мира без участия России.
Россельхознадзор принял участие в 35-й сессии Региональной конференции ФАО для Азии и Тихого океана
В период с 1 по 4 сентября 2020 года под председательством Королевства Бутан в режиме видеоконференции прошла 35-ая сессия Региональной конференции Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО) для Азии и Тихого океана, в работе которой по приглашению Оргкомитета приняли участие представители Россельхознадзора и его подведомственных институтов.
В состав данной региональной группы входят страны Азии: Афганистан, Бангладеш, Бутан, Бруней-Даруссалам, Камбоджа, Китай, Корейская Народно-Демократическая Республика, Индия, Индонезия, Иран, Япония, Лаосская Народно-Демократическая Республика, Малайзия, Мальдивы, Монголия, Мьянма, Непал, Пакистан, Филиппины, Республика Корея, Российская Федерация, Сингапур, Шри-Ланка, Таиланд, Тимор-Лешти, Вьетнам. Кроме того, в нее входят страны Юго-западной части Тихого океана: Австралия, Острова Кука, Фиджи, Франция, Кирибати, Маршалловы острова, Микронезия, Науру, Новая Зеландия, Ниуэ, Палау, Папуа - Новая Гвинея, Самоа, Соломоновы острова, Тонга, Тувалу, Соединенные Штаты Америки, Вануату.
Такое широкое представительство и огромный торгово-экономический потенциал (в регионе проживает половина населения планеты) создает большие возможности для демонстрации уровня развития агропромышленного комплекса России и готовности страны участвовать в решении проблемы ликвидации голода, в частности, путем поставок продовольствия на экспорт.
Региональные конференции ФАО представляет собой открытую площадку, где наряду с правительствами стран-членов в обсуждении насущных вопросов, связанных с развитием сельского хозяйства, принимают участие неправительственные организации, ученые, представители делового сообщества.
Подобные мероприятия позволяют оценить степень вовлеченности Российской Федерации в решение сформулированных ФАО мировых задач, связанных с продовольственным обеспечением, сверить национальные приоритеты с общемировыми трендами, а также помочь наименее развитым странам региона в разработке эффективной национальной аграрной политики.
35-ая сессия ФАО для Азии и Тихого океана в целом отражала текущую повестку работы ФАО и была посвящена положению в сфере продовольствия и сельского хозяйства в Азиатско-Тихоокеанском регионе с учетом сложной эпидемиологической обстановки, где все страны отметили ущерб, который пандемия нанесла сельхозпроизводителям и торгово-сбытовым цепям, отчего больше всего пострадали беднейшие, изолированные и островные государства.
Приоритетными направлениями работ, которые должны способствовать преодолению существующих проблем, являются:
- коллективные действия в сфере сельскохозяйственного водопользования, на которое приходится до 80% водопотребления в регионе);
- повышение устойчивости мелкотоварного рыболовства в интересах обеспечения продовольственной безопасности и питания в Тихоокеанском регионе;
- создание устойчивых и невосприимчивых к внешним воздействиям продовольственных систем в Азиатско-Тихоокеанском регионе.
В рамках Региональной конференции также были рассмотрены Доклады Региональных комиссий ФАО по отдельным вопросам различных секторов сельского хозяйства, таких как животноводство и ветеринария, лесное, рыбное хозяйство, карантин и защита растений, проблема антимикробной устойчивости, проблемы полноценного питания. Безусловным приоритетом для стран региона видится доступная цифровизация производства и сбыта продовольствия, устойчивого ведения сельского хозяйства. С текстами Докладов на русском языке можно ознакомиться по ссылке: http://www.fao.org/about/meetings/regional-conferences/aprc35/documents/ru/
Этим целям призвана содействовать получившая высокую оценку участников инициатива нового Гендиректора ФАО Цюй ДунъЮя (Китай) «Рука об руку», которая предлагает решение проблемы ликвидации голода к 2030 году. В основе предложения – сосредоточение внимания стран-членов ФАО на группе из 44 стран, где проблемы голода являются наиболее острыми. На основе современных цифровых технологий обработки больших баз данных и геопространственного позиционирования предлагается проанализировать и выделить наиболее многообещающие в смысле развития сельскохозяйственного производства и переработки регионы в таких странах, обеспечить им приоритетное финансирование для создания высокотехнологичного производства, спланировать оптимальное землеустройство, осуществить механизацию и химизацию процессов, обучить специалистов и создать национальную научную базу АПК.
Существующие в подведомственных институтах Россельхознадзора научно-практические заделы могли бы быть востребованы в странах региона для целей борьбы с опасными болезнями животных и вредителями растений (распространение кукурузной совки, АЧС), цифровизации процессов управления ветеринарными и фитосанитарными профилактическими мероприятиями.
Так, в ходе конференции, Отделение ФАО для связи с Российской Федерацией в Москве, принимая во внимание достижения ФГБУ «ВНИИЗЖ», предложило Россельхознадзору номинировать данный научный центр в качестве Реферативного центра ФАО по зоонозным короновирусам.
Следующее 36-е заседание Региональной конференции ФАО для Азии и Тихого океана пройдет в Бангладеше.
![Главное](/images/star.png)
"Пояс и путь" выработал иммунитет
Важнейшая китайская интеграционная инициатива отметила седьмой день рождения
Текст: Константин Щепин (проект "Россия-Китай: события и комментарии") , Елизавета Петрова
7 сентября китайская интеграционная инициатива "Один пояс, один путь" отмечает седьмой день рождения. Менее чем за десятилетие она не только получила широкое международное признание (в рамках инициативы по состоянию на май 2020 года 138 стран и 30 международных организаций подписали с КНР 200 документов), но и доказала свою жизнеспособность. В особенности - высокий потенциал реагирования на быстро меняющуюся глобальную обстановку. Доказательство тому - "иммунитет", стремительно выработанный участниками инициативы к пандемии новой коронавирусной пневмонии. Перед лицом кризиса в сфере глобального здравоохранения и небывалой за десятилетия стагнации в мировой экономике страны-участницы инициативы не просто не заморозили сотрудничество, но и превратили ее в инструмент борьбы с новыми вызовами.
С самого начала пандемии Китай и страны-участницы инициативы "Один пояс, один путь" начали делиться друг с другом противоэпидемической экипировкой, тестами на коронавирус, лекарственными препаратами, медицинской техникой. Не остановились товарные потоки. По данным Железнодорожной корпорации Китая, в первом полугодии 2020 года число грузовых поездов, которые курсируют между Китаем и европейскими странами через Россию и Казахстан, увеличилось на 36 процентов в годовом исчислении. Когда не летали самолеты, эти экспресс-поезда перевезли более 27 тысяч тонн материалов для борьбы с коронавирусной инфекцией, что позволило ликвидировать дефицит защитных костюмов и масок на местах. В дополнение к поставкам средств защиты КНР командировала своих медицинских экспертов в Россию, Камбоджу, Италию, Иран, Сербию, Пакистан, Лаос, Ирак. Китай регулярно организовывал видеоконференции для обмена опытом борьбы с новой инфекцией с зарубежными врачами. Обсуждали профилактику, диагностику и лечение заболевания.
Наблюдатели отмечают, что в этом периоде участники инициативы увидели не просто вызов, но и новые возможности. Значительно укрепилось сотрудничество не только в сфере общественного здравоохранения. "Пандемия коронавируса нового типа выявила недостатки инфраструктуры в сфере здравоохранения и телекоммуникаций. Ответом на них в рамках "Одного пояса, одного пути" стали инициативы "цифрового Шелкового пути" и "Шелкового пути здоровья", которые могут сыграть весомую роль в глобальном и региональном посткоронавирусном восстановлении", - отмечает представитель консалтинговой корпорации EY Global Джейн Ян.
Более того, несмотря на пандемию коронавируса, странам-участницам удалось сохранить стабильное экономическое взаимодействие. Да, по оценкам аналитиков, одна пятая всех проектов инициативы столкнулась с препятствиями из-за пандемии: сказались ограничения в авиасообщении, локальные противоэпидемические меры. Тем не менее, внешнеторговый оборот между Китаем и странами-участницами с января по апрель 2020 года составил 2,76 триллиона юаней (403 миллиарда долларов) - это увеличение на 0,9 процента в годовом выражении. Объем китайских инвестиций в страны инициативы за семь месяцев этого года составил 10,27 миллиарда долларов, что на 29 процентов больше по сравнению с аналогичным периодом 2019 года.
В рамках инициативы не остановлено осуществление инфраструктурных проектов. Железная дорога Венгрия-Сербия, мост Падма между Китаем и Бангладеш, первый тоннель железной дороги Китай-Лаос строятся с соблюдением всех противоэпидемических мер. Продолжается строительство второго этапа Китайско-пакистанского экономического коридора, на объектах которого работают 40 тысяч пакистанских и 7 тысяч китайских рабочих. Один из этих объектов поставляет треть электроэнергии Пакистана. Практическое сотрудничество между Китаем и Россией тоже показывает подъем. В первом квартале 2020 года объем двусторонней торговли увеличился на 3,4 процента и достиг 25,35 миллиарда долларов. Значительно вырос объем экспорта российской нефти и угля в КНР.
Вынося инвестиции и расширяя подрядные работы за рубежом, Китай одновременно продолжает открывать свои рынки для иностранных партнеров. На проходящей сейчас в Пекине Китайской международной выставке торговли услугами КНР заявила, что в ближайшие 15 лет намерена импортировать услуги на сумму в 10 триллионов долларов. Новые горизонты китайского рынка откроются для зарубежного капитала на очередной Китайской международной импортной ЭКСПО. Она стартует в начале ноября и обещает стать крупнейшим глобальным событием в сфере торговли после начала пандемии коронавируса.
Очевидно, что высокая способность "Одного пояса, одного пути" адаптироваться к меняющейся международной обстановке и "вырабатывать иммунитет" на новые вызовы породит новые проекты в рамках инициативы. Новые интересные стратегии вполне могут быть озвучены на третьем высоком саммите стран-участниц инициативы, проведение которого запланировано на лето следующего года. Уже сегодня можно с уверенностью говорить, что новые концепты будут направлены на поддержку глобального сотрудничества, сдерживание "политики разрыва" и растущей тенденции к деглобализации, которые могут значительно затруднить посткоронавирусное возрождение мира.
Разделяй и властвуй
Корреспонденты "Российской газеты" выяснили, что мешает начать массово сортировать мусор
Текст: Никита Зайков, Алена Ларина, Елена Мационг, Руслан Мельников, Роман Мерзляков, Наталья Решетникова, Анна Шепелева
Минприроды России запускает большой проект по переходу к замкнутой системе обращения с отходами в семи регионах страны. Это означает, что в них будет создана инфраструктура, обеспечивающая не только раздельный сбор и утилизацию отходов, но и производство готовой продукции из вторичных ресурсов.
Как говорят эксперты-экологи, 80 процентов содержимого мусорного ведра можно пустить в переработку. Пока цифры утилизации отходов не впечатляют. В дело идет 80 процентов железа, только половина бумаги, 10 процентов пластика и столько же - стекла. Все остальное "добро" хоронят на полигонах.
Между тем, по словам переработчиков, им уже сегодня не хватает отсортированных и чистых отходов. Доходит до того, что переработчики готовы закупать отходы для переработки за рубежом. Так что нам мешает начать массово сортировать мусор и извлекать из него выгоду? Какие регионы готовы поделиться опытом, - разбирались корреспонденты "Российской газеты".
Зачем на кухне три ведра?
- Только не называйте в своей статье отсортированные отходы мусором - это настоящее сырье, чистое, готовое к переработке, - эмоционально замечает организатор общественного проекта "Зеленая белка" из Новосибирска Анна Воскресенская. - Да пока, возможно, не хватает экологической грамотности населения: кто-то может выбросить в контейнер для пластика недопитую бутылку с кефиром, например, хотя это пищевые отходы. Но большинство людей уже сегодня готовы сортировать мусор. Не раз замечала, что многие в магазине проходят мимо продуктов в упаковке, понимая: то же самое можно купить без нее.
По мнению Анны Воскресенской, к раздельному сбору готов и бизнес, сегодня есть предприятия, готовые принимать для переработки и стекло, и пластик, и бумагу, и батарейки. Но более чем в полуторамиллионном Новосибирске установлено всего около двух тысяч контейнеров для раздельного сбора отходов. Кроме того, не выстроена транспортировка, досортировка, накопление, цепочка участвующих переработчиков - то есть нет самой системы.
Главная наша проблема в том, что в стране большое количество природного сырья.
И еще больше пустой земли, куда можно закопать отходы, отмечает зампредседателя комитета по строительству, ЖКХ и тарифам новосибирского областного Заксобрания Вадим Агеенко. Обладание такими богатствами не стимулирует цивилизованный подход к переработке.
Для внедрения культуры раздельного сбора отходов, по мнению депутата, не хватает стимулирующих инструментов. Обязать население сортировать мусор по различным пакетам, пригрозив штрафами не получится. А пунктов приема макулатуры или пластика за деньги практически нет. "Зачем домохозяйке заводить на кухне три ведра вместо одного, если для нее это не принесет никакой выгоды?" - отмечает Вадим Агеенко.
И все же некоторые шаги в этом направлении предпринимаются. В этом году в Новосибирске начали работать семь приемных пунктов по приему стеклотары, они расположены в районах с плотной многоэтажной застройкой и высоким пешеходным трафиком.
- Если количество поступившего стеклобоя позволит окупить затраты на организацию и содержание точек, мы увеличим их число, - отметил директор по развитию компании "Сибстекло" Сергей Лукьянцев.
По словам эксперта, одна тонна стеклобоя заменяет 1,2 тонны природных компонентов. Кроме того, температура плавления стеклобоя не столь высока, как смеси из песка, соды и доломита: каждые десять процентов вторсырья в шихте сокращают энергопотребление на три процента. С уменьшением энергозатрат снижаются выбросы углекислого газа, а стекловаренные печи выгорают не через семь-десять лет, а через десять-пятнадцать.
Роману пластик отправляют посылками
А вот волгоградский эколог и предприниматель Роман Себекин уже сегодня готов завалить Китай переработанным мусором. Он занимается вторсырьем по собственным технологиям. И даже построил для своей семьи дом из переработанного пластика. Это позволило не только утилизировать отходы, но и почти в два раза снизить цену стройматериалов. При этом они прошли всю необходимую сертификацию. А иначе, как признается Роман, он бы не поселился с семьей в таком жилище.
- Сейчас в Китае введен запрет на ввоз вторсырья. Там повышаются экологические требования и теперь им нельзя импортировать обычный прессованный пластиковый мусор. Но мы можем поставлять первично переработанный пластик, например, в виде гранул. Китайцы даже готовы вложиться в строительство крупного завода по первичной переработке пластика, но для этого нужны огромные объемы, собирать которые можно только всем миром, - объясняет Роман.
По его словам, речь идет о 200-300 тоннах пластиковых отходов в месяц. Только так можно загрузить простаивающие заводские мощности в Поднебесной. Роман увидел в этом возможность заработка не только для себя.
- Мы открываем пункты приема вторсырья, действующих по тому же принципу, по которому когда-то работали пункты приема макулатуры и бутылок. Получается очень эффективная бизнес-модель, позволяющая решить многие социальные проблемы, в том числе и с трудоустройством пожилых людей. Схема действует таким образом: мы помогаем человеку, который хочет попробовать себя в качестве предпринимателя, запустить пункт приема, население сдает ему пластик по 7 рублей за килограмм, а мы уже покупаем у него - по 15-16 рублей.
Желающих участвовать в таком бизнесе оказалось немало. По словам Романа, в менталитете россиян уже произошел перелом. Пластик экологу-предпринимателю на переработку привозят и из других регионов, более того - отправляют даже по почте.
- Да-да, приходят самые обыкновенные почтовые посылки, набитые утрамбованными пластиковыми бутылками, - смеется Роман.
Кстати, разработанной в Волгограде продукцией из переработанного пластика уже интересуются за рубежом. Например, шпалы из вторичного пластика оказались дешевле, долговечнее, крепче и легче деревянных или бетонных аналогов. Турция уже готова купить технологию изготовления таких шпал. Кроме того, из Европы, Африки и Индии поступают заказы на волгоградские технологии производства стройматериалов из вторичного пластика. Недавно две из них были проданы в Пакистан и Гану.
Еще один перспективный проект эколога-предпринимателя - изготовление деревокомпозитных изделий из переработанных упаковок тетрапак.
- Такая упаковка состоит из нескольких слоев пленки, бумаги и алюминия. Стандартными способами их очень сложно отделить друг от друга и пустить в переработку. Поэтому мы сейчас разрабатываем новую технологию, позволяющую использовать это сырье. В результате можно будет, например, производить доски с улучшенными характеристиками, которые не впитывают воду, не трескаются и не требуют дополнительной защиты от грибка, - объясняет Роман.
Полностью перейти на раздельный сбор мусора в Волгоградской области надеются к 2024 году.
#Немузеймусора и элитные кварталы
В Екатеринбурге между тем второй год действует #Немузеймусора, куда со всего города люди везут чистые, тщательно отсортированные отходы. А самые интересные "экспонаты" из мусорного ведра становятся частью увлекательно-познавательной экспозиции. Какак легендарный холодильник "ЗИЛ". Часть самых добротных вещей - одежду, обувь - ребята тут же приводят в порядок и раздают всем нуждающимся.
- Мы подсчитали, чтобы мусор начал приносить прибыль, нужно за месяц собирать не меньше 80 тонн чистых отсортированных отходов, - рассказывает один из организаторов проекта Илья Капустин. - Пока мы не дотягиваем, собираем около 50 тонн. Но самое главное, есть коммерческий спрос на вторсырье. Более того, его не хватает. Украина, например, покупает картон. Многие европейские страны готовы брать различные мусорные фракции. И в России все больше переработчиков отходов. Их число, уверен, будет еще расти, когда появится чистое отсортированное сырье. Пока именно в этом проблема.
Вообще если рассматривать сбор мусора как бизнес, то тут все серьезно. Цена на макулатуру, например, скачет, как доллар на бирже: от двух до шести рублей за килограмм. Нужно внимательно смотреть, кому выгоднее продать. То же самое с металлом, пластиком и т. д.
А еще в Екатеринбурге два месяца назад начался важный эксперимент. Жители 165 домов сейчас делят домашний мусор на два вида: отходы, которые годятся для переработки, и остальные, которым дорога на полигон.
Одна из пилотных площадок - элитный микрорайон "Московский квартал". Четыре высотки объединены закрытым двором, что отвечает условиям эксперимента: к контейнерным площадкам не должно быть доступа посторонних, чтобы не набросали в промаркированные емкости что попало. Идею поддержали больше 80 процентов собственников жилья. Отсортированные отходы забирают разные мусоровозы. И это ответ тем, кто сомневается, не попадет ли разделенный на фракции мусор потом в общую кучу.
Как показывают первые итоги эксперимента, пока соотношение контейнеров с отсортированными отходами и общим "винегретом" - один к трем. Но лиха беда начало. Сегодня главная задача - объяснить людям, как правильно сортировать отходы. Категорически нельзя смешивать сухие отсортированные отходы с мокрыми. Загрязненное остатками пищи вторсырье уже не годится в переработку, тогда сама идея разделения ТКО теряет смысл.
Платить по факту, а не по нормативу
Есть и прямой материальный стимул делить отходы. Если до перехода на раздельный сбор мусора участники пилотного проекта платили за вывоз отходов по нормативам, то теперь могут перейти на расчеты "по факту", то есть по объему и количеству контейнеров.
Подобный эксперимент около года назад начался и в Новокуйбышевске Самарской области. Здесь мусор делят по принципу "сухое-мокрое", то есть то, что годится в переработку и что идет на захоронение.
К раздельному сбору мусора в разных регионах привлекают детей, понимая, что начинать нужно с них,а они уже научат взрослых. В Самаре уже в четвертом по счету парке появился уличный накопитель #добрые_крышечки. В него можно бросать любые, но чистые пластиковые крышечки. Сегодня по всей области 30 таких пунктов приема крышек, в основном в школах и детсадах. А в одной из школ Югры уже второй год стоят контейнеры, куда можно положить исписанные тетради, дневники и т.д. Чтобы заинтересовать, ребятам сказали, что они могут складывать туда "работы с двойками".
В семи городах Ростовской области запущены пилотные проекты по раздельному накоплению мусора. Правда, его переработка пока не ведется. Увы, на Дону нет ни одного межмуниципального комплекса, который бы ее осуществлял.
- Со временем культура бережного экологичного отношения к тому, что нас окружает, в обществе обязательно сформируется, - уверен экоактивист из Екатеринбурга Илья Капустин. - У нас в генах заложено особое отношение ко вторичному сырью. В СССР ведь была самая передовая система обращения с отходами в мире. Никто и помыслить не мог, как можно выбросить бумагу или стекло. Помню, как моя бабушка мыла полиэтиленовые пакеты, развешивала, сушила и использовала, пока совсем не истреплются.
Как рассказывают экоактивисты, некоторые привозят на площадку сбора отходов, например, стекло и поначалу даже немного стесняются своих добрых порывов. Мол, не солидно же: бутылки через весь город везу, вдруг засмеют.
- Но это нормально, - говорит Илья Капустин. - Раз привезут, два, а потом начинают вовлекать в дело и других. Думаю, не за горами то время, когда мы не увидим нелегальных свалок. Перестанут люди "стесняться" и начнут убирать за собой и сортировать мусор.
В тему
В пилотный проект Минприроды России по раздельному сбору и переработке отходов вошли Свердловская, Томская, Новосибирская, Белгородская области, Республика Алтай, Чеченская Республика и Ямало-Ненецкий автономный округ.
Дубай, ОАЭ. Новая телефонная служба поддержки психологического здоровья рабочих во время пандемии COVID-19 появилась в Абу-Даби. Инициаторами открытия новой “горячей” линии выступили столичный Комитет по управлению кризисами и катастрофами во время COVID-19 и Управление по развитию сообществ.
Позвонив по телефону 800 937292, рабочие (или работники) могут получить квалифицированную психологическую помощь, в том числе советы по способам преодоления негативных последствий вспышки коронавируса, улучшению отношений в семье или развитию новых навыков и приобретению новых хобби для поддержания образа жизни.
Горячая линия была запущена в рамках кампании «Вы значимы» (You Matter). Власти эмирата призвали всех рабочих обращаться за профессиональной психологической помощью в том случае, если их одолевают грусть, беспокойство или негативные мысли о причинении вреда здоровью на фоне продолжающегося кризиса.
Стоит напомнить, что власти Абу-Даби оказали значительную поддержку рабочим, оставшимся на территории страны. В мае в промышленной зоне Mussffah было проведено массовое бесплатное тестирование на COVID-19.
При этом к рабочим с просроченными визами не было применено никаких санкций. Одновременно с этим, была обеспечена репатриация сотен тысяч рабочих на родину, в том числе в Индию и Пакистан.
Cтоит отметить, что ранее образовательные ведомства Дубая и Абу-Даби запустили «горячие» линии для родителей и учеников школ по вопросам работы учебных заведений во время пандемии. В Абу-Даби по всем школьным вопросам можно обратиться по телефону 056 377 1833, в Дубае – 800 588 (круглосуточно).
Главы МИД Афганистана и Пакистана обсудили перспективы двустороннего сотрудничества
Исполняющий обязанности министра иностранных дел Афганистана Мохаммад Ханиф Атмар провел телефонные переговоры со своим пакистанским коллегой Шах Мехмудом Куреши.
Как отмечается в заявлении МИД ИРА, Куреши поздравил Атмара с успешным проведением двусторонней встречи, проходившей в рамках Афгано-пакистанского плана действий по обеспечению мира и солидарности. Он также подчеркнул, что Исламабад по-прежнему привержен поддержке афганского урегулирования.
В свою очередь, глава МИД Афганистана назвал Афгано-пакистанский план важной платформой для развития сотрудничества и взаимопонимания между странами. Кроме того, он поблагодарил Пакистан за активную роль в продвижении мирного процесса и поддержку переговоров между правительством ИРА и талибами.
В ходе телефонного разговора стороны также обсудили вопросы торговли и транзита и обменялись мнениями по поводу достойного и постепенного возвращения афганских беженцев на родину.
Как уже сообщал «Афганистан. Ру», на этой неделе в Кабуле состоялись переговоры между представителями Афганистана и Пакистана. Мероприятие проходило в рамках Афгано-пакистанского плана действий по обеспечению мира и солидарности.
![Главное](/images/star.png)
Танец дракона со слоном и птица-тройка
Михаил Морозов
Посол Китая в России Чжан Ханьхуэй дал в интервью газете «Труд»
Чрезвычайный и Полномочный Посол КНР в России Чжан Ханьхуэй в интервью газете «Труд» рассказал о ситуации в Южной Азии и сотрудничестве России, Индии и Китая как основе мировой стабильности.
— Уважаемый господин Посол, давайте начнем разговор с ситуации в Южной Азии. Какое место занимает этот регион в китайской дипломатии? Какую помощь оказал Китай странам Южной Азии в борьбе с эпидемией COVID-19?
— Южная Азия и Китай географически близки, и наши интересы тесно связаны. Волею судеб мы являемся партнерами. В последние годы Китай и страны Южной Азии достигли заметных результатов в торгово-экономическом и гуманитарном сотрудничестве. В 2019 году товарооборот Китая со странами Южной Азии составил почти 140 млрд долларов. Наше многоплановое взаимодействие имеет хорошие перспективы. С момента вспышки пандемии COVID-19 Китай, придерживаясь идеи сообщества единой судьбы человечества, предоставил противоэпидемическую помощь более чем 150 странам и международным организациям. На этом фоне выделю тесное сотрудничество со странами Южной Азии, демонстрирующее особую дружбу. Китай и сейчас продолжает поставку в большом объеме противоэпидемических грузов в страны Южной Азии, помогает в строительстве новой инфекционной больницы в Пакистане для заболевших коронавирусом, проводит множество онлайн-консультаций медицинских экспертов для обмена опытом по профилактике и противодействию эпидемии. Отправлены группы медиков в Бангладеш, Пакистан и Непал, созданы механизмы сотрудничества с Афганистаном, Пакистаном и Мальдивами по совместной профилактике и противодействию эпидемии.
27 июля министры иностранных дел Китая, Афганистана, Пакистана и Непала провели видеоконференцию, посвященную борьбе с пандемией новой коронавирусной инфекции. На заседании председательствовал член Госсовета КНР, министр иностранных дел Ван И. Четыре страны решили укреплять сотрудничество в борьбе с пандемией на информационном, политико-правовом и практическом уровнях. Выработаны регламент уведомления о выявленных случаях, контрольные меры на границах и пунктах пропуска, а также план действий в экстренных случаях. Стороны едины в необходимости создания «быстрого прохода» для персонала и «зеленого коридора» для грузов. Китай наращивает сотрудничество с тремя странами в таких областях, как тестирование, диагностика, лечение, лекарства и вакцины. КНР также будет помогать им в укреплении потенциала общественного здравоохранения. После выпуска вакцины для широкого применения, которая станет общественным продуктом мирового значения, Китай обеспечит доступность ее в трех странах — участницах видеоконференции.
— Пандемия COVID-19 негативно повлияла на сотрудничество в области экономики, торговли и транспорта. Отразится ли она на реализации инициативы «Один пояс, один путь» в Южной Азии, на строительстве экономического коридора «Китай — Пакистан»?
— Эпидемический кризис серьезно ударил по мировой экономике, негативно повлиял на обмен кадрами и деловое сотрудничество между странами. Сотрудничество между Китаем и странами Южной Азии в строительстве проекта «Один пояс, один путь» также пострадало, но эффект от этих последствий локальный и временный. С точки зрения долгосрочной перспективы фундамент Китая и стран Южной Азии для совместного строительства ОПОП остается прочным.
В настоящее время восстановление социально-экономического развития Китая ускоряется. Во II квартале этого года ВВП КНР вырос на 3,2%. Китай первым среди ведущих экономик добился роста после вспышки коронавируса. По мере улучшения эпидемической ситуации в странах продолжается реализация совместных проектов. В первой половине этого года товарооборот Китая со странами Южной Азии достиг почти 53 млрд долларов, что придало мощный импульс в преодолении последствий пандемии и восстановлении экономики. В период после пандемии стремление стран развивать свою экономику и повышать благосостояние населения усилится, резко возрастет интерес к сотрудничеству в здравоохранении. Китай будет работать со странами, расположенными вдоль ОПОП, включая Южную Азию, в рамках строительства «Здорового Шелкового пути», «Цифрового Шелкового пути» и «Зеленого Шелкового пути», чтобы создать новые точки роста, а также для того, чтобы стимулировать динамику восстановления мировой экономики.
Китайско-пакистанский экономический коридор — важный пилотный проект в рамках ОПОП. За последние шесть лет проект принес Пакистану 25 млрд долларов прямых инвестиций и создал 75 тысяч рабочих мест. Китай является крупнейшим инвестором Пакистана в течение пяти лет подряд. Как отметил премьер-министр Пакистана Имран Хан, будущее экономики Пакистана тесно связано со строительством китайско-пакистанского экономического коридора, который поможет Пакистану встать на путь быстрого развития.
Влияние пандемии на китайско-пакистанское сотрудничество в рамках инициативы «Один пояс, один путь» и строительства китайско-пакистанского экономического коридора незначительно. Во время пандемии Китай и Пакистан поддерживали тесную связь для преодоления трудностей и минимизации ущерба. Китай настаивает на том, чтобы не было увольнений и приостановки работы, аккуратно организует возвращение персонала в Пакистан и возобновление реализации проектов. Благодаря этим усилиям строительство коридора работает в обычном режиме, без крупномасштабных вспышек инфекции. В этот сложный период энергетическая составляющая коридора работает без сбоев, обеспечивая одну треть спроса на электроэнергию в Пакистане. Кроме того, Китай и Пакистан достигли консенсуса в отношении совместного строительства «коридора здоровья», будут расширять сотрудничество в области медицины и здравоохранения, чтобы оказать Пакистану более значимую помощь в преодолении COVID-19 и восстановлении экономики.
— США уходят из Афганистана, с которым Китай граничит и активно содействует процессу восстановления мира в этой стране, участвует в многочисленных координационных механизмах по Афганистану. Как Китай видит будущую ситуацию в этой стране? Какую роль он может сыграть в процессе национального примирения и восстановления Афганистана?
— В настоящее время Афганистан стремительно продвигается к миру, однако возникают новые риски и вызовы. Террористическая активность возрастает, бандиты ждут момента для действий. Вдобавок к этому пандемия COVID-19 породила социально-экономический кризис в стране, и безопасность в Афганистане по-прежнему не гарантирована. Китай искренне надеется, что эта страна сможет избежать войны и достичь полноценной независимости и мира. Китайская сторона продолжит поддерживать усилия правительства национального единства Афганистана по обеспечению стабильности и безопасности, а также содействовать процессу мирного политического урегулирования, которое должно осуществляться «под руководством афганцев самими афганцами». Мы надеемся, что иностранные войска будут выведены из Афганистана, что позволит обеспечить безопасность и стабильность, избежать роста активности террористических групп.
Недавно в Афганистане успешно прошло совещание Лойя джирги — собрания народных представителей. Китай приветствует это мероприятие и надеется, что оно поможет создать благоприятные условия для межафганских переговоров. Китай поддерживает тесные контакты со всеми заинтересованными сторонами по афганскому вопросу. В рамках мирного урегулирования продолжаем взаимодействие и координацию усилий с ООН, ШОС, через трехсторонний диалог Китай — Афганистан — Пакистан, а также трехсторонние консультации Россия — Китай — США и четырехсторонние консультации Россия — Китай — США — Пакистан и другие механизмы по афганскому направлению.
Пандемия COVID-19 негативно повлияла на экономическое и социальное развитие Афганистана, в связи с этим китайская сторона призывает к укреплению регионального сотрудничества. Китай предоставил Афганистану три партии противоэпидемических материалов, оказав посильную помощь афганскому народу. Мы готовы и впредь укреплять сотрудничество в борьбе с пандемией и оказывать помощь по мере своих сил. Китай также призывает международное сообщество оказать поддержку Афганистану, предоставить помощь афганским беженцам и принимающим их странам.
— Китай и Индия — азиатские державы, китайско-индийские отношения напрямую влияют на обстановку в АТР и на ситуацию во всем мире. Отношения двух стран часто описываются в СМИ как «соперничество дракона со слоном». Индия объявила о запрете использования многих китайских мобильных приложений, запрете участия компаний с китайским капиталом в проектах строительства индийских дорог. Индия ограничивает экспорт некоторых китайских товаров. Связано ли это с недавним конфликтом на китайско-индийской границе? Может ли возникнуть «торговая война» между Китаем и Индией?
— В этом году исполняется 70 лет со дня установления дипломатических отношений между Китаем и Индией. Китайско-индийские отношения прошли множество испытаний, достичь сегодняшней высоты было непросто. У Китая и Индии есть исторически сложившийся пограничный вопрос. Данная проблема довольно деликатна и сложна. Для выработки вариантов ее решения нужны консультации на равноправной и мирной основе. Недавно на западном участке китайско-индийской границы в долине реки Галван произошел инцидент. Это нежелательный случай для обеих сторон. После инцидента Китай и Индия сразу приступили к диалогу по военным и дипломатическим каналам. Было выполнено разведение войск в большинстве точек соприкосновения. В настоящий момент ситуация продолжает развиваться в сторону смягчения и деэскалации. Китайская сторона продемонстрировала добрую волю и заинтересованность в урегулировании. Китай выступает за мир, никогда не претендовал на доминирование и не проводил колониальную экспансию. За 70 с лишним лет после своего основания КНР решительно защищала суверенитет и территориальную целостность, всегда придерживалась линии на добрососедство и дружбу, никогда не выдвигала территориальные претензии. Из 14 граничащих с Китаем стран мы урегулировали вопросы демаркации сухопутных границ с 12, в том числе и с Россией. Границы с этими странами стали рубежами дружбы и сотрудничества.
Китай исходит из того, что его и Индию объединяет приоритетная политика на национальное развитие и процветание. В этом направлении у двух стран есть общие стратегические интересы. Отказ от обоюдных угроз и предоставление возможностей для развития друг друга — вот основа для взаимодействия. Только «танец дракона и слона» является единственным правильным выбором для обеих сторон, отвечающим коренным интересам народов, гарантирующим прочный мир и процветание в Азии и в мире. Китай заинтересован в сохранении стабильности в Азиатском регионе и во всем мире, в обеспечении фундаментальных интересов обеих стран и их народов. Мы придерживаемся принципов дружбы и сотрудничества, мирного урегулирования разногласий.
Экономики Китая и Индии обладают высокой взаимодополняемостью и большим рыночным потенциалом. По сравнению с началом века двусторонний товарооборот Китая и Индии вырос в 32 раза и в прошлом году приблизился к отметке в 100 млрд долларов. Китай много лет подряд остается крупнейшим торговым партнером Индии. В эпоху глобализации такие шаги, как отступление от рыночных норм и установок ВТО, протекционизм, нетарифные барьеры и ограничительные меры, приводят к «обоюдному проигрышу». Китай не намерен вести «торговую войну» с какой-либо страной. Мы последовательно расширяем внешнюю открытость и стремимся к развитию кооперации со всеми странами. Китай и Индия — две крупнейшие развивающиеся страны с формирующимися рынками. Укрепление сотрудничества между Китаем и Индией не только придает мощный импульс развитию двух стран, но и обеспечивает стабильность и процветание в мире.
— Россия, Китай и Индия являются членами БРИКС и ШОС. Китай и Индия — стратегические партнеры России. Все три стороны придают большое значение механизму Россия — Китай — Индия и уже успешно провели две неформальные встречи лидеров. Какую роль может сыграть трехсторонний механизм в поддержании международного мира и безопасности, содействии глобальному экономическому развитию?
— В июне текущего года успешно прошла видеоконференция министров иностранных дел Китая, России и Индии. Сегодня, в условиях роста политики односторонности, протекционизма и гегемонизма, некоторые страны стремятся «переложить вину», «отделиться» и «выйти из группы» в попытке спровоцировать идеологическую и социальную системную конфронтацию, поставив мир в опасную ситуацию. Совместное развитие и тесное сотрудничество РИК как мировых держав и стран с развивающейся экономикой становится все более важной стабилизирующей силой в эволюции мировой архитектуры. Нам необходимо продолжать развивать сотрудничество РИК в духе открытости, единства, взаимопонимания и взаимного доверия.
Во-первых, поддерживать мультилатерализм, защищать беспристрастность и справедливость в мире. Китай, Россия и Индия имеют широкий спектр общих интересов и схожие цели развития. Мы должны совместно защищать итоги Второй мировой войны, твердо отстаивать основные цели и принципы Устава ООН, противостоять политике односторонних действий, гегемонизму, а также твердо поддерживать ООНоцентричную систему международных отношений и мировой порядок на основе международного права.
Во-вторых, придерживаться принципов открытого развития и защищать систему многосторонней торговли. Китай, Россия и Индия являются странами — участницами «группы двадцати», ШОС и БРИКС. Три страны обязаны защищать систему многосторонней торговли под председательством Всемирной торговой организации, способствовать либерализации и упрощению торгово-инвестиционного сотрудничества, создать еще более открытую мировую экономику, выгодную для стран с формирующимся рынком и развивающихся стран.
В-третьих, усиление стратегической координации и совместное противостояние вызовам. Китаю, России и Индии необходимо углубить противоэпидемическое сотрудничество, поддержать ведущую роль ВОЗ в глобальной борьбе с эпидемией, тем самым стимулируя развитие глобальной системы здравоохранения. Укреплять взаимодействие и координацию в рамках многосторонних механизмов и объединять усилия в ответ на новые угрозы и вызовы, выстраивая международные отношения нового типа.
Китай, Россия и Индия расположены на двух континентах и соединяют собой три океана. Население трех стран составляет 40% мирового, они занимают площадь 22% территории Земли, а общий объем экономик составляет 21% от мирового объема. Трехстороннее сотрудничество имеет огромный потенциал и обширные возможности. Китай, Россия и Индия должны идти в ногу со временем, демонстрировать свою ответственность, продолжать укреплять стратегическое доверие друг к другу, углублять всестороннее сотрудничество, защищать фундаментальные интересы трех стран, глобальную безопасность и стабильность, а также оберегать общую тенденцию экономической глобализации и мировой многополярности.
Global Property Guide назвал страны мира с самым значительным ростом цен на жильё
Во втором квартале 2020 года, несмотря на пандемию, стоимость жилой недвижимости поднялась в 33 из 49 исследованных стран.
Что случилось? По данным Global Property Guide, во втором квартале 2020 года глобальные рынки жилья отличились уверенным ростом, несмотря на пандемию коронавируса. Особенно это было характерно для Европы, Канады и США. Цены с учётом инфляции увеличились в 33 из 49 исследованных стран. Аналитики объясняют это низкими процентными ставками, которыми многие центральные банки пытались компенсировать ослабление экономики.
Самые быстрорастущие. Во втором квартале 2020 года больше всего в годовом исчислении выросли цены на жильё в Турции (+11,59%), на Филиппинах (Макати, +11,52%), в Германии (+10,85%), Словакии (+9,13%) и Эстонии (+8,28%).
Аутсайдеры. Самый значительный спад за соответствующий период отмечен в Египте (-17%), Пакистане (-4,62%), Пуэрто-Рико (-4,44%), на Мальте (-3,51%) и в ОАЭ (Дубай, -3,27%).
А что у нас? В России цена на жильё за указанный период выросли на 4,82%. А вот в украинском Киеве они фактически остались неизменными (+0,02%).
Изменение цен на жильё в популярных у русскоязычных покупателей странах (второй квартал 2019 – второй квартал 2020)*:
-Турция +11,59%
-Германия +10,85%
-Таиланд +8,16%
-Эстония +8,28%
-Финляндия -0,78%
-Португалия +8,12%
-Нидерланды +6,12%
-США +5,02%
-Австрия (Вена) +3,03%
-Великобритания +1,11%
-Латвия (Рига) +0,85%
-Швейцария +0,61%
-Израиль -2,16%
-ОАЭ (Дубай) -3,27%
-Мальта -3,51%
-Канада +5,19%
* Аналитики указывали цифры с поправкой на инфляцию
Автор: Ольга Петегирич
Из Ирана было экспортировано 3 млн. тонн агропродовольственной продукции
Всего за первые пять месяцев текущего иранского года (20 марта - 21 августа) из Ирана было экспортировано 3 миллиона тонн агропродовольственной продукции на сумму 2 миллиарда долларов, что соответствует росту на 22,5% и 10,05% по тоннажу и стоимости по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
По словам Мехрдада Джамаля Оранки, заместителя главы Таможенного управления Исламской Республики Иран по техническим вопросам, основными экспортными товарами в этот период были фисташки, помидоры и томатная паста, арбузы, сыр, печенье, выпечка и шоколад, сообщает агентство Fars News Agency.
Ирак, Афганистан, ОАЭ, Россия, Пакистан, Китай, Турция, Германия, Гонконг и Индия были основными направлениями экспорта.
Иран уделяет приоритетное внимание расширению стратегических связей с соседними странами
Президент Ирана Хасан Рухани заявил в понедельник, что Иран уделяет приоритетное внимание расширению стратегических связей с соседними странами, особенно в экономической сфере.
«Историческая и культурная близость между жителями региона - прочная основа для расширения и продвижения сотрудничества с соседними странами, что принесет пользу жителям и правительствам региона», - сказал Рухани во время заседания, посвященного «расширению сотрудничества с соседями».
Он добавил: «Расширение и укрепление экономического сотрудничества с соседними странами может сыграть важную роль в преодолении проблем».
Президент также сказал, что иранское правительство и народ всегда были рядом с людьми в соседних странах и приветствуют расширение отношений, сообщает Tehran Times.
«Мы все должны приложить усилия для развития всего региона. Скоординированная и совместная экономика в регионе будет способствовать миру и безопасности», - сказал он.
В июле Рухани заявил, что Иран стремится расширить свои отношения со своими соседями, а также с другими дружественными странами.
«Мы надеемся активизировать наше сотрудничество с соседями, включая Ирак, Турцию, Катар, Пакистан и Афганистан, а также со всеми другими дружественными государствами, такими как Китай и прибрежные государства Персидского залива и Каспийского моря», - сказал Рухани во время заседания кабинета министров.
![Главное](/images/star.png)
МИРОВАЯ ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ И КОРОНАВИРУС
АНДРЕЙ ФРОЛОВ
Кандидат исторических наук, ведущий программы «Полигон» на радио «Говорит Москва».
Эпидемия коронавируса COVID-19 затронула практически все сферы мировой экономики, причём в беспрецедентных масштабах. Не остались в стороне вооружённые силы и оборонная промышленность. Интересно, что военные отреагировали на новый вызов одними из первых. Это было видно по отмене ряда международных учений, в какой-то момент прекратились даже ротации контингентов ООН в странах Африки.
Не меньшее влияние испытал на себе и мировой военно-промышленный комплекс. По очевидным причинам информации об этом не очень много, но ставшие достоянием гласности сведения позволяют составить общую картину. Существенный спад в новой контрактации оборонных сделок, а также снижение поставок по уже заключённым контрактам – очевидны. Некоторое оживление стало наблюдаться только летом.
В целом схема для большинства европейских, американских, российских и китайских производителей была следующей.
Примерно в конце марта – начале апреля, когда катастрофический масштаб эпидемии стал понятен, промышленность начала закрываться на карантин.
Как это выглядело на практике, можно проследить на примере производственной площадки в Гаршизи французского производителя бронетехники компании Arquus. Так, 17 марта на предприятии остались только двадцать сотрудников, которые отвечали за логистику. При этом обычное число работающих на площадке составляет 450 человек, включая временных работников и занятых на срочных контрактах. Ситуация стала меняться только к середине мая, когда численность персонала возросла до 230 человек. Для восстановления нормальной работы, по расчётам, требовалось принимать на работу до тридцати-сорока человек в неделю. В качестве постоянной меры на заводе ограничили массовые скопления людей, а также визиты извне. Крупные собрания проводятся в актовом зале с соблюдением мер дистанцирования или по видеосвязи. Рабочие столы и клавиатуры регулярно протираются. В столовой рассадка сотрудников осуществляется в шахматном порядке. Участилась уборка помещений нанятой компанией. Запрещены кофейные машины, вместо них предприятие предоставляет чайники и капсулы с растворимым кофе.
Другой французский производитель бронетехники – компания Nexter, сообщила о высокой вероятности того, что заказ министерства обороны Франции на 2020 г. в объёме 128 бронемашин Griffon и четырёх Jaguar полностью выполнен не будет. Это связано с тем, что в производственной программе задействованы три крупных субподрядчика и сотни мелких, особенно пострадавших от коронавирусных ограничений. Интересно, что именно с Францией связан один из немногих известных срывов поставок экспортных контрактов. Из-за пандемии и карантина компания Dassault Aviation отложила поставку Индии партии истребителей Rafale с мая на июль. Первые пять машин отправились заказчику только 27 июля.
Были сложности и у американских оборонных компаний, причём они наложились на ряд проблем, напрямую с коронавирусом не связанных. Так, концерн Lockheed Martin объявил о сокращении производства истребителей F-35 в текущем году со 141 по плану до 123–117 по причине влияния коронавируса на субподрядчиков. Правда, в данном случае, видимо, определённым негативным фоном выступила и политика «импортозамещения» турецких производителей, которые выпускали до 1000 наименований комплектующих для самолётов этого типа.
Другой американский авиационный концерн – Boeing – мало того, что испытывает серьёзные трудности производственного и финансового плана из-за двух катастроф самолета 737 МАХ, ещё и столкнулся с драматическим падением спроса на авиаперевозки и – как следствие – снижением закупок новой авиационной техники. Компания была вынуждена закрывать ряд производственных площадок, а в конце мая уволить более 12 тыс. человек, а поставки пассажирских самолётов семейства 777Х были вообще отложены на неопределённый срок. Всё это частично повлияло на производственную программу базовых патрульных самолётов Р-8А Poseidon, которые выпускаются на базе гражданских самолётов семейства В737-800.
В числе прочего в конце марта коронавирус серьёзно угрожал персоналу военных баз и оборонных предприятий на западе США.
Про китайскую промышленность известно только лишь то, что на судоверфи группы Wuchang Shipbuilding Industry Group было временно прекращено строительство неатомных подводных лодок проекта S20 для Пакистана (пакистанское наименование – тип Hangoor). Это случилось в конце марта – начале апреля. С другой стороны, неофициально оглашённый план поставок истребителей ВВС НОАК в течение этого года показывает, что темпы производства, по крайней мере – в авиастроении, снизились не очень сильно, если даже не возросли (не менее восьмидесяти истребителей семейства J-15/16 и тридцати истребителей пятого поколения J-20).
Россия тоже не осталась в стороне от общемировых тенденций. Самым чувствительным периодом стало начало апреля, когда после выхода указа президента Владимира Путина №239 от 2 апреля 2020 г. было неясно, как карантинные ограничения распространяются на предприятия ОПК. Непонятным был и статус предприятий с непрерывным циклом производства, которым впоследствии разрешили продолжить работу. По известной информации, большинство предприятий фактически свернули всякую деятельность сроком на одну-две недели, но довольно быстро возобновили её, хотя и с рядом ограничений. Например, по состоянию на 10 апреля из 122 предприятий-смежников производителя вертолётов ПАО «Роствертол» в ограниченном режиме работали двадцать пять.
Тем не менее были случаи заболевания сотрудников предприятий ОПК – так, на конец апреля в «Роскосмосе» насчитывалось 111 заболевших, в мае заболели трое сотрудников ААК «Прогресс», производящего боевые вертолёты Ка-52. Необходимость дезинфекции также сокращала возможности нормальной работы: к концу мая только силами Министерства обороны России была проведена дезинфекция около 200 предприятий ОПК.
Пандемия повлияла и на экспорт. Опять-таки, официальных данных на этот счёт не приводилось, но ещё в начале февраля российский спецэкспортёр АО «Рособоронэкспорт» допускал возможность влияния коронавируса на поставки ЗРС С-400 в Китай. Это, в принципе, было очевидно после вступления в силу фактического запрета на международные авиаперевозки в Россию, которые сильно затруднили прибытие в страну как групп переговорщиков от иностранных контрагентов, так и сотрудников приёмки для отправки уже изготовленной техники.
Несмотря на все эти сложности, в целом о серьёзных срывах контрактных сроков российским ОПК не сообщалось. Так, 5 августа министр обороны России Сергей Шойгу заявил о том, что в войска поставлены более 1100 образцов специальных вооружений, включая шестнадцать самолётов, пятьдесят три вертолёта (в том числе восемнадцать Ми-8МТВ-5-1, восемьдесят БЛА и пять боевых кораблей, среди которых атомная подводная лодка с баллистическими ракетами и фрегат. Одновременно с этим во втором квартале активно заключались новые контракты на поставку боевой техники Министерству обороны России, среди которых четыре ракеты-носителя «Ангара-А5», двадцать четыре фронтовых бомбардировщика Су-34, два универсальных десантных корабля, две многоцелевых атомных подводных лодок и два фрегата.
Таким образом, можно констатировать, что в 2020 г. мировая оборонная промышленность столкнулась с крупнейшим кризисом со времён окончания Второй мировой войны, который, правда, пока всё же носит ограниченный по времени характер.
Темпы выхода из него будут зависеть от того, нахлынет ли вторая волна коронавируса и какие меры будут против неё введены, а также от состояния мировых экономик, которые в результате депрессии в текущем году могут существенно сократить оборонные расходы на горизонте двух-трёх лет. Видимо, определённой ясности по этим вопросам стоит ждать в начале осени.
Данный комментарий является переработанной и обновлённой версией материала, заказанного Международным дискуссионным клубом «Валдай» и впервые опубликованного на сайте клуба в разделе «Аналитика» https://ru.valdaiclub.com/a/highlights/.
![Главное](/images/star.png)
ФЛОТ УМЕРЕННОЙ ГЛОБАЛЬНОСТИ
ИЛЬЯ КРАМНИК
Эксперт Российского совета по международным делам.
Развивающийся глобальный кризис способен серьёзно повлиять на экономические возможности ряда стран, в том числе и в части военных расходов, изменив приоритеты военного строительства и облик вооружённых сил. Пока рано говорить о том, насколько глубоким окажется спад, однако самое время попытаться спрогнозировать трансформации, которые он вызовет, в том числе и в таких инерционных системах, как военно-морское строительство.
Пандемия COVID-19 внесёт свой вклад в изменения, но её воздействие может быть различным в зависимости от того, как будут развиваться события в странах третьего мира и как быстро появится эффективная вакцина и/или человечество иным образом выработает устойчивый иммунитет к этому заболеванию.
Перенос на Восток
Прежде чем говорить об ожидаемых изменениях, стоит проанализировать предкризисную ситуацию, от которой они будут отсчитываться.
Ключевой тенденцией развития военно-морских сил в мире предшествующего периода можно назвать перенос развития мировой морской мощи на Восток, в первую очередь – в Азиатско-Тихоокеанский регион.
Ещё в начале 2000-х гг. распределение мест в рейтинге ведущих морских держав примерно соответствовало ситуации по состоянию на конец холодной войны, с той разницей, что отрыв лидера (США) от второго места (Россия) заметно возрос по сравнению с 1980-ми гг., а к концу 2010-х гг. ситуация изменилась коренным образом. Если исключить стратегические ядерные силы, то топ-5 морских держав, в который в 2000 г. входили Соединённые Штаты, Россия, Великобритания, Франция и Индия, сегодня выглядит совсем иначе.
Американские ВМС сохраняют первое место, при этом ВМС Народно-освободительной армии Китая (НОАК), уступая американскому флоту по совокупным боевым возможностям, обогнали его по общей численности кораблей основных классов. На третьем месте Россия – несмотря на принимаемые меры, постсоветская деградация ВМФ РФ пока не остановлена. На четвёртом и пятом местах располагаются морские силы самообороны Японии и ВМС Индии, боевые возможности которых растут. Таким образом, впервые со времён эпохи великих географических открытий в числе ведущих военно-морских сил мира нет ни одного флота «старой Европы». Особенно заметно изменение удельного веса британского Королевского флота, некогда игравшего роль глобальной морской силы Запада, которую сегодня исполняют ВМС США. Уступая по численности боевых единиц основных классов всем флотам первой пятёрки, в Европе он отстает и от ВМС Франции, находясь примерно на одном уровне с итальянскими. Замыкают мировую десятку ещё два азиатских флота – южнокорейский и турецкий.
Распределение мест в рейтинге в целом объяснимо как ростом экономических возможностей стран АТР, так и инерцией предыдущих периодов. Подъём азиатских флотов характеризуется не просто количественным наращиванием, но и обретением принципиально иных качеств. Так, ВМС НОАК перешли от строительства флота прибрежной и ближней морской зоны к созданию флота дальней морской и океанской зоны. Ключевыми приобретениями стали вновь созданные авианосные силы, активное развитие экспедиционных сил, включая строительство десантных кораблей-доков и универсальных десантных кораблей, а также быстрый рост численности неавианесущих кораблей дальней морской и океанской зоны – эсминцев и фрегатов. Символом качественных изменений стало строительство «больших эсминцев» (фактически – ракетных крейсеров) проекта 055. В настоящее время кораблями такого класса располагают только США и Россия, но ни та, ни другая страна не строит новые уже более двадцати лет.
Качественно меняются и возможности Морских сил самообороны Японии, несмотря на прежнее «пацифистское» наименование представляющие собой полноценный сбалансированный флот с растущими возможностями проецирования мощи. Следует отметить, что Япония наращивает возможности в условиях длительной экономической стагнации, с одной стороны – благодаря американской поддержке, с другой – ввиду резкого расширения возможностей ВМС НОАК. Совершенствование возможностей японского флота, выраженное в получении собственных авианесущих кораблей, дизельных субмарин нового поколения и современных ракетных эсминцев системы «Иджис» вкупе с растущим потенциалом береговой авиации и другими мерами позволяет отвести Японии второе место после КНР среди азиатских морских держав. В сочетании с силами передового базирования ВМС США морская мощь Японии равновешивает китайский подъём. Ещё одной «гирькой» на весах в этом сравнении являются ВМС Южной Кореи, тоже опирающиеся на американскую технологическую поддержку и приобретающие новые качества – в частности благодаря строительству универсальных десантных кораблей.
ВМС Индии, занявшие место в пятёрке сильнейших ВМС мира ещё в 1980-е гг., сохраняют свою позицию и сейчас, также претерпевая качественную трансформацию. Как и КНР, Индия создаёт сбалансированный флот дальней морской/океанской зоны, но с более скромными целевыми показателями, ограниченными в первую очередь необходимостью решения задач в Индийском океане. Признаком качественного перехода в индийском случае является начало собственного строительства авианосца, современных эсминцев и атомных подводных лодок. При этом Индия имеет наиболее широкую географию военно-технического сотрудничества из всех крупных морских держав Азии, приобретая технологии и готовые системы вооружения и в России, и во многих западных странах.
Западная деградация
Оценивая европейские флоты, можно в основном говорить о стагнации – и по экономическим возможностям в сравнении с Соединёнными Штатами и крупными азиатскими державами, и в плане роли в НАТО. За исключением французского и (в меньшей степени) британского и итальянского флотов остальные сведены к небольшим группам лёгких и вспомогательных сил, способных выполнять исключительно второстепенные задачи в операциях ВМС США. Самостоятельные операции требуют сосредоточения многонациональной группировки со всеми вытекающими сложностями формирования и управления, при этом ударный и экспедиционный потенциал, за вычетом уже названных Великобритании, Франции и Италии, отсутствует у стран ЕС.
Характерна «постимперская» деградация британского Королевского флота. В начале прошлого века он безраздельно господствовал на морях, был силой, равновеликой ВМС США ещё в начале Второй мировой войны, занимал второе место в мире с 1943–1944 до конца 1960-х годов. Лебединой песней британских ВМС стала Фолклендская операция – последняя, которую они провели (и могли провести) самостоятельно. В настоящее время, несмотря на строительство авианосцев типа «Куин Элизабет», возможности Королевского флота недостаточны для самостоятельных операций и требуют либо координации усилий с флотами Европы и союзниками из других регионов, либо поддержки Соединённых Штатов. Деградация выражается в последовательной утрате ряда ключевых промышленных компетенций, включая собственную разработку и производство боевых самолётов, управляемого вооружения, энергетических установок и других важнейших систем и узлов.
Увеличились сроки строительства и испытаний новых боевых единиц, а также объёме претензий к качеству. Существенным фактором, который ограничивает боевые возможности Королевского флота, является проходящее красной нитью последние сто лет, начиная с Первой мировой войны, стремление к максимальному удешевлению кораблей новых проектов, что регулярно ведёт к снижению их характеристик – с 1930-х гг. и по сей день.
Несколько лучше дело обстоит во Франции, поддерживающей независимость собственного оборонно-промышленного комплекса, вплоть до производства межконтинентальных баллистических ракет. Вместе с тем, как и в британском случае, отмечается деградация промышленности: увеличение сроков постройки новых боевых единиц и проблемы с состоянием уже имеющихся. При этом Франция уже объявила приоритетной задачей военно-морского строительства на фоне эпидемии поддержание исправности атомного подводного флота (в первую очередь стратегических ракетоносцев) и авианосца «Шарль де Голль».
Среди европейских членов НАТО исключением можно назвать не вполне европейскую Турцию, ВМС которой в докризисный период перешли к строительству универсальных десантных кораблей, а также современных многоцелевых кораблей дальней морской зоны. Впрочем, сразу проявились сложности, вызванные в основном политическими причинами: попытка переворота 2016 г. и последующее охлаждение отношений Турции с партнёрами по НАТО существенно замедлили развитие ВМС страны.
Общей проблемой для всех европейских стран (за исключением Франции) является отсутствие внятных национальных военно-морских доктрин, что заставляет рассматривать флот скорее в качестве инструмента «гуманитарных интервенций» и вспомогательной силы в рамках объединённых сил НАТО. Экономический потенциал многих членов ЕС достаточен для того, чтобы иметь более сильный флот. Речь, прежде всего, о Германии, экономические и промышленные возможности которой позволяют при желании претендовать на место в пятёрке, если не в тройке ведущих морских держав. Но политические интересы, требующие такого военно-морского подкрепления, у Германии отсутствуют.
В стагнации, как это ни странно, находятся и крупнейшие военно-морские силы мира в лице ВМС США. План наращивания численного состава ВМС до 355 кораблей к 2030 г. не реализуем без существенного увеличения финансирования, особенно учитывая необходимость перехода к строительству кораблей и подлодок новых проектов. В частности, существенный объём финансирования потребуется для ввода в строй ПЛАРБ нового типа «Колумбия», которые должны заменить ракетоносцы типа «Огайо» 1980–1990-х гг. постройки.
Начальник военно-морских операций ВМС Майкл Гилдэй, выступая в январе на симпозиуме US Navy 2020, сообщил, что программа создания «Огайо» отвлекла на себя 20 процентов бюджета военного судостроения 1980-х годов. Доля «Колумбии» может оказаться ещё выше и составить 30 процентов, что затруднит поддержание нужной численности сил общего назначения.
«355-корабельный план» был частью обещаний Дональда Трампа в ходе его предыдущей избирательной кампании. При фиксации расходов на ВМС на уровне 34 процентов от общего военного бюджета Соединённых Штатов реализация вряд ли возможна (в 1980-е г. доля, например, составляла 38 процентов). Основная часть расходов приходится на содержание и боевую подготовку имеющихся сил. Бюджетные траты на военное судостроение в последние десять лет колеблются в диапазоне 19–22 млрд долларов в год.
В настоящее время ВМС США насчитывают 293 корабля основных классов, и поддержание этого уровня даётся непросто: для сохранения боевого состава ещё до кризиса потребовалось сократить ряд вспомогательных частей и организаций в структуре ВМС. Возможно, что план наращивания численности ВМС будет осуществлён, в частности, за счёт учёта в этой структуре безэкипажных кораблей и судов, ранее не входивших в номенклатуру основных классов.
Отдельно стоит остановиться на ситуации с ВМФ России, судьба которого отчасти напоминает участь Королевского флота после распада Британской империи.
Унаследовав от СССР крупнейший по численности флот планеты, занимавший по боевому потенциалу в океанской зоне уверенное второе место с огромным отрывом от третьего и последующих игроков, Россия так и не смогла за почти тридцать лет чётко сформулировать цели и задачи для своего флота. Де-факто его роль свелась к обеспечению функционирования морских стратегических ядерных сил, охране исключительной экономической зоны и отдельным походам в рамках боевой учёбы и «демонстрации флага». При этом, помимо внушающего уважение боевого состава и развитой (хоть и недостаточной в ряде случаев) инфраструктуры, флот унаследовал и проблемы. Среди них разнотипица, осложняющая снабжение и боевую подготовку, рассредоточенность между четырьмя театрами, обусловленная географией, и, конечно, несоответствующий боевым возможностям политический вес. Последнее ведёт к тому, что флотские программы традиционно стоят последними в очереди на финансирование и первыми – на секвестр. Не говоря уже о том, что сама разработка этих программ ведётся с куда меньшим уровнем политического внимания и научной экспертизы, чем требуется для флота такого класса.
В 2000-е гг. ситуация начала меняться. Однако в тот период денег на обновление ВМФ ещё не было, а в следующем десятилетии выработанная более или менее и начавшая воплощаться в жизнь концепция создания сбалансированного флота, способного действовать как у своих берегов, так и в дальней морской/океанской зоне, была подорвана несколькими взаимосвязанными факторами. Среди них – разрыв военно-промышленной кооперации с Украиной, западные санкции и общая экономическая рецессия. Эти факторы наложились на деградацию российской судостроительной промышленности в постсоветский период, восполнить недостаток мощностей которой в условиях санкций затруднительно.
Сама по себе необходимость поддержания боеспособного флота осознаётся, особенно после начала сирийского конфликта, что выразилось, в частности, в указе президента от 20.07.2017 № 327 «Об утверждении Основ государственной политики Российской Федерации в области военно-морской деятельности на период до 2030 года». Основной пункт, вызвавший наиболее оживлённое обсуждение, – требование обеспечить ВМФ России второе место в мире по боевым возможностям. По сути, это означает, что российский флот может уступать только ВМС США, при этом тот же документ (статья 39, параграф V) гласит: «Российская Федерация не допустит существенного превосходства военно-морских сил других государств над Военно-морским флотом».
В настоящее время этот параметр выполняется только с учётом стратегических ядерных сил, в то время как по возможностям сил общего назначения ВМФ России уже заметно уступает ВМС НОАК, а с учётом географического фактора на каждом отдельно взятом театре военных действий и флотам наиболее сильных региональных игроков.
Кризисное будущее: крупные игроки
Особенностью развития военно-морских сил является инерционность, чрезвычайная длительность жизненного цикла основных проектов в этой сфере, сравнимая с продолжительностью человеческой жизни для боевых кораблей и превышающая её – для инфраструктуры и концепций применения. С одной стороны, это делает флоты менее уязвимыми для сиюминутных колебаний экономической конъюнктуры. С другой – серьёзно ограничивает возможности развития в кризисный период, когда горизонты планирования сокращаются и никто не готов взять на себя ответственность за запуск проектов, требующих многомиллиардных вложений и планирования на десятки лет вперёд.
Исходя из сказанного, нельзя утверждать, что кризис окажет серьёзное влияние на развитие флотов восточноазиатских государств. Вместе с тем интенсивность этого развития будет прямо зависеть от общего состояния мировой экономики, в первую очередь от того, с какой скоростью будут восстанавливаться европейские и американские рынки. Крупнейшие державы Восточной Азии – Япония и Китай – способны применить американский подход: поддержка экономики через государственные расходы, в том числе военные, была характерна для Соединённых Штатов в разгар Великой депрессии в первой половине 1930-х годов. Тогда США профинансировали строительство почти двух десятков крейсеров, четырёх авианосцев и большого количества кораблей других классов для своих военно-морских сил.
При этом, если в первой половине 1930-х гг. военно-политическая обстановка не делала эти затраты необходимыми для Вашингтона, то основные игроки АТР находятся в ситуации гонки морских вооружений, причём для Китая и Соединённых Штатов эта гонка не уступает по накалу морскому состязанию Германии и Великобритании в 1890–1910-х гг. или СССР и США двумя поколениями спустя.
Кроме того, стимулом выделить средства на финансирование военных программ, включая военно-морские, в случае Японии и Соединённых Штатов может быть стремление удешевить свои валюты, чтобы ускорить восстановление экспорта на период выхода из кризиса. В этих условиях предложения, увеличивающие инфляцию, могут рассматриваться как оправданные.
Поведение США практически наверняка будет определяться вышеупомянутой моделью периода Великой депрессии, что уже подтверждается приказом заместителя министра обороны США Эллен Лорд, отвечающей за закупку ВиВТ, от 22 марта 2020 года. Приказ касается необходимости сохранения военного производства и обозначает приоритетные направления. В их качестве определены: аэрокосмический сектор; инженерно-технический персонал; сотрудники производственных предприятий; IT-отрасль; силы безопасности; средства разведки; персонал и средства обслуживания летательных аппаратов и вооружения; поставщики лекарств и медтехники; критически важные транспортные возможности.
Наиболее существенным отличием от ситуации Великой депрессии является смена приоритетов: вместо флота ключевыми направлениями становятся ВВС и космическая группировка. Скорее всего, это повлияет на упомянутые выше планы наращивания боевого состава ВМС США до 355 кораблей, которые так и останутся на бумаге. Отказ от увеличения численности ВМС ещё более вероятен с учётом возможного досрочного списания ряда имеющихся кораблей и подлодок, чтобы получить возможность заказать новые – для поддержки промышленных мощностей, занятости и производственной кооперации. Под удар могут попасть также перспективные разработки на ранних стадиях, генерирующие в основном расходы при минимальном эффекте в виде рабочих мест и загрузки производственных мощностей.
Россия более ограничена в средствах поддержания собственного промышленного производства, чем Соединённые Штаты. Стимулирование оборонных производств и разработок за счёт дополнительной эмиссии может повлечь за собой девальвацию рубля, что невыгодно, в частности, в силу зависимости российской экономики от импорта. Тем не менее ограниченные меры такого рода возможны, как и поддержка промышленного производства за счёт средств Фонда национального благосостояния. Ограниченность поддержки в сочетании с низкой приоритетностью военно-морских программ как таковых повлечёт за собой отказ от ряда перспективных проектов. Относительно флота – это отмена (либо отсрочка) проектирования перспективного авианосца, строительства собственного «большого эсминца» (ракетного крейсера) нового поколения и, возможно, отказ от ряда объектов инфраструктуры, в том числе в Арктике.
Учитывая уже накопленный негативный опыт регулярного срыва сроков и выхода за рамки финансирования, под секвестр почти наверняка попадут планы модернизации кораблей советской постройки. Во всяком случае – их урежут раньше, чем планы строительства новых боевых единиц.
Второй эшелон: совместное выживание
Подавляющее большинство военно-морских держав второго эшелона, включая таких участников топ-5, как Япония и Индия, критически зависят от зарубежных поставок и технологической поддержки. В таком же положении и большая часть стран – членов ЕС, а также находящаяся в процессе выхода из единого экономического пространства Великобритания. Данная ситуация сложилась в 60–70-е гг. прошлого века, когда с окончательным наступлением ракетно-ядерного периода развития флотов оказалось, что полноценными цепочками разработки и производства современных боевых надводных кораблей и подлодок (как и большинства других видов ВиВТ) обладают только две страны – США и Советский Союз. С рядом оговорок к этой категории относилась Франция.
На сегодня полноценной независимостью в сфере ВПК не обладает ни одна страна. Но там, где Соединённые Штаты решают проблемы за счёт большого количества партнёров по различным формам кооперации, а Россия вынуждена в ряде случаев использовать заведомо менее эффективные решения ввиду затруднённого доступа к современным технологиям, страны второго эшелона чаще всего не имеют выбора вообще.
При необходимости обновления арсеналов они вынуждены обращаться либо к прямым зарубежным поставкам, либо к тем или иным формам совместных проектов.
Развивающийся кризис способен оказать на подобные проекты двоякое влияние. С одной стороны, потребность в них возрастёт – кооперация с совместной разработкой и постройкой позволяет снизить затраты для каждого из участников. С другой – головные разработчики будут стремиться оставить своей промышленности максимально возможную долю стоимости, снизив локализацию у младших партнёров. Неизбежное снижение военных расходов (не только в силу кризиса, но и вследствие осознанной в последние месяцы необходимости увеличить финансирование здравоохранения) может привести к массовому пересмотру военных программ странами второго эшелона.
Подобный пересмотр чреват различными последствиями. Одно из наиболее вероятных, помимо массового сдвига сроков перевооружения у стран, зависящих от зарубежных поставок ВиВТ, – переход к закупкам упрощённых образцов военной техники, включая боевые корабли. Простейшим примером таких решений является использование приёма FFBNW (fitted for but not with) – закупка техники «в минимальной комплектации» с ограниченным функционалом – например, с урезанным комплектом вооружения, неполным набором радиоэлектронного оборудования. Это позволяет, с одной стороны, получить необходимое вооружение и технику, с другой – не переплачивать за возможности, которые могут не понадобиться прямо сейчас и которые можно реализовать впоследствии, когда появятся деньги на дооснащение и модернизацию ранее полученных кораблей, самолётов и так далее.
В ряде случаев этот приём используется и головными разработчиками – как, например, ставшая уже традиционной закупка британским Королевским флотом эсминцев без противокорабельных ракет или постройка для ВМФ России фрегатов проекта 11356 с сокращённым набором противолодочного оборудования и средств ПВО, поставка первых серийных малых ракетных кораблей проекта 22800 без штатного зенитного ракетно-пушечного комплекса «Панцирь» и ряд других примеров.
Ещё один метод – вывод на рынок исходно упрощённых моделей. Так, из-за очень высокой стоимости современных боевых надводных кораблей большой популярностью на рынке морских вооружений пользуются так называемые патрульные корабли (OPV – Offshore Patrol Vessel), базовая комплектация которых исходно предусматривает в основном функционал береговой охраны и защиты судоходства, но не ведения боевых действий против вражеского флота. Зачастую удешевление достигается за счёт использования норм живучести, принятых в коммерческом судоходстве, – без формирования зон живучести с автономным энергообеспечением отсеков и упрощённым составом главной энергетической установки и без применения COTS-технологий (Commercial Off-The-Shelf) в бортовом радиоэлектронном оборудовании, то есть без готовых коммерческих технологий и оборудования, доступного на гражданском рынке.
Как правило, конструкция OPV позволяет при необходимости доукомплектацию и довооружение, особенно при использовании модульных конструкций, всё больше входящих в практику.
В таком удешевлённом виде исполняются боевые корабли самых разных классов. Так, массовое использование технологий коммерческого судостроения характерно для многих проектов десантных кораблей, включая УДК «авианосного» типа, в частности корабли «Мистраль», в своё время заказанные (но так и не полученные после событий 2014 г.) ВМФ России. Это обеспечивает заметную экономию – 20-тысячетонный «Мистраль», способный перевезти усиленный батальон морской пехоты с бронетехникой и артиллерией и решать ряд других задач, доступных для многоцелевого вертолётоносца с большим грузовым отсеком, стоил в начале 2010-х гг. около 450 млн евро – дешевле большинства современных фрегатов.
Стоит отметить, что появление метода упрощения и удешевления авианесущих кораблей за счёт использования в их конструкции технологий и норм гражданского судостроения (или просто строительства на основе пассажирских/грузовых судов) совпадает по времени с появлением авианосцев как класса – первый в мире авианосец классической компоновки, корабль Его Величества «Аргус», введённый в строй в сентябре 1918 г., исходно сооружался как пассажирский лайнер.
Упрощение конструкции самих кораблей и минимизация состава вооружения отчасти может быть компенсирована развитием смежных направлений – например, закупкой беспилотных аппаратов и морских патрульных самолётов, использование которых позволяет компенсировать нехватку оборудования на кораблях, предоставляя при этом более широкие возможности, в том числе и боевые.
Вероятные сценарии: что может пойти не так?
Любые решения имеют ограниченный диапазон сценариев, в рамках которых они технически применимы. Можно выделить несколько групп факторов, способных существенно повлиять на посткризисное развитие военно-морских сил стран мира.
Углубление экономического кризиса. Продолжающееся ухудшение экономической обстановки вследствие возможной новой волны (нескольких волн) распространения COVID-19, что было характерно для ряда великих пандемий прошлого, окажет существенное влияние на экономики стран первого мира. Вероятное дальнейшее ухудшение способно заставить многие государства принципиально пересмотреть структуру расходов, не говоря уже о резком сокращении доходов при регулярных карантинных мерах и политико-экономических последствиях. Вероятность данного сценария прямо зависит как от субъективных факторов – способности современной науки создать эффективную вакцину/лекарство, так и от объективных – способности человеческого организма приспособиться к новому вирусу и способности последнего к мутации.
Неблагоприятное развитие событий в этом случае способно поставить под угрозу перспективы развития флотов первого эшелона, включая ВМС США и ВМС НОАК, заставив руководство Соединённых Штатов и КНР отложить или, возможно, отменить ряд программ. В наихудшем случае развития экономического кризиса прогнозирование событий не представляется возможным.
Деградация альянсов и суверенизация обороны. Усугубление экономических проблем способно повлечь за собой политические последствия в виде переоценки рядом стран своего участия в существующих международных институтах и значения этих институтов для национальной безопасности. Первой ласточкой может оказаться Турция, претендующая на роль регионального лидера и имеющая набор неразрешённых противоречий с союзниками по НАТО. Усугубление противоречий, независимо от того, последует формальный выход Турции из НАТО или нет, подтолкнёт ряд стран к необходимости самостоятельно гарантировать безопасность или как минимум диверсифицировать риски на случай, если интересы национальной безопасности вступят в конфликт с союзническими обязательствами. В части флота и обороны в целом это может привести к ревизии ряда совместных проектов/экспортных контрактов, реализация которых окажется под угрозой в силу политических противоречий – подобно тому, что произошло с планами Турции закупить американские истребители F-35.
Часть наиболее развитых стран второго эшелона станет стремиться к повышению самостоятельности в обеспечении собственной национальной обороны. Но для многих деградация альянсов и совместных проектов будет означать либо вынужденный переход на прямой импорт зарубежной техники уже без участия в совместных разработках и производстве, либо переход на более простые, но реализуемые собственными силами решения.
Дефицит стабильности. Даже в случае победы над COVID-19 и преодоления экономического кризиса ведущими странами без катастрофических потерь и революционных преобразований под вопросом остаются последствия происходящего для стран третьего мира. Там не исключено развитие событий по неблагоприятным сценариям в силу ограниченных экономических возможностей и политической нестабильности. Последствия пандемии, наложенные на экономический кризис, чреваты коллапсом слабых государственных режимов с расширением имеющихся и появлением новых «серых» и «чёрных» зон, территорий с ограниченным либо отсутствующим государственным управлением и ограниченным, в силу невозможности гарантировать безопасность, доступом. Сокращение военных возможностей крупных держав вследствие кризиса может подарить таким зонам долговременное существование.
Примерами подобных зон с ослабленным или отсутствующим де-факто государственным управлением может стать Афганистан, ряд районов Пакистана, многие страны Ближнего Востока, Африки, в том числе северной, Латинской Америки и другие. Расширение таких зон неизбежно повлечёт за собой рост, в том числе на море, спроса на асимметричные инструменты влияния, в первую очередь – на частные военные компании и иные формы услуг наёмников, обеспечивающих интересы стран первого-второго эшелона. Подобное развитие событий в приморских регионах может привести к возрождению пиратства и нелегального морского бизнеса (наркотрафик, контрабанда, работорговля и так далее). Впрочем, ничего нового – пиратство всегда активизируется во времена глубоких кризисов и упадка контролирующих морские пути великих держав.
Выводы
В случае развития событий по умеренному сценарию наиболее вероятным представляется усугубление таких наблюдавшихся и до начала глобального кризиса явлений, как опережающий рост морской мощи стран АТР, особенно Китая, Японии, Южной Кореи, на фоне стагнации флотов Европы и США. Неблагоприятные последствия кризиса в сочетании с сокращением военных расходов могут повлечь активизацию пиратства и нелегального морского бизнеса в регионах, где государственная власть и экономика пострадают особенно сильно. Под угрозой, помимо актуальных на сегодня районов, окажутся и исторические районы активного судоходства – такие, как Средиземное море, Мексиканский залив и Карибское море, моря Юго-Восточной Азии.
Последствиями кризиса для строительства флотов и военно-технического сотрудничества в военно-морской сфере можно назвать заморозку ряда программ, существенное сокращение расходов на новые проекты в ранней стадии развития, растущий интерес к дешёвым решениям с максимальным использованием технологий коммерческого судостроения и COTS-подхода. Эти последствия будут проявляться тем сильнее, чем более существенным окажется ущерб, нанесе?нный кризисом.
![Главное](/images/star.png)
КАК ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ГЕГЕМОНИЯ
АЛЕКСАНДР КУЛИ
Профессор политологии в Барнард-колледже Колумбийского университета, а также глава Института Гарримана.
ДЭНИЕЛ НЕКСОН
Профессор кафедры государственного управления и Школы дипломатической службы Джорджтаунского университета.
АМЕРИКАНСКАЯ МОЩЬ РАСПОЛЗАЕТСЯ НА ГЛАЗАХ
Многочисленные признаки указывают на кризис глобального порядка. Несогласованная международная реакция на пандемию COVID-19, вызванный ею экономический спад, возрождение националистической повестки и ужесточение пограничного режима… Всё это, по-видимому, предвещает появление новой международной системы – менее нацеленной на сотрудничество и более хрупкой. По мнению многих наблюдателей, эти события подчёркивают опасность политики президента США Дональда Трампа «Америка прежде всего», а также его отхода от принципа глобального лидерства.
Ещё до пандемии Трамп регулярно ставил под вопрос значимость альянсов и институтов (например, НАТО), одобрительно высказывался о расколе внутри Европейского союза, вышел из множества международных соглашений и организаций, а также потворствовал автократам, вроде президента России Владимира Путина и северокорейского лидера Ким Чен Ына. Он усомнился в том, что отстаивание либеральных ценностей должно служить краеугольным камнем внешнеполитической стратегии США. Трамп явно предпочитает транзакционную политику в духе игры с нулевой суммой, подтверждая домыслы о том, что Соединённые Штаты отказываются от своих обязательств по поддержанию либерального международного порядка.
Некоторые аналитики полагают, что США всё еще могут изменить ситуацию, вернувшись к стратегиям, с помощью которых они с конца Второй мировой и вплоть до событий, последовавших после завершения холодной войны, строили и поддерживали успешный международный порядок. Если бы после Трампа Соединённые Штаты смогли вернуть себе ответственность, присущую глобальной державе, эта эпоха – включая пандемию, которая её определит, – могла бы стать лишь временным отклонением, а не шагом на пути к постоянному хаосу.
Пророчества об упадке Америки и изменении международного устройства далеко не новы – и неизменно ошибочны. В середине 1980-х гг. многие аналитики считали, что американское лидерство находится на пути к упадку. Бреттон-Вудская система рухнула в 1970-е гг.; США столкнулись с растущей конкуренцией со стороны европейских и восточноазиатских экономик, в частности Западной Германии и Японии; Советский Союз казался одной из констант мировой политики. Однако к концу 1991 г. СССР формально был распущен, Япония вступила в «потерянное десятилетие» экономической стагнации, а объединённую Германию поглотила дорогостоящая задача интеграции. США же в это время пережили десятилетие бурного развития технологических инноваций и неожиданно высокого экономического роста. Результатом стало то, что многие называли «однополярным моментом» американской гегемонии.
Но на этот раз всё по-другому. Те самые силы, которые раньше делали американскую гегемонию такой прочной, сегодня способствуют её исчезновению. После холодной войны три процесса сделали возможным появление мирового порядка под водительством Вашингтона. Во-первых, с момента поражения коммунизма Соединённые Штаты не сталкивались ни с одним крупным идеологическим проектом, который мог бы составить серьёзную конкуренцию их собственному. Во-вторых, после распада Советского Союза, сопутствующей ему институциональной инфраструктуры, а также системы его партнёрских контактов более слабые государства не имели существенных альтернатив Америке и её западным союзникам, когда дело доходило до оказания военной, экономической и политической поддержки. И в-третьих, транснациональные активисты и движения распространяли либеральные ценности и нормы, которые поддерживали либеральный порядок.
Сегодня похожая динамика работает против США: на место цикла благотворных процессов, долгое время укреплявших могущество страны, пришёл порочный круг явлений, которые подрывают американскую мощь. С ростом таких держав, как Китай и Россия, автократические и нелиберальные проекты бросают всё более ощутимый вызов возглавляемой Соединёнными Штатами либеральной международной системе. Развивающиеся страны – и даже многие развитые – имеют возможность искать альтернативных покровителей, а не оставаться зависимыми от щедрости и поддержки Запада. А нелиберальные, зачастую праворадикальные наднациональные сети выступают против норм и не испытывают пиетета по отношению к либеральному международному порядку, который когда-то казался незыблемым. Одним словом, глобальное лидерство США не просто отступает, оно разваливается. И процесс этот уже не цикличен, он постоянен.
Исчезновение однополярного момента
Может показаться странным говорить о постоянном сокращении американской мощи, когда на вооружённые силы страна тратит больше, чем её следующие семь соперников вместе взятые, а сеть зарубежных военных баз беспрецедентна по охвату. Военная мощь сыграла важную роль в создании и поддержании превосходства в 1990-х гг. и начале нынешнего столетия; ни одна другая держава не могла распространить надёжные гарантии безопасности на всю международную систему. Но военное доминирование зависело не столько от оборонных бюджетов (в реальном выражении военные расходы Соединённых Штатов в 1990-е гг. сократились и увеличились только после терактов 11 сентября 2001 г.), сколько от ряда других факторов: исчезновения Советского Союза как конкурента, растущего технологического преимущества, которым пользовались американские военные, и готовности большинства мировых держав второго эшелона полагаться на США, а не наращивать собственные вооружённые силы. Если появление Соединённых Штатов в качестве единственной сверхдержавы в основном зависело от распада Советского Союза, то сохранение однополярности в течение последующего десятилетия было обусловлено тем, что азиатские и европейские союзники были согласны на американскую гегемонию.
Разговоры об однополярном моменте затемняют важнейшие черты мировой политики, которые и легли в основу доминирования США. Крушение СССР окончательно захлопнуло дверь перед единственным проектом глобального масштаба, способным соперничать с капитализмом. Марксизм-ленинизм и его отдельные течения в основном исчезли как источник идеологической конкуренции. Связанная с ними транснациональная инфраструктура – институты, практика и сети, включая Варшавский договор, Совет экономической взаимопомощи и сам Советский Союз, – всё рухнуло. Без советской поддержки большинство связанных с Москвой стран, повстанческих группировок и политических движений решили, что лучше либо сдаться, либо солидаризоваться с Америкой. К середине 1990-х гг. оставалась лишь одна доминирующая платформа для выработки международных норм и правил взаимодействия: либеральная международная система альянсов и институтов, закреплённая в Вашингтоне.
Соединённые Штаты и их союзники, именуемые Западом, вместе пользовались фактической монополией на покровительство в период однополярности. За редкими исключениями они были единственным значимым источником безопасности, экономических благ, политической поддержки и легитимности. Развивающиеся страны больше не могли оказывать давление на Вашингтон, угрожая прибегнуть к помощи Москвы или указывая на риск коммунистического переворота, чтобы защитить себя от необходимости проведения внутренних реформ. Размах западной власти и влияния был настолько безграничен, что многие политики уверовали в вечный триумф либерализма. Большинство правительств не видели реальной альтернативы. Не имея других источников поддержки, страны с большей охотой придерживались условий западной помощи, которую они получали. Автократы сталкивались с серьёзной международной критикой и жёсткими требованиями контролируемых Западом международных организаций. Да, по стратегическим и экономическим соображениям демократические державы освобождали от таких требований некоторые автократические государства (например, богатую нефтью Саудовскую Аравию). Ведущие демократические страны, в том числе и США, и сами нарушали международные нормы, затрагивающие права человека, гражданские и политические права, причём это принимало вопиющие формы пыток и внесудебных экстрадиций во время так называемой войны с терроризмом. Но даже эти лицемерные исключения не стали препятствием на пути укрепления гегемонии либерального миропорядка, ведь они вызывали широкое осуждение, подтверждавшее веру в либеральные принципы, а американские официальные лица продолжали говорить о приверженности либеральным нормам. В то же время всё большее число наднациональных сетей – часто называемых международным гражданским обществом – поддерживало формирующуюся архитектуру международного порядка. Эти группы и отдельные лица служили пехотинцами американской гегемонии, широко распространяя либеральные нормы и практики.
Крах плановой экономики в посткоммунистическом мире привлёк волну западных консультантов и подрядчиков, жаждавших стать проводниками рыночных реформ. Иногда с катастрофическими последствиями, как в России и на Украине, где поощряемая Западом шоковая терапия привела к обнищанию десятков миллионов людей, одновременно создав класс олигархов, которые превратили бывшие государственные активы в личные империи. Международные финансовые институты, правительственные регулирующие органы, главы центральных банков и экономисты работали над достижением консенсуса элит в пользу свободной торговли и трансграничного движения капитала.
Объединения гражданского общества также стремились направить посткоммунистические и развивающиеся страны к развитию по западной модели либеральной демократии. Группы западных экспертов консультировали правительства по вопросам разработки новых конституций, правовых реформ и многопартийных систем. Международные наблюдатели, в основном из западных государств, следили за выборами в отдалённых странах. Неправительственные организации (НПО), выступающие за расширение прав человека, гендерное равенство и защиту окружающей среды, заключали союзы с симпатизирующими им государствами и средствами массовой информации. Деятельность транснациональных активистов, научных сообществ и общественных движений помогла воздвигнуть комплексный либеральный проект экономической и политической интеграции.
На протяжении 1990-х гг. эти силы подпитывали иллюзию незыблемости либерального порядка, опирающегося на прочную глобальную гегемонию США. Сегодня от этой иллюзии не осталось и следа.
Возвращение великих держав
Сегодня уже другие великие державы предлагают конкурирующие концепции глобального порядка, часто автократические, которые привлекают многих лидеров слабых государств. Запад утратил монополию на покровительство. Новые региональные организации и нелиберальные наднациональные сети оспаривают влияние США. Многие из этих тенденций объясняются долгосрочными сдвигами в мировой экономике, в частности – подъёмом Китая. Эти трансформации изменили геополитический ландшафт. В апреле 1997 г. председатель КНР Цзян Цзэминь и президент России Борис Ельцин обязались «содействовать многополярности мира и установлению нового международного порядка». В течение долгого времени многие западные учёные и политики намеренно преуменьшали или вовсе отвергали подобные вызовы, считая их чистой риторикой, стремлением выдать желаемое за действительное. Они утверждали, что Пекин всё ещё привержен правилам и нормам возглавляемого США порядка, поскольку продолжает извлекать выгоду из этой системы. Хотя Россия в первом десятилетии нового века всё решительнее осуждала Соединённые Штаты и призывала к многополярному миру, наблюдатели не могли всерьёз полагать, что Москва заручится поддержкой каких-либо значительных союзников. И уж тем более западные аналитики не допускали, что Пекин и Москва преодолеют десятилетия взаимного недоверия и соперничества, чтобы направить совместные усилия на противодействие попыткам США поддерживать и формировать международный порядок.
Такой скептицизм имел смысл на пике глобальной гегемонии в 1990-е гг. и оставался убедительным даже на протяжении большей части следующего десятилетия. Но декларация 1997 г. выглядит теперь планом того, как Пекин и Москва пытались перестроить международную политику в последние 20 лет. Сегодня Китай и Россия прямо оспаривают приоритетность либеральной составляющей международного порядка, осуществляя противодействие изнутри самих институтов и форумов этого порядка. В то же время с помощью новых институтов и площадок международного общения, где они обладают большим влиянием и имеют возможность не акцентировать на проблемах прав человека и гражданских свобод, они конструируют собственный – альтернативный – порядок.
В Организации Объединённых Наций, например, эти две страны регулярно консультируются при голосовании по самым разным вопросам и инициативам. Будучи постоянными членами Совета Безопасности ООН, они координировали позиции (а точнее – оппозиции), критикуя западные интервенции и призывы к смене режимов; они наложили вето на западные предложения по Сирии, а также усилия по введению санкций в отношении Венесуэлы и Йемена. В Генеральной Ассамблее ООН с 2006 по 2018 г. Китай и Россия голосовали одинаково в 86 из 100 случаев – это чаще, чем в 1991–2005 гг., когда процент согласованных позиций во время голосований равнялся 78. Для сравнения – с 2005 г. КНР и Соединённые Штаты соглашались только в 21% случаев. Пекин и Москва также выдвинули ряд инициатив ООН по продвижению новых норм, особенно в сфере киберпространства, которые ставят национальный суверенитет выше индивидуальных прав, ограничивают доктрину «ответственность защищать» (R2P) и нивелируют резолюции по правам человека, предлагаемые Западом.
Китай и Россия также были на передовом рубеже в создании новых международных институтов и региональных форумов, которые исключают Соединённые Штаты и Запад в целом. Пожалуй, наиболее известной из них является группа БРИКС, в которую входят Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка. С 2006 г. группа представляет собой динамичную площадку для обсуждения вопросов международного порядка и глобального лидерства, включая создание альтернатив контролируемым Западом институтам в таких областях, как управление интернетом, международные платёжные системы и помощь в целях развития. В 2016 г. страны БРИКС создали Новый банк развития, который занимается финансированием инфраструктурных проектов в развивающихся странах.
Китай и Россия также способствовали выдвижению множества новых региональных организаций по безопасности, включая Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА), Организацию Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и Четырёхсторонний механизм по сотрудничеству и координации, а также экономические институты, включая управляемый Китаем Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ) и поддерживаемый Россией Евразийский экономический союз (ЕАЭС). Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) – организация региональной безопасности, которая содействует развитию сотрудничества между спецслужбами стран-участниц и курирует проведение военных учений – была создана в 2001 г. по инициативе Пекина и Москвы. В 2017 г. ШОС приняла Индию и Пакистан в качестве новых полноправных членов. Конечным результатом этих процессов стало появление параллельных структур глобального управления, где доминирующую позицию занимают авторитарные государства, конкурирующие со старыми, более либеральными структурами.
Критики часто отмахиваются от БРИКС, ЕАЭС и ШОС как от «заведений для политической говорильни», участники которых мало что делают для практического решения проблем или иного значимого сотрудничества. Но если говорить начистоту, то это применимо и к большинству других международных институтов. Даже когда неспособность решать коллективные проблемы становится очевидной, деятельность региональных организаций не прекращается, они позволяют своим членам утверждать общие ценности и повышать авторитет держав, созывающих эти форумы. Они устанавливают между своими членами более плотные дипломатические связи, что, в свою очередь, облегчает формирование военных и политических коалиций. Иными словами, эти организации составляют важнейшую часть инфраструктуры международного порядка, инфраструктуры, в которой на протяжении всего периода после окончания холодной войны доминировали западные демократии. И действительно, этот новый блок незападных организаций привнёс транснациональные механизмы управления в такие регионы, как Центральная Азия, которая ранее была отключена от многих институтов глобального управления. С 2001 г. большинство центральноазиатских государств присоединилось к ШОС, возглавляемой Россией ОДКБ, ЕАЭС, Азиатскому банку инфраструктурных инвестиций и китайскому инфраструктурному проекту, известному как инициатива «Пояс и путь».
КНР и Россия сейчас активно продвигаются в области, где традиционно доминировали США и их союзники. Например, Китай создал группу «17+1» с государствами Центральной и Восточной Европы, а также форум Сообщества стран Латинской Америки и Карибского бассейна. Эти объединения дают новые возможности для сотрудничества и взаимовыгодной поддержки в указанных регионах, одновременно бросая вызов единству традиционных западных блоков. Всего за несколько дней до того, как в апреле 2020 г. группа «16+1» расширилась, включив Грецию, члена ЕС, Европейская комиссия стала официально обозначать Китай как «системного соперника» на фоне опасений, что сделки в рамках проекта «Пояс и путь», затрагивающие Европу, подрывают правила и стандарты Евросоюза.
Пекин и Москва, похоже, успешно сосуществуют в рамках «альянса по расчёту» – вопреки прогнозам, что расхождения интересов в ряде международных проектов не позволит им достичь существенного уровня сплочённости. Это имело место даже в тех областях, где их различные интересы могли привести к значительной напряжённости. Россия открыто и активно поддерживает китайский проект «Пояс и путь», несмотря на проникновение Китая в Центральную Азию, которую Москва всё ещё считает своим «задним двором». Фактически с 2017 г. риторика Кремля трансформировалась из позиционирования приоритета чётко разграниченной российской «сферы влияния» в Евразии в педалирование концепта «Большой Евразии», в которой китайские инвестиции и интеграция согласуются с российскими усилиями по выдавливанию западного влияния из региона. Москва следовала аналогичной схеме, когда Пекин впервые предложил создать АБИИ в 2015 году. Министерство финансов России первоначально отказалось поддержать банк, но Кремль изменил курс, увидев, в какую сторону дует ветер; и в течение года Россия официально присоединилась к этой инициативе.
Немаловажно, что и Китай продемонстрировал готовность учитывать российские опасения, а также особую чувствительность для неё некоторых вопросов. КНР примкнула к другим странам БРИКС, воздержавшимся от осуждения российской аннексии Крыма в 2014 г., хотя это явно противоречило многолетней позиции Китая по проблеме сепаратизма и нарушению территориальной целостности. Более того, торговая война администрации Трампа с Китаем дала Пекину дополнительные стимулы для поддержки российских усилий по разработке альтернатив контролируемой Западом международной платёжной системе SWIFT и деноминированной в долларах торговле, чтобы подорвать глобальный масштаб санкционных режимов США.
Конец монополии покровительства
Китай и Россия, однако, не единственные государства, стремящиеся сделать мировую политику более благоприятной для недемократических режимов и менее пригодной для гегемонии США. Ещё в 2007 г. кредитование со стороны «государств-изгоев», таких как богатая тогда нефтяными доходами Венесуэла, показало: подобное «содействие без условий» способно подорвать западные инициативы, когда оказание помощи призвано побудить правительства осуществлять либеральные реформы.
С тех пор китайские государственные кредиторы (например, Китайский банк развития) открыли серьёзные кредитные линии в Африке и развивающихся странах. В результате финансового кризиса 2008 г. КНР стала важным источником займов и чрезвычайного финансирования для стран, которые не могли получить доступ к западным финансовым институтам или были из них исключены. Во время финансового кризиса Китай предоставил более 75 млрд долларов кредитов для энергетических сделок странам Латинской Америки – Бразилии, Эквадору и Венесуэле, а также Казахстану, России и Туркменистану в Евразии.
Китай – не единственный альтернативный покровитель. После «арабской весны» государства Персидского залива, такие как Катар, предоставили Египту деньги, что позволило Каиру избежать необходимости обращаться в Международный валютный фонд в столь сложное время. Но Китай в этом отношении, безусловно, является самым амбициозным из всех. Исследование AidData показало, что общий объём внешней помощи, оказанной Китаем с 2000 по 2014 г., достиг 354 млрд долларов и приблизился к общему объёму помощи США, составившему 395 млрд долларов. С тех пор КНР успела обогнать Соединённые Штаты по объёмам средств, ежегодно выделяемых на помощь другим государствам. Более того, китайская помощь подрывает усилия Запада по распространению либеральных норм. Некоторые исследования показывают, что, хотя китайские фонды стимулировали развитие во многих странах, они благоприятствовали масштабной коррупции, а также созданию привычки режима к патронату. В странах, переживших войны (Непал, Шри-Ланка, Судан и Южный Судан) китайская помощь в области развития и реконструкции направлялась победившим правительствам, изолируя их от международного давления, целью которого было заставить наладить отношения со своими внутренними врагами и принять более либеральные модели миротворческой деятельности и примирения.
Конец монополии Запада на покровительство привёл к одновременному подъёму пламенных националистов-популистов даже в тех странах, которые прочно вошли в орбиту США с точки зрения экономической зависимости и безопасности.
Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и президент Филиппин Родриго Дутерте изображают себя защитниками государственного суверенитета, дающими отпор либеральной диверсии. Они отвергают опасения Запада по поводу отступления от принципов демократии в своих странах и подчёркивают растущее значение своих экономических отношений и отношений в области безопасности с Китаем и Россией. Дутерте недавно расторг двадцатилетний военный договор с Соединёнными Штатами – после того, как Вашингтон аннулировал визу бывшего начальника национальной полиции, обвиняемого в нарушении прав человека в ходе кровавой и неоднозначной войны филиппинского правительства против наркотиков.
Конечно, некоторые из этих специфических вызовов американскому лидерству будут то нарастать, то ослабевать, поскольку проистекают из меняющихся политических обстоятельств и настроений отдельных лидеров. Но расширение палитры «вариантов выхода» – альтернативных покровителей, институтов и политических моделей – кажется теперь постоянной чертой международной политики. Правительства имеют гораздо больше пространства для манёвра. Даже когда государства не меняют активно патронов, возможность того, что они могли бы это сделать, даёт им более эффективные рычаги влияния. В результате Китай и Россия получили возможность оспаривать гегемонию США и создавать порядки, которые их устраивают.
Центробежные силы
Ещё один важный сдвиг знаменует разрыв с периодом однополярного момента. Наднациональные сети гражданского общества, которые «сшили» воедино либеральный международный порядок, больше не пользуются прежней властью и влиянием. Нелиберальные конкуренты теперь бросают им вызов во многих областях, включая гендерные права, мультикультурализм и принципы либерально-демократического правления. Некоторые из центробежных сил возникли в самих Соединённых Штатах и странах Западной Европы. Например, американская лоббистская группа – Национальная стрелковая ассоциация – работала транснационально, чтобы её единомышленники, бразильские движения правого толка, не позволили принять на референдуме законы об ограничении оборота оружия (2005 г.). Спустя более десяти лет бразильский политический смутьян Жаир Болсонару опирался на ту же сеть в ходе своей президентской кампании. Всемирный конгресс семей, первоначально основанный христианскими организациями США в 1997 г., сейчас является международной структурой, которую поддерживают евразийские олигархи и куда входят видные приверженцы социал-консерватизма из десятков стран. Они все работают над созданием глобальной оппозиции ЛГБТ и практике использования репродуктивных прав.
Автократические режимы нашли способы ограничить (или вовсе устранить) влияние либеральных транснациональных пропагандистских сетей и реформаторски настроенных НПО. Так называемые «цветные революции» на постсоветском пространстве в первом десятилетии нынешнего столетия и «арабская весна» 2010–2011 гг. на Ближнем Востоке сыграли в этом процессе ключевую роль. Они встревожили авторитарные и нелиберальные правительства, которые всё чаще рассматривают защиту прав человека и развитие демократии как угрозу своему выживанию. В ответ режимы ограничили влияние НПО, имеющих зарубежные связи: ввели жёсткие ограничения на получение такими организациями средств из-за границы, запретили разнообразную политическую деятельность, а некоторых активистов окрестили «иностранными агентами».
Сейчас некоторые правительства спонсируют собственные НПО как для подавления либерального давления внутри страны, так и для борьбы с либеральным порядком за рубежом. Например, в ответ на оказанную Западом поддержку молодым активистам во время «цветных революций» Кремль учредил движение «Наши» для мобилизации молодёжи в поддержку государства. Китайское общество Красного Креста, старейшая правительственная общественная организация страны, поставляла медикаменты в европейские страны в разгар пандемии COVID-19 в рамках тщательно продуманной PR-кампании. Эти режимы также используют цифровые платформы и социальные сети для срыва антиправительственной мобилизации и пропаганды. Россия также применяла подобные инструменты за рубежом в информационных операциях и вмешательстве в выборы в демократических государствах.
Два события ускорили антилиберальный поворот на Западе: Великая рецессия 2008 г. и кризис беженцев в Европе в 2015 году. За последнее десятилетие нелиберальные сети (в целом, хотя и не исключительно правые) пошатнули консенсус западного истеблишмента. Некоторые группировки и конкретные политики ставят под сомнение преимущества членства в крупных институтах либерального толка, таких как Европейский союз и НАТО. Многие правые движения на Западе получают финансовую и моральную поддержку от Москвы посредством операций с «чёрными деньгами». Их задача – продвигать узкие олигархические интересы в США и европейские крайне правые партии в надежде ослабить демократические правительства и завербовать будущих союзников. Антииммигрантская «Лига Севера» – самая популярная партия Италии – была уличена в попытках получить незаконную финансовую поддержку от Москвы. Во Франции партия «Национальное объединение», которую тоже поддерживала Россия, остаётся мощной силой во внутренней политике.
Эти события перекликаются с тем, как движения против статус-кво ускоряли упадок гегемонистских сил в прошлом. Транснациональные сети играли важнейшую роль как в поддержании, так и в оспаривании ранее существовавших международных порядков. Например, протестантское движение подорвало власть Испании в средневековой Европе, в частности, оказав поддержку голландскому восстанию в XVI веке. Либеральные и республиканские движения, особенно в контексте европейских революций 1848 г., сыграли роль в расшатывании системы Европейского концерта, которая лежала в основе международного порядка на континенте в первой половине XIX века. Рост фашистских и коммунистических транснациональных сетей способствовал разворачиванию глобальной борьбы за власть во время Второй мировой войны. Движения против установившегося порядка обрели политическую власть в таких странах, как Германия, Италия и Япония, в результате последние оторвались от существующих структур международного порядка или попытались атаковать их. Но даже менее весомые и успешные альтернативные силы способны подрывать сплочённость гегемонистских держав и их союзников.
Не каждое нелиберальное или правое движение, выступающее против возглавляемого США порядка, стремится бросить вызов американскому лидерству или обращается к России как к авторитетному образчику сильного культурного консерватизма. Тем не менее такого рода социально-политические движения способствуют поляризации политики в развитых индустриальных демократиях и ослабляют поддержку институтов установившегося порядка. Одно из них даже захватило Белый дом. Трампизм лучше всего понимать именно как движение альтернативного развития с наднациональным охватом, нацеленное против политических союзов и партнёрств, то есть против того, что составляло и составляет основу американской гегемонии.
Сохраняя американскую систему
Борьба между великими державами, конец монополии Запада на покровительство и появление движений, выступающих против либеральной международной системы, – всё это изменило мировой порядок, которым Вашингтон руководил после окончания холодной войны. Во многих отношениях пандемия COVID-19, похоже, ещё больше ускорит эрозию американской гегемонии. Китай усилил влияние во Всемирной организации здравоохранения и других глобальных институтах после попыток администрации Трампа сделать орган общественного здравоохранения козлом отпущения и сэкономить на его финансировании. Пекин и Москва мнят себя поставщиками товаров первой необходимости и медикаментов, в том числе в европейские страны, такие как Италия, Сербия и Испания, и даже в Соединённые Штаты. Нелиберальные правительства во всём мире используют пандемию как прикрытие для ограничения свободы СМИ и подавления политической оппозиции и гражданского общества. Хотя США всё ещё пользуются военным превосходством, это измерение американского господства особенно плохо подходит для борьбы с этим глобальным кризисом и его волнообразными последствиями.
Допустим, что ядро американской гегемонистской системы (оно в огромной степени состоит из давних азиатских и европейских союзников и зиждется на нормах и институтах, разработанных в период холодной войны) останется мощным. И пусть даже, как предполагают многие поборники либерального порядка, Соединённые Штаты и Евросоюз смогут использовать совокупный экономический и военный потенциал в своих интересах. Но факт остаётся фактом: Вашингтону придётся привыкать ко всё более сложному международному порядку, которому постоянно будут бросать вызов. Лёгкого решения проблемы не существует. Никакие военные бюджеты не обратят вспять процессы, ведущие к развалу американской гегемонии. Даже если Джо Байден, кандидат от Демократической партии, разобьёт Трампа на президентских выборах в конце этого года или если Республиканская партия откажется от трампизма, гегемония продолжит исчезать.
Ключевые вопросы теперь касаются того, как далеко зайдёт этот процесс. Отделятся ли основные союзники от гегемонистской системы США? Как долго и в какой степени Соединённые Штаты смогут сохранять финансовое и монетарное господство? Наиболее благоприятный исход потребует однозначного отказа от политики трампизма и, напротив, приверженности восстановлению либерально-демократических институтов. Как на внутригосударственном, так и на международном уровнях такие усилия потребуют формирования альянсов между правоцентристскими, левоцентристскими и прогрессивными политическими партиями и движениями.
Чем сейчас стоит заняться американским политикам, так это начать планировать мир после глобальной гегемонии.
Если они поймут, как сохранить ядро американской системы, то официальные лица США смогут гарантировать общественности: Соединённые Штаты продолжат быть во главе самой могучей военной и экономической коалиции в мире с многочисленными центрами силы, а не окажутся в стане проигравших в большинстве споров о форме нового международного порядка. С этой целью необходимо вернуть к жизни попавший в осаду и недоукомплектованный Госдепартамент, перестраивая и более эффективно используя дипломатические ресурсы. Разумное государственное управление позволит великой державе ориентироваться в мире, определяемом конкурирующими интересами и меняющимися альянсами. Америке не хватает ни воли, ни ресурсов, чтобы последовательно опережать Китай и другие поднимающиеся державы в борьбе за лояльность правительств. Будет невозможно обеспечить приверженность других стран американским представлениям о международном порядке. Многие правительства стали рассматривать возглавляемый США порядок как угрозу их независимости, если не выживанию. А некоторые из тех, кто до сих пор приветствовал либеральный порядок, теперь борются с популистскими и другими нелиберальными движениями, которые выступают против.
Даже на пике однополярного момента Вашингтон не всегда добивался своего. Теперь, чтобы американская политическая и экономическая модель сохранила привлекательность, Соединённые Штаты должны сначала привести в порядок собственный дом. КНР столкнётся с препятствиями в создании альтернативной системы; Пекин может раздражать партнёров и клиентов тактикой давления, непрозрачными и часто коррупционными сделками. Обновлённый и наполненный жизнью внешнеполитический аппарат США должен быть способен оказывать значительное влияние на международный порядок даже в отсутствие глобальной гегемонии. Но чтобы добиться успеха, Вашингтону придётся признать, что мир больше не напоминает исторически аномальный период 1990-х гг. и первое десятилетие XXI века. Однополярный момент проше?л, и он точно больше не верне?тся.
Александр Кули и Дэниел Нексон – авторы книги «Выход из гегемонии: расползание американского глобального порядка». Опубликовано в журнале Foreign Affairs № 4 за 2020 год. © Council on foreign relations, Inc.
![Главное](/images/star.png)
ПРОГРЕССИВНЫЙ НАЦИОНАЛИЗМ
АНАТОЛЬ ЛИВЕН
Профессор Джорджтаунского университета в Катаре. Его новая книга «Изменение климата и национальное государство: взгляд реалиста» («Climate Change and the Nation State: The Realist case») опубликована издательством «Penguin Books» в Великобритании и «Oxford University Press» в США.
ПОЧЕМУ НАЦИОНАЛЬНАЯ МОТИВАЦИЯ НУЖНА ДЛЯ РАЗВИТИЯ И РЕФОРМ
Величайший источник и залог силы государства – не экономика и не размер вооружённых сил, а легитимность в глазах населения, общее признание морального и юридического права государства на власть, исполнение его законов и правил, способность призвать народ идти на жертвы в виде налогов и, если понадобится, к воинской повинности[1]. Не имея легитимности, государство обречено на слабость и крах; или же ему придётся прибегать к жестокости и создавать правление страха. Фундаментальная слабость Европейского союза в сравнении со странами – членами ЕС в том, что в глазах большинства европейцев он так и не добился настоящей легитимности, будучи квазигосударственным образованием.
У легитимности много разных источников. Один из них – просто достаточно длительное существование, создающее впечатление, будто данное государство есть неотъемлемая часть естественного порядка вещей. Историк и социолог Макс Вебер называл это традиционной легитимностью. Однако она может быть утрачена, если общество и экономика изменятся так, что государство станет восприниматься как архаичное (именно это произошло с монархией во Франции за несколько десятилетий до Революции).
Ещё один очевидный источник легитимности – эффективность или успех в выполнении задач, которые население считает действительно важными. Некоторые из этих целей неизменны: защита от внешних врагов и сохранение фундаментальной внутренней безопасности были задачами государства с тех пор, как оно впервые появилось в истории. Другие задачи со временем менялись: по крайней мере, на Западе, если не считать некоторые штаты в США, правильное соблюдение религиозных законов больше не является существенной функцией государства.
Одним из важных источников легитимности последние семьдесят лет была демократия, которой объяснялась терпимость к неудачам избранных правительств и согласие меньшинства с волеизъявлением большинства (или даже, как иногда происходит в Соединённых Штатах, согласием большинства с электоральной победой меньшинства, поскольку это допускается Конституцией).
Но, как обнаружили для себя многие демократические и полудемократические государства в прошлом столетии, одна лишь демократия не может бесконечно сохранять государство, если в обществе глубокий раскол и власти не добиваются целей, которые население считает жизненно важными. Для этого необходим более глубокий источник легитимности, коренящийся в общем чувстве национальной принадлежности. В современном мире величайшим и наиболее долговечным источником этих чувств и легитимности государства является национализм.
За исключением коммунизма в течение его непродолжительного революционного периода, ничто в современной истории не может сравниться с национализмом в качестве источника коллективных действий, добровольных жертв и, конечно, государственного строительства. Другие элементы личной идентичности могут быть важны для каждого человека в отдельности, но они не создают крупных и долговечных институтов[2] (за исключением мусульманского мира, где религия сохраняет сильные позиции).
В России именно возрождение национализма спасло страну от полного краха в 1990-е годы. После того, как в Китае была официально принята новая государственная экономическая стратегия, которую можно охарактеризовать как авторитарный социально-ориентированный рыночный капитализм, именно национализм пришёл на смену коммунизму в качестве идеологии, придающей легитимность государству. Это может сработать и для западных стран, поскольку либеральная демократия не решает главных задач увеличения благосостояния и безопасности для населения в целом. Подобно тому, как в Китае сохраняется коммунистическое государство, но с националистическим содержанием, так и на Западе демократия может сохраниться, если на смену либерализму придёт национализм. По крайней мере, в 2020 г. этот процесс изменения парадигмы идёт полным ходом в некоторых странах ЕС.
Опасения по поводу национализма в последние сто лет объяснялись мнением, будто он порождает войну. Предотвращение мировой войны было главной целью всех либеральных интернационалистских проектов с тех пор, как Иммануил Кант написал в 1795 г. философский очерк «К вечному миру». Казалось, что связь между национализмом и войной доказана раз и навсегда опытом двух страшных мировых войн, а также многочисленными конфликтами меньшей интенсивности в Европе. Лига наций, ООН и Европейский союз, а также другие менее успешные региональные объединения создавались в основном для предотвращения новых мировых войн.
Однако с 1945 г. мир сильно изменился[3]. Количество и масштаб войн между народами значительно уменьшились. Прямое столкновение великих держав стало маловероятным из-за появления ядерного оружия, и если США и СССР смогли избежать ядерной катастрофы, есть все основания полагать, что великим державам XXI века это тоже окажется под силу. Тот факт, что у Пакистана в 1998 г. появилось ядерное оружие, представляется очевидной причиной, почему Индия не отреагировала на теракты пакистанских группировок объявлением войны. В предыдущие эпохи с учётом подавляющего превосходства Индии в обычных вооружениях она была бы почти неизбежной.
После 1945 г. мы стали свидетелями большого числа гражданских конфликтов и восстаний, в которых внешние великие державы иногда принимали участие на той или другой стороне. Более 90% войн за 70 лет были внутренними. В большинстве случаев они являлись следствием слабости и развала государства, которое во многом хирело из-за неспособности сплотить нацию и укрепить в ней государственный национализм (хотя, конечно, нередко эти столкновения провоцировались сепаратизмом и этническим национализмом).
В свете такого подхода связь между национализмом и войной представляется совсем иной, нежели её изображают либеральные интернационалисты.
Более того, после окончания холодной войны, именно либеральные интернационалисты, взяв на вооружение американский империализм, чаще всего разжигали международные конфликты[4].
Национализм, современность и реформы
Помимо проблематики национализма и войны, вера прогрессивной общественности, что размывание таких понятий, как национализм и национальное государство, – позитивная тенденция, опирается на тройное заблуждение: как национализм связан с современным развитием, глобализацией, а также социально-экономическим и культурным прогрессом.
В течение двух веков после Французской революции национальные государства и идеология национализма были предвестниками современного развития сначала в Европе и США, а потом и в остальном мире. «Национальное измерение – неизбежный атрибут современной политической жизни»[5]. Эта связь между национализмом и современностью – главный тезис «конструктивистской» теории национализма, сформулированной историками Эрнстом Геллнером и Эриком Хобсбаумом (и бессознательно разделяемой либеральным истеблишментом и западными СМИ, даже когда они не догадываются о происхождении идеи), хотя её сторонники по-разному оценивают исторические события и социально-экономические конфигурации, породившие современный национализм.
Но, как указывал Том Нэйрн и другие учёные, представители данной школы не задумывались о логическом следствии этой точки зрения. Во-первых, национализм и национальное государство были и остаются «неотъемлемым принципом современности»[6]. Во-вторых, если освящённое религией монархическое правление над раздробленными территориями не могло быть более жизнеспособной формой государственного устройства по политическим или экономическим причинам, тогда единственная возможная альтернатива – политическое устройство, опирающееся на суверенитет граждан, спаянных принадлежностью к одной нации, проживающих на одной исторической территории, объединённых общими национальными чувствами. Это также единственная форма, в которой может быть организована эффективная демократия[7].
Если национализм внутренне связан с идеей современного государства, он неотделим и от конкретных попыток модернизации и усиления государств через экономические, политические, социальные и культурные преобразования. Эта связь особенно очевидна, если посмотреть на реформы, проводимые странами Азии, которые в XIX и XX веках стремились модернизироваться, чтобы защищать себя от империалистических западных держав, добиваясь активной, а не пассивной роли в капиталистической глобализации. Взятие на вооружение капитализма и западных социально-культурных моделей было необычайно болезненным и энергично осуждаемым процессом. Азиатам пришлось отказаться от своих древних культурных традиций, разрушить общественно-политические иерархии и радикально преобразовать всё – от одежды до регулирования отношений между полами.
Помимо культурного шока, эти перемены подвергли простых людей существенным материальным тяготам. Им пришлось платить более высокие налоги для строительства современной инфраструктуры, согласиться с воинской повинностью в армиях нового типа, основанных на массовом призыве, а также оставить свои земельные угодья и переселиться в городские трущобы, чтобы освободить место для нового международного коммерческого земледелия. Нравственные, политические и социально-экономические жертвы были огромны, а теперь, скорее всего, людям также придётся бороться с изменением климата и приспосабливаться к искусственному интеллекту. Поэтому неудивительно, что эти реформы натолкнулись на ожесточённое сопротивление и потерпели неудачу в большинстве стран Азии[8].
Можно уверенно сказать, что реформы прошли успешно лишь в тех странах, где государство смогло мобилизовать сильные националистические чувства, чтобы оправдать необходимые жертвы. В некоторых случаях карта национализма разыгрывалась с большим убеждением и энтузиазмом, дабы укрепить страну перед угрозой иностранного вторжения или господства. Япония – яркий пример успеха подобной стратегии в Азии, равно как и Турция Кемаля Ататюрка в мусульманском мире.
Вопиюще радикальные преобразования, проведённые в эпоху Мэйдзи в Японии с 1860-х гг. и далее, открыто оправдывались и легитимировались необходимостью усилить нацию и избежать участи других стран Азии, ставших жертвой европейского империализма. Как и в Турции, реформы проводились бывшими военными с соответствующим складом ума и характера. Официальный лозунг призывал людей повышать не своё благосостояние, а благосостояние страны: «Обогащайте страну, укрепляйте армию».
«Все усилия в направлении модернизации были явно связаны с главной проблемой повышения благосостояния и силы японского государства, и почти все крупные программы инициировались и продвигались национальным государством во имя достижения чётко сформулированных национальных целей»[9]. В сердце этих реформ и их обоснования лежало распространение обновлённого вида японского национализма через новую массовую систему образования[10]. Однако этот национализм не был создан с нуля, а перестроен и расширен на очень древних основаниях. На самом деле ранее существовавший национализм и Император как общепризнанный (хотя ранее и чисто символический) источник легитимности государства были ключом к успеху всего процесса перемен[11]. В Японии до эпохи Мэйдзи, при Сёгунате Токугава, «Император принимался народом как высший источник всей политической власти… Более того, существовала всеобщая приверженность национальным интересам. Отождествление с Японией как культурой и нацией то и дело всплывало в сознании народа, имея значительный потенциал для его объединения и сплочения перед лицом внешнего врага»[12].
Как писал либеральный японский реформатор 1880-х гг., «цель моей жизни – увеличить национальную мощь Японии. В сравнении с соображениями об укреплении страны вопрос внутреннего управления и того, в чьих руках оно окажется, не имеет никакого значения»[13].
Либеральная капиталистическая реформа в развивающихся обществах Европы XIX века сильно зависела от национализма для своей легитимации[14]. И поскольку либерализм XIX века был внутренне связан с национализмом, разрыв европейского либерализма с национализмом после окончания Первой мировой войны ознаменовал резкий отход от его истоков. И хотя либеральная реформа с целью создания свободного рынка означала снижение власти государства над экономикой, она зависела от государственной власти для сдерживания своих противников[15].
Европейский либерализм начала и середины XIX века невозможен без движений национального «освобождения» и/или преобразований ради укрепления нации перед лицом угрозы имперского доминирования или агрессии других государств. Отец современного либерализма Великобритании Джон Стюарт Милль также тесно увязывал либеральный прогресс с созданием сильных и однородных национальных государств.
Именно национализм был средоточием того, что философ Антонио Грамши впоследствии называл «гегемонией» буржуазных либеральных идей, включая капиталистические экономические реформы в Италии конца XIX века: их принятия большинством населения как разновидности «здравого смысла». Это помогало во все эпохи добиваться согласия большей части населения с правлением и политикой реформ элиты, даже когда эти реформы явно шли вразрез с краткосрочными интересами людей[16]. По словам чешского социолога Хайнца Циглера, «идея нации образует философский фундамент легитимации буржуазного общества. Она гарантирует… легитимность современных структур правления, подразумевая согласие народных масс с новым государством, и является одним из фундаментальных факторов управления процессом, при котором массы встраиваются в политическую расстановку»[17].
Во многих странах Европы либералы XIX века, чтобы протащить крайне болезненные реформы, должны были проявить неприкрытую элитарность (признавая ограничения избирательного права), нередко авторитарность и призвать на помощь национализм, поскольку он был единственной силой, способной достаточно крепко привязать население к либералам для поддержки реформ[18].
Современные либеральные реформаторы в ЕС и других регионах сохраняют элитарность и даже авторитаризм, свойственный их предшественникам XIX века, но забыли про национализм. Элитарно-авторитарное крыло либерализма в полной мере проявило себя в России 1990-х годов. Выставляя напоказ свою приверженность «демократии» перед западной общественностью, либеральная интеллигенция Москвы и Санкт-Петербурга совершенно открыто выражала презрение к простым россиянам. Они называли их «хомо советикус», и в этом термине сквозила почти расовая неприязнь, а отношение действительно напоминало расовую дискриминацию северо-итальянскими элитами консервативно настроенного крестьянства Юга Италии после воссоединения страны или отношение белых элит Латинской Америки к более темнокожим массам своих стран[19].
В последние годы подобное антидемократическое отношение, напоминавшее поведение либералов XIX века, снова возобладало среди либералов Европы и Северной Америки. Так они отреагировали на антилиберальные тенденции, такие как голосование по Брекзиту и массовое движение в поддержку Дональда Трампа. Как и в России 1990-х гг., либералы повели себя достаточно безрассудно, когда, ведя агитацию за себя среди народных масс, выражали им презрение (например, Хилари Клинтон с её разговорами о «безнадёжных»)[20].
Ошибка современных либеральных реформаторов заключалась в непонимании того, что единственный способ, с помощью которого их предшественники XIX века сумели убедить массы согласиться с их правлением и программой, была апелляция к национализму. Эта ошибка была особенно катастрофична в России, если говорить о многих российских либералах 1990-х гг., которые выступили не только как авторы ужасно болезненной программы экономических реформ, но и как апологеты гегемонии США над Россией – не слишком привлекательная предвыборная платформа для большинства российских избирателей. Находясь в России в 1990-е гг., я устал слышать от западных аналитиков и некоторых российских либералов, что российские «западники» XIX века были предтечами и образцом для современных российских прозападных реформаторов, веривших, что Россия должна стать услужливым союзником Соединённых Штатов. Западники XIX века, конечно, верили в либеральные реформы, но по другим причинам. Подобно своим собратьям в Китае и Японии, они считали, что эти реформы необходимы для усиления Российской империи, конкурировавшей с западноевропейскими соперниками. Однако у них не возникало мысли проводить реформы ради того, чтобы Россия стала вассалом Британской империи.
Поведение современных арабских либералов, поддерживающих авторитарное правление из страха перед консервативными массами мусульманского населения и надеющихся на проведение изменений авторитарными методами, полностью соответствует либерализму XIX века. Однако есть мнение, будто они действуют как американские вассалы, и это их ослабляет. Если у военного режима в Египте и была хотя бы призрачная возможность осуществления успешной программы «кемалистской» авторитарной реформы наподобие той, которую Ататюрк провёл в Турции в 1920–1930-х гг., шанс был упущен, когда Анвар Садат заключил мир с Израилем и договорился о том, что Египет будет сателлитом США.
Это проблема реформаторов во всём мусульманском мире, пытавшихся взять на вооружение кемализм в качестве модели для развития общества в своих странах. Радикальные западнические реформы Ататюрка легитимировались не просто национализмом, а победоносным военным национализмом[21]. Он прославился как полководец Османской империи, когда одержал победу над имперскими британскими войсками в Галлиполи. В 1919–1922 гг. националистическая турецкая армия разгромила не только греков и армян, но также и французов[22]. Победив Запад, Ататюрк получил националистическую легитимность для того, чтобы ему подражать.
Это интересный контраст с иранской династией Пехлеви, которая пыталась провести примерно такую же программу реформ, как и Ататюрк (Реза Шах имитировал кемалистов, запретив носить традиционную одежду). Но, поскольку династия сначала была вассалом Британской империи, а затем США, у неё отсутствовала националистическая легитимность, чтобы добиться согласия народных масс с проводимыми реформами.
Как пишет историк Прасенджит Дуара, «современные универсалисты склонны не верить в наделение предлагаемых ими трансцендентных или утопических истин символами и ритуалами священной власти… Но никакие социальные перемены не будут успешны без убедительного символизма и эмоциональной силы, способной вдохновить народ»[23].
В сегодняшнем мире и, возможно, ещё очень длительное время единственной по-настоящему популярной силой, сохраняющей привлекательность, а также дающей возможность перспективного мышления, является национализм. Ислам мог бы то же самое сделать в мусульманском мире, но пока он всё ещё находится в процессе выработки своего отношения к современности. Наверное, за исключением Ирана, где религия сочетается с сильной и древней национальной идентичностью, ислам, похоже, будет ещё долго поглощён внутренней борьбой, а значит, не станет силой, способной сформировать жизнеспособную современную культуру.
Свойство национализма проецировать свою суть на будущее тесно связана с его способностью опираться на прошлое (реальное или воображаемое), то, что профессор Энтони Смит называл «комплексом национальных мифов-символов»[24]. Отчасти этим объясняется способность национализма внушать идею жертвенности и борьбы.
Государственный национализм, иммиграция и интеграция
США всегда были открыты для иммигрантов (до 1960-х гг. в основном европейских) с полуофициальной идентичностью, основанной на лояльности идеологии и Конституции, но не на этнической лояльности (на принятии так называемого «кредо американца»). Конечно, это не сделало американский национализм слабым и «разбавленным». Однако потребовалось чрезвычайно сильное идеологическое и культурное воздействие через систему образования, средства массовой информации и массовую культуру (особенно Голливуд), направленное как на ассимиляцию иммигрантов, так и на их принятие существующим населением. Это не происходит само собой[25].
Термин «американский национализм» появился ближе к концу XIX века и прививался через школы и общественную символику – во многом как способ сплочения общей лояльностью и идентичностью более старого (белого) населения и новоприбывших (белых) иммигрантов. Не будучи реакционной силой, этот национализм был тесно связан с прогрессивным движением, направленным на укрощение дикого капитализма «позолоченного века», создание базовых социальных благ и модернизацию федерального правительства[26]. Этот национализм был фундаментом избирательной программы Теодора Рузвельта, когда тот стремился к переизбранию на пост президента как независимый кандидат, а впоследствии лёг в основу Нового курса Франклина Делано Рузвельта. «Безусловный и безоговорочный патриотизм позволяет американскому кредо просочиться в отношения и поведение иммигрантов, постепенно ориентируя их на ключевые убеждения, определяющие американскую идентичность… Патриотизм предшествует принятию доминирующей политической культуры; американское политическое сообщество принимается до того, как будет усвоен ценностный консенсус сообщества»[27].
Следовательно, было бы ошибкой думать, будто гражданский национализм непременно должен быть мультикультурным. Во-первых, в прошлом гражданский национализм, так же, как и этнический, настаивал на принятии государственного языка в качестве критерия гражданства. Джон Стюарт Милль считается величайшим пророком либерального индивидуализма, при этом он не был сторонником терпимости к разным национальным идентичностям внутри государства: «Свободные институты почти невозможны в стране, где соединены люди разных национальностей. Среди людей, не связанных братскими чувствами, особенно если они читают и разговаривают на разных языках, не может существовать единого общественного мнения, необходимого для работы представительного собрания или правительства».
Как отмечали Уолтер Рассел Мид, Майкл Линд, ваш покорный слуга и другие учёные, для большинства американцев среднего класса принадлежность к американскому сообществу никогда не означала только принятие американских политических ценностей, уважение к конституции и власти закона[28]. Существует целый ряд явных и неявных культурных требований, включая знание английского языка, американский патриотизм, трудовую этику, семью, религиозную веру (хотя со временем менялось представление о том, какой должна быть эта вера) и понимание сокровенных и сложных, но вместе с тем популярных и специфических для американцев ритуалов, таких как бейсбол. И этот подход срабатывал. Белый средний класс Америки успешно прививал свою культуру десяткам миллионов европейских иммигрантов и их потомкам, а сегодня он делает то же самое со многими миллионами азиатов, латиноамериканцев и иммигрантов иной расовой принадлежности.
Поэтому следует признать: в то время как «этнические» нации обычно имели формальные и неформальные средства ассимиляции лиц иной этнической принадлежности, «гражданские» нации примешивали к политическим требованиям культурные[29].
Национализм и социальные блага
С 1870-х до 1940-х гг. создание систем социального обеспечения тесно увязывалось с соображениями национальной безопасности и единства перед лицом вероятного конфликта в будущем и, в частности, с необходимостью набирать большие армии по призыву. Это требовало обеспечения лояльности всех солдат, чтобы им не пришло в голову повернуть оружие против своих офицеров и правителей. И означало необходимость базовых социальных гарантий и медицинского обслуживания для членов их семей[30].
Индустриализация и урбанизация привели к росту озабоченности по поводу физической готовности новобранцев. Такие тревоги вдохновили движение за снижение ужасающего уровня детской смертности в европейских городах конца XIX века[31]. В США импульс в направлении реформ принял форму прогрессивизма, призывающего к «национальной эффективности», и «нового национализма» Теодора Рузвельта, который помог заложить основы для Нового курса, предложенного его родственником Франклином.
Законы, направленные на то, чтобы положить конец самым уродливым формам промышленного капитализма (отмена детского труда, ограничение продолжительности рабочего дня), приняты в 1830-е годы. Однако первая систематическая программа государственного страхования была разработана Отто фон Бисмарком в 1880-е гг. с двумя родственными целями: предотвращение революции и укрепление национального единства[32]. Выступая перед Рейхстагом Германии, Бисмарк сказал: «Я достаточно много прожил во Франции, чтобы понимать, что преданность большинства французов своему правительству… по сути, связана с тем, что большинство получает пенсии от государства»[33].
Спустя десятилетие, по мере того, как Германия всё больше и больше опережала Британию в экономическом отношении, возможность войны с Германией становилась всё более реальной, а общественные волнения и протесты рабочих в Британии нарастали, часть британских интеллектуальных и политических элит начала присматриваться к немецкой модели[34]. В своих мемуарах (написанных после Первой мировой войны) бывший премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж оправдывал либеральный закон о государственном страховании 1911 г. угрозами со стороны других стран и внутренними волнениями, завершив словами: «Были ли мы готовы ко всем ужасающим непредвиденным обстоятельствам?»[35].
«Социальные империалисты» Британии были глубоко эклектичной группой, преимущественно выходцами из империалистического крыла Лейбористской партии. Но они также брали на вооружение мысли фабианских социалистов, включая писателей Герберта Уэллса и, между прочим, Джорджа Бернарда Шоу, идеи консерваторов «единой нации», бывших колониальных администраторов, таких как Лорд Мильнер и Джон Бьюкан, а также дальновидных представителей военной элиты и их союзников, таких как фельдмаршал Фредерик Робертс, Хэлфорд Макиндер и Редьярд Киплинг.
В свободный альянс их объединила вера в защиту Британской империи и убеждённость в высокой вероятности мировой войны, когда единство нации будет испытано на прочность. К этому следует добавить известное профессиональное презрение среднего класса к наследственным аристократам и профессиональным политикам, преобладавшим в британском правительстве, а также глубокий страх перед революцией, классовой враждой и распадом общества.
Стержнем такого мышления была вера в «национальную эффективность» – в то, что британское государство нужно реформировать и наделить дополнительными полномочиями, в том числе правом выстраивать экономику и руководить её развитием[36]. Герберт Уэллс назвал это «мятежом компетентных людей». По мнению Уинстона Черчилля, входившего тогда в либеральное правительство, «Германия организована не только для войны, но и для мира. Мы же не организованы ни для какого стоящего дела, кроме как для партийной политики»[37]. Планы социальных империалистов выходили далеко за пределы социального страхования, охватывая градостроительство, общественное здравоохранение и реформу образования[38].
Во всех западноевропейских странах успех различных программ социального империализма, осуществлённых до 1914 г., находил отражение в необычайной стойкости и самопожертвовании их армий. В то время как неспособность российского империалистического государства обеспечить минимальное социальное благополучие своих граждан во многом способствовала краху сначала армии, а затем государства в 1917 году.
Социальные империалисты в целом верили в необходимость новой управляемой «национальной экономики», более высокого прогрессивного налогообложения для оплаты социальной реформы и военных приготовлений. Они также верили в ограничение свободной торговли для защиты британской промышленности и имперского экономического единства («имперские преференции»). Таким образом, они восстали против ортодоксии свободного рынка, на котором настаивали обе политические партии до отмены Хлебных законов шестьюдесятью годами ранее (законы о пошлине на ввозимое зерно, действовавшие в Великобритании с 1815 по 1846 гг., являлись барьером, который защищал английских фермеров и землевладельцев от конкуренции с дешёвым иностранным зерном – прим. ред.). Интересная параллель с нынешним временем заключается в том, что их мысль развивалась в контексте упадка британской промышленности перед лицом растущей конкуренции на мировом рынке и резкого роста относительной значимости лондонского Сити и финансовых услуг.
В Британии социальный империализм, хоть и под другими названиями, укрепился и, в конце концов, восторжествовал вследствие войн, особенно Второй мировой, когда консерваторы и лейбористы вместе работали в правительстве[39]. В ходе этой войны лейбористы стали глубоко патриотичными людьми, а консерваторы соглашались с жёстким руководством экономикой со стороны государства. Создание Министерства здравоохранения в 1921 г. стало следствием Первой мировой войны. Доклад экономиста Уильяма Генри Бевериджа в 1942 г., заложивший основы государства всеобщего благоденствия после 1945 г., стал следствием Второй мировой. И сам Беверидж во многом мыслил категориями социального империализма[40].
В США тот же импульс, который в Британии породил социальный империализм, привёл к возникновению Прогрессивного движения и к появлению концепции «нового национализма» Теодора Рузвельта и Герберта Кроули, хотя в ней сравнительно меньше внимания уделялось благосостоянию и больше – регулированию капитализма и национальной эффективности.
Подобно британским социальным империалистам, но в отличие от большинства современных социальных реформаторов, деятельность Кроули являлась глубоко националистической. Она была посвящена американским национальным интересам. Государству и населению, особенно иммигрантам и их детям, внушалась новая национальная идея: «Таким образом последствия претворения судьбы нашей американской нации в национальную идею становятся революционными. Когда обетование американской жизни воспринимается как национальный идеал, достижение которого – вопрос искусного и напряжённого труда, следствием этого становится, по сути, отождествление национальной идеи с социальной проблемой»[41].
Сегодня, когда американское общество шатается под ударами расовых и культурных проблем, экономической депрессии и растущего неравенства, ключевой вопрос для будущего Америки: удастся ли снова мобилизовать общее понимание национальной идеи для проведения необходимых реформ? В обозримом будущем геополитическая конкуренция в мире будет в меньшей степени касаться военной силы и в большей – разворачиваться вокруг сравнительной национальной эффективности. Причём судить об этой эффективности придётся не столько с точки зрения экономического роста и технологических возможностей, сколько в терминах общественной солидарности и гармонии. Как и в прошлом, достижение новых форм эффективности будет мучительным и болезненным для крупных и могущественных сегментов общества. И так же, как и в прошлом, выраженный государственный национализм будет необходим для успеха национального строительства.
Данная статья частично основана на новой книге Анатоля Ливена «Изменение климата и национальное государство: доводы реалиста» (Climate Change and the Nation State: The Realist Case). Она опубликована издательством Penguin в Великобритании и типографией Оксфордского университета в США.
СНОСКИ
[1] Perre Manent. A World Beyond Politics? A Defence of the Nation State (translated by Marc LePain, Princeton University Press, Princeton NJ 2006). P. 1.
[2] Другой взгляд – Amartya Sen, Identity and Violence: The Illusion of Destiny (W.W. Norton and Co., New York 2006).
[3] Miller. On Nationality. P. 119; Collier, Exodus. P. 263.
[4] See John J. Mearsheimer. The Great Delusion: Liberal Dreams and International Realities (Yale University Press, New Haven 2018); Walt, The Hell of Good Intentions; Andrew J. Bacevich, Twilight of the American Century (University of Notre Dame Press, Notre Dame IN 2018).
[5] Will Kymlicka. “The Sources of Nationalism”, in McKim and McMahan, Morality of Nationalism. P. 57.
[6] Liah Greenfeld. Nationalism: Five Paths to Modernity (Harvard University Press, Cambridge MA 2013). P. 491.
[7] Nairn. Faces of Nationalism. PP. 65-67; Manent, World Beyond Politics. PP. 51-59.
[8] Tom Nairn. “The Curse of Rurality” in John A Hall (ed), The State of the Nation: Ernest Gellner and the Theory of Nationalism (Cambridge University Press 1998). P.108.
[9] Delmer M Brown. Nationalism in Japan: An introductory historical analysis (University of California Press, Berkeley, 1955). PP. 91, 104.
[10] См. “The Imperial Rescript on Education” (1890) in William Theodore de Bary et al. (eds), Sources of Japanese Tradition, vol. two, part two (Columbia University Press, New York, 2006). PP. 108-110; Barrington Moore, Social Origins of Dictatorship and Democracy: Lord and Peasant in the making of the Modern World (Penguin, London 1966). P. 246.
[11] Kevin M. Doak. A History of Nationalism in Modern Japan: Placing the People (Brill, Boston Mass, 2007). PP. 36-45, 113-126.
[12] James W.White. “State Building and Modernisation: The Meiji Restoration”, in Gabriel A. Almond et al. (eds), Crisis, Choice and Change: Historical Studies of Political Development (Little, Brown and Co., Boston Mass. 1973). PP. 502-503; Sources of Japanese Tradition. PP. 117-118.
[13] Fukuzawa Yukichi, quoted in W.G.Beasley. The Meiji Restoration (Oxford University Press, Oxford 1973). P. 377.
[14] См. Erica Benner “Nationalism: Intellectual Origins” in John Breuilly (ed). The History of Nationalism (Oxford University Press New York 2013). PP. 36-51; James J Sheehan, German Liberalism in the Nineteenth Century (Methuen, London 1982). PP. 274-283.
[15] Immanuel Wallerstein. The Modern World-System IV: Centrist Liberalism Triumphant, 1789-1914 (University of California Press 2011). P. 9.
[16] Barrington Moore, op cit. P. 493. Eugen Weber. Peasants Into Frenchmen: The Modernisation of Rural France 1871-1914 (Chatto and Windus, London 1977).
[17] Heinz Ziegler. Die Moderne Nation (Tuebingen 1931), quoted in Tibi, op cit. P. 33.
[18] Francesco Trinchero. Quoted in Nelson Moe, The View from Vesuvius: Italian Culture and the Southern Question (University of California Press, Berkeley 2002). P. 145. For the authoritarian and military character of Italian liberalism after unification, see Moe, op cit. PP. 126-183; Dennis Mack Smith, The Making of Italy 1796-1870 (Macmillan, London 1968). PP. 371-394. For the Bronte revolt and its suppression, see Lucy Riall, Under the Volcano: Revolution in a Sicilian Town (Oxford University Press, Oxford 2013).
[19] Francesco Trinchero. Quoted in Nelson Moe, The View from Vesuvius: Italian Culture and the Southern Question (University of California Press, Berkeley 2002). P. 145. По поводу подхода российских либералов к массам см. Lieven, Tombstone of Russian Power. PP. 153-155.
[20] См. Chua, Political Tribes. PP. 161-173; Mounk, People Versus Democracy. P. 10.
[21] О кемалистской идеологии и реформах Ататюрка см. Sevket Pamuk. “Economic Change in Twentieth Century Turkey”, Cambridge History of Turkey, volume IV (Cambridge University Press, Cambridge, 2008) pages 266-300; Hugh Paulton, Top Hat. Grey Wolf and Crescent: Turkish Nationalism and the Turkish Republic (Hurst and Co., London 1997). PP. 92-129; Carter Vaughn Findley. Turkey, Islam, Nationalism and Modernity (Yale University Press, New Haven CT 2010); William Hale. The Political and Economic Development of Modern Turkey (St Martin;s Press, New York 1981).
[22] См. Hasan Kayali. “The Struggle for Independence” and Andrew Mango, “Ataturk”, in Resat Kasaba (ed), The Cambridge History of Turkey. PP. 112-146, 147-174; Nicole and Hugh Pope. Turkey Unveiled: Ataturk and After (John Murray, London 1997). PP. 50-69.
[23] Prasenjit Duara. The Crisis of Global Modernity: Asian Traditions and a Sustainable Future (Cambridge University Press, New York 2014). P. 282.
[24] Anthony D. Smith. Nationalism and Modernism (Routledge, London 1998). PP. 181-187.
[25] См. Anatol Lieven. America Right or Wrong: An Anatomy of American Nationalism (second edition, Oxford University Press, New York 2012). PP. 37-46; Will Kymlicka. “The Sources of Nationalism”, in McKim and McMahan. P. 58.
[26] См. Herbert Croly. The Promise of American Life (1909, reprinted with an introduction by Franklin Foer, Princeton University Press, Princeton NJ 2014); Richard Hofstadter, The Progressive Movement, 1900-1915 (Spectrum, New York 1963), Sean Dennis Cashman, America in the Gilded Age: From the Death of Lincoln to the Rise of Theodore Roosevelt (New York University Press, New York 1984). PP. 354-380.
[27] John C. Harles. Politics in the Lifeboat: Immigrants and the American Democratic Order (Westview Press, Boulder, CO 1993). P. 100.
[28] Walter Russell Mead. Special Providence: American Foreign Policy and How It Changed the World (Knopf, New York 2001). PP. 226-237; Lieven, America Right or Wrong. PP. 37-46; Lind. PP. 270-274, 285-287.
[29] Michael Walzer, in Charles Taylor (ed). Multiculturalism and the Politics of Recognition (Princeton University Press, Princeton NJ 1994). P. 101; Kymlicka, Politics in the Vernacular.
[30] Michael B. Katz. In the Shadow of the Poorhouse: A Social History of Welfare in America (Basic Books, New York 1986), quoted in Skocpol, op. cit. page 24.
[31] Bernard Semmel. Imperialism and Social Reform: English Social-Imperial Thought, 1895-1914 (Allen and Unwin, London 1960). PP. 12-16, 209. Michael B. Katz. In the Shadow of the Poorhouse: A Social History of Welfare in America (Basic Books, New York 1986); Theda Skocpol. Protecting Soldiers and Mothers: The Origins of Social Policy in the United States (reprinted Harvard University Press, Cambridge Mass 1995). For these fears in Britain, see Anna Davin, “Imperialism and Motherhood”, in Frederick Cooper and Ann Laura Stoler (ed), Tensions of Empire: Colonial Cultures in a Bourgeois World (University of California Press, Berkeley 1997). PP. 87-151.
[32] Gerhard A Ritter. Social Welfare in Germany and Britain (Berg Publishers, Leamington Spa, 1986); David Blackbourn and Geoff Eley. The Peculiarities of German History (Oxford University Press New York 1984), pa91-94; Gordon Craig. Germany 1866-1945 (Oxford University Press, Oxford 1981). PP. 150-152; Albin Gladen. Geschichte der Sozialpolitik in Deutschland (Steiner Verlag, Stuttgart 1974). PP. 1-85; Hans-Ulrich Wehler. Bismarck und der Imperialismus (1969, reprinted KiWi Bibliothek Cologne 2017). P. 459.
[33] Quoted in Hans-Ulrich Wehler. The German Empire 1871-1918 (Berg Publishers, Dover NH 19850. P. 132.
[34] См. E.P.Hennock. “The Origins of British National Insurance and the German Precedent, 1880-1914”, in W.J.Mommsen (ed). The Emergence of the Welfare State in Britain and Germany 1850-1950 (Routledge, London 1981). PP. 84-106; George Dangerfield. The Strange Death of Liberal England, 1910-1914 (reprint Transaction Publishers, London 2011). PP. 219-221.
[35] David Lloyd George. War Memoirs, quoted in Semmel, op. cit. P. 245.
[36] G.R. Searle. The Quest for National Efficiency Study in British Politics and Political Thought, 1899-1914 (Blackhall Publishing, London 1999).
[37] Quoted in Hennock. P. 88.
[38] См. Sidney Webb. Twentieth Century Politics: A Policy of National Efficiency (Fabian Tract no.108, 1901, London); George Bernard Shaw, Fabianism and Empire: A Fabian Manifesto (Grant Richards, London 1900); Benjamin Kidd. Individualism and After (Herbert Spencer Lecture 1908, reprinted Cornell University Library 2009); Karl Pearson. Social Problems: Their Treatment, Past Present and Future (University of London Press, London 1912); Alfred Milner. The Nation and the Empire (Constable, London 1913); George Dangerfield. The Strange Death of Liberal England 1910-1914 (Serif reprint, London 2012); John Buchan. A Lodge in the Wilderness (1906, republished independently London 2018).
[39] См. Richard Titmuss. “War and Social Policy”, in Titmuss, Essays on ‘The Welfare State’. Reprinted Policy Press, London 2018). PP. 44-53.
[40] “Social Insurance and Allied Services”, report by Sir William Beveridge to Parliament, November 1942, at https://sourcebooks.fordham.edu/mod/1942beveridge.asp; Sir William H. Beveridge. The Pillars of Security; and other wartime essays and addresses (reprinted Routledge, London 2015); Sir William H. Beveridge. Full Employment in a Free Society (reprinted Routledge, London 2015). For the role of the Second World War in driving health and social welfare reforms in Japan, see “War and Welfare”.
[41] Там же.
Ручной труд
Производство медицинских перчаток выросло в десять раз
Текст: Екатерина Петрова
Выпуск перчаток медицинского назначения из-за ситуации с COVID-19 с марта 2020 года вырос почти в десять раз. Сейчас он достиг 114 тыс. пар в сутки, сообщили "РГ" в Минпромторге.
Латексные медицинские перчатки в России производят всего два предприятия: "Армавирский завод резиновых изделий" (88%) и "Калининский завод резиновых изделий" (12%). Еще несколько производителей медицинских перчаток (находятся в Москве и Московской области) работают по принципу неполного цикла - импортируют перчатки, стерилизуют и упаковывают. На них приходится еще около 1,8 тысячи пар готовых изделий в сутки.
Часть своей продукции Россия экспортирует - по итогам первого полугодия 2020 года объем экспорта составил 3,69 млн пар перчаток - в основном в страны СНГ. Однако львиная доля перчаток, представленных на российском рынке, импортируется. За январь-июнь 2020-го объем импорта составил 1,3 млрд пар, отметили в минпромторге.
Нитриловые перчатки не выпускаются в России вовсе. Среди причин - дороговизна сырья, а также проблемы с условиями производства на территории страны, рассказал "РГ" Владимир Котов, президент некоммерческой Ассоциации разработчиков, изготовителей и поставщиков средств индивидуальной защиты (Ассоциация "СИЗ" представляет интересы более 500 профильных компаний). В результате готовые изделия выгоднее импортировать.
Основная доля мирового производства латексных и нитриловых перчаток приходится на страны Юго-Восточной Азии. Производства локализованы в Малайзии, Китае, Пакистане, Индии.
Сырье для изготовления перчаток из натурального латекса долго не хранится. По этой причине мировые производства сосредоточены в непосредственной близости к источнику сырья. 60% латексных перчаток производится в Малайзии, остальное - в Китае. Ситуация с COVID-19 подстегнула спрос на эту продукцию - производства перегружены, а контракты на поставки уже заключаются на весну-лето 2021 года, отмечает Владимир Котов. Кроме того, акции предприятий, которые выпускают перчатки из этих материалов, на фондовом рынке подскочили на сотни процентов. К примеру, акции компании Supermax Corp. выросли на 1000%, Top Glove Corp. - на 389%. "В связи с пандемией и высокой волатильностью валютного рынка цены практически на все перчатки выросли на 3-9%", - заявили в минпромторге.
Тем временем
В Самарской области "Самарский завод медицинских изделий" строит завод по производству нитриловых смотровых медицинских перчаток с объемом инвестиций около 1 млрд рублей. Запустить работы и изготовить первые партии нитрильного латекса планируется к концу 2020 года, сообщили в минпромторге. В год будет производиться 108 млн пар (300 тыс. пар в сутки, 9 млн - в месяц). В перспективе мощности линии могут быть увеличены до 216 млн пар. Еще один проект по созданию производства латексных и нитриловых перчаток в городе Иваново реализует компания "Эвтекс". Фонд развития промышленности уже выделил льготный заем в размере 51,2 млн рублей. Уже в ноябре 2020 года планируется создать производство неполного цикла мощностью до 1 млн пар перчаток в месяц. Оборудование для работы поставят из Малайзии.
Дубай, ОАЭ. Авиакомпания Emirates выполнила очередной репатриационный рейс для граждан России по маршруту “Дубай – Москва” 29 августа 2020 года. Как сообщили в Генеральном консульстве России в Дубае, на борт, помимо россиян, поднялись граждане ОАЭ, Канады, Украины, Беларуси, Иордании, Бахрейна, Швеции, Турции и Сирии.
В общей сложности, на борт было допущено 348 пассажиров, включая транзитных – из таких стран, как Бахрейн, Шри-Ланка, Сейшелы, Вьетнам, Оман, Египет, Новая Зеландия, Гвинея, Греция, Пакистан, Австралия, Южная Корея, ЮАР.
Благодаря слаженному и профессиональному взаимодействию Генконсульства России в Дубае с Минкомсвязи России, представителями авиакомпании Emirates и коллегами из диппредставительств по всему миру все пассажиры благополучно вернулись домой к своим семьям, отмечается в сообщении дипломатической миссии.
Как неоднократно сообщалось ранее, Объединенные Арабские Эмираты ведут переговоры с Россией о возобновлении авиасообщения в сентябре на условиях взаимности. Уточнялось, что переговоры с российскими авиационными властями ведут две эмиратские авиакомпании.
Стоит отметить, что Дубай открылся для международного туризма с 7 июля 2020 года, тогда как Абу-Даби и другие эмираты продолжают оставаться закрытым. Международные туристы, прибывающие в Дубай воздушным транспортом, обязаны убедиться, что они соответствуют всем требованиям, установленным для въезда в ОАЭ.
Ранее авиакомпания Emirates объявила о готовности покрыть медицинские расходы своих пассажиров, связанные с COVID-19, а также расходы на проведение карантина, если они путешествуют на борту Emirates в Дубай и из него по всему миру.
Пассажиропоток в аэропорту Дубая каждый день увеличивается на 5%. Власти Дубая надеются, что он вернется на уровень начала 2020 года уже до конца текущего года.
Новость размещена при поддержке проекта Olivara Residence & Park. Новый жилой проект в Дубае. Квартиры в зелёном квартале в аренду напрямую от застройщика Palma Holding. Получите месяц аренды в подарок прямо сейчас.
Центральная Азия стала спасательным кругом для мирных афганцев
Автор: Григорий Алексеенко
Афганистан и Узбекистан завершили работу над договоренностями, которые охватывают сферы энергетики, транспорта и торговли. По итогам личной встречи и. о. министра иностранных дел Афганистана Мохаммад Ханифа Атмара с узбекским коллегой Абдулазизом Камиловым было объявлено, что Ташкент обеспечит нужды Кабула в том, что касается источников электроэнергии. Инициатива последовала после прекращения соответствующих поставок из Таджикистана. Ситуация вокруг этой проблемы накануне стала свидетельством того, что афганские жители рассчитывают в некоторых кризисных ситуациях на руководство других стран больше, чем на свое.
По словам Атмара, накануне была завершена работа над соглашениями с Узбекистаном «по импорту электроэнергии, соединению региона и железнодорожным проектам, расширению торговли и транзита между двумя странами и взаимодействию с другими региональными партнерами». Шеф афганской дипломатии подчеркнул: официальный Кабул рассчитывает на помощь Ташкента и других региональных столиц в том числе в сфере безопасности, потому что, по его словам, терроризм представляет собой серьезную угрозу «всем пяти странам региона, а также Китаю, России, Индии, Ирану и Пакистану». В связи с этим Атмар выразил надежду на то, что свой вклад в обеспечение мира в Афганистане сделают все страны Центральной Азии.
Перебои с электроэнергией
Проблема в сфере электроэнергетики обострилась для Афганистана после того, как в конце июля Таджикистан прервал поставку ресурсов соседним странам. «Поставка электроэнергии, производимой в Таджикистане, в соседние страны — Узбекистан и Афганистан — прекращена в связи с сокращением водных запасов страны для ее производства», – пояснил тогда пресс-секретарь Открытой акционерной холдинговой компании «Барки точик» Нозир Едгори. По его словам, поставка прекращена раньше тех сроков, которые установлены международными договорами с этим странами: подобное решение было принято в связи со сложившейся ситуацией и по распоряжению властей республики для обеспечения электроэнергией населения Таджикистана.
Этому предшествовало обращение правительства Таджикистана к своему населению, в котором содержался призыв с пониманием отнестись к вводимым ограничениям в сфере подачи электроэнергии – для резервирования нужного количества воды в Нурекском водохранилище. Уровень воды в нем, по официальным данным, уменьшился на 17 метров. В заявлении отмечалось, что снижение водных запасов обусловлено климатическими изменениями, что может привести к проблемам с энергоснабжением в осенне-зимний период. Тем не менее, в настоящее время приток воды в Нурекском водохранилище поднимается ежедневно на 70-80 см, что внушает надежду на то, что местным властям удастся избежать масштабных осложнений.
Надежда на соседей
Телефонный разговор между лидерами Афганистана и Таджикистана Ашрафом Гани и Эмомали Рахмоном на эту тему состоялся 21 августа. В ходе беседы главы двух государств отметили, что в настоящее время важно укрепить сотрудничество по всем направлениям, в том числе в сфере электроэнергетики. Акцент, как сообщалось, президенты сделали на осуществлении энергетического проекта CASA-1000. Этот план, стоимость которого составляет около 1,2 млрд долларов, был запущен четыре года назад. CASA-1000 предполагает расширение линий электропередач для транспортировки избыточной гидроэлектроэнергии из Таджикистана и Кыргызстана в Афганистан и соседней с ним Пакистан.
За два дня до телефонного разговора с Гани президент Таджикистана совершил визит в область Дарваз, который стал избыточной иллюстрацией накопившихся в Афганистане проблем с ресурсами. Узнав о приезде Эмомали Рахмона, по ту сторону реки Пяндж на таджикско-афганской границе собрались граждане Афганистана, которые захотели лично поговорить с таджикским лидером. Беседа была недолгой и велась через громкоговоритель. Афганцы просили Рахмона помочь в решении таких проблем, как нехватка питьевой воды, отсутствие связи, автомобильных дорог. Но главной просьбой было обеспечить регион электроэнергией. Президент Таджикистана пообещал решить этот вопрос, но в рамках партнерства с афганским правительством.
Региональная ответственность
На страны Центральной Азии, безусловно, влияет то, что происходит в Афганистане, однако они не могут способствовать разрешению афганских проблем в равной степени – из-за ограниченных возможностей. Так, Таджикистан и Киргизия обладают слабой экономикой и крайне нестабильной политической системой. Туркменистан не столько активен с точки зрения внешней политики. Узбекистан, в свою очередь, имеет все возможности для помощи Афганистану – из-за географического положения и имеющихся у него ресурсов. Кроме того, приход в 2016 году к власти президента Шавката Мирзиеева ознаменовал перемену в позиции республики по афганскому кризису и сделал возможным укоренение взгляда на Афганистан как на часть Центральной Азии.
Именно в связи с этим Узбекистан рассматривался в числе возможных площадок для проведения одного из этапов афганского внутригражданского диалога, который, если полагаться на уверения официального Кабула, должен начаться уже на следующей неделе. Главной интригой сейчас остается не только то, смогут ли афганские власти и движение «Талибан» (запрещено в РФ) беспрепятственно сесть за стол переговоров, но и то, будут ли в состоянии соседи Афганистана сформировать эффективную модель контроля над ситуацией в сфере безопасности после того, как США завершат вывод войск из Исламской Республики. Этот вопрос, безусловно, адресован и Узбекистану. Граждане Афганистана, судя по всему, не возлагают больших надежд на Кабул.
![Главное](/images/star.png)
СОЮЗНИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА РОССИИ: ЧТО ДЕЛАТЬ И ЧТО МЕНЯТЬ?
ДМИТРИЙ ТРЕНИН
Директор Московского Центра Карнеги, член Совета по внешней и оборонной политике.
РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ
Союзники. С.А. Денисенцев, А.В. Лавров, Ю.Ю. Лямин, А.В. Никольский; под ред. К.В. Макиенко. – М.: Центр анализа стратегий и технологий, 2020. – 176 с.
Острый политический кризис в Белоруссии, разразившийся в результате президентских выборов в августе 2020 г., заставляет внимательнее присмотреться к политике Москвы в отношении номинальных российских союзников – не только Белоруссии, но и других членов Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) – Армении, Казахстана, Киргизии и Таджикистана.
Российский официоз через каналы государственных СМИ привык говорить об этих странах преимущественно комплиментарно, избегая серьёзного анализа и лишь изредка, вскользь упоминая о проблемах во взаимоотношениях. В результате реальная ситуация в ближайшем окружении России выносится за скобки в публичном пространстве, а кризисы, когда они возникают, для многих в России выглядят неожиданными.
Еще хуже то, что политика Москвы в отношении союзников строится, по-видимому, по обстоятельствам, без тени стратегического целеполагания. Психологическим фоном этой политики служит инерция советско-имперской общности, а основной движущей силой – материальные отношения между группами элит. Общества стран-соседей при этом выпадают из поля зрения.
Всё это напоминает отношения в социалистическом содружестве, которые выглядели беспроблемными и братскими, пока они внезапно не прорывались кризисами и восстаниями и в конце концов не трансформировались в лучшем случае во взаимное безразличие, а в худшем – в устойчивую враждебность. Как ни парадоксально это звучит, России обычно удавалось более удачно выстраивать отношения с дальними партнёрами и даже противниками, чем с ближними соседями, пусть даже и союзниками.
Это положение нужно менять. Вот почему небольшая книга «Союзники», написанная авторским коллективом в составе С.А. Денисенцева, А.В. Лаврова, Ю.Ю. Лямина, А.В. Никольского под редакцией признанного эксперта в области военного и военно-технического сотрудничества Константина Макиенко и изданная Центром анализа стратегий и технологий (ЦАСТ), так актуальна, полезна и важна.
ЦАСТ – это исследовательская группа военно-политических международников нового поколения, которая за последние годы, основываясь на богатом фактологическом материале, опубликовала целый ряд чрезвычайно интересных работ по отечественной военной и военно-промышленной политике, анализу боевому применению Вооружённых Сил РФ, а также военному страноведению – в том числе по операции ВКС в Сирии и ситуации на Южном Кавказе.
Инвентаризация отношений России с её союзниками, которую сейчас провели специалисты ЦАСТ, не только собирает воедино богатый фактический материал, но и подводит к интересным и во многом тревожным выводам, которые непременно должны учитываться при формировании российской внешней и военной политики в ближнем зарубежье Российской Федерации.
Авторы исследования ставят два основных вопроса: насколько важны для России отношения с каждой из союзных стран; насколько лояльны союзники по отношению к Москве. Ответы на эти два вопроса позволяют поднять более общую проблему: учитывая цену, которую Россия платит за поддержание союзнических отношений с конкретными странами, и возможности, которые она получает в результате, – какова эффективность союзнической политики Российской Федерации на каждом из пяти страновых направлений.
Отсюда всего лишь один шаг к заключительному, главному вопросу: что делать и что менять?
Прежде чем приступать к анализу ответов на поставленные авторами вопросы, есть смысл рассмотреть феномен союзничества в современном мире и его актуальность для Российской Федерации. Известно, что господствующая позиция США на международной арене в значительной степени основывается на системе союзов и партнёрств с десятками государств. Благодаря этой системе США имеют возможность выступать и действовать не как одно, пусть даже самое мощное государство, а в качестве лидера международного сообщества либеральных демократий и ассоциированных стран – «свободного мира», коллективного Запада и тому подобных. Положение лидера не только придаёт Вашингтону известный моральный авторитет в различных международных организациях, но и позволяет эффективнее действовать в отношении противников, мультиплицируя эффект собственно американских экономических и политических шагов. Кроме того, США получают возможность размещать свои вооружённые силы на территории десятков стран по всему миру, во всех океанах и многих морях, материально подкрепляя тезис о подлинно глобальном характере американских интересов.
Многие американцы уверены в том, что фундаментальная слабость Китая как главного соперника США на современном этапе состоит в том, что у КНР сейчас практически нет союзников. Действительно, считать такими Северную Корею, Камбоджу или Пакистан можно с очень большой натяжкой. Именно поэтому провозглашённая ещё в 2013 г. пекинская инициатива «Пояс и путь» сталкивается сейчас с растущим противодействием Вашингтона, поскольку считается, что её подлинная долгосрочная цель – создание китаецентричной международной системы, так называемой Pax Sinica. В условиях углубляющейся американо-китайской конфронтации всё большее внимание в США и в странах Европейского союза привлекает развитие отношений между Китаем и Россией, которые уже достигли уровня, который можно определить как антанта: больше, чем стратегическое партнёрство, но всё ещё меньше, чем военно-политический союз.
Вопрос о потенциале дальнейшего развития российско-китайских отношений лежит далеко за пределами работы специалистов ЦАСТ. Здесь же отметим, что в России по-прежнему широко распространено мнение, что наличие постоянных союзников, пусть и не очень мощных, – необходимый атрибут великой державы. У Советского Союза была Организация Варшавского договора – военный блок, объединявший государства Восточной Европы; в разное время – двусторонние союзнические отношения с такими странами, как Афганистан, Вьетнам, Китай, КНДР, Куба, Монголия; договорные квазисоюзнические обязательства с Анголой, Египтом, Индией, Ираком, Южным Йеменом, Мозамбиком, Сирией и другими. Советские военные советники и специалисты служили – и нередко принимали участие в боевых действиях – во многих горячих точках в Азии, Африке и Латинской Америке.
Отсюда – непосредственно к предмету рецензируемой работы. Сегодняшняя Россия возглавляет Организацию Договора о коллективной безопасности, охватывающую шесть – включая саму РФ – республик бывшего СССР. ОДКБ существует уже больше двух десятилетий. Проводятся регулярные саммиты, функционирует штаб сотрудничества, организуются совместные учения, подготовка офицеров, осуществляются поставки российских вооружений и техники по льготным ценам. Тем не менее ОДКБ так и не стала интегрированной военной организацией.
Более того, во внешнеполитическом политическом отношении все номинальные союзники Москвы официально провозглашают и практикуют многовекторность. Иными словами, наши союзники постоянно и открыто балансируют между Россией и другими игроками: США, Евросоюзом, Китаем, отдельными странами НАТО, Турцией, Ираном и другими. При этом даже самые близкие союзники (Белоруссия и Казахстан) на официальном уровне неоднократно говорили о России как о потенциальной угрозе их суверенитету и активно развивают отношения с США, находящимися в состоянии долговременной конфронтации с Россией. К чему этот курс приводит на практике, многие увидели этим летом в Белоруссии.
Минск, однако, не исключение. Ни один из союзников России не признал вхождение Крыма в её состав или независимость Абхазии и Южной Осетии. При голосовании в ООН по резолюциям, затрагивающим интересы России, солидарность союзников факультативна. Наиболее высокую степень поддержки, как видно из приведённой в книге ЦАСТ таблице, демонстрирует Армения, наименьшую – Таджикистан.
В Москве эта ситуация вызывает раздражение, но вместе с тем часто и порождает уныние: союзники «уходят от Москвы»; неблагодарные элиты бывших имперских окраин смотрят кто на Запад, кто на Восток; их народы пассивны, а геополитические противники и конкуренты России, напротив, активны.
Противоположная риторически активная реакция ничуть не более конструктивна. Говорится о необходимости нового союза народов во главе с Россией против антинародных «самостийных» элит.
Как свидетельствует книга «Союзники», не стоит ни опускать руки, ни предаваться иллюзиям. Реальность на постсоветском пространстве, а также действительные потребности российской внешней и военной политики одновременно позволяют и требуют не восстановления государственного союза федеративного или конфедеративного типа (это невозможно и невыгодно самой России), а создания гибкой системы партнёрств, обеспечивающей защиту и продвижение национальных интересов. Для этого необходимо отрешиться от ностальгических воспоминаний, а также отказаться от устаревших представлений и некритического отношения к формальным союзникам. Исследование ЦАСТ позволяет в этой связи сделать ряд важных выводов.
Первый вывод заключается в том, что у России нет ни возможностей, ни необходимости пытаться следовать примеру США и выстраивать региональный военно-политический блок в Евразии по образу и подобию НАТО или ОВД. В отличие от союзников США по НАТО, которые за три четверти века, прошедшие после окончания Второй мировой войны, фактически отказались от военного и геополитического суверенитета и делегировали решение важнейших проблем безопасности и внешней политики на уровень НАТО, а фактически – Вашингтона, все постсоветские страны, впервые в современной истории получившие независимость в результате роспуска Советского Союза, всё ещё переживают праздник независимости от бывшей метрополии. Формальный суверенитет – фактически главное достижение, которое правящие элиты от Минска до Душанбе могут сегодня предложить своим народам. Россиянам необходимо не только иметь в виду, но и принять, что независимость для каждой бывшей республики СССР – это прежде всего, или даже исключительно, – независимость от Москвы.
К этому выводу необходимо добавить, что постоянные военные союзы – не только детище, но и функция холодной войны. С её окончанием Вашингтону и западноевропейским столицам пришлось искать новые занятия для НАТО: миротворчество, борьба с терроризмом, наконец, новое противостояние с Россией, но ни одна из этих новых миссий не стала полноценной заменой первоначальной. В современных условиях НАТО существует главным образом благодаря стремлению США сохранить если не господство, то первенство в мире, и нежеланию – а также неспособности – подавляющей части европейских элит брать на себя ответственность за внешнюю политику безопасность своих стран. Нынешние попытки Парижа придать стратегическую субъектность Европейскому союзу и переосмыслить НАТО как равноправный альянс объединённой Европы и Америки наталкиваются на отторжение внутри ЕС и противодействие США.
Ситуация на постсоветском пространстве принципиально иная. Заключение Договора о коллективной безопасности в 1992 году и создание на его основе ОДКБ в 1999 году было призвано сохранить внешний периметр обороны и безопасности после распада СССР. Предпринятая в 2011 году попытка Москвы создать Евразийский союз как интегрированный региональный блок с военно-политической компонентой оказалась, однако, неудачной. В то время как Россия таким образом стремилась обеспечить себе благоприятное окружение и статус центра силы в Евразии, союзные страны, напротив, руководствовались собственными интересами и видели для себя иные угрозы. Максимум, чего удалось добиться – это партнёрство в сфере безопасности под названием ОДКБ и таможенное соглашение, официально именуемое Евразийский экономический союз. Фактически это – предел возможного в нынешних условиях.
Необходимости выстраивать на этой основе полноценный военно-политический блок у России сейчас тоже нет.
Российская Федерация, в отличие от СССР и США в прошлом или США и КНР сейчас и в будущем, не участвует в борьбе за мировое первенство.
У России нет идеологии или политико-экономической системы, которую ей хотелось бы распространить на остальной мир. Главная цель внешней политики РФ заключается в том, чтобы сохранить и укрепить суверенитет России, обеспечить её безопасность и процветание, а также добиться учета её интересов при решении основных глобальных и региональных проблем, включая вопросы мироустройства. В стратегическом отношении на обозримую перспективу это означает позицию активной обороны в сочетании с конструктивными действиями по формированию более свободного миропорядка. Для таких целей гибкие партнёрства, учитывающие особенности конкретных стран, более эффективны, чем громоздкие союзы и блоки.
Вторым выводом является то, что для обеспечения безопасности страны на американо-натовском стратегическом направлении, вновь ставшем главном, собственного потенциала России вполне достаточно. Основой её системы безопасности является стратегическое сдерживание – ядерное и неядерное. В этой области она практически не зависит от союзников.
Для целей обороны страны Россия также может рассчитывать почти исключительно на себя. Значение Белоруссии как передовой оборонительной позиции на важнейшем стратегическом направлении чрезвычайно велико. Тем не менее необходимо учитывать, что даже локальное вооружённое столкновение в этом регионе с большой вероятностью может перерасти в региональный конфликт с применением ядерного оружия, который в свою очередь вряд ли останется ограниченным. Точно так же Россия должна рассчитывать только на собственные силы в случае экспедиционных операций типа сирийской или действий по сохранению мира или принуждения к нему, как это было в Грузии.
Что касается стран ОДКБ, то они могут быть полезны для решения ряда задач – борьбы с экстремизмом и терроризмом, наркотрафиком, а также, возможно, для стабилизации обстановки в Центральной Азии.
Упор на безопасность, а не на оборону означает необходимость более тесного сотрудничества специальных служб России и соответствующих стран.
Советы безопасности, а не министерства обороны или генеральные штабы должны в соответствии с этой логикой быть головными участниками взаимодействия.
Как Россия не вправе ожидать помощи союзников в случае нападения на себя, так и она со своей стороны не должна обещать союзникам автоматическую военную защиту в случае конфликтов, в которые они могут оказаться вовлечены. В принципе, Москва так и поступает: достаточно посмотреть на ситуацию между союзной России Арменией и её противником – Азербайджаном. Москва поддерживает баланс между враждующими сторонами, выступает сопредседателем международной группы по Нагорному Карабаху и является противовесом амбициям соседней региональной державы Турции.
Третьим важным выводом, к которому подводит работа ЦАСТ, является то, что ОДКБ является зонтичной структурой, своего рода холдинговой компанией в сфере безопасности, и что центр тяжести этих отношений лежит в области двусторонних связей России с соответствующими странами. Более или менее тесная координация двусторонних связей требуется, пожалуй, только на центрально-азиатском направлении, где у России сразу три союзника: Казахстан, Киргизия и Таджикистан.
Каждая пара отношений имеет свою специфику, уходящую корнями в многовековую историю, почти всегда плохо знакомую большинству россиян, в том числе международникам. Авторы исследования справедливо уделяют внимание сложным перипетиям политики России в отношении соседних народов, а затем имперских окраин на протяжении нескольких веков. Трактовка этой политики не раз менялась в царский, советский и постсоветский периоды и всегда была политизированной. Потребности строительства новых наций и государств на месте бывших советских республик ведут, как правило, к закреплению в политической мифологии этих государств критического отношения к роли Российской империи и Советского Союза в судьбе соответствующих народов. С этим России нет необходимости соглашаться, но приходится жить.
Четвёртым выводом может стать то, что для реализации ряда военно-политических целей Россия может эффективно действовать вне системы ОДКБ и без формальных союзников. Опыт проводящейся с 2015 года российской военной операции на Ближнем Востоке, подробно описанной в другой книге ЦАСТ, продемонстрировал совершенно иную модель союзничества, чем воплощённая в НАТО и в сильно ослабленной форме в ОДКБ модель ХХ века. Это тактическое и оперативное взаимодействие с ситуативными партнёрами на ограниченном театре военных действий, без долгосрочных обязательств, без создания специальных институтов и без интеграции вооружённых сил. Главное, что объединяет участников такой коалиции, – это совпадение их конкретных интересов по месту и времени.
Такое союзничество мало напоминает ситуацию в Европе в период холодной войны, но очень похоже на Европу XVIII или отчасти XIX веков – эпоху непостоянных отношений и калейдоскопически меняющихся коалиций. Очевидно, что эта модель больше подходит для условий локальных и региональных конфликтов XXI века, чем блоковая модель, изначально выстроенная в ожидании глобального конфликта с вероятным применением ядерного оружия.
От общих выводов теперь можно перейти к частным, по конкретным странам.
Белоруссия
Президент Белоруссии Александр Лукашенко давно эксплуатировал, с одной стороны, опасения Москвы относительно «утраты» Белоруссии, а с другой – страхи стран НАТО перед российской экспансией в направлении Польши и Прибалтики. Это была чистая спекуляция на образах прошлого. У Москвы, разумеется, нет ни потребности, ни сил для дальнейшей геополитической экспансии – например, для захвата Прибалтийских стран, не говоря уже о Польше. Что касается ценности Белоруссии как оборонительного форпоста России, то она, как же отмечалось, велика, но новая война, если она случится, вряд ли начнётся и будет вестись так, как это было в 1812-м, 1914-м или 1941 году.
России – не только стратегически, но и психологически – необходима дружественная Белоруссия с предсказуемым руководством, тесно связанная с Россией отношениями экономического сотрудничества, культурной близости и взаимодействия в сфере безопасности и обороны. Москва, однако, не может игнорировать, что за тридцать постсоветских лет не только белорусские элиты, но и большая часть общества приобрели вкус к независимости, который уже не пройдёт. Союзное государство с Россией для большинства белорусов не слишком привлекательно. В Белоруссии формируется особая политическая нация. Значительная часть белорусского населения, особенно горожане и молодёжь, ориентированы больше на образ Европы (возможно, идеализированный), чем на то, что может предложить современная Россию.
Очевидная потребность России состоит в том, чтобы сохранить Белоруссию как партнёра и доброго соседа – вне зависимости от характера политического режима и личностей лидеров. Для этого есть много возможностей. В Белоруссии, как и в других союзных странах, Москве необходимо взаимодействовать не только с верховным правителем и его окружением, но и с элитами (не только политическими и экономическими) и шире – обществами. Партнёрские отношения между Россией и Белоруссией в области обороны и безопасности должны обеспечить взаимодействие в области ПВО, а также по возможности сохранить существующее небольшое российское военное присутствие России в Белоруссии – РЛС ПРО в Барановичах и Центр связи ВМФ в Вилейке. Учитывая недавний опыт, однако, есть смысл заменить эти объекты другими, расположенными на территории самой России. То же самое относится к военно-промышленному сотрудничеству – производству в Белоруссии тягачей для МБР «Ярс», а также для комплексов ПВО С-400, ОТР «Искандер» и других российских систем вооружений. Правилом для России должно стать размещение критически важных объектов и производство всех систем вооружений на национальной территории.
Нельзя полностью исключить того, что события в Белоруссии будут развиваться в неблагоприятном для России направлении и Минск политически отойдёт от Москвы. В этом случае Кремль обязан недвусмысленно дать понять Западу, что Россия будет рассматривать перспективу членства Белоруссии в НАТО как подготовку альянса к агрессии против России, что заставит Москву ужесточить политику в области ядерного сдерживания.
Казахстан
В отличие от Белоруссии, важность для России военно-политического партнёрства с Казахстаном определяется не традиционными угрозами, а новыми опасностями: возможным распространением религиозного экстремизма, а также наркоторговлей. 7500-километровая граница между Россией и Казахстаном – самая протяжённая и при этом открытая в мире; более того, между этой границей и территорией Афганистана практически не имеется укреплённых и хорошо контролируемых рубежей. В этих условиях Москве жизненно необходимо тесно сотрудничать с Нур-Султаном как с ведущим партнёром в области безопасности в Центральной Азии.
Традиционные угрозы с территории самого Казахстана пока не просматриваются. Перспектива размещения на огромной площади республики военных баз мировых держав – Китая или США – остаётся очевидной фантазией. Чисто гипотетической является перспектива того, что какое-то будущее казахстанское руководство будет проводить политику, существенно ухудшающую положение русскоязычного населения. Для предотвращения этих гипотетических угроз Москве необходимо активно развивать связи с политической элитой Казахстана, с казахстанским обществом в целом, наглядно демонстрируя как уважение к казахстанскому суверенитету, так и конкретные выгоды от добрососедских и партнёрских связей с Россией. Русскоязычное население Казахстана, как и других постсоветских стран, должно рассматриваться в качестве демографического ресурса Российской Федерации.
Киргизия и Таджикистан
В Киргизии и Таджикистане расположены российские военные базы. Эти две небольшие страны – важные наблюдательные пункты и позиции для борьбы с экстремизмом. Для поддержания минимальной социальной стабильности в этих странах Россия экономически поддерживает Киргизию, которая была принята в ЕАЭС, а также Таджикистан, который экономически и политически ориентирован больше на Китай. Россия принимает многие сотни тысяч киргизских и таджикских рабочих, но не вмешивается в перманентную борьбу за власть киргизских кланов или в жёстко авторитарную таджикскую политику. В ходе очередной киргизской «революции» 2010 года, приведшей к массовым беспорядкам и столкновениям на межрегиональной и этнической почве в этой стране, Москва удержалась от военного вмешательства во внутрикиргизский конфликт. Это представляется разумным подходом.
Если после ухода США из Афганистана ситуация в этом регионе ухудшится и в Среднюю Азию прорвутся группы экстремистов, например, запрещённого в РФ так называемого Исламского государства, Россия будет вынуждена купировать или отражать угрозы на передовых рубежах Таджикистана и Киргизии. Делать это придётся вместе с региональными союзниками по ОДКБ. Необходимо будет взаимодействовать с партнёрами по Шанхайской организации сотрудничества – прежде всего с Китаем, а также с Узбекистаном.
Киргизия и Таджикистан являются не только важными транзитными странами для транспортировки афганских наркотиков в Россию, но и производителями наркотических веществ. Сотрудничество с Бишкеком и Душанбе в этих условиях совершенно необходимо, но высокий уровень организованной преступности и коррупции в этих странах является серьёзной проблемой. На обозримую перспективу наркотики являются главной угрозой безопасности России со среднеазиатского направления.
Армения
Исторически Армения являлась форпостом России, выдвинутым в направлении Ближнего и Среднего Востока. Сегодня на её территории расположена 102-я военная база Вооружённых Сил РФ. Эта передовая позиция, однако, географически изолирована от территории России, представляет собой стратегический эксклав и таким образом – фактор уязвимости. Собственно для целей обороны России военное присутствие в Армении не имеет особой ценности: стратегическая граница РФ в регионе проходит по Главному Кавказскому хребту, с выдвинутыми вперёд позициями в Южной Осетии и Абхазии. Не является Армения также и плацдармом для продвижения интересов России в Закавказье, в направлении Турции и Ирана. Экономическое значение отношений с Арменией для России невелико. Главная ценность позиции в Армении – в возможности поддержания относительной стабильности в Закавказье, баланса между Азербайджаном и Арменией, сдерживания амбиций Турции.
Для Армении союзнические отношения с Россией имеют, напротив, жизненно важное значение. Россия в этой связи не может игнорировать чувства более 1,2 млн российских армян. Правда, ереванская элита, в значительной степени ориентированная на ту часть диаспоры, которая проживает вне России (в США, Франции и других странах), – зачастую относится к России пренебрежительно и потребительски. Смена власти в Ереване, случившаяся в 2018 году, не привела к геополитической переориентации Армении: безальтернативность поддержки со стороны Москвы очевидна даже для тех, кто не особенно симпатизирует России. Тем не менее сегодня Армения является для России союзником не вполне надёжным. Если эта ситуация в принципе не изменится в будущем, значение отношений с Арменией для России уменьшится, и характер связей с этой страной может быть пересмотрен и скорректирован без ущерба для интересов России.
***
Три десятилетия спустя после распада СССР в России остро не хватает специалистов по бывшим советским республикам: у нас по-прежнему лучше знают и понимают Ближний Восток, чем собственное ближнее зарубежье. Большинство тех, кто вовлечён в процессы реализации или просто обсуждения внешней и военной политики в регионе СНГ, ещё исходят из воспоминаний времён Советского Союза. Книга ЦАСТ – для них ценный подарок. Она может быть полезной для офицеров Западного, Южного и Центрального военных округов, в зону ответственности которых входят соответствующие соседние государства. Кроме того, она – прекрасное учебное пособие для слушателей военных университетов и академий и различных курсов повышения квалификации высокопоставленных чиновников, а также авторитетный справочник о военных доктринах, вооружённых силах, военной промышленности, политических, экономических и военных отношениях союзных государств с Россией.
Форум «Армия-2020»: в авангарде технико-технологического развития
Особое внимание в рамках научно-деловой программы форума «Армия-2020» было приковано к вопросам создания и развития технологий искусственного интеллекта и его внедрения в интересах обороны и безопасности государства.
Международный военно-технический форум «Армия-2020» – одна из ведущих выставок передовых изделий оборонной промышленности, уникальная площадка, на которой не только демонстрируются новые образцы вооружений, военной и специальной техники, но и проводятся плодотворные профессиональные дискуссии по развитию высоких технологий, в том числе, искусственного интеллекта.
27 августа началась программа форума, ориентированная на массового зрителя, при этом специалисты и эксперты продолжили свою работу по изучению представленных образцов вооружения, военной и специальной техники на полигонах, а также приняли участие в 35 мероприятиях научно-деловой программы (23 круглых столах, восьми конференциях, двух заседаниях и двух брифингах (дискуссиях).
Наиболее значимыми из них, помимо конференции «Технологии искусственного интеллекта в интересах обороны и безопасности государства», стали конгресс «Диверсификация ОПК России в интересах нацпроектов. Трансформация производственной базы», круглый стол «Развитие сети обучающих центров проектирования электроники на базе университетов РФ», организованный Министерством науки и высшего образования России, круглый стол «Развитие системы отбора и сопровождения молодёжи с высокими интеллектуальными способностями», организованный под эгидой Военного инновационного технополиса ЭРА, и ряд других мероприятий, в которых приняли участие представители федеральных органов исполнительной власти, Государственной Думы, руководящий состав Минобороны России и органов военного управления, представители деловой и научной элиты.
Не заменить человека, а расширить его возможности
Теме развития технологий искусственного интеллекта был посвящён круглый стол, который в четверг прошёл на форуме. О масштабности и представительности мероприятия свидетельствует состав его участников, в число которых вошли руководители ведущих научных организаций, государственного сектора экономики, а также представители профильных военно-научных структур Минобороны России и других ведомств.
Среди них, в частности, ректор Московского государственного технического университета имени Н.Э. Баумана Анатолий Александров, директор по научным проектам Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Сергей Гарбук, заместитель генерального директора – руководитель направления информационных исследований Фонда перспективных исследований Максим Вакштейн.
Открывая дискуссию между ведущими экспертами в области искусственного интеллекта, модератор круглого стола — первый заместитель министра обороны РФ Руслан Цаликов отметил, что смысл внедрения технологий искусственного интеллекта – ни в коем случае не заменить человека, а с помощью «цифры» расширить возможности в области получения, обработки и передачи данных, скорости принятия решений и совершенствования системы управления.
Элементы искусственного интеллекта, отмечалось в ходе конференции, уже находят широкое применение при решении задач в интересах обороны и безопасности. В их числе распознавание образов – так называемое техническое зрение, построение моделей, поиск решений и анализ полученных результатов.
– Исходя из тех технологий, которые сейчас используются в Минобороны, мы идём в авангарде технико-технологического развития, – пояснил первый замминистра обороны. – Это не означает, что эти достижения – только для военных, они должны использоваться всеми.
В качестве примера он привёл созданный в Минобороны Национальный центр управления обороной государства, который сегодня служит прообразом для систем управления, применимых в любой сфере государственной деятельности в масштабах как федерального, так и регионального уровня. При этом, по его словам, научно-образовательные структуры военного ведомства открыты для новых совместных проектов. В частности, разработки в области искусственного интеллекта ведутся на базе Военного инновационного технополиса ЭРА, где для этого созданы все необходимые условия.
Из гражданской сферы – в военную
На круглом столе «Технологии искусственного интеллекта в интересах обороны и безопасности государства» также выступил начальник Главного управления научно-исследовательской деятельности и технологического сопровождения передовых технологий (инновационных исследований) Министерства обороны РФ генерал-майор Андрей Гончаров.
– В Минобороны совместно с Минобрнауки РФ прорабатывается вопрос информационного доступа к результатам проводимых исследований и разработок в области искусственного интеллекта, – сказал генерал-майор Андрей Гончаров. – Речь идёт о создании межведомственного информационного ресурса передовых технологий, и в частности искусственного интеллекта.
Он подчеркнул, что необходим трансфер технологий в области искусственного интеллекта из гражданской сферы в военную.
– Сегодня в России выполняются нацпрограммы по развитию высокотехнологичных отраслей экономики, – отметил генерал-майор Андрей Гончаров. – Результаты реализации этих проектов могут и должны быть полезны для решения задач в области обороны.
Кроме того, по его словам, рассматривается возможность создания открытого сборника – аналога «Белой книги», в котором будут отображены несекретные сведения о научно-техничных проблемах, связанных с разработкой перспективных технологий, в том числе искусственного интеллекта, для решения задач в области обороны.
– В дальнейшем проекты и инновационные разработки, прошедшие научно-техническую экспертизу и одобренные комиссией, могут апробироваться на базе инновационного технополиса ЭРА, – сказал генерал-майор Андрей Гончаров.
Для специалистов, экспертов и массового зрителя
Начальник Главного управления научно-исследовательской деятельности и технологического сопровождения передовых технологий (инновационных исследований) Министерства обороны РФ провёл традиционный брифинг для представителей СМИ, где подвёл некоторые итоги прошедших дней форума.
Показ вооружения и техники в динамике, где были продемонстрированы ходовые и огневые возможности вооружения и военной техники Вооружённых Сил РФ, отметил он, традиционно отличался межвидовой направленностью.
Ключевой темой динамического показа стала демонстрация возможностей вооружения, военной и специальной техники мотострелковых войск на полигоне Алабино, где разыграли четыре тактических эпизода с применением БТР-82А, БМП-2 и БМП-3, БТР-82АТ, БМП-2 «Бережок», БМП-К17 «Бережливый» и расчёт РПО.
Генерал-майор Андрей Гончаров отметил, что мероприятия форума 27 августа начались на 66 площадках, расположенных в военных округах и на Северном флоте (в ЗВО – на 11; в ЮВО – на 13; в ЦВО – на трёх; в ВВО – на 36; на Северном флоте – на трёх).
Гостям и участникам форума представили расширенную программу культурно-художественных и патриотических мероприятий, работали все площадки, расположенные в парке «Патриот».
Центрами массового притяжения зрителей стали главная сцена Конгрессно-выставочного центра «Патриот», сцена Дома дружбы, пункт отбора на контракт на полигоне Алабино, площадка конкурса «Воин мира» в Клубе болельщиков.
Накануне, 26 августа, как сообщил генерал-майор Андрей Гончаров, на форуме работали представители официальных военных делегаций 37 государств.
В том числе: на уровне главы оборонного ведомства – одно государство (Центрально-Африканская Республика); на уровне начальника генерального штаба (заместителя министра обороны) – три государства (Бразилия, Ирак, Руанда); на уровне командующих видами (родами) войск, прибывающих по поручению руководителей оборонных ведомств (глав государств), – два государства (Вьетнам, Пакистан).
С участием иностранных гостей под руководством начальника Главного управления кадров Министерства обороны РФ генерал-полковника Виктора Горемыкина проведён брифинг «Военное образование – престиж и мировое признание». В мероприятии приняли участие специалисты 29 государств.
Особый интерес зарубежные гости проявили к выставочным экспозициям АО «Вертолёты России», «Объединённой двигателестроительной корпорации», Корпорации «Тактическое ракетное вооружение», АО «Рособоронэкспорт» и Концерна «Технологии машиностроения».
Для иностранных делегаций был организован динамический показ образцов авиационной техники и демонстрационные полёты пилотажных групп.
В четвёртом дне работы форума приняли участие 103 иностранных эксперта.
26 августа состоялись все запланированные мероприятия научно-деловой программы.
3896 представителей профессионального сообщества приняли участие в 50 мероприятиях: в 32 круглых столах, семи конференциях, трёх заседаниях, восьми брифингах и дискуссиях.
Мероприятия деловой программы вызвали большой интерес у иностранных гостей из 27 стран.
С учётом сирийского опыта
По словам генерал-майора Андрея Гончарова, 26 августа в полном объёме были выполнены мероприятия динамической программы форума «Армия-2020».
Так, на полигоне Ашулук в Астраханской области прошёл динамический показ боевых возможностей зенитных ракетных войск ВКС России по эшелонированной обороне объектов с применением современных средств ПВО и комплексов противодействия беспилотным летательным аппаратам.
На стартовых позициях полигона Ашулук (его площадь составляет 3560 квадратных километров) развернули группировку сил и средств ПВО, основу которой составили современные российские зенитные ракетные комплексы С-400 «Триумф», С-300В4, «Бук-М3», «Тор-М2», ЗРПК «Панцирь-С1» и боевые машины «Тайфун-ПВО».
В сложной обстановке помех созданная группировка ПВО отразила воздушный удар условного противника, уничтожив все типы мишеней, имитирующих тактические, оперативно-тактические, баллистические, крылатые ракеты, авиационные управляемые ракеты, самолёты тактической авиации, разведывательные и ударные беспилотные летательные аппараты, высокоточное оружие.
В ходе противовоздушного боя уничтожено более 20 мишеней типа «Армавир-М», «Армавир-ВУ», «Стриж», «Кабан», «Пищаль-Б», «Фаворит-РМ», «Дань» и другие (в том числе новый тип «Колорит-М»).
Как сообщил начальник зенитных ракетных войск ВКС России генерал-майор Сергей Бабаков, при отражении ударов применялся опыт, полученный в Сирии.
– Группировка ПВО отразила ракетно-авиационные удары условного противника, которые были сымитированы различными типами воздушных мишеней, – сказал он. – Обстановка была создана сложная. Плотность удара и его замысел реализованы. Всего применена 21 цель на всех высотах. Цели имитировали беспилотные летательные аппараты – разведчики, ударные беспилотные летательные аппараты, крылатые и баллистические ракеты. Особенность заключалась в том, что построение ударов условного воздушного противника соответствовало нашему опыту, полученному в Сирийской Арабской Республике. Мы отработали отражение действий ударных беспилотников, которые могут применяться ещё до начала основного удара – сейчас это распространено.
Генерал-майор Андрей Гончаров подчеркнул, что знаменательным событием стала видеотрансляция демонстрации возможностей группировки войск ПВО с полигона Ашулук на полигон Алабино.
– Помимо того, что при отражении ударов противника был применён полученный в Сирии опыт, следует отметить, что демонстрация тактических эпизодов, последовательно разыгранных на двух разных полигонах, расположенных в нескольких тысячах километров друг от друга, является новой и уникальной практикой динамической программы форума, – сказал он.
Ночные гонки беспилотников
Добавим, что генерал-майор Андрей Гончаров дал старт ночным гонкам беспилотников, которые впервые состоялись на территории Конгрессно-выставочного центра «Патриот» в рамках международного чемпионата по «Дронбиатлону». За победу в необычном соревновании боролись команды из России, а также совместная команда Турции и Объединённых Арабских Эмиратов.
«Дронбиатлон» – один из самых высокотехнологичных конкурсов. Операторы при помощи джойстиков и шлемов виртуальной реальности управляют моделями самолётов, вертолётов и квадрокоптеров.
Как и в «Танковом биатлоне», дроны помечены разными цветами – красные, синие, жёлтые и зелёные. Скорости у беспилотников запредельные – дроны разгоняются до 150 км в час.
В пятом по счёту международном соревновании «Дронбиатлон-2020» все ступени пьедестала почёта заняли российские пилоты. Они не оставили ни единого шанса соперникам.
Двусторонние встречи
На полях форума «Армия-2020» продолжаются двусторонние встречи руководящего состава Министерства обороны РФ с главами военных делегаций иностранных государств. Так, 26 августа заместитель министра обороны РФ генерал-полковник Александр Фомин провёл переговоры с начальником главного управления вооружений и оборонных инвестиций министерства национальной обороны Греческой Республики генерал-лейтенантом Теодорасом Лайосом.
Стороны обсудили актуальные вопросы двустороннего сотрудничества. Кроме того, состоялся обмен мнениями по текущим проблемам региональной безопасности. Встреча прошла в обстановке дружбы и доверия и подтвердила обоюдный настрой на дальнейшее развитие российско-греческого военного сотрудничества.
Днём ранее состоялись переговоры генерал-полковника Александра Фомина с министром обороны Республики Гвинея-Бисау Санджи Фати. В ходе встречи стороны обсудили вопросы двустороннего военного и военно-технического сотрудничества. Особое внимание было уделено вопросам оказания российскими военными специалистами содействия в строительстве национальных вооружённых сил Гвинеи-Бисау. Подтверждён обоюдный настрой на продолжение разнопланового взаимодействия по линии военных ведомств.
В заключение встречи генерал-полковник Александр Фомин отметил важность российско-бисайского партнёрства для обеспечения стабильности и региональной безопасности в Африке.
В интересах ОДКБ
В рамках форума «Армия-2020» впервые прошёл круглый стол на тему «Состояние, подходы и механизмы при оснащении Коллективных сил оперативного реагирования Организации Договора о коллективной безопасности современными образцами вооружения, военной и специальной техники». Мероприятие состоялось под руководством начальника объединённого штаба ОДКБ генерал-полковника Анатолия Сидорова. В круглом столе приняли участие представители Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству России, оборонных ведомств, МВД, МЧС и других силовых структур государств – членов ОДКБ, занимающихся военно-техническим сотрудничеством, а также делегации секретариата и объединённого штаба ОДКБ.
Выступая на круглом столе, заместитель генерального секретаря ОДКБ Пётр Тихоновский заявил, что в настоящее время ведётся работа по актуализации проекта плана оснащения Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР) современными вооружением и военной техникой.
– Документ предусматривает последовательное оснащение Коллективных сил оперативного реагирования с использованием потенциала военно-промышленного комплекса государств – членов ОДКБ, а также механизма военно-технической помощи на двусторонней основе, – сказал Пётр Тихоновский. Он также отметил, что важным фактором в этой работе является обеспечение технической совместимости вооружения, военной и специальной техники и средств связи.
Участники круглого стола обсудили вопросы поддержания вооружения, военной и специальной техники в состоянии, обеспечивающем высокую боевую готовность КСОР ОДКБ, создания соответствующих сервисных центров по обслуживанию вооружения, военной и специальной техники на территориях государств – членов ОДКБ и закупок однотипного вооружения и техники.
Подводя итоги круглого стола, генерал-полковник Анатолий Сидоров отметил, что результатом должны стать согласованные предложения по решению существующих проблем и определение основных направлений совершенствования работы по оснащению КСОР ОДКБ современными образцами вооружения, военной и специальной техники.
Виктор Худолеев, «Красная звезда»
Александр Александров, «Красная звезда»
Владимир Кузарь, «Красная звезда»
Хайшенвэй вместо Владивостока: Китай начинает заявлять претензии на Приморье
Не успела столица Приморья отпраздновать 160-летие со дня основания, как китайцы стали всерьез заявлять, что на самом деле это их земля.
Алексей Колосков обратил внимание на проблему, появление которой рано или поздно стоило ожидать. Отчасти она похожа на проблему Крыма, и китайцев, которые вынуждены были расстаться со своими землями в позапрошлом веке после поражения в войне с западными державами, понять можно:
«Последнее время все чаще стали поступать новости, что Китай отказывается от российского газа, российского угля. Власти этой страны полностью игнорируют российские предложения о выделение кредита на различные экономические проекты на территории нашей страны. Тут ничего удивительного нет, значит китайцам это просто не выгодно. Опасаться надо немного других событий…
В июле этого года между нашими странами произошел небольшой дипломатический конфуз, который не получил такого широкого обсуждения в СМИ, но который на самом деле показывает истинное лицо Китая и его планы на российскую территорию, а точнее на Владивосток.
2 июля Владивосток праздновал 160-летие с момента его основания. По этому поводу российское посольство на своей официальной страничке популярной китайской социальной сети Weibo опубликовало на первый взгляд совершенно простую заметку:
«Сегодня Владивосток празднует 160-летие. Владивосток был основан в 1860 году, когда русские построили на этом месте морской порт, названный «Владивостоком» (буквально значит «Владеть Востоком»). В конце XIX века Владивосток разросся до крупного порта и промышленного города. Сегодня здесь базируется ВМФ России на Дальнем Востоке», — сказано в публикации.
Неожиданно среди китайцев прокатилась волна возмущения этим посланием. Причина очень простая, многие китайцы придерживаются мнения о том, что Владивосток расположен на земле, уступленной Пекинским договором, и что Хайшенвэй был китайским городом, переименованным во Владивосток.
Прикольно то, что эту версию также озвучил на своей страничке в социальной сети китайский дипломат из посольства в Исламабаде. Вроде бы и не большой чиновник, но в то же время официальное лицо.
Но ситуация становится все более напряженной, ибо недавно в Китае была выпущена географическая карта, и там вместо Владивостока расположен китайский Хайшенвэй.
Совершенно очевидно, что Китай четко обозначил свое мнение, что Владивосток входит в круг его национальных интересов.
Но пока мы считаемся партнерами, и даже объединились в едином порыве против заклятого врага Америки. Но очевидно, что в какой-то момент у Китая могут изменится планы, и он вполне официально может заняться решением проблемы Владивостока.
Кстати, а что наши дипломаты? А они на этот выпад китайских пользователей интернета скромно промолчали…
Так что отказ от газа и угля это фигня, с теми терками, которые у нас могут быть с китайцами в будущем, и не замечать эту проблему глупо…
Посол многовековой культуры
Артефакты из ранней истории китайского чая свидетельствуют о его взаимосвязи с развитием цивилизации
Текст: Ван Кайхао
Для миллионов людей в таких странах, как Китай, Великобритания, Индия, Япония, Пакистан, Шри-Ланка, чай - это не только традиция, но и источник спокойствия, духовности и удовольствия. Чтобы глубоко изучить роль чая в мировой истории, начать лучше всего с Китая.
Благодаря разнообразному климату в стране произрастает множество его сортов. Почти в каждой провинции есть свой характерный сорт, например, сихулунцзин (провинция Чжэцзян), сучжоубилочунь (провинция Цзянсу) и хуаншаньмаофэн (провинция Аньхой).
На юге Китая, где распространена кантонская культура, люди часто приветствуют друг друга словами "пойдем выпьем чаю". Так что чай - это не просто напиток, а скорее образ жизни.
В Китае история чайной культуры насчитывает около трех тысяч лет. Она началась там, где сегодня находятся провинции Юньнань и Гуйчжоу, и постепенно распространилась на северо-восток.
Самый древний в Китае образец чая был найден в усыпальнице императора династии Западная Хань (206 год до н.э. - 24 год н.э.) Лю Ци. Наиболее древний из известных сегодня чайный прибор обнаружили в 1200-летнем подземном дворце в буддийском храме Фамэнь в уезде Фуфэн провинции Шэньси.
Изящный серебряный с позолотой чайный прибор, состоящий из шкатулок для хранения чая, сосуда с ситечками, чайной мельницы, ложек и других приспособлений, принадлежал императору династии Тан (618-907) Ли Сюаню, который правил с 873 по 888 год и даровал этот прибор храму в знак почитания Будды.
Сейчас прибор можно увидеть на выставке, которая открылась в мае в Историческом музее провинции Шэньси в ее административном центре - городе Сиане. Во времена династии Тан он был известен как Чанъань, тогда он являлся столицей Китая и одним из самых крупных городов в мире.
Научный сотрудник Исторического музея и специалист по истории чая Лян Гуйлинь говорит, что первый известный ученым чай обрабатывали паром, высушивали, а потом размалывали и спрессовывали в лепешки. В императорский дворец их доставляли в шкатулках. "Когда люди собирались пить чай, они ломали эти лепешки на мелкие кусочки и размалывали в порошок", - говорит Лян. Просеянный чайный порошок затем засыпали в кипящую воду и добавляли соль. По словам Ляна, время кипения методично рассчитывали, чтобы чай не был "слишком слабым" или "слишком крепким". "Этот чайный прибор доказывает, что чайные церемонии зародились в Китае, и являет собой физический образец того, что записано в "Чацзин" (Чайном каноне)", - говорит он.
Этот первый в истории трактат о чае, составленный мудрецом Лу Юем, впервые увидел свет в 780 году. В нем изложена исчерпывающая информация о том, как выращиваются, обрабатываются, оцениваются, завариваются и дегустируются различные сорта чая, а так же, как следует разрабатывать и производить чайные приборы. "В нем отмечается, что высшие слои общества стали впоследствии ценить церемониальное значение чая", - говорит Лян.
До появления "Чайного канона" обычные китайцы скорее не пили чай, а ели его. "Люди делали из чая суп. Кроме соли, в него добавляли имбирь, перец, мяту, апельсиновую цедру и другие специи", - говорит Лян. Это, вероятно, объясняет, почему чай с солью и маслом распространен в некоторых регионах нынешнего южного Китая.
Во времена династии Сун (960-1279) церемония изменилась, и люди стали наливать кипящую воду в пиалу с чайным порошком. Эту практику позаимствовали в Японии, где и теперь так заваривают чай матча (особый вид зеленого чая. - Ред.).
"Чайные состязания", в ходе которых определяли лучших чайных мастеров, стали популярны во всем Китае. Император Хуэйцзун (1082-1135) - слабый правитель, но прекрасный художник - был ярым поклонником таких состязаний. Он написал "Трактат о чае", оставив таким образом ценные исторические свидетельства о чайной промышленности того периода.
Во времена династии Мин (1368-1644) чайная церемония упростилась, и водой стали заливать нескрученные листья. Так продолжают делать и сегодня. "В эпоху Мин чай обрабатывали, обжаривая на сковороде и обезвоживая, а затем скручивали и высушивали", - говорит Лян. "Окисления избегали, сохраняя оригинальный вкус зеленого чая. В истории производства чая эта технология стала большим шагом вперед, и такой метод является в Китае основным по сей день".
Изучая развитие китайской чайной культуры, Лян пришел к выводу, что чайные листья - это больше, чем просто основа для напитков. "Чай - это свидетельство того, как в Китае различные культуры сливаются друг с другом, он - словно посол, несущий китайскую культуру в мир. Кроме того, он олицетворяет философию и эстетику китайского народа и выражает гармонию и элегантность".
Уход США сталкивает интересы России и Китая в Афганистане
Автор: Игорь Субботин
Делегация правительства Афганистана отправляется 12 августа в Катар с тем, чтобы подготовиться к запланированным через четыре дня прямым переговорам с движением «Талибан» (запрещено в РФ). В то время, когда основной гарант мирных договоренностей – США – продолжает вывод контингента из Исламской Республики, переосмысливая сроки, региональные игроки, похоже, обсуждают новую конфигурацию сил в Южной Азии, которой теперь уже вряд ли помешают иностранные войска. Так происходит в контактах между Китаем и Пакистаном, которых подозревают в создании полноценной стратегической оси в Афганистане. Эксперты предупреждают: пакистано-китайский союз вряд ли обрадует Россию.
Разведывательный альянс
Китай и Пакистан заключили беспрецедентную договоренность об обмене разведданными, свидетельствуют новые оценки американских спецслужб, с которыми удалось ознакомиться новостному журналу U.S. News & World Report. Такой вывод США, в частности, сделали из качественно новых контактов между силовыми ведомствами двух стран.
Так, по этим сообщениям, КНР предоставила министерству обороны Пакистана доступ к одной из наиболее секретных встреч в военной сфере. Речь идет о переговорах Объединенного комитета начальников штабов (входит в Центральный военный совет Китая), куда, как правило, допускались только высокопоставленные китайские руководители, подчеркивает U.S. News & World Report. В связи с тем, что Пекин осознает необходимость пакистанского опыта в том, что касается ситуации в Афганистане, а также действующих там группировок, которые теперь, похоже, будут определять судьбу страны, он пригласил одного из старших офицеров вооруженных сил (ВС) Пакистана присутствовать на этих переговорах в качестве наблюдателя.
«В разведывательном сообществе начинает проясняться реальное положение дел, – цитирует U.S. News & World Report высокопоставленного американского источника. – Мы покидаем Афганистан, но кому мы его оставляем?». Разведсообщество США не может не впечатлять информация о том, что Китай и Пакистан даже возложили обязательства на командиров «Талибана» не предоставлять убежище или поддержку мусульманам-уйгурам из находящегося по соседству Западного Китая. Эта договоренность, подчеркивают собеседники издания, в разы превосходит любые уступки, которые афганские повстанческие группировки когда-либо делали американцам по поводу присутствия «Аль-Каиды» (запрещена в РФ) в Афганистане.
Сохранение критических возможностей
США настроены решительно в отношении своего присутствия в Афганистане. Так, Вашингтон проинформировал союзников о деталях сокращении численности американских военных в Афганистане в рамках миротворческой миссии НАТО «Решительная поддержка». Об этом говорится в представленном накануне членам Бундестага докладе министерства обороны и министерства иностранных дел ФРГ. В докладе цитируется представитель администрации президента США, который довел до сведения германской стороны, что «США до конца ноября 2020 года сократят войска в Афганистане до менее чем 5 тыс. солдат». По непубличным каналам американская сторона уведомила об этом своих планах партнеров по НАТО еще два месяца назад.
«Критические возможности США по-прежнему будут находиться в распоряжении», — оценивают ситуацию германские ведомства. Поэтому, с точки зрения германского правительства, расквартированный на севере Афганистана контингент Бундесвера по-прежнему сможет беспрепятственно выполнять свой мандат. «Правительство ФРГ считает, что дальнейшее сокращение сил должно зависеть от существенного прогресса в мирном процессе, — говорится в докладе минобороны и МИД Германии для парламентариев. – К этому относится обязательство «Талибана» снизить уровень насилия, выступить против международного терроризма и начать мирные переговоры с афганским правительством».
Риски пакистано-китайского альянса
Новое качество контактов между Китаем и Пакистаном отражает давнюю политику Пекина по укреплению связей с Исламабадом для защиты своих экономических интересов и интересов в сфере безопасности в Афганистане, а также новые настроения в Китае в связи с уходом иностранного контингента, заявил порталу «Афганистан.Ру» директор Центра военно-политического анализа Гудзоновского института Ричард Вайц, который также представляет международный дискуссионный клуб «Валдай». «В связи с этим у Пекина есть как проблемы, так и возможности восполнить этот пробел», – пояснил аналитик.
«Китай расширяет свою роль в Афганистане при помощи Пакистана из соображений обороны, из необходимости защищать свою безопасность и из экономических интересов, а также из наступательных соображений, чтобы еще больше расширить свое влияние в Южной Азии, что выгодно с точки зрения его соперничества с Индией, – отмечает Вайц. – Один из рисков заключается в том, что российские государственные структуры, которые также расширяют свои связи в Афганистане в свете сокращения американского присутствия и роста террористической угрозы, будут негативно воспринимать рост китайского влияния в Афганистане». Однако до сих пор Москва и Пекин умели находить согласие, как умели находить согласие Москва и Исламабад, заключает эксперт.
Автор: Игорь Субботин
«Талибан» уходит из сферы влияния Пакистана
Представители движения «Талибан» (запрещено в РФ) провели переговоры в Исламабаде с пакистанским руководством. В центре внимания были вопросы, связанные с будущим Афганистана после ожидающегося ухода иностранного военного контингента, который предусмотрен февральским соглашением с США в Катаре. Несмотря на то, что Пакистан накануне внес верхушку движения в свои санкционные списки, это не помешало сторонам обсудить все проблемные зоны. В исследовательской среде утверждают, что талибы всерьез обеспокоены своим имиджем пропакистанского движения.
Визит в условиях санкций
Делегация «Талибана» во главе с муллой Абдул Гани Барадаром посетила 25 августа офис пакистанского министерства иностранных дел. В ходе переговоров с шефом пакистанской дипломатии Шах Мехмудом Куреши произошел обмен мнениями по поводу состояния мирного процесса, который ведется под эгидой США, а также по поводу мер безопасности в условиях ухода иностранных военных, следует из коммюнике МИД Исламской Республики. Глава дипломатического ведомства подчеркнул, что для афганского конфликта нет военного решения и что договоренности между талибами и США нуждаются в скорой имплементации. Их выполнение должно привести к началу межафганских переговоров, отмечается в сообщении МИД Пакистана.
Переговоры в Исламабаде были интересны тем, что в этом месяце пакистанское руководство ввело санкции против лидеров «Талибана». В «черные списки» попали десятки лиц, в том числе главный переговорщик движения мулла Барадар и несколько видных представителей «Сети Хаккани». Ограничения Пакистана затронули и другие радикальные группировки – в соответствии с решениями ООН. Источники агентства Associated Press отмечали, что указ о санкциях был принят, чтобы избежать попадания Пакистана в стоп-лист Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег, которая, помимо всего прочего, отслеживает деятельность и финансирование группировок, признанных террористическими на международном уровне.
Меняющаяся позиция талибов
В разговоре с порталом «Афганистан.Ру» старший аналитик Международной кризисной группы Эндрю Уоткинс, который занимается проблемами афганского конфликта, заявил, что пакистанские санкции в отношении лидеров «Талибана» представляют собой только запоздалое применение ооновских ограничительных мер, не соблюдая которые Пакистан рисковал бы потерять международную помощь и наработанные торговые связи. «Время (когда происходит визит талибов. – «Афганистан.Ру») также, вероятно, связан со способностью Пакистана убедить США в том, что он «делает достаточно», чтобы усадить талибов за стол переговоров и указать им на необходимость принимать участие в мирных переговорах по существу», – заявил Уоткинс.
«Санкции не обязательно сигнализируют о значительном сдвиге в позиции страны или в ее подходе к талибам, – говорит аналитик. – Во всяком случае мы видим более интересную позицию руководства «Талибана» – с точки зрения налаживания связей. Именно «Талибан» попытался переместить более половины своего высшего руководящего совета в политический офис в Дохе. Это заметно выведет большую часть лидеров движения из пакистанского укрытия (и, возможно, отчасти из-под влияния Исламабада). Что касается внутриафганского диалога, «Талибан» показал: его беспокоит идея, что он находится под влиянием или контролем Пакистана». Это противоречит его оправданию «джихада», которое сводится к войне против влияния иностранцев, говорит эксперт.
Новая тактика в Афганистане
Тем временем в Афганистане талибы, похоже, решили совершить тактический сдвиг, перейдя от политики атак с массовыми жертвами к проведению небольших, но многочисленных нападений, которые призваны подорвать авторитет афганских сил безопасности. Частые целенаправленные нападения газета The New York Times назвала «медленной осадой» Кабула. Член комитета по безопасности афганского парламента Мохаммед Ариф Рахмани заявил накануне, что талибы воодушевились заключением соглашения с Соединенными Штатами и практически безусловным согласием Вашингтона на вывод войск. Свою роль в значительной степени играет прекращение работы американской авиации, которая имела решающая значение для безопасности.
Афганские официальные лица признают, что в пригородах столицы «Талибан» имеет ресурсы, которые необходимы для проведения подобных мелких и быстрых нападений. Один из представителей сил безопасности Афганистана заявил The New York Times на условиях анонимности, что существование сети симпатизантов группировки в Кабуле и прилегающих к нему районах делает уязвимыми городские кварталы. Вероятно, именно поэтому выполнение прозвучавшего ранее в Кабуле предварительного требования к талибам прекратить насилие перед потенциальным стартом внутригражданского диалога не может быть обеспечено принудительными мерами. По-видимому, начало межафганских переговоров зависит только от давления внешних сил.
![Главное](/images/star.png)
Военная мощь Ирана превосходит мощь Израиля, Пакистана и Саудовской Аравии
Согласно обзору Global Fire Power (GFP), опубликованному в США, потенциальная военная мощь Ирана превосходит мощь сионистского режима и таких стран, как Пакистан и Саудовская Аравия.
Базирующаяся в США организация Global Fire Power (GFP) ежегодно публикует аналитический обзор данных о 138 современных военных державах. Рейтинг GFP основан на потенциальном военном потенциале каждой страны на суше, на море и в воздухе.
В своем последнем обзоре GFP поставил Иран на седьмое место на огромном азиатском континенте с точки зрения военного сдерживания, в то время как такие страны, как Россия, Китай и Индия, занимают первое-третье место.
В отчете GFP также добавлено, что с точки зрения потенциальной военной мощи Иран превосходит Израиль и такие страны, как Пакистан и Саудовская Аравия, и имеет преимущество над ними.
Исследования показывают, что эти упомянутые страны являются крупнейшими производителями и покупателями боевого оружия в регионе, и их военная мощь в основном определяется этим фактором. Например, согласно обзору GFP, только военный бюджет Саудовской Аравии на 2020 год оценивается в 56 миллиардов долларов, а оборонный бюджет Индии составляет 61 миллиард долларов.
Начальник штаба израильской армии недавно объявил, что утвержденный израильским правительством оборонный бюджет составляет 29 миллиардов долларов и что режим также получил от США военную помощь на 38 миллиардов долларов, что в целом составляет около 67 миллиардов долларов.
Между тем оборонный бюджет Ирана в этом году составил около 70 миллиардов томанов или 14 миллиардов долларов, что почти на треть или даже меньше, чем у всего бюджета упомянутых стран.
Согласно «20-летнему национальному плану видения Ирана», страна должна стать первой военной державой в регионе Западной Азии к 2025 году. Учитывая недавний отчет GFP и поразительный военный прогресс Ирана, несмотря на жестокие санкции, страна уже занимает второе место в регионе Западной Азии и кажется, что это 20-летнее национальное видение реализуется даже раньше, чем предполагалось.
На 2020 год Иран занимает 14 место из 138 среди стран, рассматриваемых для ежегодного обзора GFP. В рейтинг, конечно же, не включена военная мощь Корпуса стражей Исламской революции.
Обзор рассматривает несколько факторов для ранжирования, в том числе количество оружия, численность персонала, разнообразие природных ресурсов, географию, логистические возможности и местное военное оружие.
В окончательном рейтинге также учитываются 8 факторов, включая людские ресурсы, финансы, логистика, природные ресурсы, география, военно-воздушные силы, военно-морские силы и сухопутные войска.
Тем не менее, GFP добавляет, что в тех случаях, когда официальные цифры не были доступны (например, некоторые данные по Северной Корее), обзор дал оценочные цифры.
Иран занимает 7-е место в Азии в оборонном секторе благодаря множеству достижений, наиболее важные из которых относятся к таким направлениям, как «строительство отечественных передовых дронов», «строительство местных фрегатов, танков и вертолетов», «строительство различных видов боевых машин», "ракеты (крылатые и баллистические)", "производство легкого военного оружия", "седьмая ракетная держава в мире"," одна из двух стран в мире, производящих суперкавитирующие торпеды и одна из пяти страны мира, разрабатывающая подводные лодки.
Турецкий марш
Обостряется военно-политическая ситуация в Восточном Средиземноморье
Николай Коньков
Продолжает обостряться военно-политическая ситуация в Восточном Средиземноморье.
На этот раз причиной обострения стали проблемы, связанные с освоением крупных (до 122 трлн. куб. м) подводных месторождений газа, которые каждая из стран этого региона стремится в максимальной мере «застолбить» за собой, что привело к спорам по делимитации морских границ. С начала августа произошло несколько значимых событий. 1 августа вступило в силу франко-греческое соглашение о сотрудничестве в области обороны. 6 августа Афинами и Каиром было подписано соглашение о демаркации морских границ и установлении исключительных экономических зон, прямо противоречащее турецко-ливийскому меморандуму по разграничению морских зон, ратифицированному Анкарой и Триполи ещё в декабре 2019 года, но до сих пор не утверждённому в ООН. Турция заявила о том, что не признаёт греко-египетский вариант раздела акватории Восточного Средиземноморья и будет отстаивать свои интересы «в соответствии с международным правом». На практике это означало проведение турецкой стороной геологоразведочных работ в спорных водах, причём туда были выдвинуты военные суда под красным флагом с полумесяцем. Ответные действия со стороны Греции привели к инциденту 13 августа, когда в районе Эгейского моря, где турецким исследовательским судном Oruc Reis проводилось пробное бурение, греческий фрегат Limnos «задел» турецкий Kemalreis.
Произошло это буквально на следующий день после того, как состоялся телефонный разговор Эммануэля Макрона с премьер-министром Греции Кириакосом Мицотакисом, в ходе которого французский президент заявил о своей поддержке позиции Афин и переброске двух военных самолётов на авиабазу Андреас Папандреу у города Пафос (Кипр).
Таким образом, против Турции складывается весьма мощная коалиция, в которой первые роли играют Греция, традиционно воспринимающая любое усиление Анкары как прямую угрозу для своей национальной безопасности, Кипр, с 1974 года лишённый из-за турецкого вторжения значительной части своей территории, Франция и Египет, а за их спиной вполне отчётливо просматриваются США, Израиль и Саудовская Аравия вместе с рядом «нефтяных монархий» Персидского залива. И даже ставший на время мировой «новостью номер один» взрыв в порту Бейрута с вмешательством в ситуацию всё того же Макрона можно рассматривать в контексте данного конфликта, поскольку правительство Ливана было весьма лояльным по отношению к Анкаре.
Тем не менее, Турция, которой отведена роль главного «возмутителя спокойствия» и чуть ли не «агрессора», отступать не собирается. И у неё, надо сказать, есть для этого все основания. С ноября 2017 года, благодаря сближению Турции с Россией, была создана «астанинская тройка» и легализовано присутствие турецких войск на территории Сирии. С 2018 года началось участие Турции в ливийском конфликте на стороне базирующегося в Триполи Правительства национального согласия во главе с Фаизом Сараджем, поставками в Ливию не только оружия, но и личного состава — в основном из числа приобретших военный опыт в Сирии протурецких боевиков. Только благодаря масштабному вмешательству Турции потерпел неудачу поход на Триполи Ливийской народной армии под командованием фельдмаршала Халифы Хафтара, который опирается на поддержку Египта и Саудовской Аравии. При этом в Анкаре продемонстрировали готовность пойти на открытое столкновение даже с Францией.
Принятый Эрдоганом новый внешнеполитический курс почти сразу принёс Анкаре нормализацию отношений не только с Москвой, но и с Тегераном, а также ощутимое улучшение отношений с Пекином. Китай теперь рассматривает Турцию в качестве одного из важнейших стратегических партнёров в реализации своего геополитического проекта «Один пояс, один путь» и чуть ли не главного «моста в Европу», а следовательно — привлекательную зону для своих инвестиций. Кроме того, как уже отмечалось выше, турки получили гарантированную «зону влияния» в Сирии (которую всеми силами пытаются расширить, в том числе — в Идлибе) и значительно большую «свободу рук» в решении курдского вопроса. Также Турция может рассчитывать на определённую поддержку со стороны Германии, где весьма значительна турецкая диаспора и где, по большому счёту, не рады попыткам «протеже Ротшильдов» Макрона сделать Францию лидером континентальной «единой Европы». Россия, как известно, реализует с Турцией целый ряд крупных экономических проектов, включая АЭС «Аккую», газопровод «Турецкий поток», поставки российского оружия (самый крупный и знаковый контракт — продажа ЗРК С-400), открытие продовольственного, туристического и ряда других рынков РФ для турецких товаров и услуг.
На примере Турции хорошо видна современная политическая стратегия России: опосредовать интересы своих партнёров и использовать их действия для достижения собственных целей, не «зацикливаясь» на второстепенных противоречиях (например, в ситуации со статусом Крыма). Так, интересы Анкары учитывались при урегулировании сирийского конфликта в формате «астанинской тройки» (ослабление влияния США на «Большом Ближнем Востоке» – от Марокко до Пакистана), при модерации армяно-азербайджанского конфликта (сохранение российско-ирано-турецкого взаимодействия), в ходе ливийского конфликта (усиление противоречий внутри НАТО) и т. д.
В итоге, оценивая ситуацию в Восточном Средиземноморье, можно сказать, что Турция сейчас и на ближайшую перспективу занимает здесь более предпочтительные позиции, чем формально превосходящая её по мощи антитурецкая коалиция.
Стоимость иранского экспорта лекарственных растений выросла на 120 процентов
Стоимость иранского экспорта лекарственных растений за первые четыре месяца текущего 1399 иранского календарного года (20 марта - 21 июля) увеличилась на 120 процентов по сравнению с тем же периодом прошлого года, сообщил высокопоставленный чиновник Организации содействия торговле Ирана ( TPO).
По словам Махмуда Базари, генерального директора Управления по координации экспорта сельскохозяйственных культур и продуктов перерабатывающей промышленности TPO, экспорт упомянутых продуктов также увеличился на 46 процентов в весовом выражении за указанные четыре месяца, сообщает ILNA.
По словам чиновника, среди экспортируемых товаров, которые стали свидетелями роста в указанный период, можно назвать асафетиду, семена фенхеля, семена кориандра и другие экстракты, которые были экспортированы в различные страны, такие как Турция, Индия, Пакистан, Ирак и Германия.
Основными покупателями иранских лекарственных растений в указанный период были Пакистан, Турция и Ирак, добавил Базари.
Чиновник отметил, что за последние девять лет, экспорт лекарственных трав и растений увеличился более чем на 160 процентов.
Иран ежегодно зарабатывает около 500 миллионов долларов на экспорте лекарственных трав, из которых около 350 миллионов долларов приходится на шафран, а остальная часть приходится на другие лекарственные травы.
В Иране планируют построить 83 новых грузовых судна
Управляющий директор Организации портов и морского судоходства Ирана (PMO) Мохаммад Растад объявил о планах страны построить 83 новых грузовых судна, которые пополнят грузовой флот страны.
«Одним из основных направлений деятельности PMO является то, что 83 судна, необходимые в портах, будут построены за счет внутренних мощностей и энергии в рамках большого проекта стоимостью 240 миллионов евро, который может привести к процветанию морской отрасли и созданию рабочих мест», - рассказал Растад в понедельник, сообщает Fars News.
Он также подчеркнул планы создания гигантского порта на Макранском побережье для увеличения морских перевозок Ирана в международных водах и океанах, заявив, что новый порт обязательно будет построен в районе Макрана.
«Береговая линия Макрана может сыграть особую роль в будущем морского товарооборота», - сказал Растад.
Макран - это полупустынная прибрежная полоса на юге Синда и Белуджистана, в Пакистане и Иране, вдоль побережья Персидского и Оманского заливов.
В ноябре 2014 года верховный лидер Исламской революции аятолла Сейед Али Хаменеи упомянул о протяженных водных границах страны с другими странами и об обширных инвестициях врагов в эти регионы и подчеркнул необходимость дальнейшего развития береговой линии Макрана на юго-востоке Ирана.
Иран экспортировал кондитерских изделий на сумму более 152,89 млн. долларов
Иран экспортировал сладостей, шоколадных конфет и печенья на сумму более 152,89 миллиона долларов в 56 стран за первые четыре месяца текущего 1399 иранского календарного года (20 марта - 21 июля), рассказал официальный представитель Таможенного управления Исламской Республики Иран (IRICA).
По словам Рухоллы Латифи, экспорт упомянутых товаров за указанный период составил 39 588 тонн, сообщает IRIB.
Между тем, иранские производители также экспортировали 106 336 тонн сухого хлеба, теста, печенья, вафель и других зерновых продуктов на сумму 94,883 миллиона долларов в 53 страны за этот период, сообщил представитель IRICA.
Норвегия, Нидерланды, Австралия, Германия, Австрия, Канада, Малайзия, Япония, Польша, Джибути, Армения, Россия, Пакистан, Кувейт, Кот-д'Ивуар, Катар, Кыргызстан, Швейцария, Китай, Бахрейн, Ирак, Таджикистан, Сомали, Йемен, ОАЭ, Афганистан, Беларусь, Нигер и Оман были одними из основных направлений иранских сладостей и шоколадных конфет.
По словам Латифи, кондитерская и шоколадная промышленность в Иране за последние 20 лет вступили в новую фазу прогресса с развитием технологий и использованием современного оборудования.
Эти события привели к расширению экспортных рынков страны для кондитерских изделий и сладостей по всему миру, сказал он, добавив: «Это указывает на то, что Иран имеет глобально приемлемые продукты в этом секторе и имеет потенциал конкурировать с другими странами в этой области, а также прекрасную возможность увеличить экспорт в этом отношении».
Нормализация отношений между ОАЭ и Израилем ускорит ликвидацию сионистского режима
Главный советник лидера Исламской революции Али Акбар Велаяти осудил недавнюю нормализацию отношений между ОАЭ и Израилем, заявив, что такой шаг только ускорит ликвидацию сионистского режима.
В записке, опубликованной в субботу, Велаяти назвал соглашение между ОАЭ и Израилем прискорбным, предсказав, что оно приведет к изоляции и отчуждению Абу-Даби от остального мусульманского мира, сообщает Tehran Times.
Он сказал, что решение ОАЭ нормализовать отношения с Израилем было послушным актом в пользу президента США Дональда Трампа, который добивается переизбрания, и премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху.
По словам Велаяти, США потерпели ужасное поражение, навязывая в этом году протель-авивскую схему «Сделки века».
И Вашингтону и его союзникам не удалось сломить Оси сопротивления в Иране, Ираке, Сирии, Ливане и Йемене, добавил он.
В четверг, Израиль и ОАЭ достигли соглашения, которое приведет к полной нормализации дипломатических отношений между двумя сторонами.
О сделке было объявлено после телефонного разговора между Трампом, премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и шейхом Мохаммедом бен Зайедом Аль Нахайяном, наследным принцем Абу-Даби, как сообщает Aljazeera.
Президент Ирана Хасан Рухани в субботу предупредил Абу-Даби, что это соглашение никогда не должно подготовить почву для присутствия сионистского режима в Персидском заливе.
Член парламентского комитета по национальной безопасности и внешней политике сказал, что ОАЭ должны знать, что они являются главным проигравшим в соглашении, которое не принесет положительного результата для этой арабской страны.
Вахид Джалалзаде сказал, что людей арабского мира следует рассматривать отдельно от их правителей, которые снова подверглись шантажу со стороны сионистов.
Джалалзаде сказал, что этот шаг стал результатом усилий Соединенных Штатов, которые всегда стремились наладить связи арабских стран с Израилем.
«Саудовская Аравия также является четвертой стороной США, сионистского режима и ОАЭ, но по какой-то причине она не хочет обнародовать этот вопрос и объявлять, что она перешла "красную черту", но все знают, что Саудовская Аравия также в этом», - добавил он.
Посол Ирана в Исламабаде Сейед Мохаммад Али Хоссейни также назвал этот шаг предательством палестинцев.
«Неутешительное и достойное осуждения решение о нормализации отношений с Extravagant Occupier #israil дорого обойдется исламскому миру», - сказал Хоссейни в своем Твиттере в воскресенье.
«Региональное уравнение - это не Трамп», - добавил Хоссейни.
В другом твите Хоссейни написал, что от лицемерного поведения плестинцы пострадали больше всего на свете.
«История зафиксирует такое предательство», - добавил он.
![Главное](/images/star.png)
АВТОРСКАЯ КОЛОНКА АЛЕКСАНДРА НОВАКА ДЛЯ ЖУРНАЛА «ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА»
Угольная промышленность России: история на века
Угольная промышленность, как и другие отрасли ТЭК, столкнулась с экономическими последствиями пандемии коронавируса в мире. Если по итогам 2019 года добыча угля в России достигла рекордных значений и превысила 440 млн тонн, с начала 2020 года мы наблюдаем снижение основных производственных показателей. При этом наша страна остается одним из лидеров на рынке угля и входит в тройку ведущих мировых экспортеров, а отрасль в целом по-прежнему занимает значимое место в экономике Российской Федерации и продолжает оставаться одной из ведущих в мировом энергобалансе. В этой связи усилия Минэнерго России, отраслевых компаний направлены на дальнейшее успешное развитие отрасли и сохранение устойчивых позиций на мировом рынке.
С XVIII по XXI век
В России история угольной отрасли началась в XVIII веке. Изначально «черное золото» использовали в кузнечном и железоделательном производствах. В первой четверти XIX века на территории нашей страны уже были открыты основные угольные бассейны, а к 30-40-ым годам XX столетия угольная промышленность России сформировалась как крупнейшая сырьевая базовая отрасль страны.
На сегодняшний день угледобычей в Российской Федерации занимаются 57 шахт и 130 разрезов, переработка и обогащение угля осуществляется на 64 обогатительных фабриках и установках. При этом крупнейший угледобывающий регион России и мира – Кузбасс – обеспечивает почти 60% всей угольной продукции в России.
К настоящему времени в результате проведенных реформ угольная промышленность России стала первой и единственной отраслью ТЭК, полностью представленной частным капиталом. Угольные предприятия являются градообразующими для более 30 городов и поселков Сибири и Дальнего Востока общей численностью более 1,5 млн человек. На предприятиях угольной промышленности занято почти 150 тысяч человек и еще 500 тысяч в смежных отраслях - железнодорожной, портовой, вагоностроительной и других.
Уголь - основной груз для перевозок РЖД, его доля в грузообороте естественной монополии выросла за 10 лет с 35% до 44%. Экспортные поставки угля – 220 млн тонн по итогам 2019 года - стали пятой статьей по объему валютных поступлений в бюджет страны после нефти, нефтепродуктов, газа и черных металлов. Российские угольные компании обеспечили 38% всего прироста международной торговли углем. Доля Российской Федерации на мировом рынке с 1997 года выросла в 4 раза и достигла 15%.
С 2010-х годов активно продолжается развитие традиционных центров угледобычи – в Кузбассе, Хакасии и Красноярском крае. Осваиваются новые перспективные месторождения и создаются новые центры угледобычи в Якутии, Хабаровском крае, в Забайкалье, Бурятии и на Сахалине. Строятся новые и наращиваются мощности действующих угольных терминалов в российских портах Дальнего Востока, в Азово-Черноморском и Арктическом бассейнах.
В результате с 2011 по 2019 год отрасль демонстрировала положительную динамику по всем основным показателям. Объем добычи увеличился на 30%, производительность труда - в 1,5 раза. Обновляются рекорды, в том числе мировые, по нагрузкам на используемое оборудование: только за два прошедших года их было установлено семь. Растет благосостояние горняков, за 8 лет средняя заработная плата увеличилась на 80%.
Особое внимание Минэнерго России сосредоточено на обеспечении безопасности работников отрасли. За последние три года не допущено ни одной крупной аварии на шахтах, снижается уровень травматизма на производстве.
Год 2020: COVID-19
Несмотря на значительные успехи, достигнутые в предыдущие годы, и высокий уровень стабильности отрасли, сегодня мы наблюдаем замедление активности на мировых рынках угля. Это имеет особое значение в свете того, что именно экспорт угля в последние годы стал драйвером развития отрасли. Прирост экспорта из России с 2011 г. составил 56% от общего увеличения поставок на мировой рынок. Наша страна сегодня занимает третье место в мире по экспорту «черного золота», при этом ближайшие конкуренты – Индонезия и Австралия – увеличили экспорт на 29% и 20% соответственно, в то время как Россия – в два раза.
Однако по результатам первого полугодия 2020 года мы увидели снижение спроса и цен на уголь по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Значительную роль в этом сыграли меры, введенные в связи с пандемией коронавируса. В силу ограничения мобильности граждан, деловых коммуникаций в разы сократилась потребность в источниках энергии, в том числе и в угле. В то же время на ситуацию также влияют глобальные вызовы последних лет – усиление конкуренции, рост доли ВИЭ, газа, водородной энергетики в энергобалансах развитых стран в силу ужесточения климатической повестки. Снижение спроса наблюдается и на внутреннем рынке, что также связано с замедлением экономической активности в связи с пандемией.
Если говорить о цифрах, то по итогам II квартала 2020 года по сравнению с тем же периодом прошлого года поставки угля на внутренний рынок снизились на 11,6 %, на экспорт – на 5,6 %. Следствием сокращения спроса явилось снижение мировых цен на уголь, в частности, средняя цена на энергетический уголь в I квартале текущего года по сравнению с прошлым годом упала на 10 % (с $63 до $57 за тонну). Некоторые угледобывающие компании вынуждены снижать объемы добычи угля, чтобы реализовать переполненные складские запасы. Вследствие этого объем добычи по итогам II квартала снизился на 9,6 % к прошлому году. При этом в наибольшей степени снизили добычу угледобывающие регионы, находящиеся на значительном удалении от портов и пограничных переходов, прежде всего, Кузбасс. В то же время Забайкальский край, Республика Хакасия, Хабаровский край, Сахалинская область, то есть области, расположенные ближе к границе, смогли даже нарастить объемы добычи. Это говорит о том, что в восточном направлении уровень спроса в целом сохраняется.
Если прогнозировать среднегодовые значения, потребление угля на внутреннем рынке в 2020 году в целом может снизиться в пределах от 4 до 12 %, при этом постепенное восстановление спроса с небольшим ростом мы можем увидеть уже в IV квартале. Экспорт российского угля в текущем году может сократиться в диапазоне от 10% до 22 % в основном за счет западного направления.
В этой связи мы находимся в режиме непрерывного анализа различных сценариев развития ситуации в угольной отрасли и готовы к ответным мерам. В частности, у нас уже сформирован перечень системообразующих предприятий ТЭК, куда вошли также угольные компании. При необходимости отрасли в целом и конкретным предприятиям в частности могут оказываться меры государственной поддержки.
Кроме этого, согласно Постановлению Правительства РФ, с июня текущего года Минэнерго России утверждает план экспортных перевозок угольной продукции в восточном направлении из Кемеровской области – Кузбасса. Этот механизм будет способствовать повышению прозрачности и предсказуемости планирования производственных и инвестиционных программ российских угольных компаний, поддержанию их позиций на азиатских рынках и обеспечению стабильного наращивания перевозок угля в восточном направлении.
Перспективы развития
В среднесрочной перспективе мы намерены руководствоваться Программой развития угольной промышленности России до 2035 года, которая была утверждена Правительством в июне 2020 года. Ключевая задача основного стратегического документа отрасли - создание российским угольным компаниям при любой конъюнктуре и сценариях развития условий для стабильного обеспечения внутреннего рынка углем и продуктами его переработки, а также для укрепления позиций на мировом рынке угля.
При работе над документом мы учли основные параметры долгосрочного прогноза социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2036 года, проанализировали возможности и условия развития отечественных угольных компаний, их позиционирование на международном угольном рынке. В связи с влиянием глобальных вызовов и сформировавшихся ранее системных проблем, требующих разрешения, существенные изменения претерпели целевые ориентиры по развитию внутреннего рынка угольной продукции и по укреплению позиций российских угольных компаний на мировом рынке угля.
Мы сформировали два сценария развития отрасли – консервативный и оптимистический. При консервативном варианте мы исходим из возможной стагнации объемов потребления угля в отечественной электроэнергетике (на уровне 87 млн тонн), минимального уровня прогнозируемых цен на международном рынке энергетических углей. При таком развитии событий добыча угля в 2035 году вырастет до 485 млн тонн. Оптимистический же вариант предусматривает рост объемов добычи до 668 млн тонн в 2035 году и будет реализован при максимальных объемах потребления угля в отечественной электроэнергетике, определенных Генеральной схемой размещения объектов электроэнергетики до 2035 года (120 млн тонн) и более благоприятной конъюнктуры цен на энергетические угли. На практике же наиболее вероятным вариантом станет достижение средних значений между этими показателями.
Согласно Программе развития угольной промышленности, будущее угольной отрасли России во многом связано с новыми месторождениями и центрами угледобычи. Для расширения сырьевой базы и рационального недропользования запланировано совместное лицензирование «сдвоенных» участков недр, предусматривающее добычу угля на новых перспективных участках и одновременные обязательства по ликвидации действующих объектов горного производства. Такой подход уже используется в Кузбассе и его, по нашему мнению, целесообразно применить в других регионах и на межрегиональном уровне.
Наряду с технологической модернизацией действующего производства в традиционных угольных бассейнах (Кузбасс, Канско-Ачинский и Южно-Якутский бассейны и др.) и дальнейшим развитием новых центров угледобычи на Востоке страны (в Забайкальском крае, республиках Хакасия, Тыва и Саха (Якутия) предусматривается освоение в Красноярском крае угольных месторождений Таймырского бассейна (Малолемберовского и Сырадасайского угольных месторождений). Этому будет способствовать использование возможностей расширения Северного морского пути. При этом также увеличится доля регионов Восточной Сибири и Дальнего Востока в прогнозируемых объемах добычи угля - с 35% до 45-49% в 2035 году.
В обеспечении оптимальной территориально-производственной и технологической структуры производственных мощностей по добыче и переработке угля важная роль отводиться созданию взаимосвязанных технологических комплексов. Одновременно будет завершена ликвидация неперспективных шахт и разрезов.
В части внутреннего рынка предусмотрена реализация проектов строительства и модернизации объектов угольной генерации в Сибири и на Дальнем Востоке. Предполагается построить 7 новых угольных ТЭС и модернизировать 12 действующих.
Принципиальные изменения были внесены в подпрограмму «Обеспечение технологического развития угольной промышленности». Поставлены новые задачи по автоматизации и роботизации горных работ, внедрению технологий их геоинформационного обеспечения. Предусмотрено создание информационно- управляющих инфраструктур на основе развития промышленного интернета вещей, а именно комплексов «Умная шахта», «Интеллектуальный карьер», «Интеллектуальный транспорт и центры управления».
При этом в качестве приоритетных остались задачи по обеспечению промышленной и экологической безопасности. Также предполагается полный отказ от потенциально опасных технологий, прежде всего, на подземном способе добычи, обеспечение планомерной ликвидации шахт с особо опасными условиями, безусловную реализацию корпоративных программ по сохранению здоровья работников.
В области охраны окружающей среды предусматривается оптимизация нормативно-правовой и нормативно-методической базы и, наряду с ужесточением требований, стимулирование недропользователей к обеспечению экологической безопасности.
Что касается кадрового потенциала, в этой части предусматриваются механизмы социального партнерства, развития систем профобразования и повышения квалификации работников с учетом внедряемых технико-технологических инноваций, включая цифровизацию процессов. В этой связи предстоит завершить начатую работу по подготовке профессиональных стандартов рабочих и служащих. В качестве одного из индикаторов роста благосостояния населения угледобывающих регионов определено увеличение реальной заработной платы одного работника отрасли. Всех, безусловно, волнуют и проблемы реструктуризации угольной промышленности, включая, прежде всего, переселение шахтерских семей. Рассчитываем завершить процесс переселения горняков из ветхого жилья в течение ближайших нескольких лет.
Так как экспортная направленность угольного бизнеса выступает ключевым фактором развития угольной отрасли России, мы тщательно проанализировали текущую ситуацию в отрасли и сделали обобщение всех прогнозов развития мирового рынка угля по странам и регионам. Несмотря на ряд негативных сценариев и ситуацию с распространением коронавирусной инфекции, в средне- и долгосрочных прогнозах сохраняется динамика роста мирового потребления угля. Этому, в том числе, способствует технологическое развитие угольной энергетики – современные угольные станции обеспечивают сведение практически до нуля вредных выбросов в атмосферу.
При этом продолжится рост международной торговли. По оценке многих мировых аналитических агентств, общая международная торговля углем вырастет на 5-13% (с 1450 млн тонн в 2019 году до 1520-1640 тонн в 2035 году). Причем перспективы ее роста связаны, в первую очередь, с растущим (4-5% в год) рынком стран Азиатско-Тихоокеанским региона, на который приходится почти 80% всей международной торговли углем, в 1980 году этот показатель составлял 26%.
В последующие 10 лет спрос на импортный уголь в Азиатско-Тихоокеанском регионе может вырасти более чем на 150 млн тонн. Особенно быстрые темпы будут наблюдаться в Индии, Вьетнаме, Пакистане, Бангладеш, Филиппинах, Таиланде и в других странах Юго-Восточной Азии. Увеличение спроса будет также происходить в странах Африки и на Ближнем Востоке. Это обуславливает необходимость создания условий, прежде всего инфраструктурных, для доставки российского угля на растущие рынки.
В новой Программе мы предусмотрели рост экспортного потока в направлении АТР со 100 млн тонн в 2018 году до 237-252 млн. тонн в 2035 году, то есть в 2,5 раза. Общий объем экспорта в 2035 году при этом составит 259 млн. тонн при консервативном сценарии и почти 392 млн. тонн при оптимистическом сценарии. При этом экспорт российских углей в 2019 году составил 220 млн т (на 10 млн тонн больше к уровню 2018 года).
Подчеркну, что для реализации обоих сценариев необходимо безусловное выполнение намеченных планов РЖД по перевозкам угля в восточном направлении, особенно в период 2020-2025 годов. Также рассчитываем на неизменность принципов долгосрочного тарифообразования. В результате снятия системных ограничений при транспортировке угольных грузов доля экспортных потоков угля на рынки стран АТР с сегодняшних 50% увеличится до 75%.
Важно еще раз отметить, что в условиях глобальных вызовов, нестабильной конъюнктуры для дальнейшей успешной работы отрасли необходима планомерная работа по модернизации мощностей, освоению новых месторождений, расширению экспортного потенциала, снижению травматизма на производстве, повышению экологичности, исполнению социальных обязательств. Все это поможет преодолеть существующие сложности и вывести угольную промышленность на новый уровень развития.
Мы видим, что угольные компании даже в условиях снижения цен и спроса ставят цель не только сохранить свои позиции, но и выполнить социальные обязательства, обеспечить достойный уровень валютных поступлений в страну и инвестиционных вложений в основной капитал угольных компаний.
Надеемся, что с учетом взаимоподдержки со стороны смежных отраслей мы в полной мере реализуем поставленные цели и обеспечим существенное повышение потенциала угольной промышленности в экономике страны и мира. Рассчитываем, что к 2035 году вклад угольной отрасли в валовый внутренний продукт возрастет в 1,5-2,5 раза, налоговых поступлений и страховых взносов - в 1,6-2,6 раза. Мы уверены, что уголь – это не только настоящее, но и будущее ТЭК, и Россия будет продолжать наращивать потенциал в этой сфере, ведь наша страна обеспечена резервами угольного сырья примерно на 500 лет вперед.
Дубай, ОАЭ. Российские и эмиратские авиакомпании совершили новые репатриационные рейсы, которые доставили на Родину граждан России.
Так, вывозной рейс авиакомпании «Азимут» с 116 гражданами Российской Федерации вылетел из международного аэропорта эмирата Шарджа в Минеральные воды 10 августа 2020 года.
14 августа 2020 года вывозной рейс по маршруту «Дубай – Санкт-Петербург» выполнила авиакомпания Emirates – на борт поднялись 102 пассажира. Днем позже, 15 августа 2020 года, эмиратский авиаперевозчик выполнил рейс по маршруту «Дубай – Москва».
Как сообщили в Генеральном консульстве России в Дубае, на рейс были допущены 288 пассажиров, включая граждан России, следующих транзитом с Сейшельских островов, из Бахрейна, Гвинеи, Южной Кореи, Австралии, Афганистана, Индии, Маврикия, Египта, Пакистана.
«Благодаря налаженному взаимодействию Генконсульства России в Дубае с Минкомсвязью России и коллегами из диппредставительств по всему миру все пассажиры благополучно вернулись домой к своим семьям», отметили в генеральном консульстве.
Новость размещена при поддержке проекта Olivara Residence & Park. Новый жилой проект в Дубае. Квартиры в зелёном квартале в аренду напрямую от застройщика Palma Holding. Получите месяц аренды в подарок прямо сейчас.
Будет ли большая война?
Израиль и США против Ливана
Анастасия Ежова
Страшный "гриб" от мощного взрыва, громыхнувшего в порту Бейрута, потряс сознание ливанцев и всего мира. Вой сирен разодрал плотный морской воздух вмиг искореженной, израненной ливанской столицы. Счет погибших пошел на сотни, раненых - на тысячи, десятки людей пропали без вести, 300 тысяч человек остались без жилья, уничтожено 90 % запасов продовольствия и медикаментов Ливана. Странных совпадений так много, что в ливанских СМИ не без оснований озвучивается версия об американо-израильском и саудовском следе. Мы расскажем вам о предыстории бейрутской трагедии и той серьезной эскалации, которая ей предшествовала...
Ливан, отмечающий в эти дни 14-ю годовщину победы над Израилем, сотрясается от внутренних кризисов и внешних вызовов. Рост доллара, падение курса ливанского фунта, коронавирус, безработица, разорение предприятий и увольнения сотрудников, урезание зарплат до мизера, пустые холодильники и переполненные улицы, протесты и акции, вплоть до погрома магазинов и актов насилия, — всё это стало результатом целенаправленной политики США и рабской привязанности экономики Ливана к доллару.
Прекрасный, живописный Ливан, окутанный вкусным дымом терпких кальянов, запахом кофе с кардамоном и дуновением морского бриза, с его петляющими промеж камней и кедров горными серпантинами, с его уютными кафе на набережных, с его красными черепичными крышами, усеянными золотыми знамёнами "Хизбаллы", ныне полыхает, и запах едкого дыма этого пожарища будоражит людей, заставляя их не на шутку беспокоиться о будущем своей страны, за которую они проливали кровь, приносили в жертву лучших сыновей, которую они трудом и потом отстроили заново после того, как израильская военная машина оставила от её доброй половины груду руин. Иран тогда, кстати, на 70% профинансировал это рекордно быстрое восстановление.
Я помню Ливан меланхолично-лощёным, изысканно-небрежным: 10 лет назад его улицы ещё не были безнадежно замусорены, но потом стараниями внешних сил загорелась в огне войны соседняя Сирия, и в Ливан потекли чумазые, неприкаянные сирийские беженцы, которые начали клянчить мелочь, воровать на улицах, возводить незаконные постройки и спускать в бирюзовые воды Средиземного моря потоки зловонной канализации, из-за чего в черте Бейрута стало невозможно купаться. Увы, все ливанцы знали, чьи это жёны и дети: правительство Башара Асада снабжало лишившихся крова сирийцев каким-никаким жильём, а в Ливан бежали члены семей боевиков. Ливанцы — люди добрые: они не стали распространять на них отношение к их мужчинам. Однако проблема сирийских беженцев до сих пор стоит очень остро, ибо они служат источником преступности и угрозы: попрошайки, которым сегодня по 10 лет, всего лишь через 5 лет созреют, чтобы держать в руках оружие. Ливанские патриотические силы, включая "Хизбаллу", давно лоббируют вопрос, чтобы беженцев организованно вернули в Сирию, гарантировав им безопасность, и чтобы переговоры об этом велись на уровне двух правительств: ливанского и сирийского. Но кое-кто упорно саботировал этот процесс.
Этот же кое-кто настырно добивается натурализации других беженцев — палестинских; хотя сами обездоленные палестинцы не горят желанием делить маленький Ливан с ливанцами, а десятилетиями мечтают о возвращении на украденную у них родину — в Палестину. "Марш Возвращения" в Газе, в ходе которого израильские военные безжалостно отстреливают безоружных женщин и подростков, медиков и журналистов, зародился именно под сенью ливанских кедров. Палестинско-ливанское братство выдержало испытание сирийской мясорубкой: искренним сторонникам Сопротивления враждовать незачем, будь они суннитами или шиитами — как бы кое-кто ни старался вбить между ними клин.
Кое-кто меняет имена и лица, порой высказываясь открыто, а порой действуя через местных лоббистов. И этот кое-кто — посольство США в Ливане.
Госпожа посолка
Новоприбывший посол (или как теперь положено говорить по митушному фэн-шую? Послиха? Послица? Посолка?) Дороти Ши лихо, словно под звуки залихватской ливанской дабки, принялась костерить "Хизбаллу" в СМИ, обвинив её во всех бедах Ливана. В интервью саудовскому гостелеканалу "Аль-Хадат" она заявила, что "Хизбалла" "взяла Ливан в заложники" и якобы выкачивает деньги из госбюджета на свои нужды. Приятную слуху многих ливанцев антиамериканскую риторику "Хизбаллы" Ши с ужасом назвала "устрашающей".
В ответ госпожа посолка получила неожиданную для себя жёсткую отповедь со стороны ливанского МИД и президента Мишеля Ауна лично. Министр иностранных дел Ливана Нассиф Хитти напомнил ей про Венскую конвенцию о дипломатических отношениях 1961 года, согласно которой посол иностранного государства не должен вмешиваться во внутренние дела другой страны. Высказался и депутат парламента от "Хизбаллы" Хасан Фадлалла: он назвал интервью Ши "возмутительным актом агрессии в отношении суверенитета Ливана и его национального достоинства".
"Когда посол США Ши жонглирует фактами, инкриминируя "Хизбалле" плоды социально-экономической агрессии её собственной страны, Америки, против Ливана, это не способно убедить никого, и никто не поверит этому. В администрации США разразился конфликт между госсекретарем Помпео, его помощником Шенкером и этим послом. Он вспыхнул, когда в адрес Америки посыпались обвинения, связанные с обнародованием факта, что именно США стоят за попытками удушить Ливан экономически, повысить курс доллара и предотвратить приток валюты в Ливан", — заявил заместитель лидера "Хизбаллы" шейх Наим Касем.
"Вишенкой на торте" стала массовая антиамериканская протестная акция в Бейруте: Ши снискала достойную порцию хайпа в ответ на свой словесный харрасмент. Но дальше — больше: судья Мухаммад Мазех из города Тир, что на юге Ливана, нашёл в интервью Ши разжигание религиозной и социальной розни, а потому запретил ливанским СМИ брать у госпожи посолки интервью. Запрет введен сроком на год, и точно такой же длительности тюремный срок светит нарушителям. Подобного американцы явно не ожидали: они привыкли, что арабы пресмыкаются и отплясывают перед ними с саблями. Нарушителей этого бедуинского ритуала вносят в "списки террористов", но добро бы так повела себя одна лишь "Хизбалла", которая и так занимает в этом американском списке почётное место — но чтобы "с крючка сорвалось" всё ливанское государство? И как тут не подвергнуть его коллективному наказанию, сознательно ограничив приток наличной валюты в Ливан, который из-за долларизации экономики остро в ней нуждается?
Наглость — неотъемлемая часть американской политики и дипломатии. Как вы думаете, какими "благородными мотивами" США оправдывают свои действия? Правильно: снова "виновата" "Хизбалла" — она якобы скупает доллары, чтобы отправлять их в Сирию и Иран, помогая "жутким террористическим режимам" обходить санкции. И на это обвинение лидер "Хизбаллы" сейид Хасан Наср-Аллах ответил колко и жёстко: "Во время официальных заседаний некоторые чиновники заявили, что 20 млрд. долл. были выведены из нашей страны за рубеж в период между сентябрем 2019 г. и февралем 2020 г. Но занимались этим вовсе не "Хизбалла" и не "Амаль" — и попали эти деньги отнюдь не в Сирию и не в Иран. Кто "увёл" 20 млрд. долл. из ливанских банков за границу? Есть специальный банк, который занимается этим… Ситуация с долларами — заговор, направленный против Ливана, против ливанского народа, против нашей экономики, против ливанского фунта и только в последнюю очередь — против Сирии. Сирия для них — лишь предлог. Спросите главу ливанского Центробанка, ушел ли хоть один доллар из тех самых 20 млрд. в Сирию, и сколько она получила из этой общей суммы".
Вспомним "Акт Цезаря" — введённый США пакет санкций против Сирии, содержащий в себе беспрецедентные законодательные инновации, в соответствии с которыми санкции против Сирии, Ирана и "Хизбаллы" распространяются отныне не только на американцев, а на всех жителей Земли, — и картина заговора будет полной.
"Поворот на Восток"
Вопреки козням США, "Хизбалла" подготовила программу выхода Ливана из экономического кризиса, которую её лидер обозначил как "поворот на Восток": "Если доллар — это инструмент давления, который используется против нас даже в том, что касается наших базовых потребностей, как мы можем ослабить нужду в долларе? Ведь доллар нужен нам, чтобы оплачивать бензин, газ, дизельное топливо, муку. Чтобы покупать лекарства, медицинское оборудование, сырьё для производства, нам нужен доллар. Если у Центробанка нет достаточного количества долларов, чтобы покрыть все эти запросы, — то это лишь потому, что он не хочет иметь проблемы с американцами… Можем ли мы найти дружественную нам страну, которая может пойти нам навстречу? Например, Иран… Могут найтись и другие страны, которые согласятся вести с нами бизнес, чтобы мы при этом рассчитывались не в долларах, а в ливанских фунтах.
Исходя из нашего опыта, нам придётся сперва убедить в этом ливанские власти, а потом уже обращаться к иранцам или к кому-либо ещё… В прошлом, когда наш брат Мухаммад Фнейш был министром энергетики, я ездил в Иран, где обсуждал с министром энергетики Ирана и другими иранскими чиновниками ситуацию с электричеством в Ливане. Мы привезли предложение по этому поводу и представили целый проект — но он не был утверждён в Ливане…
Ещё одна альтернатива — бартер. Страна может не взять ливанскую валюту в обмен на топливо, но мы в состоянии расплачиваться с ними нашей продукцией, сельскохозяйственной либо промышленной. Так мы сможем вести торговлю и с Ираном, и с другими странами… Это будет стимулировать ливанское производство, придаст импульс экономике, поможет создать новые рабочие места и снизит потребность в долларе — и в результате курс местной валюты возрастёт. В самом начале доллар всё ещё будет востребован, но постепенно его важность будет уменьшаться, а курс ливанской лиры — расти. Это поможет снизить зависимость Ливана от Америки. Мы будем в состоянии обеспечивать себя всем необходимым без доллара и прочих "твёрдых" валют. Это во многом оздоровит Ливан…
Я также прошу ливанцев помочь мне убедить в этом ливанских чиновников, которые могут отказаться, опасаясь давления со стороны США. Если они боятся американцев, должны ли мы испытывать страх перед ними? Американцы к нам безжалостны. Бояться их — неприемлемо…
У меня есть чёткая информация, что китайские компании готовы делать инвестиции в нашу экономику, несмотря на все сложности, существующие в Ливане. Это не мы будем давать им деньги — это они будут привозить их в нашу страну. Что, если будет реализован проект строительства высокоскоростной железнодорожной магистрали из Триполи в Накуру? Разве это не принесёт прибыль в нашу страну? Это выгодная для Ливана инвестиция. А разве это не создаст рабочие места и не приведёт к колоссальным сдвигам в экономике и обществе, позитивно сказавшись на уровне жизни? Я официально объявляю, что китайские компании готовы помочь нам. Они также готовы построить электростанции по схеме СЭП (строительство—эксплуатация—передача) — причём от ливанского государства не требуется никаких вложений, ибо китайцы готовы всё взять на себя. Мы также обсуждали с китайцами, могут ли они построить тоннель между Бейрутом и долиной Бекаа. Китайские компании готовы инвестировать в эти проекты на основе схемы СЭП".
Лидер "Хизбаллы" обозначил три страны, которые могут стать для Ливана основными партнёрами: это Иран, Китай и Россия.
Вражеские провокации
Меж тем, становится неспокойно и на внешних рубежах Ливана. Вечером 23 июля в сирийском небе американские военные самолёты F-15 позволили себе опасное сближение с иранским пассажирским бортом Mahan Air, что чуть не привело к катастрофе. На фоне вспыхнувшего скандала, жалобы Ирана в ИКАО и возмущения ООН вновь всплыл наболевший вопрос: а что вообще боевая авиация США делает в небе Сирии? Сирийское руководство не давало им на это разрешения. И если раньше они оправдывали свои действия "борьбой против ИГИЛ*", то теперь, после победы Сирии, это хлипкое алиби и вовсе перестало работать.
Мой добрый знакомый Фади Бу Дийа, главный редактор аффилированного с "Хизбаллой" журнала "Аль-Марайя", прокомментировал это так: "Объявленное военное соглашение между Ираном и Сирией вызывало серьёзную обеспокоенность у израильского военного руководства — особенно в связи с тем, что это соглашение существенно укрепит возможности ПВО Сирии противостоять израильским атакам. Это привело нас к мысли, что израильская армия нанесёт удар, узнав о последствиях этого соглашения" (из заявления для Russia Today от 19 июня 2020).
"Сионистский враг ударил по Дамаску, в результате которого был убит боец "Хизбаллы", и официально взял на себя ответственность за это.
"Хизбалла" чётко и недвусмысленно указала на необходимость отреагировать на это в соответствии с программным заявлением её лидера сейида Хасан Наср-Аллаха, что его организация не оставит без ответа гибель кого-либо из наших братьев.
И мы объявили, что страх Израиля перед нашим ответом приведёт к военной эскалации. Это усилит давление на руководство Сопротивления в свете кризисов, от которых страдает Ливан, где уже ведутся разговоры о нормализации и нейтралитете" (из интервью на канале OTV от 3 и 22 июля 2020 и из интервью на канале "Аль-Джадид" от 23 июля 2020).
"На следующий день израильская армия подвергла бомбардировке объекты на Голанах и в Кунейтре. Был перехвачен иранский гражданский пассажирский самолёт, следовавший из Тегерана в Бейрут, который совершил вынужденную посадку в Международном аэропорту имени Рафика Харири.
Возникает вопрос: чем обусловлена эта израильская эскалация? Каков её фон?
Эта эскалация спровоцирована США, которые объявили об экономической блокаде Сирии и Ливана, чтобы обеспечить победу на выборах Трампу и Нетаньяху.
Эта эскалация отражает явные разногласия в сионистском истеблишменте при составлении "дорожной карты" для управления ситуацией.
Некоторые израильские спецслужбы повелись на агентурные донесения, в которых их призывают усилить давление, полагая, что у "Хизбаллы" сейчас неподходящий момент для открытия фронта на юге. Кроме того, налицо явная попытка заманить Иран за стол переговоров с американцами, основанная на ошибочном предположении, будто иранское руководство ещё не оправилось от последствий убийства Касема Сулеймани, и, кроме того, озабочено распространением коронавируса и экономической ситуацией внутри Ирана.
Все эти ложные донесения возвращают нас к ситуации в канун израильской агрессии 2006 года, которая закончилась провалом их планов и поражением Израиля в Ливане. На данном же этапе их ложные калькуляции приведут сионистское образование к неизбежному поражению. Возможно, открытие фронта в неожиданном месте принесёт свои плоды, и американцы ничего не смогут предпринять, помимо сильного давления, призванного нивелировать следы их поражения.
Следовательно, вполне реалистичен сценарий, что реакция "Хизбаллы" будет новой по своему стилю и способу исполнения, что отражает силу и готовность "Хизбаллы" противостоять любой израильской агрессии, ибо враг находится под неусыпным военным наблюдением Сопротивления".
В этой заметке содержится намек на то, о чем лидер "Хизбаллы" говорит давно и открыто: если Израиль вновь решится напасть на Ливан, он потеряет север оккупированной Палестины — Галилею, план освобождения которой у "Хизбаллы" уже давно готов.
Галилея 1.0 или Айн аль-Асад 2.0?
Тремя неделями ранее в интервью журналистке связанного с "Хизбаллой" ИА Alahed News Фатиме Диб Хамзе шейх Наим Касем говорил о повторении сценария июля 2006 года как о маловероятном: "Сложившаяся атмосфера не способствует тому, чтобы Израиль замышлял войну против Ливана, поскольку сейчас он сосредоточен на эпидемии коронавируса. Также Израиль вплотную занят аннексией части Западного берега, в связи с чем опасается ответной реакции палестинцев.
Кроме того, его смущают военные возможности Сопротивления, благодаря которым оно создало баланс сил, устрашающий врага. Сейчас они боятся нас больше, чем когда-либо. Как Израиль может напасть на нас, если результаты непредсказуемы?
Внутри самого Израиля даже раздаются крики, что их внутренний фронт не готов к войне! Один их военный эксперт отметил, что их сухопутные силы недостаточно квалифицированы для ведения реального боя. Все эти факторы, включая готовность самой "Хизбаллы", которая постоянно наращивает боеспособность и не поддаётся никакому давлению, удерживают их от агрессии, исключая возможность войны против Ливана.
Но мы всегда принимаем во внимание худшие сценарии. Мы поддерживаем уровень боевой готовности. Если разразится война, мы встретим её с достоинством и полной уверенностью, что Сопротивление одержит победу, потому что правда — на его стороне, потому что эта земля — наша, и потому что мы — готовы".
Современная ситуация столь динамична, что расклады меняются быстро, как погода в горах. Но, возможно, даже за явными американо-израильскими провокациями никакого полномасштабного конфликта не последует, а "Хизбалла" ограничится ювелирно точными актами возмездия, которые не навлекут беды на сам Ливан, но повергнут противника в полное смущение.
А ведь в начале года нечто подобное уже произошло: в ответ на убийство генерала Касема Сулеймани КСИР нанёс сокрушительный удар по американской базе "Айн аль-Асад" в Ираке, и мир сжался в напряжении, ожидая большой войны. Но вместо этого американцы начали эвакуацию своего персонала из Кувейта и ОАЭ. Они тайно вывозили из Ирака своих раненых, сливая в подконтрольные им СМИ потоки неуклюжей "дезы", будто потерь нет, а иранцы "отстрелялись" по пустой базе". Но, увы, "Гаарец" сумел "пропалить" данные о 224 вывезенных через Тель-Авив раненых, а РИА ФАН сообщил о 80 убитых и 200 получивших ранения.
Впрочем, стратегически у "Хизбаллы" и всей оси Сопротивления тоже есть амбициозные планы. Недаром, говоря о покойном Касеме Сулеймани, шейх Наим Касем заявил: "Касем Сулеймани был назначен командующим силами "Кудс" в 1998 году. Их предназначение — подготовить 20-миллионную армию к освобождению Иерусалима. Эта армия должна включать в себя бойцов Сопротивления из Палестины, Ливана, Ирака, Пакистана, Афганистана и Сирии. Он отвечал за военную подготовку и обучение бойцов во всём регионе…И Аллах обещал нам победу".
* Террористическая организация, запрещённая в России.
![Главное](/images/star.png)
Дневник Брежнева
Фёдор Раззаков об "узбекском деле" и пути Андропова на вершину СССР
Андрей Фурсов
Андрей ФУРСОВ. Вы — автор многих книг на острые темы по истории позднего Советского Союза. К нашему разговору особое отношение имеет ваша книга "Коррупция в Политбюро. Дело "красного узбека". Как вы нашли эту тему?
Фёдор РАЗЗАКОВ. В 2007 году, после долгого перерыва, я съездил в Узбекистан. На тот момент уже почти сотня книг была мной написана, и я подумал, что про свою малую родину, про Узбекистан, ничего не написал. А тут как раз стали показывать снятые на НТВ фильмы про Шарафа Рашидовича Рашидова. Антирашидовские, демонизирующие СССР, который якобы естественным путём развалился из-за коррупции.
И я понял, что герой моей будущей книги найден.
Андрей ФУРСОВ. Период 1967-1983 годов в Советском Союзе ознаменовался отказом номенклатуры от реального рывка в посткапиталистическое будущее — от идеи построения коммунизма. С реформами Либермана—Косыгина стартовала попытка "излечить" социализм несоциалистическими методами. Советское руководство приняло решение активно интегрироваться в мировую систему, полагая, что ядерного и научного потенциала уже хватит для разговора на равных. Запад активно поддержал эту позицию, Советскому Союзу был предложен "детант" — разрядка напряжённости, которая должна была обеспечить Западу, прежде всего США, передышку для того, чтобы выйти из кризиса и перехватить у СССР историческую инициативу. Советское руководство, уже плывшее по течению Истории, на эту обманку купилось.
Надо учитывать, что это происходило на фоне ослабления США, которые в 1944 году давали 50% мирового валового продукта, а в начале 1970-х — всего 24-25%. Тогда начали создаваться принципиально новые, закрытые международные структуры: Римский клуб (1968 год) и Трёхсторонняя комиссия (1973 год). По линии этих структур Советский Союз стали втягивать в ряд проектов по экологии, демографии, "глобальному управлению".
А внутри СССР развивалась активная фаза формирования связки "теневая экономика — криминал — партийно-хозяйственные структуры". Из вашей книги я узнал о кисловодском "сходняке" воров в законе и "теневиков" в 1979-м. Там было принято два решения: "теневики" стали отстёгивать 10% в "общак", а воры в законе решили… двигаться во власть.
В 1973-м Андропов стал членом Политбюро ЦК КПСС и начал превращать КГБ из функции власти в её альтернативный полюс. Он создаёт свою личную разведку под названием "Фирма" (во главе с Е. Питоврановым), начинается её проникновение в западный мир. Параллельно Андропов ведёт борьбу за власть внутри страны. Со второй половины 1970-х годов странным образом уходят на тот свет люди, которые вовсе не рады усилению КГБ: министр обороны Андрей Гречко (1976 г.); через два года — совершенно здоровый человек, член Политбюро Фёдор Кулаков, потенциальный кандидат в генсеки; в 1980-м в очень странной автокатастрофе погибает кандидат в члены Политбюро, первый секретарь ЦК компартии Белоруссии Пётр Машеров. Это люди, которые могли занять место Брежнева!
В то же время в республиках, особенно — в серьёзно коррумпированных Грузии и Армении, уже тогда тесно связанных с Прибалтикой и через неё — с Западом, нарастают сепаратистские настроения. А говорили только об Узбекистане, где никаких поползновений к отделению не было. Почему именно он оказался под ударом?
Фёдор РАЗЗАКОВ. О широкомасштабном "узбекском деле" нет никаких подробных материалов. Историю пишут победители, и горбачёвская "одноглазая гласность" её написала. В те годы я начал собирать свой архив, причём не только по "узбекскому делу", а вообще по всем делам. У меня таких папок несколько сотен. Все посвящённые "узбекскому делу" публикации я собирал вплоть до 1990 года, когда дело было практически закрыто. Увы, либеральная трактовка следователей Гдляна и Иванова, написавших книгу "Кремлёвское дело", продолжает доминировать и сейчас.
Андрей ФУРСОВ. Она не просто либеральная, она лживая.
Фёдор РАЗЗАКОВ. И в фильмах об "узбекском деле" — всё та же "песня", что очаг узбекской коррупции приехали искоренять честные следователи со всей страны: сначала 12 человек, потом 200 и так далее. В этих пропагандистских материалах муссируется постулат, что "узбекское дело" — продукт праведной воли энергичного Андропова. В ноябре 1982 года он стал генеральным секретарём ЦК КПСС, в феврале 1983-го закрутилось это дело, а в апреле пошли аресты. "Хлопковое дело" — январь 1984-го.
Андропова в наши дни часто преподносят как интеллектуала, дисциплинизатора, искоренителя зла, а Брежнева и его команду — как коррупционеров, выживших из ума стариков: например, опальных при новом генсеке Сергея Медунова, Николая Щёлокова…
Андрей ФУРСОВ. Не упоминая, что "честный борец с коррупцией" наносил селективные удары по потенциальным оппонентам. Классическая кампанейщина.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Я бы назвал это "операцией спецслужб". Очень выверенной, что закономерно, учитывая многолетний опыт Юрия Владимировича.
Внушалось, что "брежневские" тянули страну в болото, а им противостояли "прогрессисты" Андропов, Горбачёв, Яковлев, Шеварднадзе…
Андрей ФУРСОВ. Вспомнил книгу одного из борзописцев — называется "Юрий Андропов. Последняя надежда режима".
Фёдор РАЗЗАКОВ. Книга — Леонида Млечина, не к ночи будь помянут. Он олицетворяет собой либеральную пропаганду, которая вливается в уши нашего бедного обывателя. Так вот, я попытался опровергнуть ложный миф.
Андрей ФУРСОВ. На основании каких фактов?
Фёдор РАЗЗАКОВ. Ко мне попал, благодаря и вашему содействию, рабочий дневник Леонида Ильича Брежнева. Этот дневник он вёл с октября 1964 года до самой своей смерти. Объёмный документ, практически ежедневник, который вели в секретариате: чем занимался, куда ездил, с кем встречался, кто звонил.
Рабочий дневник даже за последний год жизни Леонида Ильича показывает, как много перемен Брежнев пытался осуществить.
Начну с предыстории — с декабря 1981 года, когда проходила финансовая проверка в Институте международной экономики и международных отношений (ИМЭМО). Это базовый институт для межэлитных отношений. Проверка преследовала цель сместить директора Николая Иноземцева. В его институте "паслась" целая группа пролиберальных советников, занимавшихся экономикой и международными вопросами: Георгий Цуканов, Георгий Арбатов, Александр Бовин и некоторые другие.
Андрей ФУРСОВ. Но у Иноземцева и у Арбатова с Бовиным были разные взгляды на развитие страны. Два последних были абсолютными либералами — в советско-номенклатурном, разумеется, смысле слова.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Да, но Иноземцев возглавлял институт, где либералы чувствовали себя вольготно. Консервативные команды Черненко и Брежнева, яркими представителями которых были, например, Кириленко и Суслов, начали теснить либералов.
Андрей ФУРСОВ. При обыске в сейфе Иноземцева нашли необъяснимо крупную сумму в долларах. А обыск-то был связан с молодыми вольнодумными сотрудниками института, которые распечатывали тексты еврокоммунистов.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Декабрь 1981-го был только началом: обе стороны прекрасно осознавали, что следующий год должен стать решающим.
Михаил Суслов, главный идеолог партии, к ноябрю 1982 года готовил Пленум, на котором планировались серьёзные кадровые перестановки. О жестокости борьбы свидетельствует непонятная смерть первого зампредседателя КГБ Семёна Цвигуна: то ли самоубийство, то ли убийство. Его внучка Виолетта Ничкова пыталась истребовать у ФСБ документы о смерти деда.
Андрей ФУРСОВ. Немалая часть людей, находящихся "в теме", в самоубийство не верят.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Я тоже считаю, что его убили. Это вполне укладывается в ту картину борьбы.
Андрей ФУРСОВ. Дело в том, что Леонид Ильич заблаговременно приставил к Андропову двух своих людей — "государево око", если хотите. Это были заместители Юрия Владимировича: Семён Цвигун и доверенное лицо генсека в КГБ Георгий Цинёв.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Более того, Брежнев собирался в 1982 году вернуть Андропова в ЦК секретарём международного отдела по соцстранам. Связано это было с военным положением в Польше. Брежнев хотел использовать прежние связи Андропова: ведь тот до КГБ работал в МИДе.
Андрей ФУРСОВ. В Венгрии был послом.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Конечно. А вместо него планировал назначить председателем КГБ Цвигуна. Но 19 января Цвигун ни с того ни с сего якобы кончает жизнь самоубийством. Уже потом была растиражирована история о раке лёгких.
Андрей ФУРСОВ. Классическое "прикрытие".
Фёдор РАЗЗАКОВ. Никакого рака там не было. Можете ознакомиться в Интернете с вердиктом его лечащего врача — профессора Перельмана.
Но самое интересное, что с середины ноября 1981 года, когда Чазов прописал ему какие-то лекарства, Цвигуну становилось всё хуже, а потом и голос пропал на время. С середины ноября Цвигун в рабочем кабинете не появлялся. Кто-то захотел, чтобы он умер естественным образом или чтобы его не было на Лубянке в это время. Со второй половины ноября по январь включительно он жил либо в Барвихе, либо на даче в Усово.
Андрей ФУРСОВ. Ситуацию уже не контролировал?
Фёдор РАЗЗАКОВ. Пытался, судя по рабочему дневнику Брежнева. Я выписал некоторые факты… Цвигун в октябре звонил Брежневу пять раз, в ноябре — один раз (уже голос пропадал). А в декабре, в период ИМЭМО, опять активизировался — звонил Брежневу пять раз.
А что делал Андропов в этот "период Польши"? Он 7 раз был у Брежнева на приёме и 15 раз говорил с ним по телефону. Столь высокой частоты контактов с Брежневым больше не было ни у кого в этот период!
Но вот зачем звонил Брежневу пять раз в декабре больной Цвигун, отвечавший за внутреннюю политику, в том числе за диссидентов? Помимо проблем с ИМЭМО, в те дни пошёл накат на дочь Брежнева, Галину, тогда ещё жену Юрия Чурбанова: смаковалась история вокруг её романа с цыганским певцом Борисом Буряце и кражей драгоценностей у дрессировщицы Ирины Бугримовой.
Андрей ФУРСОВ. Это вы отлично описали в книге "Пуля для Зои Фёдоровой".
Фёдор РАЗЗАКОВ. Почему шёл такой накат на Брежневу? Зачем был нужен вброс "бриллиантового дела"? Дело в том, что Галина Брежнева начала участвовать в политике, стала встречаться с людьми, которые могли повлиять, например, на того же Чурбанова, которому после ноябрьского Пленума прочили место министра внутренних дел.
Андрей ФУРСОВ. А Щёлоков переместился бы на должность председателя Совета министров?
Фёдор РАЗЗАКОВ. Скорее, его заместителя, который курировал бы весь силовой блок. Галина Брежнева пыталась перетянуть нужных людей на сторону отца. Поэтому на неё стало собирать компромат Второе управление КГБ, которое де-факто уже не курировал больной Цвигун. Моё мнение: его убили, ибо он стал поправляться и даже планировал в феврале выйти на работу.
А тут ещё два дня спустя после смерти Цвигуна в больнице стало плохо Михаилу Суслову. В этот день, день смерти Ленина, он с дочерью Майей смотрел телевизор, как рассказывал впоследствии Леонид Сумароков, её муж. И подошёл врач, попросил Михаила Андреевича выпить таблетку перед сном. Суслов выпил и через час упал в обморок. В сознание так и не пришёл, умер 26 января. Это всё связанные вещи, на мой взгляд. Борьба за власть перешла в конечную фазу. У нас же принято всегда было считать, что Андропов ни на кого не мог руку поднять, он считался едва ли не святым человеком.
Заметьте, как всё выстроено… Цвигун уходит из жизни 19 января, а на следующий день к Брежневу приходит Андропов, потому что он как председатель КГБ должен отчитаться, что так, мол, и так, теперь нет первого заместителя. И Брежнев после этой встречи не подписывает некролог Цвигуну! Это беспрецедентный случай!!! Они дружили ещё с Молдавии. Он должен был подписать некролог, должен был присутствовать на похоронах, а он вместо работы и всех этих вопросов уехал на дачу в Завидово. Всё это читаем в рабочем дневнике.
Полагаю, Андропов сказал ему, что Цвигун покончил жизнь самоубийством. И Брежнев счёл это предательством себя и своей команды.
Андрей ФУРСОВ. А не мог Брежнев сделать вид, что поверил? Леонид Ильич Андропову не доверял. Не допускаете мысли, что Брежнев хотел поставить Андропову ловушку?
Фёдор РАЗЗАКОВ. Такие уловки были видны в дальнейших его действиях. Ему подсказывала его команда, да и сам он был политик опытный. Тем более, когда 26 января Брежневу сообщили, что Суслова больше нет, ему стало ясно, что что-то не то… Конечно, Суслов был стар, 80 лет. Чазов списал всё на больное сердце. Но, позвольте, в день, когда была принята та таблетка, у него сняли охрану! То же самое было перед странной аварией с Машеровым. Всегда таким роковым событиям сопутствовало исчезновение охраны и свиты.
Андрей ФУРСОВ. Так же за полгода до смерти Сталина из обоймы начали выпадать Власик, Поскрёбышев… Чтобы Иосиф Виссарионович оказался один на один с заговорщиками.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Если Суслову помогли уйти из жизни, то Андропов не секретарём по международным делам планировал стать, а секретарём по идеологии — вторым человеком в партии, каким и был Суслов. Проще говоря, сесть на его место.
Но вот умер Цвигун. Вместо него Андропов пытается отстоять своего человека, Виктора Чебрикова. Но Брежнев…
Андрей ФУРСОВ. Ставит Федорчука.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Да. Но давайте вернёмся к дневнику Брежнева. 4 февраля 1982 года там значится звонок в Ташкент первому секретарю компартии Узбекистана Рашидову. Он входил в брежневскую команду, как мы знаем. О чём мог быть разговор в феврале? Хлопковая страда только в сентябре начинается — отпадает. Подозреваю, речь шла о предстоящем мартовском визите Брежнева, чтобы вручить республике Узбекистан орден Ленина, а Рашидову — орден Октябрьской революции. Там должен был состояться серьёзный разговор по поводу ноябрьских перестановок: мол, готовься, Шараф, тебя это тоже коснётся.
Андрей ФУРСОВ. Брежнев хотел ввести Рашидова в Политбюро?
Фёдор РАЗЗАКОВ. Шараф Рашидович поставил рекорд по пребыванию в "предбаннике" Политбюро — 23 года кандидатом!
Далее, 17 февраля Брежнев звонит в Киев Щербицкому, первому секретарю ЦК компартии Украины. У того был день рождения. Тоже, полагаю, говорит и ему: "Готовься!" Щербицкий должен был стать генеральным секретарём вместо Леонида Ильича.
Андрей ФУРСОВ. Идёт сборка команды.
Фёдор РАЗЗАКОВ. 22 февраля Брежнев разговаривает по телефону с Андроповым, после чего шеф КГБ надолго, до 16 марта, исчезает из дневниковых записей. Я выяснил, что в феврале Андропов летал в Афганистан и подцепил какую-то заразу. Что немудрено, ибо там принято целоваться в знак приветствия. Неделю он лежал в больнице. Это давало команде Брежнева пространство для манёвра. 16 марта Брежнев выступил с большим докладом на Съезде профсоюзов в Москве. Ни слова не было сказано о советской внешней политике в Азии — только о Европе.
Тем временем министр обороны Дмитрий Устинов, будучи с визитом в Индии 15-20 марта, сообщил Индире Ганди о новых инициативах нашего руководства по Китаю и Афганистану: смягчить противостояние с китайцами и поставить вопрос о выводе советских войск из Афганистана. Индия как сосед этих двух стран была заинтересована в мирном сценарии. Ганди получает приглашение закрепить все договорённости в сентябре. То есть налицо смещение вектора и в нашей внешней политике тоже.
Андрей ФУРСОВ. Брежнев по-своему пытался исправить ситуацию, в которую ввергли Советский Союз Андропов и его "пристяжные" Устинов и Громыко.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Шёл, хоть и медленный, но разворот. Брежнев прилетает в Ташкент 22 марта. На следующий день они с Рашидовым посещают авиационный завод, и там почти трагедия происходит: рушатся стропила, Брежнев по счастливой случайности не погибает — отделывается переломом ключицы. На самом деле, они с Рашидовым вполне могли погибнуть. Может, это было подстроено. Может, и нет. Но случай — произошёл.
Андрей ФУРСОВ. Вообще, визиты первых лиц тщательно продумываются, любые мелочи, а тут стропила валятся на головы!
Фёдор РАЗЗАКОВ. Как вспоминал один из телохранителей Леонида Ильича, Владимир Медведев, визит к авиационщикам поначалу был отменён. Охрана была тут же снята с объекта, а потом при спонтанном визите спешно вернули, вот тут-то всё и приключилось. Врачи умоляли Брежнева срочно вернуться в Москву, лечь в больницу Четвёртого главного управления на Грановского. Но Брежнев остался, потому что ордена не были вручены, и о ноябрьских делах с глазу на глаз не было говорено.
Самое интересное произошло на другой день, во время его выступления во Дворце дружбы народов имени Ленина. Накануне в Москве на Съезде профсоюзов Леонид Ильич ни словом не обмолвился о новых отношениях СССР с Индией и Китаем. Он приберёг это для визита в Ташкент! В его речи можно выделить четыре основных пункта: 1) мы критикуем Китай, но не вмешиваемся во внутреннюю жизнь КНР, не отрицаем наличия там социализма; 2) признаём суверенитет Китая над островом Тайвань; 3) со стороны СССР нет угрозы Китаю, и мы готовы продолжать переговоры; 4) мы хорошо помним времена, когда СССР и Китай соединяли узы дружбы. Программная речь!
Андрей ФУРСОВ. По сути, это было внешнеполитическое обеспечение внутренней борьбы.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Ташкент для этой речи был удачным местом, так как Рашидов имел авторитет в Азии. Завоевал он его давно, в бытность председателем Президиума Верховного Совета Узбекской ССР в 1950-1959 годах. В 1955-м, когда Джавахарлал Неру и Индира Ганди посетили Ташкент, даже термин "дух Ташкента" появился.
Андрей ФУРСОВ. Рашидов был противником войны в Афганистане.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Это сильно раздражало Андропова. И это, забегая вперёд, стало одним из побудительных мотивов его "десанта" в Узбекистан.
Вернёмся к событиям вокруг КГБ. На освободившееся место первого заместителя председателя КГБ был назначен Цинёв. Андропов пока не был назначен секретарём по идеологии. Брежнев сознательно тянул. Вся андроповская команда продавливала желаемое будущее для шефа, потому что из секретарского кресла тот вполне мог перепрыгнуть в генсековское.
5 мая Брежнев имел телефонный разговор с Цинёвым, который предложил на пост председателя КГБ СССР Виталия Федорчука, главного украинского комитетчика. Это было бы крайне полезно для Щербицкого.
Андрей ФУРСОВ. Щербицкий, заменив Брежнева, имел бы в этом случае своего проверенного председателя КГБ. И блокада всех каналов андроповского воздействия была бы обеспечена.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Это было грамотное решение, предложенное Цинёвым, бо?льшую часть жизни проработавшим в 3-м Управлении КГБ, то есть в военной контрразведке.
А тут подоспели новости с афганского контура: в Термезе 12 мая Рашидов встречался с афганским лидером Кармалем, и уже 28 мая Громыко принял у себя главу афганского МИДа Доста. В Афганистане, кстати, доля узбекского населения составляла четвёртую часть. Поэтому Рашидов в роли ответственного за переговорный процесс выглядел более чем убедительно. Ему было поручено курировать очень широкий периметр: Индию, Китай и Афганистан, этим он должен был заниматься в будущем составе Политбюро. Как видим, команда позднего Брежнева не думала складывать лапки, успешно сражалась на всех фронтах.
22 мая Брежнев принял Алиева — первого секретаря ЦК компартии Азербайджана. Азербайджан был тоже проблемной точкой после произошедшей по соседству, в Иране, Исламской революции. Алиев, по задумке Брежнева, тоже должен был быть включён в состав Политбюро в ноябре. Ему поручалось контролировать иранский вектор.
23 мая Брежнев говорил с Андроповым. Тот хотел, чтобы в Комитете госбезопасности был Чебриков, и пока ещё не в курсе относительно Федорчука.
24 мая проходит Пленум ЦК КПСС, посвящённый продовольственной программе. Она была доверена Горбачёву, который её провалил. Что не помешало ему стать впоследствии генеральным секретарём. По итогам майского пленума Евгений Чазов стал членом ЦК. Брежнев хотел перетянуть его на свою сторону.
Андрей ФУРСОВ. Но Чазов-то был абсолютно андроповский кадр, хотя, возможно, реальная ситуация была сложнее — с двойным, а то и с тройным дном.
Фёдор РАЗЗАКОВ. На Чазова вполне могла воздействовать и другая команда. Ведь Брежнев не противился его назначению в ЦК!
25 мая Брежнев имеет разговор с Федорчуком, предлагает ему переезд в Москву. 7 июня — разговор по телефону с Щербицким, об уже озвученных планах. Видимо, Щербицкий колебался, так как не знал точного расклада московских сил и опасался заведомо проигрышного сражения. Перевод же в Москву опытного профессионала Федорчука должен был успокоить Щербицкого.
Андрей ФУРСОВ. На весы положили тяжёлую гирю.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Дело серьёзное. Брежнев принимает Федорчука у себя в кабинете 9 июня. Замечу, что Брежнев стал чувствовать себя увереннее, потому что на майском пленуме произошла, наконец, нужная рокировка: Андропов стал вторым секретарём ЦК, однако славы Суслова ему не досталось — доверили курировать только Международный отдел, а не всю идеологию. То есть при формальном повышении вышло понижение.
Андрей ФУРСОВ. А кто ведал остальными линиями?
Фёдор РАЗЗАКОВ. На той же ниве идеологии (наука, образование, культура, СМИ) работал Михаил Зимянин; он был из брежневской обоймы и, кстати, санкционировал ту атаку на ИМЭМО.
Андрей ФУРСОВ. То есть Андропову резко сузили круг обязанностей, следовательно, и возможностей?
Фёдор РАЗЗАКОВ. Да, он оказался генералом без армии.
Но вернёмся к Федорчуку. Он в качестве председателя КГБ СССР делает важные перестановки. Упомяну только изменения в Первом главном управлении (ПГУ), ведавшем внешней разведкой и бывшем до этого под непосредственным попечением Андропова (помимо "девятки" — службы охраны руководителей страны). Федорчук заменил руководителей: 1-го отдела (занимавшегося США), 7-го (Индия и Пакистан), 8-го (Ближний/Средний Восток и Африка), 9-го (Управление "РТ" — "Разведка с территорий"), 11-го (связь с соцстранами) и управления кадров.
Далее, с 3 июля по 31 августа Брежнев был в отпуске. В Ялте принимал Ярузельского, Гусака, Хоннекера и монгольского лидера Цэдэнбала. В Монголии стояли наши войска. Cудя по всему, речь у Брежнева с Цэдэнбалом шла о выводе части советского контингента. 1 сентября Леонид Ильич вышел на работу. Первым, кого он принял, был председатель Совета министров СССР Николай Тихонов.
А уже утром 2 сентября (!) Брежнев летит в Киев к Щербицкому — на три дня. Это был секретный визит, ни в одной газете он не освещался! Сам Андропов об этом не знал! Его поставил в известность постфактум Виктор Алидин, начальник УКГБ по Москве и области, сославшись на директора аэропорта Внуково.
Что за тайная миссия и невероятная спешка, что за странный маршрут последних трёх дней? 31 августа Брежнев ещё в Ялте, откуда до Киева рукой подать. Но возвращается в Москву, встречается с Тихоновым, и только потом… Очевидно, Щербицкий продолжает колебаться, и об этом сообщил Брежневу Тихонов. Леонид Ильич был вынужден лететь на разговор, иначе всё "здание" могло рухнуть. И уговорил-таки! 7 и 8 сентября Брежнев принимает Андропова, после чего в их контактах возникает гигантская пауза длиной в два месяца. 9 сентября Юрий Владимирович улетает в Кисловодск, у него месячный отпуск.
Андрей ФУРСОВ. Получается, они возобновят контакт лишь совсем незадолго до смерти Брежнева.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Да, в напряжённые дни перед Пленумом.
В это время Брежнев продумывал новую конфигурацию уровней власти. Тут я усматриваю параллель с Китаем, где на прошедшем в начале сентября XII Съезде КПК Ху Яобан стал генсеком ЦК КПК, а Дэн Сяопин — председателем комитета Народного политического консультативного совета. То есть встал над советниками, как некий третейский судья… То же самое собирался сделать Брежнев в ноябре: учредить пост председателя партии, который занял бы самолично, как Дэн Сяопин. Генеральным секретарём стал бы Щербицкий, а первым секретарём — Рашидов либо Алиев. Оба при любом раскладе должны были остаться у себя в республиках и войти в Политбюро не с совещательным, а с решающим голосом, и заниматься международными делами на азиатском направлении. А либеральные историки настаивают, что Брежнев ничего не понимал!
Вернёмся к переговорам. 16 сентября — телефонный разговор с Рашидовым. Не только хлопковую страду, но и ноябрьские вещи, конечно, обсуждали.
20 сентября в СССР с официальным визитом прилетает Индира Ганди. Она заверила Брежнева в поддержке внешней политики СССР. Сразу после встречи (согласно рабочему дневнику) Брежнев звонит Рашидову в Ташкент. Явно не по поводу хлопка…
Андрей ФУРСОВ. Разумеется, обсуждались международные дела.
Фёдор РАЗЗАКОВ. А Ганди-то, знаете, куда из Москвы полетела? К Щербицкому в Киев! И только оттуда — в Дели. Без комментариев!
24-27 сентября Брежнев был с визитом в Баку, явно для разговора с Алиевым о действиях на иранском направлении и ноябрьским делам.
5 октября к Брежневу приезжает председатель Госсовета Вьетнама Чьюнг Тинь — понятно, по поводу Китая.
11 октября Брежнев разговаривает с Щербицким о переезде в Москву. До решающего Пленума остаётся чуть больше месяца (Пленум был назначен на 15 ноября).
13 октября Брежнев вновь принял Федорчука опять, рассказал ему о своей беседе со Щербицким.
Андрей ФУРСОВ. Ситуация сгущается с каждым днём…
Фёдор РАЗЗАКОВ. Да. 18 октября Брежнев принимает Тихонова и разговаривает с Федорчуком, который, видимо, должен был обеспечить решение проблем, озвученных Тихоновым.
19 октября Брежнев посещает больницу на Грановского и едет на дачу "Заречье-6". В больнице его проверили (75 лет всё-таки!), и если были бы выявлены проблемы, то ни на какую дачу его бы не отпустили. Следовательно, вполне был здоров.
21 октября он имеет телефонный разговор с Алиевым. 25-го — ещё один телефонный диалог с Федорчуком. Наверняка наряду с международными вопросами касались внутренних перестановок и поведения противной стороны… Не стоит забывать, что Федорчук, новоиспечённый председатель КГБ, был вынужден работать в окружении блокирующей андроповской команды: Бобкова, Чебрикова и прочих. Помогал ему Цинёв.
27 октября в рабочем дневнике Брежнева обозначено так: "Среда. Леонид Ильич прибыл на работу в Кремль в 10.30, переговорил по телефону с Гришиным и Чазовым". А теперь читаем воспоминания Чазова: "В конце октября после встречи с кем-то из них (противников Андропова. Я думаю, это Гришин, он тоже входил в брежневскую команду, и на него впоследствии был нарыт компромат — параллельно с "узбекским делом" — Ф.Р.) мне позвонил Брежнев и сказал: "Евгений, почему ты мне ничего не говоришь о здоровье Андропова? Как у него дела? Мне сказали, что он тяжело болен, и его дни сочтены. Ты понимаешь, что на него многое поставлено, и я на него рассчитываю? Ты это учти. Надо, чтобы он работал". Брежнев знает, что Чазов дружит с Андроповым и ему этот разговор передаст. Зачем он это сделал? Может, хотел припугнуть Юрия Владимировича. Такая спецслужбистская тактика — внести смятение и посмотреть, как будут действовать. Какой же после этого Брежнев "политический труп"? Он был очень умён.
Андрей ФУРСОВ. Все его действия были абсолютно грамотными.
Фёдор РАЗЗАКОВ. В тот же день, 27 октября, Брежнев произнёс часовую речь в Кремле на совещании руководящего состава Вооружённых Сил CCCР. Выступление было организовано по инициативе Дмитрия Устинова, который, видимо, стал склоняться в сторону Брежнева.
Андрей ФУРСОВ. Устинов в течение многих лет действовал в тандеме с Андроповым. Они вместе гнобили потрясающего конструктора Челомея, оба были сторонниками ввода войск в Афганистан. Что-то не верится, что Устинов стал "брежневцем".
Фёдор РАЗЗАКОВ. Он мог сориентироваться по докладам военной разведки и понять, что у Брежнева больше козырей в колоде.
Андрей ФУРСОВ. Могло быть и так. Из вашего рассказа у внешнего наблюдателя складывается "картинка": "Всё! Андропова обложили!" Вариант, задуманный Брежневым, пройдёт, если не будет форс-мажора.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Да, тем более что 4 ноября, за 11 дней до Пленума, Брежнев принял у себя Щербицкого и Алиева.
Андрей ФУРСОВ. Одновременно?
Фёдор РАЗЗАКОВ. Да, разговаривали втроём. И тут же Брежнев позвонил Рашидову.
Андрей ФУРСОВ. Ну, теперь всё понятно.
Фёдор РАЗЗАКОВ. Утрясались все сомнения. 7 ноября Брежнев был на демонстрации, 9-го в 12.00 принял Андропова в рабочем кабинете после двух месяцев необщения. И тут какой-то важнейший разговор между ними происходит, который, к сожалению, мы не знаем!!! Судя по всему, он открыл перед ним карты: знай, дескать, Юра, какая участь тебя ждёт, после Пленума ты станешь четвёртым человеком. Председатель партии — первый, генеральный секретарь — второй, первый секретарь — третий и главный идеолог — четвёртый человек. Пленум готов, Брежнев уверился в этом окончательно после поддержки его Устиновым. Этот разговор с Андроповым — роковая ошибка Леонида Ильича!
Андрей ФУРСОВ. На следующий день он ушёл из жизни.
Фёдор РАЗЗАКОВ. По официальной версии, в интервале с 8.00 до 10.00 утра 10 ноября Брежнев тихо умер в своей постели. Хотя мелькает тревожный факт, что Андропов якобы приехал первым — забрать какой-то чемоданчик. Жена Леонида Ильича, Виктория Петровна, потом рассказывала, что как-то спросила: "Лёня, что у тебя в этом чемоданчике?" Он ответил: "Компромат!" Что там было, интересно?
Андрей ФУРСОВ. Наверное, Брежнев, чтобы сломить сопротивление Андропова, накануне и предъявил ему этот компромат!
Фёдор РАЗЗАКОВ. Вполне возможно. И это досье содержалось в чемоданчике, который почему-то не в сейфе Брежнев хранил! Потому что был уверен в своей охране?
Итак, Андропов появился, взял чемоданчик, уехал. А через час вернулся со всеми членами Политбюро. Он два раза появлялся там, по опубликованным воспоминаниям родственников.
Что же дальше? Пленум переносят на декабрь. Щербицкий, естественно, не переезжает в Москву, его блокируют. Собирается комиссия, которая держит его на крючке: дёрнешься, мы на тебя сразу компромат сошьём! Поэтому Щербицкий за всё время правления Андропова ни разу не переступил порог его кабинета.
Но, судя по всему, брежневская команда не была уничтожена. Она продолжала сопротивление, о чём свидетельствовало "узбекское дело". Рашидов сопротивлялся.
С Алиевым же хитрую штуку провернули. Его сделали первым заместителем председателя Совета министров, членом Политбюро и перевели в Москву. В Азербайджане под шумок постепенно пришла к власти оппозиция. Карабахские "семена" уже прорастали. Группировке, стоявшей за Андроповым, было выгодно выкинуть из Азербайджана Алиева…
Андрей ФУРСОВ. Победа андроповской команды — это победа тех, кто стоял за Андроповым внутри страны и за рубежом.
Спасибо вам содержательную беседу!
![Главное](/images/star.png)
ТРАГЕДИЯ ВАКЦИННОГО НАЦИОНАЛИЗМА
ТОМАС БОЛЛИКИ
Директор программы глобального здоровья Совета по международным отношениям и автор книги «Эпидемии и парадокс прогресса: почему мир становится здоровее тревожными путями».
ЧЭД БАУН
Старший научный сотрудник Института мировой экономики Петерсона.
ТОЛЬКО СОТРУДНИЧЕСТВО ОСТАНОВИТ ПАНДЕМИЮ
Благодаря объявлению Владимира Путина тема вакцин резко политизировалась: большинство комментариев затрагивает не медицинскую, а именно политическую сторону процесса. Публикуем статью двух видных американских специалистов, которые страстно призывают убрать политику и националистические амбиции из дискуссии о препаратах против пандемии. Звучит всё правильно, но несколько утопически на фоне реально происходящего.
В администрации Дональда Трампа глобальное распределение вакцины против коронавируса COVID-19 сравнили с кислородными масками в разгерметизированном самолёте. «Сначала наденьте маску на себя, а потом мы поможем другим, как можно скорее», – заявил в июне Питер Маркс, высокопоставленный представитель Управления по надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, контролирующий разработку вакцины.
Главное отличие в том, что кислородные маски автоматически выпадают не только в первом классе, как может произойти с вакциной, если правительства ограничат доступ к ней для других стран.
На начало июля велась разработка 160 вакцин против нового коронавируса, 21 из них находилась на стадии клинических испытаний. Потребуются месяцы, чтобы доказать безопасность и эффективность одной или нескольких вакцин, но уже сейчас страны, производящие вакцины (и богатые страны, которые этого не делают), ведут борьбу за скорейший доступ. Судя по действиям правительств в нынешнюю пандемию и в предыдущие, их поведение не изменится. Без международных обязательств обеспечить глобальный, равный и рациональный доступ к вакцинам лидеры будут отдавать предпочтение заботе о собственном населении, вместо того чтобы замедлить распространение COVID-19 и защитить медицинских работников и наиболее уязвимые группы населения в других странах.
Подобный «вакцинный национализм», или подход «моя страна в приоритете», будет иметь глубокие, долгосрочные последствия. Без глобальной координации страны будут конкурировать друг с другом, повышая цену вакцины и необходимых для неё материалов. Поставки проверенных вакцин сначала будут ограничены даже в богатых государствах, но больше всего пострадают страны с низкими и средними доходами. Им останется только наблюдать, как их более состоятельные соседи перекупают поставки, и месяцами (если не дольше) ждать своей очереди. А в это время медицинские работники, миллиарды пожилых людей и другие группы риска в бедных странах будут оставаться незащищёнными, пандемия продолжится, количество смертельных случаев увеличится, нагрузка на систему здравоохранения и экономику будет расти. Стремясь заполучить вакцину, страны, не имеющие доступа к первичным поставкам, будут применять любые рычаги давления, включая блокировку экспорта ключевых компонентов, что приведёт к нарушению цепи поставок ингредиентов, шприцев и ампул. В отчаянии страны пойдут на краткосрочные сделки по приобретению вакцины, которые потом пагубно скажутся на их экономических, дипломатических и стратегических интересах. Результатом станут не только экономические и гуманитарные проблемы, но и неприязнь к странам, имеющим вакцины, что, в свою очередь, подорвёт международное сотрудничество, которое понадобится для борьбы с болезнями в будущем – не говоря уже о таких вызовах, как изменение климата и ядерное распространение.
Ещё не поздно – глобальное сотрудничество ещё может возобладать над глобальной дисфункцией, но для этого странам и их политическим лидерам придётся сменить курс. Миру нужна регулируемая торговля вакциной от COVID-19, а также соглашение об инвестициях, которое убедит лидеров стран-производителей вакцины, что, поделившись своим продуктом, они не поставят под удар собственное население. Подобное соглашение могут разработать и реализовать существующие институты и системы. Для этого не нужны новые механизмы: динамика производства и глобальная торговля обычно создают слои взаимозависимости, которые будут стимулировать участников к выполнению обязательств. Но нужно лидерство и участие большинства стран-производителей вакцины, включая – в идеале – США.
Победители и проигравшие
Цель вакцины – повысить иммунный ответ, чтобы, когда вакцинированный человек столкнётся с вирусом, его иммунитет выявил патоген – человек не будет инфицирован и не заболеет. Безопасность и эффективность вакцины от COVID-19 сначала должна быть проверена на животных, затем на небольшой группе добровольцев и, наконец, на репрезентативных группах, включая пожилых, больных и молодёжь.
Большинство разрабатываемых сейчас вакцин не пройдёт испытания. Если одна или несколько вакцин окажутся безопасными и эффективными в предотвращении заражения и значительная доля населения пройдёт вакцинацию, число подверженных заболеванию людей упадет до уровня, когда коронавирус не сможет распространяться. Популяционная защита, или коллективный иммунитет, пойдёт на пользу всем – как вакцинированным, так и невакцинированным.
Пока неясно, удастся ли добиться популяционного иммунитета в случае с коронавирусом. Вакцина от COVID-19 может оказаться аналогом вакцины против гриппа. Этот важный инструмент системы здравоохранения уменьшает риск заражения, ослабляет симптомы и снижает вероятность летального исхода, но не останавливает распространение вируса полностью. Однако, учитывая потенциал вакцины, которая может остановить или хотя бы обуздать самую смертоносную пандемию за сто лет, мировые лидеры, в том числе президент Франции Эммануэль Макрон, председатель КНР Си Цзиньпин и генсек ООН Антониу Гутерриш, назвали её глобальным общественным благом – ресурсом, который должен быть доступен всем, а его использование в одной стране не препятствует применению в другой.
Сразу это не станет реальностью. Пока глобальные поставки будут оставаться ограниченными, часть людей получит доступ к вакцине от COVID-19 с задержкой. Из-за этого «узкого горлышка» вакцина не станет по-настоящему глобальным общественным благом.
Производство вакцины – дорогостоящий сложный процесс, в котором даже небольшие изменения могут нарушить чистоту, безопасность и эффективность конечного продукта. Поэтому регуляторы лицензируют не только завершённую вакцину, но и каждый этап производства и каждый объект, где оно происходит. Производство вакцины предполагает очистку ингредиентов, формирование и добавление стабилизаторов, консервантов и адъювантов (веществ, усиливающих иммунный ответ) и фасовку продукта во флаконы или ампулы. Лишь несколько десятков компаний по всему миру могут произвести завершающий этап – фасовку и упаковку. Ещё меньше компаний могут справиться с производством активных ингредиентов с контролем качества, особенно если речь идёт о новейших вакцинах. Долгое время в этой отрасли доминировали четыре крупные международные корпорации, базирующиеся в США, Великобритании и ЕС. С трудом наберётся ещё с десяток фирм, готовых к масштабному производству вакцин, включая такие учреждения, как Институт сывороток Индии (Serum Institute of India) – крупнейший мировой производитель вакцин. В основном это маленькие предприятия, которые не смогут производить миллиарды доз.
Ещё один фактор, осложняющий картину, – некоторые разрабатываемые сейчас вакцины от COVID-19 базируются на технологиях, которые до сих пор не лицензированы. Наладить массовое производство и получить своевременное одобрение новых вакцин будет трудно даже для богатых стран с опытными регуляторами.
Таким образом, можно предположить, что производство вакцины от COVID-19 ограничится десятком стран.
Даже когда вакцины будут готовы, ряд факторов может замедлить доступ к ним государств-непроизводителей. Власти стран, производящих вакцину, возможно, будут настаивать на вакцинации значительной доли своего населения, прежде чем передать препарат другим государствам. Могут также возникнуть технические ограничения по объёму доз и сопутствующих материалов, который компании могут производить ежедневно. Кроме того, у бедных стран может не оказаться адекватной системы распространения полученной вакцины.
В период неизбежной задержки будет много проигравших, особенно из числа беднейших стран. Но пострадают и богатые государства, включая тех, кто будет стремиться сделать собственную вакцину, но поставит не на ту разработку. Отвергнув сотрудничество, эти страны предпочтут собственную исключительность здоровью нации.
И даже «выигравшие» бессмысленно пострадают из-за отсутствия глобальной схемы распространения вакцины. Если системы здравоохранения рухнут под гнётом пандемии и иностранные потребители будут болеть и умирать, сократится глобальный спрос в зависящих от экспорта отраслях в богатых странах, включая авиастроение и автопром. Если иностранные работники находятся на карантине и не выполняют свою работу, будет нарушена трансграничная сеть поставок. Тогда даже страны, получившие вакцину, лишатся комплектующих и услуг, необходимых для функционирования их экономики.
Вызываем доктора
По прогнозам, пандемия коронавируса может унести жизни 40 млн человек и сократить глобальное экономическое производство на 12,5 трлн долларов к концу 2021 года. Остановить пандемию как можно быстрее – в интересах всего человечества. Но во многих столицах призывы к глобальному сотрудничеству остаются неуслышанными.
Решающий сдвиг в неверном направлении произошёл уже в первые месяцы пандемии. На фоне глобального дефицита сначала Китай, потом Франция, Германия, другие страны ЕС и, наконец, США приостановили поставки респираторов, хирургических масок и перчаток для медиков. Семьдесят стран плюс Евросоюз ввели ограничения на экспорт средств индивидуальной защиты, аппаратов ИВЛ и медикаментов в первые четыре месяца пандемии. В эту группу вошло большинство стран, где потенциально может производиться вакцина от COVID-19.
Такой подход не нов. Во время пандемии вируса гриппа А H1N1(свиной грипп) в 2009 г., от которой умерли 284 тыс. человек, вакцина была разработана всего за семь месяцев. Но богатые страны скупили практически весь объём произведённого препарата. После того, как Всемирная организация здравоохранения призвала сделать пожертвования, Австралия, Канада, США и ещё шесть стран согласились поделиться 10% своих запасов с бедными странами, но только когда решат, что имеющегося объёма хватит для внутренних нужд.
Неправительственные и некоммерческие организации предлагают две стратегии, чтобы снизить риск подобного вакцинного национализма в случае с COVID-19. Коалиция по инновациям для предупреждения эпидемий (CEPI), Фонд Билла и Мелинды Гейтс, неправительственное вакцинное партнёрство Gavi и другие благотворители разработали планы по уменьшению очереди за вакциной – посредством инвестиций в производственные и распределительные мощности на ранней стадии, ещё до того, как будет доказана безопасность и эффективность препарата. Таким образом, они надеются сократить задержку поставок в бедные страны. Этот подход разумный, но он противоречит инициативам по рациональному использованию ресурсов, то есть объединению учёных и повышению производственных мощностей. Кроме того, сокращая очередь за вакциной таким путём, можно исключить страны со средними доходами – Пакистан, ЮАР, большую часть Латинской Америки, которые не соответствуют критериям получения донорской помощи. Также вряд ли удастся решить проблему с правительствами стран-производителей, которые захотят оставить себе большие запасы, чем им необходимо, независимо от ситуации в других странах.
Альтернативный подход – попытаться вообще уничтожить очередь. Более десяти стран и благотворительные организации изначально пообещали 8 млрд долларов в рамках инициативы «Ускоритель доступа к инструментам против COVID-19» (Access to COVID-19 Tools Accelerato, ACT), которая направлена на быструю разработку и справедливое распространение вакцины, методов терапии и диагностики COVID-19. Однако ACT пока не удалось привлечь крупнейших производителей вакцин, включая США и Индию. Вместо этого администрация Трампа выделила почти 10 млрд долларов на операцию «Сверхсветовая скорость (Warp Speed) – программу, нацеленную на выпуск сотен миллионов доз вакцины от COVID-19 к январю 2021 г., но только для американцев. А в это время глава Института сывороток Индии Адар Пунавалла заявил, что «по крайней мере первоначально» любая вакцина, произведённая компанией, поступит в распоряжение 1,3 млрд индийцев. Другие разработчики вакцин делают аналогичные заявления, обещая, что страна-хозяйка производства и привилегированные покупатели получат первые дозы вакцины, если поставки будут ограниченными.
Поскольку нет уверенности в том, что усилия по сотрудничеству смогут преодолеть все эти препятствия, всё больше стран пытаются обеспечить поставки. Франция, Германия, Италия и Нидерланды объединились в Инклюзивный вакцинный альянс, чтобы совместно вести переговоры с разработчиками и производителями. Этот альянс уже стал частью усилий Еврокомиссии по переговорам с производителями, чтобы зарезервировать для ЕС дозы наиболее перспективных вакцин-кандидатов. В мае Си Цзиньпин заявил участникам Всемирной ассамблее здравоохранения (принимающий решения орган ВОЗ), что, если Пекин преуспеет в разработке вакцины, то поделится результатами с миром, но не сказал когда. В июне Энтони Фаучи, директор американского Национального института аллергических и инфекционных заболеваний, выразил сомнение по поводу этого заявления и сказал The Wall Street Journal, что, по его мнению, китайское правительство будет использовать вакцину «преимущественно для огромного населения Китая». Летом Соединённые Штаты скупили практически все поставки «Ремдесивира», одного из первых препаратов, доказавших эффективность против COVID-19, и оставили ни с чем Великобританию, ЕС и весь остальной мир почти на три месяца.
Учиться на горьком опыте
Глобальное сотрудничество в распределении вакцины станет самым эффективным методом борьбы с распространением вируса. Оно также подстегнёт экономику, позволит избежать нарушения цепи поставок и предотвратить ненужные геополитические конфликты. Но если все страны-производители окажутся националистами, никто не захочет нарушать тренд. В этом отношении распределение вакцины напоминает классическую проблему теории игр под названием «дилемма заключённого»: страны ведут себя как тот самый заключённый.
«Если мы чему-то и научились на примере эпидемии свиного гриппа H1N в 2009 г., – заявил Питер Наварро, которого Трамп в марте назначил ответственным за обеспечение поставок по COVID-19, – так это тому, что мы не можем зависеть от других стран, даже близких союзников, в поставках необходимой продукции – от масок до вакцины». Наварро приложил максимум усилий, чтобы все остальные тоже запомнили этот урок. Вскоре после этого заявления Белый дом ввёл ограничения на экспорт американских хирургических масок, респираторов и перчаток, в том числе в бедные страны.
Отказываясь разрабатывать план координации массового производства и распространения вакцины, многие правительства, в том числе американское, списывают со счетов потенциал глобального сотрудничества. Такое сотрудничество возможно, но оно потребует от стран обязательств делиться, чтобы лидеры перестали опасаться внутренней оппозиции.
Временной горизонт для большинства политических лидеров небольшой, особенно для тех, кому выборы предстоят в ближайшее время. Многие по-прежнему не уверены, что избиратели поймут: долгосрочные последствия для здравоохранения и экономики распространения коронавируса в других странах опаснее, чем необходимость немного подождать вакцинации для них самих и их близких. Политикам потенциальная оппозиция дома кажется большим риском, чем недовольство за рубежом ограничениями поставок, особенно если это временная мера и другие страны ведут себя точно так же.
К счастью, нежелание сотрудничать можно преодолеть. Политики будут готовы отказаться от иммунизации всего населения и поделиться вакциной с другими государствами, если появятся обоснованные данные о необходимом количестве доз для реализации целей здравоохранения в стране – например, для защиты медицинских работников, военнослужащих, сотрудников домов престарелых, для замедления распространения среди пожилых и других уязвимых групп населения, для разрыва цепочек передачи вируса. Эта информация позволит избранным лидерам пообещать поделиться вакциной с другими странами, как только они накопят необходимый запас для реализации этих целей дома. Такие исследования уже давно стали частью планирования национальных кампаний по иммунизации. Например, известно, что, поскольку вакцина против гриппа даёт относительно слабый иммунный ответ у пожилых, другие группы населения будут лучше защищены, если приоритетом станут дети – основные распространители вируса. По COVID-19 таких исследований пока нет, но они должны быть включены в клинические испытания разрабатываемых вакцин.
Рамочное соглашение по распространению вакцины будет иметь успех, если проработать его на площадке международного форума и закрепить недопустимость ограничения экспорта и перехвата поставок, как это происходило в начале пандемии COVID-19. Первые шаги к такому соглашению уже сделаны рабочей группой министров торговли G20, но к усилиям нужно привлечь представителей здравоохранения. Результатом должно стать соглашение о торговле вакциной против COVID-19 и инвестициях, которое будет предусматривать создание инвестфонда для заблаговременного приобретения и распределения вакцин – после подтверждения их безопасности и эффективности – в соответствии с нуждами национального здравоохранения, а не с размером кошелька той или иной страны. Правительства будут вносить средства в инвестиционный фонд по системе взносов, невозвратные выплаты окажутся привязаны к количеству необходимых доз вакцины и другим показателям. Участие беднейших стран будет субсидированным или бесплатным. Такое соглашение позволит работать международным организациям, которые сейчас занимаются покупкой и распределением вакцин и препаратов против ВИЧ/СПИДа, туберкулеза и малярии. Соглашение должно предусматривать обязательства стран не вводить ограничения на экспорт вакцины и сопутствующих материалов, а также поставки, предназначенных для других государств.
В соглашении может быть прописано, что, если к нему не присоединится минимальное количество стран-производителей вакцин, оно не вступит в силу, таким образом, подписавшие документ первыми – ничем не рискуют. Некоторые производители будут опасаться участвовать в глобальной программе распространения, пока не согласуют условия страхования и выплаты компенсации за возможный ущерб здоровью. Привязка соглашения к существующим механизмам регулирования, включая Международную коалицию регуляторных ведомств по лекарственным препаратам, снимет опасения производителей и поможет создать более прозрачную процедуру лицензирования вакцин, укрепить глобальное доверие, уменьшить затраты на разработку и ускорить доступ на менее выгодные рынки.
То, чего вы не знаете, может навредить (или помочь) вам
Даже если политиков удастся убедить в плюсах сотрудничества, оно не начнётся, пока не появятся барьеры, мешающие странам отказаться от соглашения и нарушить поставки вакцины, прошедшей испытания. Сотрудничество заработает, если страны будут знать, что выполнение обязательств можно проконтролировать.
Главное понять: речь не будет идти об одном продукте, скорее всего, появится несколько вакцин с разной степенью силы и эффективности. Если одна страна лишит другие доступа к первой вакцине, эти другие в ответ скроют сведения о потенциально более эффективном препарате, который разработают позже. Теория игр чётко демонстрирует: даже для самых эгоистичных игроков находятся стимулы к сотрудничеству, если игра повторяется, а участники сталкиваются с быстрым и эффективным наказанием за обман.
Какая вакцина окажется самой эффективной – будет зависеть от целевой группы пациентов. Какие-то больше подойдут для детей или для районов с ограниченными возможностями заморозки препарата. Но поскольку для разрабатываемых сейчас вариантов требуются разные ингредиенты и разное производственное оборудование, ни одна страна – даже США – не сможет подготовить все необходимые объекты, которые могут оказаться полезными.
Нынешние системы поставок неизбежно глобальны. Страна, которой повезёт разработать первую эффективную вакцину, вряд ли станет обладать всем необходимым для устойчивого массового производства. Например, в ряде разрабатываемых сейчас вакцин применяется один и тот же адъювант – вещество, получаемое из экстракта чилийского мыльного дерева. Природное соединение в основном идёт из Чили и перерабатывается в Швеции. Чили и Швеция не производят вакцины, но они могут использовать ограниченные поставки ингредиента, чтобы обеспечить себе доступ к конечному продукту. В системе поставок много подобных примеров. Учёные пока не знают, какая вакцина будет работать лучше, поэтому невозможно предвидеть и подготовить все необходимые исходные материалы.
Администрация Трампа, как и некоторые конгрессмены, винят в неспособности Америки производить всё необходимое для борьбы с COVID-19 так называемую зависимость. Но когда речь идёт о создании работающего международного соглашения по вакцине, сложные трансграничные сети поставок – это плюс, а не минус. Даже страны, не обладающими производственными возможностями, могут нарушить поставки исходных материалов в том числе в Соединённых Штатах, если поддадутся национализму.
Администрация Трампа сама напомнила о таком развитии событий в апреле, когда президент призвал применить Закон о военном производстве и пригрозил запретить экспорт в Канаду и Мексику респираторов 3M. Если бы Трамп пошёл по этому пути, Канада в ответ могла приостановить поставки в США волокна для производства хирургических масок и спецодежды. Или Оттава запретила бы канадским медсёстрам ездить на работу в Мичиган, где в их помощи остро нуждались американские пациенты. Мексика, в свою очередь, могла бы перекрыть поставки моторов и других комплектующих, необходимых для производства аппаратов ИВЛ. Белый дом, казалось, не знал о своей потенциальной уязвимости. Набрав скорость, администрация вдруг отступила.
Администрация Трампа уже поняла, что торговые партнёры – даже исторические союзники – способны пойти на ответные меры, если кто-то нарушает соглашение. В начале 2018 г. об этом ещё не знали, по крайней мере американский экономист Питер Наварро. Объясняя, почему Трамп планирует повысить пошлины на сталь и алюминий, Наварро убеждал американцев: «Не думаю, что хоть одна страна в мире на это ответит». После того как Трамп ввёл новые тарифы, Канада, Мексика и ЕС, а также Китай, Россия и Турция немедленно приняли ответные меры. Евросоюз вынес похожий урок в марте. Еврокомиссия изначально ввела широкий набор ограничений на экспорт средств индивидуальной защиты. Однако ограничения пришлось быстро урезать, поскольку пришло осознание, что Норвегия и Швейцария могут в ответ нарушить поставки компонентов, которые необходимы для обеспечения медицинской продукцией самих стран ЕС.
Американские и европейские политики сегодня понимают – или, по крайней мере, должны понимать: то, чего они не знают о трансграничных потоках, может им навредить. Парадоксально, но отсутствие информации поможет убедить скептиков поддерживать взаимозависимость, которая необходима в борьбе с пандемией. Незнание, чего они не знают, уменьшает риск того, что завтра правительства пойдут на нарушение сделки, присоединение к которой сегодня абсолютно отвечает их интересам.
Боязнь упущенных возможностей и её сила
Когда кислородные маски автоматически выпадают в случае разгерметизации, это происходит во всех частях самолёта одновременно, потому что время имеет решающее значение и потому что это – наилучший способ обеспечить безопасность всех находящихся на борту. То же самое относится и к глобальному справедливому распределению безопасных и эффективных вакцин против COVID-19.
Вакцинный национализм не только предосудителен с морально-этической точки зрения, он противоречит экономическим, стратегическим интересам и целям здравоохранения любой страны. Если мощные богатые государства выберут этот путь, победителей не будет – в итоге проиграют все. Но необязательно познавать этот урок на собственном горьком опыте. У нас есть все инструменты, чтобы выработать соглашение, которое будет способствовать сотрудничеству и уменьшит привлекательность подходов вроде «моя страна в приоритете».
Время истекает: чем ближе мир подходит к появлению первых проверенных вакцин, тем меньше возможностей создать равноправную систему их распределения. Первый шаг – это коалиция политических лидеров стран, на долю которых приходится не менее 50% мировых возможностей по производству вакцин. Они должны проинструктировать представителей здравоохранения и министров торговли, как выбраться из кокона и работать сообща. Объединив усилия, они должны выработать краткосрочное соглашение, в котором будут прописаны условия предоставления вакцин, в том числе бедным странам, а также наказание за отказ от обязательств и переход к вакцинному национализму. Дело начнёт двигаться, к соглашению будет присоединяться всё больше стран-производителей вакцины. Страх лишиться доступа к вакцине, если собственная разработка окажется неэффективной, вынудит самых несговорчивых лидеров пойти на сотрудничество.
Объем экспорта иранских фиников в 52 страны составил 60 734 тонны за 4 месяца
Представитель таможни Ирана Рухолла Латифи сообщил, что за первые четыре месяца этого года объем экспорта иранских фиников в 52 страны составил 60 734 тонны на сумму более 53 млн. 51 тысячу долларов.
Рухолла Латифи, указав, что Иран входит в число стран с подходящими условиями для выращивания различных видов фиников, сказал: «Эти условия привели к производству высококачественных фиников, и поэтому образец высококачественных иранских фиников является уникальным в мире, поскольку место выращивания и условия, предусмотренные для выращивания этого вида фиников, возможны только на землях некоторых частей Ирана».
«За первые четыре месяца этого года Иран экспортировал более 60 734 тонны фиников на сумму 53 млн. 51 тыс. долларов в 52 страны, включая Швецию, Нидерланды, Россию, Турцию, Катар, Украину, Афганистан, Канаду, Австралию, Германию, Францию, Англию, Ирак, Индию, Пакистан, Китай, Чили, Венгрию», - отметил он, сообщает IRNA.
Дубай, ОАЭ. Все пассажиры авиакомпании Etihad Airways будут обязаны предъявлять сертификаты об отсутствии коронавируса COVID-19, выпущенные не ранее чем за 96 часов до вылета. Речь идет о путешественниках, вылетающих и прибывающих в Объединенные Арабские Эмираты, а также следующих через Международный аэропорт Абу-Даби транзитом.
Правило вступает в силу с 16 августа 2020 года. До настоящего момента требование предъявить отрицательные результаты ПЦР-теста на COVID-19 из одобренной государством лаборатории для допуска на борт распространялось только на пассажиров, возвращающихся в Абу-Даби и путешествующих через столицу ОАЭ транзитом.
Отмечается, что пассажиры, отправляющиеся в Пакистан и Индию, должны использовать для прохождения тестирования медицинские центры, одобренные непосредственно авиакомпанией Etihad Airways. От прохождения теста освобождаются дети до 12 лет и люди с инвалидностью.
Одновременно с этим, Федеральное управление по идентификации и гражданству запустили вторую фазу программы по возвращению в страну резидентов Объединенных Арабских Эмиратов и освободили их необходимости оформлять для этих целей разрешение.
Нововведение касается обладателей действующих резидентских виз всех эмиратов, за исключением Дубая, где необходимо получение разрешения на въезд от Генерального директората по вопросам резидентства и международным связям (DGRFA Dubai), который до настоящего момента не анонсировал введение аналогичных послаблений.
Новые правила вступили в силу с 11 августа 2020 года и действуют в международных аэропортах ОАЭ, включая аэропорты Дубая. Теперь для возвращения в страну резидентам шести эмиратов необходимо только заполнить форму на портале uaeentry.ica.gov.ae, предоставив данные удостоверения личности Emirates ID и национального паспорта, после чего можно бронировать авиабилеты.
Решение об отмене разрешений связано с окончанием летних каникул и открытием школ, а также восстановлением деловой активности на территории ОАЭ после вспышки коронавируса COVID-19. Уже в сентябре 2020 года авиакомпания Etihad собирается возобновить работу на половину своей мощности (по сравнению с показателями до вспышки коронавируса).
Стоит напомнить, что на рейсах Etihad работают так называемые «посланники благополучия», которые следят за чистотой и соблюдением мер профилактики коронавирусной инфекции.
Новость размещена при поддержке проекта Olivara Residence & Park. Новый жилой проект в Дубае. Квартиры в зелёном квартале в аренду напрямую от застройщика Palma Holding. Получите месяц аренды в подарок прямо сейчас.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter