Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Идущая в Саудовской Аравии и других странах Персидского залива интенсивная урбанизация является весомым аргументом в пользу инвестиций в различные интеллектуальные транспортные решения.

По данным International Data Corporation (IDC), в странах Совета по сотрудничеству арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) в период до 2020 г. 4 из 250 городов мира будут расти наиболее быстрыми темпами, а именно: Эр-Рияд (43-е место в рейтинге), Джидда (51-е место), Мекка (85-е место) и Кувейт (246-е место). Быстрый рост населения этих городов будет активно воздействовать на существующую инфраструктуру и станет одним из основных стимулов развития в них «умного» транспорта.

Важно отметить, что городские системы общественного транспорта в странах ССАГПЗ существуют лишь в избранных городах.Развитие этих систем начато в них недавно, но во многих городах они растут как на дрожжах. Рационализация транспортного планирования станет системоформирующим фактором в крупных городах Саудовской Аравии.Быстрое разрастание Эр-Рияда приводит к формированию крупной и разбросанной городской агломерации, в то время как, например, Джидда может эффективно расширяться только в направлении на север или на юг.

При этом большая плотность населения, строительство высотных зданий и т.д. лишь увеличивает нагрузку на существующую инфраструктуру.

«Умный» общественный транспорт должны стать неотъемлемой частью пространственных проектов, однако масштабы и темпы успешного решения этой проблемы будут зависеть от ценообразования, поскольку приобретаемое владельцами личных автомобилей по низким ценам топливо в значительной мере субсидируются государством.

Возможно, решение лежит в области дифференциации затрат, как это делается сейчас в некоторых городах Запада: за счет завышения стоимости проезда и парковки в центральных частях городов создаются стимулы для пользования общественным транспортом. Есть также и другие варианты, которые вероятно потребуется изучить с точки зрения использования преимуществ общественного транспорта над личными автомобилями.

Паломничество также является одним из важных стимулов улучшения транспортных решений в регионе.Мекка ежегодных принимает у себя паломников, совершающих хадж и умру. Никакой другой город в мире не может похвастаться троекратно увеличивающимся населением не менее двух раз в год в течение года.Сюда нужно добавить еще и настоятельную необходимость управления регулярными потоками многих миллионов людей, накапливающихся в ограниченном пространстве зон Харама и Хаджа.

Согласно исследованию, проведенному компанией Cisco, численность городского населения возрастает почти на 60 миллионов человек ежегодно.К 2050 году более 60% населения планеты будет проживать в городах. Более того, в ближайшие 10 лет в мире возникнет свыше 100 городов-миллионников.

Сегодняшние города сталкиваются с целым рядом проблем, включая необходимость создания рабочих мест, обеспечения устойчивого экономического роста, экологической безопасности и социальной гармонии.

Экономическое развитие непосредственно зависит от транспортной инфраструктуры, обеспечивающей транспортировку товаров, граждан на свои рабочие места, перевозку туристов и посетителей к магазинами и достопримечательностям.

Европейская комиссия выпустила специальную директиву, направленную на мобилизацию интеллектуальных транспортных систем (ИТС) для растущих городских образований, которая заслуживает особого внимания.Как отмечается в этом документе, городские ИТС могут помочь оптимизировать существующую инфраструктуру и создать новые услуги для повышения качества жизни в городских районах. ИТС, адаптированные к особо сложным условиям городской мобильности, также важны для экономического развития и инноваций.

В век ко-модальности, когда автомобили становятся все умнее и умнее, а типы и источники данных все больше и больше, разработка новых экономических моделей, сочетающих различные режимы и услуги, предполагает использование таких ИТС в качестве ключевого элемента.

Сюда могут относиться системы, содержащие мультимодальную транспортную информацию и карты оказываемых услуг, «умные» билеты, содержащие реальную информацию о дорожном расписании и иные кооперативные системы.

Хотя эффективность инструментов/приложений ИТС для решения вопросов городского мобильности является общепризнанной, остаются вопросы, которые будут решаться на основе широкого распространения совместимых решений и тесного сотрудничества всех заинтересованных сторон.

Насколько подобные инструменты/приложения ИТС могут удовлетворить саудовские города, характеризующиеся быстрыми темпами урбанизации, необходимо осознать до их внедрения.

Боевые действия только усиливаются, погружая жителей Газы в еще более серьезное финансовое положение. Уровень безработицы в Газе составлял примерно 40% до последнего конфликта, примерно такой же процент жителей, живущих за чертой бедности.

Но, в то время, как большая часть населения Газы пытается справиться с трудностями повседневной жизни, лишь ХАМАС и его пособники не задумываются об экономических проблемах, сообщает Ynet.

Как отмечает профессор университета Аль-Азхар в Египте Ахмед Карима, ХАМАС уже давно стал движением миллионеров. По его данным, в организации насчитывается не менее 1200 миллионеров. Он, однако, не указал источник этой информации.

Наибольшую выгоду в финансовом плане извлек бывший премьер-министр ХАМАСа в Газе Исмаил Ханийе. До 2006 года и шокирующей победы ХАМАСа и последующего доминирования палестинского правительства, 51-летний Ханийе не считался главной фигурой в ХАМАСе в секторе Газа. Но согласно сообщениям в последние несколько лет политический статус позволил Ханийе стать миллионером. Это весьма необычно, учитывая, что он родился в семье, живущей в лагере беженцев аль-Шати в северной части сектора Газа.

В 2010 году египетский журнал Роза аль-Юсуф сообщил, что Ханийе заплатил $ 4 млн за земельный участок 2,500 квадратных метров в Римале, фешенебельном районе Газы. Чтобы избежать проблем, земля была зарегистрирована на имя мужа дочери Ханийе. С тех пор, Ханийе приобрел еще несколько домов в секторе Газа, зарегистрированных на своих детей, что не представляет сложности, учитывая, что у него их 13.

Айман Таха, один из основателей ХАМАСа, который когда-то считался одним из его ключевых ораторов, заплатил в 2011 году $ 700 000 за роскошную трехэтажную виллу в центре сектора Газа.

По данным источников в Газе, богатство Ханийе, как и других высокопоставленных представителей ХАМАСа прибавилось в основном из-за процветающей контрабанды через туннели. Ханийе взимал 20 процентов налогов на всю торговлю, проходящую через туннели.

Другие члены ХАМАСа предпочитают инвестировать в более безопасное место, нежели сектор Газа. В частности, они сделали вложения в различные египетские активы в основном через своих партнеров из группировки "Братья- мусульмане". В некоторых случаях, отдельные лица проводили сделки от имени чиновников ХАМАСа, которые гарантировали, что они получат свои дивиденды наличными.

Политический лидер Халед Машаль также использовал средства ХАМАСа в своих целях. В 2012 году иорданский сайт сообщал, что Машаль владел суммой в 2,6 миллиарда долларов, которые в значительной степени хранились в катарских и египетских банках. Эти накопленные активы ХАМАС получил за счет пожертвований, а также инвестиций в различные проекты в арабском и мусульманском мире. Машаль также известен тем, что, инвестировал в проекты в области недвижимости в Саудовской Аравии, Сирии и Дубае. И, по сообщениям, Машаль не всегда разделял деньги ХАМАСа и свои собственные.

Изгнание ХАМАСа из Сирии нанесло серьезный финансовый удар по движению. В 2011 году до начала сирийского конфликта, активы ХАМАСа в стране достигли $ 550 млн.

Как и в других областях, в своих финансовых операциях лидеры ХАМАСа придерживались высокого уровня секретности. Инвестиции осуществляются через подставные компании, используя семью и сподвижников. Компании, связанные с Машалем в Катаре зарегистрированы на жену и дочь.

После того, как он был вынужден закрыть свой офис в Дамаске (после ссоры с режимом Асада за поддержку повстанцев), Машаль заявил, что его место теперь в Катаре. Там он заявил, что $ 12 млн, которые он хранил в сейфе в своем кабинете в Дамаске, были украдены. На самом деле, немногие поверили в эти слова, и по сей день считают, что Машаль перевел их на свой личный счет.

Согласно докладу Всемирного банка, опубликованном в ноябре прошлого года, сектор Газа занимает третье место по уровню бедности в арабском регионе после Судана и Йемена. В докладе говорится, что уровень бедности в Газе составляет 38 процентов. Кроме того, из 144 стран, включенных в отчет, Газа была 44-й бедной, при этом большинство из стран с более высоким уровнем бедности находятся в Африке.

Российско-иранское сотрудничество в сфере региональной безопасности

Евсеев Владимир, кандидат технических наук, заведующий Отдела Кавказа Института стран СНГ

В последние годы Большой (Расширенный) Ближний Восток, который дополнительно включает Центральную Азию и Кавказ, все больше приковывает внимание международного сообщества. Первоначальное такое внимание было обусловлено как расположением здесь основных мировых запасов нефти и природного газа и путей их транспортировки, так и обилием региональных конфликтов, некоторые из которых носили вооруженный характер. В дальнейшем, по мере «исламского пробуждения» (более точное определение, чем термин «арабская весна») и продолжающегося вмешательства США и их союзников во внутренние дела иностранных государств, в регионе чрезвычайно усилилась внутренняя нестабильность, что стало угрожать национальным интересам Российской Федерации, ее союзникам в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и партнерам по Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), включая ведущих региональных игроков: Исламскую Республику Иран (ИРИ) и Турцию.

В настоящее время ситуация в сфере безопасности на Большом Ближнем Востоке все более ухудшается. Так, афганская проблема создает потенциальную угрозу всем близлежащим государствам, в том числе за счет постоянно нарастающего незаконного экспорта наркотиков и идей радикального ислама. В этом отношении состоявшиеся в Афганистане президентские выборы не создают условий для оптимизма. В ходе проведения их второго тура победил американский ставленник Ашраф Гани Ахмадзай, ранее занимавший пост министра финансов этой страны. Он является ярким сторонником подписания «Соглашения о сотрудничестве между Соединенными Штатами Америки и Исламской Республикой Афганистан по безопасности и обороне». Это обеспечит присутствие в стране американских войск вплоть до 2024 г. При этом предполагается, что американские военнослужащие будут находиться исключительно под юрисдикцией США, то есть они не могут быть привлечены к ответственности афганскими судами.

Однако победа на президентских выборах в Афганистане, в значительной степени, была обусловлена многочисленными фальсификациями итогов президентских выборов. Это дает основание другому кандидату – Абдулле Абдулла, ранее занимавшему пост министра иностранных дел Афганистана, не только потребовать пересмотра их итогов, но и начать борьбу за силовое отстранение от власти американского ставленника. Все это происходит на фоне планируемого к концу 2014 г. значительного сокращения численности иностранных войск в Афганистане и ухода американцев из Центра транзитных перевозок в международном аэропорту Манас. Указанное настоятельнее требует формирования здесь единой системы безопасности, с участием всех заинтересованных государств, включая Россию, Иран, Пакистан, Индию, Узбекистан, Таджикистан и Туркменистан. К сожалению, Китай уклоняется от участия в этом процессе ввиду стремления договориться с афганскими талибами. Как полагается, это обеспечит Пекину значительные преимущества, если в некоторой перспективе движение «Талибан» придет к власти в Кабуле.

Отдельного рассмотрения заслуживает военное присутствие США и, возможно, некоторых их союзников (например, Германии) в Афганистане после 2014 г. По имеющимся данным, в этой стране останется от 6,0 до 13,6 тыс. иностранных военнослужащих, которых будет явно недостаточно для сдерживания различного рода экстремистов. Этого не смогут сделать национальные ВС и правоохранительные структуры ввиду своей высокой коррумпированности, низкого уровня подготовки и оснащения, а также неустойчивости к пропаганде идей радикального ислама. В частности, только 7% всех воинских частей афганской армии (1 из 23 бригад) и 9% структурных подразделений полиции имеют достаточный для борьбы с талибами уровень подготовки, позволяющий действовать самостоятельно при минимальной поддержке со стороны иностранных войск.

Большие надежды не только в Пекине, но Вашингтоне и Кабуле возлагаются на переговоры с афганскими талибами. Скорее всего, это приведет к значительным уступкам в отношении последних, результатом чего станет «мягкая исламизация» Афганистана — в лучшем случае, или захват движением «Талибан» власти в Кабуле – в худшем. В таких условиях существенно увеличится не только поток афганского наркотрафика, но и контрабанда оружия, боевиков и радикальных идей на сопредельные территории Таджикистана, Узбекистана, близлежащие районы Киргизии. Так, по одному из сценариев дальнейшего развития событий, талибы совместно с боевиками «Аль-Каиды» и «Исламского движения Узбекистана» создадут военно-политический плацдарм в уезде Вардудж провинции Бадахшан и постепенно расширят его на соседние уезды Джурм и Юмгон. Это станет подготовкой к захвату талибами Северного Афганистана, что формирует для государств Центральной Азии достаточно реальную внешнюю угрозу. Руководство указанных государств это отчетливо понимает, но не может этому противостоять самостоятельно. При этом, в Душанбе и Бишкеке рассчитывают на военную помощь со стороны Москвы, а в Ташкенте – со стороны Вашингтона.

Избежать негативного сценария дальнейшего развития событий в Афганистане вполне возможно, особенно учитывая наличие у ИРИ там серьезных рычагов влияния, в первую очередь на родственных таджиков и хазарейцев. Иран оказывает этой стране значительную экономическую помощь. Так, в 2008 г. ИРИ построила железную дорогу Хаф-Герат, которая включает участок протяженностью 76 км на иранской территории и 115-километровый участок на территории Афганистана. И даже в условиях мощного героинового давления, ИРИ продолжает давать приют и работу сотням тысяч афганских беженцев.

Позиции Москвы и Тегерана по афганской проблеме во многом совпадают. Россия выступает за полный вывод иностранных войск из этой страны и выстраивание диалога между различными политическими силами. При этом, повторный приход к власти в Кабуле движения «Талибан» для РФ является нежелательным ввиду неизбежного усиления со стороны этого государства нетрадиционных угроз в сфере безопасности. Следовательно, России и Ирану нужно координировать усилия на этом направлении как на двусторонней основе, так и путем установления контактов между ИРИ и ОДКБ.

Крайне сложная обстановка сохраняется в Сирийской Арабской Республике (САР). Состоявшаяся нынешней зимой международная конференция «Женева-2» имела крайне ограниченный успех, а президентские выборы (2014 г.) в САР, причем еще до их проведения, были признаны нелегитимными со стороны Запада и аравийских монархий Персидского залива. Это позволило США, их союзникам и партнерам поднять вопрос о необходимости резкого увеличения объемов и ассортимента поставок оружия, включая переносные зенитные и противотанковые ракетные комплексы, для вооруженной оппозиции с целью силового свержения власти президента Башара Асада. В частности, США выделяют так называемой «умеренной оппозиции» 500 млн долл. путем поставок различного рода вооружений и военного имущества. Несомненно, что значительная часть этого окажется у радикалов в результате как силового захвата, так и покупки американского оружия на существующем в регионе «черном» рынке.

Это делается в условиях радикализации оппозиции, когда продолжает размываться относительно умеренная Сирийская свободная армия и ей на смену приходит не только Исламский фронт, но и Исламское государство Ирака и Леванта, которое до последнего времени щедро финансировалось со стороны Саудовской Аравии. Более того, последняя организация заявила о создании на территории Ирака и Сирии Исламского государства (халифата), что может привести к распаду Ирака и изменению границ всех близлежащих государств.

Помимо этого, при негласной поддержке со стороны Анкары и, возможно, Вашингтона президент Иракского Курдистана Масуд Барзани призвал региональный парламент создать комиссию для подготовки референдума о независимости Курдистана. Премьер-министр Ирака Нури аль-Малики резко осудил такие действия курдского руководства, как и вооруженный захват г. Киркука и прилегающих к нему нефтяных районов. Существенное беспокойство это вызвало в Иране, где проживает значительная курдская диаспора.

Среди иракских арабов-шиитов, которые составляют большинство населения этой страны, ИРИ имеет наиболее сильное влияние. Ввиду наличия протяженной общей границы, нахождение в Ираке многочисленных шиитских религиозных святынь, необходимости сохранения транспортных коридоров в Сирию и множества других причин, ИРИ активно вовлечена в разрешение иракского кризиса. В частности, не менее трех батальонов Корпуса стражей исламской революции и, скорее всего, иранская авиация ведут боевые действия в Ираке с целью недопущения силового свержения правительства Нури аль-Малики и сохранения территориальной целостности этого государства. И вновь по этому вопросу позиции Москвы и Тегерана совпадают. Об этом свидетельствует, например, тот факт, что 28 июня 2014 г. в Ирак по просьбе национального правительства было переброшено пять российских штурмовиков Су-25, которые сейчас дислоцируются на базе Аль-Мутхана неподалеку от Багдада. Тегеран, со своей стороны, доставил в Ирак партию своих разведывательных беспилотных летательных аппаратов «Абабил». Они сейчас размещены на базе Рашид, также под Багдадом, и управляются иранскими специалистами. Именно сохранение господства в воздухе препятствует сейчас организации со стороны суннитского ополчения любых широкомасштабных наступательных операций.

Сохраняется неопределенность в отношении иранской ядерной проблемы. В конце правления президента Буша-младшего это чуть не привело к региональной войне с непредсказуемыми последствиями. Сейчас ситуация существенно улучшилась благодаря усилиям президента ИРИ Хасана Роухани по разрешению ядерного кризиса, что нашло свое отражение в подписанном 24 ноября 2013 г. в Женеве «Совместном плане действий». В ближайшее время возможно подписание более всеобъемлющего соглашения между представителями ИРИ и «шестерки» международных посредников по урегулированию иранского ядерного кризиса. Однако, вопреки некоторым ожиданиям, это не приведет к серьезному американо-иранскому сближению ввиду, в первую очередь, глубокого расхождения позиций по разрешению сирийского, иракского и афганского кризисов, а также нежелания Вашингтона полностью снимать с Тегерана односторонние финансово-экономические санкции. Этот процесс планируется растянуть на десять лет, поэтому пока речь идет о снятии с ИРИ только банковских санкций. Это, с одной стороны, сохранит американо-иранское противостояние, хотя и на существенно меньшем уровне. С другой стороны, у иранской стороны появятся новые возможности по организации взаимодействия со своими партнерами в военно-политической и экономической сферах.

Несомненно, что для Ирана именно Россия является наиболее привлекательным региональным партнером. Это определяется совпадением позиций по большинству региональных и глобальных проблем, настойчивым желанием укрепления не только политического и экономического, но и военного сотрудничества. Как следствие, можно говорить о «конструктивном» партнерстве между двумя государствами, а в перспективе – даже возможности достижения уровня стратегического партнерства. В частности, это предполагает, что при активной поддержке с российской стороны основные потоки иранского природного газа будут направлены на Восток (Пакистан, Китай, Индия). Будет продолжен процесс вовлечения ИРИ в евразийскую интеграцию и установления взаимодействия между ИРИ и ОДКБ на Южном Кавказе и Центральной Азии. На первом этапе последнее можно реализовать путем создания рабочих контактов на уровне Аналитической Ассоциации Организации Договора о коллективной безопасности.

Несмотря на некоторые проблемы, Турция во всем регионе сохраняет высокий авторитет. Она показывает устойчивые темпы экономического развития и служит для многих стран в качестве транзитного коридора для транспортировки углеводородного сырья. В этих условиях было бы целесообразно вовлекать ее в российско-иранский диалог с целью повышения региональной стабильности и противодействия таким нетрадиционным угрозам, как исламский экстремизм и терроризм. В связи с этим представляет чрезвычайно высокую актуальность российская инициатива по созданию в рамках ШОС универсального центра по противодействию новым вызовам и угрозам, которые, как правило, исходят со стороны внерегиональных игроков (США и других государств-членов НАТО).

Очевидно, что ситуация в сфере региональной безопасности во многом зависит от взаимодействия между Россией, Ираном и Турцией. Такое взаимодействие имеет черты как традиционного соперничества, так и устойчивого сотрудничества. В частности, Тегеран и Анкара постоянно балансируют на грани конфронтации и добрососедства, имея ряд стратегических разногласий по вопросам региональной безопасности и экономического сотрудничества. Обе страны открыто заявляют о своем стремлении стать региональным лидером. Они избрали различные политические модели своего развития и соответствующие им рычаги влияния на ситуацию на Большом Ближнем Востоке. Тем не менее, руководство обеих стран опирается на известный в дипломатии подход «плохой мир лучше доброй ссоры», что было подтверждено вначале по результатам визита турецкого премьер-министра Реджепа Эрдогана в Тегеран в конце января 2014 г., а затем ответного визита президента Хасана Роухани в Анкару, который состоялся в первой половине июня нынешнего года.

В ходе первого визита Иран не стал акцентировать внимание на недружественных актах со стороны турецкого руководства по размещению на территории страны зенитных ракетных комплексов Patriot и других элементов системы противоракетной обороны или диаметрально противоположных позициях обеих стран по Сирии. По этим вопросам сблизить позиции сторон по-прежнему не удается. Как следствие, проявился прагматизм дипломатии президента Хасана Роухани, который исходит из того, что Иран играет на Большом Ближнем Востоке важную, но не единственную роль. Министерство иностранных дел Ирана признает и право Турции на проведение собственной военной политики, которая во многом зависит от обязательств Анкары, вытекающих из членства в НАТО и из союзных отношений с Вашингтоном. Это определяет предсказуемость иранской дипломатии в отношении Турции, приоритетным направлением двустороннего сотрудничества для которой является расширение торгово-экономических связей. Именно в этом Тегераном накоплен богатый опыт.

Вышеуказанное подтвердилось в ходе ответного визита в Анкару президента Хасана Роухани. Тогда была поставлена цель по двукратному увеличению ирано-турецкого товарооборота до 30 млрд долл. в год. Стороны также обсудили вопросы борьбы в регионе с терроризмом и экстремизмом, ситуацию в Египте, Сирии и аравийских монархиях Персидского залива.

Вместе с тем, Анкара обеспокоена перспективами ирано-турецких отношений после возможного улучшения отношений ИРИ и Запада. Очевидно, что после частичного снятия финансово-экономических санкций в отношении ИРИ, статус Тегерана в региональных процессах может серьезно повыситься. В результате, Турция может потерять свое значение региональной сверхдержавы. По мнению ряда российских экспертов, сейчас различия в перспективных моделях развития Ирана и Турции, прежде всего, во внешнеполитической, представляются в пользу Тегерана. Причем соперничество Турции и Ирана идет параллельно. Это заставляет США и ЕС смириться с мыслью, что им придется в скором времени считаться с лидерством одной из этих стран в исламском мире.

Претензии еще одного регионального лидера Саудовской Аравии основываются на поддержке радикальных исламских сил. Ее поддержка со стороны Запада носит временный характер, например, на сирийском и иранском направлениях. В этих условиях некоторым в США и Европе Иран представляется в роли достаточно предсказуемого и надежного партнера. Конечно, Запад предпочел бы сделать выбор в пользу Анкары, связанной союзными обязательствами с НАТО. Но Иран не намерен отступать. Именно поэтому он привлекает на свой рынок западные компании, чтобы те, в свою очередь, боролись за ослабление чрезвычайно жестких финансово-экономических санкций в отношении ИРИ.

Россия одновременно выстраивает политику партнерских отношений и с Ираном, и Турцией. Москва заинтересована в укреплении политического сотрудничества между Анкарой и Тегераном, а вот американская администрация считает недопустимым любое ирано-турецкое взаимодействие по ключевым проблемам Большого Ближнего Востока.

Однако сохраняются и разногласия, в первую очередь по сирийской проблеме. И они могут обостриться, если Анкара не откажется от планов по насильственному свержению законного правительства Сирии и предоставления независимости Иракскому Курдистану. Причем, несмотря на серьезные экономические связи Турции и с Москвой, и с Тегераном, Анкара продолжает ориентироваться лишь на сирийскую оппозицию, а порой служит проводником американских национальных интересов.

Вышеуказанное убеждает в необходимости укрепления российско-иранских отношений во всех сферах с целью вывода их на уровень стратегического партнерства. В дальнейшем к этому процессу может быть подключена и Турция, где в условиях существенного сокращения западного влияния вполне возможно преобладание национальных интересов над союзническими в рамках НАТО. Только после этого можно будет подойти к построению уже на трехсторонней основе новой системы региональной безопасности с целью установления на Большом Ближнем Востоке мира и стабильности, исключения любых вооруженных конфликтов, развития взаимовыгодного экономического сотрудничества и усиления интеграционных процессов, а также укрепления связей в области науки, культуры и спорта.

Конечно, как на Большом Ближнем Востоке в целом, так и в отдельных его частях (например, на Южном Кавказе), сохраняются значительные угрозы безопасности. Это обусловлено нерешенностью афганской, иракской и сирийской проблемы, неурегулированностью иранского ядерного кризиса, проблемы Нагорного Карабаха и территориальной целостности Грузии. Но это только убеждает в насущной необходимости создания в рассматриваемом регионе новой системы региональной безопасности, основанной на учете национальных интересов всех государств и независимой от их принадлежности к каким-либо военно-политическим объединениям и союзам. В качестве ее базиса может быть использована «Платформа стабильности и сотрудничества на Кавказе», предложенная Турцией в августе 2008 г.

Несомненно, что активизация работы Минской группы ОБСЕ, существенное улучшение российско-иранских и российско-грузинских отношений, усиление в Центральной Азии и на Южном Кавказе интеграционных процессов позволит значительно уменьшить накопленный на Большом Ближнем Востоке конфликтный потенциал с целью поиска мирного решения существующих проблем. Дополнительные возможности для этого создадутся после присоединения Армении, Киргизии и, возможно, Таджикистана к формируемому Евразийскому экономическому союзу.

Таким образом, российско-иранское сотрудничество в сфере региональной безопасности все более укрепляется. Это позволяет уже сейчас говорить о «конструктивном» партнерстве между нашими странами и ставить вопрос о целесообразности выхода наших отношений в перспективе на уровень стратегического партнерства.

Судан занимает второе место по объему инвестиций в Эфиопию после Китая с показателем US$2,4 млрд., сообщил Авад аль-Карим Саида, президент Общества инвесторов Судана. Он рассказал, что суданские инвесторы в Аддис-Абебе сталкиваются с различными проблемами, в том числе с отсутствием совместного суданско-эфиопского банка, растущими таможенными сборами на сырье и, например, с тем что большинство земель, выделенных для реализации инвестиционных проектов, находятся в отдаленных регионах слишком далеко от столицы.

Кроме того, Саид сообщил, что недавно было подписано межправительственное соглашение об экспорте соли в Эфиопию. Другое подписанное соглашение позволяет эфиопским паломникам использовать Порт-Судан для поездок в Мекку в Саудовской Аравии.

Несмотря на трудности, сообщил он, в целом процедура получения инвестиционных разрешений и лицензий в Эфиопии является достаточно простой, в отличие от Судана, где, по его словам, инвесторы страдают от бюрократической волокиты, сопровождающей процесс выдачи разрешений, что вынуждает суданские и международные компании, покидать страну.

По словам председателя Общества инвесторов Судана, около 800 суданских бизнесменов зарегистрированы в Министерства промышленности Эфиопии, которое отвечает за реализацию инвестиционной политики в стране. Саид отметил, что некоторые инвесторы приходят в Эфиопию в поисках нового бизнеса и постоянного проживания, в то время, как другие покидают Судан по личным причинам. Кроме того, он сообщил, что правительство Судана согласилось направить в Эфиопию медицинских работников, чтобы помочь преодолеть нехватку специалистов медицинских профессий в этой стране.

Ожидается, что парламент Эфиопии обсудит новый законопроект об инвестициях, который, в случае одобрения, поднимет планку требования к минимальному объему инвестиций с US$200 тыс. до US$3 млн.

Россия и Саудовская Аравия планируют осенью нынешнего года подписать межправительственное соглашение в области использования атомной энергии в мирных целях, заявил РИА Новости генеральный директор госкорпорации "Росатом" Сергей Кириенко.

"Все готово, на уровне делегаций все парафировано, согласовано. Рассчитываем осенью подписать", — сказал Кириенко.

В июне сообщалось, что проект этого межправительственного рамочного соглашения уже был согласован сторонами. В ходе прошедших ранее переговоров обсуждались перспективы и возможности налаживания комплексного сотрудничества между Россией и Саудовской Аравией в атомной энергетике и смежных отраслях.

С российской стороны были разъяснены уникальные конкурентные преимущества, составляющие основу предложения Росатома на международных рынках. В свою очередь, саудовские коллеги представили национальную ядерную энергетическую программу.

Политические и финансовые причины, не раз способствовали поступлению предложения продажи газа и нефти за другие валюты, не за доллары. Не особо доброжелательно относятся к США некоторые государства, которые входят в ОПЕК. От них не раз поступали заявления о том, что цена на углеводороды не должна номинироваться в долларах США, но у них не получилось договориться об альтернативе.

Иран – самая активная страна из призывающих при нефтеторговле отказаться от доллара. Недавно и от крупнейшего в мире добытчика природного газа, российского «Газпрома», поступило предложение своим покупателям в Японии и Китае оплаты своих контрактов в йенах, юанях и даже рублях.

Но финансовая фирма Markaz из Кувейта в своем новом докладе озвучивает мысль о том, что экспортеры получат при торговле за биткоины наибольший выигрыш. Больше всего это имеет отношение к странам Персидского залива. Неожиданно звучит. Нам известно, что биткоины являются байтами и битами где-то в глубине компьютерных сетей. Для наиболее востребованного в мире товара они не кажутся лучшим средством для торговли.

Никто не выиграет особо от того, если в качестве главной валюты для расчетов ОПЕК примет биткоины. США будет делать для защиты доллара как нефтяной валюты всё возможное. В стороне не останется и Китай, желающий сделать свой юань новой нефтевалютой. Спекулянты получат большое анонимное поле для деятельности, в случае продажи нефти и газа за биткоины.

Что же Markaz имеет в виду? Аналитики данной компании говорят об уменьшении оперативных издержек, ведь передаются биткоины почти мгновенно, а комиссия практически ничего не стоит. На данный момент экспортёры платят обычные банковские ставки, используют банковское обслуживание и от одних до трёх суток ждут пока переведут средства. Но стоит ли использовать Биткоин? Markaz предупредил, что его цифровые хранилища, как показывает опыт, могут легко взломать.

По словам директора саудовской благотворительной Ассоциации больных СПИДом Мусы Хиаза в стране отмечается 19%-ный рост числа зараженных ВИЧ. Приводя последние статистические данные, Хиаза сказал: «В этом году ассоциацией было зарегистрировано 630 новых случая заражения ВИЧ, что в 2 раза превышает показатели прошлого года». Большая часть заболевших - мужчины. Он отметил, что 2,5 тыс. заболевших продолжают жить со своими семьями, находясь в контакте с ассоциацией, которая предоставляет им услуги и различные психологические и образовательные программы.

Хиаза рассказал, что «ассоциация наблюдает за пациентами, следя за их образом жизни, условиями проживания семьи и обеспечивая им психологическую и экономическую поддержку, которая помогает им чувствовать себя частью общества». Кроме того, ассоциация организует обходы, чтобы подбодрить заболевших, дав им почувствовать себя частью общества. Ассоциация также оказывает финансовую поддержку пациентам, создающим семью. За последние пять лет это помогло 130 ВИЧ-инфицированным создать семью.

Муса Хиаза отметил, что на свет появилось 90 здоровых детей, рожденных ВИЧ-инфицированными женщинами. Зараженные женщины были выявлены министерством здравоохранения, где они прошли несколько строгих медицинских тестов. По словам Хиаза. они получили все необходимое лечение для того, чтобы родить полностью здоровых, незараженных СПИДом детей.

Андрей Сатаров

Замминистра нефти ИРИ по международным вопросам отверг любую долю СА в газовом месторождении Араш, расположенном в Персидском заливе.

Али Маджеди касаясь утверждения Саудовской Аравии о том, что Иран не имеет доли в газовом месторождении Араш подчеркнул, что Иран и Кувейт совместно осваивают газовое месторождение Араш и СА не имеет доли в разработке этого месторождения. Газовое месторождение Араш было обнаружено в 1962 годе в Персидском заливе при бурении рекогносцировочной скважины со стороны нефтяной японской компании. Запасы газового месторождения Араш составляют около 13 триллионов кубометров природного газа.

В январе 2008 года что-то острое — вероятно, якорь проходившего мимо корабля — разрезало два подводных кабеля в Средиземном море у берегов Египта, близ Александрии. Египет потерял 80% своей интернет-мощности. Но последствия едва ли ограничились только этой страной. Замедление было зарегистрировано по всей Азии. Саудовская Аравия потеряла 40% своей национальной сети. Даже Бангладеш, хоть и находится в 6000 километров оттуда, потерял треть подключений.

Почему всего два повреждения могут привести к таким масштабным нарушениям? Классический и самый дешевый способ провести Интернет из Южной Азии в Европу — через обширную систему подводных волоконно-оптических кабелей, идущих от южного побережья Франции через Средиземное море, в Красное море через Суэцкий канал, и, наконец, в Индийский океан и точки за его пределами. Многие из стран, пострадавших больше всего от аварии, находились на этом маршруте. Для защиты от подобных событий, лишь незначительные резервные каналы идут с востока — в Восточной Азии и Тихоокеанском регионе, Северной Америке.

Аварии с кораблями вряд ли единственные опасности, связанные с проходом волоконно-оптического кабеля через Ближний Восток. Не секрет, что из-за бомбардировок или перестрелок в одном из самых нестабильных регионов мира, могут быть сорваны массовые финансовые операции запущенные между небоскребами в Лондоне и Абу-Даби.

Экономические последствия такого отключения очевидны и разрушительны — и вредят они не только крупным банкам. Возьмите только Индию, с ее бурно развивающимся сектором виртуального аутсорсинга, который чрезвычайно зависит от надежного интернета. По некоторым данным, 60 миллионов человек в Индии пострадали от аварии 2008 года.

Джим Коуи, руководитель отдела исследований и развития в Renesys, вспоминает: «Очень неудобно объяснять фондовым рынкам и банкам, что Интернет будет отсутствовать в течение нескольких недель».

На волне аварии 2008 года компании на обоих концах Средиземноморского маршрута начали требовать резервирования или создания альтернативных сетевых соединений из Европы в Азию.

За последние пять лет, серия огромных европейских и азиатских телекоммуникационных консорциумов сделала именно это, построив четыре новых сухопутных маршрутов ВОЛС, связавших Европу с финансовыми центрами Персидского залива и быстро развивающимися экономическими системами Южной Азии.

Новые пути отображаются на карте выше, который была сделана компанией Dyn, управляющей трафиком для некоторых из самых больших сайтов в Интернете (и приобретенной Renesys в мае). Новые маршруты быстрее подводного — до 20 миллисекунд быстрее, из Персидского залива в Лондон, в большую часть времени, когда дело доходит до автоматизированных финансовых операций — а также дороже. Но провайдеры, банки и другие крупные компании с готовностью платят больше, чтобы диверсифицировать источники их интернет-услуг и гарантировать, что они будут менее уязвимыми к будущим отключениям.

Тем не менее, чтобы достичь Южной Азии из Европы по суше требуется путешествие по Ближнему Востоку, и ни одна из новых сетей не может полностью избежать регионов, в которых происходят те или иные конфликты, что в дополнение к финансовым затратам и человеческим жертвам может породить будущие отключения.

Возьмем сеть JADI, которая проходит расстояние 2500 км из Стамбула в Джидду. Менее чем через год после того, трафик через JADI стал продаваться, в Сирии вспыхнула гражданская война, и кабель, который проходит через Алеппо, испытывает хронические повреждения, нарушая работу сети.

Ставки при функционировании этих новых сетей очень высоки, угрозы — очень реальны: сирийских сетевых специалистов Коуи описывает как «героических», которые работают буквально «посреди перестрелки чтобы устранить повреждения».

Другие кабельные трассы тоже вынуждены решать подобные проблемы. Сеть представленная выше в фиолетовом цвете, согласно Коуи, пока работает, хотя он обходит Суэцкий канал через Израиль — страну, быстро вступающую в насильственный конфликт. Маршрут, который проходит через Ирак и отмечен оранжевым, по словам Коуи, испытал трудности в «координации и согласованиях» из-за отсутствия сотрудничества между автономными курдскими властями и их арабскими коллегами.

Даже так называемая EPEG (Europe-Persian Express Gateway), которая сумела избежать серьезных аварий, несмотря на то, что проходит через районы Кавказа, где были вооруженные конфликты; EPEG которую Коуи называет «самой большой историей успеха» на представленной карте, проходит через вновь неспокойный восток Украины, где уже сообщалось о возможности нарушения коммуникаций.

В конечном счете, единственный способ для корпоративных и институциональных образований уберечься от отключений в будущем, — сделать источники доступа в Интернет как можно разнообразнее. Таким образом, ни одно действие человека или природы не повлечет повторение катастрофических перебоев в 2008 году.

Или, как говорит Коуи, «Лекарство от таких ситуаций является политически нейтральным: больше кабелей».

Гражданское общество: что дальше?

Татьяна Ворожейкина

Специальный номер «Отечественных записок», посвященный гражданскому обществу, вышел в начале 2006 года. Его название — «Граждане без общества» — констатировало главный изъян тогдашней ситуации: слабость процессов общественной самоорганизации и их отставание от потребностей тех людей, которые уже ощутили себя гражданами. По иронии судьбы (или истории) примерно с этого времени, с середины 2000 года, как раз и начинается очевидный подъем общественной самоорганизации в России, появляются и выходят в публичное пространство многообразные движения — правозащитные, экологические, городские, независимые профсоюзы, многочисленные благотворительные и волонтерские ассоциации и пр. Эти частичные движения, а также социальные уличные протесты второй половины 2000-х, всероссийские (против монетизации льгот в 2005 г.) и региональные (во Владивостоке и Калининграде в 2009—2010 гг.) создавали и постепенно расширяли ту неполитическую публичную сферу, независимую от государства и часто противостоящую ему, которая и является сферой гражданского общества.

В сочетании с политическими протестами (как, например, марши и митинги «несогласных» в 2005—2008 гг.) это создало тот социально-политический фон, на котором стало возможным массовое протестное движение конца 2011—2012 годов, развернувшееся по чисто политическому поводу — фальсификации результатов парламентских выборов и вокруг политических требований — демократизации авторитарного режима и борьбы с коррупцией. Все это происходило вопреки нараставшему с 2005 года стремлению поставить эти движения и организации под государственный контроль и ограничить пространство их деятельности. После массовых протестных демонстраций 2011—2012 годов власть предприняла попытку тотального сворачивания пространства гражданского общества, законодательного ограничения и криминализации практически всех форм независимой гражданской и политической активности. Пропагандистская кампания российской власти и подконтрольных ей СМИ, направленная на дискредитацию демократического содержания украинской революции 2013—2014 годов, аннексия Крыма и неприкрытое поощрение вооруженного сепаратизма в Восточной Украине, развязывание имперской истерии в российском общественном мнении, а также общий антизападный, антилиберальный разворот власти и значительной части общества в России — все это, несомненно, оказывает мощнейшее демобилизующее воздействие на те элементы и институты гражданского общества, которые удалось создать в 2005—2012 годах.

Что произошло с гражданским обществом в России с середины 2000-х годов? Какие проблемы встали перед ним в период подъема и каковы те изменения, которые произошли в нем по сравнению с предшествующим пятнадцатилетием (1991—2006)? Как сочетается общественная самоорганизация и политическая оппозиция, гражданское общество и политический протест? В чем причины того, что подъем протестного оппозиционного движения оказался столь недолговременным, а его результаты — столь малыми и быстро обратимыми? Какова вероятность того, что российской власти удастся задушить ростки гражданского общества, которые появились в 2005—2012 годах? Чем объяснить, что гражданское общество оказалось практически беззащитным перед волной пропагандистской лжи, направленной на дискредитацию демократической революции в Украине, и не смогло этому ничего противопоставить? Каковы основные вызовы, с которыми сталкивается гражданское общество в России в 2014 году и как можно сформулировать его современную повестку?

Обратимся сначала к тому, как виделась проблематика гражданского общества в конце 2005 — начале 2006 года, что из тогдашних представлений оправдалось, а что нет.

Границы гражданского общества

Тогда, в середине 2000-х годов, дискуссии вызывало само представление о гражданском обществе, о его содержании, границах и местоположении. Йенс Зигерт, в частности, писал о двух трактовках понятия «гражданское общество». «Согласно первой, гражданское общество — это особое, четко очерченное общественное пространство. В России для него существует обозначение "третий сектор" (наряду с "первым сектором" — государством и "вторым сектором" — бизнесом). Это представление восходит к диссидентской среде, возникшей 40—50 лет назад в странах Центральной и Восточной Европы, которые находились тогда под контролем Советского Союза. "Гражданское" в таком понимании вполне оправданно противопоставлялось тоталитарному, насквозь милитаризированному государству»[1]. Второй подход к гражданскому обществу «предполагает особое качество социальных взаимодействий, его наличие означает преобладание гражданского образа действий и демократических убеждений у его членов»[2]. В любом случае гражданское общество отделено от государства, его жизнь регулируется этическими нормами, ценностями и традициями и «не требует никакого законодательного вмешательства со стороны государства»[3].

Другие исследователи указывали на принципиальные отличия гражданского общества в России от «импортированных» западных образцов. По мнению Симона Кордонского, «сильное и совсем не стремящееся организовываться гражданское общество — специфика России. Его существование (как повседневных отношений землячества, соседства, родства, этнической и конфессиональной принадлежности и т. д. и т. п.) столь же несомненно для автохтонов, как существование специфической российской семьи и государства. Его [гражданского общества] феномены иногда демонстративны и грубы, чаще привычны и незаметны»[4]. В рамках такого же предельно расширительного толкования гражданского общества лежит и представление Алексея Левинсона о мафии как специфической форме общественной самоорганизации, которая может перерасти в гражданские струк-туры[5]. Эти высказывания отражали достаточно распространенные в 1990-е годы взгляды, согласно которым любая независимая от государства самоорганизация содержит в себе зачатки гражданского общества.

Гражданское общество — это феномен, исторически возникший на Западе, и теория гражданского общества, от Антонио Грамши до Юргена Хабермаса, построена в первую очередь на обобщении западного опыта. Речь идет именно о теории гражданского общества, исследующей и объясняющей целенаправленные действия его акторов — различных ассоциаций, обладающих собственной логикой развития, отличной как от политической (государственной), так и от экономической (рыночной)[6]. Вместе с тем взрыв теоретического интереса к гражданскому обществу и, по сути дела, появление самой теории, были связаны с необходимостью осмысления опыта противостояния авторитарному государству в Восточной Европе и Латинской Америке в 1970—1980-е годы[7]. Поэтому современная теория гражданского общества включает не только анализ «незападного» опыта, но и переоценку, переосмысление ситуации на самом Западе исходя из нового опыта гражданских движений за его пределами. Ключевым для характеристики гражданского общества в рамках этой теории является наличие публичной сферы, отличной от политической организации этого общества, то есть от государства, и автономной по отношению к государству. Эта неполитическая публичная сфера включает саморегулирующиеся ассоциации, что отличает гражданское общество от массового. Эти ассоциации и публичная сфера в целом носят открытый характер в отличие от закрытых, прескриптивных или корпоративных форм общественного устройства. Кроме того, гражданское общество предполагает разнообразие и множественность действующих в нем ассоциаций, определенную степень их приверженности общим задачам и их свободный доступ в политическую сферу[8]. Это «узкое» определение гражданского общества, исключающее из его сферы политические партии и муниципальные структуры, являющиеся по существу посредниками между политическим и гражданским обществом, позволяет ограничить его теоретические рамки, с тем чтобы его можно было использовать как инструмент анализа социальной действительности и ее изменений.

В современной теории гражданского общества существуют, на мой взгляд, достаточно четкие ограничители, позволяющие разделять гражданские и негражданские формы самоорганизации. Во-первых, гражданские ассоциации по определению открыты, свободны, непринудительны, неадскриптивны. Что очень важно, в гражданской ассоциации свободен не только «вход», но и «выход». Принадлежность к традиционным или традиционалистским сообществам (о которых Симон Кордонский говорит как о специфике гражданского общества в России) обусловлена фактом рождения, этничности, землячества, профессионального, религиозного или иного статуса родителей, эти сообщества не свободны на «входе», принадлежность к ним адскриптивна, то есть предписана до и помимо свободного выбора индивида. Во-вторых, гражданская ассоциация, опять-таки по определению, ориентирована на индивида, на ценность и права отдельного человека, принадлежащего к данному сообществу. Иначе говоря, «гражданское общество» в современной теории — это нормативно нагруженное понятие, включающее толерантность, плюрализм, уважение к личности в качестве фундаментальных этических оснований[9].

Ни по одному из предложенных критериев криминальные, мафиозные структуры не могут рассматриваться как элемент гражданского общества, хотя они зачастую являются продуктом самоорганизации. Будучи относительно свободными на «входе», эти структуры, как правило, жестко закрыты «на выходе». Гражданские организации, отстаивая коллективные права своих членов, создают основу для плюралистического взаимодействия внутри общества и между обществом и государством. В организациях, имеющих криминальные, мафиозные корни, интересы отдельных членов полностью подчинены интересам «общего дела». Даже занимаясь благотворительностью, эти организации жестко обуславливают доступ к распределяемым благам и способствуют становлению принудительных, вертикальных, патерналистских конструкций внутри общества и преференциальных, патрон-клиентских отношений с государством. Поэтому институционализация криминальных сообществ свидетельствует, как правило, не об их гражданской эволюции, а о криминализации и деградации государственных структур.

Думается, что опыт, накопленный в России с середины 2000-х годов, вполне однозначно подтверждает эти выводы. Гражданское общество развивалось в неполитическом публичном пространстве, одновременно создавая это пространство и раздвигая его границы. Выжили и усилились те ассоциации и движения, которые отстаивали непосредственные жизненные интересы их участников—движения в защиту жилищных прав, против уплотнительной застройки и принудительных выселений, за сохранение архитектурного облика городов, экологические инициативы в защиту среды обитания, предотвращение вырубки лесов и парковых зон. Сохранились старые и возникли новые правозащитные организации, отстаивающие права граждан против произвола государственных чиновников, правоохранительных органов и бизнеса. Кроме того, в этот период появились многочисленные ассоциации, направленные на защиту интересов других — благотворительные организации и фонды, волонтерские движения, помогающие жертвам катастроф и природных катаклизмов, поддерживающие стариков, больных детей и детей-сирот, защищающие бездомных животных и т. п.[10] Некоторые из этих движений создавали долговременные ассоциации, как например «Движение в защиту Химкинского леса» или «Лиза Алерт», занимающееся поиском пропавших без вести детей и взрослых, другие же оставались неассоциированными группами, распадавшимися после достижения цели или, чаще, в результате неудачи или поражения.

Так или иначе, процесс низовой самоорганизации развивался в 2006—2012 годах во вполне «традиционном» для гражданского общества русле. Не было, насколько мне известно, случаев того, чтобы организации, эффективно защищающие права и интересы граждан (например, в жилищной сфере), выросли на основе криминальных группировок. Напротив, сращивание до полной неразличимости организованных преступных сообществ с властными структурами всех уровней являлось обычной практикой. Российское авторитарное государство во второй половине 2000-х, все более подчиняясь частным интересам приватизировавших его олигархических групп, фактически перестало быть системой основанных на праве публичных институтов и оказалось вполне совместимым с закрытыми неформальными структурами, в том числе криминального характера. Эта ситуация вызвала к жизни новое направление в гражданском движении, целью которого является разоблачение многообразных проявлений коррупции в государственных органах и среди государственных служащих (Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального, сообщество «Диссернет»). Представляется, что антикоррупционные движения и в будущем сохранятся как один из важнейших конституирующих гражданское общество факторов.

Гражданское общество и власть

Важнейшей проблемой становления гражданского общества в России остаются его отношения с авторитарной властью. Восемь лет назад, в начале 2006 года, уже было очевидно, что российская власть взяла курс на сокращение пространства гражданского общества. Ужесточение контроля над НКО, введенное в законодательство в 2006 году, вполне последовательно продолжало линию на ликвидацию независимых центров активности, сначала в федеративной структуре, законодательной власти и партийной системе, а затем в экономике и средствах массовой информации[11]. Мария Липман подчеркивала тогда, что «пространство автономи-зации и свобода объединения существует в той мере, в какой те, кто в этом участвует, держатся в стороне от политики. Все это существует и, вероятно, сможет существовать дальше, поскольку наше государство тяготеет к авторитаризму, а не к тоталитарности. И крайне маловероятно, чтобы сегодня был воссоздан тоталитарный проект, хотя бы потому, что невозможно себе представить не изоляционистский тоталитарный проект. А «закрыть» страну невозможно, поскольку худо-бедно существуют рыночная экономика и властная установка на энергетическую сверхдержаву и еще по целому ряду причин»[12].

Прошедшие 8 лет внесли в эту картину очень серьезные коррективы, которые, как представляется, не поддаются однозначному суммированию. Ситуация в гражданском обществе и его взаимоотношения с государством оказалась и «лучше», и «хуже», а, главное, гораздо сложнее и противоречивее той, которая виделась в начале 2006 года.

Во-первых, гражданское общество, несмотря на постоянное давление, оказалось способным не только на дальнейшую самоорганизацию, но и на успешное проведение общественных кампаний сопротивления власти там, где она ущемляла интересы различных групп и граждан в целом, а также на то, чтобы взять на себя функции государства в тех случаях, когда оно с ними очевидно не справлялось. Это касалось, коллективного гражданского действия (помощь бездомным, больным, сбор средств, тушение пожаров в 2010 г. и помощь жертвам наводнения в Краснодарском крае в 2012 г.), различных выступлений против властного произвола, борьбы с коррупцией, протестных акций («Марши несогласных», «Стратегия 31»)[13]. Во-вторых, столкновения по частным проблемам с коррумпированными чиновниками государственных органов разного уровня неизбежно приводили к вынужденной политизации общественных движений. «В условиях, когда исполнительная власть подчинила себе законодательную и судебную ветви, устранив тем самым барьеры для коррупционных интересов чиновников федерального и местного уровня, уничтожив легитимный механизм разрешения конфликтов (независимый суд), общественные инициативы, сталкивающиеся с властным произволом, начинают ему сопротивляться. В итоге они либо прекращают свою деятельность, либо (если уровень институционализации позволяет им вести работу в неблагоприятных условиях) политизируются»[14].

Многообразные процессы самоорганизации во второй половине 2000-х годов, наложившись на нараставшее в обществе недовольство произволом властей, невозможностью защитить свои права в суде, невозможностью повлиять на положение дел в стране, несомненно, подготовили почву для появления массового протестного движения в конце 2011—2012 годов. Вместе с тем это протестное движение не стало просто продолжением социальной самоорганизации, результатом горизонтального структурирования общества и формирования на этой основе неполитической альтернативы власти[15]. Напротив, именно политические мотивы — протест против очевидной фальсификации результатов парламентских выборов — вывел зимой 2011 — весной 2012 года десятки тысяч людей на улицы Москвы. Этот протест был подготовлен, с одной стороны, политической активностью граждан и ассоциаций, организовавших массовое наблюдение за выборами (прежде всего «Голос» и «Гражданин Наблюдатель»), а с другой — деятельностью оппозиционных политических партий и организаций («Солидарности», РПР-Парнас, «Яблока», «Левого Фронта»). Но вместе с тем на улицы вышли десятки тысяч людей, которые не были затронуты ни одним из этих видов деятельности, большинство из них никогда прежде не участвовали в политических митингах и демонстрациях. Очевидно, что за политическим протестом и политическими требованиями — пересчета голосов, отставки главы Центральной избирательной комиссии, а затем отставки Путина и политической реформы — стояло моральное возмущение людей, ощутивших себя гражданами. Спусковым механизмом этого движения стала крайне неудачная попытка власти, просмотревшей наличие общества в России, вести себя в новой ситуации по-прежнему. Наглая и тупая власть, не скрывающая, а демонстрирующая произвол, столкнулась с готовностью людей защищать свои права и достоинство.

С моей точки зрения, важнейшее значение тех событий, которые произошли в России, и в особенности в Москве, в декабре 2011 — марте 2012 года, заключается в появлении нравственной альтернативы тому предельно циничному контракту безнравственной власти с деморализованным обществом, который утвердился в России в 2000-е. Суть этого контракта заключалась в том, что общество в целом соглашалось с навязываемым властью консенсусом: нет и не может быть иного способа жизни в России, кроме адаптации к существующей системе и принятия ее правил игры. Только соглашаясь с жизнью «применительно к подлости», встраиваясь в систему, можно достигнуть успеха. Иного способа жизни не может быть не только в России, но и нигде в мире. Те, кто на словах провозглашает иные ценности, на самом деле действуют из корыстных побуждений, то есть получают за это деньги[16]. Тот дискурс, который власть противопоставила протестному движению, вполне укладывался в рамки убогого мироощущения тех, кто в принципе не может себе представить иных, альтруистических и солидарных мотивов человеческих действий[17].

В конце 2011 — начале 2012 года неожиданно выяснилось, что отнюдь не все готовы и дальше вести унылое существование в рамках этого циничного контракта. Потребовав честных выборов, протестующие открыто выступили против системы лжи и коррупции, пронизывающей всю российскую жизнь. Тысячи людей не пожалели своего времени и сил, чтобы быть наблюдателями на выборах в декабре 2011 и марте 2012 года, десятки тысяч выходили в сильный мороз на митинги и шествия. Пространство политической оппозиции режиму выстраивалось как пространство морального противостояния властному произволу, авторитаризму и коррупции. Не случайно на первый план в руководстве этим движением выдвинулись люди творческих профессий — журналисты, писатели, музыканты (Виктор Шендерович, Сергей Пархоменко, Ольга Романова, Леонид Парфенов, Юрий Шевчук, Борис Акунин, Дмитрий Быков, Артемий Троицкий и др.).

Представляется, что в период подъема протестного движения 2011—2012 годов в России (точнее, в Москве и Санкт-Петербурге) впервые произошло расширение пространства гражданского общества за пределы «третьего сектора». В него оказались включенными не только разнообразные ассоциации, но и множество отдельных людей, которые, хотя и в неординарных условиях общественного подъема, были вовлечены — через социальные сети — в горизонтальные структуры гражданского взаимодействия. Московские протесты были частью общемирового феномена, распространившегося в 2011—2014 годах от Рио-де-Жанейро, Сан-Пауло и Каракаса до Мадрида, Туниса, Каира, Стамбула, Киева и Бангкока. Суть этого феномена — в самоорганизации общества, выступающего против политической системы, не выражающей интересов этого общества. Непроницаемость политики для человека, отсутствие его в политической системе повсеместно и, как правило, неожиданно начали приводить к массовому присутствию людей на улицах. Людей, добивающихся признания себя полноправными акторами и протагонистами политики, а своих целей и интересов — общественно значимыми.

Можно ли было трансформировать в 2011—2012 годах потенциал общественного недовольства в политическое действие, направленное на изменение политической системы? Представляется, что это в решающей степени зависело от формирования устойчивых структур общественной самоорганизации, подобных польской «Солидарности» или Партии трудящихся в Бразилии, которые могли бы эффективно трансформировать антиавторитарный общественный протест в политический. Таких устойчивых структур в Москве не возникло, хотя попытки создать их предпринимались как во время протестных выступлений (Оргкомитет митингов, Мастерская протестных действий, Лига избирателей), так и после них (Координационный совет оппозиции). Большинство этих организаций сошло на нет вместе со спадом протестной волны. Опыт практически всех стран, где в последние годы происходили протестные выступления, свидетельствует, что структуры, возникающие в результате общественной мобилизации через социальные сети, как правило, оказываются недолговечными и малоэффективными для достижения тех политических целей, которые они провозглашают. В результате складывается «огромная диспропорция между колоссальной политической энергией этих демонстраций и их крайне незначительными практическими результатами»[18].

Мощный мотор массового действия без организационных приводных ремней в большинстве случаев работает вхолостую. В России, как, впрочем, и в других странах, этот отрицательный эффект был усилен накопившимся в предыдущие годы недоверием к оппозиционным политикам и партиям, неверием в их способность возглавить массовое оппозиционное движение. Остро требовались не столько новые «вожди» (такие появились в лице Алексея Навального), сколько новые структуры, которые закрепляли бы накопленный потенциал протестного действия и позволяли трансформировать его в демократическое политическое действие. В отсутствие таких структур общественное воодушевление неизбежно сменилось нарастающим разочарованием, главным фактором которого было отсутствие результатов, успеха протестного движения, значимых политических изменений.

Вторым изъяном протестного движения в России был его преимущественно столичный характер: оно развивалось главным образом в Москве и с меньшим размахом — в Санкт-Петербурге. Это было движение меньшинства, тех, по выражению Антона Олейника, городских «лишних людей», которые не находят себе места в системе сложившихся в России властных отношений, «выталкиваются из нее из-за своей неспособности отказаться от права на собственное мнение, на индивидуальность»[19]. Это был по преимуществу политический протест среднего класса[20]. Более того, исключительно таким образом он и был осмыслен общественным мнением — не столько самими участниками протестов, сколько СМИ и независимыми аналитиками. В этой весьма упрощенной интерпретации средний класс противостоял не только авторитарной власти, но и «огромному числу люмпенов, совершенно намеренно выращенных властью»[21]. В противоположность «люмпенам», которые надеются на власть и не могут обойтись без ее патерналистской опеки, люди среднего класса защищают свою свободу и достоинство.

Гигантские пропутинские инсценировки на Поклонной горе и в Лужниках, незатейливые мотивы привезенных на них статистов («стабильность», «лишь бы не было хуже» и т. п.) еще больше утверждали участников движения за честные выборы в общей адекватности такого двухполюсного мировосприятия. «"Мы" — не они, "они" — не мы»[22].

Таким образом нужда была превращена в добродетель, слабость протестного движения — его неспособность включить в демократический протест социальные требования большинства населения — была объявлена его силой. Власть не замедлила воспользоваться этой элитистской (чтобы не сказать снобистской) саморепрезентацией протестного движения. Протест был продан телевидением населению как движение «богатых», «норковых шуб», «офисных бездельников» и т. п. Это положило начало в целом успешной политике власти по изоляции протестного движения, которая резко усилилась после возвращения Путина на президентский пост. Устроив, по сути дела, провокацию против массовой демонстрации 6 мая 2012 года, власть перешла в контрнаступление, поставив в первую очередь на репрессивную составляющую своей политики. В течение двух следующих лет репрессии были направлены как против политической, так и против социальной самоорганизации, в которой власть справедливо видит для себя смертельную угрозу. Ограничение политических свобод (ужесточение законодательства о митингах и демонстрациях, политические процессы против участников и организаторов демонстрации на Болотной площади), резкое сужение пространства свободы слова (давление на «Эхо Москвы», прекращение кабельного вещания телеканала «Дождь», отставки ведущих журналистов Газеты.ру и Ленты. ру, закрытие информационного агентства «Новости» и присоединение его к государственному пропагандистскому холдингу, внесудебная приостановка оппозиционных интернет-сайтов Каспаров.ру, Грани.ру и Ежедневный Журнал, принятие закона, приравнивающего интернет-блоги и страницы в социальных сетях к СМИ) сопровождались наступлением на независимые НКО, которых власть вынуждает регистрироваться как «иностранных агентов». Весьма показательным в этом ряду является проект федерального закона о волонтерской деятельности, обязывающий волонтеров получать государственную регистрацию и резко ограничивающий возможности самоорганизации для помощи жертвам чрезвычайных ситуаций и природных катаклизмов.

В отличие от периода 2005—2012 годов, когда власть вела позиционные действия против гражданского общества, оставляя ему пространства и отдушины не только для независимого действия, но и для нормального сотрудничества с государственными органами на местном и региональном уровнях, в 2013—2014 годах путинское государство, по сути дела, объявило тотальную войну всему, что оно не может подчинить себе и поставить под полный контроль. Это происходит на фоне идеологического разворота авторитарного режима, направленного против демократических, либеральных ценностей и западной цивилизации вообще, и растущей апелляции к традиционалистским, православным и автократическим основам российской государственности, восстановление которых этот режим объявляет своей миссией. Представляется, что сейчас, в разгар этого разворота, очень трудно трезво судить о его перспективах. Насколько эффективной может быть политика удушения гражданского общества государством? В какой мере речь идет о возвращении если не к тоталитаризму (советского или иного, корпоративистско-фашистского образца), то к тоталитарным практикам? Прежде чем попытаться ответить на эти вопросы, обратимся к еще одной сфере, от развития которой решающим образом зависит нынешнее и будущее состояние гражданского общества в России.

Гражданское общество и массмедиа

Надо признать, что из всех точек зрения, представленных в специальном номере «Отечественных записок» по поводу состояния общества в России, наибольшую актуальность сохраняют суждения, высказанные Борисом Дубиным в статье «Посторонние: власть, масса и массмедиа в сегодняшней России». Целый ряд явлений и процессов, о которых говорится в этой статье, не только продолжали определять состояние российского социума, но и очевидно усилились в самое последнее время. Говоря о процессе реэтатизации медиапространств, развернувшемся в России с начала 2000-х годов, Б. Дубин отмечает несколько факторов этого процесса:

— «власть с середины 1990-х и с особенной интенсивностью в последние годы отказывается от обращения к разным социальным и политическим партнерам, к разным источникам легитимации и авторитета, все более капсулируясь в себе, своих интересах и собственных закулисных интригах;

— экономические интересы крупнейших собственников, монополизирующих сферу массовых коммуникаций и устраняющих "неудобства разнообразия" — групповые, слоевые различия в требованиях и запросах населения; ведущие предприниматели следуют в этом той же стратегии сужения и упразднения пространств соревнования, общественной дискуссии, контроля со стороны других, предпочитая не взаимодействовать и солидаризироваться с партнерами, а устранять их как конкурентов, причем чаще всего с помощью власти, послушного ей суда, прокуратуры, МВД и т. п.;

— самоопределение новых "прагматичных" руководителей медиа, отстраняющихся тем самым от реальной публики с известным разнообразием ее потенциальных интересов через создание и укоренение в собственном сознании и в общем мнении таких фикций, как "большинство", "масса" (в циничном профессиональном языке — "пипл"); принятый тем самым образ аудитории и риторика такого к ней отношения стала играть для молодых и честолюбивых работников роль символического барьера или фильтра в процессах их кадрового продвижения, критерия при отборе начальством и проч.»[23]

Важнейшим результатом возвращения к государственно-централизованной модели телевидения стало упрощение структуры социума в России, подавление разнообразия и фактическая маргинализация иных, отличных от пропагандируемых телевидением моделей поведении, художественного творчества, общественно-политической мысли и т. п. По данным Левада-центра, от 70 до 80 % российских граждан получают основную информацию по телевидению. Тем самым, по словам Б. Дубина, «консервируется не только, даже не столько транслируемый образец, сколько коммуникативная ситуация в целом — медиальный (виртуальный) характер как бы гомогенного сообщества» и потребитель информации «в роли пассивного анонима, подобного всем другим таким же»[24]. Сращивание антимодернизационно настроенных интеллектуалов с властью и при этом использование новейших технологий (манипулятивной политической и медийной технологии, интернета) позволили новой интеллектуальной обслуге заняться формированием фикции пассивной массы[25]. «Символическая принадлежность к виртуальному "мы", оставаясь чисто демонстративной, не влечет за собой практическую включенность в повседневное взаимодействие и реальную связь с каким бы то ни было партнером, с обобщенным Другим»[26]. Формируемая телевидением виртуальная конструкция коллективной идентичности россиян («большинство», «такие же как все») включает в качестве несущего элемента безальтернативную фигуру первого лица государства. «Значение данной ключевой или замковой фигуры — не в том, чтобы служить обобщенным образом и образцом партнера, помощника, конкурента, любого значимого Другого. Напротив, функция подобной фигуры в том, чтобы запечатлевать и консервировать образ коллективного "мы", у которого нет партнеров (хотя есть чужаки и враги) и которому они не нужны»[27].

Излишне говорить, насколько злободневно звучат эти выводы сегодня. Борис Дубин восемь лет назад описал именно те процессы — формирование фиктивного большинства[28], доминирование первого лица государства в качестве безальтернативной фигуры, изоляционизм, — кульминацией которых стала агрессивная, шовинистическая, иррациональная мобилизация российского общества вокруг политики, проводимой президентом Путиным в Украине. Абсолютно лживая телевизионная пропаганда сыграла центральную роль в том, что для большинства российского общества демократическое содержание украинской революции осталось не только не понятым, но сама она была воспринята как враждебный России феномен. Представляется, однако, что разрушительная и деморализующая роль телевидения объясняет хотя и многое, но отнюдь не все.

Для того чтобы пропаганда такой интенсивности была воспринята обществом, оно должно быть внутренне готово к этому. Помимо тех процессов, которые анализирует Борис Дубин, важнейшее значение имеет накапливавшийся с 1991 года ресентимент — глубинное уязвленное имперское сознание, до сих пор не преодоленный комплекс обиды, связанный с распадом СССР, большой и сильной страны, в принадлежности к которой многие из ныне живущих россиян видели свою личную состоятельность. За прошедшие 23 года не произошло сколько-нибудь серьезного осмысления, перерабатывания российским обществом и его интеллектуалами тех процессов и причин, которые привели к краху последней империи на европейском континенте. Напротив, нерационализиро-ванное чувство утраты сопровождалось обидой, смешанной с завистью, в отношении воображаемого виновника «величайшей геополитической катастрофы ХХ века» — США и Запада в целом. Этот комплекс неполноценности в отношении воображаемого врага постоянно подпитывал в российском обществе недоверие к его системе ценностей — либерализму, демократии, уважению прав человека. Обиженный создает образ врага, чтобы избавиться от чувства вины за собственные неудачи[29]. События на Украине были использованы как спусковой механизм для актуализации этого имперского ресентимента, главным носителем которого выступил президент Путин[30].

Представляется, что украинская революция вызвала подспудный дополнительный ресентимент еще в одном отношении. Значительной части образованной и даже либеральной публики в России было психологически довольно трудно согласиться с тем, что на Украине удалось свергнуть авторитарный коррумпированный режим, подобный тому, с которым в России вынуждены мириться. Сказывалось традиционное высокомерно-пренебрежительное отношение, свойственное многим российским интеллектуалам по отношению к Украине. По-видимому, гораздо легче для многих оказалось принять официальную версию «бандеровского фашизма», иначе невозможно объяснить, почему образованные люди вдруг заговорили об Украине языком власти и Первого канала. Следует признать, возвращаясь к постановке вопроса Борисом Дубиным, что власть, масса и массмедиа перестали в послеукраинской ситуации быть «посторонними»: от пассивного восприятия сообщество телезрителей перешло к активной мобилизации, к личному ощущению сопричастности к власти как выразителю кровного национального интереса. Трудно сказать, как долго будет продолжаться этот мобилизационный спазм. С моей точки зрения, сложившиеся за последние 20 лет городской образ жизни, модель потребления, образования, досуга, являются контрпродуктивными для долгосрочного поддержания такого рода агрессивной, шовинистической, иррациональной мобилизации. Недаром в экономической сфере люди придерживаются вполне рациональной модели поведения: свои сбережения они предпочитают хранить не в обязательствах собственной страны, которая так мощно встает с колен, а все-таки в обязательствах государства, которое они люто ненавидят и считают воплощением всевозможного зла.

Гражданское общество: новая повестка дня

Все это возвращает нас к ранее поставленным вопросам о перспективах гражданского общества в новой ситуации. Проще всего было бы констатировать очевидное ухудшение этих перспектив практически по всем направлениям. Поэтому мне кажется более интересным и продуктивным попытаться посмотреть на те возможности и объективные условия, в которых придется теперь действовать гражданскому обществу.

Первая проблема связана с перспективами тоталитарной инволюции, насколько они серьезны и необратимы. Малую вероятность возвращения к тоталитаризму до сих пор связывали с экономической невозможностью закрыть страну в условиях рыночной экономики и зависимости страны от экспорта энергоносителей. Сегодня мы видим, что попытки такие предпринимаются (т. н. «национализация» элит, вынуждающая их возвращать капиталы в страну; соглашение с Китаем с целью диверсификации энергетического экспорта; создание собственной платежной системы и т. п.). Николай Петров считает, что поворот к изоляционизму и конфронтации с Западом является результатом внутренней эволюции: «Созданный в последнее десятилетие с небольшим олигархический режим достиг такой степени монополизации экономического и политического контроля над страной, что сохранение и тем более усиление любой открытости вовне, будь то интернационализация бизнеса или политическая модернизация с усилением реальной политической конкуренции, несло реальную угрозу разрушения этой монополии»[31]. Я думаю, что при всей серьезности и обоснованности подобных утверждений существует несколько факторов, которые по меньшей мере ставят под вопрос способность нынешних государственных структур взять под полный контроль экономику и общество в России. Для того чтобы разрушить сложившуюся в России западную модель потребления, нужны, как представляется, усилия, сопоставимые по эффекту с Гражданской войной 1918—1921 годов. Тогда это было результатом социальной катастрофы, сейчас это может стать только результатом массовых репрессий, если, конечно, руководство России не вовлечет страну в глобальный катаклизм. Для осуществления репрессий такого масштаба в стране нет соответствующего аппарата. Существующие репрессивные структуры разложены коррупцией и приобретенными экономическими интересами, сохранение собственности и капиталов важнее для них, чем выполнение специфических профессиональных функций. Поэтому репрессии, скорее всего, будут носить выборочный характер, как это происходило в течение всего путинского правления. В таких условиях возможности для независимого гражданского действия, направленного на борьбу с коррупцией, отстаивание интересов граждан в городской, экологической и социальной сфере, сохраняются, а защита политических и гражданских прав, солидарность с жертвами репрессий становятся жизненной необходимостью.

Конечно, условия для самоорганизации, для формирования и укрепления горизонтальных связей и отношений, основанных на доверии, в «послеукраинской» России будут существенно хуже, чем прежде. Захватом Крыма и вмешательством в Восточную Украину власть посылает обществу ясный сигнал: «Кто сильнее и наглее — тот и прав. Держите сторону сильного, и вам будет хорошо». Часть общества этот сигнал, несомненно, восприняла; политика Путина на Украине стала символом тех аморальных отношений и внеправовых практик, которые реально регулируют российский социум[32]. Вместе с тем, как это ни парадоксально звучит, «Украина» не принесла ничего принципиально нового в эту ситуацию, она лишь усугубила ее, сделала более тяжелой. Те процессы упрощения массового сознания, которые рассматривает Борис Дубин, сосуществовали с процессами общественной самоорганизации и обретения гражданского сознания, которые привели к массовому протестному движению 2011—2012 годов. Так же, хотя и в худших условиях, будет, по-видимому, происходить и теперь.

Важно, как мне кажется, иметь в виду, что ситуация авторитарного режима (в той мере, в какой он остается таковым) — это всегда ситуация неопределенности и внутренней слабости. Как никто не предвидел политических протестов двухлетней давности, так и сейчас, по-видимому, мы не можем говорить о полном схлопывании всех возможностей для независимого гражданского действия. Однако это действие, как показал опыт протестного движения, и не только в России, должно быть организационно подготовленным. Это могут быть любые, не обязательно политические, и скорее неполитические, гражданские структуры, которые способствовали бы горизонтальному структурированию общества. Только на этой основе возможно появление альтернативы вертикальному соподчинению государства и общества и проведение действительно демократических выборов, меняющих систему власти в стране. Иначе говоря, важнейшая модернизационная задача, стоящая перед Россией, — отделение общества от государства — требует определенного возвращения гражданского движения к задачам предыдущего, «дополитического», «допротестного» этапа самоорганизации, когда возникает противостоящий авторитаризму субъект политического действия, который вырабатывает и предлагает обществу собственную повестку дня.

Эта повестка дня, с моей точки зрения, должна обязательно включать социальные интересы зависимых от государства слоев населения — государственных служащих, бюджетников, пенсионеров. Без представительства их интересов в гражданских политических структурах оппозиции демократическое движение будет обречено на то, чтобы оставаться верхушечным и поэтому слабым. Это очень важный отрицательный урок протестного движения 2011—2012 годов, который отличает Россию от Украины. «На Майдан вышли не только представители «нового креативного класса» — главной надежды российских либералов. На Майдане 2013—2014 годов они смешались с мелкими предпринимателями, интеллигенцией (учителями, инженерами), рабочими и селянами. Майдан действительно представлял собой социологический срез украинского общества, а не узкой прослойки городских «лишних людей»[33]. Без включения в демократическое движение социальной составляющей будет всегда сохраняться опасность того, что недемократические, патерналистские тенденции социальных низов (и части средних слоев) будут смыкаться с авторитарными, автократическими тенденциями господствующих групп. В таком случае демократическим путем, через выборы, к власти будут вновь и вновь приходить авторитарные режимы, которые сводят на нет, выхолащивают представительный характер институтов, их способность транслировать интересы общества (в том числе протест) в политическую сферу[34]. В такой ситуации после каждого демократического подъема мы будем снова и снова возвращаться в привычную историческую колею, где угроза краха режима будет заставлять слабое и напуганное общество уповать только на государство, с тем чтобы оно навело порядок.

[1] Зигерт Йенс. Гражданское общество в России // Отечественные записки. 2005. № 6. С. 36—37.

[2] Там же. С. 37.

[3] Там же. С. 35.

[4] Кордонский С. Государство, гражданское общество и коррупция // Отечественные записки. 2005. № 6. С. 24.

[5] Перспективы низовой демократии в России. Круглый стол ОЗ 23 января 2006 года. С. 48.

[6] Напротив, концепция гражданского общества, возникшая в XVIII в., относится в первую очередь к реализации частного интереса в условиях рынка и фактически редуцирует гражданское общество к рынку, к корыстным интересам частных лиц.

[7] Об этом см. классическую работу: Jean L. Cohen and Andrew Arato. Civil Society and Political Theory. The MIT Press, Cambridge and London, 1992.

[8] Eisenstadt S. N. Civil Society and Democracy in Latin America. Some Comparative Observations // Estudios Interdisciplinarios de America Latina e el Caribe. 1993 Vol. 4. № 2. P. 27.

[9] Подробнее об этом см.: Ворожейкина Т. Гражданское общество и авторитарная власть // Гражданское общество: экономический и политический подходы. Московский центр Карнеги. Рабочие материалы. 2005, № 2.

[10] В 2010—2011 г. было проведено качественное исследование, посвященное проблемам гражданского общества в России. См.: Волков Д. Рост общественной активности в России: становление гражданского общества или очередной тупик? // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. 2011 № 2.

[11] Перспективы низовой демократии в России. Круглый стол // Отечественные записки, 2005, № 6,с. 47.

[12] Там же. С. 50.

[13] Волков Д. Протестные митинги в России конца 2011 — начала 2012 гг.: запрос на демократизацию политических институтов // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. 2012 № 2. С. 83.

[14] Там же. С. 82. Одним из наиболее ярких примеров такой вынужденной политизации стала деятельность Евгении Чириковой, которая, прежде чем стать одним из руководителей протестного движения, безрезультатно пыталась сотрудничать с «Единой Россией», чтобы остановить уничтожение Химкинского леса.

[15] Говоря в 2010 г. о предпочтительности такого, неполитического формирования альтернативы власти, я опиралась на известную мысль Вацлава Гавела: в посттоталитарной системе по-настоящему значимые политические события происходят при иных обстоятельствах, нежели в системе демократической. В том, что большая часть общества относится столь безразлично, если не откровенно недоверчиво, к выработке концепций альтернативных политических моделей, программ или хотя бы их концепций, не говоря уже об инициативе создания ошозиционньгх партий, сквозит не только разочарование в общественных делах и утрата «высшей ответственности» как результат всеобщей деморализации, но и появляется здравый общественный инстинкт: будто бы люди почуяли, что действительно все уже стало «иным» и на самом деле пришло время действовать иначе». (Гавел В. Сила бессильных // Мораль в политике. Хрестоматия. Составление и общая редакция Б. Г. Капустина. М.: КДУ, 2004. С. 250—251.)

[16] В официальном дискурсе «мораль» (апелляция к «моральным ценностям») означает лишь ужесточение контроля в сфере социализации молодежи, ограничение прав человека (сферы субъективности), деятельности оппозиционных политиков, писателей, содержания СМИ и прочее (...) Следование «общепринятым моральным нормам» и «национальным традициям» в данной ситуации означает требование придерживаться правил обрядоверия, внешний социальный конформизм». (Гудков Л. Человек в неморальном пространстве: к социологии морали в посттоталитарном обществе // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. 2013. № 3-4. С. 120).

[17] В этом ряду — разговоры о «печеньках» Госдепа, реплики Путина о бандерлогах, сравнение белых лент с «контрацептивами» и пр.

[18] Moisds Nairn. Muchas protestas, pocos cambios // El pals, 29.03.2014.

[19] Олейник А. Киевская «сечь» сменила власть, сможет ли сменить модель управления? // Ведомости, 24.02.2014.

[20] По данным Левада-центра, подавляющее большинство участников декабрьских 2011 г. и февральских 2012 г. митингов в Москве составляли люди с высшим образованием — 80 %, в то время как по стране их было менее трети. «Преобладающей группой на обеих акциях были те, кто «может позволить себе дорогие вещи, но покупка автомобиля вызывает у них затруднение» (40 % в декабре и 41 % в феврале). Около четверти протестующих (28 % в декабре и 24 % в феврале) были в состоянии купить автомобиль. 5 и 3 % составляли те, кто «ни в чем себе не отказывает». В сумме эти три группы составляли 78 % участников митинга на Сахарова и 68 % участников шествия. Для сравнения: в Москве они составляют около половины населения (50—51 %), в России — лишь около одной пятой (22 %). Три наименее обеспеченные группы (те, кому «не хватает денег на продукты», «денег хватает на продукты, но покупка одежды вызывает затруднения» и «денег хватает на продукты и одежду») составляли в сумме 28 % митингующих в декабре и 32 % — в феврале. В столице людей этого уровня достатка насчитывается порядка половины (46 %), а в масштабах всей страны это большинство населения (79 %). (ВолковД. Протестные митинги в России конца 2011 — начала 2012 гг.: запрос на демократизацию политических институтов // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. 2012. № 2. С. 74.)

[21] Латынина Ю. Собственник и халявщик //http://www.ej.ru/?a=note&id=11772/

[22] Ворожейкина Т. На эти грабли мы уже наступали // Новая газета, 12 марта 2012 г.

[23] Дубин Б. Посторонние: власть, масса и массмедиа в сегодняшней России // Отечественные записки. 2005. № 6. С. 10.

[24] Там же. С. 14.

[25] Там же. С. 12.

[26] Там же. С 15.

[27] Там же. С 17.

[28] Или «сверхбольшинства» в терминологии Кирилла Рогова. (Рогов К. Сверхбольшинство для сверхпрезидента // Pro et Contra. Май — август 2013. № 3—4 (59).)

[29] Подробнее см.: Ворожейкина Т. Украинский разрез российского будущего // Независимая газета, 20 мая 2014 г. Приложение «НГ-политика». С. 11.

[30] С точки зрения Николая Петрова, «взятие» Крыма означает крах имперского проекта — как внешнего, связанного с Евразийским союзом, так и внутреннего, связанного с мультиэтничной государственностью. (Петров Н. Россия-2014: скатывание в воронку // Независимая газета, 20 мая 2014 г. Приложение «НГ-политика». С. 15.) Действительно, для антиукраинской кампании была характерна в большей мере апелляция к русскому этническому, чем имперскому национализму. Думается, однако, что реальные различия между этими двумя видами в российском общественном сознании провести довольно сложно: имперский национализм в России всегда предполагает представления о «государствообразующем этносе», а русский национализм воспринимает практически любую когда-либо завоеванную Россией территорию как часть «русского мира».

[31] Петров Н. Указ. соч.

[32] «С крестьянами и дворовыми обходился он строго и своенравно; несмотря на то, они были ему преданы: они тщеславились богатством и славой своего господина и, в свою очередь, позволяли себе многое в отношении к их соседям, надеясь на его сильное покровительство». (А. С. Пушкин. Дубровский.)

[33] Олейник А. Киевская «сечь» сменила власть, сможет ли сменить модель управления? // Ведомости, 24.02.2014.

[34] Этот вывод был сделан в 2006 г. в результате анализа аргентинского опыта становления гражданского общества и политической демократии. Для современной России он является совершенно актуальным. (Ворожейкина Т. Как стать гражданами: власть и общество в Аргентине // Отечественные записки. 2005. № 6. С. 106.)

Опубликовано в журнале:

«Отечественные записки» 2014, №3(60)

МГУ ЗАНЯЛ 48 МЕСТО В САУДОВСКОМ РЕЙТИНГЕ ЛУЧШИХ ВУЗОВ

СПБГУ занял 285 место, НГУ - 916 место

Три российских университета вошли в топ-1000 ведущих вузов мира по версии Центра ранжирования мировых университетов (Саудовская Аравия). Рейтинг размещен на официальном сайте CWUR.

Первые три места рейтинга занимают американские вузы - Гарвард, Стэнфорд и Массачусетский технологический институт. Следующие две позиции занимают британские учебные заведения - Кэмбридж и Оксфорд. Остальные места ТОП-10 лучших вузов распределяют между собой вузы США.

Московский государственный университет им. Ломоносова в саудовском рейтинге занял 48-строчку, серьезно улучшив свои позиции по сравнению с прошлым годом (90 место). Санкт-Петербургский государственный университет занял 285 строчку рейтинга. Новосибирский государственный университет оказался в конце списка на 916 месте. Остальные российские вузы в рейтинг не вошли.

По версии QS University Subject Rankings 2014, МГУ занимает 120-е место. В престижном рейтинге Times Higher Education МГУ оказался в категории учебных заведений, разделяющих с 226 по 250 места.

Россия. Саудовская Аравия. Весь мир. ЦФО. СЗФО > Образование, наука > bfm.ru, 15 июля 2014 > № 1125031

"В Азии существует вероятность появления единой валюты", - констатируют аналитики. В ее формировании принимают активное участие самые сильные государства Персидского залива. Страны-участники Совета сотрудничества арабских стран Персидского залива (ССАГПЗ) проводят специальные переговоры с ОАЭ, Оманом о вероятном будущем вступлении этих стран в единый валютный союз.

Саудовская Аравия, Кувейт, Бахрейн, Катар дали уже свое личное согласие на подобный шаг. Отныне есть необходимость обрести согласие еще двух держав, дабы полностью обеспечить ввод единой валюты в районе. Об этом сообщает портал Arab News. "Державы-члены ССАГПЗ проводят переговоры с двумя государствами в попытке хоть как-то убедить их вступить в валютный союз", - констатирует Анас Аль-Салех, министр финансов Кувейта, отметив, что сами участники данного проекта рассчитывают, что он реализован будет без задержки. С его слов стало понятно, что валютный союз долгосрочный, это стратегический проект для государств Персидского залива и в экономическом, и и политическом плане.

Есть ли перспективы единой азийской валюты в мире, разбирались аналитики раздела "Новости Форекса, курсов валют и биржи" журнала "Биржевойв лидер".

МАСШТАБЫ ВЗАИМНОЙ ТОРГОВЛИ ПРОВОЦИРУЮТ СОЗДАНИЕ ЕДИНОЙ АЗИЙСКОЙ ВАЛЮТЫ.

Масштаб взаимной торговли между странами-участницами ССАГПЗ к настоящему моменту времени выше 92 млрд. долларов США. Данный показатель вырасти может сразу на 5% на протяжении текущего года. "Образование специального валютного союза поднимет уровень привлекательности региональных рынков для заграничных вкладов, укрепит политическую стабильность в районе. Масштаб производства 6 государств ССАГПЗ дают возможность организации занять 13-ю позицию в числе самых больших мировых экономик", - объясняют аналитики брокерской компании Форекс UFXMarkets.

В то же самое время к настоящему моменту из всех государств Совета взаимосотрудничества в G20 представлена лишь СА. Между тем формирование валютного единого союза даст возможность полностью устранить затраты по сделкам, что жители шести стран должны нести в связи с непосредственным наличием нескольких нацвалют в границах единого регионального блока. Общий рынок, единый ЦБ, что созданы будут в итоге вхождения шести государств в специальный валютный блок, должны усилисть "влияние в международной денежной системе" государств Персидского залива. Общую валюту в районе ввести планировалось еще четыре года назад. В частности, доллар к иене колеблется на отметке 101,35 иены за доллар в долгосрочном стратегическом флете, выход из которого укажет мощный долгосроный тренд:

Однако это так и не случилось в связи с непосредственным отсутствием согласия между государствами по целому ряду вопросов, включая и по названию новой валюты. С самого начала было запланировано ее назвать «халиджи». И тем не менее со временем название заменено было на распространенное в арабском мире "динар". И на данный момент в ССАГПЗ признают, что есть несколько "технических моментов", что сильно мешают ОАЭ, Оману двигаться вперед в этом вопросе.

Таким образом, их останавливает надобность модернизации привычных национальных законодательств, нескольких культурных традиций, к примеру, явная боязнь передачи доли суверенитета в экономике посторонним организациям. Проблема - потенциальное ускорение скорости инфляции, что под силу возрасти в государствах, где она появилась сразу после стран с более высокими показателями. Конечно же, уверены в брокерской компании Форекс FBS, появление региональной новой валюты на общемировой арене, безусловно, найдет отражение на финансовой мировой системе, несмотря на тот факт, что все масштабы итогов на нынешний момент трудно даже предугадать.

При учете того простого факта, что шаги в данном направлении государствами ССАГПЗ предприняты были с той целью, чтобы просто хоть как-то ограничить зависимость от слабеющего и нестабильного доллара, вполне стоит ждать, что валюта Америки от подобного шага лишь утратит в стоимости. "По всей видимости, в будущем это станет причиной падения спроса на казначейские американские облигации, оказывая явно губительное влияние на американскую экономику", - думает специалист. Для экономики же всех перечисленных шести нефтяных государств такого типа шаг иметь может и позитивные, и негативные стороны. Говоря точнее, экспортно-ориентированные государства, что специализируются на поставках на общемировой рынок огромных масштабов нефти, быстрыми темпами укрепят позиции новой личной валюты.

В итоге этого удорожание национальной валюты в результате приведет к росту стоимости поставляемой нефти, частично выливаясь в ценовой рост на "черное золото", ведя к падению спроса на ресурс, поиск альтернативных поставщиков. Для экспортно-ориентированных стран подобная ситуация также может быть весьма и весьма опасной, потому что это делает привозимые товары не столь конкурентоспособными. Наилучший здесь пример - уже страдающая Федеративная Республика Германия: для нее, как известно, даже нынешние уровни единой валюты считаются весьма серьезным ограничителем.

Помимо всего прочего, опасаются некоторые государства, в том числе и валютный союз, что станет большой причиной утраты гибкости в принятии решений у каждой страны. А это предоставляет наличие нацвалюты. Это просто отлично видно по ситуации в европейской зоне. Исходя из этого, второй европейской зоны не будет, в чем уверены специалисты брокера Форекс.

ВАЛЮТНЫЙ АЛЬЯНС ДЕРЖАВ ВСЕГО ПЕРСИДСКОГО ЗАЛИВА ВПОЛНЕ ВЕРОЯТЕН, - ТРЕЙДЕРЫ.

И тем не менее валютный альянс держав всего Персидского залива вполне вероятен, тем более что таким экономикам выгодно отказаться от применения доллара США, обретя тем самым лишь плюсы без каких-то минусов. Переход на личную валюту для расчетов внутри альянса за его границами состояться может достаточно быстро благодаря тому, что энергоносители, что добываются в районе, пользуются огромным спросом во всем мире.

В то же самое время конкуренция доллару при подобном раскладе будет весьма нешуточная: это несвязанный по ногам и рукам неволатильные евро и юань, это может быть даже твердая стабильная валюта, что гарантирована экономически продвинутыми странами. Все же существуют скептики, которые относят такую затею к малоперспективным. Есть сомнения в том, что все закончится с позитивом. Такого типа переговоры в основном длятся далеко не один день, одно лишь согласование документов, подписание всех договоров занять может до нескольких месяцев.

Кроме того, конкретно данный валютный союз для меня под огромным вопросом: по меньшей мере он сразу состоится вряд ли: чересчур много разногласий между государствами Ближнего Востока. И даже теми, что будто бы считались союзниками – Катар и Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт.

На самом деле, чтобы хоть как-то достичь компромисса по всем существующим вопросам, нужно какое-то время. Так что, предполагает специалист, одно лишь простое обсуждение займет порядка 6 месяцев при условии их интенсивного ведения. В то же самое время и тот факт, что подобного рода валюта возникнуть может, уже отлично - это дает вполне четкий сигнал, что с монетарным стимулированием не стоит особо заигрываться, чем в последнее время и делает Америка и Европа. На самом же деле вряд ли мощную альтернативу евро получится сформировать в следующие 10-15 лет.

А вся проблема в том, что, как говорит специалист финансовой фирмы AForex Нарек Авакян, формирование валютного союза в принципе дело сложное. Яркий тому пример - ЕАЭС, где сам запуск единой валюты, ЦБ планируется только к началу 2025 года. Предполагается проведение согласования всех деталей подобных договоров, очень большое число пунктов, чтобы со временем не было какого-то непонимания, скепсиса, как сейчас в отношении европейской зоны.

Что же касается итогов прямого влияния ни на евро, ни на американский доллар такая инициатива не окажет, уверен специалист, потому что если взять все государства Персидского залива, то их ВВП не сможет дотянуть даже до 20% от американского или европейского, а сам товарооборот района достигает не более чем 1 трлн. долларов. И это при том, что американский товарооборот достигает размера в 4,5 трлн. долларов. Чтобы продажи по денежным инструментам шли по той или другой валюте, нужна еще и соответствующая инфраструктура: клиринговый центр, единые правила обращения и регулирования, а также, что крайне значимо, глубокая интеграция общего ЦБ со своей системой.

При этом происходящее снова говорит о том, что в мир устал от доминирования одной-двух валют, иные государства также хотят иметь выгоды от валют наподобие тех, что есть у Америки. И это, по мнению Нарека Авакяна, весьма тревожный сигнал для США, потому что коль одна из подобных затей все-таки закончится, то в таком случае у ФРС больше не будет самой возможности в неограниченных объемах печатать доллары США ради покрытия дыр в экономике.

ЕДИНАЯ ТВЕРДАЯ ВАЛЮТА МИРА - ЗОЛОТО. ПЕРСПЕКТИВЫ...

"В Лондоне прошла встреча руководителей Всемирного совета по золоту и банков", - объясняет ведущий трейдер России и руководитель кафедры СРП Академии Masterforex-V Игорь Зотов AO_Zotic). Они собрались для обсуждения реформы золотого фиксинга. Система "золотого фиксинга" в последнее время подвергается критике за недостаток прозрачности. Так, в мае этого года Британское управление по финансовому надзору оштрафовало банк Barclays на 32 млн. в пересчете на евро за то, что трейдеры манипулировали ценами на золото при отсутствие контроля со стороны компании. Необходимость перемен обусловлена потребностью к восстановлению доверия в этом сегменте мировой экономики.

Сегодня мировая цена “вечного металла” определяется на основе соотношения спроса и предложения на него на Лондонской золотой бирже. Процедура была установлена 12 сентября 1919 года и с тех пор практически не менялась. Дважды в день - в 10.30 и в 15.00 пять инвестиционных банков — Barclays, HSBC, Societe Generale, Deutsche Bank и Bank of Nova Scotia – связываются, чтобы установить цену золота. В процессе фиксинга представители участников London Bullion Market Association устанавливают связь со своими дилерами, а через них с торговцами, предлагающими и/или покупающими физическое (реальное, а не представленное фьючерсами или опционами) золото. Процедура проводится так: председатель объявляет цену, которую в данный момент считает обоснованной. Если продавцы по этой цене отсутствуют, она повышается, а если отсутствуют покупатели – понижается. При наличии встречных предложений происходит подсчет соотношения продавцов/покупателей. Все это продолжается до установления рыночного равновесия между спросом и предложением.

Золотой фиксинг – ориентир для контрактов на физическую поставку золота для всего рынка, он имеет оборот в 15 трлн. евро в год. Правда, в августе Deutsche Bank намерен покинуть “большую пятерку”, так как вообще выходит из сырьевого бизнеса. Тем временем, рассмотрев графики золота через "волшебное стекло" СРП, Вы можете наблюдать развитие сложной среднесрочной коррекции к нисходящему движению последних месяцев. При формировании волновой структуры по этому сценарию вероятно достижение внутри коррекции целевых отметок 1365.4 и 1442.0. Дальнейшее движение будет обусловлено нарушением/сохранением импульсной структуры движения в зеленой подволне С.

Экономически наиболее развитая арабская страна Саудовская Аравия планирует крупный инвестиционный прорыв в экономику России, прежде всего, в российский АПК. Одновременно Эр-Рияд заинтересован в импорте энергетических, инфраструктурных и строительных технологиях, а в росте их экспорта заинтересованы в России. Таковы оценки конференции Российско-Саудовского делового совета, состоявшейся на днях в Москве.

Своего рода демонстрацией этих и, вероятно, других экономических планов Саудовской Аравии в отношении России стала закупка Эр-Риядом в конце июня 2014 г. первой экспортной, причем крупной партии крымских зерновых: в Саудовскую Аравию направлено около 25 тыс. тонн этой продукции.

В целом, Эр-Рияд, по мнению участников форума, расширяет географию своей внешнеэкономической политики, и Россия включена в эту стратегию.

По информации Аль-Халиля, директора Королевской инициативы сельхозинвестиций за рубежом: «Россия – в числе приоритетных стран, рекомендованных минсельхозом нашей страны для капиталовложений». Суть этой инициативы в том, что саудовские инвесторы, государственные и частные, инвестируют в возделывание за рубежом пшеницы, ячменя, риса, сои, в рыбопромысел и в животноводство. С последующими поставками в Саудовскую Аравию минимум 50% объема продукции, изготовленной с саудовскими вложениями. В развитие этой инициативы, российской стороне, как отмечалось на форуме, предложено провести в Саудовской Аравии презентацию российских проектов в АПК и смежных отраслях. Потенциальный объем саудовских инвестиций в этот комплексный проект оценивается от $5 до $7 млрд.

В пользу упомянутой инициативы говорит и тот факт, что Саудовская Аравия стала одним из крупнейших импортеров зерновых из РФ. По данным Департамента зернохранилищ и мукомольных предприятий Саудовской Аравии, в 2013-м закупки ею российских зерновых, в основном пшеницы и ячменя, превысили 1,4 млн. тонн, что выдвинуло эту стран в пятерку крупнейших импортеров зерновых из России.

Генеральный секретарь Российско-Саудовского делового совета Владислав Луценко пояснил WEJ: «Взаимная торговля с 2005 года активно развивается. За 2005-2013 гг. она выросла примерно в 5 раз, достигнув $ 1 млрд. Но этот уровень, по оценке обеих сторон, не отвечает потенциальным возможностям двухсторонней торговли, исходя из оценок взаимного спроса на товары и услуги двух стран. Тем более что совокупный ВВП России и Саудовской Аравии составляет $3,3 трлн. Потенциально возможный объем российско-саудовской торговли достигает $ 8 – 10 млрд. в год».

«В Саудовской Аравии в крупных объемах, - уточнил В. Луценко, - могут быть востребованы российские технологии по опреснению морской воды, а также железнодорожное, металлургическое, другое промышленное оборудование из РФ». Гендиректор Российско-Арабского делового совета Станислав Янковец уточнил: «Создание единой железнодорожной сети, развитие трубопроводной сети в Саудовской Аравии, разведка и обустройство месторождений разнообразного сырья – тоже благоприятные сектора для российского бизнеса. Но саудовская сторона требует от иностранных партнеров доскональной проработки торговых и инвестиционных проектов, в соответствии с международными стандартами бизнес-проектирования». Кроме того, для успешного продвижения товаров и инвестиций, по мнению В. Луценко и С. Янковца, требуется учитывать специфику бизнес-деятельности в этой стране, что обусловлено ее государственным (абсолютная монархия) и общественным устройством.

Между тем, с участием российского бизнеса в Саудовской Аравии недавно построены нефтепровод Шейба–Абкейк (217 км); крупная водопроводная система (район Шукейк); обустроены газовые скважины Хавия, Усмания, Шедгам; проведены изыскания по трассам ряда новых железных дорог. По данным саудовского минфина, в реализацию национального плана развития железнодорожной сети к 2040 году намечено вложить до $100 млрд. национальных и зарубежных инвестиций.

Базовая проектная артерия этого плана – трансаравийская железная дорога Эр-Рияд – Медина – красноморские порты Джидда и Янбо (общая протяженность магистрали – свыше 1400 км). Она состыкует саудовские порты Персидского Залива (Хуфуф, Даммам, Рас-Танура), соединенные железной дорогой с Эр-Риядом, и красноморские порты этой страны.

Алексей Чичкин

Эмиратская авиакомпания Etihad Airways откроет шесть новых направлений и представит первый класс на рейсах в Москву на Boeing 787-9 Dreamliner в первом полугодии 2015 года.

Etihad Airways, национальный авиаперевозчик ОАЭ, объявляет о запуске шести новых маршрутов в первом полугодии 2015 года. Это позволит сделать стыковки по всем направлениям еще более удобными и предложить гостям больший выбор рейсов.

В следующем году Etihad Airways начнет совершать ежедневные перелеты в такие европейские столицы, как Мадрид (Испания) и Эдинбург (Шотландия), а также в Калькутту, историческую столицу Индии, и в Энтеббе (Уганда), один из наиболее значимых торговых и государственных центров Восточной Африки. Кроме того, перевозчик планирует еженедельно выполнять по четыре рейса в Гонконг, мировой туристический и экономический центр, и по три рейса в Алжир, бурно развивающуюся столицу и крупнейший город Алжира.

С июня 2015 года ежедневные перелеты в Брисбен (Австралия), которые авиакомпания на настоящий момент осуществляет с пересадкой в Сингапуре, будут заменены прямыми рейсами. Таким образом, впервые будет обеспечено беспосадочное сообщение между Абу-Даби и этим австралийским городом. Перелеты будут осуществляться на Boeing 787-9 Dreamliner с трехклассовой компоновкой салона и новыми кабинами классов First Suite, Business Studio and Economy Smart Seat.

Также в июне 2015 года Etihad Airways впервые представит первый класс на рейсах в Москву и Сингапур и запустит трехклассовый Boeing 787-9 Dreamliner на рейсах в Москву и трехклассовый Airbus A330-300 на рейсах в Сингапур.

Увеличение числа рейсов в первой половине 2015 года приведет к расширению глобальной сети пассажирских и грузовых перевозок Etihad Airways, и число маршрутов авиакомпании достигнет 107. Данные приводятся с учетом пяти новых рейсов (в Медину, Джайпур, Цюрих, Лос-Анджелес и Ереван), уже запущенных в этом году, а также четырех запланированных рейсов (в Перт, Рим, Пхукет и Даллас), которые также будут открыты в 2014 году.

Могут ли Россия и Иран стать стратегическими партнерами?

Скоро должны завершиться переговоры между «Шестеркой» и Ираном по иранской ядерной программе, в результате которых последует полное снятие финансовых и торгово-экономических санкций с ИРИ, введенных в свое время по инициативе Запада. Очевидно, что с учетом огромного экономического потенциала Ирана, имеющего крупнейшие в мире запасы углеводородов (второе место в мире по газу и четвертое по нефти), неплохую базу для промышленного развития, хорошо образованные трудовые ресурсы и выгодное географическое местоположение, крупнейшие международные корпорации с нетерпением ждут этого момента, чтобы получить супервыгодные и масштабные контракты на восстановление, модернизацию и развитие экономики ИРИ.

Фактически, уже все последние месяцы идет своего рода «разведка боем», когда многие компании, в том числе тех стран, которые инициировали введение санкций, на практике прорабатывают сделки, чтобы они были готовы к заключению буквально на следующий день после отмены санкций. При этом обращает на себя внимание, что российские компании что-то не слишком спешат, как, впрочем, не проявляет особой активности и иранская сторона к тому, чтобы без промедлений приступить к развитию торгово-экономических отношений стратегического партнерства, хотя именно Москва наиболее активно добивалась полной и безотлагательной отмены санкций с Ирана.

Нельзя забывать и то, что, помимо всего прочего, Россия находится в непосредственной близости от Ирана, в отличие от стран ЕС, что существенно облегчает процесс развития отношений. Более того, значительные наработки в экономическом плане уже были сделаны в 90-е годы и в начале нынешнего века, а связи между российским и иранским бизнесом худо или бедно сохранялись, несмотря на то, что Россия, к сожалению, в свое время не стала блокировать введение предложенных США и Евросоюзом санкций по линии СБ ООН. При этом, надо отдать должное, Россия все-таки завершила реализацию проекта строительства АЭС в Бушере, несмотря на острую критику со стороны Запада. Не прерывались контакты и по линии ВТС, хотя, действуя с оглядкой на Запад и его угрозы ввести санкции против российских поставщиков вооружений, российские компании так и не решились поставлять ИРИ самые современные виды вооружений, в том числе оборонительные.

Отсюда вопрос – что ждет сотрудничество между нашими двумя странами после отмены санкций? Не окажется ли так, что Москва больше других прилагала усилия в этом направлении, а западные корпорации получат самые лакомые дивиденды от новой ситуации? Ведь это будет по крайней мере несправедливо. Но, к сожалению, на сегодня особого оптимизма в плане будущего российско-иранского сотрудничества не приходится испытывать, так как, во-первых, российская политическая элита, топ-менеджеры российской экономики и бизнеса все еще все свои шаги совершают с оглядкой на США, во-вторых, финансово-банковская система России фактически напрямую зависит от финансово-банковской системы США и Запада, и, в-третьих, прозападное лобби, «пятая колонна», произраильское лобби и очень активное в последнее время арабское лобби также препятствуют поворачиванию России лицом в Ирану. К сожалению, примерно такая же картина имеется и в Иране. Очевидно, что многие высокопоставленные представители иранской политической и экономической элиты, особенно из непосредственного окружения президента Хасана Роухани, не скрывают своего предпочтения западным, а не российским компаниям. Отсюда вопрос – сможет ли установиться стратегическое партнерство между РФ и ИРИ в период после санкций или же Тегеран все-таки переориентируется на Запад?

Прежде всего, хотелось бы отметить, что все предпосылки для установления привилегированных торгово-экономических отношений между Москвой и Тегераном имеются. И они подкрепляются общностью или близостью позиций по основным международным и региональным проблемам. Обе страны выступают против однополярного мира, против навязываемой Вашингтоном гегемонии и роли мирового жандарма, имеющего право на решение всех вопросов с применением силы. Очень важно и то, что уже многие годы Россия и Иран занимают консолидированные позиции по урегулированию проблемы Афганистана после завершения вывода оттуда войск НАТО, созданию на Ближнем Востоке и в Персидском заливе зоны мира и стабильности (Россия активно поддерживает предложение Ирана об объявлении Ближнего и Среднего Востока зоной, свободной от ядерного оружия), справедливому решению палестинской проблемы на базе норм международного права, прекращению американской экспансии в Центральной Азии и в Закавказье.

Еще более тесной стала двусторонняя российско-иранская политическая координация во время «арабской» весны, спровоцированной США и их союзниками из числа консервативных арабских монархий Персидского залива, прежде всего Саудовской Аравией и Катаром. Фактически, Москва и Тегеран стали той единственной внешней опорой, на которую смог положиться президент Сирии Башар Асад при отражении внешнего вторжения радикальных исламистов и прозападной вооруженной оппозиции, за которыми неприкрыто встали США, Великобритания, Франция, Турция, Иордания, аравийские монархии, бросившие на свержение законного сирийского правительства огромные силы и средства – военные, шпионские, информационные, финансовые, вплоть до прямого вмешательства поставками оружия, отправкой инструкторов и наемников. Лишь благодаря военной и политической помощи Москвы и Тегерана Дамаск смог не только удержаться, но и перейти в контрнаступление, приступив к ликвидации исламистского мятежа.

А буквально месяц назад РФ и ИРИ пришли на помощь Багдаду, который столкнулся с вооруженным наступлением радикальной исламистской группировки ИГИЛ, подчинившей себе до 30% территории Ирака. Иракская столица оказалась под угрозой падения, а США не откликнулись на призывы премьер-министра Ирака Нури аль-Малики о срочной военной помощи. В результате, ее оказали Россия и Иран, которые направили на поддержку Багдада боевые самолеты и подразделения спецназа, и наступление боевиков было сорвано. Возникла еще одна важная зона военно-политического взаимодействия в регионе. А если учесть, что Иран, Ирак и Сирия – это основа так называемой шиитской дуги, то Россия вполне может получить совершенно иной региональный союз, на который можно опереться в проведении своей политики на Ближнем и Среднем Востоке.

При этом становится совершенно очевидно, что Москва и Тегеран не могут довольствоваться лишь двусторонним партнерством в международных и региональных делах. Поэтому необходимо активнее привлекать ИРИ в многосторонние форматы, тем более что сами иранцы заинтересованы в них участвовать. В первую очередь, речь идет о более плотном подключении Ирана к ШОС, где иранцы сейчас имеют совершенно несправедливо статус наблюдателя, хотя обсуждаемые в этой организации вопросы непосредственно касаются интересов ИРИ, такие как Центральная Азия, Афганистан, безопасность в Южной Азии. А внутри ШОС создание оси Москва – Пекин – Тегеран могло бы стать серьезным противовесом попыткам США и НАТО навязать свои подходы в Азии. Еще одна перспективная схема многостороннего взаимодействия – подключение Ирана к работе БРИКС. Ведь Иран по своему нынешнему значению и перспективам участия в мировых делах никак не уступает ЮАР или Бразилии. Тем более роль и влияния ИРИ станет неуклонно расти по мере роста иранской экономики и повышения ее доли в мировой энергетической безопасности в постсанкционный период.

Понятно, что никакое стратегическое партнерство между государствами не может базироваться лишь на военно-политических факторах. В основе всего в любом случае лежит экономическое взаимодействие. Иначе смысл стратегического партнерства просто выхолащивается. Достаточно вспомнить хотя бы тот факт, что в свое время СССР всегда в военном и политическом плане поддерживал арабов в противостоянии Израилю, но при этом доходы от экспорта нефти арабы размещали в банках США и Европы, закупали оборудование и потребительские товары большей частью на Западе, предпочитая в отношениях с Советским Союзом создавать стратегические объекты экономики (металлургия, энергетика, нефте - и газодобыча, ирригация, промышленные предприятия и т.д.) «под ключ», да еще и на основе получения от Москвы льготных кредитов. Тем самым мы почти ничего не получали взамен в экономическом плане, помогая странам «третьего мира» в сфере ВТС и поддерживая их политически на международной арене. Но теперь, с учетом новых реалий современной России, такой подход не работает. И всем партнерам, в том числе Ирану, надо это понимать. Тем более что и для Тегерана значительное торгово-экономическое взаимодействие с РФ является гарантом неповторения того, что Запад сможет вновь ввести санкции против ИРИ. А сферы для такого двустороннего сотрудничества весьма многообразны. Это и нефтегазовый сектор, прежде всего участие российских компаний в развитии месторождения Южного Парса, и транспорт, включая участие РФ в строительстве и модернизации иранских железных дорог, а также развитие портового хозяйства на побережье Персидского залива и Аравийского моря, создание Южного транспортного коридора, о котором недавно была отдельная публикация на сайте Иран.ру, продолжение развития программ мирного атома, включая создание новых энергоблоков на ядерном топливе, создание крупных иранских промышленных мощностей различного профиля, взаимодействие в банковско-финансовом секторе для укрепления независимости ИРИ от западной банковской привязки, налаживание инвестиционных связей и т.д.

Все предпосылки для этого есть, хотя, нужно честно признать, остается взаимное недоверие между представителями бизнес-кругов обеих стран. Кроме того, многие представители иранских деловых кругов, получивших образование на Западе, твердят о технологическом преимуществе стран Запада над РФ, забывая при этом, что ни США, ни Евросоюз никогда не передадут ИРИ свои самые передовые технологии, а у ИРИ еще нет в достаточном количестве собственных квалифицированных кадров для их освоения. Да и стоимость услуг российских компаний и специалистов существенно ниже, чем западных.

Кроме того, с российской стороны в качестве партнеров с ИРИ часто выступают государственные корпорации или компании с существенным государственным участием, что само по себе служит гарантией строгого соблюдения контрактных обязательств, тогда как корпорации США и ЕС зачастую идут на поводу политических указаний своих властей и в любой момент могут прекратить сотрудничество, как это сделали многие западные компании с Россией из-за кризиса на Украине под давлением решений Еврокомиссии, хотя это и нанесло ущерб самим же иностранным компаниям. Видимо, иранцам стоило бы внимательнее изучить здесь опыт России и тех стран, которые не идут на поводу политического давления США и ЕС, предпочитая проводить независимый политический курс. Иначе можно вновь оказаться под действием санкций, или, что еще хуже, стать жертвой «цветной революции», если в стране возрастет влияние прозападных либеральных кругов. И не надо забывать, что у Ирана имеются серьезные внешние противники нормализации отношений с Западом в лице Саудовской Аравии и Израиля, которые будут чинить этому процессу многочисленные препоны. А вот на Россию эти две страны особого влияния на иранском направлении не оказывают.

***********

Для становления российско-иранского стратегического партнерства необходимо наличие в Иране серьезного лобби, которое продвигало бы интересы России в ИРИ, и наоборот – существование в России такого же лобби, кругов, продвигающих иранские интересы в нашей стране и способствующих формированию благоприятного образа ИРИ в России. К сожалению, здесь нечем похвалиться обеим странам. Формально есть и межправкомиссия, и вроде бы совместный деловой совет, но они во многом существуют чисто формально. А здесь нужны влиятельные энтузиасты, способные возглавить процесс российско-иранского сближения как в политике, так и в экономике. Нужны Де Голи от экономики и Маршаллы с их новыми планами от стратегов. Крайне нужны, просто необходимы и структуры менее формального характера, способные, опираясь на взаимное доверие, находить развязки многих вопрос без их вынесения на уровень официальных переговоров. Поэтому обеим странам, если они хотят выйти на уровень стратегического партнерства, от которого только выиграют как Иран и Россия, так и сопредельные регионы, необходимо срочно продумать план действий и составить своего рода «дорожную карту», идя по которой, можно выйти на стратегическое партнерство.

Владимир Ефимов,

Специально для Iran.ru

5-6 июля 2014 года в городе Джидда – экономической столице Королевства Саудовская Аравия – состоялся ежегодный (35 по счету) симпозиум по исламской экономике и финансам, организованный крупнейшим кредитным учреждением стран Персидского Залива - банковской группой Аль Барака.

Мероприятие, помимо своей долгой истории, приятно отличается от многих аналогичных не только тем, что практически все, кто пришел на начало, остались до завершения, не только тем, что с самого начала и до конца его вели и активно участвовали в дискуссии первые лица банка, но прежде всего тем, как были подобраны выступления.

Этот Симпозиум по формату является бизнес-конференцией, однако основными докладчиками были представители академической среды, а не сами бизнесмены. Фактически Симпозиум – это площадка для озвучивания интересных и оригинальных идей, которые теоретически могут быть реализованы на практике. Логику менеджмента Аль Бараки можно понять: в условиях жесткой конкуренции как между "исламскими" банками, так и последних – с традиционными, можно добиться успеха лишь предложив клиенту что-то новое, оригинальное.

Так, наиболее впечатляющей можно назвать идею о "позитивном банкинге", суть которого в том, что банк не взимает процентов с заемщика, а получает вознаграждение от клиентов заемщика. Кроме того обсуждались механизмы усовершенствования выплаты Закята (обязательная благотворительность) и социальной ответственности бизнеса.

Участие представителя МГУ в работе Симпозиума было встречено доброжелательно: бренд Московского университета пользуется в королевстве уважением. Кроме того, выяснилось, что основной владелец банковской группы Аль Барака и давний соратник Короля Саудовской Аравии – шейх Салех Абдуллах Камель – выступал с лекциями в МГУ в 1991 году и сохранил об университете яркие и теплые воспоминания. Участников мероприятия интересовали экономическая ситуация в России, направления улучшения инвестиционного климата и перспективы развития отрасли исламских финансов.

Еще одна особенность мероприятия – один диспутант (представитель бизнеса) комментировал сразу два-три выступления (отметим, что как в "западной", так и в российской науке обычно на каждое выступление готовится один диспутант). Возможно, такой подход и оправдан, поскольку все же разрыв между академической наукой и практиками – что в Европе, что в Азии – везде одинаково велик.

Также следует упомянуть про то, что каждое выступление начиналось с молитвы, а сами секции были по времени подогнаны так, чтобы они заканчивались к моменту ужина. Это важно, поскольку сейчас в мусульманском мире время поста, и целый день плодотворной работы невозможен, поэтому симпозиум начинался в обеденное время и заканчивался к заходу солнца.

И последний аспект, о котором хотелось бы упомянуть: важный компонент оценки идеи/проекта, принятый в Королевстве – это изложение пользы, которую получит местное сообщество от реализации идеи/проекта. К этому вопросу все относятся достаточно серьезно, без формализма. Это хорошая практика – наверное, в России тоже следовало бы оценивать инвестпроекты не только по NPV, IRR, PI и т.п., но и по наличию пользы для местных жителей.

Магомет Яндиев

За год Дубай поднялся в списке самых дорогих для проживания иностранцев городов планеты на 23 пункта и занимает 67-е место.

Два города ОАЭ вошли в сотню самых дорогих для проживания иностранцев городов планеты, заняв в ежегодном рейтинге Cost of Living Survey компании Mercer (2014 г.) 67 и 68 места (рост на 23 и 11 пунктов соответственно).

Исследование стоимости жизни в 214 странах мира, проводимое ежегодно компанией Mercer, дает международным компаниям основу для расчета заработной платы и прочих компенсаций их сотрудников, направленных на работу за границу. Аналитики компании изучают и сравнивают цены на 200 ключевых товаров и услуг, в том числе жилье, образование, медицинское обслуживание, питание, одежду и развлечения.

За год Дубай обошел в этом рейтинге Абу-Даби и стал вторым самым дорогим для иностранцев городом арабского Ближнего Востока после Бейрута. Столица Ливана занимает в рейтинге 63 место, а самым дешевым из исследованных городов региона является Джедда (Саудовская Аравия) – 175 место.

Важно отметить, что стоимость жизни для иностранцев и местных жителей может отличаться разительно. Например, самыми дорогими городами для иностранцев являются столица Анголы Луанда и Нджамена (Чад). Они возглавляют рейтинг благодаря дефициту, а значит и дороговизне, качественных товаров и услуг, и значительному отличию официального и реального курсов местной валюты. Колебания курсов валют вообще оказывают на рейтинги заметное влияние, которое на деле проживающие в этих городах иностранцы могут и не почувствовать. Цены на товары и услуги конвертируются для оценки и сравнения в доллары США по официальному курсу, действующему на дату оценки.

За двумя африканскими городами идут традиционные лидеры списка. На третьем месте Гонконг, за ним – Сингапур. На пятом месте швейцарский Цюрих, за ним – еще один швейцарский город Женева, а Токио находится на 7 месте. На восьмом месте снова швейцарский город Берн, на 9 – Москва и замыкает десятку Шанхай.

Самым дорогим городом Ближнего Востока является Тель-Авив (18), Северной Америки – Нью-Йорк (16), Латинской Америки – Сан-Паулу (49)

Осведомлённый источник в нефтяной промышленности указал что добыча сырой нефти в Королевстве в июне достигла 9.780 млн.баррелей в день поднявшись от уровня в 9.705 млн.баррелей в день в мае.

Далее источник добавил что поставки на рынок крупнейшего в мире экспортёра (КСА) составляют 9.745 млн.баррелей ежедневно, однако же поставки на рынок могут отличаться от уровня добыи ввиду задействования ресурсов нефтехранилищ.

Источник не разъяснил причину подобного увеличения. Королевство в летние месяцы всегда увеличивает добычу нефти для удовлетворения потребностей электроэнергетики.

Как показывают официальные данные последних лет, спрос на нефть, используемую в производстве электроэнергии, как правило возростает в июне по сравнению с маем.

Однако же агентство Райтер отмечает что в ОПЕК добыча нефти в июне упала по сравнению с маем, в котором отмечалась наибольшая добыча в последние три месяца. Связано это с боевыми действиями в Ираке и закрытием крупнейшего нефтеперерабатывающего завода в стране, а также техническими проблемами с экспортом нефти через теминалы на юге Ирака.

Экспортный уровень ОПЕК в июне составил 29.93 млн.баррелей ежедневно, снизившись по сравнению с 30 млн.баррелей в день в мае. Эта цифра основана на транспортных показателях и информации полученной от нефтяных компаний, от самой ОПЕК и от эксперттов.

Администрация Экономического города им. короля Абдаллы (KAEC) и три компании подписали соглашения и развитии «Индустриальной долины» KAEC. Среди этих трех компаний - саудовско-германское совместное предприятие по производству высококачественных красок Paint Innovation Factory, Neem Arabia for Wood Construction и Aluminum Company Ltd. из Джидды.Paint Innovati onобязуется построить свой первый завод в «Индустриальной долине», Neem Arabia возведет центр по производству декоративных изделия из дерева, а Jeddah Aluminum построит завод по производству окон и дверей для жилых комплексов.

Райан Кутб, главный исполнительный директор Индустриальной долины в КАЕС, сказал: "Эти три фирмы приняли решение инвестировать в КАЕС, прежде всего, благодаря развитой инфраструктуре, наличию вспомогательных подразделений мирового уровня и преимуществам стратегического местоположения".

Самолет ДРЛО E-3 Sentry королевских ВВС Саудовской Аравии покинул объект 76-й эскадрильи технического обслуживания в Тинкере (США), где он пробыл примерно год, и взял курс на родину, сообщает asdnews.com 9 июля.

На борту самолета выведены слова God Bless You («Бог благословит вас» - прим. «ВП»). Эта машина является одним из пяти однотипных самолетов в составе ВВС, в течение трех лет самолет не эксплуатировался из-за перегрева аппаратуры, вследствие чего был нанесен большой ущерб антенне РЛС, расположенной внутри внешнего обтекателя.

В мае прошлого года самолет прибыл на объект, техники удалили и установили новую антенну гораздо быстрее, чем ожидалось, затем были отремонтированы другое радиооборудование, система «свой-чужой» и гидравлика.

На испытаниях самолета приняли участие более 40 человек. Отмечается, что эта работа еще раз подтвердила эффективность сотрудничества между ВВС США и Саудовской Аравии.

Компания SABIC Europe, дочернее предприятие Саудовской компании SABIC в Европе, объявила форс-мажорные обстоятельства на продажу некоторых марок полиэтилена высокого давления (ПВД) со своих производств в Уилтоне (Wilton), Великобритания и Гелен (Geleen) в Нидерландах, сообщает ICIS со ссылкой на письмо компании своим клиентам во вторник.

Покупатели уже ранее сообщали, что поставки ПВД с Уилтона ограничены и некоторые из них не смогли закупить необходимые им объемы материала. Источники рынка имеют основания утверждать, что производство ПВД в Уилтон не смогли запустить после планового ремонта, который начался в мае и должен был завершиться 22 июня.

В своем письме клиентам SABIC сообщил, что в последние недели произошли серьезные технические проблемы производстве ПВД в Уилтоне, а также на одном из заводов в Гелен. "До настоящего времени мы отпускали ПВД с имеющихся складов, но на сегодняшний день мы не имеем возможности поставлять марки ПВД, произведенные в Уилтоне и Гелен", говорится в письме. Компания подтвердила, что не смогла запустить оборудование в Уилтоне в минувшие выходные 5-6 июля. Кроме того, компания заявила, что не может сказать, когда возобновит поставки ПВД в полном объеме.

Спотовые цены ПВД растут в последние недели, и участники рынка полагают, что цены продолжат свой рост после этого заявления. Завод в Уилтоне мощностью 400 тыс. тонн ПВД в год поставляет материал для крупных клиентов в Европе.

Производители намеревались повысить цены ПВД в июле, чтобы покрыть июньский рост цены этилена EUR50 за тонну. Сделки по продаже ПВД в июле заключались в среднем на уровне EUR1 300 за тонну, FD NWE (северо-запад Европы), тогда как в начале мая они были около EUR1 260 за тонну.

SABIC Europe (Нидерланды), дочернее предприятие Саудовской компании SABIC в Европе, включает в себя три нефтеперерабатывающие производства Европе: в Geleen (Нидерланды), в Teesside и Wilton(Великобритания) и Gelsenkirchen (Германия).

Анна Ларионова

Ассоциация химической и нефтехимической промышленности Персидского залива (GPCA) сообщает, что объем производства удобрений в Персидском заливе растет вдвое быстрее среднемирового уровня. В настоящий момент в данный сектор экономики поступает большие объемы инвестиций. По оценкам GPCA в 2013 году производство удобрений в странах Совета сотрудничества государств Персидского залива (GCC) достигло 42,7 млн. тонн, что на 4% превышает прошлогодний уровень, в то же время рост этого сектора в мире составил всего 1,7%. Такой рост связан с вводом в эксплуатацию многомиллионных проектов в Саудовской Аравии, Катаре и ОАЭ.

Председатель комитета удобрений GPCA, главный исполнительный директор Qatar Fertilizer Company (QAFCO) Халифа ас-Совади сказал: «В 2013 году производители GCC экспортировали 20 млн. тонн удобрений в более чем 80 стран. В 2013 году на долю стран GCC пришлось около четверти мировой торговли карбамида, 12% объема торговли аммиаком. Удвоив свое производство за последние пять лет, промышленность GCC продемонстрировала способность быть одним из главных игроков в мире».

Согласно прогнозам к 2050 году население Земли превысит 9,3 млрд. человек. По подсчетам Международной ассоциации производителей удобрений (IFA), чтобы прокормить такое количество людей, мировое производство продовольствия должно возрасти на 60%.

Ас-Совади сказал: «Рост населения и необходимость наращивания производства продуктов питания является хорошей возможностью для производителей удобрений стран GCC. Являясь экспортно-ориентированным рынком, поставляющим более 90% производимых азотных удобрений (аммиака и карбамида) на Дальний Восток, промышленность GCC может внести существенный вклад в решение проблемы продовольственной безопасности».

GPCA прогнозирует, что производство удобрений в регионе будет продолжать расти устойчивыми темпами, хотя аналитики предсказали замедление роста по причине появления более дешевого сырья в других странах, в частности, сланцевого газа.

Генеральный секретарь GPCA, доктор Абдулвахаб ас-Садун заявляет: «В ближайшие годы в регионе будет завершено несколько многомиллиардных проектов , что позволит к 2018 году превысить объемы производства в 66 млн. тонн. Кроме того, для обеспечения долгосрочной конкурентоспособности и прибыльности ассортимент производимой продукции будет расширен».

Андрей Сатаров

Бизнесмены из Саудовской Аравии и Марокко готовы вкладывать средства в открытие русских школ на территории своих государств, заявил член консультативного совета при правительстве Саудовской Аравии Усама аль-Кудри на международной выставке «Иннопром» в Екатеринбурге.

«Сегодня русские школы в странах арабского мира можно пересчитать по пальцам одной руки. Это направление необходимо развивать», - заявил Усама аль-Кудри, слова которого приводит ИТАР-ТАСС. По мнению аль-Кудри, открытие русских школ поможет привлечь российских инвесторов на Ближний Восток и в Африку, а также наладить сотрудничество в области образования между Россией и странами арабского мира.

«Я согласен с коллегой из Саудовской Аравии. Мы готовы вкладывать средства в такие образовательные проекты. Благодаря русским школам нам удастся наладить подготовку специалистов, которые в дальнейшем будут плодотворно развивать партнёрские отношения между странами арабского мира и Россией», - отметил председатель Мароккано-российского делового совета Хасан Сантисси.

Саудовская Аравия. Марокко. Россия > Образование, наука. Приватизация, инвестиции > arafnews.ru, 11 июля 2014 > № 1243352

Пакистан: внешняя политика премьер-министра Н.Шарифа

Наталья Замараева

25 июня 2014 советник премьер-министра по национальной безопасности и иностранным делам Пакистана А.Азис анонсировал «Стратегическое видение внешней политики Пакистана». Это заявление – своего рода отчет по завершению первого года работы правительства премьер-министра Наваз Шарифа.

Заявленные в 2013 г. приоритеты внешней политики Пакистана были ориентированы на укрепление отношений со странами в регионе – Афганистаном, Индией, Китаем, Турцией, Ираном, странами Персидского залива. Затем следовали США, Евросоюз, Российская Федерация. Но в целом эти приоритеты носили характер намерений.

Прошедший год внес коррективы в приоритеты внешней политики. Отличительной чертой нового стратегического видения «…является безопасность собственной страны, а не других государств». Механизмом обеспечения безопасности, залогом успеха ликвидации усиливающегося экстремизма декларирована согласованная внутрипакистанская политическая и военная стратегия. В 2013 г. МИД ни словом не упомянул генералитет, подчеркнув, тем самым, отмежевание от военных. Но это было в прошлом году.

Следующие три приоритета носят традиционный характер на протяжении последних пятнадцати лет:

- обеспечение экономического возрождения и устойчивого развития страны, преодоление энергетического кризиса. Это может быть достигнуто, по мнению внешнеполитического ведомства, путем расширения инвестиций и развития торговых отношений (не помощи);

- мирное соседство, т.е. дальнейшее развитие региональных связей и укрепление собственных позиций;

— конвертация стратегического географического положения Пакистана из пассива в актив путем развития региональной торговли, транспортных, коммуникационных и энергетических проектов с Китаем, Центральной Азией и Западной Азией. Это, в свою очередь, направлено на достижение баланса геостратегических и геоэкономических приоритетов Пакистана.

Список достижений открывает заявление о дальнейшем укреплении стратегического партнерства с Пекином: «Отношения с Китаем остаются краеугольным камнем нашей внешней политики», заявлял еще в июне 2013 г. президент Асиф Али Зардари . В 2013 -2014 гг. было подписано свыше двадцати инвестиционных проектов в различных областях народного хозяйства. Со своей стороны, Пакистан поддерживает интересы Китая в Тибете и на Тайване.

В паре Пакистан – Китай ведущим, как и в прежние годы, остается Пекин. Каждая из сторон, отстаивая национальные интересы, получает свои выгоды. Исламабад – долговременные инвестиции и уверенность в реализации крупных инфраструктурных проектов. Поиск новых энергетических рынков заставил Китай искать географический выход на прямые поставки углеводородного сырья в Ормузском проливе. С 2005 г. при инвестиционной и технической помощи Китая начато строительство порта Гвадар. В 2013 – 2014 гг. проект дал толчок развитию пакетных соглашений – строительству железнодорожных путей и автомагистралей через территорию пакистанской провинции Белуджистан вверх для подключения к китайским сетям: железнодорожной, автомобильной и энергетической.

На афганском направлении за прошедший год, как сказано в заявлении МИДа, «конструктивное взаимодействие позволило сократить дефицит доверия». Однако, несмотря на попытки поступательного движения сторон навстречу друг другу, прогресс незначительный. Это объясняется несколькими причинами. Пакистано-афганские отношения в 2013 – 2014 г. развивались как часть международных усилий по урегулированию внутриполитической ситуации в Афганистане. Многочисленные пограничные инциденты осложняли отношения. Добавил неопределенности и период президентских выборов в Афганистане (апрель – июнь 2014 г.). В конце мая 2014 г. пересмотренный президентом Б.Обамой график вывода коалиционных войск США/НАТО из Афганистана, наоборот, укрепил антитеррористическую направленность пакистано-афганского сотрудничества. Но вызовами для нормализации отношений между Исламабадом и Кабулом продолжают оставаться: согласование мер по предотвращению использования территории друг против друга, проблемы транзитной торговли, регулирование пограничного контроля и управления, возвращение беженцев в Афганистан, борьба с наркотиками и активизация диалога на региональном и международном уровне.

Отношения с Нью-Дели продолжают оставаться в списке сложных и неотложных. Несмотря на заявления внешнеполитического ведомства и лично премьер-министра Наваз Шарифа о намерении добиваться устойчивого и продуктивного диалога в решении вопросов Кашмира, расширения экономического сотрудничества, значимого прогресса на этих направлениях также не последовало. Резко осложняли вялотекущий пакистано-индийский диалог пограничные инциденты на Линии контроля осенью 2013 – весной 2014 гг. В 2013 – 2014 гг. внешнеполитическое ведомство отступило от успешного опыта бывшей правящей Пакистанской народной партии (2008 – 2013 гг.). В 2012 г. ПНП выступила с предложением на время отложить решение основных спорных проблем (Кашмир, Сиачин, Сэр Крик и др.) и приступить к обсуждению «гуманитарного пакета». Со стороны Нью-Дели была положительная реакция, последовали консультации на уровне государственных секретарей, что и привело к прорыву в пакистано-индийских отношениях. Подписаны Визовое соглашение, Таможенное соглашение и ряд других. В 2013 – 2014 гг. МИД Пакистана не предпринимал каких-либо инициатив. Объективной причиной этому стало ожидание парламентских выборов в Индии (апрель 2014 г.), и последовавшая смена власти в Нью-Дели. Выстраивание отношений с новым премьер-министром Индии Н.Моди и будет очередным вызовом для Исламабада в ближайшей перспективе.

Неоднозначный характер носят отношения с США. Отчасти это связано с потерей интереса Вашингтона к Исламабаду как ключевому союзнику в антитеррористической борьбе в регионе. Вывод коалиционных войск США/НАТО из Афганистана, переориентация Белого дома на Азиатско-тихоокеанский регион, конфликты в Сирии, Ираке оставили в прошлом необходимость учитывать позиции Исламабада. Конгресс США сократил финансовую помощь союзнику; несмотря на протесты Пакистана США продолжают наносить удары беспилотными летательными аппаратами по местам укрытий боевиков в зоне пуштунских племен в пакистано-афганском пограничье. В 2014 г. Исламабад вновь ставит цель трансформировать содержание отношений, так как он по-прежнему заинтересован в американских инвестициях, расширении объемов торговли, открытии американского рынка для пакистанских товаров.

К достижениям политики правящей администрации внешнеполитическое ведомство относит предоставление Евросоюзом в декабре 2013 г. GSP+ статуса. Торговля, инвестиции и кооперация в социальной сфере находятся на подъеме, в то время как сотрудничество в борьбе с терроризмом продолжает укрепляться. Но работа по снижению таможенных пошлин, предоставлению торговых льгот для пакистанских товаров на европейском рынке началась еще в 2010 г. правящими на тот момент кругами. Желаемый результат Пакистан получил только в декабре 2013 г., но уже при Наваз Шарифе.

Начиная с июня 2013 г. новый кабинет министров приоритетное внимание во внешней политике стал уделять странам Персидского залива, в первую очередь Королевству Саудовской Аравии. Наваз Шариф был обязан КСА своим спасением и тем, что он воспользовался политическим убежищем (именно вмешательство Эр-Рияда в 2001 г. повлияло на отмену решения о смертной казни экс-премьера Наваз Шарифа по обвинению в государственной измене). В 2013 – 2014 гг. общая обстановка на Ближнем Востоке ухудшалась в связи с выходом на политическую арену в Египте армии и арестом бывшего президента Мурси, а также дальнейшим обострением ситуации в Сирии. Это стало отправной точкой для изменения отношения новых властей Исламабада как к событиям в Каире, так и их позиции по сирийскому конфликту. За прошедший год Исламабад значительно укрепил военное сотрудничество со странами залива.

Следующими в ранге приоритетов следуют Турция и Иран. Стамбул рассматривается Исламабадом одним из ключевых региональных союзников в военной области и торговле; он приветствовал турецкие инвестиции в ключевые сектора своей экономики. Напротив, при выстраивании пакистано-иранских отношений внешнеполитическое ведомство Пакистана ограничивает себя изучением практических путей расширения торговли в условиях американских санкций.

Россия занимает последнее место в табеле о рангах пакистанского МИДа, сотрудничество с Москвой рассматривается, в первую очередь, в рамках международных организаций, как, например, Шанхайская организация сотрудничества.

Констатируя изложенное можно отметить, что Исламабад осознает турбулентность событий в разных регионах мира и крайне осторожно делает оценки, не позволяя себе резких заявлений.

Согласно данным Европейской Комиссии, в 2013/14 МГ экспорт зерна из стран ЕС достиг рекордно высокого уровня — 42,1 млн. тонн (на 33% выше показателя предыдущего сезона). Основными импортерами продукции в завершившемся сезоне стали страны Северной Африки (Марокко, Алжир, Тунис, Египет), а также Иран, Южная Корея и Саудовская Аравия.

Из указанного объема зерна отгрузки мягкой пшеницы составили 29 млн. тонн, что на 43% превышает среднегодовой показатель, ячменя — 8,5 млн. тонн (+32%).

Что касается конечных запасов зерна в ЕС, то к концу 2013/14 МГ они составили 32,5 млн. тонн (+4,7 млн. тонн в год), что, однако, на 24% отстает от среднегодового показателя за последние годы.

Алжир занимает 24 место в мире по объему золотых запасов. По данным Всемирного совета по золоту на конец июня 2014 банковские запасы этой арабской страны составляли 173,6 тонн, сообщает издание "Iinanews". Золотые запасы Алжира составляют 3,5% от общего объема валютных резервов, которые превысили $194 млрд. Центральный банк Алжира дорожит золотыми запасами страны, ведь именно этот драгоценный металл считается лучшим стандартом для оценки устойчивости национальной экономики перед кризисами.

Крупнейшими резервами золота среди арабских стран обладает Саудовская Аравия, которая занимает 16 позицию в мировом рейтинге, ее активы оцениваются в 323 тонны. На втором месте находится Ливан с запасами 286,8 тонн - это 18 место в мировом рейтинге. На 3 позиции среди арабских стран находится собственно Алжир, за которым следуют Ливия, Кувейт и Египет. Все эти страны входят в топ-50 мирового рейтинга.

Противостояние Украины с Россией вылилось в срыв производственных планов одного из лидеров отечественного энергомашиностроения — Сумского научно-производственного объединения им. Фрунзе (СНПО им. Фрунзе; контролируется группой российского бизнесмена Константина Григоришина «Энергетический стандарт»). В 2014 г. РФ сократила заказы на предприятии на 55?% по сравнению с прошлым годом.

Не назовешь радужными и дальнейшие перспективы СНПО. «Если не восполнить утраченные заказы за счет других рынков, то в течение следующих трех лет потери предприятия составят около 30–40?% ожидаемого дохода (примерно $ 350 млн)», — рассказал «Капиталу» старший аналитик компании «АРТ Капитал» Алексей Андрейченко. Чистый доход СНПО им. Фрунзе в 2013 г. составил 2,269 млрд грн, сократившись на 30,2?% относительно итогов 2012 г. Чистый убыток достиг почти 160 млн грн, тогда как по результатам 2012 г. предприятие получило чистую прибыль в размере 215,21 млн грн.

Кто заменит СНПО

В Россию предприятие поставляет преимущественно газоперекачивающие агрегаты (ГПА) для газо- и нефтепроводов. Основной заказчик — «Газпром». Еще в начале года эта компания, а также другие добытчики газа стали ломать привычные, сформировавшиеся годами связи в энергомашиностроении, отдавая преимущество российским поставщикам. Например, в марте стало известно, что Казанское моторостроительное производственное объединение (КМПО) впервые выиграло тендер на поставку агрегатов для ОАО «Новатэк», которое до этого получало их производства СНПО. Вторым важным конкурентом сумчан на рынке СНГ является НПО «Сатурн». По данным Андрейченко, в страны СНГ и Балтии СНПО им. Фрунзе направило в прошлом году 58,5?% произведенной продукции на 1,3 млрд грн.

Со сложностями в сбыте продукции в Россию столкнулось не только НПО им. Фрунзе, но и другие компании, специализирующиеся на энергомашиностроении, такие как «Запорожстранформатор» (также собственность «Энергетического стандарта»), государственная николаевская «Зоря» — «Машпроект» (производит силовые установки для военных кораблей и ГПА). Доля РФ в сбыте продукции этих предприятий достигала 60–70?% в общей структуре доходов компаний. Теперь они вынуждены искать альтернативу российским заказам.

На $350 млн недополучит заказов от России за три года Сумское научно-производственное объединение им. Фрунзе

Но если продукцию сумского предприятия в России заместят «Сатурн» и КМПО, то аналога силовым установкам для кораблей «Зори» — «Машпроекта» в России нет. Поэтому обе стороны не спешат расторгать долгосрочное сотрудничество. «Если бы в Украине был сформирован достойный заказ на корабли класса корвет, «Зоря» — «Машпроект» могла бы переориентировать часть газотурбинных установок на производство этих судов», — сообщил «Капиталу» один из бывших заместителей министра промышленной политики на условиях анонимности.

Внутренние заказы

Другое предприятие Григоришина — «Запорожтрансформатор» — сумело уговорить подразделение холдинга ДТЭК — ЧАО «Нефтегаздобыча» (Рината Ахметова) заключить контракт на поставку трансформатора 6,3 МВА, 110 кВ. Он будет установлен на подстанции Семиренковского газоконденсатного месторождения (Полтавская обл.). Эти компании до сих пор ни разу не сотрудничали, и хотя заказ не делает погоды «Запорожтрансформатору», факт нахождения дополнительного сбыта в Украине — хорошая новость сама по себе, считают эксперты.

Подспорьем в перекрытии потерь СНПО им. Фрунзе было бы участие в модернизации украинской газотранспортной системы (ГТС). «Под этот проект предприятие могло бы в течение двух-трех лет ежегодно выполнять поставку ГПА на сумму $ 300–400 млн. Думаю, такая возможность реальна в условиях потепления наших отношений со странами Евросоюза. Особенно в том случае, если Россия действительно откажется от участия в консорциуме по модернизации украинской ГТС», — полагает Андрейченко.Такую перспективу для себя видят и в самом СНПО, но пока не конкретизируют детали. Также СНПО готово презентовать свою продукцию другому отечественному нефтедобытчику — компании «Укрнафта».

Курс на новые рынки

В СНПО им. Фрунзе сообщают, что о возможности приобретать продукцию предприятия с одобрением высказываются компании Индонезии, Таиланда, Ирака, Саудовской Аравии, Катара. Сумское оборудование проходит процедуру предварительной квалификации в Малайзии. «Возлагаются надежды и на Европу. В частности, среди первостепенных планов — освоение рынков стран — транзитеров углеводородов: Польши, Турции, Греции, Италии. Ведутся также переговоры о вхождении на рынки Бразилии и Венесуэлы», — отмечают в компании.

Самым перспективным покупателем продукции Сумского НПО, пожалуй, является Саудовская Аравия. И предприятие всячески обхаживает местных газо- и нефтедобытчиков на предмет получения заказов. Например, компания Saudi Aramco ежегодно реализует проекты в нефтегазовой, химической, нефтехимической и энергетической сферах на сумму $ 10–15 млрд. «Чтобы попасть в число поставщиков такой компании, необходимо соответствовать высоким требованиям, — уверяет начальник отдела маркетинга СНПО им. Фрунзе Игорь Булыгин. — Ознакомившись со спектром продукции и решений, которые предлагает наше предприятие, представители Saudi Aramco единодушно заявили: они одобряют нашу регистрацию в качестве поставщика материалов и услуг».

Заседание Правительства.

Основной вопрос повестки – о состоянии и перспективах развития минерально-сырьевой базы России.

Стенограмма:

Д.Медведев: Уважаемые коллеги!

Хочу, прежде чем мы перейдём к повестке дня, несколько слов сказать о ключевых вопросах сегодняшнего заседания Правительства. Отмечу два из них.

Один касается состояния и перспектив развития минерально-сырьевой базы нашей страны. Тема огромная, очень сложная, важная. Речь идёт о стабильном обеспечении нашей экономики ресурсами на период 15–20 лет. В добывающей промышленности работает более 1 млн человек. Налог на добычу полезных ископаемых, существующие вывозные таможенные пошлины, платежи за пользование недрами дают около половины доходов федерального бюджета и бо?льшую часть экспортных поступлений. То есть речь идёт, конечно, об очень существенном компоненте развития страны.

Россия обладает уникальным минерально-сырьевым потенциалом: на её территории есть запасы практически всех полезных ископаемых. Это, конечно, очень весомое конкурентное преимущество, и важно, чтобы мы им распоряжались экономически эффективно и экологически грамотно. Пока по этим параметрам мы во многом уступаем другим развитым экономикам. В первую очередь из-за устаревших технологий добычи и переработки.

Ухудшение качества месторождений, инфраструктурные проблемы, административные издержки ограничивают рентабельность производств значительной части добывающих предприятий и отрасли в целом, а стало быть, их привлекательность для инвесторов снижается.

В прошлом году на проведение геолого-разведочных работ из федерального бюджета было израсходовано более 32 млрд рублей. Запланированное финансирование на этот год – около 35 млрд рублей.

По нефти и газу начиная с 2005 года ежегодный прирост разведанных запасов превышает уровень их добычи. Задача – выйти на сходные показатели и по другим природным ресурсам.

До 2020 года на геологоразведку и воспроизводство минерально-сырьевой базы планируется израсходовать не менее 320 млрд рублей. Это очень значительные средства, мы рассчитываем на отдачу от этих денег, в том числе за счёт концентрации геологоразведки в действительно перспективных регионах, где шансы на открытие крупных и достаточно значимых месторождений наиболее высоки. Поиск ведётся преимущественно в районах традиционной добычи, хотя, конечно, могут быть и неожиданности, что называется.

Время лёгких, то есть дешёвых и доступных ресурсов во многом прошло, это очевидный факт, потому что разработка природных ресурсов ведётся в нашей стране уже столетия. В разработку вовлекаются запасы, которые всегда считались труднодоступными и малорентабельными, особенно с учётом той техники, которая использовалась, скажем, 100 или даже 50 лет назад. Поэтому капиталоёмкость и технологичность добывающих отраслей постоянно растут. В результате на поддержание достигнутых объёмов требуется всё больше усилий и всё больше затрат.

Безусловно, эти факторы должны учитываться. Для инвестиций в разведку и освоение труднодоступных запасов нужно создавать специальные условия. Серьёзные средства нужно также расходовать на экологическую и транспортную инфраструктуру, совершенствовать и систему налогового обложения, упрощать разрешительные и контрольные процедуры, с тем чтобы снизить затраты, которые несёт инвестор в период геологоразведки и на первых порах разработки этих месторождений.

Надо подумать, как работают существующие льготы, что у нас срабатывает, что не очень хорошо срабатывает и что необходимо для того, чтобы активизировать геолого-разведочные работы в новых регионах, стимулировать применение современных технологий и оборудования и сделать эту сферу более интересной не только для сверхкрупного бизнеса, но и для достаточно среднего по размеру бизнеса.

Надеюсь, что министр обо всём этом доложит и сделает конкретные предложения по дополнительным мерам стимулирования геолого-разведочной деятельности. И коллеги, может быть, включая приглашённых экспертов, тоже прокомментируют.

Ещё одна тема, которую я хотел бы обозначить в самом начале (она, с одной стороны, техническая, но с учётом того, какое внимание этому уделялось, и текущей ситуации с бюджетом она очень важная), – это распределение дотаций бюджетам субъектов Российской Федерации. Речь идёт о том, чтобы возместить часть дополнительных расходов регионов на повышение зарплат в бюджетной сфере (я несколько раз проводил на эту тему совещания, Минфин этим занимался очень подробно) и частично компенсировать сокращение доходной части региональных бюджетов из-за уменьшения поступлений от налога на прибыль, включая создание так называемой консолидированной группы налогоплательщиков, о чём также неоднократно говорили коллеги-губернаторы. Мы рассматривали эти вопросы и в мае, и в июне. Поручения были проработаны.

На повышение заработной платы региональным бюджетникам в федеральном бюджете было предусмотрено 120 млрд рублей. 100 млрд было распределено, когда мы утверждали бюджет. Сегодня мы распределим оставшиеся 20 млрд и ещё 50 млрд рублей, которые выделяются для этих целей дополнительно. Это значительные средства, надеюсь, они помогут регионам решить накопившиеся проблемы.

Давайте с этого и начнём. Я предлагаю сначала рассмотреть по повестке дня вопрос номер 12, точнее вопросы номер 11 и 12. Антон Германович (обращаясь к А.Силуанову), пожалуйста, доложите по двум этим вопросам.

А.Силуанов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! В федеральном бюджете на текущий год предусмотрены были средства на поддержку субъектов Российской Федерации, на поддержку решения вопроса о повышении заработной платы, сумма – 120 млрд рублей.

Мы в поправках в закон о бюджете, которые были приняты Государственной Думой и поддержаны Советом Федерации (закон уже вышел), дополнительно предусмотрели средства на реализацию указов Президента и поддержку сбалансированности бюджетов субъектов Российской Федерации в сумме 50 млрд рублей, а также предусмотрели дополнительные кредитные ресурсы из федерального бюджета бюджетам регионов в сумме 150 млрд рублей.

Мы подготовили предложения по распределению дополнительных сумм поддержки субъектам Российской Федерации, которые были рассмотрены на состоявшемся на этой неделе заседании трёхсторонней комиссии с участием депутатов Государственной Думы, а также членов Совета Федерации Федерального Собрания.

Предложения были сформулированы и представлены в Правительство Российской Федерации на рассмотрение, что мы и предлагаем сейчас обсудить.

Первое. Распределение дополнительных средств в сумме 20 млрд рублей на поддержку регионов для обеспечения выплат заработных плат работникам бюджетной сферы. Эти средства предлагается распределить по той же самой методике, которая применялась при распределении основной суммы – 100 млрд рублей, а также с учётом выполнения регионами «дорожных карт» по соответствующим отраслям бюджетной сферы.

Хотелось бы отметить, что практически все субъекты Российской Федерации выполнили обязательства по «дорожным картам». Ряд регионов, такие как Алтайский край, Астраханская область, Чукотская область, не выполнили обязательства по двум (по Чукотке – по трём) вопросам из 10 категорий повышения заработной платы работникам бюджетной сферы. Поэтому объём ассигнований при распределении сумм дополнительной финансовой помощи был уменьшен, соответственно, на 20% для Алтайской и Астраханской области, на 30% – для Чукотского автономного округа. То есть мы учли недовыполнение рядом субъектов Российской Федерации своих обязательств, взятых по «дорожным картам». С учётом этого и подготовлено распределение 20 млрд рублей, которое представляется на рассмотрение Правительства.

Вторая часть финансовой помощи – это 50 млрд рублей, которые распределены исходя из трёх направлений. Первое – это частичная компенсация снижений поступлений по налогу на прибыль в субъектах Российской Федерации в связи с реализацией закона о консолидированной группе налогоплательщиков (КГН). На эту цель предлагается направить 20 млрд рублей. При этом мы закрываем потери субъектов Российской Федерации, связанные с введением законодательства по КГН, за 2013 год полностью. И частично с учётом ранее предоставленной финансовой помощи направляются средства на потери регионов в 2012 году.

Из 50 млрд рублей 15 млрд рублей направляется на частичную компенсацию дополнительных расходов по повышению оплаты труда работникам бюджетной сферы, исходя из той же методики, которая была применена при распределении 120 млрд рублей, предусмотренных в бюджете. И 15 млрд рублей предлагается распределить субъектам Российской Федерации на обеспечение сбалансированности с учётом тех поручений, Дмитрий Анатольевич, которые Вы давали и которые давал Президент Российской Федерации.

Кроме того, хотелось бы обратиться, Дмитрий Анатольевич, к Вам и к членам Правительства с предложением. У нас были Ваши, Дмитрий Анатольевич, поручения об оказании поддержки Северной Осетии в отношении тех граждан, которые пострадали в результате террористического акта в Беслане. На это также было обращено внимание членами трёхсторонней комиссии, и от лица трёхсторонней комиссии хотел бы обратиться, Дмитрий Анатольевич, к Вам с тем, чтобы на следующем заседании Правительства рассмотреть вопрос о выделении дополнительных средств в сумме 327,7 млн рублей для полного выполнения обязательств по жилищному обустройству тех граждан, которые пострадали в Беслане в результате террористического акта. Мы готовы подготовить соответствующие решения и вынести это на рассмотрение Правительства на следующем заседании.

Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо, Антон Германович.

Вот такие предложения по распределению денежных средств. Мы с вами понимаем, почему я специально на этом акцентирую внимание. Мало того, что это довольно значительные деньги, их действительно ждут регионы. Есть ли какие-то соображения у членов Правительства? У нас здесь есть ещё несколько приглашённых руководителей субъектов Федерации – коллеги, пожалуйста, если есть желание что-то прокомментировать, пожалуйста. Прошу вас.

О.Кувшинников : Дмитрий Анатольевич, хотел бы выразить слова благодарности за ту поддержку, которая оказана регионам. Принимаемые на уровне Правительства Российской Федерации решения по оказанию дополнительной финансовой помощи субъектам Российской Федерации позволят нам в полном объёме выполнить указы Президента, выполнить все условия соглашения в рамках «дорожных карт», оптимизировать структуру государственного долга регионов и направить высвобождаемую экономию расходов на обслуживание государственного долга на выполнение социальных задач, стоящих перед нашими регионами.

Что касается Вологодской области, могу сказать, что бюджетный кредит на замещение рыночных обязательств мы получаем в сумме 6 млрд рублей. Дополнительную дотацию на поддержку мер по обеспечению сбалансированности бюджетов получаем в сумме 1,5 млрд рублей. Все эти ресурсы будут направлены на выполнение указов Президента и на строительство двух физкультурно-оздоровительных комплексов в вотчине Деда Мороза – Великом Устюге, на завершение строительства детских садов, тоже в соответствии с выделяемыми ресурсами, и завершение строительства комплекса областной детской больницы в городе Вологде.

Поэтому большое Вам спасибо за поддержку.

Д.Медведев: Спасибо.

Пожалуйста, есть ещё какие-то комментарии? Прошу вас.

А.Бочаров : Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Спасибо за поддержку, это очень важное для регионов решение. В нём учтены дополнительные средства на выполнение указов Президента, что очень важно, выпадающие доходы от предприятий, входящих в консолидированную группу налогоплательщиков, и дополнительное выделение бюджетных кредитов. Ещё раз большое спасибо. Принятое решение нам дало дополнительную возможность уменьшить долговую нагрузку на бюджеты, а высвободившие средства направить на выполнение социальных обязательств и других расходных обязательств, которые существуют у субъектов Российской Федерации. Ещё раз большое спасибо за поддержку и понимание. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Андрей Иванович. Есть какие-то ещё комментарии у членов Правительства?

Хорошо, тогда предлагаю проголосовать по вопросам, которые у нас стоят в повестке дня под номерами 11 и 12, о распределении дотаций бюджетам на соответствующие нужды. Договорились. Поддерживается.

Теперь переходим к самому ценному, что у нас есть, помимо людей, – это минерально-сырьевая база Российской Федерации. Пожалуйста, Сергей Ефимович (обращаясь к С.Донскому).

С.Донской: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Вы уже сказали о ключевой роли минерально-сырьевого комплекса в развитии экономики нашей страны, также было сказано о лидирующих позициях в мире в этой сфере. Однако необходимо признать, что в долгосрочной перспективе эта позиция не остаётся неизменной на фоне иных стран (это видно на слайде, я сейчас не буду комментировать), поэтому долгосрочное планирование в этой сфере является одной из наиболее приоритетных задач. К документам, определяющим цели, задачи и целевые показатели развития геологической отрасли на 10–30 лет вперёд, относятся стратегия геоотрасли, а также госпрограмма, которая была недавно принята, по воспроизводству и использованию природных ресурсов. Из этих документов видно, что по основным видам полезных ископаемых предусматривается на период 10–30 лет 100-процентная компенсация запасами.

Также принятие стратегических документов позволило значительно нарастить объём инвестиций в геологоразведку. Дмитрий Анатольевич, Вы уже сказали, что в прошлом году объёмы государственных инвестиций составили свыше 32 млрд рублей, а за весь срок реализации госпрограммы государство вложит в геологоразведку около 329 млрд рублей. Также увеличились инвестиции и из внебюджетных источников. В прошлом году они составили около 240 млрд рублей. Это, без сомнения, закрывает наши текущие потребности, но следует иметь в виду, что наши недропользователи отправляют на воспроизводство запасов значительно меньшую долю выручки от разработки месторождений, чем их зарубежные коллеги, что в долгосрочной перспективе создаёт риски, на которых я остановлюсь позднее.

Кратко также охарактеризую результаты работы отрасли за последние пять лет. Начнём с углеводородов. В этот период геологическая отрасль обеспечивала стабильное превышение разведанных запасов над объёмами их добычи. Доля разведанных в России запасов нефти и газа наряду с приростами Северной Америки и Азии обеспечивала значительную часть мирового прироста запасов углеводородного сырья. Рост инвестиций в отрасль привёл к открытию в России за предыдущую пятилетку более 250 месторождений нефти и газа. Среди них такие уникальные месторождения, как нефтяное месторождение с символическим названием Великое, газовое месторождение Южно-Киринское. Сделан ещё ряд крупных открытий. Таким образом, за последние пять лет в России отмечается расширенное воспроизводство запасов углеводородного сырья с коэффициентами 1,4 по нефти, 1,5 по природному газу.

Открытия месторождений также напрямую связаны с объёмами геологоразведочных работ. Например, объёмы поисково-разведочного бурения выросли по сравнению с 2009 годом и составляют более 1 млн погонных метров в год, это примерно на уровне объёмов геологоразведочного бурения в странах Азиатско-Тихоокеанского региона и значительно выше объёмов поисково-разведочного бурения в Европе и Северной Америке.

По мнению министерства, в целом объёмы ГРР значительные, но недостаточные на долгосрочную перспективу. На мерах, которые позволили бы значительно увеличить их объёмы, я остановлюсь дальше.

В сфере твёрдых полезных ископаемых за пять лет достигнуто также расширенное и простое воспроизводство по ключевым видам твёрдых полезных ископаемых. Так, например, прирост запасов по рудному золоту особенно важен, поскольку по объёму этой добычи недавно Россия вышла на третье место в мире после Китая и Австралии, опередив США, – это впервые за 25 лет. За этот период было разведано более 270 месторождений твёрдых полезных ископаемых. Однако при этом следует отметить, что Россия не входит в число лидеров по объёмам инвестиций, вкладываемых в геологоразведку твёрдых полезных ископаемых. Это, по нашему мнению, имеет негативные последствия, в том числе и с точки зрения социально-экономического развития регионов.

Чем же обусловлены те негативные тенденции, которые мы наблюдаем с точки зрения наших долгосрочных планов? Мы выделили целый ряд рисков, в частности разделили их на макроэкономические и отраслевые риски регулирования. Наиболее, на наш взгляд, значимая проблема в сфере воспроизводства запасов углеводородов – это постепенное сокращение так называемого поискового задела тех участков, которые обладают перспективами новых открытий. Несмотря на то что за последние восемь лет мы устойчиво разведываем запасы нефти и газа больше, чем добываем, если мы посмотрим структуру этого прироста, мы увидим, что основная часть (это около 80%) приходится не на новые открытия, а на доразведку уже разрабатываемых месторождений, обустроенных и привязанных к инфраструктуре.

Конечно, это тоже важная часть воспроизводства запасов и ключевая составляющая удовлетворения потребностей сегодняшнего дня, но без новых открытий невозможно в полной мере на долгосрочную перспективу заместить неизбежное истощение тех 10% крупных и уникальных месторождений, которые дают нам 85% добычи нефти и газа.

Основная причина того, что компании не заинтересованы заниматься масштабными поисками новых месторождений полезных ископаемых, – это отсутствие в законодательстве, на наш взгляд, экономических механизмов, целевым образом стимулирующих геологоразведочные работы. Если проанализировать систему налогообложения ряда стран, мы увидим два основных отличия от российской налоговой системы для ГРР. Первым является то, что налогообложение добычи нефти и газа в зарубежных странах базируется на прибыли. Об этом мы не раз уже слышали от Минэнерго в развитие темы налога на дополнительный доход. Второе отличие – это наличие специальных целевых механизмов стимулирования ГРР.

Выходом, на наш взгляд, могло бы стать внедрение системы вычетов расходов на геолого-разведочные работы из НДПИ, подлежащего уплате компаниями в бюджет. Аналог в законодательстве уже есть – это вычеты из НДПИ по углю расходов, понесённых недропользователями, на обеспечение промышленной безопасности в шахтах.

Минприроды в соответствии с поручением Правительства и комиссии по ТЭК проведены все необходимые расчёты. По нашим данным, введение такого механизма позволит получить прирост запасов нефти за 10 лет от 2 до 3 млрд т, в том числе за счёт новых открытий, а также обеспечить дополнительную добычу от 360 до 605 млн т нефти в год.

К сожалению, мы упираемся в позицию Минфина (так часто бывает). Дмитрий Анатольевич, мы дали соответствующие предложения в проект протокольного решения, готовы поработать с Минфином, Минэкономразвития, чтобы доложить конкретные параметры такого механизма уже осенью этого года.

Государство тоже не остаётся в стороне от задачи максимальным образом способствовать исполнению поискового задела. Как известно, порядка 50% государственных вложений в геологоразведку приходится на геологоразведочные работы на нефть и газ. До недавнего времени эти средства более или менее распределялись по всей территории страны, но в настоящий момент во исполнение решений Президентской комиссии по ТЭК эти средства нами сконцентрированы на проведении работ в пяти зонах, выделенных нашими отраслевыми институтами как наиболее перспективные на новые открытия. По нашим оценкам, мы можем прирастить в этих зонах порядка 2 млрд т условного топлива категории C1 и C2 в течение последующих 15 лет. Также в соответствии с Вашим поручением мы концентрируем до 40% расходов по твёрдым полезным ископаемым на территориях Дальнего Востока и Забайкалья.

Ещё один резерв новых открытий – это российский континентальный шельф, один из самых труднодоступных в мире, но и один из самых богатых. В соответствии с решениями, принятыми в прошлом году в Новом Уренгое, количество выданных лицензий на шельфе увеличилось в три раза. Отлицензировано 25% от всей площади российского шельфа (почти 1,6 млн кв. км), лицензионными обязательствами предусмотрены колоссальные объёмы геологоразведочных работ до 2023 года. Недропользователи должны сделать будут 220 тыс. погонных км сейсмики 2D, 38 тыс. кв. км сейсмики 3D, пробурить 127 морских скважин. Это серьёзная задача, но её реализация позволит кратно повысить изученность российского шельфа, открыть новые уникальные крупные месторождения нефти и газа и даже нефтегазоносные провинции, сопоставимые с Саудовской Аравией.

Стимулирование новых открытий на суше и на шельфе – это задача на перспективу. Это завтра, о котором надо думать уже сегодня, и важнейшим источником удовлетворения текущих потребностей в углеводородном сырье является освоение трудноизвлекаемых, нетрадиционных запасов нефти помимо дополнительного источника сырья в районах традиционной нефтегазодобычи. Это ещё мощный резерв для инновационного развития отрасли и появления новых технологий рентабельной разработки таких запасов.

Сейчас идёт работа в регионах по формированию полигонов для отработки технологий. Выработанные на таких площадках технологии могут с успехом масштабироваться на территорию всей страны. Важным элементом успеха могла бы стать государственная программа научных изысканий в этой области, мы также сформулировали соответствующие предложения в протокол.

Что касается проблем минерально-сырьевой базы твёрдых полезных ископаемых, то решение этой задачи лежит прежде всего в области концентрации усилий по перспективным направлениям совершенствования законодательства об участках недр федерального значения, а также активного использования государственно-частных механизмов для повышения инфраструктурной обеспеченности реализации минерально-сырьевых проектов. В этой связи важной мерой стал запуск с этого года заявительного принципа предоставления участков для геологоразведки.

Основные меры по снижению регулятивных рисков лежат в сфере совершенствования отраслевого законодательства и подзаконной базы. Мы представили их на слайде, я все их перечислять не буду.

Перейду к контрольно-надзорной деятельности. По состоянию на 1 января 2014 года действует около 49 тыс. лицензий. Ежегодно проверяется выполнение лицензий на право пользования недрами порядка 20% от общего числа, в прошлом году проверено 5470 недропользователей.

Следует отметить, что принимаемые меры по геологическому контролю в целом способствуют снижению количества нарушений, также снижается и количество лицензий, право пользования по которым прекращено досрочно. Мы провели анализ причин, по которым недропользователи допускают нарушения, и установили, что они обусловлены как объективными, так и субъективными факторами.

Министерством выработаны предложения по подходам, которыми следует руководствоваться при принятии решений о досрочном прекращении прав пользования недрами. Если нарушения допущены по объективным причинам (речь идёт об отсутствии транспортной, энергетической инфраструктуры, изменяющейся конъюнктуре на рынках сырья), лицензию предлагается актуализировать, то есть внести изменения, зафиксировать основные виды и сроки работ, а также уровни добычи полезных ископаемых не в лицензии, а в проектной документации.

В случае нарушений по субъективным причинам (недостаточное финансирование, техническое обеспечение пользования недрами, отсутствие проектной документации, низкое качество работ) необходимо применять меры экономического воздействия. К таким мерам могут относиться повышение ставок платежей за пользование недрами или приостановка действия предоставленных налоговых льгот. Если этих мер окажется недостаточно, то лицензию предлагается изымать. В будущем изъятие лицензии может являться крайней мерой, применяться только по ограниченному набору оснований.

Важным результатом принятия геологической стратегии является также создание стратегического ООО «Росгеология», объединяющего потенциал 37 государственных организаций, расположенных во всех уголках страны. Скоро компания должна будет докапитализироваться за счёт 10 государственных институтов, и в перспективе «Росгеология» должна занять роль института развития геологической отрасли.

Нами также сформулированы предложения в протокол сегодняшнего заседания, они представлены на слайде. Благодарю за внимание.

Д.Медведев: Спасибо, Сергей Ефимович.

Чем отличается Министр природных ресурсов от всех других министров? Он говорит «до?быча», в отличие от всех остальных, и это его характеризует как человека, близкого отрасли.

Пожалуйста, Андрей Владимирович Варичев, генеральный директор «Металлоинвеста», прошу вас выступить с сообщением.

А.Варичев (генеральный директор ООО «УК “Металлоинвест”»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые члены Правительства!

Спасибо за предоставленное слово. Мы благодарим также и Открытое правительство за такую возможность выступить сегодня перед вами. Безусловно, планомерная, последовательная работа, проводимая Правительством по принятию мер долгосрочного стимулирования геологоразведочных работ, изучению минерально-сырьевой базы находится сейчас в очень хорошем таком статусе и темпе принятия таких решений.

При этом, безусловно, целевые программы, механизмы экономического стимулирования, такие как льготы по НДПИ, налогу на прибыль для разработки месторождений на Дальнем Востоке и рассмотрение вопроса переноса разового платежа на более поздние сроки по мере освоения месторождений, безусловно, являются существенной мерой совершенствования системы управления геологоразведкой.

Одновременно с этим мы хотели бы обратить ваше внимание, что привлечение частных инвестиций в геологоразведку невозможно без стимулирования недропользования в целом. Расширение и углубление горизонта государственного заказа на востребованность полезных ископаемых, безусловно, должно дать, на наш взгляд, импульс самостоятельному развитию геологоразведки как отдельной подотрасли, как отдельному бизнесу. И, безусловно, должна быть не только возможность геологоразведки, но и в последующем по мере обнаружения проявлений полезных ископаемых подача обращения и возможность получения лицензий на разработку на льготных условиях для геологоразведчиков и недропользователей в целом.

Существует, конечно, и ряд проблем, которые хотелось бы осветить, и дать видение индустриального сообщества. Мы поддерживаем те меры, которые принимаются по экономическому стимулированию, но в основном ведь эти меры направлены… Вы слышали сегодня в докладе Сергея Ефимовича (Донского), что они направлены в основном на нефтегазовую отрасль. Хотелось бы в пункт четвёртый предложений по результатам совещания внести дополнение, с тем чтобы акцент был и на твёрдые полезные ископаемые. Ведь в нашей отрасли, а я представляю горнодобывающую отрасль, заняты сотни тысяч людей, сотни тысяч трудящихся, а если взять ещё и мультипликативный эффект на тех, кто производит оборудование, на бюджетную сферу, потому что все города небольшие (это 50, максимум 100 тыс.), то это миллионы, миллионы задействованы в нашей индустрии.

В общем-то, за те годы, которые наша индустрия развивалась… Посмотрите: Михайловский ГОК, Лебединский ГОК увеличили объёмы производства до полутора-двух раз. Каждый год мы вводим новую технику – это высокооплачиваемый, высококачественный труд.

Далее хотелось бы упомянуть такой вопрос, как технико-технологическое оснащение геолого-разведочных работ. Мы сталкиваемся, как было сказано выше, и Вы обратили внимание, Дмитрий Анатольевич, с тем, что отработка месторождений, которые легко взять, практически закончена. Мы уходим ниже, вглубь, мы уходим ниже горизонта. Для открытых горных разработок – 400–450 м. Мы сталкиваемся с падением качества, мы сталкиваемся с более тяжёлой обогатимостью руд. Хотелось бы предложить на рассмотрение такую идею: может быть, стоит сформировать список оборудования (чаще всего это будет, безусловно, импортное оборудование), которое не будет облагаться НДС и импортными пошлинами на какой-то долгосрочной основе, тогда будет возможно применение наилучших доступных технологий мировой практики для разработки таких месторождений. Мы получим, с одной стороны, комплексную отработку таковых, с другой стороны, мы не задействуем ту ресурсную базу, которая может пригодиться и будущим поколениям тоже. Плюс к этому мы зададим образец аналога, по достижению которого отечественные производители машиностроительного сектора, безусловно, по мере достижения подобных показателей, подобного качества и мощности, что очень часто… Приведу пример, что такие мельницы диаметром 12–14 м отечественной промышленностью просто не выпускаются, а это производительность, это ряд других показателей, в том числе и по извлечению, далее по всем переделам, которых нашей индустрии отечественной машиностроительной ещё нужно достигать.

Мы, безусловно, считаем, что необходимо соблюдать баланс интересов как потребителей, так и производителей оборудования, но всё-таки этот баланс должен быть долгосрочной системой планирования взглядов.

Хотелось бы обратиться с просьбой рассмотреть возможность распространить льготы 267-го федерального закона не только на территорию Дальневосточного федерального округа, но и на разработку месторождений на всей территории Российской Федерации, которые отличаются невысоким качеством, низкой рентабельностью и сложной обогатимостью, что влечёт за собой следом высокую себестоимость продукции. Когда мы считаем баланс эффективного и неэффективного вовлечения с учётом высокой волатильности цен, причём это относится ко всем видам твёрдых полезных ископаемых, это становится крайне актуальным.

Считаем также необходимым, если это возможно, обратить внимание на отдельные пункты положений 57-го федерального закона в части увеличения возможности присутствия иностранных инвесторов, (безусловно, через рассмотрение на правительственной комиссии) с 25 до 49%. Ведь большие, крупные месторождения должны отрабатываться с финансированием по принципу проектного финансирования, а проектное финансирование – это всегда сложное структурирование корпоративной конструкции и финансовых обязательств. Там не только существует система залогов будущей продукции, залогов поставляемого оборудования, но и необходимость вовлечения в корпоративное управление инвесторов.

Условия пользования недрами федерального значения должны быть обязательством двух сторон – и недропользователя, и государства. В таких стратегических разработках больших, крупных месторождений хотелось бы просить обратить внимание на возможность обязательства со стороны государства поддержки организации, финансирования строительства или обязательства обеспечения инфраструктуры, как транспортной, так и энергетической, потому что всю социальную инфраструктуру в результате инвестор берёт на себя. Плюс отсутствие таковой инфраструктуры очень часто накладывает существенные ограничения на технологические возможности освоения месторождений.

Отдельное внимание, на наш взгляд, следует обратить на труднодоступные и слаборазведанные участки недр, а также отработанные полностью либо частично месторождения, исходя из, так скажем, исторически существовавших в прошлом технологий. Ограничение доступа к информационной базе по стратегическим месторождениям создаёт невозможность их отработки в принципе, хотя с учётом падения содержания полезного извлекаемого элемента это могло бы быть возможным для тех месторождений, которые не являются принципиально стратегически важными.

Хотелось бы отметить, что предлагаемые меры должны отражать баланс интересов государства и недропользователей и основываться на экономических расчётах, моделях и взаимной ответственности по исполнению этих обязательств.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Пожалуйста, кто хотел бы прокомментировать что-либо по выступлению?

Давайте с Министерства энергетики начнём.

А.Новак: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич.

Хотел бы поддержать Министра природных ресурсов по тем мерам, которые предлагаются в качестве стимулирования геолого-разведочных работ, и, в частности, остановиться на налоге на финансовый результат, о котором мы давно говорим и о котором говорят все нефтегазовые компании, все отрасли, но при этом мы пока никаких конкретных шагов в этом направлении не делаем. Хочу просто ещё раз обосновать, почему это нужно делать.

В представленной презентации показано, что наши компании имеют соотношение количества запасов к объёму добычи примерно на 20 лет вперёд – это самый высокий показатель. В то же время в таких компаниях, как Statoil, такое соотношение составляет 8 лет, Chevron, ВР – там порядка от 13–14 лет, но при этом капитализация одного барелля этих запасов у таких компаний, несмотря на меньший объём запасов по количеству лет, выше примерно в 10 раз. То есть это 19 долларов в Норвегии на баррель и 2,2 доллара всего в России.

И здесь, на наш взгляд, это в том числе связано с существующей системой налогообложения в области поиска, разведки, добычи нефти в России, которая не создаёт стимулов к вложениям в геологоразведочные работы.

При этом в тех странах, которые я перечислил – Норвегия, Великобритания, – при системе, основанной на налогообложении прибыли, снижаются риски недропользователя при проведении геологоразведочных работ. Фактически в Норвегии риски составляют 22% от вложений в геологоразведочные работы, а в России – 80%. При нашей системе налогообложения от выручки... Наша система налогообложения создаёт стимулы только вырабатывать и отрабатывать самые лучшие запасы. А всё, что касается увеличения коэффициента извлечения нефти, выработки месторождений, не создаёт стимула. Мы могли бы даже на действующих месторождениях уже увеличить объёмы добычи, и это создавало бы стимулы для геологоразведочных работ.

Поэтому, Дмитрий Анатольевич, наше предложение – Вы рассматривали на совещаниях и поддерживали начиная с 2015 года – сделать пилотные проекты, на которых отработать администрирование соответствующего налогообложения. Мы понимаем, что сложно сейчас перевести в целом систему, это, наверное, не в ближайшей перспективе, но для того, чтобы об этом хотя бы подумать и сказать, эффективно это будет и целесообразно, с 2015 года нужно это сделать, на наш взгляд, и поручить Минфину подготовить изменения в законодательство налоговое, которые на осенней сессии в Госдуме рассмотреть.

Д.Медведев: Спасибо.

Антон Германович, пожалуйста.

А.Силуанов: Хотел бы тоже обратиться к коллегам-министрам. Действительно, у нас нефтяная отрасль даёт наибольший объём доходов. Здесь нужно найти баланс между стимулированием (стимулировать, безусловно, надо), но в то же время и теми предложениями по льготным режимам, которые предлагается сейчас предоставить.

Какие у нас соображения? Мы из бюджета финансируем геологоразведочную деятельность в размере порядка 35 млрд рублей. При этом основную долю финансирования геологоразведки, конечно, берут на себя недропользователи. Общий объём затрат, по данным министерства, – это 305 млрд рублей.

Поэтому предложение о том, чтобы учитывать затраты на геологоразведочные работы и вычитать эти суммы из НДПИ, приведёт просто к дополнительным потерям бюджета на 65 млрд рублей, с одной стороны. С другой стороны, у нас же есть меры, учитывающие эти затраты при налогообложении прибыли. Затраты на геологоразведочную работу учитываются при расчёте налога на прибыль.

Это первое соображение.

Второе. У нас сейчас принят целый ряд решений о льготном порядке налогообложения открываемых новых месторождений, особенно на Дальнем Востоке. Введены льготы при добыче нефтегазоконденсата на шельфе, на новых месторождениях при добыче трудноизвлекаемых запасов нефти и так далее. То есть создан механизм, который стимулирует наших нефтяников вкладывать ресурсы в разведку новых месторождений.

Что предлагается? По сути дела, если мы будем давать вычет из НДПИ, то это дополнительные прямые бюджетные расходы. К 35 млрд рублей добавится ещё 65.

Поэтому, на наш взгляд, здесь нужно создавать условия для стимулирования (которые уже, собственно, у нас решены во многом) вложения средств в разработку месторождений, в том числе в рамках льготного последующего налогообложения добычи при этих месторождениях.

Следующий вопрос хотелось бы тоже обсудить. Коллеги предлагали снижать импортные пошлины на ввозимое оборудование. На наш взгляд, это целесообразно рассмотреть, поскольку мы всегда руководствуемся принципом, что если не производится такое технологическое оборудование в России, то имеет смысл рассматривать меры по льготным импортным пошлинам.

Что касается вопроса о введении НДД, то мы неоднократно рассматривали его. Есть здесь риски того, что на первых этапах, действительно, будет очень льготная конструкция для недропользователей, для предприятий, применяющих эту схему. Все затраты, которые будут отнесены на первый этап, будут снижать финансовые поступления в бюджет, а потом, поскольку это длительный процесс, есть риски того, что эти затраты, которые уменьшили нам налогооблагаемую базу, просто не восстановятся. Вот наша позиция. Поэтому мы всегда очень аккуратно и очень настороженно относились к тому, чтобы вводить новации в налогообложение нефтяной отрасли.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Два слова в завершение. Министр и потом Аркадий Владимирович (Дворкович).

Пожалуйста.

С.Донской: Дмитрий Анатольевич, я хотел бы подчеркнуть, что речь идёт не о разработке месторождений. Потому что в основном и коллеги из Минэнерго, и Минфина говорили о том, что сегодняшние льготы направлены в первую очередь на стимулирование разработки месторождений как трудно извлекаемых, так и на новых территориях. Мы хотим всё-таки, чтобы речь шла о целевых льготах для геологоразведки. Это другой вид бизнеса, он более рискованный, скажем, и более долгосрочный, здесь требуется целевая поддержка, поэтому мы и исходим из того, чтобы нам дали отработать с Минфином предложения.

Каким образом можем? С одной стороны, целевым образом стимулировать геологоразведку, с другой стороны, минимизировать те потери, о которых говорил Антон Германович. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Пожалуйста, Аркадий Владимирович.

А.Дворкович: Первое. Что касается налогообложения, я поддерживаю необходимость целевого вычета для геологоразведки из НДПИ. Все возможности для рассмотрения этого вопроса с Минфином есть. Такое решение принималось на правительственной комиссии по ТЭКу. Минфин действительно против, и теперь уже это решение можно принимать только как, по сути, политическое. Если Правительство поддержит позицию отраслевых ведомств, значит, его нужно принимать, если поддержит позицию Минфина, значит, нет, и тогда мы остаёмся в прежней системе координат. Все расчёты для этого решения уже готовы, и можно было бы на отдельном совещании эту тему рассмотреть.

Что касается налога на добавленный доход (НДД), эта тема действительно поднималась не раз, в последний раз – на президентской комиссии по ТЭКу в Астрахани. Президент сказал о тех рисках, которые связаны с администрированием этого налога. В принципе это не исключает возможности проведения пилотов. Другое дело, что нельзя рассматривать это как панацею, какой-то рецепт для спасения ситуации, поскольку пилотный проект потребует нескольких лет. Пока не пройдёт примерно 10 лет, не будет понятно, возможно администрировать нормально этот налог или невозможно. Иначе это не будет реальным пилотом, а будет просто демонстрацией возможности написать нормативный правовой акт.

Д.Медведев: Так я не понял, вы за эти пилоты или против?

А.Дворкович: Я не возражаю против пилотов, просто чтобы, действительно, попробовать, но это работа на будущее, на будущее поколение скорее, а не на текущую ситуацию. А провести один-два пилота, действительно, можно, чтобы проанализировать все риски в течение последующих нескольких лет.

Что касается других мер, то они отчасти отражены в предложениях Минприроды, отчасти не отражены. Причём все отражённые предложения уже рассматривались, и по всем есть поручения, по всем – с просроченными сроками исполнения. Их нужно просто выполнить. Это касается и упрощения порядка предоставления лицензий для геологоразведки, и снижения административных барьеров, и определения предельных размеров участков недр, предоставляемых для геологоразведки, и утверждения стратегии «Росгеологии» в установленном порядке, с прохождением всех экспертных процедур.

Д.Медведев: А кто отвечает за их исполнение?

А.Дворкович: Минприроды отвечает за это. Я не снимаю с себя ответственности как бывший куратор этого направления, тем не менее Минприроды...

Д.Медведев: Призываю Хлопонина Александра Геннадиевича обратить на это пристальное внимание.

А.Дворкович: Александр Геннадиевич знает об этом, обо всех этих темах. Эту проблему надо решать.

Д.Медведев: Понятно.

А.Дворкович: Эти поручения просто нужно исполнить. Это, действительно, может дать серьёзный толчок развитию минерально-сырьевой базы.

Д.Медведев: Спасибо, Аркадий Владимирович. Я, честно говоря, и подзабыл, что вы больше не занимаетесь этим вопросом. А Александр Геннадиевич что думает?

А.Хлопонин: Я хотел бы добавить ко всему сказанному. Мы как-то упускаем ещё один важный аспект, который связан с «Росгеологией» – структурой, которую мы создали, которая должна активно участвовать на рынке геологоразведки.

Сегодня в России сложился перекос, при котором, скажем, мы предоставляем участки недр фактически бесплатно, по минимальной цене, а дальше геологоразведкой занимаются фактически три крупнейшие западные компании на этом рынке, с современными технологиями, вообще неконкурентными на этой территории. Вместо того чтобы перевернуть эту картинку и, наоборот, нам самим разрабатывать месторождения, собственно, выставлять их уже по нормальной, качественной цене и развивать наши технологии с учётом импортозамещения и так далее...

Дмитрий Анатольевич, в сегодняшнем протоколе есть соответствующее поручение. Мы в обязательном порядке доведём до конца и дадим Вам предложения в сроки, которые здесь указаны.

Что касается замечаний Аркадия Владимировича. Мы с ним находимся в контакте. Мы проанализируем все поручения, и они все будут выполнены в срок.

Д.Медведев: Хорошо. Тема действительно важная. Даже в выступлении Министра финансов было специально подчеркнуто, что от того, как будут поступать доходы от развития минерально-сырьевой базы, от продаж товаров, которые вырабатываются в этой сфере, естественно, будет зависеть и наполнение бюджета. А вот дальше начинаются расхождения, поэтому я хотел бы обратить внимание и на позицию экспертного сообщества.

Мы действительно должны думать не только о нефти и газе (мы действительно об этом много говорим), но и про другие полезные ископаемые, включая, естественно, твёрдые, все упоминавшиеся. Надо посмотреть на возможные льготы, которые предлагаются, включая льготы по ввозу оборудования. Но здесь справедливо сами эксперты и другие, кто занимается отраслью, обращают внимание, что нам нужно оценить, что всё-таки для нас сейчас важнее по отдельным видам оборудования: стараться заниматься выпуском собственного оборудования в режиме импортозамещения или всё-таки ввозить его, если мы понимаем, что перспектив, допустим, в том или ином сегменте у нас немного. Это уже вопрос конкретной оценки, но в принципе такого рода льготы могут применяться, включая полное освобождение. Надо это ещё раз взвесить.

Целый ряд других предложений, включая возможности иностранного инвестирования, тоже предлагаю проработать, имея в виду увеличение доли инвесторов, все плюсы и минусы такого рода подходов. Во всяком случае нужно понять, в каком режиме это осуществляется, особенно когда за иностранным инвестором скрывается российский капитал.

Хотел бы также согласиться с тем, что мы должны рассматривать этот вопрос именно в формате не поддержки добычи тех или иных видов полезных ископаемых, включая трудноизвлекаемые, а именно льгот для геологоразведочных работ, и на это, собственно, и было нацелено выступление. Вот такого рода поддержка у нас, на мой взгляд, недостаточная, поэтому, когда идёт рассуждение о том, что мы здесь уже всё сделали, по геологоразведке это точно пока не работает. Это медицинский факт, что называется, и здесь нужно придумать и внедрить систему стимулирования.

Что касается ранее дававшихся поручений, то я согласен с тем, что было сказано. Они, конечно, должны быть исполнены, это обязанность самого профильного министерства и никого другого. Обращаю ваше внимание на это, потому что вопрос не сводится только к льготам, которые предоставлены или которые, допустим, блокирует Минфин, а надо выполнять и то, что было поручено до этого.

По поводу пилотов. У меня тоже нет возражений. Давайте попробуем подготовить предложения о такого рода пилотных регионах, где использовать соответствующую систему налогообложения.

Вот, наверное, всё, что хотел бы отметить. Прошу это учесть в проекте протокольного решения.

Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 10 июля 2014 > № 1119739

Среди всех держателей платежных карт системы MasterCard, самыми отчаянными мотами при посещении Дубая являются жители Лондона.

Компания MasterCard анализирует статистические данные о предпочтениях держателей обслуживаемых ею банковских карт, в том числе и о любимых ими направлениях поездок и осуществляемых на отдыхе тратах.

Ежегодно лондонцы, пользующиеся платежными банковскими картами системы MasterCard, оставляют в Дубае почти 1,3 миллиарда долларов США. В год Дубай прибывают по делам или на отдых около 1 миллиона жителей британской столицы. Вторую по численности группу туристов составляют жители Саудовской Аравии – в этом году в Дубай из этой страны приедет почти полмиллиона туристов, которые потратят около $359 миллионов. Не сильно отстанут от них жители Кувейта – 430 тысяч и 339 миллионов долларов. Граждане Франции также любят ездить в Дубай, их ожидается чуть больше 400 тысяч, а их совокупные траты составят около 322 миллионов долларов.

Экономические возможности Беларуси как члена Евразийского экономического союза (ЕАЭС) представлены в ходе встречи белорусского посла в Арабской Республике Египет, постоянного полномочного представителя страны в Лиге арабских государств (ЛАГ) Сергея Рачкова с заместителем генерального секретаря ЛАГ по экономическим вопросам Мухаммедом аль-Таваджири.

Как сообщает пресс-служба МИД Беларуси, на встрече обсуждены состояние и перспективы развития торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества между Республикой Беларусь и арабскими странами. Рассмотрены направления взаимодействия Беларуси и ЛАГ в рамках расширения сотрудничества экономических интеграционных объединений, участниками которых являются Беларусь и арабские страны.

В 2013 году товарооборот между Беларусью и арабскими странами составил 393,11 млн. долларов, белорусский экспорт достиг 230,88 млн. долларов, импорт — 162,23 млн. долларов. В группу 10 ведущих торговых партнеров Беларуси в 2013 году, сообщает пресс-служба МИД, вошли Саудовская Аравия, Судан, Египет, ОАЭ, Марокко, Ливан, Тунис, Алжир и Иордания. Основными статьями белорусского экспорта являются тракторы, грузовики, шины, металлоизделия, удобрения, нефтехимическая продукция, станки. Основные статьи импорта из арабских стран включают фосфаты, нефтепродукты, автомобили, изделия из хлопка, медикаменты, фрукты.

Андрей Середа

Saudi Aramco близка к завершению сделки стоимостью 1,95 млрд долл США, которая сделает её крупнейшим акционером южнокорейской перерабатывающей компании S-Oil.

Aramco Overseas (AOC), которая принадлежит Aramco, на днях объявила, что договорилась о покупке у южнокорейской Hanjin Energy, входящая в Hanjin Group, 28,4% акций S-Oil. Будет продано 32 млн акций S-Oil. В результате этой сделки доля Aramco в компании вырастет до 63,4%. «Эта сделка свидетельствует о вере Saudi Aramco в корейскую экономику, о продвижении стратегии компании по наращиванию присутствия на азиатских рынках и о заинтересованности AOC в росте S-Oil» - сказал представитель саудовской компании.

Прибыль S-Oil в I квартале составила 25 млрд вон. Главный офис компании находится в Сеуле, и 60% её продукции ориентировано на зарубежные рынки. Соглашение должны утвердить регулирующие органы Южной Кореи, говорится в заявлении компании. Ожидается, что сделка будет завершена к середине августа.

Aramco заявила, что планирует в течение ближайших 10 лет инвестировать 100 млрд долл США в переработку и сбыт, включая распределение, маркетинг и вторичную переработку. В управлении Aramco находится 260,2 млрд барр традиционных запасов нефти, и на долю компании приходится примерно одна восьмая глобальной нефтедобычи. Выручка Aramco превышает 1 млрд долл США в день, что делает её одной из крупнейших компаний мира и 2-й крупнейшей в мире частной компанией после Китайской национальной нефтегазовой корпорации CNPC. Она занимает шестое место в мире по объёмам переработки, а её перерабатывающие мощности составляют 4,9 млн барр в день.

Мощность переработки S-Oil составляет 669 тыс барр в день. Hanjin Group стремится продавать активы в попытке улучшить финансовое состояние. «Такое решение было принято в рамках усилий по привлечению капитала, предпринимаемых группой» - говорится в заявлении Hanjin Group. Южнокорейское управление по финансовому надзору в ноябре 2013 г направило Hanjin Group официальное требование продать активы, чтобы уменьшить долги компании.

Hanjin Shipping Company, входящая в группу, объявила, что намерена привлечь 2 трлн вон, продав часть активов, включая морские суда и портовые терминалы. В 2013 г инвестиционный фонд Hahn & Co купил у Hanjin Shipping 36 судов на сумму 300 млрд вон.

В случае нового кризиса надеяться на свободные добывающие мощности не стоит

По мнению руководителей нефтяной отрасли и аналитиков, свободных добывающих мощностей во всём мире едва хватит, чтобы обеспечить спрос в случае ещё одного сбоя, пишет Reuters.

Кризис в Ираке разразился на фоне почти полной потери поставок из Ливии, западных санкций в отношении Ирана и конфликта в Сирии. В результате до рынка не доходят почти 3 млн баррелей нефти в день, что превышает 3% мирового спроса. Увеличение поставок из Саудовской Аравии и американский сланцевый бум помогают заткнуть брешь, но ещё один кризис усилит зависимость от саудовцев, которые единственные имеют значительные свободные мощности.

По последним оценкам Международного энергетического агентства (МЭА), суммарный объём свободных добывающих мощностей, имеющийся в мире, составляет 3,3 млн баррелей в день. Ирак добывает 3,3 млн баррелей в день и экспортирует около 2,5 млн с южных терминалов в окрестностях Басры, на работе которых пока не отразились действия джихадистов.

- Если нам предстоит ещё один серьёзный сбой, это станет настоящим испытанием для резервных скважин, - сказал нефтяной аналитик швейцарской консалтинговой компании Petromatrix. - Скорее всего, ответом станет использование стратегических резервов, а не свободных добывающих мощностей.

Стратегические нефтяные резервы, которые создаются во всех промышленно развитых странах через их членство в МЭА, являются последней надеждой потребителей энергоресурсов в случае перебоев с поставками. Стратегические резервы в прошлый раз вскрывали в 2011 году во время ливийского конфликта. Китай, второй крупнейший в мире потребитель нефти после США, не является членом МЭА, но тоже создал резервы.

Из 3,3 млн баррелей в день свободных мощностей, о которых говорит МЭА, примерно 2,65 млн баррелей в день находятся в Саудовской Аравии. Недавно представитель королевства его готовность покрыть дефицит.

- Саудовская Аравия имеет возможность добывать до 12,5 млн баррелей в день, когда об этом попросят потребители, - сказал чиновник. - Нефтяные запасы, добывающие мощности и структура управления позволяют это сделать.

Однако в отрасли сомневаются в том, что уровень добычи в 12,5 млн баррелей в день может быть стабильным. Случаев, когда королевство повышало добычу до такого уровня, в истории не было. В 2013 году добыча увеличивалась до 10,1 млн баррелей в день, и наблюдатели полагают, что это является рекордом для Саудовской Аравии.

- Вполне может быть, что Саудовская Аравия технически способна поставлять около 12,5 млн баррелей в день, но только истощая запасы и, следовательно, в течение ограниченного периода, - сказал Дэвид Уэч из консалтинговой компании JBC Energy.

В результате доступные свободные мощности могут быть меньше, чем полагает МЭА.

- Глобальные свободные мощности составляют 1,5 млн баррелей в день и находятся преимущественно в Саудовской Аравии. На короткое время можно было бы выжать из этих мощностей ещё 1 млн баррелей в день, - сказал бывший чиновник МЭА. - Меня удивляет, насколько люди склонны к самоуспокоению.

Помимо Саудовской Аравии, поставки в краткосрочной перспективе можно увеличить, отменив западные санкции против Ирана, отмечают аналитики. Однако пока нет никаких признаков того, что это произойдёт.

Можно считать удачей то, что нефтедобыча на юге Ирака не затронута. Цена нефти марки Brent, достигшая 19 июня девятимесячного максимума в $115,71 за баррель, начала снижаться, так как трейдеры считают угрозу сбоя поставок менее вероятной.

- Если, как мы предполагаем, серьёзных перебоев в иракской нефтедобыче не будет, цена Brent скорректируется вниз, - сказал аналитик Commerzbank во Франкфурте Юджин Вайнберг. - В случае сбоя следует ожидать, что цена вырастет как минимум до $120 за баррель.

Государства-члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) ведут переговоры с ОАЭ и Оманом о возможном вступлении этих государств в валютный союз. Саудовская Аравия, Бахрейн, Кувейт и Катар уже дали согласие на такой шаг. Теперь нужно получить согласие еще двух стран, чтобы обеспечить ввод единой валюты в регионе, передает Arab News.

«Государства-члены ССАГПЗ ведут переговоры с двумя странами в попытке убедить их вступить в валютный союз», - заявил Анас Аль-Салех, министр финансов Кувейта, добавив, что участники проекта надеются, что проект будет реализован без задержки. По его мнению, валютный союз – это стратегический, долгосрочный проект для стран Персидского залива, как в экономическом, так и политическом плане.

Объем взаимной торговли между государствами-членами ССАГПЗ на сегодняшний день превышают 92 млрд. долларов. Этот показатель может вырасти на 5% в течение 2014 года. Образование же валютного союза повысит привлекательность региональных рынков для иностранных инвестиций и укрепит политическую стабильность в регионе. В частности, объем производства шести стран ССАГПЗ позволяют организации занять 13-е место в списке крупнейших экономик мира, тогда как на сегодняшний день из всех стран Совета сотрудничества в G20 представлена только Саудовская Аравия.

При этом, образование единого валютного союза позволит устранить затраты по сделкам, которые граждане шести стран должны нести из-за наличия существования нескольких национальных валют в рамках одного регионального блока. Общий рынок и единый Центральный банк, которые будут образованы в результате вхождения шести стран в валютный блок, должны усилить «влияние в международной финансовой системе» стран Персидского залива.

Единую валюту в регионе планировалось ввести в 2010 году, но этого не произошло из-за отсутствия согласия между странами по ряду вопросов, в том числе по названию новой валюты. Сначала планировалось назвать ее «халиджи», однако позже название было заменено на распространенное в арабском мире «динар». И сейчас, признают в ССАГПЗ, существует ряд «технических моментов», которые мешают ОАЭ и Оману двигаться вперед в данном вопросе. Так, их останавливает необходимость модернизации традиционных национальных законодательств и ряд культурных традиций, например, боязнь передачи части суверенитета в экономике сторонним организациям. Проблемой является и потенциальное ускорение темпов инфляции, которая может вырасти в странах, где она низка, вслед за странами, где показатель выше.

Безусловно, уверена руководитель аналитического департамента ИК "Golden Hills-КапиталЪ АМ" Наталья Самойлова, появление новой региональной валюты на мировой арене, естественно, скажется на мировой финансовой системе, хотя все масштабы последствий на текущий момент сложно предположить. Учитывая тот факт, что шаги в этом направлении странами ССАГПЗ были предприняты, чтобы ограничить зависимость от нестабильного и слабеющего доллара, вполне можно ожидать, что американская валюта от такого шага только потеряет в цене. Вполне вероятно, что в дальнейшем это приведет к снижению спроса на американские казначейские облигации, оказывая губительное влияние на экономику США, полагает эксперт.

Для экономики же собственно перечисленных шести нефтяных стран такой шаг может иметь как положительные, так и отрицательные стороны. В частности, экспортно-ориентированные страны, поставляющие на мировой рынок большие объемы нефти, быстро укрепят позиции своей новой валюты. В результате, удорожание нацвалюты будет вести к удорожанию поставляемой нефти, отчасти выливаясь в рост цен на "черное золото", отчасти ведя к снижению спроса на ресурс и поиск альтернативных поставщиков. Для экспортно-ориентированных стран такая ситуация может быть очень опасна, так как это делает поставляемые товары менее конкурентоспособными. Самым лучшим примером этого может выступать уже страдающая Германия, для которой даже текущие уровни единой валюты являются серьезным ограничителем.

Кроме того, опасаются некоторые страны, валютный союз, несомненно, станет причиной потери гибкости в принятии решений у каждого государства, в него входящего, что предоставляет наличие национальной валюты. Это прекрасно видно по ситуации в еврозоне. Поэтому второй еврозоны не будет, считает аналитик МФЦ Анна Линевская. Но валютный альянс стран Персидского залива при этом вполне возможен, тем более что этим экономикам очень выгодно отказаться от использования доллара, при этом обретя только плюсы и почти никаких минусов. Переход на собственную валюту для расчетов внутри альянса и за его пределами может состояться очень быстро за счет того, что энергоносители, добываемые в регионе, пользуются колоссальным спросом в мире, нарушать контракты мало кто захочет, да и ценник от этого не изменится. А, между тем, конкуренция доллару при таком раскладе будет нешуточная: это не связанный по рукам и ногам юань и не волатильный евро, это может быть твердая стабильная валюта, гарантированная экономически продвинутыми государствами.

Все же есть скептики, считающие затею малоперспективной. «Сомневаюсь, что все завершится успешно, – говорит Антон Фомин, аналитик Instaforex. – Такие переговоры, как правило, длятся не один день, одно только согласование документов и подписание всех соглашений может занять до нескольких месяцев. К тому же конкретно этот валютный союз для меня под большим вопросом: по крайней мере сразу он состоится вряд ли: слишком много разногласий между странами Ближнего Востока. И даже такими, которые, казалось бы, являются союзниками - Саудовская Аравия и Катар, Кувейт и ОАЭ и т.д.».

Действительно, чтобы достичь компромисса по всем имеющимся вопросам необходимо время. Так что, прогнозирует эксперт, одно только обсуждение займет около полугода при условии их интенсивного ведения. Впрочем, не отрицает Антон Фомин, то, что такая валюта может возникнуть, уже хорошо - это дает четкий сигнал, что с монетарным стимулированием особо заигрываться не стоит, чем в последнее время и занимаются Европа и США.

В самом деле, вряд ли сильную альтернативу евро удастся создать в ближайшие 10-15 лет. Дело в том, объясняет аналитик финансовой компании AForex Нарек Авакян, что создание валютного союза вообще в принципе дело нелегкое - пример тому ЕАЭС, в котором запуск единой валюты и Центрального банка планируется лишь к 2025 году. Требуется согласовать все детали подобных соглашений, очень много пунктов, чтобы потом не было непонимания или какого-то скепсиса, как сейчас в отношении еврозоны.

Что же касается последствий, прямого влияния ни на евро, ни на доллар эта инициатива не окажет, полагает эксперт, поскольку если взять все страны Персидского залива, то их ВВП не дотянет и до 20% от европейского или американского, а товарооборот всего региона составляет лишь немногим более 1 трлн долларов, в то время как товарооборот США составляет почти 4,5 трлн долларов. Кроме того, чтобы торги по финансовым инструментам шли по той или иной валюте, необходима соответствующая инфраструктура: клиринговый центр, единые правила регулирования и обращения и что самое главное, глубокая интеграция единого центрального банка со всей этой системой.

В то же время, происходящее в очередной раз, показывает - мир устал от доминирования одной-двух валют, другие страны также хотят иметь выгоды от своих валют наподобие тех, что имеют США. И это, уверен Нарек Авакян, очень тревожный сигнал для Америки, поскольку если одна из таких затей все же свершится, то тогда у ФРС больше не будет возможности в неограниченных количествах печатать доллары ради покрытия экономических дыр.

СМИ обсуждают снижение цен на нефть и прогнозируют финансовые затруднения у экспортёров. Снижение цены происходит на фоне успешных боевых действий иракской армии против суннитских группировок, а также в ожидании роста объемов поставок нефти из Ливии, пишет «Коммерсантъ». При этом, по мнению экспертов, ожидать гигантских трудностей бюджетного характера в данном случае не стоит.

Третью неделю подряд на мировом рынке наблюдается снижение цен на нефть. По данным Reuters, в ходе сегодняшних торгов стоимость североморской нефти марки Brent опускалась до $108 за баррель, что на 0,7% ниже закрытия понедельника. Стоимость российской нефти марки Urals опустилась на 0,6%, до $106,6 за баррель. За три недели уверенного снижения цены на различные сорта нефти опустились на 6,2–6,6% и вернулись к значениям середины апреля.

Отметим, что в конце июня, на фоне конфликта между суннитами и шиитами в Ираке цены на нефть выросли до рекордных $114,69. Рост котировок стал самым существенным за последние девять месяцев.

Как пишет «The National Interest» согласно прогнозам, рост добычи нефти в США должен снизить цены на «черное золото» и вызвать финансовые затруднения у его экспортеров.

Эдвард Морзе пишет, что «утрата рынков и снижение цен могут стать опасной проблемой для нефтедобывающих стран, государственные доходы которых зависят от экспорта». Подобные заявления можно услышать часто, однако они не внушают доверия. Даже если предположить, что нефтяные цены упадут (чего пока не произошло), на финансовом состоянии различных экспортеров это скажется по-разному. К тому же сейчас многие экспортеры нефти намного лучше подготовлены к снижению цен, чем в 1980-х годах.

Подобные рассуждения, как правило, отталкиваются от понятия бюджетной безубыточной цены на нефть, то есть цены, обеспечивающей бездефицитность бюджета. Некоторые аналитики также смотрят на состояние счета текущих операций. По данным Международного валютного фонда, в 2013 году, чтобы ближневосточные экспортеры могли сбалансировать свои бюджеты, необходимая им цена на нефть была на 38 долларов за баррель выше, чем в 2008 году. Подобные тенденции часто воспринимаются как признак грядущих финансовых проблем.

Роберт Блэкуилл и Меган O’Салливан пишут, что повышение этой планки для Саудовской Аравии за период с 2008 по 2014 год на $ 40 за баррель означает для страны «серьезные финансовые трудности».

Однако это не единственный - и даже не самый уместный - способ интерпретации роста бюджетной безубыточной цены. Если посмотреть на ближневосточных экспортеров, то окажется, что их правительства не стали увеличивать расходы после роста цен в 2004 году. Отчасти это произошло потому, что они помнили 1980-е годы и хотели перед тем, как начинать тратить новые доходы, убедиться, что цены в ближайшее время не рухнут.

Ближневосточные экспортеры нефти наращивали расходы в разные моменты, по разным причинам и для разных целей, однако к 2010 - 2013 годам большая часть из них тратила примерно такую же долю от ВВП, как и десятилетием раньше.

Безусловно, сейчас экспортерам нефти все равно нужны более высокие цены, чтобы сбалансировать свои бюджеты, что сказывается на их экономиках - и (в случае членов ОПЕК) на стратегиях ценообразования. Однако это не означает, что снижение цен необходимо приравнивать к серьезным финансовым проблемам. Начнем с того, что у многих стран есть приличные подушки безопасности. На 2013 год официальные резервы тех же ближневосточных экспортеров нефти составляли 1,4 триллиона долларов. К этому следует прибавить сотни миллиардов долларов в суверенных фондах благосостояния. Низкий уровень государственного долга также означает, что этим странам несложно будет занимать средства - в том числе друг у друга. При этом уровень цен, при котором их счета текущих операций достигают равновесия, в среднем на $28 ниже уровня цен, необходимого, чтобы получить бездефицитный бюджет. Таким образом, проблема нехватки твердой валюты перед ними стоять не будет, и дефицит они смогут покрыть с помощью инфляции.

Россия, в свою очередь, неоднократно меняла экспортные пошлины и налоги на добычу полезных ископаемых. Так же поступали и другие страны, когда у них снижались доходы и возрастали издержки. Разумеется, такие перемены бывают болезненными и приводят к определенным последствиям — как краткосрочным, так и долговременным, - однако они могут отсрочить и смягчить влияние снижающегося экспорта нефти на государственные финансы.

Все это, конечно, не значит, что снижение цен на нефть - если оно произойдет - не ударит по экспортерам или что все экспортеры одинаково будут способны справиться с его последствиями.

Политические, экономические и демографические проблемы, с которыми сталкиваются эти страны, также не стоит сбрасывать со счетов. Однако ожидать гигантских трудностей бюджетного характера в данном случае не стоит - по крайней мере, в ближайшее время.

В тоже время сегодня национальная нефтяная компания Абу-Даби объявила о начале поставок нового сорта нефти Das Crude на мировой рынок. ОАЭ намерены повысить таким образом рентабельность нефтедобычи на фоне падения мировых цен на нефть, пишут «Вести. Экономика».

Из Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ), лидирующих по запасам нефти, отправился в Японию танкер с 640 тыс. баррелями Das Crude. Еще один танкер с 480 тыс. баррелями Das Crude был отправлен в Индию.

Новый сорт нефти – один из нескольких, которые ОАЭ поставляют на мировой рынок. Сорт Das Crude - смесь легкой нефти из сорта Lower Zakum и Umm Shaif с низким содержанием серы, ориентирован на страны Юго-Восточной Азии и соответствует всем международным стандартам.

Али Рашид Аль Джарван, главный исполнительный директор Abu Dhabi Marine Operating Company (ADMA-OPCO), которая производит новую нефть, пояснил, что решение о создании новой смеси было принято для повышения гибкости на рынке и рентабельности. Новый сорт позволит повысить также производство нефти с нового месторождения и в целом нарастить мощности до 1 млн баррелей в день.

СПГ России – путь к уменьшению зависимости от Запада

Петр Львов

Украинский кризис и попытки США и их наиболее близких союзников по ЕС, в основном Польши и стран Балтии, сохранить Украину в качестве основного транзитного пути российского газа в страны Евросоюза, в том числе путем усилий по замораживанию проекта «Южный поток», который позволил бы практически полностью избавить Москву от транзитной зависимости от Киева, со всей остротой поднимают вопрос об ускорении реализации проектов, связанных с ростом мощностей по производству и экспорту сжиженного природного газа (СПГ). Ведь СПГ – это единственный путь вообще избавиться от любой транзитной зависимости, причем не только украинской. Более того, СПГ – это конкретный путь определять географию поставок и освоения новых газовых рынков, где российское присутствие минимально или равно нулю. По имеющимся прогнозам, Россия уже в ближайшие годы нарастит объемы экспорта сжиженного природного газа и охватит 15% мирового рынка. Предполагается, что в 2020 году количество произведенного за год СПГ составит 40 млн. тонн, тогда как сейчас этот показатель — в четыре раза меньше (на сегодняшний день этот показатель составляет 4,5%). Причем весь СПГ объемом 10 млн.тонн производится на Сахалине и предназначен для экспорта в Японию, Южную Корею и Китай.

До событий на Украине, которые резко политизировали «газовый вопрос», рост поставок СПГ был главным образом связан с освоениями новых месторождений, с разработкой новых методов транспортировки, а также строительством терминалов в тех странах, где они до этого отсутствовали. В этом плане особенно перспективен был Китай, где уже введены регазификационные мощности, рассчитанные на переработку 10 млн. тонн СПГ. К 2016 году этот показатель увеличится до 22 млн.тонн, а к 2020 году — до 62 млн. тонн. Однако сейчас, когда в Шанхае подписано соглашение с КНР на поставку Россией этой стране большого количества трубного газа, предназначенного для Северного и Центрального Китая, появляется перспектива освоения газового рынка Южного Китая, где пока преобладает Катар. А эта часть страны – важнейшая индустриальная зона, которая продолжает развиваться быстрыми темпами. И мощностей Сахалина для этого может не хватить. Тем более, что для развития отрасли СПГ необходимы серьезные инвестиции и кредиты. Для того, чтобы привлекать средства, необходимо на законодательном уровне предусмотреть возможность заключения контрактов с прямыми покупателями.

В этой связи еще с 2005 года стал активно прорабатываться проект «Ямал-СПГ» в Северном Урале. «Ямал СПГ» — масштабный проект по производству сжиженного природного газа на Ямале, реализуемый ОАО «НОВАТЭК» на базе Южно-Тамбейского газоконденсатного месторождения. В рамках проекта предусмотрено строительство завода по сжижению газа рядом с поселком Сабетта (первая очередь должна быть запущена в 2016 г.), а также создание морского порта и аэропорта в Сабетте и строительство танкерного флота ледового класса. Инвестиции в проект оцениваются в 20 млрд.долл. (без учета вложений в транспортную инфраструктуру). На сегодня основными акционерами ОАО «Ямал СПГ» являются компании «Новатэк» (60 % акций), Total (20 %) и дочернее общество Китайской национальной нефтегазовой корпорации (CNPC) — компания CNODC (20 %). Проект «Ямал СПГ» предусматривает строительство завода по производству сжиженного природного газа (СПГ) мощностью 16,5 млн тонн в год на ресурсной базе Южно-Тамбейского месторождения. Доказанные и вероятные запасы газа месторождения составляют 907 млрд кубометров. Первая линия по производству СПГ в рамках проекта должна быть запущена в 2017 году. Реализация проекта предполагает создание транспортной инфраструктуры, включающей морской порт и аэропорт в районе поселка Сабетта, а также перевалочную базу в бельгийском Зебрюгге для доставки газа в страны Азиатско-Тихоокеанского региона в периоды отсутствия навигации по Северному морскому пути.

Еще одно крупное месторождение для добычи газа и производства СПГ – Штокман, расположенное в центральной части шельфа российского сектора Баренцева моря в 550 км к северо-востоку от Мурманска. Штокмановское газоконденсатное месторождение (ШГКМ) – это сверхгигантское месторождение газа в Баренцевом море с оцененными запасами природного газа на уровне 3,8 трлн. м3 и до 37 млн. тонн газового конденсата; оно было открыто в конце 1980-х годов. Ввиду того, что месторождение расположено в 550 км на удалении от берега в Арктике на глубине моря 300-330 м, его разработка считается чрезвычайно капиталоемкой и высокотехнологичной. Месторождение охватывает площадь в 1400 м2. Объемы годовой добычи газа на месторождении будут соизмеримы с годовым потреблением газа в такой стране, как Германия – свыше 70 млрд. куб.м. Добыча будет организована с помощью подводных добычных комплексов и специальных технологических платформ судового типа (FPSO/FPU) с возможностью быстрого отсоединения и увода с траектории движения айсбергов. Добытый газ будет доставляться по подводным магистральным трубопроводам на берег в район п.Териберка, где будут расположены завод по производству СПГ (мощностью 7,5 млн тонн в год), портовый транспортно-технологический комплекс и другие производственные объекты.

Есть и другие источники газа для СПГ – прежде всего на арктических месторождениях. По международным оценкам, на Россию приходится в Арктике 18,7 трлн.куб.м.газа и 20 млрд.тонн газового конденсата. Их разработка позволит оставить далеко позади всех остальных экспортеров газа, хотя сотрудничать с некоторыми из них необходимо, например с Ираном в деле освоения Южного Парса.

Тем не менее, судя по последним шагам Москвы, можно сделать вывод о том, что все-таки приоритетное значение пока уделяется реализации «Южного потока», хотя он наталкивается на мощное политическое противодействие США и их союзников. Конечно, усилия на этом направлении должны продолжаться. Но нужно ясно понимать и реалии – «Южный поток» как кость в горле сидит у Вашингтона и всех тех стран НАТО, которые продолжают использовать Украину против России. Тем более, что США и ряд стран ЕС готовы купить ГТС Украины, модернизировать ее и использовать для транзита российского газа в Европу. Кроме того, «Южный поток» — это сохранение привязки экспорта российского газа к ЕС. А это означает сохранение зависимости Москвы от поставок энергоресурсов на Запад. И даже нынешнее соглашение с Китаем не решит этой проблемы, хотя несколько ослабит зависимость РФ от ЕС. А Евросоюз через третий энергопакет и последующие юридические акты будет всемерно ослаблять решающую роль России в снабжении газом Европы. Иллюзий здесь быть не должно.

Лишь переход на преимущественный экспорт СПГ позволит РФ стать в этом вопросе полностью независимым поставщиком, так как сжиженный газ – это освоение новых крупных рынков в других регионах, таких как Азия, прежде всего Индия, Пакистан, страны ЮВА, и Южная Америка. Потребности только Индии в экспорте газа через 6-8 лет составят до 50 млрд.куб.м. Наряду с КНР, поставки российского СПГ в Индию и другие развивающиеся экономики Азии сделают Европу более зависимой от экспорта газа из России, а не наоборот. А это дает еще одно важное преимущество – цена на газ. Ведь любой дефицит ведет к росту цен. И, создав экспортные мощности по СПГ (равные не 35-40 млн.т в год, как это должно произойти после дополнительного роста производства сжиженного газа на Сахалине), а также с начала добычи и экспорта СПГ с Южно-Тамбейского месторождения на Ямале и создания мощностей на Штокмане, необходимо выйти на уровень экспорта 70-80 млн.тонн СПГ в год. Тогда Москва станет диктовать правила игры на мировом газовом рынке, причем делая это не через ФСЭГ, который просто не состоялся как «газовый ОПЕК», а сможет делать это на национальном уровне без оглядки на других. И тогда другие производители газа, такие как Венесуэла, Боливия, Казахстан, Турменистан, Азербайджан и, естественно, Иран смогут создать новый газовый союз вместо прокатарского ФСЭГ.

Естественно, никто не говорит, что надо сворачивать объем поставок российского газа в ЕС и отказываться от проекта «Южного потока», но наращивание экспорта СПГ на азиатско-тихоокеанском направлении, освоение рынков Южной и Юго-Восточной Азии, Южной Америки и Африки естественным образом сделает нас существенного менее уязвимыми от Запада в вопросе экспорта энергоресурсов. Произойдет диверсификация географии поставок, изменится механизм ценообразования, и, что не менее важно, – возрастет экономический потенциал России, ее роль в мировой экономике и энергетике. Ведь освоение выше упомянутых северных месторождений даст толчок развитию этих регионов, поскольку, помимо добычи газа, нужно будет создавать соответствующую инфраструктуру, промышленные мощности по сжижению газа, развивать портовое хозяйство, причем не только через Севморпуть, но и через Балтийское море, в том числе используя возможности некоторых стран Балтии, а не только побережье рядом с Санкт-Петербургом, и строить специальный флот газовозов. Необходимо привлекать для этого иностранных инвесторов, в том числе западных, особенно американских, британских, французских , японских , что усилит интеграцию РФ в мировую экономику. И тогда уже никакие США не смогут вводить против России санкции в обход ООН, учитывая, что в самих Соединенных Штатах и в Евросоюзе хорошо умеют считать прибыли. СПГ – это важнейший элемент «мягкой энергетической силы» России, и пора ускоренными темпами приступать к его развитию.

1 июля 2014 года вступило в силу Соглашение о создании ЗСТ между странами-членами ЕАСТ и странами-членами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (Бахрейном, ОАЭ, Кувейтом, Оманом, Катаром и Саудовской Аравией), подписанное ещё 22 июня 2009 года.

Соглашение охватывает торговлю товарами, услугами, вопросы конкуренции и государственных и муниципальных закупок.

Норвегия традиционно экспортирует в указанные страны продукцию машиностроения и измерительные инструменты, а также цветные металлы и неорганические удобрения.

Средневзвешенная ставка таможенных пошлин для норвежских товаров в странах-членах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива до вступления Соглашения в силу была чуть выше 5 %.

Объём норвежского экспорта в страны-члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива составил в 2013 году 3,2 миллиарда норвежских крон (примерно 544,5 миллионов долларов США).

Страны-члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива в соответствии с Соглашением вводят с 1 июля 2014 г. режим беспошлинной торговли на более чем 99 % промышленных товаров из стран ЕАСТ. Также предусматривается более благоприятный режим торговли услугами по сравненью с ГАТС (в частности, в области судоходства и морского страхования).

В тексте Соглашения сторонами подчёркивается уважение к защите окружающей среды, правам человека и трудовым правам работников, а также содержатся требования к порядку проведения государственных и муниципальных закупок, при этом норвежские предприятия получают доступ к участию в таких закупках в странах-членах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

сайт Министерства промышленности и торговли Норвегии

Крым с 23 июня начал экспортировать зерно урожая 2014 года в Саудовскую Аравию и на Кипр, говорится в сообщении Россельхознадзора.

С начала уборки ранних зерновых колосовых культур крымские аграрии успели намолотить 306,6 тысячи тонн ячменя и 334,3 тысячи тонн пшеницы. При этом прогнозируемый урожай зерна в республике ожидается на уровне 1 миллиона тонн.

"Параллельно с 23 июня был налажен экспорт полученного зерна в страны дальнего зарубежья: в Саудовскую Аравию было отгружено 22,65 тысячи тонн, на Кипр — 4,6 тысячи тонн ячменя второго класса", — сообщает Россельхознадзор. Отмечается, что управление Россельхознадзора в республике осуществляет надзор за качеством зерна из Крыма, а вся отгружаемая продукция полностью соответствует требованиям стран-экспортеров.

В начале июля министр сельского хозяйства Крыма Николай Полюшкин сообщал, что Крым способен экспортировать на внешние рынка 500 тысяч тонн зерна. В то же время политика США и ЕС в отношении Крыма затруднит поставки крымской продукции в страны Запада.

Евросоюз, не признавая воссоединения Крыма с Россией, ввел запрет на импорт товаров с полуострова с 25 июня, разрешено ввозить только продукцию, получившую сертификаты от украинских властей. Глава МИД Литвы Линас Линкявичюс в июне говорил, что за мерами по импорту могут последовать другие действия.

По данным аналитической компании ООО "Прозерно", Саудовская Аравия является третьей по объему закупок российского зерна страной после Турции и Египта. Объем экспорта зерна из РФ, как сообщал Минсельхоз, по итогам сельхозсезона (с 1 июля 2013 года по 30 июня 2014 года) вырос на 61,8%, составив 25,372 миллиона тонн. Аналогичная величина ожидается и в новом сельскохозяйственном году.

Владимир Путин встретился с членами Общественной палаты Российской Федерации.

Согласно обновлённому законодательству Общественная палата формируется из 40 граждан Российской Федерации, утверждаемых Президентом Российской Федерации, 85 представителей общественных палат субъектов Российской Федерации (с учётом Республики Крым и Севастополя), 43 представителей общероссийских общественных объединений и иных некоммерческих организаций, избираемых интернет-голосованием; всего 168 человек. В настоящее время идёт работа над проектом закона «Об Общественной палате города Севастополь». После его принятия представитель Севастополя будет также избран в состав Общественной палаты Российской Федерации.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые друзья, коллеги!

Позвольте мне вас поздравить с формированием палаты. Сразу же поблагодарить и Евгения Павловича Велихова, и вновь избранного председателя палаты: Евгения Павловича – за работу, пожелать успехов – вновь избранному председателю.

В этот раз, вы знаете, формирование палаты шло по новым принципам. Это не только предложенные главой государства кандидаты, но и избранные интернет-голосованием. Споров по этому поводу было много, но тем не менее, мне кажется, прямой способ избрания, прямая демократия оправданна. Очень рассчитываю на то, что и представители профсоюзов, профессиональных сообществ окажут серьёзное, позитивное воздействие на работу этой важной структуры, которая работает уже девять лет.

Так же, как и ранее, думаю, будет востребовано ваше участие в деятельности Федерального собрания, особенно при так называемом нулевом чтении и прежде всего по законопроектам, имеющим серьёзную социальную значимость.

Не только эти вопросы есть, есть и много других задач, которые Общественная палата, исходя из своей компетенции, может решать. Имею в виду и формирование общественных советов при министерствах и ведомствах, и непосредственное участие в работе этих советов, таким образом, косвенное и опосредованное, но всё-таки влияние на принимаемые решения, или их подготовку, точнее сказать.

В общем, задач много, жизнь сложна и многообразна, как в таких случаях говорят. Очень рассчитываю на то, что Общественная палата будет вносить свой заметный, весомый вклад в жизнь нашего общества, в развитие процессов демократии и, что самое главное, подготовку выверенных решений для их окончательного принятия по всем направлениям нашей жизни.

Пожалуй, я свой монолог на этом закончу. Хотел бы и вас послушать, и обменяться какими-то соображениями по поводу того, как мы будем строить совместную работу.

А.БРЕЧАЛОВ: Уважаемый Владимир Владимирович!

В свою очередь разрешите поприветствовать Вас от имени всех членов Общественной палаты России. Хотели бы рассказать о своих планах и о работе.

Как Вы точно отметили, вхождение в состав Общественной палаты большого числа представителей профессиональных организаций и отраслевых союзов повысило наши экспертные возможности. Эти изменения определяют, по сути, три важнейшие задачи.

Во-первых, Общественная палата должна стать открытой и доступной площадкой для конструктивного диалога между гражданами России и органами государственной власти. Время ставит перед нами новые вызовы, и для нас совершенно очевидно, что сильная Россия нашим западным партнёрам не нужна. Особенно в этой ситуации очень важно слушать и слышать граждан и своевременно реагировать на актуальные запросы общества. Мы должны поддерживать гражданские инициативы и поощрять гражданскую активность.

Для людей, неравнодушных к судьбе России, с активной гражданской позицией Общественная палата должна стать социальным лифтом, и для этого у нас есть все возможности и ресурсы.

Во-вторых, безусловно, мы должны полностью использовать свой экспертный потенциал в законотворческой деятельности, как Вы это уже отметили. В этой связи необходимо повысить значимость экспертизы Общественной палаты.

В настоящий момент мнение Общественной палаты носит рекомендательный характер, и, к сожалению, зачастую наше мнение уходит в стол и не принимается при принятии законов. Таким образом, мнение общества остаётся без внимания.

Наша задача – кардинально переломить ситуацию, наладить конструктивный диалог с законодательными и исполнительными органами власти. Но это должна быть дорога с двусторонним движением: Федеральное Собрание и Правительство наконец должны стать по-настоящему открытыми к Общественной палате.

В-третьих, нам необходимо повысить качество взаимодействия с федеральными органами исполнительной власти через работу общественных советов. В соответствии с принятыми стандартами Общественная палата будет участвовать в формировании этих советов, а значит, непосредственно влиять на качество работы.

И в заключение хотел бы поделиться нашей позицией по проблеме на Украине и проблеме беженцев. Мы провели большую работу, создан координационный штаб на площадке Общественной палаты. За время его работы поступило более семи тысяч сообщений и от граждан Украины, и от граждан России. Безусловно, радует то, что граждане России в очередной раз показали, что нам не всё равно, что будет с нашим братским народом, помощь очень существенная, очень серьёзная и очень конкретная.

Мы посетили практически все приграничные территории в России, на которых находятся временные лагеря для беженцев, и, знаете, для нас очевидно следующее. Общественная палата должна приложить сейчас максимум усилий, для того чтобы транслировать правду, настоящую ситуацию международному сообществу. Мы пригласили максимальное количество общественных международных организаций, правозащитных организаций, для того чтобы погрузить в настоящую атмосферу, которая сейчас царит на границе с Украиной и среди беженцев, потому что, как мы с вами слышим, беженцев называют туристами, которые идут в гости к своим родственникам и друзьям.

И второе. Мы, может быть, смелые, но тем не менее это правильный вывод, мы должны добиваться через международные сообщества, через международные правозащитные организации, чтобы все преступления – а именно так мы считаем, преступления, которые происходят на Украине, геноцид, зачистка мирного населения, – все эти преступления должны быть раскрыты, виновные – наказаны.

До этого момента странно слышать и видеть, как происходят какие-то консультации и переговоры о вхождении государства Украины в различные европейские конструкции. Мы будем добиваться этого на всех международных площадках. И в скором времени наши коллеги посетят несколько стран. Мы привезём фото-, видеоматериалы и мнения тех самых беженцев, которые вынуждены были покинуть Украину.

Спасибо.

В.ПУТИН: Благодарю Вас.

Пожалуйста, коллеги, как мы поступим?

А.БРЕЧАЛОВ: У нас есть несколько выступлений коллег по ключевым направлениям, если позволите.

В.ПУТИН: Пожалуйста.

А.БРЕЧАЛОВ: Михеева Лидия Юрьевна, председатель комиссии Общественной палаты по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами. Пожалуйста.

Л.МИХЕЕВА: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Прошу сразу простить мне моё волнение, я первый раз в этом зале. Хочу начать со слов благодарности, в том числе от имени тех, кого Вы ввели в палату своим указом. Нам приятно слышать, что отмечено качественное изменение состава Общественной палаты. Действительно, каждый эксперт в своём деле, в своём вопросе. В палате представлено более трёх десятков ведущих вузов страны, образовательных, научных организаций, два академика, если я не ошибаюсь, доктора наук, профессора. Но не это главное. Каждый из нас – эксперт в своём вопросе, но за каждым из нас также стоит и определённый социальный слой, профессиональная группа, определённое экспертное сообщество. Значит, у нас есть огромные возможности для того, чтобы проводить общественную экспертизу на высоком профессиональном уровне. И мы бы прежде всего хотели бы сказать, Владимир Владимирович, что просим Вас использовать наш потенциал в полную силу. И со своей стороны обещаем его отрабатывать в полной мере.

Как мы себе это видим? К сожалению, действительно, прав наш секретарь палаты, парламент страны очень часто игнорирует мнение Общественной палаты по целому ряду вопросов. Скажем так, не в стол, но очень часто даже и в корзину напрямую идут такие заключения. Есть масса примеров. Палата в предыдущем составе направляла свои замечания по законопроекту о налогообложении благотворительных организаций. Ни одно замечание не учтено. Ни одно! Закон принят, проблема осталась.

Эту негативную тенденцию мы бы хотели переломить. И первое, на чём мы сосредоточимся, – это расширение сферы нашей компетенции, потому что, извините, с советом Государственной Думы мы по-разному понимаем термин «социально значимый проект». Для нас социально значимый проект – это не только законопроект о пенсиях или пособиях, это любой закон, который так или иначе отразится на жизни общества, на жизни населения.

Скажем, сейчас мы активно взялись за проработку замечаний и предложений по закону о почтовой связи. Он готовится Государственной Думой для работы во втором чтении на осень. На первый взгляд этот закон не относится к так называемым социальным. На самом деле там масса важных вопросов. Нам кажется, что только через него можно решить и проблему льготных тарифов для малообеспеченных граждан, которые должны иметь доступ к полноценной почтовой связи и к информации, актуальной и свежей информации путём подписки на газеты и журналы. Всё-таки не вся ещё страна в интернете изучает новости. Кроме того, в этом законе могут быть решены и вопросы, связанные с доступом отдалённых местностей к почтовым услугам. Примеров я могу приводить много, у нас большой план в этом отношении, и мы хотим активизировать эту работу.

Второе направление. Мы, наверное, будем пытаться обращать внимание на себя и на свою позицию не только на стадии первого чтения, но и на всех стадиях законодательного процесса. Сегодня по регламенту заключение палаты обязательно только вначале, когда законопроект внесён в Государственную Думу. К сожалению, мы все это знаем, очень часто после прохождения процедуры второго и третьего чтения закон изменяется до неузнаваемости. Мы будем требовать, настойчиво требовать, чтобы нам и версию второго чтения также направляли на заключение.

Третье направление. Мы бы хотели, конечно же, проводить экспертизу и актов Правительства. Некоторым коллегам кажется, что акт Правительства имеет меньшее значение, чем федеральный закон. Далеко не так. И акты Правительства бывают системными и социально значимыми. Например, правила дорожного движения, естественно, касаются каждого, а открытости в обсуждении этих документов гораздо меньше, прозрачности меньше. Мы планируем подключаться к этой работе и хотим заверить Вас, Владимир Владимирович, что в покое мы не оставим ни наш парламент, ни Правительство и постараемся самое нулевое чтение, гражданское чтение нормативных актов организовать и обеспечить.

В отношении второго вопроса, который упомянул наш секретарь Александр Владимирович, вопроса об общественных советах, у нас чуть меньше оптимизма, но всё равно мы настроены позитивно. Действительно, по Вашему меткому выражению, советы эти во многих ведомствах стали декоративными. Не секрет, там и спортсмены, и звёзды эстрады очень часто сидят, но экспертов очень часто мало в этих советах.

Есть и другие перегибы. Коллеги у нас собирали сведения и выяснили, что Росприроднадзор, например, собрал экспертный совет из 600 человек. Мне кажется, что это, наверное, даже больше, чем число служащих в этом ведомстве. И очень плохо я себе представляю, как этот экспертный совет можно собрать, что от него можно услышать и как вообще организовано это взаимодействие.

Ряд структур вообще игнорируют требования палаты о создании общественного совета. Есть такой печальный факт: дважды обращалась палата предыдущего состава в Росимущество с требованием создать общественный совет. Дважды получала отказ. Может быть, им есть что скрывать от общественности? Не хотелось бы, честно говоря, так думать, но вопросы-то очень важные – вопросы управления государственным имуществом.

Поэтому есть предложение пообсуждать вопрос о формировании и о составе общественных советов, потому что надо уйти от практики, когда общественные советы формируются изнутри. Приказом министерства утверждается финальный состав совета, приказом министра или руководителя соответствующего ведомства. Конечно, палата взаимодействует по этому вопросу, но она не имеет решающего слова. Мы бы хотели, чтобы эти советы формировались всё-таки извне. У нас выношена такая идея, мы думаем о том, чтобы просить дать право последнего слова о составах советов именно Общественной палате, а не самому министерству. Тогда, как нам кажется, и общественный контроль будет достаточно эффективным, причём во всех, подчёркиваю, не узких социально значимых сферах, а во всех сферах жизни, которые нас волнуют.

Спасибо.

В.ПУТИН: Извините, пожалуйста, можно вопрос? Я не понял последнее. Вы сказали, что палата должна иметь решающее слово при формировании совета?

Л.МИХЕЕВА: Да. У нас есть идея о том, чтобы всё-таки не министр или руководитель соответствующего ведомства утверждал список экспертов. Мало того что мы его предложили бы, поучаствовали бы в формировании этого списка, но и чтобы всё-таки последнее слово осталось за Общественной палатой. Естественно, по согласованию либо с соответствующей правительственной комиссией, либо с министерством.

В.ПУТИН: Я, честно говоря, даже не помню, как у нас отрегулировано вообще создание этих советов. По-моему, никак не отрегулировано.

А.БРЕЧАЛОВ: Итогового нет. Подписаны правила. А итоговый документ – это приказ министра.

В.ПУТИН: Вообще у нас нет законодательного обеспечения.

Л.МИХЕЕВА: Есть постановление Правительства, в котором порядок формирования изнутри, о котором мы говорим.

В.ПУТИН: Да. Вы юрист, и мы с Вами понимаем, что постановление Правительства – это подзаконный акт, но в данном случае нет самого закона. Никак это не отрегулировано. Кто-то может создать, кто-то может не создавать на самом деле. Кто хочет, тот создаёт, а как создаёт – это, в общем-то, отрегулировано постановлением, но это документ, который не имеет под собой законодательного обеспечения. Надо подумать над этим не спеша, ладно?

Предлагаемый Вами вариант вполне возможен к реализации, но нужно подумать. По сути, если пойти по этому пути до конца, то тогда надо бы принять закон о создании общественных советов, отрегламентировать его формирование. По сути, мы тогда с вами сможем через этот механизм, скажу прямо, навязать руководителю ведомства создание определённого общественного совета при этом ведомстве. Я сейчас даже не готов ответить, хорошо это или плохо, но что-то в этом есть, конечно.

Единственное, хотел бы обратить внимание вот на что. Это касается взаимодействия с Федеральным Собранием, это касается взаимодействия с Правительством в целом и с отдельными министерствами и ведомствами. Вы знаете, между нормотворчеством и общественной экспертизой очень тонкая грань. Всё-таки Общественная палата создавалась изначально – как вы знаете, я был инициатором создания Общественной палаты именно – как экспертный совет, влияющий через общественные структуры на окончательное принятие решений. В этом смысле, конечно, очень важна и чисто экспертная составляющая, но не менее важно воздействие Общественной палаты на общественное мнение и, таким образом, влияние на окончательное принятие решения.

А всё-таки окончательное принятие решения, ответственность за него должны нести либо законодатели, либо исполнительные органы власти, в данном случае Правительство или соответствующие министерства и ведомства. И мнение Общественной палаты может не совпадать с мнением или законодателя, или министра либо Председателя Правительства.

Но в чём смысл в данном случае, мне кажется, Общественной палаты, даже если её мнение не поддержано? Тогда уровень ответственности за принятие решений на Федеральное Собрание и на исполнительные органы власти повышается. Соответственно, либо в одной, либо в другой инстанции люди должны будут сказать: да, Общественная палата считает вот так, но мы делаем по-другому, и у нас такие аргументы. Чтобы вынести на суд народа, если впрямую сказать, смысл принимаемого окончательного решения. Если мы так развернём этот институт, тогда он будет очень востребован.

А если мы просто уйдём в профессиональный спор, то это внутри и утонет. И разобраться в этом будет достаточно сложно без таких специалистов, как Вы. Вы специалист по частному праву? Ну вот.

Спасибо.

А.БРЕЧАЛОВ: Владимир Владимирович, в нынешнем составе Общественной палаты беспрецедентное представительство от бизнес-сообществ. Если в прошлом составе была только одна комиссия по экономике, то теперь их четыре.

Я бы хотел предоставить слово Григорьеву Сергею Александровичу.

Пожалуйста.

С.ГРИГОРЬЕВ: Владимир Владимирович, действительно, бизнес получил ещё одну хорошую площадку для обсуждения многих идей, многих законопроектов, для коммуникации и с Федеральным Собранием, и с Правительством. Думаю, что во многом ещё и от нас зависит, насколько мы сможем сами наполнить эту площадку действительно экспертным реальным содержанием, которое могло бы помочь принимать разумные решения.

Нужно ли принимать разумные решения? Конечно, да, потому что мы все, к сожалению, становимся жертвами большого количества ляпов, которые проходят и через Думу, и через Правительство. И потом задним числом каким-то образом всё это дело стараться отыгрывать. Если мы будем это обсуждать, если мы будем хотя бы услышаны, я думаю, что какие-то вещи, хотя бы системные ошибки, будем вычищать.

Но есть ещё одна вещь. Всё-таки как бизнес, как бизнес отечественный мы работаем в регионах, и мы, я всё-таки убеждаюсь в этом, иногда даже лучше, чем, скажем так, московские чиновники, знаем, что происходит в регионах. Знаем, как с регионами не всегда советуются при принятии тех или иных решений.

Наши коллеги на уровне Правительства уже хорошо научились беречь федеральный бюджет, со всеми нагрузками, которые есть, но при этом пытаются сейчас переложить большую долю ответственности на бюджеты региональные и местные. Мы видим, что это происходит, и здесь тоже надо как-то ситуацию немножко выправлять, потому что в противном случае будет неправильный перекос.

Очень много тем, связанных с благотворительностью, об этом уже говорила моя коллега. До сих пор большую часть благотворительности мы, бизнес, платим с прибыли, а не с себестоимости. То есть фактически это рассматривается как вид бизнеса. Только у той компании, где я работаю, 40 моногородов. Вы можете себе представить, города и посёлки в регионах страны, начиная от Кузбасса и заканчивая Приморьем. А помощь мы должны каким образом оказывать?

Конечно, есть какие-то поиски путей, но это же неправильно, нужно же это реально делать как-то, для того чтобы помощь доходила людям. Мы выписываем благотворительную помощь, а люди вынуждены с этого платить налог, как с дохода. До сих пор закона у нас по благотворительности не принято. Фактически вся нагрузка вместе с регионами и вместе с нами ложится на содержание школ, помощь врачам, учителям и неимущим слоям населения, детским домам. Думаю, что здесь надо как-то тоже нам вместе всем поднапрячься.

Последняя тема, я уже сказал, – про моногорода. Я глубоко убеждён в том, что мы смогли достаточно легко преодолеть последствия кризиса 2008–2009 годов, потому что у нас был действующий тогда, работавший Минрегион во главе с Виктором Басаргиным, который работал под руководством Правительства. У нас была комиссия Игоря Шувалова, и реально шла помощь моногородам, потому что в тот момент всё учитывалось быстро, деньги распределялись быстро, и, провалиться мне на этом месте, ни одна копейка к рукам не прилипла.

Виктор Басаргин сам дороги вымерял, чтобы у него была вовремя и правильно проверена длина и ширина, но работали они быстро и эффективно. Сейчас как-то это всё из Минрегиона ушло, ушло в Минэк, провели совещание в Петрозаводске, и мы все ждём, что что-то произойдёт. Конечно, хотелось бы, чтобы это тоже было активизировано. Это не только от нашей компании [предложение], это от многих моих коллег мы слышим, конечно, хотелось бы усилить и ускорить работу.

В дальнейшем от нас зависит, как это всё сложится. Если бы можно было как-то воспользоваться авторитетом и Администрации, и Президента лично, всё-таки призвать Правительство и Федеральное Собрание, в данном случае, я бы даже больше сказал, Правительство, с нами как-то больше советоваться при разработке тех или иных законопроектов и актов, это было бы хорошо. Это не значит, что Общественная палата должна вызывать министра на ковёр, но хорошо бы была какая-то возможность диалога на уровне первого-второго лица в министерстве, тогда можно было бы многого избежать, а многое решить.

Спасибо.

В.ПУТИН: Если позволите, я сразу отреагирую.

Первое, что касается диалога с бизнес-сообществом, не с Общественной палатой, а с бизнес-сообществом при принятии тех или иных решений Правительством. Я думаю, что вы должны со мной согласиться, такой диалог налажен в целом, и существует очень много различных, в том числе и отраслевых, направлений совместной деятельности с ведущими объединениями предпринимателей. Я могу с полной уверенностью сказать, что практически ни одно значимое решение без предварительной консультации с бизнес-сообществом не принимается. Вы покачали головой, но я могу это на сто процентов утверждать. Это решение не всегда совпадает с мнением бизнес-сообщества, это правда. Но то, что такие консультации проводятся, – это точно. Может быть, в последнее время что-то изменилось, но я сомневаюсь, потому что механизмы сами работают.

Я сам всё время встречаюсь с руководителями различных объединений предпринимателей: в целом при моём вопросе о том, как налажено взаимодействие, все отвечают положительно. Это первое.

Но это, конечно, не значит, что не нужно сейчас нечто подобное создать, какие-то коммуникации создать с Общественной палатой, имея в виду, что сейчас в Общественную палату пришли такие люди, как вы. Это дополнительный канал связи.

Теперь по поводу региональных бюджетов. Правительство знает о том, что там происходит. Именно поэтому предлагаются некоторые инновации, в том числе и в области налогообложения, для того чтобы у регионов появились дополнительные источники. Эти предложения тоже не всегда, наверное, нравятся бизнес-сообществу, потому что они связаны с определённым увеличением налогообложения, но это вопрос ещё в процессе обсуждения. Это как раз то, что предстоит решить в ближайшее время.

И конечно, это процесс вечный – перераспределение полномочий: кто и за что должен платить, кто и за что должен нести ответственность.

Наконец, моногорода. Действительно, в период острой фазы кризиса в 2008–2009 годах я сам создавал этот механизм, он работал, можно смело сказать, достаточно эффективно. Была создана комиссия во главе с вице-премьером Шуваловым, но не только. Я посчитал, что этого в тех условиях недостаточно, и мы создали в каждом регионе Российской Федерации комиссию во главе с губернатором либо его первым заместителем. И вот эта связка – правительственная комиссия, региональные комиссии и как связующее звено Минрегионразвития – работала достаточно эффективно, здесь Вы абсолютно правы. Сейчас просто нет такой острой ситуации, как в 2008–2009 годах, поэтому, может быть, что-то и ушло. Хотя внимание к моногородам и ко всем проблемам, которые с этим связаны, уходить не должно куда-то на второй-третий план.

Я бы хотел уточнить. Вы говорили про благотворительность. Но самая лучшая благотворительность такой компании, как Ваша, – это создание новых рабочих мест. Но, если говорить о прямой благотворительности, в прямом смысле этого слова, Вы сказали, что приходится платить с прибыли, а не с себестоимости. То есть вы хотели бы, чтобы благотворительностью считалось то, что компания платит до налогообложения?

С.ГРИГОРЬЕВ: Конечно. Это, в общем, принято во многих странах. Думаю, что это было бы разумно. Конечно, должен быть разумный обсуждённый закон. Но, когда мы платим с прибыли, мы фактически платим со своей инвестпрограммы, мы её просто уменьшаем

В.ПУТИН: Понял.

Сергей Александрович, смотрите. Если я что-то приобрёл, допустим, костюм и решил его кому-то подарить, то это я дарю своё. Это, на мой взгляд, и есть благотворительность. А когда вы занимаетесь благотворительностью до налогообложения, то направляете часть государственных денег, которые могли бы поступить в казну и использоваться на социальные нужды, эффективность расходования которых и должна контролировать Общественная палата. Но если это делается до налогообложения, то это уже не совсем благотворительность. Не жадничайте, не надо жадничать. У вас отличная, хорошая большая компания – «СУЭК», эффективная.

В принципе я понимаю, что на самом деле Сергей Александрович прав. После налогообложения они думают, куда направить средства: либо на развитие, либо, прямо говоря, на подарки какие-то. Конечно, прежде всего на развитие, потому что за этим рабочие места, которые вы создаёте, заработные платы, поступления налогов во все уровни бюджетной системы. Но если всё-таки вы видите, что есть возможность какая-то и благотворительностью заняться, то, наверное, это тоже правильно.

Знаю, что во многих наших крупных компаниях созданы целые большие программы благотворительности, это очень эффективно. Дело, может быть, даже не столько в социально-экономической эффективности, это создаёт очень благоприятную моральную атмосферу в обществе. И я хочу и Вашу компанию, и других наших предпринимателей за это поблагодарить.

Спасибо.

А.БРЕЧАЛОВ: Владимир Владимирович, в новом составе Общественной палаты представлены все субъекты Российской Федерации, это очень важный формат. Хотел бы предоставить слово Вавиловой Наталье Ивановне – директору Музея изобразительных искусств Республики Карелия.

Н.ВАВИЛОВА: Добрый день, Владимир Владимирович! Уважаемые участники сегодняшнего совещания!

От имени региональных общественных палат хочу выразить сердечную благодарность за то, что в настоящий состав палаты вошли представители всех регионов нашей огромной страны. Самое важное и главное, что это было доверено и поручено сделать региональным общественным палатам – выдвинуть представителя в Общественную палату Российской Федерации из состава палаты и членами палаты.

Конечно, сегодня это ко многому нас обязывает. Обязывает на региональном уровне применить новые подходы к формированию составов наших общественных палат.

Надо честно сказать, что, к сожалению, сегодня ещё много и таких, кто удобен для власти, который сегодня избран самой властью. Это не добавляет авторитета нашему одному из важнейших институтов гражданского общества – региональным общественным палатам.

Должна сказать, что у нас третий год как создан совет по взаимодействию с региональными общественными палатами при Общественной палате. Это очень важный орган, который пытается наладить работу с нашими региональными общественными палатами. Возглавляет этот совет президиум, в котором представлены по одному представителю от каждого федерального округа, также четыре представителя от Общественной палаты. Возглавляет президиум один из руководителей региональной общественной палаты.

Нужно сказать, что мы накопили определённый опыт. И я бы хотела отметить, что нам удалось сегодня на региональном уровне провести семинары по обучению прежде всего проектной деятельности. Мы, конечно, очень ценим и дорожим тем, что сегодня социально ориентированные некоммерческие организации получают государственную поддержку. Вы знаете, это очень важно. Это важный инструмент в целом развития гражданского общества. Но самое главное, что такие проекты сегодня позволяют не только найти партнёров, не только отвечать на вызовы сегодняшнего дня и улучшать качество жизни, но и они дают сегодня конкретный, реальный результат.

Конечно, у нас есть проблемы. Хочу поддержать коллег, которые выступали. Первая проблема, которая стоит очень ярко на нашем региональном уровне, – это вопросы, связанные с нашими рекомендациями. Они носят, конечно, рекомендательный характер, мы это понимаем. Но нам бы хотелось, чтобы у нас был не только диалог с властью, а были бы и какие-то конкретные дела, которые бы видели люди, которые нуждаются в решении социально значимых вопросов. И сегодня, наверное, требуются какие-то добавления, изменения, чтобы наши рекомендации всё-таки были не только послушаны властью, но и были бы услышаны властью для решения.

Вторая проблема, которая существует сегодня для нас, – это экспертиза социально значимых законов на уровне региональных законодательных собраний. Вы знаете, сегодня причин, наверное, достаточно много. Первая: не хватает порой знаний, опыта, а иногда и просто не хотят слышать общественность, её критические замечания. Поэтому вопросы экспертной работы сегодня тоже должны найти какое-то большее внимание и понимание на региональном уровне. Нам предстоит это сделать.

Конечно, общественные советы, о чём говорили. Везде всё прописано. Но, Владимир Владимирович, Вы знаете, получается так, что какая-то ревность наступает между министерством и Общественной палатой: кто будет рекомендовать, кто будет [в общественном совете]. Я думаю, что мы справимся с этой задачей. Казалось, просто всё, но на практике оказалось, что не так-то просто убедить наших руководителей, что сегодня и гражданское общество имеет свою инициативу и право своего голоса.

Я должна сказать, что нам предстоит очень серьёзная работа, когда будет принят закон об общественном контроле. Нам надо очень серьёзно подумать, как обучить наших общественных экспертов, которые будут осуществлять контроль. Это проблема серьёзная, потому что сегодня просто так на региональном уровне эксперты по улице не ходят, их нужно воспитывать, обучать и решать эту проблему.

И я бы хотела сказать ещё о том, что сегодня, наверное, назрела необходимость рассмотреть и принять федеральный закон об основных принципах организации деятельности общественных палат в субъектах Российской Федерации. Проект такой подготовлен, находится сейчас в Совете Федерации на обсуждении. Очень бы хотелось, чтобы этот проект был одобрен и принят, потому что нам сегодня необходимо систематизировать и работу региональных общественных палат, сделать единые принципы формирования составов и, конечно, решать вопросы экспертизы. Эти все проблемы вошли бы в этот закон. Думаю, что это в конечном итоге будет содействовать не только авторитету Общественной палаты, но и в целом будет помогать в развитии нашего гражданского общества.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

У меня комментариев, честно говоря, немного. Я согласен с Вами, общественные палаты в регионах, конечно, востребованы, и нужно это как-то систематизировать. Я готов это поддержать, давайте подумаем как. Вы возглавляете Музей изобразительных искусств?

Н.ВАВИЛОВА: Да. Вы у нас были в музее, Владимир Владимирович, я Вам показывала наши экспозиции. Вы смотрели картину «Ярославна» Тамары Юфа. Сегодня наш музей процветает.

В.ПУТИН: Прямо в центре Петрозаводска?

Н.ВАВИЛОВА: Прямо в центре, на площади. Это бывшая Олонецкая губернская мужская гимназия.

В.ПУТИН: А Кижи как поживают?

Н.ВАВИЛОВА: Есть проблемы, но тем не менее все равно реставрация идет, коллектив работает.

В.ПУТИН: Главное, чтобы не превращали в акционерное общество. И чтобы предпринимательская деятельность на территории музеев имела бы какие-то границы, обусловленные здравым смыслом.

Н.ВАВИЛОВА: Сегодня общественность этого просто не допустит. У нас очень сильная заонежская общественная организация, так что будем обязательно хранить свое великое достояние, но оно и достояние мировое.

Спасибо.

В.ПУТИН: Это правда. Спасибо Вам.

А.БРЕЧАЛОВ: Слово Дроздову Николаю Николаевичу.

Н.ДРОЗДОВ: Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Дорогие друзья!

Прежде всего хочется выразить Вам свою признательность за Ваши мысли, слова и действия, которые никогда не расходятся друг с другом и которые позволяют нам выходить победителями уже из целого ряда сложнейших ситуаций. Кстати, я как факелоносец говорю о наших восторженных впечатлениях от Олимпиады, и от Паралимпиады особенно. То, что было невозможным, стало возможным. А затем, конечно, возращение Крыма в родное Отечество. Все это происходит настолько четко и взвешенно. Спасибо Вам.

Я думаю, что с таким подходом мы движемся к одной главной цели – это создание сильного, экономически богатого и справедливого социально государства – нашей великой России.

Владимир Владимирович, я в Общественной палате нового созыва представляю экологическое движение «Живая планета». Прошлый год Вашим указом был объявлен Годом экологии, и мы сделали целый комплекс серьезных природоохранных мероприятий по всей стране. Но это уже прошло.

А сейчас у нас Год культуры, тоже Вашим указом объявлен. И это, конечно, очень важно. Понятие культуры настолько широкое. Мне посчастливилось войти в комиссию по культуре, это очень приятно.

Хочу сказать о Вашей деятельности в отношении охраны природы. Подумать только, я столько лет занимался именно охраной редких видов, занесенных в Красную книгу СССР, потом России, и такой поддержки, как сейчас мы никогда не видели, потому что Вы берете персональную опеку над редкими видами. Это жемчужины нашей фауны – уссурийский тигр (причем Ваши ближайшие соратники Вам в этом помогают), дальневосточный леопард, снежный барс, кавказский леопард, белуха, белый медведь. Все это сейчас все больше и больше становится нашим национальным достоянием, все это чувствуют.

А сейчас Год культуры. «Живая планета» под патронажем и Администрации Президента, и Минрегионразвития, и Государственной Думы провела в преддверии Дня России 12 июня акцию, я бы ее назвал именно социально-культурной патриотической акцией – это создание и демонстрация самого большого флага России. Это произошло на стадионе «Москвич» в Москве. Мы развернули флаг шириной 26 и длиной 40 метров, что было зарегистрировано в Книге рекордов Гиннеса. Но это послужило еще и началом эстафеты этого флага по всем регионам.

По сути, флаг, гимн и герб – это три самых главных символа нашей государственности, это символы патриотизма. И любой культурный человек должен понимать, если он – гражданин, то для него это главное достояние культуры, не только символы государства, это основное понятие культуры. Апофеозом этого движения будет развертывание флага на Северном полюсе. Внимание к проблемам, перспективам Арктики (разработка ресурсов и охрана природы) – это же очень важно. И этот флаг будет развернут на Северном полюсе.

Мне приходилось уже три раза бывать на Северном полюсе, я знаю это место прекрасно, знаю, как оно выглядит. Прошел по всему Северному морскому пути, на всех островах почти побывал. И, знаете, проблема охраны ресурсов Арктики, ее использования, очень для нас важна. Эта акция, конечно, привлечет всю российскую общественность к проблемам и перспективам российской Арктики.

Вы знаете, очень много сейчас новых, смелых проектов и научно-технических, и социально-экономических, и социально-культурных в Арктике намечено, движутся уже. Но я хотел бы у Вас помощи попросить, внимания к такой, казалось бы, простой бытовой проблеме, но она фундаментальная для Арктики, – это уборка мусора в Арктике. То есть, казалось бы, что такое уборка мусора? Я сейчас с таким увлечением как волонтер возглавляю группы активной молодежи, мне хочется их всегда назвать «комсомольцы XXI века». Мы с ними идем и собираем мусор на пляжах, на горных тропах, в парках, в лесах. И мне это такое удовольствие доставляет, мне это интересней даже, чем наблюдать за животными, фотографировать.

Сейчас у нас есть такие проекты, как, например, «Нажми на мусор». Вот этими руками и этими ногами я уже тысячи бутылок, пакетов превратил в плоские из круглых. Это такая экономия перевозки, транспортировки мусора – в пять, в десять раз. Вес тот же, а объемы в пять, в десять раз меньше.

Потом вторая акция – «Ночной сбор мусора». Ночной сбор мусора очень эффективный и безопасный на горных дорогах. Ночью можно, следуя за двумя-тремя машинами с включенными фарами, собирать мусор – его видно гораздо лучше, никакого транспорта нет, безопасно. С ночи до утра мы успеваем пройти по пять-десять километров по горным дорогам Кавказа, Прибайкалья, в самых серьезных регионах.

Помните это выражение – Маленький принц Сент-Экзюпери сказал, что «проснулся утром – убери свою планету». Это очень трогательно, но это больше для детей. А мне в большей степени нравится такое выражение Вашего полного тезки – Владимира Владимировича Маяковского, который сказал: «Я – ассенизатор и водовоз, революцией мобилизованный и призванный».

Я хочу быть таким уборщиком мусора, потому что мусора очень много. 7 миллиардов тонн ежегодно накапливается, и 90 процентов этого мусора лежит на полигонах. Таким образом, это и отчуждение территорий, это и загрязнение окружающей среды. И только 8 процентов отходов перерабатывается, остальное все лежит и продолжает выделять так называемый свалочный газ, а при современных технологиях можно до 80 процентов этого мусора переработать. В идеале, конечно, что нам бы хотелось, чтобы сбор мусора стал престижным занятием не только для нанятых уборщиков, но и для волонтеров.

У нас есть такое движение «Мусора нет». Если проводить грамотный, раздельный сбор мусора, то можно до нуля довести отходы, все отходы становятся товарами, которые можно снова использовать. И тогда уже все отходы будут переходить в доходы, и мы сможем сказать, что мусора нет – это стало живой реальностью.

Спасибо.

В.ПУТИН: Николай Николаевич вспомнил про Маяковского. Я тоже хочу вспомнить: «А вы ноктюрн сыграть могли бы на флейте водосточных труб?».

Вы так про мусор рассказали, что это прямо произведение какое-то.

Мы обязательно этим займемся. На самом деле вопрос действительно важный – приборка страны, в том числе в прямом смысле этого слова. Начали с Севера, потому что это наиболее сложная проблема, наболевшая и затратная с точки зрения даже ресурсов. Но будем продолжать работать не только в Арктике, но и в других регионах. Вам спасибо большое.

<…>

Д.ГУРЦКАЯ: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

В Общественной палате я занимаюсь детьми с ограниченными возможностями. Хочу привлечь Ваше внимание к изменению статуса детских домов, интернатов и коррекционных детских садов. Конечно, порой реорганизация на самом деле необходима, чтобы оказать детям специальные услуги, как это было, например, с московской школой №1 для слепых детей, которую заканчивают наши девочки Вика и Лера Артёмовы. Там появился молодой директор, также попечительский совет возглавил министр городского правительства.

Но, к сожалению, есть и другая ситуация. На территории усадьбы Абрикосовых расположен один из старейших детских домов – «Молодая гвардия», созданный 7 октября 1919 года. Как вы знаете, земля, на которой находятся детские дома, неотчуждаема по закону. Вместо детдома создали центр содействия семейному воспитанию с перспективой расформирования, чтобы освободить землю для иных нужд. Просьба вернуть статус детского дома. А при подобных ситуациях надо найти механизм защиты прав наших маленьких сограждан и воспитать их в православных традициях. Ведь вера в Бога, а я, выросшая в интернате для слепых детей, знаю это по себе, – это основа основ для таких малышей.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Спасибо, Диана.

У меня в этой связи две просьбы. Во-первых, дайте, пожалуйста, нам точный адрес, я попрошу коллег забрать его. Заберите, мы с этим вопросом позанимаемся отдельно.

И в этой связи некоторое обобщение. Нужно подумать на тему о том, как обеспечить безопасность учреждений подобного рода и выстроить определённую систему защиты от перевода из одной категории в другую. Мне кажется, что Общественная палата, в том числе в Вашем лице, вполне может над этим подумать. Используя знания и опыт других коллег, в том числе и юристов, которые широко представлены в Общественной палате, сделать соответствующие предложения.

Д.ГУРЦКАЯ: Спасибо.

А.БРЕЧАЛОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Буквально ещё один вопрос, если позволите. Антон Владимирович Цветков, руководитель комиссии общественной безопасности и взаимодействия с общественными наблюдательными комиссиями. Пожалуйста.

А.ЦВЕТКОВ: Добрый день, Владимир Владимирович!

В.ПУТИН: Здравствуйте!

А.ЦВЕТКОВ: Вы знаете, мы внимательно следим за ходом решения вопроса по жилью военнослужащих. Безусловно, в прошлом году и в этом году мы видим серьёзный перелом и надеемся уже, что в этом году можно будет сказать, что этого вопроса уже не существует. Это важно. Министерство обороны достаточно активно с нами взаимодействует, идёт навстречу, поддержало нашу инициативу предраспределения жилья, то есть не надо ждать, когда квартира уже зарегистрирована, когда есть свидетельство, при высокой степени готовности офицер или военнослужащий знает, что вот его квартира, и ждёт её. Вы знаете, был принят закон о единой денежной выплате, которая решает очередь очень серьёзно, потому что не надо ждать, когда будет построен дом, и получить жильё. В ряде регионов страны военнослужащие, безусловно, выиграли от этого, потому что они получат реально большее количество квадратных метров. То есть эта проблема действительно уже решена. Военнослужащий чувствует изменение и усиление положительного отношения к себе.

Но есть ряд других проблем, которые, уверен, Вы знаете. И хотел бы, чтобы Вы в очередной раз, может быть, обратили внимание Правительства на них. Это проблема участников боевых действий, в частности в Таджикистане. Вы знаете, в 2010 году была принята поправка в закон о ветеранах. Соответственно, было уже объявлено, что участники боевых действий в Таджикистане имеют возможность получить этот статус. Но, к сожалению, на настоящий момент только 5–10 процентов смогли его получить в связи с бюрократией, в связи с тем, что когда вводился контингент, то он вводился по определённым документам. Соответственно, в личных делах идут те записи, которые не позволяют сейчас людям получить своё законное право. Как Вы знаете, ещё есть ряд людей, которые также выполнили свой долг в ряде стран, таких как Сирия и другие.

Участники боевых действий – это очень важный вопрос. Недавно мы проводили достаточно серьёзные общественные слушания по проблемам семей военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, погибших при исполнении служебных обязанностей. Большая просьба от этих семей подумать и проработать вопрос о принятии единого федерального закона о статусе семей погибших, потому что сейчас это достаточно регламентировано различными нормативно-правовыми документами. Иногда они противоречат друг другу, иногда возникают определённые казусы. И если есть возможность принять такой закон, мы готовы по линии Общественной палаты достаточно серьёзно проработать вместе с депутатами Государственной Думы.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Безусловно, если такие противоречия есть, а они действительно могут быть, имея в виду, что эти вопросы урегулированы различными нормативными актами, то нужно провести анализ прежде всего, что там происходит, что чему противоречит, подумать над двумя возможностями решения этой проблемы: либо в действующей нормативной системе отрегулировать что-то, или принять единую норму. Можно и так, и так поступить.

Что касается участников боевых действий в Таджикистане, закон уже принят соответствующий?

А.ЦВЕТКОВ: Принята поправка в 2010 году в закон о ветеранах, но она, к сожалению, ещё не реализована.

В.ПУТИН: Она эффективно не работает, да?

А.ЦВЕТКОВ: Эффективно не работает. Мы готовы подготовить докладную записку на Ваше имя по этому вопросу. Знаете, какой казус есть? Человек получает медаль «За отвагу», но не признан участником боевых действий.

В.ПУТИН: Давайте ваши соображения.

А.ЦВЕТКОВ: Спасибо.

В.ПУТИН: Вам спасибо большое за то, что обратили на это внимание.

И по первому вопросу требуется соответствующий анализ. Дайте мне записку, я поручу Правительству это проработать.

А.БРЕЧАЛОВ: Буквально пять секунд.

В.ПУТИН: Пожалуйста.

А.БРЕЧАЛОВ: Владимир Владимирович, поскольку наша встреча подошла к концу, я хотел бы Вас поблагодарить, что Вы уделили столько времени общению с Общественной палатой. Для нас это крайне важно. Поскольку у меня не было много времени для такого общения, я хотел бы сказать, коллеги, вы знаете, действительно общение с Правительством и с Государственной Думой – это дорога с двусторонним движением, но я предлагаю начать с нас самих. Чем качественней будет наша работа, чем больше наши выводы, наше мнение будет подтверждено мнением граждан, мнением экспертов, я уверен, тем плотнее, качественнее будет диалог. Все люди в Федеральном Собрании и в Правительстве вменяемые и адекватные. Я уверен, что к нашему мнению будут прислушиваться, поэтому очень многое зависит от вас.

Владимир Владимирович, спасибо огромное. И готовимся к годовому докладу в конце года.

В.ПУТИН: Вам спасибо большое.

В.ШУГЛЯ: Нельзя не сказать о той роли, которую Вы играете сегодня в мире, связанной с Великой Отечественной войной. 70-летие нашей операции «Багратион». Я видел, когда Вы были в Белоруссии 2-го числа, Вы открывали там музей. Во-первых, Вам великая благодарность от всего народа за то, что Вы эту память поддерживаете, не даёте разрушить, хотя сегодня на Западе активно пытаются нас унизить, говоря о том, что мы как бы не первые, а вторые и третьи, начиная подсчитывать, кто лучше и кто хуже, как обычно делают торгаши.

Я бы хотел сказать, очень интересный подход чувствуется у наших западных партнёров. Забивая этот клин, они прежде всего забивают этот клин и в наш будущий Евразийский экономический союз. Они забивают этот клин и в Таможенный союз. И вообще забивают клин в то, чтобы мы собрались на постсоветском пространстве в какие-то крупные экономические союзы. Снова, опять игра идёт, снова, опять те самые вопросы.

Мне бы хотелось сказать как народному дипломату – я являюсь почётным консулом Республики Беларусь, – ещё раз поклониться от всех ветеранов – а мой отец тоже ветеран, как и Ваш, фронтовик, – низко поклониться за то, что Вы не сдаёте наши позиции, что Вы продолжаете эту нелёгкую борьбу. И сегодня в свете событий на Украине это особенно важно.

Мы у себя в союзе интеграции братских народов в Тюмени, в нашем Тюменском крае, очень активную ведём работу и с молодёжью, и с ветеранами в этом направлении. Я, как член Общественной палаты, записан в комиссию общественной дипломатии. И как президент своей собственной компании активно веду такие проекты, которые связаны именно с этим. Один из этих проектов – небольшой, маленький – у меня в руках. Я бы хотел Вам подарить эту книгу, в которой писатели Тюмени и Минска, поэты выразили свои чувства по отношению к этому великому дню.

Вам большое спасибо. Сибиряки с Вами всегда.

В.ПУТИН: Спасибо.

Вы знаете, если говорить об этой составляющей нашей жизни, здесь уже звучало, и Александр Владимирович говорил о том, что наши партнёры на Западе не хотят сильной России. Вы знаете, во-первых, Запад неоднородный, и разные люди есть, и разные страны есть. Первое.

Второе. Это не какая-то особенность сегодняшнего дня. Никто никогда и нигде не хочет сильных конкурентов, а международная жизнь – это конкурентная борьба. Так было во все времена. И наше – не исключение. Поэтому нет никакого героизма в том, что мы с вами вместе делаем по укреплению страны, нет ничего особенного, что мы встречаем и какое-то сопротивление. Но и нет ничего особенного в том, что мы имеем, имели всегда и сейчас имеем, будем иметь в будущем доброжелателей и союзников. Мы не будем никогда заниматься изоляционизмом, мы всегда будем частью мирового сообщества, но оно сложное, неоднородное. Мы правильно с вами должны определять свои национальные интересы. Мы это научились делать, так же как учимся и у прежних поколений, в том числе у поколения победителей, отстаивать эти интересы. Будем это делать настойчиво, но корректно. Осторожно, как говорил известный персонаж, но сильно.

Я хочу вам пожелать успехов. Надеюсь на совместную с вами работу. Спасибо вам.

Всего самого доброго. До свидания.

Новый взрыв «джихадизма»: почему сейчас и что дальше?

А.Г. Аксенёнок – кандидат юридических наук, Чрезвычайный и Полномочный Посол, опытный дипломат, арабист, долго работавший во многих арабских странах, в том числе в качестве посла России в Алжире, а также спецпредставителем на Балканах и послом Российской Федерации в Словакии.

Резюме 10 июня 2014 года в Ираке произошло событие, приравненное к политическому землетрясению.

10 июня 2014 года в Ираке произошло событие, приравненное к политическому землетрясению. Угроза появления нового Афганистана в центре Ближнего Востока стала приобретать вполне реальные очертания. В считанные дни террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ), известная в Сирии и Ираке своей особой жестокостью и воинствующим фанатизмом, заняла двухмиллионный город Мосул, второй по численности населения, и объявила о начале победного шествия на Багдад.

Под полным или частичным контролем ИГИЛ оказались три северо-западных провинции страны (Ниневия, Самара, Салах Эд-Дин) или около одной трети территории Ирака. На захваченных территориях от Алеппо на северо-западе Сирии до провинции Диала на востоке Ирака объявлено об образовании средневекового теократического государства под названием «исламский халифат».

История повторяется дважды

Будучи занятым украинским кризисом, внешний мир как-то не сразу адекватно воспринял произошедшее. Террористические акты и вооружённые столкновения на конфессиональной почве не прекращаются в Ираке более десяти лет, а в последнее время вспыхнули с новой силой. Вскоре, однако, стало понятно – на этот раз речь идёт не о каком-то отдельно взятом эпизоде в этом порочном круге насилия. Такой оборот событий, пусть вначале и выглядел как исламистский блицкриг, на самом деле не был столь неожиданным. Тем более на фоне войны в Сирии, где ИГИЛ за последний год превратилась в крупную силу.

По мере новых военных успехов исламистов, развала иракской армии и государственной неуправляемости [1] у международного сообщества возникло множество вопросов: почему такое стало возможным, каков на самом деле военно-политический потенциал этой организации, устоит ли и без того распадающийся Ирак как единое государство, насколько серьёзны катастрофические прогнозы о грядущей перекройке карты Ближнего Востока. Ответы на эти вопросы лежат в нескольких плоскостях. Одни уходят корнями к 2003 году, когда Ирак был оккупирован антисаддамовской коалицией во главе с США, другие связаны с соперничеством крупных региональных держав, третьи с продолжающимся сирийским внутригосударственным конфликтом.

Судьба Ирака, оказавшегося на грани потери государственности и разгорающейся религиозной войны, явилась, теперь и на Западе, новым поводом к тому, чтобы до конца осмыслить последствия американского вторжения в эту страну. Западные политологи всё больше приходят к выводу, что это была «катастрофическая ошибка» предыдущей американской администрации, что именно США несут ответственность за распространение волны воинствующего исламизма по всему региону. Подобно тому, как Суэцкий кризис 1956 года подстегнул подъём панарабского национализма, война западной коалиции против мусульманской страны спровоцировала небывалый влёт радикального ислама, создала условия для укрепления «Аль-Каиды». Поддерживавшийся твёрдой рукой С. Хусейна хрупкий баланс между находившимся у власти суннитским меньшинством и шиитским большинством в одночасье оказался нарушен в пользу шиитов. Свержение режима, стержнем которого было монопольное правление партии БААС, вызвало коллапс всей политической системы. Межконфессиональная вражда быстро перебросилась на Сирию и Ливан на западе вплоть до Пакистана на востоке. В итоге после насаждения в Ираке парламентаризма западного образца эта арабская страна, раздираемая к тому же исторической враждой соседних региональных держав, в первую очередь Саудовской Аравией и Ираном, оказалась на грани распада.

ИГИЛ — «Аль-Каида» 2.0?

В отличие от многих других порождённых «Аль-Каидой» террористических организаций ИГИЛ с самого начала имела чётко выраженную и открыто заявленную стратегическую цель - образование исламского халифата в географически очерченном ареале не только Ирака и Сирии, но и всего Леванта (это историческое название охватывает территорию также Ливана, Иордании, бывшей подмандатной Палестины и даже части Египта). Боевой опыт в Сирии, где боевики ИГИЛ с апреля 2013 года вели кровопролитные бои не только с правительственными войсками, но и с группировками вооруженной оппозиции – светскими (т.н. сирийская свободная армия) и исламистскими («Джабхат Ан-Нусра») - позволил этой организации наработать военную тактику, овладеть искусством выстраивания союзов с суннитскими племенами с использованием материальных стимулов и системы социальной помощи местному населению при условии принятии им жёстких норм шариата.

Эффективной оказалась воспринятая от афганских талибов тактика удержания захваченных территорий. Общая численность боевых отрядов ИГИЛ, по различным оценкам, не превышает 15 тыс., из которых около 2 тыс., преимущественно иностранцев, считаются ударной силой. Армия «муджахедов» далеко неоднородна. Под её флагами сражаются также туркмены и курды, так называемая «накшабандия», бывшие офицеры прошлого режима и даже баасисты. В то время как элитное ядро задействовано в боях, контроль за территорией осуществляется скрытыми ячейками, шейхами местных племён, присягнувшими на верность исламистам.

Организация располагает крупными финансовыми ресурсами. Причём не только за счёт частных пожертвований из фондов государств Персидского залива. Важным источником поступления денежных средств были доходы от контрабанды, грабежей, от выкупов за освобождение заложников, в том числе из западных стран, а также от введения шариатских налогов. С захватом нефтяных скважин на северо-востоке Сирии (провинция Ракка) резервы ИГИЛ пополнились доходами от продажи нефти. Недаром эта организация считается самой богатой из всех ответвлений «Аль-Каиды» и финансово от неё не зависящей. Её активы, по данным западных источников, оцениваются в один млрд. долл. США (Financial Times, June 23 2014 Unrivalled riches help ISIS aspire to role of state). Захват банков Мосула и брошенного иракской армией военного имущества значительно «обогатил» исламистов.

После последних территориальных приобретений ИГИЛ получила трансграничный простор для создания суннитского эрзац-государства в междуречье Тигра и Евфрата, от восточных районов Сирии до северо-западных районов Ирака, где идёт практически свободный переток боевиков и вооружений в обе стороны. Иракских суннитов на помощь антиправительственным силам в Сирии, а сирийских и ливанских шиитов в ряды противников ИГИЛ в Ираке. Если учесть взаимосвязи между Ливаном и Сирией, то можно считать, что внутренние конфликты в этих трёх странах как бы слились в одну религиозную войну между последователями двух главных ветвей ислама – суннитской и шиитской.

Одна из причин столь быстрых успехов исламистов ИГИЛ состоит не только в получаемой ими скрытой помощи извне, в чём Н. Аль-Малики обвиняет Саудовскую Аравию. То, что внутренние конфликты в Сирии и Ираке во многом следствие «клиентской войны» между Саудовской Аравией и шиитским Ираном, укрепившим своё влияние на Багдад, само по себе не новость. За время двух конституционных сроков у власти иракский премьер-министр с присущим ему авторитарным стилем и сильной конфессиональной приверженностью оттолкнул от сотрудничества с возглавляемым им правительством большинство влиятельных суннитских политических и религиозных деятелей, шейхов племён. Именно этим многие аналитики объясняют быстрое расширение сферы влияния ИГИЛ. Исламисты сумели оседлать волну возмущения иракских суннитов монополизацией власти по конфессиональному признаку и заручиться поддержкой местного населения.

Ключевое значение приобретает сейчас курдский фактор. Курды могут стать главной выигравшей стороной. Располагая широкой автономией и собственными военными формированиями (пешмерга) на севере Ирака, они после захвата Мосула исламистами быстро установили свой контроль над нефтедобывающим районом Киркука, который давно является яблоком раздора с центральной властью в Багдаде. Курдское руководство осторожно избегает сепаратистских заявлений, но в последнее время всё чаще даёт понять: если обстановка ухудшится, может быть поставлен вопрос о проведении референдума в Курдистане и в других районах, на которые курды могут претендовать. В этом плане характерно недавнее заявление курдского лидера М. Барзани для CNN: «Ирак распадается. Пора народу Курдистана определить своё будущее …» Конечно, об образовании независимого Курдистана речь пока не идёт, хотя эта цель всегда была и остаётся вековой мечтой курдского народа.

А судьи кто?

Эскалация иракского кризиса бросает новый серьезный вызов всему международному сообществу. В первую очередь это касается США, на которых после ухода из Ирака лежит особая моральная ответственность. Вместе с тем, как и в случае с Сирией, администрация Б. Обамы поставлена перед лицом затруднительных выборов. Здесь ситуация для нее, пожалуй, даже более щепетильная. Возникает вопрос о двойном отношении к терроризму. Режим Б.Асада был объявлен Б.Обамой «нелегитимным», и действия исламистов из ИГИЛ в Сирии не встречали должного отпора. Н. Аль-Малики, хотя и поддерживает тесные связи с Ираном, считается союзником Вашингтона. Но нанесение удара по исламистам в Ираке означало бы прямое участие американцев в конфессиональной войне на стороне шиитов, что сыграло бы на руку террористам. Отказ от поддержки Малики в условиях, когда под вопрос поставлена судьба созданной американцами политической системы, нанес бы значительный ущерб авторитету США в арабском мире, и без того пошатнувшемуся после свержения Х. Мубарака.

С учетом всех этих соображений, США, судя по последним заявлениям Б. Обамы и Дж.Керри (Financial Times, June 23 2014), избрали линию на политические усилия при одновременной подготовке к нанесению ударов с воздуха в случае оперативной необходимости. О прямой военной интервенции речи пока не идет, и такой вариант представляется маловероятным. На данном этапе американцы ограничились направлением группы военных инструкторов в составе 300 человек с миссией оказания помощи иракской армии и сбора разведывательной информации для возможного использования авиации. Дж. Керри срочно прибыл в Багдад с миссией склонить Н. Аль-Малики к формированию представительного правительства «национального согласия», включающего в себя влиятельных суннитских и курдских политических и религиозных деятелей. Это выбило бы из-под ног исламистов базу поддержки на местах. В этом случае военная поддержка правительственных войск со стороны американцев не выглядела бы как участие в конфессиональной войне.

В самом Ираке положение осложняется еще и тем, что удары исламистов были нанесены в тот момент, когда позиции самого премьера сильно пошатнулись. Поэтому дальнейшие сценарии развития ситуации, помимо внешних факторов, будут определяться ещё и тем, каким образом разрешится внутриполитический кризис самой власти. Будет это с Н. Аль-Малики или без него.

Исламистская угроза самому существованию иракского государства напрямую затронула стратегические интересы крупных региональных игроков. От того, каким образом разрешится эта новая проблема, зависит также дальнейшее развитие сирийского конфликта – в сторону обострения или политического урегулирования.

Поиск договорённостей о согласованных действиях идет главным образом между Саудовской Аравией, Ираном и Турцией – тремя соседними государствами, имеющими наиболее сильные рычаги влияния в Ираке. При всем их соперничестве за лидерство в регионе, расшатанном «арабскими революциями», эти государства рассматривают перспективу расчленения Ирака как неприемлемую угрозу с непредсказуемыми последствиями. Похоже, многолетний взаимосвязанный конфликт в Сирии и Ираке достигли такого предела, когда каждая из вовлеченных в него сторон начала более трезво взвешивать баланс выгод и потерь и больше задумываться о возможном ущербе для своих собственных интересов.

Саудовская Аравия выступила в поддержку политического решения на базе формирования правительства «национального спасения» и категорически отмежевалась от терроризма. В рядах ИГИЛ имеется большое количество боевиков, которые со временем создадут угрозу самому Королевству. Еще до исламистского наступления саудовцы и иранцы стали обмениваться сигналами о готовности возобновить диалог по ситуации в регионе. Крайне заинтересованный в успешном завершении женевских переговоров по «ядерному досье», Иран, со своей стороны, проявляет осмотрительность, избегая прямого военного вмешательства. К этому он призывает и США, хотя и принимает меры предосторожности на случай обвального развития событий. Турция также высказалась против вооруженного вовлечения в конфликт на той или иной стороне, в том числе против бомбовых ударов из опасений больших жертв среди мирного населения. Р. Эрдоган прямо заявил: «Поскольку иракская армия покинула свои позиции на севере Ирака, ситуация стала скорее войной между конфессиями, чем борьбой организации ИГИЛ и правительством Ирака. Это суннитско-шиитская война, и мы её не принимаем и не одобряем.»

Резкое обострение и без того взрывоопасной обстановки в Ираке поставило под вопрос существование государства, спешно построенного в условиях иностранной оккупации и по западным конституционным рецептам. Демократические ценности в их либеральном понимании не вписываются в социальную психологию и политическую культуру арабского многоконфессионного и полиэтнического общества. В этом не вина, а скорее беда Н. Аль-Малики, ставшего частью нефункциональной политической системы.

Со стороны внешних акторов видно понимание опасности интервенционистских действий. Тем более в ситуации, когда внутриракский конфликт принимает открыто межконфессионный характер. Опыт «арабских революций» показал правильность позиции России в том, что применение военной силы в мусульманском мире хоть и может принести временный успех, в конечном счете не обеспечивает стабильное развитие на долгосрочную перспективу, создавая очаги новых потрясений.

Что дальше?

В данном случае исламисты из ИГИЛ бросили вызов практически всем вовлеченным в конфликт сторонам, будь то внутри Ирака или вне его. Если отражение исламской угрозы пойдет по пути согласования международных и региональных усилий на базе общих интересов, а такая тенденция начинает прослеживаться, то это могло бы привести к выстраиванию новой региональной конфигурации. В этой системе координат режим Б. Асада может показаться Западу не таким «большим злом» по сравнению с существованием исламского халифата в этой стратегически важной части Ближнего Востока. Полная координация действий США с Ираном в решении этой проблемы вряд ли возможна, но взаимное понимание пределов односторонних шагов, судя по всему, уже налаживается. Для суннитских союзников США в арабских государствах Персидского залива важное значение имеют американские заверения в готовности Вашингтона сдерживать региональные амбиции Ирана.

Составной частью согласованных шагов в этой новой кризисной ситуации являются происходящие именно в это время позитивные сдвиги в отношениях России и Саудовской Аравии. Начавшийся между ними политический диалог на высоком уровне должен способствовать появлению взаимопонимания в подходах к сложному комплексу региональных и международный проблем. В ходе визита в Саудовскую Аравию министра иностранных дел России С.В. Лаврова саудовское руководство подчёркивало «глубокую заинтересованность в существенном наращивании партнёрства Россией».

Российско-саудовское и американо-иранское сближение, происходящее на параллельных курсах, может создать благоприятную атмосферу для восстановления согласованных шагов на ближневосточном треке с акцентом на продолжение поисков политического урегулирования внутренних конфликтов в Сирии и Ираке, тесно связанных между собой.

1. На прошедших 30 апреля с.г. парламентских выборах партия «Государство закона», возглавляемая премьер-министром Нури Аль-Малики, в третий раз одержала победу, но не смогла получить достаточное количество мест, чтобы создать правящую коалицию. Формирование правительства затянулось, и к моменту обострения военной обстановки страна оставалась в состоянии политического кризиса.(прим.автора)

Ирак > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 8 июля 2014 > № 2913959 Александр Аксененок

Саудовская Аравия начинает масштабное исследование по выявлению источника и распространения смертельного вируса МЕРС - коронавируса, вызывающего так называемый "верблюжий грипп". К проекту будет привлечено более 120 микробиологов.

Власти страны отреагировали на международную критику, признав, что запоздали с принятием решения, сообщило информационное агентство Reuters.

Ученые и специалисты в области глобального общественного здравоохранения, а также ВОЗ предъявили претензии, что в Саудовской Аравии до сих пор не обеспечено наблюдение за путями распространения на Ближнем Востоке вируса, вызывающего тяжелый респираторный синдром. От "верблюжьего гриппа" в королевстве погибли уже почти 300 человек. Случаи заболевания ближневосточным синдромом зарегистрированы уже в 20 странах - в Европе, Северной Америке, на Азиатском континенте. Исследование по типу "случай-контроль" (когда отслеживаются контакты и возможные источники инфицирования заболевших людей, а также группы здоровых добровольцев) ставит целью окончательно выяснить, каким образом вирус передается от животных к человеку. Кроме того, предстоит ответить на вопрос о факторах риска заражения в тех случаях, когда не было выявлено четкого источника инфекции. Например, когда заболевший человек не имел контакта с кем-то еще с МЭРС. Как уже сообщала "РГ", в тяжелых случаях вирус МЕРС вызывает сходное с атипичной пневмонией заболевание, смертность от которого, по данным ВОЗ, составляет 30%.

Страны Персидского залива занимают в определённом отношении невыгодное географическое положение — здесь почти каждый день палит солнце и мало пресной воды. Но некоторые государства являются богатейшими в мире и вкладывают немалые средства в высокотехнологичные разработки. Технологии делают приоритетным направлением стратегического развития в целом и науки в частности. В Саудовской Аравии планируется построить девять опреснительных заводов и установить солнечные электростанции общей мощностью 30 ГигаВТ. А в Объединённых Арабских Эмиратах (ОАЭ) уже построили самую мощную станцию, работающую от энергии солнца.

Пресная вода от солнечной энергии

Сегодня Саудовская Аравия является крупнейшим производителем пресной воды из морской. Около 18 % воды, получаемой путём опреснения, добывается именно здесь. Компания IBM и научно-исследовательский институт Саудовской Аравии сейчас проектируют опреснительный завод, в котором используется совершенно новая солнечная технология и последние разработки в области нано-мембран для очистки воды. Новый опреснитель будет питаться по ультра концентрированной технологии, которая позволит использовать фотоэлектрические панели, преобразовывающие в электричество лучевой поток плотностью 1500 мощностей солнца.

В это же время другая интернациональная группа учёных из Японии и Остинского университета США работает над совершенствованием процесса получения пресной воды с помощью новой нано-мембранной технологии. Её идея в том, что фильтры будут очищать воду от солей и потенциально опасных токсинов с минимальными затратами энергии в сравнении с существующими технологиями опреснения. Разработка нового вида полимерной мембраны сделает очистку воды максимально эффективной и недорогой. Помимо этого, нано-мембрана более долговечна и не подвергается деградации под воздействием хлора, как это происходит в системах обратного осмоса. До сих пор наиболее распространёнными способами очистки воды были термальные технологии и технологии обратного осмоса. Однако эти методы обходятся от 0,66 до 1,46 долларов за один кубический метр воды.

Новый опреснительный завод построят к северо-востоку от города Эль Хафджи, а производить он сможет ежедневно 30 тысяч кубометров пресной воды, обеспечивая потребности 100 тысяч человек. Исследователи IBM пока не разглашают информацию об эффективности подобных систем, зато утверждают, что превзойдут все существующие на рынке решения.

Крупнейшая энергосберегающая станция

Идеальным местом для сбора солнечной энергии являются и Объединённые Арабские Эмираты. Поэтому в этой стране построили самую крупную станцию в мире по сбору энергии солнца — «Shams 1» (что означает на арабском «солнце»). Она находится в 120 километрах юго-восточнее Абу-Даби, и её строительство обошлось в 460 миллионов евро. По 20 % из этой суммы были вложены французской и испанской компаниями, 60 % выделены компанией из ОАЭ — Masdar.

Конструкция «Shams 1» началась во второй половине 2010 года, а открытие провели уже в марте 2013-го. На 2,5 квадратных километрах расположено 250 000 зеркал и 768 параболоцилиндрических коллекторов. Параболические зеркала фокусируют солнечный свет на трубы с проточной водой, благодаря чему образуется пар, разгоняющий турбину. Система охлаждается естественным образом за счёт ветра пустыни. Мощность станции позволяет выработать 100 мегаватт, которых хватает для 20 тысяч домов, расположенных в ОАЭ. «Shams 1» позволит снизить в стране ежегодные выбросы CO2 примерно на 175 тысяч тонн, что можно сравнить с посадкой 1,5 миллиона деревьев, или снижению количества автомобилей на 15 тысяч.

Нефть марки Brent торгуется по самой низкой цене более чем за три недели, так как Ливия готовится к увеличению экспорта и на фоне слухов, что запасы нефти в Ираке остаются в безопасности. Нефть West Texas Intermediate упала на 0,4% в Нью-Йорке. Фьючерсы снизились на 0,2 % после падения пятый день до 4 июля, самый длинный период снижения с января. Ливия, обладатель крупнейших запасов сырой нефти в Африки, сообщила, что два ключевых ливийских нефтяных порта Эс-Сидр и Рас-Лануф, на востоке страны возобновляют работу после почти года блокады.

Боевые действия в Ираке, во втором по величине производителе ОПЕК, не распространились на юг, где расположено производство почти 75% нефти. "Ливия, наконец, намерена вернуться на рынок, и цена на нефть это отражает," - Йенс Наевиг Педерсен, аналитик Danske Bank A / S в Копенгагене.

Нефть Brent с поставкой в августе упала на целых 19 % до 110,45 долларов за баррель на лондонской ICE Futures Europe обмен и 110,55 долларов. Объем всех торгуемых фьючерсов было около 19 процентов ниже среднего 100-дневного показателя.

Главные производители наркотиков – арабы. Они же и активные их потребители. В арабском мире растет количество наркоманов – к такому выводу пришли специалисты из Арабского университета в Эр-Рияде (Саудовская Аравия). Статистические данные говорят о том, что в арабских странах в год рассматривается более 80 тысяч дел, связанных с наркотиками. При этом что десять лет назад их было 54 тысячи. Но, в отличие от других стран мира, это беспокоит руководство страны.

Рассматривая негативную тенденцию к росту, ученые Саудовской Аравии пришли к выводу - борьба с наркоманией дело не только правоохранительных органов, но и всего общества - начиная от семьи и школы и заканчивая общественными и государственными организациями. Эксперты задаются вопросом – как в арабской стране, где государственной религией является ислам, могло произойти такое? И предлагают использовать это религиозное учение для борьбы с наркотиками.

А в Объединенных Арабских Эмиратах, как и в большинстве арабских стран, в борьбе с наркоманией используются силовые методы. Здесь осужденному за употребление наркотиков после освобождения, практически, невозможно ни учиться, ни найти работу. Согласно законодательству, для устройства на работу необходим специальный сертификат полиции. Его можно получить только через два года после постановки на учет в правоохранительных органах.

Бывший наркоман обязан в течение двух лет дважды в неделю сдавать анализ крови, показывать пример в поведении, после чего ему может быть выдано соответствующее разрешение на работу или учебу. И это не случайно – только в одном эмирате Шарджа Объединенных Арабских Эмиратов наркоманы совершают в год до 150 преступлений.

Правительства арабских стран, не особенно афишируя проблемы наркомании, не вступают в международные организации и союзы. И потому, большинство людей полагают, что наркомании в мусульманских странах нет. Как видите, это не так.

Иран – страна наркоманов, что тщательно скрывается, а когда внутренний скандал, связанный с ростом наркомании, достиг апогея, Иран указал на источник мировой наркомании. На кого? Естественно, что на... Но оказывается, что в Израиле дело обстоит лучше, чем в большинстве развитых стран мира. Другое дело в том, что все страны вкладывают колоссальные средства на борьбу с этой проблемой. А в Израиле это - закрытая тема.

Алим Мантулин

Торгово-промышленной палате состоялось заседание Российско-саудовского делового совета. Открыл и вел мероприятие генеральный директор Российско-арабского делового совета Станислав Янковец.

Чрезвычайный и Полномочный посол РФ в Королевстве Саудовская Аравия Олег Озеров сделал подробный обзор двусторонних отношений. По его словам, недавний визит министра иностранных дел России Сергея Лаврова в Саудовскую Аравию подтвердил стремление Москвы и Эр-Рияда к укреплению двустороннего сотрудничества. Взаимный товарооборот по итогам 2013 года составил, по данным российской статистики, около 1 млрд. долларов. Эти показатели, уверен Олег Озеров, не соответствуют имеющемуся потенциалу, учитывая, что суммированный ВВП России и Саудовской Аравии составляет 3,3 трлн. долларов. По мнению дипломата, объем товарооборота в 10 млрд. долларов в условиях наметившейся положительной динамики двусторонних отношений является вполне достижимым.

Сотрудничество России и Саудовской Аравии может получить развитие по таким направлениям, как строительство объектов инфраструктуры (железных дорог, нефте- и газопроводов), высокие технологии и телекоммуникации (на саудовский рынок вышла «Лаборатория Касперского», успешно прошел запуск саудовского спутника российской ракетой-носителем). Перспективными областями сотрудничества являются агропромышленный сектор, производство и поставки продовольствия в Саудовскую Аравию. Имеются перспективы в рыболовной отрасли, в частности, разведении креветок. Есть заинтересованность саудовской стороны в участии российских компаний в строительстве социальной инфраструктуры и жилья.

На заседании выступил заместитель начальника отдела Ближнего Востока и Северной Африки Департамента Азии и Африки Минэкономразвития России Олег Козлов. Он остановился на особенностях ведения бизнеса в Саудовской Аравии и на Ближнем Востоке в целом. Рассказал о некоторых проектах, которые уже реализуются в стране.

В ходе заседания состоялся активный обмен информацией. Докладчики ответили на ряд конкретных вопросов, касающихся выхода на саудовский рынок и ведения бизнеса в Саудовской Аравии.

А. Казимирко-Кириллова

Национальная нефтяная компания Абу-Даби начала экспортировать за рубеж новый сорт сырой нефти под названием Das Crude. Первый танкер с 640 тысячами баррелей нефти этого сорта отправился в Японию из порта острова Дас, расположенного в 170 километрах к северо-западу от Абу-Даби.

Сорт Das Crude — это смесь сортов Lower Zakum Crude и Umm Shaif Crude, он представляет собой легкую нефть с низким содержанием серы. Das Crude является конкурентоспособным товаром, отвечающим мировым стандартам, сообщает РИА Новости.

В ближайшие годы объем сырой нефти, поступающей на остров Дас для переработки, хранения и экспорта, достигнет 765 тысяч баррелей в сутки, отмечает агентство.

По данным ОПЕК, ОАЭ входит в шестерку стран мира с крупнейшими запасами нефти. Большая их часть расположена в эмирате Абу-Даби.

По оценкам Еврокомиссии, в сезоне 2013/2014 Евросоюз экспортировал рекордное количество зерна – 42 млн. т. Экспорт мягкой пшеницы вырос до 29 млн. т (+43% по сравнению со средним показателем за последние пять лет), ячменя – до 8,5 млн. т (+32%).

Отгрузки зерна увеличились как в традиционных направлениях (страны Северной Африки и Саудовская Аравия), так и в страны Азии (Иран и Южная Корея).

Крупнейшими экспортерами европейского зерна остаются Франция и Германия. Третье и четвертое место по экспорту зерна в прошлом сезоне заняли Румыния и Литва.

Конечные запасы зерна в ЕС в прошлом сезоне выросли на 4,7 млн. т до 32,5 млн. т. Тем не менее, объем запасов остался на 24% ниже среднего показателя за последние пять лет.

В текущем сезоне европейские фермеры вновь соберут хороший урожай зерновых культур – 303 млн. т, что немного выше, чем в прошлом сезоне (302 млн. т), и на 6% превышает среднепятилетний показатель. Если прогноз оправдается, то Евросоюз будет иметь возможность сохранить высокие темпы экспорта зерна или увеличить запасы, несмотря на ожидаемый рост внутреннего потребления.

Национальная нефтяная компания Абу-Даби начала экспортировать за рубеж новый сорт сырой нефти под названием Das Crude, сообщает эмиратское информационное агентство WAM.

Первый танкер с 640 тысячами баррелей нефти этого сорта отправился в Японию из порта острова Дас, расположенного в 170 километрах к северо-западу от Абу-Даби.

Сорт Das Crude — это смесь сортов Lower Zakum Crude и Umm Shaif Crude, он представляет собой легкую нефть с низким содержанием серы. По словам представителей компании, Das Crude является конкурентоспособным товаром, отвечающим мировым стандартам.

В ближайшие годы объем сырой нефти, поступающей на остров Дас для переработки, хранения и экспорта, достигнет 765 тысяч баррелей в сутки, отмечает агентство.

По данным ОПЕК, ОАЭ входит в шестерку стран мира с крупнейшими запасами нефти. Большая их часть расположена в эмирате Абу-Даби. Анна Чернова-Салийчук.

Компания из Купертино занялась развитием своих продаж на рынке Ближнего Востока и заключила сделку с крупной розничной сетью по продаже книг и электроники в Саудовской Аравии Jarir Bookstore. Об этом рассказал президент сети магазинов Мохаммад аль-Акиль в интервью для Al Arabiya News.

В сети магазинов в настоящее время уже продается техника Apple, но, по словам руководителя, заключенная сделка поможет снизить стоимость товаров, так как Jarir Bookstore больше не будет нуждаться в услугах дистрибьютора. Кроме того, благодаря прямой работе с Apple, сроки поставок новых товаров должны сократиться.

Это будет первый опыт Apple по прямой работе с ритейлерами на Ближнем Востоке. Пока остается неясным будут ли поставки осуществляться непосредственно на полки Jarir Bookstore или обсуждалась возможность установки фирменной торговой точки на площади партнера.

Саудовская Аравия, Бахрейн, Кувейт и Катар ведут переговоры с ОАЭ и Оманом об их вступлении в Валютный союз Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Страны—члены Валютного союза Совета сотрудничества надеются, что результаты этих переговоров позволят осуществить планы по введению единой валюты этого региона и созданию единого центрального банка в 2015 году.

Валютный союз ССАГПЗ начал свою деятельность в 2010 году, однако еще на предварительных стадиях обсуждения будущего объединения ОАЭ и Оман отказались от вступления в организацию. Окончательной целью Валютного союза должно было стать введение единой валюты халиджи и, соответственно, создание единого центробанка. Наименование «халиджи» вскоре отвергли, предложив в качестве замены распространенное в арабском мире название «динар». Первоначально единую валюту планировалось ввести в 2010 году, но технические трудности и разногласия между странами ССАГПЗ не позволили этим планам осуществиться. В 2013 году Саудовская Аравия подняла вопрос о необходимости ускорения процессов экономической и политической интеграции в регионе, однако Оман и ОАЭ вновь подтвердили свой отказ от участия.

Введение единой валюты может обеспечить дальнейший рост объемов взаимной торговли между государствами—членами ССАГПЗ, которые на сегодняшний день превышают $92 млрд, с ожидаемым ростом в 5% в течение 2014 года. Рост будет обеспечен снижением стоимости финансовых трансакций между странами—участницами ССАГПЗ. Напомним, именно высокая стоимость трансакций между странами ЕС простимулировала решение о введении евро в 2002 году. Инициаторы Валютного союза надеются, что введение единой валюты повысит привлекательность региональных рынков для иностранных инвестиций и укрепит политическую стабильность в регионе. Кроме того, это должно усилить международное влияние стран ССАГПЗ. По мнению арабских экспертов, союз смог бы занять одно место в экономической группе G20 по аналогии с ЕС. Ведь объемы производства шести стран—членов ССАГПЗ позволяют организации занять 13-е место в списке крупнейших экономик мира. В настоящее время из стран Совета сотрудничества в G20 представлена только Саудовская Аравия.

ОАЭ и Оман в вопросе о введении единой валюты останавливает ряд факторов. В первую очередь ожидаемая потеря гибкости валют, что в некоторых случаях может нанести урон отдельным экономикам стран—членов объединения. Препятствием на пути создания Валютного союза также является необходимость модернизации традиционных национальных законодательств стран—участниц ССАГПЗ и ломки некоторых культурных традиций. Особенности менталитета населения арабских стран исторически препятствовали объединениям во всех сферах: передача части суверенитета в экономическом секторе — трудное решение для каждого арабского государства. Наконец, тормозят экономическую интеграцию различные темпы инфляции в странах—членах ССАГПЗ. С введением единой валюты может начаться импорт инфляции, что не устраивает государства с относительно стабильным и невысоким уровнем цен.

Состояние еврозоны в последние годы побудило страны—члены ССАГПЗ пересмотреть некоторые аспекты плана интеграции. В частности, рассматривается возможность унификации финансово-бюджетной и кредитно-денежной политики всех государств Валютного союза и предоставления будущему центробанку организации более широких полномочий, чем ранее предполагалось. О подробностях процесса расширения союза пока не сообщается. Единственный комментарий о ходе переговоров несколько дней назад сделал министр финансов Кувейта Анас Халид аль-Салех: он заявил, что четыре члена Валютного союза продолжают продвигать идею объединения, но некоторые «технические моменты» требуют уточнения.

Два ключевых ливийских нефтяных порта Эс-Сидр и Рас-Лануф, расположенные на востоке страны, в воскресенье возобновляют работу после почти года блокады, передает ИТАР-ТАСС со ссылкой на Национальную нефтяную корпорацию Ливии (National Oil Corporation).

"Власти Ливии согласились отменить наложенные ранее форс-мажорные обстоятельства, что препятствовало выполнению контрактных обязательств", - заявили представители Национальной нефтяной корпорации, подчеркнув, что уже в самое ближайшее время отгрузка идущего на экспорт углеводородного сырья будет возобновлена.

Повстанцы удерживали нефтяные терминалы в Эс-Сидре и Рас-Лануфе с конца июля 2013 года по начало июля 2014 года.

За время блокады портов экспорт энергоресурсов из Ливии упал на 75%, что крайне негативно отразилось на доходах государства, которое на 96% зависит от деятельности нефтяного сектора. До войны 2011 года в этой североафриканской стране, являющейся членом Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), ежедневно добывалось 1,6 млн баррелей нефти.