Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Аль-Мауллем : Необходимо превратить «Закон Цезаря» в возможность для подъема национальной экономики Сирии
Дамаск – САНА. Заместитель премьер-министра, министр иностранных дел и по делам эмигрантов САР Валид Аль-Муаллем подтвердил, что истинная цель так называемого «Закона Цезаря» состоит в том, чтобы открыть путь для возвращения терроризма к состоянию на 2011 год. Аль-Муаллем подчеркнул на сегодняшней пресс-конференции, что заявления Майка Помпео и Джеймса Джеффри о «Законе Цезаря» подтверждают, что они являются хором лжецов, потому что тот, кто заботится об интересах сирийского народа, не вступает в заговор против его средств к существованию для подрыва стабильности в стране. Этот закон сопровождался информационной и психологической войной со стороны некоторых стран региона по поводу его воздействия на Сирию, которые пытались представить его как окончательный удар по ней. Однако в Сирии привыкли иметь дело с односторонними санкциями, которые навязывались ей с 1978 года под разными названиями задолго до «Закона Цезаря». По мнению Аль-Муаллема, Сирия способна противостоять этому закону, обеспечив нужды своих граждан и удовлетворив их законные требования по повышению уровня жизни. Необходимо превратить этот закон в благоприятный момент для подъема национальной экономики, достижения самообеспеченности и углубления сотрудничества с друзьями и союзникам в различных областях. Он добавил, что при этом борьба с терроризмом не прекратится. Аль-Муаллем напомнил о присутствии сил США в районе нефтяных скважин, о поджогах пшеничных полей и их угрозах дружественным странам, которые желают участвовать в восстановлении Сирии в интересах ее народа. Американцы инвестируют в терроризм, поддерживая террористические группировки, свидетельством тому является вывоз ими главарей ДАИШ в безопасные районы Ирака, поддержка агрессии турецкого режима против Сирии и покровительство террористической организации «Джебхат Ан-Нусра». По словам главы внешнеполитического ведомства, американцы лгут, разглагольствуя об интересах сирийского народа, поскольку их «закон» принят против него. Если у них еще есть иллюзии, что такие односторонние меры, не одобренные Организацией Объединенных Наций, заставят Сирию и ее народ уступить их требованиям, то этого никогда не случится. Много сирийских героев погибло и было ранено ради защиты национального суверенитета. Сирийская сторона принимает меры для противодействия этому закону, начав диалог с друзьями и союзниками, которые отказываются его соблюдать. Министр подтвердил, что цель этого и предыдущих американских законов – вынудить Сирию отказаться от союзников и от поддержки сопротивления, пойти по пути нормализации отношений с Израилем, приняв его планы в регионе, в частности так называемую «сделку века». Сирия привержена политическому процессу и в то же время отвергает любое внешнее вмешательство, как США, так и любых других сторон, в работу Конституционного комитета, которой должны руководить сами сирийцы без вмешательства извне. Что касается Ливии, Аль-Муаллем заявил, что Сирия поддерживает ее национальную армию, государственные институты и территориальную целостность. Он отметил, что Ливия стала жертвой внешнего вмешательства и амбиций, в первую очередь, турецкого агрессора, рвущегося к ее богатствам. Сирия также поддерживает братьев в Египте, выступая в защиту его национальной безопасности. Также она выступает на стороне палестинского народа, отвергая планы израильских оккупантов по аннексии территории Западного берега и считая, что Израиль должен уйти со всех оккупированных арабских земель.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам видеоконференции министров иностранных дел России, Индии и Китая, Москва, 23 июня 2020 года
Состоялась видеоконференция на уровне министров иностранных дел объединения РИК (Россия, Индия, Китай). Видеоконференция была конструктивной, весьма насыщенной и полезной.
Три наши страны, которые обладают серьезным экономическим, ресурсным, научно-промышленным и финансовым потенциалом, могут сделать многое в интересах обеспечения мирного, стабильного развития человечества. Это было констатировано нашими лидерами много лет назад. Эта оценка полностью сохраняет свое значение сегодня. Мы едины в том, что наращивание сотрудничества в формате РИК по различным направлениям весьма востребовано, равно как и востребовано объединение усилий наших трех стран в поиске эффективных ответов на многочисленные вызовы в глобальной политике и экономике.
Нынешний год, и сегодня это отмечалось особо в нашей дискуссии, проходит под знаком 75-летия окончания Второй мировой войны и 75-летия образования Организации Объединенных Наций. Мы высказались в пользу сохранения и защиты правды о событиях тех лет, отметили недопустимость фальсификации истории в угоду сиюминутным конъюнктурным соображениям. Хотел бы в очередной раз выразить признательность индийским и китайским друзьям за то, что их воинские контингенты были направлены в Москву для участия в завтрашнем Параде Победы на Красной площади.
Мы весьма подробно рассмотрели ситуацию на мировой арене в условиях всплеска эпидемии коронавируса, а также и в более широком плане. Констатировали, что пандемия оказала значительное влияние на многие аспекты межгосударственных отношений, нанесла серьезный урон мировой экономике, существенно ограничила контакты между людьми в целом.
В этом контексте выразили озабоченность в связи с деструктивной линией ряда государств, направленной на демонтаж сформированной в послевоенный период архитектуры глобальной безопасности, краеугольным камнем которой является и остается Устав ООН. Мы считаем контрпродуктивными (об этом еще раз сказали сегодня нашим коллегам и нашли у них понимание) односторонние действия, нелегитимное применение силы, вмешательство во внутренние дела суверенных государств, попытки экстерриториально применять национальные законодательства. Уверен, что наши три страны продолжат противостоять этим негативным тенденциям и продолжат укреплять координацию на различных многосторонних площадках.
Мы уже тесно работаем в «Группе двадцати», ШОС, БРИКС и, конечно, в ООН. Наши три страны координируют свои шаги по многим вопросам. Эта координация станет более востребованной в предстоящие два года, поскольку в 2021-2022 гг. Индия будет занимать место непостоянного члена СБ ООН.
Говорили сегодня и о реформе Совета Безопасности ООН. Индия является, и мы об этом не раз говорили, сильным претендентом на постоянное членство в СБ ООН в контексте реформирования этого органа. Россия поддерживает кандидатуру Индии на место постоянного члена. В принципе мы считаем, что главным дефектом нынешнего состава этой структуры является явная недопредставленность развивающихся стран – стран Азии, Африки и Латинской Америки. Другой стороной медали является серьезная перепредставленность наших западных коллег. Поэтому искать пути повышения эффективности СБ ООН, обеспечения более справедливого и демократичного состава этого органа надо, конечно же, по пути вовлечения в его работу стран трех развивающихся регионов. В этом смысле, подчеркну еще раз, мы поддерживаем постоянное членство Индии в СБ ООН в контексте его реформирования.
Сегодня мы говорили и о нашем сотрудничестве не только на глобальной арене, но и в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Подчеркнули необходимость продолжать наращивать взаимодействие в рамках тех структур, которые здесь были созданы в последние десятилетия и которые концентрируются вокруг Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Считаем принципиально важным укреплять асеаноцентричные форматы взаимодействия, в том числе и для борьбы с коронавирусной инфекцией. Потому что в АСЕАН есть соответствующий механизм, в котором десять стран Ассоциации и их партнеры рассматривают проблемы, связанные с эпидемиологической обстановкой, и эти темы выносятся, в том числе и на рассмотрение Восточноазиатских саммитов, где АСЕАН и партнеры представлены на высшем уровне. Кроме того в АСЕАН есть такой инструмент как совещание министров обороны стран Ассоциации и партнеров. Военная медицина также является одной из тем повестки дня этой структуры. Мы сегодня условились, что будем поддерживать наших асеановских коллег в максимально эффективном задействовании этих механизмов.
Мы также говорили о развитии сотрудничества в формате РИК наряду с теми органами, структурами и механизмами, которые уже функционируют в сфере экономики, образования, культуры. Договорились больше внимания уделять энергетике и политологическим контактам между соответствующими «мозговыми» трестами. Есть форум политологов. Мы решили, что будем активно поощрять ученых, бывших дипломатов и военных, сотрудников других сфер международной деятельности на то, чтобы они генерировали идеи для последующего рассмотрения с прицелом на использование в практической работе нашего объединения.
Из дополнительных конкретных договоренностей условились организовать в формате видеоконференции, учитывая срочность вопроса, совещание представителей санитарно-эпидемиологических структур России, Индии и Китая. Также было поддержано российское предложение дополнить круг вспомогательных органов формата РИК совещаниями министров обороны России, Индии и Китая. Первое такое совещание по нашему предложению условлено провести в период российского представительства, то есть в этом году, как только позволит эпидемиологическая обстановка.
В целом я думаю, что мы очень полезно поработали. В очередной раз продемонстрировали совпадение или значительную близость подходов наших трех стран к ключевым проблемам современности. Мы также условились, что эта видеоконференция не подменяет очную встречу министров иностранных дел, которая должна состояться до саммита РИК. Очередной саммит наши китайские коллеги предложили провести «на полях» встречи в верхах «Группы двадцати», как это и было в 2018-2019 гг., когда лидеры России, Индии и Китая проводили свои традиционные встречи.
Вопрос: Хотела бы спросить про «добавочную стоимость» РИК. Ряд экспертов говорили, что Россия ищет в этом формате основу для системы международных отношений, которая стала бы альтернативой существующей сейчас западноцентричной системе. Насколько реалистичны такие планы, если они есть, с учетом нынешнего обострения противоречий между Индией и Китаем, а также того, что обе страны не готовы вступать в клинч с Западом?
С.В.Лавров: Не стал бы характеризовать нынешнюю систему международных отношений как западноцентричную. Есть Устав Организации Объединенных Наций (ООН). По крайней мере на словах все, в том числе и Запад, подтверждают свою верность этому Уставу, хотя на практике, безусловно, предпринимаются шаги, которые говорят о желании Запада поменять систему международного права на систему миропорядка, «основанного на правилах». Это не случайное изменение терминологии, потому что «международное право» – это устоявшийся термин, предполагающий универсальные договоренности, лежащие в основе международных и межгосударственных связей на всех направлениях деятельности: универсальные конвенции, Устав ООН, по определению являющийся коллективным документом, под которым все поставили свои подписи и все ратифицировали. Подмена универсальных международно-правовых инструментов узковыработанными правилами, затем выдаваемыми за многосторонний идеал, которые должны приниматься всеми, – это тенденция.
Я бы стал говорить о том, что Запад пытается сохранить западноцентричность, несмотря на то, что эпоха почти полутысячелетнего доминирования Запада в мировых делах в международно-правовом плане формально ушла с созданием ООН, а в практическом плане это займет гораздо более длительный период. Но принципы, лежащие в основе ООН, остаются незыблемыми. Запад пока еще не дошел в своих устремлениях навязать всем свои правила до прямого отрицания принципов, содержащихся в Уставе ООН. Надеюсь, что ответственные западные политики осознают, особенно с учетом последних событий на международной арене и того хаоса, который создают эти изобретаемые каждый раз под те или иные интересы правила, насколько этот хаос мешает всем нормально развиваться и сотрудничать.
Возвращаясь к Вашему вопросу, не вижу оснований называть нынешнюю модель западноцентричной. Попытки сделать ее таковой, цепляться за столетия, когда через колониальное господство Запад доминировал в мировой политике, конечно, продолжатся, по крайней мере, некоторыми западными странами. Мы это видим на конкретных примерах действий наших партнеров.
Когда мы развиваем сотрудничество в рамках ШОС, либо БРИКС, либо – в данном случае – в составе «тройки» Россия–Индия–Китай, мы совсем не пытаемся предъявить тем самым альтернативу нынешней системе международных отношений. Эта система, закрепленная в Уставе ООН, прямо поощряет развитие региональных структур сотрудничества. Есть специальная глава 8 Устава ООН, в которой такое взаимодействие поощряется. ШОС, РИК, ЕАЭС, ОДКБ, как и существующие в Европе структуры – Евросоюз, НАТО, ОБСЕ, – все эти организации вписываются в то, что обозначено в Уставе ООН в качестве региональных соглашений. Устав прямо поощряет эти региональные соглашения решать вопросы, относящиеся к конкретным связям между участниками такого регионального объединения и подпадающие под его компетенцию. Здесь мы, по сути дела, только следуем в русле общей тенденции, заданной еще при создании ООН.
Почему именно состав «тройки» был определен в качестве перспективного? Как Вы знаете, эта инициатива принадлежит Е.М.Примакову в период его бытности Министром иностранных дел. Еще в 1998 г. он обосновал целесообразность того, чтобы подумать над объединением усилий наших трех стран, учитывая географический, исторический фактор, ту направленность, которую имеет современная внешняя политика Москвы, Пекина и Нью-Дели. А эта направленность, по большому счету, характеризуется приверженностью международному праву, принципам Устава ООН и неприятием односторонних методов решения мировых проблем. Эта идея обрела свою собственную жизнь. Прошло несколько лет с тех пор, как Е.М.Примаков ее сформулировал, – с 1998 г. до 2003 г., – когда состоялась первая встреча министров иностранных дел стран РИК. С тех пор их было шестнадцать. Если считать сегодняшнюю видеоконференцию, это уже семнадцатая встреча на уровне министров иностранных дел. Мероприятия проходят и по линии отраслевых министерств и ведомств.
Сегодня, как я уже сказал, подтверждена приемлемость нашей инициативы начать собираться в формате «тройки» и на уровне министров обороны, была поддержана идея развивать контакты в сфере экономических, гуманитарных, энергетических, образовательных связей. Думаю, все это отвечает интересам наших стран. То, что эти инициативы находят живой отклик в рамках «тройки», подтверждает их востребованность.
Что касается нежелания Индии и Китая, как Вы выразились, «вступать с Западом в клинч» и вопроса о том, не является ли это тормозом для развития нашего сотрудничества, мы тоже не хотим вступать в клинч с Западом, да и вообще ни с кем. Мы просто видим, что с современным Западом очень трудно работать, потому что для работы нужна какая-то дипломатическая форма. Я пока не вижу способности некоторых наших коллег, особенно тех, которые «заказывают музыку» в западном лагере, развивать дипломатические отношения. Они больше действуют иными методами. Но это отнюдь не означает, что мы от этого получаем удовольствие.
Президент России В.В.Путин вновь в своей статье, посвященной 75-летию Победы в Великой Отечественной, Второй мировой войне, особо подчеркнул нашу нацеленность на сотрудничество, как в рамках любых международных структур (ООН, «Двадцатка» и т.д.), так и в контексте особой ответственности пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН. Мы за то, чтобы любые разногласия не становились предметом конфронтации, а рассматривались за столом переговоров, но по-честному: чтобы выдвигались не только озабоченности, но и конкретные факты, которые являются предметом таких озабоченностей, не просто обвинения, а чем-то подкрепленные обвинения. Если наши партнеры наконец-то найдут в себе силы и будут уважать дипломатические приличия, мы к такому разговору готовы.
Вопрос: Как Вы думаете, Россия в составе РИК может внести вклад в укрепление доверия между Индией и Китаем, когда обе страны находятся в стадии противостояния на своих границах?
С.В.Лавров: У нас такой цели никогда не было – помогать Индии и Китаю развивать двусторонние отношения. Эти страны имеют все возможности решать и рассматривать любые проблемы, возникающие в отношениях, а они возникают между любыми странами, включая, конечно же, соседей. Не думаю, что Индия и Китай нуждаются в помощи и содействии, специально нацеленном на то, чтобы помогать им каким-то образом урегулировать возникающие споры или ситуации.
Если Вы имеете в виду события последнего месяца, то, по-моему, Нью-Дели и Пекин ответили на Ваш вопрос конкретными действиями. Как только произошли инциденты на границе, незамедлительно состоялись встречи военного командования «на земле», контакты министров иностранных дел. Насколько я понимаю, они продолжаются и сейчас. Ни одна из сторон не делала заявлений, которые говорят об отсутствии желания договариваться на основе общеприемлемых подходов. Мы, естественно, всячески рассчитываем, что так и будет впредь.
Сам факт контактов между нашими индийскими и китайскими друзьями в различных многосторонних форматах (РИК, БРИКС, ШОС) помогает развивать диалог между двумя странами. Помимо двусторонних контактов, они работают в упомянутых многосторонних структурах, которые активно поддерживаются и одной, и другой страной в качестве важных механизмов продвижения своих внешнеполитических, экономических и иных интересов через коллективные форматы. Думаю, что приобретение Индией (наряду с Пакистаном) статуса полноправного члена ШОС было очень важным шагом в продвижении именно такой политики.
Закончу тем, с чего начал. Не вижу причин, по которым Россия или кто-то еще стал бы предлагать свои услуги Индии и Китаю в продвижении переговоров по решению их собственных проблем. Отношения серьезно продвинулись за последние годы. В 2005 году на очередном саммите руководителей Индии и Китая отношения этих стран были квалифицированы как стратегическое партнерство. Этим уже все сказано.
Вопрос: На днях Госсекретарь США М.Помпео заявил, что Вашингтон готовит список санкций против китайских официальных лиц в связи с подготовкой законопроекта о национальной безопасности в Гонконге. В очередной раз США грозят санкциями другим странам. По информации СМИ, США также готовят новые санкции против России из-за «Северного потока-2». Как Вы оцениваете такое пристрастие к санкциям? Можно ли что-нибудь сделать, чтобы убедить американских политиков с пониманием относиться к делам других стран?
С.В.Лавров: Я уже упоминал, что, к сожалению, готовность России, Китая и подавляющего большинства других стран вести активную работу на многосторонних площадках с целью достижения политико-дипломатических договоренностей по всем спорным проблемам, возникающим на международном уровне, не у всех встречает понимание. Наши американские коллеги, по большому счету, действительно уходят от дипломатии как метода ведения дел на международной арене. Либо это очень специфическая дипломатия, состоящая из таких примитивных, простеньких ходов. Выдвигается требование. Если на него не звучит полное признание капитуляции, то выдвигаются угрозы санкций, выставляется срок для ультиматума. Если опять-таки не наблюдается капитуляция, то США эти санкции объявляют, закрепляют законами, дают соответствующие поручения.
Я уже сбился со счету, пытаясь обобщить количество принимаемых решений. Администрация Д.Трампа по количеству санкций против России и по количеству охваченных ими юридических и физических лиц уже давно обогнала администрацию Б.Обамы. Мы привыкшие. Думаю, что и вам придется привыкать. Не то чтобы мы хотим науськивать США на КНР, совсем нет. В первом вопросе спросили, не помешает ли развитию сотрудничества в рамках РИК тот факт, что, по мнению некоторых, ни Китай, ни Индия не хотят вступать «в клинч» с США. Еще раз подтверждаю, мы тоже не хотим ни с кем вступать «в клинч». Но есть вещи, которые напрямую бьют по коренным, законным, экономическим и иным интересам соответствующего государства и народа.
Посмотрите на реакцию Германии. Американцы хотят ввести очередную порцию санкций в отношении любого человека или структуры, которые так или иначе касаются «Северного потока-2», включая тех, кто может покупать газ из этого трубопровода. В немецком политическом истеблишменте немедленно проявилась реакция, которая говорит, что национальная гордость существует и была очень серьезно задета.
Мне кажется, нужно продолжать оставлять двери для переговоров с США открытыми. Мы всегда это делаем, мы никогда не будем ни на кого обижаться. Будем всегда открыты для диалога, но он должен быть равноправным, нацеленным на поиск баланса интересов, компромиссов, обмен уступками. Как только будет идти речь о равноправном диалоге и о взаимовыгодных результатах, которые должны стать предметом такого диалога, думаю, все достижимо. У меня нет сомнений, что КНР исповедует такие же подходы к международным отношениям.
Вопрос: На 6 июля запланирована конференция стран-участниц Договора об открытом небе в связи с выходом США из Договора. Какие шаги в ходе данной конференции предложит Россия для сохранения Договора об открытом небе? Ожидаете ли Вы единогласную поддержку стран-участниц по вопросу сохранения Договора об открытом небе после выхода США?
С.В.Лавров: Я не могу решать за другие страны. Мы не видим в тех подходах, которые Россия применяла все эти годы в рамках Договора об открытом небе каких-либо причин, которые могли бы оправдать односторонние действия США по разрушению еще одного многостороннего инструмента, который лежал в основе системы стратегической стабильности, создававшейся за последние десятилетия. Никаких новых действий мы предпринимать не собираемся.
Хорошо известны конкретные озабоченности, которые в наш адрес выдвигались. Это 10-километровая зона, в которой мы не давали согласие на полеты вблизи границ Абхазии и Южной Осетии, потому что именно такой порядок существует для полетов рядом с государствами, не входящими в Договор об открытом небе. Все эти годы мы готовы были искать компромиссы по этой теме при понимании, что Грузия прекратит нарушать Договор и разрешит летать над своей территорией. Она этого не сделала. Это прямое и грубейшее нарушение Договора. Тем не менее, никто из наших западных коллег не обижался на Грузию. Но мы эту проблему готовы были снимать.
Вторая озабоченность, которая выдвигалась в наш адрес, – это режим полетов над Калининградской областью. Режим, который обеспечивал нашим западным партнерам возможность покрывать 90 процентов территории Калининградской области. Режим, который мы ввели был абсолютно идентичен тем нормам, которые США установили для полетов над Аляской. Запад мог и по-прежнему может осматривать Калининградскую область на 90 процентов, учитывая, что Договор пока еще действует и для США. В то же время, территорию Аляски можно осмотреть менее, чем на 3 процента. И никаких вопросов у наших западных коллег из Европы в отношении США не возникало. Все эти годы мы вместе с инициативной группой западных стран вели технические консультации, которые, на мой взгляд, вполне могли бы позволить снять этот искусственно созданный вопрос вокруг Калининградской области. Очередной раунд таких консультаций состоялся за несколько дней до того, как американцы объявили о своем решении выйти из этого Договора. По признанию наших западных коллег, этот раунд консультаций был весьма конструктивным. Я думаю, что это лишний раз показывает, что причины, по которым США решили выйти из этого Договора были искусственно созданы и озвучены.
Что касается наших действий на внеочередной конференции государств-участников, которая состоится 6 июля, мы уже объявили, что для нас главным условием, которое обеспечило ратификацию нами Договора об открытом небе была возможность осматривать сверху территорию США. Это все прекрасно понимают. Посмотрим, какая будет реакция наших западных коллег на этой конференции, что Европа на этот счет думает. Мы не исключаем никаких вариантов наших действий. Мы хотим послушать, что скажут остальные.
Вопрос: Сейчас ситуация в Ливии развивается очень динамично в военном смысле. Как Вы оцениваете перспективу развития ситуации после заявления Египта о том, что он имеет полную легитимность в военном вмешательстве, а также о выделении города Сирт и провинции Джуфра как «красной линии» для египетской национальной безопасности? Не перейдет ли столкновение между ливийскими сторонами к боевому столкновению между Турцией и турецко-египетской армией, поддерживающей армию маршала Х.Хафтара?
С.В.Лавров: Эту тему я обсуждал в последние дни с целым рядом коллег. Они соглашаются с принципиальным элементом нашей позиции, заключающимся в отсутствии военного решения у этого конфликта. Это краеугольный камень всех резолюций, принимавшихся в СБ ООН, всех деклараций, принимавшихся на многочисленных мероприятиях, в том числе на Берлинской международной конференции в январе нынешнего года.
Ситуация, когда внутренние проблемы Ливии и перспективы урегулирования обусловлены тем, кто отвоюет больше территории и будет считать себя обладающим преимуществом для ведения переговоров, напоминает качели. Военное превосходство одной стороны над другой за последние годы каждый раз носило временный характер, всегда наступали ответные действия, ситуация «на земле» менялась в зависимости о того, кто наступал, а кто отступал. Отступающая сторона была готова к переговорам, а наступающая не была к этому расположена. Все это уже давно поняли. Я не вижу каких-либо вариантов, кроме немедленного прекращения огня и решения всех остальных вопросов на основе переговорного процесса в русле пониманий, закрепленных в декларации Берлинской конференции. Это касается политического устройства Ливии. Все три главных исторических района этой страны должны быть равноправно представлены в переговорном процессе, а по его итогам – в новых органах государственной, исполнительной, законодательной власти. Экономические вопросы также должны решаться с учетом баланса интересов каждой из этих трех частей страны.
Вопрос о том, кто будет иметь легитимную силу в отношении применения военной силы в ливийском государстве, тоже должен быть предметом договорённости. После Берлинской конференции был сформирован т.н. комитет «пять плюс пять», который и призван заниматься достижением понимания по силовой составляющей урегулирования. Я так понимаю, что стороны в последние дни высказывали готовность задействовать этот механизм.
Мы исходим из безальтернативности политического решения, которое не будет навязано извне, будет достигнуто самими ливийцами с учетом, повторю, интересов трех государствообразующих регионов Ливии. Внешние игроки должны сделать все, чтобы помочь создать условия для инклюзивного межливийского диалога.
Среди моих телефонных контактов последние несколько дней были разговоры и с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу, и с Министром иностранных дел Египта С.Шукри. И тот, и другой мой коллега однозначно высказались в пользу именно такого подхода: всем необходимо признать отсутствие военного решения, надо садиться за стол переговоров и искать общеприемлемые договорённости.
Каир поможет племенам
Президент Египта угрожает ввести войска в Ливию
Текст: Константин Волков
Каир готов оказать помощь ливийским племенам в борьбе с иностранным вмешательством. Об этом заявил президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси, выступая перед войсками на границе с Ливией в западной части Египта. Он отметил, что "если ливийский народ... потребует от нас вмешаться, то это сигнал всему миру, что Египет и Ливия - это одна страна, единая безопасность и стабильность".
Ас-Сиси также пояснил свое видение возможной операции в Ливии: "Если египетские войска начнут продвигаться вперед, то во главе их будут шейхи ливийских племен, а когда проблема завершится - египетские войска уйдут, потому что нам ничего не нужно". Президент Египта перечислил условия, при которых Каир не станет вмешиваться в происходящее в Ливии. Это стабильное перемирие между сторонами внутреннего конфликта.
О том, чего стоит и чего не стоит ждать от Египта, несмотря на громкие заявления президента, "РГ" рассказал эксперт Российского совета по международным делам и колумнист издания Al-Monitor Кирилл Семенов.
" Вероятность того, что египетские войска войдут на территорию Ливии, существует, хоть она и не очень высока. Президент Египта, скорее, говорил о том, что он готов вооружить "сынов ливийских племен", а слова о вмешательстве непосредственно Каира больше звучало как демонстрация намерений. Египет, вероятно, может начать открытую поддержку Ливийской национальной армии (ЛНА), если силы Правительства национального согласия (ПНС) при поддержке Турции продолжат наступление и угроза для сил главнокомандующего Хафтара станет критической. Тогда, чтобы сохранить армию Хафтара, Каир может решиться на такую операцию, и его решение может поддержать ОАЭ и Саудовская Аравия.
Кстати, существует информация, что ОАЭ готовы оплатить издержки Египта на ввод войск плюс выделить Каиру несколько миллиардов долларов помощи. Если это действительно так, то ситуация может оказаться серьезнее, чем представляется. При таком раскладе может дойти и до прямого военного столкновения Египта и Турции. Кроме того, если Египет окажет прямую военную помощь Ливийской национальной армии, то и Турция увеличит свою поддержку Правительства национального согласия, которое добивается окончательного разгрома сил Хафтара.
![Главное](/images/star.png)
НЕ ЗАБЫТЬ О ПРИЧИНАХ
ФЁДОР ЛУКЬЯНОВ
Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.
По мере выхода из ступора, в котором оказалась мировая политика из-за пандемии, прежняя повестка возвращается почти в неизменном виде. Почти – темы прежние, а интенсивность в ряде случаев возросла. Ни один конфликт не затих, зато некоторые разгораются с новой силой.
Начинается новый раунд противостояния вокруг Сирии – с одной стороны, на месте тема Идлиба, с другой – намерения администрации США усилить давление на Дамаск, теперь экономическое. Вторая неостывающая точка – Ливия, где активизировалось противостояние сторон междоусобно-международного конфликта.
Фортуна поворачивается лицом то к одним, то к другим комбатантам, подтверждая то, о чём дипломаты и посредники твердят давно: военного решения нет, ни Триполи, ни его оппоненты силой верх не возьмут, придётся идти на сделку.
Это было ясно ещё в январе во время переговоров в Москве и Берлине, но тогда сами участники противостояния и их основные патроны считали иначе. К разговору всё равно придётся вернуться.
Хитросплетения текущей ливийской политики отодвинули в тень первопричину катаклизмов – войну 2011 года. Тогда в результате вмешательства западной коалиции силы Муаммара Каддафи были разгромлены, сам он зверски убит, а Ливийская Арабская Джамахирия прекратила существование не только как форма правления, но и как единое государство. С тех пор проблемы нарастали – причём у всех. Убийство в Бенгази посла США осенью 2012 года стало «благодарностью» боевиков за «освобождение» от гнета тирании.
В американском журнале Foreign Affairs только что вышла статья бывшего шефа Пентагона и одного из наиболее авторитетных американских политических деятелей Роберта Гейтса, который привёл ливийскую кампанию в качестве примера катастрофически неправильных действий. Справедливости ради надо сказать, что Гейтс, министр обороны до лета 2011 года, и тогда был принципиальным противником операции в Ливии, чего не скрывал.
Гейтс перечисляет ошибки, допущенные Вашингтоном. Прежде всего – изменение задачи в ходе операции – защита населения Восточной Ливии от Каддафи была переквалифицирована в смену режима. «Установив бесполётную зону и атаковав сухопутные войска Каддафи, можно было защитить повстанцев на востоке, не свергая власть в Триполи. В таких обстоятельствах прийти к некоей политической договорённости». Заметим, что сегодня речь идёт ровно об этом, только после почти десятилетия бесцельных жертв и разрушений.
Гейтс, который относится к старшему поколению внешнеполитических реалистов, говорил тогда и повторяет теперь: какой бы ни был Каддафи, он не представлял угрозы интересам США. А его устранение угрозу создало. Ливия на годы погрузилась в пучину хаоса, это способствовало укреплению террористической группировки ИГИЛ (запрещена в РФ) и дало возможность России претендовать на роль «вершительницы судьбы этой страны». По поводу России как вершительницы судеб поблагодарим экс-министра за незаслуженный комплимент, а обо всём остальном комментаторы и эксперты предупреждали ещё тогда. В этом плане, кстати, демократическая администрация Обамы не отличалась от республиканской Буша-младшего, которой тоже подробно объясняли в 2002–2003 годах, чем закончится вторжение в Ирак.
«Существовали невоенные способы, при помощи которых США и их союзники могли остановить боевые действия и стабилизировать обстановку в Ливии летом и осенью 2011 года. Но не было ни плана, ни средств, ни желания», – сетует Гейтс. Вывод и вовсе сокрушительный: «Арабско-натовская коалиция разбомбила Ливию, а затем просто отправилась по домам, оставив ливийцев сражаться за руины, создав очередной источник нестабильности и новую базу для террористов».
Во многих отношениях Ливия, страна совсем не центральная с точки зрения глобальной повестки, стала поворотным пунктом международной политики. Она олицетворяла собой апофеоз попыток силовым путём трансформировать Ближний Восток, но явила только жестокость и полную бессмысленность действий. Искусственность нагнетания истерии показала, что информационно-пропагандистские инструменты в XXI веке из вспомогательных становятся основными. В том же Foreign Affairs пять лет назад Алан Куперман разбирал информационную подоплёку вторжения: «Ливийские эмигранты в Швейцарии, связанные с повстанцами, начали предупреждать о предстоящей в Бенгази «кровавой бане». Западные средства массовой информации поспешили растиражировать эту информацию, хотя теперь, задним числом, понятно, что это была пропаганда… Попросту говоря, боевики терпели поражение в войне, поэтому их покровители подняли на щит призрак геноцида для оправдания вмешательства НАТО».
События в мире развиваются с фантастической скоростью, и то, что было недавно, кажется совсем отдалённым во времени и не столь существенным. Понятно, что конфликт в Ливии надо решать исходя из сегодняшних реалий, для чего требуется сотрудничество всех. Но это не означает подвести черту и забыть, почему всё там так.
Ас-Сиси призвал войска быть готовыми к задачам за пределами Египта
Президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси в субботу в ходе осмотра западного военного округа на границе с Ливией приказал военным быть готовыми выполнить боевые задачи как в стране, так и за ее пределами.
Ас-Сиси осмотрел военные части ВВС Египта в присутствии главнокомандующего ВС Египта, главы генштаба ВС страны и других военачальников.
В показанном гостелевидением Египта выступлении ас-Сиси заявил, что египетская армия является одной из сильнейших в регионе, но при этом "она защищает, а не угрожает". "Такова наша стратегия, она не изменится", - подчеркнул президент.
"Будьте готовы выполнить любую задачу в пределах границ Египта или вне их, если потребуется", - заявил ас-Сиси, обращаясь к военным.
Президент отметил высокий уровень технического оснащения армии и боевой готовности военных.
В Ливии продолжается противостояние между Правительством национального согласия (ПНС) Файеза Сарраджа, которое контролирует Триполи и территории на западе страны, и Ливийской национальной армией под командованием Халифы Хафтара, политическую поддержку которому оказывает Египет.
В Каире 6 июня состоялась встреча президента Египта Абдель Фаттаха ас-Сиси с Хафтаром и главой заседающей на востоке Ливии Палаты представителей Акилой Салехом. По итогам встречи глава Египта объявил о "каирской инициативе", которая включает в себя прекращение огня на всей территории Ливии с 8 июня и условия политического урегулирования. Инициативу поддержали Россия, США и ряд арабских государств, включая Саудовскую Аравию и ОАЭ. Против выступили ПНС и Турция.
Уже более года армия Хафтара пытается отбить столицу Ливии. Обе стороны конфликта заявляют, что противники получают помощь оружием и живой силой извне. В последние недели силы ПНС сообщали о значительных успехах в битве за Триполи и заявили о намерении развить успех, установив контроль над городом Сирт и другими территориями к востоку от столицы.
![Главное](/images/star.png)
Рамис Юнус: «Россия и Турция у красной черты в Ливии»
Американский политолог Рамис Юнус по просьбе «НИ» анализирует ситуацию в Ливии.
«В ближайшее время может начаться новая эскалация в Ливии между сторонниками официально признанного правительства в Триполи, которое возглавляет Сарадж Файез и силами генерала Халифы Хафтара, объявившим в апреле себя единым правителем Ливии, и основными игроками в этом противостоянии опять будут Турция и Россия, как это было недавно в Сирии, и это может произойти в районе города Сирт, который в России называют «красной чертой», что дает понять сколь важен этот населенный пункт, расположенный примерно на одинаковом расстоянии между столицей Триполи и городом Бенгази.
Стратегическая значимость этого города во многом связана с расположением в 300 км к северу от крупной авиабазы «Джуфра». Именно на эту авиабазу имеет виды российская сторона, пытающаяся закрепиться на севере Африки и получить выход к южному побережью Средиземноморья. Не случайно, что на сегодня в «Джуфре» наряду с наемниками ЧВК «Вагнера», размещены 14 самолетов МИГ-29 и СУ-24, так как Россия пытается превратить «Джуфру» в подобие авиабазы "Хмеймим" в Сирии. Контроль над Сиртом позволит России создать в этом портовом городе также морскую военную базу, навроде той, что они имеют в сирийском городе Тартус.
Что касается Турции, то ее главным стратегическим интересом является контроль над частью Средиземного моря, где Анкара надеется добывать нефть и газ на ливийском участке шельфа и где ее хотят "подвинуть" Греция, Кипр и отчасти Израиль. Все это говорит о том, что контроль над Сиртом имеет не только экономическое, но и политическое значение как для будущего Ливии, так и для основных политических игроков в этом регионе. Не трудно предположить, что если Турция заставила Россию считаться с ее интересами в Сирии и та была вынуждена отступить в провинции Идлиб, то Анкара так легко не уступит свои нынешние позиции в Ливии, которая по запасам нефти занимает первое место в Африке, а по запасам газа - четвертое. Учитывая всю сложность противостояния в Ливии, а также некоторый хаос в мировой политике, вызванный пандемией коронавируса и резким падением цен на нефть, ждать быстрого мира в этом регионе не стоит. Уж очень разные интересы у многих стран, вовлеченных в этот конфликт, и особенно у России и Турции, которые исторически всегда противостояли друг другу в этом регионе и поэтому часы в Москве и Анкаре всегда показывают разное время, но каждый верит только своим».
![Главное](/images/star.png)
Не забыть о причинах
Текст: Федор Лукьянов (профессор-исследователь НИУ "Высшая школа экономики")
По мере выхода из ступора, в котором оказалась мировая политика из-за пандемии, прежняя повестка возвращается почти в неизменном виде. Почти - темы прежние, а интенсивность в ряде случаев возросла. Ни один конфликт не затих, зато некоторые разгораются с новой силой.
Начинается новый раунд противостояния вокруг Сирии - с одной стороны, на месте тема Идлиба, с другой - намерения администрации США усилить давление на Дамаск, теперь экономическое. Вторая неостывающая точка - Ливия, где активизировалось противостояние сторон междоусобно-международного конфликта. Фортуна поворачивается лицом то к одним, то к другим комбатантам, подтверждая то, о чем дипломаты и посредники твердят давно: военного решения нет, ни Триполи, ни его оппоненты силой верх не возьмут, придется идти на сделку. Это было ясно еще в январе во время переговоров в Москве и Берлине, но тогда сами участники противостояния и их основные патроны считали иначе. К разговору все равно придется вернуться.
Хитросплетения текущей ливийской политики отодвинули в тень первопричину катаклизмов - войну 2011 года. Тогда в результате вмешательства западной коалиции силы Муаммара Каддафи были разгромлены, сам он зверски убит, а Ливийская Арабская Джамахирия прекратила существование не только как форма правления, но и как единое государство. С тех пор проблемы нарастали - причем у всех. Убийство в Бенгази посла США осенью 2012 года стало "благодарностью" боевиков за "освобождение" от гнета тирании.
В американском журнале Foreign Affairs только что вышла статья бывшего шефа Пентагона и одного из наиболее авторитетных американских политических деятелей Роберта Гейтса, который привел ливийскую кампанию в качестве примера катастрофически неправильных действий. Справедливости ради надо сказать, что Гейтс, министр обороны до лета 2011 года, и тогда был принципиальным противником операции в Ливии, чего не скрывал.
Гейтс перечисляет ошибки, допущенные Вашингтоном. Прежде всего - изменение задачи в ходе операции - защита населения Восточной Ливии от Каддафи была переквалифицирована в смену режима. "Установив бесполетную зону и атаковав сухопутные войска Каддафи, можно было защитить повстанцев на востоке, не свергая власть в Триполи. В таких обстоятельствах прийти к некоей политической договоренности". Заметим, что сегодня речь идет ровно об этом, только после почти десятилетия бесцельных жертв и разрушений.
Гейтс, который относится к старшему поколению внешнеполитических реалистов, говорил тогда и повторяет теперь: какой бы ни был Каддафи, он не представлял угрозы интересам США. А его устранение угрозу создало. Ливия на годы погрузилась в пучину хаоса, это способствовало укреплению террористической группировки ИГИЛ (запрещена в РФ) и дало возможность России претендовать на роль вершительницы судьбы этой страны". По поводу России как вершительницы судеб поблагодарим экс-министра за незаслуженный комплимент, а обо всем остальном комментаторы и эксперты предупреждали еще тогда. В этом плане, кстати, демократическая администрация Обамы не отличалась от республиканской Буша-младшего, которой тоже подробно объясняли в 2002-2003 годах, чем закончится вторжение в Ирак.
"Существовали невоенные способы, при помощи которых США и их союзники могли остановить боевые действия и стабилизировать обстановку в Ливии летом и осенью 2011 года. Но не было ни плана, ни средств, ни желания", - сетует Гейтс. Вывод и вовсе сокрушительный: "Арабско-натовская коалиция разбомбила Ливию, а затем просто отправилась по домам, оставив ливийцев сражаться за руины, создав очередной источник нестабильности и новую базу для террористов".
Во многих отношениях Ливия, страна совсем не центральная с точки зрения глобальной повестки, стала поворотным пунктом международной политики. Она олицетворяла собой апофеоз попыток силовым путем трансформировать Ближний Восток, но явила только жестокость и полную бессмысленность действий. Искусственность нагнетания истерии показала, что информационно-пропагандистские инструменты в XXI веке из вспомогательных становятся основными. В том же Foreign Affairs пять лет назад Алан Куперман разбирал информационную подоплеку вторжения: "Ливийские эмигранты в Швейцарии, связанные с повстанцами, начали предупреждать о предстоящей в Бенгази "кровавой бане". Западные средства массовой информации поспешили растиражировать эту информацию, хотя теперь, задним числом, понятно, что это была пропаганда... Попросту говоря, боевики терпели поражение в войне, поэтому их покровители подняли на щит призрак геноцида для оправдания вмешательства НАТО".
События в мире развиваются с фантастической скоростью, и то, что было недавно, кажется совсем отдаленным во времени и не столь существенным. Понятно, что конфликт в Ливии надо решать исходя из сегодняшних реалий, для чего требуется сотрудничество всех. Но это не означает подвести черту и забыть, почему все там так.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам видеоконференции Россия-АСЕАН по вопросам борьбы с коронавирусом, Москва, 17 июня 2020 года
Мы сегодня провели видеоконференцию министров иностранных дел АСЕАН и Российской Федерации.
Обсудили конкретные, общие и насущные задачи по реагированию на новую коронавирусную инфекцию и на ее последствия с точки зрения глобальной политики и экономики.
Подтвердили актуальность дальнейшего углубления стратегического партнерства между Россией и Ассоциацией, использования его возможностей для преодоления всех аспектов кризиса.
Речь шла, в частности, об обмене информацией, повышении эффективности совместных шагов по защите жизни и здоровья граждан наших стран, развитии соответствующих механизмов российско-асеановского сотрудничества, координации усилий на международных площадках и форумах.
Россия продолжает оказывать содействие АСЕАН в укреплении кадрового потенциала в сфере здравоохранения. Готовы делиться передовым опытом профилактики и реагирования на инфекционные заболевания. В этой сфере есть инициатива Роспотребнадзора, которая была активно поддержана всеми нашими партнерами: начать трехгодичный цикл образовательных программ для специалистов АСЕАН по проблемам борьбы с инфекционными заболеваниями. Первые курсы в рамках этого трехгодичного цикла состоялись в декабре 2019 г. во Владивостоке. Положительно воспринята наша нацеленность на расширение контактов между экспертами-эпидемиологами, в том числе в дистанционном формате. Условились о конкретных шагах, как такое общение сделать регулярным. У нас общее понимание, что это позволит лучше проанализировать, лучше понять имеющиеся у обеих сторон идеи, наработки, а также сделать соответствующие практические выводы и воплотить их в конкретную деятельность. А в конечном итоге это станет реальным вкладом в повышение эпидемиологической безопасности стран Юго-Восточной Азии, что важно и для нас, учитывая, что ежегодно страны АСЕАН принимают миллионы российских туристов.
Договорились ускорить подготовку комплексного стратегического документа по развитию диалога Россия-АСЕАН на ближайшие пять лет и обновление рабочих планов сотрудничества между Россией и АСЕАН в сферах противодействия терроризму и продвижения образования. Имеются интересные предложения о запуске новых направлений сотрудничества, в том числе в области финансов. Особое внимание решено и далее уделять взаимодействию в обеспечении безопасности информационно-коммуникационных технологий.
Трансграничные по своему характеру вызовы и угрозы требуют, конечно же, коллективных мер, выработки согласованных многосторонних подходов. Однако (и сегодня в нашей дискуссии это упоминалось) зачастую мы наблюдаем со стороны некоторых государств противоположный настрой: вместо объединения усилий политизировать проблему и действовать по принципу «каждый сам за себя». Нами выражена озабоченность попытками ряда стран воспользоваться ситуацией вокруг эпидемии коронавирусной инфекции в целях решения узкокорыстных геополитических задач, сведения счетов с неугодными правительствами.
Единодушно констатировали свою солидарность в отношении координирующей роли ООН и Всемирной организации здравоохранения в противодействии пандемии, единодушно поддержали подходы, изложенные Генеральным секретарем ООН А.Гутеррешем о недопустимости односторонних действий, ограничивающих поставки медикаментов, оборудования и продовольствия в какие-либо страны. Общее понимание таково, что любые позитивные результаты в сфере борьбы с коронавирусом (а мы сегодня рассказывали о нашем опыте в создании вакцины, в создании лечебных препаратов и эти усилия Российской Федерации были высокого оценены нашими партнерами по АСЕАН) должны быть доступны всем странам, всем людям на Земле на равной основе.
Говорили мы о тех тенденциях, которые в последние месяцы, в период коронавирусной пандемии наблюдаются в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), и о том, какие выводы могут быть сделаны для развития сотрудничества в регионе. Подтвердили центральную роль асеаноцентричных объединений в регионе, прежде всего, механизмов Восточноазиатских саммитов. Мы признательны нашим коллегам за то, что они единодушно поддержали инициативу России принять на планируемом в ноябре этого года в Ханое очередном Восточноазиатском саммите заявление лидеров о мерах по повышению регионального потенциала реагирования на эпидемии. Индонезия стала соавтором этой инициативы, все остальные страны выразили ей единодушную поддержку. Говорили мы также и о такой структуре, которая существует в контексте развития асеаноцентричных механизмов, как Совещание министров обороны и диалоговых партнеров АСЕАН, в котором традиционно участвует и российская делегация. Несколько лет назад по российской инициативе на очередной встрече министров обороны АСЕАН и их партнеров в Бангкоке была создана Рабочая группа военных медиков, которая в нынешних условиях может быть весьма активно и эффективно задействована. Мы поделились информацией с нашими друзьями в ходе сегодняшней видеоконференции о той работе, которую российские военные медики проводят и в России, и за рубежом, в частности о том, как они осуществляли специальные проекты борьбы с коронавирусом по просьбе руководства Италии и Сербии.
Обменялись мнениями относительно того, как будут выглядеть перспективы посткоронавирусного обустройства региона. Мы вновь привлекли внимание к инициативе Президента Российской Федерации В.В.Путина по формированию Большого Евразийского партнерства, в котором могли бы с пользой для себя участвовать страны ЕАЭС, АСЕАН, ШОС и другие государства, расположенные на общем для всех нас Евразийском материке. Убеждены, что это та основа - коллективная, инклюзивная, открытая - на которой можно выстраивать новую систему евразийской безопасности и развития без каких-либо разделительных линий.
По итогам наших дискуссий мы одобрили совместное заявление, содержащее упоминание о всех тех инициативах, о которых я говорил ранее. В нем сформулирован очень важный принцип, который мы отстаиваем повсеместно в наших дискуссиях по региональным и глобальным делам, – принцип неделимости безопасности. Россия и АСЕАН будут привержены политике обеспечения мира и стабильности в регионе, где никто не должен обеспечивать свою безопасность за счет безопасности других. Это важнейшее принципиальное политическое положение. В этом контексте мы приветствовали прогресс в налаживании связей между АСЕАН и ЕАЭС, продвижении контактов между секретариатами АСЕАН и ШОС.
Заявление, как я уже сказал, будет опубликовано на веб-сайтах МИД России и секретариата АСЕАН. Приглашаю вас с ним ознакомиться.
Вопрос: Вьетнам в этом году является председателем в АСЕАН. Как Российская Федерация планирует использовать российско-вьетнамские связи для развития отношений с АСЕАН?
С.В.Лавров: Мы очень ценим наши отношения с вьетнамскими друзьями. Это отношения многопланового стратегического партнерства. Они опираются на прочную почву нашей солидарности на протяжении многих десятилетий, включая период борьбы Вьетнама за свободу, независимость и единство своей родины. Сейчас, когда наши вьетнамские друзья являются председателями Ассоциации государств Юго-Восточной Азии, мы видим насколько активно и целенаправленно они стремятся способствовать дальнейшему углублению стратегического партнерства, которое уже было объявлено в рамках отношений Россия-АСЕАН.
Мы активно готовимся к очередному Восточноазиатскому саммиту, который созывает Вьетнам в столице Ханое. Он запланирован на ноябрь этого года. Готовится целый ряд документов, которые будут вынесены на утверждение президентов и глав правительств. Среди них и российские инициативы, в том числе о необходимости объединения усилий в борьбе с пандемией, с эпидемиями в целом, которые активно поддерживаются нашими асеановскими друзьями.
Насчет того, что Вьетнам может сыграть роль моста между Россией и Юго-Восточной Азией. Мы уже установили стратегическое партнерство со странами АСЕАН, и Вьетнам сыграл в этом одну из ведущих ролей на стадии, когда мы только завязывали контакты, и потом, когда установили диалоговое партнерство. Наконец, пару лет назад наши лидеры на очередном саммите объявили, что это партнерство теперь имеет стратегический характер.
Мы будем полагаться на наших вьетнамских друзей, как и на все другие государства – участников АСЕАН в дальнейшем продвижении этого взаимовыгодного сотрудничества. В некоторых вопросах Вьетнам вполне может указывать путь к дополнительным сферам сотрудничества. В качестве одной такой возможности я упомяну тот факт, что Вьетнам стал первой страной АСЕАН, подписавшей соглашение о свободной торговле с Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС). Вслед за Вьетнамом соответствующие переговоры начали ряд других государств АСЕАН, в частности Сингапур. Ассоциация, в целом, как объединение тоже заинтересована в изучении возможности начать диалог по либерализации торговли с ЕАЭС.
У нас очень хорошие перспективы, и мы будем активно поддерживать наших вьетнамских друзей в выполнении ими функций председателя АСЕАН. Вместе с председательством в этой организации они являются председателями во всех асеаноцентричных форумах, включая Восточноазиатский саммит.
Вопрос: С учетом того, какие серьезные вопросы стоят на повестке дня отношений России и АСЕАН, есть ли целесообразность и возможность создать организацию, которая занималась бы непосредственно этими вопросами? Обсуждалась ли такая возможность? Соответствует ли она интересам России и партнеров по АСЕАН?
С.В.Лавров: Я уже упомянул, что еще задолго до того, как нынешняя коронавирусная инфекция разразилась, по инициативе российской стороны был создан механизм взаимодействия военных медиков. Несколько лет назад на встрече министров обороны АСЕАН и стран-партнеров в Таиланде было принято такое решение. Сегодня мы условились с коллегами о том, чтобы активизировать работу этого механизма взаимодействия военных медиков под эгидой совещания министров обороны.
Как я уже сказал, по инициативе Роспотребнадзора все наши партнеры по АСЕАН согласились сформировать специальную структуру, которая будет заниматься предотвращением и борьбой с инфекционными заболеваниями. В качестве конкретного проекта в рамках такого сотрудничества начаты трехгодичные курсы подготовки специалистов-медиков в области борьбы с инфекционными заболеваниями. Первые курсы состоялись во Владивостоке в декабре 2019 г.
Третий аспект сейчас у всех на устах. Мы обратили внимание на активное развитие добровольческого движения в контексте коронавирусной инфекции, нацеленное на оказание содействия уязвимым слоям населения (пожилым и людям с ограниченными возможностями). Учитывая, что в России уже почти 150 тыс. активных добровольцев, которые по собственной инициативе наладили эту работу и, по оценкам, оказывают помощь более чем 3 млн наших граждан, нуждающихся в такой помощи в этих условиях. Мы предложили подумать о том, чтобы между добровольческими движениями России и стран АСЕАН наладить контакты, помочь этим молодым ребятам установить между собой связь, обмениваться опытом. Может быть, из этого вырастет какое-то очередное движение в рамках народной дипломатии.
Возможностей много. Мы договорились продолжать контакты по этой проблематике между соответствующими службами. Уверен, что будут еще дополнительные конкретные инициативы, которые воплотятся в жизнь.
Вопрос: В последнее время обострились отношения между КНДР и Южной Кореей. На Ваш взгляд, к насколько серьезным последствиям это может привести и как это отразится на перспективе денуклеризации Корейского полуострова? В частности, какие шаги могла бы предпринять Москва для нормализации ситуации?
С.В.Лавров: Во время вчерашней пресс-конференции я уже комментировал эту ситуацию. Мы призываем корейские стороны к сдержанности, проявлению максимальной ответственности за происходящее на полуострове, за поддержание там спокойной, стабильной ситуации. Надеемся, что этот призыв будет услышан.
Какие-то свои услуги мы не предлагаем. Когда мы вернемся (надеюсь, что это произойдет) к шестисторонним переговорам по решению всех проблем Корейского полуострова, мы будем заинтересованы в том, чтобы возобновить начатый, но затем прерванный многосторонний диалог по всем проблемам обеспечения мира и стабильности в Юго-Восточной Азии. Уверен, что это в интересах и корейского народа, живущего по обе стороны разделительной линии, и всех других государств, расположенных в этом важном регионе мира.
Вопрос: Глава МИД Турции М.Чавушоглу призвал США играть более активную роль в урегулировании ситуации в Ливии. Как в Москве рассматривают такое заявление?
С.В.Лавров: Любое конструктивное содействие усилиям по преодолению кризиса, будь то в Ливии, в Сирии или где бы то ни было еще, можно только приветствовать.
Я не знаю, какие конкретно шаги могут предпринять США для продвижения ливийского урегулирования. Они участвовали в Берлинской конференции по Ливии, где также была представлена Россия на уровне Президента В.В.Путина, подписались под резолюцией Совета Безопасности ООН, утвердившей решение ливийской конференции. Вашингтон подчеркивает, что признает Правительство национального согласия в Триполи, которое является одной из сторон конфликта.
Если США смогут использовать свое влияние в ливийском конфликте для того, чтобы подкрепить усилия России и других внешних игроков, выступающих за немедленное объявление прекращения огня, думаю, это было бы весьма позитивно. Посмотрим.
Вопрос: Вы уже не раз отмечали важность международного сотрудничества в области борьбы с коронавирусом. Сегодня Вы уже упоминали попытки некоторых стран политизировать борьбу с пандемией. К сожалению, мы в Китае тоже наблюдаем, что некоторые государства, в том числе США, перевалили свои внутренние проблемы с распространением эпидемии на другие страны, в том числе на Китай. Кроме того, США вышли из ВОЗ. Как Вы оцениваете такие подходы США? Какие меры, на Ваш взгляд, необходимы для конструктивного международного сотрудничества по борьбе с коронавирусом, особенно под эгидой ВОЗ?
С.В.Лавров: США, являясь по многим показателям ведущей мировой державой, в этом контексте могли бы активно способствовать коллективным усилиям мирового сообщества на многих направлениях, но, к сожалению, они выбирают другой путь. Вместо использования своих возможностей для коллективных действий они покидают любые форматы, в которых такая совместная работа возможна. Помимо Всемирной организации здравоохранения США вышли из ЮНЕСКО, прекратили участвовать в Совете ООН по правам человека, не говоря уже о выходе Вашингтона из многочисленных соглашений, начиная с Парижского соглашения по климату и заканчивая большинством документов, регулирующих вопросы стратегической стабильности и контроля над вооружениями, включая ядерные. Это печальный процесс. Мы видим, что это не просто какие-то отдельные действия, но политика, система, стратегия – выходить из любых договоренностей, которые хоть каким-то образом накладывают на США любые обязательства, даже если это просто обязательства сотрудничать и искать взаимоприемлемые подходы.
ВОЗ является ведущим механизмом для мобилизации усилий всех государств на борьбу с эпидемиями, пандемиями и инфекциями наподобие той, которую мы сейчас наблюдаем. Мы не видим фактических оснований для обвинений в адрес ВОЗ в предвзятости, попытках скрывать факты, в том, что своевременно не были приняты те или иные меры. Считаем, что Организация работала в полном соответствии со своим мандатом. Между прочим, он утверждается странами-членами, а не Секретариатом Организации. Не лишним будет вспомнить, что в начале пандемии во Всемирной организации здравоохранения был создан специальный пост координатора, отвечающего за эту работу. В январе этого года на этот пост была назначена гражданка США М.ван Керкхов.
Если Вы посмотрите на национальный состав Секретариата ВОЗ (должности, подлежащие географическому распределению), то из более 2100 сотрудников треть (около 700 человек) составляют представители стран Запада, прежде всего государств-членов НАТО. Из них примерно 180 человек - американские граждане. В Секретариате ВОЗ работает 27 россиян и 37 китайцев. Если обвинять ВОЗ в том, что она делает что-то не так, то это может быть связано с двумя причинами: либо государства принимают неправильные решения, но никто их не критикует, либо Секретариат не выполняет решения государств? И если это верно, то тогда нужно посмотреть, кто в Секретариате отвечает за какое направление работы. Но, по-моему, втягиваться в эту дискуссию абсолютно контрпродуктивно и даже не очень прилично. Сейчас нужно не пытаться искать виноватых, а объединиться в борьбе с общей бедой. На данный момент уже есть серьезные успехи в этой борьбе. Надо консолидировать достигнутое и довести дело до конца. Для этого нам неизбежно будет нужна Всемирная организация здравоохранения.
Да, конечно, можно совершенствовать ее работу, как и деятельность любой структуры, будь она многосторонняя или национальная. В любой стране, включая США, ведется очень жесткий разговор о необходимости реформы правоохранительных органов. Никто не совершенен – «nobody is perfect», как говорили герои одного голливудского фильма. Поэтому совершенствование – да, реформирование – да. Но реформирование на основе конкретных фактов, опыта, который получаем все мы в борьбе с новыми неизведанными рисками и угрозами, а не ради того, чтобы сделать политический «message».
Вопрос: Вопрос касается столкновений между китайскими и индийскими военнослужащими на линии фактического контроля между двумя странами, в результате которых, как сообщается, погибли десятки военнослужащих с обеих сторон. Как бы Вы могли прокомментировать эту ситуацию? Планируете ли Вы обсуждать эту тему в ходе Ваших предстоящих консультаций с министрами иностранных дел Индии и Китая в формате РИК?
Остается ли на повестке дня проведение видеоконференции лидеров «пятерки» постоянных членов СБ ООН по борьбе с коронавирусом? Ранее Вы говорили, что итоговый документ практически готов, однако у сторон остаются вопросы по тексту. Удалось ли их решить? Согласованы ли сроки проведения видеоконференции? Возможно ли ее проведение до конца лета?
С.В.Лавров: Уже было объявлено о том, что военные представители Индии и Китая вступили в контакт. Они обсуждают ситуацию и меры по ее деэскалации. Мы это приветствуем.
В ближайшие несколько дней запланирована видеоконференция министров иностранных дел России, Индии и Китая (т.н. формат РИК). Повестка дня согласована. Она не предполагает обсуждение вопросов, касающихся двусторонних отношений той или иной страны с другой участницей этого формата.
Видеоконференция лидеров стран-постоянных членов СБ ООН предложена нашими французскими коллегами уже достаточно давно. Ее целью было выработать позицию «пятерки» в поддержку действий, которые предпринимаются для борьбы с коронавирусной инфекцией. Россию полностью устраивает проект итогового документа. Возникли (не у нас) вопросы о том, как сформулировать отношение к роли ВОЗ. Из-за этого видеоконференция до сих пор не состоялась. Я не слышал каких-либо предложений о том, чтобы возобновить эту работу за последние месяц-полтора. Но тем не менее «пятерка» как механизм, несущий особую ответственность по Уставу ООН за поддержание международного мира и безопасности, подтверждает на разных уровнях свою поддержку инициативы Президента России В.В.Путина провести очную встречу как только позволит обстановка. И уже не по коронавирусу, а по всем проблемам, существующим сегодня в мире и влияющим на состояние мировой политики, безопасности и экономики.
Убежден, что такую встречу, которую мы продолжаем активно готовить, можно будет провести в согласованные главами государств сроки и в согласованном месте.
Запутанный и опасный: чем грозит миру военный конфликт в Ливии
Ситуация в этой арабской стране крайне нетипична, поскольку не имеет явно выраженного «блокового» противостояния, но именно поэтому она может иметь самые непредсказуемые последствия.
Виктор Кузовков
Гражданская война в Ливии хоть и кажется обычным конфликтом такого рода, на самом деле сильно выбивается из общего ряда. Нет, внешне все схоже – две основные противоборствующие стороны, периодически сменяющие друг друга в позиции «царь горы», иностранные наемники, подпитка оружием и финансами со стороны иностранных «заинтересованных лиц» и много других признаков, скажем так, обычного конфликта.
Если смотреть только на то, что происходит непосредственно в самой Ливии, удивляться будет вообще нечему. И все-таки этот конфликт удивителен. Вероятно, бои на западе Ливии можно назвать первым зримым свидетельством какой-то новой геополитической реальности, которая постепенно приходит на смену существующей. Тут необычно почти все! Но заметить эту необычность можно лишь в том случае, если смотреть на события шире, с учетом всего существующего политического и географического контекста.
Наверное, самое очевидное, что может броситься в глаза – определенный раскол в стане европейских стран, членов НАТО. Сейчас он виден уже невооруженным взглядом, и есть даже некоторая вероятность, что однажды дело может дойти до применения оружия одним членом Североатлантического блока против другого члена этой организации. Речь, в первую очередь, о Турции и Греции. Да, отношения между ними никогда не были хорошими, а истребители двух стран иногда демонстративно нарушают существующие границы друг друга над какими-нибудь островом в Эгейском море, но обычно эти государства выясняли отношения между собой только на участке общей границы. Сейчас все идет к тому, что геополитические амбиции Турции могут привести к конфликту между этими странами на другой стороне Средиземного моря, что почти гарантированно приведет к серьезным осложнениям (а возможно, и открытому конфликту) между государствами.
Давайте попробуем конкретизировать список «симпатизантов» каждой из воюющих сторон. Это поможет нам чуть лучше понимать происходящее, и уже отталкиваясь от него, мы сможем проанализировать некоторые нюансы и особенности текущей ситуации.
Итак, есть две стороны конфликта – ПНС, правящая в Триполи коалиция из нескольких партий (Правительство национального согласия), и ЛНА, или Ливийская национальная армия, под контролем которой большая часть Ливии, поддержанная Парламентом этой страны.
ПНС считается легитимной силой, признанной многими правительствами. Правда, значительную часть этого «правительства» составляют махровые исламисты, международное сообщество готово закрыть на это глаза. А ЛНА, хоть и контролирует большую часть страны, считается силой мятежной, нелегитимной. И хотя большинству заинтересованных стран нет до этого особого дела, определенный отпечаток на действия и риторику сторон это накладывает. Также следует отметить, что ЛНА дистанцируется от исламистской риторики, пытается сохранять светский уклад как в самой армии, так и на контролируемых ею территориях. Нет, и лидер ЛНА, маршал Халифа Хафтар, и рядовые её члены являются мусульманами и рассматривать эту силу, как анти-мусульманскую, ни в коем случае не следует. Но в первую очередь это все-таки регулярная армия европейского образца, военная победа которой вряд ли приведет к построению очередной исламистской автократии.
У ПНС, как это ни странно, не так уж много явных сторонников. Точно можно отметить всего двух – Турцию и Катар. С некоторыми оговорками можно сказать, что на этой стороне и Вашингтон, но это особый случай, и об этом чуть ниже.
У ЛНА список союзников шире. И в первую очередь это не Россия, как можно было бы подумать, а Египет. Это государство является соседом Ливии, имеет с ним весьма протяженную и плохо укрепленную общую границу, а поэтому кровно заинтересовано в том, чтобы на территории Ливии не нашли прибежище разного рода исламистские террористические организации. Египет сделал четкую ставку на Хафтара и ЛНА, а с учетом того, что Каир имеет сильнейшую армию во всем арабском мире, это весьма и весьма серьезно.
Также к числу сторонников ЛНА можно отнести ЕС. Да, как ни странно, Брюссель предпринимает некоторые шаги, вызывающие резкое осуждение у Триполи. В частности, с 1 апреля в Средиземном море, у берегов Ливии, работает европейская военная миссия IRINI, направленная на предотвращение нелегальных поставок в Ливию оружия и боеприпасов. Согласно мандату миссии, боевые корабли стран-участниц могут досматривать суда, направляющиеся в ливийские порты, и арестовывать имеющиеся там грузы военного и двойного назначения. Эта миссия европейцев вызвала резкое неприятие у ПНС, которое почувствовало в ней угрозу своим интересам.
Миссия IRINI пришла на смену действовавшей ранее миссии «София», целью которой был контроль морского пространства для предотвращения массовой нелегальной миграции из Ливии (и всей Северной Африки) в Европу. Это, кстати сказать, ещё один сильнейший раздражитель в отношениях между нынешним официальным Триполи и ЕС – группировки, которые сейчас входят в Правительство национального согласия, ранее зачастую «крышевали» незаконный миграционный бизнес, а потому не очень спешили навести порядок в этом вопросе. Об этом, разумеется, помнят в Италии, наиболее пострадавшей от наплыва мигрантов, да и в некоторых других европейских странах.
Италия, кстати, выглядит весьма заинтересованным игроком в данном раскладе. Для неё доминирующим фактором является безопасность поставок энергоносителей из Северной Африки, причем, не только из Ливии. В Риме прекрасно понимают, что исламистские силы, если им удастся одержать верх в Ливии, способны дестабилизировать и соседний Алжир. А это уже критично – Италия сильно зависит от алжирского газа, получаемого по морскому газопроводу. Более того, из Алжира идет и другой транс-средиземноморский газопровод, «Магриб – Европа», через который осуществляются основные поставки газа в Испанию и Португалию. А это уже весьма критично для всего ЕС, что наверняка влияет и на позицию Брюсселя – там мало кто верит, что наполовину состоящее из экстремистов Правительство национального согласия сможет обеспечить стабильность в Ливии и экстремистская активность не распространится оттуда на соседние государства. А вот на Хафтара надежда есть – до сих пор его риторика не шла дальше поздравлений с мусульманскими праздниками.
Кстати, осложнение отношений ЕС с Турцией имеет и ещё одну причину – Анкара не хочет соблюдать разграничение шельфовых зон в Эгейском и Средиземном морях, начав разведку газа на участках шельфа, закрепленных за Грецией. И тут, не смотря на общее членство в НАТО, ЕС вспоминает о том, что Греция является членом этой организации, а Турция – нет. Поэтому, вероятно, командовать миссией IRINIназначили греческого адмирала ТеодоросаМикропоулоса. Возможно, это просто совпадение, но больше все-таки похоже на намек – грубый, прозрачный, не допускающий двойных толкований…
Как ни странно, роль в событиях России не столь очевидна. Точнее, лучше сказать так – не столь очевидны её мотивы. Геополитическое влияние? Да, это важно и интересно. Но в ущерб дальнейшему сближению с Турцией, что, с точки зрения геополитики, может стать крупнейшим геополитическим прорывом Москвы за последние столетия? Очень спорно…
С другой стороны, об интересе Москвы к Центральной Африке поговаривают уже давно. Бойцы ЧВК Вагнера, ныне воюющие в Ливии, ранее успели побывать и в ЦАР, и в некоторых других точках африканского континента. Да, нужно признать – как плацдарм для рывка в Центральную Африку Ливия выглядит очень хорошо. Но наши интересы в ЦА все ещё сомнительны – да, там много полезных ископаемых, но насколько много? Какую цену за них готова заплатить Москва?
Ливийские углеводороды тоже, конечно, не нужно сбрасывать со счетов. Возможно, в сумме все это стоит затрат. Да и военное значение баз в Ливии сбрасывать со счетов не следует. Однако, успехи на этом направлении ещё совсем не очевидны, а вот возможная катастрофа в отношениях с Турцией прогнозируется довольно уверенно.
И только теперь мы можем попытаться понять мотивы, которые движут Вашингтоном. Увы, они банальны – сдерживание Москвы. Вероятно, недавнее заявление Трампа о том, что США больше не будут вмешиваться в чужие войны, отчасти вызвано ситуацией в Ливии. И все-таки многие наблюдатели и эксперты отмечают, что симпатии США все активнее дрейфуют в сторону ПНС. Ровно настолько, насколько растет в регионе активность России.
Если бы президентом США был более типичный представитель американских элит, мы бы наверняка увидели, как США подминают под себя Европу и выстраивают её позицию в соответствии со своими предпочтениями. Но сейчас в Белом доме Трамп, пытающийся дистанцироваться от подобной международной повестки в пользу решения внутренних задач. Поэтому американскую позицию можно назвать нерешительной, что вносит в ситуацию много дополнительных нюансов и делает её менее предсказуемой.
Вероятно, из значимых игроков нам осталось обратить внимание только на Саудовскую Аравию и её традиционную «группу поддержки» в виде небольших богатых монархий Персидского залива. Рискну утверждать, что их позиция во многом диктуется позицией Египта. Это может показаться странным, и все-таки…
Дело в том, что в свете некоторого снижения американской активности в регионе, арабские монархии боятся в один не самый хороший для них момент остаться один на один с Ираном. В Эр-Рияде прекрасно понимают, что в таком случае им мало помогут массированные закупки вооружений – арабские армии не очень мотивированны, и это прекрасно видно даже на примере конфликта с отсталым, полуразрушенным Йеменом. Увы, подразделения арабской коалиции редко выдерживают прямые столкновения с хуситами, а закупленная по всему миру техника пасует перед иранскими ракетами – хоть баллистическими, хоть противокорабельными.
Именно поэтому арабские монархии крайне заинтересованы в Египте, как в единственной, возможно, силе, готовой послать войска против иранской армии вторжения (если таковое случится). Причем, Египет тоже является арабским государством, что является дополнительной гарантией для саудитов. А значит, Эр-Рияд вряд ли пойдет против Каира в таком не принципиальном для него вопросе, как власть в Ливии. А выбирая между Египтом и Турцией, почти автоматически станет на сторону первого, чтобы он, в случае чего, столь же решительно встал на сторону СА и её сателлитов.
Возвращаясь к началу статьи, хочется ещё раз подчеркнуть – ситуация в Ливии очень нетипична. Впервые за долгие десятилетия в мире разрастается военный конфликт, не имеющий четко выраженной блоковой «опеки», а потому непредсказуемый в своем развитии. Разновекторные устремления основных «заинтересованных сторон» чреваты, помимо прочего, началом двух-трех параллельных конфликтов, что при очень неудачном стечении обстоятельств может привести и к глобальному конфликту.
Но если уйти от самых страшных вариантов, мы неминуемо констатируем – развитие ситуации в Ливии свидетельствует о начале нового этапа в мировой геополитике. Пока это многовекторность в «лайт» версии. Чуть позже, когда в такие разборки начнет все увереннее включаться Китай, все может стать действительно непредсказуемым и очень опасным.
Мир меняется. Снова. И опять эти перемены не для всех пройдут безболезненно…
![Главное](/images/star.png)
Пресс-конференция Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова по итогам телефонного разговора с Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ж.Боррелем, Москва, 16 июня 2020 года
В рамках нашего регулярного политического диалога с Европейским союзом мы сегодня провели полуторачасовые переговоры с Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ж.Боррелем.
Обстоятельно поговорили по широкому кругу международной тематики.
Обсудили тупик, в котором сейчас находятся усилия по ближневосточному урегулированию. Акцентировали важность активизации консолидированных усилий международного сообщества с целью постараться как можно скорее возобновить прямые переговоры между палестинцами и израильтянами под эгидой ООН для решения всех вопросов окончательного статуса и достижения всеобъемлющего мирного соглашения. За последнее время ситуация весьма осложнилась.
Мы подтвердили наши общие позиции и оценки с Европейском союзом о том, что реализация планов по аннексии части палестинских территорий на Западном берегу реки Иордан поставит под угрозу перспективу двухгосударственного решения палестино-израильской проблемы, может спровоцировать новый опасный виток насилия в регионе.
Договорились продолжать согласовывать наши подходы, поскольку Россия и Евросоюз являются участниками «квартета» международных посредников. Будем работать на этом направлении и с нашими коллегами в ООН. Будем доводить нашу точку зрения до США и израильтян.
Подчеркнули необходимость скорейшего прекращения боевых действий в Ливии. Высказались за то, чтобы как можно скорее был начат конструктивный диалог с участием всех ливийских политических сил. На этот счет в последнее время было сделано немало инициативных предложений. Я имею в виду Берлинскую конференцию и те идеи, которые высказал Председатель Парламента в Тобруке А.Салех.
Констатировали безальтернативность политического урегулирования сирийского кризиса в рамках того процесса, который запущен под эгидой ООН и должен быть процессом самих сирийцев при содействии Всемирной организации, как это предусмотрено в резолюции 2254 СБ ООН.
Также акцентировали проблематику оказания гуманитарной помощи всем нуждающимся на территории Сирии без дискриминации, политизации и предварительных условий. Западная помощь в основном идет беженцам, находящимся за пределами Сирии (что едва ли способствует созданию условий для их скорейшего возвращения на родину), либо на территории, которые неподконтрольны Правительству САР.
30 июня с.г. Евросоюз планирует провести по видеосвязи очередную конференцию по оказанию гуманитарного содействия сирийцам. У нас есть приглашение. Мы планируем в ней участвовать. В очередной раз выразили сожаление, что и эта конференция (а таких было уже несколько по линии Евросоюза) не предполагает приглашения сирийской стороны, законного Правительства в Дамаске.
Обсудили достаточно подробно ситуацию вокруг иранской ядерной программы. Подчеркнули приверженность России и Европейского союза обеспечению устойчивой и всесторонней реализации Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД). Обменялись оценками непростых процессов, которые сейчас развиваются и в Вене в рамках Совета управляющих МАГАТЭ, и в Нью-Йорке, где наши американские коллеги пытаются продвигать решения, в корне противоречащие всем договоренностям, достигнутым в рамках СВПД и одобренным резолюцией 2231 СБ ООН.
Обсудили кризис на Украине, подчеркнув безальтернативность минского «Комплекса мер» и конкретных действий по его выполнению. Мы, со своей стороны, особо подчеркнули, что договоренности должны выполняться во всей их полноте, последовательности, включая, прежде всего, налаживание прямого и устойчивого диалога между Киевом, Донецком и Луганском.
Говорили о ситуации на Западных Балканах, в том числе в свете моего предстоящего визита в Сербию. Подтвердили нашим есовским партнерам принципиальную позицию России, согласно которой страны региона не должны ставиться перед искусственным выбором: либо на Запад, либо с Россией.
Мы все заинтересованы в том, чтобы политика всех стран в Европе была многовекторной и одинаково открыта для конструктивного диалога со всеми, кто готов к такому диалогу на основе равноправия и взаимной выгоды.
Акцентировали важность выполнения договоренностей, достигнутых уже много лет назад при посредничестве Евросоюза между Белградом и Приштиной, которые, к сожалению, сейчас пробуксовывают.
С близких позиций говорили о предпринимаемых усилиях по содействию национальному диалогу в Венесуэле. Мы и европейцы участвовали в организованной недавно Швецией конференции в т.н. «стокгольмском формате».
В заключение мы рассмотрели ряд актуальных вопросов, которые касаются нынешнего состояния отношений между Российской Федерацией и Европейским союзом. Сказали Высокому представителю ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ж.Боррелю, что слышали о планах Европейского союза провести стратегический обзор отношений с Российской Федерацией. Подтвердили нашу заинтересованность в развитии контактов. Подтвердили приглашение Ж.Боррелю посетить Российскую Федерацию, как только позволит ситуация с коронавирусной инфекцией.
Вопрос: В Киеве постоянно говорят о том, что Минские договоренности необязательны для выполнения, что они нуждаются в пересмотре или от них можно даже отказаться. Обсуждался ли этот вопрос с Ж.Боррелем? Готов ли Европейский союз поспособствовать, чтобы Киев прекратил подобные заявления?
С.В.Лавров: Да, как я уже упомянул, мы говорили об Украине. Говорили не в деталях. Евросоюз не является участником процесса, который призван урегулировать внутриукраинский кризис. От ЕС в этих усилиях участвует Франция и Германия. Мы знаем, что Берлин и Париж подробно информируют о своих оценках партнеров по Европейскому союзу, включая службу, которую возглавляет Ж.Боррель.
Мы, естественно, привлекли внимание наших собеседников к заявлениям, звучащим из Киева, причем не от каких-то лиц, не обладающих властью, а от представителей Правительства и Президента, от самого Президента. Начиная от призывов сохранять Минские договоренности, поскольку это самый главный повод для того, чтобы сохранять западные санкции против России (вы знаете о том, как мы уже комментировали подобные призывы), и вплоть до заявлений, что Минские договоренности либо являются добровольными и никаких обязательств на Украину не накладывают, либо, как недавно выразился один из вице-премьеров, А.Ю.Резников, «никчемными» в правовом смысле. Все это, конечно, настораживает.
Мы призвали наших европейских коллег учитывать это в диалоге с Киевом, особенно принимая во внимание то, что у Украины и ЕС есть Соглашение об ассоциации, которое сейчас планируется модернизировать и обновлять. Думаю, что отношение Украины к своим международным обязательствам должно стать частью подобного обзора хода выполнения Соглашения об ассоциации, в том числе с точки зрения отношения украинского руководства к правам национальных меньшинств.
На этом я сегодня особенно заострил внимание, напомнив, что целая серия законодательных актов, принятых в последнее время на Украине, резко ограничивает законные, гарантированные международными конвенциями и конституцией Украины права национальных меньшинств в том, что касается, прежде всего, образовательных и языковых прав. Обратил внимание собеседника на то, что другие нацменьшинства (венгры, болгары, румыны) также высказывают недовольство этим законодательством. Украинцы, на каком-то этапе откликаясь на обращения из европейских столиц, заявили, что могут сделать исключение для нацменьшинств, использующих языки Евросоюза. Я напрямую спросил у Ж.Борреля, есть ли такие исключения для языков ЕС, успокоится ли на этом Брюссель, все остальные европейские столицы и ЕС в целом, уйдут ли в сторону от отстаивания необходимости уважать права всех нацменьшинств, включая, прежде всего, русскоязычное. Ответ был отрицательный. Европейский союз не будет выборочно подходить к обеспечению прав нацменьшинств ни на Украине, ни в любой другой стране. Считаем, что эта позиция достойна уважения. Она единственно возможная, если подходить к проблеме нацменшинств с позиции существующего международного права.
Вопрос: 11 июня с.г. Сейм Латвии принял поправки к закону об электронных СМИ, ввел языковые квоты. Как, по Вашему мнению, эти поправки скажутся на доступе к русскоязычным СМИ?
С.В.Лавров: Это тоже вписывается в ту логику, о которой мы сейчас говорим. С тревогой восприняли утверждение Сеймом Латвии в окончательном чтении поправок в закон об электронных СМИ. Мы знаем, что поправки активно «пропихивались» радикалами. Они добивались введения языковых квот на телевещание, не скрывая, что делают это для того, чтобы ограничить законный доступ к источникам информации на русском языке.
Как я понимаю, 80% телевещания должно быть теперь только на языках Евросоюза, а на все остальные языки, на которых разговаривают нацменьшинства в Латвии, отводится 20%. Учитывая, что 40% населения Латвии использует русский язык, дискриминация налицо. Она очевидна. Я уверен, что Евросоюз должен проанализировать эти решения и заявить о своей позиции. По крайней мере, такую просьбу мы высказали Ж.Боррелю, выразив надежду, что те заявления, которые мы регулярно слышим из Брюсселя о необходимости обеспечения высоких демократических стандартов в том, что касается в том числе доступа к информации, не будут пустым звуком.
Вопрос: Как в Москве оценивают инициативу США 27 июня провести переговоры лидеров Сербии и Косово?
С.В.Лавров: Мы относимся к ней, как к инициативе, которая адресована Белграду и Приштине. Мы слышали заявления американских представителей, что и Белград, и Приштина согласились встретиться по американскому приглашению. Послезавтра мы будем в Белграде с визитом. Надеемся там поговорить и о том, как конкретно видятся практические шаги тех стран, которые предлагают свои посреднические услуги, и как эти шаги видятся сербскому руководству. Президент России В.В.Путин неоднократно подчеркивал, в том числе на встречах с Президентом Сербии А.Вучичем, что Россия в косовском урегулировании поддержит те договоренности, которые будут приемлемы Сербии и сербскому народу. Из этого мы и будем исходить. Но посреднических услуг немало в этом процессе. Я очень не хотел бы, чтобы возможные договоренности, которые будут достигнуты между Белградом и Приштиной, постигла та же участь, что и договоренности, достигнутые между ними при посредничестве Брюсселя, о чем я сегодня уже тоже говорил Ж.Боррелю. Речь идет о договоренностях более чем пятилетней давности о создании сообщества сербских муниципалитетов в Косово, которые в значительной степени решали вопросы обеспечения прав сербского меньшинства на территории этого сербского края. И эти договоренности остаются на бумаге, равно как и договоренности о начале процесса над боевиками «Освободительной армии Косово» в связи с обвинениями, которые содержались в известном докладе Д.Марти о торговле человеческими органами. Суд был с большой задержкой создан, но так и не приступил к работе. Поэтому мы будем определять свое отношение к возможным договоренностям не только по тому, как они выглядят на бумаге, но и по тому, как они осуществляются в реальной жизни.
Вопрос: Россия ставила вопрос о снятии санкций во время пандемии, но это не сработало. Обсуждали ли Вы сегодня с г-ном Ж.Боррелем санкции? Есть ли надежда, что, возможно, хотя бы в ходе стратегического обзора пересмотра отношений ЕС будет готов пересмотреть санкции, снять их, ослабить? И готова ли Россия ослабить контрсанкции, и на каких условиях?
С.В.Лавров: Мы вопросы о санкциях вообще не обсуждаем с теми, кто эти санкции вводил. Это была их инициатива. Им, собственно, и определяться, насколько эффективно она работает в их интересах. Мы свои выводы сделали достаточно давно. Действия Запада в 2014 г. и в последующие годы, когда эти санкции продлевались, показали, что во всех ключевых сферах для жизни нашего народа и государства нам нужно полагаться на собственные силы, чем мы сейчас активно занимаемся. Чтобы не зависеть от партнеров, которые проявили свою ненадежность. Что касается упоминаний о тех призывах, которые мы адресовали в связи с коронавирусом, предлагая ослабить санкционное давление, – здесь налицо «передергивание» фактов. Я не раз наблюдал, что в западных СМИ наша позиция тут же препарировалась как подтверждение того, что мы призываем снять санкции с России. Мы не об этом говорили. Мы говорили о необходимости снять санкции, введенные против тех стран, которые сейчас в наибольшей степени пострадали от коронавируса. В период пандемии сохранение этих односторонних нелегитимных санкций выглядит бесчеловечно. Мы имели ввиду односторонние санкции, введенные Западом (прежде всего США) против Ирана, Венесуэлы, Сирии и Северной Кореи. Вот о чем мы говорили. Мы не просили снимать санкции с Российской Федерации. Мы с этими проблемами справимся сами.
Вопрос: В четверг было взорвано здание межкорейского координационного бюро в совместной промышленной зоне в Кэсоне. Как бы Вы могли прокомментировать данную ситуацию? На Ваш взгляд, что следует сделать Сеулу и Пхеньяну, и, возможно, всему международному сообществу, чтобы не допустить дальнейшую эскалацию между Южной Кореей и КНДР?
С.В.Лавров: Россия является государством, которое непосредственно граничит с Корейским полуостровом. Уже по одной этой причине, не говоря об исторических связях с корейским народом, мы неизменно заинтересованы в поддержании и укреплении прочного, надежного мира и стабильности на этом полуострове. Исходя их этих принципиальных позиций мы выступаем за развитие межкорейского диалога в интересах нормализации отношений между двумя корейскими государствами, между Севером и Югом, и за урегулирование всего комплекса проблем этого региона исключительно мирными, дипломатическими средствами.
На достижение этих целей направлены известные инициативы, ранее предложенные Россией. Они остаются «на столе». В последние годы мы выдвигали их вместе с китайскими друзьями. Имею в виду «дорожную карту» и «план действий» по комплексному урегулированию ситуации на Корейском полуострове. В рамках этих инициатив предусмотрены конкретные необходимые меры, которые позволят снять имеющиеся межкорейские противоречия. Будем руководствоваться этим подходом и впредь, побуждая межкорейские контакты и договоренности.
Вопрос: Как в Москве оценивают решение Президента США Д.Трампа о сокращении американского контингента в Германии? Многие американские конгрессмены уже назвали его «подарком для России». Можем ли мы разделить такую точку зрения?
С.В.Лавров: Мы не хотим высказывать собственных оценок того, что касается отношений между США и Германией. Мы наблюдаем дискуссию на этот счет, включая тему частичного вывода американских военнослужащих из ФРГ. Высказываются немецкие официальные лица, идет обсуждение в Парламенте Германии. Это тема, которую я даже не хотел бы комментировать.
Скажу лишь только то, что мы – за возобновление нормального диалога со всеми странам, которые входят в Североатлантический альянс, по военной линии для того, чтобы в комплексе, в совокупности рассматривать всю проблематику, связанную с обеспечением военно-политической безопасности на европейском континенте, в более широком контексте – в Евроатлантике на основе объективного анализа, оценки тех рисков и угроз, которые здесь существуют.
Наши предложения о снижении напряженности на линии соприкосновения России и НАТО хорошо известны. Они передавались и США, и Североатлантическому альянсу как организации. Конкретных ответов на них мы пока не получили. Они остаются «на столе». Когда натовцы созреют, мы будем готовы к конкретным шагам по деэскалации.
Вопрос: Как известно, Токио решил отказаться от размещения американской системы ПРО. Может ли это решение Японии положительно отразиться на дальнейших российско-японских переговорах, в том числе по мирному договору?
С.В.Лавров: Из тех заявлений, которые делали японские официальные лица, включая Министра обороны Т.Коно, я не понял, что уже принято решение об отказе от размещения систем противоракетной обороны. Надо разобраться в этой ситуации самим японцам в контактах с американцами. Опять-таки, это вопрос их двусторонних отношений. Другое дело, что он в известной степени затрагивает общую военно-политическую ситуацию в регионе Северо-Восточной Азии. Те объяснения, которые звучали при решении вопросов о размещении этих противоракетных систем, показывают на осуществление этих действий в определенном направлении (выскажусь дипломатично).
Здесь, как и в Европе, Евроатлантике, мы считаем важным развивать диалог о разумной достаточности в отношении тех вооружений, которые страны региона разворачивают на своей территории и, особенно, не на своей территории. В рамках шестисторонних переговоров по решению проблем Корейского полуострова помимо обсуждения непосредственно ядерной проблемы была создана (и формально ее никто не распускал) рабочая группа по вопросам укрепления мира и безопасности в Северо-Восточной Азии. Россия была координатором этой группы. Учитывая развитие событий в этом регионе, мне кажется, самое время подумать о возобновлении ее деятельности.
Но, повторю, конкретных решений о том, что происходит с системой ПРО, которую Япония планировала закупить у США, мы не видели. Когда мы обсуждаем с нашими японскими коллегами тему мирного договора в соответствии с теми принципами, которые были одобрены Президентом России В.В.Путиным и Премьер-министром Японии С.Абэ, обращаем их внимание на те аспекты, которые связаны с их военно-политическим союзом с США и создают риски для Российской Федерации в результате такого союза Японии со страной, которая официально объявила Россию своим противником. Но мы хотим прояснить ситуацию, прежде чем определять, нужны ли с нашей стороны какие-то шаги.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Исламской Республики Иран М.Дж.Зарифом, Москва, 16 июня 2020 года
Уважаемые дамы и господа,
Переговоры с моим коллегой Министром иностранных дел Ирана М.Дж.Зарифом, как всегда, прошли в конструктивном ключе и были весьма содержательными.
Подробно рассмотрели состояние и перспективы российско-иранских отношений. Констатировали насыщенный, даже в условиях коронавирусной инфекции, характер политического диалога, прежде всего на высшем уровне. В феврале и апреле Президент Российской Федерации В.В.Путин и Президент Исламской Республики Иран Х.Рухани общались по телефону и подробно рассмотрели состояние нашего двустороннего взаимодействия и перспективы дальнейшего сотрудничества по региональным и международным делам.
Сегодня констатировали, что торгово-экономические связи энергично развиваются, несмотря и вопреки односторонним санкциям и иранофобии, которую раздувают США. Нам понятна цель Вашингтона: запугать и методами шантажа заставить другие страны отказаться от законного, легитимного сотрудничества с Исламской Республикой Иран. По убеждению Российской Федерации, такая линия – и в этом с нами едино абсолютное большинство членов мирового сообщества – противоречит нормам международного права, принципам свободной торговли, является проявлением откровенной недобросовестной конкуренции.
Договорились прилагать совместные усилия в интересах сохранения стабильного роста товарооборота. Отметили хороший темп продвижения по конкретным, крупным проектам, которые были согласованы или намечены в ходе очередного заседания двусторонней Межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству в Исфагане летом прошлого года. Ведем работу по подготовке ее следующего заседания, которое должно состояться в этом году в Российской Федерации.
Приветствуем интерес российских регионов к расширению сотрудничества с Исламской Республикой Иран, который мы будем всячески поощрять.
Дали положительную оценку взаимодействию, развивающемуся между Ираном и Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС).
У нас совпадающие или весьма близкие позиции по ключевым глобальным и региональным проблемам. В частности, высказались в пользу укрепления правовых начал межгосударственного общения, зафиксированных в Уставе ООН. Отметили недопустимость вмешательства во внутренние дела суверенных государств.
Детально обсудили ситуацию вокруг Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по урегулированию иранской ядерной программы. Несмотря на откровенно деструктивную линию США, отметили важность сохранения этого соглашения, которое остается серьезным фактором поддержания международной безопасности.
Обменялись мнениями по сирийскому урегулированию. Подтвердили безальтернативность достигнутых в Астанинском формате договоренностей, в частности, их антитеррористической составляющей – при безусловном уважении суверенитета и территориальной целостности САР. Обсудили задачи стабилизации обстановки «на земле», постконфликтного восстановления Сирии, а также содействия возвращению сирийских беженцев и ВПЛ и оказания гуманитарной помощи нуждающемуся населению.
Вместе с нашими иранскими друзьями мы продолжим координировать подходы в деле афганского урегулирования в целях скорейшего запуска процесса национального примирения, восстановления мирного и самостоятельного Афганистана, с территории которого не исходят угрозы терроризма, наркотрафика и прочие.
Сегодня мы подписываем важный документ – Декларацию Российской Федерации и Исламской Республики Иран о повышении роли международного права. Считаем его очень актуальным, учитывая постоянные попытки ряда стран продвигать ущербную концепцию «миропорядка, основанного на правилах», которая подрывает краеугольные принципы справедливости и взаимоуважения, положенные нашими предшественниками в основу международного права и Устава ООН.
В целом, я считаю, наши переговоры были весьма своевременными. Благодарю своего коллегу и друга за то, что он принял наше приглашение и прибыл в Российскую Федерацию для этого очень полезного разговора.
Вопрос (перевод с фарси): М.Дж.Зариф отметил усилия США по продлению оружейного эмбарго Ирана, оказывая давление на ООН и Совет управляющих МАГАТЭ. Как Вы оцениваете действия США по данному направлению? Как Россия и Иран могут сотрудничать в рамках международных организаций, чтобы нейтрализовать нечестные и незаконные действия США?
С.В.Лавров: Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) по урегулированию иранской ядерной программы и резолюция 2231 Совета Безопасности ООН, одобрившая План, являются единым целым.
Когда наши американские коллеги в 2018 г. официально, принятием президентских распоряжений и указов прекратили свое участие в СВПД, они утратили все возможности и права, вытекающие из добросовестного выполнения СВПД всеми его участниками и закрепленные в резолюции 2231. Блокируя выполнение всеми остальными участниками СВПД их обязательств перед Ираном, США одновременно хотят наказать Тегеран путем продвижения нелегитимных и абсолютно неправомерных инициатив, касающихся, в том числе, оружейного эмбарго. Считаю, что это попытка с негодными средствами, она не имеет перспективы с точки зрения международного права. Мы используем все возможности, которые это международное право предоставляет, для того чтобы справедливость восторжествовала.
Весь комплекс обязательств Ирана и остальных участников СВПД является единым целым. Это пакет, который невозможно разрушить в одной части, сохранив только обязательства Тегерана и пытаясь запрещать европейцам, России, Китаю и всем остальным странам мира осуществлять законные торгово-экономические и прочие связи с Ираном. Убежден, что нет ни одного мало-мальски грамотного специалиста в области международного права, который бы не понимал всю очевидность этой ситуации.
Могу Вас заверить, что мы будем делать все, чтобы никто не смог разрушить договоренности, закрепленные в СВПД. Если этот План не вписывается в логику нынешней американской администрации, если она считает этот план «плохой сделкой», то это ее позиция. Но у Вашингтона не может быть никаких прав «наказывать» Иран, спекулируя на авторитете СБ ООН, по сути дела манипулируя им, и в известной степени Секретариатом ООН. Последний доклад Генерального секретаря ООН А.Гутерреша по ситуации вокруг резолюции 2231 выходит далеко за рамки полномочий, имеющихся у Секретариата ООН. Вызывает множество вопросов и тот факт, что этот доклад, по сути дела, в момент своего опубликования был немедленно «слит» в западную прессу. Кстати, и доклад Генерального директора МАГАТЭ Р.Гросси, который сейчас обсуждается на заседании Совета управляющих Агентства, тоже был абсолютно незаконно «слит» в публичное пространство.
Считаю такие действия нацеленными на создание искусственных предлогов для обоснования неправомерных атак на Иран. Считаю, что те, кто стоит за этими действиями, поощряет и инициирует их, ведут себя нечистоплотно и крайне непорядочно.
Вопрос: Сергей Викторович, была ли реакция на Ваше письмо Генеральному секретарю ООН А.Гутеррешу и членам Совбеза с призывом помешать американцам задействовать механизм возвращения жестких санкций в отношении Ирана? Есть ли у России уверенность, что члены СВПД, особенно Великобритания, дадут единый отпор планам США?
С.В.Лавров: На мое письмо на имя Генерального секретаря ООН А.Гутерреша и такое же письмо, направленное Председателю Совета Безопасности ООН для распространения среди всех членов этого органа, ответов пока не поступило. Я исхожу из того, что в письме изложены достаточно серьезные аргументы. Это сделано на пяти страницах. Надеюсь, что письмо изучается, и все те неопровержимые аргументы и доводы, изложенные в этом документе, будут внимательно проанализированы и поддержаны.
Я не могу ручаться за позицию других членов СВПД, прежде всего европейских, которые находятся под огромным давлением США, причем это давление включает в себя использование не вполне корректных методов: угрозы в торгово-экономической области и в других сферах отношений между союзниками по Североатлантическому альянсу. То, что у желающих поддерживать США или пытаться частично помогать Соединенным Штатам нет правовых аргументов, – это факт, который очевиден для всех. Я убежден, что независимо от того, кто еще из членов СВПД будет готов давать отпор планам США, этим планам не суждено сбыться, поскольку они в корне противоречат международному праву.
Вопрос (перевод с фарси): Сергей Викторович, когда откроются границы? Бизнесмены и туристы получают огромный ущерб от того, что границы закрыты.
С.В.Лавров: Вопросы возобновления общения по торгово-экономическим, культурным, туристическим и прочим поводам не входят в компетенцию Министерства иностранных дел России. С нашей стороны было бы безответственно пытаться брать на себя функции структур, отвечающих за эпидемиологическую безопасность населения.
У нас есть сегодня возможность пообщаться лично, в очном режиме, с соблюдением всех мер предосторожности. Когда этот режим снова станет нормой – зависит от решений властей, обеспечивающих эпидемиологическую безопасность.
Вопрос: Пройдет ли очередной саммит в Астанинском формате до возобновления встреч Конституционного комитета, проведение которых анонсировал Ваш коллега, Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу в ходе вчерашней пресс-конференции с Министром иностранных дел Ирана М.Дж.Зарифом? Как влияет успешный опыт миротворчества России в Сирии на ситуацию в Ливии?
С.В.Лавров: Сегодня мы подтвердили договоренность трех президентов стран-участниц Астанинского формата о том, что следующий саммит в этом составе пройдет в Тегеране в сроки, которые будут определены с учетом, в том числе развития ситуации с коронавирусной инфекцией. Мы поддержали предложение о том, чтобы до того, как состоится очная встреча трех лидеров, провести видеоконференцию с их участием в режиме онлайн. Ее сроки мы согласуем достаточно оперативно. Об этом будет объявлено.
Вполне можно утверждать о возможности проведения видеоконференции трех лидеров до того, как спецпосланник Генерального секретаря ООН по Сирии Г.Педерсен соберет Редакционную комиссию Конституционного комитета.
Что касается использования опыта миротворчества в Сирии в других странах региона. Думаю, можно говорить о такой возможности. Опыт заключается в очень простой истине: необходимо общаться со всеми сторонами конфликта, побуждать их к тому, чтобы они собирались вместе, садились за стол переговоров без каких-либо искусственных предварительных условий и начинали договариваться. Мы эту линию проводили с самого начала и в сирийском кризисе, и в том, что касается наших действий по поддержке ливийского урегулирования. К сожалению, на ранних стадиях ливийского конфликта, когда еще в 2015 г. в Совете Безопасности ООН рассматривались и принимались соответствующие решения, различные внешние игроки пытались продвигать интересы только одной ливийской стороны в ущерб позициям другой. Это приводило к тому, что все договоренности, многочисленные конференции, которые проводились в разных странах, заканчивались в итоге ничем. Надеюсь, что этот опыт будет учтен участниками Берлинской конференции по ливийскому урегулированию, которая все-таки сформулировала подходы, одобряемые всеми внешними игроками. Дело осталось за малым – убедить ливийские стороны, что они должны сесть за стол и начать договариваться. Мы сейчас занимаемся ровно этим, в том числе в контакте с нашими турецкими коллегами, как об этом недавно было объявлено.
Турция бьется за свое господство на Севере Африки
С каждым днем обостряется военный конфликт в Средиземноморье.
Греция и Египет подписали соглашение о демаркации своих морских границ и определении исключительных экономических зон. В них попадает район Средиземноморья, где Турция намерена начать добычу газа. Эксперты оценивают случившееся как сильный удар по турецким планам освоения средиземноморского газового поля, что увеличивает опасность прямой войны между Турцией и Египтом. В регионе быстро создаются две противостоящие коалиции.
Тем временем Турция установила воздушный мост по переброске в ливийскую Мисрату оружия и боеприпасов. В нем участвуют четыре военных транспортника С-130. В Ливию также прибыла эскадрилья из шесть турецких истребителей F-16.
По информации «RT Arabic» со ссылкой на ливийский военный источник, турецкий транспортный самолет был перехвачен на подлете к Западу Ливии, и его заставили взять обратный курс. Египетские и ливийские СМИ утверждают, что ливийская национальная армия пытается предотвратить переброску турецкой военной помощи на Запад Ливии. На море перехватом турецких грузов занялся греческий флот.
Бои в Ливии сейчас набирают силу после того, как Анкара объявила о намерении захватить при помощи своего марионеточного правительства в Триполи всю страну и отвергла мирные инициативы. Под давлением Турции и поддерживаемого ею режима в Триполи, Италия была вынуждена затормозить продажу Египту двух ракетных фрегатов под смехотворным предлогом нарушений Каиром прав человека.
Египет подвел к ливийским водам свой вертолетоносец «Мистраль», вмещающий несколько десятков вертолетов, в свое время построенный во Франции для России.
Николай Иванов
Египет выдвигает на битву с Эрдоганом свою Третью армию
Ливийская армия отбросила силы протурецкого режима в Триполи от города Сирт.
Когда турки и их сирийские наемники джихадисты попытались остановить контрнаступление армии маршала Хафтара, российские установки «Панцирь» сбили еще четыре турецких ударных дрона.
Эрдоган не может допустить победы ливийской армии, иначе он потеряет богатые газом и нефтью территории Средиземного моря, которые ему незаконно даровало правительство в Триполи. Кроме того он пытается нанести поражение своему врагу Египту — главному союзнику Хафтара.
Ливийское командование из Бенгази обратилось к руководству НАТО с вопросом, собирается ли оно поддержать намерение Турции оккупировать и контролировать Ливию. Ливийская авиация, благодаря появлению у нее российских Миг-29 начала уничтожать колонны турецкой военной техники, сжигать самоходные гаубицы, танки и бронемашины пехоты, погибли десятки турецких солдат.
Турция отвергла каирскую декларацию по урегулированию конфликта, назвав ее попыткой спасти Хафтара. В ответ Египет спешно развернул на границе с Ливией свою мощную Третью армию, на вооружении которой стоят тяжелые американские танки «Абрамс». Только в одной колонне, двигавшейся сторону Ливии, находились около 20 трейлеров с этими боевыми машинами. Эрдоган, как обычно в таких ситуациях, принялся с жалобами и угрозами названивать Трампу и Путину.
Николай Иванов
Ливийская NOC объявила форс-мажор по поставкам нефти с Шарары
Форс-мажор объявила ливийская Национальная нефтяная компания (NOC) по поставкам нефти с крупнейшего в стране месторождения Шарара, подтвердив остановку добычи на нем вскоре после возобновления. Ранее во вторник NOC сообщила, что на месторождении Шарара появилась группа вооруженных людей и приказала сотрудникам немедленно прекратить работу. Затем СМИ сообщили, что добыча нефти на месторождении остановлена.
«NOC подтверждает прекращение добычи и объявляет форс-мажор по экспорту нефти с месторождения Шарара», — сообщила компания, отметив, что остановка производства приведет к новым потерям дохода. По последним оценкам компании, отмечает ПРАЙМ, потери экономики Ливии, понесенные в результате блокады нефтедобычи страны, превысили $5 млрд.
6 июня после переговоров Ливии и Египта главнокомандующий ЛНА, фельдмаршал Хафтар объявил о поддержке режима прекращения огня в стране с 8 июня. Затем 7 июня NOC объявила о возобновлении добычи нефти на месторождении Шарара, которая была остановлена более четырех месяцев назад из-за блокирования трубопроводов, а в понедельник, 8 июня, была возобновлена добыча нефти на месторождении Эль-Филь.
Десять российских Миг-29 изменили ход боевых действий в Сирии
Сирийские летчики успешно освоили переданные им модернизированные российские Миги.
Попытки протурецких банд в провинции Идлиб перейти в наступление, в частности, вернуть под свой контроль стратегически важный город Саракеб потерпели сокрушительный провал. Сирийские самолеты уничтожили сотни террористов и их технику, еще только выдвигавшуюся на исходные позиции.
Установленная на самолетах система подавления радаров противника, сделала их невидимыми для турецких ПВО. Такие же сокрушительные авиаудары наносятся этими самолетами и на ливийском фронте.
Встревоженная успехами сирийской армии, отразившей массированные атаки джихадистов, Анкара объявила об усилении своей группировки в Идлибе. Турция не скрывает того, что направляет подкрепления на отражение атак «сирийского режима».
В заявлении Анкары отмечается, что Турция вынуждена наращивать свою боевую мощь, чтобы дать ответ сирийскому режиму. Но многоцелевые истребители Миг-29 в современной модификации сегодня меняют перспективу боевых действий. Сирийские пилоты, которые раньше каким-то чудом летали на старых советских истребителях, сегодня наслаждаются боевыми возможностями новой техники, которая способна успешно противостоять и израильской авиации.
Николай Иванов
Ливийская нефтяная компания возобновила добычу на месторождении Шарара
Ливийская национальная нефтяная компания (NOC) объявила о возобновлении добычи нефти на месторождении Шарара, которая была остановлена более четырех месяцев назад.
Ранее агентство Блумберг сообщило со ссылкой на источники, что Ливия постепенно начинает возобновлять добычу нефти на месторождении Шарара.
"Национальная нефтяная компания" подтверждает возобновление добычи на нефтяном месторождении Шарара на юге страны… Первый этап добычи начнется с производительности 30 тысяч баррелей в день. Ожидается, что добыча на месторождении восстановится в полном объеме в течение 90 дней из-за ущерба, нанесенного очень длительным закрытием", - говорится в заявлении. Компания оценивает объём ущерба в сумму 5 269 251 172 доллара.
В январе национальная нефтяная компания Ливии сообщила о блокировании трубопроводов на нефтяных месторождениях Шарара и Эль-Филь. Это произошло после того, как компания объявила о чрезвычайном положении после блокировки работы пяти портов по распоряжению командующего Ливийской национальной армией Халифы Хафтара.
После свержения и убийства ливийского лидера Муаммара Каддафи в 2011 году Ливия фактически перестала функционировать как единое государство. Сейчас в стране царит двоевластие. На востоке заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи, правит сформированное при поддержке ООН и Евросоюза Правительство национального согласия во главе с Файезом Сарраджем. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с Ливийской национальной армией во главе с маршалом Халифой Хафтаром, который с апреля 2019 года не прекращает попыток захватить Триполи.
Ливийский фельдмаршал Хафтар согласился прекратить огонь с 8 июня
Инициативу по преодолению кризиса в Ливии выдвинул Египет. В частности, режим прекращения огня предложено ввести с 8 июня, и командующий ЛНА, фельдмаршал Халифа Хафтар готов поддержать эту инициативу. Об этом объявлено 6 июня на совместной пресс-конференции президента Египта Абделя Фаттаха ас-Сиси, Хафтара и спикера Палаты представителей (избранный постоянный парламент) Ливии Акиллы Салеха по итогам переговоров Ливии и Египта.
«Инициатива направлена на скорейшее урегулирование кризиса в Ливии и возвращение страны к нормальной жизни. Предлагаемая инициатива призывает все стороны прекратить огонь с 8 июня», — цитирует египетского президента ТАСС. Выдвигаемая инициатива, названная «Каирской декларацией», является исключительно межливийской, пояснил он.
Салех, в свою очередь, отметил, что режим «не будет исключать ни одну из сторон». Он отметил, что «ЛНА была вынуждена выдвинуться в сторону Триполи для борьбы с террористами», но вмешательство Турции помешало «завершить антитеррористическую миссию».
Хафтар призвал к началу межливийского диалога для объединения разрозненных государственных структур. «Призываем к инклюзивному диалогу с участием всех сторон в Ливии для формирования президентского совета. Мы также обращаемся с призывом создать правительство национального единства и объединить разрозненные органы власти», — сказал Хафтар. Пр и этом он подчеркнул, что основной задачей ЛНА является выдворение «турецких колонизаторов» и именно турецкое вмешательство в угрожает стабильности Ливии.
Напомним, в конце мая Ливийская национальная нефтяная компания (NOC) заявила, что потери Ливии от блокады нефтяных портов силами фельдмаршала Халифы Хафтара достигают $5 млрд. С 18 января, когда ЛНА заблокировала порты страны, компания была вынуждена объявить форс-мажор в связи с невозможностью выполнения своих контрактных обязательств. Государственные доходы Ливии от нефтедобычи упали до нуля.
За власть в Ливии борются две основные силы — Правительство национального согласия и Ливийская национальная армия. В конце апреля фельдмаршал Хафтар объявил о решении взять на себя всю полноту власти в стране, но чтобы претворить этот план в жизнь, ему необходимо установить контроль над Триполи. С декабря 2019 года военную поддержку ПНС официально оказывает Турция.
Источник: Россия предпринимает конкретные шаги для урегулирования в Ливии
Москва предпринимает конкретные шаги для прекращения огня в Ливии, находится в контакте по этой теме со всеми участниками как внутри страны, так и внешними игроками, заявил РИА Новости источник в российском МИД.
В среду Москву для переговоров с российским МИД посетила делегация правительства нацсогласия Ливии. Вице-премьер ПНС Ахмет Майтыг по итогам встречи с главой МИД РФ Сергеем Лавровым и спецпредставителем президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки, заместителем министра иностранных дел Михаилом Богдановым заявил, что военная эскалация в Ливии снизится в ближайшие несколько дней "благодаря усилиям дипломатии РФ".
"Российская сторона заявила на переговорах, в том числе Сергей Викторович Лавров, что важно добиваться прекращения боевых действий и начала переговоров. Это не просто призывы, но и конкретные шаги, которые мы предпринимаем на этом направлении в контактах со всеми ливийскими сторонами, в том числе и с Триполи, и с востоком страны, со всеми политическими силами", - сказал источник РИА Новости, присутствовавший на встрече.
Собеседник агентства подчеркнул, что эти шаги предпринимаются "и с внешними игроками". "В том числе, в рамках берлинского процесса, где и американцы участвовали, мы с ними в контакте были и согласовывали документы конференции. С ними и с европейскими партнерами", - добавил он.
После свержения и убийства ливийского лидера Муамара Каддафи в 2011 году Ливия фактически перестала функционировать как единое государство. Сейчас в стране царит двоевластие. На востоке заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи, правит сформированное при поддержке ООН и Евросоюза Правительство национального согласия во главе с Сарраджем. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с Ливийской национальной армией во главе с маршалом Хафтаром, который с апреля 2019 года не прекращает попыток захватить Триполи.
В Берлине 19 января прошла международная конференция по Ливии с участием России, США, Турции, Египта и ряда других стран, а также ЕС и ООН. Главным итогом конференции стал призыв ее участников к прекращению огня в Ливии и обязательство воздержаться от вмешательства в конфликт, соблюдая эмбарго на поставку вооружений сторонам. Кроме того, участники встречи предложили создать комитет по контролю за выполнением договоренности о прекращении огня.
В Женеве проходили переговоры военной комиссии 5+5: в состав комиссии вошли пять старших офицеров со стороны Правительства национального согласия и пять старших офицеров из Ливийской национальной армии. Переговоры шли под руководством спецпосланника ООН по Ливии Гасана Саламе и главы миссии ООН по поддержке в Ливии. Второй раунд консультаций завершился 23 февраля. Во вторник Миссия ООН в Ливии (UNSMIL) заявила, что стороны конфликта в стране согласились возобновить переговоры военного комитета (5+5).
Маас оценил развитие ситуации в Ливии
Берлин продолжит миротворческие усилия по Ливии, без политического решения конфликта стране грозит бесконечная гражданская война, заявил глава МИД ФРГ Хайко Маас.
"Мы должны констатировать, что оружейное эмбарго нарушено обеими сторонами и это привело к тому, что ни одна сторона не получила из этого военного преимущества. Но мы не можем констатировать, что внесло какой-то вклад в решение конфликта. Он должен быть решен политическими средствами", - заявил он на пресс-конференции в Берлине по итогам переговоров с итальянским коллегой Луиджи Ди Майо.
Он приветствовал готовность сторон возобновить переговоры в формате "5+5" в Женеве, чтобы согласовать перемирие. Также он подчеркнул необходимость обеспечивать соблюдение оружейного эмбарго, в том числе в рамках европейской миссии в Средиземноморье.
"Мы будем вместе работать над тем, чтобы продвигать политический процесс в Ливии. Потому что военные средства приведут не к разрешению конфликта, а бесконечной гражданской войне", - добавил он.
После свержения и убийства ливийского лидера Муамара Каддафи в 2011 году Ливия фактически перестала функционировать как единое государство. Сейчас в стране царит двоевластие. На востоке заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи, правит сформированное при поддержке ООН и Евросоюза Правительство национального согласия во главе с Файезом Сарраджем. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с Ливийской национальной армией во главе с маршалом Халифой Хафтаром, который с апреля 2019 года не прекращает попыток захватить Триполи.
![Главное](/images/star.png)
«МиГи» над Триполи
в глобальном медиапространстве разворачивается интрига вокруг якобы переброшенных в Ливию из России истребителей МиГ-29
Владислав Шурыгин
Всё началось 19 мая, когда первые снимки таких истребителей без опознавательных знаков появились на сайте американского издания The Drive, которое уверяло читателей, ссылаясь на спутниковые данные, что сделаны они в Ливии, а источником является Африканское командование Вооружённых сил США. Ранее это же издание сообщало, что замеченные на спутниковых снимках в Ливии истребители российского производства могли быть приобретены Объединёнными Арабскими Эмиратами в Белоруссии, и уже оттуда попасть в Ливию. На представленной фотографии действительно запечатлён истребитель МиГ-29СМ без каких-либо опознавательных знаков. Но модификация "СМ" опровергает версию о том, что боевые самолёты были поставлены из Белоруссии, которая не имеет на вооружении подобных вариантов боевого самолёта. При этом специалисты почти сразу обратили внимание на тот факт, что на заднем фоне можно опознать флаг Сирии, а сам самолёт окружён защитными конструкциями на случай возможных атак с воздуха, что должно навести на мысль о российской принадлежности данных самолётов. В то же время, на вооружении САР также имеются истребители МиГ-29СМТ, проходившие ремонт и модернизацию на авиабазе "Хмеймим".
Вообще, история с "переброской российских МиГов выглядит очередной "активкой" информационной войны, которую ведут стороны конфликта в Ливии, а также покровители, стоящие за их спинами. Несмотря на множащиеся в прессе версии о происхождении ливийских МиГов, заявления о причастности Египта к покупке целой партии этих самолётов для армии маршала Хафтара, который за деньги Саудовской Аравии приобрёл их не то у России, не то у Белоруссии, в реальности, кроме одного весьма сомнительного снимка, никакой другой информации, подтверждающей эти заявления, просто нет.
Ранее один из Twitter-аккаунтов, поддерживающий Правительство национального согласия (ПНС) Ливии, уже выдал старые самолёты Ливийской национальной армии (ЛНА) МиГ-25, которые не использовались с 2011 года, за МиГ-29, якобы поставленные на подконтрольную силам Хафтара авиабазу Аль-Джуфра. При этом хорошо известно, что на данной базе уже много лет находятся выработавшие свой ресурс и неисправные самолёты МиГ-25, Ту-22, а также военно-транспортные самолёты. Вся эта техника давно, уже с 2011 года, непригодна для эксплуатации, поскольку имеет всевозможные повреждения и, вследствие затяжного внутриливийского кризиса, все эти годы никто не занимался её ремонтом и обслуживанием. По сути, теперь это — авиахлам, восстановить который практически невозможно. Да и нецелесообразно.
Тем не менее, скриншоты данной авиабазы с Google-карты были предоставлены ПНС как доказательство правдивости заявления американских военных из AFRICOM, которые на основании старых снимков Хмеймима и нескольких фотографий боевых самолётов "доказали" их передачу официальному Дамаску. При этом даже далёкому от авиации наблюдателю очевидна полная несхожесть, находящихся на аэродроме старых советских МиГов и новейших истребителей МиГ-29СМ. Самолёты, хотя и были созданы одним и тем же ОКБ, имеют существенные конструктивные различия и даже разные габариты, что можно увидеть невооружённым глазом.
МиГ-25 — сверхзвуковой высотный перехватчик, разработанный конструкторским бюро Микояна и Гуревича ещё в конце 1960-х гг. В период конца 1970-х — начала 1980-х годов эти боевые самолеты были закуплены Ливией в количестве 96 единиц, эта североафриканская страна являлась одним из главных пользователей данных истребителей-перехватчиков. А МиГ-29СМТ — это лёгкий фронтовой истребитель, предназначенный для завоевания превосходства в воздухе.
Суть же этого "фейкового" вброса очевидна — протурецкое марионеточное "правительство" ПНС в Триполи, утратившее свою легитимность согласно Схиратским соглашениям ещё в начале 2018 года, пытается отвлечь внимание международного сообщества от продолжающегося открытого вмешательства Турции в гражданское противостояние в Ливии. По факту, Турция просто затягивает войну, из-за которой страдает ливийский народ.
Делегация ПНС Ливии провела в Москве переговоры с Лавровым
Представители правительства нацсогласия Ливии обсудили с главой МИД РФ Сергеем Лавровым ситуацию в стране, сообщил РИА Новости министр иностранных дел ПНС Ливии Мухаммед Тахир Сияла.
"Мы ещё не закончили", - сказал РИА Новости Сияла, покидая МИД РФ. На вопрос, вёл ли он переговоры с Лавровым, тот ответил: "Конечно. И с (замглавы МИД) Михаилом Богдановым".
Заместитель главы президентского совета, вице-премьер правительства национального согласия (ПНС) Ливии Ахмед Майтиг также покинул здание МИД РФ, но сообщил, что "переговоры продолжатся - с Богдановым".
После свержения и убийства ливийского лидера Муамара Каддафи в 2011 году Ливия фактически перестала функционировать как единое государство. Сейчас в стране царит двоевластие. На востоке заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи, правит сформированное при поддержке ООН и Евросоюза Правительство национального согласия во главе с Файезом Сарраджем. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с Ливийской национальной армией во главе с маршалом Халифой Хафтаром, который с апреля 2019 года не прекращает попыток захватить Триполи.
В Берлине 19 января прошла международная конференция по Ливии с участием России, США, Турции, Египта и ряда других стран, а также ЕС и ООН. Главным итогом конференции стал призыв ее участников к прекращению огня в Ливии и обязательство воздержаться от вмешательства в конфликт, соблюдая эмбарго на поставку вооружений сторонам. Кроме того, участники встречи предложили создать комитет по контролю за выполнением договоренности о прекращении огня.
В Женеве проходили переговоры военной комиссии 5+5: в состав комиссии вошли пять старших офицеров со стороны Правительства национального согласия и пять старших офицеров из Ливийской национальной армии. Переговоры шли под руководством спецпосланника ООН по Ливии Гасана Саламе и главы миссии ООН по поддержке в Ливии. Второй раунд консультаций завершился 23 февраля. Во вторник Миссия ООН в Ливии (UNSMIL) заявила, что стороны конфликта в стране согласились возобновить переговоры военного комитета (5+5).
Лавров и глава МИД Египта обсудили ситуацию в Ливии
Министры иностранных дел России и Египта Сергей Лавров и Самех Шукри в среду в ходе телефонного разговора подчеркнули необходимость прекращения боевых действий в Ливии и возобновления содержательных переговоров между противоборствующими сторонами, говорится в сообщении российского дипведомства.
Отмечается, что телефонный разговор глав внешнеполитических ведомств России и Египта состоялся по инициативе египетской стороны.
"В ходе беседы был проведен обстоятельный обмен мнениями относительно перспектив развития обстановки на Ближнем Востоке и в Северной Африке. В русле общих подходов министры подтвердили безальтернативность политического урегулирования конфликта в Ливии. Подчеркнули необходимость прекращения боевых действий и возобновления содержательных переговоров между противоборствующими ливийскими сторонами", - отметили в российском МИД.
Уточняется, что в этом контексте была поддержана предложенная председателем Палаты депутатов Ливии Агилом Салехом программа вывода страны из кризиса, которая могла бы лечь в основу межливийского диалога в развитие "берлинского процесса".
"При обсуждении проблематики ближневосточного урегулирования Лавров и Шукри высказались за активизацию консолидированных усилий международного сообщества, включая участников "квартета" международных посредников и членов Лиги арабских государств, с целью скорейшего возобновления прямых палестино-израильских переговоров под эгидой ООН для решения всех вопросов окончательного статуса и достижения всеобъемлющего мирного соглашения", - добавили в ведомстве.
Стороны отметили, что реализация планов по аннексии части палестинских территорий на Западном берегу реки Иордан поставит под угрозу перспективу двухгосударственного решения палестино-израильской проблемы и может спровоцировать новый опасный виток насилия в регионе.
После свержения и убийства ливийского лидера Муаммара Каддафи в 2011 году Ливия фактически перестала функционировать как единое государство. Сейчас в стране царит двоевластие. На востоке заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи, правит сформированное при поддержке ООН и Евросоюза Правительство национального согласия во главе с Файезом Сарраджем. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с Ливийской национальной армией во главе с маршалом Халифой Хафтаром, который с апреля 2019 года не прекращает попыток захватить Триполи.
Турция терпит поражение в боях за Ливию
Ливийская национальная армия теснит турецкую группировку.
Армия маршала Халифы Хафтара вернула себе стратегически важный город аль-Асаба, находящийся к югу от Триполи, где обосновался протурецкий режим. Кстати, турки являются третьим по численности народом, населяющим Ливию.
Ранее войска Хафтара отступили, когда к боям в полной мере подключилась Турция , использовавшая свою авиацию и флот, в особенности эффективным было применение беспилотников. В бой были брошены несколько тысяч сирийских джихадистов, доставленных в Триполи Анкарой.
Однако сейчас Ливийская национальная армия вновь выходит на окраины Триполи, одновременно планируется наступление на город Мисрата, через его аэропорт и порт Турция перебрасывает подкрепления и оружие.
Аль-Асаба пал после нанесения авиационных ударов. Как и предполагалось, появление в распоряжении Хафтара новейших российских самолетов, которые на ливийской базе прикрываются системами ПВО «Бук», существенно повлияло на ход боевых действий.
В воскресенье армия Хафтара возобновила обстрел позиций противника в Триполи. Тем временем Греция угрожает Турции ответными мерами после того, как Анкара собралась бурить газовые скважины в районе Средиземноморья, на который претендуют Афины. Греки заявили, что Турция ущемляет суверенитет их страны.
Николай Иванов
Кипр - 1 июня, США - 1 сентября: какие страны и когда откроются для туризма
В Сети появился предварительный график открытия национальных границ для туристов
На российских туристических сайтах опубликованы сроки, когда разные страны откроют свои границы для всех желающих. Напомним, что границы некоторых государств, входящих в Евросоюз уже стали прозрачными, но только для ближайших соседей с примерно одинаковой динамикой течения пандемии.
1.Кипр (турецкая часть) 1 Июня 2020
2. Бахрейн 10 Июня 2020
3. Болгария 10 Июня 2020
4. Катар 10 Июня 2020
5. Греция 10 Июня 2020
6. Германия 15 Июня 2020
7. Австрия15 Июня 2020
8. Азербайджан 15 Июня 2020
9. Чехия 15 Июня 2020
10. Швейцария 15 Июня 2020
11. Япония 15 Июня 2020
12. Республика Северная Македония 15 Июня 2020
13. Литва 15 Июня 2020
14. Венгрия 15 Июня 2020
15. Польша 15 Июня 2020
16. Румыния 15 Июня 2020
17. Сербия 15 Июня 2020
18. Нидерланды 20 Июня 2020
19. Казахстан 20 Июня 2020
20. Албания 22 Июня 2020
21. Босния и Герцеговина 22 Июня 2020
22. Дания 22 Июня 2020
23. Эстония 22 Июня 2020
24. Финляндия 22 Июня 2020
25. Южная Корея 22 Июня 2020
26. Ирландия 22 Июня 2020
27. Кыргызстан 22 Июня 2020
28. Латвия 22 Июня 2020
29. Норвегия 22 Июня 2020
30. Словакия 22 Июня 2020
31. Австралия 1 Июля 2020
32. Бельгия 1 Июля 2020
33. Беларусь 1 Июля 2020
34. Китай (только Пекин) 1 Июля 2020
35. Швеция 1 Июля 2020
36. Канада 1 Июля 2020
37. Колумбия 1 Июля 2020
38. Косово 1 Июля 2020
39. Малайзия 1 Июля 2020
40. Молдова 1 Июля 2020
41. Узбекистан 1 Июля 2020
42. Республика Тайвань 1 Июля 2020
43. Туркменистан 1 Июля 2020
44. Украина 1 Июля 2020
45. Индонезия 10 Июля 2020
46. Индия 10 Июля 2020
47. Пакистан 10 Июля 2020
48. Алжир 15 Июля 2020
49. Марокко 15 Июля 2020
50. Филиппины 15 Июля 2020
51. ЮАР 15 Июля 2020
52. Грузия (только для гр.Грузии) 15 Июля 2020
53. Великобритания 15 Июля 2020
54. Израиль 15 Июля 2020
55. Кувейт 15 Июля 2020
56. Ливия 15 Июля 2020
57. Ливан 15 Июля 2020
58. Россия 15 Июля 2020
59. Иордания 15 Июля 2020
60. Бразилия 1 Августа 2020
61. Армения 1 Августа 2020
62. Франция 1 Августа 2020
63. Ирак (воздушный коридор) 1 Августа 2020
64. Иран 1 Августа 2020
65. Испания 1 Августа 2020
66. Италия 1 Августа 2020
67. Египет 1 Августа 2020
68. Саудовская Аравия 1 Августа 2020
69. Тунис 1 Августа 2020
70. США 1 сентября 2020
США столкнулись с Россией на ливийском фронте
Американское командование выразило обеспокоенность «активностью России» в Ливии. Направленные в Ливию российская военная техника и боевая авиация сумели изменить ход боевых действий и остановить наступление направленных в эту страну Турцией сирийских джихадистов.
Африканское командование США выступило с беспрецедентно враждебным заявлением в адрес Москвы, утверждая, что «русские разжигают конфликт в Ливии». Появились предположения того, что США оказали помощь турецкому наступлению в Ливии, снабдив Анкару разведывательной информацией.
Направляемая в Тунис американская Бригада по обеспечению безопасности может лишь служить прикрытием размещения в этой стране частей специального назначения. Таким образом, впервые в истории войн на Ближнем Востоке и в Северной Африке США встали на сторону сил, противостоящих американским союзникам — Египту, Эмиратам, Греции, Кипру и Франции. И все это только из-за того, что их поддержала Россия.
Египет закупил крупную партию российских современных вооружений, которые могут быть переданы ливийскому маршалу Хафтару. Вашингтон намерен помешать России закрепиться в Северной Африке. В Пентагоне утверждают, что на ливийской базе сейчас находятся уже 14 самолетов российского производства, в том числк Миги-29.
«Если Россия закрепится в Ливии и разместит там ракетные системы дальнего действия, это изменит ситуацию для Европы, НАТО и многих западных стран», - переживает заместитель директора разведки Африканского командования бригадный генерал Грегори Хадфилд.
Николай Иванов
$5 млрд потеряла Ливия от блокады нефтяных портов
Потери Ливии от блокады нефтяных портов силами фельдмаршала Халифы Хафтара достигают $5 млрд. Это серьезный ущерб для экономики страны, заявила Ливийская национальная нефтяная компания (NOC). «Суммарные потери в результате нынешних закрытий составили $4,9 млрд, что невозможно компенсировать за счет резервов. Это является большим ущербом для экономического будущего страны», — говорится в релизе компании. Эти средства, отмечается в документе, можно было бы потратить, в частности, на борьбу с распространением коронавируса. По официальным данным, в Ливии 77 заболевших COVID-19, три человека умерли.
18 января Ливийская национальная армия во главе с фельдмаршалом Халифой Хафтаром начала блокировать объекты нефтяной промышленности, включая морские экспортные терминалы, нефтяные месторождения и нефтепроводы. В середине апреля NOC объявляла, что Ливия стала на $4 млрд беднее, чем была бы без блокады. Компания была вынуждена объявить ситуацию форс-мажора в связи с невозможностью выполнения своих контрактных обязательств. Государственные доходы Ливии от нефтедобычи упали до нуля.
За власть в Ливии, напоминает «Коммерсант», борются две основные силы — Правительство национального согласия и Ливийская национальная армия. В конце апреля фельдмаршал Хафтар объявил о решении взять на себя всю полноту власти в стране, но чтобы претворить этот план в жизнь, ему необходимо установить контроль над Триполи. С декабря 2019 года военную поддержку ПНС официально оказывает Турция.
«Роснефть» закрепляется в Ливане
«Роснефть» создала дочернюю структуру Levante Storage S.A.R.L. (Sole Partner) для работы в Ливане. Структура, зарегистрированная в Бейруте, включена в список аффилированных лиц НК 26 февраля.
В январе 2019 года НК «Роснефть» и министерство энергетики и водных ресурсов Ливанской Республики договорились о передаче терминала по хранению нефтепродуктов в Триполи в операционное управление «Роснефти». Триполи, заметим, второй по величине город Ливана и главный порт на севере страны. Срок договоренностей — 20 лет.
«Реализация проектов на Ближнем Востоке является одним из стратегических направлений развития компании. Договоренность позволит „Роснефти“ укрепить свое присутствие в регионе и повысить эффективность действующих интегральных производственно-сбытовых цепочек, а также будет способствовать развитию международного трейдинга компании. Мы надеемся на дальнейшее расширение сотрудничества с Ливаном и реализацию ряда других возможных проектов в нефтегазовом секторе этой страны», — сказал глава «Роснефти» Игорь Сечин.
В свою очередь, министр энергетики и водных ресурсов Ливана Сезар аби-Халиль заявил, что в рамках соглашения будут восстановлены нефтехранилища. «Совершенствование и развитие нефтехранилищ в Триполи позволит хранить 450 тыс. тонн, этого запаса хватит Ливану на два месяца. Они совершенствовались в 70-х, и работали до 80-х, но были повреждены в ходе войны», — отметил аби-Халиль.
Ливан в последнее время всерьез взялся за развитие своей нефтегазовой индустрии. Так, в феврале 2019 года правительство страны заключили контракт на разработку углеводородов на своем средиземноморском шельфе с консорциумом в составе российского НОВАТЭКа, французской Total и итальянской Eni. «Мы объявляем всему миру, что Ливан сделал практической шаг к началу освоения своих нефтегазовых ресурсов, — заявил тогда аби-Халиль. — В 2019 году начнется пробное бурение на газ и нефть на блоках 4 и 9».
НОВАТЭК, Total и Eni получили право заниматься геологоразведкой в течение 5-10 лет. Если коммерческие запасы подтвердятся, то члены консорциума должны будут представить правительству Ливана план их освоения. И после его утверждения смогут получить право на добычу газа и нефти в течение 25 лет с правом продления.
Турция разрывается между Сирией и Ливией
Министр иностранных дел Турции выступил с очередным агрессивным заявлением в адрес стран, мешающих Анкаре поставить под свой контроль Ливию.
В число врагов Турции, которые по словам министра, бойкотируют попытки Анкары «стабилизировать регион» включены Эмираты, Франция, Египет, Греция и Кипр. Он обвинил их в «подыгрывании внешним силам», под которыми, видимо, подразумевал Россию.
Особенно досталось Эмиратам, которые он назвал не имеющими отношения к Средиземному морю и заявил, что они настроены враждебно к Турции. Действительно, Эмираты и Саудовская Аравия выступают против экспансии турецкого политического ислама «Братьев-мусульман».
Пять стран, выступивших с совместным заявлением с осуждением «военной интервенции Турции в Ливии и «противозаконной деятельности» турков в Средиземноморье, турецкое министерство иностранных дел называет «коалицией дьявола».
В Анкаре встревожены информацией о переброске новейших российских истребителей и бомбардировщиков на авиабазу в Ливии, они могут стать серьезной силой в ходе предстоящего наступления маршала Хафтара. Их появление в Ливии очень не понравилось и Африканскому региональному командованию США. Западные аналитики предположили, что Турция и Россия могут поделить Ливию на зоны влияния, где уже не останется места для стран ЕС и США.
В минувшую среду российские ВКС совершали пролеты над западной частью сирийской проинции Идлиб, где сосредточены крупные силы протурецких группировок. Наши самолеты пролетали почти на самой границей с Турцией и над захваченными «Аль-Кайдой» (запрещена в РФ) городками. Одновременно сирийская армия атаковала сосредоточения террористов на юге провинции, где то и дело возникают кровопролитные бои.
Николай Иванов
"Роснефть" создала "дочку" для работы в Ливане
"Роснефть" создала дочернюю структуру Levante Storage S.A.R.L. (Sole Partner) для работы в Ливане, следует из списка аффилированных лиц нефтяной компании.
Новая компания зарегистрирована в Бейруте, столице Ливана. Структура включена в список аффилированных лиц "Роснефти" 26 февраля.
В конце января 2019 года "Роснефть" сообщала, что договорилась с министерством энергетики и водных ресурсов Ливана о передаче "Роснефти" в операционное управление терминала по хранению нефтепродуктов в городе Триполи (второй по величине город Ливана и главный порт на севере страны) на 20 лет. Договоренность также предполагает проведение работ по его реконструкции и расширению.
Глава "Роснефти" Игорь Сечин тогда отмечал, что реализация проектов на Ближнем Востоке является одним из стратегических направлений развития для компании для укрепления присутствия в регионе. Он отмечал, что это будет способствовать развитию международного трейдинга и не исключал дальнейшего расширения сотрудничества с Ливаном.
Эрдоган может сорвать отдых россиян на турецких курортах
Быстро нарастает напряженность в российско-турецких отношениях.
Теперь уже не коронавирус, а вероятность прямого военного столкновения России и Турции может лишить россиян возможности посетить турецкие пляжи.
Впервые турецкие ВВС провели перехват совершавшего тренировочный полет над Черным морем российского бомбардировщика, ничем не грозившего Турции. Что можно расценить как жест предупреждения не мешать агрессии Анкары в Сирии и Ливии.
В это же время на авиабазу Ливийской народной армии маршала Хафтара прибыли из сирийской базы Хмеймим около 11 российских истребителей и бомбардировщиков в сопровождении Су-35.
Ливийская армия объявила о намерении наращивать авиаудары по турецкой группировке в Ливии, что вызвало шквал угроз из Анкары. Эрдоган грозит высадкой в Ливии крупных турецких сил.
Турция втягивается в полномасштабную войну в Африке, ее ракетные фрегаты уже контролируют ливийское побережье и наносят удары по войскам Хафтара. Но российские ракеты вполне способны отправить эти корабли на дно. Напряженной остается обстановка и в Идлибе, где российские ВКС приступили к предупредительным полетам в контролируемой турками зоне.
В этой обстановке США и Великобритания всячески подталкивают Анкару к конфликту с Россией, пусть даже за счет других стран Средиземноморья, как уже не раз бывало в истории.
Николай Иванов
Девять «Панцирей»: как Хафтар теряет российскую технику
СМИ Турции опубликовали данные об уничтоженных в Ливии ЗРК «Панцирь»
Лидия Мисник
Ливийская национальная армия под предводительством фельдмаршала Халифы Хафтара лишилась девяти зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь». Это стало одним из промежуточных итогов проводимой Правительством национального согласия военной операции «Вулкан гнева», которая началась еще в апреле. В ПНС заверяют, что будут жестко отвечать на попытки милитаризовать страну.
Пресс-центр военной операции «Вулкан гнева», которую проводит в Ливии армия Правительства национального согласия (ПНС) страны, раскрыл географию уничтожения зенитных ракетно-пушечных комплексов (ЗРПК) «Панцирь» Ливийской национальной армии (ЛНА) фельдмаршала Халифы Хафтара. Эти сведения были представлены в инфографике, которую опубликовало турецкое агентство Anadolu в Twitter.
Согласно обнародованной информации, в общей сложности ЛНА потеряла девять «Панцирей». В основном — в прибрежной зоне:
Два комплекса уничтожили 17 мая на авиабазе Аль-Ватия к юго-западу от Триполи, и еще один — 18 мая в прибрежном городе Сирт. Остальные шесть ЗРПК вывели из строя 20 мая: три возле города Тархуна в 80 км к югу от Триполи, один к югу от Сирта и еще один в районе Аль-Вишка.
Накануне о том, что в результате «Вулкана гнева» были уничтожены девять ЗРПК, сообщили в пресс-центре операции. В штабе отметили, что комплексы были уничтожены в течение четырех дней. Они принадлежали силам командующего ЛНА Халифы Хафтара.
Турецкое агентство Anadolu 20 мая в очередной раз сообщило, что армия ПНС уничтожила «Панцирь» российского производства. Удар по системе противовоздушной обороны (ПВО), поставленной ЛНА, нанес беспилотный летательный аппарат. По словам пресс-секретаря штаба операции ПНС «Вулкан гнева» Абдульмалика ал-Мадани, ЗРПК был уничтожен в районе города Тархуна.
За день до этого, 19 мая, в Telegram-канале WarJournal опубликовали видеозаписи того, как силы ПНС провозят «Панцирь-С1» по улицам Триполи. Эту технику оставили на авиабазе Аль-Ватия у Триполи, откуда ПНС выбили ЛНА.
До этого издание The Libya Observer сообщало, что по меньшей мере один «Панцирь» был передан ЛНА из ОАЭ несмотря на эмбарго на поставку оружия в Ливию, которое ввел Совет Безопасности ООН.
Турецкая газета Daily Sabah со ссылкой на данные из конфиденциального доклада ООН писала, что за годы войны в Ливии Объединенные Арабские Эмираты передали армии Хафтара тяжелое вооружение, в частности «Панцири», на сумму $14,7 млн. Кроме того, ЛНА, по данным издания, получила южноафриканские вертолеты Super Puma на $15 млн, дроны собственного производства на $25 млн, беспилотники российского производства «Орлан-10» и китайские ударные дроны на общую сумму $2,1 млн. Помимо этого, ЛНА поставили различные ракеты, в том числе производства США, отмечали турецкие журналисты.
ЛНА фельдмаршала Хафтара 28 апреля объявила о том, что принимает управление страной. В организации подчеркнули, что прекращается действие достигнутого в 2015 году Схиратского соглашения, результатом которого стало формирование ПНС. Россия и Евросоюз выступили с критикой таких действий. Они призвали фельдмаршала Хафтара придерживаться прошлых договоренностей.
Вооруженные силы, лояльные ПНС и подконтрольные премьер-министру Ливии Фаизу Сараджу, начали воздушную операцию «Вулкан гнева» в апреле этого года. Она направлена против ЛНА. На пресс-конференции представитель ПНС Мухаммад Кануну заявил, что будет бить «железной рукой» тех, кто пытается милитаризовать страну.
Так, 7 апреля РИА «Новости» со ссылкой на источники сообщило, что ПНС Ливии нанесло авиаудары по базе ан-Накиля ЛНА неподалеку от старого аэропорта Триполи.
Как отметил собеседник агентства, армия фельдмаршала Халифы Хафтара начала ответную операцию в небе над ливийской столицей. По его словам, цель этих действий — позиции вооруженных группировок и скопления их техники в Триполи.
Во время гражданской войны в 2011 году правившего Ливией с 1969 года Муаммара Каддафи свергли и убили. С тех пор в стране царит двоевластие: на востоке в городе Тобрук заседает избранный народом парламент, а на западе — сформированное при поддержке ООН и Евросоюза ПНС. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с ЛНА. Халифа Хафтар с апреля 2019 года предпринимает попытки захватить Триполи.
Турция нанесла поражение России в Ливии
Ливийская национальная армия, которую поддерживает Кремль, вынуждена была признать себя побежденной в боях за столицу страны Триполи. Нынешние неудачи ЛНА многие связывают с двумя факторами: вмешательством Турции на стороне ПНС и резко ослабевшей поддержкой со стороны спонсоров самого Хафтара.
Гражданская война в Ливии неожиданно вступила в новую фазу: Ливийская национальная армия (ЛНА) Халифы Хафтара, ещё недавно считавшегося главным претендентом на установление в Ливии единоличной власти, потерпела ряд чувствительных поражений. Наступление ЛНА на Триполи, столицу Ливии, фактически захлебнулось, а взятие города выглядит сейчас крайне сомнительным мероприятием.
Виктор Кузовков
В настоящий момент ЛНА объявило о временном отводе своих войск «на три километра от линии фронта». Хафтар назвал это жестом доброй воли перед мусульманским праздником Ураза-байрам и месяцем Рамадан, а также заботой о мирных людях, которым не хочется встречать праздник под огнем. Строго говоря, это было одностороннее перемирие, к которому Хафтар призывал присоединиться и ПНС. Правда, несколько ранее ливийский маршал дважды срывал переговоры между противоборствующими сторонами (в Москве и Берлине), а в апреле объявил себя Верховным правителем Ливии и заявил, что подчиняющаяся ему Ливийская национальная армия самостоятельно сформирует институты власти, которые будут управлять страной.
Первое время казалось, что ЛНА ждет несомненный успех – под контролем Хафтара оказалась львиная доля страны, а его противники оказались буквально заперты в Триполи и на небольшом смежном участке провинции Триполитания. До абсолютной власти Хафтару оставался всего один решительный шаг – захват столицы. Видя силу маршала, ставку на него сделали сразу несколько важных игроков – как региональных, так и мировых. Среди наиболее ценных союзников оказался соседний Египет, ОАЭ и Россия. А вот его противников неожиданно поддержала Турция, и сейчас можно только гадать, по какой причине – в отместку ли России за её вмешательство в Сирии, или исходя из своего видения геополитических интересов Анкары.
И турецкое вмешательство сыграло свою роль: силы ПНС буквально обрели второе дыхание, последовало несколько побед над ЛНА, а недавно последние потерпели и вовсе весьма серьезное поражение: подразделения ПНС смогли захватить военно-воздушную базу аль-Ватыя, расположенную всего в 120 километрах от Триполи. Справедливости ради скажем, что этот захват выглядит весьма сомнительно, ведь в ходе обороны такого стратегически важного объекта силы ЛНА, по заявлению их противников из ПНС, потеряли «до семи человек убитыми и раненными». То есть, это явно не Сталинград по накалу сражения, и остается только догадываться, почему столь важный объект оказался почти беззащитным.
Что касается важности самой базы для сил Хафтара, то переоценить её трудно. Такой параметр, как подлетное время, является весьма важным с точки зрения оперативных возможностей ВВС. Грубо говоря, сократив его вдвое, можно пропорционально увеличить ударную мощь своей авиации. То есть, потеря авиабазы, находящейся буквально в минутах лёта от Триполи, самым прямым образом повлияла на потенциал сил Хафтара.
Турецкие журналисты и блогеры, едва ли не первыми оказавшиеся на аль-Ватыя, поспешили оповестить СМИ о разгроме сил ЛНА и выдали в эфир множество фотографий захваченных трофеев. Среди них, в частности, боевые самолеты ещё советской постройки, боеспособность которых, мягко говоря, под огромным вопросом. Там же фигурируют и боевые вертолеты Ми-24А, по большей части, разобранные и небоеспособные. Довольно много боеприпасов разных типов. Но главный трофей, буквально изюминка всего успеха – современный ЗРПК «Панцирь-С1» российского производства.поврежденный, слегка обгорелый, он все равно был провезен по улицам Триполи, как важное свидетельство победы над противником.
Как ни странно, в штабе Хафтара поражение признали. «Лучше честно признать поражение, чем бесчестно воевать», заявили там. Был ли это намек на некое «бесчестье» противника, однозначно сказать трудно, но, учитывая местную специфику, почти наверняка это можно расценивать, как выпад в адрес противника.
Правда, представители ЛНА заявляют, что большого стратегического значения эта база не имела, и после выполнения неких транзитных функций её роль для армии Хафтара была исчерпана. Это очень сомнительное заявление, и мы уже говорили о причинах. Правда, учитывая общее состояние ВВС Ливии, некогда разгромленных натовскими бомбардировками, с некоторой натяжкой можно сказать, что принципиального значения военно-воздушная компонента не имеет. С другой стороны, верно и то, что чем меньше боевой авиации у противоборствующих сторон, тем разумнее было размещать её поближе к месту боевых действий, чтобы до минимума сократить подлетное время.
Нынешние неудачи ЛНА многие связывают с двумя факторами: вмешательством Турции на стороне ПНС и резко ослабевшей поддержкой со стороны спонсоров самого Хафтара. Ливийский маршал действительно смог настроить против себя всех, кто был за дипломатическое урегулирование конфликта в Ливии – и Россию, и ОАЭ, и Саудовскую Аравию, и Египет. Понятно, что они не откажутся от него одномоментно, это было бы чревато потерей лица и, как следствие, влияния в регионе. Но постепенно иссякающий ручеек помощи Хафтару намекает, что тому следовало бы внимательнее относиться к усилиям своих спонсоров.
Ещё одной из причин нынешних неприятностей ЛНА прямо называют осложнившиеся отношения с российской частной военной компанией (ЧВК) Вагнера. По имеющейся информации, руководство ЛНА после некоторых неудач на фронте отказалось исполнять свои обязательства перед российскими (а также сирийскими и т.д.) наемниками. Те, разумеется, резко сократили свою активность на линии соприкосновения. И это вполне могло стать значимым фактором, повлиявшим на ход событий.
Вообще, ситуация в Ливии довольно сложна, и однозначно сказать, какой будет развязка этой войны, пока не может никто. Вмешательство в конфликт Турции серьезно изменило расклад сил на поле боя – турецкие беспилотники «Байрактар – TB2» и «Анка-С» в условиях практически полного отсутствия ПВО оказались довольно эффективным оружием против ЛНА. Также Турция смогла наладить вербовку наемников в Сирии, в подконтрольном ей Идлибе, для подразделений ПНС. Прошедшие большую школу гражданской войны, боевики бывших экстремистских организаций быстро адаптировались к новым условиям и, по имеющейся информации, неплохо показывают себя в боях. Не стоит списывать со счетов и прямое участие турецкой армии в конфликте – например, зафиксированы случаи ракетных обстрелов позиций ЛНА турецкими фрегатами.
Разумеется, международные спонсоры Хафтара тоже не сидели, сложа руки. В частности, упомянутые выше ЗРПК «Панцирь-С1» поставлены в Ливию не Россией, как можно было бы подумать, а Объединенными Арабскими Эмиратами. Они же поставляли силам Хафтара и другое современное вооружение, в частности, патрульные катера, а также грузовики и прочее оборудование двойного назначения. Россия, руками своих ЧВК, наладила вербовку и отправку в Ливию наемников из Сирии, где гражданский конфликт и общая нищета населения способствуют востребованности, как бы это помягче, «военных специальностей особого рода».
Но есть ещё более интересная информация, касающаяся возможного будущего Ливии и политического урегулирования в этой стране. По слухам, представители Кремля уже встречались с сыном бывшего ливийского диктатора Муаммара Каддафи. Сеиф Каддафи хоть и не является на данный момент мощной политической силой, все-таки весьма перспективен как «знамя» для тех, кто ностальгирует по временам «Народной Джамахирии» его отца. Но может быть, что это всего лишь намек неуправляемому Хафтару – незаменимых у Кремля нет, и в случае отказа выполнять разработанные в Москве планы она может сделать ставку и на другого.
В любом случае, ситуация запутанная. Наверняка можно сказать одно – списывать Хафтара и ЛНА со счетов пока рановато. Более того, здравый смысл подсказывает, что стоит ожидать не столько деэскалации, сколько обострения конфликта – сейчас в штабах оценят ситуацию, составят списки необходимого вооружения, перекинут ещё несколько десятков тысяч наемников и все начнется заново, только на новом витке технологических и людских возможностей сторон.
И мало не покажется никому. А ливийцам – уж точно…
«Перетягивание каната»: куда ведет война в Ливии
ПНС Ливии заявило о захвате авиабазы Аль-Ватия под Триполи
Михаил Ходаренок
Правительство национального согласия Ливии объявило в понедельник об установлении контроля над военной базой Аль-Ватия на западе страны недалеко от границы с Тунисом. «Газета.Ru» проанализировала военно-политическую обстановку, складывающуюся в регионе.
После свержения и убийства ливийского лидера Муаммара Каддафи в 2011 году Ливия фактически перестала функционировать как единое государство. Сейчас в стране царит двоевластие. На востоке заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи правит сформированное при поддержке ООН и Евросоюза Правительство национального согласия (ПНС) во главе с Файезом Сарраджем.
Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с Ливийской национальной армией (ЛНА) во главе с маршалом Халифой Хафтаром, который с апреля 2019 года не прекращает попыток захватить столицу.
Недавние успехи сил ПНС на фронтах западнее и южнее Триполи вызвали волну противоречивых оценок, комментариев и заявлений политических деятелей самого разного ранга, как в самой Ливии, так и в соседних странах.
По оценке специалистов Института Ближнего Востока, в последнее время на ситуацию в Ливии существенное влияние оказала операция «Вулкан гнева». А также самонадеянные заявления командующего ЛНА Халифы Хафтара, прямо и недвусмысленно заявившего о своих претензиях на единоличное лидерство в стране.
Последнее экспертами Института расценивается как крайне амбициозный и ошибочный шаг со стороны фельдмаршала. Многих международных игроков, вполне лояльно относившихся к личности фельдмаршала ранее, подобные действия Хафтара оттолкнули.
В настоящее время это основные факторы, определяющими развитие военно-политической обстановки в Ливии на ближайшие 2-3 недели — до окончания рамадана.
Оценки с мест боев поступают самые противоречивые, со значительной пропагандистской составляющей, тем не менее, некоторые факты вполне достоверны и подтверждены, считают в Институте Ближнего Востока.
Западноливийские СМИ прямо, и восточноливийские СМИ опосредованно подтвердили гибель Усамы Мсека — командующего авиабазой Аль-Ватия, а также факт значительных потерь, которые понесли отряды ЛНА, удерживавшие эту базу.
Военный аэродром и его окрестности подверглись авиаударам, массированном артиллерийским обстрелам. И, как минимум, часть этой обширной территории была занята силами ПНС. Это подтверждается фотографиями с изображениями арочных бетонных укрытий для самолетов и многочисленными трофеями.
Среди них отмечается немало новых образцов вооружения и военной техники российского производства, причем такого, которого не было в арсеналах Джамахирии. По некоторым данным, бойцы ПНС захватили боевые вертолеты Ми-35, бронеавтомобили «Тигр», реактивные системы залпового огня «Смерч», ЗПРК «Панцирь», танки, орудия и минометы.
«Битва за восстановление контроля над базой Аль-Ватия станет образцом для ливийских городов, которые живут в иллюзии власти Хафтара. Великая ливийская родина обретет спокойствие, и мы будем пить турецкий кофе на завтрак (не надо усматривать в этом реверанс в сторону Анкары, это всего лишь самый популярный вид кофе в Ливии, подчеркивают в Институте Ближнего Востока), по милости Бога Всемогущего, международно признанные правительственные силы начали вторжение на авиабазу, расположенную на крайнем западе от Ливии, где укрепились силы Хафтара, — пишет активист из Триполи, Ахмед аль-Бакри, —
Даст Бог, вся ливийская земля будет освобождена от Хафтара и его ополченцев, что станет также унизительным поражением для оси зла».
Сторонники ПНС указывают, что операции, проводимые в окрестностях Триполи и других районах Ливии, осуществляются международно признанным правительством против ополченцев, возглавляемых международным преступником. В этом контексте поддержка ПНС со стороны Турции считается легитимной, а сотрудничество армии Хафтара с инструкторами из Египта, Саудовской Аравии, ОАЭ и некоторых европейских стран — нет.
Махмуд Рифаат, представитель Международной рабочей группы по Ливии указал на присутствие египетских и эмиратских военных советников, рядом с силами Хафтара на базе Аль-Ватия, пояснив: «Синай будет свидетелем новых государственных террористических актов, совершаемых аль-Сиси каждый раз, чтобы прикрывать возвращение тел убитых военнослужащих египетской армии из Ливии, и на этот раз, я не исключаю, новые преступные акции в Каире или в провинции дельты Нила». Как полагают эксперты Института Ближнего Востока, это весьма своеобразная трактовка событий на Синае. Хотя и АРЕ, и ОАЭ несут в Ливии достаточно ощутимые потери.
«Правительственные силы входят на авиабазу Аль-Ватия, центр боевых действий на ливийском Западе, где захвачены десятки иностранных наемников, включая старших офицеров», — сообщил политолог Салим Салем.
«Хафтар — это новое воплощение Каддафи — сегодня теряет свои позиции, несмотря на всю поддержку ОАЭ, АРЕ и Франции, стран Персидского залива, поставляющих ему больше оружия, чем кому-либо.
«Байрактар» (тип турецкого БЛА) победил их всех, которые считали, что контролировали воздушное пространство Ливии», — добавил он.
Невнятная перспектива военного противостояния с Триполи и очевидные диктаторские замашки Халифы Хафтара обусловили активизацию сторонников поиска мирного решения конфликта на востоке Ливии. Разумеется, при этом, они не забывают и об укреплении собственной репутации, полагают в Институте Ближнего Востока.
«Если бы подобное происходило на фронтах Великой Отечественной войны, то бои местного значения в районе авиабазы Аль-Ватия не попали бы даже в вечернее сообщение Совинформбюро в виду их малой значимости. Иными словами, события вокруг Аль-Ватии — далеко не Сталинградская битва», — рассказал «Газете.Ru» президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.
По его оценке, чтобы задавить Триполи или поставить под полный контроль ливийскую глубинку, у Халифы Хафтара совершенно нет никаких ресурсов. Для того, чтобы установить контроль над чем-либо большим по сравнению с тем, что с большим трудом удерживает Файез Саррадж, надо существенно большие силы и средства, которыми ПНС тоже не располагает.
Поэтому позиционное перетягивание ливийского каната будет продолжаться, считает президент Института Ближнего Востока.
«Если чего-нибудь не произойдет. А так оно может продолжаться годы и даже десятилетия», — добавил Евгений Сатановский. По его мнению, еще с античных времен Триполитания и Киренаика (западная и восточная части Ливии) терпеть друг друга не могли и постоянно воевали друг с другом, и даже Муаммар Каддафи с трудом удерживал эту ситуацию под контролем.
Россия сегодня поддерживает конструктивные отношения со всеми противоборствующими сторонами конфликта в Ливии, подчеркнул Сатановский. «Влезать нам туда всерьез совершенно бессмысленно», — отметил президент Института Ближнего Востока.
«Потеря аэродрома и военной базы Аль-Ватия для Халифы Хафтара — существенный ущерб, однако в последнее время фельдмаршал неоднократно отыгрывал ситуацию обратно.
Какие-либо локальные поражения Хафтара в конечном итоге кардинально не сказывались на общем ходе военных действий»,— рассказала «Газете.Ru» советник генерального директора Российского института стратегических исследований Елена Супонина.
Она согласна с мнением, что в Ливии на протяжении последних недель наблюдается ситуация перетягивания каната. Противоборствующие стороны то наступают, то отступают, а это говорит только о том, что военного решения конфликта нет, подчеркивает советник генерального директора РИСИ.
Однако ситуация, связанная с пандемией COVID-19, отвлекала внимание мирового сообщества от ливийского кризиса, напоминает Елена Супонина. По ее мнению, политическими процессами в этой стране ведущие мировые игроки занимаются в настоящее время не столь интенсивно, как следовало бы.
Берлинская конференция по Ливии, прошедшая в январе этого года, должна была стать первым шагом к прекращению гражданской войны в стране. По итогам этой международной конференции был создан Международный комитет. Однако многие решения берлинского форума из-за разразившейся пандемии так и не были реализованы, напоминает Елена Супонина.
И ведущие ливийские игроки вернулись к своей излюбленной теме — продолжению боевых действий и дележу природных богатств страны.
По мнению эксперта, ни одна из сторон конфликта в настоящее время не может одержать какой-либо окончательной победы в вооруженном противостоянии, поэтому неизбежно надо поднимать вопрос об активизации посреднических усилий чтобы вновь усадить Халифу Хафтара и его противников за стол переговоров.
У России это может получиться лучше, чем у кого бы то ни было, поскольку Москва поддерживает хорошие отношения как с теми, так и с другими, подчеркивает Елена Супонина.
«Спонсор терроризма»: что США приготовили для Кубы
США собираются вернуть Кубу в список стран-спонсоров терроризма
Анна Юранец
США рассматривают возможность возвращения Кубы в список стран-спонсоров терроризма. У Белого дома есть «убедительные доводы» в пользу такого шага. В частности, речь идет о поддержке Кубой президента Венесуэлы Николаса Мадуро. В случае, если решение будет принято, Гавану ждут новые санкции. Однако страна испытывает серьезные трудности из-за американских ограничений уже сейчас.
США могут вернуть Кубу в список «государств-спонсоров терроризма», сообщает Reuters со ссылкой на высокопоставленный источник в администрации президента США Дональда Трампа. Такой шаг со стороны Вашингтона нанесет серьезный удар по и без того напряженным отношениям между США и Кубой и может открыть новый этап противостояния.
Как заявил изданию представитель администрации президента, чье имя не приводится, для внесения Кубы в список стран, спонсирующих терроризм, есть все основания. Главным фактом для этого послужила поддержка властей Кубы президента Венесуэла Николаса Мадуро, а также предоставление ими убежища для лидеров «Армии национального освобождения» — колумбийской вооруженной повстанческой группировки.
По словам источника, решение о включении Кубы в список может быть принято к концу года.
Предварительные шаги в этом направлении были предприняты в среду. 13 мая Соединенные Штаты внесли Кубу, Венесуэлу, Иран, КНДР и Сирию в список стран, которые в недостаточной степени сотрудничают с Вашингтоном в области борьбы с терроризмом. Венесуэла и Куба, по мнению Белого дома, сотрудничают с «Армией национального освобождения». Гавана отрицает приписываемую ей Вашингтоном связь с терроризмом. Заявление Госдепа она назвала «ложным». Кубинский президент Мигель Диас-Канель заявил, что это решение властей США является верхом цинизма.
Составление списка стран, спонсирующий терроризм, началось в 1979 году. В него были включены Ливия, Ирак, Южный Йемен и Сирия. Согласно позиции Вашингтона, в список попадают те государства, которые неоднократно оказывали поддержку актам международного терроризма. Включение в список предполагает наложение таких санкций, как запрет на поставки оружия, контроль за экспортом товаров двойного назначения, запрет на экономическую помощь, введение финансовых и других ограничений.
Куба уже попадала в этот список в 1982 году. Тогда США объясняли это решение тем, что Гавана предоставляет политическое убежище членам различных террористических группировок, таким как ЭТА — бывшая баскская националистическая организация сепаратистов, «Революционные вооруженные силы Колумбии» и «Армия национального освобождения».
Возвращение Кубы в список стало бы еще одним шагом на пути разрушения результатов политики «оттепели» предшественника Трампа Барака Обамы, взявшего курс на сближение с Кубой.
Постепенное потепление отношений между Вашингтоном и Гаваной наблюдалось с 2015 года. В частности, в столицах двух стран были открыты дипломатические ведомства. Что не менее важно, 15 апреля 2015 года Барак Обама предложил исключить Кубу из списка «государств-спонсоров терроризма» и направил предложение в конгресс, объявив о нормализации отношений с Гаваной.
«За последние шесть месяцев Куба не предоставляла помощи международному терроризму. Она также дала заверения в том, что в будущем не намерена поддерживать акты международного терроризма», — сообщалось в уведомлении президента конгрессу о намерении исключить Кубу из перечня стран, поддерживающих терроризм.
29 мая Куба была вычеркнута из списка. В марте 2016 года Барак Обама посетил остров, став первым американским президентом за последние 40 лет, ступившим на землю Кубы.
Возобновление дипломатических отношений с Кубой считалось одним из главных внешнеполитических успехов Барака Обамы.
Однако, несмотря на это, эмбарго против Гаваны экс-президенту снять не удалось — отменить ограничения может только американский конгресс. Однако контролируемый республиканцами парламент не прислушался к призыву Обамы.
К намерению Обамы восстановить связи с Кубой многие представители консервативного республиканского истеблишмента США относились критически.
«Оттепель» между Вашингтоном и Гаваной продлилась недолго. С приходом к власти в 2016 году Дональд Трамп взял курс на ужесточение политики, ссылаясь на нарушение прав человека в Кубе. Через полгода после вступления на пост президента он заявил об отказе Вашингтона от политики Обамы по нормализации отношений с Кубой.
«Мы готовы и можем начать переговоры по заключению лучшей сделки для кубинцев, для американцев, сделки, которая справедлива и в которой есть смысл», — заявил Трамп.
Американский лидер оценил сделку своего предшественника как «ужасную», а также добавил, что она «сеет насилие и нестабильность в регионе».
При этом американский президент фактически повторил то, что говорили представители новой администрации США на протяжении последних нескольких месяцев — главным камнем преткновения в отношениях двух стран остается соблюдение прав человека на Кубе. «С божьей помощью мы скоро добьемся свободной Кубы», — сказал Трамп.
Вместе с тем Трамп заявил об уважении суверенитета этого островного государства и пообещал, что Вашингтон не повернется «спиной к кубинскому народу».
В сентябре прошлого года глава Белого дома продлил торговые санкции против Кубы до 14 сентября 2020 года. «Я решил, что продление данных мер в отношении Кубы на один год отвечает национальным интересам США», — заявил он.
Белый дом не намерен пересматривать свою санкционную политику в отношении Кубы даже в условиях пандемии коронавируса, хотя, как заявляет Гавана, ограничительные меры США значительно препятствуют в борьбе страны со вспышкой заболевания.
«COVID-19 вскрыл серьезные ограничения, которые накладывает на Кубу экономическая блокада США. Она является основным препятствием для приобретения лекарств, оборудования и материалов, необходимых для борьбы с пандемией. Это главное препятствие для развития страны»,— заявил ранее министр иностранных дел Кубы Бруно Родригес Паррилья в своем Twitter.
Поддержка Гаваны президента Венесуэлы Николаса Мадуро вызвала особое раздражение у президента США. Во многом, именно благодаря позиции части международного сообщества Мадуро удалось сохранить свой пост. Среди государств, оказавших ему поддержку, оказались те страны, которые сохраняют с США напряженные отношения, если не открытое противостояние — Китай, Иран, Россия, Куба.
Внесение Гаваны в список «государств-спонсоров терроризма», несомненно, будет основываться, в частности, на поддержке властей страны венесуэльского лидера.
Если США действительно пойдут на этот шаг, то Куба снова окажется в списке вместе с Ираном, КНДР, Сирией и Суданом.
Итальянский военно-полевой госпиталь лечит головорезов из «Аль-Кайды»
Рим позаботился о здоровье джихадистов.
В те дни, когда российские военные врачи спасали итальянцев от коронавируса, в Ливии продолжал работу итальянский военно-полевой госпиталь, где лечатся турецкие наемники из сирийской «Аль-Кайды» (запрещена в РФ). Репортер Фабио Джузеппе Каризио сообщил, что среди пациентов госпиталя были опознаны шесть головорезов из «Фронта Нусры» (запрещена в РФ).
В Мисрате под охраной черных беретов из итальянского спецназа находится направленный тут же министерством обороны Италии госпиталь, до этого использовавшийся в Ираке и Афганистане. В распоряжении итальянской бригады находится тактический транспортный самолет на случай переправки раненых в Италию. Всего в Ливии вместе с турецкими войсками сражаются 300 итальянских солдат.
Сейчас этот госпиталь переполнен бородатыми джихадистами. В Италии и НАТО хорошо знают, что основу сил, захвативших власть в Триполи, составляют сирийские непримиримые боевики, нанятые Анкарой в Сирии для борьбы с армией маршала Хафтара, поддерживаемого Россией и Египтом.
Контрразведка Хафтара идентифицировала среди тех, кто был переброшен Турцией на ливийскую войну, 229 полевых командиров исламских экстремистов, обвиняемых в терроризме на территории Сирии.
Николай Иванов
![Главное](/images/star.png)
Отобрать «Пулитцера»: Трамп грозит СМИ за «фейки» о России
Трамп хочет отобрать Пулитцеровские премии за статьи о «сговоре» с Россией
Иван Апулеев
Президент США Дональд Трамп призвал отобрать Пулитцеровские премии у американских СМИ за статьи о «сговоре» Вашингтона и Москвы. По его словам, это все «лживые новости», а оргкомитет премии будет «опозорен», пока не заберет награды обратно. Ранее «Пулитцера» за статью, направленную против властей РФ, получила газета New York Times.
У американских СМИ нужно отобрать Пулитцеровские премии, полученные за статьи о «сговоре» Трампа с Россией. Такое мнение выразил в ходе пресс-конференции президент США Дональд Трамп, передает ТАСС.
«Нужно заставить вернуть эти Пулитцеровские премии обратно. Потому что они все переврали. Потому что, если вы сегодня видели новые документы, которые были обнародованы, в них ясно видно, что не было абсолютно никакого сговора с Россией», — заявил американский лидер.
По словам Трампа, эти премии получили тогда «не журналисты, а жулики». Присуждение премий было несправедливым, отметил он, а материалы представляли собой fake news — «лживые новости». Кроме того, Трамп заявил, что оргкомитет «Пулитцера» будет покрыт позором, пока не заберет премии назад.
«Пулитцеровские премии должны присуждаться тем, кто все написал правильно. И я могу дать вам длинный список», — подчеркнул президент США.
5 мая в посольстве РФ в Вашингтоне раскритиковали отмеченные Пулитцеровской премией статьи газеты The New York Times о российских властях. В дипмиссии назвали материалы «серией русофобских измышлений» и напомнили, что похожая история произошла в 2017 году, когда премию присудили газете за статьи о президенте Владимире Путине.
«Рассматриваем данную серию статей The New York Times о России как прекрасный сборник неразбавленных русофобских измышлений, которые можно изучать в качестве пособия по созданию ложных фактов», — подчеркнули российские дипломаты.
The New York Times получила три награды за восемь статей и видеоматериалов, в том числе об отравлении бизнесмена Емельяна Гебрева в Болгарии и о предполагаемом вмешательстве России в дела других государств, таких как Ливия, Сирия и Центральноафриканская Республика.
В материале, размещенном на сайте оргкомитета Пулитцеровской премии, говорится, что в номинации «Международная журналистика» отмечены сотрудники газеты The New York Times за «серию захватывающих статей, написанных с риском для жизни», о противоправных действиях российских властей. По словам дипломатов из РФ, «большой риск» в этом есть только для репутации.
В сопроводительной записке не было обозначено, за какие именно материалы изданию присудили премию. При этом на сайте The New York Times уточнили, что оргкомитет премии отметил газету за «подробное описание операций России по вмешательству» в дела других стран с момента президентских выборов в США в 2016 году.
«Три года назад Пулитцеровская премия уже вручалась The New York Times за демонизацию России. Подобное скоропортящееся «творчество» очевидно требует периодических престижных наград. Оргкомитет премии берет на себя большую ответственность, выделяя подобным образом антироссийские материалы с утверждениями, которые многократно опровергнуты не только официальными российскими лицами, но уже и самой жизнью», — добавили в посольстве.
«Пулитцер» — одна из самых престижных в Америке наград в области журналистики. Ее вручают ежегодно с 1917 года за публикации в газетах, журналах и на сайтах в различных жанрах. Кроме того, есть другая коллегия, которая присуждает награды в области литературы, музыки и театра.
Трамп не раз называл «охотой на ведьм» расследование предполагаемого «вмешательства» России в ход президентских выборов 2016 года. По мнению американского лидера-республиканца, инициированное демократами расследование, — «одна из самых темных» страниц в истории Америки.
Чтобы разобраться с российским «вмешательством», на несколько лет захватившим первые полосы газет и прайм-тайм на телевидении, Вашингтон инициировал расследование, во главе которого стоял спецпрокурор США Роберт Мюллер. Работа комиссии Мюллера продолжалась с лета 2017 года — американские правоохранители искали доказательства возможного вмешательства РФ в выборы президента США в 2016 году. В марте 2019 года Мюллер представил итоговый доклад.
Доказательств сговора команды президента США Дональда Трампа с Кремлем и российскими спецслужбами спецпрокурор не обнаружил.
Президент России Владимир Путин одобрил итог работы Мюллера. По словам российского лидера, доклад объективен и подтверждает, что не было никакого сговора между Россией и действующей американской администрацией.
«Несмотря на всю экзотичность работы комиссии господина Мюллера, надо отдать ему должное, в целом он провел объективное разбирательство», — подчеркнул Путин.
«Измышления»: посольство РФ раскритиковало Пулитцеровскую премию
Посольство РФ осудило антироссийские статьи на Пулитцеровской премии
Кристина Сизова
Российские дипломаты раскритиковали отмеченные Пулитцеровской премией статьи газеты The New York Times о России. В посольстве РФ в Вашингтоне назвали это серией русофобских измышлений и напомнили, что похожая история произошла в 2017 году, когда премию присудили газете за статьи о президенте Владимире Путине.
Российское диппредставительство в Вашингтоне опубликовало в Facebook заявление, в котором раскритиковало серии выдержанных в критическом тоне публикаций газеты The New York Times о России, отмеченных Пулитцеровской премией.
«Рассматриваем данную серию статей The New York Times о России как прекрасный сборник неразбавленных русофобских измышлений, которые можно изучать в качестве пособия по созданию ложных фактов», — подчеркнули российские дипломаты.
The New York Times получила три награды за восемь статей и видеоматериалов, в том числе об отравлении бизнесмена Емельяна Гебрева в Болгарии и о предполагаемом вмешательстве России в дела других государств, таких как Ливия, Сирия и Центральноафриканская Республика.
В материале, размещенном на сайте оргкомитета Пулитцеровской премии, говорится, что в номинации «Международная журналистика» отмечены сотрудники газеты The New York Times за «серию захватывающих статей, написанных с риском для жизни», о противоправных действиях российских властей. По словам дипломатов из РФ, «большой риск» в этом есть только для репутации.
В сопроводительной записке не было обозначено, за какие именно материалы изданию присудили премию. При этом на сайте The New York Times уточнили, что оргкомитет премии отметил газету за «подробное описание операций России по вмешательству» в дела других стран с момента президентских выборов в США в 2016 году.
«Три года назад Пулитцеровская премия уже вручалась The New York Times за демонизацию России. Подобное скоропортящееся «творчество» очевидно требует периодических престижных наград. Оргкомитет премии берет на себя большую ответственность, выделяя подобным образом антироссийские материалы с утверждениями, которые многократно опровергнуты не только официальными российскими лицами, но уже и самой жизнью», — пояснили в посольстве.
Ситуация возмутила и члена международного комитета Совфеда Олега Морозова. Он сказал РИА «Новости», что статьи в американских СМИ давно стали элементом пропаганды и частью информационной войны.
«Порадуемся за американских журналистов. Если бы не [президент России Владимир] Путин и не Россия, где бы они черпали вдохновение для своих публикаций?» — отметил сенатор.
Он указал на работу большой пропагандистской машины, оплаченной в том числе американскими налогоплательщиками. «Ибо американские власти в широком смысле, включая демократов, щедро финансируют этот антироссийский шабаш. Все по законам современных информационных войн», — обратил внимание политик.
Пулицеровская премия в области международной журналистики была присуждена газете The New York Times за публикации о президенте России Владимире Путине в 2017 году.
«Приз за международную журналистику присуждается сотрудникам газеты The New York Times за определяющие текущую повестку дня материалы, касающиеся усилий Владимира Путина по распространению российского влияния за рубежом», — объявили тогда организаторы.
В тексте заявления критически говорилось о методах, которые российские власти применяли для достижения целей на мировой арене.
Руководитель оргкомитета премии Майкл Прайд объяснил решение выдвинуть сотрудников The New York Times на Пулицеровскую премию тем, что их материалы о российском президенте занимали первые места в списке важных новостей на протяжении долгого времени. «Эта тема была самой важной, и поэтому мы уделили ей особое внимание», — уточнил он в беседе с ТАСС.
В тот год издание также получило премию еще в двух номинациях: за очерк и за новостную фотографию.
Пулитцеровская премия — это одна из самых престижных в Соединенных Штатах наград в области журналистики. Ее вручают ежегодно с 1917 года за публикации в газетах, журналах и на сайтах в различных жанрах. Кроме того, есть другая коллегия, которая присуждает награды в области литературы, музыки и театра.
Соглашение о снижении добычи нефти от 12 апреля 2020 года
Соглашение ОПЕК и ряда не входящих в организацию стран (ОПЕК+) о сокращении добычи нефти действовало с начала 2017 года. Оно неоднократно продлевалось, условия менялись. Так, до конца 2019 года договоренность предусматривала сокращение добычи на 1,2 миллиона баррелей в сутки от уровня октября 2018 года, а в первом квартале 2020 года альянс сокращал добычу на 1,7 миллиона баррелей.
В начале марта 2020 года страны ОПЕК+ не смогли договориться ни об изменении параметров сделки о сокращении добычи нефти, ни о ее продлении. Москва не согласилась с предложением картеля дополнительно снизить производство из-за распространения коронавируса и предлагала сохранить существующие условия. Саудовская Аравия, в свою очередь, настаивала на дополнительном сокращении добычи нефти. В результате с 1 апреля были сняты ограничения по разработке в странах-участницах прежнего альянса. Это, наряду с пандемией коронавируса, вызвало обвал на нефтяном рынке.
9 апреля страны ОПЕК+ возобновили диалог по сокращению добычи нефти для стабилизации рынка. Встреча, в которой также приняли участие государства вне альянса (в частности, Канада, Норвегия), прошла в формате видеоконференции из-за мер безопасности в связи с пандемией.
В общей сложности заседание продлилось около 10 часов. По итогам переговоров была принята декларация, в которой участники ОПЕК+ обязались сократить добычу в мае-июне суммарно на десять миллионов баррелей в сутки, однако для вступления сделки в силу требовалось согласие Мексики, которая не поддержала выдвинутые условия.
Мексика и другие участники ОПЕК+ разошлись в позициях по базовому уровню отсчета сокращения добычи в рамках нового соглашения. Власти Мексики не согласились на трехэтапную квоту по сделке ОПЕК+ с сокращением добычи в мае-июне на 400 тысяч баррелей в сутки от октября 2018 года, выразив готовность сократить добычу лишь на 100 тысяч баррелей.
Обсуждение вопроса продолжилось 10 апреля на базе формата G20. По итогам заседания министры энергетики стран G20 обязались принять немедленные меры по обеспечению стабильности энергетического рынка на фоне пандемии коронавируса. При этом итоговое коммюнике было принято без упоминания каких-либо квот на сокращение добычи нефти.
12 апреля ОПЕК+ достигла окончательной сделки о сокращении добычи нефти. Среди 23 участников сделки десять стран ОПЕК: Алжир, Ангола, Конго, Экваториальная Гвинея, Габон, Ирак, Кувейт, Нигерия, Саудовская Аравия и ОАЭ. Еще десять государств не входят в картель: Азербайджан, Бахрейн, Бруней, Казахстан, Малайзия, Мексика, Оман, Россия, Судан и Южный Судан. Еще три члена ОПЕК – Иран, Ливия и Венесуэла – освобождены от сокращений добычи из-за политических проблем.
В соответствии с достигнутыми договоренностями, сокращение добычи в мае-июне составит суммарно 9,7 миллиона баррелей в сутки. Далее добыча будет восстанавливаться, с июля по декабрь 2020 года сокращение составит 7,7 миллиона баррелей в сутки, а с января 2021 по апрель 2022 года – 5,7 миллиона баррелей в сутки. Базой отсчета взят октябрь 2018 года, но для РФ и Саудовской Аравии взяты 11 миллионов баррелей в сутки, от которых по аналогии со всеми идет снижение на 23%, 18% и 14% соответственно. На отдельных условиях настояла Мексика: она снижает добычу только на 100 тысяч баррелей в сутки в мае-июне, остальные 300 тысяч за нее сокращают США.
При этом Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт согласились добровольно сократить поставки нефти еще на 2 миллиона баррелей в день, чтобы помочь нефтяным ценам.
Россия в рамках нового соглашения ОПЕК+ в мае-июне снизит добычу на 2,5 миллиона баррелей в сутки из оговоренных 9,7 миллиона.
Страны вне ОПЕК+ пообещали сократить свою добычу на 4-5 миллионов баррелей в сутки в дополнение к сокращениям альянса.
По данным агентства Bloomberg, США, Бразилия и Канада снизят добычу на 3,7 миллиона баррелей в сутки, а еще 1,3 миллиона придется на другие страны G20.
Общие обязательства по сокращению добычи нефти с 1 мая от текущего уровня составят около 19 миллионов баррелей в сутки. В этот объем входят как страны ОПЕК+, так и государства Международного энергетического агентства (МЭА), такие как США, Канада, Мексика, Норвегия и другие.
Несмотря на новые договоренности, нефть продолжает стремительно дешеветь. 20 апреля цена нефти марки WTI (с поставкой в мае) впервые в истории упала до отрицательных значений, по итогам торгов котировки на NYMEX рухнули на 300% – до минус 37,63 доллара за баррель, что и было зафиксировано как цена исполнения контракта. Такой обвал был вызван слабым спросом на нефть из-за коронавируса и переполненными нефтехранилищами в США.
Ряд стран на фоне обвала нефтяных котировок начали сокращать добычу, не дожидаясь вступления в силу соглашения ОПЕК+. В частности, Алжир, Кувейт и Саудовская Аравия.
США приписывают идею сделать из «Талибана» аналог ЧВК
Автор: Григорий Алексеенко
Администрацию президента США обвиняют в намерении узаконить военную деятельность движения «Талибан» (запрещено в РФ) путём превращения группировки в частную военную компанию (ЧВК). Соответствующее мнение разделяют некоторые афганские парламентарии, которые считают, что инициатива уже формализована и закреплена в тексте подписанного в Катаре соглашения о выводе всех иностранных войск из Афганистана и запуске межафганских переговоров.
«В прошлом борьба с экстремизмом частично была возложена на ЧВК Blackwater (сейчас носит название Academi. – «Афганистан.Ру»), теперь же американцы рассматривают талибов как замену этой компании», – заявил в ходе пленарного заседания депутат Залмай Моджадедди. По его мнению, эту идею главе американского государства Дональду Трампу подал его неформальный помощник – основатель Blackwater Эрик Принс.
Источник слухов о том, что талибы превратятся в армию «солдат удачи», определить сложно. Однако эта информация уже вышла на уровень внутригосударственных дискуссий. Два дня назад бывший официальный представитель афганского Совета национальной безопасности Таваб Горзанг частично легализовал эти слухи, сообщив в своём Twitter, что «Принс раскрыл новые данные». «Поздравляю талибов со статусом слуг США!» – написал Горзанг. Не исключено, что поводом стала публикация в англоязычном издании Afghanistan Times, которое со ссылкой на российское агентство ТАСС сообщило, что талибам была якобы делегирована роль, которая предназначавшаяся в Афганистане Blackwater. Причём, по данным Afghanistan Times, об этом Принс заявил российским журналистам во время некого визита в Москву, который якобы произошел недавно «по приглашению российского военно-исследовательского центра». «Афганистан.Ру» убедился в отсутствии этих материалов на сайте ТАСС.
Идея об отправке ЧВК в Афганистан циркулировала задолго до подписания катарского соглашения. В частности, в 2018 году телеканал NBC сообщил, что Трамп рассматривает план по замене иностранного контингента в Исламской Республике на сотрудников Принса. Эту инициативу выдвинул сам основатель скандальной ЧВК. Однако этот план не получил одобрения со стороны занимавшего тогда пост министра обороны США Джеймса Мэттиса. «Когда американцы ставят на карту авторитет своей страны, приватизация, возможно, не самая мудрая идея», — заметил тогда военачальник на брифинге. Одно из последних сообщений об активности Принса было опубликовано недавно западным изданием The Intercept, которое со ссылкой на источники поведало о якобы имевших место контактах соратника Трампа с российскими чиновниками. В материале The Intercept говорилось, что Принса интересует возможность участия в ливийском вооруженном конфликте на стороне командующего Ливийской национальной армией Халифы Хафтара.
Обсуждение в Кабуле слухов о превращении «Талибана» в некое подобие ЧВК носит черты спекулятивной кампании с учетом того, что информация с сомнительной доказательной базой уже стала предметом внутригосударственных дискуссий. Отдельно обращает на себя внимание то, что на периферии подобных сообщений возникает тема контактов между основателем Blackwater и российским официозом. Это дает критикам повод сделать безапелляционным адвокатом военной активности талибов не только администрацию президента США, но и российское руководство.
Дела на букву "Х". Халифа Хафтар объявил Ливию единой
Михаил Шейнкман
обозреватель радио Sputnik
И для ПНС, и для ЛНА обострение в Рамадан – это вполне логично. В священный месяц правоверные все равно должны отказаться от дневного приема пищи, питья, курения, интима. Чем еще заняться, как ни воевать.
У него есть усы. Его величают фельдмаршалом. Он тоже предводитель и где-то даже отец демократии. Но он не Киса Воробьянинов. Хотя бы потому, что Халифа Хафтар не потерпит над собой власть турецкоподданного. Каждого такого он считает проходимцем. Тем более главного из них. Тот, правда, в отличие от своих коммандос сюда носу не кажет, но грозит Хафтару и его Ливийской национальной армии полным уничтожением. Чаще не сам, а через своего человека в Триполи Файеза Сарраджа – главы правительства национального согласия, название которого оправдывает себя лишь на треть, поскольку правительство есть и ладно, остальное даже не предвидится.
"Мы нанесем сокрушительное поражение ЛНА в течение месяца Рамадан", – это у него из последнего. Прошла неделя. И вот ответ. "Нанес бы ты, да очередь моя", – не то чтобы буквально, но примерно в том же стиле отреагировал фельдмаршал. Он объявил, что управление всей страной переходит к нему так, будто уже занял Триполи, и ему только и осталось, что объявить об этом. "Несмотря на тяжелый груз оказанного доверия и бремя обязанностей, ливийская армия будет выполнять желания народа и избавит его от страданий", – сказал командующий тоже по случаю Рамадана.
И это с обеих сторон вполне логично. В священный месяц правоверные все равно должны отказаться от дневного приема пищи, питья, курения, интима. То есть, чем еще заняться, как ни воевать. Или отвоевывать, как называет это Хафтар. Вообще, когда разброд, шатания и междоусобица, то армия – это сила. За примерами далеко ходить не надо – Египет и его Ас-Сиси. Другое дело, что в Ливии армия не только у Хафтара. Но и у ПНС. Там всего понамешано. Есть и ливийцы. Но американцы, турки, исламисты, террористы, осколки Аль-Каеды, недобитки ИГИЛ*. Всякий сброд, как характеризует противника фельдмаршал, пожалуй, единственный здесь настоящий полководец.
Однако его военного гения недостаточно, чтобы взять Триполи. Ровно год назад объявил решающий поход на столицу, но для него она все еще в Тобруке, где заседает парламент. В отличие от правительства он избран народом, а не внешним диктатом. Вот в минувший четверг Хафтар и призвал этот народ отвергнуть достигнутое в 2015 году соглашение, результатом которого и стало формирование ПНС. А в понедельник он заявил, что услышал призыв. Не важно, что только он и услышал. Ему хватило, чтобы разорвать этот пакт и поручить себе, как он сказал, "историческую миссию".
Это – война. Но она здесь и не прекращалась. Хафтар не открывает ящик Пандоры. Он пробивает у него еще и дно, чтобы быстрее опустошить. Его враги говорят, что страну. Но так они говорят только потому, что из-за него сами не могут этого сделать. Руки коротки и до нефти не дотягиваются. Вот и нервничают Штаты с Турцией. Вот и создают путаницу. ЛНА, ПНС. Можно легко заблудиться в трех буквах. По фельдмаршалу же, достаточно одной. Максимум двух, но одинаковых. Потому что при нем на вопрос, как дела, ливийцы смогут ответить, что "Х". И добавить, не подумайте, что Халифа Хафтар – это прямо хорошо. Но, может, все же лучше, чем ничего.
*Террористическая организация, запрещенная в РФ.
Россия призвала стороны конфликта в Ливии прекратить боевые действия
Москва призывает все стороны конфликта в Ливии немедленно прекратить боевые действия и возобновить диалог под эгидой ООН, говорится в опубликованном на сайте МИД РФ ответе официального представителя МИД Марии Захаровой на вопрос СМИ относительно заявлений председателя Палаты депутатов Ливии Акилы Салеха и командующего Ливийской национальной армией Халифы Хафтара, приуроченных к месяцу мусульманского поста Рамадан.
Захарова напомнила, что в телеобращении к нации глава ливийского парламента Салех призвал к прекращению боевых действий в связи с наступлением священного для мусульман месяца Рамадан. "Отмечаем, что в этом выступлении содержится ряд конструктивных предложений по выводу Ливии из затянувшегося военно-политического кризиса. Среди них – создание единых органов власти при соблюдении пропорциональной географической представленности трех исторических регионов страны, разработка новой конституции, проведение в соответствии с ней президентских и парламентских выборов.
Полагаем, что озвученные председателем Палаты депутатов Ливии идеи могли бы лечь в основу политических дискуссий в рамках процесса всеобъемлющего ливийского урегулирования", - сказала Захарова.
При этом на фоне примирительной тональности выступления Салеха последние заявления командующего Ливийской национальной армии Хафтара были выдержаны "в жестком и бескомпромиссном ключе", отмечается в комментарии. В частности, он подтвердил намерение продолжить "до победного конца" начатую более года назад военную операцию и "освободить от террористов" Триполи и всю территорию Ливии, а также объявил о переходе власти в стране к военному командованию.
"Убеждены, что продолжение братоубийственной междоусобицы чревато для Ливии и ее многострадального народа катастрофическими последствиями. Призываем все стороны конфликта проявить ответственность за судьбу своей родины, немедленно прекратить боевые действия и возобновить диалог под эгидой ООН на всех трех треках урегулирования – военном, политическом и экономическом – в соответствии с решениями Международной берлинской конференции, закрепленными резолюцией 2510 СБ ООН", - подчеркнула Захарова.
![Главное](/images/star.png)
Фабио Касталдо: коронавирус показал слабость мирового сообщества
Поразившая мир пандемия COVID-19 уже привела к серьезным изменениям в жизни сотен миллионов людей, и этот кризис, по мнению многих аналитиков, будет иметь далеко идущие последствия для всего человечества. Однако чрезвычайная ситуация, связанная с распространением коронавируса, отнюдь не отменяет остроту других международных конфликтов, в частности в Европе и на Ближнем Востоке, которые еще далеки от своего разрешения. Корреспондент РИА Новости в Риме Сергей Старцев попросил заместителя председателя Европарламента, одного из видных деятелей правящего в Италии "Движения 5 звезд" Фабио Массимо Касталдо рассказать о том, какими он видит перспективы восстановления полноценного партнерства между Евросоюзом и Россией, отмены антироссийских санкций, а также урегулирования наиболее острых мировых кризисов.
— Несколько дней назад в условиях пандемии COVID-19 Италия отметила 75-ю годовщину освобождения, а вскоре весь мир будет отмечать юбилей Победы над фашизмом во Второй мировой войне. Президент России Владимир Путин не раз говорил о необходимости защищать правду об этой войне и противостоять попыткам фальсификации исторических фактов. Разделяете ли вы такую позицию? Ожидаете ли вы, что руководители стран ЕС примут участие в праздновании 75-летия победы в Москве?
— Не знаю, все ли лидеры примут участие в торжествах по случаю годовщины, но искренне надеюсь, что в случае если чрезвычайные условия, связанные с COVID-19, позволят ее отметить, премьер-министр Джузеппе Конте примет участие, потому что это может быть прекрасная возможность для укрепления диалога между Италией и Россией.
Защита памяти и правды в том, что касается исторических событий, это важный аспект, выходящий далеко за пределы событий Второй мировой войны. Будучи человеком, страстно увлеченным историей, я думаю, что первостепенно важно всегда и в любом случае защищать правду и избегать опасной ревизионистской политики, к которой порой прибегают по внутриполитическим соображениям. Возможно, именно этот аспект меня более всего беспокоит: то, что историю иной раз используют для собственной выгоды и что часто исторические факты интерпретируют и используют в собственных целях, начиная бесконечную полемику и перепалку. История не стоит на чьей-то стороне. Она не может быть изменена по собственному усмотрению, но должна изучаться, чтобы избежать повторения одних и тех же ошибок.
— Вы уже коснулись чрезвычайной ситуации, связанной с пандемией COVID-19. Безусловно, сегодня это наиболее острая международная проблема, однако пока не видно каких-то крупных инициатив по ее решению на глобальном или европейском уровне. Более того, складывается впечатление, что каждая страна пытается противостоять этой угрозе самостоятельно. Что вы можете сказать на этот счет?
— Думаю, что подход к этому кризису на международном уровне, по крайней мере на его начальной стадии, продемонстрировал полное отсутствие дальновидности при традиционном планировании и принятии решений со стороны политиков. Он подчеркнул неспособность видеть мир в глобальном плане, что необходимо при новой конфигурации международной системы, которая более не лимитирована барьерами и физическими границами.
Чрезвычайная ситуация, связанная с COVID-19, показала слабость международного сообщества, его почти полную неготовность перед лицом недооцененной, а порой даже высмеянной биологической угрозы. Это предопределило опоздание в реакции со стороны многих правительств и, как следствие, огромную растерянность и неспособность к координации, которые ускорили деструктивное воздействие вируса.
Однако в данном случае в известном смысле проявилась солидарность скорее между народами, нежели между государствами, с обменом конкретной помощью, медицинским персоналом, ноу-хау и медоборудованием. Когда Италия оказалась одной из стран, в наибольшей степени пораженных COVID-19, не все остались безучастны, а многие страны, в том числе Китай, Россия, Куба и Албания, протянули руку нашей стране, предоставив необходимую помощь, за что мы чрезвычайно благодарны.
Перед необходимостью обновления многосторонности в ситуации, которая показала важность многосторонних механизмов, позволяющих разрешать экзогенные кризисы общими усилиями и структурированным образом, пандемия, похоже напротив, в слишком многих случаях породила сильную закрытость, восстановив границы вместе с неподдельной националистической риторикой.
Пандемия COVID-19 поразила мир неожиданным образом, и отсутствие координации при принятии мер, конечно же, не помогло сдерживанию вируса. В то же время она показала нам слабость государств-наций в глобализированном мире. Остается надеяться, что этот кризис всех чему-то научил и что этот урок поможет нам смоделировать более скоординированную и солидарную международную систему.
— Вы только что упомянули о российской помощи Италии во время пандемии. В итальянской печати возникла полемика по поводу того, насколько полезна эта помощь. Что вы думаете по этому поводу?
— Я хотел бы выразить глубокую благодарность Российской Федерации и всем другим государствам, которые решили оказать нам помощь, каждое в соответствии со своими возможностями. Полагаю, что полемика, вспыхнувшая по поводу реальной пользы от этой помощи, является неуместной.
Проявление альтруизма, жест помощи всегда нужно ценить, и еще в большей степени в момент серьезных трудностей, особенно перед лицом того факта, что не все наши партнеры, в том числе в ЕС, продемонстрировали, по крайней мере вначале, ту же готовность и тот же порыв. Это горькие размышления, которые не могут не печалить всех тех, кто, как я, глубоко верит в европейскую интеграцию, основанную на солидарности.
— На протяжении последних лет вы в качестве зампреда Европарламента имели возможность лично принимать участие в разработке политики Евросоюза. Как вы могли бы охарактеризовать нынешние отношения между ЕС и Россией? Есть ли в настоящее время реальные перспективы возврата к всеобъемлющему сотрудничеству?
— В последние годы отношения между ЕС и Россией были очень напряженными: присоединение Крыма, напряженность в Восточной Украине, санкции и контрсанкции между Россией и ЕС скомпрометировали существовавший ранее статус-кво, прервав стратегическое партнерство, которое могло бы привести к новому глобальному соглашению, основанному на разделяемых нами ценностях и интересах (Отношения РФ и западных стран ухудшились в связи с ситуацией на Украине и вокруг Крыма, который воссоединился с Россией после референдума на полуострове. Запад, обвинив РФ во вмешательстве, ввел против нее санкции, Москва приняла ответные меры, взяла курс на импортозамещение и не раз заявляла, что разговаривать с ней на языке санкций контрпродуктивно. Россия неоднократно заявляла, что не является стороной конфликта на Украине и субъектом минских соглашений по урегулированию. В последнее время в странах ЕС все отчетливее звучат мнения о необходимости отмены санкций против РФ. – Прим. ред.).
Я по-прежнему убежден в том, что ЕС и Россия целиком и полностью заинтересованы в сотрудничестве, причем не только по причине их географической близости. С коммерческой точки зрения мы взаимозависимы с Российской Федерацией, которая является четвертым по значению торговым партнером ЕС, тогда как ЕС укрепилась в роли первого партнера Москвы. А ко многим досье международной политики, важным для ЕС, нельзя подойти, не принимая во внимание российскую роль.
В эти годы мы наблюдали сосуществование между экономической взаимозависимостью и политическим столкновением, которое объяснялось не только возникшей напряженностью, но и различиями во взглядах внутри самого ЕС. Это привело к тому, что российское руководство начало отдавать приоритет двусторонним отношениям с отдельными государствами, нежели отношениям с ЕС как с единой реальностью, подтачивая даже те ограниченные результаты, которых ЕС достиг вначале.
Отметив это и принимая во внимание, что мы хотя бы отчасти имеем общие цели и переживаем период, когда США все более ставят под вопрос мировой многосторонний порядок, а Китай имеет свою персональную стратегическую повестку дня, которой он с большой решительностью следует как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе, полагаю, что принципиально важно будет вернуться к общению и сотрудничеству с Россией. Это пошло бы на пользу нам обоим.
Россия играла ключевую роль в основных международных сценариях последнего десятилетия, таких как в Сирии, в Ливии и в Венесуэле. Сегодня для Евросоюза становится исключительно важным вновь выступить в роли моста между Россией и остальными странами Запада для того, чтобы содействовать разрядке и фундаментальному диалогу по безопасности (и не только энергетической) и стабильности обеих сторон и всего мира.
— Два года назад в беседе с РИА Новости вы сказали, что некоторым странам ЕС надо набраться мужества и использовать свое право вето в отношении антироссийских санкций. Этого не произошло. Существует ли сегодня реальная возможность отмены антироссийских санкций ЕС?
— Это не просто. Как известно, санкционные рамки, предписанные США и ЕС, являются прямым следствием присоединения Крыма и напряженности в Донецкой и Луганской областях. И несмотря на некоторые шаги вперед, как, например, обмены пленными между Москвой и Киевом, эта ситуация существенно не изменилась до сих пор. Более того, она остается исключительно сложной и деликатной. На Украине новое правительство, в октябре 2020 года предстоит ключевой момент, связанный с местными выборами и тем, как они должны пройти в сепаратистских регионах. Соглашениям "Минск-2" исполнилось пять лет, но они так и не были реально имплементированы. Но даже в их тексте предусматривается скорее прекращение огня, а не подлинный мирный договор. В общем, многое изменилось за последние годы, и, возможно, следовало бы также внести поправки в соглашения, приспособив их к новой реальности, что допускает и министр иностранных дел Украины Вадим Пристайко.
Поэтому дискуссия о расширении, ослаблении или даже о полной отмене санкций будет оставаться темой для обсуждения на международной и европейской дипломатической арене. Италия неоднократно высказывалась против санкций, как и Венгрия, Греция, Франция, Кипр, Словакия и Германия. На самом деле правда состоит в том, что Россия нуждается в инвестициях и технологиях ЕС так же, как Евросоюз нуждается в гарантиях стабильного снабжения сырьем.
Санкции, понимаемые как сдерживающий фактор, в большинстве случаев показали свою неэффективность и нанесли серьезный ущерб различным отраслям экономики, оказав негативное воздействие на целые группы незащищенных людей, которые не имеют никакого отношения к кризису. Так что это не произойдет с сегодня на завтра, но думаю, что этот статус-кво не является ни устойчивым, ни выгодным как для Евросоюза, так и для РФ. Требуются дальнейшие шаги вперед и со стороны Москвы, иначе, боюсь, эту ситуацию действительно будет трудно разблокировать в короткие сроки.
— Осенью прошлого года президент Путин обратился ко всем лидерам стран НАТО и других государств с предложением договориться о моратории на развертывание ракет средней и меньшей дальности. Как вы относитесь к данной инициативе, выдвинутой в ситуации, когда США вышли из ДРСМД? Не стоит ли Европе серьезно озаботиться тем, что в сложившейся ситуации риски для континента возрастают многократно?
— Да, я полностью согласен. Баллистическое ядерное оружие – это экзистенциальная угроза глобальной безопасности, которой Европа подвержена в значительно большей степени, чем другие регионы.
Выход США из исторического Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, подписанного Михаилом Горбачевым и Рональдом Рейганом и положившего конец холодной войне, является опасным шагом назад в сдерживании ракетной угрозы и на пути к безопасности и глобальному миру. Однако было бы некорректно обвинять в провале этого договора только Соединенные Штаты: в этом есть ответственность и России, я имею в виду разработку ракет 9M729, которые, по мнению НАТО и США, нарушают лимит в 500 километров максимальной дальности, предписанной договором (В начале 2019 года Вашингтон объявил об одностороннем выходе соглашения из между СССР и США о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, обвинив Россию в его длительном нарушении. В июле 2019 года президент РФ Владимир Путин подписал закон о приостановлении договора. Москва и Вашингтон регулярно обвиняли друг друга в нарушении ДРСМД. Россия неоднократно заявляла, что строго соблюдает свои обязательства по договору. Глава МИД РФ Сергей Лавров говорил, что у Москвы есть весьма серьезные вопросы к США по поводу выполнения договора самими американцами. По его словам, обвинения США о нарушении Москвой ДРСМД голословны, ракета 9М729, которая вызывает у Вашингтона подозрения, была испытана на разрешенную договором дальность. – Прим. ред.). Считаю, что в этой ситуации для сторон было бы более ответственным сесть за стол переговоров и найти решения, которые бы не привели к концу договора.
К сожалению, это может быть лишь началом опасной спирали. Существует серьезный риск того, что новый договор по СНВ не будет действовать до срока своего истечения в 2021 году. Если бы это произошло, не было бы более законных ограничений, связывающих американские и российские ядерные арсеналы.
Возможно, еще большую озабоченность вызывает то, что неспособность достичь соглашения между США и Россией может создать опасный прецедент в отношении Договора о нераспространении ядерного оружия, пятилетняя ревизия которого будет обсуждаться в этом году. Существует опасность того, что государства-участники договора могут посчитать две державы, нарушающими статью VI (она обязывает "вести переговоры в духе доброй воли"), и, в свою очередь, выйти из договора.
ЕС полностью отдает себе отчет в том, какие последствия имела бы новая гонка ядерных вооружений для континента. У Европы уже есть опыт существования в качестве поля боя, на котором другие сверхдержавы бросают друг другу вызов, поэтому мы работаем над позицией ЕП с тем, чтобы представить сильную и сплоченную европейскую позицию.
Прежде всего в наших интересах обеспечить вступление в силу Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, которое представляет собой единственный возможный шаг в направлении глобального ядерного разоружения. Для вступления в силу этого договора необходима ратификация со стороны Китая, Египта, Ирана, Израиля и США, а также подписание и ратификация Северной Кореей, Индией и Пакистаном. Он сделал бы невозможным испытание новых ядерных вооружений, заморозив состояние технологического развития ядерных арсеналов, не давая новым государствам заполучить этот тип оружия, а также снижая потенциал существующих арсеналов, который сохраняется в том числе и благодаря периодическим испытательным взрывам. Речь идет, безусловно, о цели, которую исключительно трудно достичь, однако думаю, что важно всегда быть очень амбициозными и обсуждать эти темы в многостороннем плане, вовлекая в это максимально большое количество стран.
— Последнее развитие событий на Ближнем Востоке не дает серьезных оснований для оптимизма. По понятным геополитическим и историческим причинам для Италии особенно важна ситуация в Ливии. Как вы видите перспективы урегулирования этого острого конфликта? Что может и намерен сделать для этого ЕС? И как вы оцениваете роль России в разрешении ливийского кризиса?
— Ливийская ситуация исключительно сложна и оказывает воздействие на региональную стабильность и на весь Евросоюз. Мы часто говорим, что решение может быть только политическим, а не военным. Понимаю, что иногда это может звучать как слоган, но речь идет о местной реальности, как это очевидно после многих лет столкновений, в результате которых не появился и не мог появиться настоящий победитель.
Разрешение конфликта должно обязательно исходить из желания сторон сесть за стол переговоров под патронатом ООН, чтобы найти политическое решение этого кризиса. Первым шагом на этих переговорах должно стать прекращение огня посредством механизмов, которые, в отличие от прошлого, гарантировали бы его исполнение. Исключительно важно, чтобы стороны встречались в формате 5+5 в Женеве и прежде всего признали необходимость прекращения огня.
С европейской точки зрения то, что мы можем сделать, это сохранить монолитную позицию, единство намерений и поддержать высокого представителя, специального посланника и процесс ООН, используя имеющиеся дипломатические средства, чтобы оказать давление на всех третьих участников с тем, чтобы они прекратили подпитывать ливийский конфликт, предоставляя оружие и людей.
Операция IRINI, запущенная ЕС, чтобы имплементировать эмбарго на оружие, решение о котором было принято ООН, является важным шагом в этом направлении, но необходимо отдавать себе отчет, что она не будет решающей. Морская блокада, как бы она ни была важна и хорошо осуществлена, действительно не исключает возможности поставок вооружений по другим каналам, например, по воздуху или по земле. Вот по этой причине и остается существенным политический процесс. Сказав это, я более чем уверен, что командующий операцией адмирал Фабио Агостини сделает прекрасную работу, благодаря известному во всем мире совершенству ВМС Италии, которое уже было продемонстрировано адмиралом Энрико Кредендино, командовавшим предыдущей операцией "София".
Что касается России, скажу очевидную вещь: необходимо вовлечь ее в процесс. Если верно, что переговоры должны вестись между двумя сторонами, то так же верно, что нельзя реалистически думать о решении, которое бы не учитывало роль различных участников, присутствующих на месте. Европейские усилия должны состоять в том, чтобы убедить всех этих участников поддерживать процесс нейтральным образом, а не того или иного из противников.
Принимать близко к сердцу будущее ливийского народа для всех вовлеченных региональных и глобальных держав, какими бы ни были их симпатии, означает необходимость, более того, политический и моральный долг — дать понять всем противоборствующим группировкам, что военная победа не устойчива. Она оставила бы неразрешенными те глубокие проблемы, которые мешают примирению национального ливийского сообщества и восстановлению государственной сущности, способной выполнять свои функции. Замена одной группировки на другую, одной сильной личности на другую в лучшем случае приведет к воссозданию аналогичного кризиса через несколько лет. В худшем же случае она доведет эти измученные территории до состояния перманентной нестабильности, подпитывая и так значительную слабость макрорегиона Сахель, который сам по себе уже является субъектом не только климатической, но и политической эрозии и пронизан нелегальным траффиком и неконтролируемыми потоками.
— Еще одной острой проблемой на Ближнем Востоке по-прежнему остается Сирия. В этой стране, в частности в провинции Идлиб, по-прежнему не прекращаются боевые действия. Москва поддерживает идею о проведении встречи в стамбульском формате (Россия, Турция, Германия, Франция) по сирийскому урегулированию. Есть ли у EC единая позиция по данной проблеме?
— Позиция ЕС была изложена 1 марта в заявлении Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности и подтверждена Советом по иностранным делам 6 марта. Ясно, что и в этом контексте государства-члены должны делать все, чтобы поддержать европейское единство намерений и выполнить свою часть, как это, кстати, указано в заявлении.
В настоящее время раздираемая войной Сирия борется с распространением COVID-19, и в том числе благодаря дипломатической работе Кремля, силы Башара Асада не нарушили прекращение огня в Идлибе.
Кроме того, похоже, со стороны Турции обнаруживается большее стремление к сотрудничеству. Уже в течение многих дней турецкие вооруженные силы пытаются уничтожить членов сирийского крыла "Аль-Каиды"*, которые блокируют автотрассу М4 Латакия-Алеппо. Это делается, чтобы позволить выполнение совместного с Россией патрулирования по маршруту, который установлен соглашением, достигнутым 5 марта в Москве.
С другой стороны, в конфликте, кажется, открывается новая тревожная глава. Все более агрессивная Турция посредством операции "Весенний щит" публично выразила намерение начать сражаться с Ираном в так называемом Сираке, где ее интересы совпадают с интересами Израиля, который в последние недели активизировал свои рейды в центральной и южной Сирии против иранских позиций и баз или отрядов, которые считаются близкими к Ирану.
Спустя девять лет после начала конфликта мир в Сирии все еще кажется невозможным. Считаю, что большая часть ответственности коренится также в поведении Анкары и ее геополитических амбициях, которые дестабилизируют весь Средиземноморский бассейн. Поэтому я считаю основополагающим как можно скорее возобновить диалог между Россией, Турцией и ЕС.
Мне бы лично хотелось, чтобы на будущих встречах по Сирии был бы также Европейский союз. Не сомневаюсь, что Германия и Франция донесут согласованное на уровне ЕС послание, но считаю, что если мы действительно намереваемся иметь более геополитическую Европейскую комиссию и Евросоюз с большей стратегической автономией, пришло время для ЕС взять на себя большую ответственность и более активно участвовать в процессе.
— Италия давно пытается внести изменения в миграционную политику ЕС. Кое-что на этом направлении Риму удалось сделать. Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию в этой области? Сможет ли ЕС выработать общую и эффективную политику по проблеме миграции?
— Европа может и должна найти общую линию, которая будет эффективной в управлении миграционными потоками и в то же время будет гарантировать соблюдение международных нормативных предписаний, касающихся гуманитарных чрезвычайных ситуаций.
Прежде всего необходимо сделать это быстро, учитывая новые вызовы, как, например, использование в собственных целях мигрантов, осуществляемое Турцией в последние месяцы, и другие предполагаемые вызовы ближайшего будущего. На Африканском континенте в ближайшие годы произойдет беспрецедентный демографический бум, который будет сопровождаться повышением температуры по причине глобального потепления и, вероятно, острым продовольственным кризисом, если не удастся сдержать угрозу саранчи, которая уже пожирает часть континента.
Европейский союз не готов управлять этими вызовами, а политика сдерживания терпит неудачу, причем за это платится высокая цена в человеческом, политическом и экономическом плане.
Уже многие годы говорится о конкретных мерах, которые затем не принимаются. О надежных и законных маршрутах для тех, кто ищет спасения в Европе, о быстрых и эффективных механизмах для обеспечения высадки и распределения людей, спасенных в море, об усилении программ гуманитарного приема и воссоединения семей и о пересмотре положений Дублинского регламента, касающихся рассмотрения запросов на предоставление убежища. Надеюсь, что эти темы вновь станут приоритетными в ЕС и наконец будут рассмотрены с надлежащей серьезностью.
Наше "Движение 5 звезд" всегда боролось за Европу в этом направлении и не безрезультатно. Председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен лично взяла перед нами обязательство работать над пересмотром Дублинской системы в духе солидарности. Мы будем добиваться выполнения этого обещания.
* Запрещенная в России террористическая группировка
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам внеочередного совещания глав внешнеполитических ведомств государств БРИКС, Москва, 28 апреля 2020 года
Спасибо, что участвуете в наших возобновившихся встречах, которые пока проходят в режиме онлайн. В наших интересах рассказывать вам о той работе, которую мы и в этих условиях продолжаем вести с нашими зарубежными партнерами.
Только что по инициативе Российской Федерации состоялась очень содержательная видеоконференция министров иностранных дел стран-участниц БРИКС. В этом году мы являемся председателями в этой Организации. В условиях, когда целый ряд мероприятий вынужденно откладывается по причине распространения коронавирусной инфекции, мы решили провести внеочередное заседание БРИКС, чтобы посмотреть, какой вклад в международные усилия по борьбе с этой угрозой могут внести пять наших стран. Эта видеоконференция не отменяет основного, полноценного заседания Совета министров иностранных дел «пятерки», которое запланировано на июнь. Пока мы эти сроки сохраняем, но, разумеется, при необходимости будем их корректировать, если того потребует эпидемиологическая ситуация.
Как я уже сказал, сегодня мы говорили о задачах наших государств в борьбе с коронавирусом. Наши партнеры признали, что инициатива Российской Федерации была своевременной. Разговор получился полезным. Разумеется, прежде всего, обсуждали задачи повышения эффективности усилий наших стран по пресечению угрозы коронавируса.
Говорили о механизмах совершенствования обмена опытом, информацией, об оказании взаимопомощи друг другу, о задействовании многосторонних механизмов.
Кроме непосредственных задач борьбы с этой инфекцией, проанализировали влияние текущего кризиса на систему международных отношений. Констатировали безальтернативность поиска коллективных ответов на любые возникающие в этой связи вызовы, безальтернативность многостороннего подхода и равноправного, без политизации, сотрудничества суверенных государств в решении всех актуальных вопросов сегодняшней повестки дня. Данным усилиям (об этом подробно говорилось на нашем заседании) мешают нелегитимные, односторонние, принудительные меры –т.н. «санкции», которые вводятся в обход Устава ООН, Совета Безопасности ООН, вразрез с международным правом. В сегодняшней ситуации подобные односторонние ограничительные меры, которые, подчеркну еще раз, нарушают международное право, мешают в борьбе с пандемией коронавирусной инфекции, наносят существенный урон социально-экономическому развитию соответствующих государств.
Мы поддерживаем призыв Генерального секретаря ООН А.Гутерреша, Верховного комиссара ООН по правам человека М.Бачелет к тому, чтобы введенные в обход Организации Объединенных Наций односторонние санкции были, как минимум, приостановлены, а в идеале – отменены с тем, чтобы мы могли более эффективно реагировать на требования времени.
Также говорили о дополнительных шагах БРИКС по углублению пятистороннего партнерства на площадках международных структур, в том числе в ООН, «Группе двадцати», во Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), во Всемирной торговой организации (ВТО), в Международном валютном фонде, во Всемирном банке, а также в других структурах.
Наша общая позиция заключается в том, что партнерство стран БРИКС в этих механизмах должно способствовать повышению роли и ответственности институтов глобального управления и их дальнейшей демократизации. Они должны отражать интересы большинства, а в идеале –всех стран мира.
Среди других мероприятий, которые мы сегодня обсуждали, – деятельность Нового банка развития БРИКС. В рамках банка принято принципиальное решение о создании специального кредитного инструмента для финансирования проектов по экономическому восстановлению в странах БРИКС. Совокупно на эти цели предполагается направить до 15 млрд долл.США. Считаем, что это должно быть очень хорошим подспорьем на этапе выхода экономик наших государств из кризисного состояния и возобновления полноценной хозяйственной деятельности.
Российская Федерация проинформировала о тех конкретных идеях, которые мы подготовили в плане совместного реагирования на кризис, вызванный вспышкой коронавирусной инфекции. Это достаточно объемный пакет мер, касающийся не только сферы здравоохранения, но и экономики, торговых обменов, финансовой устойчивости, поддержки занятости. В ближайшее время мы «положим на бумагу» все эти идеи. Договорились, что мы их вынесем на предметное обсуждение на предстоящих встречах профильных ведомств наших пяти стран.
Наша общая оценка переживаемых международным сообществом перемен заключается в том, что возрастает риск появления новых разделительных линий, конфликтов, риск увеличения разрыва между бедными и богатыми странами. Мы видим, как стремительно повышается значение новых технологий, прежде всего, в информационной сфере, что делает еще более актуальными известные инициативы, которые Россия продвигает в ООН, – об обеспечении международной информационной безопасности и о разработке универсального инструмента по борьбе с киберпреступностью.
В целом, мы сегодня тоже это подчеркнули, многосторонние институты и сами национальные государства проходят своего рода тест на состоятельность, на то, что мы называем профессиональной пригодностью. Принципиально важно во всех этих событиях не пытаться гнаться за сиюминутной электоральной или какой-то иной конъюнктурой в стремлении политизировать ту или иную проблему, а видеть задачу всего нашего сообщества в объединении усилий для того, чтобы обеспечить максимально позитивный исход наших нынешних усилий для стран «пятерки» и, прежде всего, для граждан.
Вопрос: Будут ли страны БРИКС совместно работать над созданием вакцины от коронавируса? Об этом говорилось еще в Уфимской декларации 2015 г., но будет ли сейчас вестись реальная работа в этом направлении? Сообщила ли Индия сроки поставки в Россию гидроксихлорохина?
С.В.Лавров: В декларации саммита в Уфе в 2015 г., о которой Вы упомянули, ставилась задача начать совместными усилиями заниматься разработкой и применением вакцин, в том числе от коронавирусных инфекций. Эта задача, сформулированная в то время в политической плоскости, была конкретизирована в 2018 г., когда очередной саммит БРИКС состоялся в Йоханнесбурге. В документах йоханнесбургского саммита содержится договоренность о создании соответствующего пятистороннего механизма.
Сегодня мы проанализировали эту ситуацию и приняли решение подчеркнуть необходимость скорейшего воплощения в жизнь этой договоренности и создания такого механизма.
Что касается других вопросов, включая поставки вакцин, этим занимаются соответствующие ведомства: Министерство промышленности и торговли, Министерство здравоохранения России. Завтра по конференцсвязи состоится совещание экспертов по экономике стран БРИКС, а 7 мая с.г., опять же по видеосвязи, будут встречаться эксперты министерств здравоохранения. Думаю, что конкретные аспекты сотрудничества, о которых Вы упомянули, будут обсуждаться там. Мы постараемся держать Вас в курсе.
Вопрос: Готовы ли страны БРИКС взять на себя долю США во Всемирной организации здравоохранения после того, как Вашингтон принял решение приостановить ее финансирование?
С.В.Лавров: Наше общее мнение, что Всемирная организация здравоохранения – это очень важный инструмент. Сейчас она является уникальной площадкой, куда стекается вся информация, факты, имеющиеся в наличии у различных государств. Это структура, в которой собраны лучшие профессионалы из всех стран без исключения, в том числе и из США.
Как основной плательщик в бюджет ВОЗ США имели наиболее крупную квоту своих специалистов в Секретариате этой организации. Сами взносы в ВОЗ делятся на обязательные и добровольные. Как я понимаю, Вашингтон приостановил выплату добровольных взносов, а обязательную часть, которую требуется платить, чтобы иметь право голоса в этой организации, США сохраняют и продолжают выплачивать.
Что касается компенсаций. Поскольку речь идет о добровольности (а США притормозили именно добровольные взносы), здесь трудно сказать, кто и каким образом собирается поддерживать Всемирную организацию здравоохранения. Китай, например, объявил о дополнительном выделении в бюджет ВОЗ 30 млн долл.США. У нас, независимо от решения США, существует традиция поддержки деятельности ВОЗ на различных направлениях. Когда была вспышка лихорадки Эбола, при содействии и решающей роли России была выработана вакцина, созданы специальные институты в африканских странах, которые взяли на себя главный удар этой лихорадки. Мы продолжим оказывать поддержку Всемирной организации здравоохранения, независимо от того, как те или иные страны будут пытаться выражать свое отношение к ее деятельности.
Вопрос: Согласованы ли дата проведения онлайн-саммита глав «пятерки» государств – постоянных членов СБ ООН и итоговое заявление лидеров?
С.В.Лавров: Видеоконференцию лидеров стран – постоянных членов СБ ООН планируется посвятить теме коронавируса. Пока конкретной даты нет. Мы были готовы проводить это мероприятие на текущей неделе. Как я понимаю, у некоторых других стран есть необходимость дополнительно изучить ситуацию.
Вопрос: Недавно заместитель Министра иностранных дел Российской Федерации С.А.Рябков в интервью напомнил, что еще в 2015 году на саммите БРИКС в Уфе в итоговой декларации было упоминание о том, что нам нужно обратить внимание на взаимодействие в борьбе с новыми коронавирусами. Что подтолкнуло Россию поднять эту тему пять лет назад? Что мы можем делать сегодня?
Какова Ваша оценка взаимодействия Китая и России в борьбе с коронавирусом?
С.В.Лавров: Вы думаете, что Россия раньше Б.Гейтса предсказала нынешнюю эпидемию?
Если серьезно, то уже в 2015 г. человечество сталкивалось с пандемическими угрозами, в том числе связанными с коронавирусом. Это и MERS – т.н. ближневосточный респираторный синдром, и SARS – тяжелый острый респираторный синдром. Ничего удивительного, что наши ученые, специалисты предвидели, что коронавирусы могут появляться вновь и вновь.
Как я уже сказал, сегодня мы подтвердили нашу заинтересованность в том, чтобы как можно скорее в соответствии с решениями саммитов в Уфе и Йоханнесбурге создать механизм по разработке и применению вакцины против коронавирусов.
Что касается нашей оценки взаимодействия России и Китая по борьбе с коронавирусом, то она самая высокая. С первых же дней этих событий мы предоставили помощь провинции Ухань в КНР, и, надеюсь, внесли свой определенный вклад в то, что в Китае достаточно быстро удалось совладать с этой угрозой. Сейчас Пекин оказывает содействие, в том числе и нашей стране, в подкреплении наших собственных усилий по пресечению распространения этой инфекции.
Как неоднократно подчеркивали по итогам своих контактов наши руководители, Президент России В.В.Путин и Председатель КНР Си Цзиньпин, мы продолжим взаимодействие, стратегическое партнерство во всех областях, в том числе уделяя особое внимание нынешним актуальным задачам по пресечению этой общемировой угрозы.
Вопрос: Почти в каждом ответе Вы упоминали какие-то совместные действия – сотрудничество в рамках БРИКС, просто двустороннее взаимодействие России и Китая в борьбе с коронавирусом. Это одна сторона, одно мнение. Другое мнение – в новом отчете европейского внешнеполитического ведомства. Там говорится, что Китай и Россия несут ответственность за распространение дезинформации о коронавирусе. Как возможен такой контраст? Что Вы на это скажете?
С.В.Лавров: Когда мы говорим о сотрудничестве с КНР, то приводим факты. Их множество. Они ни от кого не скрываются. Есть конкретные формы оказания содействия: поставки гуманитарных грузов, медикаментов, систем для тестирования, приезд медицинских специалистов, взаимные консультации и прочее.
Что касается заявлений Европейской внешнеполитической службы о дезинформации, которая якобы распространяется нашими странами по поводу всего, что происходит с коронавирусом, мне даже комментировать не вполне корректно, потому что ни единого факта, подтверждающего такие утверждения, нам не было предъявлено.
Собственно говоря, мы эти факты и не просим нам предоставить. Мы уже привыкли, что наши западные коллеги все чаще и чаще пытаются найти некие объединяющие их мотивы в вымыслах по поводу российской или какой-то иной угрозы. Мы до сих пор не получили ни единого факта в связи с обвинениями во вмешательстве в выборы в США, в проведении референдума по «брекзиту» в Соединённом Королевстве Великобритании и Северной Ирландии, в референдуме в Каталонии, не говоря уже про пресловутое «дело Скрипалей», про ситуацию с расследованием катастрофы с малазийским боингом (рейс MH-17). Сейчас нас обвиняют, что мы кого-то пытаемся отравить в Чехии неким веществом, которое кто-то привез в чемодане, и об этом известно соответствующим органам Чешской Республики, но почему-то этот чемодан никто никому не предъявляет.
Я отношусь к этому уже философски. Если ЕС нужны такого рода инсинуации для того, чтобы каким-то образом прикрывать свои внутренние проблемы, что мы можем с этим поделать? То, что за этим не стоит ничего конкретного, в этом можно убедиться, просто посмотрев на факты, которые регулярно публикуются о деятельности и действиях той или иной страны в связи с реакцией на коронавирус.
Вопрос: В связи с недавними высказываниями маршала Ливийской национальной армии Х.Хафтара, есть ли у России рычаги давления на него? Возможна ли в нынешней ситуации выработка коллективных мер по принуждению к миру и возврату к переговорам по ливийскому урегулированию? Насколько, на Ваш взгляд, опасны подобные заявления для дальнейшего урегулирования ливийского вопроса?
С.В.Лавров: Я бы не говорил здесь о каких-то рычагах давления, которые есть у России. У нас есть контакты со всеми, без исключения, действующими лицами ливийского конфликта: маршал Ливийской национальной армии Х.Хафтар, Председатель Президентского совета Ф.Сарадж, Председатель Палаты депутатов А.Салех и другие деятели, в том числе руководство Высшего Государственного совета. В соответствии с соглашением, заключенным в Схирате в декабре 2015 г., было создано много структур.
На всех этапах урегулирования ливийского кризиса, в ходе всех инициатив, которые в разное время выдвигали наши французские коллеги, итальянцы, ОАЭ (была созвана Международная конференция по Ливии в Берлине), мы предупреждали о необходимости, прежде всего, убедить конфликтующие стороны самим договориться о том, на каких условиях они могут решать проблемы своей страны, государственность которой была разрушена, напомню, в 2011 г. абсолютно противозаконной агрессией Североатлантического альянса. Мы всегда предостерегали от попыток навязывать ливийским сторонам документов и договоренностей, написанных без их непосредственного участия, так как нежизненность подхода такого рода была многократно доказана.
Сейчас мы сталкиваемся с повторением пройденного уже в отношении итогов Берлинской конференции. Когда на утверждение участников вынесли итоговый документ, Президент России В.В.Путин специально поинтересовался, поддерживают ли этот документ конфликтующие стороны, прежде всего, Х.Хафтар и Ф.Сарадж. Нам было сказано, что эта задача будет решаться впоследствии. Мы предупредили, что без ярко выраженного согласия ливийских сторон шансов на то, что эти договоренности, достигнутые в кругу внешних игроков, будут жизнеспособными, немного. К сожалению, все подтвердилось. Но это не означает, что конфликтующие стороны должны сейчас выступать с агрессивными заявлениями, объявлять о каких-то односторонних решениях и отказываться от ведения межливийского диалога.
Мы не одобряли недавние заявления Ф.Сараджа, отказывавшегося разговаривать с Х.Хафтаром. Не одобряем заявления о том, что теперь Х.Хафтар будет единолично решать, как жить ливийскому народу. Ни то, ни другое не помогает найти устойчивый компромисс, без которого невозможно выйти из этой ситуации.
На контрасте отмечу заявление, прозвучавшее буквально на днях, но которое, почему-то, мало привлекло внимание СМИ. Председатель Палаты депутатов Ливии А.Салех призвал к национальному диалогу, высказался за то, чтобы этот диалог был нацелен на формирование общих органов власти, в которых равномерно, равноправно обеспечивалось бы представительство трех ключевых районов Ливии. Это ровно то, о чем мы все эти годы говорили: сами ливийцы должны найти общеприемлемые для них подходы сначала к выстраиванию диалога, а затем и к обустройству своего нового государства. Внешние игроки должны всячески поддерживать такие подходы. Надеюсь, уроки, извлеченные из предыдущих попыток, окажутся полезными, и мы все-таки будем продвигаться именно в направлении поощрения самих ливийцев к разговору и поиску компромисса.
В этой связи не могу не упомянуть о том, что пост Специального представителя Генерального секретаря ООН по ливийскому урегулированию остается вакантным уже не один месяц. Г.Саламе вложил много усилий в выполнение своего мандата, но, к сожалению, эти усилия не увенчались успехом, и он ушел в отставку. Считаю, что для Генерального секретаря ООН А.Гутерреша абсолютно необходимо в самое ближайшее время назначить нового спецпредставителя. По общему убеждению, это должен быть представитель африканского региона. Такие кандидаты есть, мы их хорошо знаем. Это опытные люди, пользующиеся авторитетом. Призываем Генсекретаря ООН как можно скорее заполнить эту вакансию и назначить нового спецпредставителя, чтобы процесс не тормозился.
![Главное](/images/star.png)
«Пока кто-то не погибнет»: Хафтар объявил себя правителем Ливии
Как действия Хафтара повлияют на конфликт в Ливии
Глава Ливийской национальной армии Халифа Хафтар объявил себя единоличным правителем Ливии, отказавшись от признания Правительства национального согласия. Его действия осудили в Москве и Брюсселе, однако оказать решающее влияние на ситуацию в стране внешние игроки не в состоянии. Аналитики считают, что ливийский конфликт ждет многолетняя заморозка.
Европейский союз считает, что решение фельдмаршала Халифы Хафтара провозгласить себя единоличным правителем Ливии не будет способствовать урегулированию в этой стране. Об этом сообщил представитель внешнеполитической службы ЕС Петер Стано.
По его словам, Евросоюз не будет признавать какие-либо «попытки продвинуть односторонние действия», поскольку они «не приведут к устойчивому решению конфликта».
«Призываем всех акторов, всех, кто имеет влияние на эти стороны, усилить давление, чтобы они прекратили боевые действия и приступили к поиску политического решения. Это необходимо стране и ее населению», — сказал Стано.
Представитель ЕС отдельно отметил поддержку соглашения 2015 года, о прекращении действия которого заявил Хафтар.
Схиратские соглашения 2015 года предусматривали создание Правительства национального согласия (ПНС) Ливии. Документ был призван заложить основы политического урегулирования в Ливии, но эти планы так и не были реализованы, как бы ни старались внешние спонсоры — Тунис, Италия, Алжир и спецпредставители ООН.
По заверениям Стано, это соглашение остается в силе для поиска политического решения и любые изменения в него могут быть приняты только в результате межливийского диалога.
Однако Хафтар еще в конце августа призывал страну отказаться от следования букве этого документа. Будучи главой Ливийской национальной армии (ЛНА), он заявил, что именно подвластная ему структура будет работать над созданием гражданских и государственных институтов, продолжая освобождать ливийский народ.
Как отметил в разговоре с «Газетой.Ru» президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский, новости в сегодняшнем заявлении Хафтара нет.
Фельдмаршал описывает нынешнюю ливийскую реальность, в которой уже две недели продолжаются активные боевые действия.
«Хафтар всего лишь констатирует ситуацию резкого подъема военной активности турок и наемников из Сирии на стороне [главы ПНС Файеза] Сарраджа. А приостановка наступления Хафтара означает, что сейчас ОАЭ, Египет, Саудовская Аравия будут всерьез поддерживать его авиационными возможностями», — говорит эксперт.
На данный момент подконтрольная Хафтару ЛНА уже контролирует около 75% территории республики и пытается захватить Триполи, чтобы окончательно переломить ситуацию в свою сторону. В этом ей активно мешает Турция, которая еще в прошлом году заключила меморандум о сотрудничестве в военной сфере и о взаимопонимании по морским зонам с Правительством национального согласия, которое возглавляет Файез Саррадж. А в начале 2020 года турецкий парламент одобрил отправку военного контингента на ливийскую территорию в качестве поддержки.
Однако Турция вряд ли сможет переломить ситуацию в Ливии, считает Сатановский: «[Президент Турции Реджеп Тайип] Эрдоган завяз в Сирии. Рассчитывать на то, что Анкара пошлет серьезную военную помощь в Ливию, не приходится».
При этом активная поддержка Сарраджа со стороны Турции вынуждает других игроков как минимум воздержаться от решительных действий в отношении Хафтара.
Дело в том, что Анкаре необходим ПНС для того, чтобы выйти на ливийский газо- и нефтеносный шельф. Это позволило бы Турции всячески мешать реализации газовых и нефтяных проектов всех остальных заинтересованных сторон. Это уже сплотило против Турции Египет, ОАЭ, Мальту и Италию, которая традиционно поддерживала Сарраджа.
Однако говорить о том, что в таких условиях Хафтар однозначно сможет взять власть в стране, преждевременно. «Хафтар не может взять Триполи в условиях, когда на стороне Сараджа братья-мусульмане, боевики из Сирии и турецкие беспилотники. О наступлении на Тобрук и тем более на Бенгази тоже можно забыть», — полагает Евгений Сатановский.
В то же время ждать дополнительной поддержки Хафтару неоткуда. Россия, которую часто обвиняют в симпатиях к ливийскому фельдмаршалу, выступила с критикой его действий. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что Москва считает политико-дипломатическое урегулирование ситуации в Ливии единственным возможным путем разрешения конфликта.
В Кремле уверены, что урегулирование возможно лишь при дипломатическом общении между сторонами конфликта, отметил Песков. Он добавил, что российская сторона поддерживает контакт со всеми сторонами.
А глава российского МИД Сергей Лавров в свою очередь отметил, что Москва не имеет возможности оказывать дипломатическое давление на командующего ЛНА.
«Я бы не говорил здесь о каких-то рычагах давления, которые есть у России, у нас есть контакты со всеми без исключения действующими лицами ливийского конфликта», — сказал Лавров.
Он также призвал генерального секретаря ООН Антониу Гутерриша как можно скорее назначить нового спецпредставителя по регулированию ситуации в Ливии, место которого не занято уже более месяца.
Кроме того, Лавров заявил о невозможности ООН найти решение, которое бы устраивало все стороны ливийского противостояния. В связи с этим он предложил доверить дальнейшую судьбу африканской страны ее гражданам.
«Мы не одобряем заявление о том, что теперь маршал Хафтар будет единолично решать, как жить ливийскому народу», — подчеркнул глава российского МИД.
Но в одиночестве Хафтар не окажется, уверен Евгений Сатановский. «Это невозможно — в него миллиарды вложены. За ним ОАЭ, Египет, Саудовская Аравия. За Сараджем — Катар и Турция. За Хафтаром — Франция, за Сарраджем — англичане. Американцы нейтральны, мы поддерживаем отношения со всеми участниками конфликта», — поясняет эксперт.
Нынешняя ситуация — патовая для всех сторон ливийского конфликта. Страну, вероятнее всего, ждет длительная заморозка конфликта, поскольку при нынешнем раскладе сил ни одна из сторон не может добиться окончательной победы. «Это все надолго. Как минимум, пока кто-то из этих двоих — Хафтар или Саррадж — не погибнет», — резюмирует эксперт.
![Главное](/images/star.png)
Как развязать корейский узел
Развитие ситуации в регионе по-прежнему вызывает тревогу у мирового сообщества.
В этом году исполняется 65 лет с момента, как закончилась корейская война 1950–1953 годов. Закончилась не миром, а перемирием. И эта ситуация сохраняется до сих пор, временами накаляясь, временами переходя в стадию разрядки. Почему так происходит и есть ли реальные пути решения корейской проблемы? На эту тему наш обозреватель беседует с руководителем Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Александром Жебиным.
– Александр Захарович, ситуация на Корейском полуострове и вокруг него находится, без преувеличения, в фокусе внимания всего мира. И это понятно: наблюдаемые здесь резкие обострения напряжённости чреваты самыми серьёзными последствиями не только для стран Восточной Азии, но и для других регионов. Напомните с позиций эксперта читателям, как завязался корейский узел?
– Конфликтная ситуация на Корейском полуострове порождена расколом Кореи в результате Второй мировой войны и продолжающимся после корейской войны 1950–1953 годов противоборством двух корейских государств. Каждое из них стремится к доминированию на полуострове и объединению его на собственных условиях. Это составляет внутренний аспект корейской проблемы.
Вместе с тем геополитическое положение Корейского полуострова, примыкающего к Китаю, России и находящегося рядом с Японией, всегда привлекало к себе внимание внешних сил. В частности, США никогда не стремились добиться действительной разрядки напряжённости и примирения в Корее. Для американцев было и продолжает оставаться выгодным поддержание определённого уровня напряжённости на полуострове. Это позволяет им оправдывать «северокорейской угрозой» сохранение уже на протяжении более полувека сил передового базирования вдоль границ России и КНР на Дальнем Востоке, держать в узде младших союзников – Японию и Южную Корею, а теперь и развёртывать в регионе элементы американской системы глобальной ПРО.
Весь этот комплекс факторов и породил один из острейших очагов международной напряжённости.
– В ходе прошедших Олимпийских игр две Кореи выступили единой командой, наметился межкорейский диалог. О чём, по-вашему, это свидетельствует?
– Север и Юг Кореи заинтересованы в том, чтобы снизить напряжённость, к которой привели угрозы США нанести удар по КНДР. Новая война стала бы катастрофой для обеих частей Кореи. Любое применение ядерного оружия на Корейском полуострове чревато превращением его в зону, непригодную для проживания человека. Это может случиться даже без использования оружия массового уничтожения. Например, в Южной Корее, площадь которой около 99 тыс. кв. километров, на АЭС работают 25 атомных реакторов. Если в случае войны часть из них будет разрушена обычными бомбами и ракетами, даже непреднамеренно, – ведь, как утверждают на Западе, северокорейские ракеты очень неточны, – то последствия появления на столь ограниченной территории (примерно равна нашей Ростовской области) 5–6 Чернобылей и Фукусим будут ужасающими. Кроме того, РК – страна с развитой химической индустрией. Разрушение крупных химических комбинатов теми же обычными боеприпасами также приведёт к страшной катастрофе.
А опасность такого развития ситуации, особенно во второй половине прошлого года, была. Причём настолько очевидной, что вынудила президента РК Мун Чжэ Ина заявить, что никакая война в Корее не может быть начата без согласия его страны. Более того, южнокорейский лидер призвал Вашингтон к прямому диалогу с Пхеньяном.
В свою очередь лидер КНДР Ким Чен Ын выступил инициатором проведения межкорейских переговоров. В новогоднем обращении к народу он пожелал успеха зимней Олимпиаде в южнокорейском Пхёнчхане, выразил надежду на участие в ней северокорейских спортсменов и допустил возможность проведения по этому вопросу переговоров между Пхеньяном и Сеулом.
Последовала череда различных встреч, в ходе которых была достигнута договорённость о проведении межкорейского саммита.
– Он состоится уже в эту пятницу в находящемся в демилитаризованной зоне между Севером и Югом местечке Пханмунджом, в расположенном в его южнокорейской части Доме мира. Причём для главы северокорейского государства это станет его первым визитом на южнокорейскую территорию с момента окончания войны между двумя странами в 1953 году. К чему, по вашему мнению, может привести эта встреча?
– Прежде всего хочу отметить, что возобновление диалога между Сеулом и Пхеньяном свидетельствует о том, что корейцы хотели бы играть более самостоятельную роль в определении своей судьбы. Правда, видят они её совершенно по-разному. Сеул уверен, что объединённая Корея будет представлять собой либеральную демократию с рыночной экономикой. Там рассчитывают добиться «мягкой посадки» северокорейского режима без широкомасштабного конфликта.
Пхеньян выступает за постепенное сближение двух систем в рамках конфедеративного государства. Причём решение этой проблемы северокорейские лидеры видят в условиях предоставления Вашингтоном гарантий безопасности их стране.
Южная Корея в конституции объявила весь полуостров своей территорией. А в Пхеньяне нередко именуют Южную Корею «временно оккупированной южной частью республики», то есть КНДР.
Естественно, свести эти подходы воедино тяжело, но возможно при наличии у сторон готовности к диалогу и поиску компромиссов. А они её в последнее время демонстрируют весьма активно. Во всяком случае, такое стремление декларируется публично и на высшем уровне.
– Сюда, несомненно, следует отнести решение Пхеньяна отказаться от ракетно-ядерных испытаний, которое совершенно неожиданно для многих было принято в прошедшую субботу…
– Я не сказал бы, что неожиданно. Это вполне ожидаемая мера, ведь ещё с прошлого года нет ни запусков ракет, ни ядерных испытаний. КНДР заявила, что будет вести себя как ответственное ядерное государство, в частности не передавать ядерное оружие третьим странам. Обещание не испытывать также очень важно, оно означает, что КНДР не будет совершенствовать свои ядерные заряды. В целом северокорейцы дают понять, что они будут соблюдать Договор о нераспространении ядерного оружия, оставаясь формально вне этого договора.
Президент Южной Кореи приветствовал северокорейское решение как «крупный шаг» на пути к денуклеаризации полуострова. По его словам, в настоящее время Пхеньян демонстрирует международному сообществу свою волю к полному отказу от ядерного оружия, а Республике Корея – свою готовность к проведению активного диалога. Мун Чжэ Ин подчеркнул необходимость положить конец режиму перемирия на Корейском полуострове, опубликовать декларацию о прекращении войны и двигаться к заключению мирного договора. Саммит покажет, согласятся ли с таким подходом северокорейцы, которые уже несколько десятилетий настаивают на заключении мирного договора с США, а не с Южной Кореей, так как последняя в 1953 году отказалась подписать соглашение о перемирии в Корее.
Естественно, пойдёт речь и о том, как возродить межкорейское экономическое сотрудничество. И это сложная задача, учитывая введённые в отношении КНДР санкции СБ ООН, которые фактически блокируют не только всю внешнеэкономическую деятельность этой страны, но и серьёзно затрудняют даже её гуманитарные и спортивные обмены.
Следует также отметить, что свобода рук официального Сеула сильно ограничена негативным отношением части южнокорейской элиты и особенно военных к самой идее улучшения отношений с Пхеньяном. Антикоммунистические предубеждения в РК настолько сильны, что согласие Мун Чжэ Ина откликнуться на мирные инициативы КНДР дало основание этим кругам открыто обвинить президента РК в том, что он является «розовым» и даже «красным».
Реагируя на эти выступления, Мун Чжэ Ин призвал своих оппонентов прекратить все спекуляции относительно предстоящего межкорейского саммита. «Весь мир следит за ситуацией, и весь мир надеется на успех. Поэтому прошу политические круги также остановить свои «боевые действия» по крайней мере на это время. Мы стоим на перекрёстке, где открывается путь к денуклеаризации не военными мерами, а мирным способом», – подчеркнул он.
Кроме того существуют ещё требования старшего союзника – США продолжать политику «максимального давления» на КНДР. Не учитывать в выстраивании диалога с Пхеньяном эту позицию США Мун Чжэ Ин не может.
Так что обеим сторонам на пути к миру, равноправному сотрудничеству и объединению предстоит устранить немало политических, правовых и институциональных барьеров и достичь взаимоприемлимого видения будущего единого государства.
– Вы сказали о позиции США. Её учитывает не только Сеул, но и Пхеньян. Ведь Северная Корея создавала свой оборонный потенциал, достаточный для нанесения противнику неприемлемого ущерба или угрозы самой возможности нанесения такого ущерба, чтобы не допустить повторения на полуострове иракского и ливийского сценариев смены неугодных Западу режимов. Да и нарушивший все нормы международного права, предпринятый без санкции Совета Безопасности ООН недавний ракетный удар США, Англии и Франции по Сирии наверняка добавил Пхеньяну аргументов в пользу его подходов к решению этой задачи. Тем не менее он пошёл на отказ от ракетно-ядерных испытаний. Почему?
– По большому счёту ответ на этот вопрос дали сами северокорейские власти. Как было объявлено в Пхеньяне, стране больше не требуется проводить ядерные испытания, а также испытания межконтинентальных баллистических ракет и ракет средней дальности, поскольку поставленные в этой области цели успешно достигнуты. Тем самым и миссия северного ядерного полигона также подошла к концу.
Отныне Северная Корея, как подчёркивается в сообщениях из Пхеньяна, сосредоточит все усилия на создании сильной социалистической экономики и мобилизации людских и материальных ресурсов страны, чтобы резко повысить уровень жизни людей.
Было также отмечено, что Пхеньян не будет использовать ядерное оружие, если против КНДР не будет ядерных угроз или провокаций. То есть можно предположить, что, отказавшись от новых испытаний, северокорейцы намерены сохранить (полностью или частично) уже созданный ими ракетно-ядерный потенциал, который и призван сдерживать возможные в будущем «ядерные угрозы и провокации».
Наконец, приняв такое решение, Пхеньян как бы сработал на опережение. Теперь Мун Чжэ Ин и тем более Дональд Трамп, требовавшие, чтобы КНДР практическими шагами подтвердила своё намерение денуклеаризироваться, стоят перед необходимостью сделать какой-то ответный ход, пойти на какие-то встречные шаги.
– И чего теперь следует ожидать от Вашингтона?
– Как известно, Дональд Трамп принял приглашение Ким Чен Ына на личную встречу. И сделал это практически единолично, без должного обсуждения с помощниками, за что его уже критикуют. Во всяком случае, отставка Рекса Тиллерсона с поста госсекретаря США и замена его директором ЦРУ Майклом Помпео была связана, как объявлено Белым домом, с желанием Трампа создать новую команду в преддверии переговоров с Ким Чен Ыном. А они, как сообщается, могут состояться в мае или начале июня.
О чём может пойти речь на этих переговорах? Предположения на этот счёт высказываются разные. Есть даже такие радикальные, как, например, то, что Трамп попытается включить КНДР в антикитайский альянс, формируемый Вашингтоном в Восточной Азии. И тем самым взять КНР в «клещи» – от Южно-Китайского до Жёлтого морей. В подтверждение возможности такого поворота говорится о том, что нынешняя ситуация, когда Северная Корея оказалась под мощнейшим внешним давлением, подталкивает Пхеньян к разыгрыванию любых кажущихся ему спасительными внешнеполитических комбинаций вроде предполагаемого «замирения» с США.
Конечно, учитывая нетрадиционные действия Трампа, от него можно ожидать всего. Тем более что он пообещал заключить с Ким Чен Ыном «величайшую сделку», не расшифровав, что он под ней понимает. Нельзя также не заметить, что в последние дни США демонстрируют некоторую динамику в выстраивании отношений с Пхеньяном. Так, установлен канал секретной связи между разведкой США и КНДР, появились сообщения о встрече представителей Вашингтона и Пхеньяна. Причём ключевую роль в подготовке встречи президента США Дональда Трампа и лидера КНДР Ким Чен Ына с американской стороны играет не госдепартамент, а ЦРУ.
В частности, в северокорейской столице с тайным визитом побывал директор ЦРУ Майкл Помпео. Кстати, этот визит состоялся буквально накануне принятия Пхеньяном решения об отказе от ракетно-ядерных испытаний. По словам американского президента, визит прошёл успешно. В его ходе прорабатывались детали саммита, главной темой которого станет денуклеаризация.
И всё же вряд ли Трамп сможет пойти на подписание мирного договора между США и КНДР и предоставить Северной Корее такие гарантии безопасности, которые будут сочтены в Пхеньяне убедительными. Американский президент не откажется и от требований, закреплённых в формулировке о «полном, проверяемом и необратимом демонтаже» всех ядерных программ КНДР. Ведь в этом случае на Трампа обрушится такая волна критики, с которой, несмотря на весь негатив, который сегодня приходится преодолевать его администрации, ему до сих пор ещё не пришлось сталкиваться. Да и конгресс не пропустит хотя бы близкое к тому соглашение.
– Есть ещё один важный игрок в регионе. Это КНР. Какова, на ваш взгляд, специфика китайского подхода к проблеме двух Корей?
– Для КНР, как по военно-стратегическим, так и престижно-политическим соображениям, ликвидация КНДР, тем более силовым путём, совершенно неприемлема. Такое развитие событий привело бы к выходу вооружённых сил США и их союзников на 1360-километровую сухопутную границу с Китаем, серьёзно подрывало бы престиж и внешнеполитические позиции КНР в Азии и во всём мире, практически ставило бы крест на планах Пекина вернуть в «лоно родины» Тайвань.
В то же время Китай недоволен ядерными амбициями КНДР, которые дали американцам предлог для давления на Пекин. Китай также опасается, что если КНДР станет ядерной державой, то это может привести к появлению такого оружия у Японии, Южной Кореи и самое худшее – у Тайваня.
Но было бы крайним упрощением считать, что главным объектом затеянного американцами очередного «крестового похода» в Азии является КНДР. Ситуацию вокруг этой страны следует рассматривать в контексте геополитических амбиций США в АТР.
И в Пекине, уверен, прекрасно понимают, что главной целью геополитических комбинаций США в регионе является Китай. Тем более что Вашингтон всё откровеннее сползает в сторону «сдерживания» и неприкрытого силового давления на Китай, о чём свидетельствуют те же действия ВМС США в Южно-Китайском море.
Беседовал Александр Фролов
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе лекции для студентов МГИМО (У) в формате видеоконференции, Москва, 27 апреля 2020 года
Уважаемый Анатолий Васильевич,
МГИМО активно переходит на новые технологии в условиях, когда коронавирусная инфекция наложила объективные ограничения на прямое общение. Мне сказали, что Вам удалось организовать такую работу в кратчайшие сроки без какого-либо ущерба для материала, который можно передавать вместе со знаниями. Уверен, что МГИМО на достойном уровне проведет зачетно-экзаменационную сессию, организует защиту выпускных квалификационных работ и сдачу государственной итоговой аттестации. Надеюсь, что Вы найдете креативные способы пополнить ряды своих студентов. Не знаю, как будет организована кампания, но все, что мы можем сделать, чтобы Вам помочь, пожалуйста, обращайтесь. Обязательно постараемся быть полезными.
Я не считаю это лекцией, скорее, может быть, это семинар, поскольку мне кажется важным сделать основной упор на интерактивную часть.
Не буду долго говорить о том, как коронавирусная инфекция повлияла на кардинальные изменения того, что мы называем глобальным геополитическим ландшафтом, как оказывает значительное влияние на многие аспекты межгосударственных отношений, международной жизни. Нанесен очень мощный удар по мировой экономике. По прогнозам большинства экспертов ей предстоит очень длительный период восстановления. Конечно же, серьезно ограничены любые контакты между людьми, включая гуманитарные, образовательные, научные, туристические обмены. К большому сожалению, сужены возможности дипломатических усилий. Я уже имел возможность высказываться на тему о том, насколько он-лайн общение может заменить прямые контакты. Через такие методы разговора очень незначительно можно компенсировать живое, прямое общение глаза в глаза. Думаю, что всем моим коллегам этого тоже не хватает, по крайней мере, я с многими из них общаюсь регулярно по телефону и чувствую аналогичные оценки и ощущения.
Нам только предстоит всестороннее оценить и понять окончательные последствия эпидемии для международной жизни, выработать совместные, комплексные подходы к выстраиванию нашей работы в пост-пандемический период. Убежден, что мы и на этом, и на следующих этапах будем получать поддержку и вклад со стороны научного и экспертного потенциала МГИМО. Мы в этом заинтересованы.
Пока окончательное осмысление всей полноты последствий еще не пришло, но, наверное, некоторые выводы можно уже сделать на данном этапе. Главный из этих выводов, на мой взгляд, заключается в том, что кризис предельно наглядно продемонстрировал (если нужно было еще кому-то что-то доказывать) взаимозависимость, взаимосвязанность всех без исключения государств, всех областей жизни современного мира.
Мы давно говорили о том, что опасно недооценивать трансграничный характер многочисленных угроз, включая новые вызовы, имею в виду международный терроризм, риск неконтролируемого распространения оружия массового уничтожения, киберпреступность и многое другое. К ним сейчас, конечно же, добавляются не только климатические процессы, которые достаточно длительное время вызывают тревогу у многих стран, но и пандемии наподобие той, которую сейчас человечество переживает. Один из главных выводов на данном этапе, по-моему, заключается в том, что все даже самые «упертые» скептики должны теперь, наконец, понять, что никто не сможет отгородиться «рвами и стенами» от такого рода угроз. Попытка действовать каждый за себя, отсидеться в «тихой гавани», как принято говорить, не сработает. Это все уже понимают и видят. Те страны, которые решили максимально закрыть общение с внешним миром, и те, которые решили подойти к этому философски, например, Швеция, страдают примерно одинаково. Никто от этого не уберегся и уберечься не сможет. Наши призывы, которые звучали задолго до нынешних событий, ко всем странам мира объединиться для коллективной работы, совместной выработки ответов на трансграничные, не щадящие никого угрозы, они и тогда были своевременными и сейчас, я убежден, они обретают еще большую актуальность, потому что спрос на солидарные действия всего человечества объективно повышается.
Надеюсь, что кризис (как говорится, «нет худа без добра») сподвигнет всех игроков мировой политики, прежде всего, ведущие государства к тому, чтобы отодвинуть в сторону конъюнктурные разногласия, заняться совместной профессиональной работой во имя обеспечения мирного благополучного будущего всех народов. Сигнал, который внушает оптимизм, был дан Президентом Российской Федерации В.В.Путиным и Президентом США Д.Трампом. Вчера они выпустили Совместное заявление по случаю 75-й годовщины встречи на Эльбе, в котором это и подчеркнули. В то время Советский Союз и США смогли подняться над разногласиями, противоречиями и объединить усилия ради решающей битвы с общим врагом. По большому счету, сейчас задача стоит такая же.
Разумеется, мы бы очень не хотели видеть попытки, которые, к сожалению, продолжаются, - использовать нынешний кризис для продвижения узкокорыстных, сиюминутных интересов, т.н. разборок, сведения счетов с неугодными правительствами или с геополитическими конкурентами. Повторю, такие попытки мы наблюдаем.
Конечно же, парадоксальной является ситуация, когда страны, позиционирующие себя в качестве поборников прав человека, главных радетелей демократии, продолжают активно использовать нелегитимный инструмент т.н. санкций, принимаемых в обход СБ ООН, пытаются политизировать оказание гуманитарного содействия в контексте пандемии. Это особенно сильно бьет по наименее защищенным слоям населения, которые нуждаются в доступе к продовольствию, медикаментам и в целом к медицинским услугам. Мы в принципе отвергаем практику незаконных методов, о которых идет речь. Тем более, такие действия недопустимы во время общечеловеческой беды.
Как вам известно, Президент России В.В.Путин на проходившем также в режиме онлайн саммите «Группы двадцати», выдвинул инициативу создания «зеленых коридоров», которые были бы свободны от торговых войн и санкций для того, чтобы беспрепятственно поставлять всем нуждающимся медикаменты, продовольствие, оборудование и технологии, необходимые для защиты от коронавируса и преодоления этой пандемии. Мы приветствовали соответствующие заявления Генерального секретаря ООН А.Гутерреша, Верховного комиссара ООН по правам человека М.Бачелет, которые среди прочего, комментируя нынешнюю ситуацию в мире, высказались за то, чтобы ограничения, наложенные на те или иные страны, были сняты или ослаблены. Прежде всего, речь о странах, которые находятся под односторонними санкциями, помимо санкций СБ ООН. Упомяну Сирию, Венесуэлу, КНДР. Целый ряд других стран также нуждаются в таком облегчении. Представительство России при ООН активно формирует группу единомышленников, чтобы такой подход воплотился в жизнь.
Мы считаем крайне опасными попытки использовать нынешнюю ситуацию для подрыва базовых принципов работы Организации Объединенных Наций, системы Организации в целом, специальные учреждения которой остаются безальтернативными механизмами многостороннего сотрудничества в соответствующих областях. Это в полной мере относится и к деятельности Всемирной организации здравоохранения. Считаем нападки на эту Организацию, попытки свалить на нее вообще всю вину за происходящее абсолютно контрпродуктивными и несправедливыми. ВОЗ на всех этапах кризиса, по оценке и подавляющего большинства стран, действовала профессионально, своевременно предпринимая упреждающие шаги, распространяла информацию и свои рекомендации всем государствам.
Будем надеяться, что в русле осмысления уроков нынешнего кризиса, который сейчас продолжается, мы все-таки сможем сделать так, чтобы по его итогам укрепить ооноцентричный характер глобальной архитектуры. Понятно, что есть и другие структуры, но все они опираются на заложенные в Уставе ООН принципы и делают весьма полезную работу. Особенно выделю «Группу двадцати», в рамках которой собраны страны «Большой семерки», БРИКС, другие крупные экономики мира. Создание и функционирование «Группы двадцати», по сути дела, подтверждают, что западные страны, которые ассоциируются с «семеркой», уже физически не в состоянии в одиночку рассматривать ключевые проблемы мирового развития и достигать каких-то значимых решений.
В этом году мы отмечаем 75-летие Победы в Великой Отечественной войне, во Второй мировой войне. В победе над фашизмом решающую роль сыграли все народы Советского Союза. Значимость этого эпохального события для всего человечества трудно переоценить. Сегодня нам крайне важно сделать все, чтобы не позволить предать забвению тот подвиг, не допустить, чтобы молодежь забывала, к чему приводит национальный эгоизм, разобщенность, попустительство любым проявлениям шовинизма и ксенофобии.
К сожалению, мы продолжаем сталкиваться с попытками переписать историю. МИД России вместе с другими ведомствами Российской Федерации с опорой на наши архивы делает все необходимое для того, чтобы противостоять этим деструктивным замыслам, не допустить пересмотра международно-правовых итогов Второй мировой войны, включая решения Нюрнбергского трибунала. Вместе с нами абсолютное большинство членов мирового сообщества занимает такие же позиции, что подтверждается ежегодно принимаемой подавляющим большинством голосов резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН о недопустимости героизации нацизма.
Главы стран СНГ приняли соответствующее заявление, которое было распространено в ООН. Работа на этом направлении ведется и в ОДКБ. Рассчитываю, что МГИМО, который давно и плодотворно участвует в наших общих усилиях, продолжит вносить вклад в общее дело отстаивания исторической правды, защиты доброго имени тех, кто ценой своей жизни спас мир.
75-летие Победы совпадает с 75-летием образования Организации Объединенных Наций, создание которой стало возможным благодаря нашей общей Победе, благодаря духу сотрудничества и союзничества членов антигитлеровской коалиции. Сегодня на великих державах, которые внесли решающий вклад в разгром фашизма и создание ООН, конечно, лежит особая ответственность, как это и записано в Уставе Организации. Мы убеждены в востребованности вклада «пятерки» на этом переломном этапе мирового развития в формирование направления дальнейшего развития межгосударственных отношений в посткризисную эпоху.
В целом в ситуации, когда мир проходит через тектонические перемены: уходят в прошлое биполярная модель, тем более, однополярные модели, формируется полицентричное мироустройство, в котором будут несколько мощных центров экономического роста, финансового могущества, а с экономическим ростом и финансовыми возможностями, конечно же, приходит и политическое влияние. Это не произойдет за один-два месяца или года. Это длительная историческая эпоха. Меняется мир, который более чем в течение половины тысячелетия развивался по западным лекалам, а сейчас приходится опираться на более широкое культурно-цивилизационное разнообразие и учитывать это в мировой политике.
Принимая во внимание ту роль, которая отведена «пятерке» постоянных членов Совета Безопасности ООН в Уставе этой Организации, Президент России В.В.Путин в начале этого года выдвинул инициативу проведения саммита глав государств и правительств постоянных членов СБ ООН для того, чтобы рассмотреть весь комплекс задач, который требует решения на высшем уровне в контексте реализации в современных условиях принципов и целей Устава ООН. Прежде всего, обеспечение суверенного равенства государств, невмешательство в их внутренние дела, обеспечение мирного урегулирования конфликтов и споров. Все лидеры других стран «пятерки» поддержали эту инициативу. Сначала это сделала КНР, затем Франция, США и в завершении Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии. Сейчас мы по понятным причинам ждем, когда ситуация позволит приступить к практической проработке организационных моментов такой встречи, потому что она должна быть именно очной. Все с этим согласны. Тем временем, «пятерка» сейчас размышляет над тем, чтобы внести свой вклад и в формулирование путей противодействия коронавирусу. С этой целью в принципе согласовано проведение видеоконференции. Сейчас решается в какой конкретный день она может состояться.
В работе над формированием нового мироустройства мы продолжим опираться на потенциал таких объединений, как ШОС, БРИКС. Безусловно, задачи повышения эффективности коллективных усилий на всех направлениях рассматриваются, в том числе в контексте коронавируса, в ЕАЭС и в рамках СНГ.
В заключение хотел бы еще раз поблагодарить руководство МГИМО, весь профессорско-преподавательский состав за тот вклад, который вы вносите в формирование конкретных шагов по реализации внешнеполитического курса нашей страны, а также за вклад в проведение мероприятий, посвященных Победе в Великой Отечественной войне.
Я смог послушать прекрасную песню, которую записал хор МГИМО. Это, правда, вызывает искреннее уважение и благодарность.
Я готов ответить на ваши вопросы.
Вопрос: Несмотря на то, что интернет давно с нами, он всегда всего лишь дублировал офлайн среду, а теперь онлайн стал не окном, а дверью, и нужно выстраивать полноценное пространство взаимодействия и выстраивать новую социальную архитектуру. С Вашей позиции, насколько эффективно, вероятно, в краткие сроки МИД России смог отреагировать? Какие изменения останутся или возможно произойдут в структуре организации или лично в Вашем процессе работы?
С.В.Лавров: Сейчас очень трудно предсказывать, что произойдёт с различными организациями, как они перенесут этот кризис. Упоминались НАТО и ЕС. Любая организация стоит перед ответом на вопрос о том, как дальше выстраивать свою работу. Это касается не только методов - а они наверняка изменятся за счёт большего насыщения программы мероприятий онлайн встречами. И хотя обязательно очные встречи останутся, но будет большое искушение, учитывая достаточно успешную работу в онлайн-режиме, целый ряд не слишком конфиденциальных дискуссий проводить именно с помощью новых технологий, но, подчеркну ещё раз, при обязательном сохранении ключевого значения личных переговорных контактов.
Изменится, конечно, работа организаций и содержание с точки зрения существа. Ведутся споры между тем, какая часть полномочий в той или иной многосторонней структуре должна быть делегирована наднациональным органам, а какая часть должна оставаться у национальных правительств, а теперь ещё и спор о том, не надо ли забрать у наднациональных органов кое-что из того, что было делегировано ранее. Потому что на наднациональном уровне не видно все так чётко, как из столиц государств. Пандемия (об этом многие члены ЕС публично заявляют) чётко показала необходимость больше опираться на национальные оценки и решения. Там лучше понимают происходящее у них на территории и могут предпринимать конкретные действия гораздо быстрее и эффективнее, а при необходимости, что тоже очень важно, быстро корректировать те или иные шаги, которые на практике оказываются не вполне адекватными.
Так что, споров будет много, но самое главное — чтобы мы осознали то, о чём я упомянул во вступительном слове, а именно, отныне и вовеки, угрозы, которые стоят перед человечеством, совершенно точно не будут уже знать никаких границ. Многие этого не хотели понимать, сейчас придется. Не знают они этих границ, не уважают и не соблюдают. Это касается терроризма, пиратства и любых других форм организованной преступности, включая наркотрафик. Это касается и резко усилившихся возможностей для неправительственных субъектов получить доступ к тем или иным видам оружия массового уничтожения. Это касается и стихийных бедствий, техногенных катастроф, и это, конечно, касается инфекционных заболеваний. В рамках БРИКС, про которую я упоминал, ещё пару лет назад специально было принято решение глав государств развивать сотрудничество в сфере борьбы с инфекциями и совместное производство и применение вакцин. На этой неделе у нас состоится видеоконференция министров иностранных дел БРИКС, в том числе будем говорить о том, как ускорить работу этого механизма, созданного по решению глав государств.
Повторю, самое главное, чтобы эти неизбежные перемены рассматривались и согласовывались в логике нашей общей судьбы, в логике принципов, заложенных в Уставе ООН, предполагающих обеспечение безопасности коллективными средствами во всех измерениях нашей международной ситуации.
Вопрос: Мы сегодня привыкли к слову «самоизоляция» и употребляем его в адрес людей. Можно ли утверждать, что страны на мировой арене сегодня самоизолировались друг от друга, и только ли вирус является причиной этого? Насколько идеи деглобализации могут получить развитие в мировой политике в будущем?
С.В.Лавров: Самоизоляция как термин впервые был применен много лет назад, десятилетия назад. Употреблялся он применительно к одной из форм внешней политики США. Как правило, когда Демократическая партия возглавляет американскую администрацию, они всегда исходят из целесообразности глобального охвата в своей внешнеполитической активности. Республиканцы часто предпочитают уйти в себя и особо не тратить средства, время и силы на то, чтобы в далёких регионах заниматься продвижением тех или иных внешних политических приоритетов.
Администрация Д.Трампа начинала именно с такой философии. Д.Трамп во время предвыборной кампании говорил, что им нечего делать в далёких странах и регионах, и войны, совершенно бессмысленные, нужно прекращать. Европейцы почувствовали достаточно быстро, что США не слишком будут брать на себя ответственность за то, что происходит в Европе. Соединенным Штатам Америки интересны вполне осязаемые, прагматичные вещи, прежде всего, закупка американских товаров, услуг, вооружений. Д.Трамп и его Администрация настаивают на том, чтобы все члены НАТО платили не меньше двух процентов своего ВВП на закупку вооружений, прежде всего, конечно же, американских. Сейчас Германию в разгар коронавируса обязали купить американские бомбардировщики вместо европейских, у которых уже вышел срок, и пора их уже менять. Но менять в этот раз будут не на европейские боевые машины, а на американские, хотя, наверное, авиапромышленность Европы, прежде всего «Airbus», другие концерны могли бы с пользой для себя получить десятки миллиардов долларов за такой заказ. Но Берлин покупает американские. Наверное, в этом сказывается та линия, которую я упомянул. Покупать эти самолёты ФРГ будет для того, чтобы на них разместить американское ядерное оружие, которое хранится в Европе (ещё в четырёх странах помимо Германии) и которое, мы считаем, необходимо все-таки оттуда убирать. Это, наверное, будет темой будущих переговоров, когда наши американские коллеги до этого созреют. Мы очень надеемся, что заявления о заинтересованности в таких переговорах не останутся просто словами.
В остальном ЕС, да и страны НАТО уже с некоторым раздражением заявляют о том, что США все больше и больше говорят и делают вещи, которые убеждают в том, что Вашингтон не собирается прийти на выручку Европе, если что-то случится. Непонятно, что имеется в виду, но Россия точно не собирается ничего делать из того, в чем нас обвиняют. Параллельно с направлением дополнительных военных на территорию Европы, с наращиванием присутствия НАТО на восточном фланге вблизи российских границ, с параллельным наращиванием количества и качества учений, все-таки у европейцев сохраняется ощущение, что американцы изолируются от них и не хотят брать на себя слишком большую ответственность за безопасность Европы. Поэтому, после того как физическая, личная самоизоляция закончится, будут, наверное, и у других стран тенденции к тому, чтобы побольше уходить в себя и побольше полагаться на себя.
Посмотрите, как сейчас идёт диалог между Венгрией и центральными учреждениями ЕС. Ряд других стран тоже приняли законы, позволяющие национальным правительствам в кризисных ситуациях действовать, не особо оглядываясь на центральные есовские структуры.
Дискуссия о том, каково оптимальное сочетание делегируемого на наднациональный уровень и оставляемого себе, ещё впереди. Мы не раз говорили (и это искренняя, честная позиция), что заинтересованы в сильном, едином Евросоюзе, который не будет жить старыми фобиями, новыми вымышленными страхами, а который будет привержен тем базовым договорённостям, имеющимся у России и ЕС. Соглашение о стратегическом партнёрстве и сотрудничестве сохраняет свою силу. Сейчас оно не выполняется нашими европейскими коллегами, которые перекрыли все каналы общения, созданные в соответствии с этим соглашением, и встали в позу обиженного в связи с тем, что мы не поддержали, а они поддержали антиконституционный государственный переворот на Украине. В этом была главная причина. Поэтому будет диалектичное развитие событий. Тенденции к самоизоляции, к опоре на собственные силы, наверное, во многих странах станут сильнее. Одновременно придёт понимание, что опираться на собственные силы для борьбы с угрозами, которые имеют трансграничный характер и которые не знают границ, как мы уже говорили, недостаточно. Нужно искать баланс между сильными государствами, а именно сильные государства в нынешних условиях более успешно борются с коронавирусом, и серьёзными, долгосрочными, состоятельными международными обязательствами, посвящёнными коллективной работе. Конкретные контуры и конфигурации того, как мир будет выглядеть после победы над коронавирусом, нам предстоит узнать чуть позже.
Вопрос: В начале апреля Россия направила в США помощь для борьбы с распространением вируса. Участилось количество личных контактов В.Путина с Д.Трампом. Также Президент США заявил о готовности направить помощь в Россию, если будет такая необходимость. Кроме того, Россия и США вместе работают над стабилизацией рынка нефти, договорившись о выработке совместных мер. Можно ли в этой связи говорить о возможной нормализации российско-американских отношений на фоне пандемии?
С.В.Лавров: Отношения на уровне Президентов никогда и не были ненормальными. Они были в полном смысле нормальными. И телефонные разговоры, и личные контакты, которые были между В.Путиным и Д.Трампом в Гамбурге на полях «двадцатки», затем в Хельсинки и на очередном саммите «двадцатки» в Азии, всегда были уважительными и обоюдно нацеленными на продвижение сотрудничества. В этих контактах родились такие договоренности, как создание Делового совета в составе руководителей крупнейших частных компаний России и США. Создание экспертного совета, в котором действующие политики вместе с политологами и экспертами могли бы устраивать мозговые штурмы в вопросах стратегической стабильности, глобальной безопасности и вырабатывать рекомендации для руководства двух стран по этим проблемам во всех их аспектах. В этих же контактах было возобновлено взаимодействие по острейшей проблеме кибербезопасности, чтобы любые страхи, озабоченности по поводу того, что кто-то использует киберпространство для вмешательства во внутренние дела другой стороны, профессионально, а не голословно рассматривались экспертами.
На этом же уровне, в ходе недавних разговоров была подтверждена и четко согласована необходимость как можно скорее возобновлять и делать комплексным диалог по стратегической стабильности в прямом преломлении к стратегическим наступательным вооружениям с учетом того, что меньше, чем через год истекает договор СНВ-3, а также появления новых видов вооружений. Мы готовы их обсуждать уже за рамками договора СНВ-3. Все это было согласовано на уровне президентов. К сожалению, практически ничего из этого не воплотилось в жизнь, очередной раунд диалога о стратегической стабильности состоялся в январе с.г., но импульса к поиску конструктивных решений мы со стороны американской делегации не заметили.
Я упоминал вчерашнее заявление В.В.Путина и Д.Трампа по поводу 75-летия встречи на Эльбе. Оно меньше одной страницы и отдает дань памяти тем, кто воевал и пожал друг другу руки на Эльбе. Отдает дань памяти тем, кто в тылу обеспечивал фронт необходимым вооружением и делал все требуемое для победы. Также оно содержит принципиальное политическое послание всему миру о том, что тогда СССР и США смогли приподняться над разногласиями и объединиться ради борьбы в решающей битве с общим врагом. За эту последнюю фразу американская пресса уже набросилась на Д.Трампа и его Администрацию. Его обвиняют в том, что он опять подыгрывает В.В.Путину, что опять пытается выгораживать Президента России. Вот такая реакция на, казалось бы, констатацию очевидного факта, который нужно только приветствовать и который нормальные люди встретили с большим воодушевлением.
Рассчитываю, что и сегодня мы над этими разногласиями поднимемся и сможем все-таки заниматься не борьбой с фейками, а борьбой с реальными угрозами. Кстати, если мы говорим о Второй мировой войне и Великой Отечественной войне, в мае 1943 г. по инициативе Советского Союза Коммунистический интернационал принял решение о самороспуске. И.В.Сталин впоследствии, давая интервью западным СМИ, прямо сказал, что это необходимо было сделать для того, чтобы убрать любые препятствия идеологического характера на пути объединения усилий великих держав в борьбе с нацизмом. Это один из примеров, который пришел в голову. Он достаточно показателен для понимания того духа союзничества, который преобладал в годы борьбы с общим врагом. Думаю, что во многом и современные угрозы требуют такого же объединения.
Вопрос: Ваш коллега, Министр иностранных дел Франции Ж.-И. Ле Дриан недавно сказал о будущем нашего мира. Вот его слова: «Я боюсь, что мир после меня будет похож на прежний, но в худших его проявлениях». Тем не менее, как Вы считаете, Сергей Викторович, может ли текущая пандемия повлиять на сотрудничество важнейших мировых игроков не только в негативном, но и позитивном ключе?
С.В.Лавров: Я думаю, что пандемия должна повлиять на сотрудничество важнейших мировых игроков. Надеюсь, что кризис повлияет позитивно на отношения между ведущими странами. Я не видел этого высказывания Ж-И. Ле Дриана, но я знаю, что он много интервью дает в последнее время, в том числе про новую концепцию мультилатерализма.
Существуют прогнозы, что мир после пандемии будет хуже, чем он есть сейчас. Частично они отражаются в тех моментах, которые мы сегодня уже упоминали. Я имею в виду соотношение между наднациональным и национальным, искушение уйти в себя и отгородиться. Это все иллюзия, это не получится сделать. Мы все это тоже понимаем. Но такие тенденции у некоторых политиков наверняка будут проявляться, такие призывы будут звучать в ходе подготовки к очередным выборам в той или иной стране.
Я все-таки считаю, что нужно опираться на базовые принципы, которые никто не подвергает сомнению: Устав ООН, суверенное равенство государств, уважение территориальной целостности, политической независимости друг друга, невмешательство во внутренние дела, мирное урегулирование споров и многое другое, что в Уставе записали отцы-основатели ООН. Потом под ним уже подписались 193 государства нашей планеты. Это уникальная легитимность, уникальная структура по своим полномочиям, по охвату пунктов повестки дня, от мира и безопасности до окружающей среды, продовольствия, борьбы с распространением ОМП и многого другого.
Если пессимистическое настроение, о котором Вы упомянули, предрекающее ухудшение взаимодействия в мировой системе, идет от страны, обладающей сильным духом, такой как Франция, это, наверное, не очень позитивно.
Я упомянул, что Франция и Германия уже второй год продвигают концепцию мультилатерализма, выступили за создание альянса его сторонников, то есть многосторонности. Я задавал вопросы, но пока ответа не получил: почему Париж и Берлин, а также те, кто пошел с ними по этому пути, считают, что многосторонность – это нечто иное, чем ООН? Может, тогда для ясности лучше говорить о всесторонности, чтобы было четко заявлено: все государства мира должны быть частью совместных усилий. Наверное, кто-то будет более активен, кто-то менее. Большие страны по определению имеют больше веса. Страны поменьше традиционно ориентируются на мнения крупных государств, но сути дела это не меняет. Можно быть лидером, но нельзя никого оставлять в стороне. Тем более, нельзя это делать по идеологическим причинам. Если Евросоюз в лице Франции и Германии взял на себя ответственность заявить, что мультилатерализм – это достояние Евросоюза, а ЕС – это образец многостороннего поведения, многосторонней ответственности, то все должны равняться на Брюссель? Это немного самонадеянно, самоуверенно и не очень вежливо, потому что подлинная многосторонность воплощена в ООН.
Принцип демократии на Генеральной Ассамблее: одна страна – один голос. В Совбезе принцип особой ответственности ядерных держав, и отсюда их обязательство в виде права вето. Да и Устав ООН сбалансирован, он сочетает необходимость отразить роли крупных стран и одновременно никого не оставляет обиженным. Еще раз подчеркну, Генеральная Ассамблея действует на основе принципа одна страна – один голос. Поэтому выстраивание всяческих альянсов за рамками этой уникальной, абсолютно легитимной многосторонней структуры всегда вызывает вопросы. Попытки уводить неудобные для наших западных коллег темы за рамки ООН и решать их в своем кругу, а потом представлять это как проявление коллективного творчества мы наблюдаем в сфере распространения химического оружия, в сфере распространения информации, в сфере защиты киберпространства, в целом ряде других областей. Надеюсь, что мы будем делать все, чтобы разъяснять пагубность сценариев, которые опираются на любые иные конструкции, кроме Устава ООН.
Вопрос: Добрый день, уважаемый Сергей Викторович. Если позволите, прежде чем задать вопрос, от лица студенчества хотел бы выразить благодарность руководству МГИМО за то, что в столь непростое, а главное, трудно прогнозируемое время своевременно были приняты все необходимые меры и во время дистанционного обучения к студентам прислушиваются и действительно делается все, чтобы дистанционное обучение было предельно удобно и не теряло свою эффективность. Теперь сам вопрос. Он касается перспектив выхода на официальное оформление сотрудничества ЕС и ЕАЭС. Известно, что неоднократно предпринимались попытки и в 2016 году, и в последующие годы. Известно также и о том, что идут контакты на уровне двух комиссий: европейской и евразийской экономической. Имеет место положительное сотрудничество на уровне ЕЭК и отдельных стран-членов ЕС. На сегодняшний день есть ли какие-то реальные подвижки в процессе официального оформления отношений двух интеграционных объединений и наметились ли какие-то изменения в позиции по данному вопросу при новом руководстве ЕС? В прошлом году ведь в европейском парламенте был избран новый руководитель, как и в европейской комиссии.
С.В.Лавров: Пока особых подвижек нет в дополнение к тому, о чем Вы уже упомянули. Контакты между двумя комиссиями были установлены, причем по инициативе Евразийской экономической комиссии. Соответствующее предложение было направлено достаточно давно – 5 лет назад. Ответ на него долго не поступал. Затем была реакция по вопросам, которые невозможно не решать, невозможно не регулировать. Я имею в виду вопросы технического регулирования, вопросы фитосанитарных норм. То, что необходимо согласовать, чтобы торговля шла нормально, и то, что, как в нашем случае, так и в случае с Евросоюзом было делегировано на наднациональный уровень. Наши европейские коллеги подошли к этому чисто утилитарно. Но мы считаем, что и от этого есть польза. По крайней мере, это признание реалий. Признание того, что для продолжения торговли – а торговать все хотят – необходимо иметь дело со структурами, которые сформировали пять стран на постсоветском пространстве и которые продолжают развиваться.
Безусловно, мы бы хотели того, о чем Вы упомянули, а именно подписания соглашения, которое создавало бы политические рамки и делало тем самым более удобным и комфортным торгово-экономическое общение, решение других вопросов, связанных с существованием общего рынка в ЕС и с формированием общего рынка на территории ЕАЭС.
Пока главным препятствием является политическая предвзятость, упёртость в печально известные «пять принципов», сформулированные еще Ф.Могерини на посту Высокого представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности и ставящие, по сути дела, дальнейшее развитие и улучшение, нормализацию отношений между Россией и ЕС в зависимость от выполнения Минских договорённостей по украинскому кризису.
Беда в том, что Минские договорённости должна выполнять Украина в прямом диалоге с Донецком и Луганском. Позиция, которую избрал Евросоюз, лукавая. Она просто посылала в то время Президенту П.А.Порошенко, теперь Президенту В.А.Зеленскому очень ясный сигнал - не делайте ничего из того, что вы обязаны делать по Минским договорённостям, и санкции против России останутся навсегда. Если перевести эти «пять принципов» на язык нормальных людей, то это ровно то, что было сказано Киеву из Брюсселя. Этот, выражаясь современно, месседж остается нетронутым. Хотя новый Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности, бывший Министр иностранных дел Испании Ж.Боррель не раз декларировал свое намерение начать пересмотр политики Евросоюза на российском направлении. Пока мы ничего не видели. Но мы всегда открыты к разговору с любыми структурами ЕС.
Раньше у нас были саммиты два раза в год, ежегодно встречался Постоянный совет партнерства на уровне Высокого представителя и Министра иностранных дел России. На его заседаниях рассматривался ход выполнения всех без исключения совместных проектов, включая реализацию более чем двадцати секторальных диалогов между Россией и ЕС. Все это было «заморожено» и сведено лишь к спорадическим обсуждениям международных вопросов еще до того, как произошли события на Украине, до того, как вслед за антиконституционным государственным переворотом, который был совершен вопреки гарантиям ЕС относительно необходимости достижения компромисса между оппозицией и тогдашним правительством. Все это было растоптано. Гарантии Евросоюза были проигнорированы, никто из путчистов в Киеве не обратил на них внимания. Вы знаете, в каком состоянии с тех пор находятся наши отношения.
Но, повторю, мы не ставим во главу угла наших отношений с ЕС никакие обиды. Многие страны-члены Евросоюза заинтересованы развивать двусторонние связи с Российской Федерацией. Конечно, мы идем им навстречу. Когда конспирологи в Брюсселе и некоторых других столицах начинают обвинять эти страны и Россию в том, что мы, развивая двусторонние контакты с отдельными членами ЕС, тем самым разваливаем европейскую солидарность, чуть ли не весь ЕС, ответ очень простой: если вы не хотите выполнять имеющееся Соглашение о стратегическом партнёрстве и сотрудничестве, как же мы можем заставить вас с нами общаться. Но есть страны, которые в полном соответствии с полномочиями, оставленными им Европейским союзом на национальном уровне, развивают сотрудничество с Российской Федерацией. Причем весьма успешно. Это не какие-то маленькие страны, а Франция, Италия, Венгрия и ряд других. Здесь попытка обвинить нас в том, что мы что-то разваливаем, вбиваем какие-то клинья - это попытка с негодными средствами. Наоборот! Было примерно так же, когда нас обвиняли в том, что мы отворачиваемся от Европы и смотрим все больше на Восток. Во-первых, мы не имеем права не смотреть на Восток. Равно как и не имеем право не смотреть на Запад. У нас такое геополитическое положение. Не извлекать из него сравнительные преимущества, которыми мы обладаем, было бы просто глупо и нерачительно. С одинаковым настроем на сотрудничество и партнерство мы развиваем отношения с Западом и Востоком. И когда Запад принимает против нас санкции, доказывая, что он ненадежный партнер, и когда из-за обиды на неприятие нами государственного переворота на Украине (который западные государства «проглотили», а кое-кто и оркестрировал его) на нас накладываются нелегитимные рестрикции, то обрываются многие совместные проекты. И Запад еще хочет, чтобы мы снизили свои отношения с Востоком – это наивно.
Мы уже поняли, что не хотим зависеть от партнеров, которые вносили вклад в развитие целого ряда отраслей нашей промышленности, но оказались ненадежными, в том числе в лице ЕС. Отсюда импортозамещение. Обвинять нас в том, что мы разворачиваемся на Восток, когда Запад ввел санкции, и мы стали объективно больше в относительных величинах сотрудничать с Китаем, Индией, другими странами АТР, это тоже нечестно.
Хочу еще раз подчеркнуть, что наша позиция не продиктована какими-то обидами. Президент России В.В.Путин в мае 2016 г. на саммите Россия-АСЕАН в Сочи выдвинул инициативу формирования Большого Евразийского партнерства с участием стран ЕАЭС, ШОС, АСЕАН и всех других государств, расположенных на нашем общем, огромном Евразийском материке, включая, конечно, и страны ЕС. Мы никогда не создаем нечто закрытое для присоединения других стран, которые в этом заинтересованы и разделяют уставные принципы той или иной структуры. Уверяю вас, Большое Евразийское партнерство, которое охватывает то, о чем я упомянул, и прекрасно коррелируется с китайской инициативой «Один пояс, один путь», будет все больше и больше определять тенденции, формирующиеся на нашем континенте.
Пока Евросоюз нейтрально-негативно (сказать «сдержанно» - это ничего не сказать) относится ко всем этим концепциям, демонстрирует подозрительность, как мы, к сожалению, наблюдаем со стороны наших европейских коллег по многим другим вопросам. Но Великобритания вышла из ЕС. Сейчас они сталкиваются с серьезными трудностями, когда ведут переговоры о соглашении между Брюсселем и Лондоном. Видимо, следующим на очереди будет новое соглашение между США и ЕС. Зная Администрацию Д.Трампа, это будут тяжелые переговоры. В этой ситуации не видеть преимуществ нашего общего континента, не использовать их - это значит лишать себя самого, имею в виду ЕС, дополнительных возможностей для конкуренции в этом очень высоко конкурентном мире. Можно долго говорить на эту тему, но я постарался обозначить основные тенденции. Все это еще предстоит подробно обсуждать. Убежден, что такие дискуссии должны скоро начаться.
Вопрос: После обвала цен на энергоносители из-за неудачной попытки продления сделки ОПЕК и ряда других факторов, крупнейшие страны-производители нефти, в том числе и США, убедились в необходимости создания более крупного соглашения. Например, «ОПЕК плюс плюс». Насколько реален этот сценарий? Рассматривается ли перспектива расширения форматов ФСЭГ в рамках газовой отрасли, где также возможен кризис перепроизводства?
С.В.Лавров: Я бы не сказал, что США убедились в необходимости создания новой организации. Они сильно ограничены антимонопольным законодательством. Когда они обсуждали с Россией, Саудовской Аравией и другими членами ОПЕК ситуацию в связи с резким падением спроса на нефть и, соответственно, беспрецедентным падением цен, то всячески имели в виду необходимость не выйти за рамки антимонопольных требований. В строгом смысле вступить в какую-то организацию, создать организацию, которая будет заниматься рынками нефти, газа и любого другого товара, для США не получится, исходя из этих соображений внутреннего законодательства.
Другое дело, что они, по сути дела, работают в том же направлении, что и «ОПЕК плюс», исходя из рыночных условий. Если рынок сверхперенасыщен, то снижение, ограничение производства - это нормальное рыночное решение. В каком-то виде, наверное, обмен информацией (не координация, не тем более картельный сговор) сам по себе уже достаточно серьезный, новый, качественный шаг. Я думаю, информационный обмен, возможность слышать друг друга и учитывать это при принятии решений (будь то в «ОПЕК плюс» или в принятии решений по соображениям о состоянии рынка) - этот процесс взаимного информирования будет продолжаться.
Пока не было сообщений о том, что Форум стран-экспортеров газа планирует провести очередную или внеочередную встречу. Но страны-члены через руководство Секретариата находятся в контакте друг с другом. Обмен такой информацией идет. По понятным соображениям я не буду вдаваться в подробности, но то, что никто не заинтересован в том, чтобы еще и этот рынок рухнул, я думаю, всем понятно.
Вопрос: Хотел бы задать вопрос относительно внутриливийского конфликта.
Несмотря на то, что борьба с коронавирусом вышла на данном этапе на первый план и находится во главе повестки дня как на уровне отдельных государств, так и различных международных организаций, столкновения между силами Х.Хафтара и Правительства национального согласия во главе с Ф.Сараджем продолжаются. Вероятно, что усилия международного сообщества, направленные на урегулирование данного конфликта, не останутся настолько же интенсивными в нынешних обстоятельствах. А если учесть, что даже при активном посредничестве разных стран, в первую очередь Италии, Франции, России, Германии и Турции, противоборствующие стороны ранее так и не смогли прийти к консенсусу, появляется последовательный вопрос. Существуют ли какие-нибудь перспективы урегулирования данного конфликта в скорейшем времени? Или он рискует перерасти в хроническую проблему, поиск решения которой будет терзать еще одну страну этого и так многострадального региона?
С.В.Лавров: Вы абсолютно справедливо перечислили страны, которые проявляли инициативы, призванные помочь хотя бы началу переговорного процесса по урегулированию ливийского кризиса. Совершенно справедливо упомянули и о необходимости согласия главных протагонистов конфликтующих сторон. Их символизируют фигуры главы Президентского совета, Правительства национального единства Ф.Сараджа и генерала Х.Хафтара, который командует Ливийской национальной армией и опирается на Парламент, работающий в Тобруке на востоке страны.
В 2015 г. было подписано Схиратское соглашение, но оно долго оставалось на бумаге. Францией, Италией, ОАЭ предпринимались попытки реанимировать прямой диалог и все-таки вернуть за стол переговоров этих двух основных протагонистов. Всегда, когда созывались соответствующие конференции в Париже, Палермо, Абу-Даби, самая последняя в Берлине, мы на всех этапах, включая раннюю стадию объявления таких инициатив, и в ходе подготовки призывали исходить из самого главного: вырабатывать решения должны сами стороны, а мы все им будем помогать. Наша главная цель – посадить их за стол переговоров, заставить приходить к согласию. К сожалению, в большинстве случаев, например, на Международную конференцию по Ливии в Берлине, вообще не собирались приглашать ни Х.Хафтара, ни Ф.Сарраджа. Мы настояли на том, чтобы организаторы все-таки приняли во внимание нашу рекомендацию, и она была воспринята.
Они приехали, и хотя были в соседних комнатах, но с ними можно было общаться опосредованно, через Председателя Конференции, Канцлера ФРГ А.Меркель. Но наш призыв к тому, чтобы не принимать и не одобрять документы Берлинской конференции без ясно выраженного согласия Ф.Сараджа и Х.Хафтара, услышан не был. Поэтому на свет был произведен очередной красиво сформулированный документ, который призывает к очень правильным вещам, даже конкретизирует многие шаги, но не пользуется согласием сторон. В очередной раз он получился если не совсем мертворожденным, то в состоянии, которое здоровым не назовешь.
Сейчас очень важно вернуться к той логике, за которую мы всегда ратовали, логике выработки таких подходов, которые будут предметом договоренности самих конфликтующих сторон. Этим должен заниматься, прежде всего, спецпредставитель Генерального секретаря ООН. К сожалению, Г.Саламе, который до недавнего времени вел это очень сложное досье, после провала Берлинской конференции ушел в отставку. Сейчас обязанности Спецпредставителя Генерального секретаря ООН по Ливии исполняет его заместитель, американка С.Т.Уильямс. Мы считаем, что необходимо как можно скорее назначить замену Г.Саламе, причем это должен быть представитель страны региона, входящей в Африканский союз, членом которого является и Ливия.
Будем стараться именно в этом направлении искать пути выхода из глубочайшего кризиса, обрушившегося на эту страну после того, как натовцы, грубо нарушив резолюцию Совета Безопасности ООН, в 2011 г. разбомбили Ливию и фактически сломали ливийское государство ради своей эгоистической, узкокорыстной цели – сменить режим М.Каддафи. С тех пор Ливию по сути дела бросили. Через эту страну на юг идут террористы, контрабанда оружия, наркотиков и прочие гадости, а на север, в Европу, устремились незаконные мигранты. Сейчас мы все «расхлебываем» результаты авантюры, которую НАТО развязала в 2011 г. в грубейшее нарушение резолюции СБ ООН. Тем не менее, будем стараться. Надо помогать Ливии.
Вопрос: В МГИМО открыли новое направление – мировые аграрные рынки, которые готовят будущих сельскохозяйственных атташе. Программа объединяет сельское хозяйство и дипломатию.
В большинстве стран Африки действует республиканская форма правления, ее независимые страны унаследовали от колониальных метрополий. С этой системой была знакома просвещенная элита, получившая образование в Европе. Но реальное влияние правительства и партий невелико. Даже гражданские правительства нередко контролируются военными, которые под предлогом стабилизации довольно часто берут власть в свои руки. С кем в такой ситуации вести переговоры в данных странах?
С.В.Лавров: Вы хотите бесплатный совет, который дорогого стоит. На самом деле нет универсального ответа. Переговоры надо вести с теми, кто обладает соответствующими полномочиями и возможностями продавать те или иные товары. В каждой стране есть свои структуры, правила, действующие лица, которые занимаются вопросами внешней торговли и в целом экономическим развитием.
Если говорить про сельское хозяйство в Африке, то здесь есть геополитически интересный момент. Мы только что говорили про Ливию: волны мигрантов, которые устремились туда нелегально. Причем тех, кто действительно бежит от тягот войны, возможно, меньше, чем экономических мигрантов, желающих улучшить свои жизненные условия, приезжающих в Европу с мобильными телефонами и банковскими картами. Это не те беженцы, которых мы привыкли воспринимать как жертв конфликтов. Все эти годы Европа думает, обсуждает, соглашается или не соглашается с идеями, которые выдвигаются в связи с наплывом нелегальных мигрантов. Рассматриваются даже принудительные меры, когда предлагают всех членов ЕС заставить принимать соответствующую квоту, потом начинают спорить, как ее определить. Отдельные страны говорят, что не хотят мигрантов, хотят жить так, как живут, сохранить национальные традиции, «культурный код» и т.д.
Среди дискуссий о том, как ослабить наплыв мигрантов, никто, по крайней мере на моей памяти, не предлагает ввести нулевые ставки на импорт в ЕС сельскохозяйственной продукции африканских стран. Если Вы занимаетесь экономикой, то понимаете, что это будет оказывать сдерживающий эффект на потоки мигрантов, ищущих себе лучшую судьбу, лучшие условия для занятости. Если сельскохозяйственные товары из Африки пойдут в Евросоюз бестарифно, то повысится занятость в соответствующих странах, они улучшат свой жизненный уровень, будет меньше искушений «искать счастье» за рубежом. Но ЕС на это не идет, т.к. политика сельскохозяйственных субсидий для своей промышленности – «святая корова», никто ее трогать не собирается. Это очень интересный момент, но он уже не чисто торговый, а геополитический и системообразующий.
Вопрос: На прошлой неделе было объявлено о подготовке встречи министров иностранных дел «нормандской четверки» в формате видеоконференции. Министр иностранных дел ФРГ Х.Маас сказал, что надеется на возможность придать новый импульс выполнению договоренностей, достигнутых в Париже в декабре 2019 г. Какие ожидания от встречи у российской стороны? Как можно придать импульс решению этого конфликта? Влияет ли пандемия на достижение прогресса?
С.В.Лавров: Мы сейчас обмениваемся предложениями о том, какая должна быть повестка дня этого видеоконтакта. К сожалению, слова Х.Мааса о надежде придать импульс выполнению решений саммита «нормандской четверки» в Париже от 9 декабря 2019 г. не отражается в предложениях, которые Германия сейчас внесла в качестве повестки дня нашего министерского контакта. Там все исключительно про новый обмен удерживаемыми лицами, разминирование, обеспечение безопасности и доступа Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ на Украине (СММ) на территорию самопровозглашенных республик – ДНР и ЛНР. Там нет ни единого слова о договоренностях, касающихся политической реформы, «формулы Штайнмайера», увязывающей предоставление Донбассу особого статуса с проведением выборов. Там нет ни слова о том, как особый статус Донбасса в юридическом плане должен быть инкорпорирован на постоянной основе в украинское законодательство. А ведь все это – практически дословное решение парижского саммита «нормандской четверки». Решение, которое в соответствии с позицией лидеров стран «нормандского формата», должно реализовываться буквально в эти недели, в эти месяцы срок уже даже прошел.
Все исходили из того, что если достигнутое в Париже будет выполнено, включая политическую реформу, о которой я упомянул, то следующий саммит планировался в Берлине предварительно на апрель, т.е. на нынешний период. Ни о каком саммите речи быть не может, т.к. все, что было согласовано в Париже, блокируется в работе Контактной группы и в деятельности украинского Парламента и Правительства по причине той позиции, которую занимают киевские власти. Предпринимавшиеся руководителем Офиса Президента Украины А.Б.Ермаком в контактах с заместителем Руководителя Администрации Президента России Д.Н.Козаком попытки были направлены на то, чтобы сдвинуть с «мертвой точки» ключевые политические договоренности и успокоить людей по обе стороны линии соприкосновения. Все эти попытки торпедируются, звучат обвинения в госизмене за то, что А.Б.Ермак осмелился начать обсуждать, как конкретно выполнить Минские договоренности, под которыми подписался тогдашний Президент Украины П.А.Порошенко и которые были одобрены Советом Безопасности ООН. Это печальная картина.
Сейчас наши германские и французские коллеги хотят обсуждать только вопросы, связанные с безопасностью, разминированием, обстрелами, допуском СММ на неподконтрольные Киеву территории, но категорически не хотят обсуждать политические реформы, в которых «собака зарыта», говоря простым языком.
Что касается вопросов безопасности, то самый простой способ обеспечить режим тишины был отвергнут Президентом Украины В.А.Зеленским в том самом Париже, на том самом саммите в декабре 2019 г. Ко встрече в Париже была согласована договоренность (она была положена на бумагу, в которой нашли отражение и политические вопросы, и вопросы, касающиеся безопасности. Центральной договоренностью было согласие глав государств «нормандской четверки» начать в рамках Контактной группы конкретную работу по разведению сил и средств на всем протяжении линии соприкосновения. Если нигде не будет соприкосновения, то и нарушения режима прекращения огня не будет. В.А.Зеленский категорически отказался подписываться под разведением сил и средств по всей линии. Он сказал, что нужно выбрать примерно три пункта, в которых разведение можно будет обсуждать. Они до сих пор его обсуждают: с 9 декабря 2019 г. до конца апреля с.г. так и не смогли согласовать ни одного, тем более трех или более районов, где силы и средства можно будет развести. Причина – различные капризы наших украинских коллег.
То же самое наблюдаем в разминировании. Украинская сторона ведет себя очень неконструктивно. Про политические вопросы, которые в полном тупике, я уже сказал. Делаются заявления о том, что и Контактная группа уже не нужна. Пытаются представить Россию стороной конфликта, полностью вывести из числа участников переговоров Донецк и Луганск. Вице-премьер Правительства Украины, министр по вопросам т.н. «временно оккупированных территорий» А.Ю.Резников заявил, что Контактная группа состоит из трех участников: Украина как «жертва», Россия как «агрессор» и ОБСЕ как «посредник», а Донецк и Луганск – это то ли наблюдатели, то ли вообще никто. Для нас Контактная группа действительно состоит из трех участников – Киев, Донецк и Луганск. Так записано в Минских договоренностях. Подавляющее большинство вопросов, которые согласованы в Минских документах, должны решаться через прямой диалог между Киевом, с одной стороны, и Донецком и Луганском – с другой. Поэтому в Контактной группе трое – Киев, Донецк и Луганск. А Россия и ОБСЕ – посредники, которые помогают им разговаривать, а по большому счету должны заставить Киев выполнять свои обязательства.
Поэтому, честно говоря, к сожалению, больших прорывов от этого разговора не жду. Еще предстоит большая битва за то, чтобы заставить и Киев, и Берлин, и Париж говорить о том, как выполняются, а вернее, почему не выполняются политические разделы французского саммита.
Вопрос: С распространением коронавируса выросла нагрузка на службы, занимающиеся решением экстренных вопросов. В их число входит и Департамент Ситуационно-кризисный центр (ДСКЦ) МИД России, оказывающий поддержку гражданам России за рубежом. Необходимы ли дополнительные силы волонтеров, например, для работы в колл-центре или технической поддержки по консульским вопросам? Если такая потребность есть, куда можно было бы отправить заявку в качестве волонтера?
С.В.Лавров: Я не могу со своей позиции дать ответ на вопрос, нужна ли ДСКЦ какая-то помощь. У них есть координаты. Обратитесь к ним. Я допускаю, что здесь возникнет чисто режимный вопрос – наличие допуска к той или иной информации, но вполне возможно, что есть виды работ, которые позволят рассмотреть возможность волонтерства на этом участке. У ДСКЦ и Консульского департамента МИД есть координаты. Обратитесь к ним, а я попрошу, чтобы они рассмотрели такую возможность, если потребность в этом существует.
Вопрос: Есть много известных исторических цитат, приписываемых русским царям, насчет того, что у России мало или вовсе нет друзей и союзников. Так, например, Александр III сказал, что у России в Европе из друзей только черногорский князь Никола I. Оценивая историческую перспективу, хотелось бы задать следующий вопрос: как же удалось допустить охлаждения российско-черногорских отношений и развития конфликта в марте с.г. касательно возвращения российских граждан на Родину? Как могут сложиться взаимоотношения двух государств после пандемии?
С.В.Лавров: Мне самому очень прискорбно, потому что я очень люблю Черногорию. К огромному сожалению, ее нынешний руководитель М.Джуканович, который бессменно возглавляет эту страну в течение почти уже двадцати лет, занял откровенно русофобскую позицию вопреки здравому смыслу и всему тому, за что он раньше выступал, говоря об отношениях с Российской Федерацией. У него были проблемы с правосудием на Западе, в ряде европейских стран ему вменяли обвинения в контрабанде и каких-то еще прегрешениях. Не исключаю, что в этом и есть причина резкой перемены в его политике. Если политические деятели настолько уязвимы, ими легко манипулировать. Говорю это с очень тяжелым сердцем. Я с ним неоднократно общался и даже помню, как читал стихи В.С.Высоцкого, прекрасный памятник которому стоит в Подгорице. Он написал одно из своих лучших стихотворений, по-моему, на одном дыхании, абсолютно искренне, всю свою душу раскрыв перед черногорским народом. Завершалось это стихотворение следующим четверостишием:
«Мне одного рожденья мало –
Расти бы мне из двух корней…
Жаль, Черногория не стала
Второю Родиной моей».
Эти слова выбиты на памятнике. Все мои друзья черногорцы всегда, когда мы встречаемся, с восторгом описывают духовное родство, близость наших народов. Когда происходит предательство, причем не кого-то конкретно, а народа, который всегда был рядом, – это печально. Но я убежден, что чувства, воплощенные в стихотворении В.С.Высоцкого, которые разделяют подавляющее большинство черногорцев, в конечном счете возобладают, и временщики уйдут.
Вопрос: Как профессиональный спортсмен, не раз защищавший честь страны на хоккейном поле, я душой болею за российский спорт. Будучи спортивным дипломатом, понимаю, что сегодня вопросы равноправной интеграции России в международное спортивное сообщество надо решать преимущественно дипломатическими методами, поэтому мой вопрос конкретный и очень важный для нас. Рассматривает ли МИД России возможность организации стажировок для представителей нашей программы, чтобы мы как будущие спортивные дипломаты уже сейчас могли приобретать опыт участия в реализации стратегии развития российского спорта на международном уровне?
С.В.Лавров: Такой темы не возникало в наших регулярных контактах с Министерством спорта России, Олимпийским комитетом, федерациями различных видов спорта, но идея хорошая. Обязательно постараемся воплотить ее в жизнь. Я считаю, это будет очень полезно, потому что Вы абсолютно верно сказали: в современной спортивной дипломатии все меньше спорта и все больше дипломатии, причем порой не очень добросовестной. Так что, я думаю, это хорошая идея. Мы постараемся ее реализовать.
Вопрос: Сегодня Вы уже сказали несколько слов о неактуальности биполярного мирового устройства. Но во время Вашей встречи со студентами ташкентского филиала МГИМО 16 января с.г. Вы также упомянули, что эпоха доминирующих на мировой арене западных стран уходит в прошлое, на мировой арене появляются новые значимые игроки. Как Вы считаете, какое влияние оказывает на этот процесс нынешняя ситуация с коронавирусом? Как, по Вашему мнению, изменится расстановка сил на мировой арене после завершения борьбы с пандемией?
С.В.Лавров: Мне кажется, варианты ответов сейчас активно обсуждаются на уровне политологов. Выводов несколько. Я упомянул о некоторых. Но если говорить о Западе и «не-Западе», то, оказалось, что совсем не принадлежность к т.н. «цивилизованному западному миру» определяет успешность принимаемых мер по борьбе с коронавирусом. Эффективность этих мер определяется, прежде всего, степенью организации государств, государственной машины. И те страны, которые все-таки при всех демократических традициях стремятся сохранять устойчивую государственную вертикаль, как показывает практика, более эффективно реагируют на немедленные вызовы, когда требуется произвести или закупить, распределить лекарства, препараты, средства индивидуальной защиты, другое оборудование; оперативно предупредить население о режиме, который следует соблюдать, и главное – обеспечить соблюдение этого режима. Это не означает, что западная система здравоохранения неэффективна. Совсем нет. Это просто означает, что эффективных государств гораздо больше, чем количество стран, относимых к т.н. «историческому Западу».
Эпоха доминирования Запада в мировых делах уходит не потому, что он стал слабым или по каким-то другим, зависящим только от него причинам. Просто законы мирового развития, объективные законы развития экономики и, в конце концов, той самой глобализации, активнейшим образом насаждавшейся Западом повсеместно на Земном шаре, в конечном итоге вывели на ведущие роли экономики, которые раньше были отстающими, а теперь научились использовать все преимущества глобализации.
Сейчас уже речь идет о том, чтобы возвращать производства в западные страны, в том числе в США, заниматься, как Вы упомянули, деглобализацией. Хотя я не верю, что это возможно. Ведь все стало настолько взаимосвязанно и взаимозависимо, что будет уже нереально что-то изменить. Говорят и о том, чтобы заниматься денационализацией, ренационализацией многих отраслей промышленности, от которых зависит выживаемость государства. Сейчас будут очень крупные дискуссии. Как я уже сказал, надеюсь, МГИМО и Дипломатическая академия (еще одно научно-учебное заведение, которое существует при нашем Министерстве) внесут свой вклад в эти дискуссии. На первое место выходит задача не допустить попыток спекулировать на нынешней ситуации для того, чтобы кого-то голословно обвинять, а это будет нагнетать конфронтацию, повышать ставки и повышать угрозы возникновения новых конфликтов – теперь уже между крупными державами.
Одна из задач саммита «пятерки» постоянных членов Совета Безопасности ООН, с инициативой о проведении которого выступил Президент России В.В.Путин, как раз и заключается в том, чтобы предотвратить подобное развитие событий независимо от того, с чем это может быть связано, – коронавирус, яростная конкурентная борьба за то, кто должен носить титул первой экономики мира, или что-то другое.
На передний план выходит сохранение мира, принципов Устава ООН. Подчеркну еще раз: суверенное равенство государств, свобода выбора путей своего развития, необходимость уважения культурно-цивилизационного многообразия современного мира, необходимость объединить усилия, возвыситься над второстепенным, к чему я отношу практически все противоречия, и сложить усилия для того, чтобы решать вопросы, связанные с глобальными вызовами, включая вызовы наподобие коронавирусной инфекции.
Вопрос: Как Вы и сказали, сейчас для мирового сообщества борьба с коронавирусной инфекцией является поистине общей целью, тем не менее, между государствами остаются определенные политические и экономические противоречия. Возможно ли, что определенные аспекты сотрудничества между странами, например, решение Российской Федерации отправить своих специалистов в страны, охваченные коронавирусом, будут использованы для решения проблем по другим направлениям и после пандемии? Если да, ускорит ли это, по Вашему мнению, становление системы международных отношений, основанной на принципах многополярности?
С.В.Лавров: Мы не этим руководствуемся, когда направляем свою помощь. В случае с Италией это была прямая просьба Премьер-министра Дж.Конте. И у нас была такая возможность. В случае с США вопрос обсуждался президентами В.В.Путиным и Д.Трампом. Д.Трамп сказал, что приветствовал бы такую возможность. Затем, в ходе еще одного телефонного разговора на прошлой неделе, отметил, что он признателен, и США будут готовы, когда у них появятся такие возможности, оказывать нам содействие. Наверное, все это будет создавать более благоприятную атмосферу для того, чтобы нормально сотрудничать и не пытаться обвинять друг друга во всех смертных грехах. Но цель, еще раз подчеркну, которая стояла перед Президентом России В.В.Путиным при принятии решения о направлении нашего содействия, была исключительно гуманитарной, предполагала решить задачу помощи людям.
Вопрос: На фоне пандемии мы наблюдаем разобщенность государств-членов ЕС. Их правительства отдали предпочтение национальным мерам реагирования, а не мерам, предпринимаемым на общеевропейском уровне. В условиях, когда былого единства между членами ЕС уже не наблюдается, каким Вы видите будущее российско-европейских отношений? Могут ли они стать более конструктивными? С какими европейскими странами у России может получиться выстроить отношения сотрудничества? Если получится, то в каких сферах взаимодействия такие отношения могли бы быть наиболее продуктивными?
С.В.Лавров: Мы не наблюдаем того, что все страны Евросоюза хотят самостоятельно бороться с коронавирусом. Совсем нет. У них там еще продолжаются жаркие дискуссии, создавать ли «коронафонд». Многие за то, чтобы это сделать. Целый ряд стран считают, что они не должны платить за других. Когда делят деньги, всегда проявляются серьезные противоречия, и здесь мы наблюдаем именно это.
Я не буду называть страны, с которыми мы предпочли бы развивать отношения. Во-первых, мы со многими из них уже развиваем отношения. Все это на виду и на слуху. Во-вторых, по большому счету, мы хотим развивать отношения со всеми, поэтому перечислением не хочу создать превратное впечатление о наших планах.
Сферы сотрудничества ничем не ограничены. Я приводил пример: в том соглашении, которое до сих пор действует между Россией и ЕС, заложены основы для диалога по более чем двадцати отраслевым направлениям. Это охватывает практически все мыслимые сферы межгосударственных отношений. Мы за то, чтобы сотрудничать на основе взаимности, дружить со всеми, кто к этому готов, на равноправной основе, на основе взаимной выгоды и интересов.
Большое спасибо.
Хафтар объявил о переходе власти в Ливии к армии
Командующий Ливийской национальной армией (ЛНА) Халифа Хафтар в понедельник объявил о том, что управление страной переходит к армии.
Телевизионное обращение командующего распространил медиа-офис ЛНА.
В минувший четверг Халифа Хафтар призвал граждан страны отвергнуть достигнутое в 2015 году в Схирате политическое соглашение, результатом которого стало формирование Правительства национального согласия (ПНС).
"Ливийцы, вы откликнулись на наш призыв объявить о прекращении политического соглашения, которое разрушило страну, а также на призыв уполномочить того, кого вы считаете наиболее достойным для управления на этом этапе", - заявил Хафтар, добавив то, что "ливийцы уполномочили главное командование (ЛНА - ред.) на эту историческую миссию".
Создание ПНС Ливии стало возможным после подписания в 2015 году так называемых Схиратских соглашений - по итогам проведения в марокканском городе Схират межливийских переговоров. Документ должен был заложить основы для политического урегулирования в стране, однако эти решения так и не были воплощены в жизнь, несмотря на усилия внешних спонсоров (Тунис, Италия, Алжир), и спецпредставителей ООН.
Глава заседающей на востоке Ливии Палаты представителей (парламент) Акиля Салех в минувший четверг выдвинул новую инициативу по политическому урегулированию в стране. Салех предложил дорожную карту, состоящую из нескольких пунктов и предусматривающую создание нового Президентского совета.
После свержения и убийства ливийского лидера Муаммара Каддафи в 2011 году Ливия фактически перестала функционировать как единое государство. Сейчас в стране царит двоевластие. На востоке заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи, правит сформированное при поддержке ООН и Евросоюза Правительство национального согласия во главе с Файезом Сарраджем. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с Ливийской национальной армией во главе с маршалом Хафтаром, который с апреля 2019 года не прекращает попыток захватить Триполи.
Иностранное вмешательство: как США и Турция делят Ливию
СМИ: США обучают армию Хафтара для штурма Триполи
Алексей Поплавский
США вмешиваются в ливийский конфликт, обучая подразделения армии фельдмаршала Халифы Хафтара, сообщают турецкие СМИ. При этом официально Вашингтон поддерживает их противников — правительство национального согласия Файеза Сараджа. Взаимодействуя с Хафтаром американская сторона выступает против Турции, которая активно помогает ПНС. Обе страны нарушают международные договоренности по урегулированию конфликта.
США активно сотрудничают с ливийской национальной армией (ЛНА) во главе с фельдмаршалом Халифой Хафтаром в Ливии, пишет турецкая газета Aydınlık. Источники издания утверждают, что контакты происходят под предлогом борьбы с терроризмом в Африке, но на самом деле американские спецслужбы занимаются обучением бойцов ЛНА.
Ливийский конфликт продолжается уже более 9 лет, в настоящее время в стране существует двоевластие. Запад государства и столицу — Триполи — контролирует поддерживаемое ООН правительство национального согласия (ПНС) во главе с Файезом Сараджем, а восток удерживает Хафтар вместе с временным кабинетом Абдаллы Абдуррахмана ат-Тани и парламентом.
Взаимодействие ЛНА и США осуществляется за счет авиабазы Бенина в Бенгази — она находится под контролем американских военных. Как отмечает Aydınlık, на объекте развернута оперативная группа ЦРУ, которые проводят антитеррористические операции на территории ЛНА в Ливии.
Американские спецслужбы активно контактируют с местными властями при поиске и ликвидации боевиков.
В частности, совместные операции проводятся с участием 106-й бригады и 155-го батальона ЛНА. При этом бригадой командует сын Хафтара Халед, а батальон считается одним из самых боеспособных соединений Ливийской национальной армии.
Кроме того, к востоку от Бенгази американские военные развернули тренировочный лагерь, в котором, собственно, и проходит обучение армии Хафтара. Источники турецкой газеты уверены, что военных из ЛНА готовят к наступлению на Триполи, что создает угрозу для ПНС и поддерживающей его Турции.
Ливийский кризис
США пока официально не подтверждают эту информацию, да и в целом Вашингтон скорее можно назвать союзником правительства Сараджа, а не Хафтара. Еще в феврале помощник госсекретаря по делам Ближнего Востока Дэвид Шенкер благодарил Турцию за остановку продвижения сил ЛНА к ливийской столице. Однако он также отмечал, что
США против размещения турецких сил на территории Ливии.
«Мы отвергаем военную кампанию Хафтара и призываем его принять участие в урегулировании кризиса. США просили Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Египет и Турцию оказать давление на Хафтара и ПНС с целью прекратить боевые действия и присоединиться к процессу ООН по урегулированию конфликта в Ливии», — подчеркивал Шенкер.
По оценкам США, ЛНА уже контролируют около 75% республики, и пытаются захватить Триполи, чтобы окончательно переломить ситуацию в свою сторону. В этом им активно мешает Турция, которая еще в прошлом году заключила меморандум о сотрудничестве в военной сфере и о взаимопонимании по морским зонам с правительством национального согласия Сараджа. А в начале 2020 года турецкий парламент одобрил отправку военного контингента на ливийскую территорию в качестве поддержки.
Как писал портал Afrigatenews, турецкая сторона завербовала более 4 тыс. боевиков сирийской оппозиции и уже доставила половину из них в Триполи. Остальная часть ополченцев готовится к отправке в Ливию в турецких тренировочных лагерях.
Особый интерес Анкары заставил международное сообщество вплотную заняться урегулированием ситуации.
Так, в начале переговоры враждующих сторон были организованы в Москве. После в Берлине состоялась крупная конференция с участием лидеров ведущих западных стран.
Главным итогом переговоров можно считать лишь частичную заморозку турецкого вмешательства в Ливию, однако сам конфликт так и не был урегулирован. В первую очередь это связано с тем, что Хафтар и Сарадж отказались от личного диалога.
Достигнутые соглашения в основном касаются внешних игроков. Стороны конфликта согласились поддерживать режим прекращения огня, а мировые державы подтвердили необходимость соблюдения эмбарго на поставки оружия в Ливию и заявили о неприемлемости иностранного вмешательства в конфликт.
Эти решения были приняты на берлинской конференции в середине января, но их выполнение серьезно буксует, говорил глава МИД России Сергей Лавров. Он отметил, что в регионе возобновились боевые действия.
«Мы выступаем с одной простой инициативой — давайте опять продолжать политический процесс. Военного решения у этого конфликта нет, нужно договариваться», — отмечал Лавров.
Боевые действия возобновились в середине апреля, ПНС установили контроль над побережьем к западу от Триполи и решили выбить силы ЛНА из соседнего города Тархун. Пока бойцы Хафтара успешно сдерживают атаки сторонников Сараджа. При этом в ЛНА указывают, что режим прекращения огня был сорван в связи с увеличением «темпов переброски террористов из Сирии».
Крах соглашений
Учитывая, что в использовании сирийских боевиков зачастую обвиняют Турцию, вероятно, Анкара решила проигнорировать международные договоренности и продолжает активно вмешиваться в ливийский конфликт. О том, что турецкая сторона нарушает достигнутые соглашения и доставляет в Ливию ополченцев из Сирии еще в конце января говорил президент Франции Эммануэль Макрон.
В подобных условиях возможное американское вмешательство в конфликт в какой-то степени может внести определенный баланс в ситуацию. Как пишет Aydınlık,американская сторона решила противостоять Турции из-за ее доктрины «голубая родина», которая противоречит стратегии США в Восточном Средиземноморье.
Впрочем, рассматривая ситуацию в Ливии не стоит забывать и о других международных игроках, которые продвигают необходимость политического урегулирования конфликта. Особую роль здесь играет Россия, которая не отдает предпочтений ни одной из сторон.
В заявлениях западных политиков и в публикациях СМИ часто звучат обвинения в адрес Москвы, которая якобы поддерживает как Каддафи-младшего, так и Хафтара. На деле же, как отмечал в интервью «Газете.Ru» глава российской контактной группы по внутриливийскому урегулированию при МИД РФ Лев Деньгов, позиция России «равно приближенная по отношению ко всем участникам конфликта».
Благодаря участию России политический процесс по стабилизации ситуации в республике фактически был запущен, именно российская сторона настояла на участии представителей ЛНА и ПНС в берлинской конференции, а также совместно с Турцией способствовала первым переговорам в Москве.
На фоне нового витка конфликта Россия требует от сторон возвращения к соблюдению договоренностей, а также призывает ООН как можно скорее назначить нового спецпредставителя по Ливии. При этом, как подчеркивал Сергей Лавров, претендент должен быть родом из африканской республики.
Пока ситуация в Ливии остается достаточно острой, а возобновление боевых действий при возможном посредничестве двух крупных держав — США и Турции — создает определенные риски усиления эскалации. Как именно будет развиваться конфликт неизвестно, но сроки его завершения определенно затягиваются.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в рамках заседания круглого стола с участниками Клуба поддержки публичной дипломатии им. А.М.Горчакова в формате видеоконференции, Москва, 21 апреля 2020 года
Признателен Фонду поддержки публичной дипломатии им. А.М.Горчакова, пригласившему меня принять участие в дискуссии, которая, как я понимаю, открывает цикл лекций, которые Фонд будет проводить в режиме онлайн.
Жизнь заставляет искать креативные пути продолжения дискуссий о будущем человечества. В этих нынешних условиях они, как никогда, актуальны.
Коронавирусная инфекция, которая стала серьезнейшим испытанием для всех государств, многих международных организаций, конечно же, должна побуждать нас к осмыслению происходящего в мире, а также к осмыслению того как дальше жить, куда двигаться, чтобы обеспечить мирное, безопасное и стабильное будущее всего человечества.
Уже давно стало понятно, и пандемия это подтвердила предельно обостренно, что мы живем в мире, который взаимозависим, взаимосвязан. В условиях свободного перемещения людей, капиталов, услуг и товаров по всей планете, также свободно перемещаются и угрозы, среди которых нам хорошо стал уже известным терроризм, наркотрафик, другие формы организованной преступности, угроза распространения оружия массового уничтожения, а теперь еще и угроза пандемии, которая не знает границ, от которой невозможно отгородиться.
Понятно, что в таких условиях необходимы коллективные подходы к выстраиванию международных отношений. Концепции и практики гегемонизма, доминирования абсолютно не уместны в XXI веке. Мир уверенно движется по пути формирования новой, более справедливой и демократичной системы международных отношений, по пути формирования полицентричной архитектуры мироустройства. Это происходит не искусственно, а путем естественного подъема целого ряда экономик, финансовых центров. А вслед за экономическим и финансовым влиянием, конечно же, приходит влияние в сфере международной политики. Такие процессы мы наблюдаем, прежде всего, в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), Латинской Америке, но также и в Африке, с развитием и освоением ресурсов которой многие связывают будущее человечества на очень длительный исторический период. Страны, которые таким образом поднимаются сегодня, укрепляют свои национальные экономики, финансовые возможности, они, конечно же, проводят самостоятельную, национально ориентированную внешнюю политику. И надо признать, что многие из них добиваются весьма позитивных, впечатляющих результатов.
Попытки затормозить этот процесс, которые мы наблюдаем, конечно же, обречены в историческом плане. Понятно, что страны, которые почти половину тысячелетия «заказывали музыку» в международных делах, а сейчас видят новых достаточно серьезных и все более укрепляющихся конкурентов, хотят сохранить свои привилегированные позиции. В ход идут различные инструменты не вполне, порой, чистоплотные. Подчеркну еще раз, все равно исторически попытки затормозить объективный процесс формирования многополярной системы обречены. Понимание этого проявляется в целом ряде случаев, в том числе, в том как сформировалась и как функционирует «Группа двадцати», где представлены страны «Группы семи» и страны БРИКС, без взаимодействия которых, без достижения консенсуса между которыми, очень трудно решать любые мало-мальски серьезные проблемы в мировой экономике, мировых финансах и, по большому счету, в мировой политике.
На принципах консенсуса работают и другие объединения, в которых участвует Российская Федерация. В частности, упомяну ШОС, интеграционные объединения на постсоветском пространстве – Евразийский экономический союз (ЕАЭС), ОДКБ, СНГ.
Я исхожу из того, что нынешняя кризисная ситуация, связанная с коронавирусной инфекцией, заставляет нас более серьезно и, наверное, более оперативно рассматривать те решения, которые по разным причинам международные игроки откладывали «на потом». В частности, имею в виду гуманитарные аспекты развития человечества. Колоссальный ущерб населению целого ряда государств наносят односторонние и нелегитимные санкции, а также санкции, которые принимались в обход СБ ООН. Прежде всего, имею в виду такие страны, как Иран, Сирия, КНДР, другие государства, которые стали объектом незаконных, односторонних санкций Запада. Даже сейчас, когда они остро нуждаются в оборудовании, медикаментах, в средствах специальной защиты для борьбы с пандемией, они не могут этого получить, потому что западные страны, прежде всего, США категорически отказываются откликаться на предложения объявить гуманитарную паузу, сделать исключение из любых санкций для поставок товаров, необходимых для борьбы с пандемией. Это все прискорбно. Напомню, что соответствующий призыв сделал Генеральный секретарь ООН А.Гутерреш, с аналогичным призывом выступила Верховный комиссар ООН по правам человека М.Бачелет. Президент Российской Федерации В.В.Путин на проходившем в режиме онлайн саммите «Группы двадцати», выдвинул инициативу создания своего рода «зеленых коридоров», которые были бы свободны от торговых войн и санкций, для того, чтобы поставлять в нуждающиеся страны медикаменты, продовольствие, соответствующее оборудование и технологии.
Перед тем как мы перейдем к интерактивной части нашего общения. Хотел бы напомнить один принципиальный, концептуальный вопрос, который мы заостряем в последнее время. Я имею в виду, тенденцию в действиях наших западных партнеров к тому, чтобы пореже упоминать международное право, а то и вообще убрать это словосочетание из лексикона. Вместо устоявшегося термина «международное право» они стараются использовать новую формулу «порядок, основанный на правилах». Мы видим, как это концепция обретает плоть и реализуется в практических действиях наших западных партнеров в том, что касается перенесения за пределы ООН, за рамки универсальных, многосторонних институтов тех вопросов, по которым Запад хочет отстаивать исключительно только свою точку зрения и не хочет договариваться.
Обратите внимание, как только в устоявшихся и общепризнанных механизмах появляется проблема, по которой Запад встречает сопротивление, он уже во многих случаях перестает искать консенсус, он просто выносит эту проблему и тему за рамки многосторонних структур. Я имею в виду и то, что происходит в ОЗХО, и попытки голосованием менять консенсусные конвенциональные документы и многое другое. Мы, конечно, будем отстаивать универсальные институты, которые являются ооноцентричными и всю систему международных связей, которая сложилась на базе Устава ООН. Принципы, заложенные в этом Уставе, прежде всего, суверенное равенство государств, невмешательство во внутренние дела друг друга, мирное урегулирование споров, все они абсолютно сохраняют и даже повышают свое значение в современных условиях.
Мы в этом году отмечаем 75-летие Победы во Второй мировой войне и 75-летие образования ООН. Я думаю, что это хороший повод для того, чтобы мы все сплотились и сконцентрировались на укреплении универсальных механизмов, не пытались бы создавать ущербные структуры, которые будут пытаться подменять многостороннюю дипломатию различными терминами, такими как «порядок, основанный на правилах» или сейчас изобретенное выражение «союз в поддержку мультилатерализма», то есть в поддержку многосторонности.
Те, кто хочет поддерживать многосторонность, должны признать, что подлинная и единственно верная многосторонность воплощена в ООН, которая обладает уникальной легитимностью. Поэтому поборники многосторонности должны приходить в ООН и там договариваться со всеми остальными государствами, а не пытаться вынести острые темы для того, чтобы договариваться по ним в узком кругу «единомышленников», а всем остальным потом навязывать это как универсальное и абсолютно безальтернативное мнение.
Вот что нас беспокоит. Я очень признателен, что у нас есть сегодня возможность поговорить на эти темы. Мы всегда стараемся слышать и учитывать в нашей работе те оценки, которые высказывают российские и зарубежные эксперты и политологи.
Спасибо большое за внимание. Я готов к дальнейшей работе.
Вопрос: В связи с тем, что было в Ливии. Уже давным-давно любой объективный человек признал, что именно благодаря помощи Российской Федерации получилось спасти не только легитимное правительство Сирии, но страну как таковую. Помимо Сирии, в регионе есть еще одна горячая, тревожная точка - это Ливия. Как Вы думаете, есть ли возможность, чтобы Россия стала инициатором подобной инициативы по конкретному, эффективному урегулированию ситуации в Ливии, создавая международную коалицию, допустим, с Египтом, с Италией, с другими странами, находящимися в этом регионе?
C.В.Лавров: Мы абсолютно открыты для того, чтобы наладить честное, сбалансированное взаимодействие по любому кризисному вопросу, включая взаимодействие по урегулированию конфликта в Ливии. Вы знаете как этот конфликт начинался, когда западные наши коллеги - страны НАТО - грубейшим образом злоупотребили резолюцией СБ ООН. Резолюция принималась в 2011 г. и предусматривала введение бесполетной зоны над Ливией, что подразумевало одну конкретную вещь, что эта резолюция и объясняла: авиация военно-воздушных сил полковника Каддафи не должна была подниматься в воздух. Она и не поднимались. И для того, чтобы обеспечивать режим бесполетной зоны, все заинтересованные страны были уполномочены Советом Безопасности для того, чтобы принимать все необходимые меры, чтобы ВВС Кадафи не летали. Они и не летали, но Запад, я считаю, весьма грубо, беспардонно поднял авиацию НАТО и стал бомбить армию Каддафи на земле, по сути дела выступив на стороне экстремистов (а их там было большинство), которые взяли курс на свержение режима. После этого Ливия превратилась в «черную дыру». В черную Африку, в Африку южнее Сахары и Сахаро-Сахельский район хлынули потоки контрабанды оружия, потоки боевиков, наркотиков. Многие террористические проявления, которые с тех пор в Африке укрепились достаточно прочно, связаны именно с тем периодом. А на север через Ливию хлынули потоки нелегальных мигрантов, от которых Европа до сих пор страдает и решает эту проблему достаточно сложно. Что делать сейчас… Я это говорю не для того, чтобы мы постоянно возвращались к вопросу о том, кто виноват. Вопрос что делать - не менее важен, и здесь у нас есть с итальянскими нашими коллегами, со многими другими европейскими странами и со странами региона достаточно хорошее понимание. Понимание заключается в том, что военного решения у этого конфликта нет, что нужно договариваться, и Россия вместе с целым рядом других государств, включая Турцию, Египет, ОАЭ, Катар, предпринимает усилия для того, чтобы такой политический диалог запустить. Напомню, что мы активно поддерживали деятельность специального представителя ООН по Ливийскому урегулированию, когда Гасан Саламе был на этом посту. Мы старались оказывать содействие процессу и через собственные инициативы, когда мы поддержали Берлинский процесс, постарались помочь успеху Берлинской конференции, созвав вместе с нашими турецкими коллегами в Москве встречу главных протагонистов ливийского конфликта, имея в виду маршала Хафтара, Ф.Сараджа - главу Президентского совета и Правительства национального единства и А.Салеха - председателя парламента в Тобруке. К сожалению, на этой встрече в Москве мы не смогли подписать никакого документа, но, тем не менее, движение в направлении выработки компромиссов, выработки консенсусов мы задали. Мы сыграли решающую роль в том, чтобы убедить наших немецких коллег не игнорировать ливийские стороны при подготовке Берлинской конференции. Они сначала вообще не хотели звать ни Сараджа, ни Хафтара, никого из ливийцев, и не хотели даже звать соседей Ливии. Мы достаточно активно работали с Берлином, мы убедили их в том, что это было бы ошибкой. Так на Берлинской конференции появились главные протагонисты – Ф.Сарадж и Х.Хафтар. Так там появились и соседи Ливии, включая наших египетских коллег. И наш главный «месседж», как сейчас принято говорить, в ходе Берлинский конференции заключался в том, что мы готовы поддержать любые решения, при понимании, что их поддержат Ф.Сарадж и Х.Хафтар. К сожалению, прямого ответа в ходе берлинских дискуссий мы на этот вопрос не получили, поэтому мы высказались в поддержку тех идей, которые были сформулированы в Берлине, но конечно же сказали, что их нужно, прежде всего, не навязать, а убедить стороны согласиться с этими подходами. К сожалению, в очередной раз были правы, потому что сейчас, в очередной раз буксует выполнение решений Берлинской конференции, боевые действия возобновились. Мы выступаем с одной простой инициативой: давайте опять продолжать политический процесс. Г.Саламе, который был активным, если не главным мотором Берлинского процесса, попросил освободить его от обязанностей Спецпредставителя Генерального секретаря. Сейчас обязанности спецпредставителя ООН по Ливии исполняет американка С.Уильямс, она была заместительницей Г.Саламе. Я считаю, что необходимо как можно скорее назначить постоянно действующего спецпредставителя, который, по нашему убеждению, должен быть из африканской страны, из страны, которая находится в общем регионе с Ливией. Сейчас Европейский Союз решил помогать отслеживать соблюдение эмбарго на поставки вооружений в Ливию. Это благородное дело, но все-таки не раз мы уже говорили нашим европейским друзьям за последние несколько месяцев - я и с Ж.Боррелем разговаривал, и с Х.Маасом, и Л.Ди Майо. Мне кажется, что Евросоюз обязан прийти в Совет Безопасности и сказать: «Совет Безопасности объявил оружейное эмбарго, его нужно выполнять. Мы, Европейский Союз, хотим осуществить еще одну спецоперацию по контролю за соблюдением эмбарго. Она содержит в себе такие-то и такие-то компоненты. Просим Совет Безопасности поддержать наш подход». То обстоятельство, что Евросоюз всячески уклоняется от того, чтобы представить свои идеи в Совбезе ООН наводит, конечно, на вопросы о причинах такой позиции. Надеюсь, что нам в самое ближайшее время эти причины раскроют. Еще раз подчеркну, обобщая свое достаточно пространное заявление, что мы за то, чтобы создать площадку, на которой все внешние игроки будут убеждать ливийские стороны договариваться. Попытки ставить то на один, то на другой лагерь мы наблюдали в прошлом. С самого начала усилий ООН по ливийскому урегулированию мы поддерживали контакты буквально со всеми ливийскими сторонами. Все они бывали в России, мы встречались с каждым из этих политических деятелей на различных многосторонних площадках и сейчас мы с удовлетворением отмечаем, что те наши партнеры, которые на начальных этапах пытались делать ставку на ту или иную ливийскую сторону, сейчас все таки понимают, что гораздо продуктивнее заставить их сесть за стол переговоров и договариваться. Вот, собственно, что я считаю необходимым сейчас всем нам делать по ливийскому кризису.
Вопрос: Как Вы отметили, с начала 2020 г. мы наблюдаем на глобальном уровне ситуацию идеального шторма. Как вы оцениваете влияние этих трендов, в целом, на страны ЕАЭС и в частности, на Казахстан и Россию, и что нам нужно совместно предпринимать по этому поводу?
С.В.Лавров: Убежден, что страны на постсоветском пространстве могут с наименьшими потерями пройти нынешние времена только вместе. Так получилось, что кризис разразился в момент, когда мы должны были сделать, я убежден, что это еще произойдет, очень важные, новые качественные шаги в развитии евразийской интеграции, где у нас уже обеспечена свобода передвижения людей, товаров, услуг, капиталов, и где запланировано на следующих этапах дополнительное снятие остающихся барьеров, включая выход на единый энергетический рынок через пару лет. Я думаю, что все эти планы полностью сохраняют свою силу – это было подтверждено на недавнем онлайн саммите стран-членов ЕАЭС. Готовятся также встречи в онлайн режиме на уровне глав правительств, отраслевых министров. Мое убеждение, нам нужно обязательно укреплять коллективные, многосторонние институты. Это касается и Евразийского банка развития и Евразийского фонда соответствующего, которые действуют, которые существуют и решают немало очень важных проблем для стран-членов. Так что у меня здесь никаких откровений, которые стали бы сюрпризом, нет. Кропотливая работа по укреплению совместных институтов. И конечно же, нам нужно учитывать опыт других интеграционных объединений, которые начали работать гораздо раньше, чем ЕАЭС, имею в виду, прежде всего, ЕС. Европейский Союз сейчас переживает, как и все мы, очень непростые времена, но этот кризис совпал с обострением дискуссий внутри ЕС об оптимальном соотношении между функционированием наднациональных органов и ответственностью национальных правительств. Это очень важная проблема, мы видим, как остро она обсуждается между Брюсселем и целым рядом столиц, в том числе в связи с теми полномочиями, которыми должны обладать национальные правительства, теми полномочиями, которые будут или уже делегированы центральным, наднациональным структурам. Конечно, мы это тоже обсуждаем в ЕАЭС. Здесь надо всегда извлекать из кризиса какие-то уроки, которые будут полезны на будущее, и то, как эти вопросы будут решаться в ЕС, для нас будет весьма полезно, чтобы выбрать пути решения соответствующих задач внутри ЕАЭС.
Вопрос: Как Вы знаете, в Польше есть мнение, что это очень хорошо, что отношения между Россией и ЕС плохие. Считаете ли Вы, что во время кризиса после пандемии, эти отношения, прежде всего экономические, нормализуются? Если да, будут ли польские власти пытаться замедлить такую нормализацию? Или Варшава в такой ситуации решит, что экономика важнее политики?
С.В.Лавров: Спасибо, очень интересный вопрос.
Вы сказали, что в Польше есть люди, которые считают, что это хорошо, когда между Россией и ЕС плохие отношения. Могу Вас уверить, что в России есть люди, которые радуются тому, что отношения между Польшей и ЕС тоже не очень хорошие. Если мы будем всегда искать вещи, которые можно использовать для злорадства, тогда мы будем заниматься не политикой, а политиканством и удовлетворением собственных или чьих-то амбиций.
Прекрасно помню времена, когда я пришел на должность министра иностранных дел. У нас с Польшей всегда были непростые исторические отношения, но в тот период у нас с ней, наверное, было столько механизмов для сотрудничества, сколько едва ли у нас есть с какой-либо другой европейской страной. У нас был Комитет по стратегии развития российско-польского сотрудничества, который возглавляли министры иностранных дел с участием заместителей министров экономики, финансов, торговли, культуры. Была группа по сложным вопросам, где историки собирались и честно обсуждали печальные или наоборот неплохие страницы прошлого польского и российского народов. Более того, какие-то ростки этих отношений сохраняются до сих пор. Не так давно, уже точно после 2014 года, был выпущен российско-польский учебник по периоду столетней давности, но тем не менее. Там был целый ряд совместных статей. По тем статьям, где оценки расходились, были опубликованы два мнения - польское и российское. Это гораздо лучше, чем обвинять друг друга через микрофоны и не иметь возможности общаться. У нас была совместная награда министров иностранных дел России и Польши для деятелей культуры. Помню, вместе с Министром иностранных дел Польши Р.Сикорским мы награждали Б.Брыльску и В.Ерофеева. Это было в Варшаве. Была очень теплая церемония. Много, что было полезного. Все это сейчас «заморожено», в том числе и режим безвизового передвижения между Калининградской областью и соседними воеводствами Польши. Я считаю, это печальным фактом. Если уж все мы (а польское руководство, по-моему, тоже за это выступает) поддерживаем контакты между людьми, открытость обществ, то как можно закрывать безвизовое передвижение? Там ссылаются на то, что оно было во многом связано с коммерческими интересами: кто-то покупал где-то подешевле, продавал у себя потом подороже. Но люди все равно общались.
Насчет того, как нам выходить из этой ситуации, Евросоюз - мы видим это и слышим, об этом заявляется публично - все больше приближается к моменту, когда надо будет решать пересматривать «пять принципов», которые Ф.Могерини изобрела для отношений с Россией, или оставить их как есть. Я знаю, что Польша выступает за их сохранение. Многие другие страны тоже высказываются в пользу того, чтобы не делать никаких подвижек. Целый ряд других членов ЕС считает, что нужно все-таки посмотреть на эту ситуацию открытыми глазами, прежде всего, исходя из интересов народов Евросоюза, экономики стран ЕС. Мы будем готовы разговаривать с Европейским союзом при любых обстоятельствах. Собственно, делаем это и сейчас. Просто «пять принципов» используются некоторыми странами для того, чтобы блокировать возобновление работы секторальных диалогов, которых у нас было более двадцати: энергетика, культура, права человека, транспорт, здравоохранение, финансы. У нас было два ежегодных саммита. Был Постоянный совет партнерства (существует сейчас формально), в рамках которого должны были рассматриваться оценки выполнения договоренностей по всему фронту отношений. Все это сейчас «заморожено». Нас сейчас обвиняют, в том числе польские коллеги, что Россия пытается подорвать авторитет ЕС и вместо того, чтобы разговаривать с Брюсселем, разговаривает со столицами стран-членов - Римом, Парижем, Будапештом. Это не то чтобы наш злой умысел, так сложились обстоятельства. Если Брюссель «заморозил» все каналы, а столицы стран-членов выступают за развитие двусторонних отношений, то, конечно, мы будем откликаться.
Очень надеюсь, что с нашими польскими соседями и, не побоюсь этого слова, друзьями (у меня много друзей в Польше) мы тоже преодолеем нынешний период, и попытки искусственно создавать поводы для разъединения наших народов не возобладают. Уверяю Вас, что в нас вы найдете самый позитивный отклик на любые предложения, которые будут деидеологизированы и будут опираться на сегодняшний коренной интерес граждан Польши и России.
Вопрос: Как Вы знаете, в США уже несколько месяцев ведутся дебаты о возможном выходе из Договора по открытому небу (ДОН). Предполагается, что может быть уже в сентябре последует официальное заявление со стороны США. Как Вы считаете, готова ли Россия остаться участником Договора в случае выхода США? Если да, то при каких условиях это возможно? Могут ли на это решение повлиять европейские партнеры по Договору?
С.В.Лавров: Этот вопрос становится весьма актуальным, учитывая сроки, о которых Вы упомянули. Эксперты, следящие за развитием ситуации, считают, что решение в Вашингтоне уже принято. Полагаем, что в этих оценках есть существенная доля правды. Мы делаем примерно такие же выводы, исходя из наших контактов с американцами, другими членами НАТО и ДОН. Как и в случае с Договором о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) и с Договором по открытому небу американцы начинают уже активнейшим образом (и делают это давно) продвигать тезис о том, что Россия его нарушает. Хотя с фактами здесь, как и в случае с ДРСМД, у американцев плоховато. Не буду вдаваться в детали, если Вы следите за этим вопросом, то знаете компромиссы, которые были достигнуты в отношении главной претензии, которую предъявлял нам Запад. Имею в виду полеты над российской территорией вблизи границ с Абхазией и Южной Осетией. Мы были готовы урегулировать эти претензии при понимании, что Грузия также откроет свое небо для таких полетов. Тогда мы открыли бы районы над территорией Российской Федерации, прилегающие к Абхазии и Южной Осетии. Такой компромисс был достигнут, потом грузинская сторона от него отказалась и сказала, что не будет разрешать нашим инспекторам летать над своей территорией. Вот, единственная реальная претензия, которая сохраняется искусственно. Можно было давным-давно об этом договориться, как собственно мы и сделали. Но наши коллеги не сдержали своего слова.
Кстати, аналогичный прием американцы используют и в отношении Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). Хотя они официально заявили, что не будут его ратифицировать, но, тем не менее, пытаются использовать его положения, чтобы обвинять нас и с недавнего времени Китай в том, что мы нарушаем ДВЗЯИ. Какова цель? Как я понимаю, та же, что и в случае с ДРСМД. Только с ДРСМД нужно было оправдать выход из этого Договора, а в случае с ДВЗЯИ надо оправдать, почему американцы категорически и уже официально заявили, что не будут к нему присоединяться. То же самое и с Договором по открытому небу. У нынешней Администрации США концептуально, принципиально есть неприятие каких-либо видов контроля над американской военной деятельностью. Особенно, когда такой контроль осуществляется на или над территорией США.
Последуют ли другие страны за американцами? Я сомневаюсь. Мне кажется, европейцы понимают, что ДОН имеет добавленную стоимость как инструмент доверия, предсказуемости, транспарентности. В качестве такового мы его рассматриваем. Наша реакция на потенциальные решения Вашингтона будет зависеть от того, как это решение будет сформулировано, что оно конкретно будет означать. Конечно, мы будем смотреть на то, последует ли кто-то из натовских союзников за Вашингтоном, потому что от этого будет зависеть та самая добавленная стоимость, которую сейчас имеет Договор. Но насколько она будет сохраняться в свете американских планов, мы должны будем просто посмотреть.
Вопрос: Как показывает жизнь в последние годы уровень поддержки ЕАЭС населением Киргизии неуклонно падает, растет критика, в частности относительно свободы передвижения товаров и финансов. Россия помогает нашим трудовым мигрантам, но наряду с этим именно слабая работа нашего национального руководства стала предметом такой критики и причиной скептицизма населения Киргизии относительно перспектив ЕАЭС. Как Вы думаете, не пора ли внести коррективы в политику России на пространстве ближнего зарубежья, в частности Центральной Азии?
С.В.Лавров: Коррективы в какую сторону?
Вопрос: В сторону интенсификации работы с политическими группами, силами.
С.В.Лавров: Прекрасно понимаем значение отношений с нашими соседями в Центральной Азии, в Закавказье, на европейском участке СНГ. Мы видим, как в этих же регионах, в том числе в Центральной Азии, начинают повышать свою активность США, ЕС, Япония, КНР, Турция. Сложились форматы «пять плюс один», где пять - это центральноазиатские государства, а один - это либо США, либо Япония, либо Евросоюз. Мы как Российская Федерация предложили такой формат. Наши центральноазиатские друзья активно это поддержали. Провели уже две встречи. Казалось бы, зачем нам лишние формы и форматы, когда у нас есть СНГ, ЕАЭС, ШОС, ОДКБ? Но ни одна из этих структур не позволяет России напрямую общаться и разговаривать со всеми пятью центральноазиатскими странами. Я думаю, такое неформальное объединение «пять плюс один» (Центральная Азия плюс Россия) будет полезно. Провели уже две встречи министров иностранных дел в таком формате.
Что касается ЕАЭС и насколько оно отвечает чаяниям стран-участниц. Вы знаете, что немало критики звучит в адрес ЕАЭС. Наши белорусские соседи продвигают такие критические подходы. ЕАЭС – достаточно молодое объединение. Если сравнить его с ЕС, то на порядок моложе. Конечно, мы стараемся использовать позитивный опыт ЕС и учитывать ошибки, которые делались в процессе интеграции, но никогда опыта наших иностранных коллег не будет достаточно для того, чтобы мы решали все вопросы в ЕАЭС. Мы постепенно движемся к формированию общих рынков, в том числе общих рынков энергии – это один из ключевых, этапных, качественных периодов, который будет наступать в наших отношениях. Посмотрите объективно на те выгоды, которые сейчас существуют, не «поддавайтесь искушению» принимать это как данность. Трудовые мигранты работали и до ЕАЭС – ничего страшного не происходило. Периодически накапливались проблемы, объявлялась амнистия для трудовых мигрантов, как это было не один раз, в том числе недавно.
Причем здесь ЕАЭС? На самом деле ЕАЭС легализовал эту ситуацию и позволяет извлекать выгоду из свободного передвижения трудовых ресурсов на абсолютно прочной правовой основе. Мы оказывали существенное содействие Киргизии на создание инфраструктуры, необходимой для обеспечения свободного передвижения товаров, капиталов, услуг и рабочей силы, регулярно поддерживаем в гуманитарном плане, в том числе оказываем содействие для поддержания бюджета страны. Нет предела совершенству. Но если в Киргизии распространяется мнение о том, что надо что-то менять, я не исключаю, что это отражение соревновательного процесса, конкуренции за Центральную Азию, в которую активно вступили наши западные коллеги. Мы считаем, что такая конкуренция контрпродуктивна. Гораздо лучше сотрудничать, чтобы помогать центральноазиатским странам, в том числе Киргизии, Таджикистану, которые в этом особенно нуждаются, помогать развивать экономику, создавать устойчивость в народном хозяйстве. Мы к этому готовы. К сожалению, не готовы наши западные коллеги. Когда ЕС выдвинул свою центральноазиатскую стратегию, в ней вообще не упоминалось ни о ШОС, ни о ЕАЭС, ни об СНГ – структурах, в которых центральноазиатские страны так или иначе участвуют. Они были упомянуты по касательной в качестве предостережения - что нужно следить, чтобы ЕАЭС, ШОС, ОДКБ и т.д. не сильно мешали ЕС работать с Центральной Азией. Точно также как программа «Восточное партнерство» для Закавказских и европейских стран на пространстве СНГ, которую выдвинул ЕС, была нацелена на конкуренцию, на сдерживание России на соответствующих территориях.
Если в Киргизии под воздействием такого рода программ и концепций назревает мнение, что нужно что-то менять в отношениях с Россией, наверное, все-таки не буду соглашаться с необходимостью учитывать воздействие идей подобного рода. Например, мы с Китаем и в рамках ШОС, и в рамках взаимодействия, которое сейчас налаживается между ЕАЭС и проектами Китая по программе «Один пояс – один путь», стараемся объединять наши ресурсы и усилия, чтобы помогать странам Центральной Азии развиваться гармонично в плане своей национальной экономики и с точки зрения превращения национальной экономики в органичную часть всего центральноазиатского экономического комплекса. Сейчас с китайскими и киргизскими коллегами мы разрабатываем общий подход к развитию железнодорожной сети Киргизии. Развитию ее таким образом, чтобы железная дорога не просто превратила страну в транзитный пункт дальше туда на Узбекистан, а проходила по населенным пунктам и помогала создавать параллельные производства и экономические возможности.
Если у Вас, как у человека, который следит за этими настроениями, есть конкретные идеи, как можно было бы скорректировать работу органов ЕАЭС в Киргизии, или есть подсказки о том, как Россия могла бы более эффективно сотрудничать с киргизскими коллегами для развития наших отношений, присылайте, мы с удовольствием их рассмотрим и потом сможем продолжить разговор.
Вопрос: Разрешите поблагодарить Вас за помощь, которую Россия оказывает Сербии в эти сложные времена. 24 апреля с.г. в рамках ООН впервые отмечается Международный день многосторонности и дипломатии во имя мира. Как Вы считаете, сможет ли многосторонность снова стать актуальной в процессе решения вопроса статуса Косово?
С.В.Лавров: Я не знал про этот день. Во вступительном слове я упоминал инициативу развития мультилатерализма, которую выдвинули Германия и Франция. Внимательно слежу за этой инициативой. Если есть решение ГА ООН о том, что надо отмечать день, который символизировал бы поддержку многосторонности и дипломатии во имя мира, очень рад этому обстоятельству. Франко-германская инициатива о формировании группы друзей мультилатерализма развивается вне ООН, тем самым подвергая сомнению универсальный характер Организации. Считаю, что многосторонность воплощена в Уставе ООН. Многосторонность, опирающаяся на принципы суверенного равенства государств, невмешательства и сотрудничества в целях мирного урегулирования споров, - это абсолютное требование сегодняшнего дня.
Спасибо за подсказку, я обязательно наведу справки, как этот день будет отмечаться. Постараемся сделать так, чтобы в будущем он отмечался максимально громко и позволял доносить идеалы многосторонности до всех государств, чтобы мы использовали этот праздник для укрепления ООН, а не для создания конкурирующих келейных механизмов для продвижения сомнительных идей.
Вопрос: В общем объеме внешнеторгового оборота Грузии Россия занимает третье место. Получилось, что отсутствие посольских миссий и торговых представительств стало помехой для объемного движения капиталов, товаров, услуг и трудовых ресурсов между нашими странами. Как Вы думаете, можно ли говорить о нормализации отношений между Россией и Грузией?
С.В.Лавров: Полностью разделяю Вашу заинтересованность в том, чтобы мы развивали сотрудничество с Грузией и делали это максимально широко и с пользой для наших граждан и народов. Не мы были инициаторами разрыва дипломатических отношений. По большому счету сейчас и у нас, и у Вас есть посольства, которые называются секциями интересов. В Тбилиси – Секция интересов при Посольстве Швейцарии, в Москве – Секция интересов Грузии также в швейцарском посольстве в России. Нет послов, есть люди, возглавляющие Секции, как я понимаю, на уровне советника-посланника в обеих странах. Это позволяет поддерживать связи, в том числе не только через швейцарских друзей. Есть и прямые контакты и в Москве, и в Тбилиси. Жизнь берет свое.
Безусловно, если бы это было полноценное посольство, то решение вопросов экономического, торгового взаимодействия, культурных связей, конечно, осуществлялось бы более оперативно и эффективно, поэтому мы будем готовы восстановить дипломатические отношения. Но поскольку не мы были инициаторами их разрыва, наверное, надо будет дождаться, когда грузинские коллеги подойдут к этому вопросу. Торговые представительства тоже предполагают наличие каких-то договоренностей. Не думаю, что открытие торгового представительства резко что-то изменит, добавит каких-то дополнительных преимуществ, но, если нам предложат, мы совершенно точно рассмотрим такую возможность.
Вы упомянули, что Россия - третий партнер Грузии в сфере внешней торговли. Работает ПАО «Газпром» – Грузия получает газ, все это хорошо известные факты. К сожалению, сейчас пока заморожено авиасообщение, но, надеюсь, что мы в ближайшее время сможем эту проблему решить. Для нас главное, чтобы не раздувалась русофобская кампания в Тбилиси. Эксцессы, которые были во время проведения Межпарламентской Ассамблеи Православия, заставили нас серьезно задуматься над проблемой безопасности россиян, хотя и потом грузинская сторона уверяла, что безопасность будет обеспечиваться.
Я внимательно слежу за выступлениями грузинских руководителей, включая Президента страны С.Л.Зурабишвили, которая на днях опять достаточно резко и агрессивно высказывалась о России и о наших целях в регионе. Безусловно, такие агрессивные заявления не способствуют созданию правильной атмосферы в общественном мнении. Когда С.Л.Зурабишвили переехала из Франции и стала Министром иностранных дел Грузии, она приезжала в Москву, а я приезжал в Тбилиси. Именно с ней мы вели и в конце концов успешно завершили переговоры о выводе двух остававшихся военных баз России из Грузии. Эта договоренность впоследствии была одобрена Президентами России и Грузии В.В.Путиным и М.Н.Саакашвили. На основе нашей декларации был подготовлен правовой документ, соглашение с участием наших министерств обороны. Упомяну один интересный момент, который как раз показывает, насколько договороспособны стороны и насколько в то время были реально заинтересованы в сохранении добрых отношений. Повторю: мы вели переговоры о полном выводе российских военных баз из Грузии. Две были выведены по итогам договоренности 1999 г., две оставались. По их поводу на одном из переговорных раундов был поставлен вопрос, и Президент России В.В.Путин принял решение, что если грузинская сторона не хочет сохранять эти базы на своей территории, то нужно договориться об их выводе. Что и было сделано. Частью этой договоренности было обоюдное согласие создать рядом с территорией одной из этих бывших баз российско-грузинский антитеррористический центр. Предполагалось, что там будут работать российские и грузинские специалисты. Это был символ нашего партнерства: мы выводим базы, которые уже утратили свою актуальность для российско-грузинских отношений, но поскольку терроризм - наш общий враг (там Панкисское ущелье и в целом в регионе тогда были неспокойные события) – мы договорились создать такой центр. Все подписали, базы были выведены, а грузинская сторона просто отказалась от своих собственных решений по созданию такого грузино-российского антитеррористического центра. Думаю, что, если бы тогда было проявлено уважение к достигнутым договоренностям, это могло бы изменить дальнейший ход событий. Это было бы жестом, который создавал бы базу для доверия, сотрудничества в очень чувствительной сфере. Это всегда помогает сближению. Будем готовы позитивно откликаться на все конструктивные шаги наших грузинских соседей. Мы в этом искренне заинтересованы.
Вопрос: Глава МИД Азербайджана Э.М.Мамедъяров заявил, что Азербайджан ждет от международного сообщества действенных шагов по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН в контексте урегулирования армяно-азербайджанского нагорно-карабахского конфликта. На Ваш взгляд, способны ли соответствующие международные институты, особенно в условиях текущего кризиса, оправдать эти ожидания? Какие механизмы могут привести в рабочий режим принимаемые, но не исполняемые резолюции?
С.В.Лавров: Резолюции, о которых идет речь, – это известные документы. Они принимались в разгар боевых действий и предполагали прежде всего полную остановку боевых действий и переход к урегулированию. Да, в них подтверждалась территориальная целостность Азербайджанской Республики, но в них же содержалось требование остановить войну и перейти к переговорам. С тех пор к переговорам приступали не раз. Были т.н. «договоренности Ки-Уэст» 2001 г. Были и последующие договоренности в разных форматах, достигавшиеся с участием и без участия Карабаха. Сейчас уже устоялся формат переговоров Баку – Ереван – Минская группа ОБСЕ по нагорно-карабахскому урегулированию (НКУ) в лице трех сопредседателей – России, Франции, США – и представитель действующего председателя ОБСЕ. Формат полезный, хороший. Именно в нем воплотилось то самое требование СБ ООН о том, что нужно прекратить войну и начать договариваться.
Есть «Мадридские принципы», а также документы, которые готовились Российской Федерацией в 2010-2011 гг. – т.н. «Казанский документ». Есть проекты, которые были распространены год назад (в апреле прошлого года) на встрече министров иностранных дел России, Армении, Азербайджана с участием сопредседателей в Москве. Они сейчас активно обсуждаются. Эти документы предполагают продвижение к урегулированию на основе поэтапного подхода, предусматривая на первом этапе решение наиболее актуальных проблем – освобождение ряда районов вокруг Нагорного Карабаха и разблокирование транспортных, экономических и прочих коммуникаций.
Убежден, что, когда мы придем к решению о подписании этих документов, это будет важнейший шаг в выполнении резолюций Совета Безопасности ООН, о которых идет речь и которые, повторюсь, требовали прекратить войну и начать договариваться. Договариваться начали. Теперь нужно договориться. Именно этого мы и добиваемся как сопредседатели Минской группы ОБСЕ по НКУ.
Вопрос: Хотелось бы задать вопрос по поводу Шпицбергена, того самого знаменитого Шпицбергенского трактата (Договор о Шпицбергене), подписанного в Париже в 1920 г., и нашего противостояния с Норвегией. Российская позиция понятна, норвежские интересы – тоже. Но помимо России и Норвегии есть еще более 40 стран, которые подписали этот Договор. Сейчас в мировых СМИ существует представление о том, что только Россия противостоит Норвегии. Но недовольных гораздо больше. Есть ли, по Вашему мнению, смысл подключить другие страны и попытаться создать с ними коалицию, учитывая нарушения Договора со стороны Норвегии?
С.В.Лавров: Согласен с Вами. В принципе, мы никогда не сбрасывали со счетов такую возможность. Мы действовали параллельно – и в рамках наших двусторонних отношений с норвежцами, и в рамках формирования коалиции в защиту этого Договора 1920 г.
Как Вы знаете, с норвежцами у нас пока еще не налажен конструктивный диалог. Я несколько раз направлял письма своей коллеге Министру иностранных дел Норвегии И.М.Эриксен Сёрэйде, включая последнее (в феврале с.г.), в котором конкретно, на фактах изложил наши озабоченности, перечислил те статьи Договора, которые, по нашему мнению, должны соблюдаться более аккуратно, предложил провести консультации. То, что наши норвежские коллеги, соседи, которые всегда славились уважением международного права, уходят даже от самой идеи консультаций, не делает их позицию более убедительной.
Не буду вдаваться в детали, но возможность, о которой Вы упомянули, у нас тоже «на карандаше». Ведь среди тех, кто желает поактивнее позащищать этот Договор, есть те, кто делает это просто ради того, чтобы иметь свой собственный интерес на основе прав, закрепленных в Договоре, а есть те, кто не прочь использовать ситуацию между Россией и Норвегией, чтобы выдвигать нас на передний план, а самим ждать исхода этого процесса. Есть и третья категория людей, которым очень хочется, чтобы норвежцы максимально нас ущемляли и в итоге создали условия, при которых мы бы свернули свою деятельность – перестали реализовываться наши туристические проекты, добыча угля трестом «Арктикуголь» в Баренцбурге. Мы это прекрасно понимаем. Весь комплекс этих геополитических игр и задач по сохранению международно-правового режима Шпицбергена мы имеем в виду.
Вопрос: В рамках проекта Союзного государства граждан России и Белоруссии волнует вопрос фактического восстановления пограничного контроля с российской стороны в условиях пандемии. Распространяются слухи о том, что впоследствии между странами может появиться полноценная граница, что является очевидным шагом к дезинтеграции союзников. Каково Ваше мнение по этому поводу?
С.В.Лавров: Оснований для того, чтобы вводить режим границы, мы не видим. Мы заинтересованы в том, чтобы Союзное государство развивалось в полном соответствии с теми принципами, целями и направлениями, которые были заложены в Договоре о создании Союзного государства 1999 г. Среди прочих принципов там есть обязательства сторон создавать равные условия для граждан Белоруссии и России в любой сфере жизнедеятельности – экономике, культуре, правовых отношениях и т.д. По большинству направлений такие равные права были оформлены отдельными соглашениями, договорами. Сейчас остается несколько позиций, по которым еще надо выровнять эти права, в частности, в том, что касается медицинских услуг для россиян на территории Белоруссии (у них пока несколько другие условия), цены на гостиницы. Но это не очень серьезные вопросы. Они наверняка будут решены.
Что касается пересечения границы. Около двух с половиной лет назад, когда наши белорусские соседи в одностороннем порядке ввели безвизовый режим для въезда в Белоруссию граждан порядка 80 государств, это не было согласовано с нами и создало ситуацию, когда без виз в Белоруссию въезжали граждане тех стран, у которых нет безвизового режима с нами. А в отсутствие какого-либо пограничного контроля между Белоруссией и Россией гражданин, который должен получать визу для въезда в Россию по нашему соглашению с его страной гражданства, мог беспрепятственно, а, стало быть, незаконно попасть на территорию Российской Федерации. Именно тогда мы предложили договориться о единой визовой политике России и Белоруссии, чтобы у нас были общие списки тех, кому въезд закрыт, составленные на обоюдной, взаимной основе; общие подходы к предоставлению безвизового режима гражданам соответствующих государств. Такое соглашение мы подготовили. Оно было парафировано в декабре 2018 г. Оно ждет своего подписания уже практически полтора года. Все полномочия нам выдало наше Правительство еще в декабре 2018 г. Думаю, подписание этого соглашения во многом снимет те озабоченности, о которых Вы упомянули, и те последние поводы для тех, кто хотел бы создать полноценно оборудованную границу между нашими странами-участницами Союзного государства.
Думаю, что наши белорусские коллеги в ближайшее время каким-то образом сообщат нам свою позицию, подтвердят готовность подписать то, что было парафировано полтора года назад. По крайней мере, совсем недавно был подписан документ Белоруссии с Европейским союзом (ЕС) об облегчении визового режима, реадмиссии. Это полезное движение. У нас тоже есть такой документ с ЕС. Так что решение той проблемы, о которой Вы говорили, готово уже полтора года. Мы имеем полномочия его подписать. Надеемся, что такие же полномочия сохраняются и у моих белорусских коллег.
Вопрос: Как Вы считаете, в случае полного развала Европейского союза есть ли шанс у нынешних членов ЕС быть принятыми в ЕАЭС?
С.В.Лавров: Евразийский экономический союз (ЕАЭС) открыт для присоединения любой страны, которая разделяет его базовые документы.
Что касается перспектив Европейского союза, я не вижу даже в теории какой-либо ситуации, когда это произойдет.
В этой ситуации самым правильным было бы налаживать контакты между ЕАЭС и ЕС. Такие предложения обсуждались еще в 2015 г. Они продолжают рассматриваться в Брюсселе и сейчас. ЕАЭС в лице Евразийской экономической комиссии (ЕАЭК) несколько раз вносил соответствующие инициативы на рассмотрение Европейской комиссии. Поначалу было просто отрицательное отношение, затем, по мере того, как в Брюсселе осознали, что многие практические функции страны-члены ЕАЭС делегируют на наднациональный уровень, Брюссель стал более открыт к диалогу с ЕАЭК, но пока по таким техническим вопросам, как технические регламенты, регулирование различных отраслей и т.д. Но это уже кое-что. Это такие практические вещи, от которых можно отталкиваться и наращивать взаимодействие. Мы бы были за то, чтобы развивать стратегическое партнерство на всем нашем евразийском континенте.
Евразия – это ведь огромная территория, на которой функционируют ЕС, ЕАЭС, ШОС, огромная часть государств АСЕАН. Здесь же пролегает основная часть китайского проекта «Один пояс, один путь». Поэтому еще в 2016 г., когда в мае в Сочи проходил саммит «Россия-АСЕАН» Президент России В.В.Путин сформулировал там инициативу формирования Большого Евразийского партнерства, которое было бы открыто для стран-участниц всех этих объединений – ЕАЭС, ШОС, АСЕАН, для стран, которые входят в Европейский союз, для самого ЕС.
Располагаясь на огромном общем пространстве Земли, мы все имеем огромные сравнительные преимущества. Странно не использовать эти преимущества, продолжать продвигать сценарий противоборства (а о таких сценариях я уже упоминал – это и Восточное партнерство, и центральноазиатская стратегия ЕС – они конфронтационны). Мы как раз за то, чтобы формировать это Большое Евразийское партнерство, постепенно накапливая те сферы взаимоотношений, где очевидна выгода для всех участников. Думаю, что на этом пути и Евросоюзу станет проще решать свои внутренние проблемы, и ЕАЭС также будет открыт к сотрудничеству в интересах собственных стран-членов.
Вопрос: Вначале Вы сказали про общий энергетический рынок и необходимость совместной борьбы стран ЕАЭС с экономическими последствиями пандемии коронавируса. В этой связи хотел бы поднять вопрос цены на газ. Всем известно, что цена на газ - это не только бизнес, но во многом и политика. Мы в Армении и Белоруссии смотрим, как Россия снижает цены даже задним числом для стран ЕС, например, для Болгарии или для дружественной Республики Молдова сейчас цена ниже, чем для Армении. Возникает вопрос, почему в этой политике Россия не идет на такое снижение цены в первую очередь для стран ЕАЭС, а уже потом для других стран? Это же было бы стимулом для других стран вступать в ЕАЭС, сотрудничать с ЕАЭС, понимая, что от этого идут крупные экономические выгоды.
С.В.Лавров: Вопрос понятен. Я вижу логику, но надо тогда уже быть логичным до конца. Когда цена, которая сейчас есть для Армении, Республики Беларусь была в два-три раза ниже рыночной, это воспринималось как данность, и никто не говорил о том, что это политика. Все говорили, что им так положено. Я считаю, что союзники, конечно же, должны получать экономическое преимущество, никаких сомнений у меня здесь не возникает. Но, когда цена ушла туда, где она сейчас находится, есть какие-то контрактные обязательства. Убежден, что в ходе рассмотрения обращений, которые были в последнее время со стороны белорусских и армянских друзей, наши союзнические отношения, конечно же, принимаются во внимание. Неправильно, наверное, вспоминать об этом только тогда, когда ситуация становится диаметрально противоположной той, которая была еще 3-4 года назад, в периоды, когда этот механизм ценообразования формировался с полным учетом союзнических обязательств.
Если говорить конкретно об Армении, то этим вопросом у нас занимаются Министерство энергетики России и ПАО «Газпром». Но одна из проблем, которая носит хронический характер и не решается уже несколько лет, – это внутренние тарифы в Армении, которые такие, что это затрудняет применение максимально льготных подходов к ценообразованию. Я сейчас не буду углубляться в конкретику.
Если мы говорим о союзничестве, то, наверное, союзничество должно проявляться во всех областях. Если говорить про экономику, то мы очень рассчитываем на то, что те судебные процессы, которые в последние несколько лет начались в Армении в отношении совместных предприятий, включая Южно-Кавказскую железную дорогу, будут урегулированы без каких-либо попыток привнести туда вещи, которые являются неподобающими между союзниками. Я об этом очень откровенно говорю, потому что возникло несколько сложных ситуаций, в которые попали российские компании. Надеюсь, что все эти вопросы мы будем регулировать к обоюдному удовлетворению.
Совсем недавно состоялся телефонный разговор Президента Российской Федерации В.В.Путина с Премьер-министром Республики Армения Н.Пашиняном. Они видят пути развития нашего союзничества и стратегического партнерства. Уверяю Вас, именно в этом русле будут решаться все вопросы с обеих сторон.
Вопрос: От имени сибирского отделения Российской академии наук мы благодарим сотрудников МИД России за помощь в возвращении наших ведущих сибирских ученых из заграничных командировок, в частности из США.
В настоящее время наблюдается свертывание международных проектов и программ научно-технического сотрудничества. Какие меры и программы планирует предпринимать МИД России по восстановлению международных научных связей после пандемии коронавирусной инфекции? Какие новые возможности для научной дипломатии эта ситуация открывает для России?
С.В.Лавров: МИД России не занимается оркестрированием научных связей. Мы всегда поддерживаем научные связи, но они устанавливаются напрямую, когда то или иное научное сообщество либо в нашей стране, либо за рубежом обращается к нам с просьбой помочь найти партнера, помочь донести до партнера, который уже определен, какие-то идеи и предложения. Мы всегда это делаем, и будем продолжать делать. Но обеспечивать научное содержание контактов наших академических институтов с партнерами за рубежом, мы по определению не можем. Это, как говорится, ваша стезя.
Если наши коллеги в Новосибирске, в любом другом научном центре после завершения этой пандемии и всего, что с ней связано, после отмены всех этих ограничений, будут нуждаться в нашей помощи по восстановлению связей, по передаче какой-то информации (хотя сейчас средства передачи информации настолько развиты, что никаких проблем в этом быть не должно), мы будем всячески помогать.
Поймите правильно, мы физически не можем сказать: «давайте поезжайте завтра в Италию или Францию, чтобы начать реализацию проекта по созданию вакцины или какого-то нового механизма. Как только вы почувствуете, что вы готовы и партнеры готовы, а что-то вам мешает, если мы сможем это что-то преодолеть, то мы с удовольствием это сделаем.
Что касается второй части вопроса. Я думаю, что научная дипломатия это такая вещь, которая в интересах всех без исключения. Если в более спокойные времена, когда еще эта беда на нас не свалилась, научная дипломатия рассматривалась в контексте логики «мягкой силы»: якобы, мы будем развивать контакты, показывать, какие мы открытые и интересные, с нами можно решать важные вопросы, и тем самым мы будем оказывать свое влияние на общеполитическую обстановку. Мне кажется, сейчас научная дипломатия обретает, прежде всего, значение инструмента выработки противоядий от общих проблем, которые угрожают всему человечеству. При этом она, конечно, не утрачивает своей функции контактов между людьми, но стала уже не «мягкой силой» как средством воздействия одной страны на другую, а инструментом развития добрососедства в общих интересах. Не для того, чтобы кто-то достигал своих целей за счет кого-то еще. Поэтому мы будем всячески поддерживать научную дипломатию.
Повторю, определять пути ее развития, сферы приложения совместных усилий должны, конечно же, ученые. Если вы будете нас держать в курсе своих планов, для нас это будет большое подспорье и будет нам помогать оказывать вам содействие.
Вопрос: Спасибо за возможность задать вопрос. Хотел бы задать вопрос, касающийся темы постоянного нейтралитета Республики Молдова, о котором вы наверняка знаете и не раз слышали за время Вашей работы. Мы всегда очень чувствительно относимся и смотрим на взаимоотношения между Российской Федерацией и Европейским союзом. Любая напряженность, возникающая между вашими странами, прямым образом влияет на ситуацию и на настроения в Республике Молдова, а также на наши взаимоотношения друг с другом. Как Вы относитесь к перспективам постоянного нейтралитета Республики Молдова? Можем ли мы рассчитывать на возможную поддержку России в этом вопросе, в укреплении этого статуса и в его продвижении на международной арене?
С.В.Лавров: Вы не только можете рассчитывать на нашу поддержку, но Вы ее уже имеете. С самого начала постсоветского этапа истории Республики Молдова, когда благодаря вмешательству Российской Федерации был урегулирован горячий конфликт в Приднестровье, когда закладывались основы для решения этой проблемы на устойчивом долгосрочном фундаменте, были выработаны базовые принципы, которые определяют политику Российской Федерации. Они заключаются в том, что мы поддерживаем решение проблемы особого статуса Приднестровья в рамках единой территориально целостной суверенной Молдовы, которая обеспечивает уважение своего нейтралитета. Иными словами, эта позиция означает две очень простые вещи. Мы не будем поддерживать попытки затащить Молдову вместе с Приднестровьем в НАТО. Это категорически исключено. И мы не будем поддерживать попытки лишить Молдову своей государственности. В рамках уважения этих двух принципов, которые, по моей оценке, полностью отвечают коренным интересам Молдовы как государства и молдавского народа, я гарантирую, мы всегда сможем найти решение проблемы Приднестровья. Если бы все участники процесса «5+2» исходили из этого, думаю, проблема давно была бы решена. К сожалению, это не совсем так. Некоторые наши западные коллеги все-таки преследуют несколько другую повестку дня, которая определяется, прежде всего, их обуреваемостью укреплением и расширением Североатлантического альянса.
Вопрос: Довольно часто наблюдаются ситуации, когда российские журналисты, ученые и не только объявляются персонами «нон-грата» в странах центральной Азии. И у нас есть такой пример – это российский антрополог С.Абашин, чья позиция отличается от официальной позиции властей Узбекистана. Схожая ситуация происходит с французскими, азербайджанскими, с другими учеными в Иране, Пакистане и в других странах. При этом реакция МИД России немного отличается от иностранных коллег. Как Вы считаете, ограничивается ли МИД России в таких вопросах консультативной деятельностью?
С.В.Лавров: Я, откровенно говоря, про это не слышал. Если Вы мне пришлете материалы, мы Вам ответим. В принципе международное право, Венские конвенции исходят из того, что любая страна вправе объявить персоной «нон-грата» кого угодно без объяснения причин. Для того чтобы быть более конкретным, мне нужна информация. Пришлите, пожалуйста, материалы. Мы Вам нашу оценку обязательно сообщим.
Зиц-президент Зе
Год назад на Украине появился новый президент
Текст: Павел Дульман
21 апреля Украина отмечает знаменательную дату: год с момента триумфальной победы молодого и энергичного Владимира Александровича Зеленского во втором туре президентских выборов. За этот год всем стала заметна разница между мифическим Василием Голобородько, сыгранным будущим президентом в фильме, и реальным шестым президентом Украины Зеленским. Тот, шестой, нарушил все предвыборные обязательства, и в кратчайшие сроки превратился в облегченную версию своего предшественника.
Украинские социологи группы "Рейтинг" убеждают, что постепенное падение рейтинга президента продолжается со скоростью 2-3 процента в месяц, но все еще выше психологически важной цифры в 40 процентов. Однако, поскольку "Рейтинг" за этот год дал достаточно поводов подозревать группу в ангажированности, в кулуарных беседах обсуждаются другие цифры - максимум 35 процентов на начало апреля, без шансов изменить негативную тенденцию. Разочарованные в Зеленском избиратели - больше половины тех, в кого он год назад вселил оптимизм - уходят в социологическую тень, и не видят для себя альтернативных кандидатов, по крайней мере - в списке, предлагаемом "Рейтингом". И эта молчаливая треть, если не половина украинцев - настоящая оценка годичного президентства Зеленского, и маркер ускоренной деградации самостийной государственности.
Иной вопрос, могло ли быть по-другому. Мог ли человек без политической команды - не считать же таковой сценаристов "95-го квартала" - изменить что-либо в олигархической стране, находящейся под внешним управлением. Последнее при нем стало столь явственным, что уже считается общим местом: государственными компаниями и естественными монополиями, наподобие "Нафтогаза" и "Укрзализныци", управляет не правительство, а наблюдательные советы, состоящие из иностранцев и командированных из различных неправительственных организаций активистов. В свою очередь, Международный валютный фонд (МВФ) диктует президенту свою непреклонную волю, и за обещание дать в долг 2 миллиарда долларов, но с перспективой увеличения кредита, партия Зеленского рука об руку с депутатами Порошенко, и по согласованию с группами влияния, проталкивает через Верховную Раду продажу земли. Решение, против которого принципиально выступали 65 процентов украинцев, и которое еще будет иметь печальные последствия, возможно, и для самого Зеленского. Ведь в своем многосерийном предвыборном ролике он обещал изгнать МВФ и буквально расстрелять депутатов-коррупционеров, но сделал все ровно наоборот. И Порошенко, чьим приговором Зеленский обещал стать, по-прежнему не на скамье подсудимых.
За год стало понятно, что никакой "команды Зе" не существует: управленцев он арендует у олигархов и коллективного Запада. Если "профан в экономике" Алексей Гончарук в премьерское кресло попал из спонсируемой Джорджем Соросом неправительственной организации, то его преемник Денис Шмыгаль - просто рядовой менеджер олигарха Ахметова. Этого владельца самой дорогой в мире недвижимости сегодня называют первым олигархом страны, потеснившим Игоря Коломойского. Собственно, вся украинская политика сегодня свелась к обсуждению того, кто конкретно стоит за тем или иным кадровым решением, и какую еще выгоду выжмет этот некто из населения нищей страны.
При Зеленском бюджет разворовывается уже беззастенчиво и на всех уровнях, в том числе теми, кто использует бренд "Слуга народа". Любые капитальные траты вызывают коррупционный скандал - будь то ремонт моста через Днепр или обустройство провинциального сквера. Но поскольку количество используемых коррупционных схем уже таково, что общество не реагирует на раздражитель, то и институт репутации на Украине отмер за ненадобностью. Поэтому, вероятно, ни один статусный коррупционер при Зеленском так и не оказался за решеткой.
Забавно, но при всем проявляемом старании, Украина при Зеленском перестала быть любимым клиентом МВФ. Тексты меморандумов фонда становятся все более ультимативными, позиция жестче, а денег дается все меньше. Вот и обещанные развивающимся странам многие миллиарды долларов на борьбу с коронавирусом обойдут Киев стороной - он получит немногие миллионы. Такое отношение можно считать естественным: от Украины уже получены в управление экономика и земля, зачем платить больше. Утилитарный подход иностранцев к Украине и Зеленскому накладывает отпечаток и на внешнеполитическую деятельность. Его международные визиты представляются триумфальными только лишь в мыслях сотрудников его офиса, ведущих telegram-каналы. Мировые же лидеры, похоже, сделали выводы о способности потешного визитера влиять в своей стране на что-либо.
Действительно, сегодня его можно назвать одним из самых слабых политиков Украины: Аваков, Ахметов, Пинчук, Коломойский, Порошенко и еще с десяток реальных хозяев страны - каждый имеет на должностях в Киеве или в конкретных регионах в разы больше ставленников, чем в принципе есть у президента. Они же владеют медийным и силовым ресурсом, которых лишен Зеленский. Сейчас мэры иных городов-миллионников откровенно третируют назначенных им губернаторов, подавая пример всем остальным. Таким образом, количество настоящих хозяев - людей, которые могут игнорировать или саботировать приказы президента, только растет. В принципе возможность не обращать на Зеленского внимание, или взимать с него ренту за услуги, стала квалифицирующим признаком влиятельного украинского политика. Но всему вместе в учебниках истории и политологии дается единственное определение - феодализация.
Впрочем, полностью "международную поддержку" Украина потеряет не скоро: националистической, продолжающей войну на Донбассе, и поддерживающей накал антироссийской истерики власти еще будут делаться скидки, как до этого они упорно делались антиасадовским группировкам в Сирии, в итоге оказавшимся террористическими. С поправкой на то, что речь идет о европейской христианской стране, государственность Украины сейчас примерно в том же положении, что и иракская, с перспективой фазового перехода в ливийскую. Там, напомним, президент и парламент, признанные международным сообществом, воюют между собой в буквальном смысле - с танками и авиацией. Также как в Ираке, США "заигрались" на Украине с радикалами, а теперь вместе с ними и Европа вынуждена до конца следовать в вашингтонском фарватере.
Мог ли Зеленский представить год назад, что у него сложится позорный союз с Порошенко ради выполнения требования МВФ? Могли ли его избиратели вообразить, что обещавший мир президент будет инспектировать окопы на Донбассе, нацепив шеврон "Украина или смерть", и снова намекать на силовое подавление народных республик? Оставив за скобками логику обстоятельств, Зеленский сегодня напоминает зайца из советской игры "Электроника": он носится с корзинкой между олигархами и центрами влияния, пытаясь не разбить их, уже не украинские, яйца. И чем быстрее он мечется, тем более убеждаешься в том, что перед нами не президент, а ширма, зиц-председатель, который скоро уйдет в отставку со словами: "Дорогие украинцы, это была шутка". Величину своего гонорара за эту малопочтенную роль он обозначил в своем первом интервью в статусе кандидата: от 100 миллионов долларов.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter