Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Кувейтская United Steel Industrial Co (ранее KWT Steel) планирует к концу 2011 г. запустить в эксплуатацию второй завод по выпуску арматуры, мощность которого составит 1,2 млн. т в год. Напомним, что в декабре начал работать завод по выпуску заготовки мощность 1,2 млн. т/год.
Компания наращивает свои нынешние мощности по выпуску арматуры в 700 тыс. т/год, чтобы удовлетворить растущий спрос на рынке Кувейта. Это связано с крупными государственными инвестициями в инфраструктуру, которые в ближайшую декаду составят $37-94 млрд. На данный момент компания реконструирует построенный индийцами арматурный завод мощностью 180 тыс. т/год, расположенный в 1 км от существующего предприятия, и рассчитывает утроить его производственные мощности. Как только он будет запущен, KWT начнет производство арматуры диаметром 8-40 мм.
В конце прошлого года компания запустила новый электрометаллургический завод по выпуску заготовки, закупая для него металлолом на американском, европейском и местных рынках. Горячебрикетированное железо импортируется из стран Персидского залива и скоро будет завозиться из Венесуэлы.
Хотя в Кувейте запланированы множество проектов, все они вначале должны получить одобрение парламента, что существенно замедлит их реализацию. Таким образом, KWT рассчитывает удовлетворить спрос со стороны местной стройотрасли, который будет высоким еще в течение долгого времени.
Производитель арматуры может также со временем реализовывать товар в странах Залива, а также Ираке, когда в стране стабилизируется политическая обстановка. «У Ирака феноменальный потенциал по реконструкции инфраструктуры, - отметил представитель KWT Steel. – Но прежде необходимо профессионализировать банковский сектор страны».
Правительство РФ одобрило проект соглашения с правительством Кувейта о сотрудничестве в области использования атомной энергии в мирных целях, говорится в документе кабмина, размещенном в четверг в банке нормативных и распорядительных актов.
Соответствующее распоряжение было подписано 1 июля: правительство одобрило проект соглашения, представленный госкорпорацией "Росатом" и поручило ей совместно с МИД РФ провести переговоры с кувейтской стороной и подписать соглашение.
Проект соглашения предполагает, в частности, сотрудничество по таким направлениям, как фундаментальные и прикладные исследования, проектирование, строительство, эксплуатация и вывод из эксплуатации энергетических и исследовательских ядерных реакторов, а также предоставление и развитие услуг ядерного топливного цикла и обращение с радиоактивными отходами.
Кроме того, стороны будут сотрудничать в сферах обеспечения и регулирования ядерной и радиационной безопасности, в производстве радиоизотопов и их применении в промышленности, медицине и сельском хозяйстве, а также в обучении и подготовке специалистов в области ядерной физики и атомной энергетики.
Компетентным органом в рамках соглашения с российской стороны будет выступать Росатом, с кувейтской - Национальный комитет по атомной энергии Кувейта.
Новый закон,вступивший в силу в Кувейте, позволит женщинам брать ссуды в банке на сумму до 70 тыс. кувейтских динаров ($254 тыс.) для приобретения жилья. Такие действия правительства спровоцировали всплеск спроса на кондоминиумы, сообщают эксперты.
Как пишет Arabian Business, девелоперы этого арабского государства уже начали приобретать большие участки земли под строительство комплексов кондоминиумов. По мнению аналитиков агенства Coldwell Banker, решение правительства выделять банковские займы женщинам способно повысить прибыльность сектора квартир на рынке недвижимости Кувейта.
Такие меры благоприятны также и для всего рынка жилой недвижимости страны, количество продаж на котором в 2010 году сократилось на 66%. Аналитики уверены, что одной из главных причин падения активности в отрасли был недостаток кредитных ресурсов для потенциальных покупателей.
Тем не менее, банки Кувейта пока не заинтересованы в выдаче населению займов на приобретение жилья, поскольку в стране нет разработанных механизмов изъятия недвижимости в случае невыплат по кредиту, добавляют эксперты.
Во время своей последней поездки за границу опытные путешественники из Восточной Европы (России, Украины и Хорватии) брали с собой меньше наличных, чем туристы из других стран. По данным опроса Visa International Cash Access Study, туристы из Восточной Европы предпочитают снимать наличные в местной валюте через банкоматы во время отпуска по мере необходимости.
По результатам исследования, проведенного в восьми странах – Южной Африке, России, Украине, Хорватии, Саудовской Аравии, Египте, ОАЭ и Кувейте, – граждане России, Украины и Хорватии во время своего последнего путешествия брали с собой в среднем 827 долларов США. Это на 47% меньше среднего показателя по всем исследованным странам - 1 573 доллара США.
Меньше всего наличных брали с собой туристы из Хорватии (643 доллара США). На втором месте граждане Украины (879 долларов США), замыкают тройку россияне (1 202 доллара).
Если во время путешествия за границей заканчивались деньги, один из четырех опрошенных туристов (24%) пользовался банкоматом, другие (22%) обращались к услугам обменных пунктов и банков (17%).
Стивен Паркер, генеральный директор Visa по России, странам СНГ и Юго-Восточной Европы отметил, что все больше людей, путешествующих за рубеж, начинают ценить удобство использования карт во время отпуска для снятия наличных.
Главной причиной, по которой путешественники снимали наличные после прибытия в страну назначения, было удобство (73%), среди других причин были упомянуты доступность банкоматов и других пунктов выдачи наличных (50%), а также безопасность (42%).
При этом всего один из пяти (19%) респондентов из Восточной Европы заявил, что обменивать деньги в родной стране ему кажется более безопасным.
Наиболее популярными платежными картами для снятия денег в банкоматах за границей у туристов из Восточной Европы являются дебетовые/зарплатные карты (37%) и кредитные карты (25%).
Во многих странах доходы от экспорта нефти и газа стали «локомотивом» индустриализации и социально-экономического развития.
Инвестируемые в экономику «нефтегазодоллары»
изменяли товарную структуру их экспорта, увеличивая долю продуктов промышленности с высокой степенью обработки. Потенциал такого пути развития зависит и от конкретных цен на нефть и газ, а они существенно разнятся по регионам, странам и сортам углеводородов.
Основной экспортный сорт нефти в СССР/России – Urals – уже не первое десятилетие котируется на 10-15% ниже, чем большинство других. Похоже, эта ситуация объясняется не только качественными параметрами нефти. Некоторые южноамериканские, центральноафриканские и канадские сорта, практически идентичные Urals, почему-то выше ценятся на мировом рынке.
ТРАДИЦИОННАЯ ДЕШЕВИЗНА
Когда в первой половине 1970-х годов почти все арабские страны – поставщики нефти и газа ввели запрет на поставки нефти и нефтепродуктов прозападным странам, поддерживающим Израиль, СССР выразил готовность быстро заполнить эту нишу, а в перспективе – помочь уменьшить зависимость Запада от «исламских» углеводородов. Это предложение нашло отклик, и с середины 70-х СССР постоянно увеличивал свой нефте- и газоэкспорт вплоть до самого распада Советского Союза. Рост этот начался еще в 1960-х, но спустя десятилетие советский нефте- и газоэкспорт в Европу стал расти еще интенсивнее.
Западная сторона поставила условие: советская нефть будет на 8-13% дешевле других смешанных сортов, причем не только из-за их качества, но и по политическим мотивам (чтобы не слишком «обидеть» азиатских экспортеров?). Москва согласилась, и с тех пор началась «гонка за объемами» – СССР пытался оправдать низкие цены на свою нефть растущими объемами экспорта. С начала 1970-х все большее число нефтедобывающих, нефте- и газопроводных проектов в СССР стали «привязываться» именно к экспорту. Но тщетно: рост объемов экспорта порождал избыток предложения нефти на мировом (особенно на европейском) рынке. Вот и получился, по выражению доктора геологических наук Сергея Балиева, «бег по нефтяному кругу»... Сегодня ситуация с мировыми ценами на российскую нефть едва ли не идентична. Эту диспропорцию отмечают и на высоком государственном уровне: премьер-министр России Владимир Путин отметил, что «разрыв в мировых ценах по сортам нефти не очень справедливый, пора обратить внимание на эту ситуацию». Еще бы: упущенная в связи с этим выгода от российского нефтеэкспорта, по оценкам Минэнергетики и Минэкономразвития РФ, ежегодно достигает $6,5 млрд и выше.
ПРИ ПРОЧИХ РАВНЫХ
Более 60% объема российского экспорта нефти приходится на сорт Urals, качественные параметры которого проигрывают многим иностранным сортам. При экспортной транспортировке по единой трубопроводной системе России нефть с разных месторождений смешивается, и получается своеобразный микс, сбываемый на мировом рынке под той же маркой Urals (просто из-за преобладания этого сорта в российском экспорте). Он по качеству значительно уступает арабской нефти, добываемой в Северной Америке WTI и смеси Brent с шельфа Северного и Норвежского морей.
В целом в РФ добывается до 30 сортов нефти с различными качественными характеристиками.
В Западной и Восточной Сибири извлекается легкая Siberian Light, качественные характеристики которой не уступают упомянутым зарубежным сортам. Часть Siberian Light, доставляемая не по общероссийской трубе, а по железной дороге или танкерами, стоит на 5-10% дороже, чем Urals. Но из-за больших расстояний доставка этого сорта на внешние рынки осложнена, и потому ее доля в объеме российского нефтеэкспорта составляет менее трети.
Но и за Urals обидно: ведь ряд поставщиков из Венесуэлы, Суринама, Канады, Камеруна, Экваториальной Гвинеи и других стран вывозят и сорта, практически идентичные самому Urals или же одноименному миксу, но их цены в среднем на 7-10% выше, чем у Urals.
Руководитель «Транснефти» в 1999-2007 годах, а с 2010-го – директор израильской Israel's Financial Levers Семен Вайншток неоднократно отмечал, что цены на российскую нефть занижаются на мировом рынке традиционно: «Фактически речь идет о многолетней дискриминации российского сырья крупными нефтяными трейдерами. Но публично обсуждать эту проблему они, похоже, не стремятся, – сетует г-н Вайншток. – Пока основной экспорт нефти из РФ приходится на Европу, но когда география этих потоков изменится в пользу восточноазиатских стран и Европа, скорее всего, будет недополучать сравнительно дешевую российскую нефть, европейское отношение к ценам нанее наверняка изменится».
Попытаемся уяснить и технические аспекты такого ценообразования. «Почему нефть Urals стоит дешевле нефти Brent и Light Sweet? – доктор химических наук, член-корреспондент Российской академии инженерных наук Фархад Халафов склонен к риторике. – Потому, что за долгие годы эксплуатации нефтяных месторождений в Западной Сибири и Поволжье состав нефти сильно изменился. Легкие фракции уже почти добыты.
Запасы Поволжья и Западной Сибири исчерпаны, соответственно, на 75 и 55%, а добываемая там нефть в основном «тяжелая», в ней много парафинов и смоласфальтенов. Добывать ее дорого. Если бы цена на нефть на мировом рынке упала до $20 за баррель, то добыча такой нефти была бы вообще нерентабельной».
По мнению Фархада Халафова, важный фактор низких цен на российскую нефть – высокое содержание серы в большинстве ее сортов. Для получения качественного топлива из такой нефти необходимы эффективные катализаторы и современные технологии переработки, то есть большие капиталовложения.
Однако подобными недостатками обладают многие сорта из других стран, а ценятся они все же выше российских...
НЕ НЕФТЬЮ ЕДИНОЙ
В контексте последних событий на Арабском Востоке многие российские чиновники и эксперты принялись едва ли не лихорадочно подсчитывать выгоды России от дальнейшего роста мировых цен на нефть и газ. Суть их прогнозов такова: чем дольше продлятся политические кризисы и войны на Арабском Востоке, тем больше доходов получит российский госбюджет. Высказываются предположения, что и сдержанность позиции России в связи с трагической ситуацией в Ливии связана с подобными экономическими соображениями.
Такая логика выдает в ее апологетах людей откровенно отсталых, низводящих свою страну на уровень слаборазвитого государства, по традиции латающего свои социально-экономические «дыры» доходами от экспорта сырья при отсутствии целенаправленной государственной политики диверсификации экономики и экспорта. «Нужно не собирать нефтяные и газовые доходы в «кубышку» стабилизационного фонда, где средства обесцениваются по мере их бездействия, а продуманно тратить их непосредственно на модернизационные проекты», – агитирует содиректор Института динамического консерватизма Андрей Кобяков. Кстати, именно так эти доходы и используют в Норвегии, Иране, Катаре, ОАЭ, Малайзии, Кувейте, Брунее, Венесуэле, Тринидаде и Тобаго и других странах, реализующих углеводороды на внешнем рынке. «Если бы мы это делали, скажем, с 2000 года, то уже сейчас могли бы уже видеть эффект от реальной модернизации, – уверяет эксперт. – Рост цен на нефть – это само по себе не плохо и не хорошо: все зависит от того, как государство будет распоряжаться конкретными экономическими условиями. В любом случае деньги для модернизации нужны очень немалые, особенно в области инфраструктурных и социальных проектов».
Конечно, сойти с пресловутой нефтегазовой экспортной «иглы» в короткие сроки невозможно. Это и политический вопрос, ведь российское сырье – своего рода гарантия долгосрочных партнерских взаимоотношений со многими европейскими странами. Напомним, однако, что возможные негативные последствия экономической и политической зависимости страны от роста экспорта нефтегазового сырья даже в дружественные европейские страны руководство СССР предсказывало еще около 60 (!) лет назад, когда был сформирован Совет экономической взаимопомощи (СЭВ). На совещании руководителей восточноевропейских стран в Москве в январе 1949-го, провозгласившем создание СЭВ, Иосиф Сталин заявил: «...Мы, конечно, будем его (энергетическое сырье) поставлять на льготных условиях, но у вас есть собственные ресурсы такого сырья. Пусть его не так много, как в СССР, но его нужно по максимуму использовать и перерабатывать. И проводить тщательную геологоразведку. Строить длинные трубопроводы в Восточную Европу из нашей страны – это дорого, долго и наверняка приведет к тому, что вы «привыкните» к этим поставкам, забросите ваши отрасли по переработке такого сырья и геологоразведку. А если у нас возникнут временные проблемы с добычей или транспортировкой или если у вас резко подскочит потребление, вероятно, будете обвинять СССР в срыве поставок и требовать их увеличения». Тогда же было решено составить баланс спроса и предложения нефти и нефтепродуктов по всему СЭВ, он был сверстан к 1951 году. Но со второй половины 50-х в Москве, по политическим и экономическим причинам, возобладала линия на сырьевую, в особенности нефтяную «подпитку» почти всех стран – членов СЭВ. А в 60-х эта линия распространилась на западноевропейские страны и Японию.
И предсказанная «вождем народов» ситуация с советскими поставками нефти все-таки сложилась: в Чехословакии в канун «Пражской весны» 1968-го и в Польше в 1980-м, перед введением военного положения...
Упомянутое выше мнение Владимира Путина о несправедливости цен на российскую нефть, должно быть, сложилось из оценки всех аспектов проблемы: технологического, экономического и политического. Действительно, эта проблема имеет прямое отношение к формированию равноправного экономического порядка в мире. А решать ее целесообразно в рамках международных переговоров стран – экспортеров и импортеров углеводородов, при участии международных отраслевых организаций.
Автор: АЛЕКСЕЙ ЧИЧКИН
В первом квартале 2011 года в Кувейте удвоилось число инвестиционных сделок с коммерческой недвижимостью. Однако в жилищном секторе страны наблюдался серьезный спад активности – количество продаж в годовом исчислении сократилось на 66%.
К таким выводам пришли аналитики компании Global Investment House. Специалисты полагают, что падение числа сделок на жилищном рынке Кувейта вызвано, с одной стороны, последствиями глобального экономического кризиса, а с другой - недостатком кредитных ресурсов для потенциальных покупателей, передает Arabian Business.
«Здесь, в Кувейте, получить ипотечный кредит крайне сложно», - комментирует представитель банка Gulf Bank Али Махмуд Шалаби. В стране только исламские банки предлагают программы по финансированию сделок с недвижимостью, а светским кредитно-финансовым учреждениям запрещено это делать.
Правительство Кувейта выделяет покупателям первого жилья займы в размере 70 тыс. динаров (€163 тыс.). Однако, как отмечает специалист, этого недостаточно для приобретения типовой виллы в Кувейте, стоимость которой составляет в среднем 250 тыс. динаров (€632 тыс.).
Кроме того, и сами банки не заинтересованы в выдаче ипотечных кредитов, так как в Кувейте не разработаны механизмы изъятия недвижимости в случае невыплат по кредиту. «Вы не сможете выставить гражданина Кувейта из дома и начать процесс изъятия заложенной недвижимости. По этическим нормам здесь это пока не распространено», - поясняет Али Махмуд Шалаби.
Саудовские женщины объявили о проведении в пятницу массовой акции неповиновения, в ходе которой они намереваются выехать на улицы за рулем автомобилей, несмотря на строжайший на это запрет властей и угрозу тюремного заключения.
Внимание: за рулем могут быть женщины...
С самого утра улицы саудовских городов патрулируют усиленные наряды дорожной полиции. Блюстители порядка внимательно вглядываются в лица водителей: ведь среди них могут быть женщины! Стартовавшая в прошлом месяце в социальной сети Facebook кампания под названием "Я сяду за руль 17 июня" вызвала бурные дискуссии в обществе и грозит стать самой крупной в истории королевства акцией неповиновения представительниц слабого пола - свое участие в ней подтвердили свыше двадцати четырех тысяч саудовок.
"Смысл акции состоит в том, что жительницы страны, имеющие иностранные права садятся в машины и едут по своим делам. Таким образом, мы хотим привлечь внимание властей к нашей проблеме. Мы надеемся, что король услышит нас и выпустит указ разрешающий нам садиться за руль", - говорит активистка движения "Я сяду за руль 17 июня" Нура аль-Шариф.
Нет места за рулем
Женщина за рулем - дело неслыханное для Саудовской Аравии. Ездить им, официально никто не запрещал, но вот права местного образца, а только по ним можно передвигаться по дорогам королевства, представительницам слабого пола никто не выдает. Власти ссылаются на фетву (религиозное решение) принятую в 1991 году - тогда местное духовенство, основываясь на тексте Корана, постановило: женщинам за рулем автомобиля не место. В стране нет общественного транспорта, а потому передвигаются местные дамы либо на такси, либо при помощи близких родственников мужского пола. Нередко на улицах за рулем можно увидеть совсем юных мальчиков 12-13 лет, везущих своих мам и сестер за покупками. У барышень побогаче имеются собственные водители, как правило, приезжие на заработки граждане Филиппин и Индии.
"Мы не все имеем водителей, не у всех у нас есть братья и отцы, которые могут нас отвезти, когда нам надо! И что нам теперь дома сидеть? А потом зачем нам платить деньги водителям из Азии, ведь они уходят из страны, не логичнее ли было бы все же разрешить нам воспользоваться нашим правом?!",- сказала одна из активисток движения Сара аль-Кахтани из саудовского города Джидда.
Маналь больше так не будет, наверное...
Настоящий скандал в прошлом месяце вызвал видеоролик, выложенный в YouTube одной из организаторов интернет - кампании "17 июня" девушкой по имени Маналь аш-Шариф. На кадрах, - гордость королевства, первая в стране женщина-инженер в сфере компьютерной безопасности, отличница Маналь ведет машину по улицам своего города Хобар. На следующий день за ней пришли полицейские и поместили девушку в тюрьму. Уговоры родителей и честное слово, что она больше так не будет, подействовали - через неделю ее отпустили. Вот и сейчас представители полиции предупреждают: каждой, кто осмелится нарушить закон, грозит тюремное заключение и никаких поблажек. Кстати, Маналь, несмотря на увещевания родителей, все же собирается выехать на улицы 17 июня...
"Хватит, баста, нам надоело уже. Но только не подумайте, что мы хотим совершить революцию. Это не политическая акция, мы довольны нашим королем, правительством, политическим устройством, однако мы требуем наше право на вождение. В какой еще стране мира женщины лишены этого? Наши соседи, страны Залива: Эмираты, Кувейт, Бахрейн уже давно избавились от всяких предрассудков в отношении женщин", - говорит одна из представительниц движения "17 июня", не решившаяся называть своего имени.
Особое отношение
Попытки женщин заговорить о своем праве на вождение в Саудовской Аравии возникали и раньше, но каждый раз сталкивались с мощной критикой со стороны государственных органов и духовенства. В консервативном королевстве, конституцией которой является священная книга мусульман - Коран, к представительницам слабого пола отношение особенное. Например, у каждой из них здесь должен быть свой опекун. Им может быть отец, муж или другой близкий родственник. Без его разрешения женщина не то, что не может сесть за руль, она не имеет права выйти из дома. Большинство саудовских мужчин такое положение считают вполне естественным - таким образом, говорят они, можно уберечь мусульманок от возможных посягательств и другого "зла" современного общества. Мнение саудовцев, впрочем, не разделяет американская правозащитная организация Freedom House, поместившая Саудовскую Аравию в своем отчете, посвященном положению женщин, на самое последнее место.
"Саудовская женщина - очень избалованна. Она не нуждается в том, чтобы водить машину, ведь у нее есть водитель, и в конец концов опекун. Наше общество очень консервативно и пока не готово принять это. Также я считаю, что для их появления на улицах потребуются необходимые условия: отряды женской полиции на дороге, специальная инфраструктура. Мы очень трепетно относимся к нашим женщинам", - сказал редактор одной из крупнейших саудовских газет "Аль-Указ" Ахмад аль-Басвейд.
Будем брать на таран
Свою страничку на Facebook создали и наиболее радикальные противники появления в стране женщин - водителей. Мужчины настроены весьма решительно - всех замеченных за рулем представительниц прекрасного пола они намерены бить палками. Кое-кто даже предложил выехать сегодня на старых автомобилях, - если девушки останавливаться не станут, - их предлагают брать на таран. Рафаэль Даминов
Совет сотрудничества арабских государств Персидского Залива вновь призывает Абдаллу Салеха подписать план организации по выходу Йемена из политического кризиса, заявил во вторник в саудовском городе Джидда генсек организации Абдуллятиф аз-Зиани.
Во вторник в Саудовской Аравии прошло очередное заседание министров иностранных дел Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). В состав организации входят шесть стран: Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия. Одной из важнейших тем встречи стала ситуация в Йемене.
"Инициатива пяти стран Совета сотрудничества, а Катар, как известно, свое участие в посреднической деятельности отозвал... эта инициатива остается в силе, президент Йемена Али Абдалла Салех был призван подписать этот документ", - сказал аз-Зиани по итогам встречи глав внешнеполитических ведомств ССАГПЗ.
Мирная инициатива по урегулированию политического кризиса в Йемене стран-членов ССАГПЗ была выдвинута в начале апреля этого года. Согласно плану, президент Йемена Али Абдалла Салех должен покинуть свой пост в течение 30 дней после подписания примирительного соглашения в обмен на предоставление ему и членам его семьи иммунитета от судебного преследования.
В связи с тем, что Салех неоднократно отказывался подписывать соглашение, ССАГПЗ 23 мая заявил об отзыве своей инициативы и о временном приостановлении посреднической деятельности по мирному урегулированию в Йемене.
В настоящее время глава Йемена находится в военном госпитале в Эр-Рияде, где проходит лечение после перенесенного покушения в начале июня.
Салех продолжает контролировать ситуацию в Йемене благодаря своему сыну Ахмеду и другим приближенным лицам. Оппозиция, добивающаяся отставки Салеха, заявила ранее, что не позволит ему вернуться в страну.
Антиправительственные выступления с требованием отставки Салеха, который находится у власти более 30 лет, продолжаются в Йемене с начала февраля. По данным западных СМИ, за время народных волнений в стране погибли несколько сотен человек. Рафаэль Даминов
Sakhalin Energy (оператор проекта "Сахалин-2") в 2010 году добыл и отгрузил из порта "Пригородное" более 6,1 миллиона тонн нефтяной смеси марки "Витязь", что на 10% выше, чем в 2009 году, говорится в материалах компании.
Из порта "Пригородное" нефтяная смесь "Витязь" поставлялась в 2010 году 14 покупателям; портами назначения стали Япония (33,9%), Корея (33,6%), Китай (24,8%), Филиппины (1,6%), США (1,5%) и Таиланд (1,6%).
Нефть сорта "Витязь" является нефтью новой марки, представленной на рынок компанией Sakhalin Energy. Эксперты дают характеристику сорту, как "легкая, малосернистая нефть, похожая по качеству на легкую нефть из Омана".
Завод по производству сжиженного природного газа (СПГ) в 2010 году произвел свыше 10 миллионов тонн СПГ при проектной мощности в 9,6 миллиона тонн. Увеличение производства оператору проекта удалось добиться за счет "оптимизации структуры работы, расшивке "узких мест", отладке оборудования".
Сжиженный газ в 2010 году поставлялся в Японию (61,27% от объема производства) и Корею (30,34%), а также в Китай (3,26%), Кувейт (0,65%) и на Тайвань (4,49%).
Чистая прибыль Sakhalin Energy в 2010 году выросла в 3,9 раза и составила 68,435 миллиарда рублей против 17,347 миллиарда рублей годом ранее. Выручка Sakhalin Energy по итогам 2010 года выросла в 1,7 раза по сравнению с предыдущим годом, составив 184,802 миллиарда рублей.
Акционерами Sakhalin Energy являются "Газпром" (50%), Royal Dutch/Shell (27,5%) и японские Mitsui (12,5%) и Mitsubishi (10%).
В феврале 2009 года в рамках проекта "Сахалин-2" был запущен первый в России завод по производству сжиженного природного газа мощностью 9,6 миллиона тонн в год.
В апреле 2007 года наблюдательный совет "Сахалина-2" одобрил увеличение сметы второго этапа проекта "Сахалин-2" на период до 2014 года с 11,5 до 19,4 миллиарда долларов. В декабре 2009 года наблюдательный совет по проекту "Сахалин-2" утвердил смету расходов на 2010 год в размере 1,5 миллиарда долларов.
Общая стоимость "Сахалина-2" составляет порядка 20 миллиардов долларов. В рамках проекта осваиваются Пильтун-Астохское и Лунское месторождения, извлекаемые запасы которых оцениваются в 150 миллионов тонн нефти и 500 миллиардов кубометров газа
Страны Персидского залива, входящие в ОПЕК, готовы нарастить поставки нефти, чтобы поддержать мировой экономический рост и снизить цены ниже 100 долларов за баррель. Решение будет принято в среду
Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) во главе с Саудовской Аравией нарастит поставки сырья для поддержки мирового экономического роста и снижения цен ниже 100 долларов за баррель. Соответствующее решение ОПЕК примет на предстоящей встрече на этой неделе, в среду, передает агентство Reuters.
Данные о замедлении экономического восстановления Запада беспокоят основных членов ОПЕК из Персидского залива - Саудовскую Аравию, Кувейт и Объединенные арабские эмираты.
"Нам нужно нарастить [добычу] по меньшей мере на 1 млн баррелей в день, - заявил накануне Reuters представитель в ОПЕК делегации стран Персидского залива. - Мы не довольны текущими ценами. Мы хотим удовлетворить растущий спрос во втором полугодии без создания избытка на рынке". Увеличение добычи меньше чем на 1 млн баррелей может быть воспринято рынком как символический жест.
Котировки нефти Brent во время предыдущей встречи ОПЕК в декабре 2010 года находились около отметки в 90 долларов за баррель - в конце прошлой недели она торговалась уже по 116 долларов за баррель. На нью-йоркских торгах июльские фьючерсы на WTI подешевели на 24 цента до 99,98 доллара за баррель.
"Новости из США не утешительны, особенно по рабочим местам и данным о производстве, - заявил изданию MarketWatch главный рыночный аналитик City Index Питер Эшо. - Это вопрос экономики США, которые до сих пор были крупнейшим потребителем нефти, потенциально это может еще немного опустить цены".
Уровень безработицы в США неожиданно вырос до 9,1% в мае, а фонд заработной платы рос самыми медленными темпами за последние восемь месяцев. Такие данные ставят под сомнение возможность Барака Обамы победить в грядущих президентских выборах, считает Андрей Диргин, начальник отдела аналитики Forex Club: "За последние 50 лет ни одному из американских президентов не удавалось переизбраться на второй срок, если уровень безработицы был выше 7,5%".
Позиция стран Персидского залива может не найти поддержки у Ирана и Венесуэлы, которые считают высокие цены оправданными и придерживаются мнение, что ОПЕК бессильна против спекулянтов на рынке. Впрочем, до сих пор официально не было объявлено, кто будет представлять Иран на заседании экспортеров нефти в среду. Также неизвестно, кто будет представлять на этой встрече Ливию после того, как курировавший ливийскую нефтяную отрасль Шокри Ганем сбежал из страны в Рим.
Добыча стран ОПЕК в апреле составила 29 млн баррелей в день. По последнему докладу ОПЕК, во втором полугодии спрос на сырье стран-экспортеров вырастет до 30,66 млн баррелей в день и до 89 млн баррелей в день на мировом рынке в целом. Таким образом, можно предположить, что ОПЕК нужно нарастить добычу на 1,7 млн баррелей в день.
Если страны ОПЕК оставят нормы выработки на прежнем уровне, нефтяные котировки могут прибавить 3-5 долларов, полагают аналитики исследовательской компании Facts Global Energy.
Между тем, большинство аналитиков, опрошенных Bloomberg в последнюю неделю мая, ожидает, что ОПЕК оставит добычу неизменной на заседании 8 июня. "На фоне проблем с представителями Ливии и корректировки нефти к 100 долларам за баррель, ОПЕК, скорее всего, будет бездействовать и отложит решении об увеличении квот на потом, - заявил Bloomberg Гарри Чилингуириан, главный рыночный стратег BNP Paribas. - Это не исключает того, что отдельные страны могут в одностороннем порядке пойти на наращивание добычи".
Такое мнение высказали и эксперты Международного энергетического агентства в майском обзоре: страны Персидского залива и Нигерия могут одобрить неофициальный пакт по наращиванию поставок нефти, говорится в обзоре агентства.
Эксперты Petroleum Policy Intelligence отмечают, что Саудовская Аравия уже разработала два сорта нефти для замещения ливийских поставок и наращивает добычу на 1 млн баррелей в день вне зависимости от исхода заседания ОПЕК в эту среду. "Саудовская Аравия, похоже, уже начала наращивать поставки нефти в течение последнего месяца в ответ на потерю ливийских поставок и растущий спрос", - заявляют и в исследовательской компании Eurasia Group. В таких условиях, официальное решение ОПЕК менее важно, чем односторонние действия Саудовской Аравии, считают эксперты.Данные о замедлении экономического восстановления Запада беспокоят основных членов ОПЕК из Персидского залива.
Президент Палестинской автономии Махмуд Аббас сегодня завершает свой визит в Египет, чтобы до конца недели еще посетить Италию и Марокко. На днях он также побывал в Катаре. Цель его турне - подробнее познакомить европейских и арабских коллег с планом палестинцев по созданию своего государства уже в сентябре этого года. План этот - скорее демонстрация отчаяния, нежели реальная возможность обретения независимости.
Гораздо интереснее другое - Махмуд Аббас также рассказывает своим зарубежным партнерам о ходе формирования палестинского правительства. Этот процесс был запущен после того, как группировки ФАТХ ("Движение освобождения Палестины") и ХАМАС ("Исламское движение сопротивления") подписали в начале мая в Каире соглашение о примирении после четырех лет вражды. Имя нового премьера и состав правительства будет известен в июне. Переговоры о кандидатурах идут, а наиболее часто называется одно из имен. Оно стало известно и автору этих строк от информированных лиц в окружении Аббаса.
Оливковая ветвь или автомат
Палестинцы хотят, чтобы их государство стало членом ООН еще до того, как они договорятся с израильтянами о его границах, поскольку затянувшиеся переговоры по пограничному вопросу не приводят к результату. В настоящее время палестинцы имеют в ООН статус наблюдателя в лице Организации освобождения Палестины. Она получила его в 1974 году вскоре после того, как 13 ноября того же года с трибуны Генассамблеи в Нью-Йорке выступил тогдашний палестинский лидер Ясир Арафат. Он сказал, что пришел "с оливковой ветвью мира в одной руке" и "с оружием борца за свободу в другой". И предложил израильтянам сделать выбор. Арабы ту речь Арафата так и называют иногда - "оливковой".
Этой осенью его преемник и последователь Махмуд Аббас тоже собирается выступить в ООН. Только ставки более высоки. Речь идет уже о полноправном членстве в ООН, а цель - оказать международное давление на Израиль, чтобы подтолкнуть процесс создания рядом с ним арабского государства.
Высоки также и риски. Ведь если ООН признает виртуальную Палестину, а израильтяне продолжат препятствовать ее возникновению в реальности (что вероятнее всего), то тогда подбодренные палестинцы могут выйти на улицы и начать грандиозное восстание. И если сейчас в связи с массовыми выступлениями в регионе мы говорим про "арабскую весну", то скоро может наступить и "арабская осень".
Правда, сам Махмуд Аббас в интервью автору этих строк сказал недавно, что "новое восстание палестинцам не нужно". Однако его теперешние союзники из ХАМАС считают иначе, допуская такую возможность. Опасность нового конфликта в регионе, в любом случае, возрастает в связи с тем, что возможности решить проблему Палестины переговорным путем, похоже, исчерпаны.
Техническое правительство на год
Палестинский лидер, тем не менее, старается подчеркнуть свои мирные намерения. Параллельно он прилагает усилия для укрепления палестинского единства, чему, между прочим, способствует и Россия - неделю назад делегации ФАТХ, а также ХАМАС и других группировок побывали в Москве и провели переговоры с главой МИД Сергеем Лавровым.
Израильскому правительству во главе с Биньямином Нетаньяху это объединение палестинцев невыгодно. Израильтяне не хотят возвращать палестинцам все те земли, что были оккупированы во время войны 1967 года и что с тех пор были заселены евреями. А чем слабее другая сторона, тем легче вести торг на переговорах или вообще отказаться от их проведения. Но и восстановившийся союз между ФАТХ и ХАМАС дает повод для дальнейшего отказа от переговоров. Ведь израильтяне относятся к исламистам из ХАМАС не иначе как к террористам. А если не переговоры, то тогда что? Война?
Палестинцы тем временем заняты распределением портфелей в будущем правительстве. "Мы планируем провести ровно через год парламентские и одновременно президентские выборы во всей Палестине. До этого Махмуд Аббас останется президентом, а там будем решать. Вместе с ХАМАС мы договорились, что сформируем сейчас объединенное правительство на этот предстоящий год. Оно будет переходным и техническим, то есть будет состоять из специалистов", - сказал автору этих строк руководитель фракции движения ФАТХ в парламенте, один из соратников президента Аззам аль-Ахмад. По его словам, "это правительство не будет иметь никакой политической программы, а возглавит его политически нейтральная фигура".
Новое лицо Палестины
Так что же это может быть за фигура? Движение ФАТХ, раскроем этот секрет, предлагает руководителя Палестинского инвестиционного фонда Мухаммада Мустафу. Он также является советником президента по экономическим вопросам и, судя по всему, вполне годится на роль компромиссного премьера. "Это высокий профессионал. Он чист в отношении коррупции. Ничего такого за ним никогда не водилось, а это очень важно. Да это ему и не нужно было при таких зарплатах, что он получал официально в международных структурах - несколько десятков тысяч долларов ежемесячно. Это богатый и вместе с тем патриотично настроенный человек", - объяснил мне вчера источник в руководстве автономии, пожелав остаться неназваным.
На днях Мухаммад Мустафа впервые за четыре года посетил сектор Газа, который находится под контролем движения ХАМАС. Это тоже следствие примирения между палестинцами. Советник президента объявил, что начнет создание специального инвестиционного фонда для Газы объемом в один миллиард долларов.
Пятую часть этой суммы вложат власти автономии, остальные деньги предполагается привлечь из-за рубежа. В планах - ремонт аэропорта, обустройство морского порта, развитие энергетики, закупка установок по опреснению воды, строительство фабрик и жилья. Большое внимание будет уделяться развитию частного сектора.
Исламисты отнеслись к этим планам с воодушевлением. И если нынешнего премьера Саляма Файада они подозревают в излишней готовности к уступкам Израилю, то к новому кандидату пока относятся лояльно как к человеку, который старается не втягиваться в политику.
56-летний Мухаммад Мустафа в прошлом 15 лет работал во Всемирном банке. Он занимался проектами развития частного бизнеса в странах Ближнего Востока и Северной Африки. Он работал и в арабских инвестиционных фондах, в частности в Саудовской Аравии, а также консультировал правительства, например, Кувейта. Работал также в Ираке и Иордании. Так что арабы его хорошо знают.
Во всем арабском мире сегодня только и говорят о проблемах, связанных с безработицей, коррупцией и нехваткой жилья. Так что программы, которыми занимался на протяжении своей карьеры этот кандидат в премьеры Палестины, востребованы как никогда. Происходящие перемены будто бы сами выдвигают этого человека на важные должности.
Но деятельность таких людей эффективна лишь в мирное время. Когда зазвучат автоматы и полетят камни, будет не до надежды на новые дома и квартиры. Палестинцам скоро придется выбирать, но их проблема в том, что это решение во многом зависит от позиции израильтян. Собственно, им придется делать этот выбор вместе.Столкновения палестинских беженцев с израильскими военными на границе Елена Супонина, политический обозреватель "Московских новостей", востоковед - для РИА Новости
Власти Кувейта приостановили выдачу въездных виз гражданам Сирии, Ирака, Ирана, Пакистана и Афганистана, сообщают в воскресенье местные СМИ.
Запрет касается всех видов виз, включая туристические, бизнес, и виз, выдаваемых родственникам резидентов страны.
Иммиграционные власти Кувейта объясняют это решение "сложной ситуацией с безопасностью в пяти странах, которых коснулся запрет".
Кроме того, иммиграционные власти отмечают тенденцию к росту числа случаев, когда граждане этих стран нарушают визовый режим, стремясь остаться в стране по истечению сроков действия виз. Денис Малков
Впервые в истории НАТО при альянсе появится постпредство арабской страны - Объединенных Арабских Эмиратов, сообщают в пятницу газета "Халидж таймс".
По ее данным, договоренность об этом была достигнута в ходе недавнего визита министра иностранных дел ОАЭ шейха Абдуллы бин Зайеда Аль Нахаяна в Европу.
"Мы очень счастливы, что Объединенные Арабские Эмираты станут первой арабской страной, которая откроет посольство в НАТО", - заявил журналистам глава МИД Польши Радослав Сикорский после встречи с эмиратским коллегой, пишет издание.
Вместе с тем, заместитель официального представителя альянса Кармен Ромеро сообщила, что пока окончательное решении об аккредитации посла ОАЭ не принято.
"Участники альянса рассматривают запрос ОАЭ об открытии дипломатической миссии", - цитирует Ромеро газета. "Этот запрос рассматривается в рамках новой политики партнерства НАТО, одобренной министрами иностранных дел стран участниц альянса на встрече в Берлине 14-15 апреля", - добавила она.
В тоже время, один из дипломатов в Брюсселе подтвердил, что формальное решение об аккредитации посла должно быть принято на этой неделе.
Объединенные Арабские Эмираты в 2005 году присоединились к Стамбульской инициативе сотрудничества (СИС) - программе партнерства, начало которой было положено на встрече глав государств-членов НАТО в Стамбуле в июне 2004 г. Эта программа направлена на развитие взаимодействия между НАТО и заинтересованными государствами на Ближнем Востоке. Среди шести аравийских монархий, входящих в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива, к инициативе присоединились Кувейт, Катар, ОАЭ и Бахрейн. Саудовская Аравия и Оман пока не приняли решения по этому вопросу.
ОАЭ и Катар принимают участие в военной операции НАТО "Объединенный защитник" в Ливии против режима Муамара Каддафи. ОАЭ предоставила в распоряжение коалиции 12 самолетов. Денис Малков
Глава группы международных посредников в урегулировании политического кризиса в Йемене в среду покинул столицу страны Сану, так и не добившись подписания соглашения о передаче президентом власти, сообщает агентство Рейтер со ссылкой на представителя йеменских властей.
Генеральный секретарь Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) Абдель Латиф аз-Зайяни находился в столице Йемена с 14 мая в надежде убедить оппозицию и президента Али Абдаллу Салеха подписать соглашение, подготовленное Советом при поддержке американских и европейских дипломатов. Документ, по которому, как сообщали СМИ, стороны достигли принципиального согласия, предусматривает отставку главы государства.
ССАГПЗ сейчас объединяет шесть монархий Персидского залива: Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовскую Аравию.
Власти Катара 13 мая приняли решение выйти из соглашения монархий Персидского залива по урегулированию ситуации в Йемене в связи с задержкой подписания документа.
Антиправительственные выступления с требованием отставки Салеха, который стал президентом в 1978 году, продолжаются в Йемене с начала февраля. Йеменские силовики применяют оружие для разгона антиправительственных акций. По данным западных СМИ, за время народных волнений в стране погибло более 140 человек.
STADA Arzneimittel AG и Grünenthal GmbH, международная научно-исследовательская фармацевтическая компания (штаб-квартира расположена в Ахене, Германия), объявили о старте переговоров относительно покупки портфеля брендовых продуктов, включая соответствующие структуры продаж для национальных рынков Центральной и Восточной Европы, а также Среднего Востока.
Продажная стоимость продуктового портфеля, включая структуры продаж и ряд продуктов, находящихся в разработке, составит около 360 миллионов Евро. Препараты, среди которых есть такие бренды как Трамал®, Залдиар®, Транстек® и Палексия®, поставляемые в разные страны, являются в большинстве своём рецептурными ЛС и применяются преимущественно при боли различной этиологии.
Планируемый объем продаж в текущем финансовом году по этим продуктам на рынках присутствия составит приблизительно 68.6 миллионов Евро. Прибыль до вычета налогов, амортизации (EBITDA) в 2011 ожидается на уровне 25.6 миллионов Евро. Оба вышеуказанных значения пока не включают предполагаемые показатели прибыли от продаж лицензионного препарата Палексия®, находящегося в процессе разработки, который будет постепенно выведен на рынки в течение двух ближайших лет. Годовой объем продаж этого препарата по ожиданиям составит от 20 до 25 миллионов Евро.
Покупаемый продуктовый портфель состоит из 14 собственных и лицензионных брендов, поставляемых в страны Центральной и Восточной Европы, а также Среднего Востока. В настоящее время эти препараты продаются на территории Польши (доля продаж составляет примерно 30%), России (доля продаж составляет примерно 20%), Чехии, Словакии, Словении, Румынии, Боснии, Сербии, Хорватии, Латвии, Эстонии, Украины, Венгрии, Саудовской Аравии, Кувейта, Ливана, Иордании и Объединённых Арабских Эмиратов, Египта, Йемена, Омана, Бахрейна и Катара и являются лидерами соответствующих сегментов рынка.
Вместе с портфелем продукции планируется передать структуру офисов продаж на этих рынках, включая примерно 240 сотрудников (70% медицинских представителей), а также торговые марки и существующие лицензии. Grünenthal продолжит самостоятельно поставлять продукцию на всех других рынках, которые находятся за пределами контрактной территории, под теми же торговыми марками. Кроме того, STADA приобретает все права на эти продукты для национальных рынков стран, где приобретённая продукция пока ещё не была представлена.
Запланированная сделка не включает покупку каких-либо производственных площадок. По крайней мере, в течение еще неопределенного срока действия контракта, Grünenthal продолжит производство нелицензионных продуктов для STADA. Для лицензионных препаратов STADA планирует перезаключение существующих долгосрочных соглашений по поставкам и лицензиям. Если, вопреки ожиданиям, это окажется невозможным, то будет выдвинуто требование о соответствующем снижении покупной стоимости.
Подписание контракта запланировано на третий квартал текущего финансового года. Покупка требует утверждения со стороны ответственных антимонопольных органов, так что завершение объявленной сделки, а также консолидация продаж предполагается в четвертом квартале 2011г. Платёж будет совершён во время завершения покупки.
STADA планирует использовать собственные финансовые ресурсы, а также существующие кредитные линии для финансирования данного приобретения.
Вместе с удачным приобретением, группа компаний STADA укрепит свои позиции в Центральной и Восточной Европе, одном из самых перспективных по уровню роста регионов в мире, а также расширит территорию присутствия на Среднем Востоке и, таким образом, своё мировое присутствие.
В дополнении ко всему, STADA открывает новые стратегические каналы дистрибуции препаратов из существующего портфеля продукции Группы, сбыт которого впоследствии также может осуществляться в качестве брендированной продукции через приобретенные структуры продаж на соответствующих рынках в Центральной и Восточной Европе, а также на Среднем Востоке.
![Главное](/images/star.png)
В Швейцарии открыт новый Экспертный центр, цель которого - способствовать соблюдению Конфедерацией своих международных обязанностей в области прав человека. Проект рассчитан на пять лет, его финансирование осуществляется федеральными властями Швейцарии и рядом ведущих высших учебных заведений.
Вообще-то швейцарские правозащитные организации давно уже требовали создать похожую структуру. Например, в 2008 году Совет по правам человека ООН, расположенный в Женеве, потребовал начать проводить регулярные проверки степени соблюдения Швейцарией своих обязанностей в правочеловеческой области. И вот 6-го мая 2011 года Центр с именно такими задачами был торжественно открыт в Берне. Директором этого Центра стал международно признанный эксперт в области прав человека, швейцарский дипломат и ученый-юрист Вальтер Кэлин.
swissinfo.ch: Федеральный совет высказался, и то довольно сдержанно, за реализацию данного проекта во временном формате, а не на постоянной основе. Чем можно объяснить его такую позицию?
Вальтер Кэлин (Walter Kälin): Ответ на этот вопрос должен дать сам Федеральный совет. Фактом является, однако, то обстоятельство, что во время консультаций (по вопросу создания центра) представители самых разных (политических и общественных) кругов указывали на существование других инструментов в сфере прав человека, например на Федеральную комиссию по борьбе с проявлениями расизма или на Бюро по вопросам обеспечения равноправия (мужчин и женщин). Другие подчеркивали то, что (швейцарская) юридическая система в целом вполне способна, де, противостоять нарушениям (прав человека). Вопрос о целесообразности создания дополнительной структуры (в сфере прав человека) ставили, прежде всего, именно кантоны. Так что теперь перед Центром стоит задача доказать свою востребованность. Предпосылкой для создания на самом деле независимой структуры на основании критериев ООН является создание соответствующей правовой базы, а это подразумевает наличие соответствующего решения парламента. Эту цель достичь очень трудно, если только нужность и востребованность такого Центра не будет доказана совершенно однозначно.
swissinfo.ch: Существует ли все-таки намерение создать постоянную независимую структуру такого рода, по образцу других стран?
В.К.: Через четыре года мы проведем анализ предварительных результатов, а еще год спустя Федеральный совет примет решение относительно дальнейших шагов.
swissinfo.ch: Какого рода пробелы сможет закрыть центр своей деятельностью?
В.К.: В Швейцарии нет, прежде всего, механизма, который бы систематически поддерживал и консультировал все те органы власти всех уровней, неправительственные организации и промышленные круги, что сталкиваются с проблемами в области прав человека. Наш Центр, например, позволит координировать взаимодействие различных проектов на уровне кантонов. Здесь мы сотрудничаем с Университетами как во франкоязычной части Швейцарии, так и в немецкоязычной части. Наш Центр будет поддерживать реализацию рекомендаций органов ООН на предмет соблюдения прав человека.
swissinfo.ch: Нормы уголовного швейцарского права, трактующие борьбу с проявлениями расизма, подвергаются жесткой критике со стороны правых политических сил Швейцарии. В рамках швейцарского общества, становящегося все более консервативным, права человека все чаще воспринимаются скорее как вмешательство во внутренние дела из вне. Как вы собираетесь бороться с этим климатом недоверия?
В.К.: В самом деле, климат у нас здесь нельзя назвать идеальным. Нередко встречается мнение, мол, права человека нам навязаны международным сообществом. Но хотелось бы напомнить, что швейцарская федеральная конституция гарантирует все фундаментальные права человека, и что большая часть этих прав была частью нашего основного закона уже в 1848 году. Мы должны были бы по идее гордиться такой долгой и прочно укорененной в нашей истории традицией свободы и защиты прав человека. В нашем нынешнем глобализированном мире права человека приобрели универсальный характер. В этой связи для нас совершенно невозможно полностью изолировать себя от данного контекста и оставаться в стороне от соответствующих дебатов по данным вопросам. Швейцария ведь совершенно добровольно и суверенно ратифицировала практически все конвенции в области прав человека. Это означает, что мы должны подчиниться проверкам, которые призваны проинспектировать ход реализации положений данных конвенций. Кроме того, не забудем, что Швейцария вносит вклад в укрепление прав человека во всем мире. У Швейцарии есть значительная заинтересованность в создании функционирующей системы защиты прав человека. Подумаем только о беженцах и миграции. Невозможно, поэтому, активно поддерживать права человека на международной арене и одновременно давать понять, что у нас, мол, нет заинтересованности в применении норм конвенций о правах человека в нашем собственном доме.
swissinfo.ch: Каковы самые серьезные проблемы, с которыми сталкивается Швейцария в области уважения и соблюдения прав человека?
В.К.: Самый первый анализ, который мы намерены провести, будет, как раз, касаться именно этого вопроса. Чтобы сделать это, мы будем отталкиваться от критических замечаний и рекомендаций международных организаций, чтобы в итоге мы смогли увидеть, как выглядит в Швейцарии актуальная действительность в этой сфере. Нашей целью будет создание условий, при которых возникнет возможность гармонизации соблюдения прав человека с потребностями политических кругов на локальном и национальном уровне. Очень часто, например, критические стрелы направлены на наше отношение к иностранцам, будь то вопросы расизма, или законодательства, регулирующего процедуры предоставления убежища. Причиной для критических замечаний стала, например, и ситуация в области защиты женщин от домашнего насилия. В Швейцарии и в самом деле существует проблема домашнего насилия. Некоторые кантоны проделали уже немалую работу по выправлению ситуации, но некоторые еще отстают. То же самое касается торговли женщинами, этой новой формы рабства. Сфера швейцарского «горизонтального бизнеса» не может просто по определению быть свободной от проявлений этой проблемы. Однако у нас нет убедительной и научно обоснованной статистики. То же самое можно сказать о такой проблемной сфере, как насилие полиции по отношению к иностранцам. Одна из проблем, с которой сталкиваемся мы в Швейцарии – это недостаток статики, отражающей ситуацию в области соблюдения прав человека. Тут либо нужно сказать, что такой статистики вообще не ведется, или что она ведется, но только в отдельных кантонах. Это как раз вопрос, которым и займется наш Центр.
ВАЛЬТЕР КЭЛИН (WALTER KÄLIN)
Родился 20 мая 1951 года в Цюрихе. Гражданин общины Айнзидельн (Einsiedeln, кантон Швиц). Женат, двое детей. Посещал среднюю школу в городах Rickenbach (кантон Швиц) и Einsiedeln (закончил школу в 1971 году). Изучал право в городах Фрибур и Берн (получил диплом в 1976 году), а также в Кембридже (LL.M Harvard Law School, закончил в 1984 г.).
Получил патент на ведение адвокатской деятельности в 1979 году. Кандидатская диссертация в 1982 году, докторская – в 1985. С 1985 года внештатный, а с 1988 года штатный профессор государственного и международного права в Университете г. Берн.
Основные темы исследований и области работы: право беженцев, международная защита прав человека, конституционная юрисдикция, общественное процессуальное право, кантональное конституционное право.
Экспертная деятельность по заказу федеральных органов власти, в том числе в рамках разработки новой редакции федеральной конституции Швейцарии в качестве председателя комиссии экспертов по вопросам реформы системы швейцарской юстиции. Экспертная деятельность по заказу кантонов, международных (UNDP, UNHCR) и неправительственных организаций.
1991/92 гг.: специальный докладчик Комиссии ООН по правам человека по оккупированному Ираком Кувейту. 2003-2008 гг.: член Комитета ООН по правам человека. 2004-2010 гг. представитель Генерального секретаря ООН по правам внутренних беженцев.
Сирия отозвала в среду свою кандидатуру в Совет по правам человека (СПЧ) ООН на фоне критики со стороны ряда западных стран в отношении методов подавления волнений в этой стране, сообщает агентство Рейтер со ссылкой на индийского посла в ООН Манджива Сингха Пури (Manjeev Singh Puri).
"Сирия сняла свою кандидатуру во время встречи группы азиатских стран, ее место занял Кувейт", - сообщил агентству индийский дипломат. "Они поменялись", - добавил Пури, отметив, что Кувейт должен был баллотироваться в СПЧ в 2013 году.
В 2011 году места для стран из азиатского региона в СПЧ были предназначены Сирии, Индии, Индонезии и Филиппинам. Однако дипломатические источники сообщали, что западные страны усилили давление на азиатский блок, чтобы исключить Сирию из числа кандидатов.
По мнению Пури, обмен Сирии с Кувейтом был оправданным шагом, поскольку Дамаску потребуется два года для завершения внутренних реформ, обещанных сирийским президентом Башаром Асадом.
Волнения в Сирии начались в середине марта в городе Дераа на границе с Иорданией. Толчком для них стал арест группы школьников, писавших на стенах антиправительственные лозунги. Люди вышли на улицы с требованием освободить подростков. Позже акции протеста перекинулись в ряд других регионов страны, в частности в города Латакия, Банияс, Хомс, Хама и некоторые пригороды Дамаска.
В ходе столкновений манифестантов с сотрудниками правоохранительных органов в Сирии, по данным оппозиции, погибли более 700 человек. В свою очередь, по официальным данным, с начала "насилия, развязанного наемниками против безопасности граждан и родины", погибли 70 гражданских лиц и около 100 солдат и полицейских.
Протесты оппозиционеров в Сирии продолжаются несмотря на объявленную правительством широкомасштабную программу реформ. В частности, в стране отменено действовавшее с 1963 года чрезвычайное положение, что было одним из основных требований оппозиции.
![Главное](/images/star.png)
Генеральный директор Центра изучения современного Ирана Раджаб Сафаров встретился с министром здравоохранения и медицинского образования Ирана госпожей Марзие Вахид Дастжерди, которая любезно согласилась ответить на вопросы, интересующие читателей РИА ИРАН НЬЮС (Иран.ру).
Г-жа министр, достигли ли Вы в ходе визита в Москву намеченных целей? Известно, что Вы приезжали в Россию и принимали участие во Всемирной конференции «Здоровый образ жизни и неинфекционные заболевания», которая проходила с 28 по 29 апреля. Каковы была основная идея Вашего доклада?
Видите ли, главной причиной смертности в большинстве стран, в особенности в промышленно развитых странах, являются неинфекционные заболевания, которые связаны в первую очередь с образом жизни. Если не вести работу по распространению правильного образа жизни, смертность будет расти. В Высшем совете здоровья и продовольственной безопасности Ирана в этой связи подготовлен доклад, в котором подчеркивается, что решением многих вопросов, касающихся здоровья людей и неинфекционных заболеваний, занимаются разные организации, и они должны тесно сотрудничать друг с другом.
Деятельность Высшего совета здоровья и продовольственной безопасности по выполнению поставленных перед ним задач курируется первым вице-президентом, а министр здравоохранения отвечает за выполнение этих задач различными инстанциями и контролирует их работу. При этом перед министерствами, деятельность которых связана со здоровьем людей, ставятся конкретные задачи.
В своем подробном докладе на конференции я рассказала о борьбе с курением, которая ведется в Иране. В последние пять лет нам удалось существенно сократить потребление сигарет. Долю курящего населения нам удалось сократить с 14 до 11%. Кроме того, в Иране ведется серьезная борьба с незаконным оборотом наркотиков, и благодаря усилиям всех исполнительных органов власти объем этого оборота сократился на 40%. Иран относится к передовым странам в области борьбы с распространением наркотиков.
За время пребывания в Москве Вы посетили целый ряд медицинских центров, встречались с министром здравоохранения и социального развития Российской Федерации Татьяной Голиковой. Обсуждали ли Вы с российской стороной, помимо традиционных форм сотрудничества, какие-то особые сферы возможной совместной деятельности?
Мы посетили крупнейший и старейший Московский медицинский институт, некоторые научно-исследовательские медицинские центры, в частности кардиохирургический и офтальмологический центры, женский медицинский центр. Со специалистами и руководителями этих центров проведены обстоятельные и плодотворные переговоры. По всей видимости, помимо традиционных форм сотрудничества мы могли бы тесно взаимодействовать друг с другом в области научных исследований, обмениваться студентами, изучающими самые разные медицинские специальности, приглашать преподавателей медицинских вузов на совместные научные конференции.
С учетом научных достижений в обеих странах имеются самые широкие возможности для совместной работы в специальных областях медицины, для обмена опытом между специалистами. Иранские и российские специалисты могли бы заниматься реализацией совместных научно-исследовательских проектов. Кроме того, большое значение в деле обеспечения здоровья людей имеет производство лекарственных препаратов и медицинского оборудования, и в этой области в обеих странах также предстоит многое сделать.
В настоящее время Иран самостоятельно производит около 96% необходимых лекарственных препаратов и самое современное медицинское оборудование. Таким образом, и в этой области стороны могли бы обмениваться накопленным опытом, и специалисты обеих стран могли бы вместе работать в разных областях медицины. Это позволит добиться новых успехов в деле решения имеющихся у обеих сторон трудностей, например, в области борьбы с распространением наркомании. У нас накоплен многолетний опыт лечения этого недуга и предотвращения его распространения.
В Иране созданы консультационные центры по вопросам наркомании. Все это приобретает особую актуальность в связи с тем, что Иран граничит с Афганистаном. Именно в этой стране производится основная часть наркотиков, которые отсюда распространяются по всему миру. В этой связи Ирану приходится вести решительную борьбу с распространением наркотиков. За долгие годы Ираном накоплен достаточно богатый опыт в этой области, и можно сказать, что проблема наркомании практически полностью контролируется.
Это те области, в которых помимо традиционных форм сотрудничества Иран и Россия могли бы обмениваться накопленным опытом и плодотворно взаимодействовать друг с другом. Если возможности, представившиеся в ходе нашего визита в Москву, будут использованы должным образом, стороны наверняка смогут добиться очень хороших результатов.
Скажите, пожалуйста, система медицины в Иране в основном бесплатная или платная? Приходится ли гражданам Ирана оплачивать все медицинские услуги или есть бесплатные сервисы? Достаточно ли в стране медицинских вузов, в которых иранцы могли бы получать медицинское образование? Соответствуют ли иранские стандарты медицинского образования существующим международным стандартам?
Прежде всего, следует отметить, что в Иране получила широкое распространение страховая медицина. Примерно 95-96% жителей страны имеют медицинскую страховку. Часть населения пока еще не охвачена медицинским страхованием. Это связано, например, с тем, что эти люди не имеют работы. При обращении в медицинские учреждения они вынуждены оплачивать все расходы. Системой медицинского страхования не покрыто только 5% населения. Остальные 95% при обращении в государственные медицинские учреждения получают услуги бесплатно. Если больной госпитализируется, он оплачивает 10% расходов на лечение и 90% оплачиваются страховыми компаниями. Таким образом, можно сказать, что население Ирана получает хорошее лечение и ему предоставляются качественные современные медицинские услуги.
Ответственность за подготовку кадров для оказания медицинских услуг и лечения возложена на медицинские университеты. В Иране насчитывается около 50-ти таких университетов, которые специализируются в различных областях медицины. Если учитывать государственные и частные медицинские вузы, то в общей сложности медицинское образование по разным специальностям получают около 1 млн. человек. Медицинские университеты находятся в ведении министерства здравоохранения. В каждой иранской провинции имеются от 1 до 3 медицинских вузов, которые обеспечивают медицинское обслуживание в той провинции, где они находятся. В Иране существует так называемая сетевая система предоставления медицинских услуг. Названную сеть составляют более 20 тыс. «лечебных домов», около 6 тыс. медицинских и лечебных центров и около 1 тыс. специализированных и узкоспециализированных больниц, которые распределены по всей территории страны. Все эти учреждения размещены с учетом плотности населения в регионах, удаленности от дорог и других факторов, и это позволяет оказывать качественные медицинские услуги всему населению страны.
В этой связи мне хотелось бы задать еще один вопрос. Сколько в Иране насчитывается дипломированных специалистов, задействованных в названной Вами сети? Кроме того, в Иране накоплен хороший опыт по созданию «лечебных домов» или домов здоровья, о которых Вы упомянули. Иранский опыт по созданию таких домов, особенно в сельской местности, может быть интересен и в России. Работа домов здоровья оказалась бы весьма эффективной. Прокомментируйте это, пожалуйста.
В иранской сетевой системе здравоохранения насчитывается около 150 тыс. дипломированных врачей и специалистов. Многие врачи по общим заболеваниям, так называемые семейные доктора, практикуют в тех районах, где отсутствуют больницы. Другие врачи работают в специализированных и узкоспециализированных больницах. Названные врачи по общим заболеваниям работают в созданных при местных администрациях лечебно-медицинских штабах. В Иране готовятся врачи 26-ти основных специальностей. Кроме того, насчитывается около 20-ти узких специальностей, по которым также готовятся практикующие врачи. В Иране в достаточном количестве готовятся специалисты в различных областях медицины, в том числе и узкоспециализированных, фармацевты и средний медицинский персонал. Иран располагает всеми необходимыми возможностями для подготовки медицинских кадров. В Иране проявляют большой интерес к получению медицинского образования по самым разным специальностям, и на сегодня многие едут на учебу в медицинских вузах в зарубежные страны.
Вы сказали, что одним из важных достижений в области иранской медицины стали так называемые «лечебные дома» или дома здоровья. Они созданы по всей стране в виде широкой сети медицинских учреждений. В случае необходимости в эти дома жители обращаются за медицинской помощью. Дом здоровья, как правило, находится в самом населенном пункте или всего лишь в нескольких километрах от него. Если потребуется, больного могут доставить на машине скорой помощи или другом транспортном средстве в медицинское учреждение более высокого звена. Если и здесь медицинская помощь окажется недостаточной и потребуются дополнительные исследования, в том числе и радиологические, или госпитализация, то больного доставляют в специализированную больницу. Таким образом, созданная в Иране сеть медицинского обслуживания позволяет обеспечить в рамках единой системы лечение каждого иранца, проживающего даже в самой отдаленной местности, в том числе в специализированный и узкоспециализированных больницах. Это лучшее, что было сделано в Исламской Республике в области медицины за последние тридцать лет.
Иранские дома здоровья, как я слышал, оборудованы компьютерами, и это позволяет получить необходимые рекомендации по электронной почте. Таким образом, если врач не может определить заболевание и назначить курс лечения, он имеет возможность связаться для получения консультаций с более крупным лечебным центром. Если все же потребуется, больного доставляют на лечение в другое место.
Да, как Вы правильно заметили, в медицинских учреждениях Ирана создана электронная сеть с выходом в Интернет. Это основа современной телемедицины. На каждого больного, обратившегося за медицинской помощью, заводится электронная медицинская карта, в которую лечащим врачом заносится его история болезни. Если требуется госпитализация больного в более крупном лечебно-медицинском центре, его карта с помощью электронных средств связи пересылается в этот центр, и врач, который будет заниматься лечением больного, получает возможность ознакомиться с историей болезни.
Иран, как известно, добился больших успехов в области трансплантологии, и в этой связи хотелось бы знать, какие расходы требуются на проведение подобных операций? Сопоставимы ли они с расходами в европейских странах? Доступны ли операции по пересадке органов для простых людей? Сколько в Иране насчитывается центров, в которых проводятся подобные операции?
В Иране проделана большая и плодотворная работа в области трансплантологии. Ежегодно в общей сложности в стране проводится, например, около 2 тыс. операций по пересадке почек, 150 операций по пересадке сердца, в том числе операций по одновременной пересадке сердца и легких. Пересадку сердца делают более чем в десяти медицинских центрах. Кроме того, проводится около 3 тыс. операций по пересадке костного мозга. Иран относится к числу трех крупнейших мировых центров по пересадке костного мозга. В прошлом году у нас проведено 330 операций по пересадке печени. Такие операции у нас делают в 3-4 центрах. Значительных успехов мы добились в офтальмологической трансплантологии. Пересадку роговицы глаза в Иране делают в большинстве медицинских университетов и специализированных клиниках.
Проводятся работы, чтобы в Иране, когда потребуется, могли проводиться различные операции по пересадке практически всех органов. Для этого в стране имеются и создаются многочисленные центры по трансплантологии. Можно сказать, что трансплантология уже стала достоянием большинства иранских провинций и медицинских университетов. Никаких очередей на проведение таких операций, как пересадка почек, в Иране нет. Таким образом, операции по пересадке органов вполне доступны, и никаких особых проблем в этой связи не возникает, тем более что парламентом (меджлисом) принят закон, согласно которому любой гражданин может завещать свои органы для пересадки после его смерти. Согласно правилам, органы умершего человека используются для пересадки при согласии родственников при условии, что оба человека относятся к одной национальности, т.е. если орган пересаживается иранцу, то и донор должен быть иранцем. Таким образом, в Иране практически все вопросы, касающиеся трансплантологии, могут быть успешно решены.
Операции по пересадке органов проводятся иранскими специалистами?
Да, все операции по пересадке органов проводятся в самом Иране и иранскими специалистами. За рубеж больные для проведения подобных операций не направляются, все операции проводятся в Иране.
В России проявляют большой интерес к оздоровительному, медицинскому туризму. В Иране много термальных источников, и есть все условия для полноценного отдыха и лечения. Хотелось бы знать, как россияне могут получить информацию о медицинском туризме в Иране?
Нашу страну посещают многочисленные туристы. Из соседних стран в Иран приезжают на лечение. Помимо упомянутых Вами термальных источников, в Иране имеются и другие возможности для лечения. Иран занимает одно из ведущих мест с точки зрения профессионального уровня врачей и других специалистов, наличия современного медицинского оборудования. Именно поэтому граждане других стран, таких как Азербайджан, Афганистан и Ирак, и даже арабских государств, например, из Кувейта, предпочитают приезжать на лечение именно в Иран. Здесь они лечатся, им делают хирургические операции и проводят специальные обследования. Это объясняется еще и тем, что иранская медицина известна своей давней историей. Кроме того, Иран принимает участие в проводимых в разных странах выставках, посвященных медицинскому туризму, посетители которых имеют возможность ознакомиться с научными трудами и трактатами иранских специалистов в области медицины. Некоторые уже приезжали в Иран на отдых, другие и раньше знали об иранской медицине. Таким образом, ежегодно в Иран приезжают на лечение многие иностранцы.
Речь идет о том, как проинформировать россиян о ситуации в Иране? Как они могут получить необходимую информацию?
Хорошо, с учетом того, что Вы сказали, мы постараемся подготовить подробную информацию об иранских центрах, которые предоставляют специализированные и узкоспециализированные медицинские услуги и готовы принять иностранных гостей, и предоставить эту информацию иранским посольствам за рубежом.
Есть еще один важный вопрос. Насколько известно, дипломы, выдаваемые выпускникам российских медицинских вузов, не признаются заинтересованными инстанциями Ирана. То же самое происходит с иранскими дипломами в России. Не считаете ли Вы необходимым как-то решить эту проблему? Какие шаги в этой связи могло бы предпринять Ваше министерство?
Во время посещения российских медицинских центров мы узнали о больших достижениях российских ученых в области медицины, познакомились со многими преподавателями российских медицинских вузов и врачами, специализирующимися в самых разных областях. Этот визит можно считать своего рода подготовкой к тому, чтобы между специалистами министерства здравоохранения Ирана состоялся обмен мнениями по поводу дипломов медицинских институтов и университетов. Кроме того, мы надеемся, нам удастся прислать специалистов департамента медицинского образования министра в российские медицинские центры для ознакомления с их работой. В конце концов, все это позволит изменить отношение к вопросу о признании дипломов медицинских вузов.
Ежегодно тысячи российских студентов выезжают в зарубежные ВУЗы для учебы и по программам обмена. В то же время десятки тысяч человек приезжают в Россию из-за рубежа для получения образования и повышения своего профессионального уровня. Предпринимаются ли в этой связи какие-либо конкретные шаги совместно с Ираном, чтобы такая полезная практика сложилась и с Вашей страной? Планируете ли Вы что-либо предпринять в этой связи?
До сих пор в этом направлении ничего не предпринималось. Однако одна из тем, которые затрагивались в ходе переговоров с руководителями российских медицинских вузов, касалась обмена студентами и преподавателями. Российские студенты могли бы посетить Иран, а иранские студенты – Россию. Можно также решить вопрос о предоставлении университетских стипендий для студентов, что позволит активней обмениваться студентами. Этот вопрос обсуждался в ходе состоявшихся переговоров, и есть все основания надеяться на то, что достигнутые договоренности будут закреплены подписанием совместных документов.
Г-жа министр, не кажется ли Вам целесообразным провести специальные переговоры с министром здравоохранения и социального развития России г-жой Татьяной Голиковой, чтобы выработать дорожную карту и создать рабочую группу для обсуждения вопросов двустороннего взаимодействия в области медицины и медицинского образования. Такая встреча могла бы быть инициирована с Вашей стороны.
– Скорее всего, мы поручим эту работу послу Ирана в России г-ну Саджади, в частности, провести подготовку к созданию подобной рабочей группы. Со своей стороны мы готовы в этой связи сделать все, что от нас потребуется, и приложить усилия на пути продвижения к тем целям, о которых мы говорили.
Марокко и Иордания могут присоединиться к Совету сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), сообщил во вторник генеральный секретарь организации Абдуллятиф аз-Зияни по итогам саммита Совета.
Встреча лидеров монархий Персидского Залива прошла впервые с начала антиправительственных выступлений, захлестнувших практически весь арабский мир.
По словам аз-Зияни, участники встречи на высшем уровне одобрили стремление Рабата и Аммана вступить в организацию.
"Лидеры стран ССАГПЗ приветствовали просьбы Иордании и Марокко и поручили совету министров приступить к проведению переговоров с главами внешнеполитических ведомств этих государств, касающиеся процедур для присоединения к организации", - заявил генсек.
При этом он не назвал возможные сроки вступления в Совет новых стран.
ССАГПЗ сейчас объединяет шесть монархий Персидского залива: Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовскую Аравию.
Главы государств обсудили также последнее развитие событий на Ближнем Востоке, в частности в Бахрейне, Палестине и Йемене.
Встреча монархов прошла на фоне неудавшейся попытки министров иностранных дел стран ССАГПЗ убедить президента Йемена подписать план по межйеменскому урегулированию, согласно которому Абдалла Салех должен уйти в отставку. Однако Салех согласился подписать план в качестве лидера правящей партии, а не президента страны, что противоречит положениям инициативы ССАГПЗ.
"Лидеры стран ССАГПЗ будут продолжать оказывать помощь братскому народу Йемена и призывают все заинтересованные стороны в этой стране подписать текст соглашения, предложенный ССАГПЗ", - отмечается в тексте заявления по итогам саммита.
Жесткой критике монархи подвергли политику Ирана, который, по их словам, "занимается вмешательством во внутренние дела членов организации посредством заговоров".
Схематичное назначение. Новый посол США в Афганистане будет реализовывать свой старый иракский план
Политической миссией США в Афганистане будет управлять тот же человек, который восстанавливал Ирак после свержения Саддама Хусейна. По данным The Associated Press, новым послом в этой стране станет Райан Крокер.
Нынешний посол США в Афганистане Карл Айкенберри — генерал-лейтенант ВС США в отставке, прошедший войну с талибами и лучше знающий реалии военного времени, чем мирного. Когда он вступал в должность в 2009 году, администрация Обамы планировала серьезную военную операцию: уменьшение американского контингента в Ираке и переброску части этих войск в Афганистан. Теперь, когда Вашингтон анонсировал план вывода войск до 2014 года, смена на посольском посту военного на кадрового дипломата выглядит естественно.
Райан Крокер с 1990 по 2007 год руководил американскими дипмиссиями в ключевых страна Ближнего и Среднего Востока — в Ливане, Кувейте, Сирии и Пакистане. Однако наибольшую известность он приобрел во время своей службы в Ираке с 2007 по 2009 год. В это время США испробовали новую стратегию по восстановлению безопасности в этой стране — резко увеличили число американских военнослужащих со 132 до 153 тыс., после чего постепенно начали вывод войск.
Над военной составляющей этой операции стоял американский генерал Дэвид Петреус, который стал главнокомандующим международным контингентом страны в 2007 году, а во второй половине 2008-го был переведен на другую должность. Сегодня Петреус командует международной коалицией США и НАТО в Афганистане. Теперь у Крокера есть все шансы поработать с иракским товарищем, если, конечно, он не уйдет на повышение — вчера американские СМИ со ссылкой на неназванные источники в один голос сообщали, что Петреус скоро возглавит ЦРУ.
«Схема, которую США реализовывают в Афганистане, во многом копирует иракскую схему», — заявил «МН» доцент кафедры мировых политических процессов МГИМО Иван Сафранчук.
Впрочем, по мнению эксперта, реализовать иракский сценарий в Афганистане будет сложнее. По словам эксперта, политическая и этническая картина в Афганистане намного пестрее, и объединить нацию после 30 лет войны — задача значительно более сложная, чем объединить Ирак. Между тем иракские президентские выборы в прошлом году завершились затяжным политическим кризисом, который не преодолен до сих пор.
В 2007 году Крокер и Петреус, выступая с докладом по Афганистану перед американским конгрессом, признали, что результаты американской миссии в Ираке оказались не столь успешными, как предполагалось изначально.
Но новом месте Райану Крокеру также придется пристально следить за тем, чтобы взаимоотношения Афганистана с соседями оставались ровными, считает Сафранчук. «В горном и отрезанном от морей Афганистане ситуация с логистикой намного хуже, чем в Ираке, находящемся на берегах Персидского залива. Даже для того, чтобы обеспечение международного контингента в Афганистане было достойным, необходимо заручиться поддержкой пограничных стран, например Пакистана, — добавил собеседник «МН». — То же самое справедливо и для обеспечения безопасности в Афганистане в целом». Игорь Крючков
Правящая партия Йемена "Всеобщий народный конгресс" объявила о принятии предложенного странами Персидского залива очередного плана по передаче власти и прекращению политического противостояния в стране, предусматривающего уход в отставку президента Али Абдаллы Салеха, сообщает агентство Рейтер со ссылкой на официального представителя партии Тарика Шами (Tariq Shami).
"Партия проинформировала глав МИД стран ССАГПЗ (Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива, в него входят Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия) о полном принятии их инициативы", - заявил Шами.
Предложенный в четверг план выступающего в йеменском кризисе посреднкиом ССАГПЗ, предусматривает отставку Салеха в течение 30 дней после формирования правительства национального единства. После формирования правительства президент передаст власть вице-президенту, а оппозиция прекратит свои демонстрации. Салех также должен получить иммунитет от судебного преследования, отмечает Рейтер.
В пятницу о своей поддержке плана ССАГПЗ на митинге своих сторонников объявил и сам Салех. При этом он отметил, что будет следовать ему строго в рамках конституции, согласно которой срок его полномочий истекает в 2013 году.
Оппозиционная коалиция в субботу также объявила о поддержке плана, однако отказалась от участия в правительстве национального единства.
"Оппозиция приветствует инициативу кроме пункта о формировании правительства национального единства", - заявил глава коалиции Ясин Номан (Yassin Noman).
Также противников Салеха не устраивает предусмотренное планом предоставление ему иммунитета.
В соответствии с предыдущим планом ССАГПЗ, Салех должен был передать власть вице-президенту, а оппозиция - сформировать правительство. Однако оппозиционеры отвергли эту "дорожную карту".
В Йемене с начала февраля продолжаются антиправительственные выступления с требованием отставки Салеха, который стал президентом Северного Йемена в 1978 году. Йеменские силовики применяют оружие для разгона антиправительственных акций. По данным западных СМИ, за два месяца народных волнений в стране погибли более 120 человек.
Противники Салеха требуют его незамедлительного ухода с поста президента, хотя его полномочия истекают только в конце 2013 года. Двадцатого марта Салех отправил в отставку правительство, а за два дня до этого объявил о введении в стране режима чрезвычайного положения, предусматривающего, в частности, запрет на ношение гражданами оружия.
В последние месяцы многие страны Ближнего Востока и Северной Африки охвачены народными протестами, которые уже привели к падению правящих режимов в Египте и Тунисе. Антиправительственные выступления прошли также в Алжире, Ираке, Иордании, Марокко, Омане, Бахрейне и Сирии. В Ливии волнения переросли в вооруженные столкновения мятежников с армией.
Президент Йемена Али Абдалла Салех приветствует предложенный государствами Персидского залива очередной план по передаче власти и прекращению политического противостояния в стране, но отмечает, что будет следовать ему строго в рамках конституции, согласно которой срок его полномочий истекает в 2013 году, сообщает в пятницу агентство Рейтер.
Предложенный в четверг план Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ, в него входят Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия) предусматривает отставку Салеха в течение 30 дней после формирования правительства национального единства. План также предусматривает, что после формирования правительства Салех передаст власть вице-президенту, а оппозиция прекратит свои демонстрации. Совет выступает в йеменском кризисе посредником.
"Мы приветствуем инициативу ССАГПЗ и будем следовать ей в рамках йеменской конституции", - заявил Салех, выступая в столице Сане перед толпой сторонников. Однако, отмечает Рейтер, по конституции Йемена, президентский срок Салеха заканчивается лишь в 2013 году.
В соответствии с предыдущим планом ССАГПЗ, Салех должен был передать власть вице-президенту, а оппозиция - сформировать правительство. Однако оппозиционеры отвергли эту "дорожную карту".
В Йемене с начала февраля продолжаются антиправительственные выступления с требованием отставки Салеха, который стал президентом Северного Йемена в 1978 году. Йеменские силовики применяют оружие для разгона антиправительственных акций. По данным западных СМИ, за два месяца народных волнений в стране погибли более 120 человек.
Противники Салеха требуют его незамедлительного ухода с поста президента, хотя его полномочия истекают только в конце 2013 года. Двадцатого марта Салех отправил в отставку правительство, а за два дня до этого объявил о введении в стране режима чрезвычайного положения, предусматривающего, в частности, запрет на ношение гражданами оружия.
В последние месяцы многие страны Ближнего Востока и Северной Африки охвачены народными протестами, которые уже привели к падению правящих режимов в Египте и Тунисе. Антиправительственные выступления прошли также в Алжире, Ираке, Иордании, Марокко, Омане, Бахрейне и Сирии. В Ливии волнения переросли в вооруженные столкновения мятежников с армией.
Директор свободной экономической зоны (СЭЗ) «Эрвенд» Али Асгар Пархизкар заявил, что за прошлый год в названной СЭЗ с местными и зарубежными инвесторами было подписано 7 соглашений о сотрудничестве общей стоимостью 5 трлн. 120 млрд. риалов (около 500 млн. долларов), сообщает агентство «ИРИБ ньюз».
На данный момент проекты в рамках этих соглашений реализованы на 10-40%, и к числу важнейших из них относится строительство отелей, культурно-развлекательных комплексов, административно-торговых зданий, центров по оказанию складских и логистических услуг в районе пограничного перехода Шаламче.
Али Асгар Пархизкар отметил, что помимо иранских инвесторов в перечисленных проектах участвуют представители таких стран, как Кувейт, Канада, Китай, Южная Корея и Нигерия.
![Главное](/images/star.png)
После стабильности
Арабский мир и пределы авторитарной модернизации
Резюме: Процессы, идущие сегодня в странах Северной Африки и Ближнего Востока, не надо сравнивать с падением Берлинской стены. Арабские события – это не «бархатные революции» в Восточной Европе, хотя западные журналисты с надеждой ищут аналогии.
В феврале в Мюнхене проходила очередная конференция по безопасности, на которую собирается весь мировой истеблишмент. Организаторы загодя составили насыщенную повестку дня, но выдерживать ее удавалось с трудом. Участникам явно не терпелось досидеть до перерывов, чтобы в прямом эфире увидеть трансляцию с главной площади Каира. Искушенные в международных делах, они казались обескураженными.
Неожиданные потрясения в Северной Африке и на Ближнем Востоке сформировали другую повестку дня не только мюнхенской конференции, но и, по сути, всей большой политики. Осмысление новой ситуации, которая продолжает стремительно развиваться сразу в нескольких странах региона, еще впереди, и, судя по судорожным шагам, предпринимаемым внешними игроками, они слабо понимают, что именно происходит. По крайней мере, готовность ведущих западных держав вмешаться в гражданскую войну в Ливии, не имея не только плана действий, но даже достоверных данных о диспозиции на месте, демонстрирует скорее растерянность, чем решительность. Между тем, кровь мирного населения льется и в других частях Ближнего Востока. И если коалиция, спешно собранная против полковника Каддафи, захочет быть последовательной в своей политике, то конца вмешательству в дела этого региона не видно.
Причины революций – вовне и внутри
Первая реакция Запада на народные выступления в Северной Африке и на Ближнем Востоке оказалась дежурной. В Вашингтоне и европейских столицах заговорили о фундаментальных ценностях – о правах человека и демократии. То есть о том, чем длительное время в отношении североафриканских и ближневосточных режимов пренебрегали. Ради интересов относительной стабильности и нефти.
Незадолго до нынешних событий, в ноябре прошлого года, состоялся саммит Евросоюз – Африка. Лидер ливийской революции полковник Муаммар Каддафи объявил, что Африка готова сотрудничать только с теми европейскими государствами, которые не будут выставлять «непомерных» требований по части соблюдения прав человека и норм демократии. И заодно запросил у Брюсселя 5 млрд евро на предотвращение миграции в Европу.
Надо сказать, что Запад не то что «непомерных», а вообще никаких сколько-нибудь серьезных требований такого рода к Каддафи и не предъявлял. Как и к другим руководителям Северной Африки и Ближнего Востока, которые теперь либо свергнуты, либо продолжают сопротивляться. Лишь изредка из Брюсселя раздавались вежливые сожаления о том, что в государствах региона права человека все же нарушаются, управление экономикой и обществом не укладывается в демократические нормы, а экспорт беженцев не сокращается.
Подход с моральной точки зрения сомнительный, но рациональный. Ведь без двойных стандартов странам НАТО пришлось бы жить в условиях постоянных санкций против недемократических режимов, а то и воевать с каждым из множества диктаторов, сменяющих один другого. Чтобы разорвать этот замкнутый круг, требовались бы длительные оккупации освобожденных от тиранов территорий, что влетает в копеечку. К тому же есть невеселый опыт силового распространения демократии в Ираке и войны в Афганистане. Там оккупационные контингенты попросту застряли при удручающем, с точки зрения целей вторжения, эффекте.
Волнения в Северной Африке и на Ближнем Востоке начались внезапно. Правда, эксперты указывают на «рейтинг ботинкометания», составленный летом прошлого года Всемирным банком, который сопоставлял такие показатели, как уровень нищеты, грамотности населения, безработицы, коррупции и прочее. В среднем для бунтующего сегодня региона цифры оказались если и не на предреволюционном, то уж точно на весьма тревожном уровне. Но внимание на это обратили только задним числом.
Устроить революцию извне, о чем сейчас много говорят, невозможно, если к ней нет предрасположения внутри. Вероятнее всего, имеет место комплексный феномен, который включает в себя разнообразные факторы экономического, социального, геополитического характера. Например, ряд экспертов справедливо говорят об общем росте национального самосознания в арабском мире. Среди прочего он порожден неудачами Израиля, извечного «экзистенциального» оппонента, в ливанской кампании 2006 г. и операции в секторе Газа два года назад, да и вообще некоторым ослаблением политических позиций еврейского государства.
Нельзя сбрасывать со счета коммуникационный фактор. С одной стороны, массовая доступность данных о «настоящей» жизни в более благополучных частях планеты, с другой – повсеместное распространение «революционной литературы» через информационные и социальные сети. Если большевистскую «Искру», выходившую крошечными тиражами, по мере возможностей несли в массы курьеры-одиночки, то «твиттер» позволяет пустить революционную искру повсюду и в режиме реального времени.
Можно назвать и вполне конкретные экономические причины взрыва. Так, в начале года индекс цен на продовольствие превысил 230 пунктов, что исчерпало способность правительств субсидировать базовые продукты питания. Прогнозы Всемирной продовольственной организации на текущий год не радужные – мировое производство зерна снизилось из-за засухи в США и России, наводнений в Австралии и Канаде. Более долгосрочные продовольственные прогнозы тоже тревожны. Среди причин кризиса называют производство биотоплива. Только в Соединенных Штатах от пищевых нужд отвлекается на замену бензина до трети всего урожая кукурузы. И велика вероятность, что мировое сообщество в скором времени столкнется с массовыми «голодными бунтами», которые дестабилизируют прежде всего африканские страны, расположенные южнее нынешней горячей линии.
Правда, в Северной Африке удорожание продовольствия все-таки трудно отнести к главному спусковому крючку восстаний. В той же Ливии Муаммар Каддафи за счет нефтяных доходов обеспечил вполне приемлемый уровень жизни, хотя с безработицей среди молодежи он не справился. Ливийская конъюнктура в целом положительно оценивалась и МВФ, и Всемирным банком, а мировой кризис весь этот регион, как ни странно, пережил сравнительно легко. Специалисты российского МГИМО полагают, что решающую роль в раскачивании лодки сыграл не абсолютный, а относительный уровень благополучия – в североафриканском обществе возник взрывоопасный «разрыв между ожиданиями роста благосостояния и реальностью».
Политики на юге и севере Судана, в Эфиопии, Джибути, Объединенных Арабских Эмиратах говорят, конечно, о подрывной роли США, Израиля и неких неправительственных организаций. Но даже они признают, что основные причины революций в Египте и Тунисе, которые открыли «ящик Пандоры», кроются в поколенческом разрыве. В глазах молодых людей существующие несменяемые или династические режимы утратили либо быстро утрачивают легитимность, которую за ними признавали предыдущие поколения.
Институциональный дизайн региона не менялся с середины прошлого века. Большой Ближний Восток, по сути, обошли потрясения, прокатившиеся по мировой политике в конце ХХ столетия и радикально преобразившие Европу, Восточную Азию, Латинскую Америку и юг Африки. Нынешняя молодежь не выбирала тех, кто десятилетиями сидит у власти. Ей надоело терпеть и искать лучшей доли за границей, стыдиться за свою страну, сидеть во внутренней эмиграции и выслушивать вранье пропаганды. Надоели уверовавшие в собственное величие лидеры, за которых, будь выборы честными, едва ли кто-то проголосовал бы. И люди в арабском мире теряют страх.
Отрыв местного правящего сословия, семей и кланов руководителей, практически приватизировавших национальные богатства, от народа столь велик, что говорить о каких-то общих целях бессмысленно. Североафриканские и ближневосточные элиты не поспевали за обстановкой, прозевали появление среднего класса. В странах региона под предлогом угрозы исламского экстремизма была уничтожена всякая системная оппозиция, отсутствовала социальная мобильность. Стабильность режимов Северной Африки и Ближнего Востока оказалась видимостью.
Однако оппозиция состоит не только из эмансипированных молодых людей. Противники режимов разношерстны, и, скажем, волнения в Бахрейне и частично в Сирии имеют выраженный межрелигиозный характер. Среди тех, кто сражается против Каддафи, обнаружены боевики «Аль-Каиды». Революционные выступления в Тунисе и Египте, наиболее продвинутых государствах региона, стали предлогом для выяснения отношений с властью в других странах Африки и Ближнего Востока, где ситуация иная. Авторитарные режимы региона поражены кризисом, нуждаются в реформах, но разные группы оппозиционеров под прикрытием вполне демократических лозунгов могут преследовать и разные цели.
Главная мина еще не взорвалась
После того как коалиция, собранная для предотвращения резни в Бенгази, приступила к выполнению резолюции СБ ООН 1973, внимание политиков и экспертов сосредоточилось на Ливии. Но страсти не утихают и в других странах региона, а если говорить об Африке, то кровь льется и южнее средиземноморского побережья.
В Сирии демонстрации проходили в городах Нава, Тафас, Хомс, Эс-Санамейн, Алеппо. В Латакии сожгли офис правящей партии Баас. В город ввели войска. Основные требования демонстрантов – положить конец коррупции, улучшить систему социального обслуживания населения, решить проблему безработицы, отменить чрезвычайное положение. Президент Асад после долгих колебаний согласился на отмену ЧП. Но причины волнений, очевидно, не сводятся только к этому.
Господствующее положение в стране занимают алавиты – шиитское меньшинство, составляющее чуть более 10% от общего населения. В свое время, когда страна была еще подмандатной территорией Франции, эта община пользовалась французским покровительством. В 1982 г. Хафез Асад уничтожил 50 тысяч суннитов в Хаме. И надо полагать, что отголосок этой истории присутствует и в нынешних выступлениях против его сына Башара. Есть сведения о бесчинствах исламских экстремистов, которые занимаются поджогами и атакуют тех, кто требует реформ. Волнениями охвачена северо-восточная часть страны, населенная курдами. Лозунг курдов, многие из которых не имеют сирийского гражданства: «Мы хотим не только гражданства, но и свободы». Новый кабинет министров, назначенный президентом Асадом, приступил к работе над обновлением законодательства. Учрежден Институт по исламским и арабским исследованиям, что расценивается как попытка Дамаска привлечь на свою сторону духовенство.
В Египте события развиваются более благоприятно – гарантом плавных реформ выступает армия. Переходное правительство утвердило закон об уведомительном создании политических партий, но сохраняется запрет на партии, которые проводят дискриминацию по религиозному, этническому, половому или расовому признаку. Исламизации политики не заметно – глава Высшего военного совета заявил, что Египет не планирует разрывать мирный договор с Израилем, а операция в Ливии у Каира озабоченности не вызывает. В отношении видных представителей режима Мубарака и его семьи заведены коррупционные дела, его партия распущена.
В Иордании бунтующая молодежь требует отставки премьер-министра, прекращения политических репрессий, проведения реформ. Требования молодых оппозиционеров такие же, как в соседних странах – борьба с коррупцией и безработицей, принятие закона о выборах, упразднение марионеточного парламента и секретной службы. Премьер аль-Бакит был назначен на этот пост месяц назад. Ему-то король Абдалла II и поручил провести реформы. Но аль-Бакит уже был главой правительства в 2005–2007 гг., и оппозиция не видит в нем проводника обновления.
В Бахрейне борьбу с суннитской королевской династией ведет шиитская оппозиция. Военную помощь в подавлении выступлений оказала Бахрейну Саудовская Аравия. Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) возложил на Иран ответственность за события в Бахрейне. Есть сведения, что члены Совета готовят высылку граждан Ливана и Ирана, которых обвиняют в связях с «Хезболлой» и иранской разведкой. Дело зашло далеко – Бахрейн прекратил воздушное сообщение с Ираном, Ливаном и Ираком. Отозваны послы – Бахрейна в Иране и Ирана в Бахрейне. Тегеран обвиняется и во вмешательстве во внутренние дела Кувейта. Там раскрыта шпионская сеть, работающая на Иран. Два иранца и один кувейтец приговорены за шпионаж к смертной казни, послы отозваны и между двумя этими странами.
Уместно заметить, что Бахрейн, пожалуй, самое модернизированное государство арабского мира. Половину мест в парламенте, который выбирается так, как положено, занимает оппозиция. Женщины уравнены в правах с мужчинами, во всяком случае, могут голосовать.
В Йемене продолжаются массовые волнения. Президент Али Абдалла Салех, занимающий этот пост более тридцати лет, согласился уйти в отставку до конца 2011 г. и мирно передать власть военному совету. Но это не устраивает оппозицию. ССАГПЗ открыто призывает Салеха уйти, в США опасаются, что междоусобица отвлекает власти Йемена от антитеррористической борьбы. Есть информация, что в эту страну прибывают боевики «Аль-Каиды» и вступают в вооруженную борьбу с силами безопасности. А офицеры правительственных войск переходят на сторону восставших. Йеменская оппозиция вроде бы согласна вести переговоры с властями при посредничестве Эр-Рияда, однако столкновения не утихают. Война в Йемене способна поколебать относительную стабильность в Саудовской Аравии.
Сохраняется вероятность нового взрыва в Алжире. Оружия там не меньше, чем в Ливии, а исламисты уже побеждали на демократических выборах в 1991 г. и вели кровопролитную войну против военно-бюрократического режима. Новая междоусобица грозит вовлечением в нее Марокко. Ведь проблема спорной Западной Сахары не решена, а бойцы фронта ПОЛИСАРИО штыков в землю не воткнули. Боевые действия могут пересечь границы стран зоны Сахеля: Мали, Чада, Нигера, а есть еще и неспокойные районы Судана. Власти Алжира укрепляют границы с Ливией, откуда, по их мнению, просачиваются боевики «Аль-Каиды» в странах исламского Магриба. Они известны как похитители европейцев, но их может привлечь и шанс отомстить за поверженных когда-то братьев по идеологии. Тогда в Алжире главной действующей силой окажутся откровенные радикалы-исламисты.
Огонь бикфордова шнура, подожженного в Тунисе, еще не дошел до самой большой мины, которая заложена под существующий порядок на Большом Ближнем Востоке. Это возможность противостояния между самой мощной шиитской державой Ираном и его суннитским аналогом – Турцией. Судя по тому, как стремительно демократические движения в той же Сирии или Бахрейне переходят в шиито-суннитский конфликт, к тактическим союзам Анкары и Тегерана, которые сейчас демонстрируют друг другу подчеркнутую почтительность, следует относиться осторожно. Потому что обе эти страны откровенно претендуют на лидерство в исламском мире, обе достаточно сильны в военно-экономическом отношении. Каждая из них следует собственным модернизационным исламским проектам и настойчиво предлагает их близким и далеким соседям.
Неуемный полковник
В отличие от президентов Туниса и Египта глава Ливии не отступил перед оппозицией и развернул боевые действия против повстанцев. Иначе говоря, Каддафи не выполняет резолюцию СБ ООН 1973. Россия и Китай воздержались при голосовании по этой резолюции, другими словами, «пропустили» ее. Суть документа – защита гражданского населения Ливии от насилия, совершаемого его собственным правительством, но формулировки открывают возможность широкой военной операции против войск Триполи.
Резолюция 1973 – первый в истории документ ООН, разрешающий военное вмешательство во внутренние дела суверенного государства. Сербию бомбили без санкции ООН, вторжение в Ирак тоже происходило в обход Совета Безопасности. Иначе говоря, резолюция 1973 – это признание того факта, что в случае с Ливией отсутствие насилия извне означает его рост внутри.
Разумеется, у ведущих членов коалиции есть интересы в Северной Африке. Личные счеты к ливийскому полковнику, вероятно, имеются и у Николя Саркози, и у Сильвио Берлускони, двух европейских руководителей, которые особенно усердствовали в налаживании коммерческих отношений с Триполи. Лондон тоже не отставал, но в лице предыдущих лейбористских властей, так что консерватор Дэвид Кэмерон в этом смысле запятнаться не успел. Как бы то ни было, среди причин бомбовых ударов по Ливии не стоит искать следы мирового заговора или американских нефтяных интересов (2% мировой добычи – не настолько солидный куш). Скорее речь идет о беспомощности мирового сообщества перед теми, кто стреляет в собственный народ. Поспешные удары еще до составления каких-либо конкретных планов операции – это следствие смятения, которое охватило западных лидеров после начала событий в регионе.
Некоторые из друзей Каддафи (надо сказать, весьма немногочисленных) именуют его сейчас не иначе как «лидером арабского мира». И утверждают, что Запад развернул на него охоту именно в этом качестве. На самом деле полковник никогда таковым не являлся, хотя очень хотел. Хотел настолько, что вызвал стойкое отторжение практически у всех соседей, что и аукнулось при голосовании в СБ ООН по резолюции 1973 – не поддержи ее активно Лига арабских государств, ни Россия, ни Китай, вероятнее всего, не согласились бы «пропустить» документ.
Каддафи всегда был неугомонным революционером. Во имя реализации своих экстравагантных идей бомбил Хартум. Разжигал гражданскую войну в Чаде, да так, что ухитрился объединить против себя таких антагонистов, как Ирак, Египет и США. Семь раз принимался сколачивать союзы с Сирией, Египтом, Тунисом и Чадом. Вошел в историю как автор всполошившего Африку плана Великой исламской сахарской империи. Все кончилось, однако, убийством президента Гвинеи-Бисау, свержением президента Верхней Вольты и неудавшимся переворотом в Нигерии и Гамбии.
Подвергаться атакам Каддафи тоже не впервой. Рональд Рейган бомбил Триполи и Бенгази в 1986 г. в качестве возмездия за теракт на берлинской дискотеке, где погибли американские военные. В 1989 г. Соединенные Штаты наносили удары по Ливии, подозревая, что полковник строит завод по производству боевых отравляющих веществ. Много говорят об американском лайнере, сбитом в 1988 г. над Шотландией, но это отнюдь не единственный такого рода «подвиг» вождя Джамахирии. Кстати, остается только диву даваться, как при таком послужном списке Муаммар Каддафи сумел не просто договориться с Западом в начале 2000-х гг., но и стать для всех желанным деловым партнером.
Ливийская кампания, как и всякая локальная война, весьма непрозрачна. Например, только спустя несколько недель после начала событий более или менее прояснились основные группировки внутри повстанцев. Среди них – исламисты, в том числе боевики «Аль-Каиды» и регионалисты. Эти силы первоначально шокировали своих французских покровителей антисемитскими лозунгами. Третьей силой эксперты считают ливийских берберов, претензии которых на собственную этничность Каддафи не признавал. На самом деле они составляют чуть ли не десятую часть всего населения и относятся к числу наиболее непримиримых противников полковника.
Лондонская конференция, которая прошла в конце марта без участия главы Лиги арабских государств, представителей России, Китая и Африканского союза, наконец, выдвинула некий план и обозначила цель: Каддафи должен уйти – живым или мертвым. (О резолюции 1973 на этом собрании напоминало, пожалуй, лишь присутствие Генсека ООН.) Свои выступления перед прессой авторы плана неизменно заканчивали заявлением, что после ухода Каддафи ливийский народ должен сам решать свою судьбу. Такого рода стратегии составлялись накануне вторжения и в Афганистан, и в Ирак с той же конечной целью – предоставить народам право решать свои судьбы. Прошли годы, а иностранные державы по-прежнему не могут покинуть эти страны. Именно не могут, хотя явно все больше хотят. Есть основания предполагать, что в Ливии все может сложиться похожим образом.
Мирный выход или бесконечная рознь
К резолюции 1973 есть обоснованные претензии. Россия справедливо критикует ее за расплывчатые формулировки. Де-факто коалиция, не мудрствуя лукаво, встала на сторону повстанцев, которых, по сути, нельзя считать чисто гражданским населением – они вооружены. Среди причин, по которым Россия только «пропустила» резолюцию, а не проголосовала за нее, министр иностранных дел Сергей Лавров назвал именно отсутствие в документе четких ограничений применения силы. Полагаю, что Москва заняла совершенно верную позицию по отношению к происходящему в Ливии: у нас хватает дел внутри страны, скоро выборы, нужна модернизация и т.д. Театр этих военных действий от России достаточно далек, но у Москвы есть возможность претендовать на посредничество, требовать прекращения огня и скрупулезного следования резолюции 1973.
Стороны конфликта в Ливии предельно ожесточены. Но это не основание, чтобы отвергать инициативы мирного урегулирования. Прецедент есть – развод противоборствующих сторон в Судане без применения силы, который, правда, закончился отделением Юга страны от Севера. Зато появились возможности их мирного развития. Потребовалось заинтересованное сотрудничество стран «большой пятерки» СБ ООН. Оно состоялось в том числе благодаря перезагрузке российско-американских отношений, российско-китайскому стратегическому партнерству и желанию Евросоюза обрести субъектность во внешней политике. Общими усилиями удалось переломить скептическое отношение к официальному Хартуму Великобритании и Франции. Помогла, конечно, и слаженная работа с ООН и Африканским союзом. Решающую роль сыграл консенсус элит Севера и Юга Судана, которые прагматично согласились, что лучше справедливо делить нефтяные прибыли, чем лить кровь и бесчинствовать ради неких идеологических догм.
Заметную роль в суданском урегулировании сыграл институт специальных представителей, среди которых был и спецпредставитель президента России. Главная их задача состояла в том, чтобы контролировать Всеобъемлющее мирное соглашение и следить за ситуацией в Дарфуре. Спецпредставителю России выпала особая роль в «суданском досье», ведь западные посредники обязаны были избегать личных встреч с президентом Судана Омаром Аль-Баширом, на которого завел дело Международный уголовный суд. У российской стороны сложились исключительно конструктивные отношения со всем пулом международных посредников, прежде всего с представителями США и Китая. При всех тонкостях работы не было зафиксировано ни единого случая, когда российские позиции разошлись бы с американскими. Это очевидное, хотя не столь известное свидетельство успеха перезагрузки. Представляется, что мы недооцениваем нашу собственную роль в суданском урегулировании. А ведь это демонстрация реальных возможностей России играть важную роль в делах Африки и Ближнего Востока.
Надо сказать, что жестокости, которыми сопровождалась междоусобица в Судане, намного превосходили то, что пока наблюдается в Ливии. Однако международные организации, ООН и Африканский союз вместе с институтом спецпредставителей добились демократических (по африканским меркам) всеобщих выборов и референдума по самоопределению суданского Юга. Это кропотливая работа – челночная дипломатия между центрами Юга и Севера страны, консультации с лидерами соседних стран, с ООН, с контингентом миротворцев, с вождями повстанцев, инспекции лагерей беженцев в Дарфуре и т.д. Имея такой опыт, можно с уверенностью сказать – при желании мировое сообщество в состоянии обойтись в Ливии и без бомбометания. И это – главный урок суданского урегулирования. Тем более что за прекращение огня в Ливии вместе с Россией выступает и Африканский союз, сыгравший чрезвычайно важную роль в установлении мира в Судане.
Есть угроза, что после свержения Каддафи Ливия пойдет путем, с которого в Судане в конце концов удалось сойти – бесконечная племенная рознь, замешанная на деньгах, этнической неоднородности и религии. Если коалиция сумеет привести к власти в Триполи лояльное правительство, оно тут же погрузится в поиски мучительного компромисса по дележу нефти между племенами. А с востока грянет новое наступление, теперь уже подкрепленное силами «Аль-Каиды» и не гнушающееся откровенно террористическими методами. И тогда вмешиваться в ливийские дела извне придется вновь и вновь, а поток беженцев начнет захлестывать Европу.
К сожалению, вероятность такого сценария высока. Процессы, идущие сегодня в странах Северной Африки и Ближнего Востока, не надо сравнивать с падением Берлинской стены. Арабские события – это не «бархатные революции» в Восточной Европе, хотя западные журналисты с надеждой ищут аналогии. Параллели успокаивают. Но у народов Восточной Европы были идеологии, ясные цели и явные вожаки. В Северной Африке и на Ближнем Востоке демократические лидеры, мягко говоря, не ярки, зато со всех концов света срочно прибывают фигуры из ранее запрещенных экстремистских организаций. А в программах оппозиций внятно звучит только требование отставки президентов, после чего следуют общие пожелания. В обыденной жизни это называется «сорвать зло». А вот кто воспользуется затем революционным порывом – большой вопрос.
Ситуация в Северной Африке и на Ближнем Востоке имеет и еще одно толкование. В значительной степени это кризис авторитарных модернизаций в регионе, то есть такой политической модели, когда власти вознамериваются осчастливить и просветить свой народ без его участия. Такие страны, как Тунис, Египет, Ливия, Сирия, Иордания, Бахрейн не назовешь отсталыми, все они относительно успешно развивались (исключение составляет, пожалуй, Йемен). Но чтобы добиться устойчивости и социальной гармонии, мало одних только рыночных реформ, высоких темпов роста ВВП и приличного состояния финансовой сферы. Наступает время, когда народ больше не желает удовлетворяться материальными подачками, а требует свобод и прав. И подробный анализ социально-экономической ситуации в странах региона дал бы нам возможность увидеть пределы, на которые натыкаются авторитарные модернизации.
М.В. Маргелов – председатель Комитета по международным делам Совета Федерации Федерального Собрания РФ, специальный представитель президента России по Африке.
Ирак хочет закупать украинские соленые огурцы в Хмельницкой области, сообщил заместитель председателя Хмельницкой областной государственной администрации по финансово-экономическим вопросам и инвестиционной политике Леонид Гураль.
"Азиатская страна вышла с предложениями к нам относительно закупки квашеных соленых огурцов в неограниченном количестве. В Ираке пол-литровая банка этого продукта стоит 5 долларов, на Украине - менее 2 долларов", - цитирует Гураля украинское информагентство УНИАН.
Открывшиеся перспективы заставили чиновник обеспокоиться, не утратила ли Хмельницкая область возможности для производства соленых огурцов.
"К сожалению, мы утратили эту переработку, которая является самой простой. Хотя параллельно сейчас ведем переговоры о возобновлении производства квашеных огурцов на базе Дунаевецкого консервного завода. Туда нужно вложить достаточно большие инвестиции, чтобы сделать специальные ямы для закваски", - рассказал Гураль.
Ранее председатель Хмельницкой облгосадминистрации Василий Ядуха на заседании коллегии ОГА сообщил, что Кувейт хочет закупать продукты питания в Хмельницкой области, поскольку "Кувейт заинтересовался возможностям Хмельницкой области как экспортера продуктов питания".
Пакистан экспортировал порядка 300 тыс. тонн мандаринов kinnow, добившись тем самым поставленной цели на сезон 2010-11, - передает Freshplaza.com.
Страна является шестым крупнейшим в мире производителем экспортером цитрусовых. Площадь возделываемых земель под цитрусовыми составляет порядка 199,5 тыс. га, ежегодное производство – 2485,5 тыс. тонн.
Основная доля экспорта пакистанских kinnow приходится на такие страны, как Филиппины и Кувейт. Из Кувейта большая часть фруктов реэкспортируется в Ирак. Снижение импортной пошлины до 4% дало пакистанским экспортерам возможность нарастить экспорт в Иран.
Напомним, основными поставщиками мандаринов в Россию являются Марокко, Турция и Пакистан (13%). В 2010 году из Пакистана в Россию было импортировано 82,9 тыс. тонн на сумму $74,9 млн.
Арабские государства Персидского залива выступили против проведения встречи лидеров арабских стран, запланированной на середину мая, в столице Ирака - Багдаде, сообщило в среду государственное информационное агентство Бахрейна.
"Страны-члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) настаивают на отмене запланированного на май арабского саммита в Багдаде", - заявил в Манаме министр иностранных дел Бахрейна шейх Халед бен Ахмедом Аль Халифа.
В состав ССАГПЗ входят шесть стран: Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия.
Требование главы бахрейнского МИД прозвучало на фоне резкого обострения отношений между государствами-членами ССАГПЗ и Ираком, а также крайне напряженной внутренней обстановки в самом Королевстве Бахрейн.
В конце прошлого месяца премьер-министр Ирака Нури аль-Малики, комментируя ситуацию в регионе, назвал лидеров некоторых арабских стран "трусливыми тиранами" и в подтверждение своих слов привел пример, "как власти Бахрейна, Ливии и Саудовской Аравии отвечают на требования населения удовлетворить их законные права". Кроме того, иракский премьер открыто выступил в поддержку шиитской общины Бахрейна, которая составляет основу движения за демократические изменения в королевстве.
Ранее проведение саммита в Багдаде было отложено по решению Лиги арабских государств (ЛАГ) до середины мая этого года "в связи с напряженной ситуацией в регионе".
Массовые народные протесты в последние месяцы охватили арабские государства и уже привели к падению правящих режимов в Египте и Тунисе. Массовые антиправительственные выступления прошли также в Алжире, Бахрейне, Ираке, Иордании, Марокко, Омане.
Президент Йемена Али Абдалла Салех согласился на предложение Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) по разрешению политического кризиса в стране, предусматривающий передачу власти, сообщает со ссылкой на заявление представителя канцелярии главы государства агентство Рейтер.
"Президентство приветствует усилия наших братьев в Совете сотрудничества стран Залива по разрешению кризиса в Йемене. Он (Салех) не имеет возражений относительно передачи власти мирным путем в рамках конституции", - цитирует агентство заявление офиса президента Йемена.
"Дорожную карту" урегулирования политического кризиса в Йемене ССАГПЗ обнародовал в воскресенье. Об этом заявил в Эр-Рияде генсек ССАГПЗ Абдуллятиф бен Рашид Аз-Зияни по итогам встречи министров иностранных дел организации.
Переговоры йеменской оппозиции с властью, по замыслу ССАГПЗ, должны были бы пройти в ближайшее время в Эр-Рияде. Основным пунктом "дорожной карты" является мирная передача власти в Йемене.
Оппозиция, со своей стороны, в понедельник отклонила план ССАГПЗ.
В состав ССАГПЗ входят шесть стран: Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия.
Эмир Катара 7 апреля, говоря о "дорожной карте" ССАГПЗ в посреднической миссии в Йемене заявил, что арабские страны Персидского залива надеются "заключить с йеменским президентом соглашение по поводу его отставки".
Однако сам Салех категорически и в резкой форме отверг предложение о своем уходе. В субботу стало известно, что правительство Йемена отозвало своего посла из Катара. Как заявили в Сане, посол из Дохи был отозван "для проведения консультаций".
Салех объявил 18 марта о введении в стране режима чрезвычайного положения сроком на 30 дней в связи с массовыми антиправительственными демонстрациями по всей стране. ЧП было введено после обстрела йеменскими силовиками участников антиправительственной демонстрации в Сане, где, по данным западных СМИ, погибли более 50 человек и около 300 получили ранения. Президент Йемена выразил сожаление в связи с гибелью людей, однако опроверг утверждения, что в этом виноваты сотрудники правоохранительных органов.
В последние месяцы многие страны Ближнего Востока и Северной Африки охвачены народными протестами, которые уже привели к падению правящих режимов в Египте и Тунисе. Антиправительственные выступления прошли также в Алжире, Ираке, Иордании, Марокко, Омане, Бахрейне и Сирии. В Ливии волнения переросли в вооруженные столкновения мятежников с армией.
Коалиция оппозиционных движений Йемена в понедельник отвергла предложение Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) по разрешению политического кризиса в этой стране, согласно которому президент республики Али Абдалла Салех должен будет передать власть своему заместителю, а оппозиция сформирует новое правительство, сообщает агентство Рейтер.
Основной причиной неприятия плана ССАГПЗ оппозиция назвала предполагаемое им предоставление Салеху иммунитета от возможного судебного преследования.
"Какой глупец предоставит гарантии режиму, убивающему мирных демонстрантов? Наше принципиальное требование - сначала Салех уходит в отставку", - заявил официальный представитель оппозиции.
"Дорожную карту" урегулирования политического кризиса в Йемене ССАГПЗ обнародовал в воскресенье. Об этом заявил в Эр-Рияде генсек ССАГПЗ Абдуллятиф бен Рашид Аз-Зияни по итогам встречи министров иностранных дел организации.
Переговоры йеменской оппозиции с властью, по замыслу ССАГПЗ, должны были бы пройти в ближайшее время в Эр-Рияде. Основным пунктом "дорожной карты" является мирная передача власти в Йемене.
В состав ССАГПЗ входят шесть стран: Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия.
Эмир Катара 7 апреля, говоря о "дорожной карте" ССАГПЗ в посреднической миссии в Йемене, заявил, что арабские страны Персидского залива надеются "заключить с йеменским президентом соглашение по поводу его отставки".
Однако сам Салех категорически и в резкой форме отверг предложение о своем уходе. В субботу стало известно, что правительство Йемена отозвало своего посла из Катара. Как заявили в Сане, посол из Дохи был отозван "для проведения консультаций".
Салех объявил 18 марта о введении в стране режима чрезвычайного положения сроком на 30 дней в связи с массовыми антиправительственными демонстрациями по всей стране. ЧП было введено после обстрела йеменскими силовиками участников антиправительственной демонстрации в Сане, где, по данным западных СМИ, погибли более 50 человек и около 300 получили ранения. Президент Йемена выразил сожаление в связи с гибелью людей, однако опроверг утверждения, что в этом виноваты сотрудники правоохранительных органов.
В последние месяцы многие страны Ближнего Востока и Северной Африки охвачены народными протестами, которые уже привели к падению правящих режимов в Египте и Тунисе. Антиправительственные выступления прошли также в Алжире, Ираке, Иордании, Марокко, Омане, Бахрейне и Сирии. В Ливии волнения переросли в вооруженные столкновения мятежников с армией.
Мирные акции протеста с требованиями проведения в Омане изменений социально-экономического характера продолжаются в индустриальном северном городе Сохар (270 км к северу от столицы в Омане), передает корреспондент РИА Новости.
Круговое движение вокруг площади, ставшей местом проведения акций протеста, начавшихся в конце февраля, продолжает оставаться закрытым для движения автомобилей. Протестующие установили палатки в центре круговой развязки на дороге, соединяющей султанат с соседними эмиратами. Здесь же они установили табличка с названием, которое они присвоили площади - "Майдан аль-Ислах" ("Площадь Реформ", с арабского). В дневное время на площади, в палатках собираются несколько десятков людей, к окончанию рабочего дня на площадь съезжаются желающие принять участие в мирной демонстрации. Полиция и военные не вмешиваются в происходящее.
"Как только прекратились попытки разгонять протестующих, прекратилось и насилие. Но в первые дни было по-другому: власти использовали бронетехнику, резиновые пули, слезоточивый газ и другое оружие, чтобы разогнать толпу. Тогда погиб наш брат, житель города. После этого протестанты сожгли супермаркет и гостиницу здесь неподалеку", - рассказывает Али Аль-Бадри, один из координаторов протестов в Сохаре.
По его словам, активисты протестного движения постоянно держат связь по телефону между собой и могут быстро собрать на площади несколько тысяч человек.
"Наши требования просты, в субботу мы направим их властям Сохара, а они передадут их султану Кабусу в Маскат", - сказал Аль-Бадри, протянув корреспонденту РИА Новости лист с перечнем условий, выдвигаемых руководству.
Требования протестующих касаются в основном социально-экономической сферы, в том числе повышения минимального уровня заработной платы до 500 риалов (около 40 тысяч рублей), выдачи льготных кредитов молодежи для женитьбы и создания семьи, кредитной амнистии по жилищным займам, ставшими "невыносимым бременем для большинства поданных Султаната", борьбы с безработицей.
Протестующие также требуют наказать виновных в гибели во время разгона демонстрации и гарантировать, что ни один из протестующих не будет преследоваться властями впредь.
Одним из важнейших требований, по словам Аль-Бадри и других активистов, выступавших на митинге, начавшемся с наступлением темноты, является отправка в отставку пяти министров.
"Мы не против султана, мы выступаем против погрязшего в коррупции правительства. Султан отправил пятнадцать министров в отставку, но этого мало, осталось еще пять министров-коррупционеров", - сказал Аль-Бадри. Помимо крупных перестановок в правительстве после февральских демонстраций, прошедших также в столице страны Маскате, султан Кабус бен Саид начал пенсионную реформу, пообещал создать не менее 50 тысяч новых рабочих мест и поднял зарплаты и стипендии студентам. Кабус правит в Омане с 1970 года. К власти он пришел в результате бескровного переворота, сместив с трона своего отца.
"Зарплаты в среднем подняли на 20%, то есть очевидная польза от наших протестов есть", - сказал Аль-Бадри.
По его словам, в городе бастуют несколько государственных и частных компаний.
Вместе с тем порт, нефтеперерабатывающий и алюминиевый заводы работают в прежнем режиме, сообщили РИА Новости представители предприятий, отказавшиеся быть названными в связи с корпоративной политикой, не позволяющей им делать заявления для прессы.
К вечеру на место сбора протестующих стали съезжаться жители Сохара. С наступлением темноты на площади собрались около тысячи человек. С трибуны, расположенной у стелы в центре площади, через громкоговорители к собравшимся обращались активисты с призывами продолжать мирные акции протеста до тех пор, пока все условия, выдвинутые руководству не будут выполнены.
Военная полиция предлагает водителям объезжать развязку, ставшую местом сбора манифестантов. На подъездах к городу стоят несколько БМП. Особенно тщательно охраняется круговая развязка в нескольких километрах от Сохара в месте пересечения дорог, ведущих к пограничным переходам Бурайми-Аль-Айн и Аль-Ваджаджа-Хатта на границе с ОАЭ и в морской порт Сохара. Порт Сохар - второй по величине в стране, ежедневно в нем перерабатывают порядка 160 тысяч баррелей нефти. Оман, не входящий в Организацию стран-экспортеров нефти (ОПЕК), добывает ежедневно около 850 000 баррелей нефти.
Вместе с тем пограничные переходы работают в привычном режиме, лишь по ночам со стороны ОАЭ перед пограничным пунктом Аль-Ваджаджа в Омане выстраивается длинная вереница грузовиков, ожидающих таможенной проверки. Между ОАЭ и Оманом действует упрощенный визовый режим, все жители ОАЭ при наличии резидентской визы, могут получить въездную визу на границе.
Акции протеста и забастовки в Омане вызвали беспокойство в соседних странах партнерах страны в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). В середине марта главы МИД Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара, Кувейта, Омана и Бахрейна на встрече в Эр-Рияде приняли решение о выделении по 10 миллиардов долларов Оману и Бахрейну на реализацию социальных программ и строительство жилья. Денис Малков
Президент Йемена Али Абдалла Салех заявил в понедельник, что не намерен покидать свой пост, потому что его поддерживает большинство жителей страны, передает агентство Рейтер со ссылкой на телеканал "Аль-Джазира".
С начала февраля в Йемене не прекращаются антиправительственные волнения. Участники манифестаций требуют немедленной отставки президента, правящего с 1978 года. В надежде успокоить ситуацию в стране Салех 20 марта отправил в отставку правительство. За два дня до этого глава государства объявил о введении в стране режима чрезвычайного положения, предусматривающего, в частности, запрет на ношение гражданами оружия.
Президент в своем выступлении в понедельник сказал, что попросил Саудовскую Аравию взять на себя роль посредника в урегулировании политического кризиса в Йеменской Республике.
Агентство сообщило также со ссылкой на источник в руководстве страны, что в ближайшие часы с заявлением по телевидению выступит министр обороны Йемена Мохаммад Нассер Али. Ожидается, что речь пойдет об отставках в военном командовании и в дипломатическом корпусе.
Ранее СМИ сообщили, что на сторону демонстрантов перешли десятки офицеров вооруженных сил Йемена и командир первой бронетанковой дивизии сухопутных войск страны генерал-майор Али Мохсен аль-Ахмар. Также свои посты покинули и перешли на стороны оппозиции послы Йемена в Саудовской Аравии, Сирии и Кувейте.
С начала 2011 года ряд стран Ближнего Востока и Северной Африки, в частности, Тунис, Египет, Бахрейн, Йемен и Ливию, охватила волна народного недовольства, вылившаяся в массовые беспорядки и акции протеста против действующих в этих странах режимов. Народные восстания уже привели к падению правящих режимов в Египте и Тунисе. В настоящее время ожесточенная борьба между властями и вооруженными мятежниками продолжается в Ливии.
Телекоммуникационная компания из Объединенных Арабских Эмиратов Etisalat отказалась от покупки за 12 млрд долларов конкурента из Кувейта Zain, сообщает The Wall Street Journal со ссылкой на мобильного оператора из ОАЭ.
В сообщении Etisalat отмечается, что причинами окончания переговоров стали результаты юридической проверки Zain, политическая нестабильность в регионе, а также отсутствие согласованности между акционерами кувейтской компании. Кроме того, оператора из ОАЭ не устраивает законодательство, предусматривающее рассмотрение подобных сделок на территории Кувейта.
Покупка 46% акций Zain должна была усилить позиции Etisalat в регионе. Компания из ОАЭ является одним из крупнейших мобильных операторов в мире. Ее услугами пользуются более 100 млн абонентов.
Министерство культуры и информации Саудовской Аравии лишило аккредитации корреспондента Рейтер гражданина Германии Ульфа Лессинга и вынуждает его покинуть страну, сообщается на сайте международного информационного агентства.
Депортировать журналиста, по словам чиновников министерства, их вынудила "крайняя неточность" при освещении корреспондентом протестных акций в королевстве.
"Мы привыкли к исключительной точности агентства Рейтер при освещении различных событий, однако этот корреспондент в одном из своих репортажей обрисовал совершенно искаженную картину происходящего в стране", - сказал министр культуры и информации Саудовской Аравии Абдуль Азиз Ходжа.
Старший корреспондент информационного агентства Рейтер Ульф Лессинг работал в Эр-Рияде с 2009 года. Как сообщили знакомые журналиста, во время протестных акций шиитов в Восточной провинции Саудовской Аравии Лессинг, освещавший эти события на месте, задерживался полицией. За плечами журналиста работа в Египте и Кувейте.
Агентство Рейтер является одним из крупнейших в мире международных агентств новостей и финансовой информации, оно существует с середины 19 века.
"Мы опечалены тем, что... Лессинг вынужден покинуть королевство, однако мы приветствуем заявление министра о разрешении аккредитовать нового корреспондента в этой стране", - сказал главный редактор агентства Стефен Адлер.
Саудовские власти обязали Лессинга покинуть королевство в течение этой недели.
Протестные акции прошли в марте на востоке Саудовской Аравии, населенном преимущественно шиитами. Манифестанты требовали выпустить из тюрем всех политических заключенных. В столице страны Эр-Рияде оппозиционеры планировали организовать "марши несогласия" с политикой королевской семьи.
Саудовское МВД пообещало жестко преследовать участников протестных акций. Судя по сообщениям, которые пришли на телефоны подданных короля Саудовской Аравии накануне не состоявшегося 11 марта "Дня гнева", только за присутствие в районе митингов местным жителям грозило три года тюрьмы, а иностранцев обещали немедленно депортировать. Под запретом также находится любая фото- и видеосъемка акций оппозиции.
В последние месяцы многие страны Ближнего Востока и Северной Африки охвачены массовыми народными протестами, которые уже привели к падению правящих режимов в Египте и Тунисе. В настоящее время беспорядки продолжаются, в частности, в Йемене, Омане и Бахрейне. Антиправительственные выступления ранее прошли также в Алжире, Ираке, Иордании и Марокко. Наиболее ожесточенные столкновения проходят с 15 февраля в Ливии, где, по данным международных организаций, уже погибли несколько тысяч человек.
Стоимость фьючерсов североморской нефти марки Brent упала до 112,79 доллара за баррель после выступления министра нефтяной промышленности Кувейта Ахмада Абдаллы ас-Сабаха, давшего надежду на увеличение ОПЕК объемов добычи нефти, передает Reuters.
Нефть Brent подешевела на 2,25 доллара за сутки, достигнув наименьшего значения на этой неделе. Для сравнения, еще 24 февраля за баррель марки Brent давали 119,79 доллара. Когда ажиотаж, вызванный словами ас-Сабаха, спал, стоимость нефти поднялась до 114,7 доллара.
Общаясь с журналистами, министр не стал ничего обещать, а просто упомянул, что ОПЕК ведет переговоры об увеличении производства на фоне нестабильной ситуации в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Никаких решений пока не принято, подчеркнул ас-Сабах.
ОПЕК не поднимала добычу более двух лет. Слухи о том, что ей придется увеличить производство, стали распространяться после начала беспорядков в Ливии. На страны-члены ОПЕК оказывалось давление, однако лишь Саудовская Аравия в одностороннем порядке увеличила добычу. Сейчас она производит около 9 млн барралей в день, то есть на 1 млн баррелей больше квоты.
Глава ОПЕК, иранец Мохаммад Али Хатиби считает, что нехватки нефти на рынке не наблюдается, а потому смысла в увеличении добычи нет. Поддержат ли его остальные участники ОПЕК, станет известно в ближайшее время.
В ОПЕК входят Алжир, Ангола, Эквадор, Индонезия, Иран, Ирак, Кувейт, Ливия, Нигерия, Катар, Саудовская Аравия, ОАЭ и Венесуэла.
Кувейт может восполнить недостаток нефти на мировом рынке, если это потребуется из-за дезорганизации нефтедобычи в Ливии, пишет во вторник газета «Аль-Кабас» со ссылкой на исполнительного президента Кувейтской организации нефти Мухаммеда аш-Шатти.
«У Кувейта есть дополнительные производственные мощности для снятия напряженности на мировом нефтяном рынке, если прекратится нефтедобыча в Ливии», – цитирует газета кувейтского эксперта по вопросам нефти.
Мухаммед аш-Шатти напомнил, что в 2008г., когда стоимость бар. нефти достигла 147 долл., эмират поставил на рынок дополнительные объемы углеводородов, что сбить ценовую горячку.
«Мы можем снова увеличить производство нефти, чтобы успокоить рынок, переживающий тревогу из-за событий в Ливии», – сказал эксперт.
Саудовская газета «Аш-Шарк аль-Аусат» сообщила во вторник со ссылкой на источники в Ливии, что «отгрузка ливийской нефти фактически прекратилась из-за снижения нефтедобычи и сложных погодных условий, препятствующих вывозу нефти».
По сведениям газеты, производство нефти прекратилось на месторождении аль-Хамада, а ряд месторождений на востоке страны работает на половину мощности. Кроме того, пишет издание, главный ливийский нефтеналивной порт эль-Бурейка на востоке страны закрыт из-за действий протестующих.
Недостаток нефти на мировом рынке восполняет Саудовская Аравия, которая увеличила ежедневную добычу сырья на 700 тысяч бар. до 9 млн. б/д. Виктор Лебедев
Президент ФРГ Кристиан Вульф направился с визитами в Кувейт и Катар. Накануне отъезда глава государства заявил, что в свете происходящих в регионе событий Германии следует уделить больше внимания арабскому миру.
Президент Германии Кристиан Вульф в субботу, 26 фев., отправился в поездку по странам Персидского залива. Первую остановку глава государства сделает в Кувейте, сообщает агентство dpa. В эмирате Кристиан Вульф и его супруга Беттина примут участие в торжествах, посвященных 50-летию образования государства. В понедельник президент ФРГ посетит Катар. Визит в Бахрейн был отменен из-за начавшихся в этой стране беспорядков.
Главной темой переговоров президента ФРГ станут процессы перемен в ряде стран региона, отмечает агентство DAPD. Накануне отъезда глава государства заявил, что в свете происходящих событий Германии следует уделить больше внимания арабскому миру. «Думаю, что именно сейчас нужно укрепить контакты с государствами региона. Это отвечает интересам Германии и станет проявлением нашей ответственности за мир, права человека и демократию в этом районе планеты», – подчеркнул Вульф.
В поездке президента сопровождает делегация представителей германских деловых кругов. В ее состав входят топ-менеджеры концернов VW и Hochtief, а также глава немецкого ж/д концерна Deutsche Bahn Рюдигер Грубе. В Катаре Deutsche Bahn участвует в реализации проекта строительства железных дорог стоимостью 17 млрд. евро. Одна из веток будет проложена из эмирата в соседний Бахрейн.
На охваченном протестами Ближнем Востоке остались еще островки стабильности. В одной из таких тихих стран пока не только нет серьезных выступлений оппозиции, но еще и пройдут всенародные празднества. Государство Кувейт, начиная с середины недели, будет несколько дней кряду отмечать 50-летие своей независимости и, главное, 20-летие освобождения от иракской оккупации (с 25 фев. и дальше). Правда, список высокопоставленных гостей сильно поредел – некоторые соседние руководители не приедут в кувейтскую столицу, поскольку заняты подавлением беспорядков.
Вторая демонстрация протеста в Кувейте. Удивительно, но и в маленьком богатом нефтяном Кувейте нашлись те, кто недоволен условиями жизни. Это, например, приехавшие сюда в поисках работы мигранты, которые теперь добиваются лучшей доли и даже требуют предоставления им кувейтского гражданства со всеми полагающимися материальными привилегиями. Однако даже эти недовольные учли уникальность момента, связанного с круглыми датами, и отложили свои «дни гнева» до начала марта. Демонстрация протеста в Кувейте запланирована на 8 марта, но вряд ли она будет большой.
Большинство жителей Кувейта пока демонстрируют спокойствие и явно не хотят новых потрясений, им достаточно тех, что они пережили 20 лет назад. А вот чем кувейтским гражданам в свете кардинальных перемен в регионе надо бы сегодня самым серьезным образом озаботиться, так это боеспособностью своей армии. Ведь освобождали-то Кувейт в 1991г. почти сорок государств, объединившихся в коалицию под руководством США. Из них примерно четверть – европейские, а остальные – это арабские, африканские, азиатские и латиноамериканские страны. Уникальная ситуация.
Их военная операция «Буря в пустыне» началась воздушной атакой в ночь на 17 янв. 1991г. А уже ночью 25 фев. иракский лидер Саддам Хусейн объявил о выводе своих войск из Кувейта, что и будут сейчас праздновать кувейтцы. Еще несколько дней после этого коалиционные сухопутные войска преследовали спешно отступающую иракскую армию. Среди союзников звучали предложения дойти до Багдада, чтобы смести режим Саддама Хусейна. Однако американский президент Джордж Буш-старший не был готов к такому сценарию и 28 фев. объявил о прекращении боевых действий. Ведь была достигнута главная цель операции – освобождение Кувейта от иракской оккупации, длившейся с авг. 1990г.
Политики ошибаются в прогнозах по Ближнему Востоку. Стоит отметить, что сколотить такую широкую многонациональную военную коалицию можно было только в условиях стабильности в странах-участницах. А в наше время большинство районов Ближнего Востока и Африки надолго останутся нестабильными. Отныне Кувейту надо будет уповать на собственные силы и добрые намерения своих соседей. К примеру, в той коалиции участвовали египтяне, потерявшие убитыми 11 чел., при этом общее число жертв в рядах союзников составило 223. (Таковы данные Саудовской Аравии, западная печать говорит о 14 погибших египтянах и в целом о почти 400 убитых). Египетский президент Хосни Мубарак тогда в знак благодарности Вашингтона и арабских монархий Персидского залива получил от них соглашения о списании долгов на 13 млрд.долл.
В Москве об этих сделках еще не догадывались и предрекали уже тогда скорое падение режима Мубарака. Предполагалось, что настроенное против США население не простит ему участия в этой войне, грозившей к тому же ухудшением экономической ситуации. Вот что вспоминает об этом дипломат Александр Белоногов, который занимал тогда пост замминистра иностранных дел: «Наш президент Михаил Горбачев говорил своему американскому коллеге Джорджу Бушу-старшему: в случае войны с Ираком мир ждет экономический коллапс, уничтожение Израиля, свержение президента Хосни Мубарака в Египте». Дипломат объясняет, что в Советском Союзе рассчитывали на эффективность политического давления и экономических санкций против Ирака: «У нас была надежда, что Саддам одумается и уйдет из Кувейта».
Одно это уже говорит о том, как серьезно иногда политики ошибаются в своих оценках действительности, нередко получая неверную информацию о происходящем от своих профильных ведомств. Особенно это касается всегда сулящего сюрпризы и вечно бурлящего Ближнего Востока. Советский лидер Михаил Горбачев предсказывал катастрофические события в этом регионе, но тогда не мог и представить, что меньше чем за год разрушится возглавляемая им страна. А ведь в текущем 2011г., когда Кувейт отмечает двадцатилетие своего спасения, мы вспоминаем 20 лет распада Советского Союза.
Иракский лидер рассчитывал на Советский Союз. Иракский президент Саддам Хусейн тоже не понимал, как изменилась ситуация в мире из-за набиравших оборот перемен в Советском Союзе. Он рассчитывал по старинке сыграть на противоречиях между Москвой и Вашингтоном. «Он надеялся, по крайней мере, на благосклонный нейтралитет Москвы. Он учитывал наличие Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи между Ираком и Советским Союзом. В этом состоял один из его просчетов», – говорил автору этих строк президент Внешнеполитической ассоциации Александр Бессмертных. Зимой 1991г. он был главой МИД СССР.
Те события стали первым примером сотрудничества Москвы и Вашингтона на Ближнем Востоке, да еще к тому же в период боевых действий. Нет, конечно, советские руководители всего два года спустя после вывода войск из Афганистана не стали направлять в Персидский залив своих военных. Однако Москва оказала политическую поддержку коалиции. «Противостояние холодной войны уходило со сцены», – это было ясно советскому министру иностранных дел Александру Бессмертных. Но для Саддама Хусейна это стало неожиданностью.
Вашингтон еще считался с мнением Москвы. Весь тот кризис, кстати, развивался в рамках резолюций Совбеза ООН. Вашингтон тогда считался с мнением Москвы. Это гораздо позже, в 2003г., американцы начнут войну в том же Ираке без санкции Совета безопасности и вопреки позиции России, Китая, Франции и других государств. Тем не менее, война 1991г. стала символом военной мощи США и их растущего политического влияния в регионе Ближнего и Среднего Востока.
Слава богу, что за этими глобальными проблемами не была забыта еще одна очень важная. Советские руководители, в частности, член президентского совета Евгений Примаков, тогдашний посол в Ираке Виктор Посувалюк, зампредседателя Совета министров Игорь Белоусов, другие чиновники и военные в ходе сложных переговоров с иракцами добились, чтобы Ирак покинули советские граждане.
На иракских гражданских и военных объектах трудилось более 3,5 тысяч наших специалистов – сотрудничество с Ираком было большим и взаимовыгодным. Их удалось вывезти из страны меньше чем за месяц до начала действий коалиции.
В воюющей стране остались, что было смелым решением, сотрудники советского посольства. А еще в авг. 1990г. Москва добилась от иракцев гарантий безопасности для почти 900 своих граждан в Кувейте и в спешном порядке эвакуировала их оттуда. Защита своих людей остается и сейчас наиважнейшей задачей России во всех перипетиях на Ближнем Востоке и где бы то ни было. Елена Супонина
Кувейтcкая государственная нефтяная компания (The Kuwait National Petroleum Company, KNPC) приступила к внедрению системы унифицированных коммуникаций Cisco в своей штаб-квартире, на нефтеперерабатывающих заводах и в маркетинговых офисах в Кувейте, насчитывающих в общей сложности почти 8500 рабочих мест. KNPC решила усилить существующую сеть передачи данных и мигрировала свои сети для передачи голоса, видео и данных в объединенную коммуникационную сеть на базе решения Cisco Unified Communications. Это связано с тем, что компания нуждалась в гибкой, масштабируемой и безопасной инфраструктуре, которая бы позволяла внедрять новые сервисы и приложения, а также упростить коммуникации между всеми участниками бизнес-процессов (штаб-квартирой, филиалами, производством, сотрудниками).
Решения Cisco для унифицированных коммуникаций помогают повысить производительность труда сотрудников и снизить стоимость эксплуатации филиалов за счет упрощения процесса управления и сокращения количества требуемого оборудования. Применение этих решений позволяет усовершенствовать процесс коммуникации между всеми участниками, одновременно обеспечивая соответствие законодательным нормам.
Перед Кувейтской государственной нефтяной компанией стояла задача упростить организацию рабочего процесса в условиях, когда сотрудники географически распределены и постоянно перегружены информацией. Благодаря решениям Cisco взаимодействие между офисами KNPC и их сотрудниками станет более тесным за счет внедрения элементов совместной работы для текстовых приложений (электронная почта и системы мгновенного обмена сообщениями), инструментов командной работы и организации голосовых и видеоконференций, позволяющих учитывать индивидуальные потребности каждого сотрудника. С внедрением IP-телефонии на первом этапе проекта планируется объединить филиалы и штаб-квартиру KNPC в единую систему IP-телефонии с поддержкой голосовой почты, унифицированных сообщений, идентификацией присутствия сотрудников и персонального коммуникатора Cisco Unified Personal Communicator. Это позволит в будущем быстро разворачивать новые сервисы для построения эффективных коммуникаций и оказывать услуги для населения.
Президент Германии Кристиан Вульф отменил запланированный еще месяц назад визит в Бахрейн после поступления информации о гибели и ранении людей при разгоне накануне полицией ближневосточного королевства антиправительственной демонстрации, сообщило в пятницу информагентство DPA.
По данным минздрава Бахрейна, в четверг в ходе разгона демонстрации на Жемчужной площади Манамы, столицы страны, погибли три человека и более 230 получили ранения. Западные СМИ со ссылкой на представителей оппозиции сообщали, что жертвами столкновений стали четыре человека, 95 получили ранения. Всего же с начала протестов в стране погибли шесть демонстрантов.
«В свете поведения правоохранительных органов в отношении демонстрантов поездка президента в Бахрейн в настоящий момент не планируется», – передает агентство слова представителя президентской пресс-службы.
Пока неизвестно, состоятся ли другие запланированные в рамках поездки по странам Персидского залива визиты президента Германии, в частности, в Кувейт и Катар.
Антиправительственные акции протеста оппозиции в Бахрейне продолжаются уже несколько дней. Первая несанкционированная демонстрация в Бахрейне прошла в минувшее воскресенье в шиитской деревне Карказан, расположенной на юге столичного района Манама. В понедельник в деревне Нувайдрат (Nuwaidrat) на о-ве Ситра состоялось второе выступление демонстрантов, требовавших проведения реформ. Затем оппозиция вышла на улицы столицы, заняв центральную площадь и развернув на ней палаточный лагерь для демонстрантов.
Выступления в небольшом островном королевстве Бахрейн происходят на фоне антиправительственных волнений, охвативших целый ряд стран региона, в числе которых Тунис, Египет, Йемен и Ливия.
Власти Кувейта приняли решение значительно повысить денежное довольствие все служащих военизированных подразделений страны, сообщает в среду газета «Аль-Кабас». Основные ставки служащих армии, полиции, национальной гвардии и пожарной охраны увеличены на 72-115%, отмечает издание.
Ежегодный бюджет зарплат служащих, носящих погоны, увеличен на 200 млн. динаров (713,5 млн.долл.), сообщил газете государственный министр по делам кабинета министров Родан ар-Родан. Увеличение зарплат военнослужащих, по его словам, связано с исполняющимся в фев. этого года полувековым юбилеем кувейтского государства, 20 годовщиной со дня освобождения страны от иракской оккупации и 5-летием со дня восшествия на престол эмира шейха Сабаха аль-Ахмеда аль-Джабера ас-Сабаха, пишет РИА Новости.
Жалование ефрейтора, находившееся на уровне 156 динаров (556 долл.), повышено до 300 динаров (1070 долл.). Основная ставка денежного довольствия бригадного генерала, составлявшая 780 динаров (2782 долл.), повышена до 1430 динаров (5100 долл.), указывает «Аль-Кабас». Повышение зарплат распространяется и на иммигрантов, служащих в местных военизированных подразделениях.
По случаю трех юбилеев все коренные жители эмирата, число которых превышает 1,1 млн.чел., получат по 1000 кувейтских динаров (3572 долл.) в качестве материального поощрения. Общая сумма дара составит 4 млрд.долл.
Кроме того, начиная с фев. этого года автохтонные кувейтцы бесплатно получают основные продукты. Они будут безвозмездно снабжаться продовольствием в течение 14 месяцев вплоть до 1 апреля 2012г.
2,5 млн. проживающих в Кувейте иностранных резидентов не упоминаются в числе получающих поощрения по случаю февральских знаменательных дат. В прошлые годы случалось, что все кувейтцы получали правительственные гранты по разным поводам, но эти дары никогда не были столь значительными, – передает «Тренд».
![Главное](/images/star.png)
Восстание арабов
А.Г. Аксенёнок – кандидат юридических наук, Чрезвычайный и Полномочный Посол, опытный дипломат, арабист, долго работавший во многих арабских странах, в том числе в качестве посла России в Алжире, а также спецпредставителем на Балканах и послом Российской Федерации в Словакии.
Резюме На протяжении всей современной истории Египет был и остается лидером арабского мира, центром, из которого расходятся круги политических перемен. От того, каким путем будет преодолен кризис власти в Каире, зависит геополитический расклад на всем мусульманском Востоке и в более широком глобальном масштабе.
«Жасминовая революция» в Тунисе, начавшаяся самосожжением 20-летнего юноши, быстро перекинулась на запад (Алжир, Мавритания), юг (Судан) и восток (Египет, Иордания, Йемен) арабского мира. И хотя масштаб внутренних потрясений в этих странах различен и в каждой из них своя специфика, ясно одно. Социальная почва для народных выступлений созрела, и созрела давно. Свержение режима Зин эль-Абидина Бен Али в Тунисе сыграло лишь роль неожиданного катализатора.
Социально-политические причины взрыва
Уличные демонстрации, митинги и другие проявления массового протеста сотрясали Арабский Восток и раньше, особенно часто в 50–70-е гг. прошлого столетия. Тогда, на этапе становления национальных государств, гнев «арабской улицы» был направлен против внешних сил – Израиля и империализма США. Отдельные протестные выступления последнего десятилетия носили в основном экономический характер. Теперь же, после того, как впервые в современной истории смена режимов в двух арабских странах произошла не в результате военного переворота, внешнего или внутреннего «дворцового заговора», а под давлением снизу, на повестку дня встал вопрос о кардинальных политических переменах, возможно, на всем Ближнем Востоке, включая смену «несменяемых» арабских правителей.
Как быстро, в каких формах и насколько радикально перемены будут происходить в каждой отдельно взятой арабской стране, пока трудно спрогнозировать. В то же время глубинные процессы внутреннего развития, которые подготовили эту «социальную бомбу», уже давно были предметом экспертных обсуждений. В этом смысле при всех различиях в затронутых волнениями арабских государствах имеется много общего.
Прежде всего это часть арабского мира с более низким уровнем жизни большинства населения, особенно Египет и Йемен. Если в Алжире и Ливии – странах – экспортерах нефти – правительствам удалось на время нейтрализовать народное возмущение ростом цен, а граждане Кувейта даже получили по 3,5 тыс. долларов США разовых денежных дотаций и дополнительные добавки к социальному пакету, то, к примеру, в Египте финансовые лимиты на популистские меры оказались исчерпанными.
Социальную базу протестных движений составила молодежь, отчаявшаяся улучшить свое материальное положение, и зарождающийся средний класс, недовольный коррупцией в верхах, непотизмом и авторитарными методами правления.
Как отмечалось на Давосском форуме по Ближнему Востоку (Мертвое море, 18–20 мая 2007 г.), занятость среди молодежи в этом регионе катастрофически низка (не более 30%) даже по сравнению с такими неблагополучными в этом отношении регионами, как Центральная и Восточная Европа и республики бывшего Советского Союза. При этом уже сегодня очевиден дисбаланс спроса и предложения на рынке труда, а в перспективе прогнозируется только усугубление этой проблемы. Дефицит требуемой рабочей силы на Арабском Востоке в ближайшие два десятилетия должен, по подсчетам экономистов, составить от 80 до 90 млн рабочих мест. Как заполнить этот дефицит – самый большой вызов социально-экономическому развитию всего региона, где общая численность молодых людей в возрасте до 30 лет приближается к 70% населения, и большинство из них, по проведенным опросам, мечтает о выезде за границу.
Другим серьезным раздражителем на уровне субъективного восприятия политической реальности в массах стала несменяемость власти и всего правящего класса. Бен Али оставался президентом Туниса более 23 лет, а Мубарак возглавлял Египет неполные 30 лет. Нынешние главы двух других арабских государств, Ливии и Йемена, пришли к власти в результате военных переворотов еще раньше – соответственно в 1969 и 1978 годах.
Кроме того, во всех этих четырех странах были широко известны планы передачи власти по наследству. В Тунисе ходили слухи о властных амбициях жены президента и ее клана, установившего свой контроль практически над всеми жизненно важными сферами национальной экономики. Сценарий передачи власти от отца к сыну получил одиозную огласку и в Египте. Банкир Гамаль Мубарак, сын президента, вошедший в руководство правящей Национально-демократической партии (НДП), символизировал срастание финансовых интересов бизнеса и официального политического класса.
За последние годы имущественная поляризация в Египте шла настолько быстро, что образовавшаяся пропасть между богатством верхов и бедностью большинства населения выглядит сегодня особенно разительной. В окрестностях Каира по соседству с трущобами, называемыми «народными кварталами», выросли коттеджные поселки новой бизнес-элиты из числа бывших военных и партийных функционеров. И это в стране, где 40% населения живет за чертой бедности и 30% продолжает оставаться неграмотными. Стабильность поддерживалась репрессивными методами традиционно разветвленных в стране спецслужб и путем дотирования продуктов питания. В результате бюджетный дефицит достиг 8%, а государственный долг вырос до 72% ВВП.
Широкое недовольство в Египте вызвали результаты состоявшихся в ноябре 2010 г. парламентских выборов. В отличие от предыдущих выборов 2005 г., когда «Братья-мусульмане», выступавшие как «независимые» кандидаты, получили 20% мест, на этот раз НДП практически полностью монополизировала законодательный орган власти (97% мест). Оппозиция объявила итоги сфальсифицированными. Накануне президентского голосования, намеченного на сентябрь 2011 г., было изменено конституционное законодательство, что сделало участие в выборах независимых кандидатов практически невозможным. Все это наряду с социальными факторами также повлияло на рост антирежимных настроений, предопределив перерастание чисто экономических требований в радикально политические.
Говоря о побудительных мотивах народных волнений, особенно в Тунисе и Египте, следует отдельно отметить рост современных коммуникационных технологий. У многих экспертов и наблюдателей возник вопрос: как поддерживалась организованность народных выступлений в условиях разобщенности оппозиции и давления репрессивного аппарата? К тому же до сих пор не вполне понятно, какие политические силы стояли за этим, или поначалу больше сработали элементы стихийности и подверженности эмоциональному взрыву. По свидетельству очевидцев, для координации действий использовался Интернет, особенно такие социальные сети, как Facebook, мобильная связь. Разумеется, подобные средства коммуникации на Арабском Востоке распространены не столь широко, как в Западной Европе, но даже 8–10% в Египте (в Тунисе этот процент выше) оказалось вполне достаточно для общения среди активистов. Не случайно власти не раз прибегали к блокированию Интернета и мобильной связи.
Маневры армии
Если в Тунисе после бегства Бен Али из страны контуры переходного периода в основном согласованы, что позволило временному правительству сбить волну народных выступлений и заручиться сотрудничеством оппозиции в подготовке новых парламентских и президентских выборов, то в Египте ситуация, вероятно, долго останется неопределенной.
Под давлением протестов и западной реакции президент сделал ряд шагов навстречу требованиям народа. Впервые за время его правления был назначен вице-президент (этот пост оставался вакантным с момента, когда в 1981 г. его покинул сам Хосни Мубарак), которому предполагалось передать часть президентских полномочий. Произведена замена правительства, начался переговорный процесс с оппозиционными партиями и новыми молодежными движениями о политических и конституционных реформах. К числу приоритетов нового правительства отнесено удовлетворение жизненных потребностей народа, то есть главных экономических требований протестующих.
Вместе с тем президент Египта сначала решительно отказался немедленно покидать свой пост, ограничившись обещанием не выдвигаться на предстоящих в конце этого года президентских выборах.
Тактика президента и военно-политического истеблишмента в разгар кризиса заключалась в следующем:
ослабить накал народных выступлений, опираясь на массовое присутствие армии на улицах в качестве стабилизирующей силы;
не допустить падения режима, обеспечив условия для его упорядоченной мирной эволюции с «сохранением лица»;
в диалоге с оппозицией договориться об условиях «достойного» ухода президента в течение «переходного периода», возможно, до новых президентских и парламентских выборов.
Однако эти расчетам не суждено было оправдаться. Количество манифестантов достигло критической массы, а требования отставки президента стали распространяться по всей стране, поставив государство на грань коллапса. Экономические потери катастрофически нарастали (150 млн долл. США в день, 1 миллиард от оттока туристов). Беспрецедентной силы достигло внешнее давление со стороны главного союзника Египта Соединенных Штатов и примкнувшей к ним Западной Европы. В этих условиях президент Египта по договоренности с армейским командованием, а, возможно, и под его нажимом вынужден был покинуть свой пост 11 февраля 2011 года и передать верховную власть Высшему военному Совету. Первым шагом этого коллективного органа было объявление о приостановке действия конституции и роспуске парламента.
Важная особенность ситуации в Египте заключается в той роли, которую играет там институт армии. Она традиционно является не только военной организацией, но и политической корпорацией, источником верховной власти, пользуется авторитетом в народе как гарант национального суверенитета. Многие генералы в отставке возглавляют государственные и частные компании, правительственные агентства, местные органы власти, образуя своего рода «внутренний круг», который гораздо шире, чем непосредственное окружение президента. От того, как поведет себя армия, во многом зависит дальнейшее развитие событий, особенно теперь, когда они вышли за конституционные рамки.
С другой стороны, и оппозиции не удалось быстро заполнить политический вакуум. Она также оказалась застигнутой врасплох силой и размахом народного гнева. Опасения в Израиле и на Западе насчет вероятности прихода к власти организации «Братья-мусульмане» вполне понятны, хотя и представляются несколько преувеличенными. С самого начала исламские лозунги на улице полностью отсутствовали, а сама организация египетских исламистов переживает период раскола на почве разногласий в отношении тактики поведения после парламентских выборов в ноябре 2010 года.
В этих условиях руководство «Братьев-мусульман» предпочло действовать совместно со светскими партиями, присоединившись к образованной ими коалиции оппозиционных сил. Шансы этого объединения выступить единым фронтом на переговорах с официальными властями представляются малозначительными, особенно когда энергия народного гнева начнет сходить на нет. Другое дело, что исламисты со временем обязательно попытаются оседлать волну антирежимных настроений, используя опыт организационной работы в массах и спекулируя на антиамериканских чувствах, широко распространенных в Египте (по последним опросам, рейтинг доверия к США не превышает 30%).Но и в этом случае «Братья-мусульмане», по прогнозам египетских политологов, могут рассчитывать только на 20% голосов избирателей.
Оппозиция разрозненна и многоцветна. Политический спектр простирается от старейшей правой египетской партии «Вафд» до радикалов из находящейся вне закона организации «Братья-мусульмане». В состав этой широкой коалиции входит и образованная манифестантами аморфная демократическая ассоциация «За перемены», выдвинувшая своим лидером нобелевского лауреата, бывшего генерального директора МАГАТЭ Мохаммеда эль-Барадеи. Разумеется, оппозиционерам будет нелегко договориться даже между собой о формировании переходного «правительства народного единства» для внесения поправок в конституцию, обеспечивающих проведение «свободных выборов».
Нынешний этап политического развития Египта является по-настоящему переломным. Центр внутренних борений сосредоточен вокруг того, кто будет контролировать переходный период. Останется ли контроль в руках армии или же под давлением толпы стихийно перейдет к старым и новым политическим силам, в том числе родившимся на волне массовых выступлений. В первом случае шансы на мирный переход к демократическим переменам значительно выше. Во втором – внутренний хаос может затянуться надолго.
11 февраля Египет совершил «прыжок в неизвестность».Как бы ни развивались события дальше, драматический уход президента (а верховная власть в Египте со времен Гамаля Абдель Насера освящена ореолом если не божественности, как при фараонах, то во всяком случае непререкаемости) знаменует собой начало качественно новой эпохи. Переход к демократии, как показывает мировой опыт революционных потрясений, отнюдь не гарантирован ни при диктатуре армии, ни при диктатуре народа.
Турецкая модель?
Если свержение Бен Али в Тунисе дало импульс народным выступлениям египтян (барьер страха был преодолен), то от того, каким путем и как быстро будет преодолен кризис власти в самом Египте, во многом зависит геополитический расклад на всем мусульманском Востоке и в более широком глобальном масштабе. На протяжении всей современной истории Египет был и остается лидером арабского мира, центром, из которого расходятся круги политических перемен. На Египте, этой первой арабской стране, заключившей мирный договор с Израилем, покоится вся, пока еще шаткая, система региональной безопасности. Также велика его роль в сдерживании исламского экстремизма и великодержавных амбиций Ирана.
Если демократические реформы в Египте примут обвальный характер, то такой оборот событий повысит градус напряжения в арабских странах – экспортерах нефти и газа с непредсказуемыми последствиями для мировой экономики и финансов. В любом случае обширный регион Ближнего Востока и Северной Африки ожидает время болезненных перемен. По прогнозам Генерального секретаря Лиги арабских государств, этот волатильный период продлится от двух до пяти лет. Арабские правители, получившие столь тревожный сигнал снизу, уже вряд ли смогут управлять прежними методами. Другое дело, какой характер примут внутриполитические преобразования, насильственный или мирный, как они отразятся на перспективах урегулирования арабо-израильского конфликта и архитектуре международной безопасности в целом.
С точки зрения внутреннего расклада сил, модели дальнейшей трансформации в каждой из арабских стран, не затронутых модернизационными процессами по децентрализации власти и внедрению политического плюрализма, могут быть различными. Выработка работоспособных механизмов представительной демократии с учетом специфики мусульманского Востока и будет составлять содержание переходного периода.
По мнению многих комментаторов, для Египта и Алжира с сильными светскими традициями и стабилизирующей ролью армии более приемлема была бы турецкая модель. Насер, как и Кемаль Ататюрк, заложил традиции обновления сверху при сохранении консолидирующей роли армии, но ни при нем, ни при Анваре Садате и далее Мубараке не возникло гибкой политической системы, в которой институционально сочетались бы интересы широкого спектра сил, порожденных современным развитием. Насеровский Арабский социалистический союз и Национально-демократическая партия Садата и Мубарака не выдержали испытания временем как правящие партии, представляющие интересы коррумпированной государственной бюрократии и крупного капитала.
В Йемене армия, приведшая к власти Али Абдаллу Салеха, также может сыграть роль страховочного инструмента от сильных потрясений в условиях политического вакуума. Чисто местная особенность выражается здесь в сохраняющейся племенной структуре общества. Президент Салех поспешил объявить о том, что он отказывается выдвигаться на очередной срок. До сих пор ему удавалось лавировать между запросами племен в попытках, не всегда успешных, удовлетворить интересы поглощенной им южной части Йемена и северян, завязанных больше на Саудовскую Аравию, а также поддерживать внешние атрибуты современной государственности. Со временем делать это будет гораздо труднее.
Монархические режимы в Иордании и Марокко имеют свои глубоко укоренившиеся династические традиции, восходящие к пророку Мухаммеду. Эти страны в отличие от большинства монархий Аравийского полуострова далеко продвинулись по пути политической модернизации. Поэтому можно полагать, что устои этих режимов менее уязвимы, хотя сами верховные руководители, судя по всему, восприняли происходящее в высшей степени серьезно.
Иранская модель «теократической демократии» – это скорее шиитский феномен, она вряд ли способна стать притягательным примером для арабских государств с преобладанием ислама более мягкого суннитского толка. Вместе с тем противопоставление современного развития национальным и религиозным традициям – гарантия неудачи. Политические реформы в большинстве мусульманских стран не будут успешными, если они осуществляются как альтернатива исламу и, следовательно, воспринимаются мусульманским сообществом в качестве угрозы религиозным ценностям. Линия на искусственную демократизацию и переориентацию традиционного мусульманского общества с целью внедрения либеральных ценностей несет опасность дестабилизации и играет на руку исламским экстремистам.
Международному сообществу, реакция которого на события в Тунисе и особенно в Египте была непоследовательна и противоречива, предстоит еще пройти между Сциллой и Харибдой, чтобы найти разумные балансы между требованиями сохранения стабильности и демократизации. Заявления ряда руководителей западноевропейских государств на конференции по безопасности в Мюнхене в феврале 2011 г. о том, что не все критерии западной демократии применимы к Арабскому Востоку, внушают некоторый оптимизм. В то же время мировые державы демонстрируют очевидную растерянность перед лицом мощной волны социально-политического пробуждения, которая поднимается на Ближнем Востоке.
![Главное](/images/star.png)
Революция и демократия в исламском мире
Резюме: Падающее воздействие великих держав создает политический вакуум на Ближнем и Среднем Востоке. Часть его заполнит Индия (в Афганистане), но в основном – на всей территории – усилится Китай. С учетом роста влияния Турции и Ирана состав игроков этого огромного региона и распределение сил будет в XXI веке больше напоминать XVII, чем ХХ столетие.
События в Тунисе и Египте продемонстрировали удивительный парадокс. Революции, вызвавшие эффект домино и поставившие на грань существования всю систему сдержек и противовесов в арабском мире, приветствовали не только Иран и «Аль-Каида», но и ряд западных политиков, первыми из которых должны быть названы президент и госсекретарь Соединенных Штатов. Отказ Николя Саркози предоставить убежище бежавшему из Туниса президенту Зин эль-Абидину Бен Али, который на протяжении десятилетий был оплотом интересов Парижа в Магрибе, еще можно было списать на растерянность или неизвестные широкой публике «старые счеты». Но призывы Барака Обамы и Хиллари Клинтон, которые в разгар охвативших Египет бунтов, погромов и антиправительственных выступлений требовали от египетского президента Хосни Мубарака немедленно включить Интернет, обеспечить бесперебойную работу иностранных СМИ, вступить в диалог с оппозицией и начать передачу ей власти, вышли за пределы не только разумного, но и допустимого. Вашингтон в очередной раз продемонстрировал, что в регионе у него нет не только союзников, но даже сколь бы то ни было ясно понимаемых интересов.
Непоправимые ошибки Америки
Откровенное до бесхитростности предательство главного партнера США в арабском мире, каким до недавнего времени полагал себя Мубарак, никак не может быть оправдано с практической точки зрения. «Либеральная оппозиция» во главе с экстренно прибывшим в Египет «брать власть» Мохаммедом эль-Барадеи, влияние которого в стране равно нулю, не имеет никаких шансов. Если, конечно, не считать таковыми возможное использование экс-главы МАГАТЭ в качестве ширмы, ликвидируемой немедленно после того, как в ней отпадет надобность. Заявления «Братьев-мусульман» о том, что, придя во власть, они первым делом пересмотрят Кэмп-Дэвидский договор, и сама их история не дают оснований для оптимизма. Амбиции еще одного потенциального претендента на египетское президентство, Генерального секретаря Лиги арабских государств Амра Мусы, несопоставимы с возможностями генерала Омара Сулеймана, которого Мубарак назначил вице-президентом. А переход власти к высшему военному командованию хотя бы оставляет надежду на управляемый процесс.
Ближний Восток: история проблемы
Георгий Мирский. Шииты в современном мире
Евгений Сатановский. Новый Ближний Восток
Усмотреть смысл в «выстреле в собственную ногу», произведенном американским руководством, очень трудно. Разве что начать всерьез воспринимать теорию заговора, в рамках которого Соединенные Штаты стремятся установить в мире «управляемый хаос», для чего готовы поддерживать любые протестные движения и организовывать какие угодно «цветные» революции, не важно, за или против кого они направлены. Альтернатива – полагать, что руководство США и ряда стран Европы охватила эпидемия кратковременного помешательства (кратковременного – потому что через несколько дней риторика все-таки стала меняться). Такое впечатление, что в критических ситуациях лидеры Запада следуют не голосу рассудка, государственным или личным обязательствам, но некоему инстинкту. Тому, который заставляет их во вред себе, своим странам и миропорядку в целом приветствовать любое неустроение под лозунгом «стремления к свободе и демократии», где бы оно ни происходило и кого бы из союзников ни касалось.
Какие выводы сделаны из этого всеми без исключения лидерами стран региона от Марокко до Пакистана – не стоит и говорить. Во всяком случае, израильтяне, которые до сих пор полагали, что в основе предвзятого отношения администрации Обамы к правительству Биньямина Нетаньяху лежат столкновение популистских американских теорий с торпедировавшей их ближневосточной реальностью, антиизраильское лоббирование и личная неприязнь, внезапно начали осознавать: дело гораздо хуже, это работает система.
В рамках этой системы исторически непоправимых ошибок, последовательно совершаемых президентами Соединенных Штатов, Джимми Картер в 1979 г. заставил шаха Ирана Мохаммеда Резу Пехлеви отказаться от противостояния с аятоллой Хомейни. Исламская революция в Иране, не встретив сопротивления, победила со всеми вытекающими для этой страны, региона и мира последствиями, одним из которых было введение советских войск в Афганистан.
Сменивший Картера Рональд Рейган поддержал не только фанатиков-моджахедов, но и создание «Аль-Каиды» во главе с Усамой бен Ладеном. Можно только вспоминать генерала ХАД (аналог КГБ в Демократической республике Афганистан) Наджибуллу, который при поддержке Запада мог стать в Афганистане не худшим руководителем, чем генералы КГБ и МВД СССР Алиев и Шеварднадзе в Азербайджане и Грузии. Вместо этого шиитский политический ислам в Иране получил достойного соседа и конкурента в лице террористического суннитского «зеленого Интернационала». Джордж Буш-старший в связи с краткосрочностью пребывания на президентском посту свой вклад в дело укрепления радикального политического ислама не внес. Он лишь провел «Войну в Заливе», ослабив режим Саддама Хусейна, но не уничтожив его в тот непродолжительный исторический момент, когда это могло быть поддержано всеми региональными игроками с минимальной выгодой для экстремистских организаций.
Зато Билл Клинтон, смотревший сквозь пальцы на появление ядерного оружия у Пакистана и проворонивший «черный ядерный рынок», организованный отцом пакистанской бомбы Абдулом Кадыр Ханом, поддержал авантюру израильских левых, приведшую Ясира Арафата на палестинские территории, и операцию пакистанских спецслужб по внедрению движения «Талибан» в качестве ведущей военно-политической силы Афганистана. Именно ближневосточный курс Клинтона привел к «интифаде Аль-Акса» в Израиле и мегатеракту 11 сентября 2001 г. в Соединенных Штатах.
Президент Джордж Буш-младший, пытаясь привести в порядок тяжелое ближневосточное наследство Клинтона, расчистил в Ираке плацдарм для деятельности не только «Аль-Каиды» и других суннитских радикалов, но и таких шиитских радикальных групп, как поддерживаемая Ираном Армия Махди. Иран, лишившийся в лице свергнутого и повешенного Саддама Хусейна опасного соседа, получил свободу рук для реализации имперских амбиций, в том числе ядерных, стремительно превращаясь в региональную сверхдержаву. Попытка иранского президента-либерала Мохаммеда Хатами наладить отношения с Вашингтоном после взятия американской армией Багдада была отвергнута, что открыло дорогу к власти иранским «неоконам» во главе с президентом Махмудом Ахмадинежадом. В Афганистане не были разгромлены ни талибы, ни «Аль-Каида», их лидеры мулла Омар и Усама бен Ладен остались на свободе, зато администрация, ведомая госсекретарем Кондолизой Райс, всерьез занялась демократизацией региона.
В итоге ХАМАС стал ведущей военно-политической силой в Палестине и, развязав гражданскую войну, захватил сектор Газа. Проиранская «Хезболла» укрепила позиции в Ливане, «Братья-мусульмане» заняли около 20% мест в парламенте Египта, а успешно боровшийся с исламистами пакистанский президент Первез Мушарраф и возглавляемая им армия уступили власть коррумпированным кланам Бхутто-Зардари и Наваза Шарифа. Страна, арсеналы которой насчитывают десятки ядерных зарядов, сегодня управляется людьми, стоявшими у истоков движения «Талибан» и заговора Абдула Кадыр Хана.
Наконец, Барак Обама, «исправляя» политику своего предшественника, принял политически резонное, но стратегически провальное решение о выводе войск из Ирака и Афганистана и смирился с иранской ядерной бомбой, которая, несомненно, обрушит режим нераспространения. Попытки жесткого давления на Израиль, переходящие все «красные линии» в отношениях этой страны с Соединенными Штатами, убедили Иерусалим в том, что в лице действующей администрации он имеет «друга», который опаснее большинства его врагов. Несмотря на беспрецедентное охлаждение отношений с Израилем, заигрывания с исламским миром, стартовавшие с «исторической речи» Обамы в Каире, не принесли ожидаемых дивидендов. Ситуацию с популярностью США под руководством Барака Обамы среди мусульман лучше всего характеризует реакция египетских СМИ на эту речь: «Белая собака, черная собака – все равно собака».
Поддержка американским президентом египетской демократии в варианте, включающем в систему власти исламских радикалов, помимо прочего откроет двери для дехристианизации Египта. Копты, составляющие 10% его населения и без того во многом ограничиваемые властями, несмотря на демонстрацию лояльности к ним, являются легитимной мишенью террористов. Их будущее в новом «демократическом» Египте обещает быть не лучшим, чем у их соседей – христиан Палестины, потерявшей за годы правления Арафата и его преемника большую часть некогда многочисленного христианского населения.
Упорная поддержка коррумпированных и нелегитимных режимов Хамида Карзая в Афганистане и Асифа Али Зардари в Пакистане, неспособность повлиять на правительственные кризисы в Ираке и Ливане, утечки сотен тысяч единиц секретной информации через портал «Викиликс», несогласованность действий Госдепартамента, Пентагона и разведывательных служб, череда отставок высокопоставленных военных и беспрецедентная публичная критика, с которой они обрушились на гражданские власти… Все это заставляет говорить о системном кризисе не только в ближневосточной политике, но и в американской управленческой машине в целом.
Инициативы Обамы по созданию «безъядерной зоны на Ближнем Востоке» и продвижению к «глобальному ядерному нулю», настойчиво поддерживаемые Саудовской Аравией, направлены в равной мере против Ирана, нарушившего Договор о нераспространении (ДНЯО), и Израиля, не являющегося его участником. Проблема не только в том, что эти инициативы не имеют шансов на реализацию, но в том, что они полностью игнорируют Пакистан, хотя опасность передачи части пакистанского ядерного арсенала в распоряжение Саудовской Аравии, а возможно, и не только ее, не менее реальна, чем перспективы появления иранской ядерной бомбы. Активная позиция в поддержку ядерных инициатив Барака Обамы, занятая в конце января с.г. в Давосе принцем Турки аль-Фейсалом, наводит на размышления. Создатель саудовских спецслужб известен не только как архитектор «Аль-Каиды», его подозревают в причастности к организации терактов 11 сентября в США и «Норд-Ост» в России. На этом фоне поспешные непродуманные заявления в адрес Хосни Мубарака только подчеркнули: Америка на Ближнем и Среднем Востоке (БСВ) действует исходя из теории, а не из практики, и, не считаясь с реальностью, строит фантомную «демократию» (как когда-то СССР – фантомный «социализм»), безжалостно и бессмысленно сдавая союзников в угоду теоретическому догматизму.
Демократия с ближневосточной спецификой
Принято считать, что демократия – наилучшая и самая современная форма правления. Соответствующая цитата из Уинстона Черчилля затерта до дыр. Право народа на восстание против тирании, которое легло в основу западного политического обустройства последних веков – это святыня, покушения на которую воспринимаются в Вашингтоне и Брюсселе как ересь, сравнимая с попытками усомниться в непогрешимости папы римского. При этом расхождения между теоретической демократией и ее практическим воплощением в большей части стран современного мира не только не анализируются, но даже не осознаются «мировым сообществом», точнее политиками, политологами, политтехнологами, экспертами и журналистами, которые принадлежат к узкому кругу, не только называющему, но и полагающему себя этим сообществом.
Констатируем несколько аксиом ближневосточной политики. Знаменующий окончательную и бесповоротную победу либеральной демократии «конец истории» Фрэнсиса Фукуямы не состоялся, в отличие от «войны цивилизаций» Самьюэла Хантингтона. Во всяком случае, на Ближнем и Среднем Востоке демократий западного типа нет, и в ближайшие десятилетия не предвидится. В регионе правят монархи, авторитарные диктаторы или военные хунты. Все они апеллируют к традиционным ценностям и исламу до той поры, пока это ислам, не подвергающий сомнению легитимность верховной власти. Республиканские режимы БСВ могут до мелочей копировать западные органы власти, но эта имитация европейского парламентаризма не выдерживает проверки толерантностью. Права этно-конфессиональных меньшинств существуют до той поры, пока верховный лидер или правящая группировка намерены их использовать в собственных целях и в той мере, в которой это позволено «сверху», а права меньшинств сексуальных не существуют даже в теории. В отличие от западного сообщества, права большинства не подразумевают защиту меньшинств, но в отсутствие властного произвола дают большинству возможность притеснять и физически уничтожать их. Политический неосалафизм приветствует это, а ссылки теоретиков на терпимость ислама в корне противоречат практике, в том числе современной.
Любая демократизация и укрепление парламентаризма в регионе, откуда бы они ни инициировались и кем бы ни возглавлялись на начальном этапе, в итоге приводят исключительно к усилению политического ислама. Националистические и либеральные светские партии и движения могут использоваться исламистами только как временные попутчики. Исламизация политической жизни может быть постепенной, с использованием парламентских методов, как в Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, или революционной, как в Иране рахбара Хомейни, но она неизбежна.
Период светских государств, основатели которых воспринимали ислам как историческое обоснование своих претензий на отделение от метрополий, а не как повседневную практику, обязательную для всего населения, завершается на наших глазах. Все это сопровождается большой или малой кровью. Различные группы исламистов апеллируют к ценностям разных эпох, от крайнего варварства до сравнительно умеренных периодов. Некоторые из них готовы поддерживать отношения с Западом – в той мере, в какой они им полезны, другие изначально настроены на разрыв этих отношений. В одних странах исламизация общественной и политической жизни сопровождается сохранением государственных институтов, в других – их ликвидацией. Каждая страна отличается по уровню воздействия на ситуацию племенного фактора или влияния религиозных братств и орденов. Но для всех без исключения движения, которые, взяв власть или присоединившись к ней, будут обустраивать режимы, возникающие в перспективе на Ближнем и Среднем Востоке, характерны общие черты.
Движения эти жестко противостоят укоренению на контролируемой ими территории «западных ценностей» и борются с вестернизацией, распространяя на Западе «ценности исламского мира», в том числе в замкнутых этно-конфессиональных анклавах, растущих в странах Евросоюза, США, Канаде и т.д., под лозунгами теории и практики «мультикультурализма». Наиболее известными итогами сложившейся ситуации являются «парижская интифада», датский «карикатурный скандал», борьба с рождественской символикой в британских муниципалитетах, покушения на «антиисламских» политиков и общественных деятелей и убийства некоторых из них в Голландии, общеевропейская «война минаретов», попытка построить мечеть на месте трагедии 11 сентября в Нью-Йорке. Несмотря на заявления таких политиков, как Ангела Меркель и Дэвид Кэмерон о том, что мультикультурализм исчерпал себя, распространение радикального исламизма на Западе зашло далеко и инерция этого процесса еще не исчерпана. Усиление в среде местного населения Швейцарии, Австрии, Бельгии и других стран Европы консервативных антииммигрантских политических движений – реакция естественная, но запоздавшая. При этом антиглобалистские движения, правозащитные структуры и международные организации, включая ООН, с успехом используются исламистами для реализации их стратегических целей.
Консолидация против Израиля
Одной из главных мишеней современного политического ислама всех толков и направлений является Израиль. Борьба с сионизмом – не только единственный вопрос, объединяющий исламский мир, но и главное достижение этого мира на международной арене. Как следствие – гипертрофированное внимание мирового сообщества, включая политический истеблишмент и СМИ, к проблеме отношений израильтян и палестинцев. Утверждение в умах жителей не только исламского мира, но и Запада идеи исключительности палестинской проблемы – на деле едва ли не наименее острой в череде раздирающих регион конфликтов. Во имя создания палестинского государства многие готовы идти против экономической, политической и демографической реальности, да и просто против здравого смысла, о чем свидетельствует «парад признания» рядом латиноамериканских и европейских государств несуществующего палестинского государства в границах 1967 года.
Израиль пока выжидает и готовится к войне, дистанцируясь от происходящих в регионе событий, чтобы не провоцировать конфликт. Руководство страны осознает, что ситуация с безопасностью в случае ослабления режимов в Каире и Аммане, поддерживающих с Иерусалимом дипломатические отношения, вернется к временам, которые предшествовали Шестидневной войне. Любая эволюция власти в Египте и Иордании возможна только за счет охлаждения отношений с Израилем, поскольку на протяжении десятилетий главным требованием арабской улицы в этих странах был разрыв дипломатических и экономических отношений с еврейским государством. Этот лозунг используют все организованные оппозиционные группы, от «Братьев-мусульман» до профсоюзов и светских либералов.
Не только Амр Муса и эль-Барадеи, известные антиизраильскими настроениями, но и Омар Сулейман, тесно контактировавший на протяжении длительного времени с израильскими политиками и военными, либо другой представитель высшего генералитета будет вынужден (сразу или постепенно) пересмотреть наследие Мубарака в отношениях с Израилем. Как следствие, неизбежно ослабление или прекращение борьбы с антиизраильским террором на Синайском полуострове, поддерживаемым не только суннитскими экстремистскими группами, но и Ираном. Завершение египетской блокады Газы означает возможность доставки туда ракет среднего радиуса действия типа «Зильзаль», способных поразить не только ядерный реактор в Димоне и американский радар в Негеве, контролирующий воздушное пространство Ирана, но и Тель-Авив с Иерусалимом. Поддержка ХАМАС со стороны Сирии и Ирана усилится, а Палестинская национальная администрация (ПНА) на Западном берегу ослабеет. Все это резко повышает вероятность терактов против Израиля и военных действий последнего не только в отношении Ирана, к чему Иерусалим готовился на протяжении ряда лет, но и по всей линии границ, включая Газу и Западный берег.
Военные действия против Ливана и Сирии возможны в случае активизации на северной границе «Хезболлы». Война с Египтом вероятна, лишь если исламисты придут к власти и разорвут мирный договор с Израилем. В зависимости от того, прекратят ли США поставки вооружения и запчастей Египту, возможны любые сценарии боевых действий, включая, в случае катастрофичного для Израиля развития событий, удар по Асуанской плотине. При этом ситуация в Египте резко обострится через 3–5 лет, когда правительство Южного Судана, независимость которого обеспечил проведенный в январе 2011 г. референдум, перекроет верховья Нила, построив гидроузлы. Ввод их в действие снизит сток в Северный Судан и Египет, поставив последний на грань экологической катастрофы, усиленной катастрофой демографической. Физическое выживание населения Египта не гарантировано при превышении предельно допустимой численности жителей, составляющей 86 миллионов человек (в настоящий момент в Египте живет 80,5 миллионов).
Конфликт Израиля с арабским миром может быть спровоцирован кризисом в ПНА. Палестинское государство не состоялось. Улучшения в экономике Западного берега связаны с деятельностью премьер-министра Саляма Файяда, находящегося в глубоком конфликте с президентом Абу Мазеном. Попытка свержения президента бывшим главным силовиком ФАТХа в Газе Мухаммедом Дахланом привела к высылке последнего в Иорданию. Главный переговорщик ПНА Саиб Эрикат обвинен в коррупции. Абу Мазен полностью изолирован в палестинской элите. Агрессивные антиизраильские действия руководства ПНА на международной арене контрастируют с его полной зависимостью от Израиля в экономике и в сфере безопасности. Население Западного берега зависит от возможности получения работы в Израиле или в израильских поселениях Иудеи и Самарии. Без поддержки со стороны израильских силовых ведомств падение режима в Рамалле – вопрос нескольких месяцев.
Иран и другие
Последствия этого для Иордании могут быть самыми тяжелыми. Пока король Абдалла II сдерживает палестинских подданных, опираясь на черкесов, чеченцев и бедуинов. Смена премьер-министра и ряд других мер политического и экономического характера позволяют ему избежать сценария, реализованного его отцом в «черном сентябре» 1970 года (подавление палестинского восстания). Ситуацию в Иордании дополнительно отягощает фактор иракских беженцев (до 700 тысяч человек), а также финансовые и земельные аферы, в которых обвиняются палестинские родственники королевы Рании. В отличие от времен короля Хусейна, Иордании не грозит опасность со стороны Сирии и Саудовской Аравии, однако страна остается мишенью для радикальных суннитских исламистов. Следует отметить сдвиг в отношениях между Иорданией и Ираном.
Последний, наряду с Турцией, является ведущим военно-политическим игроком современного исламского мира, успешно соперничающим за влияние с такими его традиционными лидерами, как Египет, Саудовская Аравия и Марокко. Несмотря на экономические санкции, Иран развивает свою ядерную программу и хотя, по оценке экс-директора «Моссад» Меира Дагана, не сможет изготовить ядерную бомбу до 2015 г., накопил объем расщепляющих материалов, которого хватает для производства пяти зарядов, а к 2020 г., возможно, будет готов к ограниченной ядерной войне. При этом непосредственную опасность Исламская Республика Иран (ИРИ) представляет исключительно для своих соседей по Персидскому заливу и Израиля, который официальный Тегеран последовательно обещает уничтожить.
Предположения о возможности нанесения Ираном удара по Европейскому союзу или Соединенным Штатам представляются несостоятельными. Нанесение ракетно-бомбового удара по ядерным объектам ИРИ со стороны Израиля и США маловероятно. Америка может уничтожить промышленный потенциал Ирана, но не имеет людских ресурсов для проведения сухопутной операции, обязательной, чтобы ликвидировать иранскую ядерную программу. Израиль не обладает необходимым военным потенциалом, хотя поразивший иранские ядерные объекты компьютерный вирус не без основания связывают с противостоянием этих двух стран.
Борьба за власть в Иране завершается в пользу генералов Корпуса стражей исламской революции, оттесняющих на периферию аятолл. «Зеленое движение», объединившее ортодоксов и либералов, потерпело поражение. Сохраняя лозунги исламской революции, ИРИ трансформируется в государство, основой идеологии которого во все возрастающей степени становится великодержавный персидский национализм. Тегеран успешно развивает отношения с КНР, странами Африки, Латинской Америки и Восточной Европы, Индией, Пакистаном и Турцией, фактически поделив с последней сферы влияния в Ираке, правительство которого координирует свои действия не только с США, но и с ИРИ. На территории БСВ интересы Ирана простираются от афганского Герата до мавританского Нуакшота (усиление позиций Тегерана в Мавритании спровоцировало разрыв Марокко дипломатических отношений с ним). Было бы наивным полагать, что закрепление ИРИ на мавританском правобережье реки Сенегал вызвано исключительно желанием вытеснить оттуда Израиль, дипломатические отношения с которым правительство Мавритании прекратило, сближаясь с Тегераном. Скорее захолустную Мавританию можно полагать идеальным транзитным пунктом для переброски оружия, а возможно и чего-либо, связанного с иранской ядерной программой, наиболее близким к латиноамериканским партнерам Ирана – Венесуэле и Бразилии.
Тегеран избегает прямых конфликтов с противниками, предпочитая «войны по доверенности», которые ведут его сателлиты. Ирано-израильскими были Вторая ливанская война, операция «Литой свинец» в Газе, да и за конфликтом йеменских хауситских племен с Саудовской Аравией, по мнению ряда аналитиков, стоял Иран. Агрессивная позиция ИРИ в отношении малых монархий Персидского залива подкрепляется наличием в таких странах, как Бахрейн, Катар, в меньшей степени Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) и Кувейт шиитских общин. Единственным союзником Ирана в арабском мире по-прежнему является Сирия, которая при поддержке «Хезболлы» постепенно возвращает контроль над ситуацией в Ливане и продолжает курировать ХАМАС, политическое руководство которого дислоцировано в Дамаске. С учетом наложенных на Иран санкций, перспективы его газового экспорта в Евросоюз зависят от кооперации с Турцией, которая будет использовать эту ситуацию в своих интересах, пока они не войдут в противоречие с интересами ИРИ (что в перспективе, несомненно, произойдет).
Турецкое руководство, взяв курс на построение «новой Османской империи», опередило события, приступив к постепенной исламизации политической и общественной жизни в стране. Оттесняя армию от власти под лозунгами демократии и борьбы с коррупцией, правящая партия провела необходимые конституционные изменения парламентским путем, подавив в зародыше очередной военный путч. Экономические успехи Турции позволяют ей действовать без оглядки на Европейский союз и Соединенные Штаты. А участие в НАТО в качестве второй по мощи армии этого блока дает свободу маневра, в том числе в иракском Курдистане и в отношениях с Израилем, значительно охладившихся после инцидента с «Флотилией свободы». При этом страна расколота по национальному признаку (курдский вопрос по-прежнему актуален), светская оппозиция правящей Партии справедливости и развития сильна, а в руководстве армии продолжается брожение. Однако, какие бы факторы (или их сочетание) ни спровоцировали антиправительственные волнения, триумвират премьера, президента и министра иностранных дел сохраняет достаточный ресурс для реализации планов экономической и дипломатической экспансии в Африке, исламском мире и Восточной Европе. Турция с большим основанием, чем Иран, претендует на статус региональной сверхдержавы, имея для этого необходимый потенциал, не отягощенный, в отличие от ИРИ, внешними конфликтами.
Сирийская стабильность опирается на сотрудничество с Турцией и Ираном, при улучшении отношений с США и странами ЕС. Правящая алавитская военная элита во главе с Башаром Асадом балансирует между арабами-суннитами и арабами-христианами, подавляя курдов и используя деловую активность армян. Однако в случае резкого усиления египетских «Братьев-мусульман» в Сирии не исключены волнения, наподобие подавленных большой кровью Хафезом Асадом в 1982 г., которые способны ослабить или обрушить режим. Последний усилил свои позиции в Ливане, но обстановку в самой Сирии осложняет присутствие там иракских (до 1 млн) и в меньшей мере палестинских (до 400 тыс.) беженцев.
Ливан после падения правительства Саада Харири переживает собственный кризис, вызванный противостоянием сирийского и саудовского лобби (последнее, поставив на конфронтацию с Дамаском, проиграло). Не исключено постепенное сползание в гражданскую войну, в качестве ведущей силы в которой будет выступать «Хезболла» шейха Насраллы. Роль детонатора конфликта могут, как и в 1975–1978 гг., сыграть заключенные в лагеря палестинские беженцы (более 400 тыс.).
На Аравийском полуострове катастрофическая ситуация сложилась в Йемене, почти неизбежный распад которого после отстранения от власти президента Али Абдаллы Салеха, правящего в Сане с 1978 г. и контролирующего Южный Йемен с 1990 г., может спровоцировать необратимые процессы в Саудовской Аравии. На территории Йемена столкнулись интересы Ирана и США, Катара и Саудовской Аравии. Эта страна – не только родина многих бойцов «всемирного джихада» (корни Усамы бен Ладена – в Йемене), но настоящий «котел с неприятностями». Конфликт между президентом и племенами, категорически отвергшими попытку передать власть по наследству, напоминает схожую проблему в Египте. Однако противостояние южан-шафиитов и северян-зейдитов, усиленное недовольством отстраненной от власти и обделенной благами бывшей военной элиты юга – местная специфика.
Йемен – первая страна БСВ, которая способна развязать с соседней Саудовской Аравией «водную войну». В ближайшее время Сана рискует стать первой столицей мира с нулевым водным балансом, тем более что ряд исторических йеменских провинций был аннексирован саудовцами в начале ХХ века. Дополнительным фактором риска является нищета поголовно вооруженного населения, которое находится под постоянным воздействием местного наркотика «кат». Не стоит гадать, смогут ли 25,7 млн саудовцев, большая часть которых в жизни не брала в руки оружия, противостоять 23,5 млн йеменцев, большинство которых на протяжении всей жизни оружия из рук не выпускало. Способность саудовской элиты, правящая верхушка которой по возрасту напоминает советское Политбюро 1980-х гг., контролировать ситуацию иначе, чем через подкуп воинственных племен на южных границах и радикалов из «заблудшей секты» внутри страны, сомнительна. С учетом значения пролива Баб-эль-Мандеб воздействие потенциального конфликта между Йеменом и Королевством Саудовская Аравия или гражданской войны в Йемене на мировой рынок энергоносителей сравнимо с перекрытием Суэцкого канала. В отсутствие на президентском посту человека, способного сменить генерала Салеха, а такого человека в Йемене, в отличие от Египта, нет, страна рискует стать такой же пиратской территорией, как Сомали, тем более что сотни тысяч сомалийских беженцев и так уже живут на его территории.
Какие последствия обрушение правящего режима в Йемене вызовет в ибадитском Омане, где правящий страной с 1970 г. султан Кабус бен Саид не имеет наследников, и малых монархиях Персидского залива, предсказать трудно. Балансируя между Соединенными Штатами (военные базы в Кувейте, Катаре и на Бахрейне), Великобританией (присутствие в Омане) и Францией (анонсировавшей строительство военной базы в ОАЭ), с одной стороны, Ираном (конфликт с ОАЭ и Бахрейном), с другой, и Саудовской Аравией – с третьей, все эти страны на случай возможной войны наладили неофициальные отношения с Израилем. Израильские опреснительные установки, агрокомплексы и системы обеспечения безопасности стратегических объектов, без указания страны-производителя или с указанием зарубежных филиалов израильских фирм – столь же обычное явление на южном берегу залива, как иранские суда в местных портах, иранские счета в банках и иранцы в деловых центрах. Оман пребывает в самоизоляции, усиленной раскрытием исламистского заговора, в организации которого Маскат обвинил ОАЭ.
Кувейт не оправился от последствий иракской оккупации 1990–1991 годов. Влияние Бахрейна ограничено нелояльностью шиитского большинства населения суннитской династии. Экономический кризис ослабил ОАЭ, особенно Дубай, обрушив «пирамиду недвижимости», на которой в последние годы было основано его благополучие. Свое политическое влияние укрепляет лишь умеренно ваххабитский Катар, обладатель третьего в мире газового запаса. В качестве медиатора региональных конфликтов он успешно соперничает с такими гигантами арабского мира, как Египет и Саудовская Аравия. Главное оружие катарского эмира в борьбе за доминирование на межарабской политической арене – «Аль-Джазира», эффективность которой доказывает ее запрет в Египте, где телеканал в немалой мере способствовал «раскачиванию лодки». Но этот инструмент может оказаться бесполезным в случае перенесения беспорядков на территорию самого Катара. При этом главным фактором нестабильности в монархиях Персидского залива, включая Саудовскую Аравию, могут стать иностранные рабочие, в ряде стран многократно превосходящие их граждан по численности.
Еще одним дестабилизирующим фактором для полуострова является его близость к Африканскому Рогу, на побережье которого сосредоточены самые бедные, охваченные междоусобицей и полные беженцев страны: Эритрея, Джибути и пиратское Сомали, распавшееся на анклавы, крупнейшими из которых являются Пунталенд и Сомалиленд. Исламисты из движения «Аш-Шабаб» и других радикальных группировок – единственная сила, способная объединить эту страну, подчинив или уничтожив полевых командиров, подобно тому как талибы в свое время проделали это в Афганистане. Пугающая перспектива, особенно на фоне полнейшего банкротства мирового сообщества в борьбе с пиратами, бесчинствующими на все более широкой акватории Индийского океана. Не стоит забывать и о проблеме границ, обширный передел которых неизбежен после бескровного распада Судана. Север Судана в ближайшей исторической перспективе может объединиться с Египтом, особенно в случае исламизации последнего. Не случайно лидер суданских исламистов Хасан ат-Тураби опять арестован властями.
Волнения в Тунисе и Египте грозят самым прискорбным образом сказаться на ситуации в Алжире, вялотекущая гражданская война в котором идет с 1992 года. Президент Абдулазиз Бутефлика стар, конфликт арабов с берберами так же актуален, как и десятилетия назад, а исламисты никуда не делись. Под угрозой стабильность в Марокко, на территории которого еврейские и христианские святыни являются для «Аль-Каиды» Магриба столь же легитимными объектами атаки, как и иностранные туристы. Мавритания, где число рабов, по некоторым оценкам, достигает 800 тыс., находится в полосе военных путчей и восприимчива к любым революционным призывам.
Не стоит забывать и о том, что экспрессивный Муамар Каддафи в Ливии правит с 1969 г. и легко может стать жертвой «египетского синдрома». Тем более что собственных сыновей в руководство страны он продвигает не менее настойчиво, чем Мубарак и Салех, а поддержкой на Западе и в арабском мире пользуется куда меньшей.
Единственным, хотя и слабым утешением в сложившейся ситуации может служить то, что региональное потрясение основ ничем не угрожает Ираку, Афганистану или Пакистану. Первые два давно уже не столько государства, сколько территории. Последнему же, с исламистами в Северо-Западной провинции и Пенджабе, пуштунскими талибами в зоне племен, сепаратистами Белуджистана и Синда и противостоянием правительства, армии и судебной власти, для развала достаточно и одного Афганистана. После чего его внушительные ядерные арсеналы пойдут на «свободный рынок», а мировое сообщество получит куда более значимый повод для беспокойства, чем судьба палестинского государства или правителя отдельно взятой арабской страны, даже если эта страна – Египет.
Констатируем напоследок, что падающее влияние на БСВ великих держав создает вакуум, часть которого в Афганистане заполнит Дели. На всей прочей территории, включая и Афганистан, усилится влияние Пекина. Как следствие, состав игроков и распределение сил на Ближнем и Среднем Востоке в XXI веке будет более напоминать XVII, чем ХХ столетие. Что соответствует теории циклического развития истории, хотя и несколько обидно, если рассматривать это через призму интересов Парижа, Лондона, Брюсселя или Вашингтона.
Е.Я. Сатановский – президент Института Ближнего Востока.
![Главное](/images/star.png)
"Умеренные" и "воинственные" – стирание граней
Как Обаме скорректировать внешнеполитический курс на Ближнем Востоке
Резюме: Традиционные союзники на Ближнем Востоке, чувствуя себя брошенными, могут утратить доверие к Вашингтону или восстать против него, тогда как новые партнеры, сознавая слабость США, окажутся ненадежными. И все же надежд на положительный исход будет еще меньше, если упорно придерживаться устаревшей политической парадигмы.
Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 4, 2010 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
Первые полтора года нахождения у власти президент США Барак Обама посвятил попыткам выправить положение дел на Ближнем Востоке, которое стало следствием неумелых действий его предшественника. Некоторые сдвиги имеются, но, судя по темпам изменения американской политики, чтобы добиться успеха, идеи администрации Обамы надо было начать реализовывать еще в президентство Джорджа Буша 10 лет тому назад. Тем временем Ближний Восток пришел в движение.
Ситуация до боли знакомая. На протяжении десятилетий Запад играет в догонялки с регионом, который он считает застойным. На самом деле Ближний Восток развивается быстрее и менее предсказуемо, чем могут представить себе западные политики. Как правило, американское и европейские правительства в конце концов приходят к осознанию своих ошибок и неверных действий. Но к тому времени, когда на них снисходит озарение, корректировка политического курса оказывается безнадежно запоздалой, несвоевременной и неэффективной.
По окончании эпохи колониализма, когда националистические движения стали набирать силу на всем Ближнем Востоке, Европа либо игнорировала их вызов, либо воспринимала их как следствие интриг Советского Союза. К тому времени, когда Запад осознал все значение и популярность этих движений, влияние Европы ослабло, а ее репутация в регионе была безнадежно подорвана политикой неоколониализма.
Точно так же Соединенные Штаты полностью осознали угрозу джихада лишь после событий 11 сентября 2001 г., хотя Вашингтон собственными руками укрепил джихадистов, поддерживая воинственные исламистские группировки в Афганистане в 1980-е годы. США одобрили идею создания Палестинского государства только в 2000 г., когда в результате стремительного развития событий в этом регионе, а также перемен в политике Израиля и Палестины, план создания двух государств становился все более эфемерным.
И сегодня мы являемся свидетелями той же тенденции, когда Запад берет на вооружение политический курс, давно утративший актуальность: несмотря на похвальную попытку исправить неверные шаги администрации Буша, администрация Обамы перекрывает себе путь ошибочными допущениями относительно регионального баланса сил. Вашингтон по-прежнему видит Ближний Восток разделенным на два лагеря: проамериканских умеренных, которых следует поддерживать, и воинственный проиранский лагерь, подлежащий сдерживанию. Однако подобное представление не имеет ничего общего с действительностью.
Как ни парадоксально, подобная кривая призма воспроизводит мировоззрение администрации Буша, отвергнутое Обамой почти во всех других аспектах. Сторонники такого подхода полагают, что так называемые умеренные силы в регионе могут сплотиться вокруг привлекательной западной идеи мира и процветания даже в тот момент, когда американцы и европейцы пользуются наименьшим доверием на Ближнем Востоке за всю историю международных отношений. Запад недооценивает и не понимает роль новых видных региональных игроков, таких как Турция, которая не вписывается ни в одну из двух вышеупомянутых осей, и руководящим принципом которой является стирание различий между двумя лагерями. И, что самое главное, Запад исходит из того, что в регионе сравнительно статичный политический ландшафт, тогда как он крайне динамичен и изменчив.
Игнорирование меняющегося расклада сил на Ближнем Востоке затрудняет понимание важности последних политических веяний. Если главная цель заключается в победе над радикалами и усилении умеренных сил, как тогда оценивать возобновление диалога между Саудовской Аравией и движением ХАМАС или укрепление ее связей с Сирией? Как можно иметь дело с режимом в Дамаске, который одновременно снабжает оружием движение «Хезболла», осуществляет совместные планы безопасности и обмена разведданными с Тегераном, но и препятствует достижению Ираном стратегических задач в Ираке? И как истолковывать многогранную дипломатию Турции, которая поддерживает связь с Западом, углубляет отношения с Сирией, служит посредником на ядерных переговорах с Ираном и протягивает руку помощи ХАМАСу?
Не обращая внимания на едва уловимые сдвиги в регионе и тщетно ожидая тектонических трансформаций, Вашингтон упускает реальные шансы оказать помощь в региональном переустройстве. У Обамы есть возможность изменить курс, приняв более гибкую политику, но он не может долго ждать: вскоре Соединенные Штаты очнутся и осознают, что Ближний Восток стал еще менее доступен для понимания, и на него еще труднее влиять.
Каков отец, таков и сын
В 1990-е гг. США, по-видимому, достигли высшей точки своего могущества и престижа на Ближнем Востоке. Президент Джордж Буш-старший продемонстрировал грозную военную силу Вашингтона, заставив Ирак уйти из Кувейта в 1991 году. Не менее впечатляющей была и его дипломатия: он собрал разнородную коалицию в поддержку операции «Буря в пустыне» и в том же году созвал беспрецедентную мирную конференцию по вопросам арабо-израильского урегулирования в Мадриде. Президент Билл Клинтон опирался на эти достижения: он сдерживал Иран и Ирак и пытался разрешить арабо-израильский конфликт с помощью мирного процесса. Между тем ливанская бомба замедленного действия была временно обезврежена благодаря тому, что Соединенные Штаты поддержали идею Pax Syriana. Она гарантировала стабильность в обмен на подчинение Бейрута его более могущественному соседу.
При этом Вашингтону удалось успешно заморозить три важнейшие и наиболее взрывоопасные области конфликта: арабо-персидскую линию противостояния, оккупированные палестинские территории и Ливан. Это вновь найденное равновесие привело к формированию нежесткой коалиции между Египтом, Саудовской Аравией и Сирией, объединенных такими общими интересами, как сохранение статус-кво в регионе, мирный процесс, управляемый США, и порядок в Ливане, поддерживаемый Сирией и финансируемый Саудовской Аравией. Эта коалиция позволила стабилизировать межарабский баланс сил. С какими бы препятствиями, потерями и разочарованием ни был сопряжен мирный процесс, он позволял уменьшить раздражение по поводу особых отношений между Вашингтоном и Израилем. Однако этот непрочный баланс и порядок в регионе рухнул с началом палестинского восстания в сентябре 2000 г., при этом ситуация еще больше осложнилась в годы президентства Джорджа Буша-младшего.
Подход его администрации к Ближнему Востоку и реакция на теракты 11 сентября принципиально изменили архитектуру безопасности в регионе. Избавив Афганистан от «Талибана», а Ирак от Саддама Хусейна, Вашингтон невольно устранил два главных стратегических вызова доминированию Тегерана в регионе и тем самым – два основных препятствия на пути Ирана к проецированию своей силы и влияния. В то же время после провала мирных переговоров между Израилем и Палестиной команда Буша изменила формулировку ключевых принципов, лежащих в основе мирного процесса. Она поставила дальнейшее его продвижение в зависимость от выполнения предварительных условий, таких как изменение в палестинском руководстве, создание государственных учреждений на оккупированных территориях и достижение туманно сформулированных целей борьбы с неопределенной террористической угрозой. Итогом такой политики стала поляризация региона в целом и палестинского истеблишмента в частности. Подобный подход также повысил издержки американо-израильского альянса в глазах арабской общественности. Наконец, Соединенные Штаты перегнули палку, когда, не довольствуясь выводом сирийских войск из Ливана, поставили перед собой нереалистичную трехсоставную цель: изоляция Дамаска, разоружение «Хезболлы» и приведение Ливана в прозападный лагерь.
Хотя политика США в то время позволила найти выход из тупиков в Ираке и Ливане, это достигнуто неприемлемо высокой ценой в смысле человеческих жертв и утраты политического влияния. В более широком смысле возобновление кризисов в Персидском заливе, Ливане и между израильтянами и палестинцами спровоцировало непрерывно идущий и периодически сопровождающийся вспышками насилия порочный пересмотр баланса сил между странами (Египтом, Ираном, Израилем, Катаром, Саудовской Аравией, Сирией и Турцией), а также внутри некоторых стран и образований (таких как Ирак, Ливан и палестинские территории). Внезапно на Ближнем Востоке снова воцарился хаос, в котором побеждает сильнейший.
Эскалация конфликтов и появление новых угроз интересам Соединенных Штатов совпали с общим ослаблением американского могущества и усилением противников Америки в регионе. Серьезные ограничения военных возможностей Вашингтона обнаружились как прямо (во время затянувшихся военных действий в Афганистане и Ираке), так и косвенно (когда союзник Вашингтона Израиль получил решительный отпор в ходе военных столкновений в Ливане и Газе).
А между тем Белый дом сделал пропаганду либеральных ценностей и глубоко морализаторское представление о своей роли краеугольным камнем ближневосточной политики. И это произошло как раз в тот момент, когда им попирались те самые принципы, на которых основано подобное представление. Президент, внешняя политика которого зависела от способности вдохновлять арабов, прибегая к риторике о демократических ценностях, ввел войска в Ирак, отказался признать итоги январских выборов 2006 г. в Палестине, всячески выказывая подчеркнуто уважительное отношение к политике Израиля, допустил нарушения прав человека в Гуантанамо и Абу-Грейбе.
Философия «кто не с нами, тот против нас», взятая на вооружение в целях войны с терроризмом, поставила арабских союзников Вашингтона в крайне неловкое и политически невыгодное положение по мере того, как враждебное отношение к США стало почти повсеместным. Тем временем Иран, Сирия, ХАМАС и «Хезболла» выиграли от всплеска народной симпатии и сплотились, несмотря на всю двусмысленность их взаимоотношений и конфликт интересов.
Враги Соединенных Штатов обнаружили, что исчезли преграды на пути их географической экспансии и политического восхождения: после развала иракской государственности у Ирана появилась возможность беспрепятственно распространять влияние в арабском мире за пределами своих государственных границ. Вывод сирийских войск из Ливана развязал руки движению «Хезболла», которое превратилось в более независимого и влиятельного игрока в регионе. А банкротство мирного процесса подняло ставки движения ХАМАС и ослабило ФАТХ.
Слишком мало и слишком поздно
Даже после развала Советского Союза американские стратеги упорно придерживались внешнеполитического курса времен холодной войны. Они разделяли весь мир на верных друзей и явных врагов, делая ставку в своей дипломатии на сравнительно стабильные двусторонние отношения и полагаясь на союзников, видящих свой долг в отстаивании четко сформулированных американских интересов и сдерживании недругов Америки. В 1990-е гг. подобная парадигма служила более или менее эффективным путеводителем по ближневосточной политике, поскольку у Соединенных Штатов было поле для маневра и отсутствовали серьезные вызовы. Сегодня эта модель стала неактуальной.
США в настоящее время играют на конкурирующих и подчас несовместимых интересах. В числе прочих это ослабление растущего влияния Тегерана и его ядерной программы и при этом стабилизация положения в Ираке, находящемся под сильным влиянием Ирана. Укрепление режима Договора о нераспространении ядерного оружия и одновременное оправдание двусмысленного ядерного статуса Израиля. Поддержка связи с дружественными, но репрессивными режимами и пропаганда демократии во всем мире. Предотвращение насилия в Газе и Ливане при явном нежелании иметь дело с движениями ХАМАС и «Хезболла». Продвижение мирного процесса при сохраняющемся расколе среди палестинцев. Что еще хуже, Соединенным Штатам все это понадобилось именно тогда, когда они уже не воспринимаются, как раньше, безоговорочно доминирующей силой в мире. Региональные игроки усвоили всевозможные риторические и практические способы противостоять давлению США, способы выживания, а иногда и процветания в случае объявления решительного «нет» американскому диктату. Местные негосударственные течения и организации, которые гораздо труднее убеждать или сдерживать, стали более могущественными и влиятельными. Враги Вашингтона научились извлекать для себя преимущества из общественного мнения, как это делают ХАМАС и «Хезболла», или пытаться завоевать расположение соперничающих держав, как это делает Иран в отношении Бразилии, Китая и Турции.
Есть некоторые признаки того, что администрация Обамы перестраивается. Президент осознает, что Соединенные Штаты пользуются все меньшим доверием на Ближнем Востоке и не способны разрешать кризисные ситуации по отдельности и независимо друг от друга. Поэтому Барак Обама пытается вдохнуть новую жизнь в израильско-палестинский мирный процесс, установить партнерские отношения с Ираном и Сирией и отказаться от примитивной ментальности «войны с террором», унаследованной от администрации Буша. США пересмотрели доктрину государственной безопасности, чтобы в ней было больше места для многополярного мира.
На самом деле Обама проводит политику, которая могла бы сработать, если бы в свое время ее взял на вооружение Буш. Но Ближневосточный регион не стоит на месте и, учитывая нынешнюю стремительность происходящих там перемен, Вашингтон рискует слишком поздно внести жизненно важные коррективы в свою политику.
Администрация Барака Обамы будет добиваться заключения соглашения между израильтянами и палестинцами, но, скорее всего, признает важность внутрипалестинского единства для достижения этой цели лишь после еще нескольких лет стравливания ФАТХ и ХАМАС, когда разногласия между двумя течениями настолько углубятся, что мир между ними станет невозможен. Вашингтон пытается взаимодействовать с Дамаском, но, откладывая серьезный стратегический диалог на высшем уровне о будущей роли Сирии в регионе после заключения мирного договора, он рискует несоизмеримо повысить для Дамаска цену ослабления связей с Ираном, ХАМАСом и «Хезболлой». Точно так же Белый дом может формально согласиться, что Иран имеет право обогащать уран в мирных целях лишь после того, как Тегеран дойдет до точки невозврата в реализации программы создания собственных ядерных вооружений.
По сути дела, Соединенные Штаты по-прежнему видят Ближний Восток поделенным на умеренные и воинственные режимы, что заслоняет от них движущие силы современного ближневосточного общества, которые определяют динамику в регионе. В конце концов, что касается ключевых интересов Вашингтона, как он сам их определяет, формальные союзники Америки на Ближнем Востоке часто преследуют цели, несовместимые с целями США, тогда как цели их врагов порой совпадают с линией Вашингтона. Например, Иран и Саудовская Аравия, оставаясь непримиримыми врагами, смотрят на Ирак через одну и ту же конфессиональную призму (хотя и занимают разные стороны в борьбе основных течений ислама), в то время как Вашингтон видит в Ираке светское государство, что гораздо ближе к точке зрения Сирии и Турции. Несмотря на это, когда речь заходит об Ираке, американское правительство склонно осуждать Иран и Сирию и хвалить Саудовскую Аравию и Турцию. Необъявленная ядерная программа Израиля, умышленное затягивание им мирного процесса и зачастую одностороннее упование на военные средства разрешения конфликтов едва ли можно примирить с намерением Обамы восстановить позиции Соединенных Штатов в арабском и мусульманском мире. Как быстро открыл для себя Буш (и как хорошо понимает его преемник), принципы демократии и прав человека, которым США придают такое большое значение, отвергаются большинством дружественных Вашингтону ближневосточных режимов, но вполне созвучны с повесткой исламистских партий, усиление которых так претит Америке.
Региональные силы просто не вписываются в общепризнанный шаблон умеренных и воинственных режимов. Сирия, будучи одной из наиболее светских стран арабского мира, в то же время тесно сотрудничает с воинственными мусульманскими движениями. «Хезболла», символ шиитской воинственности, приспособилась к политическому устройству Ливана с его конфессиональным плюрализмом, склонностью к либеральной экономической модели и хронической коррупцией, хотя все это противоречит самопровозглашенным принципам данного движения. Светский либеральный арабский демократ может вместе с тем питать глубокую неприязнь к Вашингтону и Западу, а союзник Запада может оказаться членом известных джихадистских группировок.
Ирония в том, что Иран разделяет биполярную логику осей, которой придерживаются Соединенные Штаты, стремясь возглавить и укрепить лагерь, разделяющий его воинственные ценности, тогда как Турция, член НАТО и близкий союзник США, дистанцируется от этой схемы Вашингтона и пытается стереть разграничительную черту между двумя мнимыми группировками. Катар разместил на своей территории американскую военную базу, развивает торговлю с Израилем и в то же время поддерживает тесные связи с Сирией и ХАМАСом и дружеские отношения с Ираном. В лице всемирной телевизионной сети «Аль-Джазира» Катар создал (особенно на арабоязычном канале) самого могущественного пропагандиста «воинственной» позиции. В мае 2008 г. Катар стал посредником при заключении внутриполитического ливанского соглашения, а Турция выступила медиатором на переговорах между Израилем и Сирией. Ни Доху, ни Анкару нельзя однозначно отнести к той или иной оси – обе страны заслужили репутацию открытости для всех стран региона.
Миф о консенсусе воинственных режимов
Вряд ли стоит удивляться тому, что Западу все труднее преодолевать сложные ситуации с помощью жесткой одномерной парадигмы. Трудно втиснуть в так называемый лагерь умеренных одновременно Израиль, ФАТХ, Саудовскую Аравию, в которой доминируют ваххабиты, и переизбирающегося на новый срок премьер-министра Ирака Нури аль-Малики, поскольку у них нет общих ценностей или интересов. Конечно, все они поддерживают тесные связи с Вашингтоном, но эти отношения мотивируются разными и подчас диаметрально противоположными соображениями. Не много общего и у таких стран, как Египет, Иордания и Саудовская Аравия, которые считаются знаменосцами умеренного лагеря. Они не жаждут взаимодействовать с Израилем, у них разные системы государственного управления, и каждая из них придерживается независимого подхода к религиозному экстремизму: Каир пытается подавлять его, Амман направляет в русло совместного участия в контролируемом процессе демократизации, а Эр-Рияд стремится ассимилировать.
Умеренный лагерь отчаянно нуждается в том, чего у него почти нет – в американской программе действий, пользующейся всеобщим доверием. Вокруг такой программы могли бы сплотиться все представители умеренного лагеря, поскольку ее можно было бы использовать для оправдания равнения на Вашингтон. В отсутствии подобной программы происходит наиболее ожесточенное столкновение двух разных мировоззрений, преобладающих в Ближневосточном регионе. Первое, взятое на вооружение Ираном, делает акцент на сопротивлении Израилю и Западу, создании альянсов в сфере обороны и безопасности и наращивании военных арсеналов. Второе, продвигаемое Турцией, делает ставку на сильную дипломатию, взаимодействие со всеми сторонами и экономическую интеграцию. Хотя эти два мировоззрения сформированы неарабскими региональными державами, они вполне созвучны мироощущению арабов. Как оказывается, самоорганизация региона происходит не столько под влиянием американской политики, сколько в отсутствие четкой внешнеполитической линии Соединенных Штатов.
Так называемая проиранская ось тоже с трудом поддается определению. С точки зрения идеологии, интересов, практических ограничений и даже религиозной принадлежности Иран, Сирия, ХАМАС и «Хезболла» сильно отличаются друг от друга. Характер их взаимодействия все время меняется, отражая динамику событий в регионе. Описание этой оси часто напоминает карикатуру и гротеск. Вопреки бытующему мнению, она не является воинственной разновидностью шиизма. На самом деле в Сирии правит алавитское меньшинство, у которого мало общего с иранской ветвью шиизма, тогда как ХАМАС, по сути, является суннитским движением и не стремится быть слишком обязанным Ирану. Сирия предпочла бы видеть примирение между палестинцами, при котором ХАМАС будет играть важную, но не исключительную роль в принятии политических решений. Движение «Хезболла» больше не желает быть доверенным лицом Сирии и кровно заинтересовано в обеспечении таких отношений между Ливаном и Сирией, при которых возвращение старого порядка было бы невозможным.
Противоречия между Ираном и Сирией еще глубже и сказываются на жизнедеятельности всего региона. В то время как Иран исключает какое-либо взаимодействие с Израилем и открыто призывает к его уничтожению, Сирия неоднократно заявляла о готовности к переговорам, а в случае подписания мирного договора и к нормализации отношений. События в Ираке еще ярче высветили противоречивость интересов Ирана и Сирии.
В современном Ираке Тегеран и Дамаск поддерживают разные партии и добиваются разных целей, как они делали это в Ливане в 1980-е гг.: Иран хочет усилить свое влияние на Ирак, тогда как Сирия надеется сделать страну неотъемлемой частью арабского мира.
Членов так называемого воинственно настроенного лагеря принципиально сплачивает лишь необходимость противодействовать так называемой американо-израильской угрозе. Двоякий выбор, стоящий перед ними – поменять свои ценности и предпочтения или сохранить враждебный настрой в отношении США – не оставляет им пространства для маневра. Напротив, чем сильнее давление со стороны Соединенных Штатов, Европейского союза и Израиля, тем легче им не обращать внимания на свои разногласия или преуменьшать их. Беспрецедентная координация в сфере безопасности между Ираном, Сирией, ХАМАСом и «Хезболлой» лучше всего иллюстрирует преобладающую сегодня тенденцию, поскольку каждая из сторон готовится к возможной широкомасштабной конфронтации. Тем временем «умеренные» арабские режимы, выбитые из колеи полным застоем в мирном процессе и слабым руководством со стороны Америки, сталкиваются с нарастающими социально-политическими противоречиями, возможными кризисами преемственности и усиливающимся искушением заняться решением исключительно своих внутренних проблем. Ирония в том, что в последнее десятилетие США куда успешнее сплачивали ряды своих врагов и недоброжелателей, чем поддерживали единство в рядах своих союзников.
Перевернуть страницу
Некоторые поспешили заключить, что Соединенные Штаты стали маргинальной силой, что эпоха Вашингтона на Ближнем Востоке закончилась и что будущее за Тегераном или Анкарой. Но это чистые фантазии. Вне всякого сомнения, Иран и Турция начинают понимать, что их возможности добиться чего-либо без и тем более вопреки США жестко ограничены. Хотя Турция становится все популярнее на арабской улице, ей предстоит осуществить прорыв в практической реализации любой из своих ключевых инициатив: проведение мирных переговоров между Израилем и Сирией, согласование условий ядерной сделки с Ираном, посредничество в перемирии между Израилем и ХАМАСом или попытка примирить между собой ХАМАС и ФАТХ.
И все же в отсутствии более эффективного американского руководства Ближний Восток быстро превращается в регион «спойлеров». Главная и единственная возможность таких стран чего-либо добиться заключается в том, чтобы мешать другим выполнить задачу, которая им самим не под силу. Египет пытается сорвать попытки Турции примирить соперничающие палестинские группировки и заставить Израиль снять блокаду с Газы. Сирия препятствует работе по достижению мира, которая ставит под угрозу интересы ее союзников. Саудовская Аравия намерена блокировать успехи Ирана в Ираке. Практически ни у одной страны нет позитивной программы или же отсутствует возможность успешно реализовать такую программу из-за противодействия других игроков. Конечно, несмотря на усиление соперничающих сил, Соединенные Штаты по-прежнему способны наложить вето практически на любую важную инициативу в регионе, но это мало утешает. Быть главным «спойлером» в регионе – это печальная перспектива для Вашингтона и гнетущее наследие для Обамы.
Более привлекательная альтернатива – выступить в роли дирижера, координирующего ансамбль разных стран при сохранении привилегированных связей с Израилем и другими акторами. Например, Египет и Саудовская Аравия вместе с Катаром и Турцией могли бы способствовать национальному примирению в Палестине в рамках мирного процесса под руководством США. Анкара, исходящая из того, что необходимо восстановить связь с Израилем и сохранить вновь обретенное доверие арабских стран, могла бы послужить посредником в мирном диалоге Сирии и ХАМАСом или в переговорах по ядерной проблематике Ирана. Арабские соседи Ирака и Иран могли бы под эгидой Соединенных Штатах достичь минимального согласия о будущем Ирака, чтобы сохранить его территориальную целостность и арабскую идентичность, защитить права курдского меньшинства и обеспечить здоровые сбалансированные отношения между Багдадом и Тегераном. Вашингтону следует активизировать попытки возобновления и завершения мирных переговоров между Израилем и Сирией, которые гораздо эффективнее повлияли бы на Иран, чем новые санкции ООН. Сирия могла бы также быть полезной в умиротворении остаточных очагов вооруженного суннитского сопротивления в Ираке.
Точно так же забуксовавший мирный израильско-палестинский процесс показывает, почему необходим новый подход. Один за другим столпы, на которые издавна опирается американская политика в этом вопросе (сильные и представительные израильские и палестинские лидеры, поддержка арабских государств, непревзойденная сила и притягательность США), рушились, и сегодня почти утратили какое-либо значение. Палестинское национальное движение раздроблено, влияние и легитимность ФАТХ сошли на нет, а другие страны настолько усилили свое влияние на Палестину, что от них в равной степени зависят решения ФАТХа и ХАМАСа.
Наиболее политически активные израильские и палестинские группы избирателей – израильские поселенцы и представители религиозного правого крыла в Израиле, с одной стороны, и палестинская диаспора, беженцы и исламисты, с другой стороны – меньше всего участвуют в дискуссиях по окончательному урегулированию, хотя именно эти группы могут пустить мирный процесс под откос. Египет, Иордания и Саудовская Аравия – арабские страны, на которые привычно опирается Вашингтон – уже недостаточно популярны в регионе, чтобы самостоятельно санкционировать сделку. Сирия, ХАМАС, «Хезболла» и «Аль-Джазира» могут выхолостить или даже заглушить любую положительную реакцию на возможное мирное соглашение, осудив его как предательство. Учитывая повсеместный скептицизм, вызываемый мирным процессом в широких кругах арабской общественности, критика соглашения получит гораздо более широкий отклик, чем ее поддержка. Приспособление к новому раскладу сил для Соединенных Штатов будет означать как минимум согласие с необходимостью внутрипалестинского примирения и признание того, что сильный и единый палестинский партнер с большей вероятностью сумеет прийти к подписанию устойчивого мирного соглашения, чем слабый и раздробленный. США следует учитывать озабоченности разных групп израильских и палестинских избирателей (например, согласиться с правом евреев на национальное самоопределение и признать историческую несправедливость, от которой пострадали палестинские беженцы), признать, что действенные израильско-сирийские переговоры, а не уклонение от них, становятся необходимым дополнением к израильско-палестинским переговорам. Необходимо также осознать важность подключения новых региональных игроков, которые помогли бы Вашингтону и его союзникам добиться того, чего они не в состоянии осуществить без их содействия – придания легитимности мирному соглашению между Израилем и Палестиной.
Соединенным Штатам будет непросто так резко изменить свою стратегию, поскольку это сопряжено с определенными рисками. Традиционные союзники, чувствуя себя брошенными, могут утратить доверие к Вашингтону или восстать против него, тогда как новые партнеры, сознавая слабость США, окажутся ненадежными. И все же надежды на положительный исход будет еще меньше, если упорно придерживаться устаревшей политической парадигмы. Вероятными последствиями в этом случае будут углубление раскола в регионе, растущая напряженность и повышение вероятности вооруженного противостояния. Обама начал свой президентский срок с постановки правильной цели: перевернуть страницу. Чтобы добиться успеха на Ближнем Востоке, ему придется пойти еще дальше и закрыть книгу неудачной региональной политики прошлых лет.
Роберт Молли – директор Центра исследований Ближнего Востока и Северной Африки Международной группы по предотвращению кризисов. Он был помощником президента США по арабо-израильскому урегулированию с 1998 по 2001 год.
Питер Харлинг возглавляет Проект по Ираку, Ливану и Сирии в Международной группе по предотвращению кризисов. С 1998 по 2004 гг. работал в Багдаде, в 2005–2006 гг. – в Бейруте, а сейчас трудится в Дамаске.
![Главное](/images/star.png)
Валютные войны
Кто оплатит выход из кризиса?
Резюме: Инструменты, имеющиеся у мирового сообщества для урегулирования валютного спора между США и Китаем, весьма ограничены. При неблагоприятном сценарии конфликт выльется в общий рост протекционизма. В случае второго витка долгового кризиса он приобретет геополитическое измерение.
«Сегодня, как и в прошлом, обострение экономических и финансовых проблем приводит к нарушению социального равновесия, подрыву демократии, падению доверия к институтам, и может перерасти в войну – гражданскую или международную».
Доминик Стросс-Кан, директор-распорядитель МВФ, 8 декабря 2010 года
В 1990-е гг. Международный валютный фонд с подачи Соединенных Штатов настойчиво рекомендовал странам с переходными экономиками привязывать обменные курсы к сильным и устойчивым мировым валютам, то есть к американскому доллару. Жесткие курсы минимизировали валютные риски зарубежных инвесторов и таким образом стимулировали приток иностранных капиталов, особенно в страны Юго-Восточной Азии.
В середине десятилетия США подняли ставки для борьбы с инфляцией. Чтобы удержать фиксированные курсы, развивающиеся страны были вынуждены тоже поднять ставки. Их валюты стали дорожать, что тормозило экспорт и увеличивало внешнюю задолженность. В 1997 г. на фоне обрушения тайского бата, индонезийской рупии, филиппинского песо и малайзийского ринггита Юго-Восточная Азия оказалась во власти сильнейшего финансового кризиса.
Понесенный ущерб фактически был той ценой, которую страны региона заплатили за одностороннее приспособление к денежно-кредитной политике Вашингтона. Теперь, 15 лет спустя, угроза односторонней адаптации нависла над Соединенными Штатами. Огромный дисбаланс по внешним расчетам, особенно с Китаем, делает американцев зависимыми от курса юаня. Впервые в современной истории страна – эмитент главной мировой валюты борется за проведение независимой экономической политики. До сих пор это право принадлежало ей безоговорочно и безраздельно.
Линия фронта
После окончания острой фазы кризиса главным стал вопрос о том, кто заплатит за восстановление экономического роста. Средства платежа определены заранее – безработица и снижение уровня жизни.
По официальным данным, рецессия в США закончилась в середине 2009 года. В четвертом квартале 2009 г. и в первом квартале 2010 г. ВВП рос со скоростью 4–5% годовых. Но во втором и третьем кварталах, когда отменили фискальные стимулы, темпы упали до 2% годовых. А этого явно недостаточно для сокращения безработицы, которая за время кризиса увеличилась вдвое – с 5 до 10% рабочей силы. Из потерянных к концу 2009 г. 8,4 млн рабочих мест за последующие три квартала удалось восстановить только 900 тысяч.
В начале ноября руководство Федеральной резервной системы (ФРС) объявило о втором этапе количественного смягчения: до конца второго квартала 2011 г. планируется скупить казначейских облигаций на общую сумму в 600 млрд долларов. Глава ведомства Бен Бернанке, выступая 19 ноября во Франкфурте-на-Майне, так объяснял это решение: «При нынешней траектории экономического развития Соединенные Штаты подвергаются риску иметь на протяжении многих лет миллионы безработных… Как общество мы должны признать этот выход неприемлемым». Согласно позиции ФРС, поддержка экономического роста в США вносит вклад в общий рост мировой экономики, а также повышает устойчивость доллара, который играет ключевую роль в международной валютно-финансовой системе.
Правда, ФРС умалчивает, что дальнейшая накачка долларовой ликвидности способствует долговременному обесценению доллара. А также о том, что дополнительная эмиссия всегда ведет к инфляции, и только страна с доминирующей в мире валютой может, по меткому выражению французского экономиста Жака Рюэффа, позволить себе «дефицит без слез». ФРС привычно рассчитывает на то, что новая порция избыточной долларовой массы будет размазана по миру, и потому не вызовет всплеска цен в самих Соединенных Штатах. То есть в денежно-кредитной политике Вашингтон действует по праву сильнейшего игрока: защищает национальные интересы и не слишком беспокоится об интересах партнеров.
Но есть сфера, где эта независимость уже нарушена. Речь идет о хроническом дисбалансе внешних расчетов США по текущим операциям, в том числе о значительном превышении импорта над экспортом (Рис. 1). В 2008 г. отрицательное торговое сальдо превысило 800 млрд долларов, увеличившись с 2001 г. вдвое. За тот же период времени дефицит в торговле с Китаем вырос в 3,2 раза, а доля КНР в данном показателе поднялась с 20 до 32%. Уже в 2004–2005 гг. Соединенные Штаты всерьез озаботились проблемой недооцененного курса юаня и начали требовать от Пекина его ревальвации. Американская позиция нашла поддержку на встречах министров финансов G7. Результатом этой кампании стало то, что Народный банк Китая (НБК), то есть центробанк, официально перешел от фиксированного курса юаня к управляемому плаванию.
Рис. 1. Баланс США по торговле товарами в 2001–2010 гг., млрд долл.
![](http://www.globalaffairs.ru/photo/active/92.jpg)
Примечание: 2010 г. – данные за 10 месяцев. Источник: U.S. Census Bureau, Foreign Trade Division
В июле 2005 г. обменный курс, находившийся долгие годы на отметке 8,28 юаня за 1 доллар, повысился до 8,11. Следующие три года он плавно рос и в сентябре 2008 г. достиг 6,82 юаня за доллар. В общей сложности за это время юань подорожал на 20%. Дальше случился глобальный кризис. Инвесторы стали уходить из валют развивающихся стран в доллары, считавшиеся самым надежным вложением. Хотя США находились в эпицентре кризиса, доллар испытал повышательное, а не понижательное давление рынков – исключительно благодаря статусу главной мировой валюты. Соответственно, укрепление юаня к доллару прекратилось, но, в отличие от многих других валют развивающихся стран, юань не обесценивался. Полтора года курс стоял на месте, а летом 2010 г. наметилось новое, очень осторожное повышение.
По итогам 2009 г. Соединенные Штаты значительно сократили импорт – с 2,1 до 1,6 трлн долларов, что позволило на 40% уменьшить дефицит торгового баланса – с 840 до 500 млрд долларов. В торговле с Китаем успех был минимальным, в результате на него пришлось чуть менее половины всего внешнеторгового сальдо США. Данные за десять месяцев 2010 г. немного лучше, но общей картины они не меняют. Американские власти убедились, что они могут сократить дефицит по внешним расчетам, но, увы, не с Китаем. Поднять пошлины на китайские товары или ограничить их ввоз количественно не позволяют правила ВТО. Остается только заставить Пекин ревальвировать юань. Для этого Вашингтону нужна широкая международная поддержка, особенно в лице МВФ и «Большой двадцатки».
На последнем саммите G20, состоявшемся 11–12 ноября 2010 г. в Сеуле, вопросам курсообразования придавалось первостепенное значение. В принятом совместном плане действий на первом месте значатся меры, призванные «обеспечить дальнейшее восстановление и устойчивый рост [мировой экономики], а также повысить стабильность финансовых рынков, в особенности за счет движения к рыночным системам курсообразования и поощрения гибкости валютных курсов». Участники саммита заявили о стремлении «воздерживаться от конкурентных девальваций». Развитым странам с резервными валютами было рекомендовано «избегать излишней волатильности и беспорядочных колебаний обменных курсов».
Саммит ясно обнаружил две точки зрения на происходящее в мировой валютной системе – развитых и развивающихся стран. У первых (главным образом в лице Соединенных Штатов) вызвал недовольство заниженный курс юаня и то, что были девальвированы некоторые другие валюты быстро растущих экономик. Вторые обеспокоены сильными колебаниями курсов доллара и евро, а также безответственной, по их мнению, денежно-кредитной политикой Вашингтона. И тех и других курсы валют волнуют по той причине, что в них сегодня уперся вопрос о глобальной стратегии возобновления экономического роста. То есть о том, какие страны будут на выходе из кризиса руководствоваться исключительно национальными интересами, а каким придется приспосабливаться к политике более сильных игроков. Важны не курсы сами по себе, а то, кто сможет навязать свою волю партнерам и переложить на них плату за восстановление мировой экономики.
Пекин, как и следовало ожидать, полностью отвергает обвинения США в заниженном курсе юаня. Согласно официальному заявлению, с 19 июня 2010 г. НБК перешел к более гибкому режиму курсообразования. Он также начал кампанию по подготовке китайских предприятий и банков к более частым и значительным колебаниям юаня. Экспортерам рекомендуется переключаться с трудо- и ресурсоемких производств на выпуск технологически сложных изделий, а также вкладывать средства в сферу услуг. Считается, что ее развитие позволит нарастить емкость внутреннего рынка, снизить зависимость от внешних рынков и создать множество рабочих мест.
Заместитель управляющего НБК Ху Сяолянь в заявлении, сделанном 30 июля 2010 г., главными целями экономической политики страны назвала экономический рост, полную занятость, ценовую стабильность и баланс расчетов НБК. По ее словам, «реформа режима обменного курса продемонстрировала международному сообществу приверженность Пекина задаче достижения глобального экономического баланса и обеспечения более благоприятного международного климата», притом что «плавающий курс юаня характеризует Китай как …ответственного участника мирового сообщества». Словосочетание «валютные войны» в официальных материалах НБК по понятным причинам не упоминается.
Куда более свободно и напористо выражает свои мысли Сяо Ган, председатель Совета директоров Банка Китая, одного из крупнейших коммерческих банков страны, бывшего до недавнего времени государственным. Его двухстраничная статья «Валютная война без победителей», опубликованная 12 ноября 2010 г., производит впечатление внешнеполитического ультиматума. Первый абзац звучит отрывисто, как выстрел: «Перекладывание государственного долга на другие страны, блокирование китайских инвестиций и ограничение экспорта нанесут ущерб восстановлению мировой экономики».
Федеральная резервная система Соединенных Штатов прямо называется «главной силой, подрывающей доллар», а политика денежного смягчения – опасной. «При процентных ставках, близких к нулю, страна снова печатает деньги, проталкивая их на американские рынки, откуда они растекаются по всему миру. В результате доверие к доллару подрывается, инфляционные ожидания растут, а цены на сырьевые товары бьют новые рекорды. Еще хуже то, что обесценение доллара уже негативно сказалось на экономике и валютах других стран, которые в ответ вынуждены ограничивать движение капитала или проводить интервенции на валютных рынках». По словам господина Сяо, США проводят политику разорения соседа, пытаясь интернационализировать госдолг, образовавшийся вследствие национализации частных долгов в период кризиса.
Особенно показательной является фраза, брошенная как будто невзначай, хотя в этом манифесте нет ни одного случайного слова: «Распределение накопленного долга по миру путем ослабления доллара заставит другие страны принять меры по защите своих валют, и, в конечном счете, изолирует доллар от тех, кто им пользуется. Поэтому Соединенным Штатам следует воздержаться от второго этапа количественного смягчения» (курсив мой. – О.Б.). Устами Сяо Гана Пекин сообщает Вашингтону, что век доллара не бесконечен, что его судьба зависит от доброй воли миллионов рядовых участников рынка, которых никто не может заставить использовать ту или иную валюту для заключения сделок. О том, что будет с курсом доллара, если Китай начнет диверсифицировать свои официальные резервы, достигающие 2,6 трлн долларов, говорить не приходится.
За китайской стеной
Действующий в Китае режим обменного курса власти именуют регулируемым плаванием, однако МВФ расценивает его как фиксированный – исходя из реального движения котировок. Возникает вопрос: почему Китай не переходит к свободному плаванию, то есть к курсу, который бы целиком определялся спросом и предложением на валютном рынке? Попытаемся ответить.
В финансовой сфере любая страна сталкивается с «магической триадой»: фиксированный курс, автономия денежно-кредитной политики и либеральный режим движения капиталов. Из трех условий можно выбрать только два, третьим приходится жертвовать. Когда центральный банк повышает или понижает ставку рефинансирования (иначе – учетную ставку), это приводит к соответствующему повышению или снижению всех остальных процентных ставок в экономике и заодно – доходности ценных бумаг с плавающим процентом. Зарубежным инвесторам становится более или менее выгодно, чем раньше, вкладываться в местную валюту. При росте процентной ставки их спрос на валюту растет, а при падении – падает. Приток или отток капиталов в страну толкает вверх или вниз курс местной валюты. То есть при свободном движении капиталов процентная политика самым прямым образом воздействует на обменный курс.
На практике это выливается в три возможные схемы. Первая – фиксированный курс плюс независимая денежно-кредитная политика и минус свободное движение капиталов. Именно эту схему практикует сегодня Китай. Вторая – фиксированный курс плюс свободное движение капиталов и минус независимая денежно-кредитная политика. Данная комбинация наиболее уязвима, поскольку денежные власти теряют возможность проводить антициклическое регулирование экономики. В периоды кризиса они обязаны любой ценой держать валютный курс, жертвуя интересами реального сектора. Именно это произошло в 2008–2009 гг. со странами Балтии, чьи национальные валюты были привязаны к евро в рамках механизма обменных курсов – 2 (МОК-2). Не случайно Эстония с 1 января 2011 г. поспешила перейти на евро, чтобы, наконец, освободить национальную экономику от валютного пресса. Третья схема – плавающий курс плюс независимая денежно-кредитная политика и свободное движение капиталов. Ее придерживаются все промышленно развитые страны и, естественно, эмитенты резервных валют.
При всем многообразии режимов обменного курса (валютное управление, фиксированный курс, валютный коридор, управляемое плавание и свободное плавание) главные баталии разворачиваются вокруг выбора между фиксированным и плавающим курсом. Их влияние на макроэкономическую политику одним из первых описал американский экономист Милтон Фридман, который еще в начале 1950-х гг. показал несостоятельность Бреттон-Вудской системы фиксированных курсов. Выкладки Фридмана подразумевали свободное движение капиталов, однако до начала 1990-х гг. почти все страны сохраняли валютные ограничения, а технические возможности систем трансграничных расчетов оставались весьма скромными. Рост информационных технологий, переход социалистических и развивающихся стран к открытой рыночной экономике, а также повсеместная отмена валютных ограничений радикально изменили обстановку на финансовых рынках.
Первый звонок прозвучал в 1992–1993 гг., когда под ударами спекулянтов были девальвированы фунт стерлингов, итальянская лира, шведская крона и еще несколько европейских валют. Валютный коридор, в рамках которого они привязывались к ЭКЮ (официально он именовался механизмом совместного плавания), оказался ненадежным укрытием в условиях развитых и подвижных финансовых рынков. Экономисты заговорили о том, что половинчатым решениям в курсовой политике приходит конец. Это только укрепило решимость стран ЕС перейти к единой валюте, незадолго до этого провозглашенной Маастрихтским договором. После кризисов в Юго-Восточной Азии и России 1997–1998 гг. вопрос о том, быть ли курсу фиксированным или плавающим, окончательно перебрался из учебников экономической теории на торговые площадки и в правительственные кабинеты.
С этого момента в мировой структуре валютных режимов началось вымывание середины. На Рис. 2 показано, как менялось число стран, практикующих различные валютные режимы. Для корректного сравнения из статистики исключены 34 страны с населением менее 1 млн человек (29 из которых имеют фиксированные курсы) и 14 государств Западноафриканского и Центральноафриканского валютных союзов (ЗАВС, ЦАВС). По данным МВФ, из оставшихся почти 140 стран в 1996 г. де-факто фиксированный курс имели 26, а в 2010 г. – уже 45. Число стран со свободным плаванием возросло за указанное время с 53 до 66. Правда, в 2009 г. МВФ изменил методику классификации валютных режимов, что добавило очков данной категории. Количество государств, практикующих смешанные режимы (валютные коридоры и управляемое плавание), сократилось в два с лишним раза – с 55 до 25.
Рис. 2. Режимы обменных курсов стран МВФ с населением более 1 млн человек в 1996–2010 гг.
Примечание. МВФ дает сведения о реальных, а не декларируемых странами курсовых режимах. В группу стран с фиксированными курсами включены государства, практикующие также режим валютной палаты и официально отказавшиеся от национальных денежных единиц.
Источник: IMF Annual Report за соответствующие годы
Как видно, сегодня мировая практика не дает однозначного ответа в пользу свободного плавания. Да, его применяют все промышленно развитые страны и многие государства с формирующимися рынками, в том числе Мексика, Аргентина, Колумбия, Чили, Индонезия, Филиппины, Таиланд, Турция, Венгрия и Польша. Тем не менее, число стран, считающих необходимым избавить свой бизнес и население от валютных колебаний, неуклонно растет. Кроме Китая, к этой группе в 2010 г. относились, например, Гонконг, Бангладеш, Ирак, Шри-Ланка, Вьетнам, Саудовская Аравия, ОАЭ, Оман, Катар, Бахрейн, Иордания, Кувейт, Ливия, Марокко, Намибия, Сирия, Тунис, Боливия, Венесуэла, Дания, Болгария, Латвия, Литва и Эстония. В списке мы видим не только крупный финансовый центр – Гонконг – но и богатых нефтеэкспортеров, а также членов Европейского союза.
Хотя международные институты обычно пропагандируют либеральный режим движения капиталов, его издержки не скрываются. В последнем «Глобальном докладе о финансовой стабильности», опубликованном МВФ в апреле 2010 г., говорится, что приток капиталов в страну расширяет базу для финансирования экономики, особенно в странах с недостаточными сбережениями, и содействует развитию финансовых рынков. Если же реальный сектор неспособен принять значительные объемы поступающих в страну инвестиций, это приводит к неадекватному расширению внутреннего спроса, перегреву экономики, инфляции и повышению реального обменного курса национальной валюты. Массированный приток капиталов «может также вызвать вздутие цен на фондовые активы и повышение системных рисков в финансовом секторе – в отдельных случаях даже при надлежащем надзоре и эффективной работе регуляторов». Далее эксперты МВФ честно признают, что эффективность контроля над движением капиталов оказывается тем выше, чем дольше он действует. Иначе говоря, сняв ограничения однажды, их нельзя ввести вновь, рассчитывая на прежний результат.
То есть фиксированный курс юаня вкупе с ограниченным движением капиталов необходимы Китаю для того, чтобы обеспечить управляемость национальной экономики. Легко представить, как это важно для страны с огромным населением, низким уровнем жизни и не поддающейся подсчету безработицей (по разным оценкам, она составляет от 30 до 150 млн человек). Сменив парадигму, Пекин улучшит условия для выхода из кризиса Соединенных Штатов, но оставит без тормозов собственную экономику. Возможно, через несколько лет обстоятельства изменятся, и страна проведет полную либерализацию валютной сферы. Но сейчас цена такого перехода была бы необоснованно высокой.
Мирные переговоры
Международная финансовая архитектура нуждается в коренной перестройке, с этим согласны все. Специалисты даже говорят о третьем Бреттон-Вудсе. Подразумевается, что действующая с 1971 г. система будет заменена на что-то кардинально иное. Главные направления реформы хорошо известны: изменение правил МВФ и его политики регулирования текущих балансов, совершенствование надзора за финансовыми рынками и использованием новых инструментов, учет возросшей роли развивающихся стран в мировых финансах, увязка действий МВФ и ВТО с тем, чтобы не допустить роста протекционизма.
Движение к новой системе займет несколько лет, возможно, десять и более. А решать вопрос конкурентных девальваций предстоит сейчас. Какие же для этого имеются средства?
Надо сказать, что вопрос о «правильном» обменном курсе – один из самых загадочных в современной экономике. Есть мнение, что, пока в ходу были монеты из благородных металлов, их обмен не вызывал проблем. Но это не так. Первые монеты появились в VI в. до н. э., а уже в III–II вв. до н. э. в Риме внутреннее денежное обращение было отделено от внешнего. В пределах государства ходили денарии и тяжелые бронзовые отливки полновесной монеты – aes grave. Для нужд внешней торговли чеканились монеты из серебра и легкой меди, не имевшие в самой метрополии официального статуса. Во второй половине XIX века большинство стран мира перешло с серебряного стандарта на золотой. Международная торговля велась исключительно на золото, а позже – на переводные векселя в фунтах стерлингов. Так или иначе, до краха Бреттон-Вудской системы обменные курсы базировались на золотом содержании валют.
Когда в 1971 г. это мерило исчезло, на первый план вышла концепция паритета покупательной способности (ППС), разработанная шведским экономистом Густавом Касселем. Согласно ей, валютный курс уравнивает количество товаров и услуг, которые можно приобрести за данную денежную единицу в стране-эмитенте и в другой стране после конвертирования. Увы, на практике ППС почти никогда не соблюдается. Известно, что за один доллар в Индии можно купить намного больше товаров, чем в Швейцарии. Внутренние цены сильно зависят от цен на местное сырье, топливо и рабочую силу. А поскольку в международную торговлю попадает не более трети всех производимых в мире товаров и услуг, то валютный курс не может и не должен отражать общего соотношения цен между странами. Как правило, обменные курсы развивающихся стран отклоняются вниз от ППС, а развитых – вверх (Рис. 3).
Рис. 3. Отношение номинального курса национальных валют к паритету покупательной способности в 2009 году
Примечание: рассчитано на основе вмененного курса международного доллара, используемого МВФ. Источник: World Economic Outlook Database, IMF
По данным МВФ, в 2009 г. текущий курс юаня составлял 55% от ППС, что находилось в одном ряду с показателями других развивающихся стран Азии. В России курс равнялся 58%, а в Польше – 63% ППС. Приведенные цифры не позволяют утверждать, что курс юаня в настоящее время занижен. Точно так же, как нельзя считать завышенными курсы норвежской кроны и швейцарского франка, хотя они в полтора раза выше ППС. Здесь уместно вспомнить девальвацию рубля в августе 1998 года. Кризис наступил в момент, когда курс поднялся до 70% ППС. По мнению многих аналитиков, для России – страны с переходной экономикой – данный уровень был завышен и не соответствовал рыночным реалиям. То, что сейчас курс рубля находится на более низкой отметке по отношению к ППС, усиливает эмпирическое обоснование данного утверждения.
Кроме ППС, существует несколько моделей равновесного курса. Их цель – рассчитать, при каком курсе экономика страны будет находиться в состоянии внутреннего и внешнего равновесия. Речь идет о нулевом или минимальном сальдо баланса по текущим расчетам, низкой инфляции, минимальной безработице и устойчивых темпах роста. Хотя данные модели позволяют выяснять, какой уровень курса лучше отвечает задачам экономического развития конкретной страны, они непригодны для международных сравнений. Тем более с их помощью невозможно измерить «справедливость» курсовых соотношений.
Трудно себе представить, как мировое сообщество могло бы заняться урегулированием валютного конфликта между США и Китаем, перейди он в острую фазу. Величина искомого курса неизвестна, а инструменты воздействия на участников поединка крайне ограничены. Да, G20 рекомендовала странам с активными балансами текущих расчетов наращивать внутренний спрос, а странам с пассивными балансами увеличивать размер сбережений и стимулировать экспорт. Начать первым, конечно, не захочет никто. Вернее, обе стороны осуществят небольшие подвижки, не противоречащие их текущим интересам. Китай, например, уже неоднократно повышал ставку рефинансирования и норму обязательного резервирования.
Решения G20 не имеют обязательной силы, и проведение их в жизнь зависит от приверженности участников общим целям. Средства принуждения возникают у МВФ, но только когда страна обращается к нему за кредитом. Изначально фонд создавался для помощи развивающимся и бедным странам на случай, если их отрицательное сальдо по внешним расчетам ведет к резкому обесценению национальной валюты. Механизмы МВФ не рассчитаны на то, чтобы заставить страну с главной мировой валютой восстановить баланс внешних расчетов или прекратить кредитную экспансию. Точно так же фонд не обладает полномочиями на случай заниженного курса валюты при большом профиците торгового баланса. То есть конфликт США и Китая выходит за пределы мандата МВФ. Тем более им не хочет и не будет заниматься ВТО, хотя некоторые склонны толковать конкурентные девальвации как необоснованные преимущества национальным экспортерам.
Еще один широко обсуждаемый выход – возвращение (частичное или полное) к золотому стандарту. С началом кризиса тема приобрела всемирную популярность, в России же с ностальгией стали вспоминать золотой червонец периода НЭПа. 8 ноября 2010 г. новостные ленты многих стран сообщили, что глава Всемирного банка Роберт Зеллик предложил привязать валюты ведущих экономик мира к золоту. Ничего подобного профессиональный экономист сказать, конечно, не мог. Дословно Зеллик заявил следующее: «Двадцатке следует дополнить ее программу восстановления экономики планом построения валютной системы, работающей на принципах взаимопомощи и отражающей экономические условия стран с формирующимися рынками. В новую систему, как представляется, нужно включить доллар, евро, иену, фунт и юань… Следует также рассмотреть возможность использования в данной системе золота как международного ориентира рыночных ожиданий в отношении инфляции, дефляции и будущей стоимости валют». В действительности возвращение к золоту невозможно, поскольку на этом пути лежит несколько непреодолимых препятствий.
Первое – золота недостаточно для того, чтобы обеспечить растущие потребности мировой экономики. Если курс валют будет жестко фиксирован к золоту, выпуск каждой новой банкноты должен будет сопровождаться новой порцией желтого металла, положенного в государственное хранилище. С 2004-го по март 2010 г. объем золота в резервах стран МВФ сократился с 898 до 871 млн унций (примерно с 28 до 27 тыс. тонн). Ежегодная мировая добыча золота держится в последние годы на уровне 2,5 тыс. тонн и не увеличивается, несмотря на рост цен. Почти половину названного объема добывают пять стран: Китай, Австралия, ЮАР, США и Россия (автор благодарит пользователя журнала old-pferd.livejournal.com за дискуссию и консультацию по вопросам добычи золота).
Отношение добычи к резервам составляет 9%, а ежегодный прирост денежной массы – не менее 6–8% (исходя из 4–5-процентного прироста ВВП и 2–3-процентной инфляции). Иначе говоря, привязав сегодня все валюты мира к имеющемуся золоту, мир очень скоро столкнется с его нехваткой для обеспечения нормального денежного оборота. И это при условии, что вся добыча пойдет в хранилища центробанков.
Вторая причина коренится в показанной выше взаимосвязи денежно-кредитной и валютной политики. При курсе, фиксированном к золоту, странам удастся сохранить свободное движение капиталов, только если они откажутся от проведения независимой денежно-кредитной политики. Другими словами, возвращение к золотому стандарту означало бы, что все страны переходят к режиму валютной палаты (currency board), при котором ЦБ фактически не может проводить антициклическую политику. Что станет при золотом стандарте с межбанковскими ставками, вообще трудно себе представить. Не исключено, что денежные рынки тихо отомрут.
Третья причина – золото не только денежный, но и обыкновенный промышленный товар. Спрос на него предъявляют ювелирная промышленность, а также электронная, электротехническая, космическая и передовое приборостроение. То есть при гипотетической привязке денег к золоту цели денежной политики будут вступать в противоречие с развитием высоких технологий. Коллизия, прямо скажем, не из лучших.
Общие выводы, которые следует сделать мировому сообществу, включая Россию, сводятся к следующим тезисам:
Трансформация мировой валютной системы в сторону многополярности, начавшаяся с введения в 1999 г. единой европейской валюты, медленно набирает силу. Участие в нынешнем валютном конфликте первой и третьей по величине ВВП стран мира придает происходящему важное геополитическое звучание.
Конфликт еще раз высвечивает проблемы, с которыми сталкиваются промышленно развитые страны ввиду усиливающейся глобализации. В последнее десятилетие они поддерживали экономический рост и уровень благосостояния во многом за счет увеличения государственного долга. Теперь этот источник близок к исчерпанию, а противоречие между экономическими центрами с разной стоимостью рабочей силы и разными системами социального обеспечения приобретает новые формы.
России следует максимально осторожно подходить к дальнейшей либерализации ее валютного режима и режима движения капиталов. Не исключено, что в ближайшее время отдельные страны начнут усиливать контроль над этой сферой, особенно если политика денежного смягчения в США усугубит волатильность курсов главных валют и мобильность спекулятивных капиталов.
Инструменты, имеющиеся у мирового сообщества для урегулирования валютного спора между Соединенными Штатами и Китаем, весьма ограничены. При благоприятном сценарии конфликт останется латентным. При неблагоприятном – выльется в общий рост протекционизма. Многое будет зависеть от того, насколько странам Запада удастся снизить уровень государственной задолженности. При втором витке долгового кризиса он приобретет геополитическое измерение.
О.В. Буторина – д. э. н., профессор, заведующая кафедрой европейской интеграции, советник ректора МГИМО (У) МИД России, член научно-консультативного совета журнала «Россия в глобальной политике».
Речь идет о квалифицированной рабочей силе. Государство Персидского залива хочет стать «новым Дубаем» в плане привлечения квалифицированных иммигрантов из-за рубежа.
Кувейт является четвертым по величине экспортером нефти в мире и нуждается в квалифицированных работниках из-за рубежа для того, чтобы диверсифицировать свою экономику, зависящую от нефти, утверждает Сами Алфарай, президент Центра стратегических исследований Кувейта.
По мнению бывшего советника министерства иностранных дел и премьер-министра Кувейта, «сливки экспатриантов собирает Дубай, в то время как нам достаются преимущественно необразованные иностранцы», пишет издание Arabian Business.
Напомним, что недавно о дефиците квалифицированных иммигрантов из-за рубежа заявляли власти Германии.
Сербская оборонная промышленность возвращается на мировую арену, констатирует британский «Экономист». 2011г. будет ключевым для дальнейшего развития этой отрасли сербской экономики. Ожидается реализация нескольких крупных контрактов, в первую очередь – ремонт и модернизация югославского танка М-84, приобретенного армией Кувейта, а также строительство военной больницы в Ливии, заявил министр обороны Сербии Д. Шутановац. Подъему оборонной промышленности и ее возвращению на мировой рынок способствовали экспортные контракты со странами Северной Африки, в частности с Ливией – на сумму в 400 млн. евро., подписанные в 2010г., сказал Д. Шутановац. По его оценке в этой отрасли сербской экономики повысился технический уровень, что способствует возвращению на рынки арабских стран, а также успешной конкуренции на европейском и американском рынках. Подписанные контракты обеспечили поступления свыше 1,2 млрд.долл. в 2010г. Сербское вооружение экспортируется в 56 стран, а основной статьей являются поставки стрелкового вооружения в Ирак и охотничьего оружия – в США. Если будут реализованы контракты с Кувейтом, о чем сейчас ведутся переговоры, сербская промышленность может стать координатором восточных и западных стран в поставках вооружения на мировой рынок.
Катар, ОАЭ и Кувейт лидируют среди арабских стран по состоянию здоровья и продолжительности жизни населения, сообщает в понедельник газета «Emirates business 24/7» со ссылкой на опубликованный в Каире социально-экономический отчет Лиги арабских государств о состоянии здоровья арабов по итогам 2008г.
Газета констатирует лидерство Катара среди более 20 арабских стран. Продолжительность жизни в этом эмирате, одной из самых богатых стран региона, составляет 78 лет.
Занимающий второе место Кувейт незначительно уступает лидеру по этой медико-демографической характеристике, обеспечив своим гражданам среднюю продолжительность жизни, достигающую 77,4г. Жители Эмиратов живут в среднем на полгода меньше.
Средняя продолжительность жизни в занимающем четвертое место Бахрейне равна 74.8г.
Саудовская Аравия не вошла в первую пятерку по этому показателю, составляющему в королевстве 73,4г., и пропустила вперед Тунис, жители которого в среднем живут на целый год больше.
Всемирная организация здравоохранения ставит своей задачей повышение величины продолжительности жизни до 75 лет на каждой определенной территории.
В то время как нефтедобывающие арабские страны Персидского залива достигли этой цели или близки к ее достижению, для ряда арабских госудрств повышение продолжительности жизни до 75 лет является задачей недостижимой в течение ближайших десятилетий. В Джибути, являющейся одной из беднейших арабских стран, продолжительность жизни населения едва превышает 43г. В Сомали она составляет 47 лет, а в Судане не превышает 60 лет. Остальные арабские страны более благополучны демографически, но даже 65-летний рубеж остается для них далекой целью. Виктор Лебедев
В Афганистане завершено строительство еще одного интерната при финансовой помощи правительства Саудовской Аравии. Выступая на церемонии открытия нового учебно-воспитательного заведения, замминистра труда и социальных проблем Нур Моманд отметил, что на строительство и оснащение интерната правительством Саудовской Аравии было выделено более $300 тысяч. Интернат, рассчитанный на одновременное обучение 400 учащихся, расположен на территории более 3 тысяч кв.м. и имеет классные комнаты, лабораторию, компьютерный зал.
Моманд сообщил, что в стране существует более 60 подобных учебно-воспитательных заведений, 10 из которых находятся под патронажем правительства Саудовской Аравии, в них обучается более 2 тысяч воспитанников, сообщает телеканал «Лемар».
Согласно другому сообщению, посольство Кувейта в Кабуле предоставило министерству высшего образования Афганистана 4 тыс. экземпляров книг по праву и экономике. В министерстве отметили, что полученная литература будет распределена среди библиотек факультетов права и экономики вузов страны.
В высших учебных заведениях страны ощущается острая нехватка учебной и научной литературы. По данным министерства, ранее подобную помощь министерству оказали посольства США, Франции, Германии, Ирана и Индии, передает телеканал «Ариана-ТВ».
Директор свободной экономической зоны (СЭЗ) «Кешм» Сейед Реза Мусави заявил, что в Декаду «Фаджр» (отмечается в Иране в первой декаде фев. – п.п.) на о-ве Кешм начинается бункеровка проходящих судов топливом, сообщает агентство «Арйа».
По словам С.Р.Мусави, согласие на оказание подобных услуг получено от гендиректора Иранской национальной нефтяной компании Ахмеда Калебани.
С.Р.Мусави отметил, что СЭЗ «Кешм» имеет выход в Персидский и Оманский заливы и занимает уникальное месторасположение. В непосредственной близости от о-ва Кешм проходит большое количество торговых судов и нефтеналивных танкеров, которые следуют через Ормузский пролив.
Все проходящие суда, следующие через Персидский залив в Ирак, Кувейт, Саудовскую Аравию, Арабские Эмираты, Катар, Бахрейн и Оман, вынуждены проходить вдоль южного побережья о-ва Кешм, и в этой связи СЭЗ «Кешм» обладает преимуществом с точки зрения предоставления судам необходимого им топлива. Iran News
Международная управляющая компания в сфере гостеприимства Jumeirah Group, входящая в состав Dubai Holding, подписала соглашение с крупнейшим в мире оператором беспошлинной торговли Dubai Duty Free об управлении отелем класса-люкс в Дубае. Новый отель расположен на территории знаменитого спортивно-развлекательного комплекса Aviation Club.
Гостиница в современном стиле, подчеркивающем его элегантную роскошь, предложит гостям 293 номера, два ресторана, два бара и два коктейль-бара, оздоровительный спа-комплекс, а также все условия для проведения деловых мероприятий. Она расположена вблизи международного аэропорта на территории всемирно известного спортивно-развлекательного центра Aviation Club, традиционного места проведения Дубайского чемпионата по теннису.
Из окон отеля открывается вид на знаменитый гольф и яхт-клуб Dubai Creek. Близость к аэропорту и богатый выбор спортивных и развлекательных площадок должны обеспечить отелю популярность не только среди бизнес-туристов, но и среди отдыхающих и путешественников, которые летят через Дубай в другие страны.
«Мы гордимся, что Dubai Duty Free выбрали именно нас для управления роскошным бизнес-отелем в самом сердце Дубая» – сказал исполнительный председатель совета директоров Jumeirah Group Джеральд Лолесс (Gerald Lawless).
Открытие отеля запланировано на 2011г., в течение которого Jumeirah введет в строй как минимум шесть отелей: Jumeirah Zabeel Saray в Дубае, Jumeirah Etihad Towers в Абу-Даби, Jumeirah Himalayas Hotel в Шанхае, Jumeirah Dhevanafushi и Jumeirah Vitavelli на Мальдивах, Jumeirah Frankfurt в Германии. Также в скором времени планируется открыть отели в Азербайджане и Кувейте.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter