Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Иран и «вся королевская рать» — от холодной войны к горячей?
Всплеск конфронтации между королевством Саудовская Аравия (КСА) и Исламской республикой Иран (ИРИ), вызванный казнью известного шиитского проповедника Нимра ан-Нимра, постепенно переходит в вялотекущую фазу. Является ли он «случайностью», или перед нами очередной шаг к большой войне на Среднем Востоке?
Начнём с предыстории и хроники конфликта. В 2011-м ан-Нимр поддержал выступления шиитов на востоке страны. 8 июля 2012-го он был арестован (арест сопровождался перестрелкой и попыткой бегства). 15 октября 2014-го шейх был приговорён к смертной казни за разжигание розни и создание террористической ячейки. Это спровоцировало более чем резкую реакцию Тегерана, обещавшую стать ещё более радикальной в случае приведения приговора в исполнение.
2 января в Саудовской Аравии были казнены 47 человек, большинство по обвинению в причастности к террористическим атакам «Аль-Каиды» в 2003 — 2004 гг., включая лидера местной ячейки организации. Однако пятеро из казнённых были шиитами — в том числе ан-Нимр.
В Восточной провинции выступления не были многочисленными — власти заранее ввели туда значительные силы безопасности и бронетехнику. В единственной перестрелке погиб один человек. Однако за пределами КСА реакция была намного более «наглядной». Почти сразу же начались протесты шиитского большинства в Бахрейне. Протесты продолжались как минимум до 11−12 января.
В Тегеране протестующие ворвались в посольство. Было подожжено и частично сгорело консульство в Мешхеде. Полиция активно противодействовала, арестовав около 40 человек.
3 января. Утром посольство в Тегеране вновь пытались атаковать. Аятолла Али Хаменеи заявил: «Без сомнения, то, что кровь этого невинного мученика была пролита незаконно, будет иметь последствия, священное возмездие не минует саудовских политиков».
4 января. Саудовская Аравия разрывает дипломатические и торговые отношения с Тегераном. В тот же день её примеру последовал Бахрейн. Дипломатические отношения с ИРИ разорвал также Судан. ОАЭ отозвали посла.
5 января. Кувейт отозвал своего посла из Тегерана.
6 января. Эрдоган выступил с обвинениями в адрес Ирана. Катар отозвал своего посла из Тегерана. Джибути разорвало дипломатические отношения с Ираном.
7 января. Иран обвинил авиацию КСА в ударе по своему посольству в Йемене. Вечером того же дня глава Минобороны королевства, сын короля Абдаллы Мухаммад ибн Салман Аль-Сауд выступил с примирительным заявлением. «Это то, чего мы совсем не ожидаем, и кто бы ни подталкивал страны в этом направлении, он должен быть не в себе. Война между Саудовской Аравией и Ираном — это начало огромной катастрофы в регионе, и она отразится на всем остальном мире. Мы наверняка такого не допустим». Власти Сомали разорвали дипотношения с Тегераном.
9 января. Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ, состоит из Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара, Кувейта, Бахрейна и Омана) пригрозил Ирану «дополнительными мерами» в случае дальнейшего раскачивания ситуации. Представитель КСА прямо упомянул новые санкции.
10 января. Начальник генштаба пакистанской армии генерал Рахил Шариф сообщил, что любая угроза территориальной целостности Саудовской Аравии вызовет ответную реакцию Исламабада и якобы, заявил о готовности «уничтожить Иран». Лига арабских государств (ЛАГ) выразила поддержку КСА в конфликте с Ираном.
11 января — атака на здание саудовской госбезопасности в Эль-Катифе. Иран ввёл продуктовое эмбарго в отношении КСА.
14 января. Коморские острова разорвали дипломатические отношения с Ираном.
16 января. Турция заявила, что разместит в Катаре военную базу.
История ирано-саудовского соперничества насчитывает более полувека. Его накал менялся, однако при этом страны с завидным упорством оказывались по разные стороны баррикад независимо от внутриполитических колебаний. Упрощая, в 50−70-х основным драйвером разногласий были гегемонистские устремления обоих игроков, стремившихся установить контроль над малыми государствами Персидского залива и «перетягивание каната» в рамках ОПЕК (Иран стремился сохранить за собой позиции нефтяного поставщика № 1); фон составляли идеологические противоречия. При этом тегеранский режим парадоксальным образом играл роль прозападной, произраильской и, разумеется, светской стороны, в то время как Эр-Рияд эволюционировал от вполне антизападных настроений в 50-х — начале 60-х до роли ситуативного регионального смутьяна с твёрдой антиизраильской позицией и «подрывными» инициативами в стиле нефтяного эмбарго в отношении США. Тем не менее наличие общих противников сделало своё дело — Иран и КСА оказались на одной стороне в противостоянии революционерам всех мастей и претендовавшему на региональную гегемонию просоветскому Египту и во время йеменского, и во время оманского кризисов.
Ситуация резко изменилась после исламской революции 1979-го в Иране. Страны Залива во главе с Эр-Риядом стали основным спонсором начавшего в 1980-м войну Ирака. Затраты КСА на поддержку Саддама Хусейна в 1980−88 оцениваются в $ 30,9 млрд. Значительная часть поставок оружия проходила через собственно Саудовскую Аравию, посадки и техническое обслуживание иракских самолётов на саудовских аэродромах не были из ряда вон выходящим событием. По сути, ирано-иракская война была «гибридной» войной монархий Залива против Ирана — только их массированная помощь позволила явно уступавшему по всем параметрам Ираку противостоять ИРИ. При этом людские потери Ирана в войне составили около 900 тыс. человек (при довоенном населении в 37,5 млн.), материальные — порядка $ 500 млрд в современных ценах. Начавшаяся в 1984-м «танкерная война» привела к прямым столкновениям — известен по крайней мере один воздушный бой (1984) между иранской и саудовской авиацией, стоивший иранцам одного самолёта; в 1986−88 было повреждено 8 судов под саудовским флагом. Наиболее резонансным событием того периода стали столкновения 1987-го между иранскими паломниками и саудовской полицией в Мекке, стоившие жизни 275 иранцам.
Война де-факто закрепила доминирование Саудии среди нефтяных монархий Аравии — в 1981-м был образован Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Экономически это соглашение привело к устранению тарифных барьеров. В 1983 г. началось создание объединенных вооруженных сил (ОВС) блока «Щит полуострова». Силы должны были подчиняться генсеку ССАГПЗ, непосредственное командование поручалось саудиту. В 1984 г. была выработана стратегия обороны аравийских монархий, которая предусматривала:
1. Опору на собственные силы и отказ от обращения к военной помощи к иностранным государствам.
2. Оказание коллективной помощи любой стране-члену ССАГПЗ.
3. Развитие объединённых вооружённых сил.
4. Координацию закупок вооружений.
Иными словами, Эр-Рияд обзавёлся собственным экономическим и военным блоком.
Девяностые были временем относительного затишья. Иран был ослаблен длительной войной и санкциями. КСА, наглядно убедившись в слабости своей армии во время войны в Заливе и полностью завися от снизившихся цен на нефть (подушевой ВВП обвалился с $ 25 тыс до $ 7 тыс), также не проявляла особой геополитической активности. ССАГПЗ как оборонный блок практически остановился в развитии — вопреки декларациям об опоре на собственные силы, монархии переложили заботу о своей безопасности на США, что, впрочем, не мешало аравийским монархиям активно наращивать закупки вооружений. Единственным полем опосредованной борьбы между двумя потенциальными гегемонами оказался Афганистан, где Иран активно поддержал Северный альянс, а Саудия — «Талибан».
Новый виток напряжённости пришёлся на середину «нулевых». В 2003-м США свергли суннитский светский режим Хусейна, что неизбежно должно было привести к доминированию шиитского большинства после прекращения оккупации.
В июне 2004-го на севере Йемена начался «шиитский мятеж» — восстание зейдитов (основной «компонент» хуситов). В Ливане после победы так называемой «Кедровой революции» (по классическому «цветному» сценарию) и вывода сирийских войск к власти пришло просаудовское движение «Аль-Мустакбаль» («Будущее»). Однако, столкнувшись с противодействием коалиции шиитов (просирийская «Амаль» и «Хезболла») и христиан («Свободное патриотическое движение»), «Будущее» не смогло одержать безусловную победу — так просирийский президент удержался у власти. В 2006-м, после Второй Ливанской войны, коалиция во главе с «Хезболлой» ещё более укрепила свои позиции.
Однако самым неприятным моментом для КСА и её союзников стал рост влияния шиитов в Ираке. В январе 2005-го в Багдаде к власти пришло правительство, состоящее из трёх шиитских партий; в июне между Ираном и Ираком было подписано соглашение о военном сотрудничестве. Реакция Эр-Рияда была весьма резкой. Министр иностранных дел КСА Сауд аль-Фейсал: «Иранцы в настоящее время входят на территорию, умиротворенную войсками Соединенных Штатов. Они входят в правительство, платят деньги, ставят везде своих людей, даже создают собственные милиции для защиты своих интересов. У нас все это не укладывается в голове. Мы выдержали долгую войну, чтобы помешать Ирану оккупировать Ирак, затем выгоняли иракских оккупантов из Кувейта, и все это для того, чтобы своими руками передать Ирак иранцам?».
Иными словами, активность и влияние шиитов на Ближнем и Среднем Востоке заметно возросли. В значительной мере это стимулировалось быстрым развитием их естественного лидера — Ирана. Рост ВВП ИРИ в 2004 составил 6%, при этом речь шла не только о нефтедобыче — так, на «страну-изгой» приходилось 63% производства стали в регионе, и оно возрастало на 8−10% в год. Ситуацию в машиностроении неплохо иллюстрирует динамика автопрома в том же 2004-м — производство легковых автомобилей за год возросло на 37%. Примерно та же динамика сохранялась вплоть до кризиса 2008-го: в 2005-м ВВП Ирана увеличился на 4,7%, 2006-м — 5,8%, 2007-м — 10,8%.
Между тем на Бахрейне шииты составляют 75% населения, в Кувейте 30−45%, в ОАЭ — 15−20%, в Катаре — 10%. В Саудовской Аравии «еретики» составляют, по разным оценкам, от 8 до 20% населения, но являются большинством (60%) в крайне болезненном для Эр-Рияда месте — в восточной прибрежной области, где сосредоточены практически все запасы саудовской нефти. При этом в том же КСА они официально лишены права занимать высшие руководящие должности и служить в любых силовых структурах. Неофициальная дискриминация намного жёстче. Нимр ан-Нимр: «С самого рождения вы живёте в атмосфере страха, угроз и всякого рода злоупотреблений. Нас всюду преследуют, и мы боимся всего. Мы боимся даже стен. Кто из нас не знает, что такое шантаж и беззаконие, с которыми мы постоянно сталкиваемся в этой стране?»
Однако вместе с ростом влияния Ирана перед автократиями Залива и их союзниками замаячил призрак конца «идиллии» апартеидного толка и тень «шиитского полумесяца» (территория от Ливана до Бахрейна как зона доминирования Тегерана). При этом воинственность нефтяных «королей» весьма стимулировалась позицией США — уже в 2002-м Иран был отнесён к «оси зла», а с 2003-го начала активно раскручиваться кампания вокруг иранской ядерной программы.
В итоге данные Wiki Leaks демонстрируют весьма агрессивные настроения аравийских монархов уже более семи лет назад: так, во время визита директора ЦРУ Дэвида Петрэуса в Эр-Рияд король Абдалла призывал США «отрезать голову змее».
Посткризисное развитие событий продолжало ту же линию. В феврале 2009-го Иран начал испытания АЭС в Бушере; спустя день после их начала (изначально отмеченного вполне нейтральным комментарием Госдепартамента) американский посол в ООН Сьюзан Райс обвинила Тегеран в поддержке терроризма и стремлении получить ядерное оружие. В сентябре произошло первое непосредственное столкновение саудитов с поддерживаемыми Ираном силами — КСА попыталась оказать помощь в подавлении зейдитского восстания, что обернулось гибелью 73 солдат. В том же году коалиция, возглавляемая «Хезбаллой», получила на выборах почти половину мест в ливанский парламент.
В 2009-м впервые прозвучали и заявления Эр-Рияда о готовности обзавестись собственным ядерным оружием. В дальнейшем они повторялись регулярно.
Весьма показательным для иллюстрации настроений монархий залива стало интервью посла Эмиратов в США в 2010-м, заявившего, что, несмотря на экономические издержки и вероятность внутренних восстаний, превентивный удар по Ирану является предпочтительным по сравнению с дальнейшим развитием его ядерной программы. Таким образом, позиция «нефтяных королей» была впервые озвучена публично, при этом наиболее экономически связанной с Тегераном монархией. Ровно то же, по сообщениям Wiki Leaks, озвучивалось в частном порядке: так, наследный принц Абу-Даби Мохаммед бин Зайед аль-Нахайян назвал войну «значительно лучшей альтернативой в сравнении с долгосрочными последствиями, связанными с обладанием Ираном ядерным оружием».
Слова не расходились с делами — Саудия и её сателлиты раскручивали гонку вооружений. Военные расходы Ирана в 2009-м (точнее, с учётом иранского календаря, в марте 2009 — марте 2010) составили $ 11,8 млрд, или 3,2% ВВП, в то время как у КСА в том же году они составили около $ 40 млрд, или 8% ВВП (ещё в 2006-м он составлял «лишь» $ 31 млрд.). Военный бюджет ОАЭ был примерно равен иранскому — $ 13 млрд или 6% ВВП.
«Арабская весна» 2011-го ещё более запутала клубок противоречий в Заливе и окрестностях. Её наиболее заметным следствием непосредственно в странах ССАГПЗ стали выступления шиитов в Бахрейне, подавленные саудитами (84 убитых). Выступления продолжились и в 2012-м — так, в марте число протестующих составило 100 тыс. человек при общей численности населения страны в 1,23 млн. Меньшие по масштабам протесты шиитов прошли в Кувейте и на востоке Саудовской Аравии; саудовские власти ответили репрессиями и стрельбой на поражение.
Однако ключевые события произошли за пределами аравийских монархий. Началась война в Сирии, где в очередной раз столкнулись интересы Саудовской Аравии, Катара и Ирана. В Йемене Эр-Рияд активно способствовал смещению президента Салеха и установлению просаудовского режима Хади, однако на практике оно обернулось усилением влияния хуситов. В 2014-м гражданская война вступила в открытую фазу.
Одним из последствий этого стало продолжение раскручивания гонки вооружений. Динамика военного бюджета КСА до войны в Йемене выглядела самым недвусмысленным образом: 2010 — $ 45 млрд., 2012 — $ 52,5 млрд., 2013 — $ 67 млрд., 2014 — $ 80,8 млрд., что практически равно военному бюджету России. Импорт вооружений по ССАГПЗ в целом вырос в 2010—2014 на 71% по сравнению с периодом 2006−2010.
Собственно просаудовский блок развивался достаточно быстро, но… своеобразно. В 2009-м оформился монетарный союз, в 2009—2011-м была создана единая энергосистема.
В декабре 2012-го монархии договорились о создании единого военного командования. Однако, начиная с 2011-го стали очевидны противоречия между Саудовской Аравией и пытавшимся играть самостоятельную роль Катаром, вылившиеся в открытый конфликт в марте 2014-го, когда КСА, ОАЭ и Бахрейн отозвали своих послов из Дохи. Конфликт был урегулирован лишь к концу года, и интеграция продолжилась — прежде всего, в военной сфере. Так, в ноябре 2014-го было принято решение о создании совместных военно-морских сил.
Менее очевидным процессом, идущим в рамках ССАГПЗ, является поддерживаемое пропагандой формирование новой «культурной идентичности» — халиджи («залив»). В последние десять лет он зашёл достаточно далеко.
На общую динамику нарастающей конфронтации наложились внутриполитические факторы. В январе 2015-го королём стал Салман ибн Абдул-Азиз Аль Сауд, начиная с 2011-го занимавший пост министра обороны — с весьма прозрачными для политики КСА в регионе последствиями; антишиитские взгляды нового короля достаточно хорошо известны. Как и один из предыдущих королей, Фахд (до 2005-го), новый монарх принадлежал к клану («семёрке») Судейри. Непосредственный предшественник Салмана, Абдалла, принадлежал к клану Шаммар. Уже первые шаги нового короля подтвердили фактическое отстранение от власти клана Ас-Сунайян, наиболее влиятельный представитель которого, принц Бандар бен Султан, рассматривавшийся как вполне реальный претендент на трон, был отправлен с поста руководителя внешней разведки ещё Абдаллой. Его пост занял представитель клана Аль-Джилюви — Мухаммед Бен Найеф. В апреле, после изменения порядка престолонаследия он стал наследным принцем.
Однако де-факто и Джелюви и Шаммар были достаточно быстро оттеснены на вторые роли. Сын короля Моххамед бен Салман, стал министром обороны, председателем совета по экономике и развитию и руководителем государственной нефтяной компании «Арамко»; в пределах остальных «командных высот» в экономике произошла массовая зачистка занимавших их принцев с заменой на связанные с Мохаммедом «кадры». Иными словами, при поддержке Вашингтона клан Ас-Судейри и ближайшие родственники короля почти монополизировали достаточно аморфную до этого саудовскую «администрацию». При этом за кристаллизацией последней стоит проект радикальной либерализации саудовской экономики, до сих пор, по сути, представляющей собой «нефтяной феодализм».
Интервенция в Йемене в марте 2015-го в значительной мере была следствием острой необходимости в «маленькой победоносной войне», способной укрепить позиции принца. Равным образом, казнь ан-Нимра, инициатива которой, по некоторым сведениям, исходила от того же Мохаммеда бен Салмана, очевидно, имела целью спровоцировать ограниченный кризис, твердая позиция в ходе которого должна отчасти реабилитировать господствующий клан после неудачной кампании. Впрочем, статистика казней, достигшая невиданных за последние два десятилетия высот, демонстрирует общее усиление репрессивности режима — и причины его вполне прозрачны.
Иными словами, к конфронтации с Тегераном Эр-Рияд толкают и потенциально фатальные для КСА геополитические противоречия, и клановые интересы, в значительной мере маркирующие собой разные варианты развития королевства.
Перейдёт ли холодная война в горячую фазу?
ИРИ по определению в этом не заинтересована — стране тривиально практически нечем воевать. Иранские ВВС — это летающий музей. В их составе 60 «Тайгеров» F-5 и порядка 40 их местных клонов («истребитель для бедных», выпускался с 1959-го года), 24 китайских клона Миг-21, 25 F-14 «Томкет», 35 Миг-29, 10 Мираж-1. Иными словами, прикрыть собственную территорию истребительная авиация ИРИ не в состоянии. Ударная авиация — это 65 «Фантомов» в варианте бомбардировщика, 24 бомбардировщика Су-24 и 5 штурмовиков Су-25. Подавляющая часть иранской авиации практически исчерпала свой ресурс. ПВО Ирана тоже пока пребывает в «эфемерном» состоянии.
Флот Ирана в Персидском заливе — это три далеко не новых дизельных ПЛ («Варшавянка»), четыре «фрегата» (английский проект «Воспер» 60-х годов и его местное развитие) водоизмещением 1,3 — 1,5 тыс. тонн, несущие по 4 китайских ПКР С-802 (примерный аналог «Экзосет», дальность 120 км), три корвета и довольно многочисленный «москитный» флот из разнообразных катеров, часто весьма не новых. В любом случае в условиях тотального превосходства противника в воздухе его ценность стремится к нулю.
Единственная серьёзная надежда Тегерана — это довольно многочисленные береговые установки противокорабельных ракет и баллистические ракеты. При этом следует учитывать, что общепринятые представления о ракетном потенциале Ирана сильно преувеличены.
Основа его ракетных сил — жидкостные «Шахаб-3» разных модификаций и их дальнейшее развитие «Гадр». Дальность «Шахаб-3» составляет 1,3 тыс. км, масса боевой части 0,7−1 т. Круговое вероятное отклонение по официальным данным — 200 м, однако у северокорейского прототипа «Шахаб» («Нодон-1») оно составляет 2,5 км. Иными словами, базовый вариант ракеты с «обычной» боеголовкой — весьма сомнительное средство для поражения даже таких масштабных целей, как нефтяные терминалы и НПЗ. При этом, несмотря на мелькающие в западных СМИ астрономические цифры в 600 единиц, реальное количество этих ракет не превышает сотни. На поздних версиях дальность доведена до 2000 км, точность — до 30 м (очевидно, сильное преувеличение — учитывая обычную иранскую практику, на порядок), однако количество подобных ракет измеряется первыми десятками. Наиболее современной БРСД Ирана является твердотопливная «Седжил», однако их, видимо, крайне мало.
Прибрежные районы Саудовской Аравии, Катар, Бахрейн и ОАЭ находятся в пределах досягаемости иранских ракет малой дальности, начиная с «Шахаб-2» (вариация на тему пресловутого «Скада»; современная «модель» — «Киам -1»). На конец «нулевых» Иран располагал 64 установками и максимум 200 ракетами. КВО прототипа, от которого «Шахаб» отличается в основном увеличенным запасом топлива и облегчённой боеголовкой, составляет 450 м. Ещё одним экзотическим образцом вооружения, способным сыграть «стратегическую» роль в конфликте, является противокорабельная баллистическая ракета «Халидж Фарс» (вариант «Киам» с дальностью 300 км и официальным КВО в 8,5 м). Хотя точность ракеты заведомо завышена, вероятно, она действительно способна достаточно эффективно поражать крупные танкеры и другие корабли подобных размеров.
Посмотрим на другую сторону Залива. Как было замечено выше, элита ССАГПЗ не испытывает недостатка в воинственных настроениях, и при этом они достаточно эффективно транслируются в массы. 53% населения КСА считают Иран основным противником, на фоне 22% ИГИЛ и 18% Израиля. Технические возможности вполне соответствуют желаниям — даже второй эшелон аравийских монархий вооружён очень хорошо.
Так, ВВС ОАЭ сильнее иранских — они включают в себя 79 современных лёгких истребителей F-16 и 68 «Мираж 2000», при этом количество F-16 намечено увеличить ещё на 30 единиц.
Однако малые государства Залива, естественно, находятся в гигантской тени КСА. ВВС последней на данный момент — 82 F-15C/D, 70 F-15S, 32 «Тайфуна». Иными словами, в составе ВВС Саудии 184 современных истребителя, большинство из которых — тяжёлые F-15. Дополнением к ним служат 82 «Торнадо». В составе ВВС имеются также 6 самолётов ДРЛО, что значительно расширяет возможности воздушной группировки.
В рамках действующих контрактов намечено довести число «Тайфунов» до 74, закупить 84 F-15SA и модернизировать до их уровня 68 F-15 ранних модификаций. При выполнении этих контрактов ВВС КСА будут как минимум сопоставимы с российскими по количеству самолётов поколения 4+. Основа ПВО — 96 установок «Пэтриот», планируется их модернизация до уровня РАС-3.
Флот Саудии — 7 фрегатов (включая три «Эр-Рияд» постройки начала «нулевых», 4,5 тыс. тонн), 4 корвета, не считая катеров. При этом в 2012−13 королевство активно искало возможности по увеличению флота, включая 4−6 фрегатов и 5 (в перспективе — до 25) дизель-электрических субмарин.
Ракетный потенциал КСА вечно находится в тени иранского, однако это лишь следствие западного медийного освещения. На вооружении Королевских стратегических ракетных сил, во-первых, состоят до 60 жидкостных ракет «Дунфэн-3» китайского производства с дальностью в 2800 км и массой боевой части в 2,15 т. Круговое вероятное отклонение у поздних модификаций составляет порядка 1 км. Во-вторых, в 2014-м в том же Китае были закуплены на порядок более современные «Дунфэн-21». Речь о твердотопливной ракете в составе полноценного мобильного комплекса. Дальность составляет 1450−1800 км, масса боеголовки — 600 кг, по результатам испытаний 2010-го КВО составило порядка 40 м.
Иными словами, превосходство аравийских монархий на море огромно, в воздухе колоссально. Ракетный потенциал КСА как минимум сопоставим с иранским — при меньшей численности он отличается более высокой точностью.
Дополнительным козырем Эр-Рияда является нынешнее, весьма просаудовское правительство наиболее мощной (и при этом ядерной) державы региона. Пакистан зависит от помощи КСА и переводов гастарбайтеров из стран Залива; при этом саудиты оплатили почти 60% стоимости ядерной программы Исламабада. В итоге, позиция его элиты в отношении безусловной защиты территориальной целостности КСА не подлежит сомнению.
Тем не менее в краткосрочной перспективе переход конфликта в горячую фазу по инициативе Эр-Рияда малореален — у саудитов существуют нетривиальные затруднения с реализацией своего очевидного военно-технического преимущества.
Во-первых, армия КСА — включая ВВС — достаточно наглядно показала свою низкую боеспособность в Йемене.
Во-вторых, наиболее прямолинейный вариант решения этой проблемы закрыт. Традиционно её предполагалось решать за счёт привлечения пакистанских военных (это вполне открытая особенность саудовского военного строительства), однако даже нынешнее правительство Пакистана не слишком хочет участвовать в «наступательных» действиях Эр-Рияда. Так, несмотря на безусловную поддержку операции в Йемене на словах, Исламабад не пожелал предоставить для неё войска.
В-третьих, программы перевооружения армии королевства не завершены и пробуксовывают — в первую очередь это касается ВВС, где задерживаются поставки новых F-15 и модернизация устаревших.
В-четвёртых, падение нефтяных цен привело к сокращению военного бюджета КСА — расходы намечено сократить на 30%.
Наконец, в-пятых, чрезмерная агрессивность саудитов уже спровоцировала негативную реакцию в Вашингтоне.
Однако в средне- и долгосрочной перспективе риски военного столкновения будут расти. Иран располагает всеми необходимыми предпосылками для дальнейшей индустриализации и технологического роста и без интенсивного внешнего давления будет развиваться чрезвычайно быстро. При этом на глазах аравийских монархий материализуется пресловутый «шиитский полумесяц», а КСА, которой неизбежно придётся вступить в «эпоху перемен», критически заинтересована в обнулении шиитского фактора во внутренней политике. На этом фоне Иран откровенно проигрывает аравийским монархиям гонку вооружений. Иными словами, соблазн силового решения иранского вопроса может оказаться слишком большим.
Дополнительным фактором служит вполне очевидное втягивание Анкары в конфликты Персидского залива и де-факто реинкарнация традиционного соперничества между Турцией и Ираном.
Наконец, следует учитывать, что отказ неугодных режимов от оружия массового поражения никогда не служил для Запада и его сателлитов поводом для долгосрочного ослабления давления — он всегда провоцировал его усиление вплоть до военного вмешательства. Стандартная схема агрессии выглядит отнюдь не как «наличие ОМП — интервенция»; напротив, наличие значительного количества оружия массового поражения масштабную агрессию практически исключает. Фактический способ действий выглядит так «наличие ОМП — кампания по его „изъятию“ (угрозы, санкции, обещания) — удар по разоружённому противнику». Эту схему мы наблюдали в Ираке, Ливии и в смягчённой версии в Сирии, где беззастенчивая поддержка боевиков Анкарой стартовала именно после химического разоружения Асада. Иными словами, отказ Ирана от ядерной программы не снизит напряжённость в регионе — скорее, он ведёт к её резкому усилению в средне- и долгосрочной перспективе.
При этом России, если она захочет поддержать Тегеран, придётся столкнуться с блоком государств, чей военный бюджет суммарно превосходит российский, ракеты уже сейчас потенциально угрожают Москве, а приобретение ядерного оружия не составляет неразрешимой проблемы. В то же время приход к власти в Иране прозападного режима создаёт для РФ абсолютно неприемлемые геополитические риски.
Единственный рациональный вариант в складывающейся ситуации — это максимально насытить ИРИ современным оружием. Кроме того, следует понимать, что создание хотя бы ограниченной ПРО — это не роскошь для Тегерана, а необходимость. Что подтверждается оперативной реанимацией контракта на поставку Ирану российских оборонительных систем.
В то время как война в Сирии длится уже шестой год, сельскохозяйственное производство резко сократилось, и предложение продовольствия находится на рекордно низком уровне, подталкивая миллионы людей в пропасть голода. ФАО призвала сегодня правительства обеспечить повышение объемов финансирования с целью оказать помощь фермерам, чтобы они могли продолжать обрабатывать свои земли и, таким образом, предотвратить ухудшение ситуации.
Организация выпустила призыв о мобилизации средств в преддверии конференции международных доноров в Лондоне 4 февраля, созываемой Великобританией, Германией, Норвегией, Кувейтом и Организацией Объединенных Наций для мобилизации поддержки гуманитарной деятельности в Сирии.
«Конфликт уничтожил сельскохозяйственный сектор, что оказало огромное влияние на поставки продовольствия и рынки. В настоящее время более половины сирийцев, оставшихся в стране, страдают от отсутствия продовольственной безопасности, при этом каждый третий человек не в состоянии позволить себе основные продукты питания», - сказал Генеральный директор ФАО Жозе Грациану да Силва.
Поскольку национальное производство продуктов питания сократилось, цены на продовольствие в Сирии сильно взлетели, отметил он, при этом цены на некоторых рынках пшеничной муки и риса подскочили на целых 300% и 650%, соответственно, в течение последних 18 месяцев.
Учитывая, что более половины населения Сирии уже нуждаются в продовольственной помощи, Грациану да Силва предупредил, что без увеличения финансирования на поддержку сельскохозяйственной деятельности, все больше фермеров будет вынуждены покидать свои земли и мигрировать в другие области и страны.
«Сирии необходимо произвести как можно больше продовольствия, поскольку одной лишь продовольственной помощи не хватит, чтобы прокормить всю страну», - сказал Генеральный директор ФАО.
Помощь сельскому хозяйству может предотвратить распространение голода
Многие фермеры в Сирии продолжают производить, но им тяжело получить доступ к семенам и удобрениям. Животноводство находится в опасности, поскольку животноводы не могут себе позволить достаточное количество кормов и не имеют доступа к ветеринарным услугам. Нарушена работа продовольственных рынков и систем распределения.
«Сельское хозяйство было и будет оставаться основным источником занятости в Сирии. Оно необходимо для того, чтобы прокормить население страны сейчас и будет залогом ее восстановления в будущем», - сказал заместитель Генерального директора ФАО по вопросам технического сотрудничества Лоран Тома.
«Мы не должны забывать фермеров, которые остаются в Сирии и борются за то, чтобы сохранить свои земли продуктивными. Эти фермеры - преимущественно женщины, которые в настоящее время составляют 63% сельскохозяйственной рабочей силы, и производство продуктов питания в Сирии держится на них»,- сказал Тома.
Восстановление сельского хозяйства в Сирии там, где это возможно, обойдется гораздо дешевле поставок продовольственной помощи. Например, 100 долл. США, вложенные в поддержку сельского хозяйства, позволят фермеру произвести 1 тонну пшеницы, тогда как импорт в страну такого же количества зерновых будет стоить на порядок дороже.
Работа ФАО в Сирии
Несмотря на огромные трудности, ФАО продолжает поддерживать фермеров и сельские общины в Сирии, работая в 13 из 14 провинций страны, в том числе в труднодоступных северных регионах.
Только в 2015 году ФАО оказала помощь 1,5 млн. человек. Фермерские семьи, получившие семена пшеницы и ячменя, по оценкам смогут летом произвести 119 тыс. тонн зерновых - этого количества будет достаточно, чтобы прокормить почти полмиллиона человек в течение года. Кроме того, более 9 млн. животных получили ветеринарную помощь, в результате чего снизился риск заболеваний животных.
«Тогда как военные действия по-прежнему опустошают городские центры, фермерам в сельской местности зачастую ничего другого не остается, кроме как работать на своих полях. Для них доступ к сельскохозяйственным ресурсам является основной проблемой», - отметил Тома.
Чтобы расширить проведение чрезвычайных операций в 2016 году, ФАО обратилась с призывом об изыскании 87 млн. долл. США на поддержку 3 миллионов человек в Сирии, в дополнение к 53 млн. долл. США для оказания помощи беженцам, принимающим общинам и другим уязвимым группам в Ираке, Иордании, Ливане и Турции.
Несмотря на всю важность сектора, чрезвычайная помощь сельскому хозяйству в Сирии была на более чем 70% недофинансирована в 2015 году. Многое можно сделать, и должно быть сделано, чтобы повысить доступность продовольствия в Сирии и повысить устойчивость средств к существованию, опирающихся на сельское хозяйство в Сирии, и, таким образом, помочь фермерам остаться на своей земле.
Террор после санкций
После снятия санкций с Ирана Израиль продолжает видеть в нем главную военную угрозу
Игорь Крючков
Президент Ирана Хасан Рухани сразу после снятия режима международных антииранских санкций начал готовить визит в ЕС. Израиль следит за сближением с Западом своего давнего врага с нескрываемой тревогой. Тель-Авив считает, что пока Тегеран не может произвести атомную бомбу, он будет спонсировать терроризм и закупать оружие у России.
Агентство Reuters со ссылкой на дипломатический источник сообщило, что президент Ирана Хасан Рухани начал готовить свой визит в Европу сразу после снятия международных санкций с его страны. На следующей неделе он посетит Италию и Францию. Это станет первым шагом для восстановления партнерских отношений между Исламской Республикой и западным миром после того, как Тегерану удалось убедить международное сообщество в том, что у него больше нет ни желания, ни возможности развивать военную ядерную программу.
МАГАТЭ официально подтвердило, что иранские центрифуги по обогащению урана остановлены, весь радиоактивный материал отправлен на переработку в Россию, из реактора в Араке извлечена активная зона, а сам реактор залит цементом. После этого автоматически прекратили действовать международные санкции против Ирана, которые были введены для сдерживания его ядерной программы.
На следующий день президент США Барак Обама выступил с речью об Иране. Он убеждал зрителей: американской дипломатии удалось добиться того, что Исламская Республика больше не стремится к производству атомной бомбы, а иранский народ может вздохнуть спокойно после снятия со страны экономических ограничений. «Сегодня хороший день», — сказал президент.
«Очень тяжелый день»
Израильские власти придерживаются противоположного мнения. «Сегодня очень тяжелый день для всех стран Ближнего Востока, которые надеялись, что Иран не получит ядерное оружие и прекратит дестабилизировать регион», — заявил в ответ Обаме министр внутренней безопасности и стратегического планирования Израиля Гилад Эрдан. По его мнению, именно теперь, когда международное сообщество прекратило контролировать иранские действия, страна получает опасный карт-бланш. Теперь она усилит поддержку террористических организаций в регионе, а также резко расширит закупки современных вооружений, которые могут пойти в ход против израильских ВС, утверждает Эрдан.
Эти страхи усилила публикация в израильском новостном онлайн-таблоиде Walla, в которой рассказывалось, что это будет за оружие. Со ссылкой на источник в службе безопасности Израиля портал сообщал: Иран намерен потратить $21 млрд на российские и французские вооружения. Среди них — российские танки Т-90, противокорабельные ракеты «Яхонт», истребители Су-30 и Су-35, а также французские истребители Rafale.
Тель-Авив много лет строил свою внешнюю политику на антииранской риторике. Премьер-министр страны Биньямин Нетаньяху в своих выступлениях неоднократно напоминал, что Исламская Республика угрожает самому существованию Израиля. Для политической риторики Тель-Авива стало общим местом напоминание о том, как предыдущий иранский президент Махмуд Ахмадинежад обещал стереть Израиль с карты Ближнего Востока.
Теперь же, когда международное сообщество — при активном участии главного израильского союзника и покровителя, США — добилось как минимум заморозки иранской ядерной угрозы, перед Израилем встал вопрос: как преподносить иранскую угрозу в новых условиях? На данный момент Тель-Авив демонстрирует, что новых идей у него пока нет.
«Израильская политика была и будет оставаться прежней: мы не позволим Ирану заполучить ядерное оружие, — заявил премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. — Сегодня очевидно, что у Ирана теперь больше средств для поддержки терроризма и агрессии в регионе и во всем мире и Израиль готов к этой угрозе».
Угрозы, которых нет
Выжидательная позиция израильского премьера — результат переговоров между Нетаньяху и американским президентом Бараком Обамой, которые провели двустороннюю встречу в Вашингтоне в ноябре. «Тогда политики договорились о двусторонних уступках. С одной стороны, Израиль, который считает иранскую ядерную сделку с США неудачной, согласился снять ее с повестки переговоров с американскими партнерами, — рассказал «Газете.Ru» Зеев Ханин, профессор израильского Университета Бар-Илан. — Обама, в свою очередь, согласился снять с повестки вопрос палестинской политики Израиля, которой недоволен Вашингтон».
Таким образом, считает Ханин, сегодня Тель-Авив в отношении Ирана занимает выжидательную позицию под гарантии безопасности, которые дали США. «Израиль считает такое положение дел приемлемым, поскольку США сохранили санкции в отношении иранских средств доставки», — добавляет эксперт. Вашингтон не отменил санкции против организаций, связанных с ракетной программой Исламской Республики.
Тель-Авив прекрасно понимает, что сегодня от Ирана не может исходить реальной угрозы, говорит Алексей Малашенко из Московского центра Карнеги. «Однако правительство Нетаньяху находится в таком положении, что политик вынужден делать заявления, сигнализирующие о том, что Израиль по-прежнему расценивает Тегеран как опасного соперника», — сказал Малашенко «Газете.Ru».
«Все помнят, как в 2000-е годы на место иранского президента-реформатора Мохаммада Хатами пришел Махмуд Ахмадинежад, отрицавший холокост. Понятно, что в современном Иране с умеренным президентом Хасаном Рухани может произойти схожая история, — добавил эксперт. — Кроме того, если сегодня власти Израиля будут говорить, что иранской угрозы нет, а через некоторое время возрастет активность радикальных организаций, связанных с Ираном, — например, ливанской «Хезболлы», — тогда правительство Нетаньяху столкнется с бурей возмущения и в конечном счете будет вынуждено уйти».
Финансирование боевых организаций — главное, что в ближайшее время ждут от Ирана израильские эксперты. «После снятия санкций и разморозки своих иностранных счетов Тегеран получил доступ к существенным средствам, которые он может направить на расширение своего влияния в регионе», — считает Ханин.
Ожидается, что большую часть этих денег иранские власти направят на финансирование боевых групп, поддерживающих Башара Асада в Сирии. Среди них — ливанская группировка «Хезболла», которая обладает большим опытом войны против израильских ВС (например, в рамках второй ливанской войны 2006 года). Существуют опасения, что часть нового оружия, которое Иран намерен закупить в том числе в России, перейдет в руки этих боевиков.
Иран сближает
Снятие иранских санкций сближает Израиль с суннитской Саудовской Аравией, которая также с опасением наблюдает за усилением шиитского Ирана, своего главного соперника в исламском мире. О контактах Тель-Авива и Эр-Рияда известно лишь то, что они ведутся в основном в сфере безопасности, но не достигли такого уровня доверия, чтобы говорить о полноценном сотрудничестве, полагает Ханин. «Речь идет о совпадении интересов», — добавил эксперт.
Летом прошлого года в ближневосточных СМИ заговорили о стратегическом партнерстве между Израилем и Саудовской Аравией. Главными фигурами этого процесса считаются Дори Гольд, генеральный директор израильского МИДа, и Анвар Эшки, бывший советник главы саудовской службы военной разведки. В июне политики встретились в Вашингтоне и, по данным экспертов, договорились о взаимодействии против Ирана. Главный повод для беспокойства — Сирия, а также умеренные суннитские страны Аравийского полуострова: Бахрейн, Йемен и Кувейт. Здесь Тегеран также стремится нарастить свое влияние.
Один из последних примеров дестабилизации обстановки на Аравийском полуострове, который связывают с Ираном, — массовые беспорядки из-за казни шиитского проповедника Нимра аль-Нимра. Приговор был приведен в исполнение 2 января, в результате чего в суннитских монархиях прокатилась волна антиправительственных выступлений, а Тегеран разорвал с Эр-Риядом дипломатические отношения.
Президент РФ Владимир Путин в понедельник в Кремле проведет переговоры с эмиром Катара Тамимом Бен Хамад Аль Тани, сообщает пресс-служба Кремля.
Отмечается, что лидер Катара будет находиться в Москве с официальным визитом с 17 по 19 января по приглашению президента РФ.
"В ходе предстоящей встречи приоритетное внимание будет уделено комплексному наращиванию российско-катарского сотрудничества в торгово-экономической, инвестиционной, энергетической и гуманитарной сферах. Предполагается обстоятельный обмен мнениями по актуальным вопросам международной повестки дня, прежде всего ситуации в регионе Ближнего Востока и Северной Африки", - говорится в сообщении.
ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ
Ранее Минэнерго подтвердило журналистам, что лидеры РФ и Катара обсудят сотрудничество в энергетике и других отраслях. Сопредседателем межправкомиссии по развитию торгово-экономического сотрудничества двух государств является министр энергетики РФ Александр Новак. Он сообщил, что страны рассматривают "различные вопросы развития сотрудничества и в энергетике, и в других отраслях более высокого передела - переработке, машиностроении, сельскохозяйственной продукции".
Новак уточнил, что у РФ и Катара нет совместных проектов в газовой отрасли. "По газовой отрасли у нас взаимодействие идет в рамках Форума стран-экспортеров газа, а по реализации конкретных проектов на территории России или Катара - таких проектов нет", - сказал он.
Ранее глава МИД РФ Сергей Лавров по итогам встречи со своим коллегой в Катаре в декабре 2015 года заявил, что рынки энергоносителей должны быть свободны от конъюнктурных и политизированных воздействий.
"Мы, в принципе, за то, чтобы рынки энергоносителей были освобождены от каких-то конъюнктурных, спекулятивных, политизированных воздействий и чтобы они регулировались балансом интересов между производителями, экспортерами и покупателями", — подчеркнул Лавров.
При этом Лавров отметил, что никто не заинтересован в том, чтобы рынки энергоносителей "бросало из огня в полымя", так как это не добавляет здоровья мировой экономике. Он подчеркнул, что Россия и Катар продолжат консультации по стабилизации мировых энергорынков.
ГАЗGAZA -3,11% КАК РАЗМЕННАЯ МОНЕТА
При этом Катар является крупным поставщиком газа на мировой рынок, в том числе СПГ. Ранее в декабре сообщалось, что на встрече главы МИД РФ Сергея Лаврова и главы МИД Катара Халеда бен Мухаммеда аль-Атыйя стороны подтвердили готовность поддерживать друг друга на энергетических, в том числе газовом, рынках.
РФ и Катар являются конкурентами как поставщики газа на рынки, в частности, Европы, сказал РИА Новости заместитель гендиректора по газовым проектам Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач. В то же время предполагаемые объемы поставок СПГ с завода "Ямал СПГ" не смогут конкурировать с уже существующими объемами поставок СПГ из Катара, уточнил он.
Представители РФ и Катара в ходе предстоящих переговоров могут обсуждать взаимодействие в вопросах развития экспортной стратегии поставок газа в условиях существующей конъюнктуры рынка, считает Гривач. При этом эксперт не исключает, что "Катар может предлагать какие-то уступки в энергетической сфере в обмен на уступки с нашей стороны". "Я думаю, что в значительной мере это будет завязано на политические вопросы", - добавил эксперт.
Он отметил, что проектов в газовой сфере между РФ и Катаром сейчас нет, однако несколько лет назад предпринимались попытки привлечь инвестиции Катара в российские проекты. "Но до конкретики дело не дошло", - сказал аналитик.
РАЗНОГЛАСИЯ ПО СИРИИ
Между Москвой и Дохой существуют разногласия в отношении оценки ситуации в ближневосточном регионе. Российская сторона довольно скептически отнеслась к "арабской весне". В Москве неоднократно указывали, что именно эти события и стали одной из причин резкого подъема экстремизма, крайне исламистских движений в регионе, разрухи в Ливии, нынешнего кризиса в Сирии.
"Мы, наверно, должны признать, что одним из наиболее острых вопросов в усилиях по сирийскому урегулированию является расхождение, в том числе между Россией и Катаром и целым рядом других стран, в том, что касается легитимности нынешнего сирийского руководства. И в это упирается и процесс, который был начат еще в 2012 году с Женевского коммюнике и который преследовал цель организации переговоров по мирному урегулированию этого кризиса", — заявил Лавров на пресс-конференции по итогам переговоров с министром иностранных дел Катара Халедом бен Мухаммедом аль-Атыйей.
Лавров отметил, что в Женевском коммюнике прописана необходимость реформ на основе взаимного согласия всего спектра сирийского общества. Тогда, напомнил министр, Запад отказался одобрить коммюнике в Совете Безопасности ООН по предложению РФ, "потому что в нем не было ни слова о необходимости смены режима". В результате политический процесс так и не начался, добавил Лавров.
С 30 сентября Россия по запросу президента Башара Асада начала наносить в Сирии точечные авиаудары по объектам "Исламского государства" (арабское название - ДАИШ) и "Джебхат ан-Нусры" (обе группировки запрещены в РФ). За это время Воздушно-космические силы при участии кораблей Каспийской флотилии и подлодки Черноморского флота "Ростов-на-Дону" уничтожили несколько сотен боевиков и тысячи объектов террористов.
КОНТАКТЫ С ВОСТОЧНЫМИ МОНАРХАМИ
В последнее время контакты Путина с ближневосточными монархами и лидерами региона стали проходить довольно часто.
На минувшей неделе он разговаривал по телефону с королем Иордании Абдаллой II. Это уже был третий контакт лидеров за минувшие полгода, до этого король встречался с российским президентом в ноябре и в августе 2015 года.
В ноябре в Тегеране на полях газового саммита Путин общался с верховным лидером Ирана аятоллой Али Хаменеи и лидером Ирана Хасаном Роухани. Кроме того в Анталье в рамках саммита "Большой двадцатки" прошла двусторонняя встреча с королем Саудовской Аравии Сальманом Бен Абдель Азизом Аль Саудом. В этом же месяце Путин обсудил ближневосточную проблематику с эмиром Кувейта Сабахом аль-Ахмедом ас-Сабахом.
Ряд контактов с лидерами Ближнего востока у Путина состоялся и в октябре. Пожалуй, самым знаменательным из них стал визит в Москву президента Сирии Башара Асада 20 октября.
В Санкт-Петербурге летом на полях Международного экономического форума состоялась встреча Путина и преемника наследного принца, министра обороны Саудовской Аравии Мухаммеда бен Сальмана, который еще и в октября приезжал на переговоры в Сочи. А 11 октября в Сочи президент РФ также принимал наследного принца Абу-Даби, заместителя верховного главнокомандующего ВС ОАЭ Мухаммеда Аль Нахайяна.
В прошлом году российский президент также общался с премьер-министром Ирака Хайдаром Абади и президентом Египта Абдель Фаттахом ас-Сиси.
Кроме того, Путин активно поддерживает диалог с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху. Они неоднократно общались по телефону, а также встречались на полях конференции по климату в Париже 30 ноября и ранее в сентябре в ходе официального визита Нетаньяху в Москву.
Отмена санкций против Ирана обрушила арабские рынки
Объявление о снятии санкций против Ирана со стороны ЕС и США привело к резкому падению фондовых индексов стран Персидского залива, являющихся геополитическими соперниками Ирана.
В субботу, 16 января, в рамках совместного заявления верховного представителя ЕС по иностранным делам Федерики Могерини и главы МИД Ирана Джавада Зарифа, а также публикации указа президента США Барака Обамы стало известно о полной отмене санкций в отношении Ирана со стороны ЕС и частичной – со стороны США.
Власти ЕС и США признали прогресс в реализации договоренностей по иранской ядерной программе, которые были подписаны 15 июля 2015 г., отменив основные ограничения против Ирана.
Официальное объявление об отмене санкций в отношении Ирана в воскресенье, 17 января, вызвало обвал котировок на рынках акций Саудовской Аравии, Катара, Кувейта, Объединенных Арабских Эмиратов и Бахрейна.
На фондовой бирже Саудовской Аравии Tadawul падение в моменте превышало 7%, индекс TASI опускался ниже уровня 5500 пунктов – минимального значения с начала 2011 г. В итоге основной биржевой индекс Саудовской Аравии завершил торги на отметке 5520 пунктов, снизившись на 5,4%.
В других странах Персидского залива также было отмечено резкое снижение котировок. Рынок акций Катара по итогам торгов 17 января рухнул на 7,2% до уровня 8527 пунктов. На фондовой бирже Абу-Даби (ОАЭ) падение составило 4,2%. Рынок акций Кувейта потерял 3,2%.
Основным фактором для этих стран Персидского залива стали не опасения по поводу того, что Иран зальет рынки нефтью, а сам факт отмены ограничений, которые были наложены на Иран со стороны ЕС и США.
Большая часть населения ближневосточных монархий во главе с Саудовской Аравией исповедует суннитское течение ислама, данные страны де-факто являются противниками Ирана на Ближнем Востоке и прямо или косвенно участвуют в текущих войнах в Сирии и Йемене, открыто или завуалированно поддерживают экстремистские террористические группировки суннитского толка в Сирии (в частности, "Джейш аль-Фатх", "Ахрар аш-Шам" и ряд других), а также ведут военную кампанию против хуситов (шиитов-зейдитов) и наносят авиационные удары по городам и населенным пунктам Йемена, контролируемых хуситами.
Отношения между Ираном и Саудовской Аравией (и союзными ей суннитскими странами) в начале 2016 г. претерпели новое обострение после казни в Саудовской Аравии 47 человек, включая шейха Нимра ан-Нимра, одного из лидеров шиитского меньшинства в Саудовской Аравии. После этого Иран и Саудовская Аравия разорвали дипломатические отношения друг с другом.
США отказываются признавать, что они сами создали себе врагов по всему миру, поскольку их богатство зависит от промышленности, работающей на войну и терроризм, уверен обозреватель The Washington Times Брюс Фейн.
"Благосостояние в триллионы долларов, огромная власть и социальный статус скрываются за нашим военно-промышленно-террористическим комплексом. Он процветает на вечной войне и выдуманных страхах опасности и угрозы существованию", — пишет автор.
Фейн приводит в пример слова американского писателя Эптона Синклера о том, что сложно убедить человека в чем-то, если его доход зависит от непонимания этого.
США стремятся к власти ради власти, как и другие империи-предшественники. Начав с войны за независимость, они продолжили войной за союзников в Первой мировой, затем стали сами придумывать себе "союзников", как это было с Вьетнамом, Кувейтом или Сомали. Наконец, Вашингтон пришел к войне ради войны и оказался не в состоянии определить победу над международным терроризмом, считает обозреватель WT.
США не понимают, что сами создают себе врагов своим бесконечным "безвозмездным" вмешательством. По словам Фейна, если бы американцы не разворошили "осиное гнездо", их никто не атаковал бы.
"Соединенные Штаты были бы куда свободнее, богаче и в большей безопасности, если бы мы вывели все наши войска с Ближнего Востока и разместили бы их дома, чтобы защищать наши границы, наши берега и наше небо", — пишет Фейн.
Вскормленное и питаемое комплексом военно-промышленного терроризма государство должно прекратить поставки оружия и любой негуманитарной помощи региону и положить конец своему военному присутствию там, уверен автор.
Компания Avantcha, занимающаяся распространением чайной продукции премиум-класса в ОАЭ, теперь обслуживает клиентов и из других стран.
Дистрибьютор чая премиум-класса Avantcha анонсировал возможность доставки своей продукции не только на территории ОАЭ, но и в Бахрейне, Египте, Иордании, Кувейте, Ливане, Омане, Катаре и Саудовской Аравии.
Ассортимент, включающий в себя 130 отобранных вручную рецептов в настоящее время доступен для заказа на сайте Avantcha.
Компания была основана в ОАЭ в 2014 году и функционирует с использованием концепции поиска высококачественных рецептов на международном рынке для создания продуктовой линейки листового чая и травяных настоек, упакованных в Эмиратах.
Комментируя географическое расширение присутствия Avantcha, Маркус Збинден, соучредитель компании, сказал: “До сих пор наш чай был доступен только в некоторых торговых точках и для заказа в ОАЭ. Но так как спрос растет во всем регионе, мы рады предложить комплексную службу доставки, которая охватывает область от стран Персидского залива до Леванта и Египта.”
Заблудились в поисках заправки
Американцы выдвинули свою версию нарушения моряками иранских территориальных вод
Владимир Ващенко, Екатерина Згировская
Новая версия появилась в деле о задержании американских моряков в территориальных водах Ирана — сообщается, что они сбились с курса. Пентагон продолжает выяснять причины инцидента, хотя иранские военные вернули оружие и оборудование, конфискованное у представителей ВМС США, а те, в свою очередь не имеют к персам никаких претензий.
Военные моряки США, несколько дней назад задержанные подразделениями Корпуса стражей исламской революции Ирана (КСИР), оказались в территориальных водах Исламской Республики, потому что заблудились. Такую версию событий изложила американская интернет-газета Defense News, которая специализируется на освещении военной тематики.
По версии издания, патрульная лодка американских ВМС направлялась из Бахрейна в Кувейт. Согласно плану маршрута, военные моряки Соединенных Штатов должны были в середине своего пути сделать остановку для дозаправки.
Точка встречи лодки с судном-заправщиком находилась в трех милях к западу от территориальных вод Ирана, в районе острова Фарси. Однако по ошибке экипаж лодки сбился с курса и оказался на иранской территории.
Сейчас командование армии США разбирается, почему моряки сбились с курса и не смогли оторваться от преследовавших их судов КСИР. «По одной из версий, команда лодки попыталась срезать расстояние до точки встречи с заправщиком. Они не смогли уйти от преследований, потому что на их судне были технические проблемы с двигателем, что не давало возможности американским военным развить полную скорость. Лодка с реактивным двигателем этого типа способна развивать скорость до 50 миль в час», — сообщил Defense News высокопоставленный источник в Пентагоне.
По данным издания, при освобождении моряков США (спустя 16 часов после задержания) иранская сторона вернула представителям американских ВМС оружие, средства связи и навигационное оборудование. Сейчас следственные органы Пентагона пытаются установить, попали ли в результате инцидента у острова Фарси к иранской стороне коды к системе связи, которые используются в американском военном флоте.
«Я думаю, сейчас будет неправильным рассуждать о том, что могло там произойти и почему. Мы узнаем больше, когда закончим опрашивать наших моряков, в настоящее время мы еще занимаемся этим», — сказал журналистам представитель американского минобороны генерал Ллойд Остин.
«Это была ошибка, мы неправы, и мы извиняемся за это.
Иранцы вели себя по отношению к нам просто фантастично, и мы благодарим их за медицинскую и иную помощь нам», — так прокомментировал ситуацию один из задержанных американских моряков в беседе с иранскими тележурналистами.
Военный, под глазами которого были видны синяки, подчеркнул, что ни у него самого, ни у его сослуживцев «не было проблем» во время пребывания в заключении. Иранская сторона также распространила фотографии момента задержания, на которых изображены стоящие на коленях американские военные, при этом они держат руки за головой. Также видно, что персы изъяли у моряков карабины М4 и выставили их на обозрение журналистов.
Официальный Тегеран, в свою очередь, признал, что лодка ВМС США зашла в территориальные воды Исламской Республики случайно. «Мы пришли к заключению, что заход американских военных на нашу территорию не был актом шпионажа или каким-либо другим недружественным актом. Они оказались в наших территориальных водах из-за неполадки своего навигационного оборудования», — заявил представитель КСИР генерал Али Фадави.
«Этот инцидент мог быть разрешен мирно, и он был именно так разрешен с помощью дипломатии. Это свидетельство того, насколько критически важную роль играет дипломатия в том, чтобы наша страна была в безопасности, была защищенной и сильной», — отметил госсекретарь США Джон Керри.
Вице-президент Джо Байден, в свою очередь, заявил, что на судне были технические неполадки, что и привело к нарушению территориальных вод Ирана, и добавил, что в этой ситуации американской стороне «не за что извиняться».
Президент Академии геополитических проблем, доктор военных наук Константин Сивков считает, что Иран имел полное право на задержание американских военных в этой ситуации. «Американцы нарушили, вне зависимости от условий, территориальные воды Ирана. Был ли это несчастный случай или что-то иное, в любом варианте они должны были быть задержаны, — пояснил эксперт «Газете.Ru». — Если это не преднамеренная акция, а случайность, что-то вышло из строя и они дрейфовали, как говорят американцы, значит, их задерживают, оказывают помощь и отправляют восвояси, что Иран и сделал».
Собеседник подчеркнул, что в случае, если бы были выявлены признаки ведения разведки, задержанных бы судили. «В наши территориальные воды тоже попадают иностранные корабли, в основном торговые. Им оказывается помощь нашими МЧС и погранслужбой. Их снимают с корабля, везут в порт, оказывают помощь и отпускают.
Это регламентируется международным морским правом и соглашениями, и международным правом вообще. Это стандартная практика, ничего особенного. Речь о том, что американцы считают себя выше международного права, а Иран их быстро поставил на место», — сказал Сивков.
Незадолго до этого случая иранский военный корабль выпустил противокорабельную ракету, которая пролетела рядом с американским авианосцем «Гарри Трумэн», направлявшимся к берегам Сирии для проведении операции против ИГ (исламистская группировка, запрещенная в ряде стран мира, в том числе и в России). Американская сторона не расценила шаг иранских военных как угрозу их кораблю, но отметила, что это явный признак недовольства фактом прохода американских военных кораблей через Персидский залив.
Лидер террористической группировки "Аль-Каида" (запрещена в России) Айман аз-Завахири призвал атаковать Саудовскую Аравию, сообщает The Independent со ссылкой на данные американской аналитической компании в области борьбы с терроризмом SITE Intelligence Group.
В 7-минутном аудиообращении, опубликованном на этой неделе, лидер боевиков призывает своих последователей совершать атаки на королевскую семью Саудовской Аравии, которую он называет "прогнившим режимом, извратившим вашу религию". Аз-Завахири также призвал к нападениям на "союз сионистов и крестоносцев", под которым подразумевается Израиль и его западные союзники, что должно стать ударом по Саудовской Аравии.
Обращение лидера террористов последовало за массовой казнью, совершенной в Саудовской Аравии. Как отмечает издание, большинство казненных было осуждено за участие в атаках, совершенных "Аль-Каидой" в 2003-м и 2004 годах.
2 января МВД королевства объявило о казни 47 человек, включая известного шиитского проповедника Нимра ан-Нимра. Сообщение о его казни вызвало негодование шиитских политических и религиозных деятелей и вылилось в массовые протесты и нападения на представительства Саудовской Аравии в Иране, после чего Эр-Рияд объявил о разрыве дипотношений с Тегераном. Из солидарности с Эр-Риядом – одним из лидеров арабского суннитского мира — дипломатические отношения с Ираном прекратили Бахрейн, Судан, Сомали и Джибути, понизили уровень дипотношений до уровня поверенного в делах ОАЭ, Кувейт и Катар.
Нефть ужмет бюджет
Нефть по $40 за баррель, курс — 68 рублей за доллар
Рустем Фаляхов, Юлия Калачихина, Алексей Топалов
В обновленный прогноз социально-экономического развития на 2016 год правительство заложит стоимость барреля в $40, выяснила «Газета.Ru». При этом дефицит бюджета не должен превысить 3% ВВП. Но если среднегодовой уровень нефти опустится хотя бы на $5, то дефицит будет 4,2 трлн руб., или 5,5% ВВП, подсчитали эксперты.
По данным «Газеты.Ru», в обновленный прогноз социально-экономического развития на 2016 год правительство может заложить среднегодовую стоимость барреля в $40. В действующем прогнозе нефть в базовом варианте, исходя из которого был утвержден бюджет, стоит $50. Впрочем, несмотря на резкое снижение оценки, российский прогноз еще можно считать довольно оптимистическим: например, Кувейт заложил в свой бюджет нефть на уровне около $30 за баррель, а Саудовская Аравия — в пределах $37.
В действующем прогнозе курс доллара при нефти в $50 составит 63,3 руб. Замминистра финансов Максим Орешкин пояснил «Газете.Ru», что при $40 за баррель доллар в среднем будет 67–68 руб.
От консервативного к базовому
В соответствии с Бюджетным кодексом весной (обычно в апреле) готовятся сценарные условия на следующий бюджетный цикл — на очередной финансовый год и плановый период (в Бюджетном кодексе прописано, что плановый период — это два года, следующих за очередным).
Осенью (в октябре) готовится среднесрочный прогноз на очередной финансовый год и плановый период на основании сценарных условий — они становятся основой для расчетов основных параметров бюджета. В течение года по указанию правительства МЭР вправе неоднократно уточнять параметры прогноза на текущий год.
Но дешевеющая нефть и резкий обвал рубля сломали традиционный механизм верстки бюджета. Еще в декабре прошлого года глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев сообщил, что ведомство не будет дожидаться весны и представит уточненный прогноз социально-экономического развития на 2016 год уже в январе.
Улюкаев сообщил тогда, что «есть основания» для возможного пересмотра прогноза по динамике ВВП РФ на 2016 год из-за низких цен на нефть.
По оценке Минфина, при нефти в $40 за баррель перспективы экономического роста — «около нуля». Пока в прогнозе еще заложен рост ВВП в 0,7%.
Конкретной даты подготовки прогноза именно в январе Улюкаев не назвал. В МЭР отказались уточнить уровень готовности проекта прогноза, сославшись на то, что это информация для служебного пользования. Но, по данным «Газеты.Ru», Минэкономразвития уже направило его на рассмотрение в правительство. Когда прогноз будет утвержден, неизвестно.
Нефть по $40 — это консервативный вариант действующего прогноза, утвержденного в 2015 году. Теперь консервативный сценарий имеет все шансы стать базовым.
На оценке в $40 за баррель настаивает Минфин. «При $40 за баррель есть понимание, как нам действовать, подготовлены меры», — говорил глава Минфина Антон Силуанов в декабре прошлого года. В январе Силуанов высказывался уже жестче.
Если не привести бюджет в соответствие с новыми реалиями, за это заплатит население, считает министр финансов. «Если мы этого не сделаем, то произойдет то же самое, что было в 98–99-х годах, когда население заплатит через инфляцию», — сказал он в среду на Гайдаровском форуме в РАНХиГС.
Правительству придется принимать жесткие решения по бюджету, сокращая траты и отсекая неэффективные направления расходования средств, считает и первый вице-премьер Игорь Шувалов.
Экономический декаданс
Впрочем, премьер Дмитрий Медведев не считает текущую ситуацию похожей на кризис 1998 года.
«Мы не можем поддаваться настроениям экономического декаданса. Есть резервы, желание и воля со всеми трудностями справиться», — написал глава правительства на своей странице в твиттере.
Тем не менее правительство срочно ищет, как заместить выпадающие доходы бюджета в связи с обвалом на нефтяном рынке.
Котировки североморской нефти марки Brent, к которым привязана цена российской Urals, в среду впервые с 2004 года опустились ниже $30 за баррель. На Лондонской бирже ICE февральские фьючерсы на Brent подешевели более чем на 3%, цена барреля достигала $29,99. На Московской бирже цена Brent в ходе торгов опускалась до $29,94. Однако к концу торгового дня произошла коррекция. Последняя сделка в Лондоне была зарегистрирована по цене $30,15, в Москве — $30,07 за баррель.
Несмотря на ожидаемое сокращение доходов, президент Владимир Путин поставил перед правительством задачу уложиться в дефицит бюджета в текущем году в 3% ВВП. В прошлом году дефицит составил 2,6%.
Правительство имеет шансы уложиться в этот ориентир, если нефть будет $40, отмечает Александра Суслина из Экономической экспертной группы. Но если нефть опустится до $35, то дефицит составит 4,2 трлн руб., или 5,5% ВВП. Если нефть будет $25, а такой вариант не исключали аналитики Сбербанка и такой вариант рассматривается в стрессовом варианте правительства, то дефицит составит 6 трлн руб., или 8% ВВП, отмечает Суслина.
«Дефицит бюджета будет зависеть от решений по расходам», — подчеркнул Орешкин. Ведомства по поручению правительства уже определились с секвестром расходов незащищенных статей бюджета в размере 10%, сообщил «Газете.Ru» федеральный чиновник, знакомый с ситуацией.
«Расходы в этом году можно порезать и на 20%, очень много лишних трат заложено в разного рода госкомпаниях, в министерствах и ведомствах», — говорит федеральный чиновник.
Но «резать» будут только незащищенные статьи бюджета и ни в коем случае не оборонные расходы, о чем на форуме напомнил Силуанов. По словам председателя совета директоров МДМ-банка Олега Вьюгина, в итоге речь идет о сокращении расходов бюджета примерно на 5%.
По оценке министра финансов, экономия от секвестра составит более 500 млрд руб.
Одновременно Минфин не исключает, что доходы бюджета могут упасть на 1,5–2 трлн руб. «Крайне не хотелось бы наращивать заимствования», — сказал Силаунов. Часть выпадающих доходов, примерно 1 трлн руб., можно восполнить за счет двухлетней программы приватизации, под которую могут попасть Сбербанк и ВТБ. «Но надо иметь в виду, что программа приватизации проваливается из года в год. Насколько будет выгодно продавать в условиях кризиса госпакет в этих банках и других госкомпаниях, непонятно», — скептична Суслина.
Дополнительные факторы, которые могут снизить дефицит бюджета, по словам Орешкина, — это внутрибюджетные резервы, работа с доходами, а также работа с госкомпаниями. Одним из резервов для роста доходов может стать рост производительности труда в госкомпаниях и госкорпорациях, соглашается федеральный чиновник. Однако оценок, даже приблизительных, сколько принесут эти меры, нет.
Война саудовцев и Ирана поднимет цену нефти до $250
Разрыв отношений между Саудовской Аравией и Ираном быстро перешел в худший конфликт за десятилетия между двумя странами.
Эскалация быстро превратилась в кипящую напряженность и открытую борьбу за власть на Ближнем Востоке. После того как Саудовская Аравия прекратила дипломатические отношения и выдворила иранских дипломатов, Тегеран запретил ввоз саудовских товаров в Иран.
Хуже всего, Иран обвиняет Саудовскую Аравию в намеренном авиаударе, который был произведен очень близко к посольству Ирана в Йемене.
Суннитские союзники Саудовской Аравии на Аравийском полуострове во многом следуют примеру королевства, охлаждая дипломатические отношений с Ираном. Однако, признавая тяжелые последствия крупного конфликта в регионе, большинство из стран Персидского залива – союзников Саудовской Аравии – не готовы на полный разрыв дипломатических отношений. Единственным исключением стал Бахрейн, являющийся наиболее близким союзником Эр-Рияда.
Многие из этих стран обеспокоены ростом дальнейшей нестабильности. Кувейт и Катар имеют достаточно тесные торговые связи с Ираном, а также шиитское население. Важно отметить, что Катар также разделяет морскую границу с Ираном, а также обладает доступом к огромным запасам природного газа.
Тем не менее, хотя страны пытаются найти общий язык, общее число точек соприкосновения в регионе сокращается.
Эффект от конфликта для нефти может быть не до конца явным, сейчас он вообще не оказывается "бычьего" воздействия.
В прошлом геополитическая напряженность на Ближнем Востоке, особенно с участием крупных производителей нефти, практически всегда добавляла хотя бы несколько долларов к стоимости нефти.
Это была премия за риск, связанная с возможностью срыва поставок. Тем не менее недавние события никак не повлияли на мировой рынок нефти, поскольку глобальный избыток поставок больше, чем любой эффект от потенциального срыва поставок.
Нефть упала почти до $30 за баррель, и нефтяные спекулянты не обращают никакого внимания на напряженность на Ближнем Востоке.
Кроме того, конфликт может проявляться просто в активизации борьбы за долю на рынке нефти. Иран выдвинул агрессивные цели по наращиванию добычи в ближайшее время. А Саудовская Аравия продолжает производить свыше 10 млн баррелей в сутки, снижая цену для клиентов на нескольких ключевых рынках, особенно в Европе, что бьет по позициям Ирана. Но что если текущая "холодная война" между Саудовской Аравией и Ираном перейдет в активную фазу настоящей войны?
Саудовская Аравия, учитывая происходящее вокруг и особенно ядерную сделку между Ираном и Западом, уже не чувствует себя в безопасности. Уже сейчас прокси-войны ведутся в Йемене и Сирии, но прямая конфронтация будет совершенно иным делом.
Для рынка нефти подобное развитие событий будет иметь совершенно катастрофические последствия. Профессор Университета Джорджа Вашингтона Хоссейн Аскари считает, что война между странами может привести к совершенно непредсказуемым изменениям цен.
"Если будет военное противостояние Ирана и Саудовской Аравии, нефть может превысить в моменте $250 за баррель, но затем упасть до $100, - сказал Аскари. – Если они атакуют объекты, отвечающие за поставки, то мы могли быть увидеть всплеск цен до $500, и они могли бы там оставаться в течение некоторого времени, которое зависит от степени повреждения".
Эти цифры кажутся сенсационными, и в них очень сложно поверить. Но, несмотря на перенасыщение рынка нефти примерно на 1 млн баррелей в сутки, запас мощностей значительно меньше, чем думает большинство.
ОПЕК в настоящее время находится на грани своей максимальной мощности. По оценкам EIA, резервные мощности ОПЕК в III квартале составили всего 1,25 млн баррелей в сутки, и это самый низкий уровень с 2008 г.
Поэтому возвращение к трехзначным ценам на нефть вполне возможно в случае прямой военной конфронтации между Ираном и Саудовской Аравией.
Моряки на волне иранских санкций
Иран отпустил американских моряков ради ослабления санкционного режима
Игорь Крючков
Иран поспешно отпустил команды двух американских катеров, которые накануне задержал в своих территориальных водах. Изначально Тегеран обещал, что не отпустит моряков без серьезного разбирательства и официального извинения со стороны Вашингтона. Стремительное развитие событий продемонстрировало, насколько Иран заинтересован в ослаблении западного санкционного режима.
Задержание команд двух военных катеров США произошло 12 января. По данным Пентагона, американский ВМФ потерял связь с кораблями, пока они шли по водам Персидского залива из Бахрейна в Кувейт. Позже корабли обнаружил иранский пограничный патруль у берегов острова Фарси. Тогда и произошло задержание катеров и десятерых американских военнослужащих, находившихся на борту. По их данным, американские корабли не хотели заходить в иранские воды — во всем виновато вышедшее из строя навигационное оборудование.
Представители Пентагона в тот же день заявили журналистам, что связались с представителями иранских ВС и получили обещание, что военнослужащих вернут в ближайшее время. В ночь на 13 января американские СМИ сообщили о разговоре между госсекретарем США Джоном Керри и его иранским коллегой Мохаммадом Джавад-Зарифом, который подтвердил желание Тегерана как можно скорее решить проблему.
Однако уже 13 января иранские СМИ сгустили краски. Государственное информагентство Fars опубликовало статью, в которой высказывалось предположение, что американские моряки могли «разнюхивать» информацию, важную для иранской безопасности. В интервью агентству Tasnim представитель Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Рамазан Шариф заявил, что скорое освобождение американцев — не более чем спекуляция.
Все решило заявление генерала корпуса Али Фадави, который объявил: США принесли официальные извинения Ирану за инцидент, поэтому проблема будет решена в ближайшее время. Спустя несколько часов иранские СМИ сообщили об освобождении кораблей и экипажей. Белый дом до сих пор не подтверждает факт официального извинения.
Британский пример
История с задержанием западных моряков силами иранского ВМФ завершилась удачно даже в 2007 году, когда президентом Ирана был пламенный антиамериканский оратор Махмуд Ахмадинежад, а конфликт между Тегераном и Западом был в самом разгаре. Тогда морские подразделения КСИР задержали британский фрегат Cornwall с 15 военнослужащими на борту, которые занимались поиском пропавшего торгового судна в пограничных водах между Ираком и Ираном.
Британцы утверждали, что не пересекали иранской границы. Представители Корпуса стражей исламской революции заявляли обратное.
Так или иначе, экипаж Cornwall удерживался иранской стороной в течение 13 дней, тогда весь мир напряженно следил за развитием событий. Вокруг моряков развернулся интенсивный дипломатический процесс, в центре которого было то же требование об официальных извинениях, что и сейчас. Официальный Лондон извинений все-таки не принес. Однако Фэй Терни, единственной женщине из задержанных, пришлось написать несколько открытых писем, в которых военнослужащие просили прощения за инцидент и признавали, что вошли в иранские территориальные воды. Впоследствии Терни заявила, что написала эти письма под давлением, понимая, что они были условием для освобождения всей команды.
Британцев отпустили 4 апреля. Ахмадинежад по этому случаю произнес эффектную речь о помиловании, привычно наполненную религиозными образами. Иранский президент приурочил освобождение моряков к Мавлиду — празднику по случаю дня рождения пророка Мухаммеда, а также к христианской Страстной седмице. «Правительство Исламской Республики и иранский народ — имея полное право передать военнослужащих суду — простили эти 15 человек. Это наш подарок народу Великобритании», — заявил он.
Иранские СМИ сделали все, чтобы превратить день освобождения британцев в большое медиасобытие. Британцам устроили фотосессию: одетые по иранским правилам приличия (это касалось прежде всего Фэй Терни, которая надела блузку с длинным рукавом и прикрыла волосы платком), военнослужащие улыбались и махали на прощание. Иранская сторона в свою очередь подарила морякам компакт-диски, иранские фисташки, сладости, книги и вазы.
Нет моряков — нет санкций
Теперь, очевидно, Иран гораздо меньше заинтересован превращать нынешний пограничный инцидент в шоу. Иранские СМИ не сообщают, что американским военнослужащим подарили хоть что-то, кроме свободы. Фотографии же, которые распространил Корпус стражей исламской революции, на этот раз представляют американских моряков в гораздо более приземленном свете. На них военнослужащие, одетые в форму, но без обуви, сидят на полу, покрытом иранскими коврами.
По словам Сергея Демиденко, доцента Института общественных наук Анхигс, стремительное освобождение американцев связано с сегодняшними политическими приоритетами иранских властей. «При всей консервативной и антизападной риторике официального Тегерана, которая нацелена на внутреннее потребление, руководство страны прекрасно понимает, что оно проиграло. Многолетний режим санкций сильно пошатнул экономику Ирана, вызвал катастрофическую девальвацию, отпугнул инвесторов и сделал дорогостоящие ВПК и ядерную программу неподъемными для Исламской Республики, — сказал он «Газете.Ru». — Поэтому главная задача нынешнего правительства Ирана во главе с президентом Хасаном Роухани — гасить любые инциденты, которые могут потенциально привести к опасной эскалации конфликта между Тегераном и Западом».
Для эскалации конфликта между США и Ираном уже есть повод. В конце декабря иранские ВС произвели запуск баллистических ракет в Ормузском проливе, недалеко от американских военных кораблей. Тогда республиканские конгрессмены выступили с резкой критикой в отношении Белого дома, который не стал отвечать на провокацию.
Республиканцы могут создать проблемы для ослабления антииранского санкционного режима США. В среду в палате представителей конгресса США пройдет голосование по законопроекту, который предлагает запретить ослабление американских санкций с любого иранского банка, связанного с террористическими организациями или ракетной программой Ирана. Белый дом обещает наложить вето на этот закон в случае его принятия. Внутриполитический конфликт вокруг Ирана может негативно отозваться и на имидже президента США Барака Обамы, который накануне постарался представить себя уверенным лидером в своем ежегодном обращении к нации.
В июле 2015 года Иран и иностранные переговорщики (Россия, США, Китай, Франция, Великобритания и Германия) заключили так называемую ядерную сделку. Она предполагает постепенное снятие режима международных санкций с Исламской Республики в ответ на заморозку иранской ядерной программы.
В текущем январе эксперты МАГАТЭ должны официально подтвердить остановку процесса обогащения радиоактивного урана в Иране. Если это произойдет, вопрос о военном измерении ядерной программы страны будет закрыт для агентства ООН, и в ближайшие три месяца должны снять часть европейских санкций против Исламской Республики, которые касаются нефтяной и финансовой сфер.
Эпизоотическая ситуация по особо опасным болезням животных в мире за 2015 г.
По данным Международного Эпизоотического Бюро за 2015 г. в мире зарегистрировано 4775 вспышек особо опасных болезней животных.
В России за минувший год зафиксированы вспышки следующих особо опасных заболеваний животных:
африканская чума свиней — 84 очага (в Брянской, Владимирской, Волгоградской, Калужской, Курской, Московской, Орловской, Псковской, Рязанской, Саратовской, Смоленской, Ярославской областях, в Краснодарском крае и в Республике Кабардино-Балкария);
классическая чума свиней — 3 очага в Приморском крае;
высокопатогенный грипп у диких птиц — 6 вспышек (в Астраханской (1) и Новосибирской областях (3), в Забайкальском крае (1) и в Республике Тыва (1));
оспа овец и коз — 5 очагов в Республике Дагестан и по 2 очага в Республике Калмыкия и Приморском крае;
нодулярный дерматит — выявлен в Республике Дагестан (11), Северной Осетии (2) и Чеченской Республике (4).
Африканская чума свиней в мире отмечена в Латвии (741), Литве (119), Польше (53), Украине (36), Эстонии (670), Кении (1), Зимбабве (8) и в Кабо-Верде (2).
О вспышках классической чумы свиней сообщили ветеринарные службы Латвии (5), Колумбии (2), Монголии (1) и Украины (1).
Высокопатогенный грипп птиц зарегистрирован в Болгарии, Буркина-Фасо, Бутане, Великобритании, Венгрии, Вьетнаме, Гане, а также в Германии, Гонконге, Израиле, Индии, Иране, Казахстане, Камбодже, Канаде, Китае, Республике Кот-д’Ивуар, Лаосе, Ливии, Мексике, Мьянме, Нигере, Нигерии, Палестине, Румынии, США, Тайване, Турции, Франции, Швеции, Южной Корее и Японии.
За 2015 г. официально подтверждено 159 очагов ящура в Южной Корее и 141 очаг в Зимбабве. Вспышки ящура также зарегистрированы в Алжире (12), Анголе (2), Ботсване (19), Израиле (2), Китае (3), Марокко (6), Мозамбике (2), Монголии (6), Намибии (30), Саудовской Аравии (2), Тайване (2), Турции (3), а также по 1 очагу отмечено в Замбии, Малави и ЮАР.
О вспышках оспы овец и коз сообщили ветеринарные службы Израиля (1), Казахстана (3) и Монголии (14). Нодулярный дерматит отмечен в Греции (111), Кувейте (4) и Саудовской Аравии (3).
Чума мелких жвачных животных официально подтверждена в Замбии (4), Израиле (1), Либерии (5) и Марокко (10). Бешенство отмечено в Гондурасе (2), Литве (2), Малайзии (4), Словакии (4), а также во Франции (1) и Французской Гвиане (1). Вспышки блютанга (КЛО) отмечены в следующих странах: Австрия (3), Греция (1), Босния и Герцеговина (1), Румыния (29), Венгрия (37), Хорватия (27), Турция (2), Франция (140), Словения (1), серопозитивные животные по данному заболеванию выявлены в Австралии (2) и Канаде (1).
Очаги губкообразной энцефалопатии КРС выявлены на территории Ирландии, Канады, Норвегии, и Словении (по 1). Четыре очага лихорадки долины Рифт зафиксированы в Мавритании. В Мавритании и Сенегале за 2015 г. отмечено по 1 вспышке контагиозной плевропневмонии КРС.
Вспышки болезни Ньюкасла фиксировали в Израиле (54), Ботсване (17), Румынии (3) и по 1 очагу в Коста-Рике и Никарагуа. Слабопатогенный грипп птиц был отмечен в Белизе (2), Германии (3), Нидерландах (3), ЮАР (27), во Франции (7) и Тайване (22), по 1 вспышке отмечено в Великобритании, Мексике и США.
Кроме вышеперечисленных заболеваний, за прошедший год в мире зарегистрированы болезни животных, не относящиеся к особо опасным. Это: эпизоотическая геморрагическая болезнь, туляремия, сибирская язва, сап лошадей, репродуктивно-респираторный синдром свиней, пироплазмоз лошадей, паратуберкулёз, миксоматоз кроликов, микоплазмоз птиц (M. gallisepticum, M.synoviae), лихорадка Западного Нила, лейшманиоз, контагиозный метрит лошадей, венесуэльский и восточный энцефаломиелит лошадей, артрит/энцефалит коз, бруцеллез и вирусный гепатит уток.
Специалисты Информационно-аналитического центра при ФГБУ «ВНИИЗЖ» продолжают следить за развитием эпизоотической ситуации в мире среди животных и птиц.
Эксперт: пузырь на рынке акций США может лопнуть
На фондовом рынке США в ближайшее время может произойти очередной кризис, возникло сразу несколько причин для снижения индексов. При этом курс доллара может привести к снижению стоимости нефти еще на 15-20%, сообщил управляющий директор Arbat Capital Алексей Голубович в программе "Курс дня" экономическому обозревателю Алексею Бобровскому.
В течение первой недели января, когда Китай резко падал, американский рынок каждый день снижался то на 1%, то чуть больше. "Эта взаимосвязь довольно вторичная, потому что в Америке есть свои причины для падения фондового рынка. ФРС уже очень прозрачно намекает, что хватит брать взаймы на спекулятивные операции. Мы приблизились к уровням прошлого кризиса. Это обязательно случится, этот кризис произойдет. И лопнут пузыри, которые созданы за счет взятых взаймы акций. Но, видимо, пока разгружать свои портфели начинают только самые умные и осторожные", - считает Голубович.
"Другая причина в том, что, возможно, ожидание от квартальных отчетов не очень хорошие, не такие, как хотелось бы. В-третьих, безусловно, напряженность на Ближнем Востоке чего-то добавила. Потому что первая реакция на конфликт Саудовской Аравии с Ираном была довольно шокирующая. Потом вроде бы все успокоилось, но не надо себя обманывать. Там будет какое-то продолжение", - сказал эксперт.
Он также добавил, что в сложившейся ситуации имеют значение даже те незначительные для фондовых рынков факторы. "Казалось бы, придумали корейцы что-то про бомбу или не придумали - это не должно влиять на рынки. Но это дополняет панику инвесторов", - считает глава Arbat Capital.
"Просто так на панике рынок падает. Но эту панику тоже кто-то вызвал. Иногда это объективный процесс, когда несколько циклических трендов сошлись и все начинает двигаться вниз. Сейчас такого нет. То есть цикл, который определял бы необходимость падения всех рынков - и фондового, и сырьевого, и цен на облигации, - в чистом виде такого совпадения не наблюдается", - заявил Голубович.
По его словам, сейчас очевиден интерес Саудовской Аравии в дальнейшем снижении цен на нефть. "Пока война между Саудовской Аравией и Ираном, если это так называть, идет на этом поле. Кто дольше может выдержать низкие цены на нефть? Конечно, Саудовская Аравия", - сказал эксперт.
Неизвестно, какие цены нефти заложены в бюджет Саудовской Аравии, но, скорее всего, они существенно ниже $30 за баррель на этот год, считает Голубович.
"Может ли нефть упасть на 15%, на 20% еще? Легко, из-за курса доллара. Значит, нужно это простимулировать, чтобы создать проблемы Ирану. И это подталкивает вниз цены в том числе и на акции, и на облигации развивающихся рынков", - считает он.
Практически все облигации и так должны были снижаться, но вслед за падающим сырьем они падают еще быстрее. "Достаточно посмотреть, что сегодня уже говорится про Венесуэлу, где новые ожидания, что она не сможет оплатить платежи ближайшего квартала. И это цепная реакция по многим другим развивающимся рынкам", - сказал Голубович.
Себестоимость нефти ниже, чем в России, только в ряде стран Аравийского полуострова, в Кувейте и, возможно, в Иране. Поэтому выдержать более низкие цены, помимо России, смогут эти страны. Но важное значение имеет то, как структурирован бюджет, считает эксперт, поскольку государство может выдержать низкие цены нефти, только если их готово терпеть население.
"А в некоторых странах население терпеть-то, в общем-то, не захочет. И Саудовская Аравия тоже боится затяжного снижения цен. Потому что у них совершенно другая ситуация и население привыкло к тому, что много лет ему все давали, давали, оно ничего не зарабатывало", - подчеркнул Голубович. По его мнению, если Саудовской Аравии придется урезать огромное количество льгот и, возможно, в итоге даже девальвировать реал, то потрясения там будут гораздо сильнее, чем могли бы возникнуть в Иране, который много лет провел под санкциями, в противостоянии с внешними противниками.
Кроме того, Голубович напомнил о недавно опубликованном исследовании Morgan Stanley, в котором говорится о том, что всеобщий переизбыток нефти уже не является тем главным фундаментальным фактором, который движет цены вниз; гораздо большее влияние оказывает дальнейшее повышение курса доллара.
"Я лично склонен этому верить, потому что, если нет каких-то причин для ограничения поставок нефти на рынок, то действительно большую роль будут играть эти финансовые показатели. Но мы понимаем, что если ситуация с Ираном, например отмена санкций, ожидание, что иранская нефть еще добавится на рынок, изменится из-за того, что кто-то провоцирует фактически уже почти военный конфликт в регионе – там посольство разбомбили, тут какие-то погромы, – то, возможно, ситуация резко изменится, потому что перестанут ожидать иранской нефти на рынке", - сказал эксперт.
"Кроме того, надо иметь в виду, что то, что произошло в начале года, казнь шиитского духовного лидера, хотя он к Ирану не имел на самом деле никакого отношения, но это повод начать конфликт, пока дипломатический. После этого невозможно говорить ни о какой координации внутри ОПЕК, о квотах. И это будет ситуация, которая будет влиять на поставки нефти очень сильно", - заключил Голубович.
След казней в Саудовском королевстве
Борис ДОЛГОВ
Казнь в Королевстве Саудовская Аравия (КСА) 47 человек, обвинённых в «терроризме», состоялась по приговору местного суда, и сразу за этим последовало заявление Генерального секретаря ООН, выразившего сомнение и в объективности суда, и в правомерности приговора. Большая часть казнённых - шиитские проповедники, но в их числе оказался и обвиненный в атеизме известный палестинский поэт Ашраф Файяд. Казнен был также шейх Нимр ан-Нимр, известный мусульманский богослов, который выступал в защиту прав шиитского меньшинства в КСА, подвергающегося дискриминации.
Шейх Нимр действовал как правозащитник, он не состоял ни в каких экстремистских организациях и, по данным западных СМИ, никогда не призывал к насильственным действиям. Тем не менее по обвинению в «подстрекательстве к свержению законной власти» за проповеди в Восточной провинции, где проживает большинство шиитов КСА, его приговорили к смерти (в Саудовской Аравии более 20% населения исповедует шиизм, в то время как официальной государственной религией является суннизм ваххабитского толка).
Возрождение «первоначальной чистоты ислама» и борьбу с «вероотступниками»-шиитами провозгласил ещё основатель ваххабизма, суннитский богослов Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб (1703-1791). Восприняв идеологию ваххабизма, эмиры династии Саудов создали в 1926 г. на Аравийском полуострове теократическое государство, в котором король объединяет в своих руках всю полноту религиозной и светской власти. В КСА нет политических партий и отсутствует конституция, функцию которой, по заявлениям саудовских властей, выполняет Коран.
За счет богатейших запасов нефти и доходов от ее экспорта в 1970-1980-е гг. в королевстве была создана современная урбанизированная инфраструктура. Используя положение монарха как «хранителя мусульманских святынь» - мест паломничества мусульман всего мира Мекки и Медины и возглавляя региональную организацию "Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива" (ССАГПЗ), КСА претендует на роль одной из ведущих стран арабо-мусульманского мира. Вместе с тем в стране сохраняются многие обычаи, существующие со времен принятия ваххабизма. Действуют законы, предусматривающие, например, суровое наказание вплоть до смертной казни за выступления против правящей династии Саудов.
До середины ХХ века в стране процветало рабство, а среди бедуинских племен, как подтвердил автору коллега из Саудовской Аравии, существовала дикая практика закапывать живьем в землю родившуюся девочку, если в племени было много женщин и не хватало мужчин.
Используя свои значительные финансовые ресурсы, КСА осуществляет под предлогом «защиты ислама» экспансию ваххабитской идеологии и поддержку радикальных исламистских движений по всему миру. В 1990-е гг. КСА активно поддерживало сепаратистские группировки в Чечне, где один из наиболее известных полевых командиров саудовец Хаттаб объявил себя «эмиром арабских муджахидов на Кавказе». В Сирии Саудовская Аравия наряду с Катаром оказывает широкую поддержку вооруженным исламистским группировкам. Одна из таких поддерживаемых Эр-Риядом группировок «Джейш аль-фатх» (Армия победы) после ударов российских Воздушно-космических сил (ВКС) по позициям «Исламского государства» объявила России «джихад». Идеологи ваххабизма в КСА, такие как Юсеф Карадауи, в своих фетвах (религиозных посланиях) оправдывают террор против всех, кто поддерживает законные сирийские власти.
В 2013 году Саудовская Аравия ввела свои войска в Бахрейн и силой подавила протест шиитского большинства этого островного государства, где шииты требуют равных прав с суннитским меньшинством, к которому принадлежит правящая династия Эль-Халифа. В 2015 г. КСА вмешалось во внутренний конфликт в Йемене между хуситским движением, отражающим интересы значительной части йеменского населения, и сторонниками сбежавшего в КСА отстраненного от власти в Йемене президента Хади. При этом саудовские ВВС без мандата ООН осуществляют бомбардировки территории Йемена, в результате которых уже погибли, по данным ООН, несколько тысяч мирных жителей.
С начала затеянной американцами «арабской весны» ширится протест шиитов и в самой Саудовской Аравии. Протест подавляется полицией и войсками, при этом саудовские власти объясняют рост недовольства местных шиитов подрывной деятельностью Ирана.
Жестокая казнь большого числа шиитской оппозиции вызвала волну возмущения по всему миру, как в Европе, особенно в Германии, так и в арабо-мусульманском мире, прежде всего в шиитских общинах Ливана и Сирии. Здесь характеризуют казни как преступление против человечности. Руководство Ирана выступило с резким осуждением казней, в Тегеране прошли массовые демонстрации под антисаудовскими лозунгами. Группой экстремистов было разгромлено посольство КСА в Тегеране (погромщики были задержаны иранской полицией).
В свою очередь КСА разорвало дипломатические отношения с Ираном. Бахрейн, ОАЭ, Кувейт, входящие в возглавляемый ССАГПЗ, а также зависящие от саудовской финансовой помощи Иордания, Судан, Сомали поддержали саудовский демарш. 10 января по требованию Эр-Рияда состоялось экстренное совещание глав внешнеполитических ведомств Лиги арабских государств (ЛАГ), которое осудило «вмешательство Ирана в дела арабских стран», однако Ливан решение других арабских государств не поддержал.
Разрастание саудовско-иранского конфликта и дальнейшее обострение суннитско-шиитского противостояния, учитывая, что события происходят в главном нефтедобывающем регионе планеты, несут угрозу не только Ближнему Востоку, но и всему миру. Невозможно, однако, абстрагироваться от того, что конфликт был спровоцирован беспрецедентно жестоким актом – массовой казнью инакомыслящих. «Не замечать» этого нельзя.
В мусульманском мире внимательно следят за тем, последует ли Россия примеру США и других стран Запада, которые слегка пожурили Эр-Рияд, а Тегеран обвинили в том, что он не обеспечил безопасность дипмиссии КСА. Дальше всех в оправдании Эр-Рияда пошёл президент Турции Эрдоган, назвавший массовую казнь в королевстве «внутренним делом» Саудовской Аравии. И здесь уж «либо – либо»: либо вешать оппонентов и отрубать им головы можно и дальше, либо понятие «права человека» всё же имеет какой-то смысл. Что же касается выработки российской позиции в саудовско-иранском конфликте, то приходится учитывать, что и в Сирии, и на Кавказе, и в Центральной Азии Саудовская Аравия выступает по отношению к России ничуть не более «дружественной» страной, чем Турция сегодня.
Суннитско-шиитское противостояние на Ближнем Востоке. Qui prodest?
Дмитрий МИНИН
Ислам не монолит, и внутри обоих его главных течений – суннитского и шиитского существует множество более мелких течений и школ, порою отстоящих друг от друга гораздо дальше, чем два главных направления друг от друга. Споры здесь существовали всегда, но при этом вполне уравновешивались. Их переход в откровенную вражду, грозящую развязыванием войны «всех против всех», происходил тогда, когда одна из сил пыталась резко изменить сложившийся баланс в свою пользу. При этом к религиозным столкновениям добавлялись противоречия на национальной почве. Так, внутри суннитского течения за преобладание соперничали арабы и турки, а шиизм традиционно связывали с влиянием Персии (Ирана). Еще одной важной причиной возникновения напряженности в мусульманском мире всегда было вмешательство внешних сил.
На Западе принято считать, что возмутителем спокойствия в последние десятилетия является шиитский Иран, который после исламской революции 1979 года последовательно расширяет своё влияние, провоцируя соседей-суннитов, в первую очередь Саудовскую Аравию, на защитную реакцию. В подтверждение приводят приход к власти шиитов в Ираке, участие иранских добровольцев в боевых действиях в Сирии, продвижение йеменских хуситов (шиитов-зейдитов) на юге Аравийской пустыни.
Однако непредвзятый взгляд без труда обнаружит, что нынешняя тревожная ситуация на Ближнем Востоке в основном спровоцирована внерегиональными силами. Достаточно сказать, что лидер иранской революции Хомейни всегда настаивал на ее исламском, а не ограниченно шиитском характере. Провозглашенная им политика «такриба» предполагала не вражду, а мирное сосуществование различных течений в исламе. Равновесие было нарушено отнюдь не Ираном, а Соединёнными Штатами, вторгшимися в 2003 году в Ирак и свергнувшими президента Саддама Хусейна (суннита). Шиитское большинство получило власть в Багдаде в результате американского вмешательства, а не интриг «коварных персов».
После этого Вашингтон начал всячески поощрять страхи суннитских монархий Персидского залива перед «растущими амбициями Ирана». Причём арабские монархи объявляют своё вмешательство в Сирии и Йемене защитой от «персидской экспансии», хотя очевидно, что это вмешательство только вынуждает Тегеран к ответным действиям, равно как и казнь в Саудовской Аравии шиитского проповедника Ан-Нимра. Сама по себе конъюнктурная ставка США на суннитов - историческая случайность. Неизменны лишь интересы, а союзников Вашингтон меняет легко. Во времена существования иранской монархии и левых режимов в Багдаде, Каире и Дамаске все могло быть (и было) наоборот. А на следующем витке истории снова может измениться. Некоторые западные востоковеды указывают, например, что «шиизм - это диссидентское движение», которое в определенном отношении ближе к идеям Запада, чем «гегемонистская Сунна», а свой выбор в пользу суннитов Запада сделал, руководствуясь в основном «нефтяными и иными интересами».
Запущенная по президентской директиве Барака Обамы «О поддержке процессов демократизации на Ближнем Востоке» операция под названием «Арабская весна», имевшая целью укрепить доминирование США в регионе, в качестве одного из важных инструментов предусматривала использование суннитско-шиитских противоречий. Сегодня, когда всему миру видно, что никакой «демократизации» Ближнему Востоку политика Обамы не принесла, а лишь погрузила этот регион в хаос, Вашингтон пытается сохранить лицо и контроль над положением дел, разыгрывая карту «шиитской опасности». Не звучат больше советы суннитским монархам провести «либеральные реформы», Белый дом полностью солидаризируется с ними, прежде всего с домом Саудов, в противостоянии с Тегераном. И это действует. Еще недавно Саудиты не скрывали своего раздражения по поводу инспирированной из Америки «арабской весны», (поговаривали даже о расколе между Вашингтоном и Эр-Риядом), а сейчас вновь видят в американцах своего главного союзника. Подобный comeback можно даже признать вполне успешной тактикой по исправлению последствий провала прежней политики, но это только для действующей администрации США, а никак не для Ближнего Востока, где действительно замаячил призрак религиозной войны.
Оценивая шансы сторон в саудовско-иранском (или суннитско-шиитском) противостоянии, эксперты обычно указывают на то, что из примерно 1,2 млрд мусульман мира 85% относятся к суннитам, лишь 15% к шиитам. Однако эти величины только затуманивают картину и не дают четкого представления о соотношении сил. Из 85% суннитов до 50% проживают в отдаленных от зоны непосредственного противостояния странах Южной, Юго-Восточной и Центральной Азии (в Индонезии, Пакистане, Бангладеш, Малайзии, Узбекистане и др.) и никак не проявляют желания принять участие в возможном «внутриисламском» конфликте. Из остающихся 35% по крайней мере половина населяют африканские страны и также вряд ли могут быть зачислены в резерв Эр-Рияда. В арабских странах всего проживает лишь около 20% мусульман мира. Таким образом, в зоне соприкосновения конфликтующих сторон в самом сердце Ближнего Востока количественное соотношение суннитов и шиитов примерно равно. В целом шииты составляют 98% населения в Иране, 75% — в Бахрейне, 54% — в Ираке, 45 % - в Йемене, 30% — в Ливане, 27% в ОАЭ, 25% — в Кувейте, 20% — в Катаре, 20% (включая алавитов) - в Сирии и 10% — в Саудовской Аравии.
Огромный арсенал самого современного американского оружия в распоряжении армии КСА также ни о чём не говорит. Этим оружием еще надо уметь управлять и иметь желание воевать. Пока же плохо вооруженные йеменские хуситы сбивают самолеты, топят корабли и даже захватывают военные базы саудовской армии на юге КСА. Добавлять к этому новый фронт на севере против Ирана хорошей стратегией не назовёшь. Источником беспокойства для Эр-Рияда остаются и основные нефтяные скважины страны в восточных провинциях, населенных по преимуществу шиитами, находящимися в ущемленном положении. Там после волнений в ряде провинциальных городов были введены войска, но угроза восстания остаётся вполне реальной. Бывший сотрудник ЦРУ Брюс Ридель пишет: Саудовскую Аравию «ждет потенциальный "идеальный шторм", который складывается из низких нефтяных доходов, неопределенно долгой войны в Йемене, террористических угроз с разных направлений и обострения регионального соперничества с ее заклятым врагом Ираном».
Более того, возникает вопрос, а куда будут направлены силы «Исламского государства» (ИГ) после неминуемого поражения этой террористической группировки в Ираке и Сирии? Весьма вероятно, что главным путем отступления и базой будущих операций для этой организации станет как раз Саудовская Аравия! Вряд ли правительственные армии Ирака и Сирии захотят преследовать их на чужой территории. Видимо, Эр-Рияд затем и объявил о создании «исламской коалиции» для борьбы с ИГ, а также о своей готовности проводить операции на иракской территории, чтобы упредить вторжение «воинов джихада» в свои пределы. Только вряд ли Багдад, глядя на «антишиитскую» кампанию Эр-Рияда, дал саудитам на это согласие. Фиаско с вводом турецких войск в Ирак – наглядный пример.
Усиливая накал конфронтации с Ираном, Саудовская Аравия развязывает конфликт, победить в котором не может. Кроме того, она лишает себя вероятной поддержки соседей по региону перед лицом неминуемого возвращения к «родным очагам» запущенного ею бумеранга - «Исламского государства». Привычные расчеты Эр-Рияда на помощь США, особенно в живой силе, вполне могут и не оправдаться. В год президентских выборов Америке не до военных авантюр.
В этом контексте довольно странно звучат утверждения The Wall Street Journal о том, что «Иран и Россия заинтересованы в свержении королевского дома Саудов и, возможно, сейчас они пытаются вычислить, предпримет ли президент Обама какие-либо шаги, чтобы им помешать». Как раз в действиях Москвы и Тегерана, решительно выступающих против нарушения регионального баланса, ничто на это не указывает. А вот Вашингтон последовательно подводил весь Ближний Восток, включая своего союзника – Саудовскую Аравию к нынешней взрывоопасной ситуации на протяжении последних по крайней мере 12 лет. Вспоминается известное латинское изречение: Qui prodest? Кому выгодно? Не разыгрывается ли у нас на глазах написанный хитроумным автором завершающий акт пьесы под названием «Арабская весна», в результате которого будут сметены не затронутые пока переворотами режимы на Ближнем Востоке, включая не ведающий об этом дом Саудов? А затем на развалинах будет создаваться иная, более устраивающая сценаристов реальность. Только получится ли?
Иран vs Саудовская Аравия. Почему столько стран приняли сторону саудитов
Когда ссорятся две крупнейшие нефтедобывающие страны региона, то остается гадать, выиграет ли кто-то от этой ссоры
Иран обвинил Саудовскую Аравию в нанесении авиаударов по иранскому посольству в Йемене. Об этом сообщает Reuters со ссылкой на иранское телевидение. Как утверждается, несколько охранников дипмиссии получили ранения.
В свою очередь, в арабской коалиции заявили что их авиаудары в столице Йемена были направлены против пусковых установок хуситов, которые использовали покинутые посольства для проведения военных операций.
Тегеран на фоне разрыва дипломатических отношений с Эр-Риядом запретил поставки всех продуктов из Саудовской Аравии. Между тем антииранская коалиция расширяется. Катар отозвал своего посла из Ирана в знак протеста против нападения на саудовское посольство в Тегеране. Ранее Саудовская Аравия, Бахрейн и Судан разорвали дипотношения с Ираном, Кувейт отозвал своего посла в Тегеране, а ОАЭ понизили уровень отношений до ранга поверенных в делах.
Решение Катара говорит о разрастании конфликта в исламском мире между суннитами и шиитами после того, как саудиты казнили шиитского проповедника ан-Нимра. Почему столько стран приняли сторону саудитов и выступили против Ирана?
Страны, которые практически сразу отозвали послов из Ирана, — это союзники Саудовской Аравии, которые входят с ней в различные коалиции. Хотя, казалось бы, возьмем Бахрейн, где большинство населения, 75%, составляют шииты, как и в Иране, однако у власти находится суннитская королевская семья.
Отношения между Бахрейном и Ираном переживают не лучшие времена. Еще в 80-е, когда в Иране произошла исламская революция, в Бахрейне тоже пытались устроить переворот и поставить духовным лидером шиитского аятоллу, но Иран свою причастность отрицал. А потом на фоне «арабской весны» в Бахрейне в 2011 году вспыхнули протесты шиитов, и волнения были остановлены только с помощью вооруженных сил, которые ввела туда Саудовская Аравия. Кроме того, Бахрейн также является союзником США, там размещена база американского флота. Что касается Судана, с ним тоже все понятно, говорит профессор института стран Азии и Африки МГУ Владимир Исаев.
Владимир ИсаевВладимир Исаев
профессор кафедры международных экономических отношений Института стран Азии и Африки МГУ им. Ломоносова
«Дело в том, что Саудовская Аравия — один из главных не то чтобы спонсоров, а страна, которая вкладывает достаточно большие деньги в Судан. И Судан пошел на этот шаг по разрыву отношений с Ираном, помимо того, что между этими двумя государствами существуют большие противоречия, но, поддержав Саудовскую Аравию, как, если хотите, духовного лидера всех мусульман, прежде всего суннитов, в Судане большинство населения — суннитское. Так что, здесь каждая страна играет свою игру, но я боюсь, что на этом дело не остановится».
Еще совсем недавно Саудовская Аравия объявила о создании исламской антитеррористической коалиции, куда вошли 34 страны — чтобы бороться не только с ИГИЛ, но и с другими радикальными группировками, и возможно, под ними подразумевались проиранские шиитские группы. А кто тогда на стороне Ирана, и каков расклад сил? Рассуждает исламовед, профессор Московского лингвистического университета Роман Силантьев.
Роман Силантьев
исламовед, профессор Московского лингвистического университета
«С другой стороны есть, конечно, государства, которые на стороне Ирана находятся. Это та же Сирия или Ливан. Сейчас мы наблюдаем формирование блока ваххабитского и блока шиитского. Бахрейн, например, страна шиитская, но во главе стоят ваххабиты. В Кувейте тоже ваххабиты достаточно влиятельны, хотя там есть и другие направления ислама. В данном случае они выбрали сознательно сторону Саудовской Аравии. Аналогичная ситуация в ОАЭ наблюдается и в Судане. А, например, Оман, это хариджитская уже страна, пока ни с кем отношения не разорвал. Например, никаких действий пока не предпринимает Пакистан и Индонезия, или Марокко».
Идет ли речь о том, что все суннитские страны рвут отношения со всеми шиитскими, или только о борьбе двух религиозных сверхдержав? Противостояние между суннитами и шиитами само и началось с вопроса власти: о том, кто имел право наследовать пророку Мухаммеду. Шииты — последователи «Шиат Али», партии Али, двоюродного брата и зятя пророка Мухаммеда. Даже в молитве они добавляют к словам «Нет бога кроме Аллаха, и Мухаммед — пророк его», фразу «и Али, друг Аллаха». У суннитов — другая точка зрения, они считают, что община вправе выбирать халифа. Вера и власть неразрывно связаны. Но экономика и власть — тоже. А когда ссорятся две крупнейшие нефтедобывающие страны региона, то остается гадать, выиграет ли кто-то от этой ссоры.
Наталия Шашина
Ирано-саудовский кризис грозит новой эскалацией
Саудовская Аравия и Иран могут оказаться на грани войны после казни шиитского проповедника Шейха ан-Нимра. Конфликт стран обнажил много нерешенных проблем
Саудовская Аравия объявила, на каких условиях восстановит дипломатические отношения с Ираном. Это произойдет, когда Тегеран прекратит «вмешиваться во внутренние дела других стран». Так заявил постоянный представитель Саудовской Аравии при ООН Абдалла Аль-Муаллими.
Сегодня Кувейт отослал своего посла из Исламской республики, став уже четвертой страной, разорвавшей с Ираном дипломатические отношения. Ранее, после Саудовской Аравии, так же поступили Бахрейн и Судан.
Казнь шиитского проповедника Шейха ан-Нимра поставила Саудовскую Аравию и Иран на грань войны. Кто и почему это решение принимал?
Одна из версий, которая обсуждается в прессе, — что шиитский проповедник Нимр перестал интересовать саудитов как политический заложник. Интересно, что казнь совпала с прекращением перемирия в Йемене, где дела у саудитов складываются не очень. Военный альянс во главе с Саудовской Аравией несет большие потери и в технике, и в людях, а йеменские повстанцы — хуситы движения «Ансар Алла», которые пользуются негласной поддержкой Ирана, совершают вылазки на саудовские территории. И это камень в огород министра обороны, принца Мохаммеда, сына 80-летнего короля Салмана, который хотел бы стать наследником трона и, как считается, оказывает на отца большое влияние.
Семен БагдасаровСемен Багдасаров
директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии
«Есть люди, которые говорят, нет успеха, армия увязла в Йемене, давайте в перемирии что-то найдем. А есть те, которые говорят, что перемирие нам не нужно. Было очевидно, что эта казнь шейха ан-Нимра обострит отношения, и можно будет говорить о дальнейшем продвижении в Йемене, ведение боевых действий. Многие обвиняют Салмана в том, что ситуация в Саудовской Аравии плачевная. В экономическом плане они бюджет верстали с дефицитом 89 млрд долларов. При этом они ведут войну в Йемене. Нет успеха в Сирии».
В саудовской правящей верхушке неспокойно. Еще в сентябре британская газета The Times писала: «Саудовские принцы призывают к дворцовому перевороту против больного короля». Якобы среди членов королевской семьи обсуждаются письма о том, что два принца манипулируют 80-летним Салманом, чьи умственные способности ослабли. В семье не исключают, что король страдает слабоумием. Впрочем, эти письма, ранее опубликованные на неком ресурсе, базирующемся в Лондоне, выглядят весьма сомнительно. И вряд ли казнь шиитского проповедника произошла без согласия короля, говорит главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Георгий Мирский.
Георгий МирскийГеоргий Мирский
главный научный сотрудник ИМЭМО РАН
«Думать о том, что такую важную вещь как отрубить голову одному из самых знаменитых проповедников исламского мира без короля — это просто смешно. Король — конечно, не диктатор. Страна управляет могущественная монархическая элита, полный состав которой — 8 тысяч принцев. Так или иначе, самые важные вещи решаются коллективно. Но думать о том, что кто-то может надавить… Для чего? Почему нужно отрубать голову человеку, известному шиитскому проповеднику? Они специально это сделали. Более того, они достаточно знают, что такое Иран. Они прекрасно понимали, что найдутся энтузиасты, которые ворвутся в посольство. Это как раз и нужно было, а они в ответ разорвали отношения».
Некоторые западные СМИ уже назвали это «большой ошибкой» саудитов. Казнь шиитского проповедника в глазах Ирана — не только преступление, но оскорбление, ведь он был казнен заодно с суннитскими джихадистами. Но борьба, похоже, идет не только за саудовский трон, но и за гегемонию в регионе.
Между тем Саудовская Аравия сама может пострадать от развязанной ею войны на мировом нефтяном рынке, пишет The Washington Post. Мировые цены на нефть продолжают расти.
Наталия Шашина
Межгосударственные отношения Саудовской Аравии и Ирана.
Отношения между двумя региональными сверхдержавами Ближнего Востока - Ираном и Саудовской Аравией — никогда не носили простой характер. У двух ближневосточных стран давние противоречия, которые связаны с целым комплексом проблем. Страны расходятся в религиозных, экономических и политических вопросах. Королевство Саудовская Аравия (КСА) - суннитская монархия, Исламская Республика Иран (ИРИ) - шиитский центр мира. Обе страны являются крупнейшими производителями энергоресурсов и постоянно конкурируют за рынки сбыта своих главных экспортных продуктов - нефти и газа.
В 1960-1970-х годах отношения шахского Ирана и Королевства Саудовская Аравия находились на подъеме, хотя между странами и сохранялись трения по отдельным вопросам. Саудовская Аравия опасалась гегемонистских устремлений шаха, становления Ирана как региональной державы.
После исламской революции 1979 года в Иране двусторонние отношения приобрели характер регионального соперничества. Обострение отношений между двумя странами в начале восьмидесятых годов прошлого века было обусловлено рядом факторов. Во-первых, идеологическим. К началу этого периода официальными доктринами в обоих государствах были признаны шиитская и суннитская версии исламского фундаментализма. Лидер иранской революции аятолла Рухолла Хомейни использовал в своих работах по отношению к саудовской политической модели термин "американский ислам". Во-вторых, противоречия между двумя странами были вызваны этноконфессиональным фактором. Шиитская община Саудовской Аравии составляет, по разным данным, от 10 до 15 % населения страны.
В-третьих, на отношения между двумя странами большое влияние оказала геополитическая ситуация на Ближнем Востоке, особенно в зоне Персидского залива. Лозунг "экспорта исламской революции", выдвинутый революционным правительством Хомейни, вызвал в Эр-Рияде опасения возможной шиитской революции в Ираке с последующим распространением иранской экспансии на другие страны Персидского залива.
Саудовская элита с одобрением восприняла иракскую агрессию против Ирана в сентябре 1980 года и оказала Багдаду существенную финансово-экономическую помощь в ходе ирано-иракской войны 1980-1988 годов.
Напряженность между Ираном и Саудовской Аравией еще более обострилась после начала так называемой танкерной войны, когда Ирак и Иран пытались подорвать экономики друг друга, атакуя нефтяные терминалы и танкеры третьих стран, с помощью которых шел экспорт нефти из воюющих государств. Боевые действия вскоре распространились на практически весь Персидский залив, а так как в перевозке иракской нефти активно участвовали и танкеры Саудовской Аравии, то дошло и до прямых столкновений саудовских и иранских ВВС.
Но сильнее всего двусторонние отношения ухудшились после событий 31 июля 1987 года в Мекке. Тогда во время хаджа паломники из Ирана и нескольких других стран устроили демонстрацию в поддержку Ирана. Саудовская полиция попыталась ее разогнать, начав масштабные столкновения с паломниками. Саудовские службы безопасности массово применяли огнестрельное оружие, что привело к многочисленным жертвам среди паломников. Страны тогда обменялись крайне жесткими заявлениями в адрес друг друга и дипломатические отношения между странами были сокращены до минимума.
В 1988 году правительство Саудовской Аравии разорвало дипломатические отношения с Ираном, в результате чего иранцы оказались лишены возможности совершать паломничество в Мекку.
Отношения между двумя крупнейшими странами Ближнего Востока стали постепенно меняться в 1990 году, после иракской агрессии в Кувейте и начала операции "Буря в пустыне", молчаливо поддержанной Тегераном. В данном случае совпали геополитические цели Тегерана и Эр-Рияда по ослаблению саддамовского Ирака, рассматривавшегося обеими странами в начале 1990-х годов в качестве основной угрозы.
Распад СССР и фактический уход России с Ближнего Востока привел к резкому ослаблению позиций бывших просоветских стран и левых партий и движений.
Иран, серьезно пострадавший в результате многолетней войны с Ираком, остро нуждался в мире и иностранных инвестициях, чтобы обеспечить восстановление и дальнейший рост экономики. В это время произошла частичная нормализация отношений между Тегераном и Эр-Риядом. В 1990-х и начале 2000-х годов были заключены многие двусторонние соглашения в сферах политики, экономики и безопасности, а Саудовскую Аравию с официальными визитами посетили президенты Ирана Али Акбар Хашеми Рафсанджани и Мохаммад Хатами.
Разрядке напряженности в саудовско-иранских отношениях в 1990-е годы способствовал тогдашний кронпринц, позднее король Саудовской Аравии Абдалла, фактически руководивший КСА с 1996 года. В тот период у Абдаллы установились хорошие личные отношения с президентом (1989-1997), а позже председателем Совета экспертов Ирана Али Акбаром Хашеми-Рафсанджани и членами его семьи.
Резкому ухудшению отношений между двумя основными ближневосточными региональными субъектами способствовали изменения, произошедшие на Ближнем Востоке в 2003-2006 годах. Основной причиной послужили американская оккупация Ирака и свержение режима Саддама Хусейна, после чего начался рост иранского влияния в Ираке с перспективой переформатирования региональной политической карты.
Большое недовольство в Эр-Рияде вызвало подписание ирано-иракского договора о военном сотрудничестве от 7 июля 2005 года. Еще одним "фронтом" столкновения иранских и саудовских геополитических интересов, начиная с 2005-2006 годов, становится Ливан.
В то же время в 2006-2008 годах обе стороны предпринимали определенные попытки для смягчения напряженности в ирано-саудовских отношениях. В марте 2007 года президент Ирана Махмуд Ахмадинежад посетил Саудовскую Аравию с официальным визитом по приглашению короля Абдаллы.
Радикальному ухудшению отношений между двумя региональными сверхдержавами Ближнего Востока способствовал процесс масштабных социально-политических изменений в регионе в 2011 году, получивший название "арабской весны". При этом основным фронтом политической борьбы между КСА и ИРИ стала Сирия.
Эр-Рияд и Тегеран жестко разошлись в отношении сирийского конфликта. Иран поддерживает режим Башара Асада, Саудовская Аравия, в свою очередь, является главным спонсором сирийской оппозиции.
Другим фактором, осложнившим и так непростые отношения, стала ситуация в Йемене, где шиитские ополченцы захватили власть в стране, свергнув просаудовское правительство. По мнению Саудовской Аравии, за ополченцами стоял Иран.
3 января 2016 года глава МИД Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр заявил о прекращении дипломатических отношений между королевством и Ираном.
Экономические отношения между Ираном и Саудовской Аравии пошли на спад во времена президентства Махмуда Ахмадинежада (2005-2013). В настоящее время экспорт Исламской республики в Саудовскую Аравию ограничивается коврами и пищевыми продуктами, включая фрукты, орехи, изюм, пряности и мед.
Зачем Москве посредничество между Тегераном и Эр-Риядом
«Москву в последнее время обвиняют в том, что она поддерживает шиитов против суннитов. Что совершенно Москве ни к чему. К тому же, она поддерживает не шиитов, а иранцев и вообще всех тех, кто поддерживает ее в сирийском конфликте. И очень важно показать, что Москва может играть роль посредника в этой острейшей ситуации»
Саудовская Аравия и Иран пока не обращались в Москву с просьбой о посредничестве. Об этом сообщает «Интерфакс» со ссылкой на источник в российском МИД. Ранее, также со ссылками на источники, сообщалось, что Россия готова стать посредником между Тегераном и Эр-Риядом.
Накануне Саудовская Аравия объявила о прекращении дипотношений с Ираном. В Тегеране это назвали «крупным стратегическим просчетом» саудитов.
Конфликт между странами обострился после казни саудовскими властями шиитского проповедника Нимра аль-Нимра. Его смерть стала причиной погрома посольства Саудовской Аравии в Тегеране. Помимо саудитов, дипломатические отношения с Ираном разорвали Бахрейн и Судан. А Эмираты пока лишь понизили уровень дипотношений.
Ситуацию комментирует политолог-востоковед, член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко.
Алексей МалашенкоАлексей Малашенко
член научного совета московского Центра Карнеги
«Зачем Москве нужно посредничество между Тегераном и Эр-Риядом — совершенно понятно. Во-первых, потому что Москву в последнее время обвиняют в то, что она поддерживает шиитов против суннитов. Что совершенно Москве ни к чему, как вы понимаете. К тому же, она поддерживает не шиитов, а иранцев и вообще всех тех, кто поддерживает ее в сирийском конфликте. И очень важно показать, что Москва может играть роль посредника в этой острейшей ситуации. И политической, и религиозной. Вопрос в том, что Москва предлагает свои услуги, а пока их никто не принимает. Я думаю, что иранцы-то, в принципе, на это согласны, они в этом заинтересованы. Но возникает вопрос, а нужно дли посредничество, если оно может ни к чему не привести. Вот это, наверное, самое главное. Я не знаю, как российская дипломатия рассчитывает это посредничество подавать, а потом проводить. Но если оно провалится, это будет сильнейший удар по Москве. Поэтому предполагать, что, прежде чем предлагать себя в посредники, в Москве все продумали. Потому что в противном случае попытки посредничества обернутся неудачей для российской политики на Ближнем Востоке, что на сегодняшний день ей крайне ни к чему. Тем более, что в этой ситуации будет не то что изоляция, но, во всяком случае, отторжение России очень большим количеством и мусульманских, и арабских государств, которые, которые еще более будут акцентировать то обстоятельство, что Москва в сирийском конфликте выступает на стороне шиитов. Я не исключаю, что свое посредничество предложат, например, американцы. Которые уже выступили с резким заявлением, что им хотелось бы, чтобы этого конфликта между Саудовской Аравией и Ираном не было. Я думаю, что в этом конфликте выделять какое-то одно обстоятельство ни к чему. Тут есть и политическая составляющая, и экономическая, и религиозная, которую, я думаю, мы не совсем правильно понимаем. Потому что противоречия между суннитами и шиитами на сегодняшний день достигли небывалой остроты. Кстати, вспоминается высказывание одного египетского богослова, который как-то произнес, что разница между шиитами и суннитами еще больше, чем между мусульманами и христианами».
США выступали против инициативы Эр-Рияда, но мнение Вашингтона не стало решающим, пишет Reuters со ссылкой на свой источник в правительстве Саудовской Аравии. Ранее Штаты официально призвали стороны не прерывать прямой диалог.
Информация о возможном посредничестве России — пока лишь на уровне источников. Официально Москва только выразила «серьёзную озабоченность дополнительным обострением ситуации на Ближнем Востоке с участием крупнейших региональных держав».
О роли нашей страны в этом конфликте — доцент кафедры политической теории МГИМО МИДа России Кирилл Коктыш.
Кирилл КоктышКирилл Коктыш
доцент кафедры политической теории МГИМО МИД России
«Превращение конфликта в суннитско-шиитский — это наименее благоприятный сценарий, в том числе, и для Москвы. По той простой причине, что до сих пор это все-таки имело характер внутрисуннитских противоречий. И шииты и противостоящие «Исламскому государству» сунниты находили гораздо больше общего между собой, чем с единоверцами. В этом плане, сползание в такую поляризацию достаточно опасно. Оно проводит не те водоразделы, которые желательны. Поэтому, конечно, Москве было бы желательно этой ситуацией воспользоваться и попробовать, по крайней мере, немножко нормализовать отношения Саудовской Аравии и Ирана. Тем более, очевидно, что здесь действуют немного разные властные группы, и сама Саудовская Аравия тоже не монолитна. Особенно, если учесть, что до сих пор Москве получалось достаточно успешно - по крайней мере, результативно — использовать противоречия Саудовской Аравии и Кувейта. Сегодняшняя иранско-саудовская конфронтация такую возможность может закрыть и толкнуть Саудовскую Аравию и Кувейт в тесные объятия друг друга, несмотря на все противоречия, которые между ними существуют».
Добавим, что на фоне конфликта достаточно серьезно выросли мировые нефтяные цены. И, соответственно, рубль, для которого 4 января — первый торговый день в наступившем году.
Михаил Сафонов
К чему готовиться российской экономике в 2016-м
Юрий Смитюк
Что ждет российскую экономику в следующем году: рост на 0,3–1% или повторение вялотекущего падения, как в ушедшем? К чему готовиться российскому бизнесу и россиянам? Многое зависит от того, станет ли 2016-й переломным годом на рынке нефти, но не только.
Ситуация в первые месяцы 2016 года более чем понятна. Участники рынка уверены, что после Нового года доллар продолжит свое шествие наверх, срубая на своем пути цены на нефть и, как следствие, российский рубль. В последний торговый день 2015 года, 30 декабря, доллар преодолел отметку в 73 рубля, а евро стоил почти 80 рублей. За год нефть сорта Brent подешевела на 34%, опустившись до 37,3 доллара за баррель.
Что же дальше ждет российскую экономику – падение или рост? Российское правительство подготовило бюджет на 2016 год исходя из среднегодовой цены на нефть в 50 долларов. Минэкономразвития ждет 0,7-процентного роста при такой цене бочки. Прогноз Центробанка, правда, более пессимистичен. Там считают, что российский ВВП выйдет в устойчивый плюс, но лишь в 2017 году.
Экономисты в целом тоже разделились на два лагеря. Чтобы четко понимать, что будет дальше, надо с уверенностью говорить о том, сколько по году будет стоить баррель. А это главный сюрприз наступившего года. Почти та же ситуация наблюдалась в конце 2014-го. Но есть отличие: тогда сложнее было оценивать, насколько прочна российская экономика под внешним шоком. Теперь же у нее есть опыт 2015 года, удививший многих западных экспертов. РФ адаптировалась к двукратному падению цен на нефть и не упала в пропасть, как полагали некоторые. Уже даже появились основания говорить о росте в 2016-м. Но тут, как всегда некстати, вмешалась нефть, откатившись теперь ниже 40 долларов за бочку.
Можно выделить три сценария развития российской экономики в следующем году. Если нефть по году будет все-таки 50 долларов за баррель, как заложено в российском бюджете. Это теперь вполне комфортная цена как для сырьевого сектора, так и в целом для экономики. Если нефть окажется ниже 40 долларов – это пессимистичный сценарий, тогда России снова, как и в 2015-м, придется подстраиваться и заново учиться жить в менее комфортных условиях. В прошлом году адаптировались к 50 долларам, в новом придется привыкать к 35–40. Наконец, есть и оптимистичный сценарий, при котором нефть совершает неожиданный разворот и по году выходит на 60 долларов за бочку или даже чуть выше. Но сейчас это выглядит слишком неправдоподобно.
Куда уходит нефть
Все четыре фактора, влияющие на нефть, говорят сейчас об одном – цена бочки в течение следующего года расти не будет, считает замгендиректора Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник. Уход цен на нефть к 25–30 долларам за баррель возможен, но лишь краткосрочно. В среднем по году нефть будет стоить 45 долларов за баррель, прогнозирует эксперт. Восстановление котировок более вероятно в 2017-м.
На нефть влияют четыре фактора: фундаментальные – балансировка спроса и предложения, монетарные – рынок фьючерсов, который на порядок превосходит физические объемы нефти, геополитические – военные конфликты в странах – экспортерах нефти и политические факторы – желание США задушить Россию, бюджет которой нефтезависим.
Главную роль в 2016 году будет играть фундаментальный фактор. «Будет более медленный, чем ожидалось, рост спроса на энергоресурсы со стороны Китая. Плюс основные игроки ОПЕК будут отклоняться от дисциплины. Саудиты продолжат наращивать производство и экспорт нефти, активно применяя демпинг. Их доля в Европе может увеличиться, что понятно, так как Китай берет меньше. В Китае Россия уже не первый год наращивает экспорт нефти. Приход Саудовской Аравии в Европу – это и результат нашей работы на Востоке. Иран и ряд других игроков из ОПЕК тоже нарастят объемы», – говорит эксперт из ФНЭБ.
Добыча нефти в США снизилась, но не так значительно, как была надежда. «Сланцы, по экспертным прогнозам, должны были уже загнуться. Однако теперь эксперты отодвигают планку рентабельности, ссылаясь на рост технологических изысканий в Америке, которые позволяют добывать сланцевую нефть при низких ценах на нефть. Ряд технологий позволяет работать и при уровнях в 20 долларов», – добавляет Пасечник.
Монетарный и политический факторы на данный момент также на стороне дешевой нефти. «Спекулянты в свое время разогнали нефть до 100 долларов, а сейчас мы приходим к объективным оценкам рынка, как мне кажется. Долгие годы нефтяная индустрия жила сверхприбылями, а теперь предлагается жить не на рынке пузыря, а в реальности. О 100 долларах приходится только мечтать», – говорит Александр Пасечник.
Спекулятивные капиталы, которые могли бы прийти и качнуть рынок, находятся в США, а американской экономике выгодны низкие цены на нефть, поэтому они могут сдерживать спекулянтов. «На сланцы по большому счету Америке наплевать, потому что доля сланцев в экономике минимальна. Главное, что от дешевых энергоресурсов в целом экономика в выигрыше. Единственное, что это плюс также и для Китая, а он их основной конкурент», – добавляет эксперт. «Кроме того, американцам и нас выгодно немножко придушить. Поэтому даже по политическим основаниям нефти дорожать сейчас смысла нет, как это видят в Вашингтоне», – считает собеседник газеты ВЗГЛЯД.
Таким образом, российской экономике надо готовиться к двум наиболее вероятным сценариям: когда цена на нефть будет 50 и 40 долларов.
Если нефть будет 50 долларов
Такие цены будут довольно комфортны для России, так как не создают проблем для бюджета страны, сверстанного исходя из 50 долларов за баррель. Правительство ждет роста ВВП на 0,7% при среднегодовой цене на нефть в 50 долларов. Ряд экономистов полагают, что в этом случае рост может дойти и до 1%, но другие ждут продолжения падения ВВП РФ даже при такой комфортной цене. Например, в «Центре развития» ГУ-ВШЭ довольно пессимистично настроены и прогнозируют падение российской экономики на 2% даже при 50 долларах за баррель.
«Это будет связано с продолжением стагнации потребительских доходов и расходов», – говорит газете ВЗГЛЯД замдиректора института «Центра развития» ГУ-ВШЭ Валерий Миронов. Он объясняет, что в этом году произошла вторая волна девальвации, которая еще полностью не сказалась на ценах. В первые месяцы 2015 года в институте ждут инфляцию на уровне 13%, что еще больше снизит реальные зарплаты и розничный товарооборот, который и так переживает не лучшие времена.
С другой стороны, в 2016 году ожидается рост внутренних инвестиций благодаря более низкой долговой нагрузке компаний. «Выплаты предприятий по внешним долгам в следующем году будут меньше, чем в этом. Это значит, что российские предприятия не должны будут отвлекать всю прибыль на выплаты. По крайней мере, в этом году весь ее прирост шел на покрытие платежей по внешним кредитам. В 2016 году инвестиционный спрос может оживиться, будет немного расти», – говорит Валерий Миронов.
Потребительские расходы и инвестиции приносят основной вклад в ВВП страны. Если они падают, то экономика не может расти, и наоборот. «Потребление домохозяйств – это 50% ВВП, а инвестиции – это 20% ВВП. Каждый процент прироста потребления домохозяйствами приносит 0,5% ВВП, а каждый процент прироста инвестиций дает 0,2% ВВП», – отмечает российский экономист.
Падение потребительского спроса сейчас одна из главных проблем российской экономики, которую надо решать. Однако сделать это крайне сложно в условиях ухудшения нефтяной конъюнктуры, которая неизбежно ведет к девальвации и сжиманию расходов на всех уровнях.
Для экономики важен также показатель чистого экспорта (экспорт минус импорт). Чтобы оживить экономику, необходимо вести агрессивную экспансию российских товаров на внешние рынки. Причем сейчас как никогда актуальным становится расширение несырьевого экспорта. Статистика показывает, что Россия медленно, но идет по этому пути. Уже в 2014 году доля несырьевого экспорта вместе с экспортом услуг в денежном выражении составила более половины всего экспорта – 51,5%. Для сравнения: если в 2013-м несырьевой экспорт составил 251 млрд долларов, то в 2014-м уже 286 млрд долларов.
Если в 2013 году нефтегазовые доходы составляли до 53% бюджета, а ненефтегазовый дефицит достигал почти 11%, то к середине 2015 года эти показатели соответственно снизились до 43% и 9,5%. В структуре экспорта доля сырой нефти и природного газа составила менее 40%, тогда как в 2013 году была 52%. Доля всего ТЭК в экспорте снизилась с 76% до 60%. Это доказывает, что кроме нефти у России есть другие конкурентные товары и услуги.
И все же Валерий Миронов считает, что экспортной экспансии российских товаров правительство не уделяет должного внимания. Плюс этому явно не способствует геополитическое напряжение между бывшими партнерами. «Надо вернуть старых партнеров и искать новых торговых партнеров. Но искать не заменителей попавших под санкции товаров, а, наоборот, искать покупателей российских товаров. Это сложный процесс, но на этот путь встает большинство стран после девальвации для ускорения темпов роста ВВП», – говорит Валерий Миронов.
При цене на нефть в 50 долларов (и выше) и при стабильной геополитической ситуации (и улучшении) все эти задачи выполнять было бы куда проще. Одно из главных условий для восстановления потребительского спроса, оживления инвестиций и расширения экспорта – это стабильность и уверенность в том, чего ждать в краткосрочной и долгосрочной перспективе. К сожалению, ноябрьские и декабрьские события – новое падение барреля, смена монетарной политики США, разлад торговых отношений с Украиной и Турцией – вновь ввергли российский бизнес и россиян в пучину неопределенности. Но если России, как и в 2015 году, за первые полгода все же удастся вернуться на островок стабильности, это будет уже большим достижением.
Если нефть по 35–40 долларов
Если нефтяные котировки по году сохранятся на текущих уровнях – 35–37 долларов за бочку – то российский ВВП может просесть на 3%, ожидают в ВШЭ. То есть Россия повторит падение прошедшего года (минус 3–4%). Этот сценарий означает еще один год испытания на прочность российской экономики.
При такой цене на нефть инфляция ускорится не только в первые месяцы года, об остановке падения потребительского спроса придется забыть еще как минимум на год. Цена в 40 долларов за баррель обеспечит проблемы федеральному бюджету, сверстанному исходя из цены на нефть на 10 долларов выше.
При среднегодовой цене нефти в 40 долларов за баррель и курсе 70 рублей за доллар объем выпадающих в 2016 году доходов составит около 1 трлн рублей. Частично это будет компенсировано переоценкой валютных ресурсов Резервного фонда и ФНБ (резервы растут на фоне укрепления валют), которая составит 600 млрд рублей. Однако очередное падение цен на нефть дает повод для нового раунда пересмотра бюджетных обязательств, отмечает директор института «Центр развития» ГУ-ВШЭ Наталья Акиндинова.
Вместе с тем отток капитала в 2016 году будет значительно меньше. По оценке института, не более 40 млрд долларов. В итоге приток валюты по текущим операциям в 2016 году может превысить чистый отток капитала, что позволит Банку России нарастить резервы, считает Сергей Пухов из «Центра Развития» ГУ-ВШЭ.
Вариантов для покрытия выпадающих доходов немного: резервы, заимствования, рост налоговой нагрузки, приватизация. Тратить больше резервов, чем запланировали, опасно: тогда их не хватит до 2019 года, они закончатся уже в 2017-м. А это некая подушка безопасности в период низких цен на нефть, который в худшем случае может продлиться пять и более лет. Наращивание долгов тоже небезопасный выход, хотя низкая долговая нагрузка России пока позволяет это делать. Приватизация в условиях низкого рынка не всегда выгодна, хотя небольшими пакетами акций госпредприятий можно пожертвовать в сложное время. Налоговая нагрузка на нефтяной сектор уже усилилась.
В любом случае, если падение экономики в 2015-м почувствовали на себе еще не все россияне, то в 2016 году, скорее всего, таких останется немного. «Это будет год структурной перестройки, потому что все поймут, в том числе правительство, что нужны более серьезные меры для возобновления экономического роста. Правительство пока уговаривает олигархов не увольнять людей, подождать в расчете на то, что скоро начнется экономический рост. Но если станет понятно, что рецессия затягивается, то начнется сокращение численности занятости», – ожидает Валерий Миронов.
России действительно удается пока удерживать очень низкий уровень безработицы – 5,8%, в том числе благодаря стараниям правительства. Однако в следующем году может начаться не только рост безработицы, но и заморозка номинальных зарплат.
Компании могут начать снижать издержки в своей выручке, в том числе сокращать затраты на оплату труда. Это означает либо увольнение части сотрудников с сохранением той же зарплаты для сохранивших места сотрудников, либо сокращение зарплат для всех работников.
«В 2015 году номинальная зарплата в целом растет на 8–10%, но из-за инфляции в 15% она падает, как и реальные доходы населения. Но одни могут это замечать, а другие могут и не замечать», – говорит Миронов. Если же номинальные зарплаты заморозят, то есть роста не будет вообще, то негативные последствия на себе могут почувствовать уже практически все.
Кроме того, появится угроза финансового кризиса в стране, которого, скорее всего, Россия не допустит, отмечает Миронов. Но определенная нестабильность в финансовой системе будет наблюдаться и нервировать.
Риски
Кроме нефти, впрочем, есть и другие риски, которые могут реализоваться, что плохо, но они могут и не сработать. Это усиление геополитической напряженности, например, если Запад вдруг решит усилить санкции из-за возобновления конфликта на Юго-Востоке Украины или снова припомнит Крым.
Риски кроются также и в мировой экономике. Среди них – жесткая посадка китайской экономики и финансовый кризис, что грозит серьезными проблемами и американской экономике. Они насколько тесно связаны друг с другом, что если будут падать, то тоже вместе. Рост китайской экономики замедлился до уровня 2009 года, и в ближайшие три–шесть месяцев тенденция может продолжиться. В свою очередь, если ФРС решится на агрессивное повышение ставки, то это может привести даже к рецессии американской экономики. Центробанк США раньше повышал ставку только в период роста мировой экономики, чего сейчас не наблюдается. Во второй половине 2015 года, наоборот, в США, Китае и Японии темпы роста падают.
Если повезет, то...
Впрочем, есть и неожиданные факторы, которые могут сыграть на пользу России. Например, к приятным неожиданностям можно отнести отмену санкций летом, вероятность которой все же нельзя считать нулевой. Или сыграют некоторые факторы, которые заставят нефть дорожать. Их немного, но такие тоже имеются. Самое банальное – это переход в активную фазу ближневосточных конфликтов, ведущий к реальным ограничениям поставок нефти, например, через Суэцкий канал.
«В середине 2016 года может начаться разворот на рынке нефти, только если сработает геополитический фактор – вхождение в активную фазу военного конфликта – сирийского или йеменского. Если в него втянутся Саудовская Аравия, Эмираты, Кувейт, если будут сложности с поставками нефти через Суэцкий канал, тогда это повлияет на ситуацию с ценами на нефть. Но пока это можно только предполагать. Ливия, например, незаметно ушла с рынка. Премии были, но остались незаметными», – говорит газете ВЗГЛЯД Александр Пасечник из ФНЭБ.
Есть также еще один фактор, который может благотворно сказаться на нефтяных ценах. Это влияние ставки ФРС США на сырьевые валюты и сырьевые рынки. Сейчас уже никто не сомневается, что американский регулятор продолжит повышать ставку, но остается неясным, как быстро и насколько агрессивно. Первое повышение сыграло на повышение доллара и логичное ослабление нефти. Однако если провести исторические параллели, то в течение следующих шести месяцев может произойти обратная ситуация – доллар ослабнет, и дальше по инерции это приведет к укреплению всех долларовых активов, как нефти, так и другого сырья (в том числе металлов).
«Если посмотреть на поведение индекса доллара после начала ужесточения монетарной политики (в феврале 1994 и июне 2004 гг.), можно отметить, что он демонстрировал снижение в течение 6 месяцев с момента повышения, теряя около 6%», – говорит аналитик Forex Club Ирина Рогова. Если это произойдет и в этот раз, то в середине 2016 года нефть получит поддержку.
SC-130J - последний из легендарного семейства.
Компания Lockheed Martin поставит 43 транспортных самолета C-130J по заказу правительства США, включая C-130J-30 и тактические самолеты-заправщики KC-130J (фото) для Корпуса морской пехоты, сообщает flightglobal.com 31 декабря.
30 декабря было объявлено о двух многолетних контрактах на сумму 5,3 млрд долл США на поставку 32 самолетов, общее количество составит 78 единиц. Первый контракт стоимостью 1 млрд долл включает в себя поставку 13 C-130J-30 Super Hercules и пяти HC-130J Combat King II (фото), далее последуют поставки 11 многоцелевых MC-130J Commando II, которые будут преобразованы в самолеты специального назначения AC-130J Ghostrider, будут приобретены два самолета-заправщика KC-130J для КМП и один HC-130J для береговой охраны США. В целом, компания поставит 30 MC-130J, 13 HC-130J, 29 C-130J-30 и шесть KC-130J (78 машин).
Первые 60 самолетов C-130J были поставлены в период 2003-2008 годов. «Супер Геркулесы» поставляются в Индию, Ирак, Израиль, Кувейт, Оман, Южную Корею и Тунис, Франция также планирует купить эти самолеты в стандартной версии C-130J (средняя стоимость самолета составляет от 100 до 120 млн долл США – прим. Военный Паритет).
Программа С-130 является одной из самых продолжительных в истории военной авиации. Первый С-130 был поставлен ВВС США в 1956 году, в декабре 2015 года состоялась церемония передачи 2500-го самолета этого семейства (HC-130J Combat King II). С 2016 года компания планирует начать производство последней версии самолета - SC-130J Sea Herc, который предлагается для Великобритании (правительство этой страны еще не выбрало Boeing P-8A Poseidon).
Саудовская Аравия вновь открыла посольство в иракской столице Багдаде после 25-летнего перерыва, сообщает агентство Рейтер.
Саудовская Аравия закрыла посольство в Багдаде в 1990 году после вторжения Ирака в Кувейт.
Новый посол королевства в Ираке Тамер ас-Сабхан (Thamer al-Sabhan) заявил телеканалу "Аль-Арабия", что открытие посольства позволит двум странам улучшить сотрудничество в борьбе с терроризмом и в области безопасности.
Агентство отмечает, что улучшение отношений между странами позволит усилить исламскую коалицию по борьбе с террористической группировкой "Исламское государство" (ИГ, запрещена в России), захватившей значительные территории Ирака и Сирии.
Нефтяные валюты входят в зону турбулентности
Валентин КАТАСОНОВ
«Нефтяные валюты» - термин неофициальный, обозначающий денежные единицы стран, чьи экономики в большой мере зависят от добычи и экспорта нефти (шире – углеводородов). Нефтяные валюты никогда не принадлежали к кругу официальных (доллар США, евро, британский фунт стерлингов, японская иена) или неофициальных (швейцарский франк, канадский и австралийский доллары) резервных валют, но тем не менее они длительное время считались благополучными: почти никогда не знали резких обвалов курсов и были достаточно устойчивыми. И вот с 2015 года нефтяные валюты стали входить в опасную зону турбулентности.
Основные производители нефти в мире (2014 год)
Страна |
Добыча, млн. т |
Доля в мировой добыче, % |
Саудовская Аравия |
543,4 |
12,9 |
Российская Федерация |
534,1 |
12,7 |
США |
519,9 |
12,3 |
КНР |
211,4 |
5,0 |
Канада |
209,8 |
5,0 |
Иран |
169,2 |
4,0 |
ОАЭ |
167,3 |
4,0 |
Ирак |
160,3 |
3,8 |
Кувейт |
150,8 |
3,6 |
Венесуэла |
139,5 |
3,3 |
Источник: Statistical Review of World Energy 2015 (British Petroleum)
На первые десять производителей нефти в 2014 году приходилось 2/3 мировой добычи черного золота. В TOP-10 выделяются три лидера: Саудовская Аравия, Россия и США. Нефтяными валютами может с полным основанием считаться саудовский риал и российский рубль. Доля углеводородов (нефть, нефтепродукты, природный газ) в экспорте Саудовской Аравии близок к 90%, у Российской Федерации – около 2/3. Доллар по целому ряду причин не относится к категории нефтяных валют (хотя бы потому, что на протяжении четырех десятков лет в США действовал запрет на экспорт нефти, отмененный в последние дни уходящего 2015 года).
К разряду нефтяных валют можно также отнести денежные единицы Ирана (иранский риал), Объединенных Арабских Эмиратов (дирхам ОАЭ), Ирака (иракский динар), Кувейта (кувейтский динар), Венесуэлы (венесуэльский боливар). Денежные единицы большинства стран ОПЕК, не включенных в таблицу, также обладают свойствами нефтяных валют. Это валюты Нигерии (найра), Анголы (кванза), Алжира (динар) и др.
Причина относительной устойчивости нефтяных валют на протяжении последних лет вполне понятна: цены на черное золото и другие углеводороды держались на хорошем уровне, что позволяло странам-экспортерам этих продуктов быстро наращивать свои золотовалютные резервы.
Международные резервы стран, экономики которых в большой мере
зависят от экспорта углеводородов
(сырая нефть, нефтепродукты, природный газ), конец 2015 г.*
Страна |
Млрд. долл. |
Место страны по объему |
Саудовская Аравия |
635,5 |
3 |
Российская Федерация |
364,7 |
6 |
Бразилия |
357,0 |
8 |
Мексика |
177,1 |
12 |
Алжир* |
160,0 |
13 |
Иран* |
110,0 |
20 |
Ливия* |
105,0 |
21 |
Индонезия |
100,7 |
23 |
ОАЭ* |
70,0 |
29 |
Ирак* |
70,0 |
30 |
Катар* |
39,1 |
41 |
Румыния |
37,5 |
43 |
Кувейт* |
35,0 |
45 |
Нигерия* |
32,0 |
47 |
Ангола* |
31,0 |
48 |
Казахстан |
28,5 |
49 |
Туркмения* |
26,0 |
50 |
Венесуэла* |
20,0 |
57 |
Азербайджан* |
17,5 |
62 |
* По тем странам, которые отмечены звездочкой, приведены оценки МВФ на 31.12.2015. По остальным странам – официальные данные по состоянию на 30.11.2015
Источник: Международный валютный фонд.
Накопление валюты осуществлялось по двум основным направлениям. Во-первых, прирастали золотовалютные резервы центральных банков. Во-вторых, создавались и наполнялись специальные фонды, получившие название суверенных. Эти фонды находятся в ведении министерств финансов (казначейств) и предназначены для того, чтобы страховать государственные бюджеты на случай возникновения дефицитов, а также для обеспечения доходами будущих поколений. Что касается накоплений валюты центральными банками, то соответствующие резервы имели (и имеют) единственное назначение – поддержание стабильного валютного курса национальной денежной единицы.
Большинство экспортирующих нефть стран придерживались курса на поддержание стабильного курса своих денежных единиц, прежде всего, по отношению к доллару США, что тоже понятно: большая часть мировой торговли углеводородами ведется с использованием доллара как валюты цены контракта и валюты платежа. Некоторые страны перешли на привязку национальной валюты к корзинам иностранных валют. Впрочем, в таких корзинах доллар США всё равно имеет решающий вес. Денежные единицы Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара, Бахрейна и Омана прямо привязаны к доллару, кувейтский риал - к корзине валют. Ни одна из стран Персидского залива пока не допускала девальваций своих валют, особого соблазна играть на понижении валютного курса у экспортеров черного золота не было, поскольку ветер рыночной конъюнктуры дул им в паруса.
Не очень длительные периоды «проседания» нефтяных цен и валютных поступлений, которые могли ослабить местные валюты, купировались с помощью валютных интервенций центральных банков. Но вот уже скоро полтора года, как ситуация меняется. В «тучные» годы цены на нефть были выше планки 100 долларов за баррель. Максимумы были достигнуты в середине 2008 года и варьировали в диапазоне 130-150 долл. в зависимости от марки нефти. Еще в 2014 году средняя цена нефти марки Brent составляла 99,3 долл. за баррель. В декабре 2015 года цена нефти Brent обновила минимум с июля 2004 года, опустившись до 36 долл.
До конца 2015 года большинство государств-экспортеров нефти продолжало поддерживать стабильность своих валют, что достигалось ценой сокращения международных резервов. Кое-где были введены некоторые ограничения на международное движение капитала. Тем не менее поддерживать валютные курсы становится всё сложнее.
Кроме неблагоприятной конъюнктуры на рынке черного золота (а также многих других сырьевых рынках), появились дополнительные неприятности. Одна из них - повышение Федеральным резервом США ключевой ставки на 0,25 проц. пункта и обещание денежных властей США и дальше продолжать курс на повышение цены денег. Это неизбежно усилит отток капитала из стран периферии мирового капитализма, где находится большинство стран с нефтяными валютами, и будет подрывать стабильность этих валют.
В такой непростой ситуации у стран-экспортеров нефти имеется несколько вариантов поведения.
Вариант первый. Остановить дальнейшее падение цен на черное золото. Сделать это могли бы, в первую очередь, страны ОПЕК, у которых имеются отработанные годами механизмы стабилизации нефтяного рынка. Однако Саудовская Аравия, имеющая большое влияние в ОПЕК, кажется, и является инициатором нынешнего затяжного понижения цен. Эксперты утверждают, что Саудовская Аравия проводит сознательную политику подавления своих экономических и политических конкурентов – России и Ирана. С учетом этого рассчитывать на скорое завершение периода низких нефтяных цен не приходится.
Вариант второй. Продолжать курс на поддержание стабильности своих валют путем проведения валютных интервенций центральными банками. Для этого нужен хороший запас прочности в виде международных резервов. У разных стран он очень сильно варьируется. Так, у Саудовской Аравии, по расчётам экспертов, запас прочности может составить пять лет. Впрочем, расчеты очень условные, основывающиеся на данных о том, как таяли международные резервы Саудовской Аравии на протяжении последних полутора лет. По другим странам нет даже таких грубых оценок. Запас прочности можно увеличить, если страны предпримут меры по ограничению оттока капитала и сокращению импорта.
Вариант третий. Отказаться от политики поддержания стабильного валютного курса национальной денежной единицы и отправить ее в свободное плавание. В этом случае не надо будет «палить» международные резервы для проведения валютных интервенций. А, кроме того, неизбежное понижение валютного курса национальной денежной единицы позволит активизировать экспорт. Фактически будет применен проверенный временем валютный демпинг. Конечно, у этого варианта много минусов, начиная с того, что использование валютного демпинга ведёт к консервации сырьевой специализации страны и закрывает для неё перспективы экономической модернизации.
Пока большинство стран идут по второму пути, но не исключено, что в 2016 году многие из них попробуют перейти на третий вариант. Впрочем, некоторые страны уже стали двигаться по третьему пути. Пример показала Россия ещё в 2014 году. Центральный банк России перевел рубль в свободное плавание, и курс рубля стал быстро понижаться, а в середине декабря 2014 года произошел его обвал.
В августе 2015 года Центробанк Казахстана отменил привязку тенге к доллару США, и национальная денежная единица Казахстана также отправилась в свободное плавание. Курс тенге сильно просел. В декабре 2015 года по тому же пути пошёл Центробанк Азербайджана, заявив, что отменяет привязку своего маната к доллару США. Сразу после этого манат потерял половину своей стоимости по отношению к американской валюте. Так на постсоветском пространстве в валютной политике стран, экспортирующих нефть и сырье, наметилась новая тенденция.
В 2016 году эта тенденция может распространиться на нефтяные страны за пределами СНГ. Особо внимательно все следят за Саудовской Аравией. Этот главный в мире на сегодняшний день экспортер чёрного золота сжёг за последний год более 100 млрд. долл. своих резервов, чтобы поддержать курс риала к доллару США. Если в августе 2014 года золотовалютные резервы Саудовской Аравии достигли своего максимума – 746 млрд. долл., то на начало декабря 2015 года их объем упал до 635,5 млрд. долл. Эр-Рияд пока не делал заявлений по поводу возможного изменения своей валютной политики – там всем своим видом показывают, что у Саудовской Аравии большой запас прочности. Лет на пять резервов хватит. Дескать, потом, когда удастся убрать конкурентов (Россию и Иран), Саудовская Аравия как монопольный хозяин мирового рынка нефти компенсирует свои валютные потери. Однако саудовцы могут просчитаться. Хотя бы потому, что их глубокое вовлечение в войну на двух фронтах (Йемен и Сирия) уже сегодня требует крупных финансовых затрат.
Если отвязка саудовского риала от доллара с последующим его свободным плаванием может произойти за пределами 2016 года, то по ряду других нефтяных валют вероятность отвязки от доллара или корзин валют в наступающем году весьма высока. Это валюты таких стран, как Катар, Кувейт, ОАЭ, Ангола, Венесуэла, Алжир.
В заключение стоит сказать, что у нефтяных стран есть еще и четвёртый вариант поведения. Этот вариант уже проверен такой крупной нефтяной страной, как Иран, который не только давно отвязал курс своей денежной единицы (риала) от доллара США, но вообще перестал использовать американскую валюту в своих международных расчётах. Так, в торговле с Китаем Иран использует юани, с Индией – рупии, с Россией – рубли, с Японией - иены. Иранская нефтяная биржа работает со множеством валют, нет там лишь одной валюты – американского доллара. По состоянию на 2007 год Иран уже экспортировал 85% своей нефти не за доллары, а в январе 2015 года страна полностью отказалась от использования американской валюты в своих международных расчётах.
Возвращаясь к казусу Азербайджана, надо сказать, что, по мнению многих экспертов, прежний, более высокий, курс можно было держать еще как минимум год даже при ценах на нефть в 30 долларов за баррель. Тем более что для Азербайджана это вторая девальвация за десять месяцев, а в сумме подорожание доллара против маната с начала 2015 года составило 65%. Хотя Азербайджан - относительно небольшая и совершенно недиверсифицированная экономика, такие решительные меры обращают на себя внимание. Действия Баку обсуждают даже крупные международные инвесторы, причём в контексте общемировой ситуации на рынках стран-экспортеров нефти.
Девальвация маната теперь сопоставима с ослаблением тенге и рубля. В более широком контексте это примерно то же, что произошло с бразильским реалом и южноафриканским рэндом. Упомянутые инструменты также зависят от цен на сырьё: на сельскохозяйственную продукцию в случае Бразилии, на металлы в случае ЮАР. И общий мотив везде один: подешевел основной экспортный товар - должна подешеветь и валюта.
И вот теперь всё внимание на Ближний Восток. Здесь, безусловно, более устойчивые экономики, накопившие за «тучные» годы дорогой нефти определённый жирок. Пока за счёт этого «жирка» Саудовской Аравии, Объединённым Арабским Эмиратам, Катару, Бахрейну, Оману удаётся жить по-старому, сохраняя привязку своих валют к доллару. Ни одна из стран Персидского залива пока не допускала девальвации, однако рынок уже взволнован предположениями о том, чем это закончится.
![Главное](/images/star.png)
«2015 – был непростым, но прорывным»
Глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев о перспективах привлечения денег от иностранных инвесторов
Кирилл Дмитриев
Сколько денег зарубежные фонды могут вложить в российские активы, почему иностранцам интересна отечественная инфраструктура, как Сингапур и Китай будут работать на Дальнем Востоке России, рассказывает глава Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилл Дмитриев в своей колонке для «Газеты.Ru».
Отдача от интереса
2015-й был непростым, но прорывным годом с точки зрения иностранных инвестиций. Несмотря на все внешние сложности, год очень четко показал, что долгосрочные иностранные инвесторы действительно видят и, что еще важнее, реализуют возможности для вложений в Россию. Это подтверждается как продолжением сотрудничества с уже традиционными партнерами, так и приходом в Россию тех, кто не рассматривал нашу страну для инвестиций.
Например, летом в уже традиционной встрече президента России Владимира Путина с членами Международного экспертного совета РФПИ и представителями международного инвестиционного сообщества во время Петербургского международного экономического форума приняли участие руководители 27 ведущих суверенных и инвестиционных фондов из 16 стран, с капиталом под управлением более $5 трлн. Там же была достигнута договоренность о создании партнерства с суверенным фондом Королевства Саудовская Аравия Public Investment Fund (PIF). Вклад саудовских партнеров в $10 млрд стал не только крупнейшим соглашением за всю историю отношений между компаниями РФ и королевства, но и одной из крупнейших сделок для всей мировой индустрии суверенных фондов.
Чуть позже, в ноябре, старейший суверенный фонд Кувейта Kuwait Investment Authority (KIA) принял решение об удвоении до $1 млрд вклада в механизм автоматического соинвестирования с РФПИ, увеличив при этом свою долю участия в каждой сделке. Три года назад KIA стал первым иностранным участником данного механизма, суть которого состоит в том, что его партнеры автоматически присоединяются к участию в каждой сделке, реализуемой РФПИ.
К концу года объем средств, привлеченных РФПИ в российскую экономику за счет долгосрочных стратегических партнерств с ключевыми ивестиционными и суверенными фондами мира, превысил $25 млрд.
Созданная РФПИ сеть партнерств – одна из крупнейших в мире. По примеру РФПИ свою работу выстраивают сегодня институты в Италии, Франции, Индии и Египте.
Мультипликация эффекта
Хотя РФПИ был создан всего четыре года назад и инвестиции фонда в среднем рассчитаны на пять-шесть лет, уже в 2015 году мы увидели значительный эффект от наших вложений. Это касается не только портфеля РФПИ, который значительно превышает стоимость его приобретения даже на фоне падения финансовых рынков.
Так, инвестиция в группу компаний «Мать и дитя» способствует развитию качественных частных медицинских услуг в стране. В уходящем году компания стала крупнейшей в отрасли главным образом за счет активного развития в регионах страны, в том числе в Сибири.
Московская биржа демонстрирует рост капитализации в полтора раза с начала года, вводит новые инструменты (например, фьючерс на юань) и в целом служит важнейшим элементом финансовой инфраструктуры страны, к которой также большой интерес проявляют партнеры РФПИ.
Другая наша портфельная компания, «Волтайр-Пром», запустила обновленную технологическую линию и служит ярким примером бизнеса, реализующего экспортный потенциал.
Акции алмазодобывающей АЛРОСА выросли на 60% с момента нашей инвестиции, и это один из ярких примеров высокого интереса инвесторов к флагманским промышленным компаниям России.
Сеть кинотеатров КАРО благодаря открытию новых передовых мультиплексов не только стала номером один по посещаемости в Московском регионе, но и активно развивает программы по поддержке и развитию российского кинематографа как отрасли, расширяется в регионах.
Целый ряд соинвесторов РФПИ из разных регионов мира приобрели в 2015 году акции ведущих сетевых компаний «Магнит» и «Лента» во время размещений, что отражает их заинтересованность и веру в рост российского ритейла и агросектора. И это не только инвестиционный, но и экспортно-импортный, торговый интерес. Со стороны РФПИ это не только поддержка финансового рынка в непростой период, но и стимулирование интереса и развития целых отраслей за счет инвестиций в наиболее динамичные и привлекательные для международных фондов компании.
Несколько проектов реализуется нами на Дальнем Востоке страны, включая аэропорт Владивостока как перспективный транспортно-логистический хаб во всем АТР, мост через Амур между Россией и Китаем, лесопереработку с высокой добавленной стоимостью RFP Group и ряд других. Мы хотим на их примере показать, как инвестиции в российский Дальний Восток могут быть прибыльными и это в свою очередь приведет в регион новых инвесторов.
Инфраструктурный фокус
Мы продолжаем работу по проектам в области инфраструктуры, поскольку это один из главных драйверов роста российской экономики в средне- и долгосрочной перспективе. В составе консорциума мы закрыли сделку по инвестированию в терминал по перевалке сжиженных углеводородных газов и светлых нефтепродуктов в морском торговом порту Усть-Луга — одном из самых современных объектов портово-терминальной инфраструктуры на Балтике.
Также в партнерстве с ведущими суверенными фондами Ближнего Востока РФПИ проинвестировал в проект строительства интегрированного комплекса «ЗапСибНефтехим» в Тюменской области, который станет крупнейшим современным нефтехимическим объектом в России. Для этого проекта привлечены средства ФНБ в рамках 10-процентной квоты РФПИ, предусмотренной на реализацию инфраструктурных проектов. Ранее средства ФНБ были выделены на проекты РФПИ по ликвидации «цифрового неравенства» (обеспечение широкополосным доступом в интернет в малых населенных пунктах) и созданию «интеллектуальных сетей» (снижение потерь в электросетях за счет внедрения современных систем учета и контроля). Все это хорошие качественные проекты, создающие эффект в масштабе всей экономики и гарантирующие сохранность и возвратность средств государству.
Фокус на инфраструктуру и активное международное сотрудничество позволили инициативе РФПИ получить поддержку стран БРИКС и договориться на саммите в Уфе о создании совместного механизма для инвестирования в акционерный капитал инфраструктурных проектов. С китайской стороны соглашение подписал Фонд Шелкового пути, с которым сейчас прорабатывается целый ряд инфраструктурных проектов в различных форматах.
Из подрядчиков в инвесторы
Особое внимание в уходящем году было уделено работе с мировыми индустриальными лидерами, обладающими не только инвестиционными возможностями, но и отраслевой экспертизой. Показательный пример – сотрудничество с тайским агроконгломератом CP Group, ставшим в июне партнером РФПИ. Этот ведущий мировой производитель аграрной продукции обладает уникальными технологиями, позволяющими автоматизировать и оптимизировать производство. Кроме того, у CP Group – крупнейшая дистрибьюторская сеть. За счет совместного развития в России мы получили возможность выпускать сельхозпродукцию мирового класса и экспортировать ее по налаженным каналам на глобальном уровне. Соглашение о сотрудничестве на $1 млрд и первый проект, запущенный в уходящем году, стали отличной платформой для дальнейшего развития.
Наш опыт показывает, что многие иностранные компании хотят выполнять роль подрядчика или оператора по проектам в России, и этот интерес можно трансформировать. В том числе привлекая их как стратегических инвесторов. За прошедший год нам удалось заключить три таких соглашения. Сингапурская Changi в консорциуме с РФПИ и «Базовым элементом» выиграла конкурс на право приобретения аэропорта Владивостока и станет его оператором. Китайская компания CRCC примет участие в строительстве малых ГЭС в Карелии не только в качестве подрядчика, но и в качестве инвестора. Такую же роль возьмет на себя итальянский концерн Pizzarotti при возведении объектов транспортной инфраструктуры. Концессионное соглашение о строительстве железнодорожных переездов в Московской области станет одним из первых, реализуемых в порядке частной инициативы.
Китайская повестка
Китаю мы по традиции уделяем особое внимание – именно с китайскими коллегами было создано первое стратегическое партнерство РФПИ – Российско-Китайский инвестиционный фонд (РКИФ) с $2 млрд под управлением. Именно в рамках работы РКИФ инициировали и продвинулись в таких проектах, как строительство первого российско-китайского пограничного железнодорожного перехода через Амур, создание совместного туристического фонда для инвестирования в том числе в объекты в России и других.
Готовится к запуску Российско-китайский инвестбанк для содействия российским компаниям в доступе на финансовые рынки Китая. В рамках этого проекта достигнута договоренность о стратегическом партнерстве с «Ренессанс Капиталом» и группой «Онэксим» для продвижения интересов российских компаний и китайских инвесторов в перспективные проекты на территории РФ, СНГ, Ближнего Востока и Африки. РКИФ также остается активным участником межправительственной российско-китайской комиссии, на рассмотрении которой несколько десятков инвестиционных проектов между Россией и КНР.
***
Достигнутые результаты и интерес наших международных партнеров, несмотря на текущие сложности, позволяют с оптимизмом смотреть в будущее. Мы видим, как портал Invest in Russia привлекает представителей регионов и потенциальных зарубежных инвесторов. На примере Центра клеточной терапии мы запустили механизм «инвестиционного лифта» по реализации экспортного потенциала средних и малых по размеру компаний. Все это позволяет нам с уверенностью смотреть в 2016 год, который обещает быть не менее сложным, но очень насыщенным и интересным с точки зрения реализации тех инвестиционных возможностей России, которые очевидны для нас и наших партнеров уже сейчас.
Автор — генеральный директор Российского фонда прямых инвестиций.
Ирак объявил о крупнейшей победе над ИГ
Соответствующие заявления сделали в Минобороны Ирака. Если следовать этим данным, иракские военные оттеснили боевиков и взяли город Рамади, расположенный в центральной части страны
Иракская армия сообщила о крупнейшей победе над «Исламским государством» (данная организация запрещена в РФ) за полтора года. Минобороны страны заявило о взятии Рамади, крупнейшего города, освобожденного от джихадистов ИГИЛ в Ираке. По словам представителя властей, накануне правительственным силам удалось занять административный район регионального центра провинции Анбар на западе Ирака. После завершения операции в Эр-Рамади целью иракской армии, по словам аль-Нумани, станет полное освобождение провинции, рассказывает обозреватель Reuters.
«Правительственные войска заблокировали этот региональный центр несколько недель назад, а штурм центрального административного района города начался на прошлой неделе. По словам представителя иракских сил, победа в центральном районе Рамади фактически означает взятие всего города, а теперь войскам остается только провести зачистку окраинных районов Рамади, где еще сохранились очаги сопротивления экстремистов. Боевики захватили ключевой город западной провинции Ирака Анбар в мае этого года. Победа правительственных сил лишает группировку ИГИЛ ее главного военного достижения 2015 года. Более того, взятие Рамади становится первой крупной победой подготовленных американскими инструкторами иракских войск за 18 месяцев конфликта, в начале которого армия была разгромлена наступлением джихадистов».
поделиться
В Пентагоне данные о взятии Рамади подтвердить пока не смогли. Между тем в российских СМИ появилась неподтвержденная информация о захвате американским спецназом одного из высокопоставленных командиров ИГИЛ. Согласно сообщениям, во время спецоперации были взяты в плен три боевых командира ИГИЛ, в том числе Абу Омар аш-Шишани родом из Панкисского ущелья. О спецоперации сообщает ТАСС со ссылкой на информагентство EIN, однако никакие другие СМИ информацию не подтверждают, а найти сайт этого агентства Business FM не удалось.
Корреспондент ТАСС в Кувейте Василий Вавилин, за именем которого агентство публикует заметку о аш-Шишани, пояснил радиостанции, что независимые иракские агентства иногда грешат непроверенной информацией.
Василий Вавилин
корреспондент ТАСС в Кувейте
«Дело в том, что в Ираке очень много информпорталов. Там государственные СМИ есть, конечно, это иракское телевидение основное, но они не очень развиты. Но как раз всю информационную нагрузку берут на себя такие интернет-информпорталы. Очень часто у них появляется достоверная информация, но бывает, что они могут ошибиться. Это чисто иракское, частное информагентство, которых там очень много. Хотя All Iraq News — сильное довольно-таки, известное».
Настоящее имя Омара аш-Шишани — Тархан Батирашвили. Во многом он известен количеством сообщений о своей смерти. Родился Батирашвили в 1986 году в Панкисском ущелье. Его мать из панкисских чеченцев, отец — православный грузин. Учился в школе, работал пастухом. В 2007 году был призван в грузинскую армию, воевал в Южной Осетии, собирался сделать военную карьеру, но был уволен по состоянию здоровья. Осенью 2010 года попал в тюрьму за незаконное хранение оружия, там и произошло обращение к радикальному исламу. Досрочно освободившись в 2012 году, уехал в Турцию. Впоследствии прибыл в Сирию и основал группировку «Джейш-аль-Мухаджирин валь-Ансар» («Армия эмигрантов и сторонников»), затем примкнул к ИГИЛ.
В Сирии у Тархана две жены, обе чеченки. По данным Bloomberg, в конце прошлого года он обещал отцу в ближайшее время вторгнуться в Россию, однако сам отец факт разговора отрицает. Весной этого года госдепартамент США предложил за информацию о местонахождении Батирашвили 5 млн долларов. За 2015 год в СМИ появилось более трех сообщений о гибели Батирашвили, но ни одно из них впоследствии не подтвердилось.
Невозможность «антишиитской» коалиции
Игорь ШУМЕЙКО
Интрига с созданием Саудовской Аравией новой коалиции якобы для борьбы с «Исламским государством» (ИГ, по-арабски – ДАИШ) вызвала много комментариев. Так, министр иностранных дел Пакистана Айзаз Чоудри возмутился тем, что его страну без ведома её правительства кто-то включил в так называемую антитеррористическую коалицию под эгидой Саудовской Аравии. Схожая реакция последовала от властей Ливана, Малайзии, а также Индонезии – крупнейшей по численности мусульманской страны мира.
Собственно, объявить об образовании новой «коалиции» было делом нехитрым: переписали страны, в которых последователи суннитского толка ислама количественно преобладают, получилось 34 участника.
То, что в состав новой «коалиции» записаны Саудовская Аравия, Турция, Египет, Катар, ОАЭ, Йемен и Ливия, Иордания, Пакистан, Бахрейн, Бангладеш, Бенин, Чад, Того, Тунис, Джибути, Сенегал, Судан, Сьерра-Леоне, Габон, Сомали, Гвинея, Палестинская национальная автономия, Союз Коморских Островов, Кот-д'Ивуар, Кувейт, Ливан, Мальдивская Республика, Марокко, Мавритания, Нигер, Нигерия, Мали, Малайзия, а отсутствуют там Иран, Сирия, Ирак, Оман, подтверждает: в основе замысла — смотр антишиитских сил.
Получилось, как в сказке: тридцать три богатыря, с ними дядька Саудит.
Вообще, когда лидер третьей, «альтернативной» коалиции входит (на подчиненных началах!) в другую коалицию, созданную Соединёнными Штатами, и провозглашает те же цели, что и американцы, это может вызвать лишь недоуменное пожатие плечами. Субординация, что ли, разладилась?
Попытки представить агрессию против законного правительства Сирии как «войну суннитов против шиитов», а поддержку Россией действий Башара Асада, противостоящего агрессии и мятежу, как участие в «шиитской коалиции» поддержки в мире ислама заведомо не найдут. Повторю то, что я уже писал ранее в статье «О миссии России на Ближнем Востоке»: Россия вовсе не «за шиитов». В нашем переменчивом мире политика России на редкость последовательна: на протяжении десятков лет Москва поддерживает суннитский Египет, палестинцев, которые в большинстве своём также сунниты. А недавно президент Египта Ас-Сиси поддержал «шиитскую» коалицию с участием России и публично подтвердил, что сирийцы, создавшие для Европы проблему беженцев, бежали не от Асада (алавита), а от ИГ. Да и курды, которые сражаются с «суннитским» ИГ, в подавляющем своём большинстве - сунниты.
Отвергая «право» США свергать в любой стране-члене ООН разонравившегося Вашингтону главу государства, Россия защищает в Сирии арабскую государственность как таковую. А что собирается защищать Саудовская Аравия? Своё положение ритуального центра исламского мира, связанное с тем, что в титуле короля Саудовской Аравии этот арабский монарх именуется «Хранителем двух святынь», мечетей в Мекке и Медине? Так ведь Мекка и Медина одинаково значимы для ВСЕГО мира ислама, в котором есть и сунниты, и шииты, и алавиты, и хариджиты, и мутазилиты, и хуситы, и многие другие.
А как быть с тем, что Сирия и Ливан давно стали территорий военного сотрудничества Саудовской Аравии и Израиля в их совместном противостоянии Ирану? В сложнейшее хитросплетение конфессиональных групп, каким характеризуются Ливан и Сирия, саудиты врезались с циничной прямотой: враг моего врага – мой друг. Раз Израиль враг Ирана значит в глазах Эр-Рияда он друг и союзник? Эр-Рияд даже заявил, что готов предоставить Израилю своё воздушное пространство в случае, если тот решит нанести удары по Ирану. Никакая «суннитская» («антишиитская») коалиция на такой основе невозможна.
Из государств Персидского залива Бахрейн хотя и включён в «коалицию тридцати четырёх» (король, правящая династия – сунниты), но все же он скорее станет еще одной угрозой Саудовской монархии: 75% населения Бахрейна - шииты, которые с 2011 года борются за свои права, доводя противостояние до уличных боев (этот своеобразный фрагмент «арабской весны» западные СМИ стараются замолчать).
Шейх Хасан Насралла, генеральный секретарь движения «Хезболла», выступая с традиционной речью 16 мая 2015 года, в день Накбы (катастрофы изгнания палестинцев с их земли в 1948 году), расставил точки над i: «В то время как мы отмечаем День Накбы палестинского народа, нам также приходится иметь дело с новой Накбой – схемой ISIS и его спонсоров, направленной на то, чтобы разделить мусульманскую нацию…» Шейх Насралла предупредил, что после бомбардировок саудовской авиацией мечетей и других гражданских объектов в Йемене «у Израиля и США, у любой другой армии не будет никаких табу…».
Тугой узел вооружённых конфликтов, полыхающих сегодня на Ближнем Востоке, не имеет ничего общего с религиозными войнами, с противостоянием суннитов и шиитов. Водораздел проходит между «единственной глобальной сверхдержавой» и её региональными союзниками, с одной стороны, и теми силами, которые никогда не согласятся подчиниться «сверхдержавному» диктату, – с другой.
Al Adil Co LLC, выросшая из одного небольшого супермаркета в Дубае в крупную торговую сеть, две мельницы и два завода по производству специй, намерена продолжить региональный рост.
Председатель компании Al Adil Дхананджай Датар объявил о запланированном на первую половину 2016 года расширении сети розничных магазинов в Объединенных Арабских Эмиратах. Главной точкой регионального роста выбран импорт продуктов питания из Индии посредством подразделения предприятия Masala King Exports Trading.
Доктор Датар описал 2015 год как период стратегического расширения: “C открытием ключевых точек в Омане, Бахрейне, Дубае и Шардже мы расширили нашу розничную сеть. Это стало результатом целенаправленных усилий по стратегической экспансии без ущерба для основных ценностей.”
Al Adil превратилась в диверсифицированную компанию из одного лишь супермаркета в районе Бур-Дубай. Тогда магазин занимался дистрибьюцией продуктов питания, импортированных из Индии, удовлетворяя потребности местных экспатов. В дальнейшем Al Adil расширилась до крупной сети из 30 торговых точек на Ближнем Востоке, двух мельниц и двух заводов по производству специй. Импортно-экспортное направление деятельности компании также включает в себя отношения с предприятиями из США, Канады, Танзании, Кении, Швейцарии, Италии, Эритреи, Кувейта.
Непосредственно в штате Al Adil находятся 375 сотрудников и еще около 500 жителей ОАЭ и Индии приняты на работу в качестве вспомогательных служащих.
Основные задачи компании сосредоточены на установлении значительного присутствия в Эль-Айне, Абу-Даби, Рас-эль-Хайме, Шардже, Кувейте и Катаре.
Дхананджай Датар пообещал, что в скором времени в ОАЭ в дополнение к уже существующим 27 супермаркетам появятся еще минимум 20 отделений розничной сети, которые будут удовлетворять потребности местной индийской диаспоры.
![Главное](/images/star.png)
Резиденты ОАЭ, которые спланировали свой семейный отдых в Грузии, сообщили прессе, что вместо обещанного отдыха им пришлось пройти унизительные испытания, после того как в аэропорту Тбилиси им отказали во въезде без объяснения причин.
Файзан Хасан из Пакистана, менеджер одного из крупных банков ОАЭ, рассказал корреспондентам информационного агентства Gulf News, что он, его жена и двое сыновей (6 месяцев и 5 лет) вылетели 18 декабря рейсом авиакомпании Fly Dubai в столицу Грузии Тбилиси, однако, на паспортном контроле по прибытии их без объяснения причин направили на обратный рейс. Хасан утверждает, что должностные лица обошлись с его семьей очень грубо и не предоставили никаких объяснений. Также для его семьи это означает, что 12000 дирхамов (3250 долларов США) были потрачены впустую.
Между тем Хасан говорит, что не расстроен отказом, и, что это право любого государства отказать во въезде на свою территорию. Однако, он расстроен отношением офицеров. Когда офицер на паспортном контроле посмотрел их паспорта, то грубо сказал встать у другой стойки и подождать. Через час ожидания к ним подошли еще три семьи из Пакистана и Сирии, которым тоже было сказано подождать без объяснения причин, после чего офицеры повели всех в транзитную зону и вручили им посадочные талоны на рейс в Дубай. В этот момент Хасан попросил объяснить причину отказа, однако офицеры ответили, что он и остальные не соответствуют критериям для въезда в Грузию. Хасан потребовал озвучить критерии, но сотрудники вызвали полицию и пригрозили запереть их в "специальной комнате", если они откажутся сесть на самолет. Когда дети начали плакать, офицеры сказали, что не нужно разыгрывать перед ними драму. Родившийся и выросший в ОАЭ Хасан сказал, что впервые в жизни почувствовал себя преступником.
Вернувшись в Дубай, Хасан направил по электронной почте жалобу в посольство Грузии в Кувейте 19 декабря, но не получил ответа. Тем не менее, корреспондент Gulf News смог дозвониться до посольства, работник которого отрицал претензии, сказав, что "в случае отказа во въезде - всегда предоставляются объяснения". Хасан также направил письмо в Национальную туристическую администрацию Грузии (GNTA), где его заверили, что религия не является причиной отказа в пересечении границы, и что, возможно, он предоставил не все документы на паспортном контроле. Но Хасан утверждает, что офицер мельком взглянул на паспорт, и не дал ему шанс показать весь пакет документов.
Это не первый случай отказа во въезде резидентам ОАЭ в Грузию. Так, в октябре бухгалтеру их Аджмана, Джанулабедину Хакими, который отправился с другом на отдых в Грузию, было отказано во въезде без объяснения причин. Хакими уверен, что ему отказали во въезде по причине ношения бороды, так как его чисто выбритый друг прошел контроль без всяких проблем.
Напомним, что согласно договоренности между Министерствами внутренних дел двух стран, все резиденты ОАЭ с действительными резидентскими визами могут въезжать на территорию Грузии без оформления въездных виз и оставаться на её территории на срок до 90 дней.
Жесткая схватка за азиатский нефтяной рынок
По данным, собранным Reuters на основании информации о торговых потоках и таможенной информации, с помощью слабого рубля и новых трубопроводов, Россия заменила Иран в пятерке крупнейших поставщиков в Азии, увеличив за первые 11 месяцев 2015 года продажи на 23 % до 1,3 миллиона баррелей в сутки по сравнению с предыдущим годом.
Доля России в крупнейшем в мире нефтяном рынке за последние пять лет выросла с 4,7% до 7,3 %. Это говорит о том, что усилия президента Владимира Путина по завоеванию азиатских рынков Китая и других стран, приносит свои плоды, и способствует сокращению зависимости от традиционных рынков, таких как Европа.
Китай и Южная Корея наиболее стремительно увеличили свою долю в российском импорте. Учитывая, близость России к основным покупателям в Северной Азии, страна может экспортировать нефть на танкерах через Сахалин и с помощью трубопроводов непосредственно в Китай или через российский порт Козьмино в Японском море.
Еще одним преимуществом для России стало снижение более чем вдвое стоимости рубля по отношению к американской валюте с середины 2014 года, что сократило затраты на производство в аспекте торговли в долларах на международных рынках нефти.
"Учитывая, что Азия является одним из немногих регионов с ненасыщенным спросом, оставшимся на этом рынке, борьба за долю рынка остается напряженной," - говорит Амрита Сен, нефтяной аналитик консалтинговой компании Energy Aspects.
В рамках Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), Ирак стал основным поставщиком, увеличив свои поставки в Азию на четверть благодаря рекордной добыче и значительным скидкам, иллюстрирующим насколько интенсивной является ценовая война даже в рамках ОПЕК.
Экспансия России и Ирака в Азии ограничивает рост для Саудовской Аравии, предлагая лидеру ОПЕК стратегию наращивания добычи для расширения рынка, работающего в пределах нормы.
Под руководством Саудовской Аравии в ноябре 2014 года ОПЕК решили не сокращать производство, чтобы поддержать цены, а продолжать производить защиту доли рынка от других производителей, таких как Россия или Соединенные Штаты.
"Мы не думаем, что эта стратегия будет продолжаться, особенно в свете того, что Россия увеличила долю рынка в Азии в 2015 году," - говорит Эмрил Джамиль, старший аналитик нефтяных исследований и прогнозов в Thomson Reuters, ссылаясь на то, что производители пытаются заработать с помощью снижения цен.
"В 2015 году ОПЕК не добьется значительных сдвигов рыночной доли в Азии," - добавил он.
В то время, как Саудовской Аравии удалось остановить падение ее азиатской доли рынка в прошлом году и оставаться крупнейшим поставщиком в регионе путем увеличения экспорта на 2,7 % в течение первых 11 месяцев этого года до 4,2 млн баррелей в сутки, данные ОПЕК показывают, что в 2013 году продажи страны в Азии достигали 4,59 миллиона баррелей в сутки.
Избалованные выбором
В этом году в рамках ОПЕК Ирак обогнал Кувейт, став третьим по величине поставщиком сырой нефти в Азию после Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ).
По данным Reuters, второй по величине производитель ОПЕК увеличил поставки нефти для крупных потребителей в Азии почти на 360000 баррелей в день до 1,77 миллиона баррелей в сутки за первые 11 месяцев.
Иракский экспорт нефти в Индию вырос на треть до чуть более 600000 баррелей в сутки, сравнявшись с поставками крупнейшему покупателю Китаю, поскольку Reliance Industries увеличили закупки, и в Индии начали создавать стратегические запасы.
По данным Reuters, экспорт крупнейшего производителя ОАЭ упал на 3,7 % в течение первых 11 месяцев с учетом роста внутреннего спроса, но другие источники сообщают, что эмираты могут вернуть свою долю, когда увеличат производство во второй половине 2016 года.
"Азия сейчас избалована выбором, поэтому производители будут вынуждены снижать цены, чтобы завоевать рынок," - говорит Сен из Energy Aspects.
Другие конкуренты, которые подняли свои продажи в Азии, включают латиноамериканских производителей, Венесуэлу и Бразилию, чей экспорт вырос более чем 100000 баррелей в сутки.
Переполненный рынок Азии означает, что планы Ирана нарастить в следующем году экспорт, когда санкции будут сняты, могут усложниться.
"Иранцы не собираются отступать, даже если они должны будут вести ценовую войну, чтобы закрепить свои баррели за азиатскими переработчиками," - сказал Джамиль.
Автор: Шепелев Антон
F-16 не теряет новизны.
Интенсивное использование истребителей F-16 военной авиацией арабских стран (Оман, Бахрейн, Ирак, Иордания, Египет и ОАЭ) над Сирией, Ираком и Йеменом является свидетельством того, что этот боевой самолет все еще достаточно эффективен, сообщает сегодня strategypage.com (первый полет YF-16 состоялся 2 февраля 1974 года - прим. Военный Паритет).
F-16 дешевле купить, он легок в обслуживании и эксплуатации, чем большинство истребителей других типов. Даже такие страны, как Кувейт, Катар и Саудовская Аравия, которые никогда не имели их на вооружении, сегодня заинтересованы в их приобретении.
Одним из наиболее интересных новых операторов самолета является Ирак. Между 2011 и 2014 годами эта страна заказала 36 истребителей F-16IQ, которые примерно равноценно стандарту Block 52. Ирак намеревался сделать заказ на F-16 еще в 2009 году, но в последнюю минуту местные чиновники решили потратить средства на закупки продовольствия. Ситуация изменилась в 2014 году, когда группировка ИГИЛ взяла под контроль город Мосул и большие территории на западе и северо-западе Ирака.
ВВС США все еще имеют на вооружении около 1200 истребителей этого типа (около половины состоят в резервных подразделениях), всего построено более 4500 самолетов для ВВС почти 30 стран мира, включая США.
Истребители продолжают производиться на экспорт с ценой примерно 70 млн долл США за единицу (это цена F-16I для Израиля). Подержанные самолеты, произведенные в 1990-х годах, продаются по цене примерно 10 млн долл за машину.
Хотя большинство истребителей все еще имеют обозначение F-16C, эти самолеты разделяются на шесть основных модификаций – Block 32, 40, 42, 50, 52 (наиболее распространенная ныне версия) и 60, а также израильский F-16I. Самой передовой моделью считается Block 60, разработанная специально для ВВС ОАЭ (эта страна закупила 80 самолетов этого варианта – прим. Военный Паритет). Самолет с нормальным взлетным весом 22 т создан на базе Block 52, но отличается наличием бортовой РЛС с активной ФАР и многими другими обновлениями.
Доля ОАЭ в общем объеме сгенерированных продаж сектором общественного питания стран Персидского залива составила 28%.
Объединенные Арабские Эмираты следуют за Саудовской Аравией в списке лидеров стран Персидского залива с точки зрения объемов продаж в секторе общественного питания. Показатель ОАЭ — 28%. В 2014 году он нашел свое выражение в $5,3 млрд, в то время как рынок Саудовской Аравии в аналогичном сегменте продемонстрировал $8,9 млрд.
Данные были обнародованы в ходе составления прогноза для сферы общественного питания стран Персидского залива. Совокупный среднегодовой темп роста в регионе, в соответствии с заявлением инвестиционной компании Al Masah Capital, задержится на уровне 6,8%, и к 2018 году объем продаж арабских государств достигнет $24,5 млрд (89,9 млрд дирхам). Показатель продаж в секторе общественного питания в 2014 году — $18,8 млрд.
Как сообщается, к факторам роста данного сегмента на рынке стран Персидского залива относят благоприятный экономический фон: способствующая усиливающемуся спросу демографическая обстановка, устойчивый рост доходов на душу населения. Важную роль в формировании спроса в сегменте также играют увеличение потока туристов и углубление урабанизационных процессов. Последнее объясняется тем фактом, что большинство крупных точек продаж сосредоточено в городах первого и второго уровня стран Персидского залива.
В качестве негативных факторов в докладе компании названы следующие аспекты: повышение конкуренции, слаборазвитая инфраструктура в цепи поставок, высокая арендная плата для престижных коммерческих объектов и нехватка квалифицированных человеческих кадров.
Сегмент быстрого питания в рамках всего сектора оказался крупнейшим. В 2014 году на него пришлось около 58% продаж ($10,9 млрд). Второе место заняли рестораны полного цикла обслуживания, захватившие 31,5% рынка с $5,9 млрд.
За ОАЭ в числе лидеров сферы общественного питания следуют Кувейт с показателем продаж в $1,9 млрд, Катар — $1,3 млрд, Оман — $ 1,1 млрд, Бахрейн — $0,4 млрд.
Торговая политика Норвегии проводится на основе как защиты национальных интересов (прежде всего защита внутреннего производства и рынка сельхозпродукции), так и на обязательствах по многосторонним и двусторонним соглашениям. Норвежские внешнеторговые связи строятся, главным образом, на основе участия страны в ВТО и Европейской Ассоциации свободной торговли, а, следовательно, на Соглашении ЕАСТ – ЕС 1992 года о Европейском экономическом пространстве.
Норвегия является членом 27 соглашений о зоне свободной торговли, заключенных с 38 странами и территориями (25 из договоров подписаны в рамках участия Норвегии в Европейской ассоциации свободной торговли): Албания, Босния и Герцеговина, Канада, Чили, Колумбия, страны Мезоамерики (Коста-Рика, Гватемала, Панама), Египет, страны-члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия, ОАЭ), Гонконг, Израиль, Иордания, Ливан, Македония, Украина, Турция, Тунис, Южноафриканский таможенный союз (Ботсвана, Свазиленд, Лесото, Намибия, ЮАР), Южная Корея, Сингапур, Сербия, Перу, Палестина, Черногория, Мексика, Марокко, Фарерские острова (двустороннее), Гренландия (двустороннее).
Кроме того, в рамках членства в ЕАСТ Норвегия является участником соглашений о сотрудничестве с Меркосур, Эквадором, Маврикием, Монголией, Мьянмой, Пакистаном.
В настоящий момент ЕАСТ ведет переговоры о заключении подобных соглашений с Алжиром, Грузией (начаты в сентябре 2015 года), Филиппинами, Китаем (приостановлены с осени 2010 года в связи с политическим кризисом между странами), Малайзией, Индией, Индонезией (были отложены из-за выборов в стране, но будут возобновлены в ближайшее время), Вьетнамом, Таиландом (приостановлены из-за политической ситуации в стране).
В отличие от ЕС, который является таможенным и валютным союзом европейских стран с общими границами и таможенными ставками, ЕАСТ представляет собой торговый союз, в котором каждая из стран-участниц осуществляет свою национальную торговую политику по отношению к другим странам. Несмотря на подобный суверенитет, страны-участницы ЕАСТ сотрудничают по ведению переговоров и заключению торговых соглашений. При этом при заключении соглашений норвежская сторона уделяет особое внимание таким вопросам, как соблюдение прав человека, условия труда, окружающая среда, культурное многообразие, социальная ответственность бизнеса и надежная система государственного управления.
Среди основных критериев выбора стран для подписания двусторонних торговых соглашений норвежское правительство выделяет такие, как возможности роста экспорта продукции традиционного промышленного производства, включая технические средства, промышленное оборудование, металлы и минеральные удобрения, а также рыбную продукцию. В центре внимания сектора услуг находятся судоходство, телекоммуникации и энергетика.
Саудовская «антитеррористическая» коалиция создана против России и Ирана
Юрий Богданов
Громкий проект создания «антитеррористической» коалиции исламских стран ради борьбы с исламским же терроризмом в реальности явно имеет совсем иные цели. Возглавившая новую коалицию Саудовская Аравия действительно желает уничтожить ИГИЛ – но у собранных под ее началом стран вряд ли хватит для этого военных возможностей.
Саудовская Аравия создала международную исламскую коалицию для борьбы с терроризмом. Помимо самого королевства, в деятельности коалиции примут участие Иордания, ОАЭ, Пакистан, Бахрейн, Турция, Тунис, Судан, Сомали, Палестина, Катар, Кувейт, Ливан, Ливия, Малайзия, Египет, Нигерия, Йемен и ряд других – всего под руководством Эр-Рияда соберутся, как объявлено, аж 34 страны.
Влиятельная саудовская газета Arab News перечислила полный список стран, вошедших в коалицию. Помимо вышеназванных государств, в альянс вошли Судан, Сенегал, Сьерра-Леоне, Того, Чад, Уганда, Мавритания, Гвинея, Габон, Коморские Острова, а также крошечное африканское государство Бенин.
«Против любой террористической организации»
Создание исламской коалиции в столице Саудовской Аравии сопровождалось подписанием всеми членами совместного коммюнике. Подчеркивалось, что каждый член коалиции от Египта до Габона будет принимать решения относительно борьбы с террором самостоятельно.
Заместитель наследного принца, министр обороны и сын короля Саудовской Аравии Мохаммад бен Салман заявил на пресс-конференции в Эр-Рияде, что «сегодня ряд стран страдает от терроризма, включая Сирию, Ирак, Египет, Йемен, Ливию, Мали, Нигерию, Пакистан и Афганистан». «Для борьбы с этой угрозой требуются очень серьезные усилия. Без сомнений, при помощи этого альянса мы сможем координировать свои усилия», – передает правительственное агентство Saudi Press Agency слова бен Салмана.
На вопрос корреспондента самой влиятельной газеты в арабском мире Asharq al-Awsat, будет ли коалиция действовать в Сирии и Ираке, бен Салман ответил: «Что касается действий в этих странах, мы, конечно, будем действовать и там, но не будем ограничиваться этим. В Сирии и Ираке мы будем координировать свои действия с международной коалицией».
На вопрос, будет ли альянс действовать только против террористической организации ИГИЛ, заместитель наследного принца ответил: «Нет, альянс будет действовать против любой террористической организации, которая будет угрожать его членам». Мохаммад бен Салман добавил, что и в этих вопросах альянс намерен координировать свои операции с ведущими державами и международными организациями.
Создаваемая коалиция не будет привязана к конкретной ветви ислама, заявил глава МИД королевства Адель аль-Джубейр. «Это не суннитская и не шиитская коалиция, это антитеррористическая коалиция», – сообщил он телеканалу Sky News Arabia. Все действия будут обсуждаться ее членами в индивидуальном порядке, отметил он. «Поддержка будет заключатся в обмене информацией и подготовке войск, а также военном вмешательстве, если это потребуется. Ничто не исключено», – добавил аль-Джубейр.
«Идея» Бандара
«Страны, упомянутые в заявлении, приняли решение сформировать военный альянс под руководством Саудовской Аравии для борьбы с терроризмом», – говорится в сообщении, переданном саудовским телеканалом Al Arabyia. Объединенный штаб по координации и проведению военных операций будет размещен в Эр-Рияде.
Телеканал Al Jazeera подчеркивает, что в альянс не вошли региональный соперник Саудовской Аравии Иран и его союзники Ирак и Сирия. Американская пресса напомнила, что автором идеи исламского альянса по борьбе с террором был влиятельный политический деятель, экс-посол Саудовской Аравии в США и экс-директор «Мухабарата» (Службы общей разведки) Бандар бен Султан.
Большинство стран, вошедших в исламский альянс, так или иначе уже задействованы в борьбе против ИГИЛ. Некоторые из них уже были мишенями радикалов.
Напомним, что Саудовская Аравия, на территории которой находятся священные для всех мусульман места – Мекка и Медина, неоднократно становилась целью боевиков ИГИЛ. Так, в августе террорист-смертник привел в действие бомбу в мечети в приграничной с Йеменом провинции Асир. В результате теракта погибли 15 человек, большинство из которых – военнослужащие саудовской армии. Al Jazeera также отмечает, что террористы ИГИЛ неоднократно атаковали шиитское меньшинство в Саудовской Аравии. Боевики уже организовывали теракты в шиитских мечетях провинции Аш-Шаркия.
«Перед тем как давать оценку, нужно понимать детали»
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков прокомментировал известие о создании Саудовской Аравией исламской коалиции. Объединение усилий в борьбе с экстремизмом Россией воспринимается позитивно, подчеркнул пресс-секретарь президента. «Нам потребуется еще какое-то время, чтобы проанализировать принятое решение, естественно, на основе детальной информации, в которой мы нуждаемся – то есть кто именно вошел в эту коалицию, какие общие цели декларируются, каким образом идет речь о противодействии экстремизму», – заявил Песков.
«Если говорить гипотетически, то, конечно, объединение усилий в борьбе с экстремизмом в различных его проявлениях – это позитивное явление. Но, безусловно, перед тем как давать оценку, нужно понимать детали», – подчеркнул он.
Напомним, что в Сирии и Ираке уже год действует международная коалиция во главе с США, в которую входят 65 стран, включая Саудовское Королевство. Некоторые из государств делают исключительно материально-логистический вклад, не участвуя в бомбардировках позиций исламистов на территории Сирии и Ирака, отмечает ТАСС. Коалиция приступила к нанесению авиаударов по позициям ИГИЛ в Сирии в сентябре 2014 года, не получив разрешения официального Дамаска и СБ ООН. Параллельно этой коалиции в Сирии и отчасти в Ираке действует другой союз, созданный Россией, Ираном, Сирией и Ираком.
Из крупных исламских стран поддержку идее создания коалиции выразила Турция. «Наши отношения с Саудовской Аравией всегда были близкими. То, что исламские страны в единый голос выступили против терроризма, является самым верным ответом тем, кто пытается отождествлять ислам с терроризмом», – заявил Давутоглу.
«Масштабные цели»
Профессор кафедры современного Востока факультета истории политологии и права РГГУ, специалист по Саудовской Аравии Григорий Косач подчеркнул в комментарии газете ВЗГЛЯД, что исламская коалиция, созданная в Эр-Рияде, – это масштабное явление, касающееся не только Сирии, Ирака и борьбы против ИГИЛ. В любом случае эта коалиция – пока еще политический проект. Речь не идет о военном альянсе, это консультативный орган по обмену развединформацией и кооперации в целях борьбы с террором.
«Исходя из заявлений третьего человека в Саудовской Аравии, принца Мохаммада бен Салмана, цель коалиции – противостояние всем формам терроризма не только на территории Сирии и Ирака. Это куда более значительный проект, нежели просто коалиция, которая направлена на борьбу против ИГИЛ в Сирии или Ираке», – сказал эксперт. Григорий Косач подчеркнул, что обязательных решений в рамках новой коалиции приниматься не будет. Минобороны Саудовской Аравии заявило, что все члены будут действовать так, как посчитают нужным.
Собеседник отметил геополитические цели новой коалиции. «Я не исключаю, что Эр-Рияд пытается активизировать деятельность «Организации исламского сотрудничества» для того, чтобы противодействовать Ирану. Косвенно данный тезис подтверждается тем, что Мохаммад бен Салман в своем выступлении отметил, что члены коалиции успешно действуют в Йемене. Известно о противостоянии Саудовской Аравии и Ирана. Эр-Рияд обвиняет Тегеран в том, что его политика является источником проблем для Сирии и причиной возникновения ИГИЛ. Это еще раз подтверждает то, что альянс создается против Ирана. Косвенно можно полагать, что новая коалиция направлена также и против России, так как Москва и Тегеран осуществляют совместные действия, скажем, в Сирии», – отмечает Григорий Косач.
«А что они будут делать?»
Эксперт Московского Центра Карнеги, востоковед и политолог Алексей Малашенко согласен с позицией Григория Косача, что создание коалиции на данном этапе – это скорее политический, информационный или символический проект. Согласен Малашенко и с другим тезисом Косача: что, так или иначе, создание данной коалиции – это антироссийский шаг.
«Саудовская Аравия подтвердила, что она лидер суннитского мира. Из шиитских стран в коалицию вошел только Бахрейн, но и там у власти сунниты. Созданием этой коалиции Эр-Рияд показал России, что вы, мол, сотрудничаете с шиитским Ираном, а большинство мусульманских стран с нами. Де-факто эта коалиция ничего делать не будет. В Сирии и Ираке уже существует две коалиции. Одна – большая, во главе с США и с участием Саудовской Аравии. Другая – с участием России, Ирана, Ирака, Сирии и «Хезболлы», – сказал в комментарии газете ВЗГЛЯД Алексей Малашенко.
Собеседник также отметил, что ИГИЛ представляет реальную угрозу для безопасности Саудовской Аравии, и поэтому наличие подобной коалиции – это необходимость для монархии.
Военный эксперт, редактор журнала «Арсенал Отечества» Виктор Мураховский полагает, что создание Саудовской Аравией подобной коалиции – это скорее информационно-пропагандистская акция, нежели формирование военного блока. «Уже существуют две антитеррористические коалиции. Зачем еще одна коалиция?» – задается вопросом Мураховский в беседе с газетой ВЗГЛЯД. Полковник подчеркнул, что с военной точки зрения новая коалиция вряд ли сможет изменить геополитическую ситуацию в регионе.
«Странно именно с военной точки зрения, что в исламскую коалицию не вошли страны, которые активно борются против терроризма. Я имею в виду Сирию, Ирак и Иран. Зато в коалицию записали практически несуществующее государство – Сомали. Я не говорю о политике и соперничестве разных стран региона, а только о военной составляющей», – подытожил военный эксперт.
Власти Пакистана поддерживают формирование исламской военной коалиции по борьбе с терроризмом во главе с Саудовской Аравией, сообщил посол Пакистана в России Захир Джанджуа (Zaheer Janjua) агентству Sputnik.
По словам Джанджуа, "Пакистан поддерживает формирование коалиции из 34 стран по борьбе с терроризмом и ждет дальнейшей информации, чтобы принять решение о масштабе его (Пакистана) участия в различных действиях коалиции". Посол добавил, что "Пакистан регулярно поддерживает все региональные и международные усилия в борьбе с боевиками, экстремистами и террористами и тем самым оказывает полную поддержку и содействие международному сообществу".
Кроме того, Джанджуа заявил, что у Пакистана и Саудовской Аравии сложились "близкие, сердечные и братские отношения".
"Обе страны осуждают терроризм и прилагают совместные усилия в борьбе с данной угрозой", – сказал он.
Саудовская Аравия сформировала исламскую военную коалицию из 34 стран по борьбе с терроризмом. Объединенный командный оперативный центр будет базироваться в столице Саудовской Аравии Эр-Рияде. Коалиция, согласно тексту заявления, создается для "противодействия терроризму, ставшему угрозой интересов исламской нации", а также "исходя из права народов к самозащите".
В коалицию, согласно тексту документа, помимо самой Саудовской Аравии, войдут: Иордания, ОАЭ, Пакистан, Бахрейн, Бангладеш, Бенин, Турция, Чад, Того, Тунис, Джибути, Сенегал, Судан, Сьерра-Леоне, Габон, Сомали, Гвинея, ПНА, Союз Коморских Островов, Кот-д'Ивуар, Кувейт, Ливан, Египет, Ливия, Мальдивская Республика, Марокко, Мавритания, Нигер, Нигерия, Мали, Малайзия, Катар и Йемен. В тексте заявления также указывается, что еще "десять исламских государств выразили свою поддержку вновь создаваемой коалиции, одна из них — Индонезия".
Накануне министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, заявил, что Москва ожидает более подробной информации об инициативе Эр-Рияда по новой коалиции по борьбе с терроризмом. Говоря о коалициях по борьбе с терроризмом в Сирии, он отметил, что предпочтителен коллективный формат, включающий всех игроков и одобренный ООН.
Мусульманская армия против ИГ
Саудовская Аравия возглавила мусульманскую коалицию по борьбе с терроризмом
Александр Братерский
Власти Саудовской Аравии заявили о создании мусульманского альянса по борьбе с терроризмом, в который вошли 34 государства. Создание коалиции, где только несколько стран представляют реальную военную силу, происходит на фоне укрепления роли Саудовской Аравии как крупного политического игрока в регионе. Создание коалиции может быть воспринято положительно и США, и Россией, однако ее цели и методы пока не ясны.
Координация сил нового антитеррористического союза будет осуществляться из Эр-Рияда, сообщает Al Arabiya. Отмечается, что коалиция была создана за 72 часа.
В список стран вошли сама Саудовская Аравия, Иордания, ОАЭ, Пакистан, Бангладеш, Бахрейн, Бенин, Турция, Чад, Того, Тунис, Джибути, Сенегал, Судан, Сьерра-Леоне, Сомали, Габон, Гвинея, Палестина, Коморские Острова, Катар, Кот-д'Ивуар, Кувейт, Ливан, Ливия, Мали, Мальдивская Республика, Малайзия, Египет, Марокко, Мавритания, Нигер, Нигерия и Йемен.
Эксперты отмечают, что из всех членов коалиции реальными военными возможностями обладают лишь Саудовская Аравия, Иордания, Турция, Египет, Малайзия.
Среди членов коалиции есть и страны, в которых практически разрушена государственность и продолжаются военные конфликты, — Ливия, Сомали, Мали. Еще один член коалиции — страна Персидского залива Бахрейн, где проживают много шиитов и где активно пытается распространять свое влияние Иран. Наличие большого количества африканских стран объясняется тем, что эти государства опасаются угроз со стороны ИГ (запрещенная в России организация). Так, в Нигерии действует родственная ИГ исламистская группировка «Боко Харам» (радикальная исламистская организация, действующая в Нигерии, в марте 2015 года она присоединилась к «Исламскому государству»).
Сама Саудовская Аравия является частью коалиции под руководством США, однако активных боевых действий в Сирии эта страна не ведет. Саудиты переключили свои основные военные мощности на борьбу с повстанцами в Йемене, которые угрожают ее интересам. Эксперты также отмечают, что ОАЭ являются региональным партнером Саудовской Аравии, а Египет зависит от нее финансово, так как именно Саудовская Аравия дает Египту средства на покупку оружия, в том числе и в России.
Такие государства, как Иордания и Турция, преследуют в Сирии собственные цели, однако используют союз с саудитами в тактических интересах, констатируют западные эксперты.
Объявление о создании коалиции под эгидой Саудовской Аравии произошло вскоре после окончания в Эр-Рияде конференции по Сирии с участием представителей различных оппозиционных групп, противостоящих Башару Асаду. В ней приняли участие 60 оппозиционных группировок, в том числе противостоящие режиму Асада представители «Сирийской свободной армии», Сирийской национальной коалиции, оппозиционных и революционных сил, а также группировок исламистского толка. Глава МИД России Сергей Лавров отметил, что конференция — это собрание сил, к которым «благоволит» королевство.
В свою очередь, министр финансов Сирии Исмаил Исмаил выступил с критикой Саудовской Аравии за приглашение «террористических групп» на мирную конференцию по политическому урегулированию в стране.
Как отмечает ведущий эксперт вашингтонской экспертной группы Gulf State Analylics Теодор Карасик, создание коалиции было анонсировано руководством страны спустя несколько дней после ряда важных событий. Кроме конференции в Эр-Рияде также прошла Римская конференция по Ливии и начал действовать режим прекращения огня в Йемене: «Это сигнал воюющим сторонам не только в Йемене, но также в Ливии и Сирии. Сигнал о том, что Саудовская Аравия будет участвовать в урегулировании кризиса», — сказал Карасик.
Он отметил, что идея создания подобной коалиции, которую он назвал «мусульманской армией», не нова и вынашивалась в свое время саудовским принцем Бандаром бин Султаном, когда он занимал должность советника по национальной безопасности королевства.
Эксперт рассказывает, что для США и России шаг Саудовской Аравии может быть положительным и «выглядеть как региональный ответ на экстремистские угрозы». Российские интересы в регионе он не затрагивает, утверждает эксперт.
В то же время, продолжает Карасик, есть немало «вопросов без ответа о целях и средствах этого объединения». Он отмечает, что к участию в коалиции не приглашены ни Оман, ни Иран.
Руководство Саудовской Аравии никогда не скрывало, что цель участия королевства в конфликте в Сирии — это смещение президента этой страны Башара Асада и ограничение влияния Ирана, который в то же время является главным региональным противником Саудовской Аравии в регионе.
Новости о создании коалиции Саудовской Аравии совпали с приездом в Москву госсекретаря США Джона Керри, которого должен принять президент России Владимир Путин. Возможно, этот вопрос будет затронут в ходе беседы об урегулировании в Сирии.
Официально в России создание мусульманской коалиции пока никак не прокомментировали.
Отраслевые новости рынков Вьетнама, Австралии.
Вьетнам сократит экспорт бананов, так как производители части страны соберут в этом сезоне меньшее количество продукции. Специалисты рынка страны также не исключают, что дефицит возможен и во внутреннем потреблении.
Если на севере Вьетнама бананы растут в изобилии, то на юге страны – ситуация совсем другая. Традиционно вьетнамские поставщики отправляют большие партии плодов в Японию и Южную Корею, но в этом сезоне объемы экспорта сократятся.
Производители и чиновники Минсельхоза страны намереваются предпринять все возможные меры для дальнейшего увеличения производства – внедрить новые сорта, увеличить площади выращивания, привести производство к общемировым стандартам и оказать фермерам необходимую техническую помощь.
Садоводы Южного Уэльса (Австралия) ожидают исключительно высокого урожая черешни в этом сезоне. Производителям ягоды благоприятствовала погода, поэтому возрастет сбор и ранних, и поздних сортов плодов.
Но здесь перед австралийскими садоводами может встать новая проблема – избыток предложения свежей черешни. Решить ее могут новые рынки сбыта. Среди возможных направлений сбыта выращенного урожая называется Кувейт, готовый увеличить закупки плодов.
Новым рынком для въездного туризма в Россию могут стать мусульманские страны Персидского залива – об этом сообщил 9 декабря на церемонии открытия национального туристического офиса VisitRussia на Ближнем Востоке заместитель руководителя Федерального агентства по туризму Сергей Корнеев.
В частности, специально для этих гостей будет запущена программа гостеприимства «халяль-френдли».
«У нас очень серьезные намерения в отношении туристов из стран Персидского залива. К большому для себя удивлению мы поняли, что Россия как туристическое направление не только в Дубае, но и вообще на Ближнем Востоке не представлена, что неправильно. Сегодняшний туристический продукт, который имеет Россия, им подходит, особенно в условиях выгодной для них разницы в курсах рубля и местных валют», - заявил Сергей Корнеев.
По его словам старт программе будет положен в Дубае, так как тот является крупнейшим транспортным хабом, дальше планируется распространить серьезную работу на Кувейт «и дальше распространять предложения по региону». Для привлечения этих туристов и запускается программа «халяль-френдли», которая будет охватывать не только кухню: это в целом программа гостеприимства, рассчитанная на туристов из мусульманского мира, которая дает им представление о связях России с мусульманским миром, и может включать в себя такие вещи, как, например, меню в ресторанах на арабском языке.
Интересно, что в числе прочих продуктов, Ростуризм планирует предложить «экстремалам» из арабского мира программу «Русская зима». «Это такой смелый эксперимент для жителей южных стран, но мы попробовали, привозили группы журналистов и представителей туриндустрии в Санкт-Петербург зимой, и они сказали, что такой опыт многим понравится», - оценил Сергей Корнеев.
Апелляционный суд Кувейта отменил смертный приговор лидеру местной ячейки "Исламское государство" (ИГ, в арабском – ДАИШ, запрещена в РФ), который был приговорен к смертной казни за причастность к теракту в мечети имама Садыка в Эль-Кувейте в июне этого года, говорится в сообщении суда, распространенном в воскресенье кувейтской прессой.
Судебные заседания по делу о теракте в шиитской мечети в центре Эль-Кувейта, в результате которого погибли 26 человек и 227 пострадали, начались в августе. По этому делу были задержаны 29 человек, 14 из них оказались непричастны к теракту, и позднее их отпустили на свободу. Семь подсудимых, в том числе пять — заочно, были приговорены к смертной казни, восемь — к тюремным срокам от двух до 15 лет. Теракт в Кувейте, ответственность за который взяла на себя ИГ, стал первым подобным нападением в эмирате более чем за десять лет и самым кровавым терактом в истории Кувейта.
Как отмечается в сообщении суда, "смертный приговор оставлен в силе только в отношении одного подсудимого", так называемый "правитель ИГ" в Кувейте вместо смертной казни приговорен к 15 годам тюрьмы. Также из-под стражи были освобождены дочь главаря группировки и водитель автомобиля, на котором террорист-смертник подъехал к мечети.
Кроме того, апелляционный суд остановил рассмотрение дела в отношении пяти осужденных, которым заочно был вынесен смертный приговор по этому делу.
Юлия Троицкая.
Катар Европе не поможет
Петр ИСКЕНДЕРОВ
На европейском энергетическом рынке разыгрывается очередная сомнительная комбинация. В польский порт Свиноустье 11 декабря прибывает танкер со сжиженным природным газом из Катара. Пресс-служба польской компании Polskie LNG S.A. с гордостью, как будто речь идет о польском техническом достижении, сообщила технические параметры танкера компании Qatargas: 315 метров в длину и 50 метров в ширину. Польский СПГ-терминал в Свиноустье примет первые 200 тысяч кубометров сжиженного топлива, что соответствует примерно 120 млн кубометров природного газа. Данный объем предназначен для тестирования и ввода в эксплуатацию самого СПГ-терминала, подчеркивают в компании. Следующий танкер из Катара ожидают в Польше в первом квартале 2016 года, а о коммерческих поставках можно будет говорить не ранее середины 2016 года. Бывшая премьер-министр Польши Эва Копач заявила, что теперь ее страна будет независимой от российского газа. Терминал для сжиженного газа в Свиноустье – это первая инвестиция такого типа в Польше и в Восточной Европе, подчеркнула пани Копач.
Такова парадная сторона вопроса. А теперь попробуем разобраться, действительно ли Польша может теперь перестать нуждаться в российском газе. Разобраться здесь помогут аналогии с тем, что происходит по соседству с Польшей – в Литве. СПГ-терминал в порту Клайпеда уже стал памятником пагубного в социально-экономическом смысле курса литовских властей, когда рядовые потребители вынуждены расплачиваться за антироссийские фобии и спекуляции властей.
Для того чтобы окупить затраты на сооружение терминала и его функционирование по приему норвежского СПГ, правительство Литвы в ультимативном порядке потребовало от предпринимателей закупать часть газа (не менее 25% от общих потребляемых объемов) по так называемой рыночной цене терминала, превышающей цены, установленные «Газпромом» для российского трубопроводного газа. Причем превышение прослеживается в отношении как цены с учетом 20%-ной скидки, которую недавно «Газпром» предоставил Литве, так и базовой цены.
В результате мы имеем по Литве и конкретно по Вильнюсу следующую картину: отвечающая за теплообеспечение литовской столицы компания Vilniaus energijа вынуждена в обязательном порядке закупать в Клайпеде 65% нужного ей газа. В результате цены на отопление для жителей Вильнюса, упавшие после снижения цены на российский газ, после ввода в эксплуатацию СПГ-терминала вновь начали расти. Не сработали и планы литовских властей по перепродаже сжиженного природного газа своим прибалтийским соседям с тем, чтобы за счёт этого компенсировать собственные потери. Эстония заняла выжидательную позицию, а Латвия выступает за продолжение взаимодействия с «Газпромом».
Однако опыт литовских соседей, похоже, ничему не научил Польшу. Поменялся только источник внешней энергозависимости. В Литве – это Норвегия, в Польше – Катар.
Между тем за последние два года поставки СПГ из Катара неуклонно снижаются. Это является следствием государственной политики, направленной на приоритетное развитие возобновляемых источников энергии. Исключение может быть сделано лишь для проекта Dolphin, определяющего экспортные поставки катарского газа в соседние монархии Персидского залива - ОАЭ, Кувейт и Бахрейн. О том, что Катар не собирается быть альтернативным поставщиком для Европы, в Министерстве энергетики этой страны заявляли еще в сентябре 2014 года. Реально поставки газа в Европу в 2014 году у всех российских конкурентов, за исключением Норвегии, существенно снизились, причем показатель «Газпрома» почти в 5 раз выше норвежского. При этом около 35% совокупного объема транзита в страны Европы обеспечили морские трансграничные трубопроводные системы «Голубой поток» и «Северный поток».
Кстати, несостоятельность попыток заменить российский газ катарским или каким-то другим отмечают в последнее время турецкие СМИ. Как указывает турецкая газета Cumhuriyet, не нужно забывать, что «основной поставщик природного газа в Турцию - Россия, на втором месте - Иран, на третьем - Азербайджан. Зависимость Турции от России и Ирана в области природного газа - не менее 73%». Турция импортирует 3,04 млн тонн СПГ из Алжира, 1,08 млн тонн из Нигерии, 0,81 млн тонн из Катара, 0,2 млн тонн из Норвегии, при этом, однако, более четверти электроэнергии в Турции производится на станциях, работающих на российском природном газе.
Таково реальное положение дел. В этих условиях любые попытки заменить российский газ катарским ли, норвежским ли (такие прожекты имеются, например, в Сербии и некоторых других государствах Юго-Восточной Европы) являются откровенно спекулятивными. Расплачиваются же за спекуляции правительств, как всегда, обычные граждане.
![Главное](/images/star.png)
Шестерка арабских государств Персидского залива достигла договоренности о ключевых вопросах введения налога на добавленную стоимость.
После нескольких лет переговоров, министры финансов стран, входящих в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) достигли договоренности по ключевым вопросам одновременного введения НДС во всех странах Совета (ОАЭ, Саудовская Аравия, Кувейт, Катар, Бахрейн, Оман) в течение ближайших трех лет. Подготовка к вводу НДС должна быть завершена в ближайшие 2 года. Эта информация была озвучена заместителем министра финансов ОАЭ.
Введение НДС станет одной из основных экономических реформ в государствах ССАГПЗ, системы налогообложения в которых находятся в зачаточном состоянии, а ставки имеющихся налогов, где они есть, очень низкие. Падение цен на нефть значительно сократило государственные доходы этих нефтедобывающих стран и вынудило их искать новые, более стабильные, источники доходов.
Страны Совета договорились, что ставка НДС будет нулевой для услуг в сфере здравоохранения, образования, социальных услуг и 94 основных продуктов питания. О режиме применения НДС в сфере финансовых услуг страны пока не договорились. Одновременное введение НДС во всех странах Совета необходимо, чтобы избежать роста нелегального оборота товаров и услуг.
![Главное](/images/star.png)
Когда будет обнародован доклад о крушении А321 над Синаем, стоит ли ждать возобновления авиасообщения между Россией и Египтом в ближайшем будущем, насколько пострадал туристический сектор республики после ухода российских туристов, будут ли допущены иностранные специалисты по безопасности в египетские аэропорты, а также о роли Каира в международной коалиции против "Исламского государства" (ДАИШ, запрещена в РФ) в интервью РИА Новости рассказал посол Египта Мохамед Эль-Бадри.
— Когда стоит ждать доклад о катастрофе российского А321 над Синаем? По срокам это должно было произойти не позднее 30 ноября.
— Сначала хочу выразить россиянам глубокие соболезнования от себя лично, от египетского руководства и народа Египта. Процесс расследования авиапроисшествий — это длительное, многостороннее расследование, включающее в себя много аспектов, от судебной медэкспертизы до изучения обломков самолета авиационными специалистами. Все это требует времени.
Кроме того, в таких расследованиях принимают участие много сторон. Так, в расследовании трагедии А321 принимают участие как представители компании-производителя самолета, так и Россия, Египет и другие страны. Все эти участники хотят и должны ознакомиться и изучить все аспекты проблемы и все вещественные доказательства. Мы не хотим делать преждевременных выводов о причинах трагедии. Исходим из того, что нужно восстановить полную картину произошедшего, и мы потратим на это столько времени, сколько потребуется. В настоящий момент мы не исключаем никаких причин инцидента.
— Вы не можете назвать даже предварительных сроков обнародования отчета?
— У меня нет информации. Я знаю, что предпринимаются интенсивные усилия в России и Египте по сотрудничеству экспертов, они помогают друг другу.
— Российские специалисты по расследованию сейчас продолжают работу в Египте?
— Сотрудничество продолжается.
— Какую версию катастрофы египетская сторона считает основной?
— В этом деле мы принимаем во внимание то, что было объявлено Россией. Такой фактор (теракт — ред.) мы рассматривали среди основных в нашем расследовании. Тем не менее мы в Египте предпочитаем воздерживаться от преждевременных выводов.
— Есть ли цифры убытков, которые Египет понес после прекращения авиасообщения с Россией и турпотока из РФ?
— Российские туристы составляли 30-34 % от общего туристического потока в Египте. Конечно, их уход с рынка стал очень большой финансовой потерей для нас. Но гораздо больнее и важнее моральные последствия. Курортная зона в Египте представляет собой своеобразный мост взаимной коммуникации между египтянами и россиянами. Мне из Шарм-эш-Шейха пишут простые люди о том, как скучают по россиянам.
— Тем не менее сумма потерь уже подсчитана?
— С момента отмены полетов прошло всего четыре недели, так что говорить о каких-то цифрах пока сложно. Но, например, до 1 сентября 2015 года Египет посетили 2,5 миллиона туристов из России. Делайте выводы.
— Идут ли сейчас переговоры о возобновлении авиасообщения? На каком уровне?
— Надеюсь, что это будет в скором времени, мы на правильном пути для возобновления авиасообщения между Египтом и Россией. Другими словами, переговоры идут с российскими делегациями, взаимопонимание существует. Делегации из России посещают Египет, в данный момент российская делегация находится в Египте. Цель всех этих усилий — успокоить российские власти и туристов, что в Египте безопасно.
— То есть недочеты в системе безопасности аэропортов Египта устраняются?
— Мы стараемся постоянно улучшать систему управления во всех аэропортах. В этом деле принимаются во внимание все структурные планы на будущее. Для развития аэропортов у нас нет табу. Мы принимаем во внимание все замечания и готовы к развитию системы управления в аэропортах и повышению квалификации кадров в этих аэропортах.
— Если Россия или, например, Великобритания в качестве условия возвращения своих туристов в Египет попросят о присутствии своих специалистов по безопасности в аэропортах Египта, Каир примет это условие?
— За безопасность в египетских аэропортах отвечают египетские власти.
— То есть иностранных специалистов вы не допустите? Они не будут помогать обеспечивать безопасность в аэропортах?
— За это отвечают египетские власти. У нас есть специальные структуры, регулирующие правила в области гражданской авиации, свои эксперты по безопасности. Они обсуждают с вашими экспертами подходящий вариант, который устроил бы обе стороны. В конце концов мы придем к решению, которое устроит и вас, и нас. И это решение будет отвечать интересам национальной безопасности наших стран.
— Если речь не идет об иностранных экспертах в аэропортах Египта, рассматривается ли вариант совместной комиссии, которая включала бы экспертов из Египта и других стран?
— Думаю, эти темы обсуждаются российской делегацией и представителями гражданской авиации в Египте, но подтверждаю, что эти переговоры будут в интересах граждан России и Египта, а также в интересах национальной безопасности и безопасности двух стран.
— Уход с египетского рынка российских и британских туристов был ощутим. Египет пытался возместить потери за счет привлечения туристов из других стран? Насколько успешно?
— Мы, конечно, пострадали из-за оттока туристов РФ и Британии. Но спрос на отдых в Египте есть. В последнее время очень активизировались в этом смысле Саудовская Аравия, Кувейт, другие арабские страны. Большинство европейских стран также не отказалось от туризма в Египте. Но в Шарм-эш-Шейхе и Хургаде все же надеются на возвращение россиян. И большую часть пути в деле восстановления отношений в области туризма и авиасообщения мы уже прошли.
— 31 января в Египте пройдет заседание межправкомиссии Россия-Египет. Что там будет?
— Очень широкая повестка дня. Во-первых, будет большой разговор о создании российской промышленной зоны в Египте. Этот проект принесет огромную пользу обеим странам, это большие инвестиционные возможности для российских компаний. Будет разговор о повышении туристической привлекательности Египта для россиян. Надеюсь, что к моменту проведения комиссии авиасообщение между Россией и Египтом будет восстановлено. И это станет поводом для разговора о более интенсивных туристических обменах. Будут также говорить о поощрении инвестиций, особенно в зоне Суэцкого канала, о развитии торгового обмена между двумя странами, о совместном производстве продукции в разных областях.
— Вопрос о строительстве АЭС не будет затрагиваться?
— Это мегапроект. В нем много аспектов, и, конечно, о нем будет идти речь. С этим проектом связано очень много нюансов.
— Если Россия откажется или приостановит реализацию проекта АЭС "Аккую " в Турции, это может способствовать ускорению реализации проекта в Египте…
— Контракт о строительстве АЭС в Египте мы подписали с Россией 19 ноября. Это было до инцидента с российским самолетом над Сирией.
Компания "Росатом " известна своей эффективностью. У нас существует план работ, свой график поэтапной реализации. И мы планируем действовать в соответствии с этим графиком. Египет никогда не старался и не будет использовать в своих интересах сложности других стран.
— Проблема ВТС будет обсуждаться?
— ВТС обсуждается по своим каналам. Министр обороны РФ Шойгу был в Египте неделю назад. Проблема с самолетом затронула лишь одну область нашего сотрудничества — туризм. В остальном сотрудничество интенсивно развивается. Через несколько дней после катастрофы с самолетом над Синаем был подписан контракт о строительстве АЭС, и Россия приняла решение открыть консульский отдел в Хургаде.
— Египет готов обеспечить российского потребителя продукцией, которую ранее поставляла Турция?
— Египет готов использовать все свои возможности для обеспечения потребностей российского рынка. В среду у меня была встреча с представителями министерства сельского хозяйства России. Мы обсудили перечень товаров, в которых нуждается Россия, спецификации. Всю эту информацию мы уже передали в Египет. Постараемся помочь установлению мостов между экспортерами в Египте и импортерами в России. У нас уже есть свои налаженные маршруты в Новороссийск и Санкт-Петербург. Мы уже получили разрешение для организации полетов транспортной авиации.
— Что именно египетские производители могут предложить России?
— Апельсины, груши, другие фрукты, а также овощи.
— Как ключевая арабская страна, Египет играет важную роль в антитеррористической борьбе. Готов ли он участвовать в сухопутной операции против ИГ (ДАИШ)?
— Египет является членом международной коалиции по борьбе с терроризмом. Но мы не принимаем участия в военной составляющей коалиции. Мы не отправляем наши войска за рубеж. Война с терроризмом это не только военное участие. Там много аспектов: информационное сотрудничество, разведка, передвижение группировок, прекращение пропагандистской работы экстремистов, противодействие вербовщикам террористов, которые действуют предельно нагло.
— Информцентр, как в Багдаде, будет в Каире открываться?
— Консультации между нашими странами продолжаются очень интенсивно. Путин и Сиси едины во мнении о консолидации усилий в борьбе с терроризмом. И они не должны ограничиваться двусторонним сотрудничеством, а выйти на глобальный уровень.
Надо ли России втягиваться в иракский конфликт?
Александр Орлов
В связи с успехами ВКС РФ и лояльных Б. Асаду войск в Сирии, что запустило процесс перебазирования отрядов ИГ в Ирак, вновь встали вопросы о том, что делать с будущим устройством Сирии и как покончить с присутствием «Халифата» на иракской территории, где армия, шиитское ополчение, подразделения КСИР Ирана и американская авиация никак не могут добиться решающего перелома в борьбе с терроризмом.
В этой ситуации 29 ноября с.г. сенаторы США Джон Маккейн и Линдси Грэм предложили отправить по 10 тыс. американских военных в Ирак и Сирию. По их мнению, воздушная кампания в регионе не дает положительных результатов. Единственный способ уничтожить террористов из группировки «Исламское государство» — это наземная операция. При этом президент США Барак Обама неоднократно заявлял, что американские военные не будут принимать участие в наземных боевых действиях в Сирии и Ираке.
До избрания нового президента Соединенных Штатов эта ситуация, скорее всего, не изменится. Через 11 месяцев в США будут президентские выборы. В любом случае решение об этой операции будет принимать уже не Обама, а новый президент США, который будет исходить из той международной обстановки, которая сложится уже на тот момент. Администрация Барака Обамы вывела войска из Ирака, подав это как свое величайшее внешнеполитическое достижение. Ввести обратно американские сухопутные войска в эту страну — значит признать полный крах обамовской внешней политики.
Решение Обамы не направлять своих военных в Ирак и Сирию поддержала и основной кандидат от демократов Х. Клинтон, сказав 30 ноября в интервью американскому телеканалу CBS: «не могу себе представить обстоятельства, при которых я бы согласилась на это». По ее мнению, лучшим путем для уничтожения группировки ИГ «являются, как и раньше, удары с воздуха, которыми руководит США». Она высказалась против предложения ряда представителей Республиканской партии, выступающих за проведение наземной операции на Ближнем Востоке. «Мы еще не знаем, сколько спецназа может потребоваться, сколько советников и какой уровень разведки, но что касается тысяч военных, как советуют республиканцы, — это невозможно», — добавила Клинтон.
Что же касается намерения Вашингтона разместить силы специального назначения в Ираке, о чем на днях объявил министр обороны США Эштон Картер, то премьер-министр Ирака Хайдер аль-Абади заявил во вторник, что военные операции на территории Ирака не могут проводиться без согласия правительства страны. Кроме того, представитель правительства Ирака Саад аль-Худайси опроверг обсуждение с США вопроса о размещении сил особого реагирования на иракской территории, заявив: «Что касается размещения боевых отрядов – на самом деле, нет никакого соглашения по этому вопросу с американской стороной, этот вопрос вообще не обсуждался. Позиция правительства Ирака по вопросу размещения сухопутных войск каким-либо государством не изменилась – Ираку не нужны такие сухопутные войска».
А момент, когда с присутствием ИГ в Сирии будет покончено, уже близок. В последнее время бомбардировки в Сирии усилила не только Россия, но и Франция. В регион прибыл авианосец «Шарль де Голль». На этой неделе бундестаг Германии проголосует по отправке в зону конфликта немецких разведывательных самолетов и более 1 тыс. военных для обслуживания техники. Кроме того, к воздушной операции в Сирии может присоединиться Великобритания. Хотя, конечно, все это скорее напоминает попытки присоседиться к победе и к очевидному победителю, как это было в июне 1944 года с открытием «второго фронта» союзниками, когда Москва и без них уже была в трех шагах от взятия Берлина, начав освобождение Европы от фашизма.
Что касается действий на земле, то для проведения наземной операции против ИГ и их союзников по терроризму задействованы войска правительственной сирийской армии, отряды ливанской «Хизбаллы», подразделения иранского КСИР и отряды курдской «Пешмерги». Совокупная численность всех этих сил превышает 250 тыс. человек. Не считая мощь ВКС РФ. На группировку альянса террористов и вооруженных отрядов антиасадовской оппозиции общей численностью в 70-80 тыс. этих сил вполне достаточно. Те же оппозиционеры, которые не хотят ассоциироваться с ИГ, такие как некоторые подразделения Сирийской свободной армии, должны сложить оружие или помочь делу разгрома террористов.
Сейчас уже идет речь о том, как будет строиться новая Сирия с точки зрения государственного управления, ее будущего госустройства и судьбы нынешней власти. По сути дела, речь идет уже о попытках раздела «сирийского пирога». Но, учитывая решающую роль Москвы, сирийской армии и ее союзников, а также Ирана в разгроме ИГ и других террористических структур на территории САР, России пора принять шаги по недопущению участия в определении судьбы будущей Сирии тех сил, прежде всего внешних, которые не только развязали конфликт в САР, но и все это время поддерживали, спонсировали и финансировали войну против законного правительства в Дамаске. То есть: США, страны НАТО, Турцию, Саудовскую Аравию и Катар. Тем не менее они продолжают тупо и упорно твердить Москве, что Б. Асад должен уйти. Нет, не должен. Его судьбу решит сам сирийский народ, который вынес на своих плечах все тяготы войны.
Поэтому, видимо, настало время для Москвы прекратить дипломатическую игру с «внутрисирийским диалогом», с участием в нем неких непонятных оппозиционеров, особенно тех, кто все это время живет за границей, финансируется и поддерживается Западом, Турцией и аравийскими монархиями. Они упустили свое время вместе со своими спонсорами. То, что было актуально еще в сентябре с.г., сейчас потеряло смысл. Радикально изменилась ситуация, причем в пользу Дамаска. Идея диалога с внешней оппозицией при участии внешних спонсоров террористов и экстремистов, будь то женевский или венский формат, устарела и стала вредна. Само обсуждение судьбы Б. Асада только мешает быстрейшему разгрому терроризма в САР. Более того, на этапе восстановления порядка и законности ситуации в стране после изгнания с ее территории ИГ, сохранение нынешних властей Дамаска просто необходимо в качестве основного стабилизирующего фактора.
Но вот говорить о будущем устройстве Ирака обязательно надо уже сейчас, учитывая, что там дела борьбы с ИГ обстоят совсем не так как в Сирии. Иначе Москве нет смысла помогать правительству в Багдаде, ориентированному на Тегеран и зависящему во многом от Вашингтона, и в котором нет представителей двух других основных, помимо шиитов, общин страны – суннитов и курдов. Без этого Ирак обречен на распад. Воевать в Ираке России сейчас – это де-факто означало бы решать вопрос в интересах Вашингтона и Тегерана руками России, за счет средств из ее бюджета и с риском для жизни российских военных. На Западе привыкли таскать из огня горячие каштаны чужими руками, о чем нельзя забывать.
Надо отметить, что Москва также не раз отрицала возможность участия российских военных в наземной операции в Сирии. А после инцидента с российским бомбардировщиком, сбитым турецкими ВВС, в Кремле об этом вообще ничего не говорится. Кроме того, больше ничего не говорится и о возможности направления группировки ВКС РФ в Ирак в случае получения приглашения официального Багдада, хотя месяц назад подобные варианты озвучивались. Тем не менее сейчас нашлись некоторые военные эксперты в РФ, которые даже подсчитали, сколько российских войск ВДВ, танков, БМП, артиллерийских орудий, ракет, вертолетов и боевых самолетов нужно направить в Ирак для окончательного разгрома ИГ. Это, скорее всего, либо ура-патриоты, либо провокаторы, готовые втянуть РФ в войну на Ближнем Востоке, несмотря на огромные сложности, переживаемые российской экономикой. Мы не потянем «второй Афганистан», как не смогли это сделать и США, несмотря на полную оккупацию ими Ирака и свои гигантские финансовые ресурсы с печатающим доллары станком.
И что еще очень важно. Надо наконец-то открыто признать, что ИГ – это не стихийное явление, не восстание исламистов против Запада и прогнивших, коррумпированных арабских режимов. И даже не совсем чисто террористическое явление по типу «Аль-Каиды», хотя боевики ИГИЛ прибегают к самым жестоким террористическим методам. ИГ – это хорошо разработанный соответствующими стратегами Вашингтона и Лондона проект в рамках более крупного проекта установления «неуправляемого хаоса» на Ближнем Востоке с целью сохранения американского контроля над обладающим богатейшими энергоресурсами регионом мира в условиях резкого падения влияния США в арабском мире и кризиса с правлением аравийских монархий, в первую очередь Саудовской Аравии и Катара. Существование «Халифата» до сих пор выгодно целому ряду государств, включая США, Турцию, КСА, Катар и ряд других. Анкара вообще на нем делает очень неплохой бизнес, а Вашингтон издали из-за океана наблюдает, как в регионе идет схватка между шиитами и суннитами, Ираном и Саудовской Аравией. В этой ситуации у правителей Эр-Рияда и Дохи, как, впрочем, и Анкары, крайне востребована американская роль в качестве «разводящего». Кто, как не Вашингтон может «спасти» аравийских монархов от новой волны «арабской весны» и остановить «экспансию» Ирана в Персидском заливе? Отсюда – закупки огромного количества американской военной техники странами ССАГПЗ (на сумму св. 70 млрд долл.), сохранение крупных военных баз США в Катаре (Эль-Удейд), на Бахрейне, в Кувейте и КСА. Не было бы у упомянутых выше стран необходимости в ИГ, его бы давно раздавила военная машина США, ведущих стран НАТО и Турции.
А на самом деле от сохранения ИГ проигрывают только Россия и ее партнеры в регионе, такие как Сирия, Иран, ориентирующийся на Тегеран Багдад, а также Израиль, безопасности которого и так постоянно угрожают радикальные исламисты из сопредельных стран (Ливан, Египет) и изнутри (Палестинская автономия). Для РФ ИГ опасен тем, что в его рядах боевую «обкатку» проходят многочисленные выходцы из России и бывших республик СССР, которые в любой момент могут вернуться домой для дестабилизации обстановки на Северном Кавказе, в Поволжье, в Центральной Азии путем диверсий и террористических актов. Поэтому не надо удивляться, что Запад и Турция лишь на словах борются с ИГ, а на деле не наносят по нему мощных ударов хотя бы силами ВВС коалиции во главе с Вашингтоном, как это сделала менее многочисленная группировка ВКС РФ в Сирии.
Кто заварил кашу, тот пусть ее и расхлебывает. Тем более что «ученики» уже вышли из-под контроля своих создателей и «учителей», нанеся подлый удар в сердце Европы – Париже. Такая же трансформация произошла и с «Аль-Каидой», также созданной ЦРУ США при участии КСА и Катара для борьбы с СССР в Афганистане. Решающее слово сейчас должна сказать Европа. Ведь за Парижем могут последовать Берлин, Лондон, Рим, Мадрид. России же стоит последовать примеру КНР – сверху смотреть на схватку против ИГ в Ираке с участием в ней «тигров» в виде США, Ирана, Турции и Саудовской Аравии. Хотя это не исключает оказания нами Багдаду помощи путем развития ВТС на коммерческой основе, обмен с иракцами информацией о террористах и в крайнем случае, как это было летом 2014 года, когда отряды ИГИЛ вот-вот должны были войти в иракскую столицу, оказать помощь срочной поставкой боевых самолетов для бомбардировок отрядов террористов. Надо также помочь тем, кто в Ираке реально противостоит ИГ, то есть курдам Северного Ирака и их военизированным подразделениям «Пешмерги». И надо всегда помнить: происходящее в Ираке – это вовсе не наша война.
Кувейт резко наращивает военные расходы.
Правительство Кувейта представило запрос в парламент об утверждении дополнений в оборонный бюджет в сумме 6,1 млрд кувейтских динаров (19,9 млрд долл США), сообщает janes.com 2 декабря.
На что будут потрачены дополнительные суммы, не сообщается, но объем военного бюджета страны на будущий год будет больше текущего в четыре раза. Возможно, дополнительного финансирования потребовали возможные контракты на закупку 28 истребителей Typhoon производства европейского консорциума Eurofighter для замены боевых самолетов Boeing F/A-18C/D Hornet (ВВС Кувейта имеют в своем составе 32 истребителя этого типа — прим. Военный Паритет), 24 вертолетов Н225М производства компании Airbus Helicopters, легких бронированных машин и модернизация флота.
Неясно, будет ли страна закупать истребители Boeing F/A-18E/F Super Hornet в комбинации с Eurofighter Typhoon.
![Главное](/images/star.png)
Население Арабских Эмиратов обладает слабой финансовой грамотностью, однако женщины лучше мужчин разбираются в различных банковских продуктах и разумнее обращаются с деньгами.
Две трети людей во всем мире не являются финансово грамотными, и исследование финансовой грамотности, проведенное рейтинговым агентством Standard & Poors (S&P Global FinLit Survey) показало, что во многих странах, включая Объединенные Арабские Эмираты, мужчины и женщины демонстрируют разные уровни финансовой грамотности. В регионе Персидского залива, однако, гендерный разрыв был небольшим – в среднем финансово грамотными являются 40% мужчин и 36% женщин, однако в ОАЭ при таком же среднем уровне финансовой грамотности среди взрослого населения картина противоположна, женщины опережают мужчин на 4 процентных пункта. В Кувейте 44% взрослых грамотны финансово, в то время как в Саудовской Аравии только 31%. В целом в мире финансово грамотными являются 35% мужчин и 30% женщин, причем в Китае и Южной Африке оба пола одинаково грамотно распоряжаются своими финансами.
Жители ОАЭ, даже с низким уровнем образования и низкими доходами, оказались более финансово грамотными, чем жители большинства других стран с развивающейся экономикой. Однако результаты опроса также показывают, что в ОАЭ взрослые имеют слабое понимание метода начисления процентов не смотря на высокое распространение кредитных карт. Опрос анализировал способности к количественному мышлению (способности проводить расчеты), понимание начисления сложных процентов, инфляции и диверсификации рисков.
Повышение финансовой грамотности прямо связано с усилением защиты прав потребителей и помогает развитию экономических возможностей людей.
В странах большой семерки (Канада, Франция, Германия, Великобритания, Италия, Япония и Соединенные Штаты) финансовая грамотность разнится, от 37% в Италии до 68% в Канаде.
В США около 60% взрослого населения имеют кредитные карты. По данным опроса, более трети из них имеют относительно низкую финансовую грамотность, и 34% не смогли правильно ответить на вопрос о сложных процентах. 61% взрослых в Китае не копит на старость. Около 47% взрослых в Индии - 415 миллионов человек - не имеют банковского счета.
Ближний Восток: покровители терроризма
Виктор Михин
Президент США Барак Обама выразил показную уверенность в том, что США и их союзники сокрушат джихадистов «Исламского государства». Выступая в Малайзии, где он принимал участие в саммите АСЕАН в Куала-Лумпуре, президент напыщенно сказал: «Мы уничтожим ИГИЛ, мы вернем территории, которые они сейчас занимают, мы пресечем финансирование, мы выследим их руководство, мы разрушим их сеть, маршруты поставок и, в конце концов, уничтожим их. Но занимаясь этим мы не хотим поступаться нашими ценностями и принципами».
Конечно, это прекрасное пожелание американского президента уничтожить то, что с таким трудом создавалось Вашингтоном в течение многих лет. Отвечая на это высказывание Б. Обамы, премьер-министр Дмитрий Медведев заявил: «Когда-то США способствовали укреплению «Аль-Каиды», что привело к трагедии 11 сентября. Эти уроки подтверждают мысль о том, что бороться с террористической угрозой можно только сообща, не разделяя союзников в этой борьбе на своих и чужих». Ранее российский премьер заявил, что терроризм не имеет границ, поэтому необходимо вместе работать для борьбы с боевиками «Исламского государства».
Если принимать всерьез это дежурное высказывание американского президента, то можно напомнить, что не только Аль-Каиду создали Вашингтон и ЦРУ, но и к террористической организации «Исламское государство» они приложили руку. Бывший мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани в эфире программы Hannity, сообщил Fox News, что недальновидность президента Барака Обамы привела к «катастрофическим последствиям». Активизации ИГ и трагедии в Париже не было бы, если американский лидер избрал бы другую стратегию развития. «Если бы президент Обама слушал сенаторов Маккейна и Грэма и других экспертов, создал бы бесполетную зону над Сирией пять лет назад и законно работал бы с сирийской оппозицией, если бы мы не вводили войска в Ирак и Афганистан, ИГ никогда бы не появилось», — считает бывший мэр Нью-Йорка. Он добавил, что разрастание террористической группировки — результат «праздной» внешней политики президента США и что «ИГ является созданием Обамы».
Канадский историк и политолог, экс-резидент ЦРУ в Кабуле и бывший вице-председатель Национального совета по разведке ЦРУ Грэм Е. Фуллер в своей статье для еженедельника «2000» четко и ясно заявил: «Исламского государства» сегодня бы не существовало, если бы США не вторглись в Ирак и не уничтожили местное руководство, правительство, правящие институты, элиты, армию, инфраструктуру и весь общественный уклад этой страны. Мы обязаны помнить: история Ближнего Востока пишется вовсе не со времен терактов 11 сентября. События 9/11 стали лишь логическим итогом избранной в свое время Западом политики интервенций и политических манипуляций», — считает специалист.
По мнению Фуллера, ситуация требует сотрудничества международного сообщества. «ИГ следует ликвидировать как территориальное образование — ООН обязана взять на себя оперативное и правовое сопровождение и руководство операцией: именно ООН, а не США, Запад или НАТО, что только спровоцирует бурную ответную реакцию. Разоружение боевиков и восстановление порядка — краеугольного камня дальнейшего прогресса. Демонтировать сирийское государство так, как это проделали США по собственному усмотрению в Ираке, нельзя, поскольку до нас все еще доносятся катастрофические отголоски тех действий», — написал эксперт.
Другими словами, Р. Джулиани и Грэм Е. Фуллер открыто и нелицеприятно сказали то, что уже давно писала мировая пресса по поводу политики США на Ближнем Востоке и так называемой борьбы Вашингтона против международного терроризма. Мир более чем за четыре года сирийской войны хорошо понял, что Вашингтон бандитов и террористов из «Исламского государства» врагом для себя не считает. Именно поэтому американские ВВС и их соратники из так называемой Международной коалиции до сих пор занимались в основном прогулочными и тренировочными полетами, либо имитацией бомбежек, от которых почему-то террористы не страдали, а иногда даже пользовались сброшенной амуницией и боеприпасами.
Британская The Guardian, например, считает, что беспилотники играют на руку вербовщикам «Исламского государства». По этому поводу издание рассказывает об открытом письме американских военных президенту США Бараку Обаме. В нём бывшие военнослужащие, управлявшие в своё время беспилотниками, предупреждают лидера страны, что «точечные» удары, осуществляемые этими летательными аппаратами, помогают «Исламскому государству» и другим террористическим организациям вербовать в свои ряды новых сторонников. По мнению авторов открытого письма, то, что в результате ударов беспилотной авиации погибают и мирные люди, стало одной из наиболее «разрушительных движущих сил терроризма и дестабилизации в мире».
Более того, на совести США, Западного мира и их союзников из арабских стран Персидского залива лежит полная ответственность за финансирование террористических организаций. На это четко и жестко указал президент России Владимир Путин на закрытии саммита в Анталии: «Я приводил примеры, связанные с нашими данными о финансировании физическими лицами различных подразделений ИГИЛ. Финансирование, как мы установили, идет из 40 стран, причем, в том числе, из некоторых стран «двадцатки». Он также указал, что другие делегации «имеют данные о финансировании терроризма». В данном случае речь идет о министерстве финансов США, которое еще весной 2014 года опубликовало доклад о том, что «частные пожертвования» со стороны граждан Катара и Саудовской Аравии переправляются в ИГИЛ через банковскую систему ряда стран Персидского залива. А ведь эти страны являются ближайшими союзниками Запада, который накачивает эти государства горами современного оружия, которое затем оказывается в руках террористов.
Фуад Хусейн, глава кабинета Масуда Барзани, лидера иракского Курдистана, пишет Kurdistan.ru, полагает, что «многие арабские страны Персидского залива в прошлом финансировали суннитские группировки в Сирии и Ираке, которые влились в ИГИЛ или в «Джабхат ан-Нусру», что позволяло террористам закупать оружие и платить жалование». Кстати, одна из весомых причин, по которой страны Залива не препятствуют таким частным инвестициям, это желание держать этих террористов как можно дальше от себя. Дэвид Филипс, бывший высокопоставленный чиновник Госдепартамента, утверждает: «Многие богатые арабы грязно играют, их правительства утверждают, что воюют с ИГИЛ, а на самом деле его финансируют». Газета The Washington Post приводит также мнение адмирала Джеймс Ставридиса, бывшего главкома ОВС НАТО, который говорит, что деньги этих «ангелов инвесторов» поступают из «Саудовской Аравии, Катара и Эмиратов» и «становятся семенами, из которых прорастают джихадистские группировки».
Кстати, другие члены НАТО, а также новые союзники США, по примеру своего сюзерена, активно помогают переправлять террористам в Сирии современное оружие. Например, задержанный в Кувейте пособник террористической организации «Исламское государство» рассказал о закупке оружия на Украине. Усама Хайят, выходец из Ливана, сообщил, что покупал китайские ПЗРК, которые через Турцию переправлялись боевикам в Сирию. Данные о размере сделок и объёме поставок в кувейтском МВД не раскрыли, уточнив лишь, что Хайят помогал ИГ привлекать новых участников и собирать деньги. Собранные средства отправлялись на банковские счета группировки в Турции. Ранее неоднократно публиковались сообщения о том, что страны Балканского полуострова продавали советское ещё оружие в зоны конфликтов. Сами же переходили на натовские стандарты, и устаревшие образцы оружия им были просто не нужны. Вот теперь доподлинно известно, что к поставкам оружия боевикам ИГ присоединилась ещё и Украина.
Примечательно, что все поставки оружия совершались через территорию Турции, власти которой не могли не знать об этом, но не предприняли никаких мер по пресечению контрабанды оружия. Более того, хорошо известно, что боевики ИГ, которые в последнее время вынуждены бежать из Сирии, также проходят по турецкой территории, где получают необходимые документы, и далее скрываются в странах Европы. Здесь же, в Турции — члене НАТО, «Исламское государство» в своё время печатало монеты, сюда же продавали контрабандную нефть. И всё это турецкие власти как бы не замечали. И вот теперь в Кувейте обнаружили группу людей, которые спонсировали «Исламское государство» и поставляли ему китайское оружие с Украины.
А почему они должны все это замечать, если именно они являются негласными союзниками «Исламского государства» и других террористических организаций, которые совершают убийства, грабежи, насилие на земле некогда процветающей Сирии? Например, СМИ Великобритании опубликовали данные о сообщениях пользователей Twitter, которые поддерживают ИГ. В инфографике сайта, входящего в структуры британской The Independent, представлены данные по локации десятков тысяч пользователей социальной сети, которые публикуют сообщения в поддержку террористов «Исламского государства». В первой тройке Саудовская Аравия, Сирия и Ирак. На четвертом месте — США.
Вот Вам прямой и ясный ответ о союзниках и помощниках ИГ.
Конечно, можно много разглагольствовать о борьбе с террористами и даже обещать, как это сделал Б. Обама, покончить не сегодня, так завтра с терроризмом, но факты упорно доказывают обратное. И как правильно написала газета The Washington Post, дело борьбы с терроризмом — это задача следующей администрации.
Иран ведет переговоры с зарубежными компаниями о реализации проектов по производству LNG
Заместитель министра нефти, генеральный директор Иранской национальной газовой компании Хамид Реза Араки на заседании рабочей группы по вопросам природного газа Международного газового союза рассказал о ситуации в газовой отрасли Ирана и сообщил, что в настоящее время имеющийся в стране потенциал позволяет перерабатывать до 260 млрд. куб. м газа в год. При этом общая протяженность основных трубопроводов, по которым транспортируется газ, составляет 36 тыс. км и общая протяженность газораспределительных сетей – 273 тыс. км.
Как уточнил Х.Р.Араки, на долю газа в энергетической корзине страны приходится 60%, и на данный момент газоснабжением обеспечены более 1 тыс. иранских городов и 18,5 тыс. населенных пунктов. Мощности газоперерабатывающих предприятий постоянно растут, и к 2017 году планируется перерабатывать до 330 млрд. куб. м газа в год.
Коснувшись вопросов газового экспорта, Х.Р.Араки сообщил, что на данный момент Иран экспортирует газ в Турцию, Азербайджан и Армению и импортирует голубое топливо из Туркменистана. При этом завершена работа над договорами об экспорте газа в Ирак и Пакистан, и соответствующие поставки должны начаться в самое ближайшее время. Начались также переговоры о поставках газа с Индией, Оманом и Кувейтом.
Кроме того, ведутся переговоры с зарубежными компаниями о реализации новых проектов по производству сжиженного природного газа (LNG), и, как предполагается, производство LNG в Иране начнется к 2018 году.
Х.Р.Араки напомнил, что Иран занимает четвертое место в мире по производству и четвертое же место по потреблению газа. Так, в 2014 году в Иране было добыто 173 млрд. куб. м природного газа, и по этому показателю его опередили такие страны, как США, Россия и Катар.
Продажи недвижимости в Турции снова растут. Иностранцы выбирают Стамбул и Анталию
Замедление рынка недвижимости Турции, которое зарегистрировали в сентябре 2015-го, оказалось непродолжительным. Уже по итогам октября число сделок с участием иностранцев подскочило на 23,8% в годовом исчислении.
По информации Турецкого статистического ведомства (TÜİK), рынок недвижимости восстановился после резкого спада. В октябре собственников сменили 104 098 объектов, что на 8,8% больше, чем годом ранее.
Иностранцы с начала года совершили более 18 000 сделок, в том числе, 2 236 в октябре. Самыми востребованными регионами остаются Стамбул (780 продаж), Анталия (567), Бурса (136), передает Hurriyet Daily News.
Россияне в октябре купили 191 объект и вошли в тройку ключевых зарубежных игроков. Большинство сделок пришлось на выходцев из Ирака (430) и Саудовской Аравии (325). В октябре на турецком рынке были также активны граждане Кувейта (142) и Великобритании (133).
Власти страны рассчитывают нарастить объем продаж недвижимости иностранцам до $10 млрд в год. Чтобы подстегнуть инвесторов, политики предлагают выдавать гражданство Турции покупателям жилья.
![Главное](/images/star.png)
Конец Pax Americana
Почему отступление Вашингтона на Ближнем Востоке кажется разумным
Стивен Саймон – приглашенный лектор Дартмутского колледжа, старший директор по делам Ближнего Востока и Северной Африки в Белом доме в 2011–2012 годах.
Джонатан Стивенсон – профессор стратегических исследований в Военно-морском колледже США, директор по политическим и военным вопросам на Ближнем Востоке и в Северной Африке в аппарате Совета национальной безопасности США в 2011–2013 годах.
Резюме Вашингтону следует стремиться к здоровому равновесию в отношениях с Ближним Востоком, что предполагает сокращение управленческой роли Америки. Политика военного вмешательства стала отклонением и не должна превратиться в долгосрочную норму.
Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 6, 2015 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
Несмотря на укрепление «Исламского государства» (также известного как ИГИЛ) и авиаудары возглавляемой Соединенными Штатами коалиции по его позициям, администрация Обамы явно отступила от политики вмешательства на Ближнем Востоке. Критики связывают это с тем, что администрации надоела активность США в регионе, она не готова к крупным военным операциям, а президент Обама якобы предпочитает сокращать вовлеченность в мировые дела. На самом деле интервенции Вашингтона в регионе после 11 сентября – особенно вторжение в Ирак – были аномалиями и сформировали как в стране, так и в регионе ложные представления о «новой норме» американского вмешательства. Нежелание использовать сухопутные войска в Ираке или Сирии представляет собой не отступление, а скорее корректировку – попытку восстановить стабильность, существовавшую на протяжении нескольких десятилетий благодаря американской сдержанности, а не агрессивности.
Можно утверждать, что это отступление – не выбор, а необходимость. Некоторые эксперты-реалисты считают, что в период экономической неопределенности и сокращения военного бюджета экспансионистская политика в регионе стала слишком затратной. Согласно этой точке зрения, Соединенные Штаты, как в прошлом Великобритания, стали жертвой «имперского перенапряжения». Другие утверждают, что американские политические инициативы, особенно недавние переговоры по иранской ядерной программе, отдалили Вашингтон от традиционных союзников на Ближнем Востоке. Иными словами, США отступают не по своей воле, их вынуждают это сделать.
Однако в действительности отступление спровоцировано событиями не в Америке, а в самом регионе. Развитие политической и экономической ситуации на Ближнем Востоке сократило возможности эффективного американского вмешательства до минимума, Вашингтон признал это и начал действовать соответствующим образом. Учитывая вышесказанное, Соединенным Штатам стоит продолжать умеренное отступление, по крайней мере пока нет серьезной угрозы их ключевым интересам.
Обратно к норме
После Второй мировой войны и до терактов 11 сентября 2001 г. Соединенные Штаты были основным гарантом статус-кво на Ближнем Востоке, прибегая к военным интервенциям лишь в исключительных случаях. Прямого военного участия США не было вовсе, либо оно являлось номинальным или непрямым во время арабо-израильской войны 1948 г., суэцкого кризиса 1956 г., шестидневной войны 1967 г., «войны Судного дня» в 1973 г. и ирано-иракской войны в 1980-е годы. Миротворческая миссия Соединенных Штатов в Ливане в 1982–1984 гг. завершилась провалом и обусловила появление доктрины «подавляющей силы», которая препятствовала американским интервенциям вплоть до неожиданного вторжения Саддама Хусейна в Кувейт в 1990 г., заставившего Вашингтон вмешаться.
Америке не нужна была политика с прицелом на будущее, потому что ее цели совпадали с интересами стратегических союзников и партнеров в регионе, и достичь их можно было посредством экономических и дипломатических отношений в сочетании с незначительным военным присутствием. США и арабские государства Персидского залива были заинтересованы в стабильности нефтяных поставок и цен, как и в политической стабильности вообще. После иранской революции 1979 г. общей задачей для Соединенных Штатов, Израиля и государств Персидского залива стало сдерживание Ирана. Начиная с Кэмп-Дэвидских соглашений (1978 г.) интересы США, Египта и Израиля все больше сближались, а трехсторонние отношения укреплялись благодаря существенной американской помощи и Египту, и Израилю. И даже после терактов 11 сентября у Соединенных Штатов, Израиля и арабских государств Персидского залива были общие приоритеты в борьбе с терроризмом.
Но за последние 10 лет несколько факторов, в основном не связанных с политической повесткой Вашингтона, ослабили фундамент этих альянсов и партнерств.
Прежде всего разработка технологии гидравлического разрыва пластов резко сократила прямую зависимость США от нефти из Персидского залива и снизила стратегическую ценность и приоритетность отношений с Саудовской Аравией и небольшими государствами Залива. На самом деле скоро Соединенные Штаты опередят Саудовскую Аравию, став крупнейшим мировым производителем нефти, и им придется импортировать значительно меньше ископаемых видов топлива. Хотя страны Персидского залива продолжат определять мировые цены на нефть, а американские компании сохранят свою долю в месторождениях Залива, США значительно расширят пространство для политического маневра.
Распространение и укрепление джихадизма также ослабило стратегические связи между Соединенными Штатами и их региональными партнерами. Десять лет назад американское давление в сочетании с шоком от масштабных атак «Аль-Каиды» убедили саудовцев и их соседей начать активную борьбу с джихадистами. Но сегодня подавление джихадизма отошло на второй план, а главной целью стран Персидского залива стало свержение сирийского президента Башара Асада и сдерживание его покровителей в Иране. Они поддерживают суннитских экстремистов в Сирии, несмотря на увещевания Вашингтона и желание Саудовской Аравии избежать прихода к власти в Дамаске радикалов после падения режима Асада. Региональные партнеры считают себя все менее подотчетными Вашингтону, а тот, в свою очередь, все в меньшей степени полагает себя обязанным защищать их интересы, которые становятся местническими и все дальше отходят от американских интересов и ценностей.
Кроме того, повсеместная радикализация ислама привела к возникновению панисламистской идентичности, что затрудняет участие Запада в делах Ближнего Востока. Возьмем, к примеру, нежелание многих представителей умеренной суннитской оппозиции в Сирии принимать помощь Европы или Америки, поскольку она лишит их доверия в глазах исламистов.
В то же время, с точки зрения США, Ближний Восток с его подорванными политическими и экономическими функциями стал слишком сомнительным местом для инвестиций. Регион испытывает нехватку воды, трудности с сельским хозяйством и серьезный переизбыток трудовых ресурсов. Из все еще функционирующих ближневосточных государств большинству приходится иметь дело со значительным внешним долгом и дефицитом бюджета, содержать огромный и неэффективный аппарат госслужащих, субсидировать топливо и другие нужды населения. Снижение доходов от нефти ограничит возможности стран Залива по финансированию этих изношенных механизмов. Из-за конфликтов, которые во многих странах Ближнего Востока находятся в активной стадии, значительная доля населения вынуждена покинуть свои дома, молодежь лишилась надежд на будущее и возможности получать образование. Эти обстоятельства ведут к полному отчаянию или, что более опасно, к политической и религиозной радикализации. Попытки превратить Ближний Восток в инкубатор либеральной демократии, чтобы утихомирить молодых мусульман, проваливались, даже когда у Соединенных Штатов было достаточно денег и оснований для оптимистичной оценки проекта – в первые годы после терактов 11 сентября.
Наконец, группы, которые когда-то были надежными бастионами прозападных настроений на Ближнем Востоке – военные, элита нефтяной отрасли, светские технократы – переживают спад своего влияния. А в случаях, когда традиционно прозападные элементы сохранили влияние, их интересы и политика серьезно отличаются от американской. Например, в Египте военные на протяжении десятилетий служили опорой отношений с американцами. После переворота 2013 г., в результате которого бывший армейский генерал Абдель-Фаттах ас-Сиси оказался во главе нового авторитарного режима, военные получили больше контроля в стране, чем когда-либо ранее. Но это вряд ли сулит что-то хорошее Вашингтону: если считать прошлое прологом, то жесткие действия военных против «Братьев-мусульман», вероятно, приведут к росту насилия со стороны джихадистов и подвергнут США рискам, которых они стремились избежать, оказывая помощь Египту. Надежды 1950-х – 1960-х гг. на появление светской, технократической, ориентированной на Запад арабской элиты, которая поведет за собой общество, давно исчезли.
Мощные, но бессильные
Одновременно со снижением значимости Ближнего Востока для Вашингтона и расхождением интересов Соединенных Штатов и их традиционных партнеров уменьшаются и возможности американских вооруженных сил добиваться кардинальных перемен в регионе. Децентрализация «Аль-Каиды» и появление ИГИЛ – экспедиционной армии джихадистов и квазигосударства – увеличили асимметрию между военным потенциалом США и первостепенными угрозами, стоящими перед регионом. Когда оккупированный американцами Ирак скатился в 2006 г. к гражданской войне, Пентагон занялся улучшением стратегии и тактики действий против повстанцев, перекроив военную структуру и сделав акцент на борьбе с нерегулярными формированиями и спецоперациях. Но либеральным и ответственным демократическим правительствам трудно проявлять стойкость и жестокость, которые обычно требуются для подавления непокорных и преданных идее местных жителей – особенно если речь идет об общественном движении регионального масштаба, не признающем физических и политических границ, как ИГИЛ. Это особенно справедливо, если у внешней державы нет в регионе партнеров со сплоченной бюрократией и народной легитимностью. Соединенные Штаты по-прежнему обладают достаточными ресурсами и военным потенциалом, чтобы вести войны против современных национальных государств и добиваться в них убедительной победы и вполне конкретных результатов. Но американцы на собственном горьком опыте узнали, как сложно управлять и тем более манипулировать этническими группами, заряженными религиозными идеями.
Военная операция американской коалиции против ИГИЛ, несомненно, может привести к впечатляющим победам на поле боя. Но последствия конфликта в конечном итоге докажут бессмысленность проекта. Для закрепления тактических побед потребуется политическая воля и поддержка американского общества; размещение большой группы гражданских экспертов по восстановлению и стабилизации; детальные знания о народе, за судьбу которого победоносные Соединенные Штаты возьмут на себя ответственность, и, что особенно проблематично, постоянный военный контингент для обеспечения безопасности населения и инфраструктуры. Даже при наличии всех этих условий Вашингтону будет непросто найти зависимых и преданных избирателей, клиентов или союзников, готовых помочь. Все это звучит знакомо, потому что вышеперечисленный набор условий США не смогли собрать в ходе двух последних интервенций на Ближнем Востоке – вторжении в Ирак в 2003 г. и натовских бомбардировок Ливии в 2011 году. Проще говоря, американцы, скорее всего, проиграют еще одну войну на Ближнем Востоке по тем же причинам, по которым проиграли две предыдущие.
Даже менее интенсивный, контртеррористический подход к ИГИЛ, который потребует постоянных ударов беспилотников и периодических операций спецназа, несет серьезные риски. Так, сопутствующий ущерб от атак беспилотников мешает правительству Пакистана расширять сотрудничество с США. Пять лет назад американские военные с гордостью рапортовали о спецоперациях в Афганистане, в результате которых были уничтожены или захвачены многие руководители «Талибана». Но жертвы среди мирного населения в ходе этих рейдов подорвали стратегические цели, так как вызвали негодование местных жителей и подтолкнули их к талибам.
Поэтому американские политики должны испытывать серьезные сомнения по поводу участия в любом из нынешних конфликтов на Ближнем Востоке. Особенно если эти сомнения объясняют и оправдывают нежелание администрации Обамы более активно вмешиваться в ситуацию в Сирии. С 2012 по начало 2013 гг. администрация рассматривала полный спектр вариантов по Сирии, включая введение бесполетной и буферной зоны, насильственную смену власти (для этого потребовалась бы более значительная военная помощь противникам Асада) и ограниченные ответные удары против режима в случае применения химического оружия. Но растущее участие иранского Корпуса стражей исламской революции и ливанской шиитской группировки «Хезболла» в защите Асада означало бы неприкрытую опосредованную войну с Ираном, которая в случае эскалации охватила бы весь регион. Плодотворные переговоры по сворачиванию ядерной программы Тегерана оказались бы невозможны, а Соединенным Штатам пришлось бы перекрывать уровень обязательств и инвестиций Ирана в этом конфликте. Кроме того, американская интервенция получила бы минимальную международную поддержку: Китай и Россия наложили бы вето на любую резолюцию ООН, разрешающую операцию, как поступали и с менее жесткими резолюциями, а Лига арабских государств и НАТО не одобрили бы операцию. Масштабное военное вмешательство Запада скорее всего подстегнуло бы распространение джихадизма в Сирии, как это происходило в других странах.
Сохранять спокойствие и двигаться дальше
Основной интерес Вашингтона на Ближнем Востоке – региональная стабильность. На данный момент факторы, сдерживающие США, и сложная, взаимозависимая природа американских интересов в регионе (а также вероятность длительного соперничества Соединенных Штатов и Китая, которое неизбежно переключит стратегическое внимание США на Азиатско-Тихоокеанский регион) позволяет предположить, что лучшая для Вашингтона политика на Ближнем Востоке – «оффшорное балансирование», как выражаются теоретики международных отношений. Это означает воздерживаться от участия в военных операциях за рубежом и квазиимперского строительства государств, сосредоточившись на выборочном использовании рычагов влияния для оказания воздействия и защиты американских интересов. Вашингтону следует экономить свою власть на Ближнем Востоке, если только не появится экзистенциальная угроза региональным союзникам, что маловероятно. Этот подход требует избегать дальнейшего проецирования американской военной мощи на Ближнем Востоке – например, масштабного развертывания сухопутных сил для борьбы с ИГИЛ.
Критики сдержанности утверждают, что в отсутствии твердо заявленной американской власти Иран или другие противники Соединенных Штатов усилят свои позиции – и тогда сдержанность приведет к войне. Но враги США, скорее всего, будут судить о решимости Вашингтона по условиям, сложившимся к тому моменту, когда они всерьез задумаются об агрессивных действиях, независимо от условий, существовавших за годы или месяцы до этого. Пока пределы сдержанности Вашингтона будут четко обозначены, и он будет давать понять, что альянс с Израилем остается без изменений, Иран не захочет конфликтовать с Израилем или действовать более агрессивно в Ираке, Сирии, Йемене или других странах региона. Тегеран попросту станет опасаться решительного ответа США, который приведет к срыву ядерной сделки и возвращению болезненных санкций, в первую очередь заставивших Исламскую Республику сесть за стол переговоров. В любом случае нельзя с полной уверенностью сказать, спровоцирует ли потенциального противника угроза применения силы или будет его сдерживать, потому что люди, принимающие решения, часто неверно судят о представлениях и темпераменте оппонентов.
Является ли сближение многообещающей парадигмой американо-иранских отношений – увидим. Тегеран явно стремится оказывать влияние, где это возможно, но пока не ясно, сможет ли он доминировать в регионе. Иранскому влиянию в Ираке способствовал вакуум, возникший в результате вторжения, но в более широком смысле оно обусловлено демографическим и политическим главенством иракских шиитов и поэтому неизбежно. Пока Багдад в борьбе с ИГИЛ зависит от США, они должны сохранять рычаги воздействия на иракскую политику и ограничивать влияние Ирана. Поддержка повстанцев-хоуситов в Йемене и диссидентов-шиитов в Бахрейне – скорее конъюнктурный, чем стратегический шаг Ирана, и он вряд ли кардинально изменит баланс сил в обеих странах. Участие Тегерана в палестино-израильском конфликте не дотягивает до уровня стратегического вызова: палестинская группировка ХАМАС не смогла трансформировать иранскую щедрость в серьезное преимущество в Израиле, не говоря уже о Египте и Палестинской администрации, оппонентах ХАМАС. Иранские позиции в Ливане и Сирии прочны десятки лет, но, хотя ставленники Тегерана в этих странах постоянно подтверждали обязательства защищать режим Асада, им не удалось предотвратить фактический распад страны. Даже если Иран решит превратить Сирию в свой Вьетнам, максимум, чего он сможет добиться в борьбе с пользующейся зарубежной поддержкой антиасадовской оппозицией, – консолидация статус-кво, а скромный успех придется разделить с Москвой. Таким образом, Сирия может стать трамплином для дальнейших маневров Ирана, но вряд ли превратится в плацдарм для контролирования региона. Иными словами, несмотря на заключение сделки по ядерной программе, сейчас Иран вряд ли способен делать больше – а скорее даже меньше – чем в прошлом.
Ядерная сделка расколола американцев и израильтян, считающих ее условия слишком мягкими и не способными помешать иранцам разрабатывать ядерное оружие. Но разногласия едва ли возымеют серьезные практические последствия. У Вашингтона есть обязательства по сохранению уникальных отношений с Израилем, а также стратегическая заинтересованность в двусторонних связях с израильскими военными – самой мощной силой в регионе. Ядерная сделка с Ираном также расстроила государства Персидского залива. Но глобальные экономические обязательства и контртеррористические интересы Вашингтона требуют сохранения стратегических отношений с этими странами, в первую очередь Саудовской Аравией. Кроме того, у государств Залива более тесные культурные связи с США, чем с другими ведущими державами: элита этих стран отправляет детей в американские университеты, а не в Китай, Россию или Европу.
Израилю и государствам Персидского залива не стоит паниковать: здравый смысл требует устойчивого военного присутствия Соединенных Штатов в регионе, чтобы не допустить дальнейшего распространения ИГИЛ (например, на Иорданию) и нарушения Ираном условий ядерной сделки, а также быстрого реагирования на его дестабилизирующие шаги вроде масштабного вторжения сухопутных сил в Ирак. Американское военное присутствие в регионе сохранится. По крайней мере одна авианосная ударная группа должна находиться в Аравийском море. Структуру и численность контингента американских военных баз на Ближнем Востоке следует оставить без изменений. Авиаудары по ИГИЛ нужно продолжать, а американские войска могут быть выборочно развернуты для ликвидации террористических угроз, ограниченного ответа на чудовищные злодеяния или на случай природных катастроф. Но последовательная политика сдержанности требует избегать крупных наземных интервенций на Ближнем Востоке, а региональных партнеров нужно убедить брать больше ответственности за собственную безопасность.
Более скромные цели – более крупные результаты
В дополнение к твердому отказу от военных вмешательств, характерных для периода после 11 сентября, Вашингтону следует пересмотреть дипломатические приоритеты. Последствия арабских восстаний 2011 г. – особенно в Египте, Ливии и Сирии – продемонстрировали, что в основном общество на Ближнем Востоке не готово к кардинальным шагам в сторону демократии, поэтому попытки США продвигать политическую либерализацию должны быть более мягкими. Американским властям также следует признать, что в среднесрочной перспективе устойчивого мира между Израилем и Палестиной не достичь. Упрямая решимость Соединенных Штатов добиться этой цели даже при неблагоприятных условиях создала моральные риски. Израильские правительства последовательно и практически безнаказанно противодействовали миротворческим усилиям американцев, твердо зная, что те будут пытаться снова и снова. В то же время неспособность Вашингтона привести стороны к соглашению способствовала восприятию США как державы, теряющей влияние, – при этом некоторые союзники Соединенных Штатов в Персидском заливе считают американское давление на Израиль еще одним примером того, что США как союзнику нельзя доверять.
Соединенные Штаты должны всегда поддерживать цели демократизации и палестино-израильского мирного урегулирования. Но в среднесрочной перспективе, вместо того чтобы стремиться к нереалистичным целям, Вашингтону стоит зарабатывать капитал на иранской ядерной сделке, чтобы наладить отношения с Тегераном. Если реализация соглашения пойдет относительно гладко, можно проверить иранскую гибкость в других сферах, но стараясь не спровоцировать какого-либо временного соглашения между Ираном и Саудовской Аравией – хотя, как и раньше, это кажется маловероятным. Один из вариантов – собрать вместе Иран и другие государства, чтобы попытаться остановить гражданскую войну в Сирии путем политического соглашения. Ключевые игроки – США, Россия, Иран и державы Персидского залива – начинают понимать, что, хотя мечта ИГИЛ о разрушающем границы халифате недостижима, непрекращающийся конфликт в Сирии может укрепить позиции группировки и ускорить распространение ее экстремистской идеологии.
Все игроки начали осознавать, что предпочтительный для каждого из них способ разрешения сирийского кризиса, скорее всего, не сработает. Соединенным Штатам и их партнерам в Заливе поддержка насильственной смены режима сирийскими повстанцами, которые все больше ассимилируются с ИГИЛ, кажется контрпродуктивной и сомнительной. В то же время после четырех лет военной безысходности ясно, что поддержка Асада Ираном и недавняя активизация помощи режиму со стороны России могут сохранить статус-кво, но не изменят ситуацию кардинально в пользу Асада. Тегеран и Москва понимают, что независимо от их поддержки режим Асада сейчас слабее, чем когда-либо раньше, и восстановить унитарное правление в Сирии, вероятно, не получится. Вот почему Иран и Россия недавно продемонстрировали заинтересованность в поиске путей урегулирования посредством переговоров. Хотя заявления России об отсутствии тесных связей с Асадом кажутся лицемерными, Москва не препятствовала расследованию Советом Безопасности ООН предполагаемых случаев применения бочковых бомб с хлором. В августе 2015 г. Россия поддержала заявления Совета Безопасности о «политическом переходе» в Сирии. Тегеран при содействии «Хезболлы» продвигает мирный план, предполагающий создание правительства национального единства и пересмотр конституции, при этом Асад или его режим останутся во главе страны по крайней мере на ближайший период.
Реалистичный механизм, который позволил бы воспользоваться условным совпадением интересов, пока не выстроен. Но иранская ядерная сделка продемонстрировала потенциал дипломатии в разрешении региональных кризисов. Помимо противодействия распространению джихадизма, соглашение о прекращении гражданской войны в Сирии, достигнутое при посредничестве Вашингтона, смягчит, а в конечном итоге и остановит самый острый мировой гуманитарный кризис, восстановит утраченный авторитет США в регионе. Эффективное и включающее всех урегулирование сирийского конфликта подкрепит налаживание отношений с Ираном и поможет убедить Израиль в действенности нового подхода американцев.
Вашингтон должен использовать дипломатические инструменты, наработанные в ходе ядерных переговоров ведущими державами – в особенности представителями Соединенных Штатов и Ирана, – чтобы придать импульс многосторонним переговорам по Сирии. Первым шагом может стать новое заседание конференции «Женева-2», которая собиралась в феврале 2014 г., теперь к участникам должен присоединиться Иран. Россия настаивает, что уход Асада не может быть условием политических переговоров, но это не должно стать препятствием для сделки, а скорее привлечет Тегеран к участию. Кстати, теперь госсекретарь Джон Керри может этому поспособствовать, напрямую обратившись к главе иранского МИДа Мохаммаду Джаваду Зарифу. Осторожное одобрение ядерного соглашения странами Залива и участие Саудовской Аравии в трехсторонних переговорах по Сирии с США и Россией в начале августа позволяют предположить, что эти страны все больше осознают значимость дипломатии как средства ослабления стратегической напряженности в отношениях с Ираном. Понимая актуальность угрозы ИГИЛ, Катар, Саудовская Аравия и Турция могут отказаться от требования ухода Асада как условия переговоров.
Разумеется, сложнее всего добиться приемлемых договоренностей по переходному периоду. Одна из возможностей – формирование органа исполнительной власти с участием различных политических сил, который сможет вытеснить ИГИЛ и «Джабхат ан-Нусра», сирийскую группировку, аффилированную с «Аль-Каидой», как косвенно отмечалось в августовском заявлении СБ ООН. Еще один вариант – разделение страны и создание некой конфедерации взамен централизованного правления из Дамаска. Тактическое перемирие между режимом и умеренной оппозицией могло бы стать фундаментом для дальнейших политических договоренностей и позволило бы сторонам сосредоточиться на борьбе с общим врагом – джихадистами.
Зрелое отступление
Длительный период американского доминирования на Ближнем Востоке заканчивается. Война в Ираке подорвала доверие к Вашингтону и укрепила позиции его противников, но к моменту американского вторжения в регион уже стал менее податлив. Соединенные Штаты не могут и не должны уходить в буквальном смысле слова, им следует постепенно отступать ради стратегических приоритетов в других регионах, а также осознавая снижение своего влияния. Ни США, ни их региональные партнеры не хотят, чтобы Иран обладал ядерным оружием или существенно увеличил влияние в регионе. И никто из основных игроков в регионе не желает резкого скачка мощи ИГИЛ или других салафитских джихадистских группировок. Но поскольку рычагов американского воздействия стало меньше, нужно сосредоточиться на укреплении региональной стабильности. Это более разумный подход, чем продвижение политической либерализации и палестино-израильское урегулирование, к которым стремилась администрация Обамы, или попытки трансформировать регион силой – стратегия, на которую полагалась администрация Буша и получила печальные результаты.
В частности, Вашингтону пора признать, что уменьшение его военной роли будет означать большую независимость союзников в военных решениях. В свою очередь, союзники должны понимать, какую поддержку им готовы оказать Соединенные Штаты, прежде чем начинать рискованные военные авантюры вроде ударов Саудовской Аравии по повстанцам-хоуситам в Йемене. Америке и ее партнерам нужно улучшать двусторонние и многосторонние контакты и планирование. США должны более четко сформулировать, что может побудить их к военному вмешательству и какой уровень силы они готовы применить. Кроме того, нужно выработать детальный совместный план возможных ответных реакций.
Израиль по-прежнему предпочитает противодействовать Ирану, а не налаживать отношения, и Вашингтону придется проследить, чтобы выполнение ядерного соглашения убедило израильтян в эффективности такого подхода. На фоне укрепления ИГИЛ страны Персидского залива и Турция немного смягчили позицию в отношении американского подхода к Ирану, а также мнения Вашингтона, что сдерживание джихадизма сейчас важнее смены режима в Сирии.
Для успешного и конструктивного отступления с Ближнего Востока Соединенным Штатам придется приложить максимум усилий, чтобы избежать прямых противоречий с приоритетами своих союзников и партнеров – то же самое должны сделать и друзья Америки в регионе. Для этого понадобится целенаправленная дипломатия и четкая артикуляция приверженности Вашингтона своим основным интересам. Он должен, в частности, подчеркивать, что сделка по Ирану фактически будет обеспечивать устойчивое дипломатическое участие США в делах региона, а не угрожать ему. Вместо того чтобы двигаться назад, Вашингтон должен стремиться к здоровому равновесию в отношениях с Ближним Востоком, что предполагает сокращение управленческой роли Америки. Политика последних 14 лет, основанная на военном вмешательстве, стала отклонением от длительной истории американской сдержанности, но она не должна превратиться в новую долгосрочную норму.
Министр внутренних дел Испании Хорхе Фернандес Диас признал, что в стране сохраняется высокий уровень террористической угрозы, однако призвал верить в эффективность антитеррористических служб страны.
Глава МВД напомнил, что в Испании действует четвертый уровень террористической тревоги из пяти возможных (он был введен в конце июня после терактов во Франции, Тунисе и Кувейте). "Нулевого уровня угрозы не существует, но мы продолжаем исполнять наш долг, как можно было убедиться на матче "Реал" (Мадрид) — "Барселона", который прошел абсолютно нормально. Мы были на высоте и исполнили долг", — добавил глава МВД, которого цитирует агентство Europa Press.
Матч "Реал" (Мадрид) — "Барселона" состоялся в минувшую субботу на мадридском стадионе "Сантьяго Бернабеу" и сопровождался беспрецедентными мерами безопасности.
После терактов в Париже, жертвами которых стали 130 человек, власти Испании обсуждали возможность повышения уровня террористической угрозы до высшего уровня, однако решили этого не делать.
Фернандес Диас также напомнил, что с 11 марта 2004 года "самого масштабного нападения исламистов в Европе", когда в результате взрывов поездов на мадридском вокзале Аточа погибли 192 человека, еще 1800 были ранены, в стране не было ни одного нападения террористов. "С тех пор не было ни одного нападения благодаря эффективности служб безопасности", — заявил Фернандес Диас.
С начала года в Испании были проведены 36 спецопераций по задержанию террористов, связанных с исламистами, около 90 человек арестованы. Испанские службы безопасности имеют сведения о 139 подозреваемых в связях с исламистами, которые отправились из Испании в зоны боевых действий, 25 из них вернулись. Большинство из вернувшихся арестованы.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter