Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

По данным Института статистики Италии (ИСТАТ), опубликованным 23 нояб., в окт. 2005г. в торговле со странами, не входящими в ЕС (40% общего товарооборота Италии) было зарегистрировано отрицательное сальдо внешнеторгового баланса в 232 млн. евро (в том же месяце 2004г. положительное сальдо внешнеторгового баланса составляло 537 млн. евро). За янв.-окт. 2005г. отрицательное сальдо внешнеторгового баланса достигло 7,6 млрд. евро, что является наиболее высоким показателем с 1993г. Как отмечается далее, «эффект высоких цен на энергоресурсы» продолжает негативно сказываться на товарообороте Италии: дефицит торгового баланса со странами Опек за период янв.-окт. 2005г. достиг 12 млрд. евро (+40,3% – рост импорта с начала 2005г.), с Россией – 4,8 млрд. евро. При этом положительное сальдо внешнеторгового баланса с США составило 10,7 млрд. евро (+5,4% – рост экспорта с начала 2005г.), в то время как дефицит торгового баланса с Китаем достиг своего исторического значения – 8,2 млрд. евро. Италия > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 28 ноября 2005 > № 21688

Мировое сообщество пообещало Пакистану 5,4 млрд.долл. на восстановление после землетрясения. Об этом было заявлено на международной конференции по помощи Пакистану, которая проходит в Исламабаде. Такая сумма была обещана в ответ на просьбу генерального секретаря ООН Кофи Аннана и лидеров Пакистана оказать финансовую поддержку стране после разрушительного землетрясения 8 окт. Это оказалось даже больше того, чем просил Исламабад. Ранее президент Пакистана генерал Первез Мушарраф заявил, что для восстановления разрушенных регионов и на помощь пострадавшему населению необходимы, по меньшей мере, 5,2 млрд.долл. Он сослался на результаты исследований экспертов Всемирного банка и Азиатского банка развития. Выступавшие главы делегаций, представлявших страны-доноры, международные спонсорские институты и различные гуманитарные организации выразили готовность оказать Пакистану срочную финансовую поддержку.

Среди крупных жертвователей оказались и государства, и международные финансовые институты. Так, Еврокомиссия пообещала помощь в виде грантов на 110 млн.долл. еще в 2005г.. Управление международного развития США заявило о том, что США выделяют 510 млн.долл., из которых 300 млн.долл. будут переданы наличными, 110 млн.долл. пойдут на поддержку гуманитарной операции в пострадавших районах, еще 100 млн.долл. – это частные пожертвования. Еще 360 млн.долл. выделяет Саудовская Аравия. Делегация Великобритании пообещала помощь в 120 млн.долл., Турция – 150 млн.долл., ОАЭ – 100 млн.долл.

Глава делегации Индии заявил, что Дели подтверждает свое обещание выделить помощь на 25 млн.долл. Международный валютный фонд выразил готовность предоставить заем в 375 млн.долл. под 0,5% ставки. КНР – заем в 300 млн.долл. на льготных условиях, Япония – заем в 100 млн.долл., Франция – заем в 94 млн.долл.

Крупные пожертвования и займы пообещал также ряд других государств и международных финансовых и гуманитарных организаций. Разрушительное землетрясение произошло в Пакистане утром 8 окт. Эпицентр подземных толчков магнитудой более 7,6 располагался в 90 км. северо-восточнее Исламабада. В результате, по официальным данным, погибли более 73 тыс.чел., более трех млн. остались без крова. Пакистан > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 19 ноября 2005 > № 20485

В Дамаске прошла пресс-конференция вице-премьера Сирии по экономическим вопросам Абдуллы аль-Дардари. Отвечая на вопросы журналистов, он отметил, что за последние 2 месяца курс сирийского фунта значительно упал – с 53 до 57 фунтов за 1 долл. По его словам, такое положение объясняется, прежде всего, постоянным политическим давлением, экономическими санкциями и угрозами военного вторжения со стороны США и их союзников. Он заявил, что пока нет никаких причин драматизировать ситуацию, т.к. правительство Сирии полностью контролирует политическую и экономическую обстановку в стране и проводит эффективные экономические реформы, направленные на либерализацию внешней торговли и развитие частного сектора экономики. Падения курса сирийского фунта больше не будет т.к. для банковской системы страны установлен фиксированный курс 55 фунтов за 1 долл. Кроме того, в ближайшее время в отношении финансовых спекулянтов, которые искусственно занижают курс сирийской национальной валюты, будут приняты строгие меры. Он отметил, что в настоящее время валютные резервы Сирии составляют 18 млрд.долл., а внешний долг страны незначителен. По его словам. Саудовская Аравия имеет внешний долг в размере 90 млрд.долл., и это никого не беспокоит. Примером мер правительства Сирии, направленным на стабилизацию финансового рынка страны является то, что в настоящее время разрешены продажа иностранной валюты гражданам страны, перевод за границу иностранной валюты для оплаты медицинских услуг в размере до 30 тыс.долл., обмен до 1 тыс.долл. для граждан Сирии, выезжающих в Ливан и Иорданию, и до 3 тыс.долл., для выезжающих в другие страны. Доходность по банковским вкладам увеличена с 5 до 9% годовых. Кроме того, сирийские предприниматели получили возможность свободно получать банковские валютные кредиты.

Правительство Сирии разрешает предоставлять валютные кредиты для оплаты 60% стоимости внешнеторговой сделки. В ближайшее время для привлечения свободных средств населения будут напечатаны и распространены облигации краткосрочного и долгосрочного внутренних займов с доходностью, соответственно, 9 и 10% годовых. В сообщении отмечается, что, по мнению иностранных экономистов, причинами быстрого падения курса сирийского фунта, кроме политических и экономических мер со стороны США и их союзников, являются сокращение налогов и таможенных сборов, возвращение на родину 300 тыс. сирийских рабочих из Ливана, окончание туристического сезона, а также значительное сокращение доходов от экспорта нефти в результате сокращения объемов ее добычи. Так, например, в 1995г. в Сирии ежедневно добывалось 620 тыс.бар., а в этом году – менее 400 тыс.бар. нефти. Сирия > Госбюджет, налоги, цены > iran.ru, 17 ноября 2005 > № 43308

В конце сент. в Йоханнесбурге (ЮАР) прошел 18 Всемирный нефтяной конгресс (ВНК). Одновременно была проведена Южноафриканская международная нефтегазовая выставка (SAIOGE 2005).Конгресс проводится раз в 3г. в разных странах по инициативе Всемирного нефтяного совета (ВНС, World Petroleum Council) – организованной в 1933г. в Лондоне неполитической профессиональной международной ассоциацией руководителей нефтегазовой отрасли. Среди основных целей организации – «содействие внедрению научных разработок, передаче технологий и использованию мировых ресурсов нефти на пользу и в интересах всего человечества». В ВНС представлены 62 страны; членство осуществляется посредством национальных комитетов, в которые входят представители нефтегазовых компаний, научно-исследовательских институтов, правительственных учреждений. Работа российского национального комитета ВНС координируется представителями компании «Роснефть».

На территории африканских стран Конгресс проводился впервые. Основными хозяевами мероприятия стали южноафриканская энергетическая корпорация PetroSA и правительство страны. Весомый вклад (финансовый, организационный и, наконец, содержательный) внесли и национальные нефтегазовые компании и правительства четырех других энергетических грандов континента: Алжира, Анголы, Ливии и Нигерии. Благодаря этому многие темы приобретали всеафриканский характер, и складывалась объемная картина нынешнего состояния и перспектив развития энергетики Африки в мировом разделении труда в будущем.

Конгресс отличался высоким уровнем представительства стран-участниц, причем не только африканских. Мировые информационные каналы в прямом эфире транслировали выступления министра нефти Саудовской Аравии Али аль-Наими, министра промышленности и энергетики Катара Абдаллы аль-Атыйя, исполнительного директора Международного энергетического агентства (IEA) Клода Мандиля, наконец, заключительное слово главы ВР сэра Джона Брауна. Интерес вызвали выступления государственного министра нефти Нигерии, заместителей министров нефти и энергетики Алжира и Ливии. В Конгрессе приняли участие представители практически всех крупных международных нефтяных компаний, национальных нефтегазовых энергетических компаний, независимых компаний. Россия была представлена делегацими «Роснефти», «Газпрома», ТНК-ВР, «Сургутнефтегаза», «Сибнефти».

Заметным – как в работе Конгресса, так и на проходившей параллельно с ним выставке – стало участие китайских и латиноамериканских компаний (из Бразилии и Колумбии). Бразильский Petrobras достойно смотрелся на фоне крупных западных компаний, специализирующихся на разработке морских месторождений углеводородов (а именно на шельфе континента в последнее время были обнаружены крупные залежи нефти). Китайские компании от предложения отдельных услуг и технологий перешли к предложениям строительства в африканских странах интегрированных комплексов, включающих объекты по добыче и переработке нефти и даже нефтехимические предприятия (проекты таких комплексов были представлены на стендах компаний SinChem, SinoPec и CNPC).

По итогам многочисленных докладов, презентаций и обсуждений можно выделить 4 важных для российского бизнеса тенденции.

1. Нефтегазовая отрасль африканских стран характеризуется высокими темпами роста и начинает играть важную роль в мировой энергетике. До 2010г. в рамках развития и реализации различных нефтегазовых проектов предполагается освоить до 90 млрд.долл. капитальных вложений. Российские компании могут претендовать на определенную долю контрактов – по небольшим экономически эффективным проектам повышения нефтеотдачи или поставкам оборудования и технологий.

2. Национальные нефтегазовые компании (ННК) по мере развития проектов и накопления значительных денежных средств и опыта постепенно превращаются в компании мирового значения. Со временем можно ожидать ужесточения переговорных позиций африканских компаний и снижения относительной привлекательности российских технологий и условий участия в проектах.

3. Все больше реализуемых в Африке нефтегазовых проектов относятся к разряду крупных, требующих многомиллиардных вложений. Целесообразность участия российских компаний в подобных проектах может определяться необходимостью получения опыта работы в международных консорциумах. Приемлемой может стать и концентрация на получении мелких контрактов на освоение не очень больших месторождений углеводородов (с учетом значительных технологических наработок целого ряда российских компаний, можно рассматривать и проекты, находящиеся в стадии падающей добычи). Это позволит российским компаниям наработать опыт операторской деятельности в международных проектах, максимально применить имеющийся научно-технический потенциал и утвердить позитивный имидж компаний.

4. Стратегия развития бизнеса в области upstream на зарубежных рынках может включать проведение геологоразведочных работ в странах, перспективность обнаружения запасов углеводородов в которых не аксиоматична. Основное бремя принятия решений в таких случаях ложится на геологическую службу. Такие страны, как правило, предлагают иностранным компаниям максимально выгодные условия инвестиций (режим СРП, доля государства до 15%, доля «компенсационной» нефти до 90%, «зеленый коридор» для импортируемых оборудования и технологий). В случае успеха разведочных работ компания может рассчитывать на получение значительного экономического эффекта и занятие господствующих позиций в новом нефтегазоносном районе. На Конгрессе были проведены презентации возможностей вхождения в геологоразведку в Марокко, Кении и на Мадагаскаре.

Событием Конгресса стало приветственное слово президента ЮАР Табо Мбеки. За время непродолжительного выступления господин Мбеки успел высказаться по поводу всех значительных проблем человечества: последняя Генассамблея ООН полностью провалена, организация нуждается в реформировании и переоценке целей; отбушевавшие ураганы в США не намного страшнее азиатского цунами; развитие конфронтации с Ираном не выгодно никому, нужен просто объективный контроль со стороны авторитетных международных институтов – причем с одновременным контролем соответствующих программ Израиля.

При этом ситуация в самой ЮАР далека от идеальной. Это чувствовалось сразу по прилету – огромное количество полицейских патрулей говорило не только о повышенном внимании оргкомитета к вопросам безопасности членов проходящего Конгресса. В стране все еще сохраняется один из самых высоких в мире коэффициент разницы доходов. Причем разница в доходах имеет и ярко выраженный расовый аспект. По данным Global Insight, за чертой бедности живет 56% черного населения ЮАР и только 4% – белого населения. Попытки же принудительного перераспределения доходов или увеличения доли темнокожих среди владельцев и руководителей бизнеса зачастую приводят к снижению доходов и эффективности. Ситуацию ухудшает приток беженцев из соседних стран: работу найти им практически невозможно (уровень безработицы в ЮАР приближается к 50%), а содержание лагерей беженцев ложится дополнительным бременем на социальную сферу.

Подобная ситуация способствует росту преступности и сохранению в целом достаточно напряженной внутриполитической обстановки. У власти сейчас находится АНК, и поэтому политическое напряжение по линии расовых различий значительно снизилось, но правительство по-прежнему всерьез опасается ужесточения противоречий по линии богатые-бедные. Мелкие банды, останавливающие богатые машины и лишающие водителя всех наличных денег, дорогих вещей, а нередко и самого авто, все еще остаются характерной чертой урбанистического пейзажа в ЮАР.

Доля черного населения в ЮАР не увеличивается (что можно было бы ожидать ввиду высокой рождаемости). Черное население составляет 79%, белое – 9%, оставшиеся 12% приходится на потомков смешанных браков и выходцев из Азии. В 2005г. в ЮАР ожидается депопуляция – по предварительным прогнозам население может уменьшится на 0,3%. Одной из основных причин является один из самых высоких в мире показателей заболеваемости СПИДом. Только официально зарегистрированных носителей ВИЧ в стране насчитывается 5 млн. (при общем количестве населения в 44 млн), неофициальные оценки показывают еще большие цифры. Большинство заболевших – темнокожие. Если ситуация не изменится, к 2010г. количество черного населения страны может сократиться в 2 раза. СПИД оказывает серьезное влияние и на возрастную структуру населения: постепенно «вымывается» прослойка черного населения среднего возраста. Все это дополнительным бременем ложится на социальную сферу страны.

Природа и особенности исторического развития страны обусловили своеобразие энергетического комплекса ЮАР. Основным видом добываемого и потребляемого здесь топлива является уголь. В ЮАР сосредоточено до 5% мировых извлекаемых запасов угля (7 место в мире).

Такое «угольное богатство», незначительные собственные запасы нефти и санкции, введенные мировым сообществом против ЮАР в 80гг. в целях борьбы с режимом апартеида, способствовали разработке в ЮАР собственных уникальных технологий выработки синтетических топлив. Синтетические топлива вырабатываются из угля, а также газа и конденсата, добываемых в Заливе Моссела (Моссел-Бей) и импортируемых из Мозамбика. Две основных энергетических компании ЮАР: частная Sasol (мощности по синтетическим топливам 150 тыс. б/д) и государственная PetroSA (50 тыс. б/д) являются общепризнанными лидерами в области технологий выработки синтетических топлив. При этом в топливном балансе этих компаний уголь постепенно вытесняется газом. Помимо обеспечения собственных энергетических нужд, синтетические топлива могут стать серьезным конкурентным преимуществом южноафриканских компаний на глобальных рынках и увеличить экспортные доходы: сразу в нескольких африканских и южноамериканских странах планируется построить заводы по производству синтетических топлив на основе технологий Sasol.

Практически вся потребляемая в стране нефть импортируется (за счет собственной добычи покрывается только 10% потребностей). Основными поставщиками нефти в ЮАР являются Саудовская Аравия и Иран, в последнее время в целях диверсификации и обеспечения надежности поставок страна также получала нефть из Анголы, Кувейта, России и Экваториальной Гвинеи. Сведения о перспективности территории и континентального шельфа ЮАР на предмет обнаружения залежей углеводородов довольно противоречивы. Крупных месторождений здесь, скорее всего, обнаружено не будет. Определенные надежды на обнаружение газа связываются с морскими блоками ближе к границе с Намибией.

В нефтегазовом секторе страны также реализуется политика ВЕЕ – работающие в стране компании BP, Caltex, Shell и Total подписали Хартию о трансформации нефтяной промышленности, согласно которой до 25% нефтяной отрасли ЮАР к 2011г. должно контролироваться темнокожими бизнесменами. Правительство также зарезервировало до 10% лицензий на новые перспективные газоносные участки для передачи компаниям, контролируемым черными.

ЮАР обладает вторыми по величине нефтеперерабатывающими мощностями в Африке (520 тыс. б/д), уступая только Египту (726 тыс. б/д). Достаточно активно – с участием PetroSA, Sasol, частных местных и иностранных компаний – развивается сеть розничной торговли нефтепродуктами. Причем частные компании, работающие в этом секторе, постепенно начинают задумываться о расширении своего бизнеса в разведку и добычу нефти, в том числе, в других странах. Частные компании высказывали готовность профинансировать небольшой проект по разведке и добыче нефти, при условии наличия партнера среди опытных нефтегазовых компаний, который взял бы на себя осуществление технической стороны проекта. С учетом финансовых возможностей и политического влияния бизнесменов из ЮАР в других африканских странах, данная схема захода на рынки третьих стран может оказаться небезынтересной для российских компаний.

Алжир. Среди стран – основных спонсоров Конгресса Алжир выглядел действительно лидером. Если другие страны в основном пытались обратить внимание грандов нефтегазовой отрасли и инвестиционного сообщества на привлекательность участия в проектах на своей территории, то алжирская делегация оперировала понятийным аппаратом афро-арабо-латиноамериканского сотрудничества. Причем в самых современных и передовых отраслях. Штаб-квартира Совещания экспертов по внедрению практики электронного правительства в странах Африки (e-Afrique) находится в Алжире.

Помимо планомерного развития проектов строительства двух новых газопроводов в Европу (в Испанию и Италию по дну Средиземного моря) и тендеров на освоение перспективных нефтегазоносных участков, правительство этой страны обсуждает с европейскими контрагентами проект прокладки в Испанию и Италию подводных электрических кабелей. Экспорт электроэнергии рассматривается как дополнительный источник доходов и мера минимизации ценовых рисков по нефти и газу.

Роль основного докладчика по стране была отведена нефтегазовой компании Sonatrach. Еще совсем недавно это компания была достаточно громоздкой национальной монополией, совмещавшей функции собственно вертикально-интегрированной компании и регулирующего органа. В Алжире происходит реорганизация нефтегазового сектора, в значительной степени оказывающая влияние и на Sonatrach: согласно принятому недавно новому закону, у компании отобрали «функции государства». В результате Sonatrach остался большой, значимой для экономики страны компанией, но ее позиции теперь, в принципе, абсолютно одинаковы с любой другой компанией, присутствующей в нефтегазовом секторе Алжира или планирующей в него зайти. Все регулирующие, лицензионные и прочие функции переданы в специально создаваемые в ходе реформы компанию Al-Naft и Регулирующий орган.

Предполагается, что все эти меры будут способствовать увеличению общей эффективности работы отрасли через усиление конкуренции и позволят Sonatrach сконцентрировать все усилия на основной деятельности по разведке, добыче, переработке и реализации нефти и газа – только до 2009г. компания планирует освоить до 24 млрд.долл. капитальных вложений. Иностранные компании теперь смогут получить доступ к подземным хранилищам газа и газотранспортной системе, а также получат возможность самостоятельно реализовывать добываемый газ – раньше он продавался компании Sonatrach или реализовывался совместно с ней.

Sonatrach пытается стать нефтегазовой компанией глобального масштаба. Именно этим, очевидно, объясняется его вхождение в достаточно противоречивый проект по разработке газового месторождения Camisea в Перу. Через СП и путем прямого участия в проектах в секторе downstream (переработка и реализация углеводородов и производных продуктов).

Компания также ведет деятельность в Ливии, Испании, Великобритании. Согласно представленному на Конгрессе плану развития собственной переработки и сбыта добываемых углеводородов, в дополнение к наращиванию добычи Sonatrach пытается выстроить многопродуктовую цепочку создания стоимости в секторе downstream. Компании принадлежит 50% доля в современном нефтехимическом комбинате в Испании (вторая половина контролируется компанией BASF). При этом компания готова к сотрудничеству с иностранными партнерами и на своем родном рынке – в проекте строительства нового Адрарского НПЗ на юге Алжира 70% принадлежит китайским компаниям.

Правда, не все идет гладко – в результате взрыва непонятного происхождения на терминале сжиженного природного газа в г. Скикда в янв. 2004г. из строя было выведено 17% национальных мощностей СПГ – весьма перспективного и важного для Алжира вида экспорта газа.

Ливия. У традиционной соперницы Алжира Ливии ситуация несколько иная. Основной проблемой является ускоренное преодоление последствий многолетних санкций со стороны мирового сообщества и США. По данным национальной нефтегазовой корпорации Ливии (NOC), до 2/3 национальной территории остается недоразведанной на предмет обнаружения запасов нефти и газа. Поэтому основной задачей является привлечение в страну как можно большего количества иностранных компаний, обладающих необходимым технологическим и финансовым потенциалом. В стране определен 261 разведочный блок, который предполагается передать иностранным компаниям в ходе нескольких тендерных раундов. На данный момент проведено два раунда тендеров по блокам, в которых участвовало большое количество иностранных компаний (среди участвовавших компаний были ExxonMobil, Chevron, Total, BP, Shell, китайская CNPC, индийская ONGC, ОАО «Газпром», ОАО «Лукойл»).

Конкуренция между ними позволила правительству Ливии и NOC реализовать лицензии по некоторым блокам на очень выгодных условиях. В ходе второго тендерного раунда права на проведение геолого-разведочных работ на территории Ливии впервые после окончательного снятия санкций получила российская компания «Татнефть».

Ливия планирует к концу десятилетия нарастить объем собственной добычи нефти до 3 млн. б/д. При этом, правда, Ливия является членом ОПЕК, и ее нынешний уровень добычи (1,6 млн. б/д) уже превышает ливийскую квоту по добыче, устанавливаемую этой организацией (1,5 млн. б/д). С учетом неопределенности развития ситуации вокруг ОПЕК в будущем, Ливия в качестве приоритетов второго порядка определила ускоренное развитие газовой отрасли и сектора переработки нефти.

Нигерия. Эта страна тоже претендует на региональное лидерство – как-никак, самая населенная страна в Африке, самое многочисленное мусульманское население. Основная речь министра нефти и энергетики г-на Даукоро строилась вокруг необходимости списания долгов развивающимся странам, стремления к осуществлению Целей развития тысячелетия ООН, важности сотрудничества добывающих и потребляющих стран во имя будущих поколений. На фоне пришедших накануне открытия Конгресса сообщений о захвате принадлежащих иностранным компаниям нефтедобывающих платформ повстанцами, требующими освободить их лидера.

Кения. Презентации стран, до сих пор к разряду мировых или региональных центров нефтегазодобычи не относившихся. Перспективность с точки зрения обнаружения углеводородов оценивается по предположениям о направлении т.н. «нефтяного пути». По аналогичному методу в свое время были предсказаны значительные запасы нефти в Судане, позже подтвержденные бурением. Правда, методики определения и локализации этого «нефтяного пути» в суданском случае (по диагонали от Нигерии и Анголы через Судан на Аравийский п-ов) отличаются от кенийского («по круговой» от Ливии и Алжира через Нигерию и Анголу на Кению и некоторые другие государства Восточной Африки).

Согласно приведенным прогнозным оценкам, Кения, Сомали и Танзания (газо- и нефтепроявления обнаруживаются и в Эфиопии) при должном развитии технологий геологоразведки могут, в принципе, повторить успех Нигерии и Анголы и стать новой перспективной нефтегазоносной провинцией.

В Кении пробурено 30 скважин (значительных запасов УВ не выявлено). Основные разведочные блоки располагаются в море, но переговоры с заинтересованными компаниями могут вестись также по 7 сухопутным блокам. В стране определяются 4 геологических бассейна, каждый из которых довольно внушительных размеров.

Стремясь привлечь к разведке углеводородов как можно больше иностранных компаний, правительство Кении установило, по сути, беспрецедентный налоговый и юридический режим. Еще в 1982г. действовавшая до того система предоставления концессий с выплатой роялти была заменена на соглашения о разделе продукции. Согласно действующей практике, компания, заинтересованная в получении разведочного блока, предоставляет в министерство энергетики Кении информацию о себе и заявление о намерении вступить в переговоры на предмет проведения геологоразведочных работ на том или ином блоке – и все. Остальное, по словам докладчиков, обсуждаемо. В случае обнаружения углеводородов срок добычи обычно устанавливается в 25 лет, доля нефти, направляемой на компенсацию затрат инвестора, составляет от 40% до 90%, доля государства в СРП ограничивается 15%. В Кении для иностранных нефтегазовых компаний действует свободный валютный режим, подразумевающий возможность беспрепятственного открытия счета и ведения операций в иностранной валюте, а также возможность полной репатриации прибыли. Импортное оборудование и материалы, необходимые для проведения геологоразведочных работ, не облагаются налогами, и за них не надо платить таможенные пошлины.

Еще несколько десятков лет назад идея о наличии запасов нефти в Чаде у специалистов вызывала улыбку, чуть позже мало кто верил в осуществимость довольно затратного и амбициозного проекта строительства нефтепровода от обнаруженных там месторождений к океанскому побережью – теперь проект «Чад-Камерун» является одним из самых ярких проектов Exxon.

Радужную картину с точки зрения развивающихся стран смог нарисовать представитель Qatar Petroleum. В ходе осуществления одного из проектов было выявлено серьезное расхождение национального и международного стандартов по сопротивлению металлов для нефтегазового оборудования – в результате напряженной работы и долгих переговоров был выработан и принят всеми заинтересованными сторонами так называемый «совместный стандарт» ISO и катарского национального учреждения стандартизации. Во внутренней документации компании Qatar Petroleum прописано, что международные стандарты могут применяться в деятельности компании, только если они удовлетворяют определенным национальным требованиям и спецификациям.

Казалось бы, на примере одной развивающейся страны выстроена идеальная модель сочетания национальных и международных стандартов. Но здесь необходимо дать некоторые пояснения: компания Qatar Petroleum участвует в проекте QatarGas – одном из крупнейших в мире проектов разработки газового месторождения с последующим сжижением добытого газа и его экспортом на многие основные энергодефицитные рынки – в основном, в Европу. Компания не просто участвует в этом проекте, но играет одну из ведущих ролей, так как месторождения и основные мощности проекта располагаются на территории государства-карлика – Бахрейна.

Учитывая особую значимость проекта для обеспечения надежности поставок энергоносителей в Европу и огромные суммы как затрат по проекту (десятки млрд.долл.), так и ожидаемых доходов (сотни млрд.долл.), иностранные компании просто не могут ставить ход его осуществления в зависимость от согласованности стандартов – и охотно идут на уступки. В других странах и на других проектах такого может и не быть. И требование о доминанте международных стандартов из технической проблемы превращается в экономическую – при помощи стандартов можно манипулировать затратами и оказывать непрямое, но действенное влияние на выбор подрядчиков.

В конце соответствующего заседания на Конгрессе была принята нейтральная резолюция: стандартизация в отрасли необходима, особенно в условиях реализации крупных и глобальных проектов; при этом применение международных стандартов – не самоцель, важно соотносить ее с общими затратами; излишняя стандартизованность производственных процессов может убить инициативу и рационализаторство.

Следующий Всемирный нефтяной конгресс пройдет в 2008г. в Мадриде (Испания). Представительство России в ВНС и оргкомитетах Конгрессов, как отмечалось выше, осуществляется компанией «Роснефть». Высшее руководство России и руководство нефтегазовой отрасли намерены лоббировать идею организации Всемирного нефтяного конгресса в 2011г. в Москве. Дмитрий Борисов. ЮАР > Нефть, газ, уголь > af-ro.com, 10 ноября 2005 > № 51162

30 окт. 2005г. состоялись выборы президента Республики Занзибар, входящей на федеративной основе в состав Объединенной Республики Танзания (ОРТ), а также выборы в парламент Занзибара и органы местного самоуправления.Действующий президент Амани Абейд Каруме, представитель правящей Революционной партии (Chama Cha Mapinduzi, CCM), одержал на выборах победу с результатом 53% голосов. Его основной соперник, Сейф Шариф Хамад, кандидат от оппозиционного Объединенного гражданского фронта (Civic United Front, CUF; Chama Cha Wananchi, CCW), набрал 46%. На выборах в местный парламент – Палату представителей (House of Representatives) – кандидаты CCM победили в 30 избирательных округах (все округа – на острове Занзибар), кандидаты CUF – в 19 округах (18 на острове Пемба и 1 – на острове Занзибар). Выборы еще в одном округе пройдут 14 дек. Также были избраны депутаты окружных советов. Выборы проходили в атмосфере взаимных обвинений и столкновений оппозиционеров с полицией и сторонниками правящей партии. Явка составила 90%.

Нынешние выборы – третьи по счету после введения в 1992г. многопартийности в Танзании. В 1995г. разрыв между CCM и CUF был незначителен. Правящая в Танзании с 1972г. и образованная путем слияния континентального Африканского национального союза Танганьики и занзибарской Партии Афро-ширази, CCM победила тогда в 26 округах на острове Занзибар, оппозиционный CUF одержал победу в двух оставшихся округах на Занзибаре и во всех 22 округах на острове Пемба (расположен к северу от острова Занзибар). Выборы сопровождались обвинениями в фальсификации и демонстрациями протеста. После этого границы избирательных округов были изменены: на Пембе осталось 18 округов, в то время как на Занзибаре их число было увеличено до 32.

На выборах 2000г., по данным Занзибарской избирательной комиссии, кандидат CCM Амани Абейд Каруме, сын первого президента Занзибара Абейда Амани Каруме, выиграл президентские выборы с результатом 67% голосов против 32% у кандидата CUF Сейфа Шарифа Хамада. Эти выборы ознаменовались обвинениями в фальсификации со стороны оппозиции, демонстрациями протеста, а также многочисленными столкновениями сторонников CUF с полицией. В одном из таких столкновений 1 марта 2001г., после убийства демонстрантами полицейского, стражи порядка открыли огонь на поражение, в результате чего погибли 27 оппозиционеров. Всего же в ходе столкновений погибли 35 и были ранены 600 чел. Было разгромлено несколько отделений CCM и подожжено несколько христианских церквей. Чтобы предотвратить эскалацию напряженности, CCM и CUF в 2002г. пошли на заключение мирного соглашения (Muafaka), в соответствии с которым правительство, сформированное из представителей правящей партии, гарантировало проведение «честных» и «свободных» выборов в будущем.

Основной лозунг CUF – достижение такой степени автономизации республики, при котором уровень жизни населения Занзибара станет таким же, как и в материковой части ОРТ. Сейчас доходы, получаемые островами от туризма, идут в общефедеральный бюджет, минуя местный, и расходуются федеральными властями на их усмотрение. Соответственно, оппозиция в случае прихода к власти планирует прекратить такую практику и оставлять доходы от туризма на острове.

Население Занзибара – на 99% мусульманское (в отличие от материковой части, где соотношение мусульман и христиан приблизительно равное). В последнее время проявляется тенденция к восстановлению арабского влияния на Занзибаре. Расширилось преподавание арабского языка, заметна активность некоторых международных исламских организаций, прежде всего из Саудовской Аравии. Историко-культурные предпосылки, игнорирование, с точки зрения местного населения, федеральной властью проблем занзибарцев и отсутствие силы, отстаивающей занзибарские интересы на федеральном уровне, низкий, по сравнению с материком, уровень жизни на Занзибаре и особенно на Пембе – факторы, которые ведут к росту исламистских, оппозиционных и радикалистких настроений. В результате получается, что CUF, по сути, – партия исламистская, что также подтверждается отсутствием широкой поддержки этой партии на континенте (за исключением, пожалуй, района Дар-эс-Салама Кинондони). А радикализм и исламизм способствуют идеологической и методологической деструктивности Фронта.

Федеральное правительство применяет к оппозиции жесткий прессинг со стороны силовых структур. Силовое присутствие на острове позволило избежать серьезных социально-политических катаклизмов, по крайней мере, до сих пор. Задолго до выборов Правительство ОРТ стало наращивать полицейское присутствие на Пембе – оплоте оппозиционных настроений. Под давлением властей 13 июня 700 представителей отделения CUF на Пембе объявили о «несогласии» с политикой партии и переходе в CCM. Но это не является показателем – оппозиционные настроения на острове крайне сильны, что и показал результат последних выборов. Такая оппозиционность населения Пембы объясняется двумя причинами. Во-первых, уровень жизни на острове еще ниже, чем на Занзибаре. Во-вторых, когда в 1957г. на Занзибаре Африканская ассоциация и Ассоциация ширази объединились в партию Афро-ширази во главе с Абейдом Каруме и Табитом Комбо, на Пембе ширази присоединились к арабской Занзибарской националистической партии и образовали Народную партию Занзибара и Пембы во главе с Шейхом Шамте. С тех пор Пемба – основной источник оппозиционных настроений в стране.

На Занзибаре также ощущалось мощное присутствие силовых структур: «Занзибар превратился в полицейское государство с тяжеловооруженными силами безопасности – военными, полицией, Полевыми силами и Сунгу Сунгу (деревенская милиция), – которые патрулируют улицы городов и деревни на протяжении последнего месяца». Особые меры безопасности были приняты в отношении района, прилегающего к штаб-квартире CUF в Стоун Таун (исторический центр города Занзибар). Там и происходили основные столкновения между полицией и оппозиционерами. В районе Фородани были зафиксированы столкновения между сторонниками CUF и CCM, забрасывавших друг друга камнями. Полиция применила для разгона демонстраций оппозиции и столкновений слезоточивый газ, резиновые пули и водометы. В результате 1 чел. погиб (на о. Пемба), 20 ранены, от 70 до 75 арестованы.

Сейф Шариф Хамад в день выборов говорил о том, что, если дальше все пойдет так же, как шло, проблем с признанием результатов выборов со стороны CUF не будет. Но после оглашения итогов выборов 1 нояб. Хамад завил: «Я не признаю эти выборы». Иностранные наблюдатели разошлись в оценках. Наблюдатели от Африканского союза и SADC признали их, в целом, «честными», «свободными», «легитимными», в то время как наблюдатели Национального демократического института (NDI, США) заявляли об избыточном применении силы к оппозиционным демонстрантам (в виде слезоточивого газа и водяных пушек), двойном голосовании и участии в выборах несовершеннолетних.

2 нояб. Амани Абейд Каруме был приведен к присяге. 5 нояб. в Дар-эс-Саламе собрался Генеральный совет CUF и заявил, что партия не признает результаты выборов, легитимность президента Каруме и будущее правительство Республики Занзибар по причине «запугивания» и «мошенничества», но будет участвовать в работе Палаты представителей. Также генсовет призвал своих сторонников воздержаться от насилия и принять участие в общефедеральных президентских выборах.

По мнению некоторых танзанийских аналитиков, эти выборы стали концом политической карьеры Сейфа Шарифа Хамада, проигравшего уже в третий раз, чем и вызвана его активная, но хаотичная деятельность в период выборов. Также предрекается и закат CUF. И все же предсказание кажется преждевременным: нужно не забывать о ситуации на Пембе. Эта проблема не снята, и одними силовыми методами ее не решить. Федеральному правительству стоит задуматься об уровне жизни в автономной республике и, прежде всего, на Пембе, разработать социально-экономические программы для снятия социальной напряженности, вызванной нищетой и безработицей.

Есть еще один момент. Некоторые африканские аналитики говорят о спасительной роли потенциального коалиционного правительства. Возможно, правящей партии ради спокойствия страны стоит попробовать включить оппозицию в управленческий процесс. Но для этого нужны политическая воля и определенная политическая культура, как у политиков, так и у граждан. Этого пока в Танзании не хватает: занзибарское общество настолько расколото, что, например, родственники, поддерживающие одну партию, не ходят на свадьбы и похороны к родственникам-сторонникам другой партии. Поэтому обычно выбирается путь наименьшего сопротивления, который, как известно, не всегда эффективен.

Возможно, какие-то перемены произойдут с приходом к власти нового общефедерального президента. Со стопроцентной уверенностью можно утверждать, что на перенесенных с 30 окт. на 14 дек. выборах победит кандидат CCM, нынешний министр иностранных дел Джакайа Киквете. В конце окт. его рейтинг составлял 75%. Представляется, что ни председатель CUF Ибрахим Липумба, ни кандидат от ChaDeMa Фримен Мбоуэ, ни другие политики не смогут составить достойной конкуренции фавориту.

2 нояб., на следующий день после объявления итогов выборов на Занзибаре, сенатор от Демократической партии США Расс Фейнгольд выступил с заявлением, в котором говорилось следующее: «Правительство Танзании и правительство Занзибара несут ответственность за прошлые злоупотребления и отсутствие прозрачности в политическом процессе. Правительство США также несет за это ответственность. То, что мы закрываем глаза на злоупотребления на Занзибаре, не соответствует нашим принципам и нашим интересам. Население Занзибара – практически полностью мусульманское. Принимая во внимание всю враждебность, всю подозрительность, всю ненависть к американской внешней политике, существующей в мусульманском мире, мы не можем быть безразличными к этой несправедливости. Я призываю Администрацию представить Конгрессу план работы с донорским сообществом, чтобы послать четкий сигнал танзанийскому правительству о том, что лишение населения Занзибара гражданских прав просто неприемлемо.» На следующий день Госдепартамент США выпустил заявление, в котором говорилось: «Танзанийскому правительству следует предоставить возможность независимого расследования нарушений и несоответствий, о которых сообщали NDI и наблюдатели посольства США. Мы также призываем правительство Танзании освободить всех политических заключенных, особенно активистов оппозиции, задержанных в ходе недавних столкновений, и вывести избыточные силы безопасности из района штаб-квартиры CUF в Стоун Таун».

Очередное прямое вмешательство в дела иностранного государства. Особенно обращает на себя внимание угроза прекратить оказание иностранной помощи в случае нежелательного исхода выборов. Госдеп фактически подписывается под тем, что иностранная помощь – это вовсе не помощь, а средство манипулирования политической элитой стран-получателей помощи.

Вопрос о том, какую линию по отношению к Занзибару изберет новый президент и его команда, остается открытым. Вероятно, будет по-прежнему делаться упор на силовом вариант решения проблемы, что, как показывает практика во всем мире, а в Африке особенно, не является однозначно эффективным и перспективным методом решения проблем сепаратизма. Артем Герасимов. Танзания > Внешэкономсвязи, политика > af-ro.com, 5 ноября 2005 > № 51163

Литва и Саудовская Аравия подписали протокол об установлении дипломатических отношений. Как говорится в сообщении, размещенном на официальном интернет-сайте литовского МИД, документ был подписан 31 окт. постпредами Литвы и Саудовской Аравии в ООН Гедиминасом Шеркшнисом (Gediminas Serksnys) и Фаузи Бин Абдулу Маджеду Шобокши (Fawzi Bin Abdulu Majeedu Shobokshi). Саудовская Аравия стала 144 государством, с которым Литва имеет дипломатические отношенния, отметили в МИД. Литва > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 2 ноября 2005 > № 20403

С момента избрания Уго Чавеса президентом Венесуэлы в 1999г. из страны «убежали» 45 млрд.долл. Такие данные приводятся в опубликованном докладе одного из ведущих экономистов Венесуэлы Эмилио Медина-Смит (Emilio Medina-Smith). По его мнению, основная причина утечки капитала за рубеж – это нестабильная политическая обстановка в стране. 90% вывезенного капитала приходится на 2000-04гг. Внешняя задолженность Венесуэлы составляет 37 млрд.долл. Введенный правительством жесткий контроль за обменом местной валюты на долл. не действует, и бизнесмены стараются при первой же возможности вывезти деньги за границу, указывается в докладе.К мнению Эмилио Медина-Смит прислушиваются правительственные чиновники и политики. Центральный банк Венесуэлы недавно присудил ему самую престижную премию в области экономики имени Эрнесто Пельтцера (Ernesto Peltzer). Венесуэла > Госбюджет, налоги, цены > ria.ru, 1 ноября 2005 > № 20122

Министерство сельского хозяйства заявило, что все идет в соответствии с планом подачи в ЕС заявления о регистрации сыра халлуми как продукта, который исторически производится только на Кипре. По закону, любой житель острова, возражающий против заявки правительства, в течение месяца мог представить свой протест, который должен быть рассмотрен министерством.Период опротестования истек 5 июня, никаких возражений не было. После проведения окончательной оценки министерство направит финальную заявку в Брюссель, предположительно, в начале осени. Со дня получения Еврокомиссией заявления от Кипра должно пройти шесть месяцев, в течение этого периода другие страны имеют право подать апелляцию. Если возражений не поступит, Европейская комиссия внесет название «халлуми» в специальный Журнал зарегистрированных названий региональных продуктов.

Регистрация продукта в качестве «регионального» означает, что он производится только в определенной географической местности при использовании признанной технологии производства. Названия зарегистрированных региональных продуктов защищены законом. К региональным продуктам могут относиться вина, сыры, колбасы, оливки, пиво и даже хлеб, фрукты и овощи, характерные для данной местности.

Основная проблема в регистрации халлуми как кипрского регионального продукта – непрекращающийся спор о том, сколько процентов и какого именно молока (коровье, овечье и козье) должно быть использовано при производстве настоящего сыра халлуми. Турция, Греция, Болгария и Дания также производят теперь сыр, называемый ими «халлуми».

Фермеры настаивают, что стандарты производства, представленные ЕС, должны указывать, что настоящий халлуми готовится только из овечьего и козьего молока. Именно по такому рецепту халлуми производится традиционно. Однако в документе, подготовленном министерством сельского хозяйства, сказано, что при производстве сыра может быть использовано и коровье молоко, но при условии, что большую часть сыра составляют овечье и козье молоко.

На прошлой неделе ЕС решил остановить выдачу субсидий на экспорт молочных продуктов в страны, не входящие в Евросоюз. Есть мнение, что данное решение является плохой новостью для молочной промышленности Кипра и негативно отразится на экспорте халлуми. Решение о прекращении субсидирования было принято в то время, когда экспорт халлуми особенно высок в страны Ближнего Востока, включая Ливан, Саудовскую Аравию, Кувейт и ОАЭ. В период действия субсидии правительство получало по 22,57 евро за каждые 100 кг. молочных продуктов, экспортированных в страны, не входящие в евроблок.

Сейчас турко-кипрский сыр «халлумия» также становится очень популярным на рынке, т.к. производство этого продукта субсидируется турецким правительством, поэтому сыр продают по низкой цене. Кипр > Агропром > cyprusadvertiser.com, 21 октября 2005 > № 133020

На рынке сотовых услуг Малайзии появились мобильные телефоны, ряд функций которых отвечает убеждениям итинных приверженцев ислама. Аппарат, работа над которым продолжалась в течение двух лет, не только напоминает владельцу о необходимости совершить молитвы в течение дня, отслеживает важные религиозные праздники, но и указывает направление на священную для каждого мусульманина Мекку. Телефон также проецирует на экране суры из Корана и сообщает владельцу о начале и окончании поста в Рамадан, рассказал изданию генеральный менеджер компании разработавшей новинку Саабан Хашем (Saaban Hashem). Уникальный «мобильник» с новыми функциями пока можно приобрести только в центрах, пропагандирующих ислама в Малайзии. Но уже в ближайшем будущем аппарат поступит в широкую продажу. Цена новинки практически не будет превышать себестоимость ее производства, поскольку ислам запрещает наживаться на единоверцах при осуществлении коммерческих операций. Малайзия > СМИ, ИТ > ria.ru, 14 октября 2005 > № 20417

Российские углеводороды и мировые рынки

© "Россия в глобальной политике". № 5, Сентябрь - Октябрь 2005

А.А. Арбатов – заместитель председателя Совета по изучению производительных сил Министерства экономического развития и торговли и Российской академии наук. М.А. Белова – эксперт департамента энергетики Института энергетики и финансов, В.И. Фейгин – главный директор Института энергетики и финансов.

Резюме Важная роль России на мировой арене в значительной степени обусловлена богатством ее природных ресурсов. Успешное участие в современном мировом разделении труда предполагает полноценное использование подобных преимуществ.

Важная роль России на мировой арене в значительной степени обусловлена богатством ее природных ресурсов. На территории России сосредоточено около 13 % всех мировых разведанных запасов нефти и 34 % запасов природного газа. Успешное участие в современном мировом разделении труда предполагает полноценное использование подобных преимуществ, хотя и не должно сводиться к нему.

Ежегодное производство первичных энергоресурсов в стране составляет более 12 % от общего мирового производства. На долю топливно-энергетического комплекса (ТЭК) приходится сегодня около четверти производства валового внутреннего продукта (ВВП) России и трети объема промышленного производства, около половины доходов федерального бюджета, экспорта и валютных поступлений страны. В отличие от большинства стран – экспортеров углеводородов, в России имеется крупный внутренний рынок их переработки и потребления. Важно, чтобы внешний спрос не входил в противоречие с динамикой и приоритетами внутреннего рынка.

СИТУАЦИЯ НА ОСНОВНЫХ МИРОВЫХ РЫНКАХ УГЛЕВОДОРОДОВ

В последние полтора десятилетия на мировом рынке нефти происходило наращивание ежегодных темпов прироста потребления нефти. В период с 1991 по 2000 год этот показатель увеличился на 9,8 млн бар./сут., а в 2001–2004 годах – на 6,3 млн бар./сут. При этом рынок был сбалансирован, а вот в том, что касалось спроса и предложения, ключевая роль отводилась на том или ином этапе разным регионам.

Если в начале указанного периода спрос расширялся за счет роста объемов потребления нефти в Северной Америке, Европе и странах Азии, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), то в последние годы лидерство по темпам роста перешло к Китаю. Годовой прирост увеличился там с 0,32 до 0,4 млн бар./сут, в то время как в Северной Америке этот показатель упал с 0,5 до 0,3 млн бар./сут, в Европе – с 0,2 до 0,15 млн бар./сут, а в азиатских странах – членах ОЭСР приблизился к нулю.

Растущий спрос начала 1990-х в основном удовлетворялся за счет увеличения добычи нефти в государствах, входящих в Организацию стран – экспортеров нефти (ОПЕК): среднегодовой темп роста составлял 0,6 млн бар./сут. В странах же бывшего СССР наблюдалось значительное падение объемов добычи. Однако к началу XXI века ситуация в корне изменилась: при сохранении среднегодовых темпов увеличения добычи нефти в странах ОПЕК, падении объемов добычи в Европе и замедлении темпов роста в Северной Америке именно Россия стала главным стабилизатором мирового рынка нефти.

В 2002–2004 годах на фоне беспрецедентного роста нефтяных цен среднегодовые темпы прироста потребления удвоились, достигнув 2 %. В прошлом году при среднегодовой цене нефти марки Brent 38,3 дол./бар. потребление нефти в мире увеличилось на 3,3 %. Однако сочетание высоких цен и замедления темпов роста мировой экономики может привести к снижению темпов прироста потребления нефти в 2005–2006 годах до 2,5–2,7 % и ниже.

Тем не менее в течение последних 2–3 лет темпы увеличения спроса на рынках превысили ожидания, поскольку в полной мере не были учтены ни фактор «новых экономик» – прежде всего Китая и в значительной мере Индии, ни быстрый рост в этих странах промышленного производства, в том числе энергоемкого (например, черная металлургия, производство цемента и т. п.), ни растущее потребление (например, начавшаяся в Китае автомобилизация). Если процессы бурного экономического подъема этих стран продолжатся и будут сопровождаться ростом среднего класса и формированием характерного для него стандарта жизни и потребностей, то общее увеличение спроса может опережать рост суммарного мирового ВВП – явление, не отмечавшееся с 1970-х.

Конечно, трудно предположить, что быстрый рост цен и спроса составят долговременную устойчивую тенденцию. Параллельное существование этих двух явлений, как таковое, несет в себе противоречие. Высокие цены позволяют как осваивать новые, ранее считавшиеся нерентабельными ресурсы нефти, так и расширять круг ее заменителей. Последнее может особенно сильно повлиять на снижение спроса.

Что касается предложения, то с ним пока не все так безоблачно, как представляется. Освоение новых месторождений требует больше времени и средств, при этом добыча не всегда способна вовремя восполнить продукцию истощающихся месторождений.

Неясность с ресурсной базой, резкое снижение числа вновь открытых крупных нефтяных ресурсов (и фактическое отсутствие новых нефтеносных провинций, в прошлом служивших основным фактором развития глобальной нефтедобычи) добавили нервозности и иррациональности игрокам на рынке, повысили обеспокоенность политических кругов. Не вызывает оптимизма и уровень политической стабильности в целом ряде основных стран-экспортеров. Скорее всего, тенденция к увеличению спроса сохранится, но темп роста будет подвержен резким колебаниям как в силу внутренних и внешних конфликтов, так и по причине возможного появления новых быстроразвивающихся экономик.

В 1980–1990 годы преодоление последствий нефтяных кризисов, обусловленных эмбарго со стороны арабских стран или договоренностями стран – членов ОПЕК об уровнях добычи, связывалось с развитием ликвидного глобального рынка нефти и соответствующими инструментами преимущественно краткосрочного характера. Однако в последнее время упор делается на построение двусторонних преференциальных связей между потребителями и поставщиками нефти, что особенно характерно как для политики США последних лет, так и для «нефтяной дипломатии» Китая и Индии, активной и по-своему тоже глобальной.

Рекордные цены на нефть и соответственно на газ (на либерализованных рынках цены на газ связаны также и с высоким спросом на него) способны в определенной степени «развернуть» ситуацию или уменьшить степень ее драматизма, но вряд ли приведут к радикальным переменам в краткосрочной перспективе. С другой стороны, до сих пор, как известно, развитым странам удавалось так или иначе справляться с угрозами такого рода, и на этом простом доводе основывают свою позицию ряд оптимистов.

«НЕФТЯНЫЕ» ПОЗИЦИИ РОССИИ

С 2000 по 2004 год Россия, выступая на мировом рынке нефти в качестве главного стабилизирующего фактора, обеспечила самый высокий прирост добычи в мире – в три раза выше, чем у ОПЕК. Однако ввиду падения в последние месяцы темпов прироста добычи нефти и воздействия других, более фундаментальных факторов Россия вряд ли сможет в дальнейшем сохранить эту роль, хотя и продолжит оказывать существенное влияние на развитие мирового рынка.

К настоящему моменту в России уже открыто и разведано более трех тысяч месторождений углеводородного сырья, причем разрабатывается примерно половина из них. Более половины российской нефтедобычи и более 90 % добычи газа сосредоточены в районе Волго-Урала и Западной Сибири. Большинство этих месторождений отличаются высокой степенью выработанности, поэтому возникает необходимость развивать и альтернативные регионы добычи. В долгосрочной перспективе такими приоритетными регионами нефте- и газодобычи являются Тимано-Печора, полуостров Ямал, западная часть арктического шельфа, Каспийский шельф, Прикаспий, Восточная Сибирь и Дальний Восток. Однако в обозримой перспективе в России не ожидается открытия нефтегазоносной провинции, сопоставимой по масштабам с Волго-Уральской или тем более с Западно-Сибирской и способной кардинально повлиять на уровень добычи. Другие центры нефтедобычи будут в основном смягчать последствия истощения наиболее крупных старых центров. Поэтому в ближайшее десятилетие вероятно снижение темпов роста добычи с их последующей стабилизацией. При этом не исключаются колебания в ту или другую сторону, вызванные конъюнктурой мирового рынка.

Экспорт нефти из России зависит как от добычи нефти, так и от ее потребления на внутреннем рынке. Внутреннее потребление нефти растет медленно вследствие резкого падения производства наиболее энергоемких отраслей. Поэтому доля экспорта нефти и нефтепродуктов еще долго будет превалировать над долей внутреннего потребления в российской нефтедобыче. Тем не менее экономический рост в условиях неразвитости энергосберегающих технологий приведет к росту внутреннего потребления.

Основные районы нефтедобычи связаны единой системой нефтепроводов акционерной компании «Транснефть», которая обеспечивает транспортировку 95 % нефти на нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) России, а также к экспортным терминалам по системе нефтепроводов «Дружба» и через глубоководные нефтеналивные терминалы на Черном и Балтийском морях.

Потенциально Россия имеет возможность выхода на все три крупнейших мировых рынка нефти и нефтепродуктов – европейский, североамериканский и рынок Юго-Восточной и Южной Азии. Но пока наша страна наиболее тесно связана с европейским рынком (включая республики бывшего СССР). До 70-х годов прошлого столетия бЧльшая часть нефти добывалась в европейской части России, после освоения Западно-Сибирской нефтегазоносной провинции ее транспортная инфраструктура была подключена к уже сложившимся мощностям, ориентированным на европейский рынок. Исключение составляли только восточное и южное ответвления, сравнительно незначительные по своим возможностям (они поставляют нефть на Омский, Ачинский, Ангарский и центральноазиатские НПЗ бывшего СССР).

Постепенно растут поставки нефти на рынок Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). На этом рынке преобладают поставки в Китай, они же обеспечивают и основной прирост. При нынешней степени разведанности и уровня разработки ресурсов Восточной Сибири (и даже с учетом поставок из Западно-Сибирской нефтегазоносной провинции) экспорт нефти из России в страны АТР может составить 60–70 млн т, что не превысит 15 % объема китайского потребления. Таким образом, Россия не только будет не в состоянии удовлетворить потребности стран АТР в нефти, но и рискует вообще потерять этот рынок в случае промедления с развитием транспортной инфраструктуры или сахалинских проектов. Вместе с тем большая емкость нефтяного рынка АТР позволяет рассчитывать на рост экспорта российской нефти в ряд стран этого региона.

Если после 2010 года в основных нефтепроизводящих странах АТР – Китае, Индонезии, Малайзии, Австралии – произойдет, как ожидается, снижение добычи, то для удовлетворения растущего здесь спроса на нефть потребуется значительное увеличение поставок из других районов мира. Главным источником окажется Ближний Восток, также увеличится объем импорта из Северной и Центральной Африки, будут организованы крупномасштабные поставки из Центральной Азии (в том числе из Каспийского региона) и России.

До сооружения Восточного нефтепровода Россия планирует дальнейшее наращивание железнодорожных поставок нефти в КНР. В целом экспорт нефти в Китай по железной дороге в этом году составит более 11 млн т. К 2010-му железнодорожные поставки нефти российских компаний в КНР должны увеличиться до 20 млн т/г. В перспективе возможно увеличение этого показателя до 30 млн т/г. Сдерживающим фактором являются железнодорожные тарифы. Однако, по информации РАО «Российские железные дороги», при возрастающих объемах транспортировки нефти через Забайкальск предусматривается возможность уменьшения тарифа с 72 дол./т до 30. Что, кстати, может сделать железнодорожный маршрут более привлекательным по сравнению с «восточной трубой».

На американском рынке главным потребителем российской нефти являются США, но эти поставки не играют заметной роли (в 2004 году они составили всего 7,3 млн т – 4 % суммарного российского нефтяного экспорта). По словам президента «Транснефти» Семена Вайнштока, США не готовы гарантировать достаточные объемы закупки российской нефти. Более того, у компании «нет уверенности в том, что США действительно требуются не только заявленные 30 млн., но и даже 20 млн т российской нефти».

Европейский рынок нефти является наиболее «скромным» по объемам потребления, ценам и темпам роста. Тем не менее сложившаяся транспортная инфраструктура продолжает поддерживать российско-европейские «нефтяные» связи. На этом направлении возникают проблемы Черноморских проливов, прохождения танкеров в Финском заливе, Балтийском море и Датских проливах. Благоприятное для России решение этих вопросов позволит закрепить ее роль стабильного масштабного поставщика нефти на европейский рынок. Россия заинтересована в том, чтобы в максимальной степени осуществлять экспорт нефти со своей территории непосредственно потребителю, сокращая транзит. Поэтому она будет стремиться к сохранению имеющихся трубопроводных и терминальных мощностей и их наращиванию (расширение Балтийской трубопроводной системы, строительство терминалов в Варандее, Индиге, на Кольском полуострове). Только в порту Приморск на Балтийском море, ориентированном на увеличение экспорта в Европу, предусматривается развитие мощностей до 62 млн. т в год.

Обсуждаемый сейчас вопрос о перенасыщенности европейского рынка тяжелой высокосернистой нефтью, к которой относится российская экспортная смесь Urals, кардинально разрешим только путем раздельной транспортировки различных сортов нефти. А этого, в свою очередь, можно добиться через строительство новых нефтепроводов из районов, в которых добываются малосернистые сорта. Перенасыщенность европейского рынка – не столько следствие увеличения предложения, сколько результат роста цен на саму нефть. В период относительно низких цен за рубежом было введено в действие значительное количество перерабатывающих мощностей, ориентированных на тяжелую сернистую нефть, относительно дешевую. Разница в цене в 2–4 дол./бар. делала сложные и дорогие процессы переработки экономически эффективными. Когда цены удвоились и даже утроились, подобная разница в цене утратила всякий смысл и соответствующие перерабатывающие мощности стали выводиться из эксплуатации, как неконкурентоспособные. Выжившим предприятиям пришлось установить разницу в цене в размере 6–8 долларов против стандартных сортов. Остается ждать снижения цен до прежнего уровня, что маловероятно, или строить новые трубопроводы для транспортировки более дорогих сортов нефти.

Конечно, есть еще один вариант – перерабатывать всю высокосернистую нефть в России, но он потребует не только осуществления крупной технической программы модернизации нефтепереработки в районе Урала и Поволжья, но и принятия эффективных политических и законодательных решений. Дело в том, что в данном случае целые компании будут отключены от экспорта своей нефти и это потребует компенсации за счет тех компаний, которые выигрывают от такого решения.

В настоящее время правительство РФ предусматривает максимально увеличить экспорт на растущий рынок АТР, переадресовав туда значительную часть поставок со стагнирующего европейского рынка. Эту, безусловно, актуальную задачу можно решить разными способами: интенсифицировать поставки железнодорожным транспортом, реанимировать «спящие» сахалинские проекты и возобновить работы на других перспективных участках шельфа Охотского моря, использовать возможности строящегося нефтепровода Казахстан – Китай, воспользоваться нефтяным потенциалом Восточной Сибири. Как уже упоминалось выше, принято решение первоначально транспортировать нефть из Западной Сибири, что при предполагаемых тарифах ставит нефтяные компании в трудное положение. При всем оптимизме руководства страны успех этого предприятия далеко не очевиден – прежде всего из-за неопределенности с сырьевой базой Восточной Сибири.

НЕФТЕПРОДУКТЫ: СДЕЛАНО В РОССИИ

В условиях относительно низких внутренних цен на сырье и отсутствия возможности существенно увеличить экспорт нефти многие российские компании вплотную занялись наращиванием производства нефтепродуктов и продажи их за рубеж. Основные экспортные продукты – мазут (45 % экспорта) и дизтопливо. Экспорт бензина (5 % в структуре экспорта в физическом объеме и около 6,5 % в структуре экспортной выручки) пока относительно невыгоден, так как внутри страны на него существует устойчивый платежеспособный спрос по достаточно привлекательным для поставщиков ценам. Кроме того, введение в Европе еще более жестких требований к качеству нефтепродуктов заставляет российские компании все больше тратить на модернизацию перерабатывающих мощностей.

В Энергетической стратегии страны до 2020 года об увеличении поставок за рубеж нефтепродуктов и переработке растущей части предназначенных на экспорт объемов нефти говорится как об одном из важных приоритетов.

Оператором соответствующих статей экспорта по нефтепродуктопроводам является государственная компания «Транснефтепродукт» (ТНП). По сравнению с «Транснефтью», контролирующей подавляющую часть нефтяного транспорта и экспорта, позиции ТНП скромнее: более 23 % российского транспорта светлых нефтепродуктов, около 60 % экспорта дизельного топлива и примерно четверть экспортного автобензина. Остальные нефтепродукты вывозятся железнодорожным транспортом, который фактически составляет конкуренцию ТНП. Одна из причин такого положения кроется в проблеме сохранения качества нефтепродуктов при их транспортировке по трубопроводам ТНП.

Большинство российских НПЗ в настоящее время проводят модернизацию, с тем чтобы наладить выпуск моторных топлив, соответствующих европейским стандартам качества. Поэтому есть основание предполагать, что через несколько лет произойдет значительный рост экспорта светлых нефтепродуктов. Соответственно должна увеличиться и пропускная способность магистральных нефтепродуктопроводов, принадлежащих ТНП. Компания «Транснефтепродукт» активизировала свою деятельность по развитию экспортных мощностей. Предусматривается реализация ряда проектов, позволяющих вывести магистральные продуктопроводы на побережье Балтийского и Черного морей, снизить зависимость российского экспорта нефтепродуктов от транзита по территории сопредельных стран и повысить коммерческую эффективность поставок. Особенно важную роль здесь способен сыграть проект «Север»: в результате его реализации появится новый экспортный нефтепродуктопровод к российскому побережью Балтийского моря. Как по маршруту, так и по концепции он аналогичен Балтийской трубопроводной системе, успешно решающей задачу минимизации транзита нефти через третьи страны. Кроме того, российские компании намерены расширять участие в собственности и управлении ряда европейских нефтеперерабатывающих и сбытовых организаций.

Что же касается восточного вектора, то в прошлом году из России в страны АТР было поставлено около 7 млн т нефтепродуктов, в основном дизельного топлива и мазута. В дальнейшем объем экспорта может быть доведен до 10–12 млн т, но только при условии значительного повышения качества продукции.

СИТУАЦИЯ С ПРИРОДНЫМ ГАЗОМ

Добыча. По разведанным запасам газа Россия занимает первое место в мире (приблизительно 34 % мировых запасов). На Западную Сибирь приходится 76 %, на Урало-Поволжье – 8 %, на районы Европейского Севера – 1 %, на Восточную Сибирь – 3 %, на Дальний Восток – 3 %, на шельф – 8 %. В настоящее время более 90 % добычи газа обеспечивают уникальные крупные месторождения. На долю Уренгойского, Ямбургского и Медвежьего месторождений приходится больше половины газа, добываемого ОАО «Газпром», и примерно 65 % всего российского газа. Однако эти три месторождения постепенно вырабатываются.

В настоящее время «Газпром» занят разработкой сразу нескольких новых проектов по добыче газа: на Дальнем Востоке, полуострове Ямал, арктическом шельфе и некоторых других. Их реализация потребует строительства новых и реконструкции действующих газотранспортных мощностей, а себестоимость добычи будет возрастать.

Инфраструктура. Единая система газоснабжения (ЕСГ) России, принадлежащая ОАО «Газпром», является крупнейшей в мире системой транспортировки газа. Ее протяженность – более 153,3 тыс. км, при этом возраст и состояние инфраструктуры требуют все более пристального внимания. Пропускная способность ЕСГ превышает 600 млрд куб. м, но уже начиная с 2006-го предполагается ее увеличение.

Экспорт и импорт газа. «Газпром» осуществляет экспорт газа в страны Центральной и Западной Европы преимущественно в рамках долгосрочных контрактов. Евросоюз – основной покупатель российского газа; крупными импортерами являются такие страны, как Германия, Италия, Франция, Венгрия, Словакия, Чехия, Польша. Значительная доля приходится на Турцию. В ближайшие годы ожидается существенное увеличение экспортных поставок в Великобританию. В дополнение к собственному производству «Газпром» на основании среднесрочных и долгосрочных контрактов закупает газ у независимых производителей и продает его потребителям, в том числе и на экспорт.

Рынки. Европейский рынок испытывает потребность в увеличении поставок российского газа. Емкость этого рынка устойчиво растет (в прошлом году потребление газа странами – членами ЕС-25 составило порядка 470 млрд куб. м, а к 2010-му, по данным Международного энергетического агентства (МЭА), достигнет 610–640 млрд куб. м). Проведение странами Европейского союза политики жестких ограничений на выбросы парниковых газов в соответствии с Киотским протоколом, а также неспособность возобновляемых источников энергии конкурировать с традиционными также повлечет за собой рост потребления газа в Европе. Возможно, эта тенденция изменится, если будут приняты решения в пользу развития атомной энергетики. Пока же прогнозы на 2020 год показывают, что зависимость ЕС от импорта природного газа возрастет с нынешних 40 % до 70–80 % объема потребления, при этом доля российского газа в объеме импорта может увеличиться с нынешних 26 % до 40–50 %.

Конечно, такая степень зависимости и даже ее вероятность вынуждают резко повысить уровень взаимодействия и вести поиск новых форм сотрудничества в энергетической (и прежде всего газовой) сфере.

ПРИОРИТЕТНЫЕ ПРОЕКТЫ НА БЛИЖАЙШИЕ ГОДЫ

Северо-Европейский газопровод (СЕГ). Его реализация позволит освоить принципиально новый маршрут (по дну Балтийского моря от Выборга до побережья Германии) экспорта в Европу, диверсифицировать экспортные потоки, напрямую связать газотранспортные сети России и стран Балтийского региона с общеевропейской газовой сетью. Отличительной особенностью СЕГ является отсутствие на его пути транзитных государств, что снижает как страновые риски, так и стоимость транспортировки российского газа, одновременно повышая надежность его поставок на экспорт. Проектом предусмотрено строительство по договоренности морских газопроводов – отводов для подачи газа потребителям других стран – членов Евросоюза. Начало поставок по СЕГ запланировано на 2010-й, максимальная производительность составит 55 млрд куб. м/г.;

проекты, которые призваны решить важнейшие задачи, обозначенные в Энергетической стратегии России на период до 2020 года. Их цель – формирование и развитие нефтегазового комплекса Восточной Сибири и Дальнего Востока, реализация перспективных проектов с возможным выходом России на Азиатско-Тихоокеанский энергетический рынок.

В настоящее время к внесению на рассмотрение правительства готовится Программа создания в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке единой системы добычи, транспортировки газа и газоснабжения с учетом возможного экспорта газа на рынки Китая и других стран АТР. Авторы программы (а готовилась она не Министерством промышленности и энергетики, а «Газпромом») предлагают сделать ставку на сахалинские проекты и почти полностью заморозить разработку уникальных Ковыктинского и Чаяндинского месторождений. Полная реализация сахалинских проектов позволит создать новую крупную базу нефтегазодобычи для обеспечения углеводородами российского Дальнего Востока и стран АТР вплоть до западного побережья американского континента;

газопровод Ямал – Европа, предназначенный для обеспечения контрактных и перспективных поставок природного газа в Европу. Полуостров Ямал – один из наиболее перспективных нефтегазоносных районов Западной Сибири, наиболее важный из новых стратегических регионов «Газпрома». Здесь открыто 26 месторождений, их разведанные запасы газа составляют 10,4 трлн куб. м, извлекаемые запасы конденсата – 228,3 млн т, извлекаемые запасы нефти – 291,8 млн т.

На первом этапе реализации проекта в качестве сырьевой базы используются действующие и новые месторождения Надым-Пур-Тазовского региона Тюменской области. В дальнейшем газ будет подаваться с Бованенковского месторождения на полуострове Ямал. Протяженность трассы газопровода на первом этапе – 2 675 км, проектный объем транспортировки газа по первой нитке – порядка 33 млрд куб. м/г.

Поставки сжиженного природного газа (СПГ). В связи с возрастающим спросом на газ на всех основных рынках (США, Европа, Азия) и постоянным снижением стоимости производства и транспортировки СПГ (на 35–50 % за последние 10 лет) в России ведутся интенсивные работы по подготовке и реализации крупных проектов производства и поставки СПГ на все основные мировые рынки. Это, например, штокмановский проект, который позволит поставлять СПГ, произведенный на базе Штокмановского газоконденсатного месторождения, на рынки сбыта в Европе, на побережье Мексиканского залива и на Восточное побережье США. Ожидается, что эксплуатация этого месторождения, запасы которого превышают 3 трлн куб. м газа, начнется в 2010-м, а годовая добыча достигнет ориентировочно 67,5 млрд куб. м/г. Кроме того, разрабатываются проекты создания комплекса по сжижению газа на побережье Балтийского моря в Ленинградской области, а также технико-экономические обоснования морской поставки сжатого природного газа как в отдельные регионы РФ (Калининградская область), так и на экспорт.

НОВЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Важнейшим фактором изменения внешнеэкономической среды для газовой отрасли России становятся либерализация европейского рынка газа, интенсивное формирование новых производителей в Северной и Западной Африке, на Ближнем Востоке и в Центральной Азии, а также рост атлантического и дальневосточного рынков вкупе с созданием сетевого рынка газа в Китае.

В течение нескольких лет потребители российских углеводородов настаивают на строительстве энергетических мостов и приглашают к полномасштабному сотрудничеству в области энергетики. Однако пока все сводится к экспорту энергоресурсов из России и участию иностранных компаний в российских добывающих проектах. Необходимо менять тип взаимоотношений – перейти от простых поставок сырья к сотрудничеству в области переработки энергоресурсов, а впоследствии и к широкому взаимодействию в инвестиционной сфере.

Построить современную развитую экономику возможно только при максимально эффективном использовании возможностей выработки продукции с высокой добавленной стоимостью, и Россия неизбежно будет все активнее продвигаться в этом направлении. Учитывая традиции взаимодействия в предыдущие эпохи, экономический потенциал стран – потребителей российских углеводородов и их постоянную заинтересованность в углублении партнерства с РФ, можно ожидать, что зарубежный бизнес станет важнейшим участником этих процессов. Участие в российских проектах обеспечит энергоемкие производства наших зарубежных партнеров продукцией высоких переделов, что создаст мощный синергетический эффект для экономик обеих сторон.

Бесспорно, большиЂм потенциалом обладают также проекты, связанные с энергосбережением за счет внедрения современных технологий, процессов и оборудования: они будут способствовать формированию экспортных энергоресурсов. При этом, однако, во многих случаях может потребоваться адаптация применяемых средств к российской среде, включая ценовые условия и возможности потребителей/покупателей; для этого крайне важны взаимодействие с российскими партнерами и нахождение эффективных форм включения «российского компонента».

Между тем ключевым условием активизации сотрудничества России и зарубежных партнеров в энергетической сфере является сближение законодательно-нормативных баз. Так, есть необходимость в дополнительном регулировании вопросов по трансграничным трубопроводам, например таких, как обмен информацией и порядок взаимодействия при чрезвычайных происшествиях. Следует также учитывать обязательства России по действующим международным соглашениям и перспективу заключения новых договоренностей. В частности, Договор к Энергетической хартии может потребовать уточнения правил использования транзитных мощностей.

Другой аспект связан с продвижением интеграционных процессов на постсоветском пространстве, в основе которых лежат «стыковка» инфраструктурных комплексов, взаимные поставки и транзит энергоносителей. Правда, здесь все более существенную и не всегда позитивную роль играет политическая составляющая.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > globalaffairs.ru, 26 сентября 2005 > № 2906765 Александр Арбатов, Мария Белова, Владимир Фейгин

В ближайшем времени Иран начнет поставки природного газа в княжество Шарджа Объединенных Арабских Эмиратов. Поставки будут осуществляться по газопроводу длиной 200 км. и диаметром 30 дюймов. Договор об этом был подписан ещё в 2001г. Стоимость проекта составляет 1 млрд.долл. При строительстве газопровода Иранская национальная нефтяная компания (ИННК) будет сотрудничать с нефтяной компанией "Альалиль".Компания будет обеспечивать только поставки иранского газа, а вопросами его распределения среди потребителей будет заниматься арабская компания "Дане Газ". Разведанные запасы природного газа в ОАЭ составляют 212 трлн. куб.ф. По запасам природного газа ОАЭ занимают пятое место в мире, уступая только России, Ирану, Катару и Саудовской Аравии. В то же время мощность газоочистительных предприятий компании "Аднук" (ОАЭ) составляет только 8 млн. куб.ф. газа в сутки. В настоящее время принимаются меры по увеличению мощности газоочистительного завода в Хабшан (Абу - Даби) с 3,5 до 5 млн. куб.ф. газа в сутки.

На долю ОАЭ приходятся 8% мировых запасов нефти (более 97, 8 млрд.бар.). В последнее время нефтяные компании ОАЭ при помощи американской нефтяной компании "Эксон-Мобил" принимают меры по увеличению объемов добычи нефти с 2,5 до 3,2 млн.бар. в сутки. Иран > Нефть, газ, уголь > ИРНА, 19 сентября 2005 > № 6202

США и Саудовская Аравия подписали двустороннее соглашение, открывающее путь к вступлению этой арабской страны в ВТО. Ожидается, что после завершения многосторонних консультаций нынешней осенью Саудовская Аравия уже к концу дек. с.г. станет 149 членом ВТО (для этого ей понадобилось, как отмечается в СМИ, почти 10 лет). Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 15 сентября 2005 > № 13320

Как следует из ежегодного доклада Конференции ООН по торговле и развитию (Unctad), мировые инвестиционные потоки в этом году должны стабилизироваться после падения в 2002г. Российские компании будут активнее вкладывать деньги за рубежом. В отличие от иностранных в России. Лидерами по привлечению прямых иностранных инвестиций, как ожидают в Unctad, останутся Люксембург и Китай. Карликовое государство с благорприятным налоговым режимом и самая населенная страна мира, экономика которой ускоренно развивается с начала 1980гг., возглавляют список лидером по привлечению прямых иностранных инвестиций уже шесть лет подряд. В 2003г. в Люксембург было вложено 126 млрд.долл., а в Китай – 53 млрд.долл. В Францию, для сравнения, поступило 52 млрд.долл., а в Германию 38 млрд.долл.Китай, Франция, Германия и еще Венгрия, по методике Unctad, относятся к странам с высоким инвестиционным потенциалом и высокими же реальными показателями по ввозу прямых иностранных инвестиций. Россия, например, тоже имеет высокий потенциал, но низкие реальные показатели по ввозу, и пребывает в одной группе с Тайванем, Кореей, Саудовской Аравией и Японией. Не самая плохая компания. Да к тому же нам в прошлом году удалось впервые обогнать Венгрию по объему прямых иностранных инвестиций в Россию, по оценке Unctad – 2,6 млрд.долл. Люксембург > Приватизация, инвестиции > gzt.ru, 4 сентября 2005 > № 5818

Этнос

Население Объединенной Республики Танзания отличается редкой даже для Африки мультиэтничностью и поликонфессиональностью. В стране проживает 120 народов и народностей. Большая часть африканских этносов ОРТ относятся к банту: чагга, ньямвези, ха, нгони. Известны также зарамо, ндегереко, хайа, гого, сукума, маконде, макуа, яо, занаки, ньятуру, хехе, самбаа (шамбала), (зарамо, ндегереко, макуа, маконде, самбаа, ригуа), (чагга, хайа, ха, хехе, гого), (сукума, ньямвези, нгони). В стране проживает несколько нилотских этносов – масаи, несколько кушитских (ираку) и два народа-представителя койсанской семьи (древнейшего населения Африки) – хадза и сандаве.

В конфессиональном плане все они отличаются тем, что очень мало народов полностью исламских или христианских. Есть исламизированные народы, есть христианизированные, есть с равным соотношением христиан и мусульман. Есть народы, большая часть которых придерживается традиционных верований (масаи).

В анкетах, в графе «религия», масаи, ведущие традиционный образ жизни, обычно пишут «католик», но представляется, что католики они чисто номинальные. Чагга, в основном, – христиане, они были «фаворитами» англичан, % чагга с высшим и средним образованием значительно выше, чем у других народов. Видимо, то, что чагга проживают на возвышенностях в районе Килиманджаро, в отличие от большинства других этносов, живущих на саванных и степных равнинах, сделало их пассионарными.

Отношения между представителями различных этносов и конфессий ровные, противоречий между ними практически не бывает, есть некое общее самосознание танзанийских африканцев (Waafrika Watanzania), сильное, чем самосознание на уровне этнической группы (kabila – «племя») или даже конфессии. Чем ниже уровень образования, тем менее танзаниец соотносит себя со своим этноконфессиональным статусом. На уровне людей с высшим образованием встречается иногда, например, неприязнь к чагга, так как по историко-культурным и ментально-психологическим причинам чагга выделяются на фоне других этносов в сфере госслужбы и в экономике. Подобные настроения редки и не оказывают существенного влияния на спокойный фон отношений между различными группами Waafrika Watanzania. Как пока не оказывает на него значительного влияния и прогрессирующая радикализация танзанийских мусульман. В основном, она проявляется в резком неприятии политики США и их союзников на Ближнем Востоке, в неприязни к западной масскультуре, в требованиях «подлинно мусульманского» политического представительства в органах власти.

На Занзибаре несколько иная ситуация. Вышеперечисленные проявления исламской радикализации происходят там значительно чаще и принимают резкие формы. К этому добавляется отсутствие толерантности в отношении немногих собственных христиан и последователей западной масскультуры. Большую роль в дестабилизации обстановки на Занзибаре играют внешние силы, а именно исламисты из соседней Кении. По данным наших источников, во время выборов в 2000г. основными погромщиками были приплывшие из Момбасы на зафрахтованном судне кенийские радикалы. Деятельность международных исламских организаций также не способствует стабилизации.

Что касается внутриконфессионального деления, можно отметить, что мусульмане, в подавляющем большинстве, – сунниты, приверженцы различных тарикатов (суфийских братств). Самосознание на уровне тарикатов достаточно слабо по причине, во-первых, постколониальной секуляризации, а во-вторых, активной деятельности саудовских организаций на территории Танзании. В последние годы на средства, выделенные Саудовской Аравией, по всей стране, особенно в провинции, были построены типовые мечети и обучены священнослужители для них.

Большинство христиан – католики, много лютеран, есть англикане, адвентисты, представители других ветвей протестантизма, небольшое количество православных.

Приверженцы местных традиционных верований живут, в основном, на западе Танзании, составляя небольшую часть населения. При этом большинство танзанийцев так или иначе связано с традиционными культами. Ислам и христианство сочетаются с традиционными представлениями. Многие танзанийцы (прежде всего христиане) пользуются услугами традиционных докторов (mganga wa kienyeji).

Индийская диаспора. Индийцы – самая крупная неафриканская этническая общность ОРТ. Большинство танзанийских индийцев – мусульмане, индуистов среди них мало. Среди индийских мусульман достаточно значительно число приверженцев различных направлений шиизма исмаилитского толка. В Дар-эс-Саламе находится значительное число исмаилитских мечетей, а также Центр Ага-хана (Aga-Khan Centre) с аффилированными организациями (больница, учебные заведения, клубы). Большинство мусульман-индийцев – сунниты, причем крайне ортодоксальные.

Индийцы обычно группируются не по этническому, а по конфессиональному признаку. Помимо прилежного следования религиозным традициям, у танзанийских индийцев сохраняются и традиции социальные, а именно кастовые. По словам одной образованной и богатой индийки, таких кастовых пережитков, как в Танзании, в Индии уже не встретишь. Сохраняется, в значительной степени, кастовая, конфессиональная и этническая эндогамия. В Дар-эс-Саламе широко известна история об одном африканце, который хотел жениться на индийской девушке из высокой касты. Нанятые родителями девушки молодчики зверски избили жениха, а ее отправили к родственникам в Индию.

Приходится констатировать, что в индийской среде нередки проявления нетерпимости в отношении других этнических общностей. Об этом говорят и многие представители самой индийской общины. Глава дар-эс-саламского общества борьбы за трезвость сикх Индер Баджадж рассказывал, что, когда он женился на китаянке, сикхская община его просто отвергла. С тех пор он живет в общине сингалов-буддистов. Индийские хозяева часто бьют своих слуг-африканцев, к африканцам-подчиненным начальники-индийцы зачастую относятся гораздо хуже, чем к индийцам.

Представители низших каст индийской общины часто не знают никакого языка, кроме своего родного. Но те, кто работает вне индийской среды, хорошо говорят на суахили (например, таксисты). Для большинства индийцев основной язык – английский. Географически индийцы, в большинстве своем, проживают в историческом центре Дар-эс-Салама, где они являются хозяевами или служащими различных лавок, магазинов, аптек, закусочных, интернет-кафе. Им также принадлежит значительное число танзанийских промышленных предприятий, авторемонтных мастерских, туристических фирм, СМИ. Среди индийцев есть также врачи, учителя, инженеры. В парламенте индийцы имеют свое лобби. Среди них много сотрудников банков, местных отделений ТНК. Сами индийцы жалуются на плохое отношение к ним со стороны африканцев, на поборы местных дорожных полицейских.

Несмотря на все сложности взаимоотношений индийцев и остальных танзанийцев, открытое противостояние между ними вряд ли возможно. Индийцы, играя очень важную роль в экономике ОРТ, не пытаются использовать это обстоятельство для того, чтобы влиять на политический процесс в стране.

Арабская диаспора. Арабов в Танзании намного меньше, чем индийцев, но их культурное, языковое и политическое влияние было на протяжении веков гораздо ощутимее. После получения независимости Танганьикой и Занзибаром и резни в 1964г. это влияние было сведено к минимуму, но сейчас заметны предпосылки к его реставрации. Танзанийских арабов следует разделить на 2 группы: оманцы и все остальные. Для оманских арабов Танзания – «своя» страна. С Х века Оман через зависимых от него султанов Занзибара контролировал побережье нынешних Танзании и Кении. Багамойо, Килва, Ламу, Малинди и другие города на побережье были перевалочными пунктами в торговле товарами и рабами между Экваториальной и Южной Африкой и Ближним Востоком. Постоянно шли процессы ассимиляции и миграции населения из Омана на Занзибар и побережье и в обратном направлении. Это закончилось в 1964г., когда произошла революция на Занзибаре, султан был свергнут, большинство арабов уничтожено или насильно ассимилировано.

Сейчас оманцы остались в небольшом количестве и, в основном, на материковой части Танзании. В последнее время община оманских арабов стала проявлять определенную активность в политической сфере. Малозаметную на первый взгляд, но в перспективе, возможно, очень важную. По наблюдениям, община оманских арабов в Дар-эс-Саламе является основным источником финансирования и идеологической основой местного отделения оппозиционной партии CUF.

CUF не является «арабской» партией: на Занзибаре арабов даже меньше, чем на материке. Лидеры местной общины понимают, что для них, оманских арабов, это один из немногих шансов вернуться в большую политику Танзании, а в перспективе, возможно, и восстановить утерянное политическое влияние. Поэтому вряд ли оманских арабов устроит отделение Занзибара, без культурно-политических ресурсов которого невозможна полноценная Танзания, скорее им импонирует идея политического доминирования Занзибара внутри федерации. Дар-эс-саламское отделение CUF будет стараться, по возможности, нейтрализовать автономистские (но не исламистские) настроения в партии. Вообще, представляется, что оманское ядро дар-эс-саламского отделения со временем попытается играть руководящую роль в партии и, во всем оппозиционном движении.

Танзанийские оманцы обычно занимаются средним бизнесом: переработкой сельхозпродукции, торговлей золотом, – обыкновенно являясь владельцами фирм и организаций, имея определенную финансовую базу для занятия политической деятельностью. Большинство танзанийских оманцев – ибадиты (как и в Омане), есть небольшое число суннитов. Отличаются ортодоксальностью и традиционализмом. Оманские арабы в Танзании – понятие достаточно условное, оно относится скорее к самосознанию, чем к реальному антропологическому типу. Среди них много людей смешанного арабо-африканского происхождения. Секретарь общины (отец – оманец, мать – ньямвези) по внешности – африканец, правда, с менее смуглой кожей. Оманцы стараются, по мере возможности, сохранять свою культуру и язык, но большинство из них говорят на суахили значительно лучше, чем по-арабски, собрания общины проводятся именно на суахили.

Вторая основная группа танзанийских арабов – йеменцы. В отличие от оманцев, танзанийская история которых очень давняя и насыщенная, йеменцы появились в Танзании одними из последних. Активное переселение их в страну началось в начале 1940гг. в связи с голодом в Йемене. Практически все танзанийские йеменцы – из Южного (Британского, затем НДРЙ) Йемена, поэтому они – сунниты. Изначально йеменцы занимали низкое положение в танзанийском обществе: были носильщиками, дворниками и т. д. Но со временем они поднялись на высокий уровень: сейчас они занимаются средним бизнесом, работают по найму в банках, отделениях корпораций. В политической жизни Танзании, в отличие от оманцев, участия не принимают. К последним относятся как к близкородственному народу, но не более. Ходят друг к другу на свадьбы и похороны, в остальном контакты между общинами ограничены. Арабский язык у йеменцев находится в лучшем состоянии, чем у оманцев, они значительно менее культурно и этнически ассимилированы с коренным населением.

Помимо оманцев и йеменцев, в ОРТ есть небольшое количество ливанцев и единичные представители других арабских народов. К другим конфессиональным и этническим группам танзанийские арабы относятся подчеркнуто нейтрально и ровно (по крайней мере, внешне).

Европейцы, китайцы. Европейцы – третья по величине неафриканская этническая общность Танзании, и третья по времени появления. Первыми в 1880гг. на территории нынешней Танзании появились немцы, вскоре превратившие страну в свою колонию под названием Германская Восточная Африка. При немцах были построены основные железные дороги в центре и на севере страны, заложены основы экономики. Была введена такая сельскохозяйственная культура как сизаль. После Первой мировой войны колония перешла к британцам и получила название Танганьика. Британцы перенесли административный центр страны в город-порт Дар-эс-Салам, основанный занзибарским султаном в 1860гг., и впоследствии немало сделали для развития Танганьики.

В колониальное время в Танганьике проживали достаточно многочисленные общины немцев и британцев. Немецкие поселенцы, еще остававшиеся здесь после Первой мировой войны, вынуждены были покинуть «территорию Танганьика» после начала Второй мировой. В ОРТ остались единицы из числа потомков немецких поселенцев и незначительное число британцев. Растет число европейцев – экспатриантов новой волны. Они обычно работают по контрактам в различных международных организациях и занимают высокие должности в отделениях ТНК и банков, занимаются собственным бизнесом. Среди них заметнее других граждане ЮАР, немцы, итальянцы, скандинавы. Отдельного упоминания достойна греческая община, которая начала формироваться в Танзании в начале XX в. К окончанию Второй мировой войны в стране проживало 3 тыс. греков. Они были, крупными землевладельцами. После получения Танганьикой независимости, образования ОРТ и начала политики уджамаа большинство плантаций, которыми владели греки, были национализированы. С этого времени идет постепенное уменьшение численности общины: ее представители эмигрируют на историческую родину, что грекам-иммигрантам из других стран греческое гражданство предоставляется автоматически, а также в Австралию, США. На настоящий момент греческая община – это 2-3 сотни чел., занимающихся средним бизнесом, менеджерской работой. Греческая община Дар-эс-Салама достаточно сплочена и объединена вокруг храма Александрийской православной церкви на Ali Hassan Mwinyi Road. Храм относится к Митрополии всея Восточной Африки, центр которой – в Найроби (Кения). Настоятель храма – грек. Остальные священнослужители – поровну греки и африканцы. В последнее время, с сокращением числа прихожан-греков, наблюдается некоторое увеличение количества прихожан-африканцев. Но их совсем немного. Значительная часть прихожан – выходцы из бывшего СССР. Богослужение ведется на греческом языке. В Пасху во время песнопения специально для русскоязычных прихожан употребляются и слова из старославянского церковного языка.

Китайская община – самая молодая из значительных некоренных общин ОРТ. При этом динамично развивающаяся. Ее численность – 2 тыс. чел., но она стремительно растет. Как говорят в Танзании, каждый самолет из Китая привозит новых иммигрантов. Китайцы держат десяток ресторанов, магазины, торгующие текстилем, посудой, мотоциклами, другими товарами широкого потребления из Китая. Китайцы – люди подчеркнуто секуляризованные, светские, ровно и позитивно относящиеся к остальным танзанийским этноконфессинальным общностям.

Можно также выделить 2 переходные этнические группы. Они произошли от смешения раннего африканского населения (банту) с пришлыми этническими группами. Во-первых, вышеупомянутые ширази – результат очень давнего смешения африканцев и выходцев из Шираза (Иран). Они давно утратили европеоидные черты, но у них осталось сильное ширазское самосознание. До начала XIX в. занзибарские султаны по происхождению были ширази. В 1832г. Саид Великий (1804-56гг.), султан Омана, от которого на протяжении многих веков султаны Занзибара находились в вассальной зависимости, перенес столицу своей страны на Занзибар. Традиционные правители-ширази были отстранены от власти. В 1856г., после смерти Саида, во главе Занзибара встал один из его сыновей. Правление оманской династии продолжалось до 1964г., когда ширази вернулись к власти в лице Абейда Каруме. Но позициям президента Занзибара Амани, сына Абейда Каруме, представляет угрозу CUF, который, в свою очередь, находится под определенным арабским влиянием, в том числе Саудовской Аравии и оманцев с материка. Среди членов CUF, наряду с арабами, немало ширази и африканцев. Со временем именно арабы будут доминировать в партии, что ознаменует реставрацию арабского влияния и оттеснение ширази от власти.

Вторая переходная группа шангази – потомки арабов, ассимилировавшихся с местным африканским населением. В скором времени они, как ведущие носители арабской культуры и религиозных традиций на Занзибаре, будут играть заметную роль в политической жизни на островах, а, возможно, и в ОРТ в целом.

Самая крупная группа иммигрантов из других стран Африки – малавийцы. Обычно работают слугами и чернорабочими. Среди других иммигрантов из африканских стран выделяются кенийцы, угандийцы, руандийцы, бурундийцы и конголезцы. Малавийцы, кенийцы и угандийцы живут по всей стране, конголезцы – только на западе, на побережье Танганьики, а руандийцы и бурундийцы – это, в подавляющем большинстве, беженцы, причем часто вооруженные, живущие в лагерях на северо-западе Танзании. Помимо этих групп, среди иммигрантов из других стран выделяются сомалийцы. Их мало, и они, в основном, занимаются крупным и средним бизнесом. Сомалийцы – мусульмане-сунниты. Среди них велик % смешанных браков с танзанийскими суннитами, прежде всего, арабами. В целом, иммигранты из африканских стран не оказывают существенного влияния на экономические, культурные и политические процессы в ОРТ. Но их наличие и рост численности, может, в перспективе, создать определенную социальную напряженность в обществе, особенно в силу высокого уровня безработицы среди местных танзанийцев.

Выходцы из бывшего СССР – это, во-первых, жены африканцев, учившихся в СССР, и их дети. Во-вторых, – бизнесмены. В-третьих, работающие в Танзании по контрактам. Все они объединены вокруг Российско-Танзанийского культурного центра (Russian-Tanzanian Cultural Centre, RTCC) в Дар-эс-Саламе. В центре проходят приемы, концерты российских артистов, художественные выставки, работает студия детского рисунка, ведется преподавание русского и других языков. Центр занимается набором студентов в российские вузы, а также переводит и издает на суахили произведения русской и советской литературной классики. На местной радиостанции «Тумаини» центр имеет свою еженедельную радиопрограмму на языке суахили для выпускников советских и российских вузов, которая называется «Вспоминая Россию». По пятницам в центре проходят встречи «Русского клуба». Помимо представителей русскоязычной общины, там собираются выпускники советских вузов, объединенные Ассоциацией выпускников советских и российских вузов «Союз» (The Tanzania Soyuz Alumni Association). Председатель ассоциации – консультант VAC Income Invest (T) Эндрю Китенге, секретарь – преподаватель русского языка Фиделис Магенге. Артем Герасимов.

Танзания > Внешэкономсвязи, политика > af-ro.com, 30 августа 2005 > № 340374

Летом 2005г. самым заметным событием российско-африканских отношений стало дело российских моряков танкера African Pride, арестованных в Нигерии. Греческий танкер под панамским флагом African Pride был задержан ВМФ Нигерии в окт. 2003г. в 30 милях от нигерийского берега, с грузом нефти и без необходимых документов на борту. Нигерийская сторона обвинила капитана и команду в сговоре, целью которого был вывоз нефти без лицензии или других документов. По информации, полученной «Аф-Ро» у собственного источника в аппарате советника президента Нигерии по национальной безопасности, African Pride был всего лишь звеном в контрабандных операциях. При осуществлении таких схем нефть различного происхождения баржами перегружается в танкер, который находится вне территориальных вод Нигерии. Танкер, в свою очередь, затем сливает нефть в супертанкер, где, 11 тыс.т. растворяются как капля в море. В неофициальных беседах нигерийцы говорят, что это был уже шестой подобный заход для African Pride. Вся история задержания и последующие злоключения моряков выглядят чрезвычайно запутанно. Танкер был эскортирован на рейд Лагоса. После этого, по словам моряков, находившемуся на борту представителю нигерийской компании Fabisco (фрахтователя судна) дали возможность уйти, а часть команды, в том числе 12 российских граждан, были помещены под стражу на базу ВМФ Апапа. Ни сами моряки, ни нигерийские власти не посчитали нужным поставить российское посольство в известность об инциденте и были изрядно удивлены, когда через несколько дней на базе появился консул Александр Куликов. Капитан танкера Валерий Пахомов в письменной форме отказался от помощи посольства, при этом заявив: «Кому надо, сколько надо заплатят – и выпустят». До этого капитана три раза задерживали на аналогичных основаниях, дважды в Саудовской Аравии и один раз на Фолклендских островах. На этот раз дело было передано в суд, и разбирательство продолжается вот уже полтора года.

Годом позже дело получило новый оборот. Сначала Нигерийская национальная нефтяная корпорация (NNPC), по указанию президента, продала основной вещдок – нефть с танкера, – причем каким-то образом количество нефти по документам о продаже уменьшилось в 2 раза относительно количества на момент задержания – 5 тыс.т. вместо 11 тыс. А затем с рейда порта Лагоса исчез и сам танкер. Исчезновение танкера вызвало немало слухов, в которых фигурировали весьма высокопоставленные лица (в том числе российский консул и сын нигерийского президента Гбенги Обасанджо).

На самом деле угон танкера был инициирован греческой компанией Glera Services – владельцем African Pride, – специально нанявшей для этой цели капитана Савельева и команду из Новороссийска. Семь моряков, находившихся на борту танкера, пошли на угон после шантажа со стороны греков, которые, по словам главного редактора журнала «Человек и закон» Антона Самойленкова, угрожали расправиться с их семьями. Остается неясным, что толкнуло Савельева на действия, которые непременно осложнили бы судьбу его коллег и земляков в тюрьме.

В результате расследования дела об угоне танкера с занимаемых должностей были сняты и предстали перед трибуналом 3 адмирала и целый ряд офицеров западного командования ВМФ Нигерии. Позже по этому же делу был освобожден от должности главком ВМФ Сэмюэл Афолаян (Samuel Afolayan). Нигерийцы так и не смогли найти судно. В лондонском регистре оказалось два танкера с таким же названием, но ни один из них под характеристики задержанного не подходил. В России спустя несколько месяцев стало известно, что танкер работает в Персидском заливе, сменив название сначала на Cosmos-2, а затем на Zenith-1.

После угона оставшимся в Нигерии морякам танкера было отказано в освобождении под залог, и сразу они были переведены в тюрьму строгого режима Кири-Кири. Тюрьма строгого режима, которую российские журналисты назвали «адом», оборудована футбольным полем и двумя теннисными кортами, а также предоставляет весь спектр услуг: от алкоголя и марихуаны до использования сотовой связи в камерах, за вознаграждение. У моряков есть сотовый телефон, они никогда не содержались вместе с местным населением, а греки еженедельно выделяли 1 тыс.долл. на покупку фруктов и овощей. Последнее время моряки находились в камерах по 3 чел. в блоке, оборудованным телевизором, где, кроме них, содержится за двойное убийство еще белый англичанин. В результате, когда в июле морякам был предложен перевод в тюрьму общего режима, они отказались. Хотя, безусловно, Кири-Кири – не санаторий.

После года ведения дела стало очевидно, что ни нигерийская, ни российская сторона простого выхода из сложившейся ситуации не видят. Нигерийцы поняли, что арест и последовавшие события, которые задумывалось представить как победу в борьбе с контрабандой нефти, обернулись позором для силовых структур Нигерии. Обвинение осознало, что, из-за ошибок следствия и неочевидности скудных доказательств, доказать вину подсудимых будет чрезвычайно сложно. Поэтому оно прибегло к тактике затягивания процесса. Адвокату Эмеке Етудо затягивание дела также было выгодно: за время судебного процесса он стал обладателем семизначной суммы в долл.ом эквиваленте и не хотел терять такой источник дохода. Его грубые ошибки, которые можно было бы квалифицировать как саботаж, сводили на нет все усилия других заинтересованных лиц и структур. Стало также ясно, что для окончания процесса необходимо было найти решения на двух уровнях – юридическом и политическом.

Весной этого года дело получило широкий резонанс в российской прессе усилиями жен и матерей моряков. Потерявшие надежду женщины решились на голодную забастовку, что заставило российские государственные и общественные структуры активизировать усилия. Вероятно, тем фактом, что дело приобрело эмоциональную окраску, можно объяснить некоторые журналистские неточности и искажения.

Коллективное давление со стороны МИД, Государственной Думы, общественных и религиозных организаций (вплоть до патриарха Алексия II, который направил личное послание президенту Нигерии), родственников моряков дало свои результаты. Сугубо юридический вопрос принял политический оборот, способный нанести серьезный вред российско-нигерийским отношениям. Осознание этого способствовало достижению взаимопонимания на политическом уровне.

На юридическом уровне остался ряд сложностей. Нигерийское руководство поставило внутреннюю задачу завершить дело к октябрю. Это может означать, что простые члены команды – за исключением капитана – смогут встретить новый год в России (улаживание формальностей может занять еще два месяца). В своем доме или в казенном – вопрос технический.

Решающим фактором стало то, что россияне смогли предложить нигерийцам выход из сложившейся ситуации. Нигерийской стороне была передана информация о местонахождении танкера, и уже в понедельник 8 авг. представители пакистанского отделения государственной службы безопасности Нигерии подтвердили, что Zenith-1 и есть пропавший танкер African Pride. Теперь идут поиски капитана Савельева.

Ситуация с задержанием моряков African Pride – далеко не единственная, даже в этом году. Можно привести в пример случай с изъятием паспортов у двух членов команды исследовательского судна «Петр Котцов» в апр., или арест вертолета Ми-26, зафрахтованного компанией «Вертикаль-Т», в городе Майдугури в мае. Удивляет юридическая безалаберность и бесшабашность российской стороны. Как, например, вертолет Ми-26 мог оказаться в Нигерии без документов, следуя из одной горячей точки (Сьерра-Леоне) в другую (Судан)? Документы, подтверждающие то, что вертолет работает по контракту ООН, по какой-то причине остались со вторым вертолетом в Того, где на тот момент политическая ситуация грозила обернуться гражданской войной. Неудивительно, что у нигерийских компетентных органов возникают подозрения, и бесшабашность сменяется паникой. Видимо, в такие моменты руководство и родственники задержанных вспоминают анекдоты про дикарей, поймавших русского, американца и англичанина. Правда, уже без полной уверенности в находчивости наших сограждан и неизбежности хэппи-энда.

К счастью, в обоих случаях удалось добиться освобождения российских граждан достаточно оперативно. Между тем, решение конкретной проблемы не является гарантией, что подобное не повторится в будущем, и ставит больше вопросов, чем дает ответов. Что делать с существенно ограниченными возможностями МИД в подобных ситуациях? МИД может добиваться быстрых результатов только до передачи дела в суд – после появляется слишком много новых участников, формальностей и процедурных вопросов, и для разрешения проблемы одного авторитета страны и личных связей дипломатов становится недостаточно.

В случае с African Pride возникают следующие вопросы: почему в таких делах владелец и фрахтователь уходят от закона и что может сделать Россия для того, чтобы наказать тех, по чьей вине российские граждане оказались в африканской тюрьме? Почему рекрутинговые компании не несут ответственности за то, кого, как и куда они нанимают? Почему моряки не имеют защиты профсоюза? Наверное, этими проблемами мог бы заняться зампред комитета по труду и социальной политике Госдумы РФ Владимир Васильев, приложивший значительные усилия к разрешению дела African Pride.

Многие признают, что состав преступления в деле есть, но отвечать должны, прежде всего, заказчик и капитан, а не рядовые члены экипажа. Защищать российских граждан нужно не только от неоправданно затянутого нигерийского правосудия, но и, как минимум, от недобросовестных работодателей, которые должны нести хотя бы материальную ответственность в таких ситуациях.

Международная морская организация проявила интерес к публикации материалов по African Pride. Видимо, все закончится после того, как моряки вернутся в Россию, и весь круг вопросов снова придется поднимать в следующий раз, когда российские моряков или летчиков арестуют за границей. Владимир Чередниченко. Нигерия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > af-ro.com, 30 августа 2005 > № 51134

3 авг. в Исламской республике Мавритания произошел военный переворот. Президент страны был отстранен от власти группой офицеров президентской гвардии. Президент Мавритании Али ульд Тайя пришел к власти в 1984г. в результате путча. За последние пять лет отстранить президента Тайю от власти пытались четыре раза, включая последний. Попытка переворота была предпринята в 2002г., затем в июне 2003г., но тогда большая часть армии осталась верна правительству. В 2004г. был раскрыт еще один заговор против президента. Во всех случаях сценарий был одинаковый: заговорщики пытались использовать момент, когда президента не было в стране. 3 авг. этого года, когда он находился в королевстве Саудовская Аравия на похоронах короля Фахда, попытка переворота удалась. Как заявил Али ульд Мухаммад Валл, один из руководителей переворота и председатель Военного совета за демократию и справедливость, взявшего в свои руки всю полноту власти после переворота, «сегодня был положен конец диктаторскому режиму – самому кровавому режиму в истории страны. Мавритания встает на путь демократического развития».

Первая реакция мирового сообщества была отрицательной. Как позднее в интервью газете аш-Шарк аль-Авсат заявил один из западных дипломатов, не пожелавший называть себя, «мы должны были осудить переворот, так как переворот есть переворот, противозаконное действие, неконституционный метод смены власти».

С резким осуждением выступили Великобритания и Соединенные Штаты. Белый дом заявил: «Мы осуждаем любые попытки смены власти вооруженным путем». Постепенно руководство США смягчило свою позицию. Хотя оказание военной помощи в 150 млн.долл. было приостановлено, это никак не повлияло на гуманитарную помощь, сумма которой оценивается в 3,54 млрд.долл. Первоначальные требования Белого дома вернуть Тайю сменились теперь на призыв к восстановлению конституционного строя.

Африканский союз приостановил участие страны в организации, ссылаясь на неприемлемость военных методов при смене власти. Вместе с тем, АС направил в Мавританию специальную комиссию для выяснения обстоятельств, и уже через день после прибытия миссии АС ее глава, министр иностранных дел Нигерии Олуйеми Адениджи (Oluyemi Adeniji), призвал мировое сообщество «дать новому руководству шанс выполнить свои обещания». Правда, позиции Мавритании в АС не будет восстановлено до тех пор, пока в стране не будут проведены свободные демократические выборы. Глава миссии АС призвал новое руководство как можно быстрее завершить переходный период и передать власть гражданской администрации. Все это дает основания полагать, что АС склонен скорее признать новое руководство Мавритании.

Нейтральную позицию заняли Россия, Франция, а генеральный секретарь Лиги арабских государств заявил, что «народ Мавритании имеет право самостоятельно решать свою судьбу». ЛАГ также направил в Мавританию своего специального представителя в лице заместителя генерального секретаря ЛАГ Саида Камаля, который уже 12 авг. заявил о признании «настоящего положения дел в Мавритании» и отметил, что ЛАГ будет взаимодействовать с Мавританией как с государством. Ливийский лидер Муаммар Каддафи официально заявил о признании нового мавританского режима. МИД Марокко выразил пожелание и дальше укреплять отношения с Мавританией. В целом, в арабском мире смена власти может быть воспринята позитивно, так как режим Тайи подвергался критике за свою явную проамериканскую и произраильскую позицию.

Али ульд Мухаммад Валл провел встречи с дипломатическими представителями ряда стран, в том числе с израильским послом. Валл дал гарантии безопасности израильским представителям, и это разрушило надежды многих мавританцев на разрыв отношений с Израилем.

Фактически, в стране произошла Белая революция, которая предоставила другим кланам возможность участия во власти. Как отмечается в газете аш-Шарк аль-Авсат, власть только «сменила одежды». Все правительственные учреждения, кроме парламента, который был распущен 4 авг., продолжают свою работу. 6 авг. Валл заявил, что после внесения демократических поправок в конституцию в течение переходного периода, рассчитанного на 2г., и одобрения их на всеобщем референдуме, будут проведены выборы в парламент. Поправки включают в себя изменение полномочий президента, ограничение его власти. Особо оговаривается положение о том, что члены военного совета, управляющего страной, не смогут выдвинуть свои кандидатуры на президентских выборах.

11 авг. 2005г. было заявлено о формировании правительства переходного периода. Премьер-министром стал Сиди Мухаммад ульд Бубакр, который с 1996г. являлся послом Мавритании во Франции. В состав правительства входят 26 чел. В новом составе два портфеля держат лица, ранее уже занимавшие министерские посты. Министром иностранных дел стал Ахмад ульд Сиди Ахмад, известный в Мавритании как «архитектор мавритано-израильских отношений».

Говорить о стабильности нового политического режима пока рано. Можно лишь констатировать, что на настоящий момент новый режим пользуется абсолютной поддержкой всего мавританского общества и оппозиционных сил.

Что касается России, то в Мавритании РФ всегда воспринималась как перспективный партнер, с которым необходимо налаживать отношения. Об этом, свидетельствует тон сообщений о России в мавританских СМИ. Они отличаются выдержанностью и нейтральностью, не поднимают острых проблем, что в целом создает положительный имидж России в глазах мавританцев.

Особенно перспективным представляется развитие сотрудничества в области гидрогеологических и буровых работ. Правительство Мавритании приняло программу, направленную на обеспечение базовых услуг населения. В рамках этой программы – интенсивное бурение колодцев и обеспечение водоснабжения городов страны. Хорошим примером в этой связи является российско-мавританская компания «Гидрофор». Еще одним примером сотрудничества может служить и авиакомпания Псков-Авиа, которая уже много лет работает в сфере грузоперевозок; большой интерес представляет рыбная отрасль страны.

Следует учитывать тот факт, что с начала 2006г. Мавритания предполагает начать добывать нефть, запасы которой на настоящий момент оцениваются в 200 млн. бар. Анатолий Яшин. Мавритания > Внешэкономсвязи, политика > af-ro.com, 30 августа 2005 > № 51132

Евросоюз и страны, входящие в Совет сотрудничества государств Персидского залива, рассчитывают в 2005г. подписать договор о создании общей зоны «свободной торговли». Как сказал посол Евросоюза в Саудовской Аравии Бернард Сафинадж в интервью саудовской газете «Эр-Рияд», страны Европы и Персидского залива ведут интенсивные переговоры, чтобы заключить соглашение о создании зоны «свободной торговли» до конца 2005г.Главы МИД арабских стран встретятся со своими коллегами из Европы в сент. в Нью-Йорке во время сессии Генеральной ассамблеи ООН для обсуждения всех общих тем, в числе которых – создание «свободной зоны» торговли, сообщил он.

В окт., по словам посла, расширенная встреча по этому поводу под председательством делегации из Залива состоится в Брюсселе.

Сафинадж напомнил, что государства Персидского залива уже 15 лет ведут переговоры с Европой относительно общей зоны «свободной торговли», которые постоянно замедлялись из-за того, что Европа начинала поднимать вопросы, далекие от сути будущего соглашения, о соблюдении прав человека в этих странах, об особенностях законодательства об эмиграции и получении работы. Страны Персидского залива занимают пятое место среди партнеров Европы, торговые связи с которыми развиты. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 27 августа 2005 > № 23037

«При большей свободе»: время решений в ООН

© "Россия в глобальной политике". № 4, Июль - Август 2005

Кофи Аннан – генеральный секретарь Организации Объединенных Наций. Статья опубликована в журнале Foreign Affairs, № 3 (май – июнь) за 2005 год. © 2005 Council on Foreign Relations Inc.

Резюме Невозможно устранить современные угрозы без опоры на широкое, глубокое и устойчивое сотрудничество. Чтобы предотвратить террор, укрепить режим нераспространения ядерного оружия и принести спокойствие в раздираемые войной страны, государствам мира следует создать систему коллективной безопасности. Одновременно необходимо содействовать демократии, обеспечению прав человека и развитию. ООН же должна претерпеть самые масштабные преобразования за всю ее историю.

НАША ОБЩАЯ УЯЗВИМОСТЬ

«Что на сегодняшний день является самой серьезной угрозой?» Задайте этот вопрос инвестиционному банкиру из Нью-Йорка, который каждый день по дороге на работу идет мимо места, где раньше стояли башни Всемирного торгового центра. Потом спросиЂте о том же у двенадцатилетнего неграмотного сироты из Малави, чьи родители скончались от СПИДа. Вы услышите два очень разных ответа. Попросите индонезийского рыбака, оплакивающего гибель всей своей семьи и разрушение своей деревни в результате недавнего опустошительного цунами, сказать вам, чего он больше всего боится. Потом обратитесь к крестьянину из суданского Дарфура, которого преследуют жестокие боевики и пугают бомбардировки. Каждый из них, скорее всего, ответит по-своему.

Расходящиеся представления о том, что является угрозой, часто оказываются самым большим препятствием на пути международного сотрудничества. Но, по моему мнению, в XXI веке мы не можем допустить, чтобы они побуждали мировые правительства стремиться к очень разным или противоположным целям. Между нынешними угрозами существует глубокая взаимосвязь, и они подпитывают друг друга. Страдания людей, проживающих в зоне неразрешенных гражданских конфликтов или в условиях крайней нищеты, могут усилить их тягу к терроризму. Массовое изнасилование женщин, слишком часто имеющее место при современных конфликтах, повышает вероятность распространения ВИЧ и СПИДа.

На самом деле несчастья, которые, как мы думаем, угрожают кому угодно, но только не нам, могут перекинуться и на нас самих. В случае если бы ядерная атака террористов на какой-либо американский финансовый центр привела к резкому спаду глобальной экономики, то число африканцев, проживающих к югу от Сахары за чертой бедности, возросло бы на миллионы. Точно так же миллионы американцев быстро могли бы оказаться инфицированными, если бы по естественным причинам либо по злому умыслу в стране с низким уровнем здравоохранения вспыхнула новая болезнь, которую ничего не подозревающие авиапутешественники разнесли бы по миру еще до того, как ее распознали.

В одиночку ни одна нация не способна полностью защитить себя от этих угроз. Для решения проблем сегодняшнего дня – от недопущения попадания смертоносного оружия в опасные руки до борьбы с глобальным изменением климата, от предотвращения торговли секс-рабами, которую ведут организованные преступные группировки, до привлечения военных преступников к ответу перед компетентным судом – требуется широкое, глубокое и прочное глобальное сотрудничество. Объединяя усилия, государства способны добиться того, что превышает возможности даже самого могущественного государства, действующего самостоятельно.

Те, кто в 1945 году разрабатывал Устав Организации Объединенных Наций, очень ясно представляли себе эти реалии. Сразу после окончания Второй мировой войны, унесшей жизни 50 миллионов человек, они учредили на конференции в Сан-Франциско в 1945-м организацию для того, чтобы (говоря словами Устава) «избавить грядущие поколения от бедствий войны». Их целью было не узурпировать роль суверенных государств, а помочь государствам более эффективно служить своим народам за счет совместной работы. Учредители ООН знали, что эта инициатива не может быть предпринята на ограниченной основе, поскольку проблемы безопасности, развития и прав человека неразрывно связаны между собой. Поэтому они поставили перед новой всемирной организацией широкие цели: обеспечить уважение к фундаментальным правам человека, создать предпосылки для защиты правосудия и поддержания верховенства закона и, как сказано в Уставе, «содействовать социальному прогрессу и улучшению условий жизни при большей свободе».

Когда Устав ООН говорит о «большей свободе», он подразумевает основные политические свободы, на которые имеет право каждый человек. Но этим Устав не ограничивается: он включает в данное понятие то, что президент Франклин Рузвельт называл «свободой от нужды» и «свободой от страха». И наша безопасность, и наши принципы давно требуют, чтобы мы раздвигали границы свободы на всех этих направлениях, понимая, что успешное положение дел на одном из них зависит от прогресса на остальных направлениях и усиливает его. Стремительное развитие технологий, растущая экономическая взаимозависимость, глобализация и глубокие геополитические перемены последних 60 лет сделали данный императив еще более необходимым. А после терактов 11 сентября 2001 года люди повсеместно пришли к осознанию этой необходимости. В душе каждого – независимо от его достатка и положения в обществе – возникло новое ощущение неуверенности в собственной безопасности. Яснее, чем когда-либо раньше, мы понимаем, что наша безопасность, наше процветание и даже сама наша свобода неразделимы.

БЛАГОПРИЯТНЫЙ МОМЕНТ ДЛЯ «НОВОГО САН-ФРАНЦИСКО»

Однако именно тогда, когда эти проблемы стали настолько очевидными, а коллективные действия столь явно необходимыми, мы видим глубокие разногласия между государствами. Подобные разногласия дискредитируют наши глобальные институты. Они приводят к увеличению разрыва между имущими и неимущими, между сильными и слабыми. Они сеют семена противодействия тем самым принципам, для продвижения которых и учреждалась ООН. И побуждая государства к поиску самостоятельных решений, они подвергают сомнению некоторые фундаментальные принципы, которые пусть и не идеально, но поддерживали международный порядок с 1945 года.

Будущие поколения не простят нам, если мы будем продолжать движение по этому пути. Мы не можем действовать вразнобой и обходиться незначительными ответными мерами в эпоху, когда организованные преступные синдикаты стремятся к контрабандным трансграничным поставкам секс-рабов и ядерных материалов, когда целые общества оказываются жертвой СПИДа, когда стремительный прогресс биотехнологий делает вполне вероятным появление «сконструированных вирусов», устойчивых к существующим вакцинам, и когда террористы, чьи планы очевидны, с легкостью пополняют свои ряды молодыми людьми в странах, где мало надежды, где еще меньше справедливости и где минимальное одностороннее школьное образование. Нашему миру необходимо срочно объединиться, чтобы управлять сегодняшними угрозами и не позволить им разделить и тем самым одолеть нас.

В последние месяцы я получил два серьезных документа, содержащих анализ имеющихся у нас глобальных проблем: один подготовлен состоящей из 16 экспертов Группой высокого уровня ООН по угрозам, вызовам и переменам, которую я просил дать предложения по укреплению нашей системы коллективной безопасности; другой подготовлен 250 специалистами, участвовавшими в ооновском Проекте тысячелетия и разрабатывавшими план действий по снижению вдвое глобальной нищеты в течение следующих десяти лет. Оба доклада замечательны как по своему трезвому реализму, так и по смелому видению будущего. После их тщательного изучения и широких консультаций с государствами – членами ООН я представил мировым правительствам мою собственную программу для новой эры глобального сотрудничества и коллективных действий.

Мой доклад, озаглавленный «При большей свободе», призывает государства использовать встречу мировых лидеров, которая состоится в штаб-квартире ООН в сентябре, для того, чтобы укрепить нашу коллективную безопасность, сформулировать подлинно глобальную стратегию развития, содействовать соблюдению прав человека и установлению демократии во всех странах и запустить новые механизмы, обеспечивающие выполнение связанных с этим обязательств. Ответственность государств перед своими гражданами и перед другими государствами, ответственность международных учреждений перед своими членами, а также ответственность нынешнего поколения перед будущими жизненно важны для нашего успеха. Учитывая это, ООН должна претерпеть самые масштабные преобразования за всю ее 60-летнюю историю. Мировым лидерам следует воскресить дух Сан-Франциско и выработать новый глобальный договор, способный служить делу большей свободы.

СВОБОДА ОТ СТРАХА

Отправной точкой для формирования нового консенсуса должно стать широкое видение сегодняшних угроз. В число этих опасностей входят не только международные войны, но и гражданские беспорядки, организованная преступность, терроризм и оружие массового уничтожения. Они включают в себя также нищету, инфекционные заболевания и деградацию окружающей среды, поскольку эти бедствия тоже могут иметь катастрофические последствия и причинять огромный ущерб. Всё это способно подорвать государство как основную единицу международной системы.

Все государства – сильные и слабые, богатые и бедные – одинаково заинтересованы в том, чтобы иметь систему коллективной безопасности, обязывающую их предпринимать коллективные шаги в отношении широкого спектра угроз. В основу такой системы должно лечь новое обязательство не допускать превращения скрытых угроз в явные, а явных – в действительные, а также соглашение о том, когда и как следует применять силу, если превентивные стратегии не приводят к успеху.

Действовать необходимо по многим направлениям, но три из них представляются первоочередными. Во-первых, мы должны обеспечить, чтобы терроризм, имеющий катастрофические последствия, никогда не становился реальностью. Во имя этой цели мы обязаны использовать уникальный нормотворческий потенциал, глобальный охват и организующую силу ООН. Для начала необходимо разработать всеобъемлющую конвенцию против терроризма. ООН играла центральную роль в процессе оказания государствам помощи в обсуждении и принятии 12 международных антитеррористических конвенций, однако мы до сегодняшнего дня не сумели разработать всеобъемлющую концепцию по объявлению вне закона всех форм терроризма, так как не смогли прийти к согласию по вопросам о «государственном терроризме» и о праве противостоять оккупации. Настало время поставить точку в этих дискуссиях. Применение силы государствами уже тщательно регулируется международным правом. А под «правом противостоять оккупации» следует понимать то, чтЧ это понятие действительно означает: оно не может подразумевать также и право умышленно убивать или калечить мирных жителей. Мировые лидеры должны объединиться в поддержке определения терроризма, которое ясно и безусловно давало бы понять, что действия против мирных жителей и людей, не участвующих в военных действиях, всегда являются неприемлемыми. И они должны работать над укреплением способности государств выполнять обязательства по борьбе с терроризмом, которые имеют юридическую силу и установлены для них Советом Безопасности (СБ).

Такой же неотложной является необходимость вдохнуть новую жизнь в наши многосторонние структуры по контролю над биологическим, химическим и в особенности ядерным оружием; мы должны предотвратить распространение этого оружия и уберечь его от попадания в наиболее опасные руки. В течение 35 лет Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), подписанный всеми странами мира, за исключением трех, значительно снижал риск применения ядерного оружия, налагая жесткие, но добровольно принимаемые ограничения на обладание им. Однако недавно одна из стран (Северная Корея) впервые вышла из этого договора, а сложности, возникающие при проверке и обеспечении его соблюдения, привели к кризису доверия.

Чтобы предотвратить лавинообразное распространение ядерного оружия, мы должны найти пути смягчения напряженности, вызываемой тем фактом, что технология, необходимая для мирного использования ядерного топлива, может также применяться для создания ядерного оружия. Следует усилить контрольные функции Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) путем принятия всеми Типового дополнительного протокола (ужесточающего как требования ДНЯО к отчетности, так и режим инспекций). Кроме этого, требуется сформировать стимулы, которые помогут государствам отказаться от развития секретных технологий топливного цикла, гарантируя им при этом наличие топлива, необходимого им в мирных целях. Мы должны также приветствовать другие инициативы, такие, как резолюция № 1540 Совета Безопасности (которая направлена на предотвращение доступа негосударственных субъектов к опасным вооружениям, технологиям и материалам) и Инициатива по безопасности в борьбе с распространением (в рамках которой все больше государств добровольно сотрудничают в целях предотвращения незаконной торговли ядерным, биологическим и химическим оружием и соответствующими материалами).

Третьим приоритетом является обеспечение успеха в тех случаях, когда мы берем на себя задачу построения прочного мира на территориях, раздираемых войнами. Пока что наши достижения в области миростроительства явно неоднозначны. В половине стран, где проблемы, связанные с гражданскими войнами, казалось бы, были урегулированы с помощью мирных соглашений, в течение пяти лет снова начинается трагическое сползание в пучину конфликта. Порой оно имеет катастрофические последствия: например, в середине 1990-х годов миллионы людей погибли в Анголе и Руанде после срыва в обеих странах мирных соглашений. Хотя за последнее десятилетие международное сообщество значительно углубило свои представления о том, что требуется для установления мира, для работы в этом направлении ему все еще недостает стратегического центра. Поэтому я предлагаю создать в ООН новый межправительственный орган – Комиссию по миростроительству. Комиссия могла бы служить в качестве форума, где представители государств, оказывающих и принимающих помощь, а также предоставляющих войска, совместно с лидерами других государств-членов, международными финансовыми учреждениями и региональными организациями согласовывают стратегию, обеспечивают политическое руководство и, наконец, осуществляют мобилизацию ресурсов и координацию усилий всех участников.

Когда превентивные меры не приводят к успеху и все другие средства исчерпаны, мы должны иметь возможность полагаться на применение силы. Однако нам необходимо прийти к общему пониманию того, когда и как ее применять. Статья 51 Устава ООН провозглашает право всех государств на самооборону в случае вооруженного нападения. Большинство правоведов признают, что данное положение включает в себя и право на упреждающие действия против неминуемой угрозы; оно не нуждается в новом толковании или изменении. Однако сегодня мы сталкиваемся также с опасностями, которые хотя и неявны, однако могут (почти или вовсе без каких-либо предварительных сигналов) стать реальными и привести, если их не устранить, к чудовищным сценариям. Устав ООН предоставляет Совету Безопасности все полномочия для реагирования на такие угрозы, и СБ должен быть готов действовать в этом направлении.

Мы должны также помнить о том, что государственный суверенитет не только дает права, но и налагает обязанности, в том числе обязанность защищать своих граждан от геноцида и других массовых злодеяний. Когда государство оказывается не в состоянии справиться с данной задачей, эта обязанность переходит к международному сообществу, которое – при необходимости – должно быть готово принять принудительные меры, санкционированные Советом Безопасности.

Решение о применении силы никогда не бывает простым. Чтобы помочь выработать консенсус по вопросу о том, когда и как уместно прибегать к силе, Совету Безопасности следует оценить, насколько серьезна угроза; способны ли предлагаемые меры ее устранить и пропорциональны ли они данной угрозе; рассматривается ли применение силы как последнее средство; являются ли преимущества, обусловленные применением силы, более весомыми, чем потери в случае ее неприменения. Анализ всех этих факторов не снабдит нас окончательными ответами, но поможет выработать принципиально обоснованные, а потому широко признанные решения.

ЖИТЬ ДОСТОЙНО

Принимая на себя священную обязанность защищать гражданское население от массовых нарушений прав человека, мы выполняем часть более широкой задачи: серьезно относиться к правам человека и верховенству закона при осуществлении международной политики. Нам нужны долгосрочные, стабильные действия, с тем чтобы любые шаги Организации Объединенных Наций опирались на соблюдение прав человека и верховенство закона. Подобные обязательства так же важны для предотвращения конфликтов, как и для снижения уровня бедности, особенно в тех государствах, которые пытаются избавиться от наследия, оставленного насилием.

ООН, как организация, провозгласившая Всеобщую декларацию прав человека и способствовавшая заключению двух соответствующих международных пактов, внесла огромный вклад в дело защиты прав человека. Однако нынешние международные механизмы не вполне пригодны для обеспечения соблюдения этих прав на практике. Управление верховного комиссара ООН по правам человека располагает очень скудным бюджетом и недостаточными ресурсами для мониторинга на местах. Управление верховного комиссара нуждается в большей поддержке, как политической, так и финансовой. Совет Безопасности, а со временем, я надеюсь, и предложенная Комиссия по миростроительству должны более активно привлекать верховного комиссара к своим обсуждениям.

Комиссия ООН по правам человека в глазах многих дискредитирована. Слишком часто государства стремятся добиться членства в ней только для того, чтобы оградить себя от критики или критиковать других, а не для того, чтобы помогать в выполнении подлинной задачи этого органа, то есть в мониторинге и стимулировании выполнения всеми государствами обязательств в сфере прав человека. Наступило время для настоящих реформ. Комиссию следует преобразовать в новый орган – Совет по правам человека. Члены этого совета должны будут избираться непосредственно Генеральной Ассамблеей и торжественно обещать соблюдать наивысшие стандарты в области прав человека.

Задачи, которые ставят перед собой защитники прав человека, непременно должны включать в себя право всех народов управлять своими делами с помощью демократических институтов. Принципы демократии закреплены во Всеобщей декларации прав человека, которая с момента ее принятия в 1948 году служила источником вдохновения для разработчиков конституций в самых различных уголках мира. Сегодня демократия признается и реализуется на практике шире, чем когда-либо раньше. Установив ее нормы и возглавив усилия по искоренению колониализма и обеспечению самоопределения, ООН помогает нациям свободно выбирать свою судьбу. ООН также оказывает конкретную поддержку в проведении выборов в странах, число которых постоянно растет: только в прошлом году такая помощь была оказана более чем 20 странам и территориям, включая Афганистан, Палестину, Ирак и Бурунди. Поскольку демократия далеко не ограничивается выборами, жизненно важное значение имеет и работа Организации по совершенствованию управления в развивающемся мире и по восстановлению верховенства закона и государственных институтов в странах, пострадавших от войн. Государствам – членам ООН следует теперь развивать эти достижения, поддерживая создание фонда, предоставляющего помощь в установлении или укреплении демократии и предложенного президентом Джорджем Бушем-младшим на Генеральной Ассамблее ООН в сентябре 2004 года.

Конечно, демократическим государствам в ООН иногда приходится работать с недемократическими. Но сегодняшние угрозы не рассеиваются на границах демократических государств; и точно так же, как ни одна демократическая страна не ограничивает свои двусторонние связи только отношениями с демократиями, так и ни одна многосторонняя организация, предназначенная для достижения глобальных целей, не может ограничить свое членство исключительно ими. Я с надеждой жду наступления того дня, когда каждая страна, представленная в Генеральной Ассамблее, будет управляться демократическим путем. Система глобального членства, характерная для ООН, – ценнейший ресурс для продвижения к этой цели. Сам факт того, что недемократические государства часто подписываются под повесткой дня ООН, открывает возможность для других государств, а также для гражданского общества всего мира добиваться, чтобы те привели свое поведение в соответствие со своими обязательствами.

СВОБОДА ОТ НУЖДЫ

Поддержка прав человека и демократии должна идти рука об руку с серьезными мерами по содействию развитию. Мир, где ежегодно умирают – и почти всегда по причинам, которые можно было заранее устранить, – 11 миллионов детей младше пяти лет, а 3 миллиона человек самого разного возраста гибнут от СПИДа, нельзя назвать миром большей свободы. Это – мир, который отчаянно нуждается в практической стратегии по претворению в жизнь Декларации тысячелетия. С ней все государства торжественно согласились пять лет назад. Восемь целей в области развития, которые сформулированы в Декларации тысячелетия и должны быть достигнуты к 2015 году, включают в себя уменьшение вдвое доли населения, живущего в крайней нищете и голоде, обеспечение получения всеми детьми начального образования и создание преград для распространения ВИЧ/СПИДа, малярии и других основных заболеваний.

Едва ли возможно переоценить необходимость безотлагательного принятия более эффективных мер по достижению этих целей. Хотя до намеченного срока остается еще десять лет, мы рискуем не успеть к его завершению, если резко не ускорим и не активизируем наши действия в текущем году. Успехов в области развития нельзя достичь в мгновение ока. Требуется время для того, чтобы подготовить преподавателей, медсестер и инженеров, построить дороги, школы и больницы, создать малые и крупные предприятия, способные обеспечить бедных необходимыми рабочими местами, а тем самым и заработком.

Саммит ООН в сентябре должен стать тем событием, в ходе которого все нации подпишут не только декларацию, но также и детальный план атаки на крайнюю нищету, на основе которого о них будут судить. Этот саммит должен стать временем поступков, а не слов, временем выполнения данных обещаний и перехода из области стремлений в область реальных дел.

Сутью этого плана должно стать глобальное партнерство между богатыми и бедными странами, условия которого были сформулированы три года назад на Международной конференции по финансированию развития в Монтеррее (Мексика). Это историческое соглашение прочно базировалось на принципах взаимной ответственности и взаимной отчетности. Оно подтвердило ответственность каждой страны за собственное развитие и добилось от состоятельных государств конкретных обязательств по поддержке более бедных стран.

В сентябре всем развивающимся странам следует взяться за разработку (к 2006 году) национальных стратегий, предусматривающих практические действия по достижению целей, сформулированных в Декларации тысячелетия. Каждая страна должна определить основные параметры крайней нищеты и лежащие в ее основе причины, затем, основываясь на полученных данных, оценить свои потребности и установить необходимый размер государственных инвестиций, а потом трансформировать результаты такого анализа в систему действий на предстоящее десятилетие, начав со стратегий по сокращению масштабов нищеты, рассчитанных на срок от трех до пяти лет.

Доноры должны также обеспечить, чтобы развивающиеся страны, которые встали на путь реализации подобных стратегий, на самом деле получали необходимую им поддержку – доступ к рынкам, списание долгов и официальную помощь развитию (ОПР). Слишком долго ОПР была неадекватной, непредсказуемой и обусловленной скорее предложением, чем спросом. Хотя после саммита в Монтеррее эта помощь увеличилась, и уже с заметными результатами, многие доноры все еще выделяют на ее оказание значительно меньше целевого показателя в 0,7 % валового национального дохода. Всем им теперь необходимо разработать собственные стратегии по достижению этого показателя за 10-летний период (к 2015 году) и обеспечить выделение 0,5 % валового национального дохода к 2009-му.

Нам необходимо действовать и на других фронтах. Например, в том, что касается вопроса о глобальном изменении климата, настало время договориться о международной системе, которая объединит всех крупнейших производителей выбросов парниковых газов, направив их усилия на борьбу с глобальным потеплением после 2012 года, то есть после истечения срока действия Киотского протокола. Нам требуется как введение в действие новой регулирующей системы, так и гораздо более прогрессивное использование новых технологий и рыночных механизмов в торговле выбросами углерода. Мы также должны усвоить урок разрушительного декабрьского цунами, обеспечив во всем мире возможности раннего предупреждения о всех природных катаклизмах – не только о цунами и ураганах, но и о наводнениях, засухах, оползнях, чрезмерной жаре и извержениях вулканов.

ОБНОВЛЕННАЯ ООН

Если Организация Объединенных Наций хочет оставаться инструментом, с помощью которого государства противостоят вызовам сегодняшнего и завтрашнего дня, ей необходимы крупные реформы, направленные на усиление ее роли, на рост ее эффективности и подотчетности. В сентябре следует достичь решения о том, чтобы придать работе Генеральной Ассамблеи и Экономического и социального совета более стратегический характер. Одновременно с рассмотрением вопроса о создании новых институтов, таких, как Комиссия по миростроительству, нам следует упразднить учреждения, в которых больше нет необходимости (такие, как Совет по опеке).

Однако никакая реформа ООН не будет полной без реформы Совета Безопасности. Его сегодняшний состав отражает тот мир, каким он был в 1945 году, а не мир XXI века. СБ должен быть реформирован так, чтобы в него вошли государства, которые вносят наибольший финансовый, военный и дипломатический вклад в деятельность ООН, и чтобы был широко представлен нынешний состав ООН. В настоящее время рассматриваются две модели расширения состава Совета Безопасности с 15 до 24 членов: одна предусматривает учреждение шести новых постоянных и трех новых непостоянных мест; другая – девяти новых непостоянных мест. Ни одна из моделей не предполагает расширения права вето, которым на сегодняшний день пользуются пять постоянных членов. Я полагаю, что наступило время вплотную заняться этим вопросом. Государства-члены должны определиться и принять решение до сентябрьской встречи на высшем уровне.

Такой же важной является реформа Секретариата ООН и более широкой сети учреждений, фондов и программ, составляющих систему ООН. Начиная с 1997 года в ООН идет тихая революция, направленная на повышение слаженности и эффективности системы. Однако я глубоко сознаю, что необходимо сделать еще больше для того, чтобы Организация Объединенных Наций стала более прозрачной и подотчетной не только для государств-членов, но и для общественности, от доверия которой она зависит и чьим интересам в конечном счете должна служить. Недавние неудачи только подчеркнули, насколько это важно.

Я уже принимаю ряд мер для того, чтобы сделать деятельность руководства и процедуры Секретариата ООН более открытыми для надзора. Но подлинный успех реформы требует, чтобы генеральный секретарь, как главное административное должностное лицо ООН, получил полномочия, которые позволили бы ему или ей управлять Организацией Объединенных Наций, обладая бЧльшей самостоятельностью и свободой действий, и тем самым продвигать необходимые перемены. После того как намеченная мной повестка дня получит одобрение государств-членов, генеральный секретарь должен иметь возможность сообразовать с ней программу работы ООН, и при этом на его пути не должны вставать ни устаревшие мандаты, ни раздробленная структура принятия решений, ставящие под удар усилия на центральном стратегическом направлении. Когда государства-члены наделят лицо, занимающее этот пост, такой самостоятельностью и свободой действий, у них появятся как право, так и обязанность требовать еще большей прозрачности и подотчетности.

ВРЕМЯ РЕШЕНИЙ

Призывая государства-члены к проведению наиболее далеко идущей реформы в истории ООН и к консолидации по ряду вопросов, которые требуют коллективных действий, я не утверждаю, что многосторонние меры непременно обеспечат успех. Но я могу практически гарантировать, что односторонние подходы рано или поздно приведут к неудаче. Я полагаю, что у государств нет разумной альтернативы совместным действиям даже и в том случае, когда сотрудничество означает, что вам надо серьезно отнестись к приоритетам своих партнеров для того, чтобы те в ответ серьезно отнеслись к вашим. И даже если, как сказал президент Гарри Трумэн в Сан-Франциско 60 лет назад, «нам всем придется признать, что, как бы сильны мы ни были, мы не должны позволять себе вольность всегда поступать только так, как нравится».

Неотложная необходимость глобального сотрудничества сегодня более очевидна, чем когда-либо раньше. Мир, предупрежденный о своей уязвимости, не может оставаться разделенным, пока старые проблемы продолжают уносить миллионы жизней, а новые грозят тем же. Мир, в котором царит взаимозависимость, не может быть безопасным или справедливым, если люди повсеместно не избавлены от нужды и страха и не имеют возможности жить достойно. Сегодня, как никогда раньше, права бедных настолько же важны, как и права богатых, а широкое видение их так же важно для безопасности развитых стран, как и для безопасности развивающихся государств.

Ральф Банч, великий американец и первый сотрудник Организации Объединенных Наций, удостоенный Нобелевской премии мира, сказал однажды, что ООН существует «не только для сохранения мира, но и для того, чтобы преобразования – пусть даже и радикальные – стали возможными без насилия. ООН не заинтересована в сохранении статус-кво». Сегодня эти слова приобретают новое звучание. Выполнение Организацией Объединенных Наций своей мирной миссии должно приблизить тот день, когда все государства станут ответственно пользоваться своим суверенитетом; принимать меры против внутренних опасностей до того, как те начнут угрожать их гражданам и гражданам других государств; обеспечивать своему народу право и возможность самому выбирать свою судьбу; а также объединять усилия с другими государствами в деле противостояния глобальным проблемам и угрозам. Короче, ООН должна вести все народы мира к «улучшению условий жизни при большей свободе». Саммит ООН в сентябре – шанс для всех нас выйти на этот путь.

США. ООН > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 22 августа 2005 > № 2913974 Кофи Аннан

Вице-президент США Дик Чейни пополнит список высокопоставленных американских политиков, проявляющих интерес к нефтяным пескам провинции Альберта. По заявлению пресс-службы премьер-министра Альберты Ральфа Клейна, высокий гость нанесет визит в развивающийся быстрыми темпами регион в начале сент. т.г. Детали поездки не разглашаются. В начале июля неформальный двухдневный визит в Альберту совершил секретарь казначейства США, Джон Сноу. Сноу и Ральф Гудейл, министр финансов Канады, совершили совместную поездку на вертолете к месторождению севернее Форта Макмюррей, а также посетили шахту Стипбэнк (Steepbank) в рамках двухстороннего диалога по вопросам энергетики, торговли и финансов. Канада уже потеснила Саудовскую Аравию в качестве основного поставщика нефти Соединенным Штатам, являющимся крупнейшими мировыми потребителями. Альберта является вторым, после Саудовской Аравии, регионом в мире по размеру нефтяных запасов.По мнению экспертов, быстрорастущие цены на строительство и наблюдаемые проблемы на рынке рабочей силы могут привести к сворачиванию многомиллионных проектов в области разработки месторождений нефтяных песков в западных провинциях Канады. Уровень риска, связанного с потерей крупных вложений в этот развивающийся сектор, повышается. Кроме того, возможное падение мировых цен на нефть до уровня ниже 40 долл. за бар. делает инвестиции в нефтяные пески нерентабельными.

Подтверждением существующих тенденций служит недавнее заявление компании Shell Canada, согласно которому расширение мощностей принадлежащего компании проекта Athabaska Oil Sands до 100 тыс.б/д обойдется канадцам в 7,3 млрд.долл., что на 80% выше планировавшихся затрат. Сохраняющийся повышенный спрос на бензин, наряду с повышающейся стоимостью мировых цен на нефть, приводит к беспрецедентному росту цен на топливо для потребителей.

Впервые в среднем по стране уровень цен на бензин превысил отметку в 1 долл. и был зафиксирован на уровне 1.045 долл. за литр. Последнее повышение на 5,2 цента за литр довело уровень роста цен за год практически до 25%, и до 11% только за текущий месяц. Канада > Нефть, газ, уголь > economy.gov.ru, 18 августа 2005 > № 21314

12 авг. 2005г. Редакционный Совет первого в России англоязычного Каталога экспортеров нефтегазового оборудования Russian Oil & Gas Complex (Directory of Equipment Exporters) заключил партнерское соглашение о сотрудничестве с арабским нефтегазовым каталогом The Oil and Gas Directory – Middle East – авторитетным изданием, представляющем весь нефтегазовый комплекс стран Ближнего и Среднего Востока.The Oil and Gas Directory-Middle East является единственным арабским каталогом, в котором размещена актуальная информация о крупнейших компаниях нефтегазовой, нефтехимической, а также энергетической отраслей стран Ближнего и Среднего Востока – ОАЭ, Саудовской Аравии, Кувейта, Катара, Омана, Бахрейна, Йемена. The Oil and Gas Directory-Middle East представляет собой Каталог арабского издательского дома Dar Al Fajr Group и продолжает оставаться самым популярным справочным изданием нефтегазовой отрасли Ближнего Востока, а сайт каталога – самым посещаемым Internet-порталом нефтегазовой отрасли арабского мира. Центрами распространения Каталога The Oil and Gas Directory-Middle East являются нефтегазодобывающие страны Востока и Азии, Европы и Америки.

В рамках сотрудничества Редакционного совета Каталога российских экспортеров нефтегазового оборудования Russian Oil & Gas Complex с арабским издательским домом The Oil and Gas Directory-Middle East было принято решение представить информацию о Каталоге Russian Oil & Gas Complex на главной странице Internet-версии арабского Каталога нефтегазовой отрасли www.oilandgasdirectory.com. Именно это, по мнению представителей издательского дома Dar Al Fajr Group, позволит всем посетителям арабского нефтегазового портала своевременно получать самую актуальную и полную информацию о крупнейших предприятиях российского нефтегазового комплекса, а также предоставит зарубежным компаниям возможность сотрудничать с российскими предприятиями без участия посредников.

Первый в России англоязычный Каталог экспортеров нефтегазового оборудования Russian Oil & Gas Complex будет презентован в рамках двух крупнейших мероприятий российского нефтегазового комплекса: Евразийского нефтегазового форума с участием руководителей и министров нефти стран-членов ОПЕК, а также Пятой всероссийской недели нефти и газа в Москве. Уже сейчас успешно работает Internet-площадка Каталога Russian Oil & Gas Complex http://catalog.inconnect.ru и представляет продукцию российских экспортеров нефтегазового оборудования до выхода в свет печатной версии издания.

Редакционный совет Russian Oil & Gas Complex издает Каталог совместно с Союзом производителей нефтегазового оборудования при поддержке Российского союза промышленников и предпринимателей, министерства экономического развития и торговли, МИД РФ, министерства промышленности и энергетики, Торгово-промышленной палаты РФ. Бахрейн > Нефть, газ, уголь > www.regions.ru, 12 августа 2005 > № 43187

Редакционный совет первого в России англоязычного каталога экспортеров нефтегазового оборудования Russian Oil & Gas Complex (Directory of Equipment Exporters) заключил партнерское соглашение о сотрудничестве с арабским нефтегазовым каталогом The Oil and Gas Directory Middle East – авторитетным изданием, представляющем весь нефтегазовый комплекс стран Ближнего и Среднего Востока.The Oil and Gas Directory Middle East является единственным арабским каталогом, в котором размещена актуальная информация о крупнейших компаниях нефтегазовой, нефтехимической, а также энергетической отраслей стран Ближнего и Среднего Востока. The Oil and Gas Directory Middle East представляет собой каталог арабского издательского дома Dar Al Fajr и продолжает оставаться самым популярным справочным изданием нефтегазовой отрасли Ближнего Востока, а сайт каталога – самым посещаемым порталом нефтегазовой отрасли арабского мира. Центрами распространения каталога The Oil and Gas Directory Middle East являются нефтегазодобывающие страны Востока и Азии, Европы и Америки.

В рамках сотрудничества редакционного совета каталога российских экспортеров нефтегазового оборудования Russian Oil & Gas Complex с арабским издательским домом The Oil and Gas Directory Middle East было принято решение представить информацию о каталоге Russian Oil & Gas Complex на главной странице Internet- версии арабского каталога нефтегазовой отрасли www.oilandgasdirectory.com. Именно это, по мнению представителей издательского дома Dar Al Fajr Group, позволит всем посетителям арабского нефтегазового портала своевременно получать информацию о крупнейших предприятиях российского нефтегазового комплекса, а также предоставит зарубежным компаниям возможность сотрудничать с российскими предприятиями без посредников.

Первый в России англоязычный каталог экспортеров нефтегазового оборудования Russian Oil & Gas Complex будет презентован в рамках двух крупнейших мероприятий российского нефтегазового комплекса: Евразийского нефтегазового форума с участием руководителей и министров нефти стран-членов ОПЕК, а также Пятой всероссийской недели нефти и газа в Москве. Уже сейчас успешно работает Internet-площадка Каталога Russian Oil & Gas Complex http://catalog.inconnect.ru и представляет продукцию российских экспортеров нефтегазового оборудования до выхода в свет печатной версии издания. ОАЭ > СМИ, ИТ > www.regions.ru, 12 августа 2005 > № 23029

Министерство нефти Ирака объявило тендер на строительство двух нефтеперегонных заводов (НПЗ). Об этом заявил представитель министерства нефти Ирака Асем Джихад (Asim Jihad). «Мы предлагаем всем мировым компаниям, имеющим опыт строительства НПЗ, принять участие в тендере», – сказал Джихад. Один из заводов мощностью 70 тыс.б/д нефти будет построен на севере Ирака в районе Коя, близ города Кей-Санджак. Его оценочная стоимость – 400 млн.долл. Второй НПЗ мощностью в 140 тыс.б/д планируется построить в 45 км. южнее Багдада в районе Джурф ас-Сахр на берегу Евфрата.На противоположном берегу реки российская компания «Технопром экспорт» ведет сооружение крупнейшей в Ираке ТЭС «Эль-Юсефия». Первоначальная стоимость этого объекта – от 800 млн.долл. до 1 млрд.долл. Крайний срок подачи заявок для участия в тендере – 8 окт. 2005г. На строительство предприятий отводится два года. В ближайшее время, сказал также Джихад, Миннефти Ирака намерено объявить тендер на строительство еще одного НПЗ в городе Амара на юго-востоке страны. Ирак – вторая после Саудовской Аравии страна в мире по разведанным запасам нефти. Ирак > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 6 августа 2005 > № 6742

Нового исторического максимума - 62,30 долл. за 1 бар. - достигла в понедельник цена нефти на Нью-Йоркской товарно-сырьевой бирже. Так рынок отреагировал на кончину короля Саудовской Аравии Фахд бен Абдель-Азиза, заявление Ирана о намерении возобновить обогащение урана и неполадки на американских НПЗ. Предыдущий исторический максимум цены «черного золота» равнялся 62,10 долл. и продержался меньше месяца, с 7 июля. Завершилась же торговая сессия на отметке 61,57 долл., что ровно на 1 долл. больше показателя закрытия пятницы. Несмотря на то, что ОПЕК поддерживает самые высокие объемы добычи за последние четверть века, цена нефти в Нью-Йорке сейчас на 40% превышает уровень аналогичного периода прошлого года. Хотя после смерти Фахда престол унаследовал его сводный брат Абдалла ибн Абдель Азиз Аль Сауд, который последние десять лет после перенесенного саудовским монархом инсульта фактические руководил королевством, на рынке воцарилась тревога по поводу будущего страны, занимающей лидирующие позиции в мире по запасам и экспорту нефти. Дело в том, что Абдалле, как и Фахду, уже за 80, а линия наследования ему неочевидна. «Впервые люди задумались о жизни после Абдаллы», - отметил эксперт Рик Мюллер из массачусетской исследовательской компании «Energy Security Analysis». Помимо событий в Саудовской Аравии, трейдеры обеспокоены очередным демаршем Тегерана, который грозит навлечь на Иран санкции Совета Безопасности ООН, в т.ч. эмбарго на импорт нефти из этой страны, а также последствиями пожаров, которые произошли на прошлой неделе на двух НПЗ в Техасе. США > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 2 августа 2005 > № 7168

По сообщению Центра США по изучению проблем энергетики, доходы Ирана от экспорта нефти в 2005г. превысят показатель 2004г. на 27% и составят 41 млрд.долл. Средняя цена на сорта иранской нефти за отчетный период превышала 53 долл. за бар. Квота добычи нефти Ирана в рамках ОПЕК установлена в 3,966 млн.бар. в сутки. Настоящий объем добычи нефти Ирана составляет 4,2 млн.бар. в сутки. К настоящему времени объем экспорта газового конденсата, полученного на 1-5 очередях газового месторождения «Южный Парс» составил 107 млн.бар. Общий объем добытого природного газа в 2003-04гг. на указанных очередях «Южного Парса» превысил 65,9 млрд.куб.м со времени их пуска в эксплуатацию. Иран > Нефть, газ, уголь > economy.gov.ru, 31 июля 2005 > № 13191

Индонезия остается членом Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Как заявил министр энергетики и минеральных ресурсов Индонезии Пурномо Юсгианторо, Индонезия, как единственный член ОПЕК в Азиатско-Тихоокеанском регионе, после тщательного изучения проблемы приняла решение остаться полноправным членом мирового нефтяного картеля. Заяление индонезийского министра, сделанное по официальным каналам, обнародовано в воскресенье в венской штаб-квартире ОПЕК. В связи с тем, что Джакарта сократила свою нефтяную продукцию и не имеет возможности соблюдать выделенные ей ОПЕК квоты на добычу и экспортные поставки сырой нефти, ряд депутатов парламента и членов промышленных групп внесли на рассмотрение предложение о выходе Индонезии из ОПЕК, т.к. «членство в картеле связывает нефтяную промышленность страны по рукам и ногам и заставляет зависеть от коллегиальных решений, принимаемых на конференциях ОПЕК».Однако после рассмотрения рекомендаций соответствующих экспертных комиссий Пурномо Юсгианторо, бывший президент ОПЕК, высказал мнение о целесообразности сохранения полного членства Индонезии в картеле и подчеркнул, что потенциальные запасы сырой нефти в стране составляют 10,82 млрд.бар. и Индонезии нечего опасаться какого-либо нефтяного кризиса в течение нескольких десятков лет. Индонезия > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 31 июля 2005 > № 6728

По данным банка Merrill Lynch, 300 тыс. жителей Ближнего Востока располагают финансовыми активами 1 млн.долл. В некоторых его странах решили побороться за право управлять этими деньгами со швейцарскими «гномами» и воротилами лондонского Сити.В 60гг. и начале 70гг. неформальный статус финансового центра Ближнего Востока принадлежал Бейруту. У столицы Ливана были все слагаемые для успеха: в те времена это был один из самых современных и образованных городов богатого нефтью региона. Его не случайно называли Парижем Востока – многие жители свободно говорили (да и сейчас говорят) по-французски, а богатство культурной жизни и космополитичная атмосфера усиливали это сходство. Бейрут привлекал не только туристов, но и профессионалов, в т.ч. финансистов. Но в 1975г. в Ливане разразилась гражданская война, которая продолжалась 15 лет. Разумеется, о функции финансового центра Бейруту пришлось забыть, ему очень скоро нашли преемника.

В 70гг. в кошельки нефтяных магнатов текли нефтяные сверхдоходы, и правители Бахрейна оказались достаточно прагматичными, чтобы не упустить свой шанс заработать. Крохотное государство с населением всего 700 тыс.чел. в полной мере воспользовалось своим бесспорным географическим преимуществом – близостью к Саудовской Аравии с ее гигантской по ближневосточным меркам экономикой. В 1975г. Бахрейн выдал первую лицензию офшорному банку. Сейчас в стране зарегистрировано 370 финансовых компаний, из них половина – банки, немало и страховых фирм.

Суммарные активы банковской системы достигают 119 млрд.долл., превышая ВВП страны в 12 раз. Львиная доля этих денег (80%) приходится на офшорные банковские организации (offshore banking units – OBU). В офшорном режиме работают многие банки Бахрейна, а также крупные региональные банки из Турции, Саудовской Аравии, ОАЭ и других стран. Есть и подразделения западных гигантов – Citigroup, HSBC, J.P.Morgan Chase, Standard Chartered, BMP Paribas, Bank of Tokyo-Mitsubishi. Некоторые «иностранцы» имеют лицензии обычных коммерческих банков. A Merrill Lynch и американское подразделение UBS ведут в Бахрейне инвестиционно-банковские операции. В стране также расположена ближневосточная штаб-квартира компании American Express.

Привлечению банкиров способствует либерализм властей: в Бахрейне нет налогов на прибыли банков, доходы физических лиц, НДС, а также валютных ограничений. «Офшорная» специфика банковской системы Бахрейна хорошо просматривается в структуре ее активов: львиная их доля находится за пределами страны. Рвение, с которым местное правительство старается заинтересовать зарубежных финансистов, объясняется довольно просто: Бахрейн не слишком богат нефтью по сравнению с соседями. «Черное золото» дает этой стране только четверть ее ВВП, причем запасы неуклонно сокращаются. В этой ситуации диверсификация экономики для Бахрейна – единственный способ обеспечить себе экономическое будущее.

Одной из главных тенденций последних лет стал быстрый рост исламских финансовых институтов. Они специализируются на предоставлении финуслуг, «очищенных» от процентной ставки. Дело в том, что взимание ссудного процента с точки зрения мусульманской этики несправедливо, поскольку кредитор получает доход, не прилагая никаких усилий. Причем ислам отрицательно относится не только к кредитору, взимающему процент, но и к должнику, этот процент уплачивающему.

Исламские банки научились эти ограничения обходить, по крайней мере формально. Например, вместо выдачи бизнесмену платной ссуды банк может инвестировать в проект средства в обмен на участие в прибыли. А вкладчик банка получает свой доход путем участия в прибыли банка. До 90% дохода исламские банки получают от финансирования торговли. Банк приобретает от своего имени и за свой счет необходимый предпринимателю товар, а затем с наценкой перепродает товар клиенту, предоставляя ему рассрочку платежа. Правда, этот вид операций является самым сомнительным с точки зрения мусульманской этики, поскольку наценка фактически определяется банками исходя из процентных ставок на мировых рынках.

В Бахрейне зарегистрировано 30 исламских финансовых институтов, из них большинство – банки. В основном они зарегистрированы как местные компании, но встречаются и «дочки» иностранных банков. Например, с 1996г. в стране работает Citi Islamic Investment Bank – подразделение Citigroup, а с 2002г. – Noriba Bank, принадлежащий швейцарскому UBS. За последние 5 лет суммарные активы работающих в Бахрейне исламских банков выросли в 3 раза и превысили 6 млрд.долл.

Долгое время лидерские позиции Бахрейна в регионе были бесспорными. Но не так давно у него появился серьезный повод для беспокойства: в 2002г. Дубай объявил о собственном амбициозном проекте создания Международного финансового центра (МФЦ). В свое время власти эмирата предпочли развивать свободные экономические зоны, ориентированные на развитие торговли и промышленности (крупнейшая – Джебель Али – была основана еще в 1985г.). Но теперь Дубай желает заполнить пробел и создать финансовый центр, не уступающий Нью-Йорку, Лондону и Гонконгу. Он, по замыслу авторов проекта, будет привлекать клиентов не только из стран Персидского залива, но и из Северной и Восточной Африки, стран каспийского бассейна и даже Южной Азии.

Центр планируется сделать универсальным – в нем будет собственная биржа, банки, страховые компании, инвестиционные фонды, исламские финансовые институты. Правительство Дубая вложило в проект 1 млрд.долл., в т.ч. предоставило земельный участок площадью 45 га для строительства комплекса современных зданий, которое должно завершиться в 2006г. В МФЦ не будут взимать налоги на корпоративную прибыль и личные доходы. Разрешается создание компаний со 100% иностранным участием и не существует препятствий для репатриации капитала и прибылей. Официально МФЦ был открыт в сент. 2004г. За прошедшие с тех пор месяцы Дубай выдал 57 лицензий. Среди самых известных имен – швейцарские Credit Suisse, Julius Baer, Bank Sarasin, Merrill Lynch Bank (Suisse), британские Standard Chartered и Barclays.

Эти грандиозные планы не остались незамеченными главным конкурентом, и в марте 2004г. был дан старт ответному проекту под названием «Финансовая гавань Бахрейна». Современный бизнес-комплекс стоимостью 1,3 млрд.долл. примет первых «новоселов» к 2007г., а еще 2г. спустя его возведение планируется завершить полностью. Необходимость строительства вызвана, конечно, не только желанием дать отпор Дубаю. Несмотря на 30-летнюю историю финансовой отрасли Бахрейна, в его столице Манаме так и не появилось место, где финансовые институты были бы сконцентрированы. «Финансовая гавань» претендует на статус «сердца» делового Бахрейна и даже всего Ближнего Востока.

Свой план построения финансового центра имеется у Катара. Его концепция заметно отличается от той, которую выбрали Бахрейн и Дубай, и местные власти не упускают случая подчеркнуть, что их проект не имеет ничего общего с офшорным банкингом и играми на рынке недвижимости. Экономика Катара зависит от экспорта энергетического сырья, и развитие финансового сектора планируется тесно увязать с разработкой запасов природного газа. Проект строительства мощностей для производства сжиженного газа Qatar-gas II оценивается в 12,8 млрд.долл. А в целом в ближайших 10 лет Катар рассчитывает привлечь 60 млрд.долл. в крупные инфраструктурные проекты. К их обслуживанию и предполагается привлекать иностранные институты. Соответственно они будут специализироваться на проектном финансировании, инвестиционном банкинге и обслуживании состоятельных частных клиентов.

Условия, которые Катар готов предложить финансистам, более жесткие, чем в других финансовых центрах Ближнего Востока. Компаниям будут предоставляться трехлетние налоговые «каникулы», по завершении которых ставка на корпоративную прибыль составит 10%. Никакого многолетнего строительства чудес современной архитектуры разворачивать не планируется: все будет помещаться в одном многоэтажном здании. Но как в Бахрейне и Дубае, для финансового центра Катара был создан независимый от местного правительства регулятор, который будет в своей работе опираться на специальное, принятое в мае 2005г. законодательство. Бахрейн > Финансы, банки > «Финанс», 24 июля 2005 > № 23079

1 июля 2005г. консорциум Oger Telecom, представленный компаниями Oger (Саудовская Аравия) и Telecom (Италия), выиграл за 6,55 млрд.долл. тендер на приватизацию 55% акций турецкой компании. Турция > СМИ, ИТ > ., 13 июля 2005 > № 9202

Политика

Республика Мали 22 сент. 2005г. будет отмечать 45 лет независимости. Как и у большинства бывших колоний, подведение промежуточных итогов суверенного существования вряд ли пройдет в атмосфере эйфории и надежд, которые имелись 40-50 лет назад. Глобальные и региональные изменения действующих сил в последние 10-15 лет в значительной мере лишают страны, подобные Мали, какой-либо перспективы подлинной независимости.

В период холодной войны молодые государства могли лавировать между интересами двух основных противостоящих блоков, провоцировать их конкуренцию на собственной территории и извлекать свою выгоду. Разумеется, такая независимость была условной. При наличии политической воли, относительной ясности целей и интересов своих стран, лидеры того времени имели перспективу, которая так или иначе разделялась национальными элитами и не вызывала отторжения в широких массах населения.

Легитимность власти тех или иных лидеров определялась, наличием сформулированных целей деятельности руководства страны – целей, вынесенных за рамки сегодняшнего положения дел и обращенных в будущее. На начальном этапе независимости Мали сделала социалистический выбор. Вдохновляющий пример СССР и его союзников, которые в начале 1960гг. совершили значительный рывок в росте производительных сил и влияния в мире, мог служить основанием для идеологии ускоренного развития. Эта идеология опиралась преимущественно на собственные резервы общества и на безусловное соблюдение принципов социальной справедливости: «от каждого по способностям, каждому по труду».

Самодостаточная хозяйственная система с полным внутренним экономическим циклом не получалась, из-за структурной роли архаических форм производительного труда и его организации. Первые же испытания независимостью показали несоответствие целей и возможностей линии руководства страны. Это привело к военному перевороту 19 нояб. 1968г. Следующее правительство Мусы Траоре (1968-91гг.), только внесло некоторые коррективы в прежний социально-экономический курс, сняв ограничения на развитие частного предпринимательства, поощряя концентрацию капиталов в банковской сфере, а также перетекание капиталов в сферу производства из сферы недвижимости или даже – из сферы омертвения капиталов, их тезаврации, превращения в сокровища.

Тогда же произошло постепенное осознание того, что существование Мали как субъекта международных отношений экономически возможно в данных условиях только через подключение к складывающейся мировой системе экономических отношений, через обеспечение собственных позиций в рамках мировой рыночной системы. К этому подталкивали Мали не только страны Запада, поддерживая ресурсную и сбытовую рыночную заинтересованность еще колониального времени, но и страны советского блока: отношения переводились из стратегически оправдываемых «бонусных» отношений в сферу взаимовыгодного экономического обмена.

Поскольку малийская экономика оставалась неприспособленной для такого сотрудничества, советская сторона все больше теряла интерес к Мали и странам Африки в целом. В период перестройки, особенно на ее завершающем этапе, основная сфера экономических, политических и стратегических интересов СССР переключались на ведущие страны Запада.

Это оказалось фактически полной катастрофой для малийского государства, от которой оно не оправилось до сих пор. «Демократическая революция» марта 1991г. стала лишь политико-идеологическим оформлением банкротства основ малийской государственности. Произошло определенное подновление необходимых форм ее жизнедеятельности, но радикальный разрыв с прошлым, качественный скачок производительных сил, сложение гражданского общества и прочих атрибутов «классических демократий» так и остались только на словах.

Идеологически руководство все чаще обращается к «великому прошлому», а перспективы развития представляются все менее определенными. Налицо явный застой общества и дезориентация руководства в вопросах минимально отдаленной перспективы. Абсолютная зависимость от международной, глобальной экономической и политической конъюнктуры при попытках правительства сохранять основы легитимности, восходящей и к тому же «великому прошлому» и к началам независимого этапа развития.

Можно сказать, что правление Альфа Омара Конаре (1992-2002гг.) создало некоторый резерв выживаемости основ малийской государственности, но на сегодняшний день этот ресурс близок к исчерпанию. Стагнация – это еще не кризис, но мой последний по времени опыт пребывания в Мали говорит, что страна стремительно приближается к кризису, подобно тому, как это произошло практически во всех странах региона за последние годы. Этот кризис вызревает внутри общества, но одновременно и стимулируется пораженным внутренними конфликтами окружением Республики Мали. Это окружение – Кот-д'Ивуар, Сьерра-Леоне, Либерия, Гвинея, Гамбия, Сенегал, Мавритания, Алжир, Нигер – транслирует в Мали часть своих проблем, усугубляя и без того неустойчивое состояние малийской государственности.

Республика Мали была и остается исключительно сельскохозяйственной страной. Индустриальный компонент так и не играет сколько-нибудь значимой роли, лишь в незначительной степени обеспечивая нужды населения. Основная внутренняя товарная масса в городах представлена импортом. Выживание населения происходит за счет натурального производства продовольственных продуктов в сельской и периферийной городской местности. Фактором выживания населения выступает по-прежнему традиционная организация жизни, где доминирует большая патриархальная семья, которая обеспечивает сложение всех доходов и всех продуктов членов семьи с последующим их уравнительным распределением и перераспределением.

В условиях отсутствия четкой стратегической долгосрочной линии регулирования экономики, правительство ведет экономическую политику выживания – политику, ориентированную на требования мирового рынка, его основных игроков, которым чем далее, тем менее интересны проблемы конкретного населения конкретных стран. Это подтверждает проблема хлопка – главной экспортной культуры Мали.

На определенном этапе – лет 10-15 тому назад – хлопковый бум, стимулированный основными мировыми организаторами хлопкового рынка, вывел Мали в крупные производители хлопка и дал значительной части аграрного населения возможность товарного производства и денежного оборота и накопления. Даже сейчас, когда проявилась со всей очевидностью оборотная сторона хлопкового благополучия, эмиссары мирового рынка хлопка сознательно вводят в заблуждение власти и общественное мнение страны, продолжая настаивать на выгодных сторонах хлопкового производства.

Факты говорят о том, что воодушевленные денежной доходностью производства хлопка малийские крестьяне резко сократили обрабатываемые площади под продовольственными культурами в пользу хлопка. В условиях роста мировых цен на продовольствие и падения цен на хлопок Мали от поставок продовольственной продукции перешла к продовольственной зависимости, которая могла бы компенсироваться доходностью от хлопка. Но хлопковый рынок оказался жертвой перепроизводства. Можно наблюдать во многих деревнях западного Мали большие запасы нереализованного хлопка, который после наступления сезона дождей окончательно теряет товарные качества. Для крестьян это – катастрофа.

Культура хлопка очень агрессивна, и, в условиях бедности гумусного слоя малийских почв, делает на долгие годы бесплодными огромные пространства земельных угодий. На восстановление этих угодий с помощью удобрений средств у населения и государства нет. Последние годы субтропическая зона саванн, где живет основное сельскохозяйственное население страны, подверглась непрекращающемуся нашествию саранчи. Практически все специалисты, да и просто крестьяне Мали выражают общую оценку пагубности изменения климата за последние годы: повышение температуры воздуха и активности солнца при сокращении продолжительности и интенсивности дождей.

Учитывая структуру хоздеятельности страны, руководству Мали необходимо разработать долгосрочную программу продовольственной безопасности и поддержания национального сельскохозяйственного производства. Соответствующая структура при аппарате президента создана. Госаппарат Мали, структуры власти и их кадры выступают главным потребителем средств госбюджета, обрекая население на самостоятельное выживание, но при этом не создавая необходимых для этого выживания условий.

В экономической сфере государство выступает как паразит, лишь формально необходимый атрибут организации общества. И это достаточно отчетливо проявляется в массовом отчуждении населения от государства, от легитимных политических структур.

Политическая обстановка в стране. В видимом спектре общественной жизни Мали налицо признаки стагнации. Эта видимость таит под собой нарастание потенциала политического кризиса. Нынешняя многопартийная система из инструмента демократии превратилась в систему выращивания политической нестабильности. Партий как таковых в Мали нет, как нет и четкой классовой структуры общества с соответствующими ей идеологическими течениями, тенденциями, установками. Есть только объединения вокруг некоторых мнимых и истинных социально значимых фигур, притом объединения очень плохо организованные, лишенные внутренней сплоченности и дисциплины.

Одной из таких фигур является прежний президент Альфа Омар Конаре, ныне относительно удаленный от внутренней жизни страны из-за деятельности на посту главы постоянной Комиссии Африканского Союза. Это не означает, что он безразличен к происходящему в стране. Другая фигура на политическом поле – нынешний президент Мали генерал Амаду Тумани Туре. Это – не только беспартийный лидер, но, возможно, и принципиально беспартийный. Он уже второй раз в истории Мали выступает как «технический президент» (первый раз – в 1991-92гг.). Также, как и назначенное им правительство – «техническое правительство». Нельзя не отметить сохраняющийся авторитет Мусы Траоре, бывшего президента, свергнутого «демократической революцией» в 1991г., в том числе, и при участии нынешнего главы государства – Амаду Тумани Туре.

При нескольких десятках политических партий страны, действующих в легитимном поле, партийной системы организации политического процесса в Мали нет. Известно, что, если легитимного политического процесса нет, из-за его неэффективности, то политика проявляет себя либо в скрытых формах (подпольная деятельность, интриги, вторично политическая функция иных по предназначению общественных институтов), либо это политика улицы.

27 марта 2005г. в Бамако после футбольного матча сборных Мали и Того произошла массовая демонстрация, которая сопровождалась погромами, нападениями на иностранцев и уничтожением государственной собственности. В столкновениях с силами правопорядка имелось значительное число раненых. Было официально объявлено об аресте 70 чел., в том числе, людей разного возраста и социального статуса. Поначалу правительство Мали пыталось замолчать факт этих событий в СМИ, либо преуменьшить его значение.

На какой-то момент в СМИ прошла информация о причастности мусульманских кругов к организации беспорядков. Премьер-министр даже собрал совещание священнослужителей ислама, они решительно отмежевались от причастности к этим событиям. Интересен момент, что шествия происходили одновременно в нескольких отдаленных кварталах Бамако, что погромам подвергались развлекательные и увеселительные заведения и что имела место координация действий разных колонн через общение по мобильным телефонам.

Можно с уверенностью утверждать, что события 27 марта 2005г. – выплеск массового недовольства условиями существования нынешнего населения столицы, живущего в условиях высоких цен и массовой безработицы, которая особенно остро ощущается среди молодежи. Это был своего рода бунт, давно зревший и нашедший повод для своей реализации. События 27 марта 2005г. дали возможность проявиться недовольству оппозиционных элит, открыто заявивших о некомпетентности всех эшелонов высшего руководства страны. Центром консолидации недовольства выступила Национальная Ассамблея Мали. С ее стороны и близкой ей прессы звучали призывы об отставке ряда членов правительства и слухи о ближайшей смене всего кабинета. Одновременно с раскручиванием политической составляющей кризиса появилась информация о недовольстве унтер-офицерского состава армии.

В результате административных решений президент Мали сменил руководство служб безопасности. В самый разгар мартовско-апр. политического кризиса можно было предположить, что он сознательно провоцируется руководством страны, в связи с реально нарастающим недовольством и приближением срока президентских выборов. Это могло быть сознательное выпускание пара социальной и политической напряженности, давшее возможность перетрясти многие силовые структуры, создать видимость политической воли, а также противостояния исламскому фактору.

В стране явно выражена идеологическая рыхлость и политическая разобщенность, органическая слабость государства. В этих условиях призывы со стороны стран Запада к либеральным реформам, к децентрализации государственной власти приводит к еще большему ослаблению управляющих механизмов общества. Альтернативой этому обычно выступает резкая централизация власти, часто в формах, близких к эксцессам.

Если такой более или менее спонтанно вызванной к власти силе не удается взять ситуацию под контроль, как это было в том же Мали после военного переворота 1968г., может начаться гражданская война. Именно это уже произошло на периферии Республики Мали – в Сьерра-Леоне, Кот-д'Ивуаре. Теперь то же ожидается в Гвинее (Конакри). И слабое государство с его открытыми всем границами окажется абсолютно незащищенным для любого рода вторжений и дестабилизации. Участившиеся в прессе сообщения о перехвате партий незаконно провозимого оружия на границах Мали с Гвинеей и Мавританией, а также обнаружении оружия в самой столице – Бамако – должны внушать большое беспокойство за ход политического процесса в Республике Мали. Следует обратить внимание на появляющиеся сообщения о вовлечении в незаконный оборот оружия, в том числе и со складов малийской армии, военнослужащих Мали, включая фигуры весьма высокого статуса в руководящих силовых структурах.

Страна втягивается в подготовку парламентских и президентских выборов 2007г., но казавшийся недавно бесспорным фаворитом нынешний президент не может чувствовать себя вполне уверенно, так как в общественном мнении он не проявил себя как настоящий руководитель страны. Средства массовой информации и лидеры некогда оказавших ему доверие партий продолжают создавать иллюзию обожания населением своего «всенародно избранного президента». Реальность несколько отлична. Массовая традиционная политическая культура принимает власть и демонстрирует ей формальную лояльность, пока она – власть.

Социальная обстановка и криминализация общества. В малийском обществе продолжается долгосрочный процесс трансформации архаичных по происхождению форм общественной жизни общинного и родового характера под влиянием проявлений модернизации. В городах, происходит трансформация большесемейной общины в малые полигамные семьи, замыкающиеся на браки главы такой семьи. Происходит атомизация общества, через осознание отдельными людьми своих собственных интересов, противостоящих, зачастую, интересам общины. Это часто приводит к отрицанию общины, следованию диаметрально противоположным ценностям, осуждаемым общиной, к бегству в города и далее – в Европу и Америку.

С низким уровнем занятости населения происходит его криминализация. Растет не только число краж и разбойных нападений, появляется разветвленный криминальный мир, реализующий себя в сфере наркотрафика, торговли оружием, антиквариатом или, как в недавнем деле Дауда Йаттара, в международной торговле людьми и человеческими органами. Как в последнем случае, криминальные группировки принимают внешне экзотические формы, практикуя сектантство, сатанизм, фетишизм. Традиционная мораль и этика общественного поведения не выдерживают испытания потерей перспективы выживания при сохранении прежних стереотипов поведения.

В этом отношении культурная политика правительства по пропаганде традиционных ценностей не выдерживает натиска перемен сознания. И в этом качестве может вызывать только иронию или насмешку, какими бы благими ни были цели этой пропаганды. Прежняя система поддержания общественного порядка разрушается раньше, чем новые легитимные формы, соответствующие традициям западных «демократий», утверждают себя в общественной практике. Разложению основ морали способствует и политика СМИ.

Рост криминализации усугубляется большим количеством беженцев, которые не знают зачастую не только языков коренного населения Мали и их обычаев, но даже французского языка, если речь идет о выходцах из бывших английских колоний. Эти люди чувствуют себя чужаками, обиженными обстоятельствами, а поэтому – свободными от многих принятых правил и обязательств. Правительство, силы безопасности, само общество не выработали систему мер инкорпорации этих людей в нормальную жизнь.

Мусульманский фактор. Малийские официальные лица часто подчеркивают историческую и религиозную терпимость населения страны, вековое сосуществование многих конфессий.

Массовая исламизация населения относится к колониальному и постколониальному этапам истории страны. Исламизация была и реакцией на глубокие социально-экономические перемены в обществе под влиянием развития рыночных отношений, повышения роли торговых кругов, связанных с Северной Африкой, Ближним Востоком и Аравийским миром. Одновременно это была реакция самозащиты населения по отношению к агрессивной идеологической волне, сопровождавшей колонизацию. Это также была и реакция на крах социалистической ориентации и надежд, порожденных процессом обретения независимости. Это было заполнением идеологического вакуума, в котором ни одно общество существовать не может.

Обращение к исламу со стороны правительства Мусы Траоре было совершенно естественным и соответствующим сложившимся традициям Мали. В прагматическом плане сближение Республики Мали с миром ислама обеспечивало правительству возможности дополнительного маневра в международных делах, а также давало солидный приток средств для обустройства государственной жизни, да и личных интересов руководителей страны.

Взрыв в этой сфере можно отнести ко времени войны, которую СССР вел в Афганистане. Тогда произошла радикализация исламских движений во всем мире, в том числе и поощряемая США и их союзниками по НАТО. Получив от Запада соответствующую возможность и опираясь на значительные материальные средства, Саудовская Аравия поощряла и поощряет распространение своего влияния, в том числе, и по каналам различных исламских орденов, тарикатов. Значительно их роль проявилась в 1980-90гг. в Сенегале, в Гвинее, в Нигере. Для Мали эта тенденция обозначилась особенно ярко в 1990г. Здесь широко распространились разного рода вахаббитские движения. Исламские культурные ценности начали доминировать в бытовой культуре малийцев.

Во II пол. 1990гг. обращение Альфа Омара Конаре к доисламским ценностям культуры малийцев, к пропаганде охотничьей субкультуры бамбара и малинке. Отчасти было связано со стремлением ограничить усиление роли ислама в общественной и государственной жизни Мали. Такое усиление ставит вопрос о природе малийской государственности, оспаривает ее светский характер, включенность в общемировой культурный и цивилизационный процесс. Мали имела в те годы шансы превратиться в исламское государство. Такая вероятность не исключена и в будущем, принимая во внимание нарастающий в стране социально-политический кризис.

Именно застойное состояние общества способствовало тому, что правильная по сути инициатива Альфа Омара Конаре по возрождению традиционных ценностей населения Мали привела к росту оккультистских тенденций, которые, как в случае с Даудой Йаттара, лишь внешне сохраняют связь с традицией, преследуя, по существу, коммерческие цели.

Материковая конфессиональная база земледельцев, охотников и скотоводов Мали продолжает разрушаться, уступая постепенно свои позиции исламу или откровенному западничеству. В этом отношении пропаганда традиционных ценностей может приводить к их фольклоризации, превращению не в основу жизни, а в сферу досуга. «Традиционный» фестиваль масок и марионеток, прошедший недавно в Маркала, со всей очевидностью показал мне такую тенденцию.

Исламский переворот в Мали может произойти в рамках логики повседневно и незаметно происходящих событий и вполне легальным путем. Финансовое лидерство мусульманских торговых элит, которое уже сегодня прослеживается в составе правительственных команд Амаду Тумани Туре, может в условиях политической рыхлости партий привести к тому, что выборы в Национальную Ассамблею и на пост главы государства сделают деньги, которые в руках этих элит и находятся. А факты «сатанизма», активно обсуждаемые прессой, окажутся хорошим аргументом, чтобы покончить с властью «неверных».

В любом случае, исламский фактор в Мали – это очень важный компонент культуры, который требует уважения и бережного к себе отношения для того, чтобы оставаться в рамках только конфессиональных феноменов, не приобретая идеологическую и политическую роль в динамике политического процесса в стране.

Этническая ситуация. Этническая ситуация в Мали сложилась в результате многовековых процессов культурного и социального взаимодействия и отличается тем, что в ней доминируют равновесные механизмы, согласование взаимодействий – результат достаточно драматических событий прошлого. Эта стабильность, не гарантирована в будущем. Уже сейчас можно заметить, как вырисовывается возможность взрыва этого равновесия, перехода этнического фактора в разряд активных политических и даже военных реалий. Подобный пример можно было наблюдать, в Кот-д'Ивуаре.

Территория Республики Мали в ее нынешних границах – продукт колониального администрирования. И в интересах этого администрирования колониальные власти присоединили к западной половине нынешней территории Мали ее сегодняшнюю восточную половину, которая в культурном и языковом отношении достаточно серьезно противостоит западной. Рубеж проходит по средней дельте Нигера, то есть на стыке г.г.Мопти, Дженне, Томбукту. В восточной половине проживает меньшинство населения Мали. Французы, составившие из народов манде основу управления и организации жизни колонии Французский Судан, стремились с их помощью контролировать кочевое и полукочевое население Сахары – туарегов, мавров, арабов, оказывавших наибольшее сопротивление колониальному режиму. Малийское государство получило в наследство те же проблемы, которые выразились, в нескольких восстаниях кочевников уже во времена независимости.

Все малийские правительства последовательно соблюдали принципы этнического представительства в государственных структурах. Амаду Тумани Туре, выходец из Мопти, наполнил структуры исполнительной власти выходцами как раз из восточной половины страны. Пока население Мали не слишком обращает на это внимание, повинуясь действию прежних моделей этнического согласия. Но при определенном стечении внешних обстоятельств нарушение этно-территориального баланса может привести к конфликту и даже распаду государства на восточную и западную половины.

В 1980гг. подстрекательство к отделению восточной половины через восстания туарегов осуществлялось по инициативе Франции, а также при наличии аналогичной цели со стороны руководства Ливии. Тогда речь шла о создании «государства кочевников Сахары». За этим стояли интересы западного бизнеса к нефте- и газоносным районам, зонам перспективных месторождений урановых и марганцевых руд. И сегодня проблема суверенитета Мали над собственной частью Сахары полностью не снята. Свидетельством этому, может выступать присутствие контингента американских спецназовцев в сахарской зоне Мали.

Этнический фактор – феномен очень деликатный. Межэтнические отношения легко взорвать, но крайне трудно привести в равновесное состояние. Не являясь самостоятельным источником конфликтности, в условиях системного кризиса общества этнический фактор может стать кодом ее реализации.

Гендерный вопрос. Нередко повышенное внимание аналитиков привлекает вопрос о положении женщин в обществе. Вследствие экстраполяции положения мужчин в европейских странах на общие черты культур, а также из-за того, что сами ученые были, по преимуществу, мужчинами, основной интерес у европейских исследователей обычно вызывала «мужская» традиционная культура. Так сложилось несколько искаженное представление о положении женщин в традиционных обществах, что можно в полной мере отнести и к оценке места женщины в обществе Мали.

У женщин есть своя, специфическая по функциям, сфера деятельности, которая не выше, но и не ниже, чем у мужчин. У них есть свои тайные общества и объединения эзотерического характера, которые удерживают общество в равновесном положении не в меньшей степени, чем аналогичные мужские структуры. Женщины обладают и своими, устрашающими мужчин, магическими средствами и способны, через каналы социального воздействия общинной организации, влиять на поведение мужчин любого социального статуса. Эти механизмы в меньшей степени изучены и в меньшей степени обсуждаются в мужской культурной среде.

В структурах, порожденных в колониальную эпоху, представительство женщин требует специальной политической воли. И это осознается и корректируется государственной политикой. Но у малийцев само политическое управление, администрирование не является столь безусловной, как у европейцев, целью. Есть и другие формы влияния на общественный процесс.

В нынешних условиях разговоры о заниженном статусе женщин – обычная политическая спекуляция и отвлечение от истинных проблем малийского общества. К числу таких спекуляций относится, модный вопрос об эксцизии – операции по обрезанию у женщин, которая полностью вписывается в традиционные представления о человеческой сущности. При этом замалчивается вопрос об обрезании у мужчин, который зеркально отражает ситуацию с женщинами.

Если обратиться к реалиям, то можно сказать, что в условиях разложения общинного хозяйствования, формирования капитала женщины имели несомненное преимущество по отношению к мужчинам. Массовыми были случаи, когда именно жены располагали большими денежными и хозяйственными средствами, на которые мужья не имели никаких прав. Долгое время в Бамако машины такси, по преимуществу, принадлежали женщинам, а мужчины их только арендовали. Часто – у собственных жен. В основе этих явлений лежит то обстоятельство, что женщина, переходя в семью мужа, не разрывает своих социальных и хозяйственных связей в семье по рождению и участвует в движении собственности этой семьи, к которой муж хозяйственного отношения не имеет.

Культурная особенность Мали. Республика Мали не без основания возводит свое происхождение к древним государственным образованиям Западного Судана: Гане, (Древнему) Мали, Сонгайской державе, «королевствам» бамбара. Это очень глубокая по происхождению зона формирования самобытной цивилизации Западной Африки, прямыми потомками которой и выступают нынешние жители Мали. Отсюда – внематериальный, но чрезвычайно важный для народов, государств и культур Западной Африки статус Мали – «старшего брата» в правовых отношениях с соседями. Это признается гласно или негласно жителями сопредельных государств и их правительствами.

В политическом анализе это обстоятельство должно учитываться. Как мне представляется, в российских директивных структурах эта специфическая роль Мали в регионе и на африканском континенте недооценивается. Одной из причин этого может выступать излишний экономизм и прагматизм в оценке реалий африканской общественной жизни, занижение роли духовного и идеологического факторов. Эти факторы в среде африканских обществ действуют относительно самостоятельно и нередко вопреки общепринятым в европейской аналитике представлениям о причинно-следственных связях.

Мали в системе международных отношений. Республика Мали изначально заняла особое место среди молодых государств, получивших независимость в начале 1960гг. Это было связано с размерами государства, с его положением в центре Западной Африки. Определялось самим именем страны и объективным историческим наследием, на которое опирался ее авторитет.

Но, безусловно, значимую роль сыграл и социалистический выбор, провозглашенный руководством страны после обретения независимости – выбор, еще раз подтверждающий особый статус этого общества, его способность проявлять политическую волю и приверженность к нестандартным, ярким решениям. В этом проявилась масштабность молодой государственной элиты страны, что явно выделило ее в ряду бывших колоний Франции. Отсюда, а также от роли народов манде во французской колониальной администрации следует отсчитывать начальное положение Республики Мали в ООН и во всей системе международных отношений. Даже харизматичность первого президента Мали Модибо Кейта (1960-68гг.) полностью соответствовала историческому статусу страны в регионе.

Страны Запада, и в первую очередь Франция, отдавали себе отчет в особом статусе бывшего Французского Судана, который определялся не только масштабами территории (1 млн.кв.км.) или численностью населения (12 млн. чел.). И не только природные ресурсы делали и делают страну привлекательной в международных отношениях.

Когда в 1968г. к власти пришло «деидеологизированное» военное правительство, которое, как казалось советским официальным лицам, беспринципно брало деньги у всех, когда слово «социализм» исчезло из политического лексикона и СССР сворачивал сотрудничество с Мали по всем линиям, лишь минобороны СССР пошло на расширение сотрудничества. Руководство Мали, несмотря на жесткое сопротивление Франции, ФРГ, КНР, имевших в то время сильные политические позиции в Мали, пошло на военное сотрудничество с СССР – хотя в те годы это сотрудничество могло быть приравнено к военному союзу.

Для Мали, для Мусы Траоре лично это был сильный шаг. Ведь Мали не только получала военную технику и обучала своих специалистов в СССР. Мали позволила вовлечь себя в инфраструктуру глобального противостояния, предоставив СССР возможность не только создавать, но и использовать стратегические аэродромы на территории страны. Сегодняшняя Россия не склонна по достоинству оценивать эти решения бывших малийских властей и испытывать признательность за такой выбор.

Сегодняшняя власть в Мали – слаба и несамостоятельна, лишена видения перспективы. Но малийское общество в состоянии выдвигать ярких лидеров, которые перерастают национальный масштаб и становятся, подобно Альфе Омару Конаре, лидерами регионального и мирового значения. Достоинство Мали – это ее культура, способность порождать новое и перспективное во всех сферах жизни. И те, кто это понимает, кто поддерживает этот культурный потенциал, получает в дальнейшем политические дивиденды.

Это обстоятельство очень хорошо понимают США и Франция, между которыми разворачивается упорная борьба за влияние на бывшие колонии Франции и, на Мали. Причем США, несмотря на свой имидж мирового жандарма, имеют некоторое преимущество в конкуренции с Францией. В первую очередь, из-за отсутствия у малийцев длительного опыта взаимодействия с США. Во-вторых, из-за отчетливо проявляющегося отторжения Франции, как следствие неадекватного поведения Парижа по отношению к бывшей колонии, как следствие досады и обиды за французский эгоизм и снобизм. Существует и весьма заметно выраженная тенденция культурной переориентации с франкофонии на англофонию.

Сегодняшнее государство Мали не может жить без международной помощи, без подпитки извне. Это проявление архаичности общественной системы и все еще сохраняющейся искусственности государственных институтов в малийском обществе. Не как предмет для насмешек, а как реальность, с которой нельзя не считаться, потому что у нее есть глубокая историческая обусловленность. Тому, кто поможет Мали, вернется сторицей. Но дело в том, что, на беду Мали, желающих реально помогать нет. Есть желание взять, ухватить. И без всякой ответственности за последствия.

Малийское общество – в растерянности. Некоторая альтернатива стала недавно вырисовываться в сфере международных дел и консолидации возможных сил влияния на мировые дела в относительно скорой перспективе. Проект серебряных 3 млрд. как противовес и дополнение к проекту золотого млрд. Инициатива принадлежит Бразилии, Индии и ЮАР и вошла в оборот под аббревиатурой IBSA, или G3.

Цель этого проекта – организовать взаимодействие стран «бедного Юга» в рамках ООН, ВТО, ВОЗ и других международных организаций для обеспечения своих интересов. После предложения КНР и России примкнуть к этому объединению стало очевидно, что оно имеет шансы превратиться в новую глобально-стратегическую и, может быть даже, цивилизационную реальность, поскольку под нее подводится не только идеологический фундамент устойчивого развития, но и качественно отличные от западных стереотипы культуры. Мали и другим африканским странам открываются некоторые перспективы в случае успешной реализации этого проекта. Китай заявил о своей принципиальной готовности примкнуть к этому союзу. Пока структурирование идет не на том уровне, который может принести ощутимые результаты в непосредственно обозримом будущем.

Положение России. Роль России в Мали напрямую связана со внутренней и внешней политической неопределенностью самой России, которая вот уже 20 лет пытается заново найти себе место в мире. Затягивание этого процесса пагубно скажется на перспективах российско-малийских отношений, потому что тот человеческий потенциал, тот ресурс доверия и уважения, который был создан в советские годы, подходит к исчерпанию по чисто естественным причинам смены поколений.

России придется делать выбор – либо оставаться региональной державой, либо восстанавливать глобальную историческую роль самостоятельной цивилизации, несущей миру альтернативу диктату силы и капитала. В случае первого выбора, сфера ее влияния и, возможно даже, наша территориальная определенность продолжат сокращаться.

При втором выборе придется возвращаться в былые области влияния и восстанавливать или вновь завоевывать авторитет разумной силы. И тогда такие страны, как Мали, окажутся неоценимыми помощниками в восстановлении мощи и влияния самой России.

Пока же положение России в малийских делах становится номинальным. Сфера сотрудничества сузилась до мелких сделок. Имеющиеся проекты реализуются либо небольшими группами частных лиц, либо фирмами-однодневками, что снижает их ответственность и не способствует поддержанию престижа страны. Есть еще инерция восприятия Россию в качестве продолжения СССР. Но эта энергия скоро исчерпается. Самые компетентные люди Мали задаются одним и тем же вопросом: «Что же вы с собой такое сотворили?».

Россия должна уяснить для себя, какое место в международном разделении труда она намерена занять. И только потом возникнет вопрос о возможном месте и роли других стран в реализации этих стратегических планов. Выжидательную позицию занимает страна, а вместе с ней и ее официальное представительство – посольство Российской Федерации в Республике Мали. Владимир Арсеньев.

Мали > Внешэкономсвязи, политика > af-ro.com, 30 июня 2005 > № 340373

Эра бесплатной нефти для Иордании завершилась. Об этом заявил министр королевского двора Иордании Мерван аль-Муаашар. По его словам дефицит бюджета страны достиг 13% после того, как Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт в начале мая прекратили поставки бесплатной нефти в объеме 100 тыс.бар. в сутки. Усилия Иордании возобновить безвозмездные поставки пока не увенчались успехом. После окончания войны в Ираке в апр. 2003г. эти страны начали снабжать Иорданию нефтью в качестве возмещения поставок, которые осуществлял режим Саддама Хусейна с 1989г. за поддержку позиции Багдада. Ирак в 1989-2003гг. поставлял королевству 5 млн.бар. нефти, из них половину бесплатно, остальное по сниженным ценам в обмен на иорданские товары. Муаашар призвал все политические силы страны выработать новую экономическую стратегию в условиях прекращения поставок бесплатной нефти и роста безработицы в стране. Ирак ранее заявил, что готов рассмотреть просьбу Иордании о поставках нефти при условии решения проблем, связанных с выплатой долгов королевства и замороженными иракскими финансовыми авуарами. Иордания > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 29 июня 2005 > № 6738

30 мая 2005г. Совет сотрудничества стран Персидского залива (GCC), куда входят Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ, и Тур-ция подписали рамочное соглашение о начале переговоров по соглашению о свободной торговле, которое будет способствовать расширению экономиче-ских связей Турции со странами Совета. Товарооборот Турции со странами-членами GCC составляет 3 млрд.долл. или только 1% от 300 млрд. объема торговли этих стран. Турция > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 27 июня 2005 > № 21978

Страны-члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) приняли «стратегическое решение о создании единой железнодорожной сети». Об этом саудовскому агентству СПА заявил в пятницу Абдуррахман аль-Атыйя, генеральный секретарь совета, объединяющего Саудовскую Аравию, ОАЭ, Кувейт, Катар, Бахрейн и Султанат Оман. Министры транспорта и коммуникаций стран-членов ССАГПЗ утвердили в целом проект трансаравийской дороги и создали ряд комитетов, которые всесторонне изучат его. Результаты работы комитетов, включая финансовую сторону, будут представлены на рассмотрение будущего саммита совета, указал аль-Атыйя. Он отметил, что реализацией проекта будет заниматься совместная акционерная компания или концерн. Саудовская Аравия пригласила ОАО «Российские железные дороги» к участию в сооружении железнодорожной линии Даммам-Эр-Риад-Мекка-Джидда протяженностью 1200 км., соединяющей порты Персидского залива и Красного моря. Об этом было заявлено на встрече президента ОАО «РЖД» Владимира Якунина с делегацией королевства в Москве. Российские специалисты были приглашены посетить Саудовскую Аравию для ознакомления с условиями строительства и определения степени участия ОАО «РЖД» в прокладке линии. Саудовская Аравия > Транспорт > ria.ru, 24 июня 2005 > № 23125

Два бывших директора ЦРУ - Роберт Гейтс и Джеймс Вулси приняли в четверг в Вашингтоне участие в специальных учениях в форме деловой игры, на которых отрабатывались действия Белого дома на случай возможного масштабного «нефтяного кризиса» в США. По данным телекомпании «Фокс», учения проходили в форме кризисного заседания совета национальной безопасности США в секретной «ситуационной комнате». На «заседании» его участникам, выступающим в роли «министра обороны», «советника по национальной безопасности», «министра внутренней безопасности» и других ключевых фигур администрации, пришлось оперативно решать проблемы, связанные с мировым кризисом производства нефти. Согласно сценарию учений, в дек. 2005г. в Нигерии, являющейся пятым по величине в мире поставщиком нефти, вспыхивает политический мятеж, из-за которого срочно эвакуируются все американские нефтедобывающие компании.Мировой рынок нефти сразу же лишается 600 тыс.бар. нефти в сутки, нефтяной дефицит при этом усугубляется резким похолоданием в США и других странах северного полушария, где из-за сильной зимы спрос на нефть подскакивает еще на 700 тыс.бар. в сутки. В результате мир оказывается перед перспективой нехватки двух млн.бар. нефти в сутки, и Белому дому приходится решать вопрос о распечатывании стратегических резервов нефти в США. Согласно сценарию, цены в этот момент уже составляют 82 долл. за бар., но через несколько недель террористам «Аль-Кайды» удается осуществить несколько «терактов» на нефтедобывающих объектах в Саудовской Аравии, после чего дефицит нефти вырастает еще на 250 тыс.бар. в день, а цены на нефть подскакивают до 97 долл. за бар. Еще через некоторое время террористы Усамы бен Ладена «угоняют» нагруженный нефтью супертанкер и «взрывают» его в акватории нефтеналивного порта Валдес (штат Аляска), что немедленно лишает США поступления еще 1 млн.бар. нефти в день.

При этом сценарии цена нефти подскакивает сразу до 123 долл. за бар., и в США начинается масштабный общенациональный экономический кризис, в результате которого потребительский спрос падает на одну треть и работы лишаются 850 тыс.чел. «Эти учения продемонстрировали, что даже очень незначительные перебои в поставках нефти - у нас ли в стране или за рубежом - могут иметь по-настоящему разрушительный эффект для экономики нашей страны и для нашей безопасности в целом», - сказал после учений исполнительный директор «Национальной комиссии по энергетической политике» Джейсон Грумет. «Я думаю, что существует общее недопонимание того, насколько мы являемся уязвимыми перед небольшими перебоями, потому что мировой рынок нефти сейчас настолько плотен, и любые малейшие сбои могут иметь серьезный и подрывной эффект», - добавил Грумет, при участии которого в Вашингтоне проходили учения под названием «Нефтяная ударная волна». США > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 24 июня 2005 > № 7205

В административном центре Малайзии Путраджайе в четверг открывается ХХХ ежегодное заседание совета директоров Исламского банка развития (ИБР), в котором примут участие министры финансов, экономики, иностранных дел, а также главы центральных банков из пятидесяти государств. Для участия в мероприятии в Малайзию прибыли высокопоставленные сотрудники различных региональных и международных организаций, традиционно сотрудничающих с ИБР, в т.ч., представители ООН, Организации исламская конференция (ОИК), Мирового банка, Азиатского банка развития и Африканского банка развития. Ожидается, что в ходе двухдневного саммита будет проведен ряд семинаров, рабочих сессий и симпозиумов по актуальным вопросам развития экономики стран исламского мира. К подписанию планируются соглашения о намерениях между правительствами государств-участников конференции и ИБР в областях страхования капиталов, инвестиций, экспортно-импортных операций и участия государств в исламской банковской системе. Решение о создании Исламского банка развития было принято на первой Конференции министров финансов стран-членов Организации исламская конференция (ОИК), состоявшейся 18 дек. 1973г., в ходе которой была подписана Декларация намерения по учреждению ИБР. На второй Конференции, проведенной в городе Джидда (Саудовская Аравия) 10 авг. 1974г., был принят устав банка. Официально ИБР начал свою деятельность 20 окт. 1975г. В 1975г. в состав ИБР вошли 22 государства, а в настоящее время его членами являются 55 стран, в т.ч. шесть бывших советских республик - Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан. Штаб-квартира банка находится в Джидде. ИБР имеет три региональных офиса в городах Рабат (Марокко), Куала-Лумпур (Малайзия) и Алматы (Казахстан). Президентом банка и председателем Совета директоров ИБР является доктор Ахмад Мохаммад Али. Целью деятельности ИБР, основанного на принципах шариата, является содействие экономическому развитию и социальному прогрессу в странах-членах банка и мусульманских сообществ в различных государствах мира. Учетной ед. ИБР является исламский динар. Малайзия > Финансы, банки > ria.ru, 23 июня 2005 > № 6984

Малайзия надеется получить одобрение Исламского банка развития (ИБР) на создание кредитного фонда по развитию инфраструктуры с уставным капиталом в 10 млрд.долл., заявил второй министр финансов государства Нор Мохамед Якчоп. «Переговоры о создании новой организации начнутся уже сейчас, и я надеюсь, что к следующей встрече, которая состоится через год, положительное решение будет принято и фонд начнет функционировать», - сказал министр на брифинге по итогам первого дня заседания высших должностных лиц Исламского банка развития. По его словам, первоочередной задачей нового фонда станет оказание содействия странам исламского мира в совершенствовании инфраструктуры. «Мы полагаем, что это является ключом к дальнейшему развития всей экономической системы государства. К тому же, инвестирование именно в эту область приносит существенную прибыль в достаточно сжатые сроки», - рассказал Нор Мохамед. По его словам, для привлечения дополнительного объема финансовых средств планируется задействовать резервы банков стран-членов Организации исламская конференции (ОИК). Тридцатое ежегодное заседание совета директоров ИБР открылось в четверг в административном центре Малайзии Путраджайе. В нем принимают участие министры финансов, экономики, иностранных дел, главы центральных банков из 50 государств, а также высокопоставленные сотрудники различных региональных и международных организаций, традиционно сотрудничающих с Банком, в т.ч., представители ООН, ОИК, Мирового банка, Азиатского банка развития и Африканского банка развития. Решение о создании Исламского банка развития было принято на первой Конференции министров финансов стран-членов Организации исламская конференция, состоявшейся 18 дек. 1973г., официально он начал свою деятельность 20 окт. 1975г. Штаб-квартира банка находится в Джидде. ИБР имеет три региональных офиса в городах Рабат (Марокко), Куала-Лумпур (Малайзия) и Алматы (Казахстан). Президентом Банка и председателем совета директоров ИБР является доктор Ахмад Мохаммад Али. Целью деятельности ИБР является содействие экономическому развитию и социальному прогрессу в странах-членах банка и мусульманских сообществ в различных государствах мира. Малайзия > Финансы, банки > ria.ru, 23 июня 2005 > № 6981

Арабские страны перечислят свыше 67 млн.долл. в бюджет Палестины, сообщается в последнем докладе Лиги арабских государств. Согласно этому исследованию, с апр. по сент. этого года Кувейт намерен выделить Палестине 40 млн.долл., Алжир - 26,4 млн.долл., Египет - 1 млн.долл. Саудовская Аравия в апр. и мае предоставила в помощь Палестинской национальной администрации более 15 млн.долл. При этом в докладе ЛАГ указывается, что 90% арабских государств не выделяют средства в полном объеме в фонды помощи Палестине, Судану, Сомали и Коморским о-вам. Так, за три года палестинские власти получили вместо почти 2 млрд.долл. (из расчета 55 млн.долл. в месяц) всего чуть более 665 млн.долл. За пять лет интифады (палестинского восстания) число безработных в Палестине выросло с 10% до 26%. Об этом сообщил в понедельник палестинский центр статистики. При этом число безработных в секторе Газа, где более трети населения не имеют работы, значительно выше, чем на Западном берегу. Там безработными считаются 22% трудоспособного населения. Палестина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 21 июня 2005 > № 7068

Саудовская Аравия отклонила предложение о проведении инспекции Международного агентства по атомной энергии (Магатэ) на ее территории. На проходящих в Вене заседаниях Совета управляющих Магатэ страны-члены Евросоюза, а также Австралия и США выступили с требованием провести инспекции ядерных программ Эр-Рияда, поскольку у них возникло подозрение о нарушении королевством Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО).Свой отказ Саудовская Аравия мотивировала положениями «Протокола о малых количествах» (Эс-Кью-Пи), который был подписан в 1971г. Согласно этому документу, инспекции Магатэ не осуществляются в странах с ядерными программами, в которых фигурирует небольшое количество радиоактивных веществ.

Согласно заявлению генерального директора Магатэ Мохамеда Эль-Барадеи, сделанному на заседании Совета управляющих, Эс-Кью-Пи ограничивает проведение инспекций Магатэ и свидетельствует о слабости системы контроля за соблюдением ДНЯО. Эр-Рияд не внял призыву ЕС «сделать жест доброй воли и разрешить инспекции Магатэ» и заявил, что он «готов пойти на такой шаг только в том случае, если на него пойдут другие подписанты Эс-Кью-Пи». Саудовская Аравия > Электроэнергетика > ria.ru, 15 июня 2005 > № 2418

30 мая GCC – Совет сотрудничества стран Персидского залива (Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ) и Турция подписали рамочное соглашение о начале переговоров по соглашению о свободной торговле, которое будет способствовать расширению экономических связей Турции со странами совета. Товарооборот Турции со странами-членами GCC составляет в настоящее время 3 млрд.долл. или только 1% от 300 млрд. объема торговли этих стран. Турция > Внешэкономсвязи, политика > ., 13 июня 2005 > № 9214

Президент Азербайджана Ильхам Алиев утвердил своим распоряжением подписанный в апр. текущего года в Баку протокол межправительственных переговоров о сотрудничестве с Германией. В 2004-05гг. Германия выделит Азербайджану в рамках технического сотрудничества кредит в 18,8 млн. евро, из которых 6 млн. будут направлены на развитие частного сектора Азербайджана, 3,5 млн. - на проект по совершенствованию земельного кадастра и госреестра, 1,15 млн. - в поддержку реформ в системе правоохранительных органов. Еще 2 млн. евро будет выделено на проект по улучшению и восстановлению систем водообеспечения и канализации городов Гянджа и Шеки.Другим распоряжением президента Азербайджана утверждено соглашение между правительством страны и Исламским банком развития о финансировании проекта реконструкции автодороги Уджарвлах, подписанное 15 мая в столице Саудовской Аравии Джидде. В соответствии с соглашением, ИБР выделит 22 млн.долл. на реализацию проекта реконструкции автодороги протяженностью 53 км, являющейся частью транспортного коридора Восток-Запад. Кредит выдается на 15 лет с условием начала выплат его основной суммы и процентов по кредиту через три года. До сегодняшнего дня Германия инвестировала в экономику Азербайджана 270 млн. евро. Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 11 июня 2005 > № 6846

Очень своевременный противник

© "Россия в глобальной политике". № 3, Май - Июнь 2005

В.Л. Иноземцев – д. э. н., главный редактор журнала «Свободная мысль-XXI».

Резюме «Война с террором» не могла не начаться, потому что политики во всем мире крайне нуждались в «правильном» враге. Такого противника нельзя увидеть; борьба с ним должна продолжаться бесконечно долго.

В хронике разворачивающейся антитеррористической кампании 6 июня 2005 года – примечательный день. Не менее знаменательный, чем 29 июля 2005-го или 12 сентября 2007-го. Неужели между тремя этими датами существует связь? Да, существует. Первую отделяют от 11 сентября 2001 года столько же дней и ночей, сколько минуло за период от нападения Японии на Перл-Харбор до подписания ею акта о безоговорочной капитуляции на борту американского линкора «Миссури». Вторая дата отстоит от сентябрьских событий на такой же отрезок времени, который прошел между вторжением германских войск на территорию СССР и взятием Берлина. Третья же придется на окончание промежутка в шесть лет и один день – ровно столько продолжалась самая кровавая в истории Вторая мировая война.

При этом, к сожалению, ничто не свидетельствует о том, что агрессия в отношении «свободного мира», совершенная осенью 2001-го, отражена столь же эффективно, а противник разгромлен столь же убедительно, как в войне, закончившейся 60 лет назад. Устойчивого сокращения числа террористических атак в мире не наблюдается. Практически невозможно подсчитать, сколько средств расходуется в мире на борьбу с террористической угрозой. Но если предположить, что государства, противостоящие террору, тратят на эти цели 40 % прироста своих военных бюджетов, то соответствующие расходы за 2001–2004 годы составят не менее 400 млрд долларов. При этом события в данной исторической драме развиваются таким образом, что «все прогрессивное человечество» начинает сомневаться: действительно ли необходимо доводить до конца «правое дело», инициированное «коалицией решительных», и так ли уж искренни намерения составляющих ее государств?

К сожалению, сегодня дело зашло слишком далеко. Тем важнее осознать, с чем мы все столкнулись, на что решились, каковы в сложившейся ситуации шансы на успех и у нас самих, и у тех, кого мы поспешно назвали (и стремительно сделали) своими врагами. Это необходимо всем нам.

ПОКАЖИТЕ МНЕ ВРАГА

Понятие «терроризм» не имеет однозначного толкования. Обычно его определяют как любые насильственные действия против гражданского населения, направленные на провоцирование паники и нагнетание чувства страха и незащищенности в обществе, дестабилизацию социальных институтов. По мнению экспертов Государственного департамента США, терроризм – это «предумышленное, политически мотивированное насилие, осуществляемое группировками субгосударственного уровня или нелегальными агентами против невоенных целей, чтобы воздействовать на соответствующую аудиторию». Между тем такое определение крайне редко применяется при оценке происходящих событий; намного чаще за терроризм выдаются преступные действия, которые, строго говоря, не могут и не должны рассматриваться в качестве проявлений террористической активности.

Так, ежедневно в репортажах из Ирака или с Северного Кавказа сообщается о таких «терактах», как подрыв автомобиля у ворот военной базы или расстрел из засады автомашины с военнослужащими. Подобные действия, однако, нельзя считать террористическими в прямом смысле слова, как, скажем, никогда не считались терроризмом вылазки партизан против оккупационных войск. Почему, например, убийство президента Чеченской Республики Ахмата Кадырова 9 мая 2004 года считается террористическим актом, а убийство германского протектора Богемии и Моравии Рейнхарда Гейдриха 27 июня 1942-го – успешной операцией сил Сопротивления? И если стало привычным говорить об убийстве народовольцами российского императора Александра II (1881) как об успехе террористов, то почему никто не рассматривает таким же образом убийство президента США Авраама Линкольна в 1865-м? И это далеко не все возможные вопросы.

Как правило, к террору прибегают три типа политических сил, каждый из которых преследует свои цели.

Во-первых, это социальные движения, не имеющие широкой общественной поддержки; они применяют террористические методы, чтобы вызвать своими действиями бЧльший общественный резонанс. Примерами могут служить «Народная воля» в России конца XIX века, а в XX столетии – итальянские «Красные бригады» в 1970-е годы, «Тупак Амару» в Перу в 1990-е и т. д. В большинстве случаев террористические вылазки не прибавляли этим группировкам симпатий граждан, и правительства успешно их подавляли.

Во-вторых, это движения меньшинств или угнетенных народов, стремящихся к независимости и самоопределению. Посредством террористических актов они пытаются заставить колонизаторов уйти с земли, которую считают исконно своей. Так действовали алжирские террористы во Франции в 50-е годы прошлого века, палестинские террористы в международном масштабе в 1960–1990-е, чеченские боевики в российских городах на протяжении последнего десятилетия. История показывает, что правительства в конце концов вынуждены идти на удовлетворение требований таких группировок.

В-третьих, это религиозные или квазиидеологические движения, целью которых является добиться либо невмешательства в дела тех или иных государств, регионов или религий, либо доминирования своих верований и идеологий над другими религиозными и общественными принципами. От первого, тоже идеологизированного типа они отличаются прежде всего масштабом деятельности и социальной поддержки, а также глубиной идеологических корней. К подобным движениям относятся исламские террористы, объединенные в организованные группы, такие, как, «Аль-Каида», ХАМАС, «Хезболла», «Ансар-аль-Ислам». В первую очередь «война с терроризмом» объявлена именно этим группам и организациям.

Противодействие каждому из названных типов терроризма обеспечивается по-разному. В первом случае это прежде всего максимально эффективное использование сил правопорядка и обычных механизмов борьбы с тяжкими правонарушениями. Террористическая организация, задумавшая, например, убийство известного политика, мало чем отличается от преступной группировки, замышляющей устранение лидера конкурентов. Второй случай более сложен, в частности потому, что Организация Объединенных Наций подтвердила «легитимность использования народами колоний, равно как и народами, находящимися под иностранным владычеством, любых имеющихся в их распоряжении методов борьбы за самоопределение и независимость» (резолюция Генеральной Ассамблеи № 2908 от 2 ноября 1972 года «О применении Декларации о предоставлении независимости странам и народам, находившимся под колониальным владычеством»). Строгое же разграничение легитимной борьбы за самоопределение и того, что сегодня предпочитают называть сепаратизмом, вряд ли возможно. Поэтому основным «оружием» в борьбе с терроризмом второго типа оказываются переговоры со стоящими за ним политическими силами. В свое время ставку на переговоры делал и французский президент Шарль де Голль, решая алжирскую проблему, и английский премьер Тони Блэр в поисках мира в Северной Ирландии. Заметные успехи достигнуты в Испании: в Стране Басков уровень насилия за последние годы понизился в несколько раз. Активизировался и ближневосточный мирный процесс, что связано с приходом к власти нового палестинского лидера Махмуда Аббаса.

И наконец, борьба с третьим типом терроризма, наименее изученным и осмысленным, должна, очевидно, строиться прежде всего на глубоком анализе целей и задач террористов, который, между тем, отсутствует у большинства «борцов против террора».

Итак, вооруженная борьба за самоопределение и национальную независимость, если даже в ней применяются методы, не предусмотренные конвенциями о способах ведения войны (как, например, на Западном берегу реки Иордан, в Чечне или Ираке), не может считаться террором. Не являются примерами терроризма и нападения на военнослужащих оккупационных армий. К террористической активности неправильно относить также отдельные насильственные акции, объектом которых оказываются военные или политические руководители «противника» (к примеру, обстрел багдадской гостиницы, где остановились американские чиновники). Ведь терроризм направлен против гражданского населения, то есть против тех, кто не причастен к политике, спровоцировавшей действия террористов.

Таким образом, война с терроризмом – это скорее миф, созданный современными политиками с целью найти оправдание своим агрессивным стремлениям. Мир нуждается не в объявлении войны непонятному врагу, а в первую очередь в изучении природы террористических движений, мотивов действий террористов, наконец, в определении того, каковы предпосылки устранения этого явления.

Сегодня главную угрозу западный мир усматривает в мусульманском терроризме. Атакуя 11 сентября 2001 года здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и Пентагона в Вашингтоне, боевики «Аль-Каиды», весьма вероятно, стремились тем самым восславить Аллаха и нанести удар по тем символическим центрам, откуда осуществлялось экономическое и военное вмешательство в дела «правоверных». Более конкретных целей они перед собой, скорее всего, не ставили. (Во многом именно поэтому службы безопасности США и других западных стран не смогли воспрепятствовать нападавшим. Не понимая намерения противника, нельзя предположить, где и каким образом будет нанесен удар.)

Однако последствия террористических актов 11 сентября оказались куда более масштабными, чем те, на которые надеялись их организаторы, движимые только слепой ненавистью к западному миру. Вторжение войск антитеррористической коалиции в Афганистан и – еще в большей мере – американская агрессия в отношении Ирака позволили лидерам «Аль-Каиды» представить «войну с терроризмом» как войну Запада с исламским миром, на что, заметим, имелись веские основания. Как отмечает Джордж Сорос, «объявив войну терроризму и вторгнувшись в Ирак, президент Буш сыграл на руку террористам», и если террористы «ждали от нас той реакции, которая в действительности последовала, то, по-видимому, они понимали нас лучше, чем мы сами понимаем себя». Не менее крупной ошибкой развитых стран стала их готовность рассматривать происходящее на Северном Кавказе и палестинских территориях как битву на фронтах глобальной антитеррористической войны. Тем самым фактически оказались смешаны «в одну кучу» два совершенно разных процесса: с одной стороны, бескомпромиссная борьба исламских фундаменталистов с фундаменталистами западными, а с другой – очевидные, хотя и спорные с политической точки зрения, попытки чеченского и палестинского народов повысить степень своей автономии и суверенитета. Собственно говоря, не столько трагедия 11 сентября, сколько ответные действия Запада создали – практически из ничего – ту глобальную «террористическую коалицию», которой развитой мир мало что может сегодня противопоставить. Эта аморфная структура, а точнее, масса слабо связанных между собой полуавтономных группировок и движений, и есть тот «враг», против которого идет нынешняя «война».

Отсюда возникает, пожалуй, наиболее важный вопрос, которого всячески избегают апологеты «войны с терроризмом»: кто в этой «войне» выступает субъектом, а кто – объектом агрессии? Даже в наиболее сложном случае, ближневосточном, любой непредвзятый наблюдатель засвидетельствует, что Израиль подвергался нападениям со стороны своих арабских соседей, но в отношении палестинцев он сам оказывался агрессором. Следствие очевидно: еврейское государство борется сегодня не с египетскими или иорданскими, а с палестинскими террористами. В случае с Чечней дело обстоит так же: декабрьский указ 1994 года санкционировал ввод российских войск на территорию Чеченской Республики, что привело к многотысячным жертвам с обеих сторон. В ситуации с «Аль-Каидой» вряд ли правомерно вести речь об агрессивных действиях США, однако в то же время нельзя не признать, что с середины 1970-х американские военные базы находятся в Саудовской Аравии, Катаре, Бахрейне, Объединенных Арабских Эмиратах, Омане и многих других странах региона, а никак не арабские – вблизи Вашингтона. При этом большая часть нападений на граждан США в странах Ближнего Востока направлена против военнослужащих или работников официальных представительств Соединенных Штатов.

Таким образом, современный всплеск терроризма обусловлен тем, что арабский мир все сильнее ощущает враждебное отношение к исламу со стороны западной цивилизации, прежде всего в американской ее версии. Причем реакция западного мира на события 11 сентября 2001 года лишь способствовала появлению «единого антитеррористического фронта», подтолкнув экстремистов к сплочению.

ПРИЧИНЫ АКТИВИЗАЦИИ ТЕРРОРИСТОВ

После террористических актов в Нью-Йорке и Вашингтоне западные политики и эксперты незамедлительно принялись искать причины, побудившие «Аль-Каиду» к столь внушительной демонстрации собственной силы. Практически сразу же прозвучали мнения о том, что активизация терроризма связана с усиливающимся экономическим разрывом между Севером и Югом; начались поиски корней терроризма в характере и специфических чертах ислама.

Однако истоки современного терроризма – не в экономическом неравенстве. Это становится очевидно при сравнении западного мира с наименее развитыми африканскими государствами: тропическая Африка в последнее время более известна кровопролитными внутренними войнами и этническими чистками, чем террористическими организациями. Из 261 террористической или военизированной организации только 64 приходится на этот регион, причем 30 из них действуют в Судане, Эфиопии, Эритрее, Сомали и Демократической Республике Конго, где продолжаются гражданские войны. Ни одна африканская террористическая организация не осуществляет терактов за пределами своей страны. Бедные страны Латинской Америки, где в 1970-е и 1980-е годы происходило наибольшее число террористических вылазок, также практически не участвуют в современном международном терроре.

В то же время исламский мир, который сегодня признан основным источником террористической угрозы, остается весьма богатым регионом, а наиболее известные международные террористы – это выходцы из вполне благополучных в материальном отношении слоев населения. Более того, сама террористическая деятельность обеспечивает ее участникам серьезные доходы (по некоторым оценкам, размеры так называемой новой экономики террора (the New Economy of Terror) составляют до 1,5 трлн дол., или 5 % мирового валового продукта.

Точно так же современный терроризм не обусловлен политическим противостоянием двух частей мира. Под политикой сегодня, как правило, понимают активность, в той или иной мере связанную с действиями государственных институтов. Напротив, террористические движения всегда возникали как негосударственные структуры, и именно государства, как наиболее значимые символы власти, обычно оказывались объектом их агрессивных действий. Как подчеркивает, например, профессор Нью-Йоркского университета Ной Фелдмен, уже сами разговоры о «государственном терроризме» «решительно наводят на мысль и наглядно свидетельствуют о том, что употребляемое нами в обычном смысле понятие “терроризм” включает лишь негосударственное насилие». Эту точку зрения разделяет ныне большинство экспертного сообщества. Достаточно уверенно можно утверждать, что подобная ситуация сохранится и впредь: в условиях начавшейся «войны с террором» негосударственный характер террористических группировок обеспечивает им серьезные преимущества. Вместе с тем отождествление террористической организации с неким государством, напротив, грозит тому самыми тяжелыми последствиями (как произошло с Афганистаном).

На мой взгляд, основные причины современной волны терроризма кроются не столько в объективной реальности нашего времени, сколько в восприятии ее широкими массами населения, в частности, в мусульманском мире. Западная цивилизация, несомненно, доминирует на планете, но доминирует весьма специфическим образом – минимизируя свои контакты с теми, кто к ней не относится. Торговля со странами Африки, Ближнего Востока и Азии (исключая Китай и других азиатских «тигров») обеспечивает не более 9 % товарооборота Соединенных Штатов и государств Европейского союза. Более 2/3 стоимостного объема этой торговли приходится на нефть и нефтепродукты. Инвестиции США и ЕС в эти регионы поддерживаются на минимальном уровне: не более 1,8 % совокупного американского и около 4 % совокупного европейского объемов.

Сами арабские государства, начав в 1960-е бурную модернизацию, вскоре столкнулись с перспективой более «легкого» существования за счет экспорта нефти; те из них, которые недавно считались наиболее развитыми – Египет и Сирия, оказались в новой ситуации аутсайдерами. Запад, и в первую очередь США, ничего не сделал для поддержки своих сторонников в этом регионе, предпочитая использовать тактику грубого нажима. В то же время культурное проникновение Запада шло в регионе не менее активно, чем повсюду в мире. Поэтому неудивительно, что местное население постепенно стало видеть в Америке враждебную силу – такую, которая поддерживает Израиль, укрепляет свое военное присутствие в регионе, проповедует образ жизни, всегда казавшийся недоступным большинству арабского населения, наконец, находится на стороне полуфеодальных режимов, не пользующихся большой поддержкой собственных подданных. Запад в глазах мусульман непобедим в военном отношении, недостижим по экономической мощи, но при этом пользуется их богатствами и сбивает их с пути, указанного предками. Сегодня часто цитируют знаменитую фатву Усамы бен Ладена от 23 февраля 1998 года, в которой говорится: «Убивать американцев и их союзников – гражданских и военных – личный долг каждого мусульманина», – но при этом забывают о том, что война американцам была объявлена «для того, чтобы их армии, потерпевшие поражение и неспособные угрожать мусульманам, убрались со всех земель ислама». В такой атмосфере людям проще пойти за толпой, чем сделать разумный индивидуальный выбор.

Население большинства государств арабского мира, безусловно, ставит коллективную самоидентификацию выше свободы индивидуального выбора. Связано ли это с исламскими традициями, на чем настаивают многие исследователи, для данного анализа не играет большой роли. Важнее то, что здесь Запад выступает в качестве той «чуждой» силы, противостояние которой сплачивает народы Ближего Востока, еще не имеющие подлинной национальной идентичности. Более того, чем активнее западый мир (и в первую очередь США) будет насаждать в этом регионе принципы личностной автономии и политической демократии, тем сильнее будет укрепляться исламская оппозиция и тем меньше останется шансов для того, чтобы западные ценности овладели умами и сердцами местного населения.

Современный терроризм, разумеется, не сможет навязать западному миру пересмотр его основополагающих принципов; он, конечно же, не приведет к возникновению «всемирного халифата», о чем для красного словца заявляют некоторые исламские проповедники. Собственно говоря, террористы и не ставят перед собой таких задач и целей. Их стремления намного скромнее: они прежде всего хотят, чтобы Запад перестал устанавливать свои порядки за пределами собственных границ. И эти требования, по сути, трудно не признать справедливыми.

ПРОГНОЗЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

На сегодняшний день Запад во главе с Соединенными Штатами, государством, превосходящим по мощи величайшие империи прошлого, пока не добился ощутимых результатов в борьбе с противником, который применяет против него «оружие слабых», то есть террор.

Способен ли Запад победить в этой так называемой «войне с терроризмом»? Какие последствия для всего мира будет иметь взаимная эскалация «террористического» и «антитеррористического» насилия? Сохранятся ли нынешние международные институты, или они станут жертвами (пусть даже случайными) этой схватки?

Эти вопросы, весьма актуальные, практически никогда не поднимаются идеологами «войны с террором». Во-первых, глобальный террор – новое, неисследованное явление для западных политологов и социологов. Кроме того, западные эксперты настолько уверовали в неизбежность распространения демократии в мире, в преобладание в человеческом сознании индивидуалистических стремлений, в торжество рационального начала над иррациональным, что это мешает им охватить весь комплекс проблем, порождающих современный мусульманский терроризм.

Во-вторых, сегодня не видно особой потребности найти ответы на многие актуальные вопросы. Для современной политики, предельно инструментализированной и в значительной мере лишенной стратегического видения, всплеск терроризма оказался, как ни кощунственно это звучит, весьма кстати. Политики, мыслящие «от выборов до выборов» формулами типа «кто не с нами, тот против нас», охотно воспользовались террористической угрозой для «дисциплинирования» населения, а также для манипуляции сознанием и симпатиями избирателей. Борьба с абстрактным «международным терроризмом» является для них превосходным средством продемонстрировать своему народу сложность решаемых задач, собственную активность и ответственность.

Если глубоко задуматься над перечисленными проблемами, окажется, что поводов для оптимизма немного.

У Запада очень мало шансов на победу. В первую очередь потому, что ему приходится иметь дело не столько с экстремистскими вылазками единичных бандитов, сколько с феноменом, за которым прежде всего стоит стремление народов к самоопределению или обретению собственной идентичности, то есть определенные цивилизационные ценности. Но история свидетельствует, что на протяжении второй половины ХХ столетия Запад проигрывал все войны, в которых противная сторона боролась за свою независимость или за возможность состояться как культурная общность.

Помимо этого население западных стран сегодня убеждено в том, что «демократия» (то есть западные представления о свободе и справедливом обществе) должна укорениться повсюду. Однако смириться с навязанными извне представлениями о свободе – значит перестать быть свободным самому, и этого на Западе, похоже, не понимают и не хотят понимать. Утверждая, что террористы – это враги свободы, западные лидеры безнадежно заблуждаются и вводят в заблуждение тех, кто следует за ними. Нет, террористы борются не против свободы, а за свободу своих народов не прислушиваться к чужим советам.

Здесь на память приходит один пример, прекрасно показывающий всю примитивность мышления американского политического класса, выступающего ныне лидером в «войне с террором». В 60-е годы прошлого века чернокожие американцы начали масштабную кампанию борьбы за отмену расовой сегрегации, утверждая, что ничем не отличаются от белых. Однако сорок лет спустя те же афроамериканцы настаивают на своей «особости» и требуют квот в университетах и налоговых поблажек, дополнительного финансирования социальных программ и т. д. И что? Правительство вводит систему affirmative action (речь идет о принятом в 2003-м решении Верховного суда США оставить в силе Программу позитивных действий, предоставляющую льготы, в частности, расовым меньшинствам. – Ред.), прямо противоречащую, как отмечают многие социологи, фундаментальным принципам либерализма. В 1960-е годы новые независимые страны тоже хотели быть «такими, как все». Но они потерпели неудачу и теперь апеллируют к собственной исключительности. Почему же американские политики, соглашаясь с претензиями собственных чернокожих на «особость», игнорируют аналогичные претензии со стороны арабского мира?

Кроме того, противодействуя Западу, террористы используют заимствованное у него же оружие. Так, главная, как считается, трудность борьбы с террористами обусловлена «сетевым» характером их структур, успешно противостоящих традиционной тактике армий и спецслужб. Но на самом деле террористы ничего не изобрели. Они лишь взяли на вооружение средство, с помощью которого стремящийся к экономической экспансии Запад не первый год повышает эффективность деятельности своих транснациональных корпораций. Разве не говорили в США и Европе с придыханием о долгожданном приходе «сетевого общества»? Оно пришло.

Таким образом, не осмыслены в должной мере ни цели террористов, ни их методы. Однако существует и гораздо более сложная проблема – мотивация террористического движения. Дело в том, что отдельные террористические акции, как правило требующие от их исполнителей самопожертвования, нередко являются не жестом отчаяния и не проявлением мужества, а актом личного спасения! Будучи религиозным фанатиком, террорист-смертник действует рационально – ведь убийство десятков «неверных» открывает ему прямую дорогу в рай, что для него гораздо важнее, чем деньги, которые могли быть обещаны его семье или близким. Тем удивительнее, что большинство «борцов с терроризмом» не устают говорить о гигантских суммах, идущих на финансирование террора, о множестве наемников, проникающих в Ирак или Чечню, а также о своих успехах в перекрытии каналов финансирования террористов. Между тем разрушение башен-близнецов вкупе с атакой на Пентагон обошлось его исполнителям не более чем в 500 тыс. дол., в то время как объемы возрожденной торговли опиумом в Афганистане исчисляются миллиардами, а российская помощь «законному» чеченскому правительству – сотнями миллионов долларов. Так что террористы борются отнюдь не за финансирование...

Современные террористы либо воспитаны в обстановке перманентной незащищенности и неуверенности в будущем, либо добровольно обрекли себя (что относится прежде всего к их лидерам) на жизнь в подобных условиях. Еще в 1993-м известный палестинский экстремист Абу Махаз пояснил: «Мы – террористы, да, мы – террористы, потому что это наша судьба». Усиление «лобовой» атаки на террористическое движение может только расширить его ряды и ожесточить его участников, возбуждая в них чувство религиозной и этнической солидарности. Большинство же граждан западных стран не намерены лишаться ни личных свобод, ни материального благополучия и потому будут поддерживать борьбу с терроризмом только до тех пор, пока она не окажется чревата серьезными политическими и экономическими потрясениями. Поэтому удары террористов будут разваливать антитеррористическую коалицию; удары же по террористам – лишь укреплять их ряды.

Прошедшие с начала «войны с террором» почти четыре года показывают, что для поддержки этой войны населением западных стран необходимы весомые доказательства достигнутого прогресса. Пока еще такими свидетельствами могут служить свержение режима «Талибан», разгром лагерей «Аль-Каиды» и освобождение Афганистана, отстранение от власти Саддама Хусейна и оккупация Ирака войсками союзников. Однако эти достижения обошлись США и присоединившимся к ним странам в сотни миллиардов долларов, а дальнейшие перспективы туманны. Поток наркотиков из Афганистана растет, положение в Ираке не стабилизировалось, агрессивность США вызывает вполне понятное стремление других стран обеспечить себе доступ к ядерному оружию. Ситуация в Саудовской Аравии и в Пакистане, единственной мусульманской стране, обладающей оружием массового поражения, остается взрывоопасной. «Война с террором» приводит и к косвенным издержкам – от роста цен на нефть до кризиса на рынке авиаперевозок и туризма. Через некоторое время западный бизнес, пока еще радующийся новым военным заказам и увеличению государственных расходов на безопасность, ощутит, что инициированная американцами авантюра просто никому не выгодна. И террористам сегодня достаточно лишь поддерживать на Западе истерию, запущенную самими же западными лидерами, чтобы со временем увидеть крах их политики.

Кроме того, «война с террором» наносит ущерб единству западного мира. Так, американское вторжение в Ирак начиналось весной 2003 года в условиях беспрецедентного раскола мира на два лагеря – сторонников и противников кампании Соединенных Штатов. Давно назревшая реформа ООН, можно предположить, провалится именно по причине того, что в Соединенных Штатах, России и отчасти Великобритании к нынешним угрозам и вызовам относятся иначе, чем в континентальных европейских странах. Восприятие собственного государства в качестве «осажденной крепости», а остальных стран как звеньев разного рода «осей зла» непродуктивно и ведет лишь к расширению поля для конфликтов и противоречий.

Таким образом, новый раунд «войны с террором» закончится поражением Запада.

ИСТИННЫЕ ЦЕЛИ И НЕОТЛОЖНЫЕ ЗАДАЧИ

«Война с террором» не могла не начаться. Прежде всего потому, что политики во всем мире крайне нуждались во враге, отвечавшем ряду критериев. «Правильный», с точки зрения современных деятелей, враг – это тот, кто представляет собой опасность, кто не связан с ведущими западными странами. Его место там, куда можно наносить безответные удары; его нельзя увидеть; борьба с ним должна продолжаться бесконечно долго, а мера ее успешности – оставаться неопределимой; наконец, необходимость войны с ним должна оправдывать серьезные ограничения демократических прав собственных граждан, а увеличение расходов на нее не должно вызывать возражений у населения.

Все эти критерии идеально воплощены в «международном терроризме». В политике последних лет данное понятие сыграло ту же роль, что и понятие «глобализация» – в хозяйственной практике последних десятилетий. Если вспомнить историю, окажется, что до середины ХХ столетия взаимодействие между Европой и США, с одной стороны, и остальным миром – с другой, именовалось «вестернизацией», которая, как считалось, универсальна по своему временнЧму характеру и географическому охвату. Причем модель технологического общества со всеми его атрибутами – от массового потребления до либеральной демократии – оценивалась как в принципе легко воспроизводимая и поэтому всеобщая. Однако эта «всеобщая» модель предполагала и ответственного за ее повсеместное насаждение – Запад. Тот факт, что именно в последние десятилетия зафиксирован невиданный рост мирового неравенства, не волнует адептов глобализации. Гораздо важнее иное: любую экономическую проблему можно сегодня объяснить объективным процессом глобализации и, как говорится, «умыть руки». Понятие «международный терроризм» дало политикам такой же инструмент ухода от реальности (и от ответственности), какой получили экономисты с появлением термина «глобализация». Было бы наивно полагать, что политики не воспользуются этой новой возможностью.

«Война с террором» – это то, в чем кровно заинтересованы правящие элиты и руководители всех без исключения вовлеченных государств – Соединенных Штатов и России, Великобритании и Польши, многих других. Им необходимо раздувание террористической угрозы и уничтожение все новых и новых террористов. (Причем именно уничтожение, как мы видели это на примере Аслана Масхадова, а не предание их гласному и справедливому суду, о чем так много говорится.) Им требуется наращивание военных расходов и, как отмечалось выше, ограничение гражданских прав, а также многое другое... Так что этой войне не суждено завершиться быстро. Даже если антитеррористическая коалиция в ее нынешнем виде и прекратит свое существование (а в этом у меня практически нет сомнений), то сама «борьба» в разных ее формах будет продолжаться.

Но кровавые акции террористов, конечно же, не должны оставаться безответными. При этом в борьбе с террористической угрозой необходимо соблюдать несколько очевидных и неоспоримых правил.

Во-первых, нужно провести четкую грань между вооруженными формированиями, сражающимися за самоопределение и независимость своих народов, и террористами, действующими во имя идеологических и религиозных целей. Если в первом случае, как уже было сказано, наиболее эффективным средством решения проблем являются переговоры, то во втором переговорный процесс вряд ли возможен. Да в нем и нет необходимости – ведь требования террористов из «Аль-Каиды» или «Исламского джихада» не предусматривают политических договоренностей. Исламские экстремисты не представляют собой той политической силы, с которой возможны переговоры. Они не могут взять на себя внятных обязательств. Нет никакой возможности оказать на них давление при несоблюдении ими достигнутых договоренностей. В общем, все они – не сторона на переговорах.

Во-вторых, даже признавая необходимость отказаться от переговоров, нельзя утверждать, что конечной целью войны с террористами является их истребление. Чем активнее ликвидируются отдельные террористы, тем больше весь народ проникается целями и задачами их движения; примером тому может служить обстановка на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа, а также в Чечне.

Поэтому подходы к борьбе с терроризмом должны различаться в зависимости от того, где проходит «линия фронта». Если противостояние террору происходит на территории западных стран, теракты следует квалифицировать как тяжкое преступление – убийство или покушение на убийство с отягчающими обстоятельствами. Соответсвенно террористов надлежит обезвреживать, а в их организации – внедрять агентов; следует перекрывать каналы поступления к ним денег и оружия, а приток иммигрантов из стран, где расположены «основные силы» главных террористических организаций, – ограничивать. Мониторинг иммигрантов и выходцев из таких стран необходимо на определенный период времени признать хотя и неприятной, но вынужденной, а потому допустимой мерой. Об эффективности таких мер говорит пример США, где после 11 сентября 2001 года не зафиксировано ни одного террористического акта. И причиной тому – усилившиеся меры внутренней безопасности, а отнюдь не сокращение числа боевиков «Аль-Каиды».

Если же борьба с террором ведется за пределами Запада, требуется выработать и принять жесткие правила отношений с государствами, на территории которых активно действуют террористические группировки. Эти государства (а к ним, несомненно, относятся многие ближневосточные страны) должны быть лишены всякой помощи со стороны развитого мира; следует полностью отказаться от практики продажи им любых систем вооружения; предупредить о недопустимости обладания оружием массового поражения (причем, например, к Пакистану это относится даже в большей степени, чем могло бы относиться к Ираку), ограничить торговое и экономическое сотрудничество с ними и т. д. Если народы этих стран предпочитают сохранять свой образ жизни, традиции и религиозную «чистоту», им не нужно препятствовать. Напротив, показательное «отступление» Запада из данного региона при жестком недопущении перенесения исламского джихада на территорию развитых стран вызовет проблемы у самих мусульманских экстремистов, не имеющих никакой позитивной программы. Как показывает пример отстающих государств, наиболее эффективный способ дискредитировать популистские движения – позволить последним добиться провозглашаемых ими целей. «Бросив исламский мир на произвол судьбы», мы отнюдь не предадим идеалы свободы и гуманизма. Западные ценности будут усвоены не там, куда Западу хватит сил их донести, а там, где на них возникнет реальный и осмысленный спрос. Свобода важна не сама по себе – гораздо важнее завоеванная и выстраданная свобода. Пока мусульманские народы не ощутят потребность в западных ценностях, не возжелают свободы, навязать им их будет невозможно да и, замечу, не нужно.

Россия. США. Весь мир > Армия, полиция > globalaffairs.ru, 9 июня 2005 > № 2911854 Владислав Иноземцев

После затишья: Россия и арабский мир на новом этапе

Владимир Евтушенков

© "Россия в глобальной политике". № 3, Май - Июнь 2005

В.П. Евтушенков – президент АФК «Система», член бюро правления и руководитель Комитета по промышленной политике РСПП, председатель Российско-арабского делового совета, член попечительского совета журнала «Россия в глобальной политике».

Резюме После распада СССР Москва значительно утратила интерес к арабскому миру. Сегодня, по мере стремительного возрастания общемировой геополитической значимости Ближнего Востока, там открываются и принципиально новые экономические возможности. Россия возвращается в этот регион в лице не только государственных ведомств, но и частных корпораций.

Ближний и Средний Восток всегда вызывал к себе повышенный интерес. Сегодня он и вовсе мог бы возглавить рейтинг внимания великих держав к регионам планеты – ведь на этой огромной, многонаселенной и богатой природными ресурсами территории сосредоточено особенно много «болевых точек», имеющих отношение к глобальным проблемам человечества. Исключительно актуальны здесь вопросы, связанные с безопасностью, угрозой терроризма, растущим спросом на энергоносители. Не случайно именно данный регион оказывался в последние годы объектом наиболее масштабных международных инициатив. Достаточно вспомнить план Соединенных Штатов по демократическому переустройству «Большого Ближнего Востока», нашедший затем отражение в инициативе «большой восьмерки» по «расширенному Ближнему Востоку», а также различные проекты Организации Объединенных Наций, направленные на стимулирование развития, на попытки ликвидировать бедность и неравенство. Развитие событий со всей очевидностью продемонстрировало: ни одна держава, даже столь мощная, как США, не способна в одиночку справиться с проблемами, возникающими в этом ключевом регионе.

СУДЬБА СОВЕТСКОГО НАСЛЕДИЯ

Россия на Ближнем и Среднем Востоке не просто сторонний наблюдатель – она пользуется здесь большим уважением. Благодаря советским кредитам и технической помощи арабские страны имели возможность возводить крупные объекты инфраструктуры, энергетики, металлургии, оборонной промышленности, содержать хорошо вооруженные и обученные национальные армии.

Так, основу египетской экономики и поныне составляют промышленные предприятия, построенные с помощью советских специалистов при президенте Гамале Абдель Насере. Это прежде всего высотная Асуанская плотина, Хелуанский металлургический комбинат, алюминиевый завод в Наг-Хаммади, комплекс по производству фосфатов в Абу-Тартуре, судоверфь в Александрии и многие другие – всего около ста объектов.

Серьезное содействие Москва оказала Алжиру, в результате чего там начали развиваться такие отрасли, как энергетика, горно-добывающая и металлургическая промышленность, машиностроение, водное хозяйство и др. При поддержке СССР сооружены металлургический завод в Эль-Хаджаре, металлургическое предприятие в Аннабе, теплоэлектростанция в городе Жижель, газопровод Альрар – Тинфуйе – Хасси-Мессауд, плотина Бени-Зид и др.

В рамках сотрудничества с Ираком заключались крупные контракты по обустройству нефтепромыслов на юге страны, построены газопровод Насирия – Багдад, ТЭС «Юсифия» и ряд других объектов. С 1990 года, после введения Советом Безопасности ООН экономических санкций в отношении Ирака, бЧльшая часть контрактов оказалась заморожена.

В Ливии построен Центр атомных исследований «Таджура», сооружены линии электропередач, газопровод, пробурено около 130 нефтяных эксплуатационных скважин; проведены почвенные, геоботанические и экологические исследования на площади 3,5 млн га; разработаны схемы развития газовой промышленности, электросетей высокого напряжения и предприятий машиностроения; подготовлено технико-экономическое обоснование для второй очереди металлургического комплекса в городе Мисурата (1,67 млн т в год с возможностью расширения до 5 млн т).

Созданные и эксплуатируемые при нашем содействии объекты играют важную роль и в экономике Сирии, обеспечивая стране выработку около 22 % электроэнергии, добычу около 27 % нефти и орошение свыше 70 тыс. га засушливых земель. Каскад гидроэлектростанций на реке Евфрат, гидроузлы «Аль-Баас» и «Тишрин», около 1,5 тыс. км железных дорог, 3,7 тыс. км высоковольтных ЛЭП, ирригационные и водохозяйственные объекты, нефтепродуктопровод Хомс – Алеппо, завод азотных удобрений в Хомсе, ряд центров профтехобразования – все это построено главным образом в счет предоставленных советских государственных кредитов.

Арабские страны (Египет, Сирия, Алжир) расплачивались за советские госкредиты потребительскими товарами, которые почти целиком производил местный частный сектор. Поэтому в ряде стран арабского мира становление и укрепление национального производственного капитала происходило в значительной степени за счет работы на предельно емкий и стабильный советский рынок.

Наша страна традиционно получала из арабских стран продовольственные товары: цитрусовые, фрукты, консервы, кондитерские изделия. Неизменным спросом пользовались парфюмерно-косметические изделия, в частности египетские духи «Нефертити» и «Клима», хлопчатобумажные ткани, сирийский текстиль: портьеры, тюль, гипюр, кримплен.

Однако с началом драматических перемен в нашей стране все эти процессы, по сути, остановились. Новые подходы, реализуемые после развала СССР в управлении государством и народным хозяйством, обусловили стремление Москвы искусственно отгородиться от ряда традиционных союзников СССР, что особенно ярко проявлялось в первоначальный период прозападной эйфории. Впоследствии отношения с некоторыми арабскими странами омрачились политическими разногласиями в связи с ситуацией на Северном Кавказе.

В результате после событий 1991-го экономические связи с арабским миром были большей частью заморожены или свернуты. Колоссальный совместный потенциал, наработанный за предшествующие годы, оказался почти невостребованным. Государство ушло из сферы торгово-экономических отношений с этими странами, а частный российский капитал долгое время не мог демонстрировать готовность к возвращению на традиционные рынки. Да и опыта взаимодействия даже со старыми партнерами – представителями арабского национального капитала – новым российским бизнесменам подчас не хватало, как не хватало ни знания местной специфики, ни умения вести дела в сложившихся в регионе условиях. На долгие годы в наших отношениях с арабским миром наступила пауза.

ЭКОНОМИКА И НЕ ТОЛЬКО

Вместе с тем глобальная роль Ближнего и Среднего Востока чрезвычайно важна. Здесь, на территории в 14 млн кв. км, расположенной на двух континентах – африканском и евразийском, проживает около 300 млн человек. Средние темпы экономического роста арабских стран за последние два десятилетия – 3–6,4 %. Каждая из них по-своему своеобразна и тем привлекательна для внешних партнеров. Более того, в последние годы на региональном рынке наблюдаются все более отчетливые изменения.

Долгое время господствовало представление о том, что экономика арабских государств была, есть и будет основана исключительно на нефти. Конечно, нефтяная сфера остается пока главным полем для сотрудничества (как, впрочем, и источником политической напряженности). В 2004 году для участия иностранного капитала открылось более 20 объектов в различных отраслях экономики Саудовской Аравии – от нефтедобычи до розничной торговли. В итоге ОАО «ЛУКойл» подписало в марте 2004-го концессионное соглашение, предоставляющее ему право в течение 40 лет вести геолого-разведочные работы и разрабатывать месторождения газа и газового конденсата в районе пустыни Руб эль-Хали на площади около 30 тыс. кв. км (оценка объема обязательств – 4 млрд дол.). Для реализации проекта создано СП «ЛУКСАР», в котором компаниям «ЛУКойл» и «Сауди АРАМКО» принадлежат 80 % и 20 % уставного капитала соответственно.

В регионе быстро формируется рынок капитала и появляются мощные финансовые центры. В последнее время особую активность в этом направлении проявляет Бахрейн, правящие круги которого намерены превратить страну в крупнейший торговый и финансовый центр не только регионального, но и международного значения. По степени открытости экономики Бахрейн ставят на третье место в мире после Гонконга и Сингапура. Здесь отсутствуют налоги на доходы физических и юридических лиц, нет ограничений на вывоз капитала, прибыли и конвертацию валюты. Установлен беспошлинный режим ввоза сырья, полуфабрикатов и капитала для местного производства. Разрешено создание компаний со 100-процентным иностранным капиталом, и упрощена процедура их регистрации.

Крупнейший центр инвестиционной деятельности – Кувейт. Страна обладает развитым местным рынком капитала, а ее население держит на банковских депозитах больше денег, чем население Саудовской Аравии, Абу-Даби (эмират в составе Объединенных Арабских Эмиратов, ОАЭ. – Ред.) и Катара, вместе взятых. Кувейт – крупнейший инвестор долгосрочных капиталов за границей, однако субъектом является уже не частный капитал, а правительство.

Тенденция к либерализации экономики и процессы глобализации мировых экономических отношений привели к тому, что в странах Ближнего Востока и Северной Африки все бЧльшую популярность приобретает идея создания свободных экономических зон (СЭЗ). Будучи одной из форм привлечения иностранного капитала, в том числе и российского, такие зоны существуют в Сирии, Иордании, Ливане, ОАЭ, Египте, Тунисе, Марокко, Джибути и Йемене.

К наиболее успешным и привлекательным СЭЗ в арабском мире можно причислить «Джебель Али» в эмирате Дубай. Стабильное законодательство, высокоразвитые коммуникации и транспортные сети способствовали тому, что сегодня в этой свободной экономической зоне насчитывается более двух тысяч компаний из 97 стран мира. Существенный опыт в развитии СЭЗ накоплен и в Иордании, где стало возможным внедрение последнего поколения свободных экономических зон – специальных индустриальных зон, как раз и привлекающих наибольшую часть иностранного капитала. В процессе становления находятся СЭЗ в Бахрейне, Катаре и Кувейте.

Особый интерес представляет собой Ливан. Здешний банковский сектор имеет богатую историю. В Бейрут традиционно стекались средства, вырученные от экспорта нефти. Длительные торговые и культурные связи с европейскими и арабскими государствами позволили этой стране превратить торговлю в один из важнейших секторов экономики. До гражданской войны 1975–1990 годов экономика Ливана стабильно росла, действовали жесткие законы о соблюдении тайны банковских вкладов, что привлекало сюда капиталы; за страной в то время даже закрепилось название «ближневосточная Швейцария». Самые крупные компании западного и арабского мира всегда охотно приглашали на работу ливанских менеджеров высшего звена.

Война отбросила экономику Ливана далеко назад, лишив ее около 30 млрд дол., тогда как остальные страны Ближнего Востока переживали экономический бум. Деловая активность переместилась из Бейрута в другие экономические центры. Однако при этом ливанские банковские активы удивительным образом увеличились, поскольку в начале войны их удачно вложили в экономику США и Европы. И хотя сегодня долг Ливана составляет около 160 % ВВП, ни страну, ни внешний мир это ничуть не беспокоит. В 2002-м Ливан исключили из списка стран, находящихся под контролем Международной группы по борьбе с легализацией незаконных доходов. Одиннадцать ливанских банков вошли в сотню наиболее успешных арабских финансовых учреждений. Правда, политические события, последовавшие за гибелью бывшего премьер-министра Рафика Харири, внушают некоторые опасения относительно перспектив дальнейшего развития страны; тем не менее с учетом того, что стабильность целиком и полностью отвечает интересам экономики Ливана и его деловых кругов, есть надежда на то, что страна преодолеет нынешний кризис.

Вместе с тем странам региона приходится сталкиваться с рядом серьезных проблем. Экономика многих арабских стран, как и российская, испытывает серьезную зависимость от конъюнктуры нефтяного рынка. По существу, арабским странам приходится решать те же проблемы, что и России. Они осознают наличие дефицита во внешних инвестициях и необходимость поиска новых рынков сбыта для своих товаров. Даже Саудовской Аравии в последнее время пришлось прекратить экспорт капитала и заговорить о привлечении средств в те или иные проекты на собственной территории. Кроме того, арабский мир обеспокоен своим невысоким экономическим ростом. Так, объем ВВП на душу населения в Саудовской Аравии упал с 28 тыс. дол. в 1982 году до 7 тыс. дол. в 2004-м.

Перед Россией открываются реальные возможности расширения экономического сотрудничества с арабскими странами. Речь идет о высоких технологиях, банковских услугах, поставках металлопродукции и материалов для промышленного использования, а также о передаче технологического опыта, особенно в нефтегазовой сфере.

Возможно сотрудничество и в таких областях, как бурение с целью разведки месторождений подземных вод, опреснение морской воды (дефицит водных ресурсов в среднесрочной перспективе вообще способен превратиться в главную проблему региона), нефтехимия и металлургия. Разработаны также совместные проекты по производству химических удобрений, побочной продукции нефтяной промышленности, древесины, изделий кожевенной промышленности, охотничьих принадлежностей и аксессуаров, рыболовной оснастки, речных лодок, катеров, судов, кабельной арматуры, готовых быстросборных деревянных домов, автомобилей и других транспортных средств.

Особо перспективным является военно-техническое сотрудничество (ВТС) с арабскими странами, обеспечивающее высокорентабельными заказами предприятия военно-промышленного комплекса России. По объему поставок военной техники и вооружений в арабские государства Россия пока не в состоянии сравняться со странами Запада. Однако дальнейшее развитие сотрудничества с Россией в данной сфере поможет арабам диверсифицировать источники приобретения оружия и тем самым уменьшить свою зависимость от американских поставок.

Активизация экономического взаимодействия России с арабскими странами имеет и огромное геополитическое значение. Во-первых, Россия является международно признанным коспонсором ближневосточного урегулирования. Политическое присутствие нашей страны в регионе достаточно стабильно и отвечает важнейшей государственной задаче – играть роль одного из полюсов в многополярном мире. Визит на Ближний Восток президента России Владимира Путина в апреле 2005-го значительно повысил авторитет России в региональном и глобальном масштабе.

Во-вторых, и это особенно важно в долгосрочной перспективе, Россия способна сыграть уникальную роль в деле защиты интересов арабских народов в международном масштабе и внести свой вклад в предотвращение их вытеснения на обочину современного мира, которое зачастую осуществляется под флагом борьбы с угрозой «исламского экстремизма». Существуют силы, стремящиеся ответить на активизацию международного терроризма новым разделом мира. Только теперь границу предполагается провести не по идеологическому, а по цивилизационно-религиозному признаку. Большинство арабских государств рискуют попасть в разряд «подозрительных», то есть таких, по отношению к которым дозволены все действия, вплоть до прямого вооруженного вмешательства во внутренние дела.

Не случайно, что нарастающий интервенционизм внешнеполитической доктрины США вызывает беспокойство даже у таких традиционно ориентированных на Запад стран, как государства Персидского залива. В условиях, когда Вашингтон нередко проводит высокомерную и неуклюжую политику, они всё больше осознают необходимость диверсификации внешних связей c тем, чтобы если не нейтрализовать, то хотя бы ослабить американское давление. С этой точки зрения отношения с Россией, которая, несмотря на временное ослабление своих позиций в 1990-е годы, продолжает оставаться влиятельным игроком на мировой арене, имеют существенное значение для арабских государств.

Россия остается надежным партнером для тех, кто выступает против одностороннего (в обход Совета Безопасности ООН) применения силы в отношении любого государства. По двум самым животрепещущим проблемам позиции России и арабских стран совпадают или очень близки. Во-первых, и мы, и они признаём необходимость передачи всей полноты власти в Ираке самим иракцам с целью сохранения территориальной целостности и стабилизации положения в этой многострадальной стране. Во-вторых, обе стороны поддерживают идею справедливого урегулирования ближневосточного конфликта на основе резолюций Совета Безопасности ООН и мадридской формулы «Мир в обмен на территории».

Однако, если Москва не подкрепит свое влияние на Ближнем Востоке соответствующими экономическими действиями, ее роль будет здесь неуклонно ослабевать, что в конечном итоге может привести к вытеснению России из ближневосточной региональной политики. Неоценимую услугу нашей внешней политике может оказать отечественный бизнес, действуя через разрабатываемую ныне систему связей. Путем экономического взаимодействия со всеми без исключения странами региона Россия на деле подтвердит свою роль успешного и дружественного посредника между столь разными государствами.

Экономическое сближение России с арабским миром должно сопутствовать упрочению обоюдных политических связей. Не случайно президент России Владимир Путин призвал российские деловые круги в короткий срок поднять уровень российско-арабского сотрудничества в торгово-экономической области, дабы привести его в соответствие с нынешним благоприятным климатом в сфере межгосударственных и общественно-политических отношений.

ПАРТНЕРЫ СТАРЫЕ И НОВЫЕ

После ухода из российско-арабских отношений идеологической составляющей заметно расширился круг потенциальных партнеров России. Экономические интересы, равно как и стремление к получению экономической выгоды, диктуют необходимость налаживания контактов со всеми странами региона в зависимости от их реальной готовности к сотрудничеству и от спектра предлагаемых ими товаров или услуг, а не от политических лозунгов, стоящих там на повестке дня.

Ключевую роль среди традиционных партнеров России играет Египет. Товарооборот между обеими странами уже составляет около полумиллиарда долларов в год и имеет тенденцию к росту. К числу новых, наиболее перспективных областей сотрудничества относится сфера коммуникации и информационных технологий. Вряд ли простым совпадением стал тот факт, что недавно назначенный премьер-министр Египта Ахмед Назиф возглавлял ранее Министерство коммуникаций и информационных технологий. За время пребывания Назифа на этом посту данная отрасль постоянно демонстрировала успехи, обеспечивая в течение прошедших пяти лет 34 % роста.

Широкий резонанс получил запуск проекта «Умная деревня». Речь идет о своеобразном технопарке, т. е. об оснащенной самым современным оборудованием и удобной жилищной инфраструктурой территории, где предполагается разместить ведущие фирмы и компании в области разработки и внедрения информационных технологий. Компании, желающие обосноваться здесь, получают от властей «налоговые каникулы» сроком на 10 лет и к тому же пользуются упрощенной процедурой регистрации документов в административных учреждениях Египта. Ведущие египетские компании (Alcatel Egypt, Al Ahly Telecom и др.) уже приобрели на территории «Умной деревни» участки под офисы. Разместиться здесь планируют и российские фирмы. Помимо всего прочего, национальный рынок Египта моложе, а следовательно, он способен более гибко реагировать на изменения конъюнктуры и располагает более существенными возможностями. Да и цены в Египте значительно ниже, чем, например, в Объединенных Арабских Эмиратах, и потому производственные издержки здесь заметно меньше.

Ливан – это еще один яркий пример государства, с которым у России восстанавливаются исторические и налаживаются новые контакты. Поощрение взаимной торговли и инвестиций, содействие установлению тесных партнерских связей по линии частного капитала представляют собой важнейшую составляющую экономических отношений. Однако наиболее пристальное внимание этой страны направлено на сотрудничество с Россией в нефтегазовой отрасли. Ливанская сторона неоднократно давала понять, что она приветствовала бы участие России в строительстве нефте- и газопроводов через свою территорию. Бейрут также заинтересован в привлечении к сотрудничеству российских специалистов по сооружению ирригационных систем, строительству плотин.

Особый случай представляет собой Саудовская Аравия. Россию разделял с этим королевством барьер полувековой неприязни, и по ряду причин в Москве изначально почти не питали надежд на то, чтобы основательно там закрепиться.

Во-первых, вся новейшая история России характеризовалась отсутствием политических позиций в Саудовской Аравии. Местные правящие круги не забыли о враждебном отношении Советского Союза к их стране. Да и в России Саудовская Аравия ассоциируется скорее с радикальным исламом – тем самым, проявлениям которого российская сторона противостоит на Северном Кавказе. Саудовское общественное мнение, в свою очередь, крайне отрицательно оценивает действия российских властей в этом регионе РФ. Во-вторых, саудовские элита и общество в целом, традиционно ориентирующиеся на Запад, просто не привыкли к работе с другими партнерами.

Подобного рода препятствия имеют скорее политический характер, однако пути их постепенного преодоления и формирования атмосферы доверия могут быть найдены в экономической области. В качестве потенциальных сфер кооперации традиционно называют энергетику и военно-техническое сотрудничество. Однако нельзя обходить вниманием и области, где инвестиции быстро окупаются. Это в первую очередь недвижимость, строительство, торговля, ценные бумаги, развитие транспортной инфраструктуры.

Важную роль может сыграть уже имеющийся у России опыт в таких высокотехнологичных сферах, как сжижение газа, прокладка газопроводов, регазификация. Саудовцы же готовы инвестировать средства в российскую аэрокосмическую промышленность. И наконец, несмотря на то что саудовская армия уже укомплектована американским и западноевропейским вооружением, Эр-Рияд, похоже, внимательно присматривается к российским боевым вертолетам. С учетом вышесказанного первый Российско-саудовский экономический форум, проходивший в Москве в июле 2003-го, можно считать поистине историческим.

РОССИЙСКО-АРАБСКИЙ ДЕЛОВОЙ СОВЕТ: МИССИЯ И ДОСТИЖЕНИЯ

Достигнутый до 1991 года уровень торгово-экономических и военно-политических отношений между нашей страной и арабским миром, выражавшийся в миллиардах долларов, обеспечивался исключительно государственными структурами и рычагами, общей государственной политикой. Основой для сотрудничества служили главным образом политические соображения и логика холодной войны. Но на нынешнем этапе особенно важным фактором углубления российско-арабских отношений становится развитие частно-государственного партнерства.

Связать воедино систему торгово-экономических отношений России со странами этого обширного, политически разобщенного и экономически разнородного региона, придать импульс их возрождению на новом качественном уровне призван недавно созданный Российско-арабский деловой совет (РАДС).

Он быстро превратился в активного и уважаемого участника российско-арабского сотрудничества не в последнюю очередь потому, что Торгово-промышленную палату (ТПП) – учредителя его российской части – возглавляет академик РАН Евгений Примаков, чей авторитет в арабском мире чрезвычайно высок, а опыт и знание региона повсеместно признаны.

С арабской стороны РАДС учрежден Генеральным союзом торговых, промышленных и сельскохозяйственных палат 22 арабских государств, куда входят руководители и представители местных ТПП, крупные бизнесмены. С российской стороны одну из ведущих ролей играет Акционерная финансовая корпорация «Система». К числу основных задач РАДСа относятся: создание совместно с каждой из арабских стран двусторонних комитетов, ответственных за реализацию конкретных проектов сотрудничества; установление прямых контактов между российскими и арабскими предпринимательскими структурами; стимулирование инновационной деятельности.

За полтора года существования Российско-арабский деловой совет зарекомендовал себя как эффективный инструмент восстановления и налаживания деловых связей, центр сбора, анализа и распространения необходимой обеим сторонам коммерческой информации. Уже сейчас обратившийся в РАДС арабский или российский коммерсант может рассчитывать на консультацию и на обретение достойного делового партнера. При поддержке РАДСа учреждены три комитета на двусторонней основе: Российско-египетский, Российско-сирийский и Российско-ливанский. Готовится формирование аналогичных комитетов с другими странами. Создание двусторонних комитетов позволит упорядочить отношения между предпринимателями и выявить наиболее привлекательные направления взаимодействия по каждой стране.

Результаты деятельности РАДСа и заметное увеличение деловых контактов позволяют утверждать, что период «безвременья» в российско-арабских отношениях подошел к концу. При поддержке и в рамках РАДСа сотрудничество России и стран арабского Востока получает шанс для выхода на новый качественный уровень. Главными его признаками становятся отсутствие идеологических барьеров и конструктивное взаимодействие между бизнесом и государством. В области бизнеса решающая роль должна принадлежать новейшим информационным технологиям и сфере услуг, что позволит как России, так и странам арабского Востока преодолеть стереотип тотальной энергозависимости их экономик и совместно войти в высокотехнологичную экономическую среду XXI века.

Россия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 9 июня 2005 > № 2906315 Владимир Евтушенков

Генеральный секретарь ОПЕК Абуль Азиз Ель Тюрки сообщил, что затраты стран Ближнего Востока, включая Турцию и Иран, на разработку месторождений и переработку природного газа и нефти в ближайшие 30 лет составят 532 млрд.долл. Турция > Нефть, газ, уголь > «Реферанс», 26 мая 2005 > № 16569

Саудовская Аравия заверила США в том, что она в состоянии стабилизировать мировые цены на нефть. «Наше государство обладает вполне достаточными запасами нефти и приложит все усилия для того, чтобы цены на «черное золото» на мировых рынках сырья стабилизировались», – сказал министр нефти и минеральных ресурсов Саудовской Аравии Али Ибрагим ан-Нуэйми после переговоров с министром энергетики США Самуэлем Бодманом. Текст заявления был распространен во вторник по каналам венской штаб-квартиры ОПЕК. «Добыча нефти в королевстве будет неуклонно расти, соответственно будет увеличиваться и наш нефтяной экспорт», – пообещал саудовский министр. «По нашим планам, к 2009г. в нефтедобывающую отрасль будет инвестировано 50 млрд.долл., а добыча сырой нефти возрастет к тому периоду времени до 12,5 млн.бар. в день», – сказал он. Саудовская Аравия > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 17 мая 2005 > № 2412

Доходы от продажи нефти на мировых энергетических рынках не покрывают финансовые потребности Ирака. Об этом говорится в сообщении генерального секретариата Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), которое было опубликовано во вторник со ссылкой на источники в Багдаде. Ирак добывает и экспортирует 1,8 млн.бар. сырой нефти в день, что даже при нынешних крайне высоких ценах на нефтяные энергоносители не дает прогнозировавшихся финансовых поступлений в государственную казну страны. До сих пор производство иракской нефти не достигло такого уровня, который имел место во время правления режима Саддама Хусейна и действия программы ООН «Нефть в обмен на продовольствие».

Состояние иракских терминалов и нефтепроводов также вызывает большую озабоченность нефтяников Ирака. По словам экспертов, которые приводит журнал «Парейд», «слишком интенсивная добыча нефти при недостаточном техническом оснащении и обеспечении может нанести огромный вред нефтяным резервам Ирака, которые считаются вторыми после Саудовской Аравии». Исходя из этого, специалисты делают вывод, что даже принимая во внимание помощь со стороны США и Великобритании, Ираку понадобятся многие млрд.долл. для восстановления экономики, в корне разрушенной войной, в т.ч. и энергетического сектора страны. Ирак > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 17 мая 2005 > № 1269

Норвегия намерена расширять нефтяные проекты с Россией. Как говорится в заявлении министра энергетики Норвегии Торхилда Видвея, обнародованном в пятницу по каналам венской штаб-квартиры Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), он во главе представительной норвежской делегации на будущей неделе планирует прилететь в Москву и в течение пяти дней провести переговоры с российским министром природных ресурсов Юрием Трутневым, министром промышленности и энергетики РФ Виктором Христенко, депутататми госдумы и высокопоставленными представителями российских нефтяных компаний относительно активизации развития углеводородных проектов в районе Баренцова моря. «Осло обладает богатым опытом в использовании первоклассной технологии и экспертного дела в освоении богатств Баренцова моря, и этот опыт и технологию мы хотим предложить нашим российским партнерам», – сказал Видвея. «У России и Норвегии есть общие, взаимовыгодные интересы по разработке ресурсов Баренцова моря», – подчеркнул он. Норвегия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 13 мая 2005 > № 2349

Война в Ираке и нестабильность на палестинских территориях замедляют экономическое развитие государств Ближнего Востока. Об этом заявила исполнительный директор Экономической и социальной комиссии ООН для Западной Азии (ЭСКЗА) Мирфат Таляви, выступая на проходящей в Дамаске 23 сессии организации. «Первая и вторая войны в Персидском заливе, противостояние на палестинских территориях привели к потере около восьми млн. рабочих мест в государствах региона, замедлению развития различных секторов экономики, в т.ч. сектора технологий», – отметила она.По словам Таляви, уровень безработицы в среднем по региону составил 15%, причем среди молодежи этот показатель достигает 23%. «Для успешного экономического развития необходима политическая стабильность в регионе», – добавила представитель ООН. В то же время, Таляви выразила удовлетворение состоянием экономики стран Западной Азии в целом. Так, по ее словам, в 2003-04гг. рост ВВП в государствах региона в среднем составил 4,5%. Доходы от продажи нефти достигли в 2004г. 213 млрд.долл., что на 29% превышает показатели пред.г.

Проходящая в сирийской столице 9-12 мая сессия ЭСКЗА посвящена главным проблемам региона – безопасности и мирному урегулированию, а также влиянию этих факторов на экономическое развитие стран Западной Азии. Одним из главных результатов сессии стало подписание соглашения о морских перевозках, призванного придать импульс развитию торгового флота государств Арабского Востока. Кроме того, на сессии обсуждается вопрос об улучшении сети региональных автотрасс и возобновление ж/д сообщения. ЭСКЗА является составной частью Экономического и социального совета ООН, отвечающего за содействие повышению уровня жизни, занятость населения и экономический и социальный прогресс. Членами комиссии для Западной Азии являются Сирия, Иордания, ОАЭ, Бахрейн, Ирак, Оман, Палестина, Катар, Ливан, Египет, Саудовская Аравия, Йемен и Кувейт. Ирак > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 11 мая 2005 > № 1259

Саудовская Аравия готовится запустить в конце этого года 6 искусственных спутников Земли, предназначенных для поиска воды, полезных ископаемых, экологического контроля и наблюдения за метеоусловиями. Об этом местной газете «Араб Ньюз» заявил принц Турки бен Сауд, вице-президент исследовательского научно-технологического центра короля Абдельазиза в Эр-Рияде.Он указал, что саудовские ученые изготовили серию из 24 мини-спутников различного предназначения. Ранее королевство вывело с помощью российских ракет-носителей на орбиту три телекоммуникационных спутника. Саудовская Аравия стала второй после Египта арабской страной, запустившей искусственный спутник. Саудовская Аравия > СМИ, ИТ > ria.ru, 9 мая 2005 > № 2417

Министерство международного сотрудничества объявило о том, что за I кв. 2005г. объем полученной Египтом иностранной безвозмездной финансовой помощи составил 187,1 млн.долл.США по сравнению с 103,4 млн.долл., поступившими за этот же период 2004г. Указанная цифра включает 100 млн.долл. – трансферт по линии агентства Usaid на проведение рыночных реформ, 64 млн.евро – трансферт ЕС на развитие юга Синая и 3,7 млн.долл., поступивших из Японии на закупку зерноуборочных комбайнов и другой сельхозтехники для провинций Файюм и Бени Суэйф. В I кв. 2005г. значительно сократились объемы полученных Египтом кредитов. Их сумма составила 93,3 млн.долл. против 562,9 млн.долл. за этот же период 2004г. В 2005г. получено 55,3 млн.долл. от правительства Японии на развитие Международного аэропорта Бург Эль-Араб в г.Александрия, 30 млн.долл. от МБРР на развитие системы образования детей в возрасте от 5 до 7 лет и 8 млн.долл. по линии Фонда развития ОПЕК на строительство ТЭС Куреймат. Египет > Госбюджет, налоги, цены > economy.gov.ru, 5 мая 2005 > № 20994

Через десять лет после объявления Индонезии свободной от полиомиелита опасная болезнь вернулась в эту страну, говорится в пресс-релизе министерства здравоохранения островного государства, поступившем в РИА «Новости». В расположенной в провинции Западная Ява деревне Гириджая подтвержден соответствующий диагноз у полуторагодовалой девочки. С подозрением на полиомиелит там госпитализировано еще семеро детей. Как считают специалисты министерства здравоохранения Индонезии и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), вирус опасной болезни имеет не местное происхождение, а был принесен в «страну трех тысяч островов» из-за рубежа. Анализ его генетической структуры показал почти полную тождественность со штаммом, существующим в Нигерии. По всей видимости, оттуда он попал в Индонезию через Саудовскую Аравию или Эфиопию. «Это означает, что инфицированные дети вступили в контакт с носителями вируса», – говорит местный представитель ВОЗ Бардан Джунг Рана.

В настоящее время минздрав Индонезии предпринимает активную программу иммунизации детей в провинциях Бантен и Западная Ява, а также Особом столичном округе, говорится в пресс-релизе. Как ожидается, она будет завершена лишь к концу мая и охватит 5 млн.чел. Крупнейший архипелаг планеты был объявлен ВОЗ свободным от полиомиелита в 1995г. Однако программы вакцинации детей продолжались здесь до 2002г., когда они были окончательно свернуты.

Полиомиелит является заразным вирусным заболеванием, поражающим нервную систему человека и способным вызвать паралич или даже летальный исход. Опасная болезнь преимущественно поражает детей в возрасте до трех лет.

Усилия ВОЗ по искоренению полиомиелита привели к тому, что число заболеваний им на планете упало с примерно 350 тыс. в 1988г. до 1 тыс. 267 в 2004г. Однако болезнь все еще сохраняется в Афганистане, Египте, Индии, Нигере, Нигерии и Пакистане, а также имеют место случаи ее вспышек в странах, уже объявленных свободными от этой болезни. Индонезия оказалась 16 государством, где это произошло. Индонезия > Медицина > ria.ru, 4 мая 2005 > № 1253

Цены на сырую нефть в США впервые за последние два месяца упали в пятницу ниже отметки в 50 долл. за баррель. В пятницу торги на Нью-йоркской товарно-сырьевой бирже (NYMEX) завершились на отметке 49,72 долл., что на 2,05 долл. или на 4% меньше показателя закрытия четверга. За последнюю неделю апр.я под влиянием данных о значительном увеличении запасов топлива и замедлении темпов экономического роста в США нефть подешевела на 5 долл., то есть на 10%. По мнению специалистов, одной из основных причин такого снижения стали более низкие, чем ожидалось, темпы роста экономики США, которые являются крупнейшим в мире потребителем энергоресурсов. Согласно данным министерства финансов, в I кв. ВВП страны увеличился лишь на 3,1% в годовом исчислении, что является самым низким показателем за последние два года. Министерство энергетики США объявили о значительном повышении резервов сырой нефти, что также способствовало снижению спроса и цен на «черное золото». Согласно этим данным, запасы нефти в США увеличились за минувшую неделю на 5,5 млн.бар. и достигли 324,4 млн.бар., что на 9% превышает показатели аналогичного периода в минувшем году. Так много топлива на американских НПЗ не скапливалось с мая 2002г. При этом стратегические резервы «черного золота» в Соединенных Штатах приблизились к оптимальным 700 млн.бар., достигнув 690,7 млн.

Охладили «разогретый» рынок и два недавних заявления президента США Джорджа Буша. В минувший понедельник хозяин Белого дома на переговорах в Техасе публично призвал наследного принца Саудовской Аравии Абдаллу увеличить объемы добычи в его стране, а в среду пообещал начать строительство новых нефтеперерабатывающих заводов на территориях закрываемых американских военных баз. С 4 апр., когда был установлен абсолютный рекорд стоимости барреля – 58,28 долл. – нефть в Нью-Йорке подешевела уже на 14,7%. При этом она все еще на 30% дороже, чем в конце апр. 2004г. США > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 30 апреля 2005 > № 2546

Индонезия останется полноправным членом Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК). С таким заявлением, опубликованным в четверг по каналам генерального секретариата ОПЕК в Вене, выступил Пурномо Юсгианторо, министр энергетики и минеральных ресурсов Индонезии, который в минувшем году был президентом и генеральным секретарем ОПЕК. Он опроверг сообщения о том, что официальная Джакарта написала письмо в штаб-квартиру ОПЕК в Вене с просьбой «пересмотреть ее статус в мировом нефтяном картеле и считать Индонезию не членом ОПЕК, а наблюдателем в этой организации». По словам Пурномо Юсгианторо, он «проверил эти сообщения через индонезийский МИД и выяснил, что письмо такого рода в генеральный секретариат ОПЕК внешнеполитическое ведомство не направляло». Индонезия > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 28 апреля 2005 > № 1252