Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Государственная служба Украины по лекарственным средствам (Гослекслужба) и Национальное агентство санитарного надзора Бразилии подписали Меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству.

Как сообщила пресс-служба Гослекслужбы, подписание состоялось 6 ноября 2013 года во время визита украинской делегации в Бразилию в рамках очередного, шестого заседания Межправительственной украинско-бразильской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству.

В рамках меморандума предусматривается создание механизмов сотрудничества в сфере надзора за состоянием здравоохранения, оказание методической поддержки в процессе обмена технологиями, совместной разработки проектов и научно-технических исследований между Бразилией и Украиной.

Кроме того, в рамках меморандума планируется налаживание каналов коммуникации по вопросам фармацевтических стандартов, введение требований Надлежащей производственной практики (GMP) и соответствующих норм законодательства.

Документ также определяет механизмы осуществления регулярного обмена информацией о новейших разработках в сфере здравоохранения и контроля качества лекарственных средств и т.п.

Как отметил в комментарии агентству "Интерфакс-Украина" исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей (AIPM Ukraine) Владимир Игнатов, меморандум может позволить реализовать проекты по трансферу украинских технологий на рынок Бразилии. В то же время, он отметил, что на фармацевтическом рынке Украины не представлены бразильские препараты.

ЧАО "Индар" (Киев), единственное украинское предприятие с полным циклом производства инсулинов, планирует в 2014 году начать производство инсулина в Бразилии на заводе, построенном по технологии "Индар".

Конец и новое начало

Итоги декабря и 2013 года в целом на мировом рынке стали

Мировой рынок стали закончил 2013 год на минорной ноте. Повышения котировок в последний месяц ушедшего года так и не произошло, в результате цены на стальную продукцию в конце декабря оказались на большинстве региональных рынков на $20-40 за т ниже, чем 12 месяцами ранее. В лучшем случае металлурги завершали 2013 год на тех же позициях, что и начинали его. В принципе, большинство экспертов считают, что крайняя точка спада уже пройдена, и в текущем году обстановка на мировом рынке стали начнет улучшаться. Но в ближайшие месяцы этого, скорее всего, все же не произойдет.

Проблемная стабильность

Декабрь 2013 года продолжил тенденцию стабильности, которая поддерживается на мировом рынке стали, по меньшей мере, с августа. В последние пять месяцев прошедшего года колебания цен на большинство видов стальной продукции происходили в интервале $20-30 за т. В течение декабря котировки в одних случаях остались практически без изменений по сравнению с предыдущим месяцем, в других приподнялись на $5-10 за т. Ожидавшегося некоторыми аналитиками традиционного предпраздничного подъема на этот раз не произошло. Спрос на прокат, как правило, оставался вялым, а во второй половине декабря фактически сошел на нет.

Рынок по-прежнему остается под влиянием двух основных негативных факторов – избыточного предложения и недостаточного спроса. Причем, судя по всему, они продолжат свое воздействие и в начале текущего года.

По данным World Steel Association (WSA), глобальное производство стали в первые 11 месяцев 2013 года составило около 1,448 млрд. т. Это на 3,4% больше, чем в тот же период годичной давности. При этом, объем выплавки в Китае увеличился на 8,2%, а в странах остального мира – сократился на 0,9%. И тот, и другой показатель, похоже, является избыточным.

Китайская экономика в 2013 году сохранила весьма высокие темпы роста – порядка 7,6%. Промышленное производство в стране прибавило более 9,5% по сравнению с показателями годичной давности. Однако спрос на прокат в Китае увеличивается гораздо медленнее, чем раньше. Местные компании сталкиваются с теми же проблемами, что и их западные конкуренты. Существующие производственные мощности достаточны и даже избыточны, потребности в новых инвестициях в основной капитал значительно сократились. Соответственно, производителям поступает меньше заказов на промышленное оборудование. Кстати, это способствует уменьшению спроса на сталь не только в самом Китае, но и в западных странах – например, Германии, чье машиностроение в последние годы держалось, во многом, на китайских заказах.

В первые годы после начала кризиса китайское правительство пыталось поддержать промышленность и строительство за счет стимулирования внутреннего спроса – в частности, за счет государственных инвестиций. Однако в 2013 году власти были вынуждены ограничить объемы финансирования, так как продолжение подобной политики поставило под угрозу стабильность национальной финансовой системы. В последние месяцы прошлого года китайские госбанки ужесточали режим кредитования, что привело к снижению темпов роста инвестиций в промышленность и строительство.

Фактически сейчас основную поддержку китайской металлургической промышленности оказывает внутренний потребительский рынок. В 2013 году в стране высокими темпами увеличивались продажи автомобилей и бытовой техники. Кроме того, значительный прогресс наблюдался в таких отраслях как судостроение и железнодорожное машиностроение. Однако всего этого было недостаточно, чтобы поддержать прежние темпы роста потребления стальной продукции. В 2013 году они не превышали 5-6%, а в 2014 году, как ожидается, сократятся до около 4-5%.

В то же время, в Китае продолжался ввод в строй новых металлургических мощностей. Их совокупный объем, по оценкам национальной металлургической ассоциации CISA, превысил 1 млрд. т в год. Выплавка стали в 2013 году оценивается примерно в 775 млн. т, так что средний уровень загрузки составляет менее 75%. Китайцам не помогло даже 12%-ное расширение экспорта, до 57 млн. т в январе-ноябре. Емкость мирового рынка стальной продукции ограничена, так что увеличение внешних поставок из Китая привело, прежде всего, к ценовой стагнации.

Правительство Китая уже давно заявляет о необходимости сокращения избыточных мощностей. В частности, в конце прошлого года была принята очередная программа, предусматривающая закрытие до 2017 года предприятий, выпускающих порядка 80 млн. т стали в год. Однако, как показывает опыт, из строя выводятся, в основном, небольшие устаревшие заводы, которые так или иначе были бы обречены на скорую ликвидацию. Между тем, основной рост производства приходится на достаточно эффективные современные предприятия. По прогнозам CISA, в 2014 году в национальной металлургической отрасли прибавится еще более 30 млн. т новых мощностей, а выплавка стали возрастет до около 810 млн. т. Вследствие этого избыток предложения проката сохранится, а цены на него останутся на относительно низком уровне на неопределенно долгий срок. Как считают специалисты китайского металлургического интернет-ресурса Mysteel, в 2014 году средний уровень внутренних котировок на прокат будет на 2,5-3% ниже, чем в прошлом году.

При этом, одной из основных причин продолжения депрессии на мировом рынке стали китайские аналитики называют снижение цен на сырье – прежде всего, железную руду. В течение 2013 года ее стоимость, как правило, находилась на высоком уровне вследствие повышенного спроса со стороны Китая. Даже в декабре, когда закупки сырья китайскими металлургами резко сократились, она удержалась на отметке, близкой к $135 за т CFR. Но в 2014 году темпы роста выплавки стали в Китае должны снизиться, а поставки руды – существенно возрасти, так что на вторую половину текущего года аналитики из американских и европейских инвестиционных банков прогнозируют понижение железорудных котировок до $120 за т CFR Китай и менее. А удешевление сырья, безусловно, потянет вниз котировки на стальную продукцию.

Впрочем, проблема избыточного предложения при недостаточном спросе в 2013 году была актуальной не только для Китая. В той или иной степени от нее страдали металлурги и из других регионов.

Естественные процессы

В течение всего 2013 года наиболее депрессивным регионом мирового рынка стали был европейский. Ничего не изменилось в этом отношении и в декабре. В начале месяца европейские металлурги предприняли попытку повышения котировок при заключении контрактов на первый квартал 2014 года, однако успеха, причем, ограниченного, им удалось достичь только в секторе длинномерной продукции. Ее стоимость немного поднялась благодаря намеченному на декабрь-январь сокращению выпуска. В то же время, плоский прокат в середине декабря снова подешевел из-за слабого спроса. Ни дистрибуторы, ни конечные потребители в то время не спешили с новыми закупками.

Спрос на стальную продукцию в Европе в 2013 году сократился, по оценкам различных экспертов, на 1-3% по сравнению с предыдущим годом. Правда, на 2014 год те же специалисты предсказывают рост примерно на ту же величину. Но эти умеренно оптимистичные прогнозы могут не оправдаться.

Спад на европейском рынке стали обусловлен, в первую очередь, сокращением финансирования строительного сектора государством и частными инвесторами, а также дефицитом кредитных ресурсов у промышленных предприятий. Но в этом отношении пока ничего не меняется. Европейские страны продолжают политику жесткой экономии, сокращая бюджетные расходы. Вследствие этого по-прежнему уменьшаются объемы государственных инвестиций, а безработица практически не снижается. В банковском же секторе обстановка в 2014 году может даже несколько ухудшиться по сравнению с прошлым годом.

Специалисты связывают это с проектом создания в ЕС банковского союза с централизованным режимом банковского регулирования. Это означает, что надзор над деятельностью около 130 крупнейших финучреждений еврозоны будет осуществлять Европейский центральный банк. Как ожидается, он будет проводить более жесткую политику, чем национальные регуляторы, и, в свою очередь, потребует от банков скорейшего оздоровления своих активов и списания безнадежных долгов. Однако вследствие этого банки, очевидно, будут и дальше сворачивать более рискованное для них кредитование компаний из реального сектора экономики, особенно, некрупных. Кроме того, из-за необходимости покрытия потерь прошлых лет в их распоряжении может просто оказаться меньше финансовых ресурсов.

В прошлом году многие европейские дистрибуторские компании жаловались на проблемы с привлечением финансирования. Доходило до того, что некоторые крупные металлургические группы предоставляли покупателям товарные кредиты. Судя по всему, в 2014 году ситуация в этом плане, по меньшей мере, не улучшится.

Не способствует росту европейской металлургии и климатическая политика Европейской комиссии, направленная, в первую очередь, на сокращение эмиссии углекислого газа. Для производителей стали это означает увеличение затрат на приобретение разрешений на выбросы (до 2013 года эти разрешения были для них бесплатными, но в дальнейшем предполагается ликвидировать эту льготу). Кроме того, розничные цены на электроэнергию в ЕС растут вследствие увеличения доли в генерации более дорогостоящей ветровой и солнечной энергии.

В 2013 году Европейская комиссия приняла План действий по стали, в котором, правда, не было предложено решения ни одной из этих насущных проблем. Поэтому не исключено, что в 2014 году выплавка стали в ЕС продолжит сокращаться. По крайней мере, на какие-либо иные способы стабилизации внутреннего рынка стали европейским металлургам в обозримом будущем не стоит рассчитывать.

Вообще, спад потребления либо снижение темпов его роста в 2013 году было характерно почти для всех основных рынков. Индия переживает самый тяжелый экономический спад с 2009 года, а потребление стальной продукции в стране в апреле-декабре прошлого года превысило уровень аналогичного периода годичной давности всего на 0,5%. В Бразилии завершается подготовка к Чемпионату мира по футболу, что в этом году приведет к уменьшению спроса на прокат в строительстве. Резко замедлились темпы роста российской экономики, спровоцировав спад в национальной металлургии. Не в лучшем состоянии находились в 2013 году и такие динамично развивающиеся страны как Турция, Корея, Вьетнам. При этом, специалисты и там в обозримом будущем не ожидают существенных изменений к лучшему.

Расширение спроса на прокат может дать только реальный сектор. Это показывает прошлогодний пример США, чью экономику буквально вытягивает на себе нефтегазодобывающая промышленность, демонстрирующая рекордные темпы роста. Расширение добычи нефти и газа способствует увеличению потребностей в трубах и соответствующем оборудовании, а доступная нефть и недорогой газ, в свою очередь, вызвали подъем в американской нефтехимической и химической промышленности. Правда, безработица в стране остается на высоком уровне, а государственные финансы пребывают в расстройстве, зато производство автомобилей в 2013 году оказалось наивысшим за последние шесть лет.

Не удивительно, что американский рынок стали выглядит намного более благополучным, чем другие регионы. В отличие от всего прочего мира, цены на прокат в США возросли в течение 2013 года. При этом, если в прошлом январе разница в стоимости горячекатаных рулонов в ЕС и США составляла около $70 за т, до к концу прошлого года она расширилась до около $140 за т (с учетом изменений валютных курсов).

Больше десяти лет тому назад, когда мировой рынок стали тоже находился в состоянии длительной депрессии, было высказано предложение осуществить согласованное выведение из строя избыточных мощностей в глобальной металлургической отрасли. Причем, в Комитете по стали ОЭСР по этому поводу было даже проведено несколько конференций, участники которых, впрочем, ни о чем не договорились, а вскоре подъем мировых цен на сталь в 2004 году сделал эту проблему неактуальной. В начале 2014 года аналогичное предложение высказал глава «Северстали» Алексей Мордашов, но и в этот раз оно вряд ли к чему-то приведет.

В этом году на мировом рынке стали, скорее всего, продолжится прошлогодняя стагнация. Прекратится же она, очевидно, только в силу «естественных» причин – расширения спроса или, что пока выглядит более вероятным, сокращения мирового производства стали вследствие хронической убыточности некоторых предприятий.

Виктор Тарнавский

Norske Skog (г. Осло, Норвегия) заключила соглашение о продаже оставшихся 49% акций Norske Skog Pisa в Бразилии компании Papeles Bio Bio SA (ранее — Norske Skog Bio Bio), который управляется консорциумом чилийских инвесторов, об этом говорится в полученном Lesprom Network сообщении Norske Skog.

Цена 49% акций составляет $37 млн, выручка будет получена в первой половине 2014 г.

«Мы удовлетворены тем, что сделку удалось завершить раньше намеченного срока, — заявил Свен Омбудстведт, президент и исполнительный директор Norske Skog. — Продажа оставшихся акций является частью нашей стратегии по улучшению ликвидности. Кроме того, как было заявлено ранее, отныне мы намерены сконцентрировать основные бизнес-операции компании в Европе и Австралии».

С завершением сделки Norske Skog прекратит производство бумаги в Южной Америке.

США останутся на МКС еще как минимум десять лет

Белый дом одобрил продление участия США в работе Международной космической станции до 2024 года, сообщается на сайте американского космического агентства НАСА.

"Мы рады объявить, что администрация (президента США Барака) Обамы одобрила продление участия в работе МКС по меньшей мере до 2024 года", — говорится в сообщении.

Представители НАСА выразили надежду на то, что партнеры США по МКС также продлят свое участие в проекте, что позволит продолжить "революционные исследования, проводимые в этой уникальной орбитальной лаборатории".

Ранее НАСА продлило контракт с Роскосмосом на доставку астронавтов на Международную космическую станцию на российских "Союзах" на срок до середины 2017 года.

Что представляет собой МКС

Международная космическая станция – крупнейший научно-технический проект современности. В нем участвуют 16 стран: Россия, США, Япония, Канада, Италия, Бельгия, Нидерланды, Дания, Норвегия, Франция, Испания, Германия, Швеция, Швейцария, Великобритания и Бразилия. Каждая из них вносит свой весомый вклад в его реализацию, а широкая кооперация обеспечивает сокращение сроков и затрат.

МКС вращается вокруг Земли, совершая 16 оборотов в сутки. Управление полетом МКС осуществляется из двух центров: российского в подмосковном Королеве и американского в Хьюстоне, штат Техас. В каждом центре постоянно находятся рабочие группы специалистов другой страны.

МКС используется для проведения медико-биологических исследований, производства высокотехнологичных материалов и биопрепаратов, изучения поведения организма человека в условиях длительного космического полета, исследований микрогравитации и астрофизики, изучения атмосферы и поверхности Земли в интересах фундаментальных наук и для прикладных целей, отработки технологии строительства в космосе крупных сооружений и осуществления межпланетных перелетов.

Кто сейчас работает на МКС

В настоящее время на МКС несут вахту космонавты Роскосмоса Олег Котов, Сергей Рязанский и Михаил Тюрин, астронавты НАСА Майкл Хопкинс и Ричард Мастраккио, а также астронавт Японского космического агентства (JAXA) Коичи Ваката.

Новая экспедиция (Тюрин, Мастраккио и Ваката) прибыла на МКС 7 ноября 2013 года на пилотируемом корабле "Союз ТМА-11М". Этот экипаж доставил на станцию Олимпийский факел, который 9 ноября вынесли в открытый космос Котов и Рязанский. Читайте подробнее >>

11 ноября 2013 года с МКС на Землю вернулись космонавт Роскосмоса Федор Юрчихин, астронавт НАСА Карен Найберг и астронавт Европейского космического агентства (ЕКА) Лука Пармитано.

Российским вузам отвели 35 млрд на конкурентоспособность

Эти деньги предоставят тем учебным заведениям, которые получили господдержку на попадание в топ-100 лучших университетов мира

Российские власти решили выделить 35 млрд рублей на то, чтобы ведущие университеты страны развивали конкурентоспособность «среди ведущих мировых научно-образовательных центров». Подробности приводит пресс-служба правительства.

Финансирование рассчитано на 2014 год, а также плановый период с 2015 по 2016 годы. В рамках первого этапа будет предоставлено 10,5 млрд рублей, в 2015-м — 12 млрд, а еще 12,5 — в 2016-м. Деньги достанутся тем учреждениям, которые победили в конкурсном отборе на получение господдержки для того, чтобы войти в первую сотню лучших мировых университетов.

«Доля субсидии вуза-победителя, впервые получающего субсидию, в общем объеме рассчитывается с учетом объема финансирования его программы повышения конкурентоспособности в текущем году. Для вузов-победителей, получающих субсидию второй и более раз, расчет производится с учетом финансирования программы конкурентоспособности в году, предшествующему текущему году», — отмечается в документе. Согласно плану, к 2020-му по меньшей мере пять вузов должны оказаться в топ-100 мирового рейтинга.

13 декабря 2013 года Рособранадзор признал неэффективными более 130 российских вузов. В большинстве случаев речь шла о коммерческих учреждениях. В конце месяца свыше 100 заведений остались без лицензий. Подчеркивалось, что и в 2014 году проверки эффективности продолжатся.

Между тем 17 декабря стало известно, что Московский государственный университет оказался третьим среди вузов, находящихся на территории стран БРИКС, в соответствии с рейтингом Quacquarelli Symonds . Однако по версии Times Higher Education BRICS & Emerging Economies он стал лишь десятым, пропустив вперед университеты из Китая и Турции.

Россия > Образование, наука > bfm.ru, 8 января 2014 > № 977934

С этого года Parque Nacional Los Glaciares (Национальный Парк Ледников) вводит систему электронных билетов, которая позволит сделать посещение одной из самых популярных аргентинских достопримечательностей более комфортным. В настоящее время в стране электронные билеты можно купить только на водопады Игуасу.

Билеты в Los Glaciares можно будет купить в Интернете или в специальном отдельном окне при входе в национальный парк. Такой билет будет водонепроницаемым, иметь штрих-код и водяные знаки и содержать всю информацию о туристе: имя, номер документа, страна проживания и дату входа в заповедник.

В распоряжении администрации национального парка уже есть 600 тысяч подобных билетов. Они поступят в продажу в течение ближайших недель, воспользоваться ими смогут туристы, планирующие вход в Parque Nacional Los Glaciares в Митре. Постепенно технология будет совершенствоваться, и к концу 2014-го года электронные билеты станут основным "пропуском" к леднику Перито Морено и другим природным красотам Парка Ледников.

«Революция потребностей» и новые движения протеста

Андрей Виленович Рябов (р. 1956) – эксперт «Горбачев-фонда».

Подъем новых социальных движений, представляющих собой пестрые и неоформленные конгломераты различных групп, гражданских инициатив, которые действуют в самых разных сферах социальной жизни и не имеют четких политических программ, был порожден глобальным финансово-экономическим кризисом 2008 года. В этих движениях, ставших воплощением современной формы гражданско-политического протеста, одновременно проявились его сила и слабость. Они возникали стремительно, вовлекая в оборот уличной активности многотысячные массы людей, принадлежащие к самым разным слоям населения и объединенные лишь одним – резким неприятием окружающих социально-политических реалий и политики властей. Но новые социальные движения не сформировали, да, наверное, и не могли сформировать реалистичную альтернативу существующим порядкам. Именно поэтому их возможности вызвать серьезные изменения в своих странах, как правило, остались ограниченными.

Долгое время считалось, что эти движения присущи в первую очередь странам, больнее всего ощутившим влияние кризиса, причем вне зависимости от того, к какой группе они относятся – наиболее развитым или же представляющим современную урбанистическую полупериферию. Эти государства – будь то, к примеру, США на одном полюсе или же недавно вступившие в Евросоюз страны Восточной Европы на другом полюсе – объединяло одно: в момент появления новых социальных движений они двигались по нисходящей кризисной траектории.

На этом фоне возникновение минувшим летом таких движений в Турции и Бразилии стало неожиданностью. Не то чтобы эти страны не были затронуты кризисом, но по крайней мере он не приобрел там острых форм. В целом же эти столь не похожие друг на друга государства, расположенные на разных континентах, опирающиеся на различные историко-культурные и политические традиции, считались вполне успешными и, самое главное, двигались по восходящей линии.

Истории успеха

Образ Бразилии в течение долгого времени ассоциировался с огромной страной, в значительной мере покрытой непроходимыми джунглями, а также известной уникальной природой, прекрасным кофе и великими футболистами. Однако за последние двадцать лет Бразилия сильно изменилась, достигнув значительных успехов в развитии национальной экономики. Наряду с подъемом традиционных ее секторов – сельского хозяйства и легкой промышленности – страна добилась огромного прогресса в создании современной энергетики и высокотехнологических отраслей. Так, Бразилия построила собственную аэрокосмическую промышленность, сумевшую занять достойное место на мировом рынке. Выпускающая самолеты компания «Embraer» стала третьей в мире по объемам производства после концернов «Boeing» и «Airbus». Бразильцы вошли в число мировых лидеров по разработке и производству биотоплива. В настоящее время некоторыми аналитиками-международниками Бразилия рассматривается в качестве потенциального кандидата на место одного из глобальных лидеров в XXI веке.

Примечательно, что выбранная страной в первой половине 1990-х годов стратегия развития последовательно реализовывалась сначала умеренно-реформаторскими правительствами, а затем их преемниками, представлявшими Партию трудящихся, занимающую ключевые позиции в левой части политического спектра. Но, пожалуй, наиболее значительным с точки зрения международного опыта социальным экспериментом, который удалось осуществить в Бразилии, явилась программа сокращения социального неравенства, которую страна в целом успешно осуществляет в условиях открытой рыночной экономики, не прибегая к жестким этатистским методам управления ею. Главным тормозом в развитии Бразилии долгое время считалось огромное социальное расслоение, фактически приобретшее цивилизационный характер. Десятки миллионов обитателей городских трущоб (фавел) не только не имеют доступа к достижениям и благам современной цивилизации, но и живут в ином социальном, культурном и ценностном пространстве. Таково наследие тяжелого колониального прошлого и постколониального настоящего, когда на протяжении нескольких столетий базой национальной экономики оставалось плантационное рабство. Огромные масштабы нищеты, являвшейся индикатором двухсекторности как бразильской экономики, где наряду с передовыми, встроенными в мировой рынок, отраслями соседствовали примитивные уклады, так и ее социального пространства в целом, препятствовали прогрессу страны.

В период модернизации конца XX – начала XXI века количество бедных стало стремительно сокращаться. И происходило это не в результате обычного для решения таких проблем наращивания социальных расходов и накачивания деньгами нуждающихся в поддержке групп населения. Модернизация по-бразильски ставила задачу преодоления двухсекторности за счет преимущественного развития образования, которое меняет саму структуру сознания, формирует новое видение мира и современные стратегии социального поведения, прививает интерес к освоению нового образа жизни. В это время новые университеты, причем доступные для выходцев из бедных слоев населения, появились в самых отдаленных концах страны. Миллионы молодых бразильцев изменили привычный образ жизни. Но эти огромные социальные сдвиги, как выяснилось позднее, уже в ходе подъема протестного движения летом 2013 года, породили и новые конфликты в бразильском обществе.

Турция, где преобразовательная энергетика вестернизирующих реформ, осуществленных основателем Республики Мустафой Кемалем (Ататюрком), улетучилась еще к середине прошлого века, за последние двадцать лет также совершила гигантский скачок в социально-экономическом развитии. Из полузакрытой страны «третьего мира» она превратилась в одну из самых динамичных держав, став членом «Большой двадцатки» – объединения государств с самыми крупными национальными экономиками. Причем наиболее заметных успехов Турция достигла в начале нынешнего столетия, после того, как в 2002 году к власти пришла умеренная исламистская Партия справедливости и развития (ПСР). Позиции кемалистской буржуазии, тесно связанной с государством, потеснило новое поколение предпринимателей из внутренних районов Анатолии, которые смогли продвинуть экономические интересы страны далеко за ее пределы. Лоббистом их интересов и выступила ПСР. Ее лидер и бессменный c 2003 года премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган, ставший символом успехов страны, казалось, мог не беспокоиться за устойчивость своей власти. По крайней мере его партия намеревалась бессменно править как минимум до 2020 года.

В отличие от Бразилии, Турция не создала современного научно-технологического сектора, но при этом превратилась в «региональную мастерскую». Это позволило турецким компаниям начать мощную экономическую экспансию в соседние регионы: в страны Ближнего Востока, Центральной и Восточной Европы, постсоветского пространства. Рост экономической мощи Турции обусловил и резкую активизацию ее внешней политики по этим направлениям. И, хотя добиться заметных сдвигов на пути к реализации заветной цели турецких элит – вступлению в Европейский союз – так и не удалось, а попытка Анкары стать политическим лидером Восточного Средиземноморья натолкнулась на неприятие со стороны арабских стран, за Турцией прочно утвердилась роль одной из наиболее влиятельных региональных держав.

Истории неудач

Массовые протесты в обеих странах, отдаленных друг от друга тысячами километров, возникли практически синхронно, в июне 2013 года, и вроде бы на «пустом месте». Поводами в обоих случаях послужили события, не имевшие общенационального политического значения. В Бразилии таким поводом стало решение властей крупнейшего мегаполиса страны Сан-Паулу о повышении платы за проезд на муниципальном транспорте на 7%, а в Турции – намерение мэрии крупнейшего турецкого города Стамбула снести парк Гези, на месте которого планировалось возвести новый торговый центр[1]. Однако оба события быстро вызвали масштабную общенациональную волну протестов в обеих странах. В Турции этому немало способствовали жестокие действия полиции по разгону демонстрантов. В рядах протестующих объединились представители самых разных социальных и профессиональных групп и политических взглядов. В Турции наряду с экологами в движение «Парк Гези» активно включились различные гражданские инициативы, группы активистов левой направленности, националистов и даже некоторые исламисты. Столь же пестрым оказался состав протестующих и в Бразилии, где к ним поначалу попытались примкнуть криминальные элементы из городских трущоб крупнейших городов. В обоих случаях протесты отнюдь не были бунтами маргиналов, «социальных лузеров», которым нечего терять, кроме своего положения в самом низу социальной лестницы.

Как и в других странах мира, где подобные явления возникали на пике глобального финансово-экономического кризиса, протестные движения в Бразилии и Турции не создали, да и не стремились создать, устойчивых организационных структур. Их требования хотя и носили политический характер, все же не дотягивали до того, чтобы оформиться в какие-то общие политические программы, с которыми обычно выступают партии или иные политические субъекты, претендующие на власть. Как ранее и в других странах, протестующие резко отмежевались от попыток оппозиционных политических партий распространить свое влияние на новые движения и использовать их в собственных целях. Главным фактором, объединявшим протестующих в обеих странах, стало не только неприятие политики находящихся у власти сил. В более широком плане выступления отражали протест различных общественных слоев против несправедливости нынешних политических порядков в целом – со всем их истеблишментом, как властным, так и оппозиционным. В этом и Бразилия, и Турция практически не отличались от всех других государств, где в свое время также возникали столь же массовые и одновременно аморфные движения протеста.

И все же на этом, казалось бы, понятном общем фоне остается неясным важнейший вопрос: какие именно механизмы трансформировали недовольство десятков тысяч людей конкретными решениями местных властей в общенациональные движения протеста, возникшие в странах, находящихся на восходящей траектории своего развития? Можно ли все объяснять лишь влиянием глобализации, в условиях которой передовой опыт одних государств, в том числе и в плане протестной активности населения, благодаря современным средствам коммуникации тут же становится достоянием остальной части мира? Наверное, лишь отчасти: в плане воспроизводства некоторых организационных форм (палаточных лагерей, например, на Таксиме) и некоторых внешних атрибутов, символики, лозунгов. А дальше включается национальная специфика, которая, как мы увидим, на самом деле также отражает общемировые закономерности, но только другого характера.

В Турции общим знаменателем протеста стало неприятие авторитарного стиля правления, характерного для Партии справедливости и развития и лично Эрдогана. Здесь слились недовольство действиями властей, привыкших произвольно изменять городскую застройку, не считаясь с интересами жителей, и сопротивление вестернизированных общественных слоев, составляющих значительную часть городского населения страны, попыткам ПСР расширить внедрение исламских норм в повседневную жизнь граждан. В этих попытках многие увидели намерение Эрдогана и его партии пересмотреть фундаментальные политико-правовые основы светского государства в Турции, заложенные основателем Республики Мустафой Кемалем. Недовольство охватило и часть бизнеса в связи с тем, что со временем наиболее привлекательные проекты и подряды стали по преимуществу доставаться компаниям, близким к Эрдогану и его окружению. Своей авторитарно-высокомерной реакцией на первые протесты в Стамбуле премьер-министр лишь подхлестнул их распространение. Он демонстративно уехал из страны с плановым официальным визитом в Марокко, дав понять, что не намерен прислушиваться к требованиям протестующих людей. В результате в течение короткого промежутка времени протесты охватили более шестидесяти турецких городов, в том числе все крупнейшие. Если не самому Эрдогану, то представителям возглавляемой им власти все же пришлось идти на диалог с «улицей». Так, в вопросе о судьбе парка Гези, сыгравшем роль триггера в появлении мощного движения протеста, власть оказалась вынужденной пойти на уступку: решение об его уничтожении было отменено.

В Бразилии главной причиной протестов стало недовольство коррупцией, а также качеством доступного образования и здравоохранения. Особое раздражение в обществе вызвали огромные бюджетные траты на организацию и проведение в стране чемпионата мира по футболу, который состоится в 2014 году. Выяснилось, что закупки техники в США и Китае, как и сами строительные работы, совершались по завышенным расценкам, в то время как сами спортивные сооружения сдавались в эксплуатацию с очевидными недоделками. Апофеозом этого «антифутбольного» недовольства стали события в Белу-Оризонти, где накануне полуфинального матча Кубка конфедераций перед главным городским стадионом состоялась стотысячная акция протеста. Как и по всей стране, демонстранты требовали, чтобы те огромные средства, которые тратятся на проведение чемпионата мира и других дорогостоящих турниров мирового уровня, были направлены на развитие образования, здравоохранения и инфраструктуры городов, включая, конечно, и муниципальный транспорт. Негодование протестующих вызывали также высокий уровень коррупции в государственном аппарате и полиции.

В отличие от Турции, реакция бразильских властей на возникновение движения протеста была другой. Дело в том, что в этой стране на протяжении последних тридцати лет внутриполитический процесс развивался в условиях жесткой конкурентной борьбы. На президентских выборах победившие кандидаты выигрывали у своих соперников с небольшим перевесом и только во втором туре. К тому же нынешний президент страны Дилма Руссефф, как и ее предшественник Лула да Силва, являвшийся выходцем из социальных низов, представляли левую Партию трудящихся. Они прошли суровую школу борьбы с военным режимом и всегда стремились последовательно защищать интересы общественных низов. При таких условиях правительство Бразилии не могло высокомерно отмахнуться от народного возмущения, как это попытался сделать Эрдоган. Поэтому в первые же дни протестов президент Руссефф пообещала перераспределить государственные доходы от нефти и газа в пользу развития образования и здравоохранения. Она также заявила о намерении усилить борьбу с коррупцией и попыталась убедить общественное мнение, что возведение и подготовка спортивных сооружений к чемпионату мира по футболу 2014 года осуществляется не за счет бюджета. Таким образом, в Бразилии власть сразу же заявила о готовности принять значительную часть требований протестующих. Но даже после таких обещаний волнения пошли на убыль далеко не сразу, а в ноябре, правда, в гораздо меньших масштабах, повторились вновь.

Новые времена

Итак, в обеих странах главной причиной социальных протестов стали изменившиеся общественные потребности, резко выросшие в период стремительного экономического развития. В Турции еще со времен Ататюрка привыкли к тому, что экономический рост лишь укрепляет авторитарную власть, более того, он становится возможным лишь благодаря такой власти. Очевидно, что аналогичным образом думал и Эрдоган, за плечами которого была история национального успеха, хотя авторитаризм нынешнего турецкого премьера имеет другое институциональное воплощение. Он существует в условиях реальной многопартийности и глубоко интегрирован в наличные демократические институты. Однако в течение последнего десятилетия в сознании значительной части турецкого общества произошли глубокие изменения. В процессе роста благосостояния, формирования современного городского среднего класса, ориентирующегося на западные стандарты, возникло и отторжение авторитарного правления, в каких бы формах оно ни проявлялось. Постепенно стал складываться запрос на продолжение и углубление демократических перемен. Как продемонстрировали летние волнения в Турции, сегодня многие ее граждане уже не удовлетворяются участием в конкурентных выборах. Они хотят, чтобы власть четко осознавала границы своей компетенции и перестала диктовать гражданам, как им нужно жить. Они желают иметь власть, подотчетную обществу, готовую и способную решать сложные проблемы путем диалога с различными группами, представляющими самые разные интересы.

Парадоксальные изменения в ходе модернизации последнего двадцатилетия произошли и в Бразилии. Повсеместное развитие и распространение образования привели к тому, что требования к его качеству, как и к качеству здравоохранения, существенно выросли. Социальные группы, еще недавно фактически не имевшие доступа к этим общественным благам, продвинувшись вверх по социальной лестнице в процессе реформ, ныне высказывают неудовлетворение уровнем медицинского обслуживания, состоянием больниц, поликлиник, школ и университетов. То, что их вполне устраивало вчера, уже не устраивает сегодня.

Традиционно в Бразилии успехи национальной команды по футболу, пятикратно становившейся чемпионом мира, играли роль своеобразного механизма социальной компенсации для обитателей фавел и других беднейших слоев населения. Для многих из них достижения темнокожих мальчишек, которые когда-то, как и они сами, гоняли тряпичный мяч на соседнем пляже, а теперь стали звездами спорта мировой величины и миллионерами, были символами того, чего на самом деле никогда не может случиться в их собственной судьбе. Это напоминало эффект латиноамериканского телесериала, когда по телевизору показывают красивую сказку про Золушку, превратившуюся в прекрасную принцессу, но зрители хорошо осознают, что ничего подобного в их реальной жизни не произойдет никогда. Поэтому появление десятков тысяч демонстрантов, скандировавших лозунги «FIFA, убирайся домой!», в стране, где футбол не только национальный вид спорта, но еще и часть национального образа жизни, стало настоящим шоком для бразильского политического класса и левого правительства, которое, как казалось, должно было бы хорошо знать запросы своего электората. Но времена меняются, и слепое поклонение футболу перестает быть безусловной ценностью для десятков миллионов представителей среднего класса и социальных низов. Наращивание инвестиций в здравоохранение и образование оказывается более важным, чем очередная победа национальной сборной на мировом чемпионате.

Таким образом, неожиданный взлет протестной активности в Бразилии и Турции показал, что его причиной может быть не только кризис, резко ухудшающий положение средних городских слоев, но и рост потребностей значительной части населения, для которой возможности, предоставляемые существующим политическим социальным порядком, уже не кажутся такими приемлемыми, как это было прежде. Как и в других странах мира, протестные движения в Турции и Бразилии вряд ли трансформируются в новые политические проекты. При этом какие-то попытки создать к очередным выборам на базе активистов прошедших уличные баталии новую политическую партию или общественно-политическое движение, способные бросить вызов существующему истеблишменту, наверняка, будут предприниматься. Даже успешное превращение гражданского движения в политическое неминуемо будет означать, что ему придется расстаться с «неформальным» уличным прошлым и начать играть по правилам парламентской демократии с неизбежными компромиссами, согласованиями интересов, коалиционной политикой и ответственностью перед избирателями. Но это уже совсем другая история.

* * *

Однако и на истории новых социальных движений протеста точку пока ставить рано. Очевидно, что их появление в столь разных по уровню развития странах указывает на недостатки современной демократии, на наличие в ней «недостающих элементов», которые позволяют при нынешних, даже хорошо отлаженных, институтах расцветать коррупции и безответственности властей. В силу именно этих дефектов в поведении властных элит укореняются приверженность манипулированию обществом, а в их сознании растет убеждение в том, будто массовые слои населения – всего лишь пассивный объект управленческих стратегий, но никак не самостоятельный игрок с собственными интересами и целями, заслуживающими внимания. Но в то же время очевидно и то, что на создание этих «недостающих элементов», которые, по-видимому, будут связаны с расширением сферы прямого политического действия и новейшими информационными технологиями, на их встраивание в систему современной демократии уйдет определенное время. Однако уже сейчас нынешний истеблишмент в возрастающей степени будет вынужден считаться с появлением на политическом поле нового игрока, требующего таких изменений.

[1] О событиях лета 2013 года в Турции см. также: Ильинцева К. «Турецкое лето»: причины и следствия бунта на Босфоре // Неприкосновенный запас. 2013. № 5(91). С. 188–198. – Примеч. ред.

Опубликовано в журнале:

«Неприкосновенный запас» 2014, №1(93)

Число христиан в мире с 1910 по 2010 годы увеличилось с 600 миллионов до 2,2 миллиарда, причем в Азии и Латинской Америке оно росло гораздо быстрее, чем в Европе, сообщило во вторник агентство KAI со ссылкой на американский исследовательский центр Pew Forum on Religion and Public Life.

В 1910 году две трети христиан жили в Европе, а в настоящее время европейские последователи Христа составляют лишь четверть своих единоверцев во всем мире.

Еще одним регионом мира, где доля христиан сократилась, стала колыбель христианства — Ближний Восток и Северная Африка. Число христиан здесь оценивается примерно в 13 миллионов — это менее 1% от общего их числа в мире и лишь 4% от жителей этого региона. А в крупнейшей в мире исламской стране — Индонезии христиан почти в два раза больше — 24 миллиона.Половину всех христиан составляют католики. Самая большая по количеству католиков страна — Бразилия, где их насчитывается 120 миллионов.

Исследователи отмечают еще один любопытный феномен: в Нигерии сейчас живет около 60 миллионов протестантов — это в два раза больше, чем на родине Реформации в Германии, где протестантов всего 29 миллионов. Виктор Хруль.

Топ-10 «звездных» сделок с недвижимостью в 2013 году

Большинство сделок, попавших в рейтинг, были заключены в Калифорнии и Нью-Йорке. Однако крупнейшая покупка с участием представителей шоу-бизнеса была зафиксирована на рынке Лондона

Дэвид и Виктория Бекхэм. Фото: ReutersВ рейтинг самых дорогих покупок «звезд» в 2013 году, составленный специально для BFM.ru интернет-центром зарубежной недвижимости Tranio.Ru, в основном попали сделки, заключенные в Калифорнии и Нью-Йорке. Однако крупнейшее приобретение было зафиксировано на рынке Лондона.

10. Брюс Уиллис, 8 млн долларов

В феврале 2013 года Брюс Уиллис купил квартиру рядом с Центральным парком в Нью-Йорке за 8 млн долларов. Первоначально она была выставлена на продажу за 8,695 млн долларов, однако актер получил скидку. Жилье, расположенное в высотном здании El Dorado, раньше принадлежало Адаму Клейтону, бас-гитаристу группы U2. В квартире в стиле ар-деко три спальни, четыре ванные комнаты, просторная гостиная с камином, столовой и картинной галереей длиной более 11,5 метров. Кроме того, Уиллису принадлежит недвижимость в Айдахо и два дома в Беверли-Хиллз.

9. Хайди Клум, 9,875 млн долларов

Хайди Клум, модель, актриса и продюсер, этой осенью приобрела дом в коттеджном комплексе в Бель-Эйр (район Лос-Анджелеса). В доме площадью более тысячи кв. м, расположенном на 1,6 га земли, шесть спален и девять ванных. Предыдущие владельцы выставили жилье на продажу в 2010 году за 15 млн долларов, но Клум приобрела его с большой скидкой — за 9,875 млн долларов.

8. Кристина Агилера, Дженнифер Лопес, Ума Турман — по 10 млн долларов

Малхолланд-Эстейтс — престижный коттеджный поселок, расположенный недалеко от Беверли-Хиллз. Там часто селятся знаменитости, среди которых актеры Робби Уильямс и Чарли Шин, а также светская львица Пэрис Хилтон. А весной 2013 года дом в Малхолланд-Эстейтс приобрела певица Кристина Агилера, потратив 10 млн долл. Площадь особняка — более 1 000 кв. м, в нем шесть спален, восемь ванных, патио, бассейн с подсоленной водой, спа, беседка и зона барбекю.

Также по 10 млн на покупку домов потратили актрисы Дженнифер Лопес и Ума Турман. Первая приобрела особняк в одном из поселков Хэмптонс рядом с Нью-Йорком, а вторая обзавелась квартирой в самом «Большом Яблоке».

7. Кэти Перри, 11,2 млн долларов

Весной американская поп-певица Кэти Перри приобрела три смежных участка общей стоимостью 11,2 млн долларов на Голливудских холмах в Калифорнии. На их территории находится дом, построенный в 1953 году в стиле модерн, с пятью спальнями с окнами от пола до потолка, тремя ванными, а также гостиной с кухней открытого плана. Площадь — 270 кв. метров.

6. Джессика Симпсон, 11,5 млн долларов

В марте 2013 американская певица Джессика Симпсон приобрела дом, ранее принадлежавший британскому музыканту Оззи Осборну и его семье. Это особняк площадью более тысячи «квадратов» с шестью спальнями, домашним кинотеатром, кабинетом, бассейном, спа и отдельной квартирой для гостей. Площадь участка — 1 га. Жилье находится в Хидден-Хиллз, недалеко от Лос-Анджелеса. В 2007 году Осборны купили дом за 12,4 млн долларов, а Симпсон приобрела его за 11,5 млн долларов.

5. Жизель Бюндхен и Том Брэди, 14 млн долларов

Бразильская супермодель Жизель Бюндхен и ее муж Том Брэди, игрок в американский футбол, осенью 2013 года стали владельцами кондоминиума, занимающего целый этаж одного из зданий в Нью-Йорке. Квартира площадью более 300 кв. м расположена на 47 этаже, в ней три спальни (каждая с собственной ванной), а также большая кухня. Из окон открываются виды на реку и парк. Оформлением интерьера занимался датский дизайнер Томас Йуул-Хансен.

4. Леонардо Ди Каприо, 14,5–15,5 млн долларов

Актер Леонардо Ди Каприо приобрел одну из пяти квартир в доме № 66 на Восточной 11-й улице в нью-йоркском районе Гринвич-Виллидж. Пресса умалчивает о стоимости покупки, однако известно, что квартиры в этом здании стоят от 14,5 до 15,5 млн долларов. Кроме того, в доме имеются пентхаус стоимостью 50 млн долларов с террасой и отдельным лифтом, а также четырехуровневая квартира с пятью спальнями, цена на которую составляет 45 млн. Здание построено с использованием экологичных технологий. В последнее время актер уделяет много внимания проблемам окружающей среды и даже пожертвовал 1 млн долларов Всемирному фонду защиты дикой природы.

3. Ирвинг Азофф, 15,95 млн долларов

В апреле 2013 Ирвинг Азофф, менеджер американской певицы Кристины Агилеры, за 15,95 млн долларов приобрел дом в Холмби-Хиллз, престижном районе Лос-Анджелеса. В особняке площадью почти 900 кв. м семь спален, 10 ванных, кухня, патио, тренажерный зал, бассейн, спа и комнаты для прислуги. Дом окружен садом площадью 0,6 га. Жилье находилось в продаже с мая 2011 года. Перед тем как перейти в руки Азоффа, дом стоил 18,5 млн долларов. Кроме этого особняка, ему принадлежит еще один дом с семью спальнями в Беверли-Хиллз.

2. Тейлор Свифт, 17,75 млн долларов.

В апреле 2013 кантри-певица Тейлор Свифт купила дом в поселке Уотч-Хилл, в штате Род-Айленд. Цена — 17,75 млн долларов. В четырехэтажном особняке площадью более тысячи кв. м 16 комнат, восемь из которых — спальни, 10 ванных, гараж на пять автомобилей, подсобные помещения и комнаты для прислуги. Кухне может позавидовать любой ресторатор: она оборудована низкотемпературным холодильником, специальным холодильником для вина и выдвижным термостатическим ящиком. Из гостиной с мраморным камином открывается вид на океан. Рядом с домом находится бассейн. Площадь земельного участка — около 2 га.

1. Дэвид и Виктория Бекхэмы, 50 млн долларов

Дом, приобретенный в конце ноября 2013 Дэвидом и Викторией Бекхэмами, называют «Бэкингхэмским дворцом» по аналогии с Букингемским. Старинный особняк с белоснежным фасадом, расположенный в престижном районе Лондона Кенсингтон и Челси, стоит 30 млн фунтов стерлингов (почти 50 млн долларов). Еще 3–5 млн фунтов (5–8 млн долларов) пара планирует потратить на ремонт. В трехэтажном доме площадью 836 кв. м восемь спален, семь ванных, бильярдная с минибаром, косметический салон, гардеробная, два кабинета, гостиная, кухня, столовая, игровая комната, спа, тренажерный зал и подсобные помещения. Таинственности прибавляет секретная дверь в виде книжного шкафа и подземный туннель, проходящий по территории сада.

США. Великобритания > Недвижимость, строительство > bfm.ru, 7 января 2014 > № 977940

Завершение военной кампании в Афганистане и сокращение военных расходов США и другими странами-союзниками вынуждают правительство Канады искать потенциальных покупателей канадского оружия и военной техники в развивающихся странах, сообщает armyrecognition.com.

За последние несколько лет в список стран-импортеров, которым канадские оборонные компании могут продавать оружие и военное оборудование, была добавлена Колумбия. В этот список могут войти и другие страны, такие как Индия, Кувейт, Бразилии, Чили, Перу и Южной Корея.

В секретной информационной записке, представленной министром иностранных дел Джоном Бэрдом (John Baird) в июне, говорится, что есть планы включения в список стран-импортеров Бразилию, Чили, Перу и Южную Корею в качестве ответных мер на снижение спроса на оружие канадского производства на «традиционных рынках», таких как США и Великобритания.

Канадская ассоциация оборонной промышленности (Association of Defence and Security Industries) включает более чем 975 оборонных предприятий и половину доходов сектора приносит экспорт.

В 2013 году в истории сотрудничества Индии и России произошло немало хороших событий, которые позволяют надеяться на их успешное развитие и в будущем, сообщает indrus.in 31 декабря.

Долгожданный авианосец «Адмирал Горшков», переименованный в INS Vikramaditya, покинул «Севмаш» в ноябре и взял курс в Индию. Ввод в состав ВМС Индии корабля стоимостью 2,3 млрд долл США заставил замолчать критиков этого контракта. Существенный прогресс был отмечен и в программе создания истребителя пятого поколения FGFA, хотя Индия имела некоторые претензии по степени ее участия в проекте. Эта программа стоимостью 30 млрд долл даст серьезное повышение боеспособности ВВС Индии, которые намерены закупить 200 двухдвигательных боевых самолетов.

Ввод в строй первого энергоблока атомной электростанции (АЭС) в Куданкуламе (штат Тамил Наду) также стал еще одной вехой в двусторонних отношениях. Проект прошел через серьезную критику, но Россия проявила себя ответственным партнером. Этот успех дал возможность рассмотреть строительство большего количества АЭС на территории Индии, хотя новые законы, принятые в сфере гражданской ответственности в случае ядерных аварий, могут стать препятствием на пути реализации будущих проектов в атомной энергетике.

Этот год также стал примером проверки прочности двусторонних отношений, в частности, когда в августе этого года в результате пожара в порту Мумбаи затонула подлодка INS Sindhurakshak (ДЭПЛ пр. 877ЭКМ российского производства — прим. «ВП»). В этой связи высказывались предположения, что эта трагедия вызовет охлаждение в отношениях двух стран, но обе стороны благоразумно воздержались от взаимных обвинений и не стали искать виноватых.

Успешно выполнялись соглашения по борьбе с терроризмом (совместные учения сил специального назначения Indra-2013 в пустыне Раджастана), сотрудничество в формате БРИКС и других международных организациях, в будущем Индия может стать полноправным членом ШОС (Шанхайской организации сотрудничества). Обе стороны придерживались сходных позиций в решении проблем в таких горячих точках как Сирия и Афганистан.

В 2013 году объем двусторонней торговли достиг 11 млрд долл, хотя он пока далек от потенциальных возможностей экономик двух стран.

Посол России в Индии Александр Кадакин, который является большим оптимистом и активным сторонником российско-индийского партнерства, отметил, что отношения России и Индии являются «уникальными в мировой дипломатии». Экс-посол Вячеслав Трубников согласен с таким мнением и заявил, что Индия является единственной страной, с которой Россия имеет привилегированное стратегическое партнерство. По их мнению, обе страны должны больше сотрудничать в культурной сфере, так как наблюдается «огромная нехватка информации в этой области». Достижения 2013 года дают повод надеяться, что и в 2014 году отношения между Нью-Дели и Москвой продолжат свое поступательное развитие.

Бразильская армия, при посредничестве Вашингтона, заключит контракт стоимостью 28 млн бразильских реалов на закупку переносных зенитных ракетных комплексов RBS-70 шведской компании SAAB Dynamics, сообщает janes.com.

Сделка включает 16 пусковых установок ПЗРК RBS-70, неуказанное количество ракет типа MkII, 6 тренажеров, приборы ночного видения, тестовый набор, инструменты обслуживания, запасные части, сопутствующее оборудование и обучение операторов оружия и сопровождающих, сказал 27 декабря IHS Jane's представитель бразильской армии.

Комплексы будут поставляться в Бразилию двумя отдельными партиями: первая – в течение 4 месяцев после подписания контракта, вторая – в течение 12 месяцев после подписания контракта. Они поступят в зенитные артиллерийские группы (Anti-Aircraft Artillery Groups) и Береговую и зенитную артиллерийскую школу (Coastal and Anti-Aircraft Artillery School - EsACosAAe).

Они предназначены для защиты стратегических объектов страны и будут использоваться для защиты главных мероприятий в стране, включая чемпионат мира по футболу-2014 и летние Олимпийские игры-2016 в Рио-де-Жанейро.

Что касаеся систем ПВО, то в настоящее время бразильская располагает ПЗРК «Игла-С» российского КБМ, 35-мм зенитными самоходными установками Gepard 1A2 немецкой Krauss- Maffei Wegmann, и 40-мм буксируемыми артустановками Bofors L/70 и 35-мм Oerlikon GDF -001, которые, как ожидается, будут модернизированы.

В ближайшее время планируется поступление одной батареи зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь-С1» разработки российского КБП, а также дополнительной батареи ЗРК «Игла-С».

Вырос товарооборот между Хэйлунцзяном и Россией

По итогам января-ноября 2013 г., объем товарооборота между северо-восточной китайской провинцией Хэйлунцзян и Россией достиг $19,94 млрд. Это на 3,9% больше, чем за январь-ноябрь 2014 г., сообщило Статистическое управление провинции.

За 11 месяцев текущего года объем торговли Хэйлунцзяна со странами ЕС увеличился на 22,6% в годовом исчислении, АСЕАН — на 66,7%, с США — 8,5%, с Ираком — на 180%, с Малайзией — на 110%, с Бразилией — на 81,4%.

За январь-ноябрь 2013 г. внешнеторговый оборот китайского региона составил $35,52 млрд. Это на 8,9% больше, чем за 11 месяцев прошлого года. Темпы роста данного показателя снизились на 0,4% относительно уровня января-октября текущего года.

На экспорт Хэйлунцзян поставлял главным образом продукцию машиностроения, одежду и текстиль. Из-за рубежа провинция импортировала сельскохозяйственные товары, продукции с применением высоких и новых технологий.

Ранее сообщалось, что в городе Харбин, который является административным центром северо-восточной китайской провинции Хэйлунцзян, граничащей с Россией, создают центр китайско-российской электронной торговли. Как ожидается, эта платформа объединит более 80 000 предпринимателей. Создать центр планируется за три года. В настоящее время из КНР в РФ посредством интернет-торговли ежедневно поставляются товары в объеме не менее $4 млн.

Дешевле встретить Новый год в Токио или Риме, чем на Голд Косте, но новогодняя ночь в отеле в Сиднее будет стоить еще дороже, столица штата Новый Южный Уэльс - третья в списке городов мира, после Рио-де-Жанейро и Нью-Йорка.

Желающие приобщиться к веселью жителей Сиднея при встрече нового 2014 должны быть готовы выложить, в среднем, 600 долларов за ночь - на 200 долларов дороже, чем в ночь на 1 января 2013 года, и на 164% больше декабрьских цен этого года.

В Рио-де-Жанейро и Нью-Йорке цены в отелях с 31 декабря на 1-е января еще выше сиднейских - 791 доллар и 770 долларов соответственно.

Новогодняя ночь в отеле на Голд Косте - на пятом месте в мире по цене ( 400 долларов за ночь), на третьем и четвертом месте по стоимости - средние цены на отель в Лондоне (543 доллара ) и Париже (434 доллара).

Но Хобарт , столица штата страдающей от упадка турбизнеса Тасмании, преподнес самый большой сюрприз составителям рейтинга дороговизны новогодних отельных услуг. Очевидно, что спрос неожиданно превысил предложение, и Новый год в отелях Хобарта будет дороже, чем в Мельбурне, Брисбене и Аделаиде, а именно - 248 долларов за ночь, что на 202 доллара дороже, чем в прошлом году и на 35% больше, чем средняя цена декабря.

В Мельбурне, что интересно, цены, наоборот , упали на 8% , по сравнению с прошлым Новым годом ,- 230 долларов в среднем, в Брисбене -189 долларов ( на 17% меньше), в Аделаиде - 158 долларов ( на 18 % меньше).

"Я ЕЩЕ НЕ ВИДЕЛ НИ ОДНУ ОЛИМПИАДУ, КОТОРОЙ БЫЛИ БЫ ДОВОЛЬНЫ ВСЕ"

БЕСЕДОВАЛ АНДРЕЙ ВДОВИН

Глава олимпийской делегации Швейцарии Джан Джилли о том, чего Европа ждет от Сочи-2014

Главное спортивное событие будущего года в России - Олимпийские игры в Сочи. За два месяца до начала Олимпиады политики из нескольких европейских стран отказались от посещения соревнований, и в Западной Европе вспыхнула дискуссия, как относиться к Играм в Сочи. "Московские новости" в Лозанне, где находится штаб-квартира Международного олимпийского комитета, встретились с главой олимпийской миссии Швейцарии в Сочи Джаном Джилли, чтобы спросить, как европейцы воспринимают российскую Олимпиаду.

ГЛАВНАЯ ПРОБЛЕМА В СОЧИ - ЭТО КЛИМАТ

- Вы уже несколько раз были главой швейцарской олимпийской делегации и видели многие Олимпийские игры изнутри. Чем от них от всех будет отличаться Сочи-2014?

- Моя любимая Олимпиада - это Лиллехаммер-94. Там было все по-домашнему уютно. В Нагано и СолтЛейк-Сити подготовка прошла на нормальном уровне. А в Турине была самая слабая организация на моей памяти - это касалось и логистики, и размещения, и транспорта. Ванкувер, наоборот, очень хорошо подготовился. Сочи-2014, в свою очередь, могут стать самыми удобными Играми для атлетов: ездить особо никуда не надо. Транспорт - это самая большая зона риска для организаторов, но в Сочи на соревнования придется ездить только горнолыжникам на "Розу Хутор" и бобслеистам на свою трассу. Вы не представляете, как довольны спортсмены, когда им никуда не надо ехать и никуда не надо опаздывать, не надо проходить бесчисленные посты безопасности. Я никогда не видел такой удобной для нас концепции. К тому же у вас будут полностью новые спортивные объекты - такого тоже не было ни на одной Олимпиаде.

- Вы рассказываете так, будто бы в Сочи не ждете никаких проблем и сложностей. - Главная проблема в Сочи - это климат. Несмотря на солнечное утро, у тебя нет никакой уверенности, что через час не польет дождь, а потом все не завалит снегом, а к вечеру опять всю трассу не смоет дождем. Это огромная проблема для спортсменов, которые соревнуются на снегу в горном кластере, - для лыжников, биатлонистов, горнолыжников, сноубордистов... Я уверен, что в Сочи будет масса переносов соревнований по погодным условиям, мы постоянно будем выходить из графика, и для меня, как для шефа делегации, это будет главной проблемой. Плюс, конечно, безопасность. Такого количества секьюрити, наверное, не было ни на одних Играх.

- У вас, кстати, в стране хотя бы теоретически рассматривали возможность бойкота Сочи-2014?

- Нет. Не было не только официальных разговоров на эту тему, но и между собой мы это не обсуждали. Мне вообще кажется неверным мешать в одну кучу Олимпиаду и политику. Тем более в 2014 году празднуется 200 лет установления дипломатических отношений между Россией и Швейцарией и планируется, что в Сочи приедут президент Швейцарской Конфедерации, министры спорта и здравоохранения, а мы откроем в олимпийском парке Дом Швейцарии. Так что мы даже на секунду не задумывались о бойкоте.

ПРЕЗЕНТАЦИЯ РОССИИ

- Вы не считаете, что Россия слишком много тратит на эту Олимпиаду?

- Главный вопрос - как будут работать объекты Сочи после Олимпийских игр. Если трамплины, бобслейная трасса, горнолыжные центры будут загружены, то все будет в порядке и ваши вложения оправдаются. Конечно, мы следим, как Россия готовится к этой Олимпиаде, конечно, мы слышим о тех суммах, которые вкладываются в возведение объектов в Сочи, конечно, мы знаем о тех проблемах, с которыми выкупали у людей землю под строительство, и то, что кто-то остается недовольным. Но это нормальная ситуация - я еще не видел ни одну Олимпиаду, на которой были бы довольны все.

- Чего ждет Европа от Сочи-2014?

- Вообще в Европе, мне кажется, относятся к сочинской Олимпиаде как к масштабной презентации вашей страны, как к пиар-проекту вашего государства. Мы понимаем, что президент Путин хочет продемонстрировать всему миру, что Россия развивается, что строит что-то новое и современное, и готов много вложить в этот проект. Это распространенная тактика для стран, которые хотят показать себя миру. Посмотрите, летняя Олимпиада и чемпионат мира по футболу пройдут в Бразилии, и там люди протестуют против огромных затрат. А скажем, футбольный чемпионат мира 2022 года - это презентация Катара. В таких же странах, как Германия или Швейцария, в ближайшем будущем крупные турниры, мне кажется, невозможны.

- Почему?

- У нас слишком развита демократия, а обычным людям тяжело принять такое непростое решение. Я вам расскажу одну историю. Я находился в руководстве оргкомитета, который занимался выдвижением Давоса и Санкт-Морица на проведение Олимпиады 2022 года.

Но жители швейцарского кантона Граубюнден полгода назад проголосовали против этой идеи. Прежде всего потому, что проведение Олимпиады - это риск. Уровень жизни в нашей стране высок, мы слишком довольны существующим положением вещей, чтобы идти на него. Финансовые и экологические риски швейцарцы оценили выше, чем возможную прибыль. У нас и так все в порядке, и дополнительная реклама не нужна. Зачем проводить Олимпийские игры, если об альпийских курортах Давос и Санкт-Мориц и так знают во всем мире? А таким странам, как Россия или Бразилия, есть смысл рисковать.

ТРЕНИНГ ПО ЭТИКЕ ДЛЯ СПОРТСМЕНОВ - В Сочи собирается прилететь только 600 швейцарских болельщиков. В Ванкувере их было тысячи три, а на играх в Лондоне еще больше. Неужели российский Сочи так дорог для европейцев?

- Здесь я назову несколько причин.

Во-первых, лететь действительно далеко. В Лондон швейцарцы часто вообще летали одним днем - утром прилетел, сходил на соревнования, вечером ты уже дома. Второе - это билеты. В Сочи, я так понимаю, что из соображений безопасности, трибуны не такие уж и большие, и билеты на хорошие соревнования достать нелегко. К тому же дополнительные неудобства связаны с оформлением документов, виз, паспортов болельщика... Третья причина - люди у нас не знают, чем можно заняться в Сочи вечером, какие там культурные объекты и прочее. Утром ты сходил на соревнования, но что ты будешь делать потом? Ну и не забывайте, что у нас во всей стране вообще живет только 8 млн человек.

- Но у нас действительно цены на отели намного выше, чем обычно на Олимпиадах?

- Мы бронировали для делегации номера заранее. Да, тогда они стоили больше, чем на других Олимпиадах.

Но я не могу сказать, что разница была огромной.

- У российских спортсменов сейчас очень жесткий режим общения с прессой, да и вообще с внешним миром. Во время Олимпиады скорее всего все будет еще строже. В вашей команде есть какие-то специальные правила для спортсменов? - Есть определенные рамки. Прежде всего у нас в Олимпийской деревне никто не задерживается дольше чем на два дня после заключительного старта. Закончил соревнования - нужно освободить место для следующих спортсменов. Все остальное не так существенно, но у нас есть своего рода тренинг, где мы объясняем атлетам, что можно, а что нежелательно. Например, это касается поведения с соцсетях. У нас в Лондоне один спортсмен позволил себе некорректные высказывания в твиттере в адрес корейцев - и был сразу же отчислен из команды и отправлен домой.

40 ТЫСЯЧ ФРАНКОВ ЗА МЕДАЛЬ

- В России очень любят следить за таблицей медалей. Вы представить себе не можете, какая у нас была истерика, когда в Ванкувере мы завоевывали очень мало, на наш взгляд, медалей. В Швейцарии люди так же часто заглядывают в общий зачет?

Так же тщательно считают свои и чужие медали?

- Да, конечно. Если вам скажут, что в Европе не смотрят на таблицу медалей, то это будет неправдой. Мы так же планируем, какое количество золотых наград реально завоевать, кто наши лидеры, кто конкуренты. А то, что в России так настойчиво болельщики требуют побед, объясняется, мне кажется, государственным финансированием вашего спорта. Мне кажется, если бы подготовку наших спортсменов к Олимпиаде финансировало правительство, люди в Швейцарии требовали бы результатов и медалей еще жестче. Но у нас другая система: каждая федерация ищет спонсоров, с их помощью формирует бюджет и распределяет его на подготовку. Чем популярнее вид спорта в стране, тем больше у него денег. Так что хоккей и горные лыжи - это два наших самых обеспеченных вида спорта. - В России премиальные спортсменам уже объявлены: 100 тыс. евро за золотую медаль. Швейцария планирует платить бонусы своим олимпийским чемпионам? - Да, у нас тоже есть премии - 40 тыс. франков за золотую медаль. Но это опять же не государственные деньги. Это средства нашего олимпийского комитета и спонсоров.

ДЖАН ДЖИЛЛИ, глава олимпийской делегации Швейцарии

ГЛАВНЫЕ СПОРТИВНЫЕ СОБЫТИЯ 2014 ГОДА

Зимние Олимпийские игры Россия, Сочи. 7-23 февраля

Россия официально не оглашает свои медальные планы на домашнюю Олимпиаду, но считается, что место в первой пятерке общего зачета будет считать удовлетворительным. Лидерами зимних сезонов являются сборные Норвегии, США и Германии. Россия будет соперничать с Францией, Канадой, Кореей и Китаем.

Хоккей. Чемпионат мира Белоруссия, Минск. 9-25 мая

Два года назад Европейский парламент принял резолюцию с призывом лишить Белоруссию права на проведение турнира, и до сих пор непонятно, все ли страны приедут в мае в Минск. Футбол. Финал Лиги чемпионов Португалия, Лиссабон. 24 мая Основная интрига турнира заключается в том, найдется ли клуб, способный остановить "Баварию" Хосепа Гвардиолы на пути к очередному титулу. Футбол.

Чемпионат мира Бразилия. 12 июня - 13 июля

Сборная Бразилии намерена в шестой раз выиграть мировой титул. Триумфатор последних турниров сборная Испании не согласна с этим. "Формула-1".

Гран-при России Россия, Сочи. 12 октября

Первый в истории "Ф-1" Гран-при России пройдет на трассе, которая спроектирована вокруг олимпийского парка знаменитым архитектором автодромов Германом Тильке.

Россия. Швейцария > СМИ, ИТ > mn.ru, 26 декабря 2013 > № 979002 Джан Джилли

ВВС Бразилии получили 8-й по счету базовый патрульный самолет Р-3АМ Orion с регистрационным номером 7205, сообщает aereo.jor.br 23 декабря.

Самолет был передан в Севилье (Испания) и перегнан в Бразилию экипажем эскадрильи «Орунган» (база Сальвадор). Новый самолет является частью программы модернизации ВВС совместно с Координационным комитетом программы закупок боевых самолетов (Comissão Coordenadora do Programa Aeronave de Combate - COPAC).

Самолеты используются в мониторинге и охране морских районов и ресурсов реки Амазонка, кроме того, принимают участие в патрулировании районов Южной Атлантики, находящихся под контролем Бразилии.

Р-3АМ оснащен самой современной радиолокационной системой и ИК-станцией FLIR, которые обеспечивают самолету расширенные возможности обнаружения и идентификации целей, четкие и ясные изображения даже в ночное время суток.

Владимир Власюк: «Российский рынок будет наиболее рискованным для украинского экспорта»

В эксклюзивном интервью UGMK.INFO директор ГП «Укрпромвнешэкспертиза» Владимир Власюк рассказал о перспективах развития мировых стальных рынков и потенциале украинского экспорта в 2014 г.

Экспорт

– Расскажите об основных итогах украинского экспорта металлопродукции в 2013 г. – объемы, динамика к уровню 2012 г., изменения в товарной структуре.

– По нашим предварительным оценкам, по итогам текущего года Украина экспортирует 23,1 млн. т проката по сравнению с 22,43 млн. т в 2012 г. При этом товарная структура осталась неизменной – 46,2% приходится на полуфабрикаты, 29,3% – на плоский прокат, 24,4% – на длинный прокат.

В 2014 г. мы прогнозируем также незначительный рост экспорта – до 23,6 млн. т. Соответственно, за два года прирост экспортных поставок составит 1,2 млн. т, или почти 5% по отношению к уровню 2012 г.

– Какова географическая структура экспорта? Какие страны в настоящее время являются крупнейшими покупателями украинской стали, какова здесь динамика?

– В 2013 г. Украина увеличила поставки в Евросоюз: с 4,897 до 6,1 млн. т. Выросли поставки в Турцию – с 2,5 до 3,2 млн. т. В страны СНГ экспортировано дополнительно 360 тыс. т металлопродукции, почти на 640 тыс. т увеличились поставки в Африку, прежде всего, Северную.

Вместе с тем, большие потери понесли наши металлурги на рынке Ближнего Востока, поставки куда упали более чем на 2,1 млн. т. Экспорт в Азию, не считая Китай, сократился на 144 тыс. т.

По итогам ушедшего года в региональной структуре украинских поставок доля ЕС выросла до 26,1%, доля СНГ – до 19,5%, доля Европы (не ЕС) – до 14,9%, Африки – до 14,3%. При этом доля экспорта на Ближний Восток в общем объеме внешних отгрузок сократилась до 15,3%, Азии – до 8,4%.

– Какова динамика последнего года на ближневосточном направлении (регион MENA)?

– В 2013 г. экспорт в страны Ближнего Востока упал на 38%, прежде всего, из-за роста политической напряженности в регионе. Больше всего сократился объем поставок в Ливан (-1,6 млн. т) и Сирию (-260 тыс. т), экспорт в ОАЭ упал на 130 тыс. т.

Намного лучше ситуация с экспортом в Северную Африку, где постепенно восстанавливается экономическая активность, сильно упавшая с начала «арабской весны». В Египет мы нарастили поставки на 766 тыс. т в текущем году, в Тунис – на 90 тыс. т, в Ливию – на 44 тыс. т, Алжир – на 10 тыс. т.

– Какова ситуация с поставками в страны СНГ и Тамсоюза, в частности, в сегменте длинномерной продукции?

– В текущем году экспорт прутков в страны ТС составит около 1,3 млн. т (в 2012 г. – 958 тыс. т), в т.ч., незначительно выросли поставки в Беларусь, более значительно – в Россию, и сократился экспорт в Казахстан. Экспорт в Беларусь за 11 месяцев 2013 г. составил 143 тыс. т по сравнению с 115,3 за весь 2012 г. В Казахстан за 11 месяцев поставлено всего 7,53 тыс. т (19,36 тыс. т). В Россию за 11 месяцев 2013 г. экспортировано 1045,1 тыс. т по сравнению с 826,3 тыс. т за весь 2012 г.

В целом на рынке СНГ крупнейшими импортерами проката из Украины остаются страны ТС, прежде всего, Россия, в которую за 11 месяцев текущего года было поставлено 3,1 млн. т (+8,2% к АППГ), и Беларусь – 411,22 тыс. т (+7,8%). Поставки в Казахстан составили за этот период всего 29,1 тыс. т (+4,9%).

Из других стран СНГ важными для нашего экспорта сегодня являются Азербайджан, в который за январь-ноябрь 2013 г. отгружено 341,7 тыс. т (+12,5% к АППГ), Грузия – 121 тыс. т (+31%), Туркменистан – 81,35 тыс. т (+-21%) и Армения – 62,25 тыс. т (+4,4%).

– Видите ли Вы стабильные долгосрочные перспективы сбыта на рынке РФ, учитывая растущую конкуренцию со стороны ряда мини-заводов?

– В связи с запуском новых предприятий, ориентированных на производство длинномерного проката, можно прогнозировать последовательное вытеснение украинской продукции с российского рынка.

В целом, учитывая многочисленные политические и экономические сложности во взаимоотношениях двух стран, а главное, курс на импортозамещение в РФ, я предполагаю, что этот рынок станет наиболее рискованным для украинского экспорта.

– В случае блокирования Россией украинского метэкспорта, как это было в отдельные периоды 2013 г., какие объемы поставок могут быть утрачены? Существуют ли сегодня рынки, на которых можно компенсировать эти потери?

– В нынешнем году объем поставок металлопроката и труб в Россию составит около 3,7 млн. т, это 14,6% всего украинского экспорта. Потеря таких объемов, конечно, весьма негативно сказалась бы на отечественных метпредприятиях. Однако я не вижу пока оснований ожидать быстрого и резкого обвала экспорта в РФ.

Ввиду договоренностей о прекращении антидемпингового расследования в отношении экспорта прутков из Украины в страны ТС, сокращение украинского экспорта данного вида проката в регион маловероятно в ближайшей перспективе. В то же время, запуск новых электросталеплавильных заводов в южных регионах России будет обуславливать сокращение ниши для украинского длинномерного проката в регионе уже в ближайшие 1-2 года.

Компенсировать утраченные на рынке РФ объемы можно в том случае, если будет расти спрос на металлопродукцию в других регионах.

В частности, стабилизация ситуации на Ближнем Востоке дала бы возможность увеличить украинский экспорт в этот регион на 1 млн. т. Есть основания рассчитывать на дальнейший рост поставок в Северную и Центральную Африку. По ЕС возможности роста экспорта менее значительны. В случае подписания соглашения об ассоциации с ЕС мы смогли бы увеличить поставки на 200-300 тыс. т, опираясь на ожидаемое там восстановление экономической активности. Если соглашения не будет, хорошо будет удержать хотя бы нынешние объемы экспорта.

– Есть ли шанс увеличить поставки в страны Северной Америки, где сейчас наиболее высокие цены на прокат?

– Шансы эти невелики. Поставки в страны Северной и Южной Америки в 2013 г. продолжают падение, составляя 260 тыс. т против 479 тыс. т в 2012 году. По предварительным оценкам, экспорт из Украины в США составит всего 7,4 тыс. т, в Мексику 55,2 тыс. т.

Ввоз широкого спектра проката из Украины в США ограничен антидемпинговыми мерами, а львиная доля потребностей в полуфабрикатах закрывается в рамках внутрирегиональной торговли NAFTA (Канада-Мексика-США), плюс поставки из Бразилии.

Мировые рынки и цены на металл

– Какие макроэкономические факторы в экономике будут определять тонус мировой металлургии в 2014 г.

– В числе таких факторов выделю следующие:

- умеренное улучшение общемирового макроэкономического фона в условиях положительной динамики развивающихся рынков;

- невысокие темпы роста потребления стали в мире и выход Китая на траекторию развития, характерную для развитых экономик мира;

- минимальное снижение себестоимости проката на большинстве региональных рынков в условиях разнонаправленной динамики цен на металлургическое сырье (уголь +3-4%, руда -5%, лом -2%);

- сохранение понижающего влияния Китая на мировые цены на прокат через экспортную экспансию на рынках проката;

- отсутствие запаса прочности у меткомпаний с точки зрения рентабельности.

В настоящее время сохраняется профицит предложения стали по сравнению со спросом, таким образом, это рынок покупателя, а не продавца, и это не позволяет расти ценам на металлопродукцию.

Важным вопросом остается давление избыточных мощностей. В 2012 г. в мире при мощностях в 2,102 млрд. т было выплавлено всего 1,603 млрд. т, то есть «лишние» объемы составляют почти 500 млн. т. По оценкам McKinsey, чтобы снять напряженность на рынке, нужно вывести из эксплуатации минимум 300 млн. т избыточных мощностей, что даст возможность достичь уровней рентабельности EBITDA порядка 17%, необходимых для поддержания устойчивого роста в отрасли.

– На каких ключевых потребительских рынках ожидается рост спроса на сталь, какие регионы покажут отрицательную динамику?

– В 2014 г. на фоне ожидаемого ускорения темпов роста глобальной экономики потребление стали также продемонстрирует лучшую динамику развития по сравнению с предыдущим годом. Более высокие темпы роста, как ожидается, покажут страны Африки (8,2%), Ближнего Востока (5,9%), а также регион Центральной и Южной Америки (4%). В то же время, более медленными темпами потребление будет расти в развитых странах, обремененных долговыми проблемами и слабым внутренним спросом: в Японии (1,1%), ЕС (1,6%), а также КНР (3,5%) на фоне ожидаемого замедления темпов экономического роста. В целом, совокупное потребление стали в мире в 2014 г. вырастет на 3,1% и достигнет 1650,4 млн. т. Главный прирост будет обеспечен Китаем (+26,1 млн. т), другими азиатскими странами (+5,3 млн. т) и Северной Америкой (+4,4 млн. т).

– Каковы, на Ваш взгляд, перспективы роста цен на металлопродукцию в следующем году? Какие факторы будут определять ценовые колебания на ключевых рынках?

– Прогнозируемое увеличение потребления проката в мире в 1-м квартале 2014 г., необходимость пополнения сниженных в конце года складских запасов, более высокие экспортные предложения китайских поставщиков и ожидаемое сохранение высокого уровня спотовых цен на ЖРС в совокупности позволят производителям нарастить цены на прокат.

Кроме того, контрактные цены на руду и коксующийся уголь вырастут в 1 квартале 2014 г., что приведет к росту себестоимости.

Поддержку росту цен на прокат из СНГ в конце 2012 г. – начале 2013 г. также окажет планируемое сокращение производства в январе из-за новогодних и рождественских праздников в регионе.

Отмечу, в 2013 г. стоимость украинской металлопродукции продолжила снижаться. Так, сляб подешевел до $478/т (здесь и далее на условиях FOB Черное море) по сравнению с $519/т в 2012 г., г/к рулон - до $538/т ($564/т), заготовка - до $514/т ($560/т), арматура - до $578/т ($617/т).

Прогнозируемая ценовая динамика по основным видам метпродукции, $/т fob порты Черного моря:

Источник: УПЭ

– Насколько ожидаемый в 2014 г. рост китайского экспорта повлияет на мировую стальную торговлю?

– В КНР себестоимость выпуска металлопродукции продолжает снижаться, что создало условия для дальнейшей экспортной экспансии. В 2013 г. нетто-экспорт Китая достигнет 47,9 млн. т.

В этом году существенно выросли китайские поставки на азиатский рынок (+4,6 млн. т), Африку (+1,1 млн. т) и СНГ (+1 млн. т). В 2014 г. столь быстрого прироста экспорта из КНР, очевидно, не будет, хотя вероятно дальнейшее увеличение поставок на Ближний Восток и в Африку.

– Вероятен ли рост антидемпинга на ключевых рынках?

– В ЕС и США применение защитных мер против китайской продукции в предыдущие годы уже обусловило прекращение наращивания экспорта из Китая. Импорт из КНР в ЕС в 2013 г. сократился.

Учитывая, что наибольший прирост китайских поставок в 2012-2013 гг. зафиксирован на рынки Азии, именно здесь можно ожидать роста антидемпинга. Малайзия уже ввела антидемпинговые пошлины на катанку из КНР и ряда других стран, возможны аналогичные действия и со стороны других стран региона.

Беседовал Игорь Жигир

Украина. Россия > Металлургия, горнодобыча > ugmk.info, 25 декабря 2013 > № 976725 Владимир Власюк

Председатель правления банка «Центр-инвест» – о том, почему экономика Юга может служить примером гармоничного роста для всей России.

- Григорий Иванович, каковы, на ваш взгляд, самые характерные особенности экономики и банковского сектора Ростовской области?- Благодаря дифференцированной экономике и хорошим предпринимательским традициям, Ростовскую область в целом можно считать примером того, к чему могла бы стремиться экономика всей России. У нас нет очень больших моногородов, монопредприятий, которые занимают одну узкую отрасль экономики. Мы не обременены большими запасами природных ископаемых, таких как нефть или газ, которые затрудняют модернизацию и внедрение новых технологий. У нас хорошо развита промышленность и сельское хозяйство, доля субъектов малого и среднего бизнеса больше, чем в среднем по стране. И еще раз отмечу, что на юге традиционно сильна купеческая, торговая жилка, которая помогает двигать экономику вперед.

Если говорить о банковском секторе, то прежде всего он характеризуется экстремально высокой конкуренцией, Ростов-на-Дону и прилегающие города очень насыщены банковскими отделениями. Здесь присутствуют крупные федеральные банки, «дочки» иностранных банков, региональные банки, к которым относится «Центр-инвест», и самое интересное, что на нашем банковском рынке присутствуют филиалы региональных банков других регионов нашей страны.

- Краснодарского края?

- Краснодарский край само собой. Это легко объяснимо – у наших регионов очень тесные экономические связи, много контрагентов и партнеров.

- Ваш банк сотрудничает со многими предприятиями региона, хорошо знает их реальное состояние и проблемы. Перед вами как бы срез самых разных отраслей экономики. Замедлился ли рост предприятий в 2013 году?

- Да, напряженность в экономике наблюдается. К сожалению, экономика России во многом зависит от государственного бюджета. Например, изменения в бюджетной сфере, в распределении бюджетов различных уровней приводят иногда к задержкам по оплате товаров или услуг за счет бюджетных средств. А это влияет даже на те предприятия, которые непосредственно с бюджетом не работают.

Но если говорить о наших клиентах и партнерах, то мы в этом году реализовали много совместных инвестиционных проектов, направленных на развитие промышленного производства региона. Банк «Центр-инвест» продолжает содействовать модернизации предприятий малого и среднего бизнеса, внедряет энергоэффективные технологии в промышленности, сельском хозяйстве, сфере ЖКХ, а также предлагает льготные кредиты для проведения ремонта и внедрения энергоэффективных технологий для населения.

В ноябре совет директоров утвердил новую стратегию развития банка «Центр-инвест» на ближайшие 4 года. Мы планируем удвоить свои показатели за 4 года, Китай – за 10 лет, БРИКС и Краснодарский край – за 15, мировая экономика и Ростовская область – за 20, США – за 30 лет, Россия – за 40, Европа – за 60. Если использовать лучшую мировую практику в каждом регионе, в том числе и государственного управления, банковского регулирования, то перечисленные регионы смогут догнать по темпам роста банк «Центр-инвест».

- Какие услуги могут стать драйвером роста банковской системы в ближайшие годы? В последние несколько лет это было розничное кредитование. Что могло бы послужить новой областью роста банков в ближайший год?

- Банковская система – это кровеносная система экономики. Поэтому основная задача банка – давать возможность экономике работать, расти. Да, есть банки, и их пока большинство, которые во главу своей работы ставят только получение прибыли. Но мы уже много лет придерживаемся в бизнесе модели устойчивого (sustainable) банкинга. Мы не ориентируемся на быстрое получение прибыли. Наша цель – планомерное, устойчивое развитие вместе с нашими партнерами и клиентами. Мы не повышаем ставки по кредитам для клиентов, клиентам не надо идти в рискованные проекты, консультируем их на всех стадиях и даем возможность успешно завершить проект.

В ближайшие годы драйвером развития экономики может послужить целый комплекс банковских услуг, который направлен на модернизацию и повышение эффективности предприятий, рост производительности труда. Чтобы быть успешным, прибыльным и конкурентоспособным, бизнес должен ориентироваться на лучшую мировую практику. Именно это мы советуем всем своим клиентам. Сотрудничество с международными финансовыми институтами обеспечивает доступ к информации о технологиях, эффективность которых в 3–5 раз превышает те, что используются на локальном рынке. Этот резерв эффективности и служит источником возврата средств по финансированию проектов модернизации.

Основная задача – повышение производительности и глобальной конкурентоспособности российских предприятий. Иначе мы не выживем в условиях жесткой мировой конкуренции. Только так продукция донских предприятий внутри страны и за ее пределами сможет быть конкурентна и востребована. Я считаю, что именно в эту сторону банки должны двигаться.

- Какие банковские продукты кроме кредитования востребованы бизнесом? Какие банковские услуги сегодня представлены на рынке области в недостаточном объеме?

- Помимо кредитования сейчас популярны банковские гарантии, аккредитивы, торговое финансирование. Это действительно современные интересные финансовые продукты. Особенно возросла популярность гарантий в связи с недавно произошедшими изменениями в бюджетной сфере, в правилах проведения конкурсов, тендеров на выполнение работ или оказание услуг для бюджетных организаций.

Сейчас мы популяризируем услугу дистанционного банковского обслуживания (ДБО). Это сервисы, которые позволяют нашим клиентам, не приходя в банковское отделение, получить качественные услуги быстро – переводы, платежи. Это касается как юридических, так и физических лиц.

Пожалуй, не смогу назвать ни один банковский продукт, который недостаточно развит в нашем регионе. Как я уже говорил, у нас очень высокая конкуренция на рынке банковских услуг, и чтобы занять свою нишу, некоторые банки специализируются на одном сегменте услуг.

- Население само не очень пока готово использовать ряд услуг?

- Если говорить о новых технологичных продуктах, связанных с дистанционным обслуживанием, то в сравнении с Москвой, Петербургом, странами Евросоюза у нас на Юге России пока недостаточна степень проникновения компьютерной техники и Интернета в жизнь и работу как предприятий, так и частных лиц. Помимо наличия дома компьютера и Интернета нужно еще хотеть и уметь использовать эту технику и технологии.

- Но нужны же и деньги, которыми нужно управлять?

- Не совсем так. Любой россиянин делает ежемесячно один и тот же платеж – оплачивает коммунальные платежи. Это самое распространенное и самое понятное направление, где внедрение услуг ДБО может дать максимальный полезный эффект. Я сам уже несколько лет коммунальные платежи не оплачиваю в кассе – пользуюсь Интернет-банком, в котором есть сервис регулярных платежей. В нем введены все суммы и даты ежемесячных платежей за квартиру, телефон, Интернет, телевидение, парковку. Каждый месяц получаю СМС с отчетом, что платежи были успешно проведены. Несколько раз в год сверяюсь с ТСЖ, все ли оплачено. Это очень удобно и экономит массу времени. Поэтому одна из важнейших задач банков сегодня – формирование бизнес-среды, культуры финансового рынка в соответствии с современным уровнем. И банк «Центр-инвест» проводит массу мероприятий по повышению финансовой грамотности ростовчан – от школьников до студентов и предпринимателей.

- В Госдуме уже много лет дорабатывают законопроекты о потребительском кредитовании, о коллекторской деятельности, о банкротстве граждан и ряде других, которые напрямую касаются банкиров. Какие законы на ваш взгляд особенно необходимы сейчас банковскому рынку и банкирам?

- Тут должен сказать не самую популярную вещь. Очень много законов было принято, которые защищают именно потребителя банковских услуг. К сожалению, среди населения создается образ банков-врагов, которые пытаются как-то обмануть, что-то скрыть.

Конечно, у банков есть разные бизнес-модели. Есть банки, которые злоупотребляют доверием потребителей. Например, при розничном кредитовании иногда в рекламе указывается одна процентная ставка, а в реальности ставка в несколько раз выше. Но должен сказать, что так ведут себя лишь немногие банки.

Наши законы должны быть направлены на защиту двух сторон, не только населения, но и банков. Ведь не секрет, что встречается злоупотребление правом. Используя законодательство, некоторые наши граждане и предприятия хотят необоснованно обогатиться.

Конечно, мы выступаем за то, чтобы были приняты законы и подзаконные акты, касающиеся розничного кредитования. Есть банки, которые заявляют, что предлагают 12% годовых по вкладам, и тут же мы видим их рекламу с кредитами под 10% годовых. Так же не может быть! И это должен понимать каждых клиент.

Есть банки, которые занимаются потребительским кредитованием с эффективной процентной ставкой более 40% годовых. Отчисления в АСВ у них такие же, как у банков, которые не проводят столь рискованную кредитную политику. Банки должны быть партнерами, а не загонять россиян в долговую кабалу.

Мы выступаем за принятие детальных законов и положений со стороны Центробанка и законодательных органов, которые регулируют рынок потребительского кредитования. Банки с прозрачной кредитной политикой часто страдают от несовершенства законов и нормативных материалов регулятора.

- Для банков выгодно, чтобы законодательство четко определяло процесс взаимоотношения с клиентом?

- Да. Если мы не кредитуем высокорискованные проекты и не завышаем процентную ставку, то почему мы выполняем такие же требования, как банки, которые ведут гораздо более рискованную политику? Это нужно изменить, и изменения пойдут на пользу как банкам, так и потребителям банковских услуг.

- Банк «Центр-инвест» сейчас вышел на федеральный уровень. Но ваш банк ведь тоже вырос из небольшого банка, поэтому вам хорошо знакомы проблемы региональных банков. А какие основные проблемы существуют сегодня в региональных банках Ростовской области? Как можно помочь их решению?

- К сожалению, региональных банков осталось немного. И это огорчает. Ведь региональные банки привлекательны и полезны для региональной экономики тем, что они оставляют все свои привлеченные ресурсы внутри региона, вкладывают их в развитие местной экономики.

В разгар кризиса 2008 года филиалы и оперофисы федеральных банков, а особенно – дочерних подразделений иностранных банков, «уводили» денежные средства из нашего региона, чтобы решить проблемы с ликвидностью головного банка в Москве, Петербурге или в Европе. А региональный банк всегда работает на благо региона и налоги платит в своем регионе.

К сожалению, сильных региональных банков в Ростовской области становится меньше и меньше. Основная проблема – нехватка капитала. Региональный банк должен развиваться, идти вперед. Основное преимущество регионального банка – он знает регион, понимает все риски, знает все о местных предпринимателях и предприятиях. Это для него не просто цифры в бухгалтерской отчетности, а реальные люди, реальный бизнес, реальная жизнь.

На примере банка «Центр-инвест» могу сказать, что важная задача регионального банка – стать привлекательным для крупных российских или иностранных инвесторов. Одно из важнейших условий этого – прозрачность бизнеса, в том числе и составление отчетности по стандартам МСФО. Наш банк уже 17 лет проходит аудит по международным стандартам.

Банку нужно быть открытым и понятным для акционеров. Например, мы с Европейским банком реконструкции и развития (ЕБРР) сотрудничаем уже более 10 лет, и в 2004 году он стал нашим акционером. Это позволяет нам получать не только средства в капитал, но и технологии, ценный опыт наших западных партнеров. Мы берем лучшие западные технологии, но всегда учитываем местную специфику рынка.

Поэтому развитие региональных банков – очень важная задача. Государство должно поддерживать региональные банки. Если в регионе есть свои банки, то экономика региона самодостаточна, она может сама работать и расти, развиваться, не используя внешние дотации.

Сильный региональный банк может и привлечь капитал в регион. Привлекая ресурсы, мы одновременно формируем инвестиционный образ нашего региона.

- А местный рынок межбанковских кредитов жив?

- Жив, но объемы операций на нем в последние годы крайне небольшие.

- Ростовский государственный экономический университет (РИНХ) сейчас разрабатывает «Стратегию развития банковского сектора экономики Ростовской области». Чем эта стратегия могла бы помочь банковскому сектору региона? На решении каких проблем необходимо заострить внимание авторам «Стратегии»?

- Глава нашего совета директоров Василий Высоков не раз говорил, что ревновать нужно к Копернику, а не к соседу. Это относится и к ситуации в региональной экономике, и в банковском секторе региона. Нужно уметь взглянуть дальше, быть на шаг впереди. Банкам и предпринимателям нужно не только конкурировать друг с другом, но и научиться вместе развиваться и идти вперед. Банкам нужно растить своего клиента, а не стараться увести клиента у другого банка. Ведь так можно доделиться и до атомов!

А для разработчиков «Стратегии» нужно прежде всего стремиться к достижению синергетического эффекта. Взаимные усилия местных банков, местных властей, Центробанка, наших научных работников должны быть направлены на то, чтобы развить весь банковский рынок региона.

Ведь региональный банк очень ценен для региона. Например, принятие решений по работе с предприятиями, если говорить о крупных проектах, происходит у федеральных банков в головном офисе. Задачи развития нашего региона будут не всегда на первом месте.

- Очень показателен был последний кризис, когда подразделения иногородних банков сокращали сотрудников, закрывали филиалы и отделения.

- Гораздо важнее то, как шли денежные потоки в разгар кризиса. «Дочки» иногородних банков выводили денежные средства из нашей области.

Хотел бы привести несколько цифр. За 2012 год банками Ростовской области инвестировано в основной капитал предприятий более 113 млрд. рублей. И это только по одной программе развития предприятий малого и среднего бизнеса! Доля кредитов банков в этой программе инвестиций составила в Ростовской области 11,6%. А в целом по России всего – 9,9%!

И эта совместная с местными властями программа – лишь часть того, что делают банки для нашей области. Один рубль, выделенный из бюджета, в ходе реализации программы превратился в 150 рублей, привлеченных банками для поддержки развития малого и среднего бизнеса региона. Это дает серьезный эффект для экономики области.

- Чем областные власти могли бы дополнительно содействовать развитию банковского сектора? Ведь рост банков способствует росту экономики региона.

- При реализации инвестиционных проектов, поддержки малого и среднего бизнеса, сельхозпредприятий, при выделении субсидий и грантов наше региональное правительство должно в первую очередь рассматривать в качестве участников программ региональные банки. Если правительство выделяет поддержку в виде субсидий, и она уходит в региональные предприятия через региональные банки, это говорит о том, что весь поток денежных средств будет внутри региона.

У нас есть хорошие примеры такого сотрудничества. В 2013 году банк «Центр-инвест» реализовал достаточно крупный инвестпроект постройки кондитерской фабрики в Аксайском районе Ростовской области. Этот проект, осуществляемый региональным бизнесменом при поддержке регионального правительства, профинансирован региональным банком. Это именно та цель, к которой нужно стремиться.

Ростов-на-Дону.

Владислав Лейбов, Bankir.Ru

Россия. ЮФО > Финансы, банки > bankir.ru, 25 декабря 2013 > № 973961 Григорий Жуков

Владимир Власюк: «У конкурентов снижение себестоимости в 2014 г. будет более значительным»

В эксклюзивном интервью UGMK.INFO директор ГП «Укрпромвнешэкспертиза»Владимир Власюк рассказал об итогах уходящего 2013 г. для металлургического комплекса Украины, а также предоставил прогнозы развития отрасли на следующий год.

Производство и экономика отрасли

– Каковы итоги производства в уходящем году и планы на 2014-й год?

– В 2013 г. в Украине будет выплавлено 33,3 млн. т стали (с учетом машиностроительных предприятий), что превышает показатели 2012 г. на 1%.

В 2014 г. украинские метпредприятия нарастят выплавку стали на 2,7% по сравнению с ожидаемыми объемами выпуска этой продукции за 2013 г. – до 34,2 млн. т. Данная оценка основана на прогнозируемых в следующем году объемах экспорта (23,6 млн. т) и продаж на внутреннем рынке (6,4 млн. т).

– Какие объемы производства продукции и уровень загрузки сейчас оптимальны, учитывая рыночную ситуацию и прогнозы?

– Уровень загрузки мощностей в Украине в текущем году составил 76,1% (в 2012 г. – 76,2%) по сравнению с 76,3% в мире (в 2012 г. – 74,7%).

Безусловно, 76% уровень загрузки недостаточен, для стабильной работы нужна 83-85% загрузка. Целевой показатель по прибыли – $50 на тонну стали, для достижения этого уровня необходимо работать с высокой загрузкой и эффективно контролировать уровень затрат.

В Украине процесс вывода устаревших и неэффективных мощностей в последние годы ускорился: с 47,8 млн. т в 2008 г. мы вышли на уровень 43,8 млн. т, то есть снижение составило 4 млн. т. Выведены мартеновские печи «Азовстали»,Донецкого МЗ и «Интерпайп Нижнеднепровского МЗ».

– С учетом запуска «Интерпайп Стали», какова нынешняя структура выплавки стали в Украине?

– В 2013 г. кислородные конвертеры выплавят 24,6 млн. т (в 2012 г. – 23,9 млн. т), мартены – 6,4 млн. т (7 млн. т) и электропечи – 2,3 млн. т (2 млн. т).

Таким образом, конвертерное производство сегодня обеспечивает 73,9% выплавки стали в стране, мартеновское – 19,2%, и электропечное – 6,9%. Я напомню, что в 2007 г. доля мартеновской стали в отрасли составляла 44%, то есть, за прошедшие годы этот показатель снизился в два с половиной раза.

– Насколько в 2014 г. вырастет себестоимость украинской стали, какими ожидаются аналогичные показатели конкурентов?

– По нашим прогнозам, себестоимость квадратной заготовки в Украине (вертикально интегрированные компании) в 2014 г. незначительно снизится: до $487 за тонну по сравнению с $494 в 2013 г. То есть, себестоимость украинского«квадрата» за два года сократится почти на 5% – в нынешнем году на 3,4%, и в следующем – на 1,4%.

Отмечу, что у наших конкурентов снижение себестоимости будет более значительным. Производственные затраты на заготовку российского производства будут составлять по нашим оценкам $410/т в 2014 г., что на 1,6% ниже нынешнего уровня, а с 2012 г. сокращение затрат составит 6,4%.

Себестоимость турецкой заготовки, производимой преимущественно электропечным способом, сократится до $501/т в 2014 г., на 7,2% по сравнению с текущим годом, и на 8,8% за последние 2 года. Ключевой фактор удешевления турецкой продукции – ожидаемое в следующем году существенное снижение стоимости лома.

Наконец, китайские металлурги смогут в 2014 г. снизить себестоимость по«квадрату» на 4,9%, до $491/т. Именно в КНР мы видим наибольшее сокращение себестоимости: если в 2011 г. затраты на ее производство составляли $617/т, то в 2012-м – уже $532/т. Прогнозируемые на следующий год $491/т – это всего на $4 ниже уровня себестоимости украинской заготовки, в то время как в 2011 г. эта разница составляла $72!

Аналогичная тенденция по турецкой заготовке: в 2011 г. разница в себестоимости с украинской составляла $47, то в 2014 г. – уже $15 на т.

По производству сляба в Украине мы прогнозируем на 2014 г. снижение себестоимости, учитывая ожидаемое снижение цены на газ, до $451,2 за т – по сравнению с $461,7/т в 2013 году.

– Какой ожидается динамика по основным видам метсырья (железная руда, коксуголь) – в мире и Украине?

– Спрос на железорудное сырье со стороны Китая и его отображение в спотовых ценах является основным индикатором для мировых производителей ЖРС. В 2013 г. в КНР спрос на сырье и предложение были сбалансированы (прирост спроса составил 100 млн. т на фоне прироста производства основных экспортеров на данный рынок на 89 млн. т). А уже в 2014 г. ожидается превышение темпов прироста предложения над ростом спроса. При прогнозируемом приросте спроса в 69 млн. т, прирост предложения только из Австралии и Бразилии составит 108 и 39 млн. т соответственно. Этот фактор будет наиболее влиятельным и цены постепенно (с февраля-марта 2014 г.) будут скользить вниз, показав снижение и в среднегодовом срезе.

По нашим ожиданиям, в 2014 г. спотовый рынок Китая продемонстрирует снижение цен на ЖРС на 8-10%. Контрактные цены, в силу существующих формул расчета могут снизиться на 4%. Мы предполагаем, что спотовые цены на ЖРС (Australian fines Fe=62), которые в 2013 г. выросли до $136/т CIF Китай, в 2014 г. снизятся до $122,6/т под влиянием превышения прироста предложения со стороны «большой четверки» по сравнению с приростом спроса Китая. При этом контрактные цены снизятся до $122/т FOB Австралия ($127,3/т в 2013 г.).

Что касается цен на сырье в Украине, то, хоть отечественные производители и заявляют, что цены в стране формируются исключительно под влиянием спроса и предложения на рынке, но проведенный нами корреляционный анализ позволяет предположить, что при описанном выше сценарии развития цен в мире, цены на внутреннем рынке также пойдут вниз на 3-5%.

– По углю мы увидим аналогичные тенденции?

– По углю в 2012-2013 гг. в мире доминировала тенденция к снижению цен. В 2012 г. среднегодовая цена контрактов на твердые марки высококачественных австралийских углей снизилась с $289 до $210 FOB Австралия. Снижение цен в 2012-2013 гг. (суммарно на $130 за т) следует рассматривать как процесс нормализации цен, значительно перегретых в 2011 г.

В нынешнем году цены снизились до $159, и эта цена уже близка к уровню долгосрочного линейного тренда (или даже на $15-20 ниже линии тренда).

Таким образом, потенциал падения цен в 2013 г. в основном исчерпан. Отмечаемое в настоящее время снижение экспорта из США способствует балансировке спроса-предложения на рынке и тормозит или делает невозможным дальнейшее проседание цен. Еще два важных фактора – восстановление спроса на уголь в ЕС, и продолжение роста импорта в Китай.Поэтому прогноз на 2014 г. – очень небольшое (порядка $5 или +3%) возрастание среднегодовой цены – со $159/т до $164/т FOB Австралия.

Несколько слов об украинском угольном рынке. Цены, по которым будут осуществляться внутрихолдинговые поставки (59% метугля добывается предприятиями, входящими в состав меткомпаний), будут определяться не столько рыночной конъюнктурой, сколько потребностями самих холдингов.

Цены угля, добытого на госшахтах, устанавливаются на уровне профильного министерства. Этот уровень, принимая во внимание низкое качество (прежде всего - слишком высокое содержание серы) украинского угля, завышен по отношению к мировым ценам. Однако, большинство госшахт – дотационные, и снижение продажных цен необходимо компенсировать увеличением дотаций, что сложно реализовать в условиях тяжелой финансовой ситуации в государстве. Поэтому вероятно, что цены на украинский уголь в 2014 г. останутся примерно на уровне второй половины 2013 г.

– В каком объеме ожидается дефицит лома в Украине на следующий год, за счет импорта из каких стран его планируется покрывать?

– В 2014 г. дефицит лома на внутреннем рынке составит около 0,3-0,4 млн. т в связи с ростом спроса (ввод электропечи на «Донецкстали», увеличение выплавки стали на существующих мощностях), а также с продолжением истощения легкодоступных источников металлолома. Кроме этого, металлурги будет лишены возможности использовать ценовой инструмент регулирования ломозаготовки на фоне низкой рентабельности работы.

Дефицит будет покрываться путем импорта лома и железа прямого восстановления (DRI). В случае снятия запрета на экспорт лома из Казахстана (пока запрет является временным и действует с 21.12.2013 г. по 21.02.2014 г. – ред.), данная страна останется крупнейшим поставщиком лома в Украину. Если же запрет будет продолжен, то металлурги будут рассматривать как альтернативу поставки из Польши, Венгрии, Словакии, Румынии, Болгарии. Однако, для начала полноценного импорта лома из данных стран стоит решить проблему существования импортной пошлины (5% с 1 января 2013г.).

– Каков прогноз по ценам на лом?

В 2014 г. котировки лома снизятся до $372/т CIF Турция ($377/т в 2013 г.), в связи со снижением себестоимости выплавки чугуна (позволяя металлургам заменять дорогой лом жидким чугуном) и ростом предложения крупнейших поставщиков. Ожидаем, что прирост предложения по лому составит в следующем году 4 млн. т, в то время как рост спроса – только 3 млн. т.

Кардинально иная ситуация в Украине, где ожидается увеличение среднегодовых цен на 2% (до $300/т EXW) на фоне ввода в эксплуатацию электропечи на «Донецкстали» и продолжения истощения легкодоступных источников металлолома. При этом, если на большинстве рынков сталепроизводители имеют альтернативу лому в виде DRI, то в Украине существует дефицит предложения этого сырья. Импортная продукция российского Лебединского ГОКа, причем в ограниченных объемах, предлагается по $377/т, что более чем на $70 дороже лома.

Внутренний рынок металлопроката

– Каковы предварительные итоги внутреннего рынка металлопроката в 2013 г.?

– Реализация проката на внутреннем рынке в 2013 г. снизится до 7,05 млн. т (включая отечественные поставки в 5,3 млн. т) по сравнению с 8,2 млн. т в 2012 г., в основном из-за падения объемов производства в машиностроении и трубной промышленности.

На следующий год мы прогнозируем прирост потребления до 7,3 млн. т, включая 5,6 млн. т украинского металлопроката и 1,7 млн. т импорта.

Следует отметить, что в последний год спад внутреннего рынка происходит исключительно за счет уменьшения внутренних отгрузок проката, тогда как объемы импорта оставались стабильными. В результате это обусловило рост доли импорта в покрытии внутреннего спроса в 2013 году на 2% до 24,2%.

– На следующий год прогнозы по потреблению не слишком оптимистичны?

– По нашим предварительным оценкам, в 2014 г. Украина может рассчитывать на незначительное (300 тыс. т) увеличение продаж проката на внутреннем рынке – за счет активизации строительства дорог и модернизации теплосетей.

Определяющим фактором для развития внутреннего рынка проката будет дальнейшая динамика капитальных инвестиций. В то же время инвестиции являются одним из изменчиво экономических показателей, величина которого определяется бизнес- ожиданиями и доступностью финансирования.

В 2014 г., при условии сохранения status quo в экономике, темпы роста инвестиций могут замедлиться до 1-2% в год, что будет связано с неблагоприятным бизнес-климатом вследствие высокой коррупции и незащищенности прав собственности, дисбаланса государственных финансов и ограниченного доступа к международным рынкам капитала.

– Каков прогноз по потреблению на долгосрочную перспективу?

– Учитывая тесную корреляцию между темпами роста капитальных инвестиций и роста внутреннего потребления проката, в условиях базового сценария ежегодного 1,5% прироста капинвестиций в 2014-2023 гг. среднегодовой показатель роста внутреннего потребления проката составит около 2%. При таких темпах развития потребления проката в Украине вырастет с текущего уровня 7,05 млн. т (2013 г.) до 8,57 млн. т к 2023 г. Таким образом, прирост потребления при данном консервативном сценарии составляет лишь 1,5 млн. т.

Прогноз реального потребления проката в Украине:

Источник: УПЭ

Беседовал Игорь Жигир

Украина. Россия > Металлургия, горнодобыча > ugmk.info, 24 декабря 2013 > № 976764 Владимир Власюк

По информации СМИ страны Южной Америки продолжают возглавлять список опасных стран для туристов. Мексиканский город Акапулько занимает второе место в этом рейтинге. Этот город известен во всем мире не только своими чудесными пляжами, но и высоким уровнем убийств – 142 на 100 тысяч жителей.

На первом месте рейтинга Сан-Педро-Сула, Гондурас, на третьем столица Венесуэлы Каракас. Кроме всего прочего в рейтинге находятся города Гондураса и Бразилии.

Но Мексика занимает поглощающее большинство списка. Кроме Акапулько, город Торреон находится на пятом месте и Нуэво Ларедо на восьмом.

В ноябре 2013 г. экспорт целлюлозно-бумажной продукции из Бразилии вырос в годовом исчислении на 8,2%, об этом говорится в полученном Lesprom Network сообщении национальной Ассоциации целлюлозно-бумажной промышленности (Bracelpa).

Объем промышленного производства целлюлозы в январе-ноябре 2013 г. составил 13,72 млн т, что на 7,5% больше, чем годом ранее. Производство бумаги за 10 месяцев также выросло — на 1,7% с 9,39 млн т. Увеличились и продажи бумаги на внутреннем рынке — на 2,6% до 5,2 млн т.

Объемы экспорта целлюлозы в январе-ноябре 2013 г. выросли в годовом исчислении на 11,5%, составив 8,53 млн т, рост произошел в основном благодаря китайскому рынку. В стоимостном выражении экспорт целлюлозы в Китай оценивается в $1,39 млрд, что на 23,7% больше, чем годом ранее. Вместе с тем продажи бразильской целлюлозы на главном для местных производителей рынке — в Европе — снизились на 0,7%, составив $1,91 млрд.

Канонизация

Генеральный директор Canon в России Петер Балдауф: «Со следующего года Canon Russia будет официально переведена в статус европейского подразделения. Мы больше не относим Россию к развивающимся странам»

О том, как обойти кризис при помощи новых продуктов высоких технологий, «Итогам» рассказывает глава компании Canon в России Петер Балдауф.

— Господин Балдауф, вы ведь приехали к нам из Австрии?

— Да, я родился в Вене, и большая часть моей карьеры также связана с Австрией. В компании Canon я работаю уже свыше 20 лет, из которых 10 лет был генеральным директором Canon Austria. Предложение переехать в Россию было и неожиданным, и захватывающим. Опыт очень интересный, хотя есть и свои минусы: семья осталась в Вене.

— В чем главное отличие между бизнесом Canon в Австрии и России?

— Пожалуй, в степени зрелости этих двух подразделений. Компания Canon в Австрии была основана в 1976 году, и у нее было несколько десятилетий, чтобы вырасти и установить долгосрочные отношения с клиентами. В России же офис еще очень молод. Но, с другой стороны, это “отставание” открывает перед нами большие возможности для роста.

— В России Canon традиционно воспринимают, как производителя фотокамер.

— На самом деле, Canon производит далеко не только фотокамеры! Крупнейшая часть нашего бизнеса - это устройства и сервисы для печати самых различных форматов. Еще после Второй мировой войны руководство Canon решило, что не стоит замыкаться на одной Японии как рынке сбыта и нужно выпускать не только камеры, но и офисную технику. Первым таким продуктом в 1960е годы стал электронный калькулятор. Чуть позже Canon вышел на рынок копировальных аппаратов, что было очень непросто из-за монополии и количества патентов Xerox. Со временем Canon начал выпускать принтеры, сканеры и другие продукты в области автоматизации делопроизводства. Например, мы создали систему, которая позволяет конвертировать бумажную счет-фактуру в электронный формат и выделять из нее необходимые данные о поставщике, сумме и номере заказа, чтобы автоматически начать процесс согласования и оплаты квитанции.

— Российские власти постоянно пытаются внедрить электронный документооборот. У вас уже есть клиенты в этой области?

— Нужно сказать, что российский бизнес пока еще очень зависим от бумаги. Инициативы российского правительства правильные, но тенденцию к росту потребления бумаги в офисах переломить еще не удалось. Тем не менее, мы ощущаем устойчивый спрос на наши решения в области электронного документооборота.

— В Европе переход на электронные документы уже произошел?

— Я бы не стал обобщенно говорить о всей Европе. Инициативы по внедрению электронного документооборота носят локальный характер и их масштабы отличаются от страны к стране. Но в целом могу сказать, что в Старом Свете зависимость от бумаги еще сохраняется.

— Бывший мэр Москвы Юрий Лужков во время кризиса 2008 года в целях экономии заставил чиновников мэрии печатать документы на обеих сторонах листа. Как вы считаете, экономическая ситуация в России заставит бизнес более активно переходить на электронный документооборот?

— Пример очень хороший. Это удивительно простое решение для экономии денег и защиты окружающей среды. Многие наши принтеры позволяют печатать на двух сторонах листа в автоматическом режиме, а также устанавливать всякого рода ограничения. Например, можно сделать так, чтобы сотрудник не мог без разрешения своего прямого начальника распечатать более, чем 20, 30 или 100 страниц одновременно. Во время кризиса бизнес ищет различные способы сэкономить на расходах, и подобные решения мне кажутся весьма эффективными. Я был удивлен, когда узнал, что многие российские компании предпочитают покупать очень дешевую бумагу, которая дает плохое качество печати, но отказываются при этом использовать обе стороны листа.

— Вы почувствовали на себе падение продаж принтеров во время кризиса?

— Наша доля на рынке в этом сегменте не настолько велика, чтобы продажи перестали расти даже в условиях кризиса. Но мы планируем в будущем довести электронную составляющую бизнеса до 10-20 процентов, чтобы обезопасить себя от возможного сокращения спроса на печать.

— Canon часто заявляет о том, что одной из главных задач компании это выход на рынки развивающихся стран. Россия в этом плане не сильно отличается от других стран БРИКС?

— На самом деле, уже со следующего года Canon в России будет официально переведена в статус обычного европейского подразделения. Это значит, что мы уже относим Россию к развитым рынкам. Уровень проникновения цифровой техники здесь очень высокий, а экономический рост сопоставим со многими европейскими странами - около 1,3 процента. Наша задача в России сегодня - одновременно сохранять большую долю на рынке цифровых зеркальных фотоаппаратов (сейчас она составляет порядка 50 процентов) и увеличивать свое присутствие в сегменте b2b. Для этого мы собираемся открывать новые офисы в регионах, расширять партнерскую сеть, а также развивать на российском рынке новый продуктовый сегмент высокопроизводительных печатных машин благодаря приобретению голландской компании Oсe.

— Планируете ли вы открывать в России магазины под собственным брендом?

— Мы думали об этом, но в итоге отказались от этой идеи. Во-первых, мы не хотим конкурировать с нашими партнерами в ритейле. Во-вторых, имеет смысл открывать только сразу большое количество магазинов, так как территория России просто огромна. В противном случае они превратятся в шоурумы, где покупатели будут выбирать продукцию, а потом заказывать ее в интернете. Наконец, мы уже занимаем большую долю рынка, и все эти инвестиции едва ли принесут существенный результат. Бренд Canon в России и без этого довольно известный.

— Сталкиваетесь ли вы с проблемой параллельного или серого импорта в России?

— Такая проблема есть, особенно, в тех сегментах, где на продукцию установлены ввозные пошлины. В случае Canon, это касается не самих фотокамер, а линз, которые облагаются 15-процентной пошлиной. Таким образом, если у серого импортера есть возможность не платить эти пошлины, он получает нечестное конкурентное преимущество. Также это касается крупногабаритных и дорогих профессиональных камер. В этих двух сегментах доля серого импорта очень высока. В результате в проигрыше оказываются практически все стороны процесса: государство, которое недополучает доходы от уплаты налогов, покупатель, который приобретает неадаптированный для российского рынка продукт, и сам производитель, терпящий убытки.

Мы стараемся бороться с этой ситуацией, объединяя усилия с нашими партнерами и конкурентами и привлекая внимание ФТС, которая, в свою очередь, проводит рейды в подозрительных компаниях. Недавно на сайте Canon появился специальный инструмент, который позволяет проверить, является ли приобретенное устройство «белым». Для этого пользователю достаточно ввести в специальную форму серийный номер продукта.

— Canon инвестирует до 8 процентов своей выручки в НИОКР. В каких областях вы ведете исследования?

— Да, эти цифры впечатляют, особенно если вспомнить, что Canon по количеству патентных заявок в США обходит даже Google и Apple. В 2012 году мы зарегистрировали около 3 тысячи патентов только в США. Canon занимается научными разработками во всех областях, так или иначе связанными с визуализацией и воспроизведением изображения. Например, мы сами изготавливаем линзы для камер. Canon также разрабатывает новые технологии для струйной и лазерной печати. Есть исследования в области автоматизации производственных процессов. Один из самых ярких примеров - это разработка зрительной системы для роботов и машин с ПЗС-матрицей, в разы более чувствительной, чем человеческий глаз. Такая система позволяет гораздо эффективнее выявлять дефекты на производстве. Но самое интересное, на мой взгляд, это разработки в области медицинского оборудования. Canon уже является одним из крупнейших в мире производителей аппаратов цифровой рентгенографии. Мы также занимаемся исследованиями в области цифровой микроскопии, которая в будущем позволит быстрее выявлять раковые клетки.

— Можно ли говорить о конкретных потребительских товарах, готовых выйти на рынок?

— Сейчас такие разработки больше востребованы в медицинских и производственных кругах, но, конечно, со временем эти технологии могут появиться в более доступных сегментах. Здесь необходимо отметить и особенность японского менталитета. В отличие от американских компаний, которые часто анонсируют ноухау задолго до решения вопроса об их выводе на рынок, японцы расскажут о своих исследованиях только тогда, когда с конвейера сойдет реальный продукт.

— Компания Canon не боится повторить судьбу Kodak, которая не успела вовремя перевести бизнес на новые рельсы? Ведь распространение качественных фотокамер, встроенных в смартфоны, должно просто убить любительские цифровые камеры, не так ли?

— Каждую секунду во всем мире в интернет загружается более 8 тысяч фотографий или около 50 миллиардов в год. Мы идем в ногу с этой тенденцией, например, внедряя в наши камеры WiFi, чтобы пользователи могли автоматически скачивать фотографии и постить их на Facebook. Основной же упор мы делаем на профессиональную технику, которая всегда будет востребована. Например, всего 2-3 года назад мы успешно вышли на рынок профессиональных видеокамер. А в этом году мы объявили о выпуске 30-дюймового контрольного дисплея DP-V3010, предназначенного для профессиональной обработки и цветовой коррекции видео.

— Компания Canon придерживается философии Kyosei. Что она означает и как вам удается внедрять японские принципы в далеких от восточной мудрости российских реалиях?

— Однажды я спросил японского посла в Австрии, как бы он перевел слово “Kyosei”, и он сказал мне, что пожилые японцы ответили бы так: “Не требуй от своего окружения больше, чем ты можешь дать ему взамен”. Для нас окружающая среда - это акционеры, которые хотят приумножить прибыль, потребители, которые хотят получать качественную продукцию и сервис, сотрудники, которые хотят работать в хороших условиях. Это общество, которое ждет от транснациональных корпораций социально ответственного поведения, это природа, которую нужно сохранять для будущих поколений. Kyosei говорит о том, что нужно соблюдать баланс всех этих составляющих окружающей среды, ни в коем случае не жертвовать одним из них в угоду другому. Я думаю, что такая философия может быть принята за основу, независимо ни от страны, ни от менталитета того или иного народа.

Артем Никитин

Австрия. Россия > СМИ, ИТ > itogi.ru, 23 декабря 2013 > № 982488 Петер Балдауф

Бразилия наращивает суммарные показатели сбора налогов, зачастую создавая излишние проблемы в сложности налоговых процедур для национальных налогоплательщиков.Как следует из опубликованного на днях сообщения Федерального секретариата налогов, общая доля собранных в стране налогов в удельном размере валового национального продукта Бразилии составила в 2012 году не менее 35,85%, увеличившись, в сравнении с предшествующим годом, на 0,54%

В реальных показателях, общенациональные налоговые сборы 2012 года превысили 1,5 триллиона реалов, а размер валового национального продукта достиг почти 4,4 триллионов.

По официальной оценке, темпы роста сборов во многом определены сохраняющимися тенденциями стабилизации национальной экономики, а также продолжающимся снижением уровня безработицы в стране, которая сегодня составляет около 4,6%.

Рост сборов налогов также вызван и усилиями руководства страны в области законодательного регулирования вопросов федерального и местного налогообложения, а также развитием единой общенациональной системы цифрового бухгалтерского учета (SPED), в режиме реального времени отражающей все товарно-кассовые операции в стране.

Вместе с тем, международные эксперты продолжают отмечать сложность и противоречивость налогового регулирования страны, а специалисты PricewaterhouseCoopers в своем недавно опубликованном анализе указали на то, что выполнение норм налогового регулирования в Бразилии требует самых больших временных затрат среди подавляющего большинства других стран мира.

В Кремле под председательством Владимира Путина состоялось совместное заседание Государственного совета и Комиссии при Президенте по мониторингу достижения целевых показателей социально-экономического развития России.

Основная тема совещания – практическая реализация мер по исполнению президентских указов о социально-экономическом развитии страны. Обсуждались, в частности, вопросы развития образования, модернизации жилищно-коммунального хозяйства и повышения производительности труда.

Стенографический отчёт о совместном заседании Государственного совета и Комиссии при Президенте по мониторингу достижения целевых показателей социально-экономического развития

В.ПУТИН: Уважаемые члены Государственного совета! Дорогие друзья, уважаемые коллеги!

Мы проводим заключительное заседание Госсовета в текущем году и, как водится, будем говорить об итогах. И прежде всего, конечно, о наиболее существенных отраслях, имея в виду такие, как образование, жилищно-коммунальный сектор, а также обновление и повышение эффективности национальной экономики. И ещё одну важную тему – ситуацию в здравоохранении – я предлагаю вывести за рамки сегодняшнего обсуждения. Этот вопрос мы обсудим отдельно, на отдельном совещании уже на этой неделе.

Отмечу, что в целом и федеральные, и региональные власти справляются с выполнением соответствующих поручений. Говорил об этом и в ходе недавнего Послания Федеральному Собранию.

Вместе с тем сама жизнь, и мы это с вами хорошо знаем, пока мало меняется или медленно меняется к лучшему. Представители общественности регулярно указывают на это в ходе наших встреч. Нужно детально разобраться, в чём дело, в чём проблемы, что нужно сделать для того, чтобы ситуация менялась быстрее.

На одну системную и, к сожалению, хроническую проблему хотел бы обратить внимание сразу же и ведомств, и Правительства в целом, и региональных властей. По-прежнему повторяется ситуация, когда опорный закон или документ принят, а подзаконные, ведомственные акты, инструкции, описывающие конкретный механизм работы, «зависают». В результате дело стоит. Я прошу все эти нормативные долги закрыть в самое короткое время, в кратчайшие сроки.

Далее. Не все регионы активно включились в работу над выполнением указов 2012 года. Где-то виной этому объективные причины, а где-то налицо явные упущения и промахи. Прошу коллег на местах внимательно отнестись к тому, что только что сказал. Ещё раз подчеркну, по каждому из направлений, обозначенных в указах, необходима ответственная, слаженная работа всех уровней власти: федерального, регионального, муниципального.

Прошу в докладах министерств и руководителей субъектов Федерации сосредоточиться на проблемных точках, на тех позициях, где пока нет заметных результатов, в том числе из-за отсутствия должного взаимодействия, где усилия Федерации и субъектов пока плохо стыкуются и слабо дополняют друг друга.

Наконец, у нас всё ещё не выстроен должный общественный контроль за работой органов. Мы много говорим на эту тему, но движение очень и очень медленное. Это значит, что и Правительству, и ведомствам, и регионам нужно вести грамотную информационную работу, разъяснять суть принимаемых решений, открыто обсуждать их с общественностью, привлекать общественность к работе на начальном этапе при выработке решений.

Давайте теперь пройдёмся по конкретным темам. Начну с ситуации в жилищно-коммунальной сфере и с решения жилищных проблем – самая острая, самая больная и, можно сказать, тоже хроническая проблема у нас в стране.

Сегодня хотел бы несколько слов сказать о расселении жилья, непригодного для проживания. Напомню, что по указам расселению подлежит так называемый аварийный фонд, признанный таковым на 1 января 2012 года. Срок поставлен до 1 сентября 2017 года. И когда мы формулировали эту задачу, исходили из того, что она в такие сроки реализуема.

Что на самом деле получается? Ситуация в этой сфере пока самая плохая. План на 2013 год выполнен только на 4 процента, переселены чуть более полутора тысяч человек из запланированных 42 тысяч. Уважаемые коллеги, это просто недопустимо, это несерьёзная работа. Понимаете, это очень важная, чувствительная тема для людей. Что такое проживать в аварийном фонде? Мы просто по закону обязаны аварийный фонд расселять. Я знаю масштаб, знаю, что и цифры бывают разные, но, по сути, вы знаете, что там происходит. Это недопустимая ситуация: люди живут в каких-то бараках и приспособленных помещениях десятилетиями. Мы с вами отдельно обсуждали эту тему на совещании в Элисте, договорились создать оборотный фонд жилья, запустить систему некоммерческого найма, а даже правовая база по этому вопросу до сих пор не создана.

Хочу услышать и от регионов, и от Правительства, что мешает нормально наладить работу по расселению аварийного жилья, какие решения нужно оперативно принять. Мы же договорились и о средствах, которые должны быть дополнительно выделены. И вообще, я уже сто раз об этом сказал: нужно уметь концентрироваться на наиболее важных вопросах, концентрировать и финансовые, и административные ресурсы.

Ещё один вопрос касается улучшения жилищных условий многодетных семей, в том числе за счёт выделения земельных участков под строительство. Ещё Дмитрий Анатольевич в своё время эту идею предложил. Что происходит у нас на практике? На местах по-разному подходят к предоставлению земельных участков, где-то такой механизм активно и грамотно используется, даёт результат, а где-то откровенно с решениями тянут, или предложения такие, что они бессмысленные. Для многодетных семей получить землю где-то на выселках, без всякой инфраструктуры – просто бессмысленно. Её даже продать невозможно. При этом зачастую многодетные семьи просто не имеют средств на строительство своего дома. В итоге их жилищная ситуация вообще никак не исправляется. Этим летом было дано поручение проработать альтернативные механизмы решения проблем с жильём для многодетных семей. Рассчитываю услышать, что сделано в этом направлении.

Теперь по ситуации в образовании. Я прошу сегодня доложить, как выполняются целевые показатели по уровню заработных плат во всех звеньях образовательной системы. Движение есть, это правда. Если посмотреть на общее образование, средняя заработная плата (27 тысяч 556 рублей) – это 95 процентов средней зарплаты по экономике в соответствующем регионе. Можно сказать, что почти выполнено.

Что касается дополнительного образования – поскромнее, но тоже движение определённое есть. В дошкольном образовании чуть получше, чем в дополнительном: 93 процента от средней заработной платы, тоже неплохо. В высшей школе, по высшему образованию, 35 тысяч 879 рублей – это 124 процента средней заработной платы по экономике.

При этом вновь, тем не менее, хочу подчеркнуть: рост заработной платы и рост бюджетных расходов на образование должны сопровождаться структурными изменениями бюджетной сети. Много раз уже об этом сказали, все понимают, все кивают головой – да, нужно делать. Делается, но абсолютно недопустимо мало. Нам необходимо реальное повышение профессионального уровня педагогов и укрепление материальной базы учебных заведений.

Особое внимание нужно уделить повышению доступности мест в детских садах. Важно точно понимать текущую и перспективную потребность в развитии сети дошкольных учреждений. Напомню, с 1 января 2014 года должна заработать электронная система записи в детские сады, а с 1 апреля будущего года все муниципальные образования должны перейти на единую информационную систему – с 1 апреля 2014 года.

Вместе с тем нам нужно смотреть дальше на ситуацию с местами в школах. В ближайшие пять-шесть лет, как я уже в Послании говорил, число школьников в стране возрастёт на миллион. При этом уже сегодня почти половина городских школ работает в две смены. Необходимо оценить масштаб этой задачи и проблемы, предложить эффективные решения.

Нужно максимально настроить профессиональное образование на потребности экономики, на решение задач развития как отдельных регионов, так и страны в целом. Бизнес и образовательные учреждения должны наконец иметь широкий набор механизмов сотрудничества, чтобы и будущие специалисты могли получить необходимые навыки непосредственно на предприятиях, и тот, кто уже трудится, мог повысить свою квалификацию, сменить профессию, если нужно – и сферу деятельности.

Кроме того, считаю необходимым подумать, как нам возродить институт наставничества. Многие из тех, кто сегодня успешно трудится на производстве, уже проходили эту школу, и сегодня нам нужны современные формы передачи опыта на предприятиях. Конечно, никакого формализма здесь не должно быть. Эффективная система мотивации для наставников должна быть создана, и это должно быть эффективное современное наставничество, передача опыта, конкретных навыков. Подчеркну: подготовка высококвалифицированных рабочих, инженерных кадров для реальной экономики – это не чья-то корпоративная, частная задача, это общенациональная необходимость, одно из главных условий существенного повышения производительности труда, а это, как вы знаете, мы много раз тоже об этом говорили, одна из ключевых задач развития.

Мы с вами много и в разных форматах говорили и о том, что российская экономика должна быть конкурентоспособна. Что это означает на самом деле в жизни? Наряду с высокой профессиональной подготовкой это улучшение условий труда, замещение вредных производств, широкое использование новых технологий, как итог – изменение структуры экономики, повышение её эффективности, рост качественной занятости и на этой базе – увеличение оплаты труда, то есть это то, что на экономическом языке называется интенсивным путём развития. Напомню, уже к 2015 году объём инвестиций в российской экономике должен составить не менее 25 процентов ВВП, к 2020 году в стране должно быть создано или модернизировано 25 миллионов высокопроизводительных рабочих мест. Текущие данные показывают, что пока эти планы реализуются не так, как нам бы хотелось.

Да, есть рост: по оценке Росстата, за январь–ноябрь есть рост инвестиций в основной капитал. В целом это вроде бы смотрится и неплохо: 17,8 процента ВВП, но всё-таки это меньше на 0,8, чем в прошлом году. Правда, у нас ещё декабрь не посчитан, но явно существенного увеличения в этом году не будет, а может быть, даже небольшой спад будет – небольшой, но всё-таки спад.

Главное, все эти приоритетные направления работы слабо отражены в программах, реализуемых на каждом уровне власти, в инвестиционных планах компаний с госучастием. Мы говорим о приоритетах, но потом эти приоритеты часто не отражаются в программах министерств и ведомств, регионов и в госкомпаниях, как я уже сказал. Одно не должно быть разорвано с другим, иначе результата не будет. Явно не хватает чёткости, определённости и конкретики, пошаговых дорожных карт по увеличению производительности труда в российской экономике. Имею в виду эффективные стимулы для бизнеса к обновлению и модернизации производств, меры господдержки патентования и сертификации новой продукции, конкретные механизмы увеличения занятости в малом бизнесе, особенно в моногородах.

Считаю, такой перечень мер необходимо утвердить отдельным актом Правительства и оценивать ход его выполнения не реже одного раза в полгода.

Кроме того, рассчитываю на активное применение мер, о которых говорил в недавнем Послании, имею в виду льготы по созданию инфраструктуры индустриальных и технопарков, и бизнес-инкубаторов. Уважаемые коллеги, я прошу это не заболтать. Это конкретная мера, мы её с вами обсуждали, и она может эффективно сработать, только это нужно делать.

Предлагаю активно подключиться к созданию территорий опережающего развития на Дальнем Востоке и в Восточном Сибири с особыми условиями для организации несырьевых производств. Считаю это важнейшим приоритетом для поддержки деловой активности и создания новых рабочих мест.

Давайте перейдём к докладам. Предлагаю выступить Дмитрию Викторовичу Ливанову, Министру образования и науки. Пожалуйста, Дмитрий Викторович.

Д.ЛИВАНОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники заседания!

Основные целевые показатели, определённые Президентом России для системы образования, относятся как к материально-технической базе отрасли, так и к материальным стимулам для развития её кадрового потенциала, обусловили по всем уровням образования ряд серьёзных системных изменений. Прежде всего это касается развития человеческого капитала системы образования, повышения доступности и качества образования для наших граждан, развития системы профессионального образования и обучения.

В 2012 году указами Президента задан системный подход к повышению заработных плат педагогических работников всех уровней образования. По итогам девяти месяцев этого года заработная плата педагогов существенно выросла в дошкольном, общем и дополнительном образовании на 47, 45 и 43 процента соответственно по сравнению с аналогичным периодом 2012 года.

В профессиональном образовании приросты также значительные, но несколько ниже, например, 34 процента в среднем профессиональном образовании и 22 процента – в высшем образовании. Это объясняется тем, что заработная плата в прошлом году для этих категорий работников была выше, чем по другим.

Действия при повышении заработных плат педагогам осуществляются нами через инструмент «дорожных карт», структурных изменений в системе образования, которые взаимосогласованы на федеральном, региональном и муниципальном уровнях. По итогам года, по нашим оценкам, заработная плата педагогических работников дошкольного и общего образования в целом по стране составит около 24 и 30 тысяч рублей соответственно, педагогов дополнительного образования – более 21 тысячи рублей, в среднем профессиональном образовании – около 25 тысяч рублей, в вузах – более 37 тысяч рублей.

Я хочу особенно подчеркнуть, что с задачей достижения целевых показателей по заработным платам успешно справляются не только регионы с высокой бюджетной обеспеченностью, что понятно, но и целый ряд регионов с низкой бюджетной обеспеченностью. Поэтому всё зависит не только от активности в наполнении бюджета, но и от применения новых методов и более эффективных подходов к управлению.

Например, Республика Тыва, Северная Осетия, Адыгея, Ингушетия испытывают трудности, и здесь необходимо скрупулёзно анализировать ситуацию и искать решения. А, например, такие области, как Новгородская, Ростовская, Воронежская, целый ряд других регионов, имеющих низкий уровень бюджетной обеспеченности, успешно справляются с теми показателями, которые установлены.

Вызывают у нас опасения по части достижения целевых показателей по заработной плате по итогам года и такие регионы, как Дагестан, Забайкальский край, Республика Саха, Брянская область. Меры, которые были реализованы в 2012 и 2013 годах в части повышения заработных плат педагогическим работникам, уже дают позитивные результаты.

В школах и вузах отмечается серьёзное увеличение численности молодых учителей и преподавателей. Происходит также опережающий рост среднего балла единого государственного экзамена абитуриентов, которые принимаются в вузы на специальности педагогических направлений.

При повышении заработных плат мы ориентируемся на принцип эффективного контракта, предполагающий наличие стимулирующих выплат педагогам, закрепляющих возможность поощрять тех работников, чей вклад особенно значим. Требования к квалификации педагогов и качеству их работы будут опираться на соответствующий профессиональный стандарт и федеральные государственные образовательные стандарты.

В новом профессиональном стандарте учителя и воспитателя, который был недавно принят, закреплены современные представления о преподавании, обеспечивающем продуктивную учебную деятельность школьников. На его основе будет выстроена система оценки эффективности учителей – аттестация, с ним будет увязана система подготовки и повышения квалификации, то есть профессионального развития педагогов.

Предстоит создать современную систему методической поддержки учителей и распространения лучших практик, отвечающих идеологии новых образовательных стандартов. Введение профессионального стандарта в практику не должно стать шагом к наращиванию внешнего давления контроля и отчётности, а будет прежде всего опираться на активность и внутреннюю мотивацию самих учителей.

Повышение и удержание достойного уровня заработной платы находится постоянно под самым пристальным вниманием руководителей всех уровней. И здесь не может быть компромиссов и исключений. Иногда мы, к сожалению, сталкиваемся с ситуациями, когда это повышение происходит за счёт повышения учебной нагрузки.

Такое повышение зарплаты не только профанация указов, но и работает, по существу, во вред настроениям учителей и качеству образования. Нельзя рассчитывать, что рост заработной платы автоматически приведёт к росту качества образования.

Выстраивается новая целостная система трудовых отношений, которая должна стимулировать качество преподавания и непрерывный профессиональный рост педагогов. Рост заработных плат, безусловно, должен сопровождаться повышением эффективности системы образования. У нас в ближайшие годы произойдёт увеличение количества воспитателей в детских садах и учителей в школах просто потому, что увеличивается количество детей.

Поэтому основная задача состоит в том, чтобы модернизировать образовательные программы и выстроить образовательный процесс без увеличения нагрузки на педагогических работников. Программа повышения квалификации, обучение педагогов новым образовательным технологиям, уверен, позволит решить нам эту задачу.

Ресурс для оптимизации расходов и направление средств на повышение заработной платы есть в сфере профессионального образования, одним из инструментов которого является мониторинг эффективности вузов, который мы проводим начиная с 2012 года. На прошлой неделе мы зафиксировали результат этого года: признаны неэффективными 382 вуза и филиала, предстоит провести их реорганизацию. Считаю важным, чтобы и регионы оценили эффективность сети федеральных и региональных организаций профессионального образования на своей территории, вместе с нами подумали над конкретными решениями.

Прирост рождаемости за последние пять лет поставил на повестку дня проблему доступности дошкольного образования. В 2013 году для решения проблемы дефицита мест в детских садах осуществлена беспрецедентная мобилизация ресурсов системы образования. Она позволила обеспечить доведение 59 миллиардов рублей из федерального бюджета до реальных объектов и ввода мест в дошкольных организациях.

Регионы в свою очередь вложили в проект модернизации региональных систем дошкольного образования порядка 40 миллиардов рублей из региональных бюджетов. В 2013 году будет создано по всей России свыше 370 тысяч новых дополнительных мест в детских садах, будет построено свыше 580 новых зданий детских садов.

Таких темпов строительства зданий детских садов не было в нашей стране уже очень давно. В целом по году лидерами по вводу мест в дошкольном образовании являются Ленинградская, Псковская, Самарская, Калужская, Тульская области, республики Карачаево-Черкесия и Хакасия.

Для более чёткого планирования комплекса мер по решению проблем очерёдности на получение дошкольного образования будет запущена электронная очередь, на основании которой будет производиться зачисление детей в детские сады. С 1 января она заработает, а с 1 апреля, как уже сказал Владимир Владимирович, она будет наполнена персональными данными каждого ребёнка и будет действовать как мощный управленческий ресурс.

Сегодня нами определены регионы с наиболее острой проблемой очерёдности в детские сады, где численность детей, стоящих в очереди в дошкольные образовательные организации, превышает 10 процентов от их общего числа. Это Московская область, Республика Саха, Ханты-Мансийский автономный округ, Астраханская область, Красноярский край, целый ряд республик Северо-Кавказского федерального округа.

В следующем году мы планируем продолжение этой программы. На эти цели в федеральном бюджете уже предусмотрено 10 миллиардов рублей. При распределении субсидий будут учитываться и потребность в дополнительных местах, и результаты реализации программы в 2013 году.

Хотел бы обратить внимание, что регионам важно не только строить новые садики, но и развивать иные формы дошкольного образования, в том числе негосударственные детские сады. Этому будет способствовать механизм, который заработает со следующего года, позволяющий предпринимателям, получившим лицензию, получать бюджетное финансирование на программы дошкольного образования.

Новая редакция санитарно-эпидемиологических правил и нормативов снимает многие ограничения для развития частных детских садов. Исключены ограничения, например, на многофункциональное использование различных помещений и территорий дошкольных организаций. В начале следующего года вступит в силу нормативный акт, утверждающий санитарно-эпидемиологические требования к организации режима работы семейных групп, размещённых в жилых помещениях.

Для обеспечения качества услуг дошкольного образования, в том числе в частных детских садах, утверждён федеральный государственный стандарт дошкольного образования. Этот стандарт включает в себя целый комплекс требований, которые должны быть использованы в различных дошкольных образовательных программах в целях повышения качества образования, воспитания и развития детей, а также в программах подготовки и переподготовки педагогических кадров.

Хотел бы отметить, что сегодняшние масштабные проекты в сфере дошкольного образования направлены на работу с возросшим контингентом детей дошкольного возраста. Но, по нашей оценке и на основании демографического прогноза, к 2020 году численность школьников увеличится более чем на два миллиона человек. Поэтому требуется разработка комплекса мер по развитию и укреплению материально-технической базы школ. Мы представим проект соответствующей программы уже ближайшей весной.

В регионах ведётся работа, направленная на более эффективное использование имеющихся площадей не только в детских садах, но и в школах. Речь идёт об использовании проектов двойного назначения: школа–детский сад. В этой связи важно использовать оптимальные типовые проекты детских садов, в которых можно вести обучение школьников начальных классов. Мы именно такие требования ставим при распределении федеральной субсидии.

Одна из стратегических целей образования – обеспечение регионов квалифицированными кадрами – требует сегодня выхода за рамки ведомственных решений при модернизации материальной базы, кадрового состава организации профессионального образования и реализуемых ими программ. Образовательные программы должны отвечать задачам экономического развития. В этой связи возрастает роль прикладного компонента профессионального образования в привязке к актуальной и перспективной экономической карте каждого конкретного региона.

Модернизация системы начального и среднего профессионального образования стартовала в 2007 году в рамках реализации приоритетного национального проекта «Образование» и была нацелена на развитие отдельных учреждений, учреждений-лидеров и их партнёрские отношения с работодателями.

За прошедшие семь лет удалось апробировать модели государственно-общественного управления такими организациями. На основе прогнозирования потребностей регионального рынка труда созданы межрегиональные отраслевые ресурсные центры, удалось привлечь заметные инвестиции в развитие системы профессионального образования: это и средства федерального бюджета, средства региональных бюджетов, работодателей, самих образовательных организаций. Дальнейшие векторы развития этой системы связаны с построением современной системы подготовки рабочих кадров и формированием прикладных квалификаций.

Мы планируем развивать следующие подходы к модернизации профессионального образования. В части реализации основных программ профессионального образования будут внедрены механизмы, обеспечивающие продуктивное взаимодействие регионов и Министерства образования и науки при определении контрольных цифр приёма в федеральные вузы на программы обучения, необходимые экономике соответствующего региона.

В части сближения программ подготовки с реальными потребностями работодателей будем развивать программы прикладного бакалавриата – это практика, ориентированная на программы высшего образования. В 2013 году было установлено больше 3600 бюджетных мест для обучения по таким программам, а в ближайшем году число контрольных цифр приёма на эти программы будет увеличено в пять раз – до 20 тысяч бюджетных мест.

В уходящем году мы провели конкурс на проекты по подготовке высококвалифицированных кадров для предприятий и организаций регионов, так называемый конкурс «Кадры для регионов». Участниками стали вузы, ориентированные на подготовку кадров по приоритетным направлениям в развитии экономики соответствующих субъектов Российской Федерации, на которых они расположены.

По итогам конкурса отобраны для дополнительного финансирования образовательные учреждения, расположенные во всех восьми федеральных округах. Вузами-победителями заявлено более 250 образовательных программ, реализация которых будет способствовать созданию базовых кафедр на предприятиях-партнёрах, будет способствовать более успешной карьере выпускников.

Для того чтобы система профобразования соответствовала техническому и технологическому уровню современного производства, в регионах создаются многофункциональные центры прикладных квалификаций. Эти центры реализуют в том числе краткосрочные программы дополнительного профессионального образования для взрослых.

В регионах также развиваются профильные ресурсные центры профессиональной подготовки, переподготовки и повышения квалификации по востребованным на региональном рынке труда профессиям и специальностям. В ряде регионов делается акцент на так называемую дуальную или кооперационную форму подготовки квалифицированных кадров. Могу отметить Приморский край, Калужскую и Челябинскую области.

В таких программах учащиеся большую часть учебного времени проводят в условиях производства под руководством наставников. Теоретические знания, первичные практические навыки, ключевые компетенции они получают в колледжах, то есть в учреждениях среднего профессионального образования. Для поддержки этих инициатив мы в наступающем году начнём новый масштабный проект, который будет направлен на выявление, поддержку, развитие точек роста современной системы среднего профессионального образования, прежде всего в части повышения эффективности образовательных технологий, развития модульного подхода построения образовательных программ, повышения эффективности управления системой среднего профессионального образования.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, Владимир Владимирович Миклушевский.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я в своём выступлении, дабы не повторять те цифры, которые прозвучали в докладе Министра, остановился бы на практической стороне реализации регионами указов 2012 года, отметил бы положительные практики, выявил проблемы, мешающие исполнению указов, и, конечно же, дал бы предложения по решению этих проблем.

Сегодня во всех регионах идёт процесс доведения размера средней заработной платы педагогических работников до уровня средней по экономике. Наш анализ показывает, что в системе общего и профессионального образования этот процесс в целом трудностей не вызывает. В ряде регионов имеются определённые проблемы с повышением заработной платы в системе дошкольного и дополнительного образования детей, хотя, я согласен с Министром, помимо прямых бюджетных ассигнований, которые должны быть предусмотрены в соответствующих бюджетах, необходимо также смотреть на реорганизацию неэффективных организаций, экономию средств, в том числе за счёт повышения энергоэффективности. И здесь есть положительные примеры.

Так, например, в Ханты-Мансийском автономном округе реорганизация 28 школ в форме присоединения к базовым школам позволила в 2013 году выделить более 1 миллиарда рублей на увеличение фонда оплаты труда, а за счёт повышения энергетической эффективности достичь более 7 процентов экономии. И все эти средства, конечно, также направляются, или часть этих средств, на повышение оплаты труда преподавателей и учителей.

За счёт привлечения иных источников финансирования, в том числе за счёт внебюджетных источников. Например, во Владимирской области школы предоставляют платные услуги населению микрорайона, то есть взрослые люди приходят вечером и занимаются.

За 10 месяцев 2013 года учреждения профессионального образования Приморского края за счёт внебюджетной деятельности получили доходы в размере более 20 процентов от объёма средств, выделяемых из краевого бюджета, и порядка 40 процентов этих средств было направлено на повышение заработной платы преподавателям, мастерам производственного обучения.

Несколько слов о ликвидации очередей в дошкольные образовательные учреждения. Помимо традиционных мероприятий, о которых уже много говорилось, – это строительство новых детских садов, реконструкция, возврат зданий бывших дошкольных учреждений, – в ряде регионов идёт работа, направленная на более эффективное использование имеющихся площадей, не только в детских садах, но и в школах.

Сегодня, Владимир Владимирович, Вы в своем вступительном слове об этом говорили. Речь идёт о реализации проектов двойного назначения «школа–сад». Такая форма работы позволяет своевременно реагировать на изменение демографической ситуации. Я, конечно, думаю, выражу мнение всего губернаторского корпуса и хочу поблагодарить федеральное Правительство, Вас, Владимир Владимирович, за то, что в 2013 году нам была оказана дополнительная поддержка из федерального бюджета на строительство детских садов. И, конечно, поддерживаю предложение Министра, чтобы в 2014 году те средства, которые уже в бюджете предусмотрены, направлять на реализацию этой формы – «школа–сад», чтобы можно было при изменении демографической ситуации гибко на неё реагировать.

Теперь позволю высказать несколько предложений по усилению эффективности реализации указов. Например, в действующем Федеральном законе 115-ФЗ о концессионных соглашениях было бы разумно предусмотреть норму, которая позволяла бы концессионеру, строящему детские сады или школы, получать в последующем возмещение своих затрат не только от коммерческой эксплуатации детских садов и школ, потому что часто это невозможно сделать, так как повышает плату родителей, например, а за счёт платы концедента. Такой нормы сейчас нет, и я предлагаю эту норму в закон ввести.

Министр Дмитрий Викторович Ливанов уже сказал, что Федеральный закон об образовании предусматривает меры поддержки частных предпринимателей, оказывающих образовательные услуги, но услуги по присмотру и уходу за детьми, например, оказываются за рамками мер государственной поддержки. Я предлагаю внести такого рода изменение в закон, которое позволило бы снизить плату родителей за присмотр и уход за детьми в частных детских учреждениях, где они могут оставлять своих детей.

Другим фактором, тормозящим процесс обеспечения доступности дошкольного образования, является отсутствие специальных требований к жилым помещениям. Министр уже сказал, что в следующем году это будет устранено, потому что тогда мы сможем, конечно, более эффективно использовать такие формы, как семейные детские сады.

И ещё одна проблема, Владимир Владимирович, которую хотел бы обозначить, – это отсутствие возможности направления средств материнского капитала на получение образовательных услуг по программам дошкольного образования, ухода и присмотра за детьми в соответствующих организациях с частой формой обучения и государственной.

Уважаемые коллеги! К 2020 году должна быть решена задача по организации 25 миллионов высокотехнологичных рабочих мест, которые в свою очередь должны быть обеспечены кадрами соответствующей квалификации. И, конечно, один из главных путей решения этой проблемы – это организация обучения проживающих на территории граждан новым компетенциям, то есть переподготовка кадров на месте.

Формирование на региональном уровне соответствующей системы дополнительного профессионального образования создаст условия для реальной профессиональной мобильности трудовых ресурсов, предполагающей готовность работника при необходимости освоить новую для себя трудовую деятельность, что, соответственно, обеспечит максимальное соответствие кадровых ресурсов требованиям современной экономики.

Мы у себя в регионе такую работу уже начали. Я приведу один пример. Это создание образовательного кластера судостроения в городе Большой Камень Приморского края. Стратегическим партнёром кластера является Дальневосточный центр судостроения и судоремонта – дочернее предприятие государственного холдинга «Объединённая судостроительная корпорация».

Но кроме этого в состав кластера входят Дальневосточный судостроительный колледж, филиал Дальневосточного федерального университета, многофункциональный центр прикладных квалификаций и учебный центр, собственно, на базе предприятия, оснащённый соответствующим учебным производственным оборудованием.

Обучение программам высшего профессионального образования в кластере осуществляется в филиале университета по типу завода-втуза. Эта дуальная форма подготовки для производства прекрасно себя зарекомендовала ещё в советские времена, о чём свидетельствует ценный опыт Московского государственного индустриального университета, бывшего завода-втуза при ЗИЛе, Пензенского государственного технологического университета, бывшего пензенского завода-втуза. Мне кажется, что это достаточно перспективная форма.

В ряде других регионов такая форма тоже реализуется на двух площадках: учебного заведения и на предприятии. Например, на площадке Томского техникума прикладных строительных квалификаций в сотрудничестве со строительными компаниями «Герц Арматурен», «Кнауф» и «Бош». Представленные положительные примеры демонстрируют наличие хорошего потенциала для продуктивного реформирования профессионального образования, причём, хочу подчеркнуть, именно дополнительного профессионального образования по коротким образовательным программам, по программам, которые будут востребованы взрослым населением.

Однако пока эти примеры всё же являются единичными, скорее несистемными, чем системными, а проблемы в этой области носят как раз системный характер. Суть этих проблем известна. На сегодняшний день реальный сектор экономики не всегда получает достаточное количество кадров нужной квалификации, поэтому зачастую бизнес-сообщества, не удовлетворённые результатами традиционной подготовки специалистов, организуют альтернативные формы подготовки кадров, создают собственные корпоративные образовательные университеты, пытаясь самостоятельно решить целый ряд связанных с этим проблем.

Между тем государственные образовательные учреждения имеют достаточное количество преподавателей, оборудования, площадей, очень часто эти площади простаивают, например, в вечернее время, когда они могли быть использованы взрослыми людьми. Вот всё, что необходимо для реализации таких краткосрочных программ дополнительного профессионального образования.

И, на мой взгляд, необходимо проработать вопрос о разных формах мотивации, в том числе налоговых, предприятий участвовать в такой образовательной деятельности.

Кстати, Владимир Владимирович, Вы хорошо знаете, что у нас такой пример есть в области мотивации предприятий в области науки и инноваций: это 218?е постановление Правительства. Оно достаточно хорошо себя зарекомендовало, и мы имеем довольно неплохие результаты. Поэтому я считаю, что для обеспечения подготовки квалифицированных кадров для 25 миллионов высокотехнологичных рабочих мест необходима разработка государственной системы мер, направленных на поддержку дополнительного профессионального образования в рамках образовательных кластеров, подчеркну, которые должны включать в себя все уровни профессионального образования: и среднее, начальное – сейчас нет в законе, и высшее, и обязательно базового работодателя. Именно в таком составе этот кластер максимально эффективен.

Особое место в функциональной структуре образовательных кластеров должны занимать краткосрочные программы дополнительного профессионального образования, которые в отличие от основных образовательных программ среднего и высшего профессионального образования пока не получали должной поддержки со стороны Министерства образования и науки. Между тем именно такие краткосрочные программы способны обеспечить профессиональную мобильность кадров на рынке труда, постоянное повышение их квалификации.

И, конечно, Владимир Владимирович, абсолютно согласен с тем, что Вы сказали во вступительном слове. Для успешной реализации модели дуального обучения необходимо возрождение института наставничества. Нужно определить конкретные формы наставнической деятельности на предприятии, конечно же, разработать систему и мотивации, рассмотреть возможность производить оплату труда наставнику как за счёт средств образовательных учреждений, что сейчас не происходит, так и предприятий.

Убеждён, что реализация предполагаемого комплекса мер создаст необходимые условия для внедрения новых профессиональных стандартов и в целом обеспечит перенастройку системы профессионального образования, необходимость которой подчёркивалась в Вашем Послании Федеральному Собранию.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Владимир Владимирович, пара уточняющих вопросов.

Вы говорили о налоговой мотивации для предприятий. Налоговая мотивация в связи с чем – в связи с подготовкой кадров?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Нет, Владимир Владимирович.

Сейчас предприятия для подготовки своих работников имеют соответствующие налоговые стимулы. Но это только для тех работников, которые работают на предприятии либо планируют прийти работать. В то же время, если предприятие работает по дуальной системе подготовки, и в группе получится 25 человек, понятно, что работать придут не все 25, скорее всего, на это предприятие.

Так вот предприятие никак не мотивировано создавать, например, учебные классы для обучения всех 25 человек. Это как некий пример. Поэтому эта проблема сейчас известным образом обходится. Как правило, вузы или техникумы получают по договору безвозмездного пользования оборудование, которое покупает предприятие. Но это частные примеры, они не являются системными.

В.ПУТИН: Подумать на этот счёт можно, конечно.

А теперь по поводу материнского капитала. Расширение его использования на что? На оплату дошкольного образования?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Да.

В.ПУТИН: В садах?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Да.

В.ПУТИН: У нас же субсидируются детские сады. А вы распространите просто это субсидирование на частные дошкольные учреждения, вот и всё.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Да, я об этом тоже говорил.

В.ПУТИН: Вот это и нужно сделать.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Согласен.

В.ПУТИН: А дополнительных каналов не нужно создавать для того, чтобы у женщины эти деньги утащили из семьи. Мы так много-много насоздаём всяких вариантов, сразу появятся какие-нибудь схемы, по которым у людей будут вытаскивать деньги. Это первое.

И второе. Мы здесь обсуждали эту тему втроём: сразу и ставки поднимутся в детских садах, тут же вырастут, как только поймут, что дополнительные средства большие туда могут быть направлены – сразу раз, и поднимут цены. Как всегда! Поэтому здесь нужно быть очень аккуратными.

Пожалуйста, Михаил Александрович Мень.

М.МЕНЬ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники заседания!

Одной из основных задач созданного Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства является улучшение жилищных условий граждан, повышение доступности жилья и качественных коммунальных услуг. Реализация данных задач осуществляется в рамках выполнения 600?го указа Президента Российской Федерации. Сегодня работа Министерства охватывает несколько стратегических направлений, позволяющих решить поставленные задачи.

В сфере развития жилищного строительства. По данным субъектов Российской Федерации, за 11 месяцев 2013 года в Российской Федерации введено 52 миллиона квадратных метров жилья, что на 11 процентов больше, чем в аналогичный период 2012 года, в том числе 37 процентов – жильё экономического класса и 49 процентов – индивидуальное жильё. Средняя цена одного квадратного метра жилья по стране составила 47,4 тысячи рублей.

Во исполнение Вашего, Владимир Владимирович, Послания Федеральному Собранию с целью снижения стоимости и повышения доступности жилья Минстрой разрабатывает программу «Жильё для российской семьи». В рамках реализации данной программы до конца 2017 года планируется ввести в эксплуатацию 25 миллионов квадратных метров жилья дополнительно к запланированным объёмам, при этом не менее половины этого жилья будет предоставляться гражданам, имеющим право на приобретение такого жилья, по цене не более 80 процентов от рыночных и не выше 30 тысяч рублей за 1 квадратный метр.

В целях снижения административных барьеров в сфере строительства в Государственную Думу внесён проект федерального закона, предусматривающий наделение Правительства правом установления исчерпывающего перечня административных процедур в строительстве. Сегодня Минстроем совместно с АСИ ведётся подготовка соответствующего подзаконного акта.

В сфере развития ипотечного кредитования по состоянию на 1 ноября 2013 года выдано 639 тысяч ипотечных кредитов более чем на 1 триллион рублей. Средняя ставка по ипотечным кредитам, выданным за девять месяцев текущего года, составляет 12,6 процента. Напомню, что в самом начале развития ипотеки, в 2004 году, ставка по ипотечным кредитам составляла 15–16 процентов, а объём ипотечного кредитования – 20 миллиардов рублей в год. Во всех регионах действуют программы льготного ипотечного кредитования с пониженной процентной ставкой, такие как «Молодые учителя», «Материнский капитал».

По данным Пенсионного фонда, более 90 процентов средств материнского капитала направляется на улучшение жилищных условий, в том числе на оплату ипотечных кредитов.

Правительством утверждён комплекс мер по улучшению жилищных условий семей, имеющих трёх и более детей. Установлено первоочередное право многодетных семей на получение социальной выплаты на улучшение жилищных условий, а также обязанность субъектов часть средств, выделяемых им в рамках подпрограммы «Стимулирование жилищного строительства», направлять на обеспечение инженерной инфраструктуры земельных участков, в том числе для многодетных семей. Законопроект по альтернативным мерам поддержки на сегодняшний день подготовлен и внесён в Государственную Думу.

В сфере формирования рынка арендного жилья. Правительством внесён в Государственную Думу проект закона, направленный на формирование рынка доступного арендного жилья и развития некоммерческого жилищного фонда для граждан, имеющих невысокий уровень доходов. В настоящее время данный законопроект готовится к принятию во втором чтении.

Теперь что касается сферы ликвидации аварийного жилья. До конца 2017 года при участии Фонда содействия реформированию ЖКХ будет расселено 10,7 миллиона квадратных метров жилья, признанного аварийным по состоянию на январь 2012 года. То, что касается планов Фонда ЖКХ погодно, то в 2014 году планируется расселить порядка 2 миллионов квадратных метров, в 2015?м и 2016?м – по 2,5 миллиона квадратных метров и в 2017?м – 3 миллиона квадратных метров.

Задача крайне серьёзная, и в настоящее время мы видим, что у целого ряда регионов имеются трудности в реализации данного комплекса мер. В связи с этим Минстроем организован постоянный контроль за ходом его исполнения и принимаются меры по выполнению намеченных планов.

Я хотел бы обратиться к руководителям регионов. Мы будем всячески помогать, но у нас, к сожалению, есть регионы, которые не просто пробуксовывают, а даже в текущем году не взяли средства из Фонда на реализацию этой задачи. В данном случае Министерству, в общем, нечем даже помогать. Я прошу руководителей регионов обратить на это внимание, потому что задачи по времени очень сжатые и серьёзные.

Для выполнения поставленных задач по расселению аварийного жилья мы планируем обеспечить, первое, запуск принципиально новой системы контроля за реализацией региональных программ расселения аварийного жилья, в которых будем видеть не только введённые квадратные метры, но и факт заселения человека в новое жильё и степень его удовлетворённости решением это проблемы.

И, второе, синхронизацию программ расселения и строительства жилья экономического класса в рамках реализации программы «Жильё для российской семьи» и проектов, реализуемых в настоящее время. Это обеспечит необходимый синергетический эффект, в том числе снизит затраты на подготовку инженерной инфраструктуры.

В сфере повышения качества жилищно-коммунальных услуг. Сегодняшнее состояние отрасли с её износом, большими потерями, низким качеством и высоким потреблением услуг как раз и определяет необходимость обеспечить запуск инновационных инструментов для развития. Сегодня инвестиции в развитие коммунальной инфраструктуры крайне скудны.

По мнению экспертов, ежегодно в «коммуналку» необходимо вкладывать почти 600 миллиардов рублей, сокращая издержки и повышая надёжность работы системы жизнеобеспечения. Также, по оценкам экспертов, потенциал повышения эффективности отрасли достигает 40 процентов. В рамках текущего объёма платежей населения за коммунальные услуги ёмкость рынка для проектов, окупаемых только за счёт повышения энергоэффективности, около 360 миллиардов рублей в год.

Одной из ключевых задач Минстроя является привлечение в отрасль профессионального бизнеса, обладающего необходимыми ресурсами и готового работать на перспективу. Для этого мы завершаем работу по созданию новых правил игры в сфере жилищно-коммунального хозяйства. Основным препятствием для инвестирования в коммуналку является непредсказуемое тарифное регулирование.

По инициативе Правительства приняты законодательные решения, обеспечивающие переход на долгосрочные тарифы, при этом обязательным становится применение стандартов качества и надёжности услуг. Приход бизнеса в эту сферу будет обеспечен также благодаря скорректированному закону о концессионных соглашениях. Законопроект предусматривает необходимый уровень гарантий инвестору, заключающему соглашение с фиксацией показателей качества работы.

Напомню руководителям региона, что в соответствии с Вашим, Владимир Владимирович, поручением до 2016 года в концессию через публичные конкурсы должны быть переданы все неэффективные МОПы, работающие в сфере жилищно-коммунального хозяйства. Важнейшим решением для потребителей регионов и бизнеса является переход к долгосрочному регулированию совокупного платежа граждан за коммунальные услуги на уровне Правительства. Соответствующий закон сегодня утром был принят в окончательном чтении на заседании Государственной Думы.

Для того чтобы обеспечить приток частных инвестиций и квалифицированных кадров в жилищно-коммунальное хозяйство, в ближайшее время планируется решить три задачи. Первая: завершить формирование нормативной базы, приняв необходимые акты, их более десяти. Мы эту работу завершим уже в начале будущего года.

Второе: обеспечить в регионах внедрение механизмов привлечения инвестиций, предусмотренных новым законодательством, путём реализации в каждом регионе комплекса мер по развитию жилищно-коммунального хозяйства.

Третье: запустить на федеральном уровне дополнительные механизмы привлечения кредитных средств, модернизацию инфраструктуры, включая инструмент для финансирования кредитов, успешно зарекомендовавший себя в ипотеке.

Помимо усиления государственного регулирования в сфере жилищно-коммунального хозяйства развивается и общественный контроль. В Госдуме рассматривается специальный закон о наделении дополнительными правами объединений потребителей в сфере жилищно-коммунального хозяйства. Кроме того, сформирована сеть региональных центров общественного контроля, которые не только помогают контролировать качество услуг, но и обучают жителей всем тонкостям законодательства в сфере ЖКХ.

Анализируя обращения граждан, поступающие в Министерство, и учитывая опыт работы в субъекте, могу сказать, что значительное количество жалоб граждан связано с неудовлетворительной работой управляющих компаний. С целью исправления данной ситуации и усиления контроля в данной сфере подготовлен законопроект, предусматривающий введение лицензирования данной деятельности. В настоящее время проект закона проходит процедуру согласования.

Также для повышения прозрачности сферы жилищно-коммунального хозяйства Минстроем совместно с Минкомсвязи активизирована работа по внедрению системы ГИС ЖКХ. Запуск первых пилотных проектов планируется осуществить в первой половине следующего года, а с 16?го года система должна заработать на полную мощность.

Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги!

Мы понимаем сложность и глобальность задач в сфере строительства и жилищно-коммунального хозяйства, в том числе по исполнению майских указов. Но в целом в Министерстве сегодня есть понимание механизмов, с помощью которых можно их реализовывать во взаимодействии с региональными властями. Мы также примем все возможные меры по выполнению первостепенных задач.

Спасибо.

В.ПУТИН: Михаил Александрович, Вы Министром назначены недавно, и поэтому, естественно, ожидания большие. И за то, что что-то не сделано, к Вам и претензии нельзя предъявить. Но если в этой сфере мы будем наблюдать то, что происходит сейчас, то эти претензии быстро появятся.

Я хочу, чтобы у Вас был ясный, понятный, реалистичный план решения этой проблемы, я имею в виду в данном случае расселение аварийного жилья, чтобы было пошагово понятно, кто, почему что-то недовыполняет, для того чтобы нам сразу же настраивать эту систему быстро, оперативно и чтобы все наши коллеги, которые в этом зале присутствуют, руководители регионов, это имели в виду, тоже были встроены в общую систему и понимали, что это не просто так – поболтали языком и разошлись, что к этому будет приковано внимание, что этим надо заниматься, заниматься в ежедневном режиме, лично уделять этому внимание. Вот это первое.

И я прошу Администрацию, руководство Правительства иметь в виду, что, во-первых, на Правительстве, чтобы вы отчитывались регулярно, как решается вопрос, и время от времени чтобы я тоже мог ознакомиться с ходом этих работ. Это первая часть.

А вторая часть такая. Вы сказали о том, что нужно расселить 10,7 миллиона квадратных метров аварийного жилья, а на самом деле его больше – три с лишним. Куда делось 2,4 миллиона?

М.МЕНЬ: Уважаемый Владимир Владимирович, мы отталкиваемся от той цифры, которая была озвучена на 1 января 2012 года. По тем документам, которые у нас сегодня имеются, оставшиеся квадратные метры планируется расселить за счёт региональных программ.

В.ПУТИН: Понимаете, мы в своё время, в начале 90-х, взяли и скинули на регионы и муниципалитеты, скажем, первичное звено здравоохранения, то же самое и в образовании многое произошло, и сделали вид, что это нас не касается, я имею в виду федеральную власть. А потом вынуждены были проводить одну программу за другой, исходя из того, что очень много оказалось, мягко говоря, в неблагоприятной ситуации.

Здесь то же самое, абсолютно то же самое. Мы ясно и с полным пониманием проблемы должны относиться к этому вопросу. 2,4 миллиона сделают регионы, и делайте как хотите. Если вы считаете, что они могут это сделать, тогда покажите им, за счёт чего. Нужно, чтобы было понятно.

Я сейчас никого ни в чём не обвиняю, но некоторые руководители регионов могут считать, что есть другие вопросы, более приоритетные, и туда нужно деньги переложить. Да у них не так уж и много свободных денег. Поэтому тогда вместе с ними нужно всё обсуждать, понимать, что там происходит, и соответствующим образом регулировать.

Я Вас прошу к этому отнестись самым серьёзным образом, не просто так: большая проблема, острая, будем решать как-то. А вот эта часть, почти одна пятая, вот это они сделают. Как они сделают? Может быть, они и могут сделать, я вообще не исключаю, но тогда каждый из них должен знать, за счёт чего, как, в какие сроки. Вот чтобы не было здесь каких-то «серых зон» и непонятных для кого-то! Всё должно быть ясно.

И, конечно, ни в коем случае, уважаемые коллеги, прошу вас, не манипулировать цифрами – чуть больше, чуть меньше, потом чтобы выбить деньги из федерального бюджета, резко увеличить наличие аварийного жилья. Давайте отнесёмся к этому самым серьёзным образом.

Михаил Александрович, пожалуйста, садитесь. Спасибо.

Юрченко Василий Алексеевич, Новосибирская область.

В.ЮРЧЕНКО: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники заседания!

В своём выступлении я хотел бы акцентировать ваше внимание на следующих моментах. Во-первых, и меры, заложенные в указе Президента, и показатели, отмеченные в Послании Федеральному Собранию, направлены на создание комфортной среды проживания для наших граждан. Решение этой задачи сегодня является условием не только социальной стабильности, но и экономического развития, условием повышения конкурентоспособности нашей страны в борьбе за человеческий капитал.

И здесь хочу выделить такой нюанс. В обществе у населения, причём без различия в имущественном положении, сложилась стойкая убеждённость в том, что жилое помещение должно быть исключительно в частной собственности, хотя современный мировой опыт даёт другой пример: в структуре жилищного фонда многих стран арендное жильё занимает в среднем 60–70 процентов, и им пользуются вполне обеспеченные люди.

И в нашей стране аренда жилья должна не только выполнять социальную функцию обеспечения жильём малоимущих слоёв населения, но и обеспечивать трудовую мобильность людей, способствовать реализации важнейших инвестиционных проектов. И не случайно пилотный проект арендного жилья в Новосибирской области был адресован именно для специалистов созданного нового технопарка. Более ста квартир арендного жилья было построено, и сегодня там проживают молодые учёные и новаторы.

Сегодня частный бизнес готов входить в этот сектор, но нам предстоит простимулировать формирование нового вида предпринимательской деятельности: уже в самое ближайшее время обеспечить приход на этот рынок частных инвесторов, профессионально управляющих такими активами с целью получения доходов. Это требует принятия и специальных нормативно-правовых актов.

Считаю, нормативно-правовые акты должны не только регламентировать все аспекты деятельности этого бизнеса, права и обязанности сторон, но и содержать меры государственной поддержки на период его становления. Целесообразно, в частности, целевое выделение земельных участков для строительства жилья коммерческого найма, предоставление налоговых льгот.

Сегодня, конечно же, очень важная тема, на которой, Владимир Владимирович, Вы акцентировали внимание, – это переселение из аварийного жилья. Эту проблему нужно решать не только за счёт бюджетных средств из разных уровней бюджета: из Фонда реформирования ЖКХ, из региональных, из местных, – но сегодня при изменении законодательства, в частности, возможно привлечь очень серьёзные частные инвестиции.

Наверное, настало время изменить норму земельного законодательства, когда строить новое современное энергоэффективное жильё на застроенных территориях можно не когда полностью будет расселён квартал, а когда будет поэтапно подготовлено два-три дома. Тем самым сократить сроки расселения и заинтересовать застройщиков во вложении частных средств в эту проблему.

Развитие строительства во многом упирается в высокую стоимость квадратного метра. Эта проблема решается развитием строительной индустрии, созданием инженерной инфраструктуры, прозрачным выделением земельных участков. Об этом мы много раз говорили, принимали соответствующие программы.

Обозначу ещё один аспект. Высокая стоимость жилья во многом поддерживается спросом на недвижимость со стороны тех игроков рынка, которые покупают новые квартиры, чтобы защитить свои средства, чтобы перепродать и получить доход. Предлагаю рассмотреть возможность обложения такого дохода специальным налогом, как это делается в некоторых странах, в частности, в Австрии, где при перепродаже недвижимости в первые десять лет после её покупки доход от продажи облагается подоходным налогом в размере 34 процентов.

Думаю, всем понятно, почему сегодня такой масштаб приобрела проблема предоставления качественных жилищно-коммунальных услуг. Это отсутствие на протяжении многих лет, а правильнее было бы сказать, десятилетий, да ещё и достались со времён Советского Союза недоремонт, недофинансирование этой жизнеобеспечивающей отрасли.

Считаю, в стране наработан достаточный опыт консолидации средств бюджетов разных уровней, привлечение частого капитала в реализацию проектов модернизации коммунальной инфраструктуры, но необходимо увеличивать масштаб этих средств.

И здесь не обойтись, наверное, без новых, я бы сказал, инвестиционных ресурсов, которые должны быть использованы для реформирования жилищно-коммунального комплекса. Примеры существуют во многих странах Европы, в частности, в Германии, в Норвегии, в Швеции, в Нидерландах, когда функционирование этого финансового инструмента предусматривает возвратность средств.

И, самое главное, низкая стоимость процентной ставки и длительные сроки предоставления органам или государственной власти, или муниципальной через этот финансовый инструмент. Такие практики, я считаю, необходимо рассмотреть. В Министерстве строительства мы с Министром рассматривали это в рамках рабочей группы, думаю, что необходимо рассмотреть возможность применения у нас в стране. Это позволит, Владимир Владимирович, привлечь в разы больше частных средств в реформирование жилищно-коммунального комплекса.

Качество работы управляющих компаний – эта тема стала уже притчей во языцех, а между тем многие конфликты даже не возникли бы, если бы эта деятельность подлежала лицензированию. И то, что Вы недавно говорили, что лицензирование необходимо ввести, и здесь саморегулируемая организация не спасёт, опыт у нас в стране доказывает, что не удалось это сделать.

Сегодня Министр доложил – вносится документ о лицензировании этого вида деятельности, это абсолютно правильно. Постоянный мониторинг при помощи чётких критериев оценки работы позволил бы профилактировать нарушения и недостатки в сфере ЖКХ, не допускать недобросовестных игроков на этот очень важный, социально чувствительный сектор.

Сегодня плохо прописаны в законодательстве процедуры смены организаций, занимающихся управлением многоквартирного дома. Касается это и товариществ собственников жилья, и жилищных кооперативов, и управляющих компаний. Граждане зачастую лишаются права даже заключить с ресурсоснабжающей организацией прямые договоры, и только после вмешательства органов власти, работы с такими управляющими компаниями удаётся защитить права граждан.

Чтобы снять конфликтность, исключить злоупотребление при передаче многоквартирного дома в управление от одной управляющей организации к другой, может быть, посмотреть и включить в этот процесс государственные жилищные инспекции, органы местного самоуправления, когда из лицензированных организаций были бы реестры и защищали граждан при смене. На сегодня некоторые управляющие компании всё делают для того, чтобы гражданам, изъявившим свою волю и решение по смене управляющей компании, затянуть этот вопрос.

Очень важное значение имеет широкомасштабная информационная кампания по разъяснению всех нюансов и аспектов необходимых изменений в жилищно-коммунальном комплексе. И здесь необходимо всем уровням власти: от муниципалитета до федеральной – выстроить, мне представляется, системную работу по пропаганде, разъяснению тех изменений, которые приведут к улучшению жилищно-коммунальных услуг, защите прав граждан.

И самое главное, не спекулировать на жизненно важных темах некоторым так называемым защитникам, которые сегодня иногда призывают к неадекватным действиям, к торможению, к тому, чтобы те изменения, которые востребованы, не проводить.

Сегодня необходима более активная просветительская, разъяснительная работа в сфере изменений в законодательстве, регулирующем накопления средств граждан на капитальный ремонт общего имущества многоквартирных домов.

Население сегодня сомневается в подконтрольности собранных средств и прозрачности механизмов их использования. Поэтому от взаимодействия с общественными советами, которые созданы практически во всех субъектах Российской Федерации, очень и очень многое зависит, а также информационное обеспечение этой работы.

Потому представляется необходимым выстроить системную масштабную разъяснительную информационную работу по всем вопросам, касающимся жилищно-коммунального комплекса.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

По поводу обложения налогом операций с недвижимостью в течение десяти лет после приобретения или строительства. У нас есть определённые ограничения, инструменты налоговой политики используются в течение трёх лет. Можно, конечно, увеличить до десяти лет. Но есть и очевидные вещи, которые будут способствовать тому, что движение на рынке недвижимости будет замедлено, то есть и положительные вещи, наверное, но есть и вещи, о которых мы должны подумать. Поэтому повнимательнее нужно к этому подойти.

Что касается смены управляющих компаний и механизмов смены, это абсолютно точно, я полностью присоединяюсь.

И ещё хотел бы обратить внимание правоохранительных органов. Объём нарушений, которые происходят в этой сфере, не только управляющими компаниями, но в том числе и ими, и реакция правоохранительных органов совершенно не соответствуют одно другому. Я бы хотел видеть более профессиональную и более масштабную работу на этом направлении от правоохранительных органов всех уровней.

Пожалуйста, Улюкаев Алексей Валентинович, Министр экономического развития.

А.УЛЮКАЕВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Хотя за последние полтора десятилетия Россия была одним из мировых лидеров в росте производительности труда, отставание от развитых экономик всё ещё велико: почти двукратное отставание в среднем от Организации экономического сотрудничества и развития, в 2,5 раза – от Соединённых Штатов. Между тем мы находимся в ситуации, когда повышение производительности труда становится практически безальтернативным источником экономического роста и повышения национальной конкурентоспособности.

В этой связи Правительство приняло план по увеличению производительности труда. Там четыре основных блока, в том числе создание стимулов и мотиваций к новым высокопроизводительным рабочим местам, развитие кадрового потенциала, повышение эффективности работы государственных компаний по инновационному развитию, корректировка отраслевых и государственных программ.

Однако мы понимаем, что принятых мер недостаточно. Необходимо конкретизировать как базовые макроэкономические меры стимулирования экономического роста, так и конкретные отраслевые, корпоративные меры и практики повышения производительности труда.

В нашей экономике сложилась ситуация, когда интенсивное сокращение занятости в промышленности и сельском хозяйстве и высокий рост производительности труда в этих сферах сопровождаются перетоком рабочей силы в иные сферы: сферу услуг и бюджетный сектор, – где производительность труда существенно ниже. Поэтому мы стоим перед задачей не только подтягивания производительности труда в базовых секторах экономики до мирового уровня, но и в значительном повышении эффективности в бюджетной сфере.

Из 68 миллионов рабочих мест в Российской Федерации 46 миллионов – это организованный сектор. По данным Росстата, только 15 миллионов из них сейчас уже можно отнести к высокопроизводительным.

Сейчас Росстат подготовил соответствующую методику. К ней есть некоторые претензии. Придётся её, может быть, дорабатывать, но сейчас мы можем ей руководствоваться и должны разворачивать на этой основе работу по стимулированию роста, модернизации существующих и созданию новых рабочих мест.

Решение этой задачи имеет несколько уровней. Первый – это базовый, макроэкономический. Для этого ведётся работа по повышению доступности финансовых ресурсов для предприятий и компаний, улучшению инвестиционного предпринимательского климата, реализации соответствующих дорожных карт национальной предпринимательской инициативы, формированию институтов государственно-частного партнёрства, концессий и иных его форм, механизмов гарантийной поддержки кредитов для организаций малого и среднего предпринимательства.

Необходимо сократить долю неконкурентного сектора экономики и при этом добиться повышения эффективности управления в крупнейших компаниях, сохраняющихся в государственной собственности.

Важнейшим стимулом повышения производительности труда является конкуренция компаний. Поэтому критически важным является повышение прозрачности закупок для государственных и муниципальных нужд и для нужд крупных компаний с государственным участием в рамках 44-го Федерального закона, который будет реализовываться с января следующего года. Особое внимание должно быть уделено формированию новых институтов поддержки экспорта, в том числе экспорта предприятий среднего бизнеса, которые уже имеют соответствующую практику выхода на внешние рынки.

Мы сейчас работаем над новой редакцией дорожной карты: поддержка доступа на внешние рынки и поддержка экспорта, которые направлены прежде всего на упрощение и ускорение административных процедур, таможенного оформления для экспортной деятельности, создание стандартных финансовых продуктов, доступных для всех категорий экспортёров, развитие инфраструктуры поддержки экспорта.

Нам нужно достроить систему активной координации мер, включающих организацию поддержки первых контактов бизнеса с иностранными партнёрами через систему торгпредств. Мы сейчас завершаем работу по формированию так называемого нового облика торгпредств, развитие страхования экспорта через агентство ЭКСАР [Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций] и финансовой поддержки его через «Внешэкономбанк».

Последовательная реализация таких мер, масштабных, комплексных мер, может привести к высвобождению занятости, что является определённым вызовом для всех государственных структур. Надо быть готовым к этому. Сейчас уровень безработицы невысок – 5,5 процента занятого населения, но могут быть тенденции к некоторому увеличению. Необходимо создать гибкую систему повышения квалификации и переобучения работников, в том числе заинтересовать бизнес к тому, чтобы принимать эту новую рабочую силу, обеспечить большую мобильность трудовых кадров – как производственную мобильность, так и территориальную мобильность.

Для этого нужна и система поощрения инвестиций, особенно малого и среднего предпринимательства, которое создаёт в большом количестве новые рабочие места. Особое значение это имеет в регионах высокого риска, прежде всего в моногородах. Здесь важно в полной мере реализовать планы по созданию федерального фонда гарантирования инвестиций малого и среднего предпринимательства (нормативная работа завершена, и в бюджете соответствующие средства на 2014–2015 годы предусмотрены), а также обеспечить выделение средств на поддержку проектов в моногородах по созданию новых рабочих мест.

Мы в прошлом году запустили механизм поддержки за счёт целевых субсидий субъектам Федерации по программам развития инновационных территориальных кластеров и индустриальных парков, Вы обратили на это внимание в своём вступительном слове. К сожалению, я должен сказать, что пока развитие эта программа не получила в силу, вероятно, известных острых бюджетных проблем: мы не смогли обеспечить выделение необходимых средств в бюджете 2014–2016 годов на развитие этой программы. Считаю, что мы должны будем всё-таки вернуться в следующем бюджетном цикле к этому вопросу и обеспечить выделение соответствующих средств.

В государственных программах развития промышленности в целом и ведущих технологических секторов предусмотрены мероприятия, целевые ориентиры по повышению производительности труда. Однако необходимо их уточнить с учётом имеющихся бюджетных ограничений, того потенциала оптимизации, который есть, и эффекта по созданию высокопроизводительных рабочих мест.

Необходимо скорректировать сложившийся механизм отраслевых субсидий таким образом, чтобы их предоставление было обусловлено повышением производительности и качества труда. Такая работа уже ведётся, Минпром провёл уже корректировку субсидий. Необходимо распространить её на программы развития транспортного комплекса и программы развития сельского хозяйства, дополнить необходимыми целевыми показателями повышения производительности труда. Необходимо также скорректировать региональный аспект с учётом проработки на федеральном уровне методических рекомендаций, свои региональные программы, направленные на увеличение производительности труда и создание высокопроизводительных рабочих мест.

На федеральном уровне нужно поддержать развитие финансовых механизмов поддержки региональных проектов, включая предоставление налогового кредита, возмещение части региональных затрат, направленных на увеличение производительности труда и внедрение современных технологий.

В этой связи позиция о том, чтобы разработать новую модель строительства инфраструктурных объектов на территориях с учётом расчёта с инвесторами через учёт средств, которые будут получены после ввода объектов в бюджетной сфере через налогообложение, взята нами в оперативную проработку, и мы уже готовы в ближайшее время внести проекты соответствующих нормативно-правовых актов.

Особое внимание должно быть сконцентрировано на отраслях, которые обеспечивают энергетическую и транспортную инфраструктуру. Принятый Правительством план повышения эффективности компаний инфраструктурного сектора, прежде всего естественных монополий, на 2015–2016 годы, который предполагает серьёзное снижение издержек и рост производительности труда, должен быть дополнен средними и долгосрочными программами развития этих компаний, которые включают мероприятия по росту производительности труда, обновлению технологий, инвестиционным планам и оптимизации операционных и капитальных затрат.

Вопрос производительности труда в конечном счёте решается на микроуровне – на уровне предприятий. Необходимо проработать стимулы для оптимизации компаниями, особенно компаниями с государственным участием, производственных возможностей, внедрения современных форм и методов организации производства и инновационной культуры.

У нас есть очень хорошие примеры. Так называемые производственные программы «Сбербанка», Росатома являются, я считаю, одними из лучших в мировой практике. Нам необходимо добиться тиражирования такого рода подходов и распространения их в других компаниях с государственным участием, да и в частном бизнесе. Распространению лучших практик будет способствовать как конкуренция, так и поддержка развития рынка консультативных услуг инжиниринговых компаний.

Государственные программы должны быть состыкованы не только с федеральными и местными бюджетами, но и со стратегиями инновационного развития на корпоративном уровне. Здесь важна не только согласованность мероприятий и целевых индикаторов, но и увязка системы вознаграждений руководства компаний, особенно компаний с госучастием, с достижением целевых показателей создания и модернизации высокопроизводительных рабочих мест. Вес инновационных параметров в системе вознаграждения менеджмента, коэффициент оценки их участия должен быть существенно повышен.

Увеличить производительность труда по всей российской экономике в полтора раза до 2018 года – крайне сложная задача. Между тем в ряде ведущих секторов и компаний у нас есть потенциал для того, чтобы не только достигнуть таких позиций, но и даже их существенно превысить. Для того чтобы в практическом плане обеспечить координацию работ и утверждение лучших, наиболее передовых корпоративных практик, создана подкомиссия правительственной комиссии по обеспечению устойчивого развития интеграции экономики во главе с вице-премьером Аркадием Дворковичем. Мы считаем, что координация работ всех уровней исполнительной власти, мониторинг и корректировка соответствующих отраслевых и региональных программ, общественный контроль за этой работой обеспечат необходимые условия достижения намеченных целей социально-экономического развития.

Спасибо.

В.ПУТИН: Алексей Валентинович, вопрос есть. Сейчас Вы упомянули об этом вскользь – по сути, о принятом решении заморозить тарифы инфраструктурных монополий на следующий год и потом индексировать их в последующие годы по уровню инфляции. Хорошее решение, много об этом говорили. Сейчас я слышу о предложениях всё-таки для «РЖД» сделать исключение: повысить тариф для «нефтянки». Понимаете, что это такое? Вы таким образом можете на «нефтянку» переложить вообще всю нагрузку по всей экономике. Первое.

Второе – как только на «нефтянку» повышается тариф у «РЖД» – она работает, как печка, как сами нефтяники говорят, – сразу и другие составляющие их производственных расходов будут повышаться по очень многим показателям.

Как Вы можете это прокомментировать?

А.УЛЮКАЕВ: Владимир Владимирович, первое. Мы никогда не предлагали такую меру, как повышение тарифа для «нефтянки», но такие предложения были. И в ходе обсуждения наша позиция была следующей: компания «Российские железные дороги» с нынешней нормативно-правовой базой имеет право скорректировать тарифы как в сторону понижения, так и в сторону повышения для отдельных направлений, отдельных категорий грузов.

Наша позиция следующая: если компания пойдёт на то, чтобы повысить тариф для этой категории грузов, она обязана будет одновременно принять меры по снижению тарифов для других категорий грузов, чтобы в целом обеспечить нулевое решение по тарифам. В целом это никогда не было нашим предложением – делать какое-то исключение для нефтяной отрасли.

В.ПУТИН: Да, но мы же понимаем, к чему это может привести. Мы, что, за счёт «нефтянки» всю остальную экономику будем держать? На одну отрасль всё перегрузим, так получается?

А.УЛЮКАЕВ: Мы не предлагаем перегрузить на одну отрасль, но должен сказать для справки, что эта отрасль является отраслью, которая более всего выигрывает от нашего замораживания тарифов. Она является самым главным бенефициаром.

В.ПУТИН: Правильно, мы все это знаем.

А.ДВОРКОВИЧ: Уважаемый Владимир Владимирович, действительно, сейчас «РЖД» предложила повысить тарифы для нефтяных грузов при перевозках по железной дороге. Это предложение обсуждается, оно вынесено на формальное обсуждение, но решение такое не принято пока что. Это первое.

Второе. Когда мы считали налоговый манёвр, я просто напомню: мы снижаем экспортные пошлины на нефтепродукты и одновременно повысили акцизы на нефтепродукты, – мы считали, что тарифы по «РЖД» будут заморожены, а тарифы «Транснефти» будут проиндексированы, и все расчёты делались исходя из этого. У нас получалось, что в общем и целом нефтяная отрасль в 2014 году немножко выиграет – не проиграет, а выиграет. Потом было принято решение тарифы «Транснефти» тоже заморозить, соответственно нефтяная отрасль выиграла ещё больше, и поэтому у «РЖД» возникла с их точки зрения разумная идея – несколько проиндексировать тарифы для «нефтянки».

Хочу подчеркнуть, что по балансу в целом нефтяная отрасль всё равно выигрывает, тем не менее это решение не принято, оно будет обсуждаться. В любом случае важно, какова будет динамика на три года вперёд, а не только в течение одного года. Мы в рамках этого трёхлетнего баланса обсудим, как лучше это всё сделать, чтобы никто не проиграл.

В.ПУТИН: Друзья мои, уважаемые коллеги! Сегодня уже последние дни уходящего года. Все компании считают свою экономику, планируют своё будущее на ближайший год как минимум и последующие годы. Я к чему вас призываю: к тому, чтобы своевременно такие вещи считали. «Мы, – как вы сказали, – сначала подумали так, потом посчитали так, потом решили всё-таки заморозить [тарифы для] “Транснефти”».

Надо заранее считать. Уже на следующий год, на 2015-й, надо считать сейчас, чтобы не было таких сигналов для рынка. Они носят негативный характер, отражаются на экономике, сбивают с рабочего ритма важнейший сектор нашей экономики.

Чтобы было понятно, это не «Роснефть» жалуется – не нужно накатывать, она ни при чём совершенно. Это все нефтяные компании, я с ними недавно встречался, практически все. Они, конечно, замерли в ожидании. Нельзя этого допускать. Надо чтобы было прозрачно, понятно и своевременно, взвешенно. Вот я к чему призываю. Профессиональнее работать нужно.

А.УЛЮКАЕВ: Владимир Владимирович, если можно?

Сейчас право повышать тарифы по отдельным направлениям, категориям грузов закреплено за самой компанией «Российские железные дороги». Есть предложение о том, чтобы вернуться к системе, когда Федеральная служба по тарифам непосредственно располагает такими возможностями – и изъять его из права компаний. Может быть, это тоже нужно будет сейчас дообсудить и принять соответствующее решение.

В.ПУТИН: Вы знаете, есть представители государства в этой компании. Не нужно здесь рака за камень заводить. Всё это можно регулировать, но только нужно делать своевременно и просчитывать надо до конца, все последствия просчитать и для самой компании «РЖД», которая является одной из важнейших составляющих всей нашей экономики, её инвестиционного пакета, нужно посмотреть для других отраслей экономики. Вовремя только делать надо и всё посчитать.

Артамонов Анатолий Дмитриевич, пожалуйста.

А.АРТАМОНОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Государственного совета! Участники заседания!

Показатель производительности труда является зеркалом развития не только экономики, но и общества в целом. Не умаляя значимости повышения производительности труда в отраслях социальной сферы, наша рабочая группа всё-таки посчитала, что наиболее важным является решение этой задачи в базовых отраслях экономики.

Этот вывод подтверждают и данные различных исследований, в том числе Евразийского института конкурентоспособности, согласно которым, 40 процентов нашего отставания по уровню производительности труда приходится на машиностроение и ещё 40 процентов дают другие отрасли промышленности и сельское хозяйство.

Согласно данным Организации экономического сотрудничества и развития, текущий уровень производительности труда в нашей стране оценивается не более чем в 39 процентов от уровня США. Для сокращения этого разрыва нам предстоит практически удвоить рост производительности труда, доведя его до 5–6 процентов в год. Но мы, кстати, уже имели такие темпы роста в предыдущие годы. Можно, конечно, устроить сейчас соревнование регионов, отраслей экономики за достижение наивысших показателей производительности труда. Но на взгляд участников нашей рабочей группы, это мало что даст, разве что загрузит интересной аналитической работой большое количество талантливых людей. Гораздо важнее собирать урожай в виде реального повышения производительности труда от тех усилий, которые мы предпримем по модернизации экономики и созданию новых высокоэффективных производств.

Одним из важнейших факторов роста является, конечно же, сокращение доли государства в экономике. Вместе с тем нам надо на законодательном уровне повысить ответственность участников бизнеса за выполнение тех обязательств, которые они на себя принимают по условиям контрактов, тем более когда это касается таких чувствительных сфер деятельности, как жилищно-коммунальное хозяйство, например. Повышение прозрачности деятельности госкорпораций и естественных монополий также могло бы дать существенный прирост повышения производительности труда не только для них самих, но и в стране в целом.

Второй важной мотивацией для модернизации существующих производств является создание условий, при которых им стало бы выгодно реинвестировать свою прибыль на цели модернизации, а не направлять её на проедание, на выплату бонусов и дивидендов. Вместе с тем этого резерва, конечно же, недостаточно. В мировой практике нет таких примеров, чтобы коренная перестройка экономики, особенно обрабатывающих производств, была осуществлена без привлечения заёмных средств. Однако бизнес-расчёты показывают, что для того, чтобы вернуть кредиты банкам на нынешних условиях, надо иметь рентабельность не менее 30 процентов. В обрабатывающих отраслях, например, это в принципе невозможно. И плюс к этому сверхтяжёлые условия оформления кредитов именно как раз для предприятий обрабатывающих отраслей экономики.

Важным резервом модернизации промышленности, а значит, и повышения производительности труда, могут являться дополнительные меры по поддержке экспортно-ориентированных несырьевых отраслей, ибо сам по себе факт завоевания зарубежных рынков уже является доказательством высоких качеств и инновационности этой продукции и осуществлённых её производителями усилий по модернизации своих производств. И это, конечно же, должно поощряться, в том числе и государством.

Вновь создаваемые производства всегда основаны на создании высокопроизводительных рабочих мест, а значит, мы должны ещё больше внимания уделять повышению инвестиционной привлекательности как отдельно взятых регионов, так и страны в целом. На сегодняшний день у нас в стране уже накоплен достаточный опыт в работе по привлечению инвестиций. Успехи Татарстана, Белгородской, Ульяновской и других областей в развитии экономики всем известны, мы охотно изучаем опыт наших коллег и перенимаем его. Определённые наработки есть и в Калужской области, мы также ими охотно делимся.

В стране очень многое делается сегодня по снятию административных барьеров, устранению коррупционных проявлений, предоставлению налоговых преференций. Приняты многие законодательные и нормативные акты, которые направлены на повышение инвестиционной привлекательности России. Свою лепту здесь внесли АСИ, Торгово-промышленная палата, РСПП, «Деловая Россия», «ОПОРА России» и, конечно же, созданные институты развития, прежде всего «Внешэкономбанк». Однако надо признать, что и в случае с модернизацией существующих производств по тем же самым причинам привлечение заёмных средств на реализацию инвестиционных проектов в нашей стране также пока остаётся проблематичным.

Кроме того, у нас очень слабо развит институт проектного финансирования. Как бы ни было тяжело это осознавать, но у нас нет другого выбора, кроме как привести свою кредитно-денежную политику в соответствие с требования экономики, нацеленной на развитие. Наша рабочая группа предлагает включить вопрос о повышении доступности кредитов, в особенности для обрабатывающих производств, в перечень поручений по итогам заседания Государственного совета.

Государство должно посылать бизнесу сигналы о своей заинтересованности в привлечении инвестиций – и прежде всего через солидарную ответственность. Вложение средств в инфраструктуру как раз и является проявлением такой взаимной заинтересованности.

Однако надо признать, что мы крайне мало пока ещё в сравнении с существующими потребностями строим современных высокоскоростных автомобильных дорог. На железнодорожном транспорте производительность труда также остаётся очень низкой, да и тарифы порой для многих участников экономической деятельности неподъёмные.

И, что особенно печально, мы практически потеряли речной флот, соревноваться с которым по производительности и экономичности не мог ни один вид транспорта. И по этой причине, кстати, существенно увеличили нагрузку на наши автомобильные дороги, не рассчитанные на продвижение по ним такого большегрузного транспорта, который перевозит сыпучие строительные материалы, например.

Третьим важным резервом повышения нашей инвестиционной привлекательности является всё-таки тарифная политика, и те решения, которые были приняты Вами, Владимир Владимирович, руководством страны по сдерживанию роста тарифов естественных монополий, несомненно, благотворно скажутся на развитии экономики.

Что особенно важно, это продолжение политики государства, направленной на развитие малого и среднего бизнеса. Но в этом направлении, конечно же, сейчас имеются успехи, они замечаются в том числе и самим малым бизнесом, но надо всё же смещать центр этой работы в развитии малого и среднего бизнеса именно в реальный сектор экономики и подкреплять её дополнительными преференциями.

Развитие новой экономики неизбежно тянет за собой задачу по подготовке кадров новой формации, изучение лучших практик организации бережливого производства и развитие лидерских качеств руководителей. Нам приходится признавать, что существующая система профессионального образования пока не соответствует требованиям новой экономики.

Мы, например, вынуждены были у себя в срочном порядке вложить более миллиарда рублей в создание специального центра, который занимается подготовкой кадров для автомобильной промышленности, и за прошедшие четыре года таких специалистов уже подготовлено более 9 тысяч. Сейчас по этой же схеме начали подготовку кадров для фармацевтического кластера. В филиале технического университета имени Баумана внедрили совмещённую, или, как теперь говорят, дуальную, систему образования.

Было бы важным, уважаемый Владимир Владимирович, если бы Вы поручили разработать специальную программу, в соответствии с которой не только Министерство образования России, но и отраслевые министерства в рамках, может быть, своих программ, НИОКР, приняли бы участие в решении важнейшей задачи подготовки кадров для новой экономики на паритетных началах с регионами.

Россия на сегодняшний день пока ещё крайне недоиндустриализированная страна с точки зрения производства потребительских товаров. Отсюда и превалирующий импорт на потребительском рынке. И чем больше мы будем создавать новых современных производств, тем больше нам потребуется рабочих рук. Это к вопросу о безработице, которая якобы нам грозит в связи с модернизацией производства. Я с этим абсолютно не согласен.

Исключение могут в какой-то мере составить, может быть, временные моногорода. И в добавление к ним ещё города, оказывающиеся в роли безработных по причине предумышленного банкротства ранее успешных предприятий новыми нерадивыми собственниками. Кстати, давно назрел вопрос об ответственности в этих случаях не только наёмных менеджеров, но и самих собственников предприятий этого бизнеса.

Сегодня назрела необходимость в актуальном расселении высвобождаемого трудоспособного населения, например, через строительство жилья для военнослужащих, увольняемых в запас. Сегодня оно в большей степени строится в Москве, Санкт-Петербурге и других крупных центрах. Или оказание поддержки тем, кто переезжает на новое место жительства в случае, если этот регион действительно нуждается в дополнительных трудовых ресурсах. Очень хорошим подспорьем в этом является развитие рынка арендного жилья. Определённый опыт в этом направлении имеется в Калужской области.

В завершение я хотел бы сказать ещё об одном существенном, на мой взгляд, резерве, который, если его в полной мере задействовать, мог бы, пожалуй, в самой большей степени помочь решить задачу быстрого роста экономики и производительности труда. Надо сделать заинтересованными участниками этого процесса все регионы, каждый муниципалитет. Чего греха таить, пока это далеко не всегда так.

В своём Послании Федеральному Собранию Вы, Владимир Владимирович, объявили об очень важном решении, которое позволит регионам компенсировать подтверждённые затраты на создание инфраструктуры индустриальных парков. Это обязательно даст мощный мультипликативный эффект в привлечении инвестиций. Но чтобы ещё в большей мере задействовать инициативу регионов, на наш взгляд, было бы правильным рассмотреть возможность введения хотя бы временного моратория на применение тех правил, которыми сегодня руководствуется Министерство финансов при определении объёмов финансовой помощи регионам и софинансировании совместных проектов и программ.

Сегодня оно осуществляется в зависимости от бюджетной обеспеченности, что в значительной мере снижает желание регионов повышать эту самую обеспеченность и порождает иждивенческие настроения. Возможно, в поручениях по итогам сегодняшнего заседания Госсовета эта проблема также могла бы быть разрешена. Это обязательно вызовет дополнительный интерес у регионов к развитию экономики и повышению производительности труда, что, собственно говоря, и требуется.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Это хорошее предложение. Только тогда общий объём средств, которые Министерство финансов может направлять на выравнивание бюджетной обеспеченности, сократится, и, прямо скажем по-народному, бедные регионы будут ещё беднее. Мы это с вами понимаем или нет?

А.АРТАМОНОВ: Владимир Владимирович, есть схемы, по которым не пострадают бедные регионы.

В.ПУТИН: Скажите тогда, прямо сейчас назовите эти схемы. Я о них пока ничего не знаю, но если Вы откроете мне глаза, то буду Вам очень благодарен.

А.АРТАМОНОВ: Например, я согласен, может быть, бог с ним, с этим трансфертом, который в данном случае имеется в виду, пусть он идёт тем регионам, которые ещё не достигли достаточного уровня своего развития. Например, та же самая программа ветхого и аварийного жилья.

Мы на сегодняшний день 72 процента должны софинансировать из своего бюджета, хотя если взять пять лет назад, софинансирование у нас было 30 процентов. Таким образом, резервов для погашения тех кредитов, которые мы взяли под развитие, практически не остаётся.

В.ПУТИН: Да, это сложнее, но у некоторых субъектов Федерации, у которых не такая бюджетная обеспеченность, как у вас, у них этого не будет просто. Они не смогут делать то, что у вас происходит. Тем более имейте в виду, есть регионы, удалённые от центров экономической деятельности. Калуга-то рядом с Москвой находится, удобно как бы там ни было, есть определённые конкурентные преимущества. У нас территория большая, а чуть подальше – всё, будет другая ситуация.

Давайте мы сейчас попросим Министра финансов прокомментировать. Пожалуйста, Антон Германович.

А.СИЛУАНОВ: О чём Анатолий Дмитриевич говорит? Он говорит о следующем: о том, что сегодня есть субсидии, которые предоставляются регионам на выполнение их полномочий. И доля участия региона в этих субсидиях варьируется в зависимости от бюджетных возможностей региона.

Сильные регионы – больше доля, слабые регионы – меньше доля. В принципе это справедливый подход. И сильные регионы, конечно, могут больше участвовать в софинансированных мероприятиях. Но в нынешних условиях, когда все силы регионов сосредоточены на выполнении указов Президента, которые тоже должны быть обеспечены в полном объёме, безусловно, считаю, что в целом требования к софинансируемым обязательствам региона могут быть понижены в целом.

Если мы, предположим, год назад могли требовать участие в целом по региону 50 на 50, то сейчас можно было бы сделать 30 на 70: 30 – регион, 70 – Федерация, при условии, что это должно касаться непервоочередных софинансированных мероприятий, потому что есть субсидии, которые не связаны с реализацией указов Президента. Вот по этим мероприятиям, по инвестициям, может быть, даже какие-то мероприятия мы можем отложить таким образом на более длительный срок, ничего в этом страшного нет, если это не указное мероприятие.

Поэтому в целом считаю, что требование к регионам по софинансированию должно быть понижено по непервоочередным софинансированным мероприятиям.

В.ПУТИН: А то, о чём мы договаривались на совещании, связанном с реализацией планов по расселению аварийного жилья, помните?

А.СИЛУАНОВ: Да.

В.ПУТИН: Где мы говорили о необходимости всё-таки повысить федеральное участие. Какие решения окончательно приняты?

А.СИЛУАНОВ: Владимир Владимирович, в соответствии с Вашими поручениями было сокращено требование к участию регионов. Было 70 на 30: 70 – регион, 30 – Федерация. Сейчас стало 50 на 50, по некоторым регионам – 60 на 40. Требования к регионам понижены. Это с одной стороны.

С другой стороны, мы добавили дополнительно в 2016–2017 годах, если мне память не изменяет, по 10 миллиардов рублей для реализации этой цели. Специально законом о бюджете внесена такая дополнительная поправка.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

А предложение Анатолия Дмитриевича, мы с вами тоже многократно это обсуждали на различных площадках, по поводу доступности кредитов?

А.СИЛУАНОВ: Речь может идти только, конечно, о субсидировании процентных ставок по кредиту. Естественно, мы не можем коммерческим банкам в административном порядке навязывать те или иные ставки. Субсидирование процентных ставок – это уже бюджетные решения региона, возможно, при участии Федерации.

В.ПУТИН: Нет, не только субсидирование, есть и другие инструменты, например, госгарантии.

Он-то почему об этом говорит? У него много новых производств, много предприятий, он работал над развитием инфраструктуры и закредитовался очень серьёзно, насколько я вижу по документам, так?

А.АРТАМОНОВ: Мы снижаем эту кредитную задолженность, Владимир Владимирович. Мы уже в два раза её понизили, тем не менее она в определённый период времени превышала 80 процентов. Сейчас осталось 50.

В.ПУТИН: Поэтому губернатор так беспокоится и говорит об этой доступности.

Пожалуйста.

А.СИЛУАНОВ: У нас предусмотрены, Владимир Владимирович, в бюджете меры поддержки в виде госгарантий. При этом перечень объектов отбирается, соответственно, созданной в рамках действия Правительства комиссией.

Если объекты, которые попадут в рамках этих приоритетных объектов от регионов – это региональные объекты, – будут поддержаны комиссией, на это будут предоставлены гарантии. Но хочу сказать, что, конечно, банкам нужно поработать, имея в виду, что при предоставлении гарантий кредиты банков снижаются в лучшем случае на процент.

На процент – это не так много. Поэтому, конечно, нужно ещё и банкам в этом плане принять меры по большей действенности этих мер, потому что действительно всё, по сути дела, обеспечение за счёт государства-то есть, поэтому у банков меньше рисков и меньше маржу можно…

В.ПУТИН: На что в принципе частный сектор банковский ориентируется – на поведение Сбербанка, ВТБ, ВЭБ, Газпромбанка? Там везде мощное государственное участие: либо правительственное, либо наших, по сути, госкомпаний, либо Центрального банка. Я думаю, что вполне могли бы поработать с этим сообществом повнимательнее.

Ведь когда наши банки предоставляют регионам Российской Федерации кредиты под такую же процентную ставку, как просто рядовым участникам экономической деятельности, наверное, это не очень справедливо. И мы об этом много раз говорили, движения только мало в этом направлении. Прошу Вас к этому вернуться.

А.АРТАМОНОВ: Владимир Владимирович, извините, может быть, это не совсем понравится, но тем не менее сегодня приняты определённые решения, допустим, в Соединённых Штатах Америки на развитие обрабатывающих производств малого и среднего бизнеса и поддержку со стороны государства. Может быть, есть смысл посмотреть, вдруг нам что-то там будет полезно?

Спасибо.

В.ПУТИН: Нет смысла, и это не будет полезно, потому что у нас другая экономика и другая валюта.

А.АРТАМОНОВ: Согласен.

В.ПУТИН: Если мы просто «качнём» денег бездумно и непонятно куда, то это может закончиться только переводом из рублей в доллары либо в евро и выводом из нашей экономики. Это не так просто, как кажется на первый взгляд.

А.АРТАМОНОВ: Конечно, я согласен.

В.ПУТИН: Спасибо.

Татьяна Алексеевна Голикова, пожалуйста.

Т.ГОЛИКОВА: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники заседания!

Я бы хотела с учётом состоявшегося обсуждения остановиться на 12 проблемных вопросах, вытекающих из реализации обсуждаемых сегодня указов Президента, исходя из контрольных мероприятий, которые проводились Счётной палатой в 2012?м и прошедшем периоде 2013 года.

Первая тема – это образование. Но проблема, о которой я бы хотела сказать, касается не только образования, а и повышения заработной платы в целом в социальных отраслях, вытекающих из указов Президента. Я бы хотела отметить следующее, что при анализе уровней заработных плат и тенденциях, которые складываются по их повышению, необходимо фиксировать неоднородность ситуации, которая складывается в регионах Российской Федерации.

Анализируя ситуацию к сегодняшнему заседанию, мы пришли к следующему выводу. Нам кажется, что всё-таки необходимо провести работу по чёткой выверке оценок средств, которые необходимы на повышение уровня заработной платы в треугольнике: Министерство финансов – субъект Российской Федерации – соответствующее отраслевое министерство, которое мониторит повышение уровня заработной платы в соответствующем регионе и, как правило, базируется на оценках по повышению уровня заработной платы, которые представляют субъекты Российской Федерации, в отличие от Министерства финансов, которое, формируя и выделяя средства на сбалансированность бюджетов субъектов Российской Федерации, базируется на нормах указов Президента, которые касаются следующего.

Повышение уровня заработной платы должно базироваться не только на простом, прямом увеличении заработных плат, но и на 30-процентной экономии в связи с необходимостью реструктуризации соответствующих отраслей. В результате этого у нас возникают нестыковки при оценке повышения уровня заработной платы между субъектом, отраслевым министерством и Министерством финансов.

Это очень чётко вырисовывается, когда тема выделения средств на сбалансированность обсуждается при прохождении бюджета в Государственной Думе и потом при исполнении бюджета в течение соответствующего финансового года. И нам представляется, что такая работа по выверке должна быть осуществлена уже в I квартале 2014 года, иначе мы всё время будем возвращаться к этой теме в контексте сбалансированности бюджетов и невозможности исполнить заданные показатели.

Вторая тема – по образованию, на которую я хотела бы обратить внимание, касается того, что 80 процентов всего бюджета государственной программы «Развитие образования» составляют средства бюджетов субъектов Российской Федерации. Но механизмы, позволяющие влиять на выделение регионами необходимого объёма средств и реализацию установленных указом задач, не созданы. И нам представляется, что сейчас в рамках работы по уточнению государственных программ до 1 февраля 2014 года Министерство образования должно обратить на это соответствующее внимание.

Третье. Наиболее проблемная ситуация складывается с реализацией положений Указа о достижении к 2016 году стопроцентной доступности дошкольного образования для детей в возрасте от трёх до семи лет. В целом по стране дошкольное образование в различных формах получают свыше 5,5 миллиона детей в возрасте от трёх до семи лет, что составляет 84,3 процента от общей численности данной возрастной категории. При этом на 1 ноября 2013 года в очереди состояли более 449 тысяч детей. Наиболее остро проблема обеспечения доступности дошкольного образования для детей в возрасте от трёх до семи лет остаётся в 17 субъектах Российской Федерации. Самый высокий показатель в Республике Тыва – 28,8 процента.

Учитывая, что на начало 2013 года 2,4 миллиона детей нуждались в устройстве в дошкольные образовательные учреждения, а количество новых мест, которое планируется создать в 2013 году, удовлетворяет данную потребность на 15 процентов, существует риск недостижения к 2016 году стопроцентной доступности дошкольного образования для детей в возрасте от трёх до семи лет.

Прирост численности детей в возрасте от трёх до семи лет для обеспечения их местами в дошкольных учреждениях составит на 1 января 2016 года 1,2 миллиона человек. При этом решение данной проблемы предлагается осуществлять за счёт возможностей негосударственного сектора дошкольного образования и развития вариативных форм дошкольного образования, что в настоящее время в регионах Российской Федерации развито очень слабо.

Так, например, образование в семейных группах или у индивидуальных предпринимателей получают только 12,2 тысячи детей, это всего 0,2 процента от общей численности охваченных дошкольным образованием. Мне представляется, что требуются дополнительные усилия для решения этой задачи и выработка дополнительных механизмов для её решения.

Самым проблематичным, с нашей точки зрения, является реализация так называемого «жилищного указа» № 600. Я остановлюсь на шести пунктах, которые вытекают из контрольно-проверочных мероприятий Счётной палаты. Причём базируются они на данных за 2012 год, как я уже сказала, и прошедшем периоде 2013 года.

Первое. По результатам экспертно-аналитических мероприятий и контрольных мероприятий установлено следующее. Из десяти значений целевых индикаторов и показателей, установленных на 2012 год ФЦП «Жилище», являющейся составной частью госпрограммы обеспечения доступным и комфортным жильём и коммунальными услугами граждан Российской Федерации, по шести показателям значения не определены ввиду отсутствия данных у Росстата, по трём – плановые значения не достигнуты. Средства федерального бюджета на реализацию ФЦП «Жилище» используются неэффективно.

По состоянию на 1 января 2013 года неиспользованный остаток средств федерального бюджета на счетах бюджетов субъектов Федерации составил 13,4 миллиарда рублей, или почти четверть предусмотренного годового объёма. Такая ситуация связана с крайне низкой организацией подготовительной работы в регионах. До утверждённой программы не была проведена работа по разработке градостроительной документации, оформлению имущественно-земельных отношений, отсутствовала опережающая разработка проектной документации, а также среднесрочное планирование консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации – на срок три года.

Второе. В рамках программы модернизации объектов коммунальной инфраструктуры, например, в Ставропольском крае средства федерального бюджета в сумме 69,5 миллиона рублей не использовались более года. Причина – предварительная проработка заявок на софинансирование не проводится в системном режиме, в результате чего вместо запланированных к вводу 11 объектов в 2012 году фактически введено только два.

Так, на территории Приморского края под жилищное строительство предоставлено 1353 участка, при этом инфраструктурой они обеспечены на низком уровне. Линиями электропередачи – 25 процентов участков, транспортной инфраструктурой – 60, системой водоснабжения – менее 15 процентов участков.

Третье. В рамках подпрограммы «Стимулирование программ развития жилищного строительства субъектов Российской Федерации» 12 из 26 субъектов не обеспечили финансирование мероприятий подпрограммы на сумму 980,4 миллиона рублей. Более года в 13 субъектах Российской Федерации не использовались средства федерального бюджета в сумме 274,8 миллиона рублей, при этом из запланированных к вводу в целом по Российской Федерации 29 объектов капстроительства социальной и транспортной инфраструктуры обеспечен ввод в эксплуатацию лишь 11?ти.

Анализ сложившейся ситуации показывает, что основной причиной срыва выполнения мероприятий по данной подпрограмме явилось отсутствие должной подготовки заявок на софинансирование, их формальное рассмотрение без учёта фактического состояния дел в регионах, без проверки реальной готовности к реализации проектов.

В результате соглашения с Минрегионом заключались со значительным нарушением сроков. Соответственно, имело место позднее перечисление средств федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации, их зависание на счетах. И это сделало невозможным проведение процедур торгов, поскольку проведение торгов требует достаточно длительный период.

Четвёртое. Не обеспечено завершение мероприятий по нормативно-правовому обеспечению отрасли в целях решения задач по её демонополизации, ликвидации избыточных административных барьеров, упрощению процедур предоставления земельных участков и увеличению объёмов внебюджетных инвестиций в развитии инженерной инфраструктуры. Такая работа должна быть в кратчайшие сроки проведена. В противном случае мы будем иметь те же недостатки, которые имели в предыдущие годы.

Пятое. Контрольные мероприятия по анализу и реализации программ переселения населения из ветхого и аварийного жилья в Орловской области, Республике Бурятия показывают, что при капитальном ремонте и строительстве практически не применяются современные энергоэффективные экологичные материалы и технологии, а также современные технологии производства строительных материалов, позволяющие снизить стоимость строительства. Эта ситуация связана в первую очередь с отсутствием должного технического регулирования отрасли, устаревшими нормами и правилами строительства, необязательностью применения современных «зелёных» стандартов и технологий.

Кроме того, в Градостроительном кодексе указано, что обязательными являются требования технических регламентов. В настоящее время утверждён только один технический регламент по безопасности зданий и сооружений.

В этой связи полагаем целесообразным обеспечить внесение изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты, направленные на обеспечение обязательности требований строительных норм и правил; системы ценового нормирования в дополнение к требованиям технических регламентов при осуществлении строительной деятельности, а также повышение ответственности за их нарушение; разработки и утверждения в установленном порядке технического регламента по энергоэффективности, экологичности зданий и сооружений в Российской Федерации; создания и функционирования единой системы ценового нормирования строительной отрасли с учётом территориальных особенностей ценообразования и возможности её постоянной актуализации, а также разработать механизмы привлечения инвестиций для обеспечения финансирования опережающей инженерной подготовки территорий для организации жилищного строительства.

И, наконец, шестое. Контрольные мероприятия, проведённые Счётной палатой по анализу реализации программ переселения из ветхого и аварийного жилья в различных субъектах, показывают, что в регионах отсутствует достоверная информация о реальных объёмах аварийного жилья, а также о фактическом состоянии инженерных систем. Субъектами Российской Федерации совместно с Фондом содействия реформированию ЖКХ до настоящего времени не сформированы объективные программы полной ликвидации ветхого и аварийного жилищного фонда до 1 сентября 2017 года.

Ещё раз хочу привлечь ваше внимание к тем цифрам, которые сегодня уже звучали. Прогнозный план по ликвидации аварийного жилья, разработанный Фондом содействия реформированию ЖКХ и включающий 10,7 миллиона квадратных метров, не соответствует сведениям официальной статистической отчётности по форме № 22-ЖКХ, где этот показатель составляет не мерее 13,4 миллиона квадратных метров. Прогнозный план также не учитывает объёма нерасселённого жилья в зоне БАМа, притом что утверждённая программа фактически выполнена только на 32 процента.

Более того, заявки, которые сформированы регионами по состоянию на 1 октября 2013 года, включают порядка 9,5 тысячи аварийных домов, что составляет менее 20 процентов аварийного жилищного фонда. И это очевидно. Регионы занижают показатели исходя из бюджетных возможностей. При таком подходе завершение данной программы в установленные сроки до 1 сентября 2017 года представляется проблематичным. По нашему мнению, ограниченные сроки программы переселения граждан из аварийного жилья требуют незамедлительного завершения мероприятий по его инвентаризации во всех муниципальных образованиях и развёртывания работы по его ликвидации.

Кроме того – сейчас эта тема звучала – представляется целесообразным проработать вопрос об изменении механизма софинансирования программ именно по этой теме. И делать это не в зависимости от бюджетной обеспеченности, а, возможно, в индивидуальном порядке по понятным критериям. И для каждого региона определять соотношение привлекаемых средств регионального бюджета и средств Фонда содействия реформирования ЖКХ путём повышения доли софинансирования из федерального бюджета для тех регионов, где это объективно необходимо, через субсидии, возможно, даже на сбалансированность региональных бюджетов.

Я об этом говорю, потому что каждый из субъектов Российской Федерации получил разное наследство, а учитывая объём этой темы и с точки зрения физических объёмов, и с точки зрения затрат, которые на это надо направить, думаю, что это целесообразно.

И, наконец, о производительности труда. Буквально три пункта. В соответствии с указом о долгосрочной государственной экономической политике к 2018 году показатель производительности труда должен возрасти в полтора раза относительно уровня 2011 года. Основой для этого является рост инвестиций, технологическое обновление промышленности, развитие конкуренции, поддержка развития науки и технологий, повышение квалификации занятых граждан и так далее.

Динамика производительности труда по ВВП характеризует ситуацию по экономике в целом. В отраслевом разрезе картина неполная. В базовом секторе отраслей динамика производительности труда рассчитывается как динамика добавленной стоимости или выпуск, делённый на динамику затрат труда. Эти отрасли относятся к группе отраслей, реализующих продукцию преимущественно по рыночным ценам.

При этом показатель динамики производительности труда не рассчитывается для отраслей бюджетного сектора, таких как медицина, образование, государственное управление, коммунальные услуги. Кроме того, учитывая информационные ограничения, динамика производительности труда не рассчитывается для вида деятельности «финансовая деятельность».

В видах экономической деятельности, по которым Росстат не рассчитывает производительность труда: государственное управление, образование, здравоохранение, финансовая деятельность, предоставление прочих услуг, – в 2012 году добавленная стоимость составила 10,4 триллиона рублей, или 16,6 процента ВВП. Занятых было 17,8 миллиона человек, или 26,2 процента от общей численности занятого населения. Всё это свидетельствует о том, что мы приходим к необходимости изменения методологии расчёта производительности труда, о которой уже говорил Министр экономики.

Второе. Несколько слов о показателях производительности труда в государственных программах. Анализ показывает, что в перечень целевых индикаторов и показателей отдельных государственных программ показатель «рост производительности труда» не включён. Это относится к государственной программе развития сельского хозяйства и регулирования рынка сельхозпродукции, сырья и продовольствия на 2013–2020 годы, космической деятельности России.

Госпрограммой развития промышленности и повышения её конкурентоспособности предусматривается повышение производительности труда в промышленности к 2018 году в 1,42 раза, что ниже целевого ориентира. Хотя эта программа, по логике, должна была бы быть интегральной с точки зрения достижения показателя производительности труда.

В то же время по госпрограмме развития электронной и радиоэлектронной промышленности к 2018 году запланирован рост производительности труда в 2,5 раза. По госпрограмме развития авиационной промышленности к 2015 году – в 2,2 раза. По фармацевтической и медицинской промышленности к 2018 году – в 3,43 раза, и так далее.

В этой связи нам представляется, что необходимо при корректировке программ к 1 февраля учесть все эти нестыковки и всё-таки избрать какую-либо программу, которая бы содержала в себе интегрированный показатель по повышению производительности труда и могла бы свидетельствовать о тех мерах, которые принимаются в соответствующих отраслях.

И, наконец, третье. В последнее время из федерального бюджета выделяются значительные средства на модернизацию различных отраслей экономики. В большинстве случаев инвестиции осуществляются в форме взноса в уставный капитал открытых акционерных обществ. При этом никем не производится оценка влияния инвестиций на рост производительности труда. Проверки Счётной палаты показывают, что зачастую полученные инвестиции, особенно в первые годы, направляются не на модернизацию производства и высокопроизводительных рабочих мест, а используются на другие цели, в том числе на текущие расходы и для размещения на депозитных счетах.

Представляется целесообразным изменить подходы к порядку выделения бюджетных средств на осуществление инвестиций. И одним из основных условий выделения средств должны быть программы по росту производительности труда в соответствующих акционерных обществах.

Спасибо.

В.ПУТИН: Секундочку, Татьяна Алексеевна. Вы сказали о том, что 25 процентов годовых назначений федерального бюджета не используется на цели жилищного строительства.

Т.ГОЛИКОВА: Это была программа «Жилище» по данным на 1 января 2013 года. Но мы думаем, что мы не получим серьёзных позитивных изменений. Сейчас рано пока ещё говорить о 1 января 2014 года, отчёт будет ещё только в феврале скорее всего.

В.ПУТИН: Что касается субсидирования отраслей экономики, мы обсуждали это неоднократно на последних совещаниях, просто напоминаю участникам этих совещаний о тех предложениях и договорённостях, которые были сформулированы.

Спасибо, Татьяна Алексеевна.

Уважаемые коллеги, кто хотел бы выступить?

Пожалуйста.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Уважаемый Владимир Владимирович, очень коротко по теме. Насчёт поднятия производительности труда. Может быть, всё-таки нам работать всем 31 декабря до 18 часов и выйти на работу 2 января, а дополнительный отпуск все бы могли взять две недели индивидуально?

Вторая сторона – использование оборудования. У нас же очень много закуплено, пусть пока ещё импортного, но очень эффективного оборудования, иной раз даже больше, чем, допустим, в Лондоне или в каком-нибудь другом городе Европы. Но используется в одну смену. Может быть, перейти на двусменное использование оборудования? Потому что оно стоит, оно дорогое, оно нужное. Но там, где особенно касается граждан, они становятся в очередь, потому что в одну смену работает.

По образованию. Мы перешли на бакалавров и магистров вместо специалистов. Магистратура в основном платная. Может быть, не всё хорошо посчитали, как повлияют бакалавры, которые учатся всего четыре года, на развитие промышленности, сельского хозяйства, финансовой сферы?

Может быть, можно было сделать так: оставить бакалавр-специалист – пять лет учёбы, а магистр – один-два года учёбы. Платная магистратура, после этого трудно кого-то сагитировать идти в платную аспирантуру. Может быть, в перспективе посмотреть, что-то скорректировать, если специалисты так решат, я просто говорю.

Государственная монополия в сфере ЖКХ превращается в монополию частную. Нет конкурентов в поставках электроэнергии, газа, воды, тепла. Присосались частники-барыги, обложили данью всё население страны. Например, ОАО «Российские коммунальные системы», прибыль очень хорошая, а принадлежит компания двум фирмочкам на Кипре. И в целом ведь никакого бюджета не хватит на дотации ЖКХ.

Не будет там всё своевременно ремонтироваться, если не будет настоящей конкуренции между государственными и частными компаниями. Москва уже пошла по этому пути. Поэтому при чётком управлении и контроле, при нормальной мотивации управленцев и работников ЖКХ региональные руководители способны обезопасить население от коммунальных барыг и аварий.

Чтобы росла производительность труда, надо, чтобы люди работали на современном оборудовании, но оно дорогое, и нужны доступные кредиты на его закупку. Пока кредиты 15–20 процентов годовых – это выше рентабельности в обрабатывающей промышленности, и рост труда будет слабый.

Своё машиностроение слабовато ещё у нас. В быстрорастущих масштабах завозим импортное оборудование, машины, приборы. А как ремонтировать? Запчасти обновлять через пять-семь лет. Надо избежать технологической ловушки. Друзья-партнёры нередко в нашей истории становились врагами. Как они рвут сейчас Украину, показывает их истинное лицо. Это ведь умопомрачительные двойные стандарты.

Что происходит на Украине? Там советуют и полиции, и армии ни в коем случае не применять силу – цветочки, фонарики, пирожки. А на днях полиция Гамбурга использовала весь арсенал средств всей немецкой полиции и силой разогнала демонстрантов, десятки тысяч в Гамбурге, сотни раненых и арестованных. И все молчат! Никаких санкций! Какие санкции? Всё хорошо. Получается, Украина – второго сорта. Славяне должны молчать, пусть захватывают государственную власть, но ни в коем случае нельзя применять силу.

И последнее. Мы видим, как Министр иностранных дел Германии Гидо Вестервелле гуляет по Майдану. А спрашивается, где наш Министр иностранных дел Сергей Викторович Лавров? Может быть, пора выйти из кабинетов и идти туда, на тот же Майдан, и защищать там национальные интересы нашей страны? Я бы предложил иногда министрам выходить на полевые работы.

Вот кратко хотел доложить по этой теме.

В.ПУТИН: Спасибо большое. Пожалуйста, садитесь.

Что касается Министра иностранных дел, он у нас человек интеллигентный. Мы не вмешиваемся во внутренние дела других стран: ни Федеративной Республики Германии, ни Украины.

А если говорить по сегодняшней теме, то не могу не согласиться с Владимиром Вольфовичем по поводу того, что госмонополия в сфере ЖКХ у нас постепенно превращается в частную монополию. Мы об этом неоднократно уже говорили. Это очень тревожный сигнал, очень тревожный, обращаю на это внимание.

Пожалуйста.

Г.ЗЮГАНОВ: Уважаемые коллеги!

За последнее время Президент сформулировал, по сути дела, новый курс как во внешней, так и во внутренней политике. Во внешней политике он уже даёт довольно эффективные результаты. Укрепление наших позиций в Азиатско-Тихоокеанском регионе позволит более эффективно решать социальные проблемы Сибири и Дальнего Востока. Наша принципиальная позиция по Сирии и Ирану улучшает инвестиционный климат и поворачивает в нашу сторону ещё недавних оппонентов.

Что касается ситуации в родной нам всем Украине, то принципиальное решение принято, которое позволит укрепить нам не только дружеские связи, но и восстановить многие порванные экономические отношения.

Я считаю, что и во внутренней политике предпринят целый ряд шагов, который обнадёживает, глядя в новый год.

Владимир Владимирович, Ваши майские указы во многом изменили социальный климат. Но вся проблема в том, каким образом их выполнить. Доклад Голиковой свидетельствует о том, что здесь много проблем.

Ваши Послание и выступление на Валдае заставляют нас опираться на толщу всей тысячелетней истории наших традиций и культуры, что принципиально важно в многонациональной стране на фоне обострившихся национальных отношений.

Что касается сегодняшнего Госсовета, мне кажется, он даст толчок более эффективному решению проблем, которые Вы сформулировали в последнем Послании, особенно связанных с производительностью труда и деофшоризацией экономики. В целом сформулированы приоритеты, принято решение о стратегическом планировании, что позволяет скоординировать усилия как законодателей, так и исполнителей.

По проблемам модернизации подготовлен закон о промышленной политике, его следует принять, мы с Вами его обстоятельно обсуждали, в том числе всё, что связано с авиационно-космической отраслью, и здесь можно сделать серьёзный рывок.

Задача сформировать 25 миллионов современных рабочих мест – это очень принципиальная и сложная задача, и она должна находиться в центре внимания. В целом, для того чтобы реализовать эти задачи, действительно надо поднять производительность труда, но возникает целый ряд проблем, о которых мы должны сегодня на Госсовете честно и откровенно сказать.

Чтобы реализовать проблему, связанную с высокими технологиями, с нашей безопасностью, надо иметь минимум 20 триллионов рублей. Эта задача поставлена. Чтобы выполнить майские указы, надо минимум 5–6 триллионов, но чтобы выполнить в целом эту программу, темпы роста ВВП должны быть не менее 5 процентов. Если посмотреть прогноз наших экономистов трёхлетней давности, они заявляли, что в этом году будет около 8 процентов темпы роста ВВП, мы скатились к меньше полутора, и особых перспектив в следующем году не видно.

Если посмотреть, как работают сегодня мировые экономики: Китай – 7,5 даст в этом году, США – 2,4. В целом средний рост экономики в мире составит 3 процента, в следующем примерно прогнозируют 4 процента.

То есть для того, чтобы реализовать новый курс, в целом нужна новая политика в финансово-экономической области. И здесь у нас с вами немало проблем. Для этого нужны гигантские средства. Который раз повторяю, мы не можем откладывать проблему решения ЖКХ, и Ваша озабоченность сегодня очевидна. Надо помнить, 600 миллиардов, о которых говорил Министр, для решения этой проблемы крайне мало. Эта цифра вырастет в несколько раз, если решать комплексно в ближайшие десять лет.

Мы энергетику не можем отодвигать на задний план. У нас есть целые районы, где за эти годы не меняли ни одного провода и ни одного столба.

Что касается образования, здравоохранения и науки, то в бюджете, который уже принят, эти отрасли сократились на 300 миллиардов рублей. И несмотря на попытки и очень интересные предложения в области здравоохранения, в том числе и образования, тем не менее если взять и посмотреть объём ВВП этих двух ведущих направлений, то они в ближайшие три года не растут, а сокращаются.

И перед нами, Владимир Владимирович, возникает две дилеммы: или меры жёсткой экономики, они продемонстрированы в Европе на примере Греции, Италии, Португалии, Испании (в Испании каждый второй молодой человек безработный), или новый экономический курс, которого придерживаются многие страны, в том числе Обама во многом копирует курс Рузвельта.

Что касается Китая, они у себя нашли разумное решение. Вы изучали эти проблемы и хорошо их знаете, но предлагают переложить на регионы. Туда нечего перекладывать. Они сидят в долгах, 1,8 триллиона составляют долги регионов, и две трети уже закредитованы. Это значит, экономический курс требует серьёзной корректировки.

Что касается граждан, посмотрите, их долги банкирам составили почти 10 триллионов рублей. Здесь особо не возьмём.

Но ресурсы есть в стране. Хочу напомнить, что в этом году продадим сырья опять почти на 16 триллионов рублей. В казну попадает около шести. 10 триллионов – та дань, которую платим своей олигархии, и иностранным покровителям – примерно миллиард долларов.

Вы поставили задачу деофшоризации. Очень правильно, но надо будет проявлять всем характер и волю. В противном случае и дальше будут растаскивать.

У нас 7,5 триллиона заморожены. Их можно пустить в оборот. Сейчас с Украиной ситуация потребовала – принято волевое, своевременное и очень правильное решение. Но у нас, если посмотреть на бюджет, как повышать производительность, когда машиностроение, электроника, приборостроение, робототехника почти «голые», там ничего не выделяется? Откуда возьмётся эта производительность?

Это касается и налогов. Сколько мы будем терпеть, что олигарх платит с доходов 9 процентов – меньше, чем бедный врач и учитель?

Кстати, Владимир Владимирович, вчера Ходорковский проводил в Германии пресс-конференцию. Он сказал в конце довольно любопытные слова, хочу, чтобы все прислушались: «Я по-прежнему уверен в том, что частный бизнес эффективнее государства». Но, вы уж меня извините, бизнес, не ощущающий социальной ответственности, вообще не имеет права на существование. Ходорковскому хватило 10 лет, для того чтобы дойти до этой идеи. А у нас немало бизнесменов, которые никакой социальной ответственности ни перед коллективом, ни перед моногородами, ни перед республиками не испытывают.

И последнее. В следующем году исполняется 85 лет индустриализации. Я Вам оставлял записку, каким образом наша полумертвая страна, которая не летала, не ездила, в общем, в 1929 году, к 1941 году вышла с лучшей техникой, построив 6 тысяч лучших предприятий. Причём строили те же, кто, собственно говоря, выступал каждый день против советской власти. И у нас впереди 70 лет Великой Победы. Мы могли бы объединить усилия и подготовиться к этим юбилейным датам более технологично оснащённые, решив многие внутренние проблемы.

В заключение хочу всех поздравить с наступающим Новым годом.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Хотел бы только поправить некоторые вещи.

Конечно, драйверами развития остаются страны БРИКС, но здесь есть определённые проблемы. И вопросы не в абсолютных величинах, вопросы в том, что прогнозировавшиеся ранее темпы роста меньше, чем хотелось бы их видеть. Причём хотелось бы видеть не только странам БРИКС, в том числе Китайской Народной Республике, Индии, нам и Бразилии, хотелось бы видеть по-другому это всей мировой экономике, имея в виду, что они, как локомотив, вытаскивали эту всю экономику.

Ситуация изменилась, и прогнозы тоже изменились: то, что планировалось раньше, к сожалению, достигнуто не будет. В странах с развитой рыночной экономикой ситуация поменялась, поменялась немножко к лучшему, несколько лучше стала, но не такая, как бы хотелось. Европейский банк реконструкции и развития существенно занизил рост мировой экономики. Я могу ошибиться в каких-то мелочах, но где-то, по-моему, с 3,5 процента до полутора. На мой взгляд, по результатам всего года будет меньше, мне так кажется, где-то будет 1,4, не больше.

Поэтому существенное снижение по всей мировой экономике. В некоторых странах еврозоны до сих пор сохраняется рецессия, то есть минус будет вообще. В целом по еврозоне больше процента не будет вообще, где-то, наверное, 0,5–0,6 максимум. Посмотрим по результатам года, но примерно вот такие показатели.

На этом фоне Россия мало чем отличается от мировой экономики. Те же самые абсолютно тенденции, даже получше, чем во многих европейских странах, где-то, как мы говорили, 1,4–1,5, может быть, будет. Тоже посмотрим по результатам года. Но это, конечно, не значит, что мы только должны на это ссылаться и спокойно на это смотреть, здесь я с Вами абсолютно согласен.

Более того, и в Послании об этом говорил, мы должны иметь в виду внутренние проблемы и необходимость их преодоления. Некоторые из них здесь звучали, и губернаторы говорили, – это доступность кредитов, это развитие инфраструктуры и это улучшение делового климата.

Что касается наших резервов, то, разумеется, мы можем их использовать, и об этом мы тоже говорили, но очень аккуратно нужно это делать, имея в виду, что это наша «подушка безопасности», которой мы должны дорожить. Решение уже принято на развитие именно инфраструктуры, причём не просто инфраструктуры вообще, а именно на те инфраструктурные проекты, которые будут давать зримую, понятную, обеспеченную отдачу. Такие проекты отобраны, и они будут реализовываться.

Пожалуйста, Михаил Викторович.

М.ШМАКОВ: Разрешите с места короткое замечание?

В.ПУТИН: Прошу Вас.

М.ШМАКОВ: Я буду говорить не об Украине и не о Китае, я хочу сказать о производительности труда.

Уважаемый Владимир Владимирович, в отчётах на сегодняшний день не существует общепризнанной или общеутверждённой российской методики производительности труда, и во многом эти вещи счётные. И в зависимости от того, что закладываешь в параметры, какие подходы применяются, то получаются разные цифры.

Поэтому в отчёте, который есть у нас, и в материалах есть, например, подсчёты отраслевой производительности труда автомобильной промышленности, авиационной, которые сравниваются с иностранными аналогами. Но эти предприятия или эти фирмы не являются аналогами, поскольку другая структура производства и структура предприятий.

Точно так же, как на 63?й странице есть таблица, – данные о производительности труда и расходах на оплату труда по странам. И здесь Россия – достаточно низкие показатели. Но на самом деле они ещё ниже, потому что если пересчитать показатель оплаты труда – часовую, то получается, что средняя заработная плата в целом по экономике должна быть 50 тысяч рублей в месяц.

На самом деле у нас официальные статистические данные – около 30 тысяч рублей в месяц, а медианная заработная плата всего 20 тысяч рублей в месяц. Поэтому здесь показатели ещё ниже. Если пересчитать по заработной плате производительность труда, то она будет в 3–3,5 раза выше, чем у других развитых стран, у которых производительность труда выше.

Безусловно, правильно говорилось и в докладе, и в выступлениях, что производительность труда зависит прежде всего от технологий и организации производства. Понятно, что надо менять технологии, покупать высокопроизводительное оборудование. Тем не менее появляются некорректные выводы и некорректные таблицы.

Поэтому я думаю, что стоило бы дать какое-то предложение или решение о том, чтобы в достаточно короткое время создать общепризнанную национальную методику подсчёта производительности труда, для того чтобы все говорили на одном языке. А то каждый вытаскивает только тот аргумент, который в данном случае иллюстрирует именно ту идею, которую пытается преподнести.

Спасибо.

В.ПУТИН: Уважаемые коллеги, мы будем заканчивать. Я вот что хотел бы сказать в завершение.

Нас в этом зале собралось очень много. Но это естественно, потому что это завершающая, итоговая встреча, обсуждение итогов года, подведение итогов, анализ того, что сделано по важнейшим направлениям нашей работы.

Но, несмотря на то что нас много в зале, для страны это почти ничего, несколько человек, если иметь в виду, что у нас почти 145 миллионов человек, 143. Но от этих людей, которые здесь сейчас находятся, зависит очень и очень многое в жизни нашего государства и в жизни нашего народа.

Мы обсуждали с вами важнейшие направления работы. Хочу ещё раз сказать: я бы очень хотел, чтобы это не было какой-то дежурной встречей – поговорили, покивали головой, подумали и разошлись.

Во-первых, я прошу и аппарат Правительства, и аппарат Администрации совместно подготовить итоговый документ сегодняшнего нашего совещания.

И второе. Мы в течение следующего года будем возвращаться к отдельным аспектам, но на один я хотел бы обратить особое внимание – это жилищная программа. И прошу, после того как будут сформулированы сегодняшние предложения, изложены пути решения тех задач, перед которыми мы стоим, которые мы сформулировали, к маю собраться ещё раз в таком или чуть более узком составе, поговорить о том, что сделано по исполнению наших сегодняшних предложений.

В мае будет первая встреча по этому вопросу, в ноябре – следующая. Это будет 2014 год. Если я увижу, что в некоторых местах происходит то, что мы сегодня фиксировали, как: 25 процентов федеральных средств, выделенных на программу жилья, не реализовано… Что это такое? Это значит, как мы работаем? А сплошь и рядом слышим разговор о том, что денег не хватает, там мало, здесь недостаточно.

Эти средства поступят в федеральный бюджет назад, не будут реализованы, будут перераспределены дальше, а программа останется там, где она была. А между тем это одна из самых острых проблем нашей страны. Так вот мы посмотрим, что и как сделано в мае, а потом второй раз вернёмся к этой позиции в ноябре следующего года.

И я хочу вам сказать, как в таких случаях говорится, здесь нет ничего личного. Вы посмотрите, в Ставрополе почти ничего не сделано. Понятно, пришёл новый человек на место губернатора, и со здоровьем ещё у него возникли проблемы, он значительное количество времени ещё и не работал. Но в других-то местах что? В других-то регионах как?

Без всякой суеты мы посмотрим, что сделано в мае, а потом спокойно вернёмся к этому в ноябре и проанализируем, кто и как работал индивидуально.

И ещё раз хочу сказать: ничего личного! Просто мне нужно, чтобы работа была, чтобы выполнялись задачи, которые поставлены и сформулированы. Это касается и федеральных органов власти, это касается и региональных. И в конце ноября будем принимать определённые решения, в том числе административного характера, там, где это окажется необходимым. Я прошу вас просто иметь это в виду.

Спасибо. Всего доброго!

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 23 декабря 2013 > № 969363 Владимир Путин

Великобритания намерена пожинать плоды от будущего контракта между Бразилией и Швецией по поставке 36 истребителей Gripen E на сумму 4,5 млрд долл США, сообщает janes.com 19 декабря.

Многие компоненты конструкции и оборудования истребителей «Грипен» производятся в Великобритании. Эти вопросы будут обсуждаться между тремя будущими операторами Gripen E – ВВС Швеции, Швейцарии и Бразилии.

Подсчитано, что 35% компонентов и оборудования Gripen E будут британского производства. Бортовая РЛС с активной ФАР Selex-Saab ES05 Raven и ИК-система обнаружения Selex Skyward-G разрабатываются в Эдинбурге, гидросистема шасси АР в Ливерпуле, катапультные сидения Martin-Baker Mk 10L производятся на объекте недалеко от Лондона. Представители компании Saab признают, что будущий «Грипен» по сути это «шведско-британский гибрид».

Бразилия предлагает Швейцарии принять участие в совместной разработке Gripen E. Требования Швейцарии по доле своего промышленного участия могут осложнить подготовку и корректировку контракта по бразильскому тендеру F-X2. Тем не менее, Бразилия, скорее всего, подпишет контракт, в котором будут учтены промышленные требования всех заинтересованных сторон.

Решение Бразилии о выборе шведского истребителя Gripen «вдохнуло новую жизнь» в программу создания палубного варианта Sea Gripen, сообщает janes.com 19 декабря.

Говоривший на условиях анонимности источник сообщил, что сделка на закупку 36 «Грипенов» «открывает целый мир новых возможностей» для ВМС Бразилии, которые нуждаются в приобретении 24 истребителей для авианосца Sao Paulo. Кроме того, к палубному варианту «Грипена» не перестают питать интерес ВМС Индии, сказал источник.

Концепция Sea Gripen впервые была обнародована в 2010 году. Самолет может быть создан на базе новейшей версии Gripen E с усиленным шасси, мощной тормозной системой и хвостовым гаком. Планер и шасси базового «Грипена» уже способны выдержать нагрузки при посадке с вертикальным снижением до 15 футов в секунду, но для палубного варианта скорость снижения должна быть увеличена до 25 футов в секунду (7 м/с). «Морской Грипен» может эксплуатироваться с палубы авианосцев, оснащенных как трамплинной системой взлета, так и катапультной, например, с индийских авианосцев «Вираат» и «Викрамадитья», перспективного индийского авианосца, и авианосца «Сан-Пауло», оснащенного катапультой.

По словам источника, компания Saab завершила все работы по технико-экономическому обоснованию программы Sea Gripen и теперь ждет начала финансирования для дальнейшей разработки и производства.

Sulzer Pumps (г. Винтертур, Швейцария) получила заказ на поставку 400 насосов и смесителей для бразильской компании Celulose Riograndense (г. Гуаиба, шт. Риу-Гранди-ду-Сул, Бразилия, входит в CMPC Celulose), об этом говорится в полученном Lesprom Network сообщении компании.

Для Sulzer Pumps это один из самых крупных контрактов по поставке оборудования для предприятий целлюлозно-бумажной промышленности, ключевым партнером компании в реализации этого проекта является финская Metso. Для CMPC Celulose приобретение нового оборудования является частью реализации инвестиционного проекта по расширению производственных мощностей на комбинате в г. Гуаиба до 1,75 млн т целлюлозы в год.

По условиям контракта Sulzer Pumps изготовит и доставит заказанное оборудование, а также осуществит монтаж, испытания и запуск в эксплуатацию.

Решение Бразилии о выборе истребителя Gripen шведской компании Saab стало неожиданностью для экспертов, которые ожидали дуэль между французской Dassault (Rafale) и американской Boeing (F/A-18 Super Hornet), пишет Defense News 18 декабря.

«Проанализировав все факты, президент Дилма Руссеф (Dilma Rousseff) уполномочила меня сделать сообщение, что победителем тендера ВВС Бразилии на закупку 36 истребителей стал шведский самолет Gripen NG», сказал министр обороны Селсу Аморим (Celso Amorim) на пресс-конференции. Он мотивировал это решение тем, что «Сааб» предложил самую низкую цену, а также лучшие условия по передаче технологий и материально-технического обслуживания.

Высказалась также и президент: «Мы мирная страна, но мы не будем беззащитными. Важно понимать, что такая большая страна как Бразилия, должна быть готова защищать своих граждан, свои ресурсы, свой суверенитет. Мы должны иметь возможности отразить любую угрозу».

Истребители «Грипен» состоят на вооружении ВВС Великобритании, ЮАР, Чехии, Таиланда и Венгрии. В начале 2011 года Руссеф отложила принятие решения по тендеру из-за финансовых ограничений бюджета, но командование ВВС сумело убедить президента, что это дело не терпит отлагательства.

Это объявление стало серьезным ударом для компании «Дассо», которая до сих пор не экспортировала свои истребители «Рафаль». Бразильская пресса писала, что Руссеф склонялась в пользу «Супер Хорнета», но скандал с кибершпионажем поставил точку на надежды «Боинга» выиграть тендер.

Министр обороны заявил, что переговоры с «Сааб» займут еще 10-12 месяцев, подписание контракта ожидается в конце 2014 года и спустя 48 месяцев первый «Грипен» будет поставлен ВВС страны. Он также сообщил, что этот контракт будет полезен для национальной авиастроительной корпорации Embraer и развития всей оборонной промышленности страны. Эти самолеты будут состоять на вооружении в течение 30 лет.

«Прототип Gripen NG уже налетал 300 часов. Мы намерены совместно со Швецией построить завод по их выпуску, чтобы иметь 100%-ную интеллектуальную собственность на истребитель», заявил командующий ВВС генерал Юнити Сайто (Juniti Saito). Ежедневная газета O Estado de Sao Paulo написала, что «в ВВС страны «Грипен» всегда считался фаворитом, хотя этот самолет имеет много компонентов американского производства, но Gripen NG будет разработан совместно с Бразилией».

IBM рассказала о 5 инновациях, которые изменят нашу жизнь в ближайшие 5 лет

Как сообщает 3DNews, в этом году пять инноваций, о которых рассказала IBM, объединены одной общей идеей - техника будущего будет самообучающейся. Человечество входит в эру <когнитивных систем>, где машины будут анализировать, рассуждать, учиться и взаимодействовать с пользователями на совершенно ином уровне. Эти тенденции проявляются уже сейчас в облачных технологиях, анализе персональных данных и так далее. Со временем компьютеры будут становиться еще умнее, анализируя всю доступную о пользователе информацию, и предлагая решение проблемы еще до того, как она возникнет.

Новые технологии помогут существенно увеличить продуктивность человека, так как многие вещи будут решаться без его участия, о некоторых повседневных заботах и вовсе можно будет не думать. Кроме того, анализ и понимание огромных массивов информации станет качественно иным. <Мы знаем больше, чем любое другое поколение до нас. И все же мы боремся, чтобы совладать с этим потоком все более сложной информации, не говоря уже о том, чтобы понять смысл, который присущ огромному количеству данных, которые мы получаем все более быстрыми темпами>, - сказал доктор Дарио Гиль (Dario Gil), директор Когнитивной опытной лаборатории IBM. - <Создавая технологию, которая явно предназначена для изучения и улучшения нашего познания, мы вступим в новую эру прогресса для частных лиц и для общества в целом>.

Одна из этих инноваций - учебные классы, которым будут учить вас сами. Огромная проблема человечества - это невысокий уровень образования. Если говорить о глобальных масштабах, то 2 из 3 взрослых не имеют эквивалента среднего школьного образования, не говоря уже о высшем. В ближайшие пять лет это отношение вряд ли сильно изменится, однако система образования станет иной.

Школьные классы будут оснащены интеллектуальными системами, которые будут собирать и анализировать информацию об ученике: результаты тестов, посещаемость, поведение, скорость выполнения заданий и так далее. Причем система будет не просто оценивать ученика, а предлагать ему индивидуальный подход с учетом его способностей и манеры обучения, а также давать советы учителю по организации учебного процесса для каждого студента. Причем система сможет работать с учениками любого возраста и уровня - от детского сада до послевузовского образования.

Вторая инновация касается способа совершения покупок. И несмотря на нынешнюю ситуацию, специалисты IBM уверены, что будущее не за интернет-магазинами. В ближайшие 5 лет все снова будут покупать в стационарных торговых точках. Ретейлеры кардинально изменят процесс покупок.

Дополненная реальность, iBeacon и прочие технологии сделают стационарные магазины гораздо более привлекательными для покупателей. Фактически преимущества интернет-магазинов вроде просмотра комментариев, пользовательских рейтингов и исчерпывающей информации о товаре, будут доступны покупателям в обычных магазинах. Все данные будут выводиться на экран смартфона. Кроме того, интеллектуальные системы будут собирать и анализировать данные о пользовательских предпочтениях. На основе полученных данных будут выдаваться персональные рекомендации.

Третья инновация касается медицины. И здесь, как считают в IBM, все сильно изменится. В качестве примера можно взять такое страшное заболевание, как рак. Несмотря на серьезные успехи в борьбе с болезнью, с 2008 года на 10% увеличилась заболеваемость раком. Ежегодно болезнь находят у 14 миллионов человек, умирает при этом 8,1 миллиона. В ближайшие 5 лет врачи смогут предложить каждому пациенту индивидуальное лечение благодаря анализу всей информации о человеке, в том числе и его ДНК.

В результате врачи смогут диагностировать болезнь на ранних стадиях и назначать лечение, которое будет наилучшим образом воспринято организмом. Новые вычислительные системы помогут совершить прорыв в изучении генома человека. В результате на постановку диагноза и поиск лечения будут уходить не недели и месяцы, а минуты и часы. Кроме того, анализ данных генома, образа жизни и ранее перенесенных заболеваний поможет предсказать развитие тех или иных болезней и разработать индивидуальные рекомендации по их предотвращению практически для каждого.

Четвертая инновация касается безопасности пользователя в Сети. В настоящее время у нас есть несколько аккаунтов, множество логинов и паролей, антивирусы и брандмауэры, которые должны защищать наши персональные данные. Получается, что система безопасности сильно фрагментирована и поэтому уязвима. В IBM считают, что в ближайшие пять лет подход изменится - у нас будет один <защитник>, который будет защищать от всех угроз.

Эта система будет самообучающейся. Она сможет анализировать данные об активности пользователя, ситуационные данные и исторические сведения о традиционных угрозах. Если современные антивирусы защищают нас только от известных угроз, то в будущем они будут защищать от всего, так как смогут сами анализировать ситуацию. Безопасность станет более гибкой, система защиты будет подстраиваться под нужды пользователя.

И, наконец, пятая инновация будет касаться самой <среды обитания> современного человека - города. К 2030 году 80% населения будет проживать в городах и мегаполисах, которые через пять лет станут значительно <умнее>. В мегаполисе в день происходят миллиарды событий, миллионы людей перемещаются с места на место и компьютеры смогут все это учитывать.

Анализируя данные, электронные системы смогут предугадывать нужды горожанина. Люди смогут подавать жалобы и сообщать о своих нуждах через социальные сети. Подобная практика уже есть в Бразилии и некоторых других странах. На основе поступающих сообщений, количество которых может исчисляться десятками и даже сотнями миллионов, будут приниматься решения и оптимизироваться работа городских служб.

В России, например, ГИБДД сообщила, что в скором времени кража автомобилей станет бесполезным преступлением благодаря системе <Паутина>, которая будет работать по всей стране. Интеллектуальная система видеокамер на одной шестой части суши будет анализировать движения всех автомобилей. Так что спрятать от нее украденную машину будет невозможно.

Передача Саабом/ Saab AB Бразилии новых технологий была решающим аргументом при покупке 36 самолетов Jas Gripen новой модели Gripen NG (Next Generation), сказал бразильский министр обороны.

Другие два фактора: цена и техническая мощность этого военного самолета, комбинированного истребителя, разведчика и бомбардировщика. Именно так расшифровываются шведские буквы JAS - jakt, attack, spaning.

Покупка обойдется Бразилии в сумму, соответствующую 31 миллиарду шведских крон.

Поставки самолетов начнутся в 2018 году. Детали покупки будут продолжать обсуждаться, как минимум, еще год.

Вообще сама необходимость (или ее отсутствие) покупки военных самолетов обсуждалась в Бразилии 12 лет тремя президентами страны.

Полученный Швецией военный заказ является одним из крупнейших в мире. Конкуренты: французский Rafale и американский самолет F18 проиграли.

Шведские СМИ пишут, что Бразилия - пятая в мире страна по численности населения и с огромной территорией суши, нуждающейся в обороне. Даются ссылки на слова министра обороны Celso Amorims, что, мол, 36 самолетов "это хорошее начало". Из чего делается вывод, что концерну Сааб обеспечена работа на много лет вперед.

Не все, однако, и в Швеции воспринимают эту сделку только положительно:

Если сфера шведского бизнеса и политики приветствовали сделку (акции Сааба взлетели на 23,7%), то мирные активисты говорят, что лучше бы Бразилия использовала эти деньги на борьбу с бедностью .

Для внутреннего рынка Швеции, где в городе Линчёпинг на производстве Saab занято 4500 рабочих (а если считать и всех поставщиков, связанных с авиационной промышленностью, то, в общей сложности 15 000 человек), известие встречено с радостью:

- Для меня это было неожиданной и хорошей новостью, - говорит председатель профсоюза Унионен/ Unionen Ян Ковач/ Jan Kovacs. Я знал, конечно, что идут переговоры, но неизвестно было, чем они закончатся. Для нас это означает надежность наших рабочих мест на долгие годы. Для города Линчёпинга это может означать снижение безработицы, если понадобится нанимать людей дополнительно, а это, конечно, очень хорошо, - считает Jan Kovacs.

Специалист по вопросам обороны редакции новостей Ekot Шведского радио Матс Эрикссон/ Mats Eriksson отмечает пользу этой покупки для шведской обороны, которая купит 60 таких самолетов новой модели:

- Для шведской обороны крайне важно, чтобы затраты на развитие самолета были разделены с какой-нибудь другой страной,- говорит он. В Швейцарии предстоит еще референдум и исход его неизвестен, но роль бразильского заказа как раз и дает возможность предполагать стабильность дальнейшего развития компонентов этого самолета, - сказал он, в частности, во время дебатов сегодня утром по Первому каналу Шведского радио/ P1.

Живущий в Бразилии специалист по экономике Андерс Линнхаг/ Anders Linnhag считает, что стране в первую очередь нужны вовсе не военные самолеты. Страна нуждается в инвестициях, прежду всего, в четырех областях, перечисляет он:

- Здравоохранение, образование, инфраструктура и всё, что связано с личной безопасностью людей, если помнить о высоком уровне преступности в стране, - говорит он по телефону из Бразилии.

Не радуются успешной сделке и шведские борцы за мир. Анна Эк/ Anna Ek, председатель организации Мира и Арбитража/ Svenska Freds och Skiljedomsföreningen считает, что сделка должна быть остановлена и напоминает:

- Пятая часть населения Бразилии живет в нищете. Это они будут платить за рабочие места шведов в Линчёпинге, за инвестиции в шведскую "оборонку", - говорит она, называя бразильский заказ "сомнительным морально". Кроме того, учитывая тесное сотрудничество Швеции с США, покупка самолетов Gripen отнюдь не гарантирует Бразилии независимость, - сказала Анна Эк в ходе дебатов.

Напомним, что ранее 28 самолетов "Грипен" купила ЮАР, Венгрия по лизинговому договору получила 14 самолетов с правом их покупки в 2016, Чехия также "взяла напрокат" 14 самолетов. Таиланд купил 6 самолетов в 2008 году и заказал еще 6. "Дела о взятках", т.е. подозрениях о взятках, обсуждались в Швеции в связи с заказами Чехией, Венгрией и ЮАР, а также несостоявшейся покупки самолета Австрией.

США ГОТОВЯТСЯ ИЗМЕНИТЬ РАБОТУ СВОЕЙ РАЗВЕДКИ

Президенту США рекомендуют изменить порядок наблюдения за зарубежными лидерами

Комиссия по вопросам разведки и информационных технологий настоятельно порекомендовала американскому президенту изменить формы слежки за зарубежными лидерами, в том числе постоянную слежку на территории других стран, сообщает РИА Новости.

Последнее время неразумная разведывательная политика Соединенных Штатов оборачивается рядом скандалов и сложностей в отношениях США с иными государствами. В качестве примера можно привести утечку информации о прослушке американцами телефонов глав иных независимых государств. В частности, охлаждение отношений с Германией и Бразилией.

"Мы рекомендуем, чтобы президент утвердил новый порядок, требующий одобрения самых чувствительных потребностей и методов разведки на самом высоком уровне", - говорится в докладе Комиссии по вопросам разведки и информационных технологий. В докладе также отмечается, что необходимо определить четкие критерии наблюдения за главами иностранных держав. Эти критерии должны быть определены президентом на основании ответов на вопросы, которые доклад оставляет открытыми: является ли страна союзником США; если ли основания полагать, что лидер двуличен в отношении внешней американской политики; есть ли иной способ получить интересующую информацию; каковы риски и тот негативный эффект от предания гласности факта прослушки.

По итогам доклада комиссии президент Обама готовится выступить с конкретными предложениями об изменениях порядка работы разведывательных служб в январе 2014 года

Правительство Эстонии в четверг приняло решение открыть посольство в столице Бразилии - городе Бразилиа, которое станет первым посольством страны в Южной Америке, сообщила пресс-служба кабинета министров.

"Бразилия является самым важным торговым и политическим партнером Эстонии в Южной Америке. Представительство в Бразилии поможет нам работать более эффективно как в этой стране, так и во всей Латинской Америке",- сказал глава эстонского МИД Урмас Паэт.

По словам министра, Бразилия занимает 34-е место в списке торговых партнеров Эстонии. "Бразилия интересуется инфотехнологическим сектором Эстонии и несколько делегаций из этой страны уже приезжали к нам для знакомства с этой отраслью",- сказал Паэт.

Посольство Бразилии открылось в Таллине в 2011 году. Эстония в настоящее время имеет в Бразилии трех почетных консулов - в Сан-Пауло, Сантосе и в Рио-де-Жанейро. Николай Адашкевич.

Первые полеты в рамках нового маршрута состоялись вчера, 17 декабря 2013 года. Почти одновременно были выполнены 2 презентационных рейса: Мехико-Кито и Кито-Мехико, в каждом приняло участие примерно по 120 пассажиров. Полет из столицы Эквадора в столицу Мексики и обратно выполняется раз в день, его длительность — 4,5 часа, стоимость билета на данный момент составляет от 499 до 599 долларов.

Новый прямой рейс от Aeromexico дает возможность бизнесменам и туристам не только лучше узнать ключевые города Латинской Америки, но и спланировать более насыщенное путешествие. Например, из Мехико можно отправиться в 27 мексиканских городов, а также посетить США, Европу и Азию. Всего международный аэропорт Мехико выполняет более 600 ежедневных рейсов по 80 направлениям.

Быстрыми темпами развивается и новый аэропорт Mariscal Sucre в Кито. Только за последние месяцы были открыты новые рейсы, соединяющие эквадорскую столицу с Мадридом (Испания), Буэнос-Айресом (Аргентина) и Сао-Паоло (Бразилия).

Через Херсонскую таможню ввезли импортных товаров на 5,3 млрд гривен

В течение января-ноября 2013 г. херсонские таможенники Миндоходов оформили более 680 тыс. тонн налогооблагаемого импорта на общую таможенную стоимость более 5,3 млрд грн или почти 667 млн долл., сообщает пресс-служба Главного управления Миндоходов в Херсонской области.

По сравнению с соответствующим периодом прошлого года весовые показатели увеличились на 30% и в соответствии стоимостные на 27%.

Среди товаров и услуг, импортируемых в Херсонскую область, преобладают нефтепродукты - более 264 тыс. т, суда (ремонт) - более 77 тыс. т, сухая строительная смесь - почти 70 тыс. т, бананы свежие - более 56 тыс. т, портландцемент - более 43 тыс. т, мраморная крошка - более 26 тыс. т, свинина мороженая - 26 тыс. т, древесноволокнистые панели - около 22 тыс. т, бумага для производства гофрокартона - почти 17 тыс. т.

Главными поставщиками этой продукции остаются Турция, Румыния, Эквадор, Туркменистан, Россия, Израиль, Китай, Бразилия и США.

С начала года через Херсонскую таможню Миндоходов осуществили внешнеэкономической деятельности 868 субъектов предпринимательской деятельности, из которых 395 налогоплательщиков, зарегистрированных в таможне. Общее количество аккредитованных субъектов внешнеэкономической деятельности составляет 755 субъектов ВЭД.

John Deere подвёл итоги 2013 финансового года

John Deere, американский производитель премиальной спецтехники, подвел итоги 2013 финансового года. Чистая прибыль компании в 2013 году составила рекордные 3,54 млрд долларов США, увеличившись на 15% в сравнении с прошлым годом. Оборот компании вырос почти на 5% и достиг 37,795 млрд долларов США. При этом мировые продажи подразделения строительной и лесозаготовительной техники сократились на 8%, что лучше средних мировых показателей по этим индустриям за данный период. Операционная прибыль подразделения уменьшилась на 20,5% (c 476 млн до 378 млн долларов США). Среди основных причин, повлиявших на снижение показателей по направлению, - сокращение отгрузок и рост производственных и административных расходов, связанных, в первую очередь, с открытием новых дополнительных заводов по производству строительной техники в таких странах как Бразилия и Китай.

По итогам 2013 финансового года John Deere поддержал и укрепил свои позиции. Компания по-прежнему является мировым лидером среди производителей лесозаготовительной техники и входит в ТОП-10 ведущих производителей на мировом рынке строительных машин.

В 2014 году John Deere планирует увеличить продажи строительной и лесозаготовительной техники на 10%. Такой прогноз по строительной отрасли обусловлен курсом на дальнейшее восстановление мировой экономики и увеличением объемов жилищного строительства в США и Канаде. Положительное влияние также окажет интенсивное развитие бренда John Deere в Китае, России и Латинской Америке - наиболее перспективных рынках строительной техники. Стимулировать рост продаж лесозаготовительных машин призваны европейские страны.

На фоне относительно ровного развития рынка строительной техники в России - по оценкам компании, колебания в течение года не превышали 1-2% - продажи машин John Deere росли более интенсивно, в первую очередь, за счет выпуска новых моделей наиболее востребованных видов техники. В 2013 году на российский рынок был выпущен WL56 - первый фронтальный погрузчик в доступном сегменте, а также E210 LC и E240 LC - первые в России гусеничные экскаваторы от John Deere, отличающиеся высокими показателями производительности и широкой областью применения. Модели были хорошо приняты российскими заказчиками и позволили дополнительно укрепить позиции John Deereна рынке дорожно-строительной техники.

В целом, динамика продаж техники John Deereв различных сегментах в 2013 году отражала общие тенденции рынка. Так, наилучшие темпы роста продемонстрировал сегмент дорожного строительства, основным стимуломдля развития которого стали значительные государственные инвестиции в обновление транспортной инфраструктуры практически во всех регионах страны.

По прогнозам John Deere, в 2014 году российский рынок строительной техники останется на текущем уровне с возможной корректировкой в сторону понижения, но с хорошим потенциалом для роста в средне- и долгосрочной перспективе. При этом в будущем году John Deereпланирует увеличить свою долю на рынке за счет выпуска новых моделей в самых востребованных сегментах - экскаваторы и фронтальные погрузчики доступного класса, а такжеосвоения новой для себя ниши-более тяжелой и производительной техники. Важную роль в выполнении поставленной задачи сыграет и дальнейшее совершенствование технического обслуживания, открытие новых сервисных центров в регионах России, а также развитие финансовых программ.

"В 2014 году мы планируем представить российским заказчикам самый большой в нашей линейке фронтальный погрузчик 844К и самый большой шарнирно-сочлененный самосвал 460Е, с выходом которых John Deere сможет более уверенно себя чувствовать в сегменте карьерной техники и предложить большему числу российских клиентов оценить надежность и производительность наших машин и высокие стандарты качества обслуживания. Кроме того, мы планируем обновить линейку мини-погрузчиков. Мы по-прежнему считаем российский рынок одним из самых перспективных и будем стремиться максимально широко покрывать его потребности, предлагая сбалансированную линейку техники, высокие стандарты сервисной поддержки и привлекательные финансовые программы", - говорит Эндрю Кристофер, директор подразделения дорожно-строительной и лесозаготовительной техники John Deere в России и СНГ.

В 2013 году российский рынок лесозаготовки показал отрицательную динамику, основными причинами которой сталиобщеэкономическая ситуация, снижение объемов экспорта леса и результаты вступления России в ВТО. Однако компании John Deere удалось сохранить лидирующие позиции на рынке лесозаготовительной техники, несмотря на снижение объемов продаж, зафиксированное по итогам года.

В прошедшем году John Deere представил российским лесозаготовителям сразу несколько новых моделей техники: харвестеры на гусеничном ходу 753JH и 759JH и самые большие валочно-пакетирующие машины 953К и 959К, а также самый большой в линейке John Deereколесный харвестер 1470E, который теперь доступен для заказа.

"Несмотря на сложную ситуацию на российском рынке лесозаготовки, заказчики все равно продолжают обновлять, а в некоторых случаях и расширять парк техники, выбирая наиболее мощные, производительные и надежные машины, и John Deere старается соответствовать их потребностям. В 2014 году мы представим новые скиддеры и валочные машины, а уже 1 января владельцы нашей техники смогут оценить систему JDLink. Эта система позволит не только отслеживать состояние каждой отдельной машины, но и анализировать эффективность использования парка техники в целом, добиваясь существенного сокращения расходов. JDLink работает как с лесозаготовительной, так и со строительной техникой John Deere, что особенно важно для заказчиков со смешанным парком техники. Кроме того, мы считаем стратегически важным повышать уровень сервисного обслуживания и поддерживать отличные показатели оперативности поставки запчастей", - говорит Эндрю Кристофер.

Одновременно с обновлением продуктовой линейки в строительном и лесозаготовительном направлениях John Deere продолжает развивать свои программы сервисной поддержки и предлагать российским заказчикам новые решения для снижения эксплуатационных расходов и обеспечения бесперебойной работы техники.

Так, в 2013 году John Deere запустил в России программы расширенной гарантии, благодаря которым владельцы нашей техники могут продлить гарантийное обслуживание своих машин до 4-5 лет или 6-8 тыс. моточасов. Линейка смазочных материалов John Deere была дополнена, в числе прочего, новыми гидравлическими маслами, продлевающими межсервисные интервалы, а также т.н. "арктическим" маслом, позволяющим эксплуатировать строительную и лесозаготовительную техники при низких температурах. Значимым достижением John Deere в области сервисной поддержки стало развитие на базе сервисных центров дилеров мини-лабораторий по анализу технических жидкостей. Лаборатории подключены к центральному серверу John Deere в США и позволяют на основе полученных по итогам анализа данных дать заключение о состоянии отдельных узлов и агрегатов машины, предупредив возможные поломки. В результате снижается риск выхода техники из строя и необходимости нести дополнительные расходы на дорогостоящий ремонт.

Существенным достижением в 2013 году стала оптимизация ценовой политики на большинство востребованных расходных материалов John Deere, благодаря чему российским заказчикам удалось дополнительно сократить свои эксплуатационные издержки.

В планах компании на 2014 год - внедрение программ, дающих возможность снижать затраты на обслуживание техники и увеличивать коэффициент технической готовности машин.

Развитие дилерской сети John Deere

В прошедшем году подразделение строительной и лесозаготовительной техники John Deere продолжило расширять свою дилерскую сеть по всей России. В 2013 году было открыто сразу 3 крупных сервисных центра: в Белгороде, Кемерово и Красноярске, что позволило повысить качество технической поддержки клиентов и сократить время поставки запасных частей. Кроме того, с октября все официальные дилеры John Deere перешли на новые, более строгие стандарты обслуживания клиентов, включающие дополнительные требования по наличию запасных частей на дилерских складах и подготовке технических специалистов.

Также в 2013 году в рамках взаимодействия John Deere с официальными дилерами особое внимание было уделено профессиональному развитию сотрудников. Компания запустила на полную мощность собственный тренинг-центр в Домодедово и перешла на плановую систему обучения, что позволило в 1,5 раза увеличить число высококвалифицированных специалистов, готовых обслуживать как строительную, так и лесозаготовительную технику John Deere по самым высоким стандартам. В планах компании на 2014 год - запуск более детализированных и глубоких обучающих программ по работе с отдельными узлами и агрегатами машин для еще более качественной сервисной поддержки заказчиков John Deere.

"Высокое качество сервиса и внедрение международных стандартов обслуживания клиентов - это то, чемJohn Deere по праву гордится в России и во всем мире. Мы считаем одной из своих приоритетных задач поддерживать и совершенствовать эти стандарты и, благодаря тесной работе с нашими дилерами, способствовать их распространению", - подчеркнул Эндрю Кристофер.

Извилистый путь в будущее

США: оживление экономики на фоне долгосрочных проблем

Л.М. Григорьев – ординарный профессор, заведующий кафедрой мировой экономики факультета мировой экономики и политики Высшей школы экономики; главный советник руководителя Аналитического центра при правительстве РФ.

Резюме Распространенный в мире и в самой Америке пессимизм относительно перспектив США связан не с экономическим кризисом, из которого страна выходит энергичнее других развитых держав, а с ощущением грядущих перемен в обществе и расстановке сил. Они объективно неизбежны, но их характер пока не вполне понятен.

В статье использованы результаты проекта, реализованного при финансовой поддержке Научного фонда НИУ ВШЭ в 2013 году.

Почти шесть лет экономисты, политики и СМИ обсуждают характер «Великой рецессии» 2008–2009 гг. в мировой экономике и последующей изнурительной фазы делового цикла, которая по-русски звучит несколько издевательски – «оживление». До недавнего времени плохие экономические новости приходили из многих стран ОЭСР, хотя наиболее сложная картина сохраняется в Европейском союзе, а в еврозоне ВВП-2013 практически остается на уровне 2011 года. На этом фоне экономическая динамика в Соединенных Штатах к концу 2013 г. выглядит заметно позитивнее.

На состояние и будущее этой страны пора взглянуть без непрерывного журналистского ожидания кризисов – худшее, вероятнее всего, позади. Нас не должны сбивать с толку мрачный тон внутриамериканских дебатов и естественная риторика республиканцев в отношении президента Барака Обамы. Огромная экономика с высокой инновационной активностью как в социально-политической жизни, так и технологиях остается для остального мира экспериментальным цехом – есть что изучать и анализировать.

Соединенные Штаты находятся в сложном положении и подвергаются масштабным рискам, но американцы активно действуют, чего нельзя сказать про многие другие страны (см. Таблицу 1). Мы не побоимся быть большими оптимистами, чем принято в эти дни по обе стороны океана, и полагаем, что основания к этому имеются. Неутешительные оценки вызваны прежде всего контрастом между сегодняшним положением вещей и «счастливыми девяностыми» с их высокими темпами роста и мирным дивидендом от прекращения холодной войны. Страна политически разделена, и партийные элиты находятся в серьезном конфликте относительно будущего – это, возможно, главная опасность на перспективу. «Великая рецессия», разумеется, была тяжелой, но общество и экономика продолжают функционировать на фоне многих острых проблем. Попробуем взглянуть на ситуацию в США в динамике и в сравнении с другими странами.

Виден свет в конце туннеля

Стоит напомнить, что Барак Обама выиграл первые выборы (ноябрь 2008 г.) в начале острой фазы кризиса. Так что главный результат его правления – постепенное снижение безработицы, сохранение низкой динамики цен и номинальных ставок процента. Промышленное производство, наконец, выходит на предкризисный максимум 2007–2008 годов. Америка выглядит более солидно по сравнению с Евросоюзом, причем роль сыграли и системные различия (англосаксонская адаптивность), и удачное стечение обстоятельств.

Традиционно в деловом цикле за взлетом цен на сырье перед кризисом следует падение производства, прибылей, загрузки мощностей и рост безработицы – все вместе это сбивает цены как на сырье (энергию), так и на труд. График 1 показывает, что поворот к лучшему на рынке труда наступил еще к президентским выборам-2012, хотя положение остается тяжелым по всем историческим меркам. Надо отметить (это не повод считать ситуацию нормальной), что обычно в Соединенных Штатах амплитуда колебаний на рынке труда больше, а кризисы острее, чем в континентальной Европе. Более того, установка на индивидуальное выживание и личный успех в англо-саксонских странах снижают требования к патернализму государства. Ситуация несравнима с ЕС, где степень пожизненной заботы о гражданах со стороны государства намного выше. Соответственно, бюджетные кризисы и снижение бенефиций в Европе переносятся гораздо тяжелее, и практически каждые выборы приносят смену правительств.

Падение цен на труд и сырье, естественно, содействовало промышленному подъему, но это было довольно давно. Пятилетняя высокая безработица резко сжала условия на рынке труда, но лишь в Америке (и Германии) это действительно сократило трудовые издержки (почасовые ставки в США падали в 2011–2012 гг.), что и дало им конкурентный выигрыш относительно большинства остальных стран (особенно Евросоюза). И тут в Соединенных Штатах появился относительно дешевый сланцевый газ – результат неукротимой способности бизнеса реагировать на высокие цены. Дешевая энергия (газ ценой ниже 4 доллара за МБТЕ) – важный катализатор подъема. Англосаксонский вариант рыночного хозяйства снова показывает свою «жесткость» к человеку, но динамичность, способность адаптироваться дает активному населению возможность искать свой шанс. Вертикальные лифты продолжают работать, а система поощряет инновации. Пример прорывов в энергетике доказывает, что человечество по-прежнему в состоянии решать сложные задачи путем развития технологий.

График 1. Уровень и длительность безработицы в США,1950–2013 гг.

Источник: Thomson Reuters Datastream (Bureau of Labor Statistics, USA)

В Америке даже заметны элементы реиндустриализации, причем в наибольшем выигрыше по сравнению с Японией и ЕС оказываются энергоемкие отрасли. Так, на выходе из кризиса мы видим перенос промышленности в США (в том числе европейскими компаниями), чего мало кто ожидал пять лет назад. (См. статью Пьера Маньятти в этом номере.) Последний Обзор МЭА (2013) предсказывает грустное падение доли Евросоюза в энергоемком (не энергетическом) экспорте в мире с 36% сейчас до 26% в 2035 году.

По сути дела с пятилетним опозданием, но рынок, несмотря на тяжелые проблемы с бюджетом, «вытаскивает» экономику Соединенных Штатов из кризиса благодаря твердому курсу властей на поддержку дешевого кредита, предсказуемости действий и отказу от попыток «фискальной консолидации как можно скорее». Историки сочтут действия американского правительства в эти годы кейнсианскими, но главное – они были последовательными, хотя во многом вынужденными. Сейчас одной из опасностей торможения остается повышение налогов, чтобы ограничить бюджетный дефицит и рост долга – камень, о который споткнулась экономика ЕС в 2010 году.

Таблица 1. Динамика макропоказателей США (2013–2014 – оценки)

Примечание: *по данным за январь-октябрь 2013 года

**по данным за III квартал 2013 года

Источники: МВФ, Thomson Reuters Datastream, Euromonitor International

Занятость в США начала расти в 2011–2013 гг., норма безработицы снизилась до 7,6%. Разумеется, за годы кризиса и оживления реальные доходы ряда слоев населения сжались, и это сказывается на состоянии умов и предвыборных дебатах. Для страны с 50 тыс. долларов ВВП на душу населения данная проблема ощутима в силу высокого неравенства, однако негативная динамика от очень высокого реального дохода не делает ситуацию слишком драматичной. Конечно, это не замечательные 1990–2007 гг., но оценки на 2014 г. уже несколько более воодушевляющие.

На американской бирже не бум, но уже точно и не кризис, а, согласно экономической теории, «биржи знают все». В краткосрочном плане ситуация улучшается, и при всех трудностях подъема и больших внутренних потерях обостряется конкуренция между странами. Динамика ВВП Соединенных Штатов уступает китайской и ряду других стран, но существенно превосходит европейские показатели.

График 2. Промышленное производство в 2006–2013 гг. в ведущих странах

Источник: Thomson Reuters Datastream

График 2 показывает, что через несколько кварталов можно будет говорить о росте производства сверх предкризисного максимума. В Европе – особенно в Великобритании – перспективы гораздо туманнее. Многое будет зависеть от Азии, прежде всего от способности Китая и далее поддерживать мировую конъюнктуру, особенно на сырьевых рынках. Это определяется не только темпами роста ВВП Китая, но и курсом юаня, и многими показателями мировой конъюнктуры. Отчасти это подчеркивает относительность значения многих макроэкономических теорий, которые так благополучно работали при малых колебаниях экономической активности и на «гладком» подъеме, но их прямое использование оказалось затруднительным в острых ситуациях.

Американская антикризисная политика была далека от ригористических подходов МВФ, однако сейчас и последний смягчает подходы. В конечном итоге применение правильной экономической линии возможно только активно действующими правительствами, имеющими поддержку парламентов. Мировой опыт последних лет показал, что метания в политике, чрезмерная жесткость фискальных рецептов в отношении граждан может вызвать социально-политические проблемы (включая кризис легитимности), что подрывает шансы на устойчивое оживление экономики.

Сдвиги и вложения

Процесс накопления, инноваций и развития базируется в США на частной собственности, частном риске, частном (децентрализованном) принятии решений. Это прежде всего заметно во время практически всех кризисов, когда растет число банкротств, идут увольнения, резко меняются приоритеты вложений в краткосрочном плане. Но крупные – переломные – рецессии играют особую роль. Их было не так много в XX–XXI веках: 1930, 1970 и 2008–2013 гг., если считать с фазой оживления. Заметим, что, несмотря на рост ВВП с 2010 г., промышленное производство и капиталовложения останутся на низком уровне еще несколько лет, так что воздействие кризиса продолжается.

Тяжесть «Великой рецессии» в Соединенных Штатах видна на Графике 3 – в последние годы отклонение фактического ВВП от потенциального намного больше (и последний несколько опустился вниз). Масштабы недоиспользования трудовых ресурсов как по причине низкой нормы выхода на рынок труда, так и безработицы существенно возросли, вернувшись к показателям конца 1970-х гг. (см. График 3). Заметим, что длительное отсутствие работы означает и потерю определенных навыков, т.е. снижение потенциального ВВП (вместе с уменьшением накопления основного капитала). В то же время масштабы неиспользуемой рабочей силы указывают на возможность быстрого – в американских традициях – роста занятости в будущем при наличии кредита и готовности к риску бизнесменов.

Последствия кризиса будут чувствоваться долгие годы. Но кривая потенциального ВВП идет вверх. США продолжают увеличивать производительность труда, идет приток мигрантов и капиталов. Так что кризис послужил стимулом для значительных структурных сдвигов, которые в дальнейшем позитивно скажутся на росте и положении страны в мировой экономике. И никто не предсказывает Америке длительной стагнации, которая до определенной степени угрожает Европейскому союзу.

График 3. Динамика фактического и потенциального ВВП, масштабы незанятости рабочей силы в США

Падение спроса на год-два («обычный кризис») оставляет надежду на то, что в дальнейшем бизнес вернется примерно к своему прежнему характеру. Многие проекты, в том числе уже начатые, откладываются на несколько лет – продолжать дорого и рискованно, но надежда инвесторов также умирает только во время следующего подъема. Иное дело пяти-шестилетний глубокий кризис – такие потрясения ведут к радикальному изменению стратегий фирм и, что еще важнее, банков и инвесторов. Последние понесли слишком тяжелые потери, чтобы идти на неопределенные риски даже при «дешевых деньгах». Это и есть «кредитный паралич» (credit crunch), который тормозит выход в фазу подъема и инвестиционного бума экономики и в США, и в Евросоюзе, и, кстати, в России. Потенциальные заемщики не знают, в какие проекты вкладывать средства, а возможные кредиторы не вполне верят в существующие начинания и заемщиков. Отсюда интерес к государственным гарантиям, облигациям, падение ставок процента. На фоне повсеместного ужесточения финансового надзора и регулирования развитой мир стоит перед трудной задачей перехода от оживления к подъему – но без капиталовложений этого обычно не происходит.

Разумеется, есть определенные виды инвестиционных проектов, которые либо становятся самоочевидными в ходе оживления, либо нащупываются методом проб и ошибок, либо поддерживаются государственными стимулами и субсидиями. К последним во всем мире относятся вложения в энергосбережение (и соответствующие субсидии). Ясно, что во многих отраслях происходит переход от наращивания мощностей к сокращению издержек при стабильном (падающем или растущем медленнее) спросе. Естественно, наиболее дорогой ресурс привлекает внимание и науки, и бизнеса, и государства. Большие кризисы изменяют типы накопления. Длительная недогрузка мощностей приводит к тому, что в марксизме называется «межотраслевой перелив капитала», то есть перераспределение структуры инвестиций.

Экономика Соединенных Штатов переходит из фазы оживления в фазу подъема заметно активнее, чем Европейский союз, это происходит на фоне замедления роста стран БРИКС. Динамика потенциального ВВП дает определенный ориентир для обозримого будущего при отсутствии новых тяжелых негативных шоков. Это улучшает перспективы стран-экспортеров на конкурентном американском рынке (особенно автомобилей и товаров длительного пользования). С некоторой осторожностью можно допустить, что экономика США может, хотя много позже и слабее обычного, сыграть традиционную роль локомотива для других стран.

«Великая рецессия» в Соединенных Штатах и развитых странах произошла не от технологических шоков, ее спровоцировал финансовый сектор США. Огромная недозагрузка мощностей и безработица поставили вопрос о том, как будет модернизироваться американская экономика в этих условиях – ведь 1990-е гг. и период до недавней рецессии были весьма успешными. Не пытаясь охватить все аспекты процесса накопления капитала в Соединенных Штатах, напомним, что норма накопления здесь ниже, а эффективность инвестиций ощутимо выше, чем в остальных развитых странах. В частности, можно отметить высокий уровень вложений в информационное оборудование, а также в домашнюю информационную и иную технику, которые, видимо, играют значительную роль в экономике, но редко учитываются в других странах.

Таблица 2. Изменение численности занятых американцев по разным отраслям, в млн чел.

Источник: Bureau of Labor Statistics, http://www.bls.gov/oes/tables.htm

Длительная рецессия изменила условия конкуренции – выигрывают страны, которые смогли обеспечить снижение темпов роста оплаты труда, перестройку экономики на новые отрасли и технологии, открыли другие экспортные рынки. Такие тяжелые кризисы обычно сопровождаются изменениями в относительных ценах, сменой характера рисков по направлениям инвестирования. Кризис и застой, медленное многолетнее оживление в развитых странах, естественно, снижают загрузку «старых» мощностей и инвестиции в прирост новых мощностей в «старых» отраслях. Зато они стимулируют вложения в снижение издержек в традиционных сферах, в инновации и новые изделия. Поэтому можно отслеживать процесс изменения направлений капиталовложений или по отраслям (что несколько отстает по статистике), или по типу проектов (что трудоемко и сопровождается ощутимым «белым шумом»). Стоит взглянуть на различие динамики вложений в оборудование и сооружения, основных факторов, воздействующих на инвестиции.

Динамика занятости – также надежный показатель, свидетельствующий о направлении сдвигов. Таблица 2 одновременно демонстрирует, как тяжелы последние шесть лет для трудящихся и безработных, но указывает также и на прогресс, достигнутый в последние годы. Направления сдвигов в занятости довольно очевидны: менеджеры, финансисты, компьютерщики, сфера услуг, особенно здравоохранение, получают новые рабочие места, несмотря на трудности фазы оживления. Некоторый рост занятости на производстве подтверждает появление послекризисной тенденции к росту обрабатывающей промышленности, хотя ее длительность и устойчивость пока еще не ясны.

Несмотря на кризис, США удалось избежать крупного снижения расходов на науку, а это означает непрерывность процесса инноваций и возможность привлекать зарубежные таланты. Данное обстоятельство принципиально важно рассматривать на фоне роста капиталовложений в оборудование и интеллектуальные продукты. Общая динамика накопления остается низкой в силу «кредитного паралича» и особенно тяжелого положения в жилищном строительстве (примерно на одну пятую ниже докризисного уровня). Хотя и здесь намечаются позитивные перемены – рост цен на дома стимулирует новое строительство. Общие низкие показатели в сфере накопления могут дезориентировать. Но вложения в оборудование достигли уже 1 трлн 150 млрд долларов и превысили предкризисный уровень – значит, по некоторым важным параметрам американская экономика приближается к подъему. Экономические стимулы базируются на снижении определенных налогов или скидок на льготную амортизацию. Тем самым бюджетные проблемы слабее воздействуют на эту сферу, поддерживая эффективность экономики, ее конкурентоспособность в будущем.

Роль оружия

Тема оборонных бюджетов вызывает естественный интерес не только политологов, но и экономистов. Мы относим вопрос о военных расходах Соединенных Штатов не к проблеме бюджетного дефицита (где они играют существенную, но не решающую роль), а к сфере структурных сдвигов, поскольку в США эти расходы носят высокотехнологический характер. Как видно по Таблице 3, с 1988 г. по 2000 г. военные расходы в процентах к ВВП сократились почти вдвое. Российские же (по сравнению с СССР, конечно) рухнули абсолютно и относительно. Это позволило и многим странам НАТО значительно сократить оборонные бюджеты. (В тот период продолжали расти военные расходы Китая, Индии и Саудовской Аравии.) Если же говорить о «мирном дивиденде», то он в значительной мере получен американской экономикой через снижение нагрузки на бюджет, переключение квалифицированной рабочей силы и менее милитаризированный характер научно-технического прогресса.

Фактически с начала XXI века мир вернулся к наращиванию военных расходов – главным образом после атаки «Аль-Каиды» на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 года. В первую очередь это, естественно, относится к Соединенным Штатам. Для нас в данном случае важно, что, чем бы ни завершились текущие конфликты на востоке, угроза терроризма сохранится, как и соперничество Китая и США, и стремление других стран располагать вооруженными силами достаточно высокого качества и размера, в том числе для предотвращения конфликтов.

Таблица 3. Реальные военные расходы ключевых стран мира, 1988, 2000, 2012 гг., в ценах 2011 г.

Источник: SIPRI – методология отличается от национальных данных, см. Таблицу № 4.

*Данные за 1989 г.

**СССР

Оборонные расходы США и после сокращения затрат на военные операции (включая транспорт, страховки и прочее), вероятно, останутся на высоком уровне. Для нашего анализа важно то, что в них сохраняется научно-техническая составляющая. Размер военных расходов на одного военнослужащего достиг полумиллиона долларов. Конечно, это большое бремя для бюджета, но также и занятость в науке, выработка инженерных решений и многое другое.

Бюджет и долг

Огромный американский бюджет был разбалансирован в 2008–2010 гг. во многом по стечению обстоятельств: военные расходы, увеличивавшиеся долгое время, растущие траты на здравоохранение и даже реформа медицинского страхования вместе не могли вызвать такой эффект (дефицит в 2009 г. превысил 10% ВВП). Стремительное падение доходов бюджета и увеличение расходов на встроенные стимуляторы создали специфический эффект, сходный с ситуацией в большинстве стран ОЭСР. С тех пор постепенный рост доходов, меры по экономии, связанные с острыми межпартийными конфликтами в Конгрессе по поводу потолка долга, привели к снижению дефицита.

Важно, что этот долг, несмотря на бурные дебаты, в данный момент не является непосредственной угрозой экономическому росту в силу того простого факта, что при очень низких ставках процента в США (снова фактор кредитного паралича плюс приток капитала в страну) обслуживание этого долга – одно из самых недорогих в мире. Долг в 17 трлн долларов или более 100% ВВП обслуживается примерно за 2,5% ВВП. Конечно, это ситуация рискованная – при экономическом росте и увеличении инфляции ставки процента пойдут вверх, и проблема обслуживания долга обострится. Впереди своего рода среднесрочные «макроэкономические гонки» – удастся ли снизить долг до роста инфляции. То есть требования к американской экономической политике резко возрастают: нужно обеспечить безинфляционный рост при более или менее сбалансированном бюджете.

Бюджетные проблемы в определенной степени связаны с программой президента Обамы по медицинскому страхованию. Не вдаваясь в эту огромную и сложную проблему, отметим, что из 19–20% ВВП, которые приходятся на федеральные расходы, на здравоохранение уже в 2005–2007 гг. приходилось 4,4–4,6% ВВП, к 2010–2011 гг. доля выросла до 5,7% ВВП, а в 2012 г. несколько снизилась до 5,3%. Почему именно эта программа разделила республиканцев и демократов? Ведь с общечеловеческих позиций вряд ли кто-то может быть против помощи в образовании и медицине для малоимущих, дающей шанс этим семьям встать на ноги в следующем поколении.

Не углубляясь в нюансы межпартийной борьбы в Конгрессе и в политической сфере в целом, дошедшей до частичной остановки правительства страны и угрозы дефолта, обратимся к проблеме неравенства в Соединенных Штатах. Мы полагаем, что именно здесь лежит причина остроты конфликтов в американском истеблишменте.

Социальное неравенство и изменение состава электората

В обществе с высоким неравенством медицинская страховка – не только символ бедности, но и реальный тормоз преодоления барьеров социальной интеграции. «Пакет», состоящий из легализации нелегальных иммигрантов (на тех или иных условиях) и медицинской страховки для всех, – это некий «ремонт» американского капитализма. Социальные нормы становятся более общими, иммигранты (как в первые века переселения) – нормальными членами общества. И этот в известном смысле популистский пакет меняет характер будущей политической системы. Меньшинства в 2012 г. уже сравнялись с «белыми» по числу новорожденных – через 20 лет иным по национальному (расовому) составу станет электорат. Устойчивость такого общества будет зависеть как от формального, так и от фактического равноправия. И у страны есть пара десятилетий для того, чтобы адаптироваться. Пример многих государств (особенно демократий) показывает, как опасно, когда национальные меньшинства набирают политический вес, оставаясь экономически слабыми. Восприятие своего положения как бесправного создает комбинация бедности и исключенности, а это среда для радикализма. Отсюда следует вероятный шаг президента на промежуточных выборах 2014 г. – упор на неравенство.

Ситуация в последние десятилетия драматически изменилась, социальное неравенство в обществе вернулось по ряду показателей в 1920-е годы. Разумеется, при 50 тыс. долларах среднедушевого ВВП в США бедность (кроме крайней) выглядит несколько иначе, чем в странах со средним и малым уровнем дохода, откуда, кстати, идет основной поток мигрантов. Обобщенный портрет «среднего» американца быстро меняется. 80% семей с доходами выше 150 тыс. долларов – белые. А среди тех, кто получает меньше 25 тыс. (здесь же и самый низкий уровень охвата страховками), очень высока доля испаноязычных (31% от своей численности) и афроамериканцев (42% – от своей). У белых и выходцев из Азии доля семей с такими доходами заметно ниже – около одной пятой. Испаноязычная группа обгоняет афроамериканскую по численности (16% против 13%) и уже по благосостоянию, постепенно меняя политическую повестку дня во многих штатах. Латинская Америка обеспечивает все больший приток иммигрантов, так что эти процессы будут набирать обороты.

Неравенство в условиях длительного подъема – это надежда на вертикальные лифты, но неравенство в условиях медленного роста и сжавшихся доходов – это социальная проблема, которая ставит вопрос о характере демократии и общества. Например, Джордж Пэкер утверждает: «Неравенство заковывает общество в классовую систему, оставляет людей в тюрьме условий своего происхождения – а это упрек самой идее американской мечты». Проблема поляризации американского общества проявляется в дебатах по реформам – некоторое перераспределение доходов в пользу малоимущих пришлось на слишком тяжелые времена.

В последние десятилетия заметно сжатие «белого среднего класса» (35–100 тыс. долларов дохода). Средний класс заметно пополняется выходцами из Азии и частично другими меньшинствами. Так что социально-политические процессы сегодня определяют, в какой степени благосостояние будет доступно бедным и меньшинствам – в основном демократическому электорату.

Экономический кризис, естественно, ударил по разным слоям неравномерно – больше всего потеряли к 2006 г. бедные, довольно много – богатые, середина – чуть меньше. Напомним, что поведение примерно 40% состоятельного американского населения определяет динамику личного потребления – почти три четверти потребительских расходов (особенно домов, товаров длительного пользования, импорта) и сбережений. Так что внутриамериканские социальные подвижки влияют на макроэкономические параметры державы с четвертью ВВП мира и даже на другие государства.

Среди важных аспектов проблемы отметим тот факт, что доля компенсации труда упала в последние годы до 62% от ВВП против, скажем, 65–66% в конце 1980-х гг., что соответствует общей картине перераспределения доходов, нарисованной выше. Проблема эта имеет общий характер для ОЭСР – 22 страны-члена также прошли через период снижения доли труда с 72% в 1980 г. до 60% в 2005 году. С нашей точки зрения, американская система распределения проделала довольно опасный путь концентрации доходов (тем более богатства) на самом верху общества. Одновременное изменение демографической ситуации и трудности поддержания устойчивости среднего класса делают социальные процессы в США причиной текущих политических конфликтов и бюджетных дискуссий. Республиканцы в октябре 2013 г. пытались блокировать (из-за спора о потолке долга) финансирование именно программы медицинских страховок. То есть это был не столько бюджетный конфликт, сколько попытка затормозить усиление новых слоев в обществе и не дать демократам обрести многочисленную группу избирателей, которые мало голосуют сейчас, но вполне смогут делать это в будущем.

Но в более широком плане остаются открытыми несколько критически важных вопросов на будущее. Во-первых, удастся ли реформа здравоохранения в среднесрочном плане за пределами второго президентства Обамы? Суть ведь не в очередном голосовании по бюджетному дефициту в Конгрессе. Гораздо важнее – сможет ли самая богатая страна мира смягчить социальные контрасты путем выравнивания стартовых возможностей через образование и медицинское обеспечение. Это англосаксонский вариант социальной справедливости, ставящей во главе угла не перераспределение средств для выравнивания потребления, а предоставление шансов на успех. Во-вторых, сохранится ли тенденция к снижению доли труда в национальном доходе (в Соединенных Штатах и в других развитых странах), нарастание веса самого богатого высшего класса. Растет разрыв между странами по уровню дохода на душу населения, но увеличивается и дистанция между самыми бедными и самыми богатыми слоями развитых стран. В этом контексте вопрос третий – об ослабленном среднем классе и его роли – выглядит весьма актуальным.

* * *

Пессимистический тон внутриамериканских дебатов о состоянии экономики и общества отражает три группы факторов. Прежде всего это тяжелый кризис, который тянется шестой год и от которого все устали. Но оживление вскоре может перейти в подъем. Важно то, что американская экономика имеет преимущества по сравнению с Евросоюзом, который «запросил» ассоциации (переговоры о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве с Америкой), признавая по сути, что не вытягивает самостоятельно свой проект.

Второй группой факторов являются видимые крупные сдвиги в социальной структуре общества, долговой и бюджетный кризисы. Конечно, не Obamacare вызвала бюджетный кризис, а совпадение кризиса, действия встроенных стабилизаторов, роста военных и социальных расходов. Но усилия демократов по поддержке бедных (а значит меньшинств), по предоставлению медицинского страхования и образования будут иметь далеко идущие последствия для повышения социального статуса небогатых слоев населения. В особенности это относится к той трети населения, которая по статистике является «небелой», но рожает уже половину детей в стране. Через два-три десятилетия новые слои изменят политическую систему, что и вызвало столь ожесточенный межпартийный конфликт.

Наконец, третья группа факторов пессимизма истеблишмента и СМИ связана с отсутствием ожидавшейся свободы действий внутри страны и на мировой арене. При колоссальных ресурсах не удается навести порядок в Афганистане, не вполне ясны долгосрочные перспективы в Ираке и Иране, «арабская весна» сделала весь Ближний Восток районом возросшего риска (а не стабильности и демократии), что опасно в долгосрочном плане, учитывая возрастание роли ОПЕК после 2020 г. в снабжении мира нефтью. Всей мощи сверхдержавы недостаточно для снятия рисков будущего. Отсюда борьба в правящих кругах по вопросам социальной и внешней политики. Электорат устал от кризиса и войн. Стране понадобится новый период накопления ресурсов и отдыха от перегрузок, чтобы вернуться к более активной политике после стабилизации роста, снижения долгов и возрождения интереса общества к решению мировых проблем.

США > Госбюджет, налоги, цены > globalaffairs.ru, 17 декабря 2013 > № 2907539 Леонид Григорьев

Торговые потери, вызванные воровством покупателей, мошенничеством персонала и поставщиков, организованной преступностью и управленческими ошибками, ежегодно приносят торговой отрасли США свыше ста миллиардов долларов потерь. Есть ли надежда на технологии?

Исследование, проведённое международной организацией Euromonitor на независимый грант от компании Checkpoint Systems Inc., было основано на серии взятых по телефону глубинных интервью и письменного опроса руководителей 160 тысяч магазинов, расположенных в 16 странах. Суммарный товарооборот охваченных опросом торговых предприятий превысил в 2012 году полтора триллиона долларов.

Анализ результатов опроса позволил выявить тенденцию к тому, что ритейлеры, осуществившие значительные инвестиции в средства предотвращения торговых потерь, в меньшей степени страдают от этих потерь — показатели торговых потерь у таких предприятий существенно ниже, чем в среднем по стране. Это напрямую свидетельствует о том, что вложения в системы окупаются. Британские и германские ритейлеры утверждают, что удержать потери в рамках разумного удаётся путём совершенствования технологий борьбы с ними. Подавляющее большинство опрошенных планируют сохранить либо увеличить свои ежегодные затраты на приобретение технических средств борьбы с потерями.

Согласно результатам исследования, во большинстве стран наблюдается существенный рост объёмов потерь. Самые низкие цифры объёмов — в Японии (1 процент от объёма продаж), Гонконге, Австралии и Германии (1,1 процент). В США этот показатель составил 1,5 процента, а в Бразилии и Мексике — рекордный показатель в 1,6 процента. В пересчёте на одно домохозяйство сумма потерь в Соединённых Штатах составила примерно 300 долларов в год.

Самыми «воруемыми» товарами стали модные аксессуары, джинсы, обувь и нижнее бельё, а также электроника компании Apple, электронные игры, GPS-навигаторы, футляры и наушники для смартфонов.

Российские туристы не жалеют денег на отдых

По данным экспертов Всемирной туристической организации (World Tourism Organization, UNWTO), туристы стали больше денег тратить во время поездки. Причем в числе лидеров - путешественники из России.

«Рост международного туризма продолжает опережать ожидания, поддерживая экономический рост как в странах с развитой, так и развивающейся экономикой. Туризм привносит свой вклад в процесс создания рабочих мест, ВВП во многих странах», - отметил генеральный секретарь ЮНВТО Талеб Рифаи.

По результатам исследования, проведенном UNWTO, за девять месяцев 2013 года международный туризм продолжает свой рост. Количество международных туристов в период с января по сентябрь выросло на 41 миллион человек (+5%) в сравнении с аналогичным периодом прошлого года. Азия и Тихоокеанский регион приняли на 6% больше гостей; в Северную Америку приехало на 4% больше туристов, а в Центральную - на 3%. Турпоток в Африку вырос на 5%, в регионы Ближнего Востока - на 0,3%.

В Европе рост турпотока в период с января по сентябрь составил 6%, сообщает Ассоциация туроператоров России. Этот результат превосходит прогнозы UNWTO и в два раза превышает средний показатель роста с 2000 года (+2,7%).

Люди не только чаще стали путешествовать, но также значительно больше тратить во время отдыха. Россия в этом вопросе показала наибольший скачок по сравнению с другими странами. В прошлом году российские туристы оставили за границей 43 миллиарда долларов США (+29%), и это вывело нашу страну на 5-е место (12-е - годом ранее).

Китай, который в прошлом году занял первое место в мире по объему средств, затраченных туристами за границей, также продолжает демонстрировать рост этого показателя. В период с января по сентябрь 2013 года расходы граждан этой страны за границей выросли на 22%. Неплохой рост показала и Бразилия (15%). Туристы из стран с развитой экономикой также увеличивают свои расходы, но делают это медленнее: Канада (3%), США (2%), Великобритания (2%) и Франция (2%). А вот японцы, австралийцы и итальянцы, в свою очередь, стали тратить на отдых меньше, чем прежде.

После стремительного роста на 10% и более в течение нескольких лет подряд, цены на недвижимость в крупных городах Индии, как ожидается, вырастут едва ли не на 8% в 2014 году.

Опрос 11 аналитиков рынка недвижимости Индии показал, что в 2014 году третий по величине рынок Азии ожидает рост на 7,8%, что значительно ниже 10%-ного уровня потребительской инфляции. Результаты опроса касательно рынка недвижимости Индии схожи с результатами опроса Reuters, проведенных в США, Канаде, Великобритании, Китае и Бразилии, где рост цен несколько замедлится, но останется далек от отрицательных показателей, передает NDTV Profit.

Продажи недвижимости в Индии замедлились в 2013 году, уменьшив вдвое 10%-ные показатели экономического роста, характерные для рынка с 2008 года. Но главной проблемой для страны, где почти четверть населения зарабатывает менее 50 центов в день, является цена. Сачин Сандир, управляющий директор RICS в Южной Азии отметил: "На некоторых из ключевых рынков страны цены завышены до небес. В связи с неопределенностью в экономике, высокими процентными ставками и ростом инфляции многие застройщики поднимают цены, что делает недвижимость недоступной большинству населения". Например, квартира площадью 185,8 кв. м в южном пригороде Мумбаи стоит более $2 млн, что сравнимо с трехкомнатными апартаментами на Манхэттене стоимостью $2,6 млн.

В 2014 году самый значительный рост цен на недвижимость ожидается в Ченнаи, Нью-Дели и Бангалоре, в то время как цены в Мумбаи будут подвержены стагнации, уверены аналитики. Они же дали Мумбаи и Нью-Дели 9 из 10 очков по шкале, где 1 означает слишком заниженные цены на жилье, а 10 - экстремально завышенные.

МГУ ЗАНЯЛ ТРЕТЬЕ МЕСТО СРЕДИ УНИВЕРСИТЕТОВ БРИКС

Первое и второе места в рейтинге QS World University заняли университеты из Китая Цинхуа и Пекинский университет

МГУ имени Ломоносова вышел на третью позицию среди университетов стран БРИКС в рейтинге Quacquarelli Symonds (QS). В БРИКС входят Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южно-Африканская Республика. В рейтинге учитываются особенности развивающихся экономик пяти стран, что позволяет сравнить вузы на равных основаниях.

Первое и второе места в рейтинге QS World University заняли университеты из Китая Цинхуа и Пекинский университет. На четвертом, пятом, шестом, седьмом и девятом местах также китайские вузы - Университет Фудань, Нанкинский университет, Шанхайский университет Цзяо Тун, Университет науки и технологии Китая и Чжэцзянский университет. На восьмой и десятой строчках бразильские университеты Сан-Паулу и Кампинаса.

Таким образом, в первую сотню рейтинга вошли 40 китайских вузов, 22 из них - в топ-50. 19 университетов из России, 17 позиций досталось Бразилии, 16 - Индии и восемь - Южной Африке. Шесть российских университетов заняли позиции в топ-50. Глава отдела исследований QS Бен Саутер отмечает, что Россия в этом рейтинге демонстрирует большой прогресс: у РФ есть амбиции по вхождению пяти университетов в мировой топ-100 к 2020 году.

Ранее Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова вошел в десятку лучших высших учебных заведений 22 развивающихся стран, в том числе стран БРИКС (Бразилия, РФ, Индия, КНР, ЮАР), согласно рейтингу британского издания Times Higher Education. В этом рейтинге вуз был только на 10 месте.

На состоявшейся в Череповце встрече представителей ОАО "Северсталь", одной из крупнейших в мире вертикально интегрированных сталелитейных и горнодобывающих компаний в мире, и ОАО "РЖД" была достигнута договоренность о совместной реализации проекта "Оптимизация процесса доставки грузов по железной дороге". Этот проект стал продолжением успешной работы по оптимизации доставки металлопроката в адрес КАМАЗа.

Напомним, что результатом трёхстороннего сотрудничества ОАО "Северсталь", ОАО "РЖД" и ОАО "КАМАЗ" в 2012 году стало сокращение времени доставки череповецкого проката до Набережных Челнов в 2 раза и снижение затрат на транспортировку груза.

Теперь "Северсталь" и "РЖД" договорились транслировать накопленный положительный опыт для повышения эффективности доставки череповецкого металла в адрес еще пяти клиентов компании.

"Наша основная задача, опираясь на технологии бережливого производства, сделать эти проекты максимально полезными для наших клиентов и сократить процессные потери. Мы хотим, чтобы металл был доставлен потребителю точно вовремя и с минимальными издержками", - комментирует заместитель начальника Департамента технической политики ОАО "РЖД" - начальник отдела управления качеством Артур Акопян.

"Реализация этих проектов позволит компании получить дополнительное конкурентное преимущество и повысить качество обслуживания клиентов: сократить время доставки, сделать ее более стабильной и прозрачной, улучшить информационное сопровождение заказов, чтобы клиент понимал, где находится его груз", - комментирует директор по развитию бизнес-системы компании "Северсталь" Алексей Солдатенков.

По результатам встречи принято решение о создании совместных рабочих групп для реализации каждого отдельного направления. Всего за 10 месяцев этого года общий грузооборот между Российскими железными дорогами и компанией "Северсталь" составил около 27,6 млн. тонн. Это на 850 тыс. больше, чем за аналогичный период прошлого года.

"Северсталь Российская сталь" - дивизион ОАО "Северсталь" - один из крупнейших производителей стали в России. Выручка за 2012 год составила 8,617 млн. долл. США, EBITDA - 939 млн. долл. США. Предприятия дивизиона относятся к числу наиболее эффективных производителей стали в мире. В состав дивизиона входят сегменты: "Основное производство", "Ремонты", "Метиз", "Снабжение и логистика", "Продажи и СМЦ". www.severstal.ru

ОАО "Северсталь" - одна из крупнейших в мире вертикально интегрированных сталелитейных и горнодобывающих компаний c активами в России и США, а также на Украине, в Латвии, Польше, Италии, Либерии и Бразилии. Акции компании котируются на российской торговой площадке ММВБ-РТС, глобальные депозитарные расписки представлены на Лондонской фондовой бирже. В 2012 году выручка компании составила $14,104 млн., EBITDA достигла $2,119 млн. В 2012 году компанией было произведено 15,1 млн. тонн стали. www.severstal.com

Руководство компании Eco Brasil Florestas заявило о намерении построить предприятие по выпуску беленой целлюлозы из эвкалиптовой древесины в бразильском городе Арагуаина (шт. Токантинс), об этом сообщает издание Valor Economico.

В настоящее время ведутся переговоры с потенциальным инвестором, для реализации проекта необходимы $2,5 млрд. Руководство компании рассчитывает начать производство на новом комбинате в 2017 или 2018 г., плановая мощность предприятия — 1,5 млн т целлюлозы в год.

Eco Brasil Florestas принадлежат 128 тыс. га лесных угодий на севере штата Токантинс, в 60 км от предполагаемого места строительства комбината. 1/3 этой площади занимают эвкалиптовые плантации, в расширение которых за последние годы компания инвестировала более $500 млн.

Хорошая новость о товарообороте между Китаем и Россией по итогам трёх кварталов: достигнуты почти такие же результаты, что и за аналогичный период 2012 года. Эта же новость является плохой.

Количество

Уже в I квартале 2014 года началось, точнее, продолжилось, снижение показателей товарооборота между Китаем и Россией. По сравнению с IV кварталом 2012 года общий товарооборот снизился на 6%. При этом экспорт из РФ уменьшился на 2%, а импорт из Китая на 10%. На март пришёлся худший показатель товарооборота в текущем году (6296,05 млн. долларов США), а также и худший показатель по импорту из КНР (3060,66 млн. долл). Таким не обнадёживающим было начало 2013 года.

По итогам II квартала по сравнению с I кварталом товарооборот между КНР и РФ увеличился на 8%, показатели экспорта из России увеличились на 5%, импорт из Китая тоже вырос – на 12%. Таким образом, товарооборот между РФ и КНР по итогам I полугодия 2013 года составил 43129,11 млн. USD; экспорт из России - 21176,91 млн. USD, импорт из Китая - 21952,19 млн. USD. В целом, это был благоприятный для ВЭД период года.

В III квартале 2013 года общий товарооборот между РФ и КНР увеличился по сравнению с показателями II квартала на 2%, но удачным для РФ его назвать сложно. Вырос импорт из Китая на 18%, а экспорт из России упал на 14%. На июль пришёлся самый большой за 3 квартала товарооборот между странами: 7851,62 млн. USD. И самый слабый показатель экспорта из РФ в КНР: 2792,15 млн. USD. И самые высокие показатели импорта из Китая в Россию: 4515,81 млн. USD в июле, 4578,52 млн. USD в августе и 4613,30 млн. USD в сентябре.

За 9 месяцев 2013 года объём товарооборота между Китаем и Россией достиг 66123,49 млн. USD, экспорт из России - 30463,65 млн. USD, импорт из Китая в Россию - 35659,82 млн. USD. После краткого периода подъёма показателей товарооборота с июня по август, далее начался спад, который продолжился и в октябре, когда он составил порядка 7200 млн. USD.

СМИ уже распространили информацию: посол КНР в РФ Ли Хуэй сказал о том, что товарооборот 2013 года останется на уровне 2012 года. Может быть, останется, а может быть и нет, так как динамика товарооборота 2012 года несколько отличается от таковой в 2013 году, что хорошо заметно на графике.

Вообще же, представители властей и с той и с другой стороны легко дают прогнозы товарооборота хоть на ближайшие два месяца, хоть до 2020 года. Вот, например, премьер Медведев в октябре утверждал, что «в начале этого года у нас был спад в торговых отношениях, но этот спад удалось преодолеть — объем торговли выровнялся» (по крайней мере, в таком виде его слова растиражированы СМИ). До какого месяца длилось «начало года» и по отношению к чему «выровнялся» объём, уточнений не последовало. Глава китайского правительства Ли Кэцян слова Медведева вроде бы подтвердил. Возможно, в конце года, в ноябре и декабре 2013 года, будет резкий рост товарооборота по причинам, о которых нам ничего не известно?

По сравнению с аналогичным периодом 2012 года товарооборот РФ и КНР за 3 квартала 2013 года снизился на 0,1%. Экспорт в Китай при этом снизился на 9,4%. Импорт из Китая вырос на 9,4%. Но кроме количественных изменений во взаимной торговле не в лучшую сторону, продолжились и некоторые изменения качественные в том же направлении.

Качество

По итогам января-сентября 2013 года доля РФ во внешнеторговом обороте КНР составила 2,16 %, это 10 место по объёму товарооборота среди всех партнёров Поднебесной, причём на 10 место РФ спустилась впервые с мая 2012 года, уступив Бразилии. А вот доля Китая в российском внешнеторговом обороте как была самая большая, так и осталась: Китай для России торговый партнёр №1.

Сохраняется импортно-экспортная структура товарооборота КНР-РФ. Сырьё – основа российского экспорта: на поставки минерального топлива, нефти и нефтепродуктов в январе-сентябре 2013 года пришлось 67,8% российского экспорта в Китай, в прошлом году эта доля составляла чуть более 66%. При этом в денежном эквиваленте экспорт нефти снизился на 7,2%, а доля российской нефти за 3 квартала 2013 года тоже сократилась более чем на 9% за такой же период 2012 года (до 8,6%). Следует заметить, что по объёму экспорта нефти в КНР Россия значительно уступает Саудовской Аравии и Анголе.

Почти 7% российского экспорта в Китай – лес. За 3 квартала текущего года в КНР вывезено леса и древесных изделий на сумму 2103 млн. USD, что примерно на 1% больше, чем за аналогичный период 2012 года – по объёму, и на 4,2% меньше в денежном эквиваленте.

Снизились в период с января по сентябрь 2013 года поставки машин и оборудования в Китай: на 4,5% (всего-то 211,84 млн. USD за все 9 месяцев). Но доля товаров этой группы увеличилась в общем объёме экспорта, хоть и незначительно – с 0,42% до 0,69 %, вероятно, благодаря резко возросшим поставкам летальных аппаратов – на 152%. Впрочем, импорт из Китая машин и оборудования всё равно больше, чем экспорт из России и того и другого в 66 раз. В денежном эквиваленте дисбаланс составляет 13774,7 млн. USD

Конъюнктура китайского импорта в РФ традиционно более сбалансирована и предпочтительна (для Китая). В ней больше 45% занимают машины и оборудование - это на 1% меньше, чем в тот же период 2012 года, но поставки товаров, занимающих меньшую долю в импорте, растут, и значительными темпами – импорт изделий из кожи вырос на 66%, ввоз одежды из текстиля – на 58%, ввоз зерновых – почти на 80%.

Как хорошо известно, что по итогам 2014 года товарооборот между РФ и КНР должен достигнуть 100 млрд. USD. Такая задача поставлена руководителями обеих стран в 2012 году перед… точно неизвестно, перед кем. По сравнению с 2011 годом в 2012 году товарооборот вырос очень существенно, и лозунг о 100 млн. долл. казался, вероятно, вполне достижимым. Сейчас эти цифры вызывают сомнения. В удачный 2012 год товарооборот увеличился всего лишь на 8908,73 млн. USD по сравнению с 2011 годом. Чтобы достичь к 2015 году поставленных целей, надо в следующем году прибавить примерно 12000 млн. USD.

Жалость гиганта

Довольно интересно, чем объясняется спад внешнеторгового оборота между КНР и РФ. Мнение российских специалистов хорошо известно, поэтому обратимся к китайским. Заместитель министра коммерции КНР Гао Хучэн обвинил в снижении товарооборота с Россией «глобальный финансовый кризис». Ранее упоминавший посол КНР в Москве Ли Хуэй сказал: «из-за негативного влияния экономической рецессии во всем мире динамика торговли между Китаем и Россией уменьшилась».

Возможно, это и так. Но ни глобальный кризис, ни рецессия не помешали внешней торговле Китая отработать все 3 квартала положительно по другим направлениям: по данным китайской таможни, внешнеторговый оборот Китая в рассматриваемый период составил 3 060,40 млрд. USD, что на 7,7% больше, чем за 3 квартала 2012 года. Экспорт увеличился на 8% до 1 614,90 млрд. USD, импорт – на 7,3% до 1445,50 млрд. USD.

И по октябрьским итогам в Китае тоже было всё неплохо: внешнеторговый оборот увеличился на 6,6%. При этом, товарооборот с ЕС достиг 456,09 млн. USD, (+ 0,5% к такому же периоду 2012 г.), с очень враждебными США Китай наторговал на 423,62 млрд. USD (+6,9%), с АСЕАН – на 358,95 млрд. USD (+ 10,9%).

За январь-октябрь текущего года, объем внешнеторгового оборота Китая составил 3,4 трлн. USD, что на 7,6% больше, чем за январь-октябрь 2012 года: экспорт КНР увеличился на 7,8% – до 1,8 трлн. USD, импорт вырос на 7,3% – до 1,6 трлн. USD.

В России за тот же период внешнеторговый оборот за снизился на 0,15% по сравнению с аналогичным периодом 2012 года. Сократился товарооборот почти со всеми странами из списка ведущих партнёров РФ по внешней торговле. Вот такой избирательный кризис: судя по заявлениям ответственных товарищей из Китая, влияет он только на внешнюю торговлю России. Или китайские чиновники просто жалеют российских высокопоставленных коллег, по-дружески?

По данным ГТУ КНР, ФТС РФ.

Евгений Новожилов

Как сделать Европу надежным тылом

Будущее ЕС и стратегия России

Резюме Новая стратегия Москвы в отношении ЕС должна рассматривать Европу как спокойный тыл России и быть основана на политике сдержанного вовлечения. Отличительной чертой наступившего этапа является смена парадигмы завышенных ожиданий на прагматическое взаимодействие.

В сентябре 2010 г. Международный дискуссионный клуб «Валдай» вынес на суд участников, российской и международной общественности доклад «К Союзу Европы». В его основе лежала объективная оценка потерь, которыми оборачивается неспособность России и Европейского союза выработать общее видение стратегии взаимоотношений. Проанализировав внутреннее состояние партнеров и их роль в мире, составители доклада предлагали тогда решительно двинуться к общему политическому и экономическому будущему – созданию Союза Европы. Движение к этой новой геостратегической общности должно было, по замыслу авторов, составить смысл долгосрочной интеграционной стратегии. О ее отсутствии и необходимости выработки заговорили еще в первой половине 2000-х, теперь же это стало практически общепризнанным.

Спустя три с лишним года после опубликования доклада, вызвавшего широкую дискуссию, очевидно, что шансы на преодоление раскола Европы минимальны, а, по мнению многих, вообще слабо просматриваются. На фоне стабильных экономических связей в России и Евросоюзе неуклонно сокращается стремление к взаимному познанию, пониманию и сближению.

Расхождение по углам

Совпали два процесса. Внешнеполитическое сознание Старого Света становится все более замкнутым, отстраненным от дел мира, хотя риторика утверждает противоположное. Неспособность повлиять на глобальные события и неудачи в региональной политике (наиболее ярким примером является фактическое исчезновение Европы как значимого игрока на Ближнем Востоке) в сочетании с по-прежнему острыми внутренними проблемами толкают ЕС к тому, чтобы сконцентрироваться на себе. Москва между тем, с одной стороны, переживает период осознания новой идентичности, что сопровождается идеологическими зигзагами, с другой – начинает всерьез переосмыслять глобальную ориентацию под воздействием фундаментальных сдвигов мировой расстановки сил с запада на восток. И если в 2010 г. разворот России в Азию, а Европы внутрь себя только намечались, то в 2013 г. новое позиционирование партнеров в отношении друг друга и внешнего мира стало очевидным.

В последние месяцы Россия и Евросоюз продемонстрировали минимальную способность отказаться от принципов игры с нулевой суммой, при которой выигрыш одного из партнеров обязательно означает потери другого. События лета-осени 2013 г., связанные с запланированным подписанием Украиной договора об ассоциации с ЕС, стали яркой иллюстрацией подобного конфронтационного мышления, которое не просто не настроено на совместный поиск решения, но – в случае с Евросоюзом – не может даже вообразить такую возможность. Сначала Брюссель, а потом и Москва выдвинули Киеву ультиматум – или/или, делайте выбор сейчас. Бесперспективность и пагубность такой постановки вопроса очевидна. Но отказаться от бесплодной логики «охоты за трофеями» ни Россия, ни Европейский союз не в состоянии.

Наблюдатели все чаще фиксируют признаки атрофии институционально-правовой базы отношений России и ЕС. Перспективы создания более работоспособных механизмов призрачны, этим попросту прекратили всерьез заниматься. Но наиболее существенный вклад в то, что контакты скатились к стагнации, внесли тенденции внутреннего развития каждого из партнеров. В Евросоюзе они серьезно ограничивают силы и волю к выстраиванию осмысленно-конструктивных отношений на Востоке, заставляют ориентироваться на наиболее важные географические направления, в первую очередь – на трансатлантическое сотрудничество. В России они по разным причинам стимулируют проведение географически более дифференцированной внешней политики.

Россия взяла курс на выстраивание собственного интеграционного блока, в целом ориентированного на новый мировой центр гравитации – Азиатско-Тихоокеанский регион, рассчитывая в ходе этого строительства найти и ответы на все более серьезные и опасные вызовы национального развития. При этом происходящие сдвиги не являются конъюнктурными, временными, они обусловлены общемировыми долгосрочными тенденциями. Даже глубокий экономический и политический кризис в России, который заставит ее свернуть амбиции и соотносить желания с возможностями, не возродит неоспоримую прежде ориентацию на Европу. Впервые за 300 лет Старый Свет перестает быть для России универсальным полюсом притяжения и ценностным ориентиром, а становится одним из внешних партнеров, пусть пока и наиболее важным в категориях торгового оборота и потребительского поведения.

Это не означает, что навсегда сохранится нынешний консервативный уклон в российской общественно-политической дискуссии, которая все больше противопоставляет себя идейному пространству современной Европы. Скорее он являет собой этап поиска новой самоидентификации, которая в конце концов достигнет точки баланса между культурной традицией и современностью. Однако солидаризации России с тем, что сегодня называется «европейскими ценностями», не произойдет и в этом случае, равно как и признания, что Запад имеет моральное и политическое право указывать стране ориентиры и направления ее движения.

Россия и Евросоюз обнаруживают себя в принципиально иной системе координат. И это делает беспристрастный анализ природы, содержания и перспектив кризисных явлений внутри ЕС крайне актуальным для российской внешней и внешнеэкономической политики.

Что происходит в ЕС?

Чтобы сделать первый шаг в данном направлении и привлечь внимание российской политической, интеллектуальной и деловой элиты к новым вызовам и возможностям, Совет по внешней и оборонной политике провел весной 2013 г. ситуационный анализ «Будущее Европейского союза», в котором приняли участие представители академического сообщества, ведущие специалисты МИД России, других ведомств и бизнеса.

По результатам сделаны следующие основные выводы.

Европейский союз переживает кризис, который по всем признакам носит системный характер, поскольку поразил как базовые элементы интеграционной конструкции (институты и основные общие политики ЕС), так и механизмы их взаимодействия. В том числе он негативно сказался на способности Евросоюза к принятию и воплощению в жизнь коллективных решений.

Сам Европейский союз, который на протяжении довольно долгого времени в целом отказывался признавать системность возникших проблем, сейчас приблизился к пониманию этого факта. Реакция стран-участниц на системный кризис будет выражаться, с одной стороны, в попытках ужесточать регулирование на уровне сообщества, а с другой – в расширении практики гибкой интеграции и создания коалиций из государств, желающих углубленного сотрудничества и способных к нему в разных областях. Сочетание этих тенденций станет наиболее серьезным вызовом для политической философии, преобладавшей в интеграционном процессе на протяжении полувека. Она предполагает равное участие стран во всех направлениях взаимодействия и достаточную мягкость в вопросах регулятивной гармонизации.

Однако некоторая централизация механизма принятия решений, стремление к большему регулированию не означает роста авторитета и расширения возможностей Еврокомиссии, а отражает стремление стран-членов к выработке коллективных, пусть даже и половинчатых, неэффективных, решений. На деле следует ожидать укрепления межправительственной составляющей и сужения реальных полномочий наднациональных органов управления.

Системный кризис качественно изменил баланс сил между ведущими странами – членами Европейского союза. Успешная Германия, которая в последние годы явно выигрывает экономически, балансирует на грани острого конфликта не только со странами европейского юга, но и с Францией, своим историческим партнером по строительству единой Европы. Политически от кризиса наиболее выигрывают противники углубления интеграции, во главе которых стоит Великобритания. Именно ее идеология «разноскоростной» интеграции «по интересам» может выдвинуться в будущем на доминирующие позиции. Впрочем, ситуация в британской политике такова, что сам Лондон, не справившись с нарастающей волной евроскептицизма, может быть вынужден согласиться на выход из Евросоюза, что снова кардинально изменит расстановку интересов и приоритетов в объединении, обесценит Великобританию как для континентальной Европы, так и в глазах США.

Тем не менее преобладание концепции «разных скоростей» станет важнейшим фактором, определяющим наиболее вероятные сценарии развития – вялотекущей интеграции при опережающем развитии механизмов гибкого участия. Такой путь будет постепенно размывать политические основы единой Европы и уже через пять-семь лет поставит ее лидеров перед принципиальным выбором между политическим прорывом к большей интеграции и формальным признанием неизбежности распада ЕС как политической, а затем и экономической общности.

Все участники ситуационного анализа согласились с тем, что в текущей перспективе подобное развитие событий не скажется на активности Евросоюза в отношениях с внешними партнерами. Более того, в ряде случаев общеевропейские институты будут стремиться компенсировать сокращение своих полномочий внутри интеграционной группировки наступательной тактикой вовне. Россия уже столкнулась с ситуацией, когда «третий энергетический пакет», выгодный в первую очередь странам-членам, продвигается и подается как исключительно брюссельское начинание.

В сложившихся обстоятельствах России предстоит принять на вооружение более сдержанную, хотя и демонстративно неагрессивную, политику в отношении ЕС. Европейский союз остается крайне важным партнером в самых разных сферах взаимодействия. Но Москва уже не может исходить из неизбежности и желательности стратегического сближения с прицелом на создание в будущем единой международно-политической общности. В центре новой стратегии должна находиться идея Европы как спокойного тыла России на западе, отношения с которым обеспечат ресурсы, необходимые для ответа на важнейшие вызовы, брошенные национальной внешней и внешнеэкономической политике в XXI веке. Большинство из них исходят с юга и востока.Новая стратегия России

Совсем невелики шансы на то, что послекризисный Европейский союз, каким бы он ни стал, превратится в благорасположенное к России образование или тем более будет стремиться построить с ней единое политическое, экономическое и человеческое пространство. Более того, растущая слабость и неуверенность Евросоюза в себе как международном игроке и сближение его с США в рамках вероятной через несколько лет трансатлантической зоны свободной торговли сделают Европу еще более сложным собеседником.

Не случайно все участники ситуационного анализа сошлись во мнении, что по мере нарастания в самом Европейском союзе кризисных тенденций не наблюдается сколько-нибудь заметного снижения наступательного характера действий его бюрократии. Более того, логика выживания институтов ЕС будет диктовать им необходимость доказывать странам-членам свою полезность и незаменимость, постоянно усиливая нажим на внешних партнеров. Такая тенденция надолго останется раздражающим фактором в отношениях не только с Россией, но и с другими важнейшими игроками мировой политики и экономики.

Вместе с тем степень экономической взаимозависимости России и Евросоюза, а также отсутствие весомых объективных причин для повышения уровня конфликтности не позволят скатиться к полноценной напряженности. Даже выход на первый план символических и частных претензий к Москве, соперничество за страны промежуточной периферии и обоюдное ухудшение имиджа не изменят стагнационный тренд на конфронтационный. В этой связи наиболее адекватной реакцией России на новую конфигурацию отношений могло бы стать принятие обновленной стратегии взаимодействия с этим по-прежнему важным, но все более непростым актором. В центре стратегии должно находиться осознание того, что Европа уже не может рассматриваться в качестве универсального ориентира российской внешней и внешнеэкономической политики.

Признание этого будет означать новый взгляд на более чем 300-летнюю парадигму позиционирования России, начало постепенного отхода от восприятия Европы и Запада в целом в качестве наиболее важного и самоценного направления национальной внешней политики – точки отсчета, источника основных угроз, образца и главного центра притяжения. Россия не может и не должна отказываться от своих преимущественно европейских корней. Как не могут и не должны делать этого, например, Соединенные Штаты или Бразилия и другие страны Латинской Америки. Более того, в силу географического положения Россия останется для большинства внешних партнеров, включая государства БРИКС и соседей по Евразии, державой именно европейской, со всеми коннотациями – положительными и отрицательными.

Однако тянущаяся из глубины веков психологическая и отчасти политико-институциональная зависимость от Европы должна быть преодолена. Просто потому, что она становится ограничителем на пути приобретения Россией качества современной глобальной державы. Та же Бразилия, скажем, гордясь своими европейскими истоками и всячески стимулируя связи с Евросоюзом, ведет и воспринимает себя как совершенно независимый и тем более не зависящий от Старого Света субъект международных отношений с собственным мировосприятием.

Интеграционное объединение в Европе, каким бы оно ни было, – не главный партнер и не основной вызов для Москвы. Европа – это спокойный тыл России, которая разворачивается в сторону тех частей света, события в которых представляют реальную угрозу или насущный интерес с точки зрения перспектив взаимодействия. Тем более что задача, решение которой становится ключевой предпосылкой для подъема России, требует именно стратегического разворота на восток – развитие Сибири и Дальнего Востока. Не обратившись к пространствам, граничащим с ее зауральской частью, Россия никогда не сможет превратить колоссальную территорию от Екатеринбурга до Владивостока в полноценную часть современной цивилизации.

Отказ от концептуально закрепленной европейской ориентации вызывает беспокойство немалого числа россиян, которые опасаются, что в этом случае страна скатится к «азиатчине» в худшем значении этого слова, к антидемократическим или откровенно мракобесным принципам организации политической и общественной жизни, утратит внешние стимулы для прогрессивных преобразований. Риск отката в направлении архаических и деструктивных представлений о развитии действительно существует, учитывая богатую традицию подобных попыток в русской истории и наличие мощной интеллектуальной школы такого рода. Однако формальная привязка к Европе и дежурное декларирование приверженности «европейским ценностям», как мы наблюдали на протяжении практически всей постсоветской истории, никоим образом не дает гарантии от процессов ровно противоположного содержания.

Сама по себе идея о том, что для выхода на «торную дорогу» цивилизации нужен внешний «магнит», доброжелательный патронат наставника со стороны, работает (да и то не стопроцентно) только в государствах, готовых полностью подчиниться «руководящей и направляющей силе» европейской интеграции и стать ее частью. Пример Украины наглядно показывает, что такая модель имеет обратный эффект, если страна в силу каких-то причин не может рассчитывать на полноценную интеграцию, но все равно апеллирует к внешним образцам. Это только тормозит процесс становления национальной элиты, подменяя ответственность за свое будущее стремлением переложить ее на «старших партнеров». Любая интеграция возможна, лишь когда решение о ней принимается осознанно и исходя из просчитанных долгосрочных интересов, а не для того чтобы в пожарном порядке заткнуть политико-экономические прорехи или заполнить идейный и моральный вакуум.

Вопрос о вхождении России в ЕС не стоял никогда и не может быть поставлен по объективным причинам, а значит использовать образ Европы как института и юридического объединения для создания образа будущего России бесполезно, если не вредно. С государствами, которые объявляют о своей ориентации на Европу, Евросоюз умеет общаться только при помощи инструментов нормативной экспансии, иной модели он просто не знает. А поскольку Россия не готова и не намерена готовиться к такой форме отношений, для плодотворного взаимодействия ей нужно убедительно позиционировать себя как самостоятельную и самодостаточную в идейном отношении силу.

В свою очередь успешное развитие Россией восточного направления политики, обретение собственных стимулов для модернизации сделает ее намного более интересным партнером и для Европейского союза, возродит интерес, который сегодня явно затухает, а это, в свою очередь, будет способствовать и «европеизации» за счет более глубокого и интенсивного обоюдовыгодного сотрудничества.

Стратегия Европы как надежного тыла диктует необходимость выработки новой политики вовлеченного сдерживания и требует придать политико-правовому и институциональному формату взаимоотношений прагматический характер, нацеленный на конкретные результаты.

В первую очередь России вместе с ее партнерами по евразийской интеграции нужно разработать и осуществить комплекс мер по вовлечению Евросоюза в конструктивное взаимодействие с институтами Таможенного союза и Единого экономического пространства. Надо четко и недвусмысленно поставить перед европейскими визави вопрос о том, что объем обязательств, принятый странами Таможенного союза, уже не допускает исключения органов интеграционного объединения из двусторонних контактов с ЕС. Стоит настаивать на скорейшем установлении прямого диалога по линии Еврокомиссия – Евразийская экономическая комиссия. Возможно, на первых порах привлекая представителей ЕЭК к официальным и рабочим мероприятиям России, Казахстана и Белоруссии с Евросоюзом. В этой связи необходимо четко разграничить предмет компетенций сторон в рамках диалога Россия – ЕС и Европейский союз – Евразийский экономический союз. Также следует рассмотреть вопрос о создании постоянно действующих консультационных и информационных механизмов, обеспечивающих необходимый уровень взаимной прозрачности внутренних (политических и экономических) процессов в Евросоюзе и Едином экономическом пространстве.

Экономическая ситуация в Европе не улучшается, а руководители пока не способны определить убедительную стратегию выхода из кризиса. Поэтому требуется качественно повысить уровень внимания органов российской государственной власти и экспертного сообщества к секторальному анализу экономики стран ЕС и оценке эффективности принимаемых там мер государственного регулирования. Имеет смысл, видимо, поставить перед европейскими партнерами вопрос о необходимости регулярного информирования ими внешних партнеров о реальном состоянии дел в экономике Евросоюза. Также необходимо направить специальные усилия на изучение успехов и неудач интеграционного взаимодействия стран Европы, чтобы извлечь уроки, которые могли бы быть использованы при строительстве Евразийского экономического союза.

Все эти меры не должны, впрочем, негативно сказываться на темпах и глубине диалога Россия – Евросоюз, опорными направлениями которого являются работа над новым базовым соглашением и взаимодействие в энергетике. По первому из этих направлений, где переговоры фактически заморожены с конца 2011 г., следует сохранять приверженность выработанному видению формата соглашения как краткого политического документа и серии дополняемых в будущем секторальных соглашений. Вместе с тем подход к содержанию политического раздела придется скорректировать, исключив из него однозначные указания на приоритетность для России европейского вектора и обозначив Евросоюз, наряду с Китаем, Индией и США, в качестве одного из стратегически важных партнеров.В сфере международной политики и безопасности пора признать, что возможности институтов Европейского союза к диалогу на эти темы пока, к сожалению, ограниченны. Данная сфера пребывает в ЕС в кризисном состоянии, а действия ведущих держав, таких как Великобритания и Франция, которые пытаются (впрочем, довольно безуспешно) самостоятельно повысить свой международный престиж, только ухудшают ситуацию. Потребуется время и на восстановление возможностей Германии лидировать в данной области и выдвигать совместно с Россией инициативы стратегического характера.

Одновременно нужно стремиться к воплощению в жизнь принципов Партнерства для модернизации, на словах провозглашенного в 2010 г., созданию условий для того, чтобы Евросоюз оставался для России источником ресурсов, необходимых для ответа на самые острые вызовы развития. Особое внимание надо уделить налаживанию механизмов привлечения и защиты европейских инвестиций в производственные мощности на территории Сибири и в первую очередь Дальнего Востока, расширение сотрудничества Россия – ЕС в подготовке управленческих кадров для бизнеса и органов государственной власти, в том числе в контексте евразийской интеграции. Также речь может идти о совместных программах привлечения в Россию грамотных специалистов из стран Европейского союза.

В энергетических отношениях России и ЕС особняком стоят два блока. Первый на виду у всех – торговля углеводородами. Именно эта сфера провоцирует страхи Евросоюза по поводу асимметричной зависимости от Москвы. Здесь же сконцентрированы и основные противоречия, связанные с попытками Брюсселя распространить на Россию свое законодательство по либерализации рынков (пресловутый «третий энергетический пакет»). По сути, действия Евросоюза направлены на то, чтобы избавиться от собственных геополитических страхов путем экспорта в Россию своего видения рыночных отношений. При этом Москва тоже рассматривает торговлю углеводородами прежде всего в бизнес-ключе (эффективность использования энергетических рычагов в политических целях на самом деле низка и краткосрочна), однако для нее важно справедливое распределение прибыли, а не тип организации рынков.

Конфликт удастся свести к минимуму лишь выработкой взаимоприемлемой юридической базы отношений в рамках международной организации, где и Россия, и Европейский союз – полноправные участники. Только так получится сдвинуться от примитивного «обмена газа на колбасу» к созданию единого энергетического комплекса. Самый простой шаг – синтезировать Договор к Энергетической хартии (ДЭХ в основном отражает представления Европы) и концепцию глобальной энергетической безопасности, согласованную в ходе российского председательства в «Большой восьмерке» в 2006 году. Шанс для этого представляет текущая модернизация ДЭХ. (О перспективах ДЭХ читайте в следующем номере журнала.) В концептуальном плане стоит напомнить Брюсселю, что конкурентные рынки – не самоцель (как он сейчас проповедует), а одно (и не единственное) средство обеспечить стабильное энергоснабжение по приемлемым ценам.

Второй блок энергетических отношений России и Евросоюза включает «зеленую энергетику», то есть технологии повышения энергоэффективности, сбережения электричества и тепла, а также использования возобновляемых источников энергии (ВИЭ). Находясь вдали от общественного внимания, такое взаимодействие развивается динамичнее, чем торговля углеводородами. Приоритеты, безусловно, не полностью совпадают: ЕС заинтересован прежде всего в ВИЭ, они призваны сократить его зависимость от поставок извне, Россия же делает акцент на повышение энергоэффективности. Но имеющиеся расхождения не влияют на конструктивность диалога по «зеленой энергетике», эта отрасль стимулируется финансово и организационно, тем более что налицо и схожесть законодательства сторон.

Риски, правда, кроются и тут – существует опасность наращивания и без того заметной технологической зависимости России от единой Европы, поскольку именно компании Старого Света продают конструктивные решения и оборудование. Следовательно, вероятно усугубление «колониальных» связей: помимо того что Россия сегодня де-факто меняет природные ресурсы на продукцию машиностроения и бытовые товары, она станет еще и рынком сбыта европейских технологий в «зеленой энергетике». Выходом могли бы оказаться совместные исследования и разработки в области сбережения тепла и электричества, использования ВИЭ, а также размещение производств соответствующего оборудования на российской территории. Это, кстати, вполне укладывается не только в логику модернизации России и соответствующего партнерства Москвы и Брюсселя, но и в курс Европейского союза на новую индустриализацию, провозглашенный в 2012 году.

Два блока энергетических отношений – торговлю углеводородами и «зеленую» повестку – стоит связать. Брюссель не дает (и, по всей видимости, никогда не даст) четкого ответа, готов ли он в будущем покупать дополнительные объемы нефти и природного газа у России, поэтому нет смысла разрабатывать новые месторождения для западных потребителей и прокладывать дорогостоящие трубопроводы с востока на запад. Долгосрочное стратегическое партнерство следует выстраивать в Азии. В случае возникновения спроса со стороны ЕС требуемые объемы природного газа и нефти разумно обеспечить за счет повышения внутренней энергоэффективности, сбережения электричества. Тем более что основные центры потребления углеводородов расположены в европейской, а не азиатской части России.

Следует, видимо, обсудить и ревизию институциональной базы отношений Россия – ЕС, возможно, отказавшись от отдельных изживших себя форматов. Так, в частности, уже давно непонятно, что дает такая форма диалога, как регулярная (тем более два раза в год) встреча на высшем уровне. Этот и ряд других форматов систематизированного взаимодействия могли бы быть с успехом заменены на интенсивные рабочие контакты, допускающие более широкое вовлечение деловых кругов.

* * *

Представленный контур новой стратегии России в отношении Евросоюза не может пока претендовать на полноту и законченность. Эта стратегия, рассматривающая Европу как спокойный тыл и основанная на предлагаемой концепции сдержанного вовлечения, может и должна быть развита и конкретизирована, исходя из национальных интересов в первой четверти XXI века, требований евразийского интеграционного проекта и на основе тщательного анализа тенденций внутреннего развития в самом Европейском союзе. Однако уже сейчас российское экспертное сообщество и органы государственной власти могут признать наступление нового этапа в отношениях Россия – Евросоюз. Этапа, отличительной особенностью которого является смена парадигмы завышенных оптимистических ожиданий на прагматическое взаимодействие.

Данная статья излагает сжатые результаты ситуационного анализа, проведенного Советом по внешней и оборонной политике (СВОП), журналом «Россия в глобальной политике» и Национальным исследовательским университетом – Высшая школа экономики (НИУ ВШЭ) 15 марта 2013 года. В нем приняли участие: Афонцев С.А., д. э. н., заведующий отделом экономической теории Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) РАН, профессор МГИМО (У) МИД РФ; Бордачёв Т.В., к.п.н., директор МНО Центра комплексных европейских и международных исследований (ЦКЕМИ), заместитель декана ФМЭиМП НИУ ВШЭ по стратегическому планированию, профессор кафедры мировой политики НИУ ВШЭ; Борко Ю.А., д.э.н., главный научный сотрудник, руководитель Центра европейской документации Института Европы (ИЕ) РАН; Журавлёв А.В., директор по стратегическому планированию и анализу компании TelecomСonsult; Кондратьева Н.Б., к.э.н., доцент кафедры международных экономических организаций и европейской интеграции НИУ ВШЭ; Капырин И.Н., заместитель Постоянного представителя России при Совете Европы; Кузнецов А.И., к.и.н., директор Историко-документального департамента МИД России; Лукьянов Ф.А., глава Совета по внешней и оборонной политике, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»; Полянский Д.А., заместитель директора Первого департамента стран СНГ МИД России; Романова Т.А., к.п.н., профессор им. Жана Монне, заместитель заведующего кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета, доцент кафедры международных экономических организаций и европейской интеграции НИУ ВШЭ; Соколов С.О., директор по связям с органами власти и корпоративным вопросам ООО «Найк»; Солтановский И.Д., к. и. н., директор Департамента общеевропейского сотрудничества МИД России.

Т.В. Бордачёв – кандидат политических наук, директор Центра комплексных международных и европейских исследований НИУ ВШЭ, заместитель декана факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ.

Т. А. Романова – к. полит. н., доцент факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета.

Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 16 декабря 2013 > № 966394

Дивный новый мир биологии

Обещания и риски революции в биосинтезе

Резюме Проблема двойного назначения в биологии привлекла широкое общественное внимание в последние несколько лет благодаря исследованиям в области приобретения новых функций. Ученые пытаются бороться с потенциальными опасностями, вначале искусственно создав их в лаборатории.

В мае 2010 г. самый богатый и влиятельный человек в мире биотехнологий совершил исторический прорыв. Джон Крейг Вентер и его частная компания, работая с ДНК, создали совершенно новую нуклеотидную последовательность из более чем миллиона кодированных фрагментов информации, известных как нуклеотиды. За семь лет до этого Вентер первым сконструировал функциональную биологическую информационную структуру. Взглянув на цепочку символов, отображающих последовательность ДНК бактерицидного вируса под названием phi X174, он подумал: «А не собрать ли мне реальную ДНК на основе этой компьютерной информации?». В конечном итоге он получил вирус на базе генетического кода phi X174. В дальнейшем этот прием использовался им для составления ДНК более крупных и сложных созданий. Вентер и его группа нашли способ изготовления искусственной клетки бактерии, поместив в нее геном из искусственной ДНК, и наблюдали за тем, как синтезированная ими форма органической жизни двигается, питается, дышит и размножается.

Одновременно Вентер пытался предупредить беспечное в большинстве своем человечество о том, что произойдет в скором будущем. Например, в 2009 г. он предостерегал: «Мы полагаем, что, как только нам удастся активировать геном, это изменит представление людей о жизни». Новая технология определялась Вентером как «синтетическая геномика, зародившаяся в компьютере, в цифровом мире с цифровой биологией и позволяющая создавать новые структуры ДНК для конкретных целей… Это может означать, что как только мы изучим правила жизнедеятельности, то сможем развивать робототехнику и компьютерные системы, способные к самообучению». «Это начало новой эры очень быстрого усвоения знаний, – продолжал он. – Не существует ни одного аспекта человеческой жизни, где в будущем нет потенциала для тотальной трансформации с помощью этих технологий».

Сегодня некоторые сравнивают «бактерии» Вентера и подобные им с «четырехмерной печатью». 2D-печать – это то, что мы делаем каждый день, нажимая кнопку «распечатать» и получая копию статьи или какого-то документа из старого струйного принтера. Предприниматели, архитекторы, художники и многие другие сегодня занимаются 3D-печатью, используя компьютерные модели для управления устройствами из пластика, углеродного волокна, графита и даже пищевых материалов, чтобы создавать трехмерные продукты. 4D-печать позволит предпринимателям сделать важный шаг к самосборке или самокопированию. Первоначальная идея была воплощена на компьютере и оттуда отправлена на 3D-принтер. В результате возникает «творение», способное воспроизводить свои копии и видоизменяться. В области физики твердого тела Скайлар Тиббитс из Массачусетского технологического института создает сложные физические субстанции, которые он называет «программируемыми материалами, способными самих себя конструировать». Вентер и сотни специалистов в области биосинтеза утверждают, что лучший способ прийти к 4D-печати – это создать жизнь, используя строительный материал самой жизни, т.е. ДНК.

Когда группа Вентера закончила работу над созданием генома вируса phi X174, ее руководитель инициировал масштабный анализ рисков, которые синтетическая геномика представляет для национальной безопасности и здравоохранения. В подготовленном отчете говорилось, что грамотное регулирование новой науки затруднено двумя нерешенными проблемами. Во-первых, работа в области синтетической биологии («синбио») ныне не требует сколько-нибудь серьезных затрат и не отличается сложностью. В результате за нее взялись не только биологи в классическом понимании этого слова, исчезли общепринятые представления об этике, профессиональные стандарты и безопасность. Во-вторых, существующие нормы, которые в некоторых случаях используют государственные ведомства в США и других развитых странах, устарели уже на целое поколение, поэтому молодые исследователи ничего о них не знают.

Команда Вентера прогнозировала, что со снижением стоимости работ в синтетической биологии интерес к ней будет неуклонно расти, а на первый план выйдут этические и практические вопросы. Эти прогнозы полностью оправдались. В сочетании с прорывом в области приобретения новых функций (GOF, доминантные-негативные мутации), еще одном направлении биологии, синтетическая геномика породила ошеломляющее количество новых возможностей, вызовов и угроз для национальной безопасности. Когда в научных кругах начались дискуссии об «эволюции, управляемой человеком», и возможности экспериментальным путем превращать относительно безвредные микроорганизмы в болезнетворные штаммы, мировой истеблишмент из экспертов по биотерроризму и биологической безопасности оставался где-то далеко позади, увязнув в устаревших представлениях о главных угрозах и способах противостояния им.

В Соединенных Штатах Конгресс и исполнительная власть попытались принять меры, составляя списки всех известных патогенов и токсинов и проводя разного рода инспекции. Правительства других стран и такие международные институты, как ООН и Конвенция по биологическому оружию, действовали еще менее активно. Иными словами, все исходят из старого представления, в котором ученые ограничиваются тем, что наблюдают за жизнью со стороны, ломают голову, что происходит в мире биологии, и изменяют среду, чтобы посмотреть, что будет. Но в новом мире биологии ученые теперь могут сами создавать жизнь и изучать ее изнутри. Как сказал Вентер в 2009 г., «то, что мы сделали, взорвет ваш мозг».

Кодирование жизни

Вскоре после того, как было объявлено об эксперименте Вентера, изменившем правила игры, Институт медицины Национальной академии наук создал специальную группу, в задачи которой входит изучение различных аспектов нового биологического мира, связанных с этикой, наукой и национальной безопасностью. Эндрю Эллингтон и Джаред Эллефсон из Техасского университета в Остине утверждают, что новое поколение биологов раздвигает границы науки – они смотрят на формы жизни и ДНК, как маги и чародеи от технологии, создавшие IBM, Cisco и Apple, когда-то смотрели на электронику, транзисторы и электрические цепи. Две эти области, где произошло поразительное сращивание частного сектора и академической науки, постоянно сталкиваются, соединяются и трансформируют друг друга; ученые-компьютерщики говорят о «вычислениях на основе ДНК», а синтетические биологи – о «платах жизни». Биолог превратился в инженера, кодирующего новые формы жизни по своему усмотрению.

Джеральд Джойс из Научно-исследовательского института Скриппса в Ла-Хойе (Калифорния) обеспокоен тем, что из-за размытости границ эволюцией будут теперь управлять биологи, а это «конец дарвинизма». «Жизнь на Земле, – отмечает Джойс, – продемонстрировала невероятную эластичность и изобретательность, адаптируясь к самым разнообразным нишам. Возможно, самым главным изобретением жизни является генетическая система, обладающая огромным потенциалом адаптации, в то время как биосинтетические системы вряд ли смогут быстро выйти на подобный уровень. Но как только информационные макромолекулы приобретут способность к изменчивости по законам дарвиновской эволюции, они начнут собственную жизнь».

И это не преувеличение. Все основные барьеры на пути искусственного синтезирования вирусов и бактерий были преодолены, по крайней мере на экспериментальном уровне. В 2002 г. исследователи из Нью-Йоркского Университета Стоуни-Брук создали активный вирус полиомиелита на основе его генетического кода. Три года спустя ученые, обеспокоенные пандемиями гриппа, решили воссоздать смертоносный вирус «испанки» 1918 г., чтобы идентифицировать ключевые элементы генов этого вируса, которые позволили ему уничтожить по меньшей мере 50 млн человек менее чем за два года. Все это означает, что дилемма двойного назначения, впервые возникшая в химии 100 лет назад, а спустя четверть века затронувшая физику, сегодня с новой силой проявилась в современной биологии.

В период с 1894 по 1911 гг. немецкий химик Фриц Габер разработал технологию производства аммония в промышленных масштабах. Эта работа произвела революцию в сельском хозяйстве, так как возникла современная отрасль производства удобрений. Но эти же исследования в период Первой мировой войны помогли Германии создать химическое оружие – и роль Габера как в позитивном, так и в негативном отношении является центральной. Через три года после того, как Габер получил Нобелевскую премию по химии, его соотечественник Альберт Эйнштейн стал нобелевским лауреатом за вклад в исследование физики. Его революционные теории относительности, гравитации, массы и энергии помогли раскрыть секреты космоса и заложили основы для использования ядерной энергии. В то же время они привели к созданию атомной бомбы.

Стало быть, проблема, касающаяся исследований двойного назначения, которые способны приводить как к благотворным, так и опасным последствиям, уже давно известна в химии и физике. Она вызвала необходимость заключения международных соглашений по ограничению наиболее проблемных работ и сфер их применения. В этом отношении биология серьезно отставала: США, Советский Союз и многие другие страны продолжали практически неограниченно разрабатывать биологическое оружие. Работы не дали серьезных результатов с точки зрения их применения в военном отношении, поскольку не удалось найти способы скоротечного инфицирования и распространения бактерий или ограничить их воздействие строго определенными целями. Но сегодня ситуация может измениться.

Проблема двойного назначения в биологии привлекла широкое общественное внимание в последние несколько лет благодаря GOF-исследованиям, где ученые пытаются бороться с потенциальными опасностями, вначале искусственно создав их в лаборатории. 12 сентября 2011 г. Рон Фушье из Медицинского центра Университета Эразма в Роттердаме выступил на Европейской научной рабочей группе по гриппу, заседавшей на Мальте. Он заявил, что ему удалось найти способ, как превратить вирус H5N1, поражающий практически только птиц, в штамм гриппа, передающийся от человека к человеку. На тот момент всего у 565 человек был обнаружен вирус H5N1, в основном от контактов с птицами, 59% из них (331 человек) умерли. Вирус «испанки» 1918 г. имел показатель смертности 2,5% и тем не менее унес более 50 млн жизней, так что H5N1 потенциально мог вызвать катастрофу. Спасало только то, что пока он еще не мутировал в штамм, легко распространяющийся напрямую от человека к человеку. Фушье сообщил ученым на Мальте, что его голландская группа, работающая на средства Национального института здоровья США, произвела мутации H5N1, превратив птичий грипп в нечто, способное инфицировать лабораторных хорьков (они заменяют человека в лабораториях). Затем, продолжил Фушье, он совершил «очень, очень большую глупость»: вытер носы зараженных хорьков и использовал собранный материал для инфицирования следующей группы животных. Фушье повторял эти процедуры, пока не получил новую форму H5N1, передающуюся капельным путем от одного млекопитающего к другому.

«Это очень опасный вирус», заявил Фушье изданию Scientific American и задал риторический вопрос: «Нужно ли проводить такие эксперименты?». Его ответ – да, потому что эксперименты помогут выявить наиболее опасные штаммы гриппа в природе, создать образцы для разработки вакцин и предупредить мир о том, что H5N1 способен передаваться по воздуху. Вскоре после сенсационного заявления Фушье вирусолог из Университета в Висконсине Йосихиро Каваока, который тоже работал на деньги Национального института здоровья, сообщил, что провел аналогичные эксперименты и получил формы птичьего гриппа H5N1, которые распространяются капельным путем среди хорьков. Каваока предпринял необходимые меры предосторожности, сделав экспериментальный штамм H5N1 менее опасным для человека. Кроме того, оба исследователя усилили меры безопасности в ходе экспериментов на объектах – где уровень биологической безопасности 3+, чуть ниже максимального.

Несмотря на все предосторожности, Фушье и Каваока навлекли на себя гнев экспертов по национальной безопасности и здравоохранению, которые не смогли найти оправдание намеренному созданию потенциально пандемичных штаммов гриппа. Национальный институт здоровья стимулировал работу Консультативного совета по биобезопасности, который в острых дискуссиях провел серию заседаний в 2011–2012 году. Вначале Консультативный совет попытался смягчить последствия экспериментов с H5N1, издав в декабре 2011 г. распоряжение запретить публикацию сведений о методах, которые использовались для создания новых формH5N1 в среде млекопитающих. Журналы Science и Nature попросили сократить в статьях Фушье и Каваоки разделы, касавшиеся методики, так как некоторые члены комитета выразили серьезные опасения, что эта информация станет пособием для террористов.

Майкл Остерхольм, эксперт по здравоохранению в Университете Миннесоты и член Консультативного совета, особенно обеспокоен. Он считает, что настал переломный момент, когда ученые должны сделать паузу и разработать необходимые стратегии, чтобы в будущем подобные работы проводились безопасно и только с благими намерениями. «Этот вопрос действительно требует рассмотрения на международном уровне с участием разных сторон, – заявил Остерхольм журналистам. – Грипп – единственный в своем роде вирус. Многие другие вирусы, с которыми работают в лабораториях с уровнем биобезопасности 4, не обладают такой способностью распространяться, как грипп. Хотя нас трудно уличить в намерении увидеть подобные вирусы свободно разгуливающими за пределами лабораторий, я не могу назвать ни одного другого вируса, который может распространиться по всему миру так, как грипп».

Пол Кейм, микробиолог из Университета Северной Аризоны и бывший председатель Консультативного совета по биобезопасности, сыграл ключевую роль в поисках преступника, рассылавшего споры сибирской язвы в 2001 году. Он разработал новую технологию генетических отпечатков, которая помогла ФБР отследить происхождение спор, разосланных в новостные службы и отдельным политикам. Кейм во многом был согласен с Остерхольмом и особенно беспокоился по поводу терроризма, опираясь на свой опыт участия в расследовании. «Неизвестно, могли ли привести данные конкретные эксперименты к мировой катастрофе, но это не исключено на следующем этапе, – сказал Кейм журналистам. – Вот о чем надо говорить на всемирных форумах».

В конечном итоге запрет на публикацию ничего не решил и был пересмотрен Консультативным советом спустя четыре месяца. Полные версии статей Фушье и Каваоки опубликовали в журналах Science и Nature в 2012 г., а временный мораторий на исследования двойного назначения, связанные с вирусами гриппа, был снят. В начале 2013 г. Национальный институт здоровья издал серию брошюр по биобезопасности в области GOF-исследований вирусов гриппа, но ограничения касались только данного вируса. Остерхольм, Кейм и многие другие противники подобных исследований были вынуждены отступить, а Консультативный совет вновь ушел в теньГлобальное лекарство?

За последние два года Всемирная организация здравоохранения провела два саммита в надежде найти глобальное решение для ящика Пандоры, который был открыт в результате экспериментов с H5N1. В первую очередь ВОЗ беспокоилась, чтобы ученые-гриппологи не нарушили тщательно проработанные соглашения между странами о контроле за заболеваниями и обмене информацией о вспышках. Это действительно серьезная проблема, если учитывать, что на согласование Международных медико-санитарных правил от 2005 г., в которых прописаны полномочия ВОЗ в случае эпидемий и обязанности всех стран по мониторингу инфекционных заболеваний и уведомлению о вспышках, ушло 14 лет, а некоторые развивающиеся страны, например Индонезия, оспаривают документ с момента его ратификации.

Джакарта выступает против обмена образцами вирусов, ссылаясь на то, что западные фармацевтические компании смогут запатентовать продукты, созданные на основе этих образцов, а потом получат огромную прибыль, продавая вакцины и лекарства бедным странам по высоким ценам. Поэтому Индонезия отказалась делиться образцами вируса гриппа H5N1, который распространился в стране; выдвигала различные обвинения против мирового здравоохранения вообще и Америки в частности; и даже выслала американского участника переговоров по этому вопросу. В конечном итоге соглашение о предотвращении пандемий было выработано и одобрено Всемирной ассамблеей здравоохранения (орган принятия решений в ВОЗ) в 2011 г., дополнив Международные медико-санитарные правила. Но на 2012 г. менее 35 стран соблюдают нормы безопасности, контроля и требования, предъявляемые к исследованиям, а многие образцыH5N1 и других патогенов до сих пор не внесены в глобальную базу данных. Эксперты по безопасности опасаются, что пандемия начнется до того, как они поймут, с чем столкнулись.

В ВОЗ знали, что главная египетская лаборатория в Каире была разграблена во время беспорядков, приведших к свержению режима Мубарака в 2011 году. Пропали многие лабораторные материалы, в том числе образцы вируса H5N1. Египет столкнулся с серьезной проблемой H5N1 и занимал второе место в мире по количеству случаев у людей (после Индонезии, как вы, конечно, догадались). Предполагается, что мятежники не знали о содержимом пробирок, а просто хотели заполучить электронные приборы и холодильное оборудование, но никто не может с уверенностью сказать, что штаммы гриппа уничтожены.

С точки зрения ВОЗ египетский эпизод продемонстрировал, что жесткие меры предосторожности, предпринятые голландцами и американцами для обеспечения безопасности работ Фушье и Каваоки, вряд ли удастся выполнить в биологических лабораториях во многих других странах. Генеральный директор ВОЗ Маргарет Чан и ее помощник Кейджи Фукуда отлично помнят эпидемию атипичной пневмонии (SARS) в 2003 г., когда китайское руководство скрывало информацию и умышленно тянуло время несколько месяцев, пока заболевание не распространилось на 29 государств. Они знают, что и в странах, соблюдающих стандарты Международных медико-санитарных правил, нет четких норм безопасности для исследований двойного назначения. Для Азии сама концепция биобезопасности является новой и вызывает много вопросов. Даже в Европе нет единых принципов или определения различных аспектов исследований двойного назначения и биобезопасности. Европейские страны гораздо больше озабочены проблемой генетически модифицированных продуктов питания, чем патогенами и микробами; они заняты введением в действие Картахенского протокола по биобезопасности 2000 г., который, несмотря на название, абсолютно не связан с терроризмом, национальной безопасностью и исследованиями двойного назначения; его основная тема – генетически модифицированные организмы.

Первый саммит ВОЗ по проблеме двойного назначения в феврале 2012 г. призвал Фушье и Каваоку ознакомить научное сообщество с деталями процедур экспериментов и результатами. Заявления Фушье о произведенных мутациях на деле оказались менее тревожными – ученый признался, что не использовал методы синтетической биологии, и хотя созданный им вирус распространился среди хорьков, ни одно из животных не погибло. Технические консультации по H5N1, в которых принимали участие вирусологи и гриппологи, позволили ученым прийти к выводу, что работа менее опасна, чем предполагалось первоначально, и мораторий на исследования можно снять.

Раздосадованный Остерхольм заявил в Нью-Йоркской академии наук, что у США и ВОЗ нет четких протоколов по DURC, отсутствуют стандарты определения безопасности и планы по координации глобального ответа. Но многие другие участники дискуссии были более сдержанны, они жаловались, что достижения, которые GOF-исследования могут дать здравоохранению, будут отсрочены из-за чрезмерных опасений по поводу потенциальных рисков. На каждой встрече ученые утверждали, что ФБР, ЦРУ и другие разведывательные структуры не смогли четко охарактеризовать или определить масштабы рисков, связанных с биотерроризмом, исследованиями в области биосинтеза и приобретения новых функций.

Я верю, что дети – наше будущее

Сторонники открытых, быстро протекающих исследований в области синтетической биологии, в том числе Дрю Энди из Стэнфордского университета и Тодд Кюйкен из Центра Уилсона – один из лидеров международного движения биологии в стиле «сделай сам», настаивают, что стоит обратить внимание не только на опасности синтетической биологии, но и на то, что она обещает. Энди подсчитал, что 2% экономики США уже сейчас дают генная инженерия и синтетическая биология, и этот сектор ежегодно растет на 12%. Его биоинженерное подразделение в Стэнфорде имеет бюджет в полмиллиарда долларов в год и, по прогнозам Энди, в ближайшем будущем биосинтез вызовет такой же экономический и технологический бум, как интернет-компании и социальные сети в начале нынешнего века.

Многие студенты-биологи сегодня считают генную инженерию существующих форм жизни и создание новых передовым направлением науки. Участвуют ли они в научных конкурсах или проводят эксперименты, у них нет времени на дискуссии о двойном назначении, они просто прокладывают путь вперед. Массачусетский технологический институт с 2004 г. проводит конкурс International Genetically Engineered Machine, в рамках которого студенты колледжей соревнуются в создании новых форм жизни. В последние годы к участию допущены школьники старших классов. В прошлогоднем конкурсе соревновались 190 команд из 34 стран. То, что одно поколение считает научной фантастикой, для другого уже норма.

Всего за несколько лет исследования в синтетической биологии стали относительно дешевыми и простыми. В 2003 г. проект «Геном человека» завершил определение первой полной последовательности ДНК человека. Проект обошелся в несколько миллиардов долларов и продолжался больше 10 лет, в нем были задействованы тысячи ученых и лаборантов, трудившихся в 160 лабораториях. Спустя десятилетие можно за несколько тысяч долларов купить прибор для секвенирования ДНК и менее чем за 24 часа определить последовательность любого генома в домашних условиях. Еще меньше времени потребуется частной компании, чтобы расшифровать ваш геном, и цены на эти исследования продолжают падать. Стоимость секвенирования снизилась настолько, что индустрия перестала приносить прибыль в развитых странах, поэтому работы выполняются в Китае. В огромных лабораториях в пригородах Пекина, Шанхая и Шэньчжэня автоматические секвенсоры расшифровывают, а суперкомпьютеры ежемесячно хранят больше генетической информации, чем было накоплено с момента открытия ДНК Уотсоном и Криком в 1953 г. и синтезирования генома phi X174 Вентером в 2003 году.

Чтобы понять, как сегодня работает биосинтез, приведем практический пример. Представьте вполне естественную проблему здравоохранения – например, как выявить мышьяк в питьевой воде в районах загрязнения грунтовых вод. Теперь представьте, что проблема может быть решена, если создать безвредные бактерии, которые будут ярко светиться в пробе воды при наличии мышьяка. В природе таких бактерий не существует, но есть организмы, которые действительно светятся (светлячки и некоторые виды рыб). В некоторых случаях эти организмы светятся только при спаривании или в момент опасности, т.е. существуют биологические переключатели. Ряд других микроорганизмов тоже ощущает присутствие мышьяка. В то же время имеется огромное количество бактерий, которые безвредны для человека и подходят для лабораторных исследований.

Чтобы собрать все эти элементы в лаборатории, вам нужно установить специальную программу на ноутбуке, просмотреть базы данных соответствующих компаний, найти и купить нужные участки ДНК, в которых закодированы люминесценция, биологические переключатели и чувствительность к мышьяку. Затем необходимо закупить определенные виды безвредных бактерий. Далее – составить компоненты ДНК в правильной последовательности, внедрить полученный код в ДНК бактерий и проверить, здоровы ли бактерии и способны ли делиться. После этого достаточно добавить мышьяка в бутылку с водой, поместить туда ваши бактерии и встряхнуть: если вода начнет светиться – это успех. (Такой немного упрощенный сценарий основан на реальной работе команды исследователей из Эдинбургского университета, которая была представлена на упомянутом конкурсе в 2006 году.)

Самый сложный этап на данный момент – составить компоненты ДНК в нужной последовательности. Но так будет недолго. Мир биосинтеза сегодня знаком с 3D-печатью, поэтому ученые имеют возможность загрузить нуклеотиды в 3D-биопринтер, генерирующий геномы. Кроме того, возможно глобальное сотрудничество. Ученые в одном городе моделируют генетическую последовательность на компьютере и отправляют код на принтер где-нибудь еще – в любую точку, где есть интернет. Код может использоваться для создания лекарства или вакцины, спасающей жизни. Или это может быть информация, которая превратит крошечный phi X174, над которым Вентер работал 10 лет назад, в вирус, уничтожающий клетки человека. Он также способен повысить резистентность бактерий к антибиотикам или создать совершенно новые штаммы вирусов.

Информацию, пожалуйста

За происходящей биологической революцией внимательно следят очень немногие представители правоохранительных органов и эксперты по национальной безопасности, но их ставит в тупик то, что ключевым компонентом является обыкновенная информация. Практически все нынешние законы в этой сфере как на местном, так и на международном уровне научились ограничивать и отслеживать проблемные организмы (например, вирус Эбола), но угнаться за информацией практически невозможно. Код может быть спрятан где угодно – боевики «Аль-Каиды» умудрялись записывать инструкции об очередных атаках на видеопорно, а безобидный твит способен перенаправить читателей на сайт с генетическими кодами, готовыми к загрузке на 3D-принтер. Неожиданно биологическая проблема превратилась в вопрос информационной безопасности.

Поэтому, когда в феврале 2013 г. ВОЗ проводила второй саммит по проблеме двойного назначения, почти треть ученых и чиновников была из США. Они представляли по меньшей мере 15 правительственных ведомств, в том числе ФБР, Центр по контролю за заболеваниями и профилактике, Министерство обороны и Торговую палату. Хотя другие страны тоже активно участвовали в работе, сигнал от администрации Барака Обамы был очевиден: мы обеспокоены.

Каждая страна, подписавшая Конвенцию по биологическому оружию, должна определить ведомство, которое будет отвечать за соответствие всем условиям соглашения. В Соединенных Штатах эти функции возложены на ФБР. Таким образом, сейчас небольшое подразделение ФБР, которое стало еще меньше в связи с сокращением бюджетных расходов, привлекает научное сообщество и пытается определиться с исследованиями по проблеме двойного назначения. Но ФБР не обладает столь же обширным багажом научных знаний, как сами ученые-биологи, и поэтому на практике вынуждено полагаться на исследователей, которые призваны контролировать самих себя. Без сомнения, это проблема.

Другие страны пытались справиться с проблемой двойного назначения иными способами. Дания, например, ввела процедуру лицензирования государственных и частных программ. Исследователи должны зарегистрировать заявку на тот или иной эксперимент. Лаборатории и персонал проверяют на соответствие нормам безопасности, затем выдаются лицензии, в которых прописаны условия проведения работ. Некоторые заявки и лицензии засекречены, что гарантирует защиту коммерческой тайны для частного сектора. Но такие меры эффективны только потому, что масштабы биологических исследований невелики: в настоящее время идет мониторинг менее 100 лицензий.

Правительство Нидерландов пыталось проконтролировать публикацию материалов Фушье о модификации вируса H5N1, опираясь на законы об экспортном контроле, так как данная информация представляет особый интерес и не подлежит экспорту. Хотя правительство сняло запрет после первого саммита ВОЗ, местный суд позже вынес решение в том духе, что обнародование материалов Фушье нарушает законодательство ЕС. Фушье подал апелляцию, так как данное судебное решение способно повлиять на обмен информацией об исследованиях в Европе. Однако история с утечками разведданных в Америке показывает, что обеспечить жесткий контроль за передачей цифровой информации практически невозможно, если заинтересованные стороны технически подготовлены и изобретательны.

В соответствии с новыми перспективами инженерии многие биологи называют свои работы в области геномики «штрих-кодированием». Как производители ставят штрих-коды на свою продукцию, чтобы при сканировании в супермаркете можно было узнать исходные данные и цену, так и биологи спешат определить последовательность генов растений, животных, рыб, птиц и микроорганизмов, чтобы закрепить за каждым видом уникальный «генетический штрих-код». Можно внедрить идентификаторы «штрих-кода» в синтезированные или модифицированные организмы, что позволит правоохранительным структурам или органам здравоохранения отслеживать использование или случайное появление созданных или измененных человеком форм жизни. Подобный подход применялся в ходе маркировки генетически модифицированных семян и сельхозпродуктов и вполне подойдет для потенциально опасной продукции двойного назначения. Но штрих-коды должны вводиться авторами исследований, а не теми, кто имеет преступные намерения. Так что простого и быстрого решения проблемы пока не существует.

От ВОЗ до хаджа

На саммите ВОЗ 2013 г. не удалось разрешить проблему исследований двойного назначения. ВОЗ ограничена в финансах и поэтому не может воплотить в жизнь все рекомендации саммита. Более того, участникам саммита не удалось выработать общих принципов для обсуждения проблемы. Бедные страны не считают ее приоритетной, представители Африки жалуются на отсутствие денег для введения норм биобезопасности. Один из представителей Африки высказался о принципе анонимности: «Это действительно серьезно затрагивает всех нас. Именно нам нужны такие исследования. Но у нас нет соответствующих возможностей: лабораторий, ресурсов. А теперь из-за всех этих опасений по поводу двойного назначения африканцам закрыт доступ в ваши лаборатории [в США или Европе]. Проблема двойного назначения, намеренно или нет, оставляет нас далеко позади».

Ничем не проявили себя на трехдневной конференции представители крупных развивающихся стран – Бразилии, Китая, Индии и ЮАР. Даже если кто-то из них брал слово, то только чтобы выразить озабоченность по поводу того, кому будут выдаваться патенты на продукты, полученные в результате исследований двойного назначения, либо чтобы настоять на необходимости трансфера технологий, либо в очередной раз заверить, что ученые в их странах работают в соответствии с жесткими мерами безопасности. Вот здесь активность проявили делегаты из Китая: все необходимые условия для обеспечения биологической безопасности в их стране созданы, убеждали они собравшихся. Два месяца спустя после конференции группа ученых из китайской Национальной лаборатории птичьего гриппа при Институте ветеринарных исследований (Харбин) воспользовалась GOF-методиками для производства 127 форм вируса гриппа. Все они имели в качестве базы H5N1, но сочетали в себе генетические признаки десятка других типов гриппа. Китайские ученые множество раз повторили эксперименты Фушье и Каваоки, добавляя синтезированные спирали. Пять из созданных ими штаммов супергриппа оказались способны распространяться капельным путем между морскими свинками, убивая их.

Меньше десятилетия назад мировое сообщество вирусологов осудило опыты американских ученых с добавлением особого гена в вирусы оспы в целях быстрой идентификации. В результате раствор, содержащий вирус, становился зеленым. То, что исследователи считали «умным» способом обнаружения смертельно опасного вируса, назвали «преступлением против человечности».

Напротив, когда в начале этого года новый тип птичьего гриппа H7N9 появился в Китае, вирусологи назвали проведение GOF-исследования безотлагательным вопросом здравоохранения. После того как вирус был подвергнут генетическому анализу, Фушье и Каваока признали его опасным, отметив, что генетические изменения, которые они произвели с H5N1, уже присутствуют в штамме H7N9. В августе группа Фушье опубликовала исследования, которые показали, что вирус H7N9 может поражать хорьков и передаваться по воздуху от одного животного к другому. Фушье, Каваока и еще 20 вирусологов призвали провести GOF-эксперименты с H7N9, чтобы в результате генетических модификаций птичий грипп мог передаваться от человека к человеку. Это позволило бы лучше подготовиться к борьбе с патогеном.

Пока органы здравоохранения рассматривают заявки ученых на манипуляции с вирусом H7N9, на очереди выстроились другие микробы, загадки которых можно разгадать с помощью GOF-методик. Ближневосточный респираторный синдром (MERS) появился неизвестно откуда в июне 2012 г. в Саудовской Аравии, а к сентябрю 2013 г. им были инфицированы уже 132 человека, почти половина из них со смертельным исходом. Хотя вирус похож на SARS, многое в этом заболевании, в том числе его происхождение, остается неизвестным. Многочисленные случаи предполагаемой передачи синдрома от человека к человеку, особенно в больницах, заставили медиков Саудовской Аравии забить тревогу относительно распространения болезни в исламском мире. Вакцины или лекарства от MERS не существует. При соответствующей санкции на лабораторные исследования по определению способности H7N9передаваться от человека к человеку, возможно, ученым стоит обратить внимание на потенциальную возможность распространенияMERS среди паломников во время хаджа.

Когда в начале 1980-х гг. появился ВИЧ, никто точно не знал, как передается вирус, и многие медработники боялись при контакте с пациентами заразиться болезнью, смертность от которой тогда составляла 99%. ВИЧ-инфицированным детям в США запретили посещать школу, многие спортивные лиги не допускали к участию инфицированных атлетов (пока звезда НБА Мэджик Джонсон не признался, что болен, и волна запретов пошла на спад). Если бы существовали такие технические возможности, было бы разумно модифицировать вирус, чтобы оценить его способность распространяться капельным путем или при бытовом контакте.

Что теперь?

Ученые и эксперты по безопасности никогда не придут к консенсусу по поводу рисков, связанных с исследованиями двойного назначения в синтетической биологии. В конце концов, спустя почти 35 лет после того, как побеждена оспа, не утихают споры о том, нужно ли уничтожить последние оставшиеся образцы вируса. Пользу от изысканий в области биосинтеза трудно оценить. Сторонники считают, что соответствующие исследования изменят мир, подобно революции в информационных технологиях. Другие настроены скептически. Агрессивное сдерживание потенциальных побочных эффектов может воспрепятствовать научному прогрессу. В случае реальной заинтересованности правительство США, например, могло бы начать с создания многочисленного бюрократического аппарата в целях регулирования и надзора, но это только помешало бы национальной науке – передовые исследования переместятся в другие страны. Однобокие действия любого государства здесь обречены на провал.

Все это означает, что политическим лидерам не стоит ждать прояснения ситуации или получения исчерпывающей информации. Но и спешить с принятием запретительных мер или полагаться на саморегулирование науки тоже не следует. Вместо этого они должны признать тот факт, что революция в биосинтезе уже началась и продлится долго. Поэтому за ней необходимо внимательно наблюдать и пытаться принимать адекватные меры противодействия самым очевидным рискам, таким как случайная утечка или намеренный выброс опасных организмов.

Первым шагом на этом пути должно стать укрепление национального и международного эпидемиологического контроля. В Соединенных Штатах он ослаблен из-за сокращения бюджета и бюрократических препон на федеральном, региональном и местном уровнях. Центры по контролю за заболеваниями и Министерство сельского хозяйства США представляют собой первую линию защиты от микробных угроз здоровью человека, сельхозкультур и скота, но ресурсы обоих ведомств существенно урезаны. Бюджет Центров по контролю за заболеваниями сокращен на 25% с 2010 г., а в последнее время снизился еще на 5% из-за секвестра. Сокращение расходов коснулось средств на содержание 50 тыс. сотрудников органов здравоохранения в штатах, городах и округах. Конгресс должен без промедления восстановить финансирование и другие меры поддержки работников системы здравоохранения.

В то же время Центры по контролю за заболеваниями и Министерство сельского хозяйства должны усовершенствовать свою работу. В эпоху появления новых микробов небольшой список патогенов и токсинов – вирус Эбола, сибирская язва и ботулизм – внушает лишь ложное чувство безопасности. Даже недавнее предложение внести H5N1 в национальную базу данных, по которой отслеживаются потенциально опасные биологические агенты и токсины, кажется неактуальным: простой, широко распространенный микроб, напримерE.Coli – бактерию, живущую в кишечнике любого человека, сегодня можно трансформировать в «убийцу», который причинит больший ущерб, чем любой другой патоген из списка.

Чтобы определить и выявить объект наблюдения, потребуется сотрудничество, выходящее за рамки национальных и профессиональных границ. В США таким организациям, как Центры по контролю за заболеваниями, ФБР, Министерство здравоохранения, Пентагон и разведывательные службы, следует обмениваться имеющейся у них информацией и опытом работы. На международном уровне ВОЗ, Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (ФАО) и другие должны объединить усилия с такими организациями, как Интерпол, АСЕАН, Панамериканская организация здравоохранения и Африканский союз.

Конвенция по биологическому оружию может быть положена в основу многостороннего диалога по исследованиям двойного назначения, поскольку это нейтральная платформа, доступная правительствам практически всех стран мира. Однако ей пока далеко до возможностей конвенции по ядерному и химическому оружию. Не решив внутренние проблемы, международные институты в настоящее время не готовы к исследованиям двойного назначения. Например, ВОЗ уже третий год подряд сталкивается с жесткими бюджетными ограничениями, идет сокращение персонала, влияние организации снижается. Особенно пострадали такие направления деятельности, как выявление эпидемий и принятие соответствующих мер.

Появление эффективной глобальной структуры по эпидемиологическому реагированию в рамках ВОЗ, действующей в соответствии с Международными медико-санитарными правилами, в интересах Америки и других стран. Вмешательство представителей американского медицинского «сыска» вряд ли вызовет восторг во всем мире, в то время как ВОЗ, по крайней мере в принципе, может быть допущена в любую страну. Поэтому Конгрессу следует одобрить выделение 100 млн долларов в год в течение пяти лет на прямую поддержку системы эпидемиологического контроля и реагирования ВОЗ.

Чтобы американский вклад не оказался бесполезным, Вашингтон должен довести до сведения Всемирной ассамблеи здравоохранения, что часть финансирования нужно направить на создание органов эпидемиологического контроля в развивающихся странах. Таким образом, в конечном итоге они будут приведены в соответствие с Международными медико-санитарными правилами. Если конгрессмены опасаются, что подобная поддержка ВОЗ превратится в многолетнюю программу выплат, можно предусмотреть, чтобы финансирование началось в 2014 г. и постепенно свелось к нулю к 2019 году. К этому времени другие страны-доноры возьмут на себя финансовые обязательства, а реципиенты начнут полагаться на свои силы. Конгрессу также следует продлить действие программыPredict Project, возложенной на американское Агентство международного развития, цель которой – выявление опасных заболеваний. На сегодняшний день в ее рамках подготовлено 1,5 тыс. человек по всему миру и обнаружено 200 новых вирусов.

Любые глобальные усилия по контролю потребуют гармонизации. Однако на данный момент не существует согласованных стандартов биобезопасности лабораторий, не разграничены различные аспекты биологической безопасности, GOF-исследования и даже проблемные исследования двойного назначения. Поэтому ключевые американские ведомства должны тесно сотрудничать с иностранными коллегами, чтобы сформулировать и распространить необходимые стандарты и разграничения. Моделью может послужить Codex Alimentarius, разработанный ФАО и ВОЗ в 1963 г. для стандартизации качества пищевых продуктов в мире.

В эпоху, когда нуклеотидная последовательность может быть разослана по электронной почте и транспортировка пробирок уже не нужна, трудно определить четкие границы и способы контроля экспорта. Проблема исследований двойного назначения в первую очередь касается информации, а не микробов. Поэтому чрезмерное регулирование потоков информации может задушить науку и помешать международным исследованиям. Чтобы справиться с этой проблемой, Министерство торговли США, Служба инспекции здоровья животных и растений при Минсельхозе и Торговая палата должны отрегулировать правила исследований двойного назначения. Можно использовать опыт работы над Международной конвенцией по защите растений с участием Службы инспекции здоровья животных и растений и Торговой палаты. Многие центры по распространению нуклеотидов уже сейчас отслеживают интернет-трафик, запрашивая детальную информацию о лицах, интересующихся «проблемными» патогенами. Правительства в силах перенять эту практику.

Так чего же в первую очередь должны опасаться госорганы и институты? Засвидетельствованных случаев злонамеренной модификации форм жизни с целью создания более опасного организма. Если правительства разрешают или поддерживают подобные исследования, их могут обвинить в нарушении Конвенции по биологическому оружию. Соединенные Штаты – крупнейший спонсор фундаментальной науки в мире и локомотив биологических исследований, поэтому именно Вашингтон может стать объектом подобных обвинений. Но солнечный свет – отличное дезинфицирующее средство, поэтому вполне можно попросить пояснить суть исследования и необходимость его проведения. Госдепартамент совместно с Управлением международных дел при Министерстве здравоохранения должен подготовить для дипломатов специальные материалы по синтетической биологии, работам в области изменения функций и исследованиям двойного назначения. Это позволит сбалансировать имидж США как передового центра биомедицинских исследований на фоне опасений по поводу создания искусственных патогенов. Госдепартаменту следует продвигать сотрудничество по проблеме исследований двойного назначения, а также в сфере противодействия глобальным рискам в связи с утечкой искусственных патогенов за пределы лабораторий. Кроме того, необходимо содействовать программам, направленным на повышение безопасности в лабораториях во всем мире.

Нужно в срочном порядке вводить отслеживание новых ДНК и форм жизни на добровольной или принудительной основе. Частные биотехнологические компании и дистрибьюторы компонентов ДНК должны снабжать все свои продукты инструкцией по биобезопасности. Торговля нуклеотидными последовательностями должна стать прозрачной и доступной для мониторинга. Геномной индустрии предстоит самостоятельно финансировать необходимый мониторинг и соблюдение стандартов, а также обеспечивать неограниченный доступ для инспекций в случае нарушения биобезопасности в лабораториях.

В прошлом году общество «Друзья Земли», Международный центр технологических оценок и ETC Group выпустили совместный доклад под названием «Принципы контроля в синтетической биологии». В документе предлагалось вводить в искусственные или модифицированные организмы гены «самоубийства» – определенных генетических последовательностей, которые активируются при простом изменении среды вокруг организма и прекращают его функционирование. Хотя в настоящее время это сложно реализовать технически, исследования двойного назначения должны предусмотреть такую возможность. Три организации также призвали индустрии застраховать ущерб и ответственность по всем биосинтетическим исследованиям и продуктам – очевидная и разумная предосторожность. Фонд BioBricks, наиболее активно пропагандирующий биосинтез, считает своей главной миссией «обеспечить, чтобы инжиниринг в биологии проводился открыто и этически грамотно на благо людей и планеты… Мы считаем синтетическую биологию силой добра в мире». Научные организации, уделяющие внимание вопросам этики, могут способствовать информированию о той или иной области исследований и ее проблемах, а также повышению ответственности ученых, осознающих обеспокоенность общества – только в этом случае их работы будут поддерживать.

Опасения по поводу исследований двойного назначения в синтетической биологии появились всего четыре года назад. Все началось в 2010 г., когда Вентер объявил о создании новой формы жизни – «первый самовоспроизводящийся вид, прародителем которого является компьютер». Прежде чем пойти по стопам Всевышнего, группа Вентера проинформировала представителей администрации Обамы о политических и этических вопросах, связанных с проектом. Какое-то время администрация рассматривала возможность засекречивания работы, учитывая потенциальные риски. Но в итоге, к особому удовольствию Вентера, Белый дом выбрал полную прозрачность и открытость. «Возможно, это гигантское философское изменение нашего представления о жизни», – пожав плечами, заявил Вентер на пресс-конференции в Вашингтоне. Он не был уверен. Но не сомневался, что «очень серьезный набор инструментов» в один прекрасный день позволит создать вакцины против гриппа, возможно, вакцину от вируса СПИДа и даже микробы, потребляющие диоксид углерода и вырабатывающие энергию, которая станет альтернативой ископаемым видам топлива. Синтетическая биология, безусловно, пришла надолго, и главное теперь – сделать так, чтобы будущие поколения воспринимали ее появление как благо, а не проклятие.

Лори Гаррет – специалист по глобальному здравоохранению в Совете по международным отношениям.

США. Весь мир > Образование, наука. Медицина > globalaffairs.ru, 16 декабря 2013 > № 966385 Лори Гаррет

Такие разные интеграции

Чему учит опыт «Восточного партнерства»

Резюме Процесс евразийской интеграции предполагает совместную выработку правил игры. Взаимное уважение национального суверенитета принципиально отличает ее от предыдущих моделей, включая европейскую, советскую или имперскую.

Курьезная ситуация, которая сложилась с выбором Украиной направления интеграции на евразийском пространстве, заставила задуматься об оптимальном сочетании политических и экономических факторов этого процесса. Курьез в том, что один из предлагаемых Киеву векторов – европейский – страдает неоспоримой экономической ущербностью.

Сравнительный анализ двух вариантов интеграционного участия Украины, казалось бы, не должен оставлять сомнений. Евразийский интеграционный процесс обеспечивает Украине к 2030 г. объем ВВП на 7,5% больше, чем создание ассоциации с ЕС. Последний вариант вплоть до 2020 г. оборачивается ухудшением условий торговли и прямыми экономическими потерями, в то время как первый вариант дает мгновенное серьезное улучшение торгового баланса и обеспечивает стабилизацию платежного баланса. Первый вариант создает необходимые условия для устойчивого развития с улучшением структуры украинской экономики, второй влечет ее деградацию и банкротство.

Аналогичная ситуация складывается в Молдавии, которая наряду с ухудшением и без того плачевного состояния экономики получит в ассоциации с Евросоюзом неизбежное обострение конфликта с Приднестровской Республикой. До последнего времени такой же политический выбор навязывали Армении, которая от ассоциации с ЕС наряду с экономическими потерями получила бы ухудшение своего внешнеполитического положения и снижение уровня безопасности.

О чем спорить? Почему такие страсти вокруг «выбора»?

Политика вместо экономики

Непредвзятый анализ позволяет сделать вывод о чисто политических мотивах «Восточного партнерства» Евросоюза, цель которой – блокировать возможности участия бывших республик СССР в экономической интеграции с Россией. Собственно, об этом прямо говорят лоббисты ассоциации – один из лидеров украинской оппозиции Юрий Луценко назвал соглашение «стоп-краном, который остановит продвижение в сторону интеграции с Россией». Антироссийский смысл программы прослеживается и в том, что во внутренние дела независимых государств систематически вмешиваются политики и спецслужбы стран НАТО, способствующие наращиванию антироссийских политических сил. Все «цветные» революции на постсоветском пространстве, густо замешанные на оголтелой русофобии, направлены против интеграции с Россией.

Экономические потери и социальные бедствия, понесенные в результате этой политики в Грузии, Киргизии, Украине и Молдавии, в расчет не принимаются. Между тем изоляция постсоветских республик от России неизбежно влечет ухудшение их экономического положения вследствие того, что будут разорваны сложившиеся кооперационные связи и утрачены традиционные рынки сбыта товаров. Например, в украинском случае произошло бы сворачивание научно-технического взаимодействия в авиастроении, энергетическом машиностроении, ракетно-космической технике, атомной промышленности и энергетике, судостроении, от зоны свободной торговли с единой Европой сильно пострадали бы пищевое производство, производство транспортных средств и оборудования, сельское хозяйство.

Чтобы навязать эти экономически противоестественные решения, политика «Восточного партнерства» предусматривает лишение партнеров внешнеэкономического суверенитета. В проектах настоятельно предлагаемых им международных договоров о создании ассоциаций с ЕС фиксируются обязательства беспрекословно соблюдать директивы Европейской комиссии в области торговой политики, технического и таможенного регулирования, санитарного, ветеринарного и фитосанитарного контроля, предоставления субсидий и государственных закупок. При этом ассоциированные государства не получают никаких прав участия в разработке и принятии норм регулирования, они должны их слепо выполнять, невзирая на любые издержки. Также они обязуются участвовать под руководством Европейского союза в урегулировании региональных конфликтов.

Иными словами, постсоветским ассоциированным государствам фактически отводится роль колоний, которые должны подчиняться юрисдикции Брюсселя по вопросам торгово-экономического регулирования. Так, в проекте Соглашения об ассоциации ЕС с Украиной во всех разделах рефреном проходит норма о том, что «Украина обязуется…», и далее по всем разделам. Ключевой тезис сформулирован в ст. 124 Соглашения: «Украина должна обеспечить, чтобы существующие законы и будущее законодательство согласовывались с законодательством Европейского союза». Дабы не возникало сомнений в векторе интеграции, в разделе о техническом регулировании (ст. 56) прямо записано, что «Украина воздерживается от внесения изменений в свое горизонтальное и отраслевое законодательство в области технического регулирования, кроме как с целью постепенного приведения такого законодательства в соответствие с нормами acquis ЕС и поддержания такого соответствия». Это означает, что она не сможет воспользоваться механизмом устранения технических барьеров в торговле, который предусмотрен соответствующим соглашением государств – членов Таможенного союза (ТС) с участниками СНГ, в него не входящими. Бессмысленным становится меморандум о сотрудничестве в сфере технического регулирования, который правительство Украины подписало в прошлом году с Евразийской экономической комиссией. Для контроля за исполнением этих и других обязательств создается специальный наднациональный орган – Совет ассоциации, решения которого обязательны для сторон.

Экономическая целесообразность остается за рамками этого политического решения. Робкие попытки Киева поставить вопрос об инвестировании в модернизацию промышленности с целью ее адаптации к европейским нормам технического регулирования и экологическим требованиям остались без внимания. Между тем необходимые для этого объемы финансирования (по оценкам Института экономики и прогнозирования Национальной академии наук Украины, не менее 130 млрд евро) неподъемны для Евросоюза, переживающего финансовый кризис.

Чтобы успокоить украинскую общественность, европейские эмиссары прибегали к откровенной лжи. Так, еврокомиссар по вопросам расширения и политике соседства Штефан Фюле живописал, что создание ЗСТ с Европейским союзом якобы обеспечит украинской экономике 6% прироста ВВП ежегодно (из выступления на круглом столе в Верховной раде 11 октября 2013 года). При этом все расчеты, в том числе европейских исследователей, говорят о неминуемом падении производства украинских товаров в первые годы после подписания соглашения вследствие их вытеснения более конкурентоспособными европейскими. Еще более удивительны высказывания шведского министра иностранных дел Карла Бильдта, заявившего о том, что участие Украины в ТС с Россией повлечет падение ее ВВП на 40% (он же обещает фантастический 12-процентный рост ВВП вследствие заключения ассоциации с Евросоюзом), в то время как все расчеты говорят о дополнительном приросте ВВП на 6–15% к 2030 г. (заявление Бильдта прозвучало на открытии 10-го Ялтинского форума «Украина и мир в эпоху перемен: факторы успеха» 20 сентября 2013 года).Опыт предшественников

Политические решения о присоединении к Евросоюзу, принятые не так давно бывшими социалистическими государствами Восточной Европы и прибалтийскими республиками СССР, уже показали экономическую несостоятельность. После вступления эти страны потеряли около половины промышленного и значительную часть сельскохозяйственного производства. Столкнулись с обесцениванием человеческого капитала, массовой утечкой умов и эмиграцией молодежи. Они утратили контроль над собственной банковской системой и крупными предприятиями, поглощенными европейскими корпорациями. Уровень жизни в большинстве из них остается ниже того, что был до членства, а разрыв с передовыми странами Евросоюза не сокращается. Да и сам Европейский союз после расширения оказался в глубоком и затяжном экономическом кризисе. Резкое увеличение количества членов ухудшило положение стран Южной Европы, столкнувшихся с конкуренцией за ограниченные ресурсы.

Греция. В результате реформ, проведенных по европейскому требованию, производство хлопка упало вдвое, из-за квот на сельскохозяйственное производство серьезно пострадало виноделие. Знаменитое греческое судостроение практически исчезло – с момента вступления в Евросоюз греческие судовладельцы заказали за границей 770 кораблей. По мнению греческих экспертов, именно выполнение европейских предписаний создало предпосылки для финансовой катастрофы Греции.

В Венгрии практически ликвидировано производство некогда популярных «Икарусов», которых в лучшие годы выпускалось до 14 тыс. единиц в год.

В Польше после вступления в ЕС в 2004 г. закрыто 90% угольных предприятий, на которых работали более 300 тыс. человек. 75% польских шахтеров потеряли работу. В глубоком кризисе судостроение. Мощная Гданьская судоверфь, которая в 60–70-е гг. прошлого века спустила на воду больше всех судов в мире, разделена на два частных предприятия, которые простаивают. Десятки более мелких судостроительных заводов закрылись, а их рабочие уехали в Западную Европу. На момент вступления в Евросоюз внешний долг Польши составлял 99 млрд долларов, на начало 2013 г. – 360 млрд долларов.

В Латвии уничтожены радиоэлектронная промышленность и автомобилестроение. В Литве из-за квот на производство молока рядовые жители практически перестали держать коров, поголовье сократилось в четыре раза. По требованию европейского начальства закрыта Игналинская АЭС, из-за чего Литва стала страной, зависящей от импорта электроэнергии (притом что для демонтажа станции нужно еще более 1 млрд евро). В Эстонии поголовье скота уменьшилось в пять раз, сельское хозяйство переориентировано на производство биотоплива. Остановлены машиностроительный и завод им. Вольта в Таллине, которые выпускали двигатели и оборудование для энергетики. По указанию ЕС почти втрое сокращена выработка электроэнергии – с 19 млрд до 7 млрд киловатт-часов. Во всех странахБалтии пострадала рыбная промышленность – установлены квоты на вылов и так называемые нормы солидарности на использование европейских водных ресурсов. В 2007 г. Еврокомиссия оштрафовала Литву, Латвию и Эстонию за попытку создать запасы продуктов, чтобы не повышать цены.

Едва ли можно считать экономически успешными и уже существующие ассоциации Европейского союза с другими государствами. Даже в Турции, извлекшей немалые выгоды от Таможенного союза с единой Европой, большинство населения выступает против ее дальнейшей европейской интеграции: интерес к вступлению упал до 20% против 75% пятью годами ранее (из выступления вице-премьера Турции Бюлента Арынча 17 октября 2013 года).

Выгоды не для всех

Если быстрое расширение Евросоюза сразу после распада СССР можно было объяснить страхом перед возрождением социалистической империи, то сегодняшние потуги изолировать бывшие союзные республики от России выглядят совсем иррациональными. Стремление любой ценой препятствовать желанию воссоздать складывавшееся веками единое экономическое пространство есть не что иное, как рудимент геополитического мышления прошедших эпох. Неслучайно инициатива «Восточного партнерства» исходит от Польши и США: политики первой, похоже, черпают вдохновение в призраках четырехсотлетней давности, стремясь фактически вернуть под свою юрисдикцию украинские земли, а вторые остаются ментально в эпохе противостояния прошлого и позапрошлого веков.

По многим параметрам евроатлантическая интеграция имеет ярко выраженные имперские признаки. Применение военной силы для установления своих порядков на Ближнем и Среднем Востоке, организация революций на постсоветском пространстве с целью насаждения марионеточных режимов, территориальная экспансия путем поглощения бывших социалистических государств – все это невзирая на затраты и жертвы ради достижения целей геополитического доминирования. В XXI веке такая принудительная интеграция едва ли будет жизнеспособной. Она повергает в хаос и разруху колонизируемые государства и не дает положительного эффекта метрополиям. Несмотря на возможные ощутимые выгоды, извлекаемые корпорациями и спецслужбами, в целом ее экономические результаты негативны, а социальные последствия выливаются в гуманитарные катастрофы. Такая интеграция продолжается постольку, поскольку другие мировые игроки соглашаются ее финансировать, принимая доллар и евро в качестве мировых резервных валют. Стоит странам БРИКС от них отказаться, как вся евроатлантическая экспансия, основанная на военно-политическом принуждении, мигом закончится.

Разумеется, любой интеграционный процесс имеет политическую мотивацию, так как требует международных соглашений. Однако чрезмерное доминирование политических мотивов над экономическими чревато серьезными потерями и конфликтами, подрывающими устойчивость интеграционных образований. И наоборот, политическое оформление экономически взаимовыгодных объединений дает естественный и устойчивый эффект – ускорение развития и повышение конкурентоспособности интегрируемых стран.

Когда в послевоенные годы создавалось (во многом под давлением бизнеса) Европейское объединение угля и стали, а затем и Европейское экономическое сообщество, экономические критерии определяли интеграционный процесс, который давал ощутимую выгоду всем участникам. Благодаря этому укреплялось доверие сторон, а возрастающий синергетический эффект стимулировал углубление интеграции вплоть до создания экономического союза. Резкая политизация европейской интеграции после распада СССР создала дисбалансы в региональном экономическом обмене, которые вылились в открытые конфликты между пострадавшими государствами и европейской бюрократией. Последняя до сих пор брала верх в этих конфликтах, навязывая поверженным кризисом странам технические правительства – фактически для осуществления внешнего управления. Однако издержки интеграции растут, устойчивость Евросоюза снижается, все выше социальное напряжение, возникает внутреннее сопротивление интеграционному процессу.

Если на экономическом этапе интеграции в выигрыше были все, так как синергетический эффект намного превосходил локальные потери отдельных участников рынка, то переход к политически мотивированному этапу привел к ощутимым утратам для целых стран и социальных групп. Среди проигравших такие существенные для европейской интеграции государства, как Италия, Испания, Португалия и Греция, и такие системообразующие социальные группы, как малый и средний бизнес, госслужащие, работники здравоохранения и образования, учащиеся и молодые специалисты.

Тенденция к политизации европейского интеграционного процесса, проявившаяся по мере его углубления и расширения, связана с формированием соответствующей политической силы – европейской бюрократии, обладающей собственными интересами и рычагами влияния. На сегодняшний день это около 50 тыс. чиновников, сотни политиков, делающих карьеру на интеграции. Проводимый ими курс во многом формируется трансъевропейскими и американскими корпорациями, доминирующими на рынке Европейского союза. Если с точки зрения национальных интересов старых членов ЕС целесообразность расширения евроинтеграции вызывает большие сомнения, то для крупных корпораций «переваривание» экономик новых членов сулит ощутимые выгоды. Так, компании извлекли немалый дивиденд из поглощения конкурирующих производств в Восточной Европе, снижения издержек на оплату труда, природоохранные мероприятия, расширения рынков сбыта своей продукции. На этой основе возрастает и влияние евробюрократии, которая обеспечивает защиту интересов транснациональных акторов в конфликтах с местным населением и национальным бизнесом.На принципах равноправия

В отличие от европейского интеграционного процесса, который предусматривает образование наднациональной государственности со всеми атрибутами и ветвями государственной власти, руководители России, Белоруссии и Казахстана четко очертили границы евразийской интеграции, сосредоточившись исключительно на торгово-экономических вопросах. В задачи не входит ни введение общей валюты, ни формирование наднационального парламента, ни переход к единому паспортно-визовому режиму. В этом осторожность глав новых независимых государств, которые с опаской относятся к политизации интеграционного процесса. Доминирование в нем мотивов экономической целесообразности гарантирует устойчивость формируемого Евразийского экономического союза. В рамках такого подхода наднациональный орган не претендует на самостоятельную политическую роль, его функции ограничиваются согласованием принимаемых решений с национальными правительствами. Для этого он должен быть прозрачным, компактным и подконтрольным создавшим его государствам.

Взаимное уважение национального суверенитета принципиально отличает идеологию евразийской интеграции от всех предыдущих моделей, включая европейскую, советскую или имперскую. Она исходит из философии евразийства, основы которой были заложены русскими мыслителями прошлого века, рассуждавшими о формах объединения народов бывшей Российской империи.

Основы евразийской идеологии изложены более столетия назад в размышлениях князя Николая Трубецкого. В некотором смысле именно он создал евразийство, определил главные направления теории, которые в дальнейшем разрабатывались плеядой крупнейших русских мыслителей – от Петра Савицкого, Николая Алексеева и Льва Карсавина до Льва Гумилёва. Начало современной евразийской интеграции связывают с выступлением президента Казахстана Нурсултана Назарбаева в МГУ (март 1994 г.) и его проектом Евразийского союза государств.

Ее идеология отвергает принуждение национальных государств к исполнению чьей-то внешней для них политической воли, будь то большинство участников объединения или наднациональная бюрократия. Поэтому процедура принятия решений зиждется на принципах равенства и консенсуса. Тем самым взаимное доверие и регулирование единого экономического пространства обретают надежную основу, поскольку сложившиеся за века кооперационные связи предопределяют общность экономических интересов и согласованность наднациональных решений по широкому кругу вопросов. Во всяком случае, за пять лет работы наднационального органа консенсусом принято около двух тысяч решений и только в двух случаях выявились принципиальные расхождения позиций, которые не позволили принять соответствующих решений.

Вашингтон и его союзники по НАТО систематически критикуют евразийскую интеграцию, пытаясь дискредитировать ее как «новый СССР». Как заявила в декабре 2012 г. госсекретарь Хиллари Клинтон, «США постараются не допустить воссоздания Советского Союза в новой версии под вывеской экономической интеграции, создаваемой по принуждению Москвы». Хотя на самом деле именно Соединенные Штаты и Европейский союз пытаются навязывать всему миру свои порядки в интересах своих корпораций.

Шаткий идейный фундамент евроатлантической интеграции едва ли выдержит дальнейшее расширение этой конструкции за пределы нынешнего Евросоюза и планы создания зоны свободной торговли с НАФТА. Перманентные конфликты по периметру границ Североатлантического альянса с применением жесткой и «мягкой» силы нарастают по мере принуждения все новых государств к евроатлантической интеграции. Подобная неоимперская политика лишена перспективы в XXI веке. Попытки ее реализации влекут нарастающие по экспоненте экономические потери, которые уже породили сплошную зону социального бедствия вокруг Средиземного моря – колыбели европейской цивилизации. Втягивание в этот процесс бывших советских республик ради их изоляции от России создаст зону конфликта в Восточной Европе с еще большими экономическими потерями и социальными издержками.

Несовместимость идейных основ евроатлантической и евразийской интеграции проявляется в многолетней пробуксовке переговоров по подписанию нового партнерского договора России и ЕС. После наивных надежд на широкомасштабное и тесное взаимодействие посткоммунистической России с западными странами в начале 1990-х гг. наступило отрезвление. Как показывает опыт «Восточного партнерства», Евросоюз не договаривается, а только навязывает свои правила интеграции. Они сводятся к распространению юрисдикции Брюсселя на интегрируемые страны и не предполагают переговоров о правилах сотрудничества. У ассоциированных членов нет иного выбора, кроме как слепо повиноваться директивам. Напротив, процесс евразийской интеграции предполагает совместную выработку правил игры: каждая страна на равных участвует в формировании договорно-правовой и нормативной базы интеграции, имея право не только голоса, но и вето во всех принимаемых решениях.

Российская внешнеполитическая традиция исключает подписание соглашений, дискриминирующих Россию, или согласие слепо выполнять чужие директивы. Это противоречит духу отечественной дипломатической школы, основанному на взаимном уважении и равноправии. Поскольку для евроатлантической интеграции принципа равенства сторон как бы не существует, так трудно дается реализация идеи президента Владимира Путина о гармоничном сообществе экономик от Лиссабона до Владивостока. В ЕС строительство такого сообщества просто не способны понимать иначе как распространение своей юрисдикции на всю Северную Евразию. Поэтому при всей привлекательности идея трехстороннего взаимодействия Европейский союз – Украина – Россия едва ли реализуема. Сохраняется риск того, что между Россией и Евросоюзом будет нарастать политическое напряжение в связи с попытками последнего блокировать участие постсоветских государств в евразийском интеграционном процессе.

Ответом на агрессивную русофобию «Восточного партнерства» могло бы стать приглашение к участию в евразийской интеграции членов Евросоюза, подвергающихся дискриминации со стороны наднациональных органов. Речь прежде всего идет о Греции и Кипре, которым выполнение требований Брюсселя грозит социальными бедствиями без перспективы выхода из кризиса. Кипр уже пережил дефолт и мог бы быть использован как пилотный проект перехода от европейской к евразийской интеграции. Тем более что после банкротства банковской системы его экономическая зависимость от России и СНГ стала критической. Грецию, по всей видимости, наряду с аналогичной перспективой ждет унизительная процедура секуляризации и отчуждения собственности православной церкви и государства в пользу европейских кредиторов.

Греция и Кипр духовно и культурно-исторически близки России и Белоруссии, их экономика во многом поддерживается российскими туристами и предпринимателями. Сотни тысяч понтийских греков имеют обширные связи в России, бизнес многих из них связан с российским рынком. Снятие таможенной границы между Грецией и Кипром, с одной стороны, и Россией, с другой, могло бы обеспечить взрывной эффект роста взаимной торговли, туристических поездок, взаимных инвестиций. Для Греции и Кипра открылись бы новые возможности по экспорту товаров и услуг на рынок Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана. Последний быстро развивает связи с Турцией. Не случайно Нурсултан Назарбаев упомянул ее в качестве одного из желаемых участников евразийского интеграционного процесса. Понятно, что сегодня участие Греции, Кипра и Турции в процессе евразийской экономической интеграции, какие бы выгоды оно ни сулило, невозможно вследствие их внешних обязательств перед единой Европой.

Конструктивный выход из нарастающих противоречий между альтернативными интеграционными процессами в Евразии следует искать в их деполитизации и сведении к взаимовыгодному экономическому сотрудничеству. Но для евроатлантистов это было бы равнозначно отказу от претензий на гегемонию в международных отношениях, что пока представляется маловероятным. Вероятно, кризис евроатлантической интеграции должен достичь определенной глубины, прежде чем станет возможным переход на евразийские принципы равноправного и взаимовыгодного сотрудничества.

С.Ю. Глазьев – академик РАН, советник Президента России.

Курьезная ситуация, которая сложилась с выбором Украиной направления интеграции на евразийском пространстве, заставила задуматься об оптимальном сочетании политических и экономических факторов этого процесса. Курьез в том, что один из предлагаемых Киеву векторов – европейский – страдает неоспоримой экономической ущербностью.

Сравнительный анализ двух вариантов интеграционного участия Украины, казалось бы, не должен оставлять сомнений. Евразийский интеграционный процесс обеспечивает Украине к 2030 г. объем ВВП на 7,5% больше, чем создание ассоциации с ЕС. Последний вариант вплоть до 2020 г. оборачивается ухудшением условий торговли и прямыми экономическими потерями, в то время как первый вариант дает мгновенное серьезное улучшение торгового баланса и обеспечивает стабилизацию платежного баланса. Первый вариант создает необходимые условия для устойчивого развития с улучшением структуры украинской экономики, второй влечет ее деградацию и банкротство.

Аналогичная ситуация складывается в Молдавии, которая наряду с ухудшением и без того плачевного состояния экономики получит в ассоциации с Евросоюзом неизбежное обострение конфликта с Приднестровской Республикой. До последнего времени такой же политический выбор навязывали Армении, которая от ассоциации с ЕС наряду с экономическими потерями получила бы ухудшение своего внешнеполитического положения и снижение уровня безопасности.

О чем спорить? Почему такие страсти вокруг «выбора»?

Политика вместо экономики

Непредвзятый анализ позволяет сделать вывод о чисто политических мотивах «Восточного партнерства» Евросоюза, цель которой – блокировать возможности участия бывших республик СССР в экономической интеграции с Россией. Собственно, об этом прямо говорят лоббисты ассоциации – один из лидеров украинской оппозиции Юрий Луценко назвал соглашение «стоп-краном, который остановит продвижение в сторону интеграции с Россией». Антироссийский смысл программы прослеживается и в том, что во внутренние дела независимых государств систематически вмешиваются политики и спецслужбы стран НАТО, способствующие наращиванию антироссийских политических сил. Все «цветные» революции на постсоветском пространстве, густо замешанные на оголтелой русофобии, направлены против интеграции с Россией.

Экономические потери и социальные бедствия, понесенные в результате этой политики в Грузии, Киргизии, Украине и Молдавии, в расчет не принимаются. Между тем изоляция постсоветских республик от России неизбежно влечет ухудшение их экономического положения вследствие того, что будут разорваны сложившиеся кооперационные связи и утрачены традиционные рынки сбыта товаров. Например, в украинском случае произошло бы сворачивание научно-технического взаимодействия в авиастроении, энергетическом машиностроении, ракетно-космической технике, атомной промышленности и энергетике, судостроении, от зоны свободной торговли с единой Европой сильно пострадали бы пищевое производство, производство транспортных средств и оборудования, сельское хозяйство.

Чтобы навязать эти экономически противоестественные решения, политика «Восточного партнерства» предусматривает лишение партнеров внешнеэкономического суверенитета. В проектах настоятельно предлагаемых им международных договоров о создании ассоциаций с ЕС фиксируются обязательства беспрекословно соблюдать директивы Европейской комиссии в области торговой политики, технического и таможенного регулирования, санитарного, ветеринарного и фитосанитарного контроля, предоставления субсидий и государственных закупок. При этом ассоциированные государства не получают никаких прав участия в разработке и принятии норм регулирования, они должны их слепо выполнять, невзирая на любые издержки. Также они обязуются участвовать под руководством Европейского союза в урегулировании региональных конфликтов.

Иными словами, постсоветским ассоциированным государствам фактически отводится роль колоний, которые должны подчиняться юрисдикции Брюсселя по вопросам торгово-экономического регулирования. Так, в проекте Соглашения об ассоциации ЕС с Украиной во всех разделах рефреном проходит норма о том, что «Украина обязуется…», и далее по всем разделам. Ключевой тезис сформулирован в ст. 124 Соглашения: «Украина должна обеспечить, чтобы существующие законы и будущее законодательство согласовывались с законодательством Европейского союза». Дабы не возникало сомнений в векторе интеграции, в разделе о техническом регулировании (ст. 56) прямо записано, что «Украина воздерживается от внесения изменений в свое горизонтальное и отраслевое законодательство в области технического регулирования, кроме как с целью постепенного приведения такого законодательства в соответствие с нормами acquis ЕС и поддержания такого соответствия». Это означает, что она не сможет воспользоваться механизмом устранения технических барьеров в торговле, который предусмотрен соответствующим соглашением государств – членов Таможенного союза (ТС) с участниками СНГ, в него не входящими. Бессмысленным становится меморандум о сотрудничестве в сфере технического регулирования, который правительство Украины подписало в прошлом году с Евразийской экономической комиссией. Для контроля за исполнением этих и других обязательств создается специальный наднациональный орган – Совет ассоциации, решения которого обязательны для сторон.

Экономическая целесообразность остается за рамками этого политического решения. Робкие попытки Киева поставить вопрос об инвестировании в модернизацию промышленности с целью ее адаптации к европейским нормам технического регулирования и экологическим требованиям остались без внимания. Между тем необходимые для этого объемы финансирования (по оценкам Института экономики и прогнозирования Национальной академии наук Украины, не менее 130 млрд евро) неподъемны для Евросоюза, переживающего финансовый кризис.

Чтобы успокоить украинскую общественность, европейские эмиссары прибегали к откровенной лжи. Так, еврокомиссар по вопросам расширения и политике соседства Штефан Фюле живописал, что создание ЗСТ с Европейским союзом якобы обеспечит украинской экономике 6% прироста ВВП ежегодно (из выступления на круглом столе в Верховной раде 11 октября 2013 года). При этом все расчеты, в том числе европейских исследователей, говорят о неминуемом падении производства украинских товаров в первые годы после подписания соглашения вследствие их вытеснения более конкурентоспособными европейскими. Еще более удивительны высказывания шведского министра иностранных дел Карла Бильдта, заявившего о том, что участие Украины в ТС с Россией повлечет падение ее ВВП на 40% (он же обещает фантастический 12-процентный рост ВВП вследствие заключения ассоциации с Евросоюзом), в то время как все расчеты говорят о дополнительном приросте ВВП на 6–15% к 2030 г. (заявление Бильдта прозвучало на открытии 10-го Ялтинского форума «Украина и мир в эпоху перемен: факторы успеха» 20 сентября 2013 года).Опыт предшественников

Политические решения о присоединении к Евросоюзу, принятые не так давно бывшими социалистическими государствами Восточной Европы и прибалтийскими республиками СССР, уже показали экономическую несостоятельность. После вступления эти страны потеряли около половины промышленного и значительную часть сельскохозяйственного производства. Столкнулись с обесцениванием человеческого капитала, массовой утечкой умов и эмиграцией молодежи. Они утратили контроль над собственной банковской системой и крупными предприятиями, поглощенными европейскими корпорациями. Уровень жизни в большинстве из них остается ниже того, что был до членства, а разрыв с передовыми странами Евросоюза не сокращается. Да и сам Европейский союз после расширения оказался в глубоком и затяжном экономическом кризисе. Резкое увеличение количества членов ухудшило положение стран Южной Европы, столкнувшихся с конкуренцией за ограниченные ресурсы.

Греция. В результате реформ, проведенных по европейскому требованию, производство хлопка упало вдвое, из-за квот на сельскохозяйственное производство серьезно пострадало виноделие. Знаменитое греческое судостроение практически исчезло – с момента вступления в Евросоюз греческие судовладельцы заказали за границей 770 кораблей. По мнению греческих экспертов, именно выполнение европейских предписаний создало предпосылки для финансовой катастрофы Греции.

В Венгрии практически ликвидировано производство некогда популярных «Икарусов», которых в лучшие годы выпускалось до 14 тыс. единиц в год.

В Польше после вступления в ЕС в 2004 г. закрыто 90% угольных предприятий, на которых работали более 300 тыс. человек. 75% польских шахтеров потеряли работу. В глубоком кризисе судостроение. Мощная Гданьская судоверфь, которая в 60–70-е гг. прошлого века спустила на воду больше всех судов в мире, разделена на два частных предприятия, которые простаивают. Десятки более мелких судостроительных заводов закрылись, а их рабочие уехали в Западную Европу. На момент вступления в Евросоюз внешний долг Польши составлял 99 млрд долларов, на начало 2013 г. – 360 млрд долларов.

В Латвии уничтожены радиоэлектронная промышленность и автомобилестроение. В Литве из-за квот на производство молока рядовые жители практически перестали держать коров, поголовье сократилось в четыре раза. По требованию европейского начальства закрыта Игналинская АЭС, из-за чего Литва стала страной, зависящей от импорта электроэнергии (притом что для демонтажа станции нужно еще более 1 млрд евро). В Эстонии поголовье скота уменьшилось в пять раз, сельское хозяйство переориентировано на производство биотоплива. Остановлены машиностроительный и завод им. Вольта в Таллине, которые выпускали двигатели и оборудование для энергетики. По указанию ЕС почти втрое сокращена выработка электроэнергии – с 19 млрд до 7 млрд киловатт-часов. Во всех странахБалтии пострадала рыбная промышленность – установлены квоты на вылов и так называемые нормы солидарности на использование европейских водных ресурсов. В 2007 г. Еврокомиссия оштрафовала Литву, Латвию и Эстонию за попытку создать запасы продуктов, чтобы не повышать цены.

Едва ли можно считать экономически успешными и уже существующие ассоциации Европейского союза с другими государствами. Даже в Турции, извлекшей немалые выгоды от Таможенного союза с единой Европой, большинство населения выступает против ее дальнейшей европейской интеграции: интерес к вступлению упал до 20% против 75% пятью годами ранее (из выступления вице-премьера Турции Бюлента Арынча 17 октября 2013 года).

Выгоды не для всех

Если быстрое расширение Евросоюза сразу после распада СССР можно было объяснить страхом перед возрождением социалистической империи, то сегодняшние потуги изолировать бывшие союзные республики от России выглядят совсем иррациональными. Стремление любой ценой препятствовать желанию воссоздать складывавшееся веками единое экономическое пространство есть не что иное, как рудимент геополитического мышления прошедших эпох. Неслучайно инициатива «Восточного партнерства» исходит от Польши и США: политики первой, похоже, черпают вдохновение в призраках четырехсотлетней давности, стремясь фактически вернуть под свою юрисдикцию украинские земли, а вторые остаются ментально в эпохе противостояния прошлого и позапрошлого веков.

По многим параметрам евроатлантическая интеграция имеет ярко выраженные имперские признаки. Применение военной силы для установления своих порядков на Ближнем и Среднем Востоке, организация революций на постсоветском пространстве с целью насаждения марионеточных режимов, территориальная экспансия путем поглощения бывших социалистических государств – все это невзирая на затраты и жертвы ради достижения целей геополитического доминирования. В XXI веке такая принудительная интеграция едва ли будет жизнеспособной. Она повергает в хаос и разруху колонизируемые государства и не дает положительного эффекта метрополиям. Несмотря на возможные ощутимые выгоды, извлекаемые корпорациями и спецслужбами, в целом ее экономические результаты негативны, а социальные последствия выливаются в гуманитарные катастрофы. Такая интеграция продолжается постольку, поскольку другие мировые игроки соглашаются ее финансировать, принимая доллар и евро в качестве мировых резервных валют. Стоит странам БРИКС от них отказаться, как вся евроатлантическая экспансия, основанная на военно-политическом принуждении, мигом закончится.

Разумеется, любой интеграционный процесс имеет политическую мотивацию, так как требует международных соглашений. Однако чрезмерное доминирование политических мотивов над экономическими чревато серьезными потерями и конфликтами, подрывающими устойчивость интеграционных образований. И наоборот, политическое оформление экономически взаимовыгодных объединений дает естественный и устойчивый эффект – ускорение развития и повышение конкурентоспособности интегрируемых стран.

Когда в послевоенные годы создавалось (во многом под давлением бизнеса) Европейское объединение угля и стали, а затем и Европейское экономическое сообщество, экономические критерии определяли интеграционный процесс, который давал ощутимую выгоду всем участникам. Благодаря этому укреплялось доверие сторон, а возрастающий синергетический эффект стимулировал углубление интеграции вплоть до создания экономического союза. Резкая политизация европейской интеграции после распада СССР создала дисбалансы в региональном экономическом обмене, которые вылились в открытые конфликты между пострадавшими государствами и европейской бюрократией. Последняя до сих пор брала верх в этих конфликтах, навязывая поверженным кризисом странам технические правительства – фактически для осуществления внешнего управления. Однако издержки интеграции растут, устойчивость Евросоюза снижается, все выше социальное напряжение, возникает внутреннее сопротивление интеграционному процессу.

Если на экономическом этапе интеграции в выигрыше были все, так как синергетический эффект намного превосходил локальные потери отдельных участников рынка, то переход к политически мотивированному этапу привел к ощутимым утратам для целых стран и социальных групп. Среди проигравших такие существенные для европейской интеграции государства, как Италия, Испания, Португалия и Греция, и такие системообразующие социальные группы, как малый и средний бизнес, госслужащие, работники здравоохранения и образования, учащиеся и молодые специалисты.

Тенденция к политизации европейского интеграционного процесса, проявившаяся по мере его углубления и расширения, связана с формированием соответствующей политической силы – европейской бюрократии, обладающей собственными интересами и рычагами влияния. На сегодняшний день это около 50 тыс. чиновников, сотни политиков, делающих карьеру на интеграции. Проводимый ими курс во многом формируется трансъевропейскими и американскими корпорациями, доминирующими на рынке Европейского союза. Если с точки зрения национальных интересов старых членов ЕС целесообразность расширения евроинтеграции вызывает большие сомнения, то для крупных корпораций «переваривание» экономик новых членов сулит ощутимые выгоды. Так, компании извлекли немалый дивиденд из поглощения конкурирующих производств в Восточной Европе, снижения издержек на оплату труда, природоохранные мероприятия, расширения рынков сбыта своей продукции. На этой основе возрастает и влияние евробюрократии, которая обеспечивает защиту интересов транснациональных акторов в конфликтах с местным населением и национальным бизнесом.На принципах равноправия

В отличие от европейского интеграционного процесса, который предусматривает образование наднациональной государственности со всеми атрибутами и ветвями государственной власти, руководители России, Белоруссии и Казахстана четко очертили границы евразийской интеграции, сосредоточившись исключительно на торгово-экономических вопросах. В задачи не входит ни введение общей валюты, ни формирование наднационального парламента, ни переход к единому паспортно-визовому режиму. В этом осторожность глав новых независимых государств, которые с опаской относятся к политизации интеграционного процесса. Доминирование в нем мотивов экономической целесообразности гарантирует устойчивость формируемого Евразийского экономического союза. В рамках такого подхода наднациональный орган не претендует на самостоятельную политическую роль, его функции ограничиваются согласованием принимаемых решений с национальными правительствами. Для этого он должен быть прозрачным, компактным и подконтрольным создавшим его государствам.

Взаимное уважение национального суверенитета принципиально отличает идеологию евразийской интеграции от всех предыдущих моделей, включая европейскую, советскую или имперскую. Она исходит из философии евразийства, основы которой были заложены русскими мыслителями прошлого века, рассуждавшими о формах объединения народов бывшей Российской империи.

Основы евразийской идеологии изложены более столетия назад в размышлениях князя Николая Трубецкого. В некотором смысле именно он создал евразийство, определил главные направления теории, которые в дальнейшем разрабатывались плеядой крупнейших русских мыслителей – от Петра Савицкого, Николая Алексеева и Льва Карсавина до Льва Гумилёва. Начало современной евразийской интеграции связывают с выступлением президента Казахстана Нурсултана Назарбаева в МГУ (март 1994 г.) и его проектом Евразийского союза государств.

Ее идеология отвергает принуждение национальных государств к исполнению чьей-то внешней для них политической воли, будь то большинство участников объединения или наднациональная бюрократия. Поэтому процедура принятия решений зиждется на принципах равенства и консенсуса. Тем самым взаимное доверие и регулирование единого экономического пространства обретают надежную основу, поскольку сложившиеся за века кооперационные связи предопределяют общность экономических интересов и согласованность наднациональных решений по широкому кругу вопросов. Во всяком случае, за пять лет работы наднационального органа консенсусом принято около двух тысяч решений и только в двух случаях выявились принципиальные расхождения позиций, которые не позволили принять соответствующих решений.

Вашингтон и его союзники по НАТО систематически критикуют евразийскую интеграцию, пытаясь дискредитировать ее как «новый СССР». Как заявила в декабре 2012 г. госсекретарь Хиллари Клинтон, «США постараются не допустить воссоздания Советского Союза в новой версии под вывеской экономической интеграции, создаваемой по принуждению Москвы». Хотя на самом деле именно Соединенные Штаты и Европейский союз пытаются навязывать всему миру свои порядки в интересах своих корпораций.

Шаткий идейный фундамент евроатлантической интеграции едва ли выдержит дальнейшее расширение этой конструкции за пределы нынешнего Евросоюза и планы создания зоны свободной торговли с НАФТА. Перманентные конфликты по периметру границ Североатлантического альянса с применением жесткой и «мягкой» силы нарастают по мере принуждения все новых государств к евроатлантической интеграции. Подобная неоимперская политика лишена перспективы в XXI веке. Попытки ее реализации влекут нарастающие по экспоненте экономические потери, которые уже породили сплошную зону социального бедствия вокруг Средиземного моря – колыбели европейской цивилизации. Втягивание в этот процесс бывших советских республик ради их изоляции от России создаст зону конфликта в Восточной Европе с еще большими экономическими потерями и социальными издержками.

Несовместимость идейных основ евроатлантической и евразийской интеграции проявляется в многолетней пробуксовке переговоров по подписанию нового партнерского договора России и ЕС. После наивных надежд на широкомасштабное и тесное взаимодействие посткоммунистической России с западными странами в начале 1990-х гг. наступило отрезвление. Как показывает опыт «Восточного партнерства», Евросоюз не договаривается, а только навязывает свои правила интеграции. Они сводятся к распространению юрисдикции Брюсселя на интегрируемые страны и не предполагают переговоров о правилах сотрудничества. У ассоциированных членов нет иного выбора, кроме как слепо повиноваться директивам. Напротив, процесс евразийской интеграции предполагает совместную выработку правил игры: каждая страна на равных участвует в формировании договорно-правовой и нормативной базы интеграции, имея право не только голоса, но и вето во всех принимаемых решениях.

Российская внешнеполитическая традиция исключает подписание соглашений, дискриминирующих Россию, или согласие слепо выполнять чужие директивы. Это противоречит духу отечественной дипломатической школы, основанному на взаимном уважении и равноправии. Поскольку для евроатлантической интеграции принципа равенства сторон как бы не существует, так трудно дается реализация идеи президента Владимира Путина о гармоничном сообществе экономик от Лиссабона до Владивостока. В ЕС строительство такого сообщества просто не способны понимать иначе как распространение своей юрисдикции на всю Северную Евразию. Поэтому при всей привлекательности идея трехстороннего взаимодействия Европейский союз – Украина – Россия едва ли реализуема. Сохраняется риск того, что между Россией и Евросоюзом будет нарастать политическое напряжение в связи с попытками последнего блокировать участие постсоветских государств в евразийском интеграционном процессе.

Ответом на агрессивную русофобию «Восточного партнерства» могло бы стать приглашение к участию в евразийской интеграции членов Евросоюза, подвергающихся дискриминации со стороны наднациональных органов. Речь прежде всего идет о Греции и Кипре, которым выполнение требований Брюсселя грозит социальными бедствиями без перспективы выхода из кризиса. Кипр уже пережил дефолт и мог бы быть использован как пилотный проект перехода от европейской к евразийской интеграции. Тем более что после банкротства банковской системы его экономическая зависимость от России и СНГ стала критической. Грецию, по всей видимости, наряду с аналогичной перспективой ждет унизительная процедура секуляризации и отчуждения собственности православной церкви и государства в пользу европейских кредиторов.

Греция и Кипр духовно и культурно-исторически близки России и Белоруссии, их экономика во многом поддерживается российскими туристами и предпринимателями. Сотни тысяч понтийских греков имеют обширные связи в России, бизнес многих из них связан с российским рынком. Снятие таможенной границы между Грецией и Кипром, с одной стороны, и Россией, с другой, могло бы обеспечить взрывной эффект роста взаимной торговли, туристических поездок, взаимных инвестиций. Для Греции и Кипра открылись бы новые возможности по экспорту товаров и услуг на рынок Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана. Последний быстро развивает связи с Турцией. Не случайно Нурсултан Назарбаев упомянул ее в качестве одного из желаемых участников евразийского интеграционного процесса. Понятно, что сегодня участие Греции, Кипра и Турции в процессе евразийской экономической интеграции, какие бы выгоды оно ни сулило, невозможно вследствие их внешних обязательств перед единой Европой.

Конструктивный выход из нарастающих противоречий между альтернативными интеграционными процессами в Евразии следует искать в их деполитизации и сведении к взаимовыгодному экономическому сотрудничеству. Но для евроатлантистов это было бы равнозначно отказу от претензий на гегемонию в международных отношениях, что пока представляется маловероятным. Вероятно, кризис евроатлантической интеграции должен достичь определенной глубины, прежде чем станет возможным переход на евразийские принципы равноправного и взаимовыгодного сотрудничества.

Украина. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 16 декабря 2013 > № 966384 Сергей Глазьев

Извилистый путь в будущее

США: оживление экономики на фоне долгосрочных проблем

Резюме Распространенный в мире и в самой Америке пессимизм относительно перспектив США связан не с экономическим кризисом, из которого страна выходит энергичнее других развитых держав, а с ощущением грядущих перемен в обществе и расстановке сил. Они объективно неизбежны, но их характер пока не вполне понятен.

В статье использованы результаты проекта, реализованного при финансовой поддержке Научного фонда НИУ ВШЭ в 2013 году.

Почти шесть лет экономисты, политики и СМИ обсуждают характер «Великой рецессии» 2008–2009 гг. в мировой экономике и последующей изнурительной фазы делового цикла, которая по-русски звучит несколько издевательски – «оживление». До недавнего времени плохие экономические новости приходили из многих стран ОЭСР, хотя наиболее сложная картина сохраняется в Европейском союзе, а в еврозоне ВВП-2013 практически остается на уровне 2011 года. На этом фоне экономическая динамика в Соединенных Штатах к концу 2013 г. выглядит заметно позитивнее.

На состояние и будущее этой страны пора взглянуть без непрерывного журналистского ожидания кризисов – худшее, вероятнее всего, позади. Нас не должны сбивать с толку мрачный тон внутриамериканских дебатов и естественная риторика республиканцев в отношении президента Барака Обамы. Огромная экономика с высокой инновационной активностью как в социально-политической жизни, так и технологиях остается для остального мира экспериментальным цехом – есть что изучать и анализировать.

Соединенные Штаты находятся в сложном положении и подвергаются масштабным рискам, но американцы активно действуют, чего нельзя сказать про многие другие страны (см. Таблицу 1). Мы не побоимся быть большими оптимистами, чем принято в эти дни по обе стороны океана, и полагаем, что основания к этому имеются. Неутешительные оценки вызваны прежде всего контрастом между сегодняшним положением вещей и «счастливыми девяностыми» с их высокими темпами роста и мирным дивидендом от прекращения холодной войны. Страна политически разделена, и партийные элиты находятся в серьезном конфликте относительно будущего – это, возможно, главная опасность на перспективу. «Великая рецессия», разумеется, была тяжелой, но общество и экономика продолжают функционировать на фоне многих острых проблем. Попробуем взглянуть на ситуацию в США в динамике и в сравнении с другими странами.

Виден свет в конце туннеля

Стоит напомнить, что Барак Обама выиграл первые выборы (ноябрь 2008 г.) в начале острой фазы кризиса. Так что главный результат его правления – постепенное снижение безработицы, сохранение низкой динамики цен и номинальных ставок процента. Промышленное производство, наконец, выходит на предкризисный максимум 2007–2008 годов. Америка выглядит более солидно по сравнению с Евросоюзом, причем роль сыграли и системные различия (англосаксонская адаптивность), и удачное стечение обстоятельств.

Традиционно в деловом цикле за взлетом цен на сырье перед кризисом следует падение производства, прибылей, загрузки мощностей и рост безработицы – все вместе это сбивает цены как на сырье (энергию), так и на труд. График 1 показывает, что поворот к лучшему на рынке труда наступил еще к президентским выборам-2012, хотя положение остается тяжелым по всем историческим меркам. Надо отметить (это не повод считать ситуацию нормальной), что обычно в Соединенных Штатах амплитуда колебаний на рынке труда больше, а кризисы острее, чем в континентальной Европе. Более того, установка на индивидуальное выживание и личный успех в англо-саксонских странах снижают требования к патернализму государства. Ситуация несравнима с ЕС, где степень пожизненной заботы о гражданах со стороны государства намного выше. Соответственно, бюджетные кризисы и снижение бенефиций в Европе переносятся гораздо тяжелее, и практически каждые выборы приносят смену правительств.

Падение цен на труд и сырье, естественно, содействовало промышленному подъему, но это было довольно давно. Пятилетняя высокая безработица резко сжала условия на рынке труда, но лишь в Америке (и Германии) это действительно сократило трудовые издержки (почасовые ставки в США падали в 2011–2012 гг.), что и дало им конкурентный выигрыш относительно большинства остальных стран (особенно Евросоюза). И тут в Соединенных Штатах появился относительно дешевый сланцевый газ – результат неукротимой способности бизнеса реагировать на высокие цены. Дешевая энергия (газ ценой ниже 4 доллара за МБТЕ) – важный катализатор подъема. Англосаксонский вариант рыночного хозяйства снова показывает свою «жесткость» к человеку, но динамичность, способность адаптироваться дает активному населению возможность искать свой шанс. Вертикальные лифты продолжают работать, а система поощряет инновации. Пример прорывов в энергетике доказывает, что человечество по-прежнему в состоянии решать сложные задачи путем развития технологий.

График 1. Уровень и длительность безработицы в США,1950–2013 гг.

Источник: Thomson Reuters Datastream (Bureau of Labor Statistics, USA)

В Америке даже заметны элементы реиндустриализации, причем в наибольшем выигрыше по сравнению с Японией и ЕС оказываются энергоемкие отрасли. Так, на выходе из кризиса мы видим перенос промышленности в США (в том числе европейскими компаниями), чего мало кто ожидал пять лет назад. (См. статью Пьера Маньятти в этом номере.) Последний Обзор МЭА (2013) предсказывает грустное падение доли Евросоюза в энергоемком (не энергетическом) экспорте в мире с 36% сейчас до 26% в 2035 году.

По сути дела с пятилетним опозданием, но рынок, несмотря на тяжелые проблемы с бюджетом, «вытаскивает» экономику Соединенных Штатов из кризиса благодаря твердому курсу властей на поддержку дешевого кредита, предсказуемости действий и отказу от попыток «фискальной консолидации как можно скорее». Историки сочтут действия американского правительства в эти годы кейнсианскими, но главное – они были последовательными, хотя во многом вынужденными. Сейчас одной из опасностей торможения остается повышение налогов, чтобы ограничить бюджетный дефицит и рост долга – камень, о который споткнулась экономика ЕС в 2010 году.

Таблица 1. Динамика макропоказателей США (2013–2014 – оценки)

Примечание: *по данным за январь-октябрь 2013 года
**по данным за III квартал 2013 года
Источники: МВФ, Thomson Reuters Datastream, Euromonitor International

Занятость в США начала расти в 2011–2013 гг., норма безработицы снизилась до 7,6%. Разумеется, за годы кризиса и оживления реальные доходы ряда слоев населения сжались, и это сказывается на состоянии умов и предвыборных дебатах. Для страны с 50 тыс. долларов ВВП на душу населения данная проблема ощутима в силу высокого неравенства, однако негативная динамика от очень высокого реального дохода не делает ситуацию слишком драматичной. Конечно, это не замечательные 1990–2007 гг., но оценки на 2014 г. уже несколько более воодушевляющие.

На американской бирже не бум, но уже точно и не кризис, а, согласно экономической теории, «биржи знают все». В краткосрочном плане ситуация улучшается, и при всех трудностях подъема и больших внутренних потерях обостряется конкуренция между странами. Динамика ВВП Соединенных Штатов уступает китайской и ряду других стран, но существенно превосходит европейские показатели.

График 2. Промышленное производство в 2006–2013 гг. в ведущих странах

Источник: Thomson Reuters Datastream

График 2 показывает, что через несколько кварталов можно будет говорить о росте производства сверх предкризисного максимума. В Европе – особенно в Великобритании – перспективы гораздо туманнее. Многое будет зависеть от Азии, прежде всего от способности Китая и далее поддерживать мировую конъюнктуру, особенно на сырьевых рынках. Это определяется не только темпами роста ВВП Китая, но и курсом юаня, и многими показателями мировой конъюнктуры. Отчасти это подчеркивает относительность значения многих макроэкономических теорий, которые так благополучно работали при малых колебаниях экономической активности и на «гладком» подъеме, но их прямое использование оказалось затруднительным в острых ситуациях.

Американская антикризисная политика была далека от ригористических подходов МВФ, однако сейчас и последний смягчает подходы. В конечном итоге применение правильной экономической линии возможно только активно действующими правительствами, имеющими поддержку парламентов. Мировой опыт последних лет показал, что метания в политике, чрезмерная жесткость фискальных рецептов в отношении граждан может вызвать социально-политические проблемы (включая кризис легитимности), что подрывает шансы на устойчивое оживление экономики.

Сдвиги и вложения

Процесс накопления, инноваций и развития базируется в США на частной собственности, частном риске, частном (децентрализованном) принятии решений. Это прежде всего заметно во время практически всех кризисов, когда растет число банкротств, идут увольнения, резко меняются приоритеты вложений в краткосрочном плане. Но крупные – переломные – рецессии играют особую роль. Их было не так много в XX–XXI веках: 1930, 1970 и 2008–2013 гг., если считать с фазой оживления. Заметим, что, несмотря на рост ВВП с 2010 г., промышленное производство и капиталовложения останутся на низком уровне еще несколько лет, так что воздействие кризиса продолжается.

Тяжесть «Великой рецессии» в Соединенных Штатах видна на Графике 3 – в последние годы отклонение фактического ВВП от потенциального намного больше (и последний несколько опустился вниз). Масштабы недоиспользования трудовых ресурсов как по причине низкой нормы выхода на рынок труда, так и безработицы существенно возросли, вернувшись к показателям конца 1970-х гг. (см. График 3). Заметим, что длительное отсутствие работы означает и потерю определенных навыков, т.е. снижение потенциального ВВП (вместе с уменьшением накопления основного капитала). В то же время масштабы неиспользуемой рабочей силы указывают на возможность быстрого – в американских традициях – роста занятости в будущем при наличии кредита и готовности к риску бизнесменов.

Последствия кризиса будут чувствоваться долгие годы. Но кривая потенциального ВВП идет вверх. США продолжают увеличивать производительность труда, идет приток мигрантов и капиталов. Так что кризис послужил стимулом для значительных структурных сдвигов, которые в дальнейшем позитивно скажутся на росте и положении страны в мировой экономике. И никто не предсказывает Америке длительной стагнации, которая до определенной степени угрожает Европейскому союзу.

График 3. Динамика фактического и потенциального ВВП, масштабы незанятости рабочей силы в США

Падение спроса на год-два («обычный кризис») оставляет надежду на то, что в дальнейшем бизнес вернется примерно к своему прежнему характеру. Многие проекты, в том числе уже начатые, откладываются на несколько лет – продолжать дорого и рискованно, но надежда инвесторов также умирает только во время следующего подъема. Иное дело пяти-шестилетний глубокий кризис – такие потрясения ведут к радикальному изменению стратегий фирм и, что еще важнее, банков и инвесторов. Последние понесли слишком тяжелые потери, чтобы идти на неопределенные риски даже при «дешевых деньгах». Это и есть «кредитный паралич» (credit crunch), который тормозит выход в фазу подъема и инвестиционного бума экономики и в США, и в Евросоюзе, и, кстати, в России. Потенциальные заемщики не знают, в какие проекты вкладывать средства, а возможные кредиторы не вполне верят в существующие начинания и заемщиков. Отсюда интерес к государственным гарантиям, облигациям, падение ставок процента. На фоне повсеместного ужесточения финансового надзора и регулирования развитой мир стоит перед трудной задачей перехода от оживления к подъему – но без капиталовложений этого обычно не происходит.

Разумеется, есть определенные виды инвестиционных проектов, которые либо становятся самоочевидными в ходе оживления, либо нащупываются методом проб и ошибок, либо поддерживаются государственными стимулами и субсидиями. К последним во всем мире относятся вложения в энергосбережение (и соответствующие субсидии). Ясно, что во многих отраслях происходит переход от наращивания мощностей к сокращению издержек при стабильном (падающем или растущем медленнее) спросе. Естественно, наиболее дорогой ресурс привлекает внимание и науки, и бизнеса, и государства. Большие кризисы изменяют типы накопления. Длительная недогрузка мощностей приводит к тому, что в марксизме называется «межотраслевой перелив капитала», то есть перераспределение структуры инвестиций.

Экономика Соединенных Штатов переходит из фазы оживления в фазу подъема заметно активнее, чем Европейский союз, это происходит на фоне замедления роста стран БРИКС. Динамика потенциального ВВП дает определенный ориентир для обозримого будущего при отсутствии новых тяжелых негативных шоков. Это улучшает перспективы стран-экспортеров на конкурентном американском рынке (особенно автомобилей и товаров длительного пользования). С некоторой осторожностью можно допустить, что экономика США может, хотя много позже и слабее обычного, сыграть традиционную роль локомотива для других стран.

«Великая рецессия» в Соединенных Штатах и развитых странах произошла не от технологических шоков, ее спровоцировал финансовый сектор США. Огромная недозагрузка мощностей и безработица поставили вопрос о том, как будет модернизироваться американская экономика в этих условиях – ведь 1990-е гг. и период до недавней рецессии были весьма успешными. Не пытаясь охватить все аспекты процесса накопления капитала в Соединенных Штатах, напомним, что норма накопления здесь ниже, а эффективность инвестиций ощутимо выше, чем в остальных развитых странах. В частности, можно отметить высокий уровень вложений в информационное оборудование, а также в домашнюю информационную и иную технику, которые, видимо, играют значительную роль в экономике, но редко учитываются в других странах.

Таблица 2. Изменение численности занятых американцев по разным отраслям, в млн чел.

Источник: Bureau of Labor Statistics, http://www.bls.gov/oes/tables.htm

Длительная рецессия изменила условия конкуренции – выигрывают страны, которые смогли обеспечить снижение темпов роста оплаты труда, перестройку экономики на новые отрасли и технологии, открыли другие экспортные рынки. Такие тяжелые кризисы обычно сопровождаются изменениями в относительных ценах, сменой характера рисков по направлениям инвестирования. Кризис и застой, медленное многолетнее оживление в развитых странах, естественно, снижают загрузку «старых» мощностей и инвестиции в прирост новых мощностей в «старых» отраслях. Зато они стимулируют вложения в снижение издержек в традиционных сферах, в инновации и новые изделия. Поэтому можно отслеживать процесс изменения направлений капиталовложений или по отраслям (что несколько отстает по статистике), или по типу проектов (что трудоемко и сопровождается ощутимым «белым шумом»). Стоит взглянуть на различие динамики вложений в оборудование и сооружения, основных факторов, воздействующих на инвестиции.

Динамика занятости – также надежный показатель, свидетельствующий о направлении сдвигов. Таблица 2 одновременно демонстрирует, как тяжелы последние шесть лет для трудящихся и безработных, но указывает также и на прогресс, достигнутый в последние годы. Направления сдвигов в занятости довольно очевидны: менеджеры, финансисты, компьютерщики, сфера услуг, особенно здравоохранение, получают новые рабочие места, несмотря на трудности фазы оживления. Некоторый рост занятости на производстве подтверждает появление послекризисной тенденции к росту обрабатывающей промышленности, хотя ее длительность и устойчивость пока еще не ясны.

Несмотря на кризис, США удалось избежать крупного снижения расходов на науку, а это означает непрерывность процесса инноваций и возможность привлекать зарубежные таланты. Данное обстоятельство принципиально важно рассматривать на фоне роста капиталовложений в оборудование и интеллектуальные продукты. Общая динамика накопления остается низкой в силу «кредитного паралича» и особенно тяжелого положения в жилищном строительстве (примерно на одну пятую ниже докризисного уровня). Хотя и здесь намечаются позитивные перемены – рост цен на дома стимулирует новое строительство. Общие низкие показатели в сфере накопления могут дезориентировать. Но вложения в оборудование достигли уже 1 трлн 150 млрд долларов и превысили предкризисный уровень – значит, по некоторым важным параметрам американская экономика приближается к подъему. Экономические стимулы базируются на снижении определенных налогов или скидок на льготную амортизацию. Тем самым бюджетные проблемы слабее воздействуют на эту сферу, поддерживая эффективность экономики, ее конкурентоспособность в будущем.

Роль оружия

Тема оборонных бюджетов вызывает естественный интерес не только политологов, но и экономистов. Мы относим вопрос о военных расходах Соединенных Штатов не к проблеме бюджетного дефицита (где они играют существенную, но не решающую роль), а к сфере структурных сдвигов, поскольку в США эти расходы носят высокотехнологический характер. Как видно по Таблице 3, с 1988 г. по 2000 г. военные расходы в процентах к ВВП сократились почти вдвое. Российские же (по сравнению с СССР, конечно) рухнули абсолютно и относительно. Это позволило и многим странам НАТО значительно сократить оборонные бюджеты. (В тот период продолжали расти военные расходы Китая, Индии и Саудовской Аравии.) Если же говорить о «мирном дивиденде», то он в значительной мере получен американской экономикой через снижение нагрузки на бюджет, переключение квалифицированной рабочей силы и менее милитаризированный характер научно-технического прогресса.

Фактически с начала XXI века мир вернулся к наращиванию военных расходов – главным образом после атаки «Аль-Каиды» на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 года. В первую очередь это, естественно, относится к Соединенным Штатам. Для нас в данном случае важно, что, чем бы ни завершились текущие конфликты на востоке, угроза терроризма сохранится, как и соперничество Китая и США, и стремление других стран располагать вооруженными силами достаточно высокого качества и размера, в том числе для предотвращения конфликтов.

Таблица 3. Реальные военные расходы ключевых стран мира, 1988, 2000, 2012 гг., в ценах 2011 г.

Источник: SIPRI – методология отличается от национальных данных, см. Таблицу № 4.
*Данные за 1989 г.
**СССР

Оборонные расходы США и после сокращения затрат на военные операции (включая транспорт, страховки и прочее), вероятно, останутся на высоком уровне. Для нашего анализа важно то, что в них сохраняется научно-техническая составляющая. Размер военных расходов на одного военнослужащего достиг полумиллиона долларов. Конечно, это большое бремя для бюджета, но также и занятость в науке, выработка инженерных решений и многое другое.

Бюджет и долг

Огромный американский бюджет был разбалансирован в 2008–2010 гг. во многом по стечению обстоятельств: военные расходы, увеличивавшиеся долгое время, растущие траты на здравоохранение и даже реформа медицинского страхования вместе не могли вызвать такой эффект (дефицит в 2009 г. превысил 10% ВВП). Стремительное падение доходов бюджета и увеличение расходов на встроенные стимуляторы создали специфический эффект, сходный с ситуацией в большинстве стран ОЭСР. С тех пор постепенный рост доходов, меры по экономии, связанные с острыми межпартийными конфликтами в Конгрессе по поводу потолка долга, привели к снижению дефицита.

Важно, что этот долг, несмотря на бурные дебаты, в данный момент не является непосредственной угрозой экономическому росту в силу того простого факта, что при очень низких ставках процента в США (снова фактор кредитного паралича плюс приток капитала в страну) обслуживание этого долга – одно из самых недорогих в мире. Долг в 17 трлн долларов или более 100% ВВП обслуживается примерно за 2,5% ВВП. Конечно, это ситуация рискованная – при экономическом росте и увеличении инфляции ставки процента пойдут вверх, и проблема обслуживания долга обострится. Впереди своего рода среднесрочные «макроэкономические гонки» – удастся ли снизить долг до роста инфляции. То есть требования к американской экономической политике резко возрастают: нужно обеспечить безинфляционный рост при более или менее сбалансированном бюджете.

Бюджетные проблемы в определенной степени связаны с программой президента Обамы по медицинскому страхованию. Не вдаваясь в эту огромную и сложную проблему, отметим, что из 19–20% ВВП, которые приходятся на федеральные расходы, на здравоохранение уже в 2005–2007 гг. приходилось 4,4–4,6% ВВП, к 2010–2011 гг. доля выросла до 5,7% ВВП, а в 2012 г. несколько снизилась до 5,3%. Почему именно эта программа разделила республиканцев и демократов? Ведь с общечеловеческих позиций вряд ли кто-то может быть против помощи в образовании и медицине для малоимущих, дающей шанс этим семьям встать на ноги в следующем поколении.

Не углубляясь в нюансы межпартийной борьбы в Конгрессе и в политической сфере в целом, дошедшей до частичной остановки правительства страны и угрозы дефолта, обратимся к проблеме неравенства в Соединенных Штатах. Мы полагаем, что именно здесь лежит причина остроты конфликтов в американском истеблишменте.

Социальное неравенство и изменение состава электората

В обществе с высоким неравенством медицинская страховка – не только символ бедности, но и реальный тормоз преодоления барьеров социальной интеграции. «Пакет», состоящий из легализации нелегальных иммигрантов (на тех или иных условиях) и медицинской страховки для всех, – это некий «ремонт» американского капитализма. Социальные нормы становятся более общими, иммигранты (как в первые века переселения) – нормальными членами общества. И этот в известном смысле популистский пакет меняет характер будущей политической системы. Меньшинства в 2012 г. уже сравнялись с «белыми» по числу новорожденных – через 20 лет иным по национальному (расовому) составу станет электорат. Устойчивость такого общества будет зависеть как от формального, так и от фактического равноправия. И у страны есть пара десятилетий для того, чтобы адаптироваться. Пример многих государств (особенно демократий) показывает, как опасно, когда национальные меньшинства набирают политический вес, оставаясь экономически слабыми. Восприятие своего положения как бесправного создает комбинация бедности и исключенности, а это среда для радикализма. Отсюда следует вероятный шаг президента на промежуточных выборах 2014 г. – упор на неравенство.

Ситуация в последние десятилетия драматически изменилась, социальное неравенство в обществе вернулось по ряду показателей в 1920-е годы. Разумеется, при 50 тыс. долларах среднедушевого ВВП в США бедность (кроме крайней) выглядит несколько иначе, чем в странах со средним и малым уровнем дохода, откуда, кстати, идет основной поток мигрантов. Обобщенный портрет «среднего» американца быстро меняется. 80% семей с доходами выше 150 тыс. долларов – белые. А среди тех, кто получает меньше 25 тыс. (здесь же и самый низкий уровень охвата страховками), очень высока доля испаноязычных (31% от своей численности) и афроамериканцев (42% – от своей). У белых и выходцев из Азии доля семей с такими доходами заметно ниже – около одной пятой. Испаноязычная группа обгоняет афроамериканскую по численности (16% против 13%) и уже по благосостоянию, постепенно меняя политическую повестку дня во многих штатах. Латинская Америка обеспечивает все больший приток иммигрантов, так что эти процессы будут набирать обороты.

Неравенство в условиях длительного подъема – это надежда на вертикальные лифты, но неравенство в условиях медленного роста и сжавшихся доходов – это социальная проблема, которая ставит вопрос о характере демократии и общества. Например, Джордж Пэкер утверждает: «Неравенство заковывает общество в классовую систему, оставляет людей в тюрьме условий своего происхождения – а это упрек самой идее американской мечты». Проблема поляризации американского общества проявляется в дебатах по реформам – некоторое перераспределение доходов в пользу малоимущих пришлось на слишком тяжелые времена.

В последние десятилетия заметно сжатие «белого среднего класса» (35–100 тыс. долларов дохода). Средний класс заметно пополняется выходцами из Азии и частично другими меньшинствами. Так что социально-политические процессы сегодня определяют, в какой степени благосостояние будет доступно бедным и меньшинствам – в основном демократическому электорату.

Экономический кризис, естественно, ударил по разным слоям неравномерно – больше всего потеряли к 2006 г. бедные, довольно много – богатые, середина – чуть меньше. Напомним, что поведение примерно 40% состоятельного американского населения определяет динамику личного потребления – почти три четверти потребительских расходов (особенно домов, товаров длительного пользования, импорта) и сбережений. Так что внутриамериканские социальные подвижки влияют на макроэкономические параметры державы с четвертью ВВП мира и даже на другие государства.

Среди важных аспектов проблемы отметим тот факт, что доля компенсации труда упала в последние годы до 62% от ВВП против, скажем, 65–66% в конце 1980-х гг., что соответствует общей картине перераспределения доходов, нарисованной выше. Проблема эта имеет общий характер для ОЭСР – 22 страны-члена также прошли через период снижения доли труда с 72% в 1980 г. до 60% в 2005 году. С нашей точки зрения, американская система распределения проделала довольно опасный путь концентрации доходов (тем более богатства) на самом верху общества. Одновременное изменение демографической ситуации и трудности поддержания устойчивости среднего класса делают социальные процессы в США причиной текущих политических конфликтов и бюджетных дискуссий. Республиканцы в октябре 2013 г. пытались блокировать (из-за спора о потолке долга) финансирование именно программы медицинских страховок. То есть это был не столько бюджетный конфликт, сколько попытка затормозить усиление новых слоев в обществе и не дать демократам обрести многочисленную группу избирателей, которые мало голосуют сейчас, но вполне смогут делать это в будущем.

Но в более широком плане остаются открытыми несколько критически важных вопросов на будущее. Во-первых, удастся ли реформа здравоохранения в среднесрочном плане за пределами второго президентства Обамы? Суть ведь не в очередном голосовании по бюджетному дефициту в Конгрессе. Гораздо важнее – сможет ли самая богатая страна мира смягчить социальные контрасты путем выравнивания стартовых возможностей через образование и медицинское обеспечение. Это англосаксонский вариант социальной справедливости, ставящей во главе угла не перераспределение средств для выравнивания потребления, а предоставление шансов на успех. Во-вторых, сохранится ли тенденция к снижению доли труда в национальном доходе (в Соединенных Штатах и в других развитых странах), нарастание веса самого богатого высшего класса. Растет разрыв между странами по уровню дохода на душу населения, но увеличивается и дистанция между самыми бедными и самыми богатыми слоями развитых стран. В этом контексте вопрос третий – об ослабленном среднем классе и его роли – выглядит весьма актуальным.

* * *

Пессимистический тон внутриамериканских дебатов о состоянии экономики и общества отражает три группы факторов. Прежде всего это тяжелый кризис, который тянется шестой год и от которого все устали. Но оживление вскоре может перейти в подъем. Важно то, что американская экономика имеет преимущества по сравнению с Евросоюзом, который «запросил» ассоциации (переговоры о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве с Америкой), признавая по сути, что не вытягивает самостоятельно свой проект.

Второй группой факторов являются видимые крупные сдвиги в социальной структуре общества, долговой и бюджетный кризисы. Конечно, не Obamacare вызвала бюджетный кризис, а совпадение кризиса, действия встроенных стабилизаторов, роста военных и социальных расходов. Но усилия демократов по поддержке бедных (а значит меньшинств), по предоставлению медицинского страхования и образования будут иметь далеко идущие последствия для повышения социального статуса небогатых слоев населения. В особенности это относится к той трети населения, которая по статистике является «небелой», но рожает уже половину детей в стране. Через два-три десятилетия новые слои изменят политическую систему, что и вызвало столь ожесточенный межпартийный конфликт.

Наконец, третья группа факторов пессимизма истеблишмента и СМИ связана с отсутствием ожидавшейся свободы действий внутри страны и на мировой арене. При колоссальных ресурсах не удается навести порядок в Афганистане, не вполне ясны долгосрочные перспективы в Ираке и Иране, «арабская весна» сделала весь Ближний Восток районом возросшего риска (а не стабильности и демократии), что опасно в долгосрочном плане, учитывая возрастание роли ОПЕК после 2020 г. в снабжении мира нефтью. Всей мощи сверхдержавы недостаточно для снятия рисков будущего. Отсюда борьба в правящих кругах по вопросам социальной и внешней политики. Электорат устал от кризиса и войн. Стране понадобится новый период накопления ресурсов и отдыха от перегрузок, чтобы вернуться к более активной политике после стабилизации роста, снижения долгов и возрождения интереса общества к решению мировых проблем.

Л.М. Григорьев – ординарный профессор, заведующий кафедрой мировой экономики факультета мировой экономики и политики Высшей школы экономики; главный советник руководителя Аналитического центра при правительстве РФ.

США > Госбюджет, налоги, цены > globalaffairs.ru, 16 декабря 2013 > № 966383 Леонид Григорьев

В 2012 г. в Бразилии было произведено 483 тыс. м3 фанеры из тропической древесины, об этом говорится в полученном Lesprom Network сообщении национальной Ассоциации промышленной лесопереработки (Brazilian Association for Mechanically Processed Timber Industry, ABIMCI).

За 12 лет — с 2000 по 2012 гг — объем промышленного производства фанеры в стране сократился на 51%, в то же время ее внутреннее потребление выросло на 22%, составив 426 тыс. м3.

Инфраструктурная недостаточность

Оксана Перепелица

Набившие оскомину проблемы пробок на железнодорожных линиях и в портах напрямую связаны с ограничениями существующей инфраструктуры. Сегодня все участники рынка железнодорожных перевозок осознают необходимость опережающих инвестиций в отрасль. Однако в ситуации, когда средства государства небезграничны, а потребности бизнеса хоть и велики, но, опять же, ограничены кредитными ресурсами, приоритетное значение приобретает точечное развитие ключевых проектов.

Догонять, опережая

Ближайший сосед — Китай в течение последней пятилетки ввел более тысячи километров новых железных дорог и около 100 тыс. км автодорог, включая дороги местного значения. Для сравнения: в России за тот же период протяженность железных дорог не увеличивалась, а ввод новых автодорог был в 10 раз ниже — примерно 10 тыс. км. И хотя российские железные дороги занимают 8,4 % от протяженности всей мировой железнодорожной сети и выполняют при этом боле 20 % грузооборота железных дорог мира, это скорее географический бонус к тому инфраструктурному заделу, который оставлен нам усилиями предыдущих поколений. Но и он уже ощутимо себя исчерпал.

«Если не строить новый Великий Сибирский путь или хотя бы капитально не модернизировать главную транспортную артерию страны, то это сделают... китайцы. Что им стоит построить высокоскоростную пассажирскую магистраль от Харбина до Читы, по которой строители будут доезжать до места работы», — пишут профессора Петербургского государственного университета путей сообщения Александр Красковский и Владимир Фортунатов[1]. Отсутствие новых железных дорог приведет к необратимости центробежных тенденций, предостерегают ученые. Причем мрачную картину такой регионализации страны нетрудно себе представить — граница между богатыми и депрессивными регионами как раз виднее всего будет на железных дорогах — рельсы либо разберут, либо сдадут на металлолом с одной стороны — нетрудно догадаться, с какой именно. И без того неспешное продвижение страны вперед затормозится надолго. «Поэтому строительство и развитие железных дорог, несмотря на наличие нанотехнологий и перспективного Сколкова, куда вкладываются огромные средства, является таким же важным и первостепенным, как и 175 лет назад. Развитая железнодорожная сеть — это базис успешной экономики. Можно сказать, что это стало уже аксиомой. Без новых рельсов нам в новое будущее не приехать», — убеждены специалисты ПГУПСа.

Лауреат Нобелевской премии по экономике Джозеф Стиглиц предложил свое видение выхода из нынешнего экономического кризиса: «Потратьте деньги на инвестиции, и эти инвестиции приведут вас к увеличению роста». Этот рецепт вполне приемлем и для нашей страны, общепризнанными бедами которой давно являются плохие дороги и некомпетентный менеджмент. Основная часть наших стальных магистралей была построена еще в царские времена или же при советской власти. Этот инфраструктурный базис не может быть работоспособным без постоянного обновления и модернизации в соответствии с реалиями, техническими наработками и экономическими потребностями повседневности. А реалии эти таковы, что инфраструктурное развитие нашей страны носит скорее догоняющий, нежели опережающий характер. По данным отчета (The Global Competitiveness Report 2011—2012), который был подготовлен Всемирным экономическим форумом, по качеству инфраструктуры в целом Россия занимает 100-е место в мире. По качеству автомобильных дорог — 130-е место, инфраструктуры авиатранспорта — 105-е место, портовой инфраструктуры — 97-е место, электроэнергетики — 84-е место. По уровню развития логистики — на 94-м месте.

При этом важно отметить, что это не цифры необязательных рейтингов, которые проще игнорировать, чем учитывать при анализе реального состояния дел. Уровень развития инфраструктуры и индекс международной конкурентоспособности стран находятся в прямой зависимости. По уровню обоих индексов мы кардинально отстаем от развитых стран, существенно отстаем от Китая и находимся на уровне, сопоставимом с Индией, Бразилией, Турцией. По качеству железнодорожной инфраструктуры РФ занимает 29-е место и с 2008 года поднялась в нем только на 3 ступени. При этом наша страна по плотности железнодорожного покрытия, равной 51 км на 10 тыс. кв. км территории, значительно уступает таким развитым странам, как Германия — 1175 км, Франция — 544 км, США — 233 км, Китай — 95 км. Несмотря на относительно работоспособное состояние железнодорожной инфраструктуры в сравнении с инфраструктурой других видов транспорта в нашей стране (а сравнить действительно есть с чем — сокращение судоходных глубин на Единой системе внутренних водных путей, убывание количества региональных аэродромов и национальная беда, переросшая в трагедию, — дороги), 29-е место для одних из старейших и масштабных железных дорог в мире можно считать неудовлетворительным, особенно в свете перспектив развития спроса на перевозки. Этот спрос, по актуальным оценкам Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) до 2030 года, будет только расти. Так, к этому времени прогнозируется удвоение мирового ВВП. За 15 лет объем железнодорожных перевозок может увеличиться на 50 %, а транспортировка морем контейнеров увеличится вчетверо! Нагрузка на транспорт во всем мире значительно возрастет, и в первую очередь в развивающихся странах. При этом отечественная железнодорожная инфраструктура попросту не готова к такому росту нагрузки, а ее текущее состояние не соответствует прогнозируемому спросу. По оценкам ОЭСР, во всем мире на развитие транспортного сообщения до 2030 года необходимо инвестировать более 11 трлн долларов США. В том числе на развитие железных дорог мира — 5 трлн долларов США, или 45 % от общих капитальных вложений.

Для нашей транспортной инфраструктуры характерны все изложенные в докладе ОЭСР проблемы и ограничения. Более того, мировые тренды накладываются на наши внутренние проблемы, усугубляя несоответствие инфраструктурных возможностей не только будущим, но и текущим потребностям. Нынешняя российская транспортная система практически не готова к массовому росту объемов перевозок и экспорта грузов через порты, развитию пригородного пассажирского движения в агломерациях. В России крайне слабо развиты высокоскоростные железнодорожные перевозки. По уровню транзитных перевозок между Европой и Азией российские сухопутные коридоры занимают исчезающе малую долю. Эти настораживающие тенденции уже сегодня в полной мере проявляют себя, предупреждает руководитель департамента исследования железнодорожного транспорта Института проблем естественных монополий (ИПЕМ) Владимир Савчук. В минувшем году ограничения пропускной способности наблюдались на железнодорожных участках совокупной длиной от 6 до 7,6 тыс. км, что составляет едва ли не одну девятую часть всей сети. И в самой краткосрочной перспективе, буквально уже через 3—5 лет, ограниченные пропускные способности не позволят отечественным товаропроизводителям перевозить дополнительные грузы по железной дороге, наращивая выпуск своей продукции.

Ситуация инфраструктурной ограниченности особенно критична при реализации капиталоемких сырьевых проектов, когда у грузоотправителей срываются контракты с зарубежными партнерами — товар произведен, но доставить его невозможно. Например, в декабре 2011 года Газпрому не удалось вывезти 50 тыс. тонн конденсата и по этой причине пришлось сократить поставки газа в трубопровод, чего в компании не происходило уже много лет. А из-за возникновения периодических проблем с вывозом продукции на ряде разрезов запасы угля на складах превышают допустимые нормативы. Понятно, что если так будет продолжаться и дальше, наращивать добычу станет бессмысленно, поскольку все усилия будут затрачены на вывоз добытого сырья. Таким образом, при прогрессирующей нагрузке на транспортную инфраструктуру перевозки становятся узким местом в коммерческой деятельности многих отраслей и производств. Теперь возможности отечественной компании-производителя измеряются не тем, сколько она сможет произвести или продать, а тем, сколько на деле доставит клиентам.

Согласно мягкой формулировке старшего вице-президента ОАО «РЖД» Вадима Михайлова, темпы роста железнодорожной сети действительно не всегда являются достаточными. В ближайшие несколько лет для удовлетворения растущих объемов грузоперевозок нужно построить около 15 тыс. км новых железнодорожных путей. Если же этого не будет сделано, то, по оценкам специалистов Института проблем естественных монополий ИПЕМ, объем промышленного производства, особенно с учетом последствий нынешней стагнации мировой экономики, в краткосрочной перспективе может снизиться на 180—200 млрд рублей, что соразмерно 0,22 % от общего объема ВВП страны. При этом уже к 2018 году ожидается существенный прирост объемов перевозок грузов. Например, в Приволжском федеральном округе прогнозируется увеличение погрузки нефтепродуктов, в Уральском — руд черных металлов, в Сибирском и Дальневосточном — угля. У всех этих видов грузов практически отсутствует возможность транспортировки альтернативными видами транспорта, что чревато коллапсом на железнодорожных путях. Примечательно, что опасность невывоза промышленной продукции ощущается сегодня именно там, где зарождаются новые точки экономического роста. В случае если этот рост не будет своевременно поддержан соответствующим расширением инфраструктурных возможностей, он попросту захлебнется. При этом и сама инфраструктурная компания ОАО «РЖД» может недополучить около 35 млрд рублей возможных доходов за непредоставленную перевозочную услугу. А угроза ухода с этого рынка инвесторов в лице крупных промышленных производителей массовых грузов оценивается примерно в 375 млрд рублей. Кроме того, недополученные таможенные пошлины от экспорта могут составить еще 54,4 млрд рублей.

Значительная часть железнодорожных заторов уже сегодня формируется на подходах к основным морским портам. Пропускная способность многих из них исчерпана не столько перевалочной мощностью терминалов, сколько загруженностью подъездных путей. Их строительство — дорогостоящая инвестиция в сотни миллионов долларов, которую владельцы портов, по их словам, не в состоянии осилить в одиночку. Схожая ситуация сложилась с углублением акваторий, где для привлечения судов класса Aframax и Post-Panamax требуется минимальная глубина на уровне 14 м и более. Пример — Калининградский морской торговый порт: при глубине каналов в 8—10 метров порт не в состоянии принять суда с осадкой более 9 метров, в результате текущая загрузка порта составляет всего 35 %. Помимо прочего подобная картина служит еще и демонстрацией разобщенности транспортной сети по видам перевозок. Сегодня отсутствует целостная картина координации и синхронизации различных видов транспорта, что приводит, например, к неэффективной конкуренции между железнодорожниками и автоперевозчиками. По экспертным оценкам, в России эффективное расстояние автоперевозок грузов выросло до аномальных 1500—2000 км, хотя в Европе оно в среднем составляет не более 800 км. Многие грузоотправители предпочитают либо вынуждены использовать автотранспорт из-за неудовлетворительной скорости и качества железнодорожного сообщения. Проблема транспортной разрозненности также актуальна в свете развития интермодальных перевозок и создания крупных транспортно-перевалочных узлов (так называемых хабов), таких как, например, Роттердам и Гамбург, объединяющих в себе портовую, железнодорожную и автодорожную инфраструктуру. Такие мегапроекты просто невозможны без координации действий владельцев перегрузочных терминалов, операторов и перевозчиков. При этом, как показывает практика, за последние десятилетия такое взаимодействие существенно ослабло, свидетельством чему служит значительный рост порожнего пробега вагонов.

Невывоз, заложенный в планы

Инфраструктурный удар по точкам будущего роста, как в хорошем бойцовском клубе, конечно же, пытались предотвратить не только отраслевые экономисты. Но даже самый точный прогноз и основанный на нем план развития рискуют остаться не более чем благими намерениями без надежного тылового обеспечения в виде финансов. Еще в 2008 году правительство утвердило Стратегию развития железнодорожного транспорта до 2030 года. На первом этапе (2008—2015 гг.) с учетом накопившихся проблем железных дорог в документе предусматривалась коренная модернизация инфраструктуры и подвижного состава, строительство первоочередных новых железнодорожных линий. В дальнейшем, после 2016 года, планировалось добиться динамичного расширения железнодорожной сети и создания инфраструктурных условий для роста.

Всего на развитие железнодорожной инфраструктуры общего пользования в период до 2030 года предполагалось направить почти 10,7 трлн рублей (в ценах 2007 г. без НДС), при этом доля средств федерального бюджета в общем объеме финансирования до 2015 года предусматривалась в размере 22 %, ОАО «РЖД» — 60 %. Реализация Стратегии на I этапе была предусмотрена в рамках подпрограммы «Железнодорожный транспорт» ФЦП «Развитие транспортной системы России (2010 2015 гг.)». Однако на сегодняшний день можно констатировать весьма значительное отставание от заложенных планов. И причин тому несколько. По словам заместителя начальника департамента экономической конъюнктуры и стратегического развития Владимира Максимушкина, финансово-экономический кризис сузил намеченные ранее цели и серьезно изменил планируемые тенденции развития железнодорожного транспорта. Финансирование подпрограммы «Железнодорожный транспорт» ФЦП сократилось до 2,1 трлн рублей вместо 4,1 трлн рублей, то есть за 2010—2015 годы дефицит финансирования подпрограммы превысит 2 трлн рублей, или 48,4 % предусмотренных средств. «Фактически по ряду ключевых для отрасли показателей развития кризис отбросил нас на 4—5 лет назад», — констатировал он. При этом негативный вклад внешних факторов могли бы уравновесить внутренние резервы инвестирования в развитие отрасли. Однако предусмотренные Стратегией и ФЦП механизмы финансирования железнодорожного транспорта фактически не были задействованы, а инвестиционная составляющая в грузовом железнодорожном тарифе ОАО «РЖД» не была включена из-за опасений, что эта мера ударит по всем пользователям услугами железнодорожного транспорта. В это же время средства из федерального бюджета выделялись в основном на строительство железнодорожной линии в Якутии и в рамках реализации проектов Инвестиционного фонда. Необходимо отметить, что и по уровню пассажирооборота мы тоже не достигаем даже минимального варианта Стратегии-2030 из-за кризисного спада и изменения учета пассажиров в пригородном сообщении.

В последние годы, к сожалению, становится все более очевидным, что привлекательность железнодорожного транспорта снижается. Так, согласно данным Росстата, в первом квартале этого года грузооборот на железнодорожном транспорте составил всего 95 % к аналогичному показателю 2012 года. При этом на автомобильном и водном видах транспорта он увеличился в первом квартале 2013 года на 2,4 и 4 % соответственно. Данные о пассажирообороте также свидетельствуют не в пользу железных дорог: если за первые 3 месяца этого года пассажирооборот на стальных магистралях страны составил 98,4 % к аналогичному периоду 2012 года, то транспортная авиация за первый квартал 2013 года перевезла на 21 % пассажиров больше, чем в начале минувшего года. И причин для такого отставания несколько. Это недостаточные темпы реализации проектов развития скоростных и высокоскоростных перевозок, недостаточная пропускная способность пригородных перевозок в крупных узлах, это рост ценовой нагрузки на пассажиров и сохранение высокого уровня государственной поддержки авиационной отрасли. Все эти и другие перекосы и недостатки стратегического планирования призван был учесть актуализированный проект Транспортной стратегии до 2030 года, недавно разработанный Минтрансом. Но и эти планы модернизации железнодорожной инфраструктуры, по оценкам экспертного сообщества, не выглядят сбалансированными, хотя документ уже вошел в завершающую стадию общественного обсуждения и с большой вероятностью может быть принят в самое ближайшее время. Так, стратегия Минтранса практически не предусматривает развития существующих магистралей и уделяет незначительное внимание строительству новых совмещенных грузопассажирских железнодорожных линий. В Транспортной стратегии России до 2030 года запланировано в 46 раз меньше строительства новых грузопассажирских линий по сравнению с тем, что было намечено ранее. В то же время планы по реконструкции линий под скоростное сообщение примерно сопоставимы со Стратегией-2030, принятой ОАО «РЖД», а по высокоскоростному — даже превышают задачи железнодорожной стратегии. Понятно, что приоритет пассажирского движения перед грузовым — задача системообразующего характера, учитывая социальную значимость транспортной доступности в масштабах нашей огромной страны. Однако недостаточное внимание к инфраструктурным проблемам грузовой работы на сети отечественных железных дорог может привести к не менее ощутимым потерям.

Расставить приоритеты

Само слово «невывоз» в устах железнодорожного начальства и околотранспортного чиновничества звучит ни много ни мало как некий профессиональный термин, который легко объясняет некий набор условий, помноженный на объемы. Однако же если с развитием железнодорожной инфраструктуры все относительно ясно: мешает либо затянувшийся мировой финансовый кризис (а против такой махины и не попрешь!), либо нежелание казны безропотно оплачивать издержки монополиста, то вот с объемами дело обстоит несколько иначе. В стране созданы и успешно функционируют, показывая стабильный доход, крупнейшие горно-металлургические комбинаты, предприятия строительной индустрии, нефтегазовой отрасли. Они, казалось бы, и должны стать основными бенефициарами развития железных дорог, особенно с учетом той грузовой базы, которая уже заложена в расчеты транспортных специалистов. Так, важной точкой роста перспективной грузовой базы в ближайшее время станет разработка и освоение новых месторождений полезных ископаемых, ко многим из которых потребуется строительство новых железнодорожных линий. Например, в рамках инвестиционного проекта «Строительство транспортной инфраструктуры для освоения минерально-сырьевых ресурсов юго-востока Читинской области» предусмотрено строительство новой железнодорожной линии Нарын (Борзя) — Лугокан (Газимурский Завод). Реализация проекта вызвана необходимостью разработки Бугдаинского и Быстринского месторождений полиметаллических руд. В настоящее время пристальное внимание добывающих компаний уделяется сырьевым запасам Республики Тыва (Элегестское угольное месторождение). При их разработке необходимо строительство железнодорожной линии Кызыл — Курагино, которая в свою очередь является первым этапом реализации инвестиционного проекта «Строительство железнодорожной линии Кызыл — Курагино в увязке с освоением минерально-сырьевой базы Республики Тыва». Строительство железнодорожной линии Улак — Эльга, которая также относится к грузообразующим линиям, вызвано необходимостью разработки крупной сырьевой базы коксующих и энергетических углей Эльгинского месторождения, отличающихся благоприятными горно-геологическими условиями залегания пластов. Ввод в эксплуатацию линии позволит сократить объемы завоза сибирских углей потребителям Амурской области, Хабаровского и Приморского краев. При этом основной объем эльгинского угля на экспорт может быть реализован через морские порты Ванино и Находка. Также стоит отметить новую железнодорожную линию Новая Чара — Удокан (Удоканское месторождение медных руд, Чинейское месторождение железных и полиметаллических руд), необходимость строительства которой вызвана расположением в Читинской области одного из крупнейших в мире месторождений ванадийсодержащих титаномагнетитовых руд.

Строительство новой железнодорожной линии Муслюмово — Теченское месторождение обусловлено необходимостью разработки Теченского железорудного месторождения для обеспечения челябинских металлургических комбинатов. Теченское месторождение расположено на территории Сосновского района Челябинской области и является одним из крупнейших месторождений магнетитовых руд на Урале.

В части реализации инвестиционного проекта «Комплексное развитие Нижнего Приангарья» предусмотрен проект «Строительство железнодорожной линии Карабула — Ярки в Богучанском районе». Согласно проекту новая железнодорожная линия обеспечит освоение богатейших запасов леса и полезных ископаемых и в дальнейшем будет необходима для обслуживания двух целлюлозно-бумажных комбинатов, которые планируется построить в регионе. Кроме того, участок Кара-була — Ярки является начальным этапом строительства железнодорожной линии в район створа Богучанской ГЭС. Строительство (в рамках реализации проекта государственно-частного партнерства «Комплексное развитие Забайкалья») новой железнодорожной линии Могзон — Озерное позволит начать эксплуатацию Озерного месторождения полиметаллических руд, что, в свою очередь, окажет влияние на дальнейшее развитие экономического потенциала Республики Бурятии. Протяженность линии Могзон — Озерное составляет 164 км. В перспективе возможен второй этап строительства линии от Озерного ГОКа до Нового Уояна, что позволит создать технологическое соединение БАМа и Транссиба. В рамках проекта развития Мурманского транспортного узла предполагается строительство новой электрифицированной линии Мурмаши — Лавна для обеспечения перевозок в новый район порта Лавна. Также предусматривается строительство обходов Краснодарского и Саратовского железнодорожных узлов. Для развития транспортной инфраструктуры Ямало-Ненецкого автономного округа предусматривается сооружение линии Салехард — Надым с мостовым переходом через реку Обь. Согласно проекту линия будет иметь в значительной степени транзитное значение и предназначена для вывоза углеводородного сырья с нефтегазоконденсатных месторождений Ямало-Ненецкого автономного округа и севера Красноярского края главным образом в Северо-Западный регион страны.

Однако зачастую практика реализации подобных проектов сводится к простой формулировке: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Ярким примером тому служит история проекта развития Северного широтного хода — железнодорожной линии Обская — Салехард — Надым — Новый Уренгой — Коротчаево. Напомним, в 2002 году возникла довольно простая идея: восстановить ранее начатое строительство линии, инвестировав в нее 20 млрд рублей и создать наряду с этим региональную железнодорожную компанию путем объединения в ней новой железнодорожной линии и участков РЖД и Газпрома. Барьерным объектом был мост через реку Обь, который удалось включить в ФЦП (причем вместе с оговоркой об инвестициях на усиление инфраструктуры железной дороги). На тот момент была прописана четкая, хотя и прогнозная грузовая база (15—25 млн т). С 2003 года «Ямальская железнодорожная компания (ЯЖДК)» по поручению своих учредителей не только эксплуатировала недостроенные участки железнодорожных линий, но и выполнила «Обоснование инвестиций» на восстановление и достройку железной дороги в ЯНАО. Инвестфонд РФ также не оправдал надежды на строительство, поскольку стратегия РЖД отнесла эту линию к грузообразующим.

Основными компаниями-грузовладельцами здесь являются ОАО «Арктикгаз», ОАО «Лукойл», ООО «НУГХК», ОАО «НОВАТЭК», ОАО «ТНК-BP Холдинг», ОАО «НК «Роснефть», ОАО «СИБУР-Холдинг». Однако экономические расчеты показали срок окупаемости от 28 до 40 лет, поэтому частные компании не спешат выстроиться в очередь на инвестирование. В 2007 году эта железнодорожная линия была включена в очередной громкий, но весьма затянувшийся мегапроект «Урал промышленный — Урал Полярный». В результате, как констатирует генеральный директор Ямальской железнодорожной компании Якоб Крафт, вся история стала напоминать долгоиграющую скороговорку про попа и его собаку. Сроки реализации проекта значительно отдалились, а индексы сметной стоимости проекта за десятилетний период выросли в разы. Средства необоснованно тратились на проектную и рабочую документацию, и только по линии Салехард — Надым это составило 4,4 млрд рублей бюджетных денег регионов. Суммарный объем инвестиций проекта УПУП стал пугающим: до 500 млрд рублей, из них 125 млрд рублей предполагалось потратить на железные дороги. При этом бесконечная смена руководства УПУП неизбежно приводила к очередной смене концепций финансирования и строительства. Тем не менее потребность грузоотправителей в перевозках, спрогнозированная еще в 2002 году, оправдалась. Следствие этого — Соглашение НОВАТЭК и РЖД о финансовой поддержке мероприятий по усилению Свердловской железной дороги на 30 млрд рублей (суммарно потребуется 147 млрд руб.). И все, казалось бы, ничего, но в результате этой договоренности большая часть грузовой базы Северного широтного хода ушла на юг по существующему более протяженному маршруту.

Не менее показательным стал проект реконструкции участка Выборг — Каменногорск. В начале ноября 2012 года работы по его реконструкции были приостановлены из-за представления Северо-Западной транспортной прокуратуры, поскольку в непосредственной близости от железной дороги находятся жилые дома. Напомним, что существующий проект предполагает строительство второй ветки дороги и пуск 44 пар поездов в сутки. При этом ОАО «РЖД» отказывается включать в общий проект реконструкции строительство путепроводов, и до завершения работ местные жители будут вынуждены пересекать железную дорогу через переезд, теряя время у шлагбаумов. Все эти частные проблемы со строительством железнодорожной линии Выборг — Каменногорск происходят из-за несовершенства российского законодательства, считает генеральный директор ОАО «Ленгипротранс» Владимир Чернаков. По его словам, реконструкция участка предусмотрена проектом «Организация скоростного движения пассажирских поездов на участке Санкт-Петербург — Бусловская Октябрьской железной дроги», паспорт которого утвержден распоряжением Правительства России еще в 2006 году и имеет положительное заключение Главгосэкспертизы. «Таким образом, на момент начала строительства железнодорожной ветки Выборг — Каменногорск документы у ОАО «РЖД» имелись, однако за истекший период российское законодательство изменилось. В нем появилось требование о том, чтобы инфраструктурные проекты проходили общественные слушания», — отметил он. Это и стало препятствием для реализации проекта, который на данный момент фактически приостановлен. Фактически приостановлен еще один значимый проект — строительство железнодорожной линии Кызыл — Курагино из-за возникшего судебного разбирательства между генподрядчиком строительства и единственным частным инвестором проекта ЗАО «Енисейская промышленная компания» (ЕПК). В феврале арбитражный суд Тувы ввел процедуру наблюдения в отношении ЕПК. Заявление о банкротстве было направлено в суд самой компанией, поскольку в сентябре 2012 года комиссия Роснедр выявила у ЕПК ряд нарушений в деятельности по освоению Элегестского месторождения и в декабре лицензия компании на его разработку прекратила действие.

Марафон для инвестора

«На инвесторов надейся, а сам не плошай» — так можно было бы перефразировать народную поговорку с учетом оттока капиталов за рубеж, который не остановила даже пресловутая история с беспрецедентным изъятием части вкладов в банках Кипра. На этом фоне, особенно с учетом проводимой политики по сдерживанию тарифов, представители ОАО «РЖД» не раз заявляли о том, что собственных возможностей компании для развития своей инфраструктуры не хватит, а реализовывать новые проекты нужно с участием бюджетов различных уровней и частных инвесторов. Причем последним предлагались самые «долгоиграющие» проекты со сроком окупаемости более 20 лет. Понятно, что незрелый российский бизнес с его опытом внезапных перемен, кризисов и бесконечно переписываемых в чьих-то интересах новых, «более правильных» правил игры к этому не готов. Впрочем, об этой готовности, похоже, его никто особо не спрашивал. К примеру, в стратегии Минтранса как бы учтены наиболее актуальные потребности отрасли. В расчетных ценах 2007 и 2011 годов объемы финансирования развития железнодорожного транспорта возросли в 2,8 раза. Но главный акцент все же сделан на строительство автодорог. Если на развитие магистральной сети РЖД предусмотрен 21 % финансирования из федерального бюджета (6,1 трлн руб. из запланированного общего объема в 29,6 трлн руб.), то на строительство автодорог — все 96 % (более 32 трлн руб.). В наиболее затратном сценарии, инновационном, объемы финансирования в развитие железнодорожной инфраструктуры составляют более 29 трлн рублей.

Но вся загвоздка заключается в том, что из этой суммы стратеги Минтранса большую часть — 23,5 млрд рублей отвели на долю в известной степени мифических внебюджетных источников, то есть потенциальных инвесторов, которых еще надо суметь привлечь. До сих пор они проявляли определенную осторожность. Основания для этого, причем весьма веские, имеются, полагают в НП «Русская Сталь», которое объединяет крупнейших отечественных грузовладельцев. По мнению участников партнерства, до сих пор, как, например, при реализации договоров «бери или вези», инвесторов в первую очередь сдерживала закрытость необходимой информации о целевом использовании вкладываемых средств, а также отсутствие гарантий со стороны РЖД о достижении инвестиционного результата, включая получение дивидендов, гарантии вывоза продукции в определенных направлениях, предоставление льготных тарифных условий и т. д. Ранее предлагавшиеся инвестиционные схемы практически не учитывали ответственность РЖД за невыполнение обязательств. Кроме того, большие вопросы у инвесторов возникают по поводу права собственности на инвестируемый объект инфраструктуры, поскольку ОАО «РЖД» позиционирует свое право на дальнейшее использование таких объектов. Это влечет серьезные налоговые риски как для грузовладельца, так и для ОАО «РЖД», которому фактически дарятся строящиеся либо реконструируемые пути.

По словам партнера и управляющего директора The Boston Consulting Group Андрея Тимофеева, в сравнении с другими странами российский бизнес в большей степени оторван от планирования, финансирования и управления транспортной инфраструктурой. На текущий момент по федеральному целевому плану отношение фактических инвестиций федерального бюджета к запланированным внебюджетным инвестициям (включая средства госкомпаний и региональных образований) составляет примерно 1 к 1. Тот же самый показатель для США равен 1 к 3, то есть на каждый доллар федеральных средств частный сектор (включая средства штатов) вкладывает в транспорт еще 3 доллара. В России же примеры успешного строительства объектов транспортной инфраструктуры совместно с предпринимателями единичны. Впрочем, по мнению заместителя генерального директора компании «ОТЭКО» Алексея Кучинского, удачные примеры сотрудничества по схемам государственно-частного партнерства в железнодорожной отрасли есть. «Сегодня на юге России реализуется целый ряд крупных инвестиционных проектов, связанных с созданием новой и модернизацией существующей инфраструктуры железнодорожного транспорта. Это связано и с подготовкой к Олимпиаде, и с развитием портовых мощностей на побережье Черного и Азовского морей. Реализация этих проектов положительно влияет на пропускную способность железных дорог в регионе и увеличение скорости движения», — отмечает он. Но в целом ГЧП — дело для нашей страны относительно новое. Несмотря на то что юридически данные механизмы определены давно, внимание государственных структур и бизнеса к подобной форме взаимоотношений появилось лишь в последние годы. Естественно, что первые положительные либо отрицательные результаты проявят себя в полной мере лишь через 7—10 лет.

Таким образом, для грузовладельца определяющими при принятии решения о необходимости и возможности инвестирования частного капитала в инфраструктуру общего пользования являются три следующих принципа: прозрачность, возвратность и платность. Так что вопрос мальчонки из эпиграфа к некрасовской «Железной дороге»: «Папаша! кто строил эту дорогу?» в наше время может остаться без ответа. Своих Клейнмихелей у нас пока не нашлось ни на госслужбе, ни в бизнесе. В то же время деньги в стране есть, причем немалые, что доказывают беспримерные усилия по подготовке к различным мероприятиям спортивного характера. Хорошо было бы еще соединить эту спортивную волю к победе с насущными нуждами отечественной экономики и ее транспортной системы.

[1] Гудок. 2 апреля 2013 г.

Опубликовано в журнале:

«Отечественные записки» 2013, №3(54)

Россия > Транспорт > magazines.gorky.media, 13 декабря 2013 > № 979684 Оксана Перепелица

Приказом президента от 5 декабря Эквадор был официально признан страной орхидей. Основной задачей данной инициативы является продвижение и развитие природного туризма, поддержка местных проектов по сохранению биологического разнообразия этих экзотических цветов, создание национального реестра коллекций и видов орхидей, а также развитие и продвижение биоторговли.

Эквадор располагает самым значительным биоразнообразием орхидей в мире. Здесь произрастает более 17 058 различных видов. Кроме того, на территории страны зафиксировано 4 из 5 существующих подсемейств этих цветов, найденных и классифицированных на сегодняшний день. 1 714 видов являются эндемиками, в том числе и самая маленькая в мире орхидея размером всего 2,1 мм.

Орхидеи можно найти по всей стране – например, в туманных лесах Миндо, ботаническом саду в парке Каролина в Кито, заповеднике Паума в городке Калакали, ботаническом саду Центра сохранения флоры Амазонии в Пуйо, национальном парке Подокарпус на территории провинций Лоха и Самора-Чинчипе, и т.д.