Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
В начале будущего года в Иран прибудет делегация американских бизнесменов
По сообщению интернет-портала издаваемой в Лондоне газеты «Аль-Хаят», глава Национального центра ковров Ирана Хамид Каргяр сообщил о том, что в начале будущего года (в январе или феврале) в Иран для переговоров прибудет делегация американских бизнесменов.
Как уточнил Хамид Каргяр, в состав названной делегации войдут предприниматели, ученые и представители СМИ, и в ходе своей поездки они планируют изучить вопросы торговли ковровыми изделиями. В этой связи иранская ковровая отрасль вступит в совершенно новый этап.
Напомнив о предстоящем проведении в Тегеране 24-ой выставки иранских ковров ручной работы, Хамид Каргяр отметил, что в ней примут участие делегации из таких стран, как Япония, Азербайджан, Пакистан, ОАЭ, Индия, Дания, Россия и США. При этом, как подчеркнул глава Национального центра ковров Ирана, с зарубежными предпринимателями, в том числе и с американскими, уже начались переговоры о закупках ими иранских ковров ручной работы.
Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) призвала Пакистан и Афганистан усилить меры по борьбе с распространением полиомиелита. В частности, в организации считают необходимым тщательный скрининг выезжающих за рубеж граждан двух стран, информирует Reuters.
В заявлении чрезвычайного экспертного комитета ВОЗ говорится о недостаточном контроле за вакцинацией пассажиров международных авиалиний, а также об отсутствии мер по препятствованию выезда граждан, не прошедших иммунизацию против полиомиелита.
Эксперты признают успехи Пакистана и Афганистана в борьбе с инфекцией, однако указывают на нехватку документов о прохождении вакцинации у населения обеих стран. Согласно официальным данным, в этом году в Пакистане и Афганистане было зарегистрировано 29 и 7 случаев полиомиелита соответственно, в прошлом году этот показатель составил 108 и 8 случаев.
Ранее стало известно, что в Африке уже год не выявлялись новые случаи инфицирования полиомиелитом. Последний заболевший был диагностирован 11 августа 2014 года. До настоящего времени африканским странам не удавалось продолжительное время сдерживать распространение заболевания.
Кто тормозит расследование причин войны в Ираке
Валерий Куликов
Политическая элита Великобритании, не желая предавать гласности расследование своей преступной политики на Ближнем Востоке, всемерно тормозит деятельность назначенной еще в 2009 году независимой комиссии во главе с сэром Джоном Чилкотом, которая по требованию англичан должна была бы уже давно дать ответ на вопрос: “Насколько обоснованным было решение Тони Блэра вступать в войну в Ираке, унесшую жизни 179 британских солдат и принесшую хаос и беды иракскому народу?”
Как известно, после вторжения Великобритании в иракскую войну в 2003 году в период правления лейбористов во главе с Тони Блэром, выяснилось, что режим Хусейна не обладал оружием массового поражения, уничтожение которого считалось одним из главных поводов для войны. Эксперты и правозащитники неоднократно утверждали, что британский премьер и американский президент намеренно ввели в заблуждение международную общественность и граждан своих стран, стремясь подвести базу под иракскую агрессию, организованную с целью получения контроля над месторождениями нефти на Ближнем Востоке.
Многие предполагают, что затягивание с вынесением вердикта может происходить из-за действий ряда представителей политической элиты США и Великобритании, чьи имена фигурируют в расследовании. Семьи погибших английских солдат неоднократно выражали свое возмущение необъяснимыми проволочками с публикацией результатов этого расследования в течение 6 лет, которое уже обошлось британской казне в более чем 13 миллионов евро. Как недавно сообщила The Guardian, группа из 29 семей родственников погибших солдат поставила ультиматум председателю комиссии Джону Чилкоту, пригрозив добиваться судебного рассмотрения причин любых дальнейших задержек публикации доклада.
Выступая в эфире программы BBC «Newsnight», британский политик, член Лейбористской партии, член парламента Великобритании с 1983 года Джереми Корбин призвал бывшего премьер-министра Великобритании Тони Блэра самому признать факт достижения договоренностей с Джорджем Бушем в преддверии вторжения в Ирак. По утверждениям Корбина, публикация доклада комиссии Джона Чилкота может привести к «последствиям» для экс-премьера, который принял решение о вторжении в Ирак в 2003 году. 66-летний однопартиец Тони Блэра считает, что британский экс-премьер должен предстать перед судом по обвинению в военных преступлениях, если данные из доклада комиссии Чилкота подтвердят, что он пренебрег международным правом, совершив незаконное вторжение в Ирак в 2003 году, а также ему придется объяснить свои договоренности с президентом США Бушем в преддверии войны. Корбин считает, что отсутствие результатов расследования комиссии Чилкота обусловлено проходящими до настоящего времени спорами на одной или другой стороне Атлантики о возможности разглашения истинной информации, в результате чего Тони Блэру и другим, кто принимал решения, придется отвечать перед мировой общественностью за свою авантюрную политику.
Однако расследование причин и выяснение имен виновников иракской агрессии привлекает не только внимание британской общественности, но и граждан США. Как отмечает либеральный новостной медиапортал США Opednews.com, американские граждане до сих пор не понимают, зачем их правительство уничтожило Ирак. Американцы уверены, что интересы «Национальной безопасности» не позволят им узнать истинные причины этой авантюры и имена ее авторов, так как «Национальная безопасность» – это тот плащ, за которым скрываются все преступления правительства Белого дома.
После событий «Бури в пустыне» Ирак не интересовал Вашингтон до 2003 г. Но затем все внезапно поменялось. Миру было заявлено из Вашингтона, что Саддам Хусейн представляет реальную угрозу миру. Госсекретарь Соединенных Штатов с подобранной коллекцией лжи о якобы наличии у Саддама Хусейна оружия массового поражения, угрожающего США и всему миру, отправился в ООН. Для большей убедительности в его выступление было включено сообщение о том, что светский режим Хусейна связан с «Аль-Каидой», взявшей на себя вину за теракты 11 сентября. В результате Вашингтон и его верные союзники – прежде всего, Великобритания, – разрушили светское правление Саддама Хусейна, которое ранее смогло объединить страну без вынужденного, присущего американцам насилия. Итогом стало превращение Ирака в регион постоянных боевых действий и насилия, связанного с американо-британской оккупацией этой страны. Вашингтон не заботят гуманитарные проблемы. Его единственное беспокойство – собственная гегемония. Вашингтон приносит миру только смерть, как это случилось в Афганистане, Сомали, Ливии, Йемене, Пакистане, Украине, Сирии и теперь продолжается в Ираке.
В Сирии Вашингтон пытается сделать то же, что уже натворил в Ираке и Ливии: уничтожил правительства, державшие под контролем население, превратившееся сегодня в джихадистов. Это и есть «достижение» Вашингтона и Лондона на Ближнем Востоке. Даже сейчас, когда Ирак разваливается под ударами «Аль-Каиды», США и Великобритания снабжают ее боевиков, воюющих в Сирии, тяжелым вооружением, демонизируют Иран, намеренный помочь иракскому правительству в борьбе против боевиков.
На одном из последних международных форумов профессор Йельского университета Иммануэль Валлерстайн заявил: вторжение американских войск в Ирак «привело к геополитической катастрофе». И это подтверждают опубликованные американо-британской неправительственной правозащитной организацией «Ираки Боди Каунт» данные о том, что только за период оккупации Ирака иностранными войсками в стране погибли около 80 тысяч мирных жителей, более 160 тысяч получили ранения и увечья, четверть погибших – женщины и дети.
Так сможет ли мировая общественность узнать истинные имена виновников иракской трагедии, а также других американо-британских военных авантюр в Афганистане, Ливии, Сирии, Йемене, Пакистане, Украине? Или же эти «герои» так и останутся безымянными и их не коснется международное порицание, а безвинно погибшие из-за них тысячи мирных жителей будут забыты?
Иран предоставляет скидки при транспортировке транзитных грузов из стран Центральной Азии
Заместитель генерального директора компании Иранские железные дороги Хосейн Ашури сообщил, что при транспортировке транзитных грузов из стран Центральной Азии по иранским железным дорогам в порт Бендер-Аббас предоставляются 35-процентные скидки, в Пакистан – 40-процентные скидки и в Турцию – 50-центные скидки. Такие же скидки предоставляются и при транспортировке грузов в обратном направлении.
Хосейн Ашури отметил, что основные железнодорожные транзитные маршруты проходят через пограничный переход Серахс. В текущем году планируется увеличить грузопоток через этот переход на 150%. Через Серахс прибывают поезда с транзитными грузами из Туркменистана и других стран Центральной Азии. При этом помимо транспортных расходов примерно на 30% сокращаются и сроки доставки транзитных грузов.
Как уточнил Хосейн Ашури, железнодорожная станция Серахс ежегодно пропускает в среднем до 70 тыс. железнодорожных вагонов с импортными, экспортными и транзитными грузами из стран СНГ, а с июля этого года совершаются регулярные рейсы по маршруту Серахс – Бендер-Аббас, и поезда преодолевают по нему расстояние в 1 тыс. 620 км за 54 часа.
Следует напомнить, что через железнодорожную станцию Серахс проходят маршруты международного транспортного коридора «Север – Юг» (Серахс – Бендер-Аббас, Серахс – порт Имам Хомейни) и транспортного коридора «Восток – Запад» (Серахс – Рази, Серахс – Джульфа). Эта железнодорожная станция считается стратегически важной, и через нее установлены транзитные транспортные связи между Россией, странами Центральной и Северной Европы, странами Центральной Азии и Кавказа, с одной стороны, и с Южной и Юго-Восточной Азией, Дальним Востоком, Океанией и странами Персидского залива – с другой.
Самолеты ВВС Пакистана нанесли в понедельник бомбовые удары по укрытиям боевиков в племенных областях на северо-западе страны, 65 экстремистов были уничтожены, сообщается в заявлении военных.
Не менее 50 боевиков были ликвидированы в районах Шаваль и Гхарламай племенной области Северный Вазиристан, еще 15 экстремистов, включая двух террористов-смертников, армейская авиация уничтожила в племенной области Хайбер, утверждает агентство Синьхуа со ссылкой на представителей армии Пакистана.
"Согласно донесениям, инфраструктуре террористов — включая склад боеприпасов — был нанесен значительный урон", — говорится в сообщении военных.
В минувшее воскресенье ВВС Пакистана уничтожили в районе Шаваль еще 40 боевиков, общее количество ликвидированных за два дня экстремистов достигло 105 человек.
Армия Пакистана усилил бомбардировки позиций боевиков после организованного в воскресенье теракта, жертвами которого стали глава МВД провинции Пенджаб и еще 19 человек.
Вооруженные силы Пакистана летом 2014 года заявили о начале "универсальной операции" под названием Зарб-е-Азб (Zarb-e-Azb) против боевиков "Аль-Каиды", "Талибана", "Исламского движения Восточного Туркестана" и "Исламского движения Узбекистана" на территории Северного Вазиристана. В спецоперации задействованы около 30 тысяч пакистанских военных. По данным властей Пакистана, с начала масштабной кампании были уничтожены более 2800 боевиков.
Дальнейшее повышение таможенных пошлин Пакистаном привело к значительному сокращению экспорта фруктов из Афганистана.
Как заявил глава Объединения продажи свежих фруктов в Кандагаре Хаджи Нани Ага, Пакистан повысил таможенные пошлины с 25 до 75 тысяч афгани (или с 0,4 до 1,2 тыс. долларов) за 10 тонн, и многие афганские бизнесмены не могут позволить себе экспортировать свежие фрукты по таким ценам. К тому же повышение пошлин было произведено в разгар сезона арбузов, дынь и винограда. В результате объёмы экспорта фруктов в Пакистан сократились вдвое, цитирует его слова радиостанция «Салам Ватандар».
Поскольку Пакистан является основным рынком экспорта фруктов из южных провинций Афганистана, Хаджи Нани Ага обратился к афганскому правительству с просьбой о расширении объёмов экспорта фруктов в Иран и Таджикистан через торговый порт Чабахар. Кроме того, он полагает, что в сложившейся ситуации правительство ИРА могло бы снизить пошлины на авиаперевозки фруктов, что позволило бы Афганистану выйти на европейские рынки.
Тем временем министерство торговли и промышленности ИРА заявило, что препятствия транзиту со стороны Пакистана мешают расширению торговли с Индией. В среду министр Хумаюн Раса сообщил об этом президенту Афганистана на заседании кабинета министров. Президент ИРА Ашраф Гани дал министрам торговли, транспорта и иностранных дел распоряжение изучить вопрос торговли с Индией и сложности с афгано-пакистанским торгово-транзитным соглашением и представить доклады на следующем заседании кабмина.
Напомним, что соглашение с Пакистаном было подписано в 2011 году. Несмотря на это, в течение последних нескольких лет Пакистан регулярно изыскивает различные способы препятствовать экспорту продуктов из Афганистана на свою территорию и международные рынки.
Как минимум четыре человека погибли, 23 получили ранения в результате перестрелки между вооруженными силами Индии и Пакистана, сообщает в субботу агентство Ассошиэйтед Пресс со ссылкой на местные власти.
Перестрелка возникла на пограничных блокпостах индийского округа Пунч в штате Джамму и Кашмир и пакистанского Балакот.
Согласно информации офицера полиции штата Кашмир Даниша Раны (Danish Rana), в результате инцидента на территории Индии погибли три мирных жителя, пострадали по меньшей мере 20 человек. В свою очередь, пакистанские силовики сообщают, что на их стороне погиб один мирный житель и три человека получили ранения.
Неизвестно, по чьей вине началась перестрелка. Каждая из сторон возлагает ответственность друг на друга, отмечает агентство.
На данный момент в Кашмире между Индией и Пакистаном нет официальных границ — армии двух государств разделяет линия контроля. Индия обвиняет армию и спецслужбы Пакистана в поддержке борющихся с оружием в руках за отделение региона мусульман. Исламабад эти обвинения отрицает.
Пакистан – Иран: предательство национальных интересов или холодный расчет премьера Н. Шарифа?
Алексей Абрамов
Очередным вызовом для премьер-министра Пакистана Наваза Шарифа стало снятие международных санкций с Ирана после подписания Тегераном 14 июля 2015 г. Соглашения по ядерной программе с Группой 5 + 1. В этих условиях перед Пакистаном встала необходимость принять, наконец, финальное решение по газовому вопросу. Какому проекту Исламабад отдаст предпочтение: пакистано-иранскому газопроводу (ПИ) или газопроводу Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ)?
Пакистан приветствовал политическое и экономическое разблокирование Ирана и выразил уверенность, что после отмены санкций, Иран вновь будет интегрирован в региональные и глобальные экономические рынки.
С вводом в эксплуатацию пакистано-иранского газопровода Исламабад (по заявлению внешнеполитического ведомства) связывает планы укрепления собственной энергетической безопасности. Хронический дефицит голубого топлива в стране является одной из основных причин низких темпов экономического развития. На следующий день после подписания в Вене соглашения министр нефти и природных ресурсов федерального правительства Пакистана Ш. Аббаси подтвердил, что поставки газа из Ирана возможны в течение двух лет.
Впервые о проекте протяженностью 1800 км заговорили в далеком 1955 г.; затем переговоры активизировались в начале 90-х годов ХХ века; технико-экономическое обоснование подтверждало его стоимость в сумме 1,25 млрд долл.
В последние годы Пакистан несколько раз официально заявлял о начале строительства газопровода, но в силу ряда причин до настоящего времени проект оставался на бумаге. Обновлялась его техническая документация, пересматривалась тарифная политика. Политические администрации Исламабада сменяли друг друга, менялась их позиция, но каждая заявляла об энергетическом «прорыве» в отношениях с Тегераном.
В самый разгар действий международных санкций против Ирана, 11 марта 2013 г. Исламабад в рамках программы реструктуризации энергетического сектора подписал с Тегераном Договор о строительстве газопровода на своей территории. Тогдашний глава внешнеполитического ведомства Пакистана Хина Раббани Хар заявила, что «санкции США в отношении Ирана связаны с сырой нефтью, а не с газом. Таким образом, эти санкции не могут мешать проекту газопровода…».
«Пакистан будет импортировать 21,5 млн куб м иранского природного газа на ежедневной основе», – декларировал тогдашний президент Асиф Али Зардари. С официальным визитом глава Пакистана прилетел в Иран на церемонию закладки первого камня в фундамент проекта в иранском городе Чабахар, в местечке Габд – нулевой точке, расположенной на границе двух государств. Срок действия договора предусматривал 20 лет с возможностью дальнейшей его пролонгации на пять лет. Иранский газ планировалось направить на выработку 4000 мегаватт электроэнергии для потребителей внутреннего рынка Пакистана. Согласно информации Министерства нефти и природных ресурсов, «завершение строительства и ввод в эксплуатацию газопровода будет способствовать повышению до пяти процентов ВВП Пакистана». В 2013 г. строительство иранской части трубопровода практически было завершено.
Забор углеводородного сырья должен был проводиться с месторождения Южный Парс, далее – по газораспределительной системе прокачиваться по территории Ирана до нулевой отметки на ирано-пакистанской границе, затем уже по территории Пакистана 781-километровая нитка должна пойти через западную провинцию Белуджистан в Синд, до города Навабшах к северу от порта-мегаполиса Карачи. Стоимость строительства пакистанской части трубопровода оценивалась в 1,5 млрд долл., что оказалось неподъемным для Исламабада. Один из кредитов (500 млн долл.) предоставлял Тегеран в 2013 году. Исламабад обязался вернуть заемные средства после ввода в эксплуатацию газопровода.
В 2013 г. Вашингтон категорически выступал против планируемых закупок сжиженного газа из Ирана, грозил экономическими санкциями Пакистану, предлагал поставки сырья из США; одновременно он поддерживал проект ТАПИ.
В мае 2013 г. к власти в Пакистане пришла Пакистанская мусульманская лига – Наваз (ПМЛ Н) во главе с премьер-министром Миан Мухаммадом Наваз Шарифом (давний политический оппонент клана Бхутто-Зардари). Под давлением, в первую очередь со стороны США и Саудовской Аравии, Н. Шариф занял позицию «замалчивания» проекта газопровода, несмотря на фиксированные в Договоре жесткие финансовые санкции (три млн долл. в сутки в случае невыполнения контракта). Оппозиция в стране расценила резкий разворот иранского курса внешней политики как коленопреклонение перед Вашингтоном и подрыв энергетической безопасности страны.
Начиная с 2013 г., резко упал и товарооборот между двумя странами. До введения ООН в 2012 г. санкций против Ирана объем двусторонней торговли между Исламабадом и Тегераном достигал 2 млрд долл.; к середине 2015 г. – снизился до уровня 300 млн долл.
В мае 2014 г. премьер-министр Н. Шариф позиционировал официальный визит в Тегеран как новый этап в двусторонних отношениях. В действительности глава кабинета министров выспрашивал очередную отсрочку строительства газопровода и отказ от режима финансовых санкций. Тегеран вновь пошел навстречу.
Исламабад, пользуясь лояльностью соседа, в рамках возобновляемого сегодня переговорного процесса, подготовил очередной пакет «просьб», где одним из приоритетных остался пункт о пересмотре тарифов на газ. «В соответствии с пунктом Договора, тариф на газ может быть повторно пересмотрен один раз в год до возобновления поставок газа. Таким образом, мы намерены, – заявил в июле 2015 г. федеральный министр нефти и природных ресурсов Ш. Аббаси, – вновь обсуждать статью Договора о тарифах на газ».
Пакистано-иранский газопровод имеет и китайскую составляющую. По проекту его пакистанская часть связана с Китайско-пакистанским экономическим коридором. Пекин в настоящее время финансирует строительство газопровода из города Навабшах (провинция Синд) к глубоководному порту Гвадар, недалеко от границы с Ираном. Как только эта часть будет построена, Пакистан должен построить еще 80 километров трубопровода для подключения к газораспределительной системе Ирана. В свою очередь от Навабшаха газовую нитку планируется продлить до северной границы с Китаем.
Еще в мае 2015 г. премьер Наваз Шариф совершил центрально-азиатское турне. Помимо многочисленных Меморандумов о взаимопонимании, речь шла о главном – энергоносителях. В августе переговоры в Ашхабаде на уровне министров нефти и газа продолжились.
Четыре страны (Туркменистан, Афганистан, Пакистан, Индия) 7 августа 2015 г. приняли решение возобновить проект и выступить его совладельцами. Основным инвестором позиционируется государственная компания Туркменистана (TurkmenGaz), она же и возглавит консорциум проекта ТАПИ.
1800 км строящегося трубопровода планируется ввести в эксплуатацию в 2018 г. сроком на 30 лет; пропускная способность – 90 млн кубических метров газа в день. ТАПИ будет забирать сырье с туркменского газового месторождения Галкыныш (Galkynyshfield), более известного под именем Южный Иолотань (SouthYoiotan Osman). Далее, трубопровод пойдет в афганский Герат и провинцию Кандагар; пересечет афгано-пакистанскую границу, потом до Кветты, затем по внутренним районам до Мултана; вновь пересечение границы и далее – до индийского города Фазилка (провинция Пенджаб).
Но вернемся к Ирану. После снятия санкций Тегеран не только возобновит экспорт сырой нефти, получит доступ к своим активам в иностранных банках, но уже по-новому выстроит партнерские отношения со странами региона. Президент Хасан Роухани обратился к премьер-министру Индии Н. Моди инвестировать 8 млрд долл. в инфраструктурные проекты и в первую очередь в развитие стратегического порта Чабахар. Нью-Дели давно присматривается к нему в целях обойти главного конкурента (Пакистан) и открыть маршрут выхода Афганистана к морю.
Ирано-индийский проект Чабахара на берегу Оманского залива недалеко от границы с Пакистаном составит жесткую конкуренцию пакистано-китайскому проекту Гвадара (Ормузский пролив), что и будет определять углеводородную и торговую политику в регионе.
От политического решения премьера Наваз Шарифа – какому проекту он отдаст предпочтение – ПИ или ТАПИ – зависит не только энергетическая безопасность Пакистана, его судьба как политика (ведь он давал клятвенное обещание решить энергетические проблемы страны), но и в целом внешнеполитический вектор Исламабада на ближайшую перспективу.
Джавад Зариф прибыл в Индию
В четверг, 13 августа, вечером министр иностранных дел Ирана прибыл в столицу Индии Нью Дели. Планируются его встречи с высшими должностными лицами страны, в том числе – премьер-министром, главой внешнеполитического ведомства, министром дорог и грузоперевозок и др.
По информации Iran.ru, стороны обсудят ядерное соглашение, события на Ближнем Востоке, а также уровень жизни граждан Ирана и Индии. Визит в Нью-Дели проходит в рамках большого Турне Джавада Зарифа. Ранее глава МИД Исламской Республики посетил Ливан, Сирию и Пакистан.
Данное турне имеет исключительную актуальность для Тегерана – особенно в свете грядущего снятия со страны экономических санкций. Последнее диктует необходимость срочного восстановления экономических и политических контактов с соседями, взаимодействия с ними по самому широкому спектру вопросов.
Зариф: создалась новая атмосфера для укрепления ирано-индийских связей
Министр иностранных дел Ирана Джавад Зариф назвал основной целью своего визита в Нью Дели расширение ирано-индийских отношений. По его мнению, новая атмосфера, созданная после заключения ИРИ и группой 5+1 ядерного соглашения, создает подходящую возможность для такого расширения.
Как отметил Зариф, Иран уже имеет с Индией хорошие отношения как с крупной региональной державой и членом Движения Неприсоединения. Стоит напомнить, что именно Индия является одним из основных покупателей иранских энергоносителей и перспективным экономическим партнером Исламской Республики.
Ранее, в рамках своего турне, по информации Iran.ru, Джавад Зариф посетил Пакистан, где встретился с премьер-министром страны Навазом Шарифом, главой МИД Сартаджом Азизом, председателем Сената Разой Раббани и спикером парламента Сардаром Аязом Садиком. Иранский министр иностранных дел принял участие в совместной пресс-конференции со своим пакистанским коллегой, а также выступил в комитете Национального собрания по иностранным делам.
Власти США попросили у пяти европейских стран арестовать активы Vimpelcom, МТС и TeliaSonera на $1 млрд по делу о коррупции в Узбекистане. Об этом сообщает газета The Wall Street Journal со ссылкой на источники, знакомые с расследованием, а также судебные документы.
По данным издания, речь идёт о $300 млн на счетах компаний в Ирландии, Люксембурге и Бельгии, $30 млн в Швеции и около $640 млн в Швейцарии.
По версии следствия, телекоммуникационные компании перевели сотни миллионов долларов в качестве взяток за получение частот и блоков телефонных номеров.
"Мобильные ТелеСистемы" (МТС, ИНН 7740000076) вместе с дочерними предприятиями обслуживает около 100 млн абонентов сотовой связи в России, Армении, Беларуси, Украине, Туркменистане. Компания также предоставляет услуги фиксированной связи и кабельного телевидения во всех федеральных округах России и в Украине.
Уставный капитал МТС составляет 206.641 млн руб., выпущено 2066413562 обыкновенных акций номиналом 0.1 руб. ОАО АФК "Система" принадлежит 50.8% акций оператора, в свободном обращении находится 49.2% акций. На Нью-Йоркской фондовой бирже в виде ADR 3-го уровня торгуется 37.62% акций.
Чистая прибыль Группы МТС по МСФО за I квартал 2015 года снизилась на 14.3% до 10.887 млрд руб. с 12.708 млрд руб. годом ранее. Выручка увеличилась на 2.7% до 100.182 млрд руб. с 97.546 млрд руб. Скорректированный показатель OIBDA сократился на 2% до 41.309 млрд руб. с 42.154 млрд руб., скорректированная операционная прибыль - на 13.3% до 20.861 млрд руб. с 24.051 млрд руб.
По данным ИПС "ДатаКапитал" ИА AK&M, чистая прибыль МТС по РСБУ за I квартал 2015 года сократилась на 49% до 28.373 млрд руб. с 55.999 млрд руб. годом ранее. Выручка увеличилась на 6% до 309.159 млрд руб. с 291.825 млрд руб., валовая прибыль - на 3.5% до 150.368 млрд руб. со 145.266 млрд руб. Прибыль до налогообложения упала в 1.9 раза до 35.249 млрд руб. с 68.198 млрд руб.
VimpelCom Ltd является одним из крупнейших мировых интегрированных операторов связи, в который входят компании связи, предоставляющие услуги голосовой связи и передачи данных на основе широкого спектра технологий беспроводной и фиксированной связи, а также широкополосного доступа в интернет в России, Италии, Украине, Казахстане, Узбекистане, Таджикистане, Армении, Грузии, Кыргызстане, Лаосе, Алжире, Бангладеш, Пакистане и Зимбабве. VimpelCom предоставляет услуги по всему миру на территории с общим населением около 764 млн человек. Компании группы VimpelCom Ltd предоставляют услуги под брендами Beeline, "Киевстар", Wind, Infostrada, Mobilink, Banglalink, Telecel и Djezzy. По состоянию на 30 сентября 2014 года общее количество абонентов компании составляло 223 млн. Акционеры VimpelCom - Telenor, Altimo. Акции компании котируются на NASDAQ под символом VIP.
Чистая прибыль Vimpelcom Ltd по МСФО в I квартале 2015 года выросла в 4.8 раза до $184 млн с $38 млн за аналогичный период предыдущего года. Выручка компании снизилась на 30% до $3.515 млрд с $5.024 млрд. EBITDA компании за I квартал 2015 года снизилась на 33% до $1.396 млрд с $2.088 млрд. Маржа по EBITDA составила 39.7% против 41.6% в I квартале 2014 года. Объём капитальных вложений Vimpelcom в I квартале снизился на 44% до $407 млн с $725 млн.
Определена дата визита главы МИД Ирана в Москву
В посольстве Исламской республике Иран в России объявили о согласовании даты будущего визита министра иностранных дел Ирана Мохаммада Джавада Зарифа в российскую столицу. Министр прибывает в Москву 17 августа.
«Дата визита главы министерства иностранных дел Ирана уже согласована с российской стороной и утверждена. Джавад Зариф проведет переговоры в Москве в следующий понедельник», - сообщили в посольстве.
Как сообщается, в ходе переговоров Зариф планирует обсудить целый ряд вопросов, касающихся международной проблематики, ситуации в ближневосточном регионе и двусторонних отношений. «У сторон есть что обсудить. Эти переговоры будут очень важными», - отметили в консульстве.
По информации Iran.ru, в настоящее время глава МИД Ирана находится с однодневным визитом в Исламабаде в целях обсуждение с пакистанскими властями развития сотрудничества в различных сферах, включая экономические отношения.
Уже год на территории Африки не было зарегистрировано ни одного нового случая заражения полиомиелитом. Для африканских стран это значительное достижение в борьбе с заболеванием, пишет The New York Times.
Последний случай инфицирования был отмечен 11 августа 2014 года в Сомали. До этого на территории Нигерии наблюдалась вспышка полиомиелита, завершившаяся 24 июля 2014 года. До настоящего времени африканским странам не удавалось продолжительное время сдерживать распространение заболевания.
Успех в борьбе с полиомиелитом был достигнут благодаря новой программе вакцинации, принятой властями Нигерии: по всей стране были открыты центры по мониторинга вакцинации, наняты тысячи человек, искавшие непривитых детей. Также к популяризации иммунизации были привлечены священники и вожди.
В настоящее время эндемичными по полиомиелиту странами остаются Афганистан и Пакистан. В этом году там было зафиксировано 34 случая заражения.
Иран в Афганистане: новая повестка дня
Николай Егоров
В начале июля под Исламабадом прошел первый после сравнительно долгого перерыва раунд переговоров о мире в Афганистане между властями в Кабуле и представителями движения «Талибан». Специальный советник премьер-министра Пакистана по вопросам внешней политики Тарик Фатеми подтвердил, что на переговорах присутствовали лица, «занимающие важные посты в иерархии талибов», а также «старшие представители Пакистана, США и Китая». Отсутствие на этих переговорах представителей Ирана – не просто странно, но и глубочайшая ошибка…
После появления сообщений о смерти Джалалуддина Хаккани, главы загадочной и настолько законспирированной террористической группировки «сеть Хаккани», что возникают серьезные сомнения в достоверности ее существования, а главное – после известия о кончине муллы Омара, которого с подачи масс-медиа многие в мире всерьез считали главой всего афганского Талибана, переговоры были перенесены на неопределенный срок. Что, очевидно, мало повлияет на их результативность.
Мулла Омар был скорее знаменем, чем реальным лидером талибов. Еще в начале 2000-х источники, близкие к иранской и пакистанской разведкам, практически одновременно сообщили, что на заседании Кветтской шуры рассматривалось предложение о его отрешении даже от формального руководства. Талибан за эти годы превратился в набор группировок, связанных между собой только названием. Идеологически мотивированы меньшинство из них, большинство – сражается за «место под солнцем», за контроль над территорией, из которой можно извлекать прибыль, за долю в финансовых потоках.
Поэтому его позиция в отношении переговоров о вхождении нынешних талибов во власть и по сути ничего не решала, и, по большому счету, никому была не интересна, кроме узкой группы его единомышленников, обосновавшихся в пакистанском Белуджистане. Собственно, и сам этот вопрос принципиально уже решен каждой из договаривающихся афганских сторон и теми иностранными силами, которые за ними стоят. Сейчас идет ожесточенный торг за доли власти, территории, доходы. И воинственные заявления преемника Омара, муллы Мохаммеда Мансура, и резко возросшая за последние месяцы боевая активность различных про- и антиправительственных группировок – лишь элемент торга, не более. То, что талибы войдут в правительство – секрет разве что для особо «проницательных» комментаторов. Интерес Тегерана в этом вопросе заключается в следующих позициях:
- во-первых, конфигурация нового коалиционного правительства в Кабуле должна быть такова, чтобы могла обеспечить безопасность афганских шиитов;
- во-вторых, это правительство должно быть достаточно дееспособным для решения проблемы афганских беженцев в Иране, становящихся все более тяжелым социально-экономическим грузом для Тегерана;
- в-третьих, коалиционное правительство в Кабуле должно быть договороспособным в вопросах безопасности – от борьбы с наркотранзитом до пресечения деятельности на территории Афганистана экстремистских группировок.
Таковы принципиальные «красные линии», которые Тегеран устанавливает для любых переговорных процессов, происходящих между нынешним Кабулом и представителями талибов. И без их учета афганское урегулирование невозможно в принципе.
Самостоятельная партия Тегерана в афганском вопросе
В рамках международной помощи, исходя из взятых на себя обязательств, «донорские вложения» Тегерана за пять минувших лет составили 700 миллионов долларов и еще 200 запланировано к перечислению до конца нынешнего года. Осознавая, что силовые методы малоэффективны, когда речь идет о таком клубке проблем, как Афганистан, основные усилия в обеспечении стабильности Тегеран сконцентрировал на экономической сфере. Иранские инвестиции, особенно в провинции Герат, позволили увеличить объем двусторонней торговли до 1,7 миллиарда долларов в 2013 году и до 2,1 миллиарда в 2014. Иранский бизнес активно «вкладывается» в строительство транспортной инфраструктуры своего соседа, сельское хозяйство, производство электроэнергии и телекоммуникационные проекты.
Фактически, цена «афганского вопроса», вложения в безопасность и стабильность соседнего государства для Тегерана по самым приблизительным расчетам составляет в последние 12 лет от 0,9 до 1,2 процентов ежегодных расходов государственного бюджета. Но только финансами и инвестициями ситуацию в соседней стране не удержать. А потому, не особо рассчитывая на других игроков на афганском поле, Иран с 2013 года в тех или иных формах сам активно проводил консультации с различными группировками в стране, не исключая и талибов.
Со «старым Талибаном» диалога не получилось, да и в принципе не могло получиться, поскольку ортодоксы, стоявшие за муллой Омаром, всегда занимали последовательную антииранскую позицию. Уместно будет напомнить о событиях 1998 года, когда при штурме Мазари-Шарифа талибы убили девять иранских дипломатов. Это был демонстративный жест, показывающий намерения тогдашнего Талибана в отношении Исламской республики, жест, который шокировал даже покровителей талибов из пакистанской межведомственной разведки.
А вот переговоры представителей Тегерана с «новыми талибами» прошли куда более многообещающе. И здесь необходимо заметить, что после 2001 года перед «Талибаном» встала дилемма: или сидеть в горах и трястись от жужжания пролетающих над тобою «дронов», или же встраиваться в складывающуюся систему. С одной стороны, прозябание и угроза физического уничтожения. С другой – вольная и сытая жизнь местных царьков, доходы от наркоторговли, право на личное ополчение и кусок территории, с которой можно кормиться самому и кормить стоящий за тобою клан.
Выбравшие второй путь и есть тот самый «новый Талибан», который все заинтересованные в стабилизации Афганистана совсем не прочь видеть в коалиционном правительстве. Он прекрасно встроен в сложившуюся экономическую и политическую систему страны. По сути именно от отношения иностранных игроков и инвесторов с командирами входящих в него группировок и зависит мирный процесс в стране, поскольку именно они контролируют через «теневых губернаторов» большую часть афганской территории. Ну, а центральное правительство в Кабуле – так уж сложилось исторически – всегда воспринималось в провинциях как нечто совершенно чуждое и далекое.
На переговорах с иранцами представители «новых талибов» практически полностью признали «красные линии» Тегерана и, в обмен на неизбежную в таких случаях «плату за лояльность», согласились этих «красных линий» придерживаться. С одной стороны, они прекрасно понимают, что военным путем вернуться в Кабул им никто не позволит. С другой стороны, если в начале переговоров с Тегераном они еще и пробовали завышать цену за свое сотрудничество, то сегодня ситуация резко изменилось, поскольку их начало припекать с тыла – вроде как «внезапно» появившийся в Афганистане и тут же развивший бешеную активность филиал «Исламского государства» (Даеш). И его появление, и его активность стали новым вопросом в повестке взаимоотношений Тегерана как с Кабулом, так и с остальными афганскими политическими силами.
Странности афганского Даеш и угрозы на среднеазиатском направлении
На сегодняшний день не предоставлено никаких убедительных доказательств того, что афганский филиал «Исламского государство» как-то тесно связан или хотя бы как-то координирует свои действия с «центром», «Исламским государством Ирака и Леванта» и окружением аль-Багдади. Что, в общем-то, вполне объяснимо. «Афганский филиал» − типичная франшиза, ряд группировок, присвоивших себе «товарный знак Даеш» в сугубо своих целях, имеющих мало общего с целями «центра».
В этой ситуации нет ничего уникального, поскольку не будет преувеличением сказать, что подобным образом поступает чуть ли не 90 процентов «филиалов» Исламского государства, со скоростью размножения кроликов появляющихся сейчас во всех концах Ближнего и Среднего Востока. И есть все основания полагать, что подобное бесконтрольное размножение будет только возрастать. За годы «бесконечной войны» в Афганистане, страна стала прибежищем экстремистов и радикалов всех мастей. «Арабская» часть этой публики со временем вернулась на родину и активно участвует в происходящих там конфликтах. А вот куда деваться выходцам из среднеазиатских республик?
Ведь совершенно очевидно, что первое, чем займется коалиционное правительство Афганистана, созданное с участим талибов, – это вытеснением с территории страны «чужаков», которые как союзник в борьбе с Кабулом больше не нужны, а контроль над которыми невозможен. И которые, вдобавок, создают конкуренцию в извлечении доходов с контролируемых территорий.
Есть и еще один аспект – сильной стороной и «старого», и «нового» Талибана всегда был императив: если центральная власть в Кабуле − это «Взяткостан», пронизывающая все коррупция, полный беспредел вождей-командиров и их ополчения, то «Талибан» – это нормы шариата, густо замешанные на традиционных ценностях страны. Даже сегодня для части афганских обывателей «Талибан» – это относительный порядок, отсутствие взяток и шариатский, по своему справедливый суд. Афганский филиал Даеш пытается сегодня это знамя у талибов перехватить, обвиняя их в соглашательстве, в коррупции, в том, что ради материального благополучия они отказываются от чистоты Ислама. А вот они – строители «нового афганского эмирата», как раз и есть истинные выразители Ислама, которые вернут в страну справедливость «времен праведных халифов».
Понятно, что на собственно «афганском» направлении у филиала Даеш нет шансов. Повторить успех талибов 90-х годов – стремительно прийти к власти в Кабуле – у них не получится. А потому все их усилия будут направлены «на родину», в среднеазиатские республики, в первую очередь – в Таджикистан и Туркмению, что, собственно, мы уже и наблюдаем. Для дестабилизации Средней Азии все готово, в одной только Ферганской долине достаточно небольшой искры – и полыхнет на несколько республик сразу. А управляемая дестабилизация Туркмении − более чем выгодна целой группе нефтяных и газовых компаний, позволяющая нанести удар по экономическим интересам не только Ирана, но и Китая и России.
******
И это новый вызов внешней политике Тегерана, поскольку под угрозой удара извне оказываются два его ключевых партнера – Душанбе и Ашхабад, стабильность которых, при всех нюансах двусторонних отношений, является стратегическим приоритетом для Ирана. Новый вызов, при котором исключение Тегерана из официального переговорного процесса с талибами представляется стратегической ошибкой с непредсказуемыми последствиями. В конце концов, Исламская республика в узких границах нескольких афганских провинций и сама может договориться с противоборствующими группировками. Более того – обеспечить и безопасность своих инвестиций, и интересы шиитской части населения. Но выиграет ли от этого Афганистан в целом и международные игроки, играющие на «афганском поле»? Весьма сомнительно.
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Саудовской Аравии А.Аль-Джубейром, Москва, 11 августа 2015 года
Уважаемые дамы и господа,
Мы рады приветствовать в Москве делегацию Саудовской Аравии во главе с Министром иностранных дел А.Аль-Джубейром. Неделю назад мы встречались в Катаре и с участием Госсекретаря США Дж.Керри в трехстороннем формате обсуждали ситуацию на Ближнем Востоке, прежде всего, пути урегулирования в Сирии. Сегодня мы продолжили этот разговор в развитие пониманий, достигнутых в Дохе. Считаю, что эта дискуссия была весьма полезной.
Ситуацию в Сирии мы рассматривали в контексте общего развития событий на Ближнем Востоке и Севере Африки, в том числе в Ливии, Йемене, Ираке. У нас единое мнение о необходимости консолидировать усилия в борьбе с общей угрозой, которую представляет т.н. «Исламское государство» («ИГ») и прочие террористические структуры. Это реальная угроза для России, Саудовской Аравии, других стран региона и за его пределами.
Как известно, в июне этого года Президент России В.В.Путин в ходе встречи в Санкт-Петербурге с Наследным принцем Саудовской Аравии, Министром обороны М. Бен Сальманом предложил подумать о совместных усилиях по формированию международно-правовой основы для создания коалиции по борьбе с терроризмом в этом регионе. Уверен, что мы продолжим обсуждение этой инициативы. Уже есть некоторые наметки, как конкретно двигаться к этой цели. Повторю, этот разговор будет продолжен.
С этой задачей непосредственно связаны вопросы, касающиеся выполнения договоренностей по сирийскому урегулированию, которые были достигнуты и зафиксированы в Женевском коммюнике от 30 июня 2012 г.
В подходах России и Саудовской Аравии к выполнению Женевского коммюнике много совпадающих элементов, хотя еще есть определенные расхождения в том, что касается конкретных путей достижения урегулирования в этой важнейшей арабской стране. В любом случае мы договорились продолжать практические шаги (и согласовали их), нацеленные на подготовку оптимальных условий для возобновления диалога между Правительством и всей сирийской оппозицией под эгидой специального посланника ООН по Сирии С. де Мистуры.
Обсудили положение в Йемене, где все более актуальным становится задача прекращения боевых действий между сторонами и налаживание политического диалога. Рассказали нашим гостям о контактах между российской стороной и представителями йеменских группировок, нацеленных на то, чтобы помочь спецпосланнику Генсекретаря Всемирной Организации И.Ульд Шейх Ахмеду возобновить переговорный процесс с учетом тех решений, которые были приняты в СБ ООН.
Обменялись мнениями о происходящем в других «горячих» точках региона, включая Ирак, Ливию. По этим направлениям у нас также принципиальное совпадение подходов с нашими саудовскими коллегами.
Особое внимание уделили задаче преодоления тупика, в котором оказалось ближневосточное урегулирование из-за прекращения переговоров между палестинцами и израильтянами. Мы едины в том, что в основе дальнейших усилий должна оставаться выдвинутая в 2002 г. королем Саудовской Аравии Арабская мирная инициатива, и что к деятельности «квартета» международных посредников необходимо активнее привлекать представителей ЛАГ.
В связи с достижением договоренности по иранской ядерной программе мы выразили надежду, что в этих новых условиях будут предприняты дополнительные усилия по налаживанию конструктивного диалога между всеми странами Персидского залива, включая арабские государства и Исламскую Республику Иран. Надеемся, что в ходе движения к такому диалогу будут приниматься во внимание положения российской концепции по обеспечению безопасности в районе Персидского залива, которую мы уже несколько лет продвигаем в контактах с нашими партнерами, в том числе в Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ).
Помимо международной проблематики мы подробно рассмотрели нынешнее состояние двухсторонних отношений, мощный импульс которым был придан в ходе упомянутого мной визита в Российскую Федерацию в июне этого года преемника Наследного принца КСА М. Бен Сальмана. Мы обменялись мнениями о том, какие шаги необходимо предпринять для выполнения достигнутых в ходе этого визита договоренностей, в том числе в таких сферах, как энергетика, мирный атом, инвестиционное взаимодействие, совместные проекты в сельском хозяйстве и гражданском строительстве.
Высоко ценим внимание, которое уделяют развитию отношений с Россией Его Величество Король Сальман, другие высшие саудовские руководители. Мы подтвердили приглашение, направленное Президентом России В.В.Путиным в адрес Короля Саудовской Аравии посетить Российскую Федерацию в удобное для него время. Убеждены, что такой визит придаст дополнительный импульс на всех направлениях нашего партнерства с Саудовской Аравией.
Вопрос: Вокруг инициативы Президента России В.В.Путина по созданию регионального и международного альянса, обсуждавшейся 3 августа в Дохе и сегодня здесь, до сих пор остаются вопросы: обсуждалось ли участие в ней Сирии (изначально предполагалось создание структуры с участием Турции, Саудовской Аравии и Правительства САР)? По каким пунктам инициативы между вами имелись разногласия?
С.В.Лавров: Во вступительном слове я уже сказал, что мы обсуждали задачу борьбы с терроризмом в регионе и объединение с этой целью всех, кто противостоит террористическим группировкам, будь то «Исламское государство» (ИГ), «Джабхат ан-Нусра» или кто-то еще. Очевидно, что в этой борьбе уже участвуют вооруженные силы Сирии, Ирака, курдское ополчение в обеих странах. Убежден, что многие вооруженные отряды, прежде всего, укомплектованные сирийцами и продвигающие собственные интересы в отношении места в своем государстве, совершенно не приемлют идеологию и практику, насаждаемую террористами на их земле. Нужно их всех объединять и использовать влияние, которое имеют «внешние игроки» на различные группировки «на земле» для того, чтобы такое объединение было максимально эффективным.
Россия и Королевство Саудовская Аравия, как мы с моим коллегой Аделем Аль-Джубейром уже сказали, поддерживают все принципы Женевского коммюнике от 30 июня 2012 г., в частности, необходимость сохранения государственных институтов, одним из которых является сирийская армия. Исхожу из того, что ее участие в эффективной борьбе с террористами весьма необходимо.
Я уже говорил, что при совпадении принципиальных подходов к урегулированию кризиса у нас есть расхождения, одно из которых касается судьбы Президента САР Б.Асада. Наша позиция заключается в том, что все вопросы урегулирования, включая согласование параметров переходного периода, политических реформ, должны решаться самими сирийцами. Как записано в Женевском коммюнике, эти вопросы должны быть предметом общего согласия между Правительством и всем спектром оппозиционных сил Сирии. Один из практических результатов сегодняшних переговоров – содействие объединению оппозиции на конструктивной платформе, в которой будет изложено видение оппозиционными силами будущего собственной страны, что позволит более эффективно проводить диалог, который сейчас готовится под эгидой ООН.
Вопрос: Сейчас в Москве идет подготовка к широкой встрече по сирийскому урегулированию. Когда она состоится? Запланированы ли у Вас какие-либо контакты с представителями и координаторами Национальной коалиции оппозиционных сил Сирии?
С.В.Лавров: Мы не планируем никакую широкую встречу сирийской оппозиции – это неверная информация. Мы провели две встречи в феврале и апреле. Сейчас мы продолжаем контакты на индивидуальной основе. В ближайшее время в Москву должны приехать некоторые руководители отдельных оппозиционных группировок, включая председателя Курдской Партии Демократического Единства С.Муслима, члена т.н. называемого комитета «Каир-2» Х.Манаа, также приглашен глава Национальной коалиции оппозиционных и революционных сил Сирии Х. аль-Ходжа. Эти визиты не являются частью какой-то общей коллективной встречи. Повторю, они запланированы на индивидуальной основе.
Мы будем работать с этими представителями различных оппозиционных групп в русле общего подхода, который мы сейчас презентовали с Министром иностранных дел Саудовской Аравии А. Аль-Джубейром.
Вопрос: Великобритания поддержала предложение Франции о добровольном отказе от применения права вето в случае, когда требуется принятие срочных мер для пресечения массовых преступлений. Как Вы это прокомментируете?
С.В.Лавров: Идеи об отказе от права вето или добровольного ограничения права вето звучат не впервые. Мы считаем, что они не имеют серьезной перспективы, поскольку право вето закреплено в Уставе ООН без каких-либо условий и оговорок. Уважать это положение Устава обязаны все государства, которые ратифицировали этот важнейший документ международного права.
Даже если гипотетически предположить обсуждение этой идеи, то сразу возникает целый ряд вопросов. Прежде всего, если предлагается отказываться от права вето при голосовании в случаях, когда идет речь о массовых преступлениях, то кто будет определять критерий массовости? Массовость – это сколько? 100 человек? 1000? Если 100 человек, то при 99 можно применять вето, а при 100 – нельзя? Похожие проблемы возникали с печально известными концепциями «гуманитарного вмешательства» ответственности по защите. Невозможно объективно подходить к этой ситуации. В свое время в ходе обсуждения ответственность по защите предполагала право гуманитарного вмешательства, т.е. в тех случаях, когда желающие вмешиваться хотят это сделать. Тогда не говорили об обязанности, о необходимости вмешиваться в любых ситуациях, отвечающих определенным критериям, а хотели сохранить за собой право, чтобы можно было выбирать: где страна побогаче и поважнее – там оправдать свою интервенцию, а в других случаях просто закрыть глаза, когда происходят трагедии в бедных и никому не интересных с экономической точки зрения государствах.
Недавний пример. Наши западные коллеги в Совете Безопасности ООН упрямо продвигали резолюцию по Сребреннице, которую мы заветировали. Причем, тоже ссылались на необходимость отдать дань памяти жертвам массовых преступлений, но почему-то только тех, которые пали от оружия сербов, хотя в боснийском кризисе жертвы были со всех сторон, преступления совершались всеми сторонами. Соавторам нужен был именно такой документ, который подтверждал бы их одностороннюю трактовку происходившего в Боснии, или российское вето, чтобы потом нас обвиняли в блокировании работы СБ ООН.
Нас немного беспокоят активизировавшиеся в последнее время попытки постоянно провоцировать конфронтацию в Совете Безопасности путем вбрасывания односторонних резолюций, будь то по Сребреннице или малазийскому «Боингу». Если называть вещи своими именами, это уже не дипломатия, а стремление сделать СБ ООН инструментом пропаганды.
Дипломатия уже и без этого серьезно страдает, ей наносится ущерб из-за того, что наши западные коллеги все больше предпочитают этому инструменту санкционные меры, считая, что так будет проще и эффективнее достигать свои геополитические цели. Мы откровенно обсуждаем это с нашими коллегами, прежде всего, с постоянными членами Совета Безопасности ООН, напоминаем, что Уставом ООН на постоянных членов этого органа возложена особая ответственность, которую нужно осознавать и не пытаться искусственно создавать проблемы внутри «пятерки».
Россия выступает за возрождение культуры диалога, которая дает реальные результаты, как это было доказано при решении ИЯП, урегулировании различных аспектов химического разоружения Сирии. Наверное, нужно идти по этому пути. Он менее публично заметен, более трудоемок, но гораздо более эффективен и благотворен для международных отношений в целом, чем постоянная попытка в одностороннем порядке провоцировать какие-то скандалы.
Вопрос (адресован А.Аль-Джубейру): Известно, что существуют некоторые противоречия между Россией и Саудовской Аравией по Женевскому коммюнике. Готовы ли обе стороны решать эти проблемы? Можно ли в рамках инициативы Президента России В.В.Путина о создании региональной коалиции по борьбе с терроризмом ожидать каких-либо официальных встреч между Эр-Риядом и Дамаском?
С.В.Лавров (добавляет после А.Аль-Джубейра): Поскольку в некоторых вопросах нашей гостьи затрагивалась Россия, хотел бы сделать пару комментариев.
Что касается коалиции, то мы не имеем в виду коалицию в классическом виде: с главнокомандующим, родами войск под его началом и т.д. Речь идет об очень простой вещи. Уже сейчас «на земле» с террористами воюют сирийская и иракская армии, курды, отряды вооруженной сирийской оппозиции, которые опираются на поддержку извне. Речь только о том, чтобы без формирования армий стран региона, направления их в район боевых действий каким-то образом скоординировать всех, кто уже воюет с террористами, чтобы они видели главную свою задачу – борьбу с угрозой терроризма, а сведение счетов между собой – самими сирийцами и иракцами – было бы отложено на потом, когда угроза будет отведена.
Не только Россия, но и многие зарубежные военные эксперты абсолютно убеждены, что без объединения всех, кто противостоит террористам «на земле», удары с воздуха, осуществляемые США и коалицией, не дадут желаемого результата и «ИГ» не будет побеждена. Более скоординированные усилия «на земле» в том русле, о котором говорил Президент России В.В.Путин и упомянул сейчас я, по большому счету, помогут достичь целей, которые поставлены перед коалицией, занимающейся ударами с воздуха по позициям террористов. Важно только обеспечить, чтобы любые действия в сфере антитеррора, включая действия упомянутой коалиции под американским командованием, соответствовали нормам международного права и были стопроцентно легитимны, как в Ираке, где есть согласие Правительства, так и на сирийской территории, где к этому вопросу нужно так же подходить.
Как сказал мой коллега и друг А.Аль-Джубейр, у нас действительно есть расхождения, касающиеся, главным образом, единственного вопроса – судьбы Б.Асада. Мне бы очень не хотелось, чтобы какая-либо из влиятельных стран, так или иначе вовлеченных в события вокруг сирийского кризиса, надеялась, что проблема Б.Асада может быть решена военным путем. Единственный способ военного решения – это захват власти «Исламским государством» и прочими террористами. Не думаю, что кто-то этого хочет.
Сегодня мы говорили о том, что Президент Сирии Б.Асад не несет угрозы. Наверное, можно говорить о том, какие проблемы внутри Сирии возникли и продолжают обостряться, но Б.Асад не угрожает ни одной соседней стране, а «ИГ» не просто угрожает Ираку, Сирии, Саудовской Аравии и заявляет об этом публично, но этот террористический механизм составляет некие карты от Испании до Пакистана. Поэтому здесь нам всем надо соизмерить масштаб угроз.
Первый вопрос касался наличия противоречий между Россией и Саудовской Аравией по Женевскому коммюнике от июня 2012 года. Отвечаю сразу: противоречий нет никаких. Саудовская Аравия и Россия выступают за полное выполнение Женевского коммюнике, включая, как там записано, создание переходного управляющего органа, которому перейдет вся полнота исполнительной власти. Состав такого органа и решение о его создании должны быть определены на основе общего согласия между Правительством Сирии и всем спектром оппозиционных групп.
Женевское коммюнике было одобрено принятой консенсусом резолюцией Совета Безопасности ООН, которые обязательны к исполнению. Поэтому здесь даже спорить не о чем. Сегодня мы занимались тем, что сопрягали наши усилия, призванные создать оптимальные условия для начала диалога о полном выполнении Женевского коммюнике.
В Иран прибыла пакистанская делегация для переговоров о строительстве газопровода «Мир»
Заместитель министра нефти по международным вопросам Амир Хосейн Заманиния в интервью агентству ИРНА сообщил о прибытии в Иран пакистанской делегации для переговоров с министерством нефти Ирана о возобновлении строительства газопровода «Мир», предназначенного для поставок иранского газа в Пакистан.
Как отметил А.Х.Заманиния, вопрос о возобновлении строительства названного газопровода еще не решен окончательно, и переговоры пока носят предварительный характер, однако пакистанская сторона заявляет о своей заинтересованности в возобновлении строительства газопровода «Мир».
Заместитель министра нефти Ирана напомнил, что согласно подписанному в 2008 году договору, поставки иранского газа в Пакистан должны были начаться в декабре 2014 года. Работы по строительству иранского участка газопровода практически полностью завершены, однако Исламабад всячески уклонялся от строительства своего участка, и только в марте 2013 года в Пакистане состоялась церемония начала строительства газопровода «Мир» на пакистанской территории. Тем не менее, после этого, по заявлениям пакистанской стороны, из-за отсутствия источников финансирования в связи с антииранскими санкциями строительство до настоящего времени практически не велось.
Недавно министр нефти Ирана Бижан Намдар Зангене заявил о начале переговоров между Тегераном и Исламабадом, в ходе которых должны быть определены новые сроки строительства пакистанского участка газопровода «Мир». Предстоит также пересмотреть некоторые другие пункты договора. Возобновившиеся между Ираном и Пакистаном переговоры о внесении изменений в договор пока носят предварительный характер, однако шаги китайского правительства по возможному финансированию строительства газопровода «Мир» позволяют надеяться на то, что узел в деле экспорта иранского газа в Пакистан будет наконец-то развязан.
ВУЗы Швеции - охота за иностранными студентами
До 2011 года одной из мощнейших приманок для поступления иностранцев в шведские ВУЗы было бесплатное обучение. Однако именно в 2011 эта приманка исчезала с введением солидной платы для всех студентов из стран вне Евросоюза. В условиях более жесткой конкуренции шведские ВУЗы вынуждены ныне активно искать потенциальных студентов за границей, используя для этого как рекламные кампании, так и рекрутинговые агентства.
"Начиная с 2011 года, произошел драматический рост. Я не думаю, что рекрутинговые агентства вообще использовались до этого. А сейчас, ВУЗы явно, более широко, применяют этот метод поиска студентов и все более интенсивно" - говорил сотрудник Упсальского университета, ответственный за вопросы международного маркетинга и рекрутирования - Юаким Эрикссон в программе новостей Третьего канала Шведского радио.
123 тысяч крон, в среднем, стоит ныне год учебы в шведском ВУЗе для иностранца из государства вне Евросоюза. Примерно 60 тысяч за семестр. О том, что сумма эта весьма ощутимая говорят следующие цифры: Если в, еще бесплатный, 2010/11 учебный год в Швеции обучалось около 20 тысяч студентов из стран вне ЕС, то в 2013/14 году их было уже около 6 тысяч. Данные Канцелярии университетов Швеции/Universitetskanslersämbetet (UKÄ).
Особо заметным стало падение интереса со стороны студентов из стран Азии: Пакистана, Индии, Китая. Но именно в этих странах наиболее широко распространена система агентов для набора студентов и именно туда ныне, преимущественно, направлена рекрутская деятельность ряда шведских университетов:
"Я прочитал об этом агентстве в газете, позвонил им, пришел в их офис" - говорит Мухаммад Али Фархан, который начал учиться в Высшей школе Йёнчёпинга после того, как ему помогли собрать документы и пройти все формальные процедуры агенты университета в Пакистане.
Для самих абитуриентов/студентов услуги таких агентств, как правило, бесплатны. Но агенты получают от ВУЗов комиссионные за каждого найденного ими студента в размере 20% от общей суммы взноса за первый год учебы. То есть, если в среднем год учебы стоит 123 тысячи крон, то агент получает за каждого примерно 25 тысяч.
Имеются ныне у университетов и солидные средства, отпущенные именно на привлечение и поиск иностранных студентов. Рекордсмен, в этом смысле, Королевский технический университет в Стокгольме/KTH имеющий годовой бюджет на это в размере почти 6 млн. крон. Почти 4 млн. тратит университет в Линчёпинге. Упсальский и Лундский университет тратят по 3 млн. крон. В Мальмё - 2.5 млн. Гетеборгский и Стокгольмский университеты, поскромнее, с бюджетом, примерно, по миллиону каждый. Заметим, что в эти суммы не входят расходы на университетский персонал, которые также могут быть весьма значительными.
Мы попытались найти агентов или агентства, которые бы работали с русскоязычной аудиторией, на постсоветском пространстве, вербуя студентов для шведских ВУЗов, но, увы, найти их нам не удалось. Вернее нашлись те, кто помогает мотивированным людям пройти весь непростой путь для учебы в Швеции, но со шведскими ВУЗами, напрямую, они не сотрудничают.
В понедельник президент Афганистана Мохаммад Ашраф Гани подверг критике политику пакистанских властей за недостаточную активность в деле борьбы с терроризмом.
Глава государства отметил, что за прошедшие 10 месяцев афганская сторона приложила усилия для развития сотрудничества стран в рамках противодействия общей угрозе, в частности, неоднократно делилась разведывательной информацией, но Исламабад не принял действенных мер на данном направлении.
Президент выразил обеспокоенность тем, что в Пакистане по-прежнему функционируют многочисленные лагеря смертников, ведётся нелегальное производство взрывных устройств и проходит планирование атак, которые в дальнейшем осуществляются в различных частях Афганистана.
«Мы надеялись на мир, но с пакистанской территории против нас объявляется война, – подчеркнул афганский лидер. – На деле это демонстрирует очевидную враждебность в отношении соседнего государства».
Ашраф Гани сообщил, что накануне поделился своей обеспокоенностью с пакистанскими властями, в частности, премьер-министром и главой армии, и в ответ Исламабад пообещал разработать программу борьбы с терроризмом, обсуждение которой с делегатами из ИРА планируется провести в течение ближайших нескольких недель.
В своём выступлении на пресс-конференции Гани подчеркнул, что от перспективы грядущих афгано-пакистанских переговоров по вопросу борьбы с терроризмом будут зависеть дальнейшие отношения между двумя странами на протяжении десятилетий, сообщает пресс-служба президентского дворца.
Ответ на вопрос телеканала Россия-1 Министра иностранных дел России С.В.Лаврова, 9 августа 2015г.
Вопрос: Вашингтон принял решение бомбить правительственные объекты в Сирии в случае, если будут совершаться нападения на отряды оппозиции. Два года назад Россия предложила компромиссный вариант, и в Сирии сейчас нет химического оружия. Получается, что Президент США Б.Обама и его администрация не держат слова? Или они никакого слова не давали?
С.В.Лавров: Я не могу говорить о том, что частью договоренности по уничтожению химического оружия был отказ от позиции США по вопросам политических реформ в Сирии. США по-прежнему говорили, что они не могут считать легитимным режим Б.Асада, говорили они и многое другое. Мы никогда не ставили никаких условий, потому что считали абсолютно необходимым и самоценным решить проблему одного из видов оружия массового уничтожения, в данном случае – химического оружия в Сирии. Эта проблема была успешно решена. Сотрудничество России, США и самой Сирии было весьма эффективным, практически ежедневно в штаб-квартире ОЗХО в г.Гааге проходили встречи, результат был достигнут. Сейчас пытаются поднимать вопросы, которые могут быть истолкованы как неполное решение этой проблемы, иногда возникают публикации, что в Сирии могло остаться что-то из незаявленного химоружия. Это все проверяется, здесь нужно избегать голословных обвинений, предъявлять подтверждающие эти опасения факты. Я гарантирую, что все эти факты будут перепроверяться. У нас есть все основания считать, что Правительство Сирии продолжит тесно сотрудничать.
Что касается возникшей ситуации в контексте террористической угрозы со стороны «Исламского государства», «Джабхат ан-Нусры», подобных им и аффилированных с ними структур, то это, я считаю, тема, которая напрямую не касается сотрудничества по химическому оружию. Мы все должны ясно представлять, что если бы к сегодняшнему дню, когда "ИГ" захватывает огромные территории в Сирии, Ираке и в других странах, химическое оружие Сирии не было бы вывезено из страны и уничтожено, насколько острее была бы угроза этой террористической структуры в случае попадания химического оружия в ее руки.
В Катаре и Куала-Лумпуре мы с Государственным секретарем США Дж.Керри обсуждали вопросы, которые вытекают из инициативы Президента России В.В.Путина о необходимости сформировать единый консолидированный фронт для борьбы с "ИГ". Если уж мы все хотим не дать этой террористической структуре возможности реализовать свою зловещую задумку по созданию халифата, то так же, как и во всех других ситуациях, мы просто предлагаем очистить наши подходы от двойных стандартов, от попыток конъюнктурно подходить к той или иной ситуации, деля террористов на плохих и хороших: дескать, террористы выступают на стороне тех, кто хочет свергнуть какого-то диктатора, то можно закрыть на это глаза – пускай свою работу сделают, а потом будем с ними разбираться. Так не получится, все происходит ровно наоборот. Свергли С.Хусейна – получили террористическую угрозу в Ираке, которой там не было. Свергли М.Каддафи – и те же самые люди, которые помогали его свергать и которых вооружал Запад, с этим же оружием сейчас представляют прямую террористическую угрозу, влившись в ряды "ИГ", «Джабхат ан-Нусры», «Боко Харам» и многих других структур, наводящих ужас и сеющих смерть на просторах Северной Африки и Ближнего Востока.
Наш подход заключался в следующем. "ИГ" с точки зрения своих возможностей, территорий, которые они контролируют, линии фронта – это абсолютно понятное образование. Против них выступают армии Сирии, Ирака, курды в Ираке и Сирии. "ИГ" не нужен той части вооруженной сирийской оппозиции, которая представляет самих сирийцев, заинтересованных в обеспечении собственных интересов в своей стране. Если у нас общий враг, то все эти силы надо объединить. Пока получается, что наши партнеры по-прежнему подвержены искушению сыграть в игру использования вооруженных людей в интересах достижения политических целей.
Год назад было объявлено о создании коалиции во главе с американцами по борьбе с "ИГ" в Ираке и Сирии. Согласие Правительства Ирака было получено, согласия Правительства Сирии не спрашивали, хотя, я уверен, что если бы был проявлен аналогичный подход к Дамаску, такое согласие было бы получено. Это дало бы возможность рассмотреть эту инициативу в Совете Безопасности ООН, придать ей полную легитимность, обеспечить ее поддержку международным сообществом. Тогда не будет никаких двусмысленностей – кто кого бомбит, по чьей просьбе и вопреки чьей позиции. Было бы полное уважение Устава ООН, международного права – всех принципов, которые в соответствии с Уставом ООН должны лечь в основу любых силовых действий.
Мы по-прежнему считаем, что эта задача не является неразрешимой, хотя у наших американских партнеров и у некоторых стран региона устойчивое неприятие Б.Асада как партнера, что достаточно странно – когда была химическая демилитаризация, он был признан вполне легитимным партнером, Правительство Сирии упоминалось в резолюциях СБ ООН, приветствовалось его решение подписать Конвенцию о запрещении химического оружия и дальнейшее сотрудничество по реализации программы химической демилитаризации. Так что, здесь тоже присутствует двойной стандарт – для целей ликвидации химического оружия Б.Асад был вполне легитимным партнером, а для борьбы с терроризмом – почему-то нет. Много наносного, много спекуляций, даже пытаются представить дело таким образом, что Б.Асад чуть ли не сотрудничает с ИГИЛ. Фактов, подтверждающих это, нет. Здравый смысл подсказывает, что такого не может быть, потому что нельзя даже допустить мысли, что кто-то сотрудничает с организацией, целью которой является захват власти на огромных территориях, не только на Ближнем Востоке и на Севере Африки. Недавно где-то появилась карта, нарисованная «Исламским государством», на которой "ИГ" обозначил «свои просторы» от Испании до Пакистана, включая, конечно же, Мекку и Медину. Кстати, представители этой террористической организации пообещали взорвать мусульманские святыни, поскольку считают их отражением «неправильного» ислама. Это страшная структура.
В этом же ключе мы обсуждали инициативу США, в соответствии с которой людей, натренированных ими для противодействия "ИГ", будут засылать в Сирию и защищать с воздуха, если их будут теснить. Однако американцы тут же заявили, что если правительственные войска будут вступать в какие-то боестолкновения с этими вооруженными отрядами и препятствовать их деятельности, то и по правительственным войскам будут наноситься удары. Я спросил, не проще ли договориться, сесть за стол и все рассмотреть с участием сирийской армии, вооруженных отрядов, а также курдов. Неплохо было бы также привлечь и иракских курдов и армию, так как "ИГ" – это образование, которое охватывает все территории. К сожалению, к этому американцы не готовы. Они нам говорят, что не будут атаковать позиции сирийских военных, если те не будут нападать на боевиков, которых они подготовили. Откровенно говоря, ошибиться очень легко. Напомню, что на сирийской земле американцев нет, а в Афганистане они были и пользовались беспилотниками и данными разведки, но имела место масса случаев, когда вместо талибов и «аль-Каиды» бомбили свадьбы и школьные автобусы с детьми. А ошибиться в ситуации, когда у американцев нет такого присутствия «на земле», как это было в Афганистане, по-моему, очень легко. Я откровенно предупредил моего американского коллегу, что какая-то роковая ошибка может взорвать ситуацию до такой степени, что потом уже никто ее не сможет контролировать.
Повторю, инициатива Президента России В.В.Путина всех заинтересовала. Она предполагает формирование коалиции из тех людей, которые уже воюют на земле и для которых неприемлем "ИГ". Вместо того, чтобы они сводили друг с другом счеты, надо сначала все-таки разобраться с общей угрозой, а потом договариваться о том, как жить в собственной стране. Более того, как сказал Президент В.В.Путин, мы даже готовы параллельно с созданием такой коалиции, с поддержкой ее создания всеми внешними игроками стимулировать политический процесс, который нужен для того, чтобы победа над терроризмом не сменилась гражданской войной, а привела к тому, чтобы сирийцы уже знали об основах, на которых они будут жить в своем собственном государстве. Это двутрековый подход – формирование коалиции и продвижение политического процесса, который подкреплял бы такую коалицию, потому что в него должны быть вовлечены все сирийские силы – как политические, так и вооруженные отряды, которые сформированы патриотическими военными.
«Железный занавес» опускается
Венгрия начала строительство «Стены» на границе с Сербией
Несмотря на возражения из Брюсселя, на днях венгерский парламент в срочном порядке все же одобрил план строительства 175-километрового «железного занавеса» высотой 4 метра на границе с Сербией. В столь же срочном порядке строительство уже началось и к ноябрю должно быть завершено. Местные власти бьют тревогу. Только с начала этого года в страну въехало около 60 тысяч нелегалов из Косово, стран Ближнего Востока (Сирии, Ирака), Афганистана, Индии и Пакистана. К концу года эта цифра может составить 300 тысяч.
- Документы показываем. Так. Вам на выход, - неумолимо звучит через некоторое время вердикт полицейских. - Документы показываем. На выход с вещами, - повторяется в другом конце вагона…
Все происходит рано утром, пока поезд на Мюнхен еще только готовится к отправке с Восточного вокзала Будапешта. Венгерские полицейские в компании со своим коллегой из Германии плотно «прочесывают» скорый поезд Будапешт - Мюнхен, следующий через Вену и Зальцбург. Процедура рутинная. Проверяют всех с темным цветом кожи. Какой-то молодой человек, по виду албанец, с девушкой пытается объяснить полиции, что он студент, что он учится в Будапеште и едет в Мюнхен к знакомым. «Студента» тоже высаживают, как и группу афганцев из соседнего вагона. И такая картина практически в каждом поезде, который идет сегодня из Будапешта в Вену, Берлин или Мюнхен. А их в день - больше десяти.
…Картинка другая. Западный вокзал венгерской столицы сегодня скорее напоминает восточный базар. Кого тут только не увидишь. Индусы или пакистанцы, сразу и не разберешь, вид похожий у тех и других, косовские албанцы, арабы из Сирии, Ирака… Сидят на корточках, на ступеньках, попрошайничают, балагурят на своих заморских языках. Все они едут за счастьем в богатую и благополучную Европу. Будапешт для них - лишь транзитная остановка, полустанок на пути в «землю обетованную» - Германию, Францию, Австрию. Все они нелегально въехали, вошли, проникли в Венгрию, используя, как правило, границу с Сербией или с Украиной. У многих ни гроша в кармане. Но все хотят в Европу, хотят учиться, желательно бесплатно, работать, зарабатывать, жить богато и счастливо. Им как-то невдомек, что в Европе их никто не ждет, а сейчас уже и не хотят даже на порог пускать.
С таким небывалым наплывом нелегалов-иммигрантов из Косово, Сирии, Ирака и Афганистана Венгрия как транзитная страна столкнулась впервые за свою историю. Сначала, с осени прошлого, 2014 года, через венгерскую границу в Германию хлынул массовый поток косовских албанцев, видимо, сполна хлебнувших своей независимости и решивших, что лучше жить подальше от такой «независимой» территории, как Косово. Были, правда, разговоры, что многие молодые косовские албанцы бегством за границу спасаются от насильственной вербовки в ИГИЛ.
Возможно, доля истины в этом есть, но, скорее всего, это придуманная «легенда» для иммигрантских властей Европы. Мол, примите, спасаемся от ИГИЛ, а то заставят воевать на стороне исламистов. Такую же легенду активно используют сейчас и арабы-нелегалы. Араб Али, недавно сбежавший из лагеря для нелегалов в венгерском городе Дебрецен вместе с женой и ребенком, рассказывает, что якобы до этого ему чудом удалось сбежать из лагеря подготовки боевиков ИГИЛ где-то в Ираке, куда его увезли насильно.
- Распродав все имущество, - описывает свою историю Али, - набрал 20 тысяч евро и почти все деньги отдал человеку, который обещал переправить мою семью через Украину в Венгрию, а оттуда в Германию. Однако на полпути он бросил нас в степях Украины и скрылся. В итоге вместо процветающей Европы мы оказались в лагере для беженцев в Дебрецене, где нас и ребенка буквально замучили клопы и тараканы... Пришлось бежать и отсюда. Дальше - неизвестность...
Будапешт забил тревогу по поводу наплыва беженцев еще весной. По данным венгерского МИД, только с начала 2015 года в страну нелегально въехало порядка 60-70 тысяч так называемых «экономических беженцев». Это больше, чем Италия и Греция, каждая, приняли у себя нелегалов за весь прошлый год. Если же судить по сюжетам мировых СМИ, то можно подумать, что именно Италия и Греция больше всего страдают от наплыва беженцев из «третьего мира». Искаженная картина создается из-за того, что в случае с Италией и Грецией телевизионщикам удается получать хорошую картинку с кораблями и лодками беженцев в Средиземном море, а в случае с Венгрией операторы не в силах отснять, как тысячи нелегалов по ночам пробираются по диким тропам и «зеленке» через границу страны со стороны Сербии.
В Будапеште подсчитали, что если процесс пойдет и дальше такими темпами, то к концу 2015-го Венгрию могут наводнить уже 300 тысяч нелегалов, которых просто некуда девать, и это будет означать «гуманитарную катастрофу». Тогда-то и возникло кардинальное решение. Не только срочно строить 175-километровый четырехметровый «железный занавес» на границе с Сербией (с Украиной еще со времен СССР граница по Тисе надежно прикрыта), но и временно выйти из Дублинского протокола по приему беженцев, который делает «крайней» в истории с беженцами ту страну ЕС, на территорию которой впервые ступила нога нелегала.
А чтобы нелегалам было неповадно «тусоваться» в Венгрии за чужой кошт, принято решение содержать их в специальных палаточных лагерях подальше от населенных пунктов, дабы не раздражать местное население. Зарабатывать на пропитание в таких лагерях им придется собственным трудом. Так что, с окончанием теплого лета, многие из них, видимо, задумаются, а не лучше ли вернуться с несладкой чужбины к привычной жизни на родине.
Возможно, лишний раз теперь призадумаются и в Брюсселе - столице НАТО и ЕС. А стоит ли сеять хаос по периметру границ ЕС, чтобы потом лихорадочно защищаться от бегущих оттуда людей?
Федор ЛУКЬЯНОВ
Правительство РФ одобрило проект соглашения о сотрудничестве с Пакистаном при строительстве газопровода "Север - Юг". Соответствующее распоряжение подписал премьер-министр РФ Дмитрий Медведев, сообщается на сайте Правительства РФ.
Цель соглашения - создание благоприятных условий для строительства газопровода "Север - Юг" на территории Пакистана от города Карачи до города Лахор. Контролировать и координировать выполнение соглашения будут Минэнерго России и Министерство нефти и природных ресурсов Пакистана.
В ходе реализации проекта предполагается максимальное использование технологий, материалов, оборудования и продукции российского производства, привлечение российских научно-исследовательских, проектных и строительных организаций.
Пакистанская сторона обеспечивает предоставление прав на использование земельных участков, необходимых для реализации проекта, и выполнение исследований и работ, связанных с определением маршрута следования трассы газопровода "Север - Юг".
Соглашение действует в течение 25 лет и предусматривает возможность автоматического продления на пятилетние периоды.
Замминистра внутренних дел Исламской республики Иран по политическим вопросам сообщил, что вооруженные силы страны активно противостоят транзиту боевиков из Афганистана, Пакистана, а также стран юго-восточной Азии, которые намереваются вступить в ряды террористической группировки «Исламское государство» ИГ.
В ходе встречи с иранскими студентами, обучающимися за границей, в рамках семинара «Знакомство с такфиритскими течениями» в городе Мешхед, Мохаммад Хосейн Могими, пояснил, что Иран находится на пути транзита террористов из Азии для участия в военных действиях на территории Ирака и Сирии, и Тегеран прилагает максимум усилий для того, чтобы через границу «не просочился ни один боевик».
«Пограничники, правоохранительные органы и спецслужбы Исламской республики Иран вычисляют террористов и высылают их в государства, гражданами которых они являются», - добавляет Мохаммад Хосейн Могими.
По информации Iran.ru, указав на многочисленные попытки террористических группировок проникнуть на территорию Ирана, замминистра внутренних дел ИРИ по политическим вопросам отметил, что благодаря эффективной работе сил безопасности, террористам не удалось серьезно повредить Исламской Республике.
![Главное](/images/star.png)
О подписании соглашения между правительствами России и Пакистана о сотрудничестве при строительстве газопровода «Север – Юг».
Распоряжение от 4 августа 2015 года №1497-р. Цель Соглашения – создание благоприятных условий для строительства с участием российской Стороны газопровода «Север – Юг» на территории Исламской Республики Пакистан от города Карачи до города Лахор.
Справка
Внесено Минэнерго России.
Подписанным распоряжением одобрен проект Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Исламской Республики Пакистан о сотрудничестве в реализации проекта строительства газопровода «Север – Юг» (далее – Соглашение).
Цель Соглашения – создание благоприятных условий для строительства газопровода «Север – Юг» (далее – проект) на территории Исламской Республики Пакистан от города Карачи до города Лахор.
Контролировать и координировать выполнение Соглашения будут Минэнерго России и Министерство нефти и природных ресурсов Пакистана.
В ходе реализации проекта предполагается максимальное использование технологий, материалов, оборудования и продукции российского производства, привлечение российских научно-исследовательских, проектных и строительных организаций.
Пакистанская сторона обеспечивает предоставление прав на использование земельных участков, необходимых для реализации проекта, и выполнение исследований и работ, связанных с определением маршрута следования трассы газопровода «Север – Юг».
Соглашение действует в течение 25 лет и предусматривает возможность автоматического продления на пятилетние периоды.
![Главное](/images/star.png)
Интервью Министра иностранных дел С.В.Лаврова "Channel NewsAsia", Куала-Лумпур, 5 августа 2015 года
Вопрос: Г-н Лавров, добро пожаловать на программу "Беседа с…". Что Вы можете сказать малазийским семьям, которые потеряли своих близких при крушении самолета, летевшего рейсом MH17?
С.В.Лавров: Мы уже неоднократно выражали глубочайшие соболезнования всем тем, кто потерял членов своих семей, родственников, сыновей, дочерей или родителей. Это ужасная трагедия, и с самых первых дней, если не часов, после случившегося мы настаивали на проведении самого скрупулезного расследования; мы также были среди авторов резолюции 2166 Совета Безопасности ООН, которая была принята чуть более года назад, 21 июля прошлого года, и в которой содержался призыв провести тщательное всеобъемлющее независимое расследование на международном уровне под эгидой Международной организации гражданской авиации.
Совет Безопасности взял на себя обязательство непрерывно следить за ходом этого расследования. Он также призвал Генерального секретаря представить рекомендации в отношении того, каким образом Совет Безопасности и Организация Объединенных Наций в целом могли бы оказать содействие и помощь в расследовании, он также призвал все страны, которые могут обладать какой-либо информацией, предоставить ее в ходе проведения расследования. К сожалению, начавшееся расследование не имело ни независимого, ни всеобъемлющего, ни действительно международного характера. Вместо того чтобы действовать под эгидой Международной организации гражданской авиации, чего требует Чикагская конвенция, Украина, Австралия, Бельгия и Нидерланды заключили между собой двусторонние соглашения, содержание которых так и не было полностью раскрыто, и в августе 2014 года сформировали совместную следственную группу. Действительно крайне странно, что Малайзию пригласили присоединиться к группе только в декабре 2014 года. Теперь в состав этой следственной группы входят представители пяти стран. Техническая следственная группа по своему составу шире: принять участие в техническом расследовании были приглашены некоторые другие страны, в том числе Российская Федерация – в лице представителя Росавиации. Но информация, которую мы получаем от этого представителя, неполная. Нам предоставляют меньше информации, чем тем странам, которые начали расследование, что также вызывает некоторые вопросы.
К сожалению, несмотря на наши напоминания, Генеральный секретарь не дал рекомендаций по поводу того, как ООН может содействовать проведению расследования, а на призыв Совета Безопасности предоставить информацию, которая могла бы иметь какое-либо отношение к происшествию, по сути, ответила только Россия. Мы предоставили данные нашей РЛС в Ростовской области, с помощью которой велось наблюдение за небом в момент крушения самолета. Американцы говорили, что у них есть снимки, сделанные со спутника, но они их так и не предоставили, не обнародовали. То же самое относится и к украинцам, которых попросили предоставить записи переговоров авиадиспетчеров и пилотов самолетов, находившихся в небе в зоне катастрофы. Мы, к сожалению, неоднократно привлекали ко всему этому внимание ООН и общественности. Мы несколько раз предлагали, чтобы Совет Безопасности рассмотрел применение этой резолюции и призвал всех к строгому соблюдению ее положений. К сожалению, в Совете Безопасности эти предложения были заблокированы. Мы также просили Генерального секретаря о назначении специального представителя для наблюдения за расследованием и предложили отправить в зону крушения миссию Совета Безопасности. Всё это было заблокировано и, к сожалению, заблокировано теми странами, которые сейчас настаивают на создании трибунала.
Вопрос: Там сейчас всё немного запутано, не так ли? Ведь Малайзия как представитель группы, состоящей из собственно Малайзии, Австралии, Бельгии, Нидерландов, Украины и выступившей единым фронтом, представила последний проект резолюции о создании трибунала, и они все, как представляется, согласны с тем, что собранных доказательств достаточно для создания уголовного трибунала. Почему Россия решила наложить вето на проект этой резолюции? Почему вы так решительно настроены против создания уголовного трибунала?
С.В.Лавров: Нет. Мы решительно требуем, чтобы правда была восстановлена, а виновные – привлечены к ответственности. Совет Безопасности с самого начала в этом участвовал, и я только что объяснил, какие меры Совет Безопасности требовал принять год назад. Ничего из этого выполнено не было, и расследование не носит транспарентный характер. Оно еще не закончено. Представленный предварительный отчет вызывает массу вопросов. Он не объясняет простых вещей, на которые эксперты в области воздушного движения и авиасообщения сразу же обратили внимание общественности. Они же только сказали, что в самолет попали частицы, обладавшие высокой энергией. Профессиональные следователи в первую очередь проводят химический анализ таких частиц. Современные технологии позволяют сразу определить, из какого металла они состоят, и на каком заводе в какой стране металл был произведен.
Другая очень важная, по моему мнению, проблема заключается в том, что они с самого начала назначили виновных, говоря: "Мы знаем, кто это сделал: это дело рук сепаратистов на Украине, применивших зенитно-ракетный комплекс российского производства". Они даже определили тип комплекса, а это, на наш взгляд, является лишь одним из вариантов, одной из версий, которые должны быть тщательно расследованы. Почему, как вы думаете, они так и не связались с российской компанией – производителем этих комплексов? Эта компания провела собственное расследование и в июне представила его результаты. Но тот факт, что следователи даже не потрудились связаться с компанией – производителем комплекса, из которого, как они заявляют, был сбит самолет, вызывает много вопросов.
Отвечая на Ваш вопрос, хочу отметить, что Совет Безопасности год назад четко определил конкретные меры для проведения расследования. Большинство этих мер не были приняты во внимание, не были осуществлены, а наши предложения относительно того, чтобы этим вопросом занялся Совет Безопасности, блокировались в течение всего года, прошедшего после трагедии; они говорили, что проводят расследование собственными силами.
Между прочим, пять упомянутых Вами стран, несомненно, договорились между собой не обнародовать никакой не согласованной между ними, включая Украину, информации. Мы также не понимаем, почему Малайзия была приглашена для участия в следственной группе лишь через шесть месяцев после того, как она была сформирована.
Вопрос: Но Малайзия, по всей видимости, была достаточно удовлетворена для того, чтобы стать инициатором резолюции по трибуналу, и выразила глубокое разочарование в связи с тем, что резолюция не была принята. Она была заблокирована именно Российской Федерацией. То есть затронутые страны – страны, чьи граждане погибли, – видимо, считают, что ожидаемый в октябре доклад содержит достаточные основания для рассмотрения дела в трибунале. Почему же тогда Россия столь непреклонна?
С.В.Лавров: Вы говорите, они были разочарованы. Мы тоже были глубоко разочарованы: в течение этого года, что прошел со дня трагедии, все наши попытки ускорить расследование, сделать его прозрачным, предоставить информацию – ведь семьи погибших не получили достаточной информации – все наши попытки получить ответы на вопросы, которые мы сформулировали через наше Федеральное агентство воздушного транспорта, просто были заблокированы. Это вызывает подозрения.
Вопрос: В чем именно заключаются ваши подозрения? Когда Вы говорите "вызывает подозрения", что Вы имеете в виду?
С.В.Лавров: То, что люди, которые говорят "Мы проведем расследование", вместо того, чтобы выполнять решение Совета Безопасности о проведении расследования под эгидой Международной организации гражданской авиации, игнорируют его и создают свою собственную небольшую команду, в которую даже Малайзию приглашают не сразу, а только спустя полгода. И потом, все предыдущие подобные катастрофы, в том числе когда США в 1988 году сбили иранский гражданский пассажирский самолет, когда Украина в 2001 году сбила российский пассажирский самолет или когда "Боинг-747" был подорван в небе над Локерби, были признаны уголовными преступлениями. Но Совет Безопасности не создавал трибуналов для расследования этих случаев. Каждый раз применялась некая особая процедура, а это предложение – помимо уже приведенных мной доводов, таких как игнорирование предыдущей резолюции и настойчивость относительно создания Советом Безопасности трибунала, – помимо всего этого, это конкретное предложение крайне своеобразно. В проекте устава предлагалось создать трибунал, который опирался бы в основном на законодательство Украины и судьи и прокуроры которого назначались бы Генеральным секретарем ООН без обсуждения с Советом Безопасности, причем судьи, согласно проекту устава, должны были бы иметь опыт работы с законодательством Украины и Малайзии. Это не похоже на международный механизм расследования или судебного преследования.
Вопрос: Правильно ли я понимаю, что Вы намекаете, что другими странами, в том числе Малайзией, манипулируют украинцы?
С.В.Лавров: Я не говорю, что украинцы, и тем более малайзийцы, кем-то манипулируют. Мы верим в то, что Малайзия – это страна, которая искреннее всех заинтересована в установлении истины. На ее авиалиниях произошло две катастрофы, и я не вижу никакой политики в том, что Малайзия пытается сделать. В этом не может быть сомнений. Я не могу быть настолько же уверен в некоторых других коллегах, особенно из западных стран, которые, кажется, имеют довольно много предубеждений. Но, как бы там ни было, глава следственной группы сказал, что не исключает того, что самолет мог быть сбит не ракетой класса "земля-воздух", а ракетой класса "воздух – воздух".
Наши эксперты допускают обе версии и считают, что каждую из них нужно изучить. Но когда мы пытаемся сказать об этом, коллеги легко идут на поводу у эмоций: "Ах, Россия наложила вето на то, что должно было помочь установить истину!". От своих коллег по этой следственной группе я так и не получил ответа на очень простой вопрос: если с первых дней было заявлено, что самолет был, скорее всего, сбит зенитной ракетой российского комплекса "Бук", почему никто не связался с производителем этого комплекса, почему он должен был начать собственное расследование, результаты которого впоследствии были обнародованы?
Еще один простой вопрос касается снимков американских спутников и записей переговоров украинских авиадиспетчеров. Кстати говоря, те, кто настаивал на том, что вина лежит на повстанцах, пытаются умолчать об очень простом и хорошо известном факте: катастрофа произошла 17 июля. "Черные ящики" были найдены 20 июля, а 21 июля их отдали малайзийским экспертам, которые незамедлительно передали их голландским следователям. Вокруг этой трагедии столько политизированных игр, что мы не можем сделать вид, что нас устроило выполнение исходной резолюции. Следователи обходили ее, не исполняли содержащиеся в ней требования, информация не была обнародована, и наши предложения привлечь к этому процессу Совет Безопасности игнорировались в течение года, когда нам заявляли о том, что работа ведется самостоятельно.
Я не думаю, что работа под эгидой Совета Безопасности играет для них решающую роль. Совет Безопасности не создавал трибунал ни в одном из подобных случаев. Представители группы по уголовному расследованию, включая украинцев, заявили о своем желании создать некий механизм за пределами Организации Объединенных Наций, вероятно, под национальной юрисдикцией. Все подобные катастрофы расследовались именно таким образом.
Вопрос: Вы бы хотели, чтобы дело рассматривалось в рамках национальных юрисдикций, а не юрисдикции Организации Объединенных Наций?
С.В.Лавров: Я бы хотел, чтобы положения резолюции 2166 Совета Безопасности ООН полностью соблюдались. Этого не происходит при работе группы по уголовному расследованию, созданной пятью упомянутыми Вами странами.
Вопрос: Министр транспорта Малайзии Лиоу Тионг Лай заявил, что вместо того, чтобы выражать идеи поддержки, справедливости и ответственности, мы транслируем опасное сообщение о безнаказанности тех, кто совершил это ужасное преступление. Вы согласны с этим?
С.В.Лавров: Нет, я с этим не согласен. Вчера я прочитал интервью бывшего посла Малайзии в Нидерландах изданию "Сан", в котором он говорил о другом. Он заявил, что это расследование очень политизировано, и я с ним согласен.
Вопрос: Итак, Вы полагаете, что правительством Малайзии манипулируют или что у него есть политические мотивы? Ведь это же точно не известно?
С.В.Лавров: Я не знаю, манипулируют ли правительством Малайзии. Я сказал только одно и могу это повторить. У меня нет сомнений в искреннем желании малазийского правительства установить истину. Я уверен, что это также относится к правительству Нидерландов и правительству Австралии. Однако в Европе и на Западе есть те, кто хотел бы использовать эту трагедию для достижения также и политических целей.
Вопрос: Кто в Европе и на Западе будет пытаться достичь политических целей – не говоря о тех, кто больше всего пострадал?
С.В.Лавров: Это те, кто немедля, на следующий же день после трагедии, обвинили повстанцев. Сейчас эти же люди говорят, что хотят торжества правосудия.
Вопрос: Вы имеете в виду Украину?
С.В.Лавров: В Европе и США было много заявлений от Европы и США. Я не думаю, что Украина делала какие-либо прямые заявления. Я говорю о том, что люди, среди которых были и те, чьи страны сформировали эту группу для ведения уголовного расследования, заявляют о том, что знают, кто за этим стоит. Если знаете – так и скажите. Предоставьте свой отчет, и мы решим, убедителен он или нет.
Однако они также должны пояснить, почему проигнорировали большинство требований исходной резолюции Совета Безопасности. Вам это не кажется подозрительным?
Вопрос: Создается впечатление, что участвующим в данном процессе странам это не кажется подозрительным, и что имеются существенные доказательства в пользу того, чтобы создать уголовный трибунал.
С.В.Лавров: Если бы Вас попросили высказать свое мнение, как Вы считаете, должна ли неукоснительно выполняться резолюция Совета Безопасности, когда речь идет о столь важном вопросе?
Вопрос: Но это могло бы означать, что резолюция 2166 является в корне ошибочной и необходимо предложить новую.
С.В.Лавров: Я спрашиваю: нужно ли неукоснительно выполнять резолюцию 2166?
Вопрос: Для данного интервью гораздо важнее услышать Ваше мнение, а не мое. Давайте перейдем к вопросу о роли России в Азии.
С.В.Лавров: Раз Вы не смогли ответить на мой вопрос, хорошо, давайте перейдем к следующему вопросу.
Вопрос: Давайте рассмотрим деятельность России в Азии. В этом месяце Россия и Китай намерены провести совместные военные учения в воздухе и на воде в Японском море. Министерство обороны Китая заявило, что рассматривает это как способ дальнейшего расширения потенциала совместной борьбы с угрозами безопасности на море. О каких именно угрозах безопасности на море идет речь?
С. В.Лавров: Их много. Пиратство, например. Контрабанда, включая контрабанду потенциально опасных материалов, возможно, материалов, связанных с оружием массового уничтожения. Это касается борьбы с пиратством, режима нераспространения – точно такие же цели, для достижения которых мы сотрудничаем с НАТО, Китаем и Европейским союзом в Гвинейском заливе, Аденском заливе, в коалиции по борьбе с сомалийскими пиратами. Здесь нет ничего необычного. У меня нет статистических данных, но количество учений, которые мы проводим на наших восточных границах вместе с Китаем и другими странами, составляет лишь незначительный процент от количества тех учений, которые проводят наши американские соседи с Японией, Южной Кореей и другими странами в этом регионе. Мы серьезно озабочены наращиванием военного потенциала в регионе, непрерывным усилением закрытых военных блоков. Вместо этого пути мы предложили три года назад вместе с Китаем, Брунеем, Камбоджей, Индонезией и другими странами обсудить в контексте Восточноазиатских саммитов формирование открытой всеобъемлющей внеблоковой архитектуры безопасности и сотрудничества. Состоялись четыре раунда переговоров, и мы надеемся, что на предстоящем в этом году Восточноазиатском саммите лидеры государств расскажут о проводимой работе.
Вопрос: Принимая во внимание ситуацию в Южно-Китайском море, где существует определенная напряженность, некоторые политические наблюдатели говорят, что совместные военные учения могут означать, что Россия поддерживает территориальные претензии Китая в Южно-Китайском море. Поддерживает ли Россия претензии Китая в Южно-Китайском море?
С.В.Лавров: Этим политическим аналитикам не мешало бы подробнее ознакомиться с нашей позицией по этому вопросу. Она не засекречена, находится в открытом доступе. Мы решительно выступаем за то, чтобы любой спор в Южно-Китайском море, Восточно-Китайском море и, если на то пошло, в любом другом море решался на основе международного права, включая, прежде всего, Конвенцию по морскому праву 1982 года, на основе деклараций, подписанных между Китаем и странами АСЕАН. На этой основе страны, прямым образом вовлеченные в какой-либо спор, должны найти взаимоприемлемые решения без вмешательства извне. Мы не думаем, что попытки интернационализировать эти споры пойдут на пользу. Подобные попытки обычно предпринимаются не с целью помочь странам приблизиться к решению, а для получения некоторой политической выгоды на международном уровне. Не думаю, что это серьезно, и не думаю, что это честно.
Вопрос: Каковы же намерения России в Азии?
С.В.Лавров: Вам известно, что Россия является крупнейшим азиатским государством, если взять территорию от Уральских гор, откуда начинается Азия. У нас есть законные интересы вдоль всей границы нашей большой страны. Мы являемся одной из самых крупных держав Тихоокеанского региона. Безусловно, мы заинтересованы, прежде всего, в развитии Дальнего Востока и Восточной Сибири. Эта территория заселена не так густо, как европейская часть России и мы хотим, чтобы темпы развития этой части страны значительно ускорились. И, конечно же, в современных условиях глобализации и взаимозависимости открывается множество возможностей для продвижения национальных интересов путем сотрудничества с соседями, другими странами региона, поэтому параллельно с разработкой наших собственных программ для Дальнего Востока России и Восточной Сибири мы пытаемся задействовать весь потенциал Азиатско-Тихоокеанских структур сотрудничества, включая АТЭС, Восточноазиатские саммиты, АСЕАН и наши двусторонние отношения со странами региона. На сегодняшний день мы занимаем восьмое место среди экономических партнеров АСЕАН, за последние семь лет наш торговый оборот удвоился. Сегодня он составляет более 20 млрд. долл. в год. Мы намерены продолжать в том же духе, и это касается не только торговли, ведь у нас есть совместные экономические проекты в области высоких технологий, атомной энергии, освоения космоса, транспортной инфраструктуры. У нас и стран региона много планов, которые мне представляются взаимовыгодными.
Вопрос: Вы упомянули о значительном увеличении торгового оборота между Россией и АСЕАН до 20 млрд. долл. Вызывает ли у Вас обеспокоенность то, что торговый оборот между США и АСЕАН почти в десять раз больше? Он составляет примерно 200 млрд. долл. Беспокоит ли Вас это?
С.В.Лавров: Почему это должно нас беспокоить? Торговля между АСЕАН и Соединенными Штатами – это их дело. Мы с нашими друзьями из АСЕАН работаем не для того, чтобы кого-то превзойти. Мы делаем это на благо АСЕАН и Российской Федерации. Торговый оборот между АСЕАН и другими странами может взлететь хоть до небес, мы же сконцентрируемся на тех возможностях, которые мы вместе с АСЕАН можем использовать.
Вопрос: Какова Ваша позиция относительно намерения нынешнего правительства Японии во главе с премьер-министром Синдзо Абэ внести изменения в текст Конституции, с тем чтобы проявлять большую активность в военной сфере за пределами страны?
С.В.Лавров: Это Конституция Японии и ответственность японского народа. Я не сомневаюсь, что народ Японии понимает свое не самое светлое историческое наследие, и я уверен, что японское правительство понимает всю важность поддержания хороших отношений со всеми своими соседями. Я, конечно же, надеюсь, что они не забудут о своих международных обязательствах относительно поддержания установившегося после Второй мировой войны порядка.
Вопрос: И все же, есть ли у Вас ощущение, что мир становится все более опасным? Как Вы считаете, нынешнее состояние отношений, например, между такими двумя большими сверхдержавами, как Россия и США, приобретает все более угрожающий характер для нас в Азии?
С.В.Лавров: Вы знаете, и да, и нет. "Нет" – потому что я даже не могу представить что-нибудь наподобие Второй мировой войны или бомбардировок Хиросимы, 70-летняя годовщина которых будет отмечаться на днях. Это чудовищное событие в мировой истории, в котором не было никакой необходимости. Так что я не предвижу подобных опасностей.
Сейчас нет биполярной конфронтации, когда весь мир был разделен на две части. Но в то же время с развалом этой структуры биполярной конфронтации вспыхнуло много региональных конфликтов, и, конечно же, действия некоторых наших коллег, в том числе США, по продвижению своих собственных взглядов на мир и своего собственного видения того, как должны жить все страны, в том числе посредством применения военной силы и путем смены законных правительств – все это породило большую неопределенность и привело к появлению людей, которые хотят достичь своих целей с помощью терроризма. Они говорят: "Если кому-то разрешено использовать силу, почему бы нам не последовать этому примеру и не продвигать наши идеи?" Именно так ИГИЛ заявило о своей цели создать халифат на огромной территории от Испании до Пакистана.
Вопрос: Вы хотите провести параллель между ИГИЛ и США?
С.В.Лавров: Нет, как представляется на настоящем этапе, ИГИЛ – это в большой степени продукт произошедших на Ближнем Востоке и в Северной Африке "революций". Но я хотел сказать другое: когда вы начинаете распространять свою идеологию не методом убеждения, а используя силу, вы создаете массу рисков и опасных ситуаций – будь то коммунизм, распространением которого занимался Советский Союз, демократия, распространяемая без оглядки на существующие культурные различия и без внимания к традициям и ценностям того народа, который пытаются осчастливить, или террористические идеалы халифата. Нельзя навязывать и насаждать свою волю силой.
Вопрос: Как России следует себя вести в такой ситуации, если, как Вы говорите, в мире есть по крайней мере одна сверхдержава, пытающаяся навязать свои идеалы силой?
С.В.Лавров: Россия выступает – и мы уже довольно давно предпринимаем соответствующие действия – за обеспечение соблюдения Устава Организации Объединенных Наций, за то, чтобы Совет Безопасности был, как это предусмотрено Уставом, центральным органом по координации усилий международного сообщества в деле борьбы с существующими сегодня вызовами и угрозами, включая терроризм, незаконный оборот наркотиков и организованную преступность.
В прошлом году мы представили инициативу, предполагающую проведение в рамках Совета Безопасности тщательного анализа всех угроз, существующих на Ближнем Востоке и в Северной Африке, главным образом терроризма, и разработку единого стандарта борьбы с такими угрозами. Я поясню, что означает "единый стандарт". Когда против Ливии была применена сила, те, кто хотел свержения Каддафи, закрывали глаза и даже порой поставляли оружие участвовавшим в конфликте группировкам, придерживавшимся крайне экстремистских взглядов, – только потому, что те воевали с правительственными войсками.
Когда Каддафи свергли, эти же группы дестабилизировали ситуацию в соседних странах, включая Мали, и те государства, которые их вооружили для того, чтобы они свергли Каддафи, например Франция, начали бороться с ними в Мали, то есть эти группы воевали с французами, используя французское же оружие. Таких двойных стандартов следует избегать. Для того чтобы искоренить терроризм, нельзя позволять себе закрывать глаза на действия "плохих парней" и называть их "не такими уж опасными террористами" только потому, что у вас общий ненавистный вам враг, например Саддам Хусейн, Муаммар Каддафи или другой, так сказать, авторитарный лидер. Ни в Ираке, ни в Ливии, ни в Сирии, где предпринимаются попытки осуществить смену режима силой извне, люди не стали жить лучше. Вы не согласны со мной?
Вопрос: Я хотела бы все же вернуться к теме Азии. Считаете ли Вы, что присутствие США в этом регионе играет дестабилизирующую роль?
С.В.Лавров: Я этого не говорил. Я сказал, что США...
Вопрос: К сожалению, как мне кажется, Ваш коллега, Министр обороны, сказал, что США, вероятно, являются одной из самых дестабилизирующих сил в Азии. Вы с этим согласны?
С.В.Лавров: Я говорил, что США активно наращивают военное присутствие в Азии, в том числе под предлогом противодействия северокорейской угрозе, но масштабы наращивания значительно превосходят меры, необходимые для нейтрализации угрозы, скажем так, они несоразмерно велики. Кроме того, США в сотрудничестве с Японией и Южной Кореей развивает систему противоракетной обороны, что никак не способствует улучшению ситуации, а выход США из Договора по ПРО некоторое время назад стал дестабилизирующим фактором глобального значения, поскольку он запустил процесс наращивания военного потенциала, что возвращает нас в вопросах стратегической стабильности к логике взаимного гарантированного уничтожения.
Вопрос: Но мы больше не придерживаемся такой логики взаимного гарантированного уничтожения, разве не так?
С.В.Лавров: Я сказал, что выход США из Договора по ПРО порождает соблазн вернуться к такой логике, что было бы очень печально.
Вопрос: России этого не хотелось бы?
С.В.Лавров: Россия не хочет гонки вооружений, и ей не хотелось бы в ней участвовать. Технические средства позволяют нам без значительных затрат ответить на усилия по развитию системы противоракетной обороны, тем более, что иранская ядерная проблема уже решена. В 2009 году Президент Барак Обама публично заявил, что если иранская ядерная проблема будет решена, то исчезнет необходимость в системе противоракетной обороны в Европе. Кажется, это он говорил неправду.
Вопрос: Самый главный и последний вопрос: Россия все еще является сверхдержавой?
С.В.Лавров: Мы люди скромные. Что представляет собой Россия на международном уровне – решать беспристрастным аналитикам.
Вопрос: То есть Вы бы не стали использовать понятие "сверхдержава" по отношению к России?
С.В.Лавров: Мы себя уважаем, и чувство собственного достоинства у нас есть, но нахваливать себя мы не будем. Решение за объективными аналитиками.
Ирану будет сложно быстро нарастить экспорт нефти и газ.
Новость об успешном завершении переговоров по ядерной программе Ирана и ожидания постепенного снятия с него санкций обрушили рынок нефти.
Даже не само появление на рынке иранской нефти, а лишь ожидание двукратного роста экспортных поставок и демпинга со стороны Ирана моментально отразилось на котировках. Такова психология рынка – действовать на ожиданиях и корректироваться на фактах. В головах трейдеров, экспертов и аналитиков прочно сидит простой довод: Иран, будучи вторым по величине и третьим по запасам производителем нефти в ОПЕК, сейчас выйдет на рынок и «зальет» всех дешевой нефтью, опустив цену барреля ниже $45. Вполне естественно, что спекулянты бросились отыгрывать эту новость. Вслед за нефтью падает и российский рубль, потому что и по отношению к нему действует подобная упрощенная модель линейной зависимости от нефтяных цен.
Но, как когда-то писал Станислав Ежи Лец, «в действительности всё не так, как на самом деле».
В комментариях аналитиков очень мало информации о том, что же сейчас представляет собой экономика Ирана, что происходит в нефтегазовом секторе и насколько реально быстро нарастить добычу нефти в стране, так долго находившейся под санкциями. Где нефтяная и газовая отрасли, к тому же, являются государственными, что априори делает их менее гибкими и эффективными по сравнению с частными конкурентами.
Международные санкции крайне негативно сказались на развитии нефтегазового сектора страны, в отсутствии инвестиций было отменено или отложено несколько значимых проектов, добыча нефти существенно сократилась, рост добычи газа оказался очень слабым, а потери нефтяной отрасли Ирана за последние три года оцениваются властями страны в $100 млрд.
Так, добыча нефти сократилась с 3,6 млн баррелей в день в 2011 г. (широкомасштабные международные санкции были введены в 2012 г.) до 2,8 млн баррелей в июне 2015 г., а экспорт, по данным министерства энергетики США, – с 2,6 млн баррелей в день в 2011 г. до 1,4 млн баррелей в 2014 г.
Товарная добыча газа Ирана в 2012 г. составила около 158 млрд куб. м, а в 2014 г. - лишь 166 млрд куб. м.
Недоступность современных технологий добычи нефти очень сильно повлияла на текущее состояние сырьевой базы Ирана. Более половины объемов добывается на старых месторождениях, открытых еще при шахе Пехлеви, при этом порядка 80% доказанных запасов нефти было разведано до 1965 г., и с 2007 г. не было введено в эксплуатацию ни одного нового месторождения. По данным министерства нефти Ирана, а также информации FGE и Arab Oil and Gas Journal, иранские месторождения имеют относительно высокие темпы истощения — 8-11% в год при достаточно низком конфиденте извлечения нефти (КИН) 20-25%. Для сравнения: КИН у «Роснефти», «Лукойла» и «Газпромнефти» составляет 35-40%.
И если теперь санкции с Ирана и будут сняты, то только через полгода, и еще как минимум год, а, возможно, и больше может уйти на восстановление добычи, мощностей по перекачке и транспортной логистики, чтобы достичь показателей 2011-2012 гг.
Директор Национальной иранской нефтяной компании (NIOC) Аббас Шери Мокаддам сказал, что нефтяной и нефтехимический сектора остро нуждаются в инвестициях и современных технологиях, чтобы возобновить работу на полную мощность, им необходимы дополнительные вложения по $8 млрд в год, чтобы преодолеть накопленное за годы санкций отставание. Иран рассматривает возможность сотрудничества в нефтегазовой сфере с Россией, Индией, Японией и рядом европейских стран, но сроки подписания подобных соглашений могут растянуться на долгие месяцы.
Огромная сложность и в том, что конституция Ирана запрещает иностранное или частное владение природными ресурсами, а иностранные нефтяные компании не могут получить акционерные права на месторождения и обязаны участвовать в проектах по разведке и разработке только через свои дочерние иранские компании, а при вводе месторождений в эксплуатацию их оператором становится NIOC. Иностранные компании имеют лишь право на возмещение капитальных затрат в течении нескольких лет с ограниченной нормой прибыли 12-15% по так называемым контрактам обратного выкупа.
По оценкам консалтинговой компании Wood Mackenzie, Иран сможет увеличить добычу нефти до 4,4 млн баррелей в день лишь к 2025 г., и для этого ему потребуется $50 млрд иностранные инвестиций. А сейчас, по словам того же Мокаддама, приоритет отдан развитию нефтехимической промышленности. В этом году Ирану предстоит завершить проект создания второй очереди нефтехимического комбината «Кавиан», достроить три нефтехимических завода в районе прокладки Западного трубопровода для прокачки этилена и ввести в строй нефтехимический комбинат «Мервдешт Фарс».
Таким образом, иранский фактор является субъективным, и если Иран начнет оказывать заметное влияние на нефтяные цены, это может произойти в лучшем случае лишь в середине 2016 г., а наиболее вероятно – что в 2017 г.
Ситуации в газовой сфере выглядит сложнее и затрагивает уже не только бизнес, но и стратегические интересы – как России, так и США и их ближневосточных союзников в этой части Евразии.
Иран обладает 18% всех мировых запасов природного газа (порядка 34 трлн куб. м), и вполне закономерно, что Европа смотрит на иранский газ как на реальную альтернативу российскому. Сотрудничество Евросоюза и Турции с Ираном в газовой сфере может создать серьезные проблемы как для транзита российского газа через Украину, так и для планируемых проектов по его транспортировке в Европу в обход Украины. Возможно, именно этим частично и объясняется успех переговоров по ядерной проблеме, несмотря на беспокойство ближневосточных союзников США.
А беспокоиться им есть о чем. Даже если оставить в стороне религиозные противоречия, веками ввергающие в кровавые конфликты весь ближневосточный регион, у Ирана и его соседей по Персидскому заливу есть общее на всех гигантское нефтегазовое месторождение «Северное/Южный Парс» – крупнейшее в мире. Его запасы оцениваются в 28 трлн куб. м газа и 7 млрд т нефти (45 млрд баррелей), и каждая из стран залива может считать это запасы отчасти своими. Это все равно, что коллективно пить коктейль из одного бокала несколькими трубочками – столкновения лбами неизбежны.
К тому же, строительству газопроводов в Европу мешает геополитика. Для стран Аравийского полуострова, включая Катар, проблема заключается в том, что между ними и средиземноморским регионом находится воюющая и союзная Ирану Сирия, а также Ирак, рассыпающийся под ударами боевиков «Исламского государства» (ИГ). Тегерану же теоретически придется транспортировать газ в Европу по территории главного союзника США – Турции, которая к тому же неофициально, как и Катар, поддерживает враждебную шиитам группировку ИГ. Именно Турция покупает дешевую нефть с захваченных ИГ месторождений, а большая часть иностранных добровольцев, пополняющих отряды вооруженных исламистов, попадает в Сирию и Ирак через турецкую границу.
Все это означает, что Иран, скорее всего, будет экспортировать в Европу сжиженный газ, а не трубопроводный. А для этого сначала необходимо сделать колоссальные капиталовложения в производственные мощности по сжижению газа и закупить или построить СПГ-танкеры. Иран, многие годы находившийся под санкциями, такими инвестиционными ресурсами не располагает, значит, заплатить за «нелюбовь» к «Газпрому» придется Евросоюзу, у которого и так достаточно проблем со странами Южной и Центральной Европы, которым этот газ прежде всего и нужен.
Не стоит сбрасывать со счетов и тот факт, что большая часть добываемого иранского газа потребляется или перерабатывается внутри страны, и кроме того приоритетом пока считается проект газопровода Иран-Пакистан-Индия, что также ограничивает возможности по экспорту газа в Европу.
Таким образом, в том, что касается конкуренции Тегерана и Москвы в нефтегазовой сфере, страхи относительно иранского демпинга серьезно преувеличены. Россия, напротив, может усилить свои стратегические позиции на Ближнем Востоке и получить возможность развивать экономическое и политическое сотрудничество не только с Ираном, но и с другими странами региона, которым придется считаться с изменившимся иранским фактором. И, возможно, мы скоро увидим стабилизацию нефтяных цен, если мир трезво взглянет на перспективы иранского экспорта.
Мнения экспертов банков, финансовых и инвестиционных компаний, представленные в этой рубрике, могут не совпадать с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов.
США – глобальная машина войны
Владимир Одинцов
Как отметил недавно новостной портал AlterNet, Соединенные Штаты находятся практически в перманентном состоянии войны. За 239 лет существования этого государства только 20 прошли без участия США в каком-либо военном конфликте.
В 2014 г. Институт Гэллапа совместно с компанией WIN опубликовал доклад на основе проведенного социологического исследования в 65 странах мира. Наиболее ярким его моментом стала позиция 24% людей во всем мире, рассматривающих США как самую серьезную опасность для планеты.
Только с 1980 г. США приняли участие в агрессивных военных действиях на территории 14 исламских стран: Иран (1980, 1987-88), Ливия (1981, 1986, 1989, 2011), Ливан (1983), Кувейт (1991), Ирак (1991-2011, 2014), Сомали (1992-1993, 2002), Босния (1995), Саудовская Аравия (1991, 1996), Афганистан (1998, 2001), Судан (1998), Косово (1999), Йемен (2000, 2002), Пакистан (2004), а теперь еще и Сирия.
За последние 15 лет в военных операциях США погибло почти 10 тыс. американских военнослужащих. От военных действий США только на Ближнем Востоке, в Афганистане, Пакистане и Ливии погибли сотни тысяч граждан, большинство из которых гражданские лица.
Пожалуй, самым кровавым годом для США со времен окончания «холодной войны», стал 2014 год, как констатируют ученые проекта Conflict Data Program UCDP Упсальского университета. Поток беженцев достиг почти 60 миллионов человек, причем половина из них – дети.
Как пишет газета Svenska Dagbladet, в 2014-м году происходило 40 вооруженных конфликтов в 27 различных местах планеты, число жертв столкновений в которых превысило 100 тысяч человек. Самое большое число жертв (более 50 тысяч) повлекла война в Сирии – это больше, чем количество жертв в остальных 39-ти конфликтах вместе взятых. Чаще всего в таких конфликтах одну из сторон прямо или скрытно поддерживают США. Такого высокого числа конфликтов не было с 1999 года.
Бомбя и разрушая другие государства, Соединенные Штаты создали самые многочисленные вооруженные силы: 1,3 млн человек служат в американских вооруженных силах, еще 1 млн находится в резерве. В данный момент только в Европе находятся примерно 60 тыс. американских военных, о чем недавно заявил посол США при НАТО Дуглас Льют.
За последний год американские спецназовцы высаживались в 81 стране, в том числе и для того, чтобы научить местных коммандос воевать и чтобы американским военным не приходилось воевать самим. Однако необходимо отметить, что ряды многих из таких «подготовленных» формирований заполнили именно те экстремистские группировки, с которыми США собирались бороться.
Создав, по существу, глобальную машину войны, США разместили по всему миру 700 военных баз в 63 странах, в которых развернуты 255 тыс. американских военнослужащих.
США имеют на вооружении 1500 стратегических ядерных боеголовок, 13 тыс. военных самолетов, десятки подлодок, многие из которых несут ядерное оружие, и 88 кораблей крупного класса.
США выделяют на военные цели больше денег, чем Россия, Китай, Великобритания, Франция, Германия и Индия вместе взятые, и чем исчисляется ВВП практически 20 развитых государств в мире. Военный бюджет Соединенных Штатов сейчас составляет одну треть всех военных расходов в мире. Этот раздутый военный бюджет забирает те деньги, которые могли бы быть потрачены на более важные социальные программы. Так, 1,5 триллиона долларов потрачены только за два года на создание истребителей F-35, и этими средствами можно было бы оплатить работу всех бесплатных колледжей для учеников в течение десяти лет. Прямые расходы на войну в Афганистане и Ираке, начиная с 2001 г., стоили американским налогоплательщикам 1,3 трлн долларов. С 2001 г. военные расходы США увеличились на 50%, почти в четыре раза превышая траты на другие статьи национального бюджета. В этих условиях не удивительно, что 54% американцев ратует за сокращение федеральных расходов на оборону, в связи с чем американская компания Rasmussen Reports, исследующая общественное мнение, прогнозирует затяжную битву в Конгрессе США этим летом по вопросу сокращения военного бюджета страны.
Вот почему США все активнее стремятся перебросить тяжесть военных расходов на своих союзников и, прежде всего, в Европе. Так, в 2015 году, по оценке экспертов Стокгольмского международного института исследований проблем мира (SIPRI), расходы на оборону в Эстонии и Латвии вырастут на 7,3% и 15% соответственно, а для Литвы они прогнозируют рост таких расходов в 50% — после роста на 6% в 2014 году. Если в 2014 году Польша увеличила свой военный бюджет на 13%, то в 2015 году SIPRI прогнозирует этот рост еще на 20%.
В этих условиях мир продолжит смотреть на США как на угрозу, пока Вашингтон будет придерживаться своего агрессивного интервенционизма во всем мире.
В Ереване с целью расширения сотрудничества между Ираном и Арменией в области энергетики подписан договор о бартерном обмене электроэнергией стоимостью более 107 млн. евро. Подписание названного договора состоялось между государственной компанией Армэнерго и иранской компанией по экспорту гидроэнергетического оборудования и услуг «Санир» (SUNIR) в присутствии премьер-министра и министра энергетики Армении и председателя комитета по торгово-экономическому сотрудничеству между двумя странами Хомаюна Хаэри.
Согласно достигнутой между сторонами договоренности, 85% от общей стоимости договора профинансирует иранский Банк развития экспорта и 15% − компания «Санир». С реализацией названной иранской компанией проекта в рамках данного договора обмен электроэнергией между Ираном и Арменией вырастет с сегодняшних 350 до 1000 МВт. При этом на строительство всех энергетических объектов и поставки необходимого оборудования потребуется около 24 месяцев.
Следует напомнить, что иранская компания «Санир» имеет 20-летний опыт успешной работы по экспорту гидроэнергетического и энергетического оборудования и услуг. В настоящее время она реализует целый ряд энергетических проектов в таких странах, как Сирия, Ирак, Оман, Южная Африка, Туркменистан, Пакистан, Шри-Ланка, и в некоторых других странах региона.
ВВС Индии могут заказать 135 истребителей среднего класса
Ожидается, что в скором времени правительство Индии может принять решение о запросе предложений на производство 90 средних многоцелевых истребителей (Medium Multi-Role Combat Aircraft - MMRCA), сообщает сегодня IANS.
В настоящее время Индия ведет переговоры о приобретении 36 истребителей Rafale готовой сборки из Франции, но это количество не обеспечит нужный боевой потенциал индийской военной авиации. Источники сообщают, что новые самолеты будут производиться в Индии и скоро будет объявлен глобальный конкурс (global tender – прим. ВП).
На предыдущем конкурсе MMRCA участвовали российский истребитель МиГ-35 (РСК МиГ, фото – прим. ВП), шведский Gripen (Saab), французский Rafale (Dassault), американские F-16 (Lockheed Martin) и F/A-18 Super Hornet (Boeing), совместный европейский Typhoon (Eurofighter). Источники сообщают, что на этот раз ВВС Индии желают приобрести 54 одноместных и 36 двухместных боевых самолетов, опцион составит 45 машин, итого на вооружение может быть принято 135 истребителей.
ВВС Индии имеют в своем составе 32 истребительные эскадрильи - 576 машин от требуемых 750. Считается, что страна может вести войну одновременно на два фронта – с Пакистаном и Китаем. Сообщается, что в скором времени будут сокращены три эскадрильи, оснащенные устаревшими самолетами МиГ-21 и МиГ-27.
Саудовская Аравия: когда будет перейден Рубикон
Виктор Михин
События в Саудовской Аравии заставляют вспомнить и еще раз проанализировать пресловутую карту так называемого Нового Большого Ближнего Востока американского подполковника Ральфа Петерса. На первый взгляд, казалось, новая карта – это некие прожекты ныне отставного военного. Однако, как известно, Р. Петерс тесно связан с рядом влиятельных фондов, а также работает по заказу своего работодателя – Пентагона. Да и согласно известной поговорке, в нормальном государстве, тем более в США, ничего просто так не появляется, и если была опубликована новая Ближневосточная карта, то это некий намек на судьбу арабским правителям и своего рода пробный шар в международных отношениях.
Согласно этой карте обширная саудовская территория расчленяется и на ней появляется несколько новых государств. В частности, на побережье Красного моря, согласно вашингтонским планам, будет создано «Исламское святое государство», куда будут входить священные города Мекка и Медина. В этих планах нет ничего нового, поскольку несколько столетий здесь находился Хиджаз, а его правители считались шерифами Мекки. Ранее сотни тысяч, а сейчас десятки миллионов паломников стекаются в священные города, принося огромные прибыли тем, кто стоит у руля власти. Ранее это была Хашимитская династия, затем представители Саудовской династии, в будущем, возможно, кто-то из представителей Хашимитов вновь вернется, чтобы стать правителем Исламского святого государства.
Самое большое и богатое государство ныне на Аравийском полуострове – Королевство Саудовская Аравия – превратится, по замыслам вашингтонских стратегов, в «Саудовские внутренние независимые территории», которые резко потеряют свои площади. На побережье Красного моря будет вести узкий коридор, поскольку основную часть займет увеличенная по территории Иордания, «Исламское святое государство», а также Йемен, которому будет отдана часть саудовской территории. Побережье Персидского залива, где находятся огромные залежи «черного золота», будет отдано «Арабскому шиитскому государству». Другую часть побережья занимают Кувейт, Катар, ОАЭ, Бахрейн и Султанат Оман, которые сохраняют свои нынешние территории и форму правления в виде короля, эмиров, шейхов и султана.
Если сделать некую привязку новой карты Ближнего Востока к событиям в Саудовской Аравии, то получается, что все идет к своего рода невидимой черте, за которой последует расчленение Саудовской Аравии и появление новых государств, тесно связанных с США и ориентирующихся на американцев. Ныне Эр-Рияд, как никогда ранее в своей короткой истории, стоит перед внутренними и внешними вызовами, и только от саудовских правителей будет зависеть время распада некогда мощного и богатого королевства. Ситуация, складывающаяся для КСА, становится настолько сложной и запутанной, что, похоже, уже и сами члены правящей династии не понимают, как им с ней справиться. Отсюда, видимо, их метания: от Турции и Египта до Пакистана и Сенегала. В данной ситуации вполне естественна и та дипломатическая истерия, когда саудиты бросаются из крайности в крайность, предлагая союзы и деньги даже некогда своим записным противникам, включая Россию.
А вызовы саудовским правителям стоят сложные и накапливаются день ото дня. Первая опасность, может, и не является самой серьезной, но при определенных обстоятельствах вполне может стать таковой. Речь идет о распространении влияния группировки «Исламского государства» – ИГ. Причем, с одной стороны, это угроза внешняя (несколько раз боевики даже обстреливали саудовскую границу со стороны Ирака), с другой стороны – идеология экстремистов охватывает собой все больше и больше саудовских подданных. В королевстве уже образованы ячейки ИГ или, что более вероятно, существовавшие ранее группы радикалов просто объявили о присоединении к этой группировке. Дело дошло до того, что эти радикалы устроили два подряд крупных теракта, чего давно не наблюдалось в этой стране. При этом неизвестно, где может рвануть в следующий раз, и как с этим бороться, учитывая, что саудовская молодежь все больше разочаровывается в руководстве страны и как магнитом притягивается в «черную дыру» ИГ.
На эту тему только что пришло сообщение, что в Саудовской Аравии объявлено об аресте 431 подозреваемых в причастности к «Исламскому государству» и предотвращении нападений на мечети, силовые структуры и дипломатическую миссию. В МВД сообщили, что ликвидировали организацию, связанную с «Исламским государством». Большинство задержанных являются гражданами Саудовской Аравии. В министерстве также заявили, что ликвидированная организация планировала нападения на мечети и убийства силовиков в Восточной провинции страны в течение шести пятниц (главного дня молитв у мусульман) подряд. Также она планировала нападение на неназванную дипломатическую миссию и на правительственные учреждения и заведения силовиков в провинции Шарура.
Второй и пока наиболее главной угрозой для Эр-Рияда, безусловно, является ситуация в Йемене. Причем винить здесь саудовские власти должны лишь самих себя. Не сумев добиться серьезного политического влияния у своих южных соседей, саудовские руководство при поддержке своих заокеанских покровителей не нашло ничего лучшего, как начать бомбардировки йеменских городов, деревень, поселков, при этом гибнут в основном мирные граждане. Этим саудовцы настроили против себя даже тех, кто поначалу был против повстанцев из движения «Ансар Аллах». Если Эр-Рияд полагал, что войну в Йемене можно выиграть лишь с помощью ВВС, то он глубоко заблуждался. И даже если начнется сухопутная операция, это едва ли приведет к какому-то определенному результату. Вся история Йемена показывает, что будет означать наземная война в этой стране. В итоге, саудовские власти попали в очень непростое положение – уйти, означает потерять все, что они имели до этого; остаться – будет означать продолжение или даже усиление военных действий с непредсказуемым итогом. Вообще-то итог известен из истории – начнется развал Саудовского королевства.
Наконец, третьей угрозой стал неожиданный удар изнутри страны – в провинции Наджран. Неожиданным стал даже не столько сам удар, сколько место, где он был нанесен. Дело в том, что все ожидали активности шиитского населения страны в ее Восточных провинциях. А тут оказалось, что Эр-Рияд столкнулся с теми, кто может не просто нанести одно-два поражения и на этом все закончится. Нет, все гораздо серьезнее – движение «Ахрар ан-Наджран», уже объявившее о независимости своих земель, вероятнее всего, начнет координировать военные действия с йеменскими повстанцами. «Группа политических активистов – представителей различных племен провинции Наджран, расположенной на юге Саудовской Аравии на границе с Йеменом – сформировала военно-политическое движение «Свободные граждане Наджрана», целью которого является борьба за независимость от правящей семьи Саудов», – отмечалось в сообщении иранского агентства Fars. Племена Наджрана, примкнувшие к новой организации, провозгласили независимость провинции и объявили о присоединении к йеменским войскам в борьбе против саудовских властей, поскольку Эр-Рияд, по их версии, «нарушил все договоры, заключенные ранее с племенами». А это означает, что боевые действия уже перенесены на территорию Саудовской Аравии со всеми вытекающими отсюда последствиями. «Фактически на подходе разрастание боевых действий в Саудовской Аравии, – довольно ехидно заметила иранская газета Tehran Times, – что может вызвать «эффект домино» для всего Аравийского полуострова».
Исходя из всего вышесказанного, можно сделать вывод, что не случайно появилась карта Р. Петерсона по новому Ближнему Востоку. Вашингтонская политика в этом регионе четко направлена на дестабилизацию этого региона, разжигание гражданской войны арабских странах, вражды между суннитами, шиитами, христианами и другими последователями иных религий. Вот факты: Ливия, Сирия и Ирак уже практически развалены, в Афганистане Ливане центральные правительства не контролируют все районы страны. Видимо, ныне настала очередь Саудовской Аравии?
Кстати, весьма многоговорящим фактом является и то, что американские СМИ вдруг дружно заговорили о тенденции снижения и даже об отказе от долговой эмиссии доллара. На основании этого некоторые финансисты уже сделали вывод, что долги США можно не отдавать. Это в свою очередь меняет саму природу мировых валют – доллара и евро, которые, на самом деле, не более чем долговые деньги (валюта выпускается под намерение взять в долг). Отказ от долговой эмиссии ведёт к отсутствию необходимости в расширении объёмов долговых бумаг валютных эмитентов, эмитируемых чтобы связать выручку поставщиков материальных товаров. В этой связи ожидается не только массовое списание долговых обязательств (как правило, облигации) со стороны Соединенных Штатов, но и адекватное снижение валютных активов товарных экспортёров. Прежде всего, речь идёт о списании примерно $800 млрд валютных активов Саудовской Аравии, размещенных в американских и европейских бумагах. А если Саудовская Аравия будет расчленена на несколько государств, то вопрос о саудовских авуаров в США сам собой отпадет.
Понимая это, Саудовская Аравия начала активное размещение своей выручки в материальных активах, как и формирование новых активов. Наглядным примером тому стало неожиданное и весьма срочное предложение саудитов о вложении $10-миллиардов инвестиций в Россию. Но в данном случае можно только согласиться с мнением иранской газеты Iras, которая написала: «Саудовцы чувствуют, что их загнали в угол, они больше не могут доверять США, поэтому они разыгрывают карту России. Думается, в Кремле ясно понимают, что все это просто игра, которая не приведет ни к чему серьезному».
Индия отказалась от закупки 126 «Рафалей» и может открыть новый тендер
Индийское правительство официально отказалось от прежних планов приобрести 126 истребителей Rafale французской компании Dassault Aviation SA и открывает новую возможность (opening up the possibility – прим. ВП) по закупке боевых самолетов на сумму более 10 млрд долл США, сообщает bloomberg.com 30 июля.
После нескольких лет переговоров Индия в апреле согласилась купить только 36 самолетов готовой сборки. «Рафаль» (фото – прим. ВП) был выбран по итогам конкурса, где принимали участие Boeing F/A-18 Super Hornet, Lockheed Martin F-16 Fighting Falcon, РСК МиГ-29, Saab AB Gripen и Eurofighter Typhoon. В 2007 году эта программа была оценена в 11 млрд долл.
Индия желает модернизировать свои ВВС, чтобы не отставать от Китая и Пакистана. Около трети военного авиапарка Индии составляют летательные аппараты возрастом более 40 лет.
За первую половину 2015 г. совместная компания китайского Dongfeng Motor и шведской Volvo Group – Dongfeng Commercial Vehicles – отправила на экспорт 3900 крупно- и среднетоннажных грузовиков. Это на 150% больше, чем за первую половину 2014 г.
Грузовики отправлены, в частности, в Россию, Вьетнам, Мьянму, Пакистан, Чили и Перу. В целом по итогам года, компания намерена продать за рубеж 5 000 этих транспортных средств. Кроме того, Dongfeng Commercial Vehicles планирует довести свою долю на китайском рынке экспорта крупно- и среднетоннажных грузовиков до 15%.
За январь-июнь 2015 г. китайско-шведская компания продала в Китае 62 800 грузовиков. На долю этого показателя пришлось 16,2% рынка страны.
Напомним, что за январь-май 2015 г. объем производства автомобилей в Китае превысил 10,24 млн единиц. Это на 3,2% больше, чем за аналогичный период 2014 г. За первые пять месяцев текущего года в Поднебесной было продано свыше 10,04 млн машин. Данный показатель вырос на 2,1% относительно уровня прошлого года.
Только за май 2015 г. в стране произвели более 1,96 млн автомобилей. Это на 5,6% меньше, чем месяцем ранее, и на 0,6% меньше, чем за май 2014 г. Объем сбыта машин сократился на 4,6% по сравнению с уровнем апреля текущего года – до 1,9 млн единиц. В годовом сопоставлении данный показатель снизился на 0,4%.
Ограничение поставок топлива государственной корпорацией Pakistan State Oil для тепловых электростанций вызвало веерные отключения потребителей. Дефицит электроэнергии в июне составил 5500 МВт. Длительность отключений в большинстве городов составляет 12-14 часов, в сельской местности – 16-18 часов.
19 июня Всемирный банк одобрил выделение провинции Синд кредита в размере 188 млн. долл. США, из которых 138 млн. долл. США будут направлены на модернизацию крупнейшего гидроузла, имеющего стратегическое значение в ирригационной системе провинции – плотины Гудду (Guddu). 50 млн. долл. США предназначены для реализации государственных проектов правительства провинции Синд. Кредит финансируется из средств Международной ассоциации развития (IDA) на стандартных условиях со сроком погашения 25 лет, включая 5-летний льготный период.
4 июня в г. Исламабаде запущена вторая автобусная линия проекта «Metro Bus». По 23-километровой выделенной полосе, соединившей столицу с городом-спутником Равалпинди, будут курсировать 68 оборудованных кондиционерами автобусов, закупленных в Турции. Объем пассажироперевозок составит около 135 тыс. человек в день. Проект стоимостью 44,84 млрд. пак. рупий реализован в течение 13 мес. Первая линия «Metro Bus» была открыта в г. Лахоре в 2013 году.
Приток прямых иностранных инвестиций в июле-мае 2014-15 ф.г. снизился на 46,8% по сравнению с аналогичным периодом прошлого ф.г. и составил 803,2 млн. долларов США. Объем портфельных инвестиций в этом же периоде составил 1825,7 млн. долларов США.
По сообщению Госбанка Пакистана, валютные резервы страны по состоянию на 30 июня составили 18,20 млрд. долларов США, из них 5,11 млрд. долларов США принадлежат коммерческим банкам, 13,09 млрд. долларов США – Госбанку.
По сообщению того же источника, в июле-мае текущего финансового года (ф.г.) поступления в страну за счет денежных переводов от пакистанцев, работающих за рубежом, выросли на 16,0% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и составили 16,63 млрд. долларов США.
По данным Пакистанского бюро статистики, объем экспорта в июле-мае текущего ф.г. снизился на 5,3% по сравнению с аналогичным периодом 2013-14 ф.г. и составил 21,87 млрд. долларов США.
Объем импорта в июле-мае текущего ф.г. вырос на 2,0% по сравнению с аналогичным периодом 2013-14 ф.г. и составил 41,59 млрд. долларов США.
По данным того же источника, уровень инфляции в июне 2015 г. к июню 2014 г. составил 3,2%.
23 июля состоялся визит постоянных представителей зарубежных стран при международных организациях в Вене в Ростовскую область в рамках сотрудничества в области мирного использования атомной энергии и для ознакомления с современными российскими технологиями сооружения и эксплуатации АЭС. Участниками визита стали 22 дипломата, представляющих Аргентину, Армению, Бразилию, Вьетнам, Гану, Египет, Индию, Иорданию, Катар, Кувейт, Малайзию, Марокко, Намибию, Нигерию, ОАЭ, Пакистан, Сингапур, Сирию, Судан, Швейцарию и Японию. В состав делегации вошел также заместитель генерального директора МАГАТЭ Михаил Чудаков. Делегация посетила филиал АО «АЭМ-технологии» «Атоммаш», но котором изготавливается оборудование для АЭС, нефтегазохимии и тепловой энергетики, Ростовскую АЭС и модернизированный полномасштабный тренажёр, установленный в учебно-тренировочном подразделении.
Али Аль-Мансури, Постоянный представитель Катара при ООН:
Это мой первый визит в Россию и первая поездка на атомные объекты, и она прошла прекрасно. Думаю, этот визит имеет значение для всех участников, и для меня поездка была действительно важна. Я готовлю доклад для руководства своей страны и обязательно включу в него описание своей поездки в Россию и того, что я увидел здесь.
Мы заинтересованы в развитии атомной энергетики и подписали соответствующий документ с Россией ранее.
Напомним, 2 ноября 2010 года Госкорпорация «Росатом» и Министерство окружающей среды Катара подписали меморандум о сотрудничестве в области использовании атомной энергии в мирных целях. Меморандум предусматривает, что двустороннее сотрудничество будет охватывать такие сферы, как развитие законодательной базы в области атомной энергетики в государстве Катар, фундаментальные и прикладные исследования, проектирование, строительство и эксплуатация ядерных энергетических и исследовательских реакторов, производство радиоизотопов и их применение в промышленности, медицине и сельском хозяйстве. Также документ предусматривает сотрудничество в области обеспечения ядерной безопасности, радиационной защиты и оценки воздействия атомной энергии на окружающую среду.
Пакистан и афганские беженцы
Наталья Замараева
Проблема афганских беженцев в Пакистане насчитывает несколько десятилетий. Впервые в мировых СМИ громко заговорили о трех миллионах афганцев, перешедших через Гиндукуш на территорию Пакистана в начале 80-х годов ХХ века. В те годы в Афганистане были дислоцированы советские войска; поток афганцев на юг – в Пакистан – увеличивался.
Но вопрос о беженцах берет начало в далеких 60-х годах прошлого века. С тех пор он стал одним из раздражителей в пакистано-афганских отношениях. Кабул настаивал на подписании и ратификации Исламабадом Конвенции 1951 г. о статусе беженцев и Протокола 1967 г. Конвенция 1951 г. о статусе беженцев является основным правовым документом при определении их статуса, гражданских прав и юридических обязательств государств по отношению к ним. В противном случае, настаивает афганская сторона, следует принять национальный закон о беженцах, который гарантирует их долгосрочную защиту, а главное, право на невозвращение.
Региональная Стратегия решений для афганских беженцев, трехстороннее Соглашение о добровольной репатриации и государственная политика правительства Пакистана по вопросам афганских беженцев – основные директивы продвижения данного вопроса для Исламабада.
В Пакистане насчитывается несколько групп беженцев. Их можно разделить на две подгруппы: иностранные беженцы и граждане Пакистана, покинувшие места постоянного проживания (временно перемещенные лица) в результате военных операций и этнических/религиозных конфликтов на Территории племен федерального управления (ТПФУ).
Беженцы из других стран, оказавшиеся на территории Пакистана, по национальному составу – афганцы, бенгальцы, бихари, рохингьи и ряд других. Все эти годы к решению гуманитарных вопросов активно подключилось Агентство по делам беженцев ООН (UNHCR).
В первой декаде ХХI века, согласно данным Исламабада, в стране постоянно находились 2,7 млн афганских беженцев. Многие уезжали, но многие и возвращались. Это наибольшая по численности и длительности пребывания в чужой стране группа беженцев в мире. Из них, согласно данным Агентства по делам беженцев ООН, около 1,5 млн имели официальную регистрацию. В реальности это означало, что Ведомство регистрации и национальной базы данных Пакистана выдало им карточки Свидетельства о регистрации, легализировав таким образом их пребывание в стране. Срок валидности выданных карт (продлевалось несколько раз) истекает в декабре 2015 г.
Статистические данные о незарегистрированных афганских беженцах противоречивы. Еще в марте 2015 г. пакистанские власти заявили, что планируют зарегистрировать дополнительно еще 1,4 млн человек.
Беженцы-пуштуны проживают в основном в северных районах Пакистана, пограничных с Афганистаном, в провинциях Белуджистан и Хайбер-Пахтунхва (до апреля 2010 г. – Северо-Западная пограничная провинция). Перемещаются они и вниз, в центральные и южные районы страны, в частности, мегаполис Карачи, поскольку там всегда можно найти небольшой заработок.
В 2015 г. только в одной провинции Хайбер-Пахтунхва (ХП) насчитывалось 639 073 зарегистрированных беженцев или 114 096 семей, проживающих в специально построенных лагерях. В общей сложности их насчитывается 70, из которых только 29 администрируются местными, остальные – федеральными властями. В Пешаваре, столице провинции ХП, проживает наибольшее число беженцев из соседней страны – 195 052 человека.
На протяжении многих лет Исламабад неоднократно обращался к международному сообществу с призывом принять коллективные меры для оказания материальной помощи, а также создания условий для возвращения беженцев на родину, в Афганистан.
Срок соглашения UNHCR с правительством Афганистана по вопросу о беженцах истек еще в декабре 2014 г. Согласно договоренностям, Кабул обязался к указанному времени создать условия для возвращения их на родину.
В сентябре 2014 г. в результате выборов к власти пришел президент Ашраф Гани Ахмадзай, и новое коалиционное правительство проявило готовность вернуть своих граждан в рамках программы добровольной репатриации. Исламабад приветствовал эти заявления.
Но уже в начале марта 2015 г., не видя положительных результатов, Исламабад вновь инициировал встречу с представителями афганской администрации и UNHCR с целью поиска иных подходов возвращения беженцев. Стороны вновь подтвердили необходимость завершить затянувшуюся ситуацию, подчеркнув приверженность принципу добровольной репатриации беженцев. Достойная репатриация предусматривает гарантии безопасности и уважительного обращения с иностранными гражданами, оказавшимися в силу ряда чрезвычайных обстоятельств на территории Пакистана.
Но если Исламабад в 2015 г. уже не может позволить себе «содержать» афганских беженцев, то Кабул еще не может «позволить» принимать их. В марте в Исламабаде состоялось 25-е заседание трехсторонней комиссии. Рассматривался вопрос о полной и эффективной реинтеграции беженцев в афганский социум, о сложном и медленно реализуемом процессе, требовавшем принятия конкретных мер. Они включали выделение денежных средств в виде гранта в среднем 1 200 долларов на семью из 6 членов по программе Улучшенного добровольного возвращения и пакета реинтеграции. Срок действия пилотной программы – один год.
Со своей стороны, в ответ на обращения ООН и иных международных партнеров, правительство Пакистана продлило действие Свидетельств о регистрации афганским беженцам до конца 2015 г.; дополнительно были выданы Свидетельства о рождении 800 000 афганским детям из семей беженцев, что одновременно гарантировало их доступ к государственным начальным школам и медицинским учреждениям; также власти бесплатно выделили земли для строительства нескольких деревень.
Не громко, но пакистанские СМИ время от времени подчеркивали и «криминальную» составляющую афганских беженцев в Пакистане.
Настойчивое требование пакистанских властей об их возвращении на родину продиктовано и Национальным планом действий (НПД). Разработанный генералитетом и одобренный федеральным кабинетом министров в декабре 2014 г., один из его пунктов предусматривал финальное решение проблемы афганских беженцев. С января 2015 г. НПД принят к исполнению; в первую очередь депортировали незарегистрированных беженцев, в общей сложности 3 416 человек из Хайбер-Пахтунхва, Белуджистана, столичного административного округа Исламабада. В апреле 2015 г. в ходе операции пограничной полиции 84 афганских нелегалов арестованы и в дальнейшем также отправлены на родину.
Время от времени взаимодействие контролирующих органов Пакистана и афганских беженцев заканчивается кровопролитием. 21 мая 2015 г. 1 500 семей, проживавшие в лагере Азахел, после долгого сопротивления и переговоров с властями согласились его покинуть. В случае их отказа планировалось применить тяжелую технику для разрушения построек. Работа по репатриации афганских беженцев продолжится по всем направлениям.
КИТАЙ УСКОРЯЕТ СТРОИТЕЛЬСТВО ПОЯСА И ПУТИ
В этих процессах Китай займет место строителя нового Евразийского моста в Западную Европу, а также транспортных коридоров КНР – Монголия – Россия, КНР – Средняя Азия – Ближний Восток, КНР – Индокитай, КНР – Пакистан и Бангладеш – КНР – Индия – Мьянма. Кроме того, Поднебесная будет курировать промышленное сотрудничество с каждой из стран-участниц.
В первой половине текущего года китайские предприятия подписали строительных контрактов на сумму 37,55 млрд. долларов США (+16,7% к АППГ) в 60 государствах вдоль Пояса и пути, сообщило Минкоммерции КНР.
Власти США считают, что у движения "Талибан" есть все возможности для достижения мирного соглашения с правительством Афганистана, заявил в среду официальный представитель Белого дома Эрик Шульц.
"Мы считаем, что у "Талибана" есть возможность достичь подлинного мира с правительством Афганистана и восстановить мир в стране", — сказал он.
По его словам, талибы "могут принять приглашение правительства Афганистана присоединиться к мирному процессу и стать частью легитимной политической системы в Афганистане". "Или они могут выбрать продолжение борьбы между афганцами и дестабилизацию собственной страны", — добавил представитель Белого дома.
На территории Афганистана действует радикальное движение "Талибан", правительственные войска постоянно проводят спецоперации, направленные на борьбу с боевиками. Часто жертвами этих противостояний становятся мирные жители.
Ранее правительство Афганистана сообщило, что лидер террористической группировки "Талибан" Мулла Омар скончался в апреле 2013 года на территории Пакистана. Шульц ранее заявил, что Ааминистрация США считает "достоверной" информацию о смерти Омара.
Дмитрий Злодорев.
Подсчет популяции тигров в Бангладеше неприятно поразил ученых
Животных осталось не более 100 особей, тигры в стране исчезают.
В последний учет тигров, ученые зафиксировали 440 особей. Теперь же их осталось не более сотни.
В граничащей с Бангладеш Индии, по оценке исследователей, сейчас насчитывается 2 тыс. 226 особей бенгальских тигров. Ученые полагают, что эта цифра преувеличена. По словам профессора зоологии бангладешского университета Jahangirnagar Мунирула Хана, новые данные подтвердили худшие опасения специалистов. По информации Всемирного фонда дикой природы, численность тигров во всем мире упала со 100 тыс. в 1900 году до цифры около 3 тыс. 200 в наши дни, сообщает Научно-популярный портал «Naked Science»
Бенгальский тигр является самым многочисленным из подвидов тигра — с количеством 1706 особей в Индии, 200 в Бангладеш, 140 в Пакистане, 155 в Непале, в 24 в Иране и в 67 в Бутане. Полностью истреблен в Афганистане.
Бенгальский тигр является национальным животным Бангладеш — исторической Бенгалии. Panthera tigris также считается национальным животным соседней Индии.
Директор департамента по производству пищевой, фармацевтической и санитарно-гигиенической продукции министерства промышленности, рудников и торговли Мехди Садеки Нияреки сообщил, что в первом квартале этого года по иранскому календарю (21.03-21.06.15 г.) общий объем экспорта пищевой, фармацевтической и санитарно-гигиенической продукции в весовом выражении составил 307 тыс. т и в стоимостном – примерно 640 млн. долларов, что на 3% и 1% соответственно больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Как уточнил М.С.Нияреки, за указанный период было экспортировано 331 тыс. т продуктов питания общей стоимостью 564 млн. долларов. При этом фармацевтической продукции было поставлено на экспорт на сумму в 24 млн. долларов и парфюмерной и санитарно-гигиенической продукции – на сумму в 50 млн. долларов.
М.С.Нияреки отметил, что в первом квартале этого года примерно в 30 стран перечисленной иранской продукции было экспортировано на сумму более чем в 1 млн. долларов в каждую. На первом месте в списке этих стран стоит Ирак. Затем следуют Афганистан, ОАЭ, Турция, Германия, Туркменистан, Испания, Пакистан и др.
Иран экспортировал в названные страны (в порядке убывания стоимости) молочную продукцию, кондитерские и шоколадные изделия, шафран, томатную пасту, стиральные порошки и средства для мытья посуды, фруктовые соки и концентраты, лекарственные препараты, макаронные изделия, продукты переработки картофеля, напитки с газом, безалкогольное пиво и др.
По сообщениям индийской прессы, высокопоставленный представитель министерства нефти и природного газа Индии заявил, что в скором времени Иран должна посетить экономическая делегация в составе руководителей индийской промышленности для переговоров с иранским руководством по поводу возобновления проекта по строительству газопровода «Мир».
Как известно, Иран уже давно построил участок названного газопровода на своей территории. Что же касается пакистанского участка газопровода, то на нем практически ничего не сделано, и пакистанские власти объясняют это санкциями, введенными Западом в отношении Ирана.
Индия, в свою очередь, остро нуждается в источниках энергии, и по этой причине она намеревается снова вернуться к проекту по строительству газопровода «Мир», от которого индийские власти отказалась несколько лет назад. Это связано еще и с тем, что Индии потребуется транспортировать газа, который будет добываться на иранском газовом месторождении «Фарзад», разведку которого в 2008 году проводил консорциум в составе Indian Oil Corp. и ONGC Videsh. Однако реализация проекта по разработке этого месторождения также была остановлена из-за антииранских санкций. Сейчас же, в новых политических условиях после подписания соглашения между Ираном и «шестеркой» международных посредников, Индия хочет вернуться на месторождение «Фарзад» и начать добычу на нем природного газа. Тем более что на проведение разведки на этом месторождении упомянутый консорциум потратил более 90 млн. долларов.
Как сообщил названный представитель министерства нефти и природного газа Индии, который примет участие в предстоящем визите индийской делегации в Иран, цель визита будет состоять в передаче иранской стороне предложений по поводу разработки месторождения «Фарзад». Кроме того, в этой связи будет обсуждаться и вопрос о строительстве газопровода, который должен связать Иран с Индией через территорию Пакистана.
Индийский представитель напомнил, что Индия отказалась от проекта по строительству газопровода «Мир», связывающего Иран, Пакистан и Индию, так же как и от проекта по разработке иранского газового месторождения «Фарзад» после того, как Америка ужесточила санкции в отношении Ирана.
Число погибших в результате наводнений в Пакистане увеличилось до 81 человека, сообщает агентство Франс Пресс со ссылкой на Национальное управление по чрезвычайным ситуациям Пакистана (NDMA).
Ранее сообщалось о 69 погибших и 36 пострадавших.
Сильнее всего от наводнений пострадали провинция Хайбер-Пахтунхва на северо-западе страны, где жертвами стихии стали по меньшей мере 38 человек, и пакистанский Кашмир, где в результате наводнений погибли 19 человек, сообщил агентству представитель NDMA Ахмед Камаль (Ahmed Kamal). Жертвами стихии в провинции Пенджаб стали 11 человек, в Белуджистане — восемь и в Гилгит-Балтистане — пять.
Наводнение произошло в сезон муссонных дождей, который длится в регионе с середины июля до конца августа.
В прошлом году жертвами наводнений, которые обрушились на районы северной Индии и Пакистана, стали более 440 человек. По данным властей, в Пакистане погиб 241 человек, в Индии — не менее 200. Из районов бедствия были эвакуированы свыше 60 тысяч человек.
Министерство иностранных дел Британии отменил ограничения на поездки в Иран для граждан страны, за исключением приграничных районов вдоль границ с Афганистаном, Пакистаном и Ираком.
«Наша политика заключается в том чтобы давать рекомендации против поездок в определенные районы, где по нашей оценке, риск может быть неприемлемо высокий», — говорится в заявлении главы МИД Великобритании Филипа Хаммонда.
Отмечая что в районах Ирана вдоль границ с Ираком, Афганистаном и Пакистаном, опасность еще сохраняется, министр подчеркнул, что в других районах Ирана риск для британских граждан стал минимальным. «Такая ситуация в частности сложилась благодаря снижению неблагоприятных факторов во время президентства Хасана Роухани», — добавил Хаммонд.
Пресс-служба ведомства поясняет, что таким образом снимается рекомендация не совершать никаких поездок в остальную часть Ирана, кроме крайне необходимых. Напоминаем, что при этом посольство Британии в Тегеране по-прежнему остается закрытым.
Тегеран-Пекин: амбициозный лев и крадущийся дракон
Игорь Панкратенко
Китай был и остается, по сути, единственной страной, которая в последнее десятилетие проводила в отношении Ирана самостоятельную политику. Учитывая, разумеется, международную конъюнктуру, но при этом ни на шаг не отступая от присущего Пекину прагматизма. Когда этого требовали интересы национальной экономики, Китай попросту игнорировал позицию Запада в иранском вопросе и введенные против Тегерана санкции. Сегодня, после подписания итогового Соглашения в Вене, у двух стран появилась реальная возможность стать стратегическими партнерами. Будет ли она реализована?
В сложнейший для Ирана и его экономики период развязанной Западом войны санкций, Китай установил своеобразный рекорд. В то время, когда товарооборот Исламской республики с ее основными партнерами сокращался, а с Россией вообще упал до исторического минимума, объем торговли между Тегераном и Пекином только нарастал. 1997 − $12 миллиардов, в преддверии «калечащих санкций», в 2009 году − $28 миллиардов. На их пике в 2012 − $36 миллиардов. В 2013 – $40 миллиардов. И, по итогам прошлого года, с учетом нефтяного экспорта − $47,5 миллиарда долларов.
Словом, за период с 2009 года, в условиях ужесточения Вашингтоном и ЕС санкционного режима против Исламской республики, рост товарооборота составил почти 60 процентов – более чем убедительно доказательство того, что для Пекина санкции никогда не были и не будут сдерживающим фактором в развитии экономического партнерства с Тегераном.
Избегая громких заявлений, Китай использовал любую возможность как для «размывания» санкций, так и для осторожного, но эффективного подталкивания остальных членов «шестерки» к мысли о том, что соглашение по ядерной программе Ирана должно быть подписано, а политика изоляции Тегерана является контрпродуктивной и наносит серьезный ущерб региональной безопасности. Причем, к убеждению партнеров Пекин подходил комплексно, гибко сочетая экономические решения с демонстративными шагами военно-политического характера.
К примеру, в 2009 году Иран обеспечивал около 12 процентов китайских потребностей в импорте нефти, занимая третье место в списке импортеров – после Анголы и Саудовской Аравии. Не вступая в прямую конфронтацию с резолюциями Совета Безопасности ООН и односторонними санкциями, введенными США и Евросоюзом, Пекин в 2010-2012 году снизил объемы закупаемой нефти. Но как только в ноябре 2013 года, по итогам переговоров в Женеве, антииранские санкции были ослаблены, Китай тут же вновь начал наращивать объемы импорта, только за первые шесть месяцев 2014 года увеличив объемы закупок у Ирана на 48 процентов.
Что же касается шагов военно-политического характера, то стоит напомнить, что в 2010 году, когда Вашингтон и его союзники изо всех сил проталкивали идею о «принуждении Тегерана к переговорам» путем создания вокруг него режима международной изоляции, намекая при этом на возможные военные меры, эскадрилья истребителей китайских ВВС демонстративно прибыла с «визитом дружбы» на авиабазу в Иране. А в 2014 году состоялась серия ирано-китайских контактов на уровне глав военных ведомств. Китайский и иранский министры обороны провели содержательный диалог по вопросам сотрудничества в сфере безопасности и перспектив партнерства. Стороны обменялись представительными военными делегациями, а под «занавес» − корабли китайского военно-морского флота нанесли визит в Бандар-Аббас.
Непростые нюансы ирано-китайского партнерства
Но крайне наивно и нечестно было бы изображать отношения между Тегераном и Пекином как ровную дорогу к сияющим вершинам стратегического партнерства, над которой всегда безоблачное небо и ярко сияет солнце ирано-китайской дружбы. История отношений между этими государствами за последние два десятилетия включает в себя и провалы, и нереализованные проекты. Нет ни одной стратегической сферы сотрудничества между Тегераном и Пекином, у которой не было бы своего персонального «скелета в шкафу».
В начале 90-х годов Китай и Иран заключили ряд протоколов о сотрудничестве в ядерной области. Так, в 1993 году был подписан контракт об участии Пекина в достройке Бушерской АЭС и строительстве еще одной атомной электростанции мощностью 300 МВт на юго-западе Ирана. Кроме того, в 1995 году стороны достигли соглашения о том, что Китай построит под Исфаганом завод по обогащению урана. Эти договоренности вызвали крайне нервную реакцию Вашингтона, давлению которого тогда Китай предпочел уступить, и в 1999 году ирано-китайское сотрудничество в сфере атомной энергетики было свернуто.
До определенного времени Пекин не только поставлял в Исламскую республику готовые образцы вооружений, но и передал ряд технологий для иранского военно-промышленного комплекса, касающихся ракетной техники, артиллерийских систем и строительства боевых кораблей и катеров. А итогом сотрудничества двух стран в космической сфере стал запуск в сентябре 2008 года с помощью китайской ракеты совместного искусственного спутника Земли Environment-1.
Но США сумели заставить Китай уступить и во второй раз, в 2009 году, когда была принята резолюция Совета управляющих МАГАТЭ, осуждающая Тегеран за сокрытие информации о строительстве второго завода по обогащению урана вблизи города Кум и ставшая предлогом для введения дополнительных санкций против Ирана Советом Безопасности ООН. Правда, для этого американской стороне пришлось прибегнуть к откровенному шантажу – сначала Вашингтон принял решение о поставках оружия Тайваню, затем в Белом доме с помпой встречали духовного лидера Тибета Далай-ламу.
Ху Цзиньтао: мы с Обамой провели откровенные, конструктивные и плодотворные переговоры Ну а уже после этих демонстративных шагов, за две недели до официального визита Президента США Барака Обамы в Китай, который состоялся 15-18 ноября 2009 года, в Пекин прибыли эмиссары американского Совета национальной безопасности Денис Росс и Джеффри Бадер. Которые недвусмысленно дали понять, что если Китай, оставшийся со своей особой позицией по Ирану в стратегическом одиночестве, – напомню, Россия к тому времени уже приняла американские правила игры по ядерному досье Тегерана – не согласится с необходимостью ужесточения позиции по Ирану, не свернет программу ВТС и наложит вето на антииранскую резолюцию СБ ООН, то «недружественные шаги» США в отношении Пекина примут гораздо больший масштаб.
Взвесив в той ситуации все «за» и «против», китайское руководство приняло решение не вступать в открытый конфликт с американцами и их союзниками в Европе. Но при этом – использовать все возможные «лазейки» в санкционном режиме для продолжения взаимовыгодного сотрудничества с Ираном. Что, как показывает динамика товарооборота, и было сделано. Но осадок у иранской стороны остался.
Отдельного разговора заслуживают периодически возникающие между Тегераном и Пекином разногласия в экономической сфере – от совместных проектов по нефти и газу, до проблем с китайскими инвестициями в иранскую экономику и политикой жесткого протекционизма Тегерана в отношении присутствия китайских товаров на рынке страны. Защищая интересы отечественного производителя, руководство Ирана не намерено проводить политику «открытых дверей» для изготовленной в КНР продукции массового потребления. Что, разумеется, вызывает откровенное раздражение китайского бизнеса и добавляет недопонимания в двухсторонние отношения.
Претензии Тегерана
Но и без экономической составляющей у Тегерана раз за разом прорывается раздражение уклончивой, по его мнению, позицией Пекина по целому ряду вопросов, главный из которых – признание Китаем за Ираном статуса «эксклюзивного партнера». На том основании, что Иран занимает последовательную антиамериканскую позицию и, по расчетам руководства страны, должен быть автоматически занесен Пекином в категорию «внешнеполитического приоритета» с соответствующими преференциями в экономике¸ политике и сфере военно-технического сотрудничества. Особенно эти настроения у части иранских политических элит усилились сейчас, после подписания «Венского пакта». Основная причина здесь, как представляется, –непонимание в Тегеране основных принципов той внешней политики, которую проводит Китай.
Именно экономические рычаги, не зависящие от политических симпатий, в первую очередь используются Пекином для продвижения своих интересов в регионе, для оформления его в своеобразное «открытое акционерное общество». Членство в котором должно приносить китайской экономике прибыль, а не служить источником проблем из-за того, что в клубке местных конфликтов Пекин открыто принял чью-то сторону. И благодаря этой линии сегодня Китай реализует свои политические и экономические задачи в той же Африке, в Центральной Азии и на Ближнем Востоке пусть и менее «зрелищно», но куда как успешнее, чем США, Россия или Иран.
Что, повторюсь, вызывает все большее непонимание в Тегеране. Тем, например, что Китай временно диверсифицировал источники поставок энергоресурсов, в результате чего Саудовская Аравия – главный противник Ирана в региональном противостоянии – занимает место в тройке основных экспортеров нефти в Поднебесную, а вот Тегеран места в ней лишился. Или тем, что придерживаясь твердой позиции в отношении того, что законные права палестинцев должны быть удовлетворены, Пекин, тем не менее, стал одним из главных импортеров израильского оружия. Вдобавок, в 2013 году импорт из Китая в Израиль без учета алмазов впервые превысил по объему импорт из США, и теперь Пекин выступает одним из главных поставщиком товаров и услуг «сионистскому режиму».
Расширение сотрудничества Пекина с Багдадом в освоении южных нефтяных полей Ирака, несут в себе, по мнению Тегерана, «угрозу ослабления иранского влияния в стране». Иранское руководство, наблюдая за активностью Пекина, всерьез опасается, что вскоре ему придется вслед за американцами повторять слова, сказанные Робертом Капланом в Wall Street Journal: «Мы освободили Ирак, чтобы китайские фирмы могли беспрепятственно добывать там нефть».
Вызывает настороженность Тегерана и активность Китая в пакистанском Белуджистане, являющемся одним из ключевых узлов «нового экономического пространства Шелкового пути». Пекин не скрывает, что рассматривает Пакистан вообще и эту провинцию в частности, как будущую промышленную базу. И в Тегеране задаются вопросом – не станет ли динамично развивающийся пакистанский Белуджистан причиной роста сепаратистских настроений в Белуджистане иранском, тем более, что сравнимых по размерам с китайскими инвестиций в регион Исламская республика делать не может.
И, в завершение, еще об одной из причин иранского недовольства − достаточно жесткая позиция Китая в отношении попыток иранских религиозных организаций заниматься пропагандой исламский ценностей в непосредственной близости от западных границ КНР. Стоит напомнить, что когда бывший президент Ирана Мохаммад Хатами предложил Пекину помощь шиитского духовенства в урегулировании проблем с мусульманами Синьцзяна, китайская сторона вежливо, но настоятельно посоветовала никогда больше не поднимать тему.
Через тернии – к стратегическому партнерству
Подписание итогового Соглашения по иранской ядерной программе в Вене было воспринято в Пекине как новая возможность укрепить стратегическое партнерство с Тегераном. Тем более, что к благополучному исходу тринадцатилетних переговоров китайская сторона приложила максимум усилий.
Руководство КНР сегодня прекрасно осознает ключевое значение Ирана в регионе, важность полноценного и масштабного сотрудничества с ним в реализации как грандиозного проекта «экономического пространства нового Шелкового пути», так и программ по обеспечению региональной безопасности, совместного противостояния наркотрафику, экстремизму и, что актуально и для Тегерана, и для Пекина, сепаратизму.
Иран рассматривается Китаем и как важнейший элемент обеспечения безопасности энергетической, поскольку, во-первых, даже с учетом диверсификации источников импорта останется одним из важнейших поставщиков нефти для китайской экономики. Во-вторых, трубопроводы, которые в перспективе могут протянуться из Ирана в КНР, менее уязвимы для недружественных шагов третьих стран, чем нынешние морские маршруты Пекина, проходящие через узкие ворота Ормузского и Малаккского проливов.
А потому и до «Венского пакта», и после его подписания официальные лица КНР заявляли и заявляют о готовности оказать Тегерану помощь в решении двух наиболее важных задач иранской экономики – получение технологий и инвестиций. Причем, с опережением утвержденного в ООН графика снятия санкций. По итогам Вены Пекин уже подтвердил три принципиально важных момента сотрудничества с Тегераном. Первый − готовность инвестировать создание «экономического коридора» из Иран в Пакистан (включая строительство газопровода). Второй − предоставить для модернизации иранской экономики средства Азиатского банка инфраструктурных инвестиций. И, наконец, третий − в случае заключения с Тегераном соглашения о его участии в создании «экономического пространства нового Шелкового пути», Пекин готов в ближайшие годы довести объем своих инвестиций в экономику Ирана до 52 миллиардов долларов.
Ну и, разумеется, Китай намерен расширить сотрудничество в сфере транспорта, то есть продолжить полномасштабную реализацию подписанного с Ираном в 2003 году «Протокола о взаимодействии в транспортной сфере». Который сам по себе является более чем серьезным проектом, включающим в себя и дальнейшее развитие магистрали «Тегеран-Север», и строительство метрополитенов в Исфагане, Мешхеде и Тебризе. А кроме того, создание китайской China National Heavy Truck Corporation совместно с Iran Khodro Diesel в Иране заводов по сборке грузовых автомобилей и микроавтобусов, с последующей их реализацией на рынках Ближнего Востока и Центральной Азии.
******
Иран и Китай – переговорщики крайне сложные. Ко всему, в их отношениях достаточно спорных моментов и взаимного недопонимания. От того, сумеют ли они их преодолеть, во многом зависит и то, станет ли реальностью стратегическое партнерство «амбициозного льва» и «крадущегося дракона». Партнерство, способное сформировать новую политическую и экономическую реальность Востока, от Турции и Ирака до Пакистана, от Центральной Азии до Синьцзяна.
США уничтожают Саудовскую Аравию
Владимир Одинцов
Всем известно, что США и Саудовская Аравия являются давними партнерами, и американцы исторически стояли на страже саудовских интересов на Ближнем Востоке. Особые отношения между государствами начали строиться еще в 1930-х годах: в обмен на гарантии безопасности дома Саудов, обеспечиваемые США, король Абдулазиз подписал эксклюзивную концессию с американскими компаниями и позволил им разрабатывать нефтяные месторождения на востоке страны. С тех пор и по сей день нефть и военная безопасность были ключевыми пунктами во взаимоотношениях США и Саудовской Аравии.
После объявления в 1944 году администрацией Рузвельта о послевоенной нефтяной политике, предполагавшей поиск месторождений за пределами США для обеспечения экономической безопасности, американские компании стали ещё активней внедряться в саудовскую экономику, приведя в регион крупнейших партнёров — Mobil, Exxon и Texaco. Однако Саудовская Аравия не получала должной прибыли с продажи нефти, т.к. основная часть доходов оседала на счетах транснациональных корпораций.
Такое несправедливое распределение нефтедолларов подтолкнуло руководство Директората нефтяных и горных дел королевства обратиться к другим странам-экспортёрам нефти для защиты своих интересов, в результате чего и появился картель ОПЕК, позволивший регулировать цены и объём добычи. Однако уже в 1973 году ударом для экономики США от деятельности этого образования стал «арабский бойкот», когда в ответ на поддержку Израиля в войне с Египтом страны ОПЕК объявили эмбарго в поставках нефти в США.
Однако Вашингтон не отвернулся тогда от своего арабского партнёра, а, напротив, бросил силы на восстановление разрушенных связей и предотвращение повторных эмбарго. В результате появилась Американо-саудовская совместная экономическая комиссия JECOR, которая была призвана реализовывать программы по модернизации королевства силами американских компаний на саудовские деньги. Так США получили не только долгосрочный и надёжный источник доходов от модернизации экономики и обороноспособности КСА, но и добились гарантированных поставок нефти по приемлемым для себя ценам — ниже, чем у других экспортёров. Безусловной платой за эти преобразования для Саудовской Аравии стала ее независимость.
С приходом к власти Б. Обамы отношения между этими странами получили новый толчок: товарооборот по сравнению с 2000 годом вырос в три раза и составил более 60 млрд долларов, Саудовская Аравия заняла восьмое место среди товарных импортёров в США. Однако если раньше Саудовская Аравия интересовала США прежде всего как основной поставщик нефти, то теперь ситуация меняется и, по прогнозам Международного энергетического агентства, к 2020 году Америка может полностью отказаться от импорта топлива.
Меняется и политическая карта мира, а с ней – стратегические цели и союзники Вашингтона на Ближнем Востоке. За двенадцать лет, прошедших с 2003 года, с вторжения американцев в Ирак, арабский мир Соединенными Штатами разрушен как единое целое, погружен в хаос, анархию, кровопролитие. Ни о какой политической роли «единого» арабского мира никто уже не говорит, а Лига арабских государств, на которую раньше многие в мире ориентировались, сейчас утратила свое влияние, несмотря на перешедшие к Саудовской Аравии полные бразды правления в ней.
Созданный аналитиками Белого дома план в отношении Большого Ближнего Востока исходит уже не из опоры на прежнего союзника – Саудовскую Аравию, а из создания двух полюсов силы – шиитского Ирана и суннитской Турции, между которыми и будет растянут арабский мир. Однако в этом мире планами Белого дома и Пентагона по демонтажу саудовского режима отведена этому королевству отнюдь не самая выигрышная роль.
Наличие у США таких планов по десаудизации Ближнего Востока и переформатированию Аравийского полуострова давно не является секретом – эта карта существует в интернете с 2006 года. Согласно этой карте Ральфа Петерса, которая является настольным пособием в военных колледжах НАТО, саудовское королевство распадается на три части: «исламский Ватикан» в лице Мекки и Медины, пустыня с верблюдами и королем, восточные нефтяные регионы, населенные шиитами, которые объединят с иракской Басрой и иранским Хузистаном в единое шиитское государство.
В определенной степени бытующее в кругах Пентагона отношение к будущему Саудовской Аравии на одной из лекций в военной академии в Норфолке Joint Forces Staff College выразил профессор этого учебного заведения подполковник Мэтью Доли (Lt. Col. Matthew A. Dooley), представивший план борьбы с терроризмом, названный им «тотальной войной», который, в частности, предусматривает провоцирование Соединенными Штатами голода в Саудовской Аравии, разрушение Мекки и Медины.
В мировой политике разрыв союзнических отношений редко происходит открыто и демонстративно, если, конечно, не было резкой смены власти в одном из государств. В отношениях США и Саудовской Аравии в последнее время скрытые противоречия заметно обострились. Прежде всего из-за того, что в последний момент американцы не пошли на военную операцию против Сирии, затем вопреки американским просьбам последовал демонстративный отказ Саудовской Аравии от места непостоянного члена Совбеза ООН, а чуть позже Эр-Рияд резко выступил против ядерного соглашения с Ираном. Иранская тема стала той «красной чертой», за которой уже был виден переход от разногласий к конфронтации.
Поэтому когда саудиты увидели, что американцы их подставляют, отказываются от активных шагов по смене власти в Сирии, начинают игру с Ираном, на который до этого всегда натравливали Саудовскую Аравию, нагнетая несуществующую угрозу со стороны Тегерана, – то конфронтационные настроения в КСА стали преобладающими. Взрыв недовольства саудовского руководства связан с тем, что Америка, манипулируя Саудовской Аравией, не берет на себя ответственность за происходящие события и выставляет ее в качестве мальчика для битья. Началось все с Афганистана, где по просьбе США саудиты выделяли деньги, направляли оружие и деньги, создавали «Аль-Каиду» и бен Ладена. А когда американцам потребовалось избавиться от бен Ладена, они просто указали на Саудовскую Аравию и весь мир вслед за ними поверил, что саудовцы – спонсоры международного терроризма.
Эр-Рияд воспринимает политику Обамы по нормализации отношений с Тегераном как начало Белым домом нового этапа трансформации геополитической структуры Ближнего Востока. Саудовскую монархию не устраивает то, что уже в обозримом будущем Иран может в военном и экономическом отношении выйти на позиции региональной сверхдержавы, с которой придется считаться в решении наиболее острых проблем арабского мира. Поэтому на урегулирование ядерной проблемы Ирана Саудовская Аравия ответила прямым вызовом, прибегнув к шантажу и угрожая получить ядерное оружие из Пакистана.
Саудовцы упрекают Обаму в том, что он обращается со своими союзниками как с тряпкой, которую используют, а потом выбрасывают. Более того, как и израильские руководители, саудовцы опасаются, что после подписания Вашингтоном и Тегераном «соглашения века», США уйдут из региона, позволив Ирану расширить здесь свое влияние.
В этом контексте весьма примечательно, что когда президент Обама в январе этого года посетил королевство, чтобы принять участие в похоронах покойного короля Аблаллы, король Салман, в явное нарушение дипломатического протокола, прервал встречу и оставил американского президента, его жену и сопровождавшего их офицера дожидаться в одиночестве, пока он совершит полуденную молитву. Американские СМИ ничего не сообщали об этом инциденте, и лишь катарская телевизионная компания «Аль-Джазира» опубликовала репортаж о нанесенном оскорблении.
Следующим актом демонстрации отчужденности стало то, что король Салман пренебрег приглашением Обамы принять участие в международном саммите по вопросам безопасности в Кэмп-Дэвиде.
Как следует из отдельных неофициальных сообщений, в связи с новой ситуацией саудовские дипломаты уже получили распоряжение ограничить свои контакты с американскими коллегами, сведя их к необходимому минимуму. Кроме того, королевство уже начало искать альтернативу США в качестве основного партнера в нефтяной сфере и главного поставщика вооружений для своих вооруженных сил, обратив, в частности, свое особо пристальное внимание на Россию и Китай.
Спецоперация по ликвидации боевиков, напавших на автобус и полицейский участок в штате Пенджаб в Индии, окончена, сообщает в понедельник издание Times of India.
По данным МВД Индии, в результате атаки погибли 11 человек, в том числе пять полицейских, трое гражданских и трое напавших.
В понедельник утром трое вооруженных лиц напали на автобус, а затем на полицейский участок в городе Динанагар неподалеку от границы с Пакистаном. Власти Индии усилили контроль на границе, а также меры безопасности в штате Уттар Прадеш и в столице Нью-Дели.
Кроме того, на железной дороге Амритсар — Патханкот были обнаружены пять взрывных устройств, в результате чего были отменены шесть поездов.
По данным источников в МВД Индии, террористы проникли на территорию штата Пенджаб из Пакистана, перейдя границу в штате Джамму и Кашмир несколькими днями ранее. Предположительно, они были членами запрещенной пакистанской группировки "Лашкар-е-Тайба" или кашмирской "Джайш-е-Мохаммад".
Группа афганских бизнесменов заявила, что правительство не смогло разрешить таможенные сложности с экспортом свежих овощей и фруктов в Пакистан.
Экспортёры заявили, что на границе были подняты таможенные пошлины. Вдобавок к этому пограничные службы намеренно задерживают на границе скоропортящиеся овощи и фрукты с целью получения взятки за оперативность, сообщает Национальное телевидение Афганистана со ссылкой на слова предпринимателей.
По имеющимся данным, таможенные сборы увеличились в два или даже три раза. Торгово-промышленная палата Афганистана оценила потери страны за текущий год из-за проблем на пакистанской таможне в 200 млн. долларов.
Торговый атташе Афганистана в Хайбер Пахтунхве (пакистанской провинции, через которую проходит основная часть экспорта из Афганистана в Пакистан) Мирвайс Юсуфзай заявил, что неоднократно доносил информацию о нарушениях на таможне до афганских и пакистанских властей, но это ни к чему не привело. В то же время представитель министерства торговли и промышленности ИРА Мусафир Коканди пообещал, что вопрос будет решён в самое ближайшее время.
Напомним, что уже в течение нескольких лет афганские предприниматели жалуются на проблемы с экспортом скоропортящихся товаров в Пакистан и транзитом через территорию этой страны, приводящие к значительным убыткам.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter