Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Учения военно-воздушных сил США и девяти ближневосточных стран пройдут в Бахрейне с 8 по 18 апреля, в маневрах, как ожидается, примут участие 22 военных самолета, сообщает в воскресенье агентство Синьхуа со ссылкой на местные СМИ.
По имеющимся у Синьхуа данным, в учениях примут участие США, Бахрейн, Саудовская Аравия, Оман, ОАЭ, Кувейт, Иордания, Египет, Турция и Пакистан. Маневры нацелены на поддержание безопасности и стабильности в Персидском заливе.
Учения пойдут на фоне непростой внутриполитической ситуации в бахрейнском государстве. В середине февраля 2011 года в здесь начались массовые народные волнения. В демонстрациях и акциях протеста участвовали оппозиционные силы, представленные в основном мусульманами-шиитами, составляющими 75% населения Бахрейна. Демонстранты требовали демократических реформ и предоставления им таких же прав, какими обладает правящее суннитское меньшинство.
Выступления оппозиции в Бахрейне были подавлены в марте при участии воинского контингента, направленного в Бахрейн Советом сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). В стране прошли аресты активных участников беспорядков, из которых более 400 человек были преданы суду. Подразделения воинского контингента ССАГПЗ до сих пор остаются на территории королевства. В сентябре в Бахрейне в связи с проведением довыборов в парламент поднялась новая волна протестных выступлений оппозиции, продолжающаяся до сих пор.
На днях несколько афганских бизнесменов заявили, что импорт мрамора из Пакистана, Китая и Ирана наносит урон их бизнесу. В настоящее время в Кабуле действует 100 фабрик, связанных с этой индустрией.
Представитель камнерезного завода сообщил журналистам, что большое количество импортируемого мрамора обусловлено его низкой стоимостью и высоким качеством. Он обратился к правительству с просьбой принять меры против контрабанды мрамора и поддержать местных производителей снижением цен на материалы, круглосуточным электроснабжением и охраной месторождений.
Другой бизнесмен сообщил журналистам, что месторождения мрамора высокого качества в провинциях Вардак, Газни и Бамиан невозможно разрабатывать из-за угрозы безопасности. По его словам, с тех пор, как в провинцию Герат стал поступать мрамор из Ирана и Пакистана, местная добыча мрамора пришла в упадок. В Кабуле тоже предпочитают закупать мрамор из Пакистана из-за его низкой стоимости, добавил он.
Аналитики также считают, что правительство Афганистана должно поддерживать собственные производства. Тадж Мохаммад Акбар, профессор факультета экономики Кабульского университета, заявил, что не принять серьёзные шаги в этом направлении «было бы предательством нации».
Джавид Омар, представитель пресс-службы министерства шахт и горной промышленности Афганистана, заявил, что правительство не может запретить импорт, поскольку это противоречит рыночным законам. Он, однако, направил президенту Карзаю предложения по поддержке отечественных полезных ископаемых. Он заявил, что эти предложения могут существенно улучшить ситуацию с добычей мрамора в Афганистане, однако не стал вдаваться в подробности, передает телеканал «Ариана-ТВ».
Строительство Рогунской ГЭС стало в Таджикистане не только национальной идеей, но также и дополнительным способом подзаработать «под шумок» многим завязанным на этом проекте чиновникам. Ну и, конечно, не осталась в стороне от этого лакомого куска и первая семья страны.
Известно, что согласно заключенной договоренности, в Таджикистан на строительство Рогунской ГЭС ежемесячно завозится 120 т. цемента, произведенного на пакистанских заводах «Фаузи» и «Аскари». Оба завода, находящиеся под непосредственным руководством минобороны Пакистана, являются крупными производителями строительных материалов в стране (до 60%). Однако, как выяснилось, не только этим оказался интересен пакистанский производитель стройматериалов. Все операции по сопровождению и доставке груза контролируются лично руководством спецслужб ИРП, а также послом Пакистана в Таджикистане А. Хуссайном. Такая заинтересованность вполне объяснима, если учесть, что вместе с цементом, абсолютно беспрепятственно доставляемым в Таджикистан на грузовых автомобилях через мосты на реке Пяндж, в нашу страну в мешках из-под цемента транспортируется героин пакистанского производства. В Таджикистане эту часть груза контролирует уже непосредственно президентская семья. Сразу после пересечения границы, помеченные мешки изымаются и увозятся в «известном» направлении, а затем этот героин «всплывает» в России, Европе и т.д. Солдаты и командный состав 209-военизированной автоколонны «Шоин», отвечающие за транспортировку «цемента» не раз были свидетелями такого «отъема».
Некоторая часть поступившего пакистанского цемента тут же расфасовывается в мешки, где в качестве производителя обозначена Российская Федерация, и реализуется афганским предпринимателям. Происходит же это с той лишь разницей, что в Таджикистан из Пакистана цемент поступает по стоимости 150 долл. США за 1 т., а в Афганистан этот же цемент под уже российской маркой продается по 220 долл. США за 1 т. Арифметика весьма простая. Другими словами, большая часть цемента до «стройки века» так и не доходит – сначала «свое» забирает клан Рахмона, потом – пограничники и службисты. Это только одна из афер, которые в огромном количестве закручены вокруг строительства Рогунской ГЭС. Дж. Восиев.
Наибольший объем безвозмездной, гуманитарной и технической помощи, поступившей в РФ в прошлом году, был направлен из Италии и составил 102,5 миллиона долларов, следует из сообщения Федеральной таможенной службы России.
Это почти половина от 214,6 миллиона долларов помощи, поступившей в РФ в 2011 году. В целом иностранцы нарастили такие поставки в Россию за год на 90%. Большая часть итальянских средств - 101,8 миллиона долларов - это техническая помощь.
Среди основных "импортеров помощи" также Япония - 62,6 миллиона долларов, Германия - 19,2 миллиона долларов, США - 8,6 миллиона долларов, Швеция - 8,2 миллиона долларов и Великобритания - 3,6 миллиона долларов. Во всех случаях наибольший объем средств приходится на техническую помощь.
Россия также не осталась в стороне и помогла нуждающимся государствам в прошлом году на сумму 63,3 миллиона долларов, что, правда, на 12% ниже уровня 2010 года.
Больше всего отечественных средств досталось Никарагуа - 28,9 миллиона долларов, на втором месте КНДР - 14,9 миллиона долларов. Более 99,5% этих сумм приходится на безвозмездную и гуманитарную помощь.
На третьем месте оказались США, которые получили из России чуть более 5 миллионов долларов в основном технической помощи. Далее Монголия - 2,8 миллиона долларов, Пакистан - 2,7 миллиона долларов, Афганистан - 2,3 миллиона долларов и Узбекистан - 1,3 миллиона долларов.
РФ чаще всего помогала продовольствием - 26,5 миллиона долларов, машинами и оборудованием - 24,3 миллиона долларов, древесиной - 4,9 миллиона долларов, химической продукцией - 4,5 миллиона долларов.
Больше всего в нашу страну поступило машин и оборудования - на 195,9 миллиона долларов, химической продукции - на 12,4 миллиона долларов, других товаров - на 3,3 миллиона долларов и металлов - на 1,7 миллиона долларов.
![Главное](/images/star.png)
Накануне 8 марта Владимир Путин поздравил журналисток правительственного пула и всех женщин России с наступающим праздником, а также ответил на ряд вопросов.
В.В.Путин: Я хочу поздравить всех женщин нашего журналистского пула с приближающимся праздником 8 марта. Знаю, что вы работали очень много, видел сам, своими глазами. В этой связи хотел бы, выражаясь известным языком, отметить ещё, что «есть женщины в русских селениях»... Мы с вами часто и много ездим по стране, сами видите. Так что я, как говорится, в вашем лице, хочу поздравить всех женщин страны, пожелать всего самого хорошего, самого доброго, счастья, любви и хорошего настроения, праздничного, потому что весна начинается. Слава Богу, прошли все внутриполитические встряски и дрязги. Очень рассчитываю на то, что мы в хорошем рабочем ритме приступим к осуществлению всех планов, о которых так много говорилось в последние месяцы и недели. Поздравляю, желаю всего самого хорошего!
Вопрос: Спасибо большое! А Вы нам обещали из планов рассказать различные интересные новости, в том числе какие будут кардинальные изменения в Правительстве сразу после того, как всё состоится. Всё состоялось, мы Вас поздравляем, а вот теперь?
В.В.Путин: Спасибо большое. А вот мы сейчас с Дмитрием Анатольевичем как раз собираемся это обсудить. Сегодня вечером, завтра, послезавтра – в ближайшие дни будем об этом говорить.
Вопрос: А какие кардинальные изменения Вы не расскажете пока?
В.В.Путин: Пока не расскажу, нам нужно сначала вдвоём с этим разобраться. Идеи есть определённые, просто зачем же раньше времени об этом публично говорить? Сначала нужно, чтобы всё это было положено на бумагу.
Реплика: Интересно.
В.В.Путин: Я понимаю.
Вопрос: Владимир Владимирович, в предпраздничную тему. В последнее время было несколько выступлений женских коллективов в Ваш адрес. Одно было в Храме Христа Спасителя, другое – на вашем избирательном участке. Как Вы к такой активности относитесь?
В.В.Путин: Я не видел даже, и не очень понимаю, о чём вы говорите. Если бы вы мне рассказали поподробнее…
Реплика: На избирательном участке девушки обнажились.
В.В.Путин: Я уже ушёл?
Ответ: Не дождались Вас немножко.
В.В.Путин: Сожалею.
Вопрос: Исполнили песню в Ваш адрес. Что Вы думаете по поводу такого внимания женского?
В.В.Путин: Пели хорошо? Если они нарушили порядок, заведённый в храме, то я приношу свои извинения всем верующим и священнослужителям за них, если они не смогли этого сделать сами. Надеюсь, что это больше не повторится.
Вопрос: Владимир Владимирович, грузинская телекомпания «Имеди». Пользуясь случаем, хотела бы задать вопрос.
В.В.Путин: Пожалуйста.
Вопрос: Как Вы думаете, какие будут российско-грузинские отношения во время Вашего президентства? Вы же понимаете, что ни один грузин не смирится с тем, что наша территория так разрозненна. И всё-таки никому не нравится решение российской стороны о признании Абхазии и Южной Осетии независимыми.
В.В.Путин: Разве может кому-нибудь понравиться решение атаковать с помощью силы миротворцев? Это ведь тоже никому не понравилось. Во всяком случае у нас в России, особенно когда люди погибли. Но это же решение было принято, поэтому это результат не наших действий, это результат действий, к сожалению, сегодняшнего грузинского руководства.
Много раз говорили, и ещё раз хочу подчеркнуть: у нас особые отношения с грузинским народом и мы надеемся, что решение будет найдено. Но говорить преждевременно об этом и, наверное, не имеет смысла. Сегодня Президентом Российской Федерации является Дмитрий Анатольевич Медведев, он руководит внешней политикой. Пожалуйста, вопросы к нему. А потом посмотрим, что дальше будет.
Вопрос: Владимир Владимирович, кстати, Вы до инаугурации хотите продолжать работать Премьер-министром или всё-таки переедете в Кремль до 7 мая?
В.В.Путин: Зачем? У меня здесь рабочее место моё, куда мне переезжать? Дел полно! А кто же работать будет? Я на мостике отстою до конца.
Вопрос: Кстати, а Вы не хотите отдохнуть сами после предвыборной кампании?
В.В.Путин: Нет. Зачем?
Вопрос: Ну как, в отпуск пойти?
В.В.Путин: Нет. Я уже забыл, что такое отпуск. Мне будет некомфортно.
Вопрос: А когда Вы всё-таки переедете в Кремль, как будут выстраиваться отношения с оппозицией у государства? Будут ли они углубляться после таких массовых выступлений? Считаете ли Вы их реальной политической силой?
В.В.Путин: Реальной политической силой они станут тогда, когда воспользуются плодами предложенной реформы, встроятся в эту политическую систему, будут в состоянии сформулировать не только свои требования, но и свои предложения по развитию страны. И докажут какому-то количеству избирателей в отдельных регионах страны либо стране в целом, что их предложения являются привлекательными и люди им верят. Вот тогда они станут реальной политической силой.
Вопрос: Тогда будете с ними сотрудничать?
В.В.Путин: Почему? Мы и сейчас с ними сотрудничаем. Разрешение на проведение определённых массовых митингов, манифестаций – это же тоже сотрудничество. Президент Медведев с ними встречался – это же тоже сотрудничество. Как же? Мы же с ними в контакте постоянном.
Вопрос: Владимир Владимирович, Вы говорили, что надо закрыть вопрос о приватизации 1990-х годов. Собираетесь ли Вы дать какое-то поручение? Когда это может произойти? И как это всё будет выглядеть?
В.В.Путин: В принципе коллеги думают над этим, но, повторяю, здесь несколько элементов. Первое. Нужно найти такую формулу, которая была бы приемлема и для приватизаторов 1990-х годов, и для общества, для общественности, чтобы эта тема была закрыта окончательно. Можно ли найти такую формулу? Я не знаю. Я ведь когда об этом говорил, я прямо сказал, что это было предложение Григория Алексеевича Явлинского. Я считаю, что хорошо было бы такую формулу найти. Сможем ли мы это сделать? Я не знаю. В принципе коллеги в Правительстве тоже думают над этим. Посмотрим, что из этого получится. Мы готовы и с Григорием Алексеевичем, с его командой подумать вместе, активно поработать. Вот ваша коллега спрашивала по поводу сотрудничества с оппозицией, да мы всегда сотрудничали с оппозицией. Вы разве подзабыли, что «Правое дело» я же поддерживал – создание партии «Правое дело», поддерживал их прохождение в Думу предыдущего созыва. И они там были, работали, но, к сожалению, в следующий-то раз у них ничего не получилось. Это не наша вина, это их вина. Некоторые люди работают и сейчас из этих кругов. Антимонопольную службу возглавляет достаточно активный яблочник и работает хорошо. Один из лидеров «Правового дела», бывший, у нас возглавляет «Росатом», работает блестяще. Лукина я в своё время поддержал на известную позицию защитника прав человека. Он пользуется уважением в обществе, работает абсолютно независимо, под власть не подстраивается, но ведёт себя очень корректно при этом. Он интеллигентный человек, очень грамотный, последовательный и объективный. У нас много людей и во власти, пришедших из оппозиции. Это практика нашей работы. Здесь нет ничего необычного. Просто кто-то из оппозиции хочет себя сначала заявить на улице, но этого недостаточно, понимаете? Заявить себя можно, нужно программы предъявлять – программы реального позитивного развития. Кричать, что всё, караул, поезд ушёл или вокзал уехал, это, конечно, интересно, но надо же двигаться вперёд на этом поезде.
Реплика: Соединённые Штаты Америки планируют опубликовать…
В.В.Путин: Чего они там планируют? Коварные...
Реплика: Сейчас я Вам раскрою одну страшную тайну.
В.В.Путин: …коварные Соединённые Штаты, что они там опять задумали?
Ответ: Они планируют опубликовать данные банковских вкладов на граждан Америки, и не секрет, что…
В.В.Путин: На граждан Америки?
Ответ: Граждан США.
В.В.Путин: И пускай. Это их дело, но есть банковская тайна. Они решили нарушить банковскую тайну?
Ответ: Да, такое постановление…
В.В.Путин: Это очень хорошо, если я вас правильно понял, они решили похоронить банковскую тайну. Это очень хорошо, потому что все побегут тогда открывать счета в наших банках. Мы работаем прозрачно, в рамках известных международных процедур, финансовая разведка у нас работает эффективно. Но банковская тайна соблюдается. И если они решили в Штатах уничтожить банковскую тайну, то уверяю вас, даже законопослушные вкладчики будут искать место для вложений своих денег в других регионах мира.
Вопрос: Вопрос в чём: не секрет, что много лиц, аффилированных к российским чиновникам, которые имеют двойное гражданство. Собирается ли Администрация Президента, Правительство России в случае обнародования таких данных об этих двойных гражданствах родственников чиновников принимать какие-то меры? Или это нормально, на Ваш взгляд?
В.В.Путин: Что надо сделать? Вот совсем недавно я на встрече с вице-премьером Сечиным Игорем Ивановичем дал дополнительные поручения по вскрытию различных аффилированностей руководителей госкомпаний или компаний с государственным участием, с их поставщиками и контрагентами и клиентами, вплоть до предъявления всех сведений о счетах, доходах и так далее. Более того, мы решили ужесточить наше законодательство. Вот в тех же Штатах есть правило, как мне сказали (мне показали, надо ещё проверить, чтобы юристы поработали), что даже непредоставление сведений или отказ в предоставлении сведений может быть поводом для возбуждения уголовного дела. Вот мы по этому пути и пойдём. Что нужно ещё, вы мне скажите, мы примем любое ваше предложение, говорите прямо, не стесняйтесь.
Ответ: Мне кажется, что неправильно, если человек работает на государственной службе, в министерстве, а дети у него имеют двойное гражданство, и не потому что там…
В.В.Путин: А, ну это хорошая мысль. То есть, по вашему мнению, вообще нужно запретить работать на госслужбе всем иностранным гражданам?
Реплика: Мне интересно Ваше мнение.
В.В.Путин: Да, но давайте тогда сделаем следующий шаг, давайте запретим работать в общенациональных средствах массовой информации людям с иностранным паспортом или двойным гражданством или с грин-картой. Если я вас правильно понял, если мы будем действовать так последовательно и логично, то это следующий шаг. Давайте мы посоветуемся с обществом и примем такое решение, я не возражаю. А то у нас в некоторых средствах массовой информации работают исключительно иностранные граждане, это точно я могу сказать, точно, 100%. Есть средства массовой информации, носящие общенациональный характер, там работают практически только иностранцы. Вот такого средства массовой информации с подавляющим количеством сотрудников, имеющих российское гражданство, в Штатах, скажем, нет и даже представить себе невозможно, просто невозможно себе представить. Вы понимаете? Это невозможно. Их убьют на месте просто, административно, финансово.
Реплика: Но у нас же демократическое государство.
В.В.Путин: А у нас в отличие от них демократическое государство.
Вопрос: Как вы оцениваете действия полиции 5 марта?
В.В.Путин: Очень профессионально, никого не били, спецсредства не использовали, оттеснили их после того, как они начали нарушать.
Реплика: Но сколько задержанных журналистов и в Москве и в Питере...
В.В.Путин: Вы знаете, что есть и спасённые журналисты с помощью полиции? Потому что участники митинга их начали бить. Вам это известно? Да. Один журналист упал, побежал, его начали догонять и пытались бить. И сотрудник полиции прятал его в своей машине. Полиция обязана, я хочу это подчеркнуть, обязана добиваться от всех исполнения закона. Митингующие взяли на себя определённые обязательства, и в рамках действующего законодательства им всё было дозволено. После того как они начали нарушать закон, а они начали делать это сознательно, и публично, и открыто, полиция вынуждена была соответствующим образом действовать, причём действовала очень корректно, на мой взгляд, понимая при этом, что ряд митингующих добивается того, чтобы к ним была применена сила. У сотрудников полиции достаточно сил и средств, для того чтобы решать в рамках действующего законодательства те задачи, которые перед ними стоят.
Вопрос: Владимир Владимирович, а как вы относитесь к сегодняшнему заявлению Лиги избирателей, которая не признала результаты выборов?
В.В.Путин: Лига избирателей не признавала ещё до выборов, понимаете? Поэтому никакой новизны здесь нет для меня, понимаете? Ну что здесь такого? Они сначала признали, они сначала сказали, что больше 50% ваш покорный слуга набрал, а теперь подумали, в носу поковыряли и сказали, нет, пожалуй, это будет для нас многовато.
Реплика: Они говорят, больше 50%, но меньше 63%.
В.В.Путин: Нет. Они сначала сказали – больше 50%, а теперь уже говорят – меньше 50%.
Вопрос: А можно про выборы спросить?
В.В.Путин: У них семь пятниц на неделе. Я думаю, что для всех всё-таки было интересно и небесполезно наблюдать активность наших граждан на избирательных участках. Вы знаете, когда участки только открылись, даже наши коллеги-наблюдатели иностранные рот открыли от того, как и в каком количестве люди приходят на участки. Началось всё с востока. Скажем, на Чукотке. Там очередь просто! До сих пор картинки есть, сфотографировали. Очереди! Как люди пришли – в большом количестве сразу же. Наблюдатели говорят, у нас такого никогда нет. У них полупустые участки избирательные, а у нас есть. И это видно. Это не придумано.
Реплика: Может, это очереди из-за автобусов, которые… Карусели, говорят, там были?
В.В.Путин: Вы знаете, 45 млн человек на автобусах не перевезёшь. Есть вещи, против которых спорить невозможно, хоть, вы извините… Не буду говорить перед 8 марта. Есть вещи, понимаете, против которых невозможно ничего сказать. Если люди пришли и проявили свою волю в таком массовом масштабе, в таком масштабе, то здесь чего бы ни говорили… Вы знаете, нарушения возможны, наверное, они были, но они могут повлиять на сотые процента, ну на процент какой-то, ещё могу себе представить. Но не больше того. Не больше! Вы спросите у экспертов-то, которые неангажированные: если применять какие-то там антизаконные средства мобилизации электората, к чему это приведёт? Ну, 1%, максимум 2% – это невозможно даже себе представить. И вот понятно, что проигравшим всегда не нравится поражение, ничего здесь необычного нет, но это надо признать. Но вы знаете, в чём дело? Вот когда говорят: власти должны прислушиваться к тому, власти должны прислушиваться к этому, но наши оппоненты тогда тоже должны прислушиваться к тому голосу народа, который сказал своё слово. Почему это происходит? Вот я же вспомнил, «Правое дело» прошло когда-то в Парламент при моей прямой поддержке. А потом нет, мы им не противодействовали. Почему так получилось? Почему они провалились? Значит, то, что они предлагают обществу, обществу не очень нравится как минимум. Отдельные люди работают хорошо и идеи отдельные правильные, но в целом людям не нравится, понимаете? И они должны тоже для себя выводы делать, а не просто гнилым зубом на власть цыкать, понимаете? На себя пусть посмотрят.
Реплика: Можно скажу про выборы, но с другой стороны.
В.В.Путин: Пожалуйста, давайте с другой стороны.
Реплика: Российский избиратель сделал свой выбор, он выбрал Вас Президентом, но ведь свой личный выбор делали и Вы.
В.В.Путин: Да, я тоже голосовал. Наверное, догадываетесь за кого.
Реплика: Нет, я имею в виду не голосование, я имею в виду более серьёзный выбор, который касается будущих шести лет, которые, естественно, вряд ли Вы рассчитываете, что они будут лёгкими.
В.В.Путин: Конечно. Сейчас начинается самое главное – начинается работа по реализации того, о чём было сказано, что было заявлено.
Вопрос: Как Ваши родные и близкие к Вашему выбору отнеслись? Вы вообще советовались с ними, спрашивали?
В.В.Путин: Их это не очень радует.
Вопрос: Ну а что говорили вообще?
В.В.Путин: Ну, всё-таки это совсем интимное дело, можно я не буду об этом говорить публично.
Вопрос: Можно уточню ещё маленький вопрос. Вы сказали «поживём – увидим» насчёт российско-грузинских отношений. Есть какие-то заготовки? Вот Грузия уже отменила в одностороннем порядке визовый режим. Будете со своим коллегой как-то отношения ставить?
В.В.Путин: У нас безвизовый режим со странами СНГ, но Грузия вышла из СНГ.
Реплика: Но была в СНГ – визовый режим был.
В.В.Путин: Да, но было в связи с известными событиями всё это сделано. Вот теперь она и из СНГ ещё вышла.
Вопрос: То есть шесть лет то же самое останется?
В.В.Путин: Не знаю. Выборы в Грузии когда?
Ответ: От этого зависит?
В.В.Путин: От этого тоже очень многое зависит.
Реплика: Да нет политика такого, который признает Абхазию и Южную Осетию, понимаете, и который…
В.В.Путин: А вы что хотите от России? Чтобы Россия заставила Абхазию и Южную Осетию силой, что ли?
Ответ: Вывести войска из Абхазии и из Осетии.
В.В.Путин: И вы туда опять зайдёте своими войсками? Так, что ли?
Ответ: Ну почему?
В.В.Путин: Как почему? Вы уже однажды так сделали. Именно поэтому. Ведь если бы этого не было, то другая была бы ситуация. Вспомните, когда эти события тяжёлые начались, военные действия, Вы забыли, что я сказал? Первая фраза, которая была мною произнесена, я сказал: «Саакашвили совершил преступление против своего народа, против Грузии!» Он добился отторжения территории. Теперь как с этими людьми договариваться? Вот в чём ошибка-то! Ведь мы с Михаилом Николаевичем (Саакашвили) много раз говорили на этот счёт. Я не знаю, здесь ничего такого особенного нет, если я скажу об этом, я ему много раз говорил: «Михаил Николаевич, только не доводите до кровопролития!» Надо договариваться с этими людьми! Это же не вчера возникло, и не в результате провокаций со стороны России. А в 1921 году что было? Вы не знаете? Почитайте историю. Знаете ведь, правда? А в 1919 году? Эти рейды – двух или трёхкратные рейды. И в прежние тоже времена. Всё не просто! Межэтнические отношения – очень тонкая вещь. И нужно выстраивать отношения с этими людьми. Он сказал: «Да, конечно! Обязательно! Мы так и будем делать». А что сделано на самом деле? Всё наоборот. Мы с ним говорили о том, что мы не будем вмешиваться в Аджарии, когда там начнутся события, несмотря на наличие нашей базы. Я вам даю слово, мы пальцем не пошевелили, мы не вмешались. Он потом мне сказал: «Да, действительно Вы сдержали слово». А как поступило грузинское руководство? Мы договорились с ними о том, что мы создадим на месте нашей базы контртеррористический центр. Ну и где это всё? А когда я предложил Михаилу Николаевичу: «Давайте соглашение подпишем о том, что там будет антитеррористический центр», он сказал: «Нечего подписывать-то». Я говорю: «Ну как же? Соглашение». «Ну, если мы не хотим выполнять, так мы и соглашение выбросили». Ну, вот тебе здрасте! Как договариваться-то с такими людьми? О чём? Это почти прямая речь. Я знаю, Михаил Николаевич услышит, конечно, то, что я сейчас говорю, будет опровергать или как-то высказываться…
Реплика: Галстук.
В.В.Путин: Но Бог с ним, с галстуком. Человек нервничал, ничего страшного, бывает. С каждым может случиться. Я без всякой иронии сейчас говорю. Но, то, что я сейчас рассказал, это правда. Я не прибавил ни одного слова. Ну как нам с ним договариваться? И о чём?
Вопрос: То есть нового президента ждёте?
В.В.Путин: Грузинский народ определяет, кто должен быть президентом Грузии, а не мы. Мы свою позицию высказали, сформулировали. Не мы были инициаторами той трагедии, которая произошла, но, наверное, грузинское руководство должно что-то сделать, для того чтобы как-то поменять ситуацию.
Вопрос: Владимир Владимирович, скажите, пожалуйста, а Прохоров в Вашем Правительстве, когда Вы станете Президентом, какую позицию может занять? И Кудрин?
В.В.Путин: Вы знаете, я же уже сказал вашей коллеге, ещё раз могу повторить, мы только сегодня вечером, завтра, послезавтра будем с Дмитрием Анатольевичем обсуждать эти темы, поэтому говорить заранее, я считаю, некорректно.
Реплика: Но возможно, что они будут…
В.В.Путин: Михаил Дмитриевич человек серьёзный, предприниматель хороший, в принципе он мог бы быть востребован, наверное, в Правительстве, если он сам захочет. Я не знаю, захочет ли он. Но это надо нам, ещё повторяю, с Медведевым Дмитрием Анатольевичем поговорить.
Вопрос: Каким будет Ваш первый указ после инаугурации?
В.В.Путин: Ой, я не знаю.
Вопрос: Изменится ли отношение России к ситуации в Сирии и Иране?
В.В.Путин: Нет, у нас внешнюю политику осуществляет Президент, МИД под руководством Президента. Но мы же наиболее ключевые вопросы обсуждаем на Совете безопасности, на совещании Совета безопасности. Мы все в курсе этих событий. И у нас, конечно, у каждого есть и своё мнение, мы же все люди, понятно, но в целом по ключевым вопросам у нас есть консенсусы, и не думаю, что здесь будут какие-то кардинальные изменения.
Вопрос: А можно ли представить ситуацию, что Асаду (Башар аль-Асад – Президент Сирии) будет, предположим, политическое убежище предоставлено в России?
В.В.Путин: Мы даже не обсуждаем это.
Реплика: А вот последнее заявление Израиля о том, что необходимо решать военным путём иранские вопросы.
В.В.Путин: Я думаю, что военным путём лучше вообще ничего не решать. Я уже много раз по этому поводу высказывался, мы против любых военных действий особенно в таком чувствительном регионе, как Ближний Восток.
Вопрос: А можно ещё один вопрос? Возвращаясь к будущему. И Вы, и Дмитрий Анатольевич говорили о том, что Правительство ждут существенные кадровые перемены.
В.В.Путин: Так и будет.
Вопрос: Ждут ли существенные изменения Администрацию Президента?
В.В.Путин: Так там уже начались существенные изменения. Вот Сурков перебрался в Правительство.
Вопрос: А Иванов сохранит свою должность?
В.В.Путин: Иванов? Думаю, да, почему нет? Я его знаю давно, он очень опытный человек.
Вопрос: А сохранится ли такая должность, как советник Президента по работе с «большим правительством»?
В.В.Путин: Не знаю. Думаю, что нет. Это всё должно канализироваться уже в работу самого Правительства.
Вопрос: Все спорят, каким будет Путин в этом сроке. Он будет закручивать гайки? Каким он будет?
В.В.Путин: Обязательно. А как же? Не расслабляйтесь.
Реплика: Вы накануне выборов говорили, что сократите количество мигалок, но…
В.В.Путин: Сократим, точно!
Реплика: Вот эти особые номера.
В.В.Путин: Но мы сделаем ещё, наверное, до инаугурации. Мы уже с Дмитрием Анатольевичем это обсуждали. Никто же не против! Нам достаточно сложно воевать с теми людьми, которые с удовольствием пользуются этим, потому что мы их сократим-сократим, а они опять потом растут как грибы. Мы разговаривали с Дмитрием Анатольевичем. Я думаю, что в самое ближайшее время решим.
Вопрос: А блатные номера АМР, ЕКХ и пр.? Если их лишать мигалок, они же по-прежнему будут пользоваться спецполосами и прочим. Как с ними быть?
В.В.Путин: Честно говоря, не знаю даже, про блатные номера первый раз слышу.
Реплика: Такие особые номера, скажем.
В.В.Путин: Я даже не знал, что такие есть. Но если такие есть – значит, поработаем в этом направлении. Но как-то чиновники высокого ранга должны иметь возможность доехать до работы, конечно, но без всяких мигалок и без трещоток.
Вопрос: Владимир Владимирович, скажите, Вас все поздравили уже или кто-то ещё не поздравил? В частности, с Обамой Вы разговаривали?
В.В.Путин: Нет, с Обамой не разговаривал. Разговаривал с Саркози сегодня, разговаривал с Ху Дзинь Тао, разговаривал с Премьер-министром Индии, с Премьером и Президентом Пакистана, с Премьер-министром Великобритании. Много коллег. И из СНГ многие позвонили.
Реплика: Он Вас в Чикаго ждёт в мае.
В.В.Путин: Нурсултан Абишевич звонил, из Азербайджана, из Грузии… Ой, пардон, из Грузии, к сожалению, пока не звонили. Из Армении.
Вопрос: Вы поедете в Чикаго на встречу с ним?
В.В.Путин: Посмотрим. До Чикаго ещё сколько времени.
Реплика: Город неплохой.
В.В.Путин: Город, да, говорят, хороший. Там Аль Капоне жил, по-моему, да?
Реплика: Символично.
Вопрос: Дмитрий Анатольевич сделал предложение о том, чтобы пересмотреть обоснованность приговоров Ходорковскому и Лебедеву. Как Вы относитесь к этому предложению? Освободите ли Вы их, когда будете Президентом?
В.В.Путин: Послушайте, я уже много раз на этот счёт высказывался. Есть судебные решения, они вступили в законную силу. И есть законом предусмотренные процедуры, связанные с возможным освобождением. Если есть у кого-то желание идти по пути реализации этих процедур – пожалуйста. Дмитрий Анатольевич действительно такое поручение дал, я здесь не вижу ничего особенного. Комиссия по правам человека обратилась к нему с этой просьбой, и он направил соответствующее поручение в прокуратуру. Я думаю, что это правильно. Это же Комиссия по правам человека при Президенте, и если у людей есть какие-то сомнения, то Президент с уважением отнёсся к этим людям и дал поручение. Но, друзья мои, мы всё говорим о какой-то политической стороне дела. Но вы чего? У вас глаза есть? Уши есть? Вы читать умеете? Вы читали решение Европейского суда по правам человека? Читали или нет? Поднимите и посмотрите, что там написано. Там написано, что Европейский суд по правам человека не усматривает там политической подоплёки. Нет, всё долбят и долбят, долбят и долбят. Сколько у нас заключённых, находящихся в местах лишения свободы за совершение преступлений в сфере экономики? Вы хотя бы об одном из них вспомнили?
Но что я хочу сказать? Путь есть. Путь есть! Он предусмотрен законом. Пожалуйста, пускай по этому пути идут. Никто не против. Все добиваются политического решения, а есть юридические способы. Пожалуйста. Никто же не хочет это делать.
Вопрос: Владимир Владимирович, Сечин считается самым влиятельным человеком в Кабинете Вашем, уходящем…
В.В.Путин: Да что вы? Я думал, это я…
Вопрос: Вас выделяют особенно, да. Вы за что Сечина цените?
В.В.Путин: За его профессионализм и хватку, за умение доводить дело до конца. Если он за что-то берётся, можно быть уверенным, что дело будет сделано, это очень важно в исполнительных органах власти.
Реплика: Спасибо.
В.В.Путин: Спасибо большое.
Мои таджики
Варки Темур (Темур Аминович Клычев) — поэт, филолог, журналист. Родился в 1962 г. в Душанбе. Окончил факультет русского языка и литературы Таджикского ун-та. Как поэт печатался в журнале “Памир” и “Дружба народов” (2010г., № 7). Работал в Институте языка и литературы им. Рудаки АН ТаджССР, стажировался в Институте русского языка им. Пушкина АН СССР в Москве. В начале гражданской войны в Таджикистане в 1992 г. уехал в Москву, где работал и дворником, и строителем. В настоящее время — радиожурналист. Живет в Подмосковье.
Памяти моей матери — Веры Ивановны Клычевой,
урожденной Бахмал Холмуродовой
Об истории и душе таджиков и других ирано-язычных народов историками, этнографами и филологами и, конечно же, поэтами написаны тома книг. Но и это капля в море истории, которой не сотни, а тысячи лет. Капля в море истории единого мирового океана с его закольцованными течениями, островами, атоллами, невидимыми берегами и недостижимыми глубинами. Как сказать свое слово об этом древнем народе, чтобы это было и ново, и узнаваемо, и интересно? Я долго ломал над этим голову, впадая то в пафос, то в малодушие. Я решил рассказать о древнем, но живом во всех смыслах народе через встречи своей жизни, о своих личных наблюдениях и ощущениях, о своем опыте общения с живыми и теми, память о которых жива. Поэтому путешествие своих воспоминаний я хочу начать именно с востока, со стороны восходящего над Таджикистаном солнца. Не только потому, что согласно некоторым историкам предки таджиков пришли в эти горы с востока, из южной Сибири, из Алтая, хотя другие не менее авторитетные ученые считают, что индо-арии пришли из степей Причерноморья. Но и потому, что в изолированных прежде по полгода ущельях на Памире сохранились реликтовые языки и наречия северо-восточных иранцев. Там, на Памире, на крыше мира, в живописных ущельях сказочной красоты между суровых и величавых в своей поднебесной стати гор, живут люди, сохранившие в течение около 3 тысяч лет языки и наречия древней Арианы Ваэджа — Страны ариев. Так называли свою страну восточные арианцы или иранцы, к которым относятся порой далеко разнесенные по времени и пространству саки, тохары, массагеты, сарматы, согдийцы, бактрийцы, парфяне, юэчжи, эфталиты, скифы. Соседствуя в разные периоды с хунну, предками гуннов, прототюрками, уграми, а также родственными скифам готами и предками славян антами и балтами, восточно-иранские племена, мигрируя, оседая, уступая и завоевывая земли, населяли огромные территории от Китая и юго-восточной Сибири до Причерноморья и Балкан. И оставили для лингвистов, археологов, историков и этнографов немало следов культурной, военной и хозяйственной деятельности на значительной территории Евразии. Памир с его пресными и солеными озерами под самыми небесами представляет собой уникальный архипелаг в океане всемирного потопа и приливах великих переселений народов. В разные периоды истории волны миграции накатывали на эти бастионы и цепи гор, оставляя в расщелинах изумрудный соленый раствор, небесно-лазурные воды муссонов, кристаллы и осколки редких пород.
Увидеть и полюбить
Впервые я оказался на Памире во время гражданской войны в Таджикистане, в 1994-м году. В советское время Горно-Бадахшанская область была закрытой пограничной зоной даже для жителей Таджикистана. Чтобы попасть туда, требовался вызов, пропуск известных органов или спецкомандировка.
Шел второй год гражданской войны в Таджикистане. Два года потрясений, братоубийства и жестокого кровопролития. Два года скитаний и мытарств для сотен тысяч жителей бывшего советского Таджикистана. Два года потерь и страха потерь, два года ностальгии и тоски по родному дому, по близким, прозрачному горному воздуху, чистой ледяной журчащей воде, высокому яркому солнцу.
От войны бежали все, кто мог, кому было куда бежать и кому — не было. Я оказался в холодной декабрьской Москве, а мои родные, друзья и коллеги — кто где. Свыше 100 тысяч таджиков вынуждены были уехать в Афганистан. А Памир принял своих детей, тысячи бадахшанских семей, ехавших и шедших порой пешком в ноябре 1992-го с детьми и скарбом по перевалам из ставшего вмиг чужим и враждебным Душанбе.
Попасть на родину я мог только через Киргизию и Памир. Эта, восточная часть Таджикистана, по территории равная ее половине, горная и труднопроходимая для военных колон, оставалась островком мира.
Уходить в горы в годы лихолетья, видимо, древняя традиция народов Арианы Ваэджа, а потом Согдианы, Бактрии и Таджикистана. Так было во время войн с хунну, так было во время завоевания Согдианы Александром Македонским в середине 4-го века до н.э., потом — при нашествии монголов, потом — при арабах. Так было во времена междоусобных войн многочисленных воинствующих восточно-иранских племен и союзов. Древние города в долинах рек Зарафшан, Аму-Дарья, Сыр-Дарья, Вахш и Варзоб разрушались, а их выжившее население частично ассимилировалось или уходило в степи и другие земли, создавая новые исторические феномены, или спасалось в горах, переходя на натуральное хозяйство в изолированных по полгода снегами ущельях. Поэтому горы для таджика — это и колыбель, и дом родной, и крепость, и лекарство, и пища, и последнее пристанище. Таджикские кишлаки-села можно увидеть из долины на груди исполинов высотой в полнеба, казалось бы, в самых недоступных и неподходящих для селения местах, даже на вершинах гор. Снизу эти селения видятся зелеными пятнами, и кажется невероятным, что они умудрились так высоко забраться и зацепиться на отвесных скалах. Сам путь до них сопряжен с опасностью. Эти села, как крепости и вызов всем, кто хотел бы возвыситься над свободолюбивым народом, для которого быть вдали от любых властей, быть вольным важнее благ и удобств. Впрочем, то место, откуда открывается такой вид, также находится на одной из высоких подушек, небольшой площадке, плато, окруженном дремлющими динозаврами, сказочными дэвами и караванами хребтов. Сам рельеф и ландшафт не могли не повлиять на формирование характера и нрава таджиков. Горы не терпят суеты. Они требуют чистоты помыслов, веры, терпения, упорства, выносливости, мудрости и правдивости, вдумчивости, но и отваги, независимости, чувства собственного достоинства, хорошей реакции и умения принимать решения. Горы таджикские, особенно памирские, самые молодые и высокие в бывшем Союзе. Но любви они не требуют, они ее завоевывают одним своим магическим видом и молчанием, однажды и навсегда.
Увидеть вновь эти горы вопреки всему — что может быть более безумным и рискованным во время идущей на родине войны для человека, который по привычке принимает громады облаков за очертания белоснежных гор везде, где бы ни оказался?
Вот и мои душанбинские друзья-памирцы, зимой 1992 года оказавшиеся в неприветливой, хмурой и неуютной Москве, предпочли все же уехать на Памир, в объезд, через киргизский Ош. В Припамирье шли бои, самолеты со звездами бомбили горные кишлаки, а на самом блокированном войной Памире наступал голод. Но добравшись до родных мест, мои друзья позвонили мне и сказали, что восточная дорога через Киргизию и Ош открыта.
Наш чахт и поздравление Аллаха
Я выбил себе командировку от двух московских газет и сентябрьским днем уже сходил по трапу самолета в Оше. В самолете я познакомился с соседом, который оказался душанбинским памирцем. Он летел на родину предков через Москву. Я рассказал ему о своих делах, он мне — о своих. Он знал моих друзей, поскольку памирцы умудряются знать друг друга и почти безошибочно определять, кто из какого района или рода. Замечу, что до войны население Горного Бадахшана составляло около 200 тысяч человек. Здесь был самый высокий для Таджикистана уровень представительства людей с высшим образованием. Я говорю “памирцы” обобщенно, как называют их остальные таджики и как они сами себя называют. На самом деле на Памире, в изолированных ущельях испокон веков жили шугнанцы, рушанцы, язгулямцы, ишкашимцы, сарыкольцы, бартангцы, мунджанцы, ваханцы. Памироведы насчитывают около 10 языков и диалектов, которые могут быть непонятны представителю соседнего наречия, но все восходят к общей восточно-иранской ветви языков. Исключение составляют диалекты современных ишкашимцев и ванджцев, понятные всем, поскольку они уже говорят на таджикском-фарси.
Горячий плотный пряный воздух Азии ударил в ноздри сразу же, как только я вынырнул из Тушки. Мой попутчик по имени Муборакшо, что можно перевести как Царское Поздравление, быстро сориентировался в Оше. В этот город во время таджикской гражданской войны приходила гуманитарная помощь для голодающих жителей Горно-Бадахшанской области от имама исмаилитов Ага-Хана. Я уже не помню номер ПМК, где базировались грузовики, приходившие порожняком за мукой, чаем и сахаром из областного центра Хорог, но когда мы оказались в этом ПМК, стало понятно, что мы на верном пути. Отовсюду звучала гортанная памирская шугнанская речь, своими переливами похожая на пение иволги, дрозда и жаворонка. Десятки грузовиков. Одни грузились, другие ждали остальных. Экипажи молодых и веселых парней, лежа поверх груза, оживленно перешучивались, подначивая друг друга и взрываясь хохотом. Каждая удачная шутка сопровождалась одобрением слушателей в виде хлопка правой ладонью по правой ладони шутника. Так делают волейболисты после удачного мяча или блока.
Муборакшо быстро нашел машину без пассажиров и договорился с водителем. Из обрывков разговора я понял несколько слов, среди которых особо примечательно слово “чахт”. Таджикский аналог этого слова “чап” — “левый”. Однако речь идет не о левом заработке. “Чахт” — “левый” — на памирском сленге означает “таджик”, то есть — не памирец. Соответственно, “чахтен” — “левые”, “неправильные” — это остальные таджики. Надо отметить, что иранская культура в целом является правосторонней культурой. Здесь принято не только здороваться, держать ложку и писать правой рукой, но и подавать, передавать что-либо, и входить в дом с правой ноги. Я замечал, что все таджики, да и я сам тоже, испытывали некоторое неудобство в начале военной строевой подготовки при команде “шагом марш”. Я был в недоумении и замешательстве: почему нужно начинать ходьбу с левой ноги? Так вот, памирцы себя — в противоположность остальным таджикам — называют “Ростен”, то есть “правые” или “правильные”. Впрочем, кроме того я разобрал слово “маш”, что значит “наш”. Вместе “маш чахт” означало: не беспокойся, это наш, “свой левый”.
Индоарии — саки — тохары — бактрийцы —
согды — таджики
Этноним “таджики” стал распространяться среди туранцев, или северо-восточных иранцев, саков, согдов и бактрийцев более тысячи лет назад, после арабского завоевания. Современные таджики из всех этимологических версий этого слова предпочитают ту, которая гласит, что “таджик” означает “венценосный”, от слова “тадж” — корона, венец. Предполагается, что таджики носили своеобразный головной убор, напоминающий венец. Из всех саков, населявших территории от границ Китая, от Алтая до Причерноморья, именно те, кто жил на территории современного Таджикистана, именовались тысячи лет назад саками тиграхауда — саками, носящими остроконечные шапки. Также остроконечные шлемы носили более поздние скифы. Кроме того, у более поздних саков и родственных им эфталитов был обычай носить обод на голове. У арабов и ряда историков, в том числе советских, бытует иная версия, согласно которой этноним этого ираноязычного народа происходит от арабского корня “тоз” — “быстрый”, “скачущий”, вернее, от слова “този” — “всадник”. Причем, одни полагают, что так восточные иранцы, или туранцы, саки, согды и бактрийцы, называли пришедших с арабами западных иранцев. Другие — что так всех северо- и юго-восточных иранцев стали называть около тысячи лет назад хунну, тюрки, монголы и китайцы, возможно, в связи с тем, что иранцы первыми в регионе приняли ислам и стали его проводниками для неиранского населения на границах своих владений. Так или иначе, и сегодня, спустя 1000 лет после основоположника таджикско-персидской литературы Абу-Абдулло Рудаки, в Таджикистане можно услышать как западно-иранский таджикский-фарси, так и древние дотаджикские восточно-иранские языки, пережившие арабское нашествие и пришествие западно-иранского фарси, на котором говорят таджики. Эти языки так далеко разошлись, что таджики не понимают речь своих памирских братьев, которая на слух таджика похожа на немецкий. Примечательно, что во время гражданской войны кулябские таджики, воевавшие против гармских таджиков и памирцев, называли последних “немцами”. Впрочем, гармские, в свою очередь, в шутку называли “немцами” кулябцев.
Большинство таджиков придерживается суннитской ветви ислама и только союзники суннитов-гармцев памирцы являются шиитами исмаилитского толка. Однако это была не религиозная война. Это был кровавый передел остатков рухнувшей в Беловежье советской власти, а вместе с ней и прогнившей системы местной власти.
Классические таджикско-персидские поэты-суфии говорили: если тебе нужна истина, ты доберешься и до Китая. Перефразируя, могу сказать: если вы хотите увидеть самых красивых девушек всех четырех сторон и частей света, отправляйтесь туда, где солнечный свет ближе всего, — в высокогорный Памир. Впрочем, истина и красота — в определенном смысле синонимы. Во всяком случае в поэзии таджиков и персов, даже в ранней, также встречаются мотивы, которые связывают с именем кордовского суфийского учителя Аль-Араби, или Аверроэса, о постижении божественной истины через женскую красоту. Постичь ее не менее сложно, чем по горам совершить путешествие в Китай. К слову, до Китая из Таджикистана рукой подать. Таджикский Памир, или Горно-Бадахшанская область, граничит с Киргизией на юге, Китаем на востоке и Афганистаном на севере. Кроме того тонкий афганский Ваханский коридор отделяет Горный Бадахшан от Пакистана.
Шакароб
Нам сказали, что выезжаем на рассвете. Мы с Муборакшо зашли в ошскую ошхону-столовую и заказали себе, естественно, единственное блюдо в меню — ош, то есть “плов”. Ошхона представляла из себя летнее кафе с топчанами по периметру квадратной твердоглиняной площадки. Это был уже более или менее мирный Ош после киргизско-узбекских столкновений 1990-го года, но, как сказал Муборакшо, киргизы и узбеки уже молятся в разных мечетях. Некоторые топчаны устроились под козырьком кафе, остальные цеплялись за тени деревьев и прикрывались шатром виноградника. Муборакшо предложил выпить киргизской водки, другой не было. От первого знакомства с этим напитком, напоминающим своим вкусом хлористый кальций, меня встряхнуло, как от пятибалльного землетрясения. Но плов и нежные куски баранины с жирком, а также шакароб из помидоров спасли положение.
Слово “шакароб”, да и сам салат, заслуживают отдельного отступления. В Москве только в конце лета можно сделать нормальный шакароб, когда помидоры стремительно дешевеют и выбор можно сделать уже не из деревянных толстокожих и безвкусных заморских помидоров, а из дошедших южнорусских или пробившихся чудом среднеазиатских. Итак, “шакар” означает “сахар”, это индоевропейский корень, связывающий таджикский, русский, английский, немецкий и большинство других европейских языков. “Об” — почти омоним великой сибирской реки — означает “вода”. Итак, “шакароб” — сладкая вода — это не что иное, как салат из помидоров, нарезанных тонкими ломтиками полумесяцем. Режется помидор по направлению к себе, в руке на весу. Так же полукругами мелко, но уже на доске, нарезается лук, добавляется нарезанный кругами сочный острый зеленый стручковый перец, солится, перемешивается — и все. Естественно, никакого сахара в салате нет, но какой сок дает этот салат! Сладкий. Особенно после такой водки. Конечно же, шакароб существовал задолго до появления этого дерзкого напитка, раз уж он пережил легендарную зороастрийскую хаому2 . Просто-напросто сами помидоры в Азии нежны, сочны и сладки, как поцелуй девственницы. И конечно же каждый таджик умеет и любит делать шакароб сам. Помню, в детстве я зачарованно смотрел, как родственники мужчины ловко шинковали лук и морковь рядом с двумя огромными котлами для плова, готовясь к свадьбе одного из моих двоюродных братьев.
При этом для резки овощей и разделки мяса мужчины используют национальные ножи местных мастеров из Чуста или Ура-тюбе. Ножи с длинным, слегка вздернутым кончиком лезвия и ручкой из рога или кости козла или быка. Мой дед, отец моего отца, и мой дядя, и все люди старшего поколения носили такие ножи в кожаных черных ножнах на поясном платке поверх запахивающегося халата- чапана-джома — обычно светло-синего цвета.
На соседнем топчане в ошхоне сидел, степенно вкушая ош-плов, старик с таким ножом на поясе и в таком же точно дедовском чапане. Старик и его спутник сидели, скрестив ноги. На аксакале были черные блестящие мягкие ичиги — сапоги с чистой и яркой, как персик, оранжевой тонкой подошвой. Перед топчаном-тахтой, на освеженной вручную из ведра земле, терпеливо дожидались повернутые носками наружу пара калош и пара сандалий.
Муборакшо предложил выпить еще. Но я отказался. Настроение испортилось, внезапно, как осенняя погода в горах.
“Мука тоже слезай”
Мы переночевали в “гостинице для водителей” и затемно, дождавшись, когда щоферы совершат омовение и утренний намаз, отправились в путь. Если бы я знал, что такое дорога Ош-Хорог, не уверен, решился бы ли я проехать по ней туда и обратно в сентябре, когда на перевалах выпадает первый снег.
Яркое, ослепительно бирюзовое небо вырисовывалось над полями, а вдали уже начинали расти бурые горы. На лобовом стекле у водителя нашего ЗИЛа справа красовался портрет бородатого средневекового философа в белой чалме. А чуть левее — портрет Сталина. Среди памирцев и вообще среди таджиков немало тех, кто симпатизирует “отцу народов”. Все помнят, что он очень хорошо отзывался о таджиках и пошел им навстречу, выделив Таджикскую ССР из состава Узбекской и придав Таджикистану в 1929 году статус союзной республики. Впрочем, таджикские историки, такие как Рахим Масов, небезосновательно называют это разделение топорным. Древние города, колыбели согдийской и таджикской культуры, жемчужины Востока и Зарафшанской долины — Бухара и Самарканд, остались в составе Узбекистана. Да и пострадали таджики не меньше других за свой острый язык, за приверженность своей культуре, своей письменности, своим книгам, своей вере. По воспоминаниям моего отца, в Бухаре до начала 40-х годов уничтожали древние фолианты, топили ими печи, рвали на кульки для семечек, для табака-насвая и для пряностей. За сокрытие книг на персидской и арабской графике, которая была отменена, сажали и расстреливали. Тем не менее, сталинистов среди таджикских стариков немало. Наверное, другие просто не дожили. Муборакшо пояснил мне, что седовласый мудрец в чалме на другом портрете — это суфийский шейх памирцев Носир Хисрав. Вообще-то Носир Хисрав родился в на юге Таджикистана, в низовьях Вахша, в Кабодиане, в пятистах километрах от Памира. Этот таджикский поэт и мусульманский теолог XI века принял исмаилизм и, будучи гоним соплеменниками-суннитами, нашел убежище на Памире, где обрел последователей и проповедовал. Мог ли Носир Хисрав предположить, подумал я, слушая Муборакшо, что через тысячу лет, в конце ХХ века памирцев вновь объявят отступниками и немусульманами, но уже прокоммунистические гонители. И что они будут гонимы, как и правоверные сунниты, воинствующими атеистами и объявлены почему-то ваххабитами. Обвинить исмаилитов в приверженности ваххабизму — это, наверное, все равно что православных назвать гугенотами или лютеранами. Удивительно, что и российские, и западные журналисты растиражировали этот бред.
Вот так под лобовым стеклом памирского ЗИЛа оказались рядом портреты диссидента одиннадцатого века и гонителя инакомыслия в веке двадцатом.
Водитель выругался по-памирски и остановил грузовик на обочине. Это был киргизский пост ГАИ.
— Начинается, — пробурчал он. — Теперь через каждые десять километров будут.
К машине подошел шарообразный гаишник и на ломанном русском заговорил:
— А, таджик-боевик, давай один мешок мука слезай, бензин тоже слезай.
Глядя то на свои документы в руках у гаишника, то на него самого и взмахивая правой рукой, наш водитель укоризненно ответил:
— Дорогой, какой слезай? Там же у нас дети голодают!..
— А, таджик-боевик, дети голодные, сам сникерс кушаешь? Я сказал: один мешок мука слезай. Бензин тоже слезай, говорю.
— А как я доеду?
— Если не слезай, совсем не доедешь.
Водитель, ни слова не говоря, полез в кузов и скинул на землю мешок муки. После достал шланг и отлил полведерка топлива.
Он был прав, через несколько минут, на следующем посту такой же арбузообразный гаишник повторил почти то же самое и с той же интонацией. И, глянув на лобовое стекло, спросил:
— Таджик-боевик, а, таджик-боевик, а это чей портрет? Ваш главный боевик, что ли?
— Да нет, — отмахнулся водитель. — Это наш устод Носир Хисров.
— А, это он героин из Афганистана вам посылает?
— Нет, — усмехнулся шофер, — он давно умер.
— А почему: дети голодные, а сами на “Мерседесах” там, в Хороге, ездите? — не унимался скучавший, видно, гаишник.
— Это не мы, а люди Ага-Хана, из гуманитарных организаций.
— Э, не заливай, таджик-боевик. Голодаете, а на джипах ездите, да? Вас послушаешь — у вас все поэты и философы…
Остальные посты мы миновали так же, отваливая по мешку муки. Проехав еще с полчаса молча, водитель остановился у аккуратной нарядной киргизской юрты, которая пристроилась на небольшой зеленой полянке в тени утеса. Недалеко паслись овцы, пофыркивал привязанный к колышку конь. Подошел чабан и после короткого приветствия предложил нам айрана. Моложавая миловидная киргизка, жена чабана в опрятном красно-белом национальном одеянии, поднесла нам косашку — большую пиалу-чашу, к которой мы приложились по очереди. Мне как гостю предложили отведать первому. После водки это был райский напиток.
Холодная, обжигающая влага улучшила настроение. Поблагодарив чабана и его хозяйку, мы отправились с легким сердцем дальше, вверх по горным серпантинам. Сосредоточенные и суровые морщины водителя несколько разгладились. Его орлиный горский профиль приподнялся и стал напоминать философа с портрета. Радостным вздохом мы встретили статую архара на постаменте, означающую, как меня предупреждали, что дальше начинается Таджикистан.
Лунная земля
Мы взобрались на плато. Этот безжизненный ровный ландшафт, впрочем, мне мало напоминал родные края с их хлопковыми полями и виноградниками на фоне сине-белых караванов гор. Я никогда прежде не был на Восточном Памире, в Мургабе. Мургаб (Мургоб) переводится как Куриная вода. Но ни воды, ни кур до горизонта видно не было. К ночи мы добрались до райцентра Мургаб. Его вид произвел на меня удручающее впечатление. Посреди вымершего лунного ландшафта торчали столбы с безжизненно висящими проводами, и в полутьме мрачнели вагончики и ущербные прямоугольники одноэтажных кибиток с плоскими крышами. Машина остановилась в изрытом неасфальтированном дворе, на грунте звонком и твердом, как камень.
В доме, в котором жили памирцы, нас напоили горячим черным чаем и накормили. Здесь я услышал новое для себя слово “чини”. Это оказалась таджикская пиала. Не сразу я сообразил, что слово “чини” означает “китайский”. То есть, изделия из фарфора в эти края всегда привозили из Китая, в отличие от долинного центрального Таджикистана, где была посуда с севера Таджикистана и из Ферганы. Но чай не помог. В ту ночь в холодной мазанке со щелями в полу я продрог до самых потрохов.
Утром, оглядевшись на улице, я ужаснулся еще больше. Снаружи не было ни деревца, ни кустика. Как в таких условиях могут жить люди?! Это был явно не обычный для меня таджикский пейзаж. Здесь же ничего не растет! Мне объяснили, что большинство небольшого по численности населения составляют киргизы. Высокогорье, разреженный воздух, малое количество осадков, плато, продуваемое всеми ветрами. Все продукты, кроме ячьего и бараньего мяса и молока, завозятся из Оша. Ни помидоров, ни картошки, ни травинки, даже на подоконниках. А яков и овец пасут в степи и в горах, где есть вода и подножный корм.
“До Бога доедем”
По всей длине бесконечной дороги Ош — Хорог с ее коварными перевалами, узкими серпантинами и обрывами на глубине ущелий под солнцем, дождем и снегом ржавеют остовы искореженных грузовиков. Наш водитель Мирзошо, в переводе — ученый или просвещенный царь — сказал, что водители засыпают, устают, теряют концентрацию и улетают в обрыв. То здесь, то там на обочине встречаются пирамидки камешков. В этом месте кто-то ушел к предкам.
Когда-нибудь памирским водителям, которые спасли от голода в годы гражданской войны в Таджикистане 1992-1997 года около 300 тысяч жителей и беженцев в Горном Бадахшане, поставят большой настоящий памятник. Хотя это и не в истинных традициях мусульман сооружать памятники, но ведь кому только не ставили. Ездить по таким, с позволения сказать, дорогам полуголодными по 728 км в одну сторону зимой и летом ради спасения своих сограждан, терпя поборы и унижения, какое же мужество и какую выдержку нужно иметь!
На перевале Акбайтал, что в переводе с киргизского — Белая кобыла, нас так лягнуло, что я решил: это конец. На подъеме внезапно пошел снег, ЗИЛ чихнул и поплыл назад. Водитель с трудом удержал машину на узкой террасе дороги и, доведя донизу, до поворота, велел нам выйти. Он попытался еще раз подняться, уже без разгона, но опять грузовик пополз вниз, теперь уже прямо на нас с Муборакшо. Белокожий Муборакшо был бледным, как снег, когда задний борт машины застыл перед нашими глазами. Нам пятиться было уже некуда, сзади и справа склон горы, слева — поворот и обрыв. Только с третьей попытки ЗИЛ, натужно рыча, взобрался на следующую ступень. Подняться туда по мокрому снегу оказалось нелегко и пешим, без груза муки и ответственности.
О памирских и вообще таджикских водителях-дальнобойщиках ходят легенды. Об их мастерстве и лихачестве. На протяжении всего пути мне столько раз приходилось заглядывать за край обрыва, что один только выход в рейс водителя по такой дороге, где асфальт забыл, как его звали, по мне — совершенное безумие. На одном из подъемов Муборакшо, тоже впервые ехавший на Памир этой дорогой, безадресно воскликнул: “Слушай, мы едем все вверх и вверх, когда спуск будет? Так скоро мы до самого Бога доедем”.
Вот и Юрий Визбор посвятил этой дороге несколько песен. В одной из них поется:
Дорог на свете много,
Но выше не найдешь
От города Хорога
В далекий город Ош.
По кручам каменистым —
Смотри не оборвись! —
Машины-альпинисты
Карабкаются ввысь.
Авария и горная болезнь
И все же это случилось. На длинном уклоне с левого перпендикулярного спуска почти в лоб по касательной в нас влепился ГАЗ. Нас с Муборакшо приплюснуло в кабине. Он выбрался сам, меня вытаскивали, отжимали железо от ног. Не прошло и пятнадцати минут, как мы втроем с Просвещенным Царем и Поздравлением Царя уже смеялись по поводу первого испуга и сказанных в этот момент слов, перебрасывая сорокакилограммовые мешки муки на подошедшие и уже тоже полегчавшие грузовики. Мы тепло попрощались с Просвещенным Царем и его ЗИЛом с портретами.
Но к исходу вторых суток путешествия меня настигла еще одна беда — горная болезнь. Головная боль, звон в ушах, будто тебе надели на голову гудящий колокол, тошнота, кровь из носа. К тому же начался снежный буран. Волны черного и мрачного, соленого и безжизненного горного озера Каракуль, что на киргизском — Черное озеро, стали еще более зловещими и рвались на берег, как стая свирепых ротвейлеров. Холод прошивал брезентовую ветровку и меня вместе с ней насквозь. В темноте, плывя против ветра с мокрым снегом, мы нашли “гостиницу для водителей”. Это был одноэтажный фанерный барак, облепленный глиной. Флегматичный сторож-киргиз достал откуда-то бутылку водки. Мне предложили это пойло с вездесущими песчинками на пожелтевшем дне пиалы. Песок проскрипел на зубах моей гримасы. Однако оказалось, что это было верное, проверенное средство.
Утро встретило солнечным сиянием и морозцем. Дальше был уже спуск. Начали появляться сначала трава, потом кустарники, потом деревья. Это было уже похоже на родной Таджикистан. Хиленький ручеек справа от дороги постепенно разгонялся в своем беге вниз, набирал силу, пенился на порогах и поворотах и превращался в реку Гунт, который своими изумрудными водами поит Хорог, дает в дома электричество, а потом вливается за Хорогом в пограничную реку Пяндж. Дорога и река часто шли параллельно, и как мы в основном карабкались вверх, она как будто тоже летела к небу и за каждым поворотом росла и набирала мощь. Поскольку в пути делать было нечего, кроме как болтать, смотреть по сторонам и спать, я начать складывать простенький стишок в такт завыванию мотора.
Влюбленный Гунт к тебе стремится —
Поцеловать твои ресницы,
Проникнуть каплей в устье губ,
Узнать, что он все так же люб.
Безумный Гунт к тебе стремится.
Не в македонской колеснице —
Я еду в ЗИЛе Ош — Хорог*
По самой длинной из дорог.
Упрямый Гунт к тебе стремится,
А я считаю единицы:
Подъемы, спуски и столбы —
Пять тысяч верст за миг судьбы.
Молочный Гунт к тебе стремится.
Ты заточи его в темницу,
В тоннель влекущий заключи —
В распадок гор, в мятеж ночи.
Лазурный Гунт к тебе стремится.
Слеза моя, моя зеница,
К тебе гонцом быстрее лани
Летит поток моих желаний.
Священный Гунт к тебе стремится -
Дарвеш*, одетый в каменицу.
Он видит неба рубежи.
Дойдет — зови его ходжи.
Изгнанник Гунт к тебе стремится,
Там в скалах строят гнезда птицы,
Там шаг свой первый из гнезда
Ты не забудешь никогда.
Киргизский гаишник был отчасти прав. Каждый второй таджик за свою жизнь написал хоть пару-другую стихов и если уж не считает себя поэтом, то к поэзии неравнодушен. Вот и новый водитель, совсем юный и чистосердечный, смуглолицый ишкашимец с большими черными глазами по имени Аслишо, что в переводе с таджикского — Истинный Царь, всю дорогу пел, читал стихи Носира Хисрава, Хафиза и Саади. Проехав кишлак Чарсен, что в переводе с шугнанского означает — Обкуренные, мы остановились у родника в местечке Фирдавси — Райский сад, чтобы набрать из источника и попить настоящей воды. До Хорога оставалось уже совсем немного. Позади было четверо суток изнурительного и опасного пути. В Хороге мы расстались как лучшие друзья, будто знали друг друга все три тысячи лет.
“Омин облисполком”
Вечером я уже сидел в доме моих друзей, вполне здоровый и живой. Отец моего друга Ангуршо — акаи Назаршо, Взгляд Царя — выслушав рассказ о моих злоключениях, предложил выпить киргизской водки.
— Теперь ты понял, что такое быть памирцем? Ну, давай, омин облисполком. — И выпил во славу облисполкома.
Для непосвященных, думаю, следует дать пояснение: обычно после слова “омин” — аналог христианского “аминь” — мусульманин говорит “Аллаху акбар”. Но акаи Взгляд Царя — не обычный мусульманин, он врач, хирург и коммунист со стажем.
Мне постелили вместе с моими друзьями, сыновьями акаи Назаршо, на топчане во дворе. И так удачно, что всю ночь мне то на грудь, то на живот, то на голову падали груши с высоченного грушевого дерева. Август и на Памире — пора звездопада, а в сентябре вместе со звездами с ярчайшего неба срываются также груши.
Очередное падение груши разбудило меня, и в темноте ветвей я увидел две фигуры. Я растолкал Ангуршо и показал на эти фигуры. Все остальное без перевода понял даже я. Тени одна за другой спрыгнули с дерева и, подбежав к полутораметровому глиняному деволу-забору, без труда перемахнули через него.
— Да спи, не переживай. Это у нас на Памире национальный вид спорта — груши рвать по чужим садам и огородам. Хочешь, завтра мы пойдем, я их узнал. Но у них груши не те.
“Ширчой брез”
По утрам на Памире пьют, вернее, едят ширчой — ширчай. Это традиционный завтрак для памирцев. Впрочем, во время прошедшей гражданской войны ширчай — чай, сваренный в молоке, с покрошенной в него лепешкой — был у многих из них и на обед, и на ужин. Но этот ширчай мне напомнил детство в далеком от Памира кишлаке Варк, где я гостил на каникулах у бабушки. Там я тоже с удовольствием ел по утрам ширчай, сваренный из парного молока, с ломтиками лепешки и непременным кусочком домашнего сливочного масла, всплывающим маленькими солнцами. Однако на Памире тогда масло было дефицитом. Лепешки пекли дома в самодельных печках-тандырах на дровах. За 5 лет войны на дрова было вырублено, не только на Памире, а по всему Таджикистану, множество деревьев, в том числе плодовых. Да и молока в Хороге тоже не было в достатке. Ширчай делали в основном из заварки с добавлением гуманитарного сухого молока от фонда Ага-Хана. В те годы таджики, обычно хлебосольные и запросто заходящие сами к соседям и родственникам, старались воздерживаться от неурочного посещения знакомых. И я впервые увидел, что голодный человек, зайдя в гости по делу, отказывался сесть за стол и разделить трапезу с хозяевами, ссылаясь на то, что торопится по другим важным делам.
На хорогском базарчике цены оказались вровень с московскими. Наутро я купил там мяса, еще чего-то. Выбор был скудный, но ажиотажа не наблюдалось. Вечером мы ели наваристую шурпу с морковью и тыквой. Не исключено, что это была тыква, выращенная по соседству местным школьным учителем. Его имя так и звучало: Кадушо — Царь-тыква. И накануне вечером я видел, с какой гордостью Кадушо с сыном катили колесо огромной оранжевой с зелеными полосками тыквы и водружали ее на тележку.
А на следующий день уже вся семья Ангуршо собирала картошку, впервые посаженную во многих хорогских двориках в первый год гражданской войны. Это была на удивление крупная и вкусная картошка. Здесь, на высоте 2300 метров над уровнем моря, здоровый южный горный климат. Много солнца, но совсем не так жарко и душно в летние месяцы, как в центральном и южном Таджикистане. Хорошо родятся картошка и другие овощи, не говоря о фруктах. Однако из-за высокогорья и более прохладного климата — почти на месяц позже, чем в низовьях, где собирают по два урожая овощей. В мирное советское время многие продукты завозились из центральной части республики: с запада через Гарм и перевал Хабурабад или с юга, из Оша. Теперь памирцам пришлось использовать каждый клочок земли и создавать терраски на любом пятачке под горами, чтобы не умереть с голода.
Памирский Царь-виноград
Тыкву, морковь и мясо, обычно достают из шурпы и кладут или на лепешку или на блюдо. Так удобнее пить бульон шурпы с таджикским горохом — нутом и заедать его мясом и овощами. За дастарханом тем временем звучали шутки и смех. Я услышал новую историю о похождениях моего друга Ангуршо — Царь-винограда. Под всеобщий хохот рассказывала жена Ангуршо — Асалмо, что в переводе — Медовый Месяц.
Дело было так. За стеной в соседнем дворе живет с родителями и детьми разведенная Фариштамо — Фея-Месяц. А в хлеву есть калитка между дворами. Как-то Фея-Месяц принялась собирать виноград, что плетется у забора. Некоторые грозди ее винограда заплелись за персиковое дерево во дворе у Царь-винограда. И вызвался он ей помочь.
— Ах, какой вкусный у тебя виноград, Фариштамо, — сказал Ангуршо, — так бы ел и ел без остановки.
— Да ты и сам Виноград, зачем тебе? — смеясь, ответила Фея-Месяц.
— Но твой виноград слаще во сто крат, — тут же нашелся Ангуршо, цокнув языком о небо, приподняв и натянув лук правой брови и воздев очи к небу.
— Ну, соберу — принесу угостить вас, — пропела Фея-Месяц, нисколько не смущаясь и одаривая Царя-винограда жемчугами улыбки.
— А вот вечером корову доить будешь — и принеси, я к хлеву подойду. В дом не надо, мне одному и то мало будет, — полушутя-полувсерьез сказал, расплываясь в улыбке, Ангуршо. — Смотри, я не шучу, приду за виноградом к тебе.
Жена Ангуршо рассказывала эту историю в лицах, видимо, уже не в первый раз. Это был не премьерный показ: ходы и паузы заучены и перемежались импровизациями. Асалмо была в ударе: поведет бровью, прикроется уголком платочка, сведет и разведет плечи, поправит воображаемые усы и покрутит их правый кончик. Сидя на курпачах на полу, все катались со смеху, и даже дети с недоуменным любопытством выглядывали из-за двери. Один Ангуршо сидел задумчивый и отрешенный.
Словом, Фея-Месяц поведала Медовому Месяцу, что Ангур позвал ее ночью виноград кушать. Медовый Месяц сказала, что ляжет спать пораньше — голова, мол, болит. А как только Царь-виноград из комнаты вышел, в окно вышмыгнула и задами пробралась в хлев. Как говорится, муж в дверь, жена — в окно. И что там было у них в хлеву, о том сказано не было. Но хотела Медовый Месяц дать мужу ведром по голове, да пожалела отца троих своих детей и не дала, а может, и дала. Но ослом похотливым его назвала точно.
Больше всех над незадачливым любовником смеялись его старший брат Карамшо — Царь-капуста и его жена Ширинмо — Сладкий Месяц.
Если бы не юмор людей, которые едва спаслись в этой мясорубке и умудряются жить и смеяться над собой, кто знает, смог ли бы мой народ вынести страшное испытание и остановиться на краю пропасти самоистребления. Известно ли Аллаху, не знаю. Но точно не известно облисполкому. Сколько слез пролито и прилюдно, и в подушку! Сколько женских волос выдрано и посыпано пеплом! Счастливы те, кто не потерял близких в этой братоубийственной войне, кто не мыкался на чужбине, кто не голодал долгими памирскими заснеженными зимами, когда мороз достигал тридцати, а на Восточном Памире, в Мургабе, пятидесяти градусов. Что там померзшие виноградники и вырубленные на дрова сады! Некому было согреть сердце человеческое, потерявшее смысл и веру.
И все же, несмотря ни на что и вопреки всему, каждое утро пешком по длинной каменистой дороге мимо святого места под горой хорогцы и хорогчанки шли по делам, на учебу, навестить близких, просто шли. Нигде и никогда больше я не видел столько красивых людей: гордых и спокойных стариков, сосредоточенных на чем-то детей, девушек и женщин, тополино-, лебедино- и кувшиноподобных, с поразительной красоты чистыми лицами Фей, Медовых и Лучистых месяцев.
И благодарят они не столько облисполком, сколько Аллаха, потомка пророка Мухаммада — своего имама принца Ага-Хана, а также известных земляков своих, которые делали и делают все, что в их силах, чтобы Памир жил, выжил и расцвел, как цветок граната, чтобы сохранились древние языки и обычаи, чтобы в домах Горного Бадахшана были свет и тепло и чтобы там звучал смех.
“Истинные арийцы”
Памирцы в шутку называют себя “истинными арийцами”. Внешне это в большинстве своем люди европеоидного вида, светлокожие, более рослые и крупные, чем остальные таджики, с меньшими признаками монголоидной примеси. Но встречаются и смуглые, с пшеничным цветом лица и более скуластые, что объясняется близостью во-первых Индии, во-вторых Китая и Киргизии. Среди памирцев чаще встречаются довольно рослые, иногда под два метра, и просто долговязые мужчины. По внешности и говору коренные и укоренившиеся жители довольно легко определяют, откуда родом тот или иной житель Таджикистана. В каждой практически памирской семье, как, впрочем, и среди остальных горных таджиков, есть светловолосые и светлоглазые. Нередко памирские дети рождаются со светлыми волосами, растут рыжими и русыми, а потом темнеют. Особенно часто светловолосые встречаются в Язгуляме и Вандже, Дарвазе, а также чуть ниже, за пределами собственно Памира, в Гарме. В священной книге зороастрийцев Авесте отмечено, что после Всемирного потопа земля разделилась на 7 каршваров (кишваров — на современном таджикском) — краев и около двадцати стран. При этом “арийский простор” распространялся от Тигра и Ефрата до Индиийских гор и Чина с запада на восток и от Волги (Рангха) и Дона (Дануш) до Индии с севера на юг. Территория современного Таджикистана входила в Восточный каршвар и именовалась Согдом и Бахтришем. Собственно, и сегодня Согдийскую область от Душанбе отделяют два перевала, Анзобский и Шахристанский, а от современного райцентра Бохтар на юге еще один — Фахрабадский. Очевидно, Памир входил в восточный Бахтриш на границе с Гандарой и Хиндушем, упомянутыми в Авесте. Исследователи Авесты подчеркивают, что общее название “арии” (“ориен”, “ариан”) является переводом слова “иранцы” — “эрон”. Согласно Авесте, это название произошло от имени царя Арья, сына Траэтаоны (Фаридуна). Соответственно, ариями назывались иранские племена, исповедовавшие зороастризм. Идеи расового превосходства германцев как истинных арийцев, по мнению исследователей Авесты, были, что называется, притянуты нацистами за уши в угоду политической конъюнктуре. Ведь подлинные арийские-зорастрийские источники утверждают, что все человечество произошло от одного отца и одной матери — Мартья и Мартьянак и их многочисленных потомков, разделившихся на людей десяти видов и двадцати пяти рас. А непосредственно арии, согласно зороастрийским жрецам Персии и Индии, произошли от потомков Мартьи и Мартьянак — Хаошьянга Парадата и Гузак. И населяли они страну Арианам Ваэджа, состоявшую из земель Тура (Туран, Средняя Азия), Сарима (верховья Тигра), земли Хинду и Чинестана (Китай). Вот что пишет в книге “Заратустра. Учение огня. Гаты и молитвы” составитель и комментатор первоисточников А. Шапошников: “Расширительное употребление имени ариев для обозначения всей индоевропейской языковой и культурной общности или, наоборот, сужающее — для обозначения германских народов никакой исторической реальности под собой не имеют”. Исследователь отмечает, что собственно арийские народы — это персы и индийцы.
По следам восточных иранцев
Тем не менее, в языке таджиков и языках большинства народов Европы много общих “родовых пятен”. Таджики шутят, что все народы Европы произошли от них. Но то же самое я слышал и от монголов, и от армян, и от евреев. При этом таджики вспоминают, что их предки, ираноязычные саки и скифы, жили в Сибири и якобы именно скифы дали название великой сибирской реке Обь (в переводе с таджикского, как уже упоминалось — вода). Но скифы там действительно жили, о чем свидетельствуют, в частности, Пазырыкские курганы на Алтае. А Иртыш в таджикской картографии именуется Шахоб — Царская вода. Вот и таджикские реки имеют этот корень: Варзоб, Ягноб, Тагоб. Восточно-иранские и таджикские топонимы и гидронимы разбросаны по всей территории Центральной Азии. Это река Мургаб в Туркмении, казахская железнодорожная станция на границе с Россией — Хазарасп (Тысяча лошадей), узбекский город металлургов Ангрен — Охангарон (Кузнецы), в Узбекистане Шахрисябз (Зеленоград по-таджикски), в Туркмении Чарджоу (Четыре ручья) и даже Кушка — Гушты (Мясное). Согдийские названия носят Самарканд и Бухара, Мерв, Хорезм, Хива, Мары, Фергана и Наманган. Еще две тысячи лет назад крупнейшие таджикские реки Аму-Дарья и Сыр-Дарья впадали не в Арал, а в Каспийское море. Македонцы, пришедшие в начале 4-го века до н.э. в Согдиану, нашли эти реки судоходными. Это была довольно протяженная водная часть Великого Шелкового пути. По ней саки, согды, бактрийцы, сарматы возили китайские, персидские и европейские товары. И Александр Македонский, пришедши в Согдиану, нашел их судоходными.
Если теперь перенести взгляд на самый юго-запад России и на Балканы, то мы обнаружим, что Дон (в Авесте — Дануш) — также восточноиранское слово, означающее — вода, река. Этнографы отмечают, что от этого же корня происходят названия всех крупных рек к западу от Дона: Днепр (у скифов — Донапр), Днестр (Донастр), Дунай. Прямые потомки скифов, как мы знаем, — аланы. В Осетии также вода, река называется — дон. К примеру, Кармадон. Факт близкого родства памирских языков и осетинского для лингвистов давно является аксиомой. Древнекитайские и древнегреческие историки писали, что Скифия доходила до их границ. Это, однако, более или менее обозримая история в 2-3 тысячи лет.
Дели Бюрадер — Сердце Брата
Но если мы попробуем заглянуть очень далеко, то без сопоставления языков не обойтись. Есть более древние очевидные приметы родства индоевропейских языков. Общеизвестные для языковедов примеры обозначения ближайших родственников: брат — brother-bruder-бародар (тадж.), вирод (памирск), мать — модар (тадж), mother — mutter. Или такое редкое слово с единственным однокоренным в русском языке словом “разговеться”: говядина — гов (корова по-таджикски) — cow, в праиндоевропейском было “говенда”. Или бык — бука (тадж.). В русском “тахта”, в таджикском — “тахт” (престол, деревяшка), “пойтахт” — столица. В таджикском “жизнь” будет “зист”, “мертвый” — “мурда”. Очевидно родство такого ряда: див — дэв — део — тео — Зевс. Такие “родовые пятна” знающий человек видит сплошь и рядом. В русском и таджикском счете: два — ду, пять — пандж. Мы знаем, что в древнерусском “пять” писалось и звучало как “пянть”. Русское “тятя” в памирском — “татик”, в таджикском — “дада”. Русское “мы” в таджикском — “мо”. О родстве языков свидетельствуют и общие по сути глагольные флексии “-ям”, “-ам”, “-и” — “-и”, “-ем” — “-ем”, “-ете” — “-ед”, “-ят”- “-янд”. Древнерусское “азм” означает дословно то же самое в современном памирском шугнанском — “я есть, я сам”. Примеров исконного родства и взаимовлияния масса.
Можно вспомнить о роли парфян в совершенствовании военного дела древних греков: как сарматская конница приводила в ужас пеших римлян и как римляне учились науке воевать с использованием тяжелой кавалерии у сарматов и скифов. О том, что кочевые восточные иранцы, жившие от Согда до Балкан, первыми надели штаны. Их южные сородичи персы и соседи греки носили юбки. Саки, парфяне, массагеты, скифы научили их использовать ударную конницу, совершая длительные переходы и внезапные нападения, сметая пешие колонны противника. В первом тысячелетии среднеазиатские саки, по данным историков, участвовали в походах скифов и сарматов на запад — на Рим, на Апеннины. Таджик, оказываясь сегодня на заработках в России, встречает топонимы и гидронимы, а также имена и фамилии, понятные ему и не требующие перевода. Вот что пишет российский историк Александр Баяр: “В Зауралье от них до сего времени сохранилось название реки Исеть, там же в прошлом была историческая область Исетия (вероятно, в слове Исседон вторая часть слова означает “река”, иранское “дон”). Возможно, от них происходит этноним асиан. Кроме них известно племя язаматов (скифское племя — Т.В.)”. Исследователь ссылается не только на греческие источники о скифских топонимах: “Например, саргаты, которые сохранились в виде топонимов в Западной Сибири (это “саргат”, “сургут”), в Поволжье (южнее Татарстана на пути в Самару) и в Нижегородской области — Сергач). Они напоминают иранские этно-лингвистические конструкции типа “масгут”, “тюркют”, “иркут”. Стоит отметить, что морфемы -ат, -от, -ут обозначали у скифов собирательное множественное число существительного и сохранились в современных таджикском и персидском. Сравним в русском употребление этой морфемы: босота, беднота…
Аорсы, русы и индийское кино
Интересно для любого таджика и филолога обратить внимание на такой ряд: Аорс, аорслан, арус, эрзя, урус, русый, рушан, Роксана. Первое слово “аорс” — название одного из сарматско-аланских племен. Оно переводится как “светлые, русые”. Греки описывали аорсов как рослых русоволосых воинов. Аорслан — это скифско-аланское имя собственное, означающее — Светлый, русый алан. Аорслан трансформируется в имена собственные Арслан, Руслан и Аслан. Арус в таджикском и персидском — это невеста, поскольку невеста надевает белое и носит также и после свадьбы белые одежды. Рушана и Роксана в таджикском и согдийском — имя собственное — Светлая, Светлана. Эрзя — название финно-угорского племени, с которым имели контакты сарматы и которому они дали название — светлые, русые. Не исключено, что некогда славные, а потом ушедшие в тень с карты истории аорсы участовавали в формировании восточнославянских, и не только, племен и их самоназвание трасформировалось в — русы. Топонимы с корнем “рус” встречаются и за пределами России, Русенборг, к примеру. Историки же показывают, что сарматские ответвления дали название сербам — серви, хорватам и вообще приняли непосредственное участие в формировании славян. Считается, что славянские имена Шеремет (сармат) и Корбут (хорват) имеют скифские корни. У таджиков и узбеков же есть имя Шермат. Тем временем на юг от Памира, на территории современных Пенджаба (Пять рек, Пятиречье), Синда и Гуджарата во втором веке до нашей эры осели предки памирцев саки-тиграхауды, в частности гуджары. Этнографы полагают, что саки стали родоначальниками привилегированных индийских каст: джат, раджпур и гуджар. Мне довелось побывать на афганском Памире и убедиться в верности утверждений, что языки потомков саков и скифов живут и сегодня на севере и Афганистана, и Пакистана, и Индии, и даже Китая. Кроме того, в Пакистане, Индии и Китае живут несколько миллионов персов и персоязычных людей. Вот, видимо, откуда у таджиков эта безумная любовь к индийскому кино, песни из индийских фильмов мальчишками и девчонками заучивались наизусть. Впрочем, половина слов из хинду таджикам вполне понятна. А индийские кинодивы очень похожи на горных красавиц таджичек, разве только индианки смуглее, пшеничнее что ли.
Как таджики открыли Америку
Словом, окружающий таджиков мир не так уж чужд и чужероден. И многие из них это понимают. Бытует шутка, что заядлыми путешественниками среди таджиков были гармцы. Гарм находится в Припамирье и славится своими яблоками и грушами. А сами гармцы славятся не только строгостью нравов, трудолюбием, приверженностью канонам ислама, но и предприимчивостью, торговой жилкой. Так вот эта байка гласит: едут по Чукотке гармские на нартах и видят на Аляске к берегу другие нарты подъезжают. Один кричит другому: “Брат, купи мои гармские яблоки!” А тот ему отвечает: “А ты купи мои груши, яблоки я уже продал, брат”. К слову, таджикские читатели Фенимора Купера сделали из романа “Последний из могикан” вывод, что племя диловаров было таджикским по происхождению. Купер перевел слово “диловар” — “отважный сердцем”. Так же переводится таджикское мужское имя Диловар. “Выходит, — говорят мои земляки, — что мы открыли и заселили Америку раньше испанцев, португальцев, французов и англичан”.
Еще одним литературным совпадением на первый взгляд являются имена сказочных таджикского и русского героев Рустама и Руслана, а также отцов их Золизара и Елизара. Но таджики-то знают, что Рустам Золизарович был описан в поэме Фирдоуси “Шахнаме” на тысячу лет раньше Руслана Елизаровича и тоже воевал с нечистой силой, проходил испытания соблазнами, искал свою возлюбленную и ходил в Причерноморье.
Чтобы перечислить все узнаваемые “родовые пятна” и совпадения, которые остались от саков, сарматов и скифов, на пространстве Евразии не хватит никаких пальцев. Примечательно, что когда таджики считают и перечисляют что-то на пальцах, они, подобно западноевропейцам, начинают счет с большого. Только не разгибают пальцы, а сгибают. Так и учат считать детей из поколения в поколение: сначала самое главное — большой палец. Так же считают и бухарские евреи, а вот израильтяне и арабы, наоборот, разгибают пальцы, начиная с большого. Если проследить за жестами таджиков, то также можно увидеть много совпадений с русскими жестами, к примеру, выражающими благодарность, чистосердечие — прикладывание правой руки к груди, а соединение большого и безымянного пальцев означает совсем иное, нежели “окей”.
Добрая мысль, доброе слово, доброе дело
Если вы попросите любого таджика перечислить три основных правила жизни, то услышите формулу, завещанную Заратустрой: “Добрая мысль, доброе слово, доброе дело”. Заратустра, конечно же, не был материалистом, но эта последовательность напоминает нам, что мысль материализуется в слове, а слово — в деле. И, следовательно, храни ум свой в чистоте, имей чистые помыслы, начни благородное действие с себя. Очисться, чтобы не осталось места ни для чего больше, кроме высшего промысла. Зороастрийские источники свидетельствуют, что Заратустра отличался удивительными магическими способностями. Он обладал даром предвидения, предсказав за двести лет приход Александра Македонского, совершал чудеса, был способен оживить и убить взглядом и словом, наказывал дивов и духов зла и всю жизнь противостоял жрецам-магам, которых мы сегодня назвали бы черными магами. На зороастрийские верования таджиков наслоились поздние исламские, но и сегодня они верят в существование злых духов — Аджина, в фей — Фаришта, в дэвов, гурий и пери. А мистицизм суфийских орденов уходит корнями в зороастризм. Верования и культура иранцев оказали немалое влияние на арабов и ислам. Все мусульманские народы России перед намазом-молитвой пять раз в день произносят обязательное предпослание к молитве “ният” — “намерение” на персидском-таджикском. Пройдя через сады Персии, ислам стал плодоносить, превратившись в мировую религию. Зороастризм же был первой религией единобожия. Английская исследовательница Мэри Бойс назвала его “первой религией откровения, давшей жизнь иудаизму, христианству и исламу”. Для предков таджиков постулаты зороастризма также не могли быть полностью отринуты после принятия ислама в восьмом веке. Сегодня сложно определить, что в таджикском менталитете сохранилось от зороастризма, что привнесено исламом, а что существовало до того и другого. Общее, пожалуй, — бережное отношение к природе, трепетное отношение к воде и поддержание ее в чистоте. В воду нельзя было плюнуть, осквернить ее кровью или трупом животного или справить нужду. Когда я был подростком, наши родственники из кишлака Варк, (Варка -- “Плотина”, согдийское название древнего населенного пункта между Самаркандом и Бухарой), приехав в гости, отказывались пользоваться унитазом, чтобы не осквернять воду, и предпочитали уличный туалет. Сельский мальчишка или мужчина не будет искать дерево, чтобы окропить его, а присядет в траве. Нельзя этого делать лицом к кладбищу. После посещения кладбища человек, не заходя в дом, вымоет обувь. Зороастризм был (и остается в Иране и Индии) весьма подробно регламентирующей жизнь человека религией. Это касается и отношений между родственниками, между мужем и женой, между человеком и животными, отношения к пище, к природе и т. д. Насилие считалось тяжким грехом. Например, порицалось вступление в половую связь против воли супруги, особенно в неурочное время. Культивировалось терпимое и уважительное отношение к животным. Но главным грехом считались ложь и лицемерие, поклонение лживым ценностям и божкам. Впрочем, многое из того, что завещал Заратустра, в Таджикистане забыто. Сейчас, как с горечью сказал мне мой приятель, известный таджикский литературовед Азим Аминов, многие хотят урвать, обмануть другого, расцветает культ денег и наживы. Сегодня можно увидеть помойку на берегу реки, пластиковые бутылки в воде, замусоренные и заплеванные арыки. А в годы войны противоборствующие стороны сбрасывали в реку Вахш трупы расстрелянных. Дух зла Ахриман овладевает мыслями новых приверженцев и последователей в содружестве с подобными себе — мусульманским Иблисом и христианским Мефистофелем. И вновь и вновь приходится начинать все сначала, с самого себя.
“Очень приятно, Царь”
Об именах, которые дают памирцы и другие таджики своим детям, можно написать отдельную книгу. На Памире кроме Царь-винограда можно встретить моего хорошего приятеля Гелоса — Черешню, или Кадамшо — Поступь Царя, или Шафтолушо — Персик Царя. Приставка “Царь” — отличительная особенность мужских памирских имен. У моего друга Аслишо на его страницах в социальных сетях висит постоянный статус “Очень приятно, Царь”. Считается, что, давая странные имена, родители оберегают ребенка от судьбы и злых духов. При этом обычно детям дают два имени. Одно публичное, второе — только для семейного пользования. И еще неизвестно, какое имя главнее. Были у меня приятели, которые носили имена Панчшанбе и Чоршанбе — Четверг и Среда (дословно — пятый и четвертый дни после субботы, а Душанбе — второй день от субботы, Понедельник), или Борон — Дождь, или Шамол — Ветер.
Часто имя дают в связи с днем или временем года, когда родился ребенок. Но у таджиков можно встретить самые необычные имена: Бахор — Весна, Гулбахор — Цветок весны, мужское имя Тилло — Золото, женское Зарина — Золотая, Табар — Топор, Теша — Тяпка, Дости — Коса, Серп (с серпом), Хурдак — Малыш, Младший, Сангак — Камешек.
Много и удивительно красивых женских имен. Перечисляя их, попадаешь в Райский сад — Фирдавс, где есть Гулнор — Цветок граната, Гулноз — Каприз (нежность) цветка, Наргис — Нарцисс, Лола — Тюльпан, Садбарг — Роза (дословно “Сто лепестков”), Нилуфар — Лотос, Кувшинка; Бунафша — Фиалка, есуман — Жасмин. Есть имена, связанные с названиями драгоценных камней, которыми богаты горы Таджикистана. Зумрад — Изумруд, Нигина — Перстень, Лали — Рубиновая, Гавхар — Жемчуг.
Много имен с корнем “гул” — цветок, “дил” — сердце. При этом таджикское “л” звучит полумягко, почти как “ль”. Например, имена Гулчехра — Ланиты цветка, Гулрух — Лик цветка, Гулбахор — Цветок весны, Гуландом — Изящная, Грациозная. Или Дилбар — Уносящая сердце, Дилором — Покой сердца, Дилафруз — Восхитительная, Возлюбленная — звучат так, словно к имени пристегнут маленький колокольчик.
Много имен, сохранившихся с древних времен и свидетельствующих об индо-иранских корнях. Манучехр (Манушчитра) — Рожденный на священной горе Мануш, Хуршед — Солнце, Дариуш — Дарий, Бахром (Варахрама) — Марс.
Есть женские имена, связанные с названиями небесных светил: Ситора — Звезда, Парвина и Сурайе — Плеяды, Сириус; Зухра — Венера.
Именные коды
Разве не поэт народ, дающий такие прекрасные имена своим дочерям? Разве лишен он чувства юмора, так шутя с судьбой, давая иногда такие странные имена своим сыновьям? Таджики очень изобретательны при наречении своих детей. Тем более, что список этот, пополнявшийся тысячи лет, содержит множество имен доисламских: зороастрийских, арабских мусульманских, тюркских. В таджикских семьях всегда традиционно было много детей. Таджики говорят, что каждому рождающемуся Бог уже определил свою долю добра. Часто имена даются в честь уже умершего предка. Имен живущих предков, а в горах и в долинах немало долгожителей, давать не рекомендуется. Это считается дурным тоном по отношению к живому человеку. Поскольку имя обладает своим кодом, своей силой и своей судьбой — так здесь считают, — назвать внука именем живого деда означает отнять часть силы у деда, списать его со счетов, поторопить. Кроме того, у таджиков принято давать детям такие странные, казалось бы, имена как Бобо — Дед, Додо (Дада) — Отец, Биби — Бабушка. Взрослый отец обращается к сыну и называет его дедушкой. Причем такие дети пользуются в семье особым положением и вырастают в особой любви и уважении. Дело в том, что у таджиков, так же, как и у других народов, не принято называть отца и мать или бабушку и дедушку по имени. И если ребенка назвали в честь предка, то, называя его Додо, вы подразумеваете, что его зовут, допустим, Бахром. Но даже если ребенка официально называют в честь умершего деда, дома отец и мать все равно будут звать его Бобо, прибавляя слово “джон” — “душа”, “дорогой”: Бободжон.
Кроме того у таджиков, а также у узбеков Зарафшанской долины, где расположены древние города Пенджикент, Самарканд и Бухара, еще недавно встречался обычай звать супруга по имени первого ребенка. Так жена может обратиться к мужу и назвать его Гульчехрой или Зухрой. В этом случае родители, наоборот, стремятся запутать судьбу и злых духов, отдавая часть своей силы, и создают тройную ангельскую защиту над своим первенцем.
“Мальчик был с краю”
Таджики любят шутку и острое меткое слово. Немало они шутят и над собой. Известный таджикский советский поэт Боки Рахим-заде всю жизнь мечтал о сыне. Но Бог посылал ему, как в сказке, одних дочерей. Есть такая байка: когда у поэта родился долгожданный сын, счастливый отец устроил пир для родни и друзей. К тому времени поэт был уже весьма немолод. И вот, подняв и осушив пиалу с праздничным напитком, он сказал, глядя на край пиалы: “Я столько лет так углубленно занимался этим вопросом, старался, и все не получалось. Искал пацана. А оказалось, мальчишка с краю был”.
Старики
Вообще семья, родственные отношения являются для таджиков главной из традиционных ценностей. Почитание старших воспитывается с детства. Когда входит старший, все обычно встают. Это хорошо заметно и в общественном транспорте, где молодые без предупреждения и просьбы уступают место старшим мужчинам и женщинам и просто девушкам без намерения понравиться и познакомиться. А девушки в свою очередь — взрослым мужчинам. А если входит женщина с ребенком, им обоим уступят место или она возьмет дитя на колени. Стоящая мать при сидящем ребенке в транспорте — большая редкость. Ребенок привыкнет, что он сидит, когда перед ним стоит его мать. Слово деда в семье непререкаемо. Это потом, оставшись наедине, бабушка имеет право и возможность проесть ему плешь, но озвучивает последнее слово все равно дед. Обычно в сельской местности таджики живут компактно, большими семьями во главе с дедом, в одном дворе. При рождении сыновей отец сажает вдоль границы участка пирамидальные тополя, которые потом пойдут на строительство дома для молодоженов, на балки перекрытий под крышей. Может быть, потому что глава семьи всю жизнь работает, чтобы прокормить, вырастить и поставить на ноги детей, что живет и работает для семьи, в Таджикистане нет брошенных одиноких стариков. По обычаю, с родителями остается младший из сыновей. Его жена и дети обязаны заботиться о стариках, а те, в свою очередь, помогают воспитывать детей в уважении к традициям. Если в семье одни дочери или сами сыновья живут отдельно, кто-то из внуков, по договоренности, живет со стариками и помогает им. Забота о стариках касается не только своих родителей. У таджиков принято заботиться и о соседях и одиноких стариках. Праздничные или поминальные угощения разносят тем, кто, по мнению членов семьи, нуждается в заботе или просто является хорошим соседом.
Я уже говорил о праворукости, что ли, культуры таджиков. Есть еще одна особенность. Если угощение штучное, будь то фрукты, лепешки или конфеты, то принято давать парное количество. Моим родителям, живущим в Душанбе и не обделенным вниманием детей, тоже иногда приносят чашку атолы — рисовой каши или чашку плова. Однажды дома у родителей я был несколько шокирован, когда в дверь позвонили и, открыв ее, я услышал от незнакомой женщины, что чашка каши предназначена для моей матери. Но вспомнил, что это не подачка, а знак внимания и традиция. И что принято самим возвращать чашку, но только не пустой, а со своим угощением — если есть с чем. После гражданской войны в Таджикистане осталось много одиноких русских стариков. Некоторых из них можно встретить и в Душанбе предлагающими на улице газеты или жвачку. При разговоре узнаешь, что дети уехали в Россию и живут хорошо. И нередко одиноких стариков хоронят те же соседи.
В годы войны в Таджикистане стало много попрошаек. Постороннему человеку сложно различить по облику, одежде и говору, кто перед ним. Иногда это вполне благообразные холеные мужчины и старики, совершающие молитвы-благословения за деньги, часто женщины с детьми, сами дети, которые просто просят милостыню. В Таджикистане и во всей Средней Азии по соседству с таджиками и узбеками испокон веков живут индоарийские племена люли и джуги. Это азиатские цыгане. Внешне, особенно на взгляд со стороны, они почти неотличимы от оседлых жителей. Но когда на улице ты проходишь мимо ряда торговцев семечками или кукурузой, сидящих вперемешку с нищими, то продающий и пытающийся заработать наверняка окажется таджиком, а просящий милостыню — таджикским цыганом. Они тоже говорят на диалекте таджикского или узбекского языков. Это их образ жизни, их философия. И в городах России таджики, узбеки и киргизы предпочитают подметать улицы и работать на стройках, а люли и джуги сидеть на асфальте с детьми на руках. Это предписание их судьбы, их круг, за пределы которого большинство из них не может или не пытается вырваться.
Чархофалак — вращение сфер — колесо рока
А у таджиков свои круги рока, который возвращается вновь и вновь войной, разором, исходом. И, по сути, начав братоубийственную междоусобную войну, таджики обрекли на очередной исход из цветущего края и русских, и евреев, и немцев, и корейцев, и цыган, и себя самих. Так было, многие покинули Таджикистан и остались верны любви к нему. Многие похоронены в другой земле, многие могилы на душанбинских кладбищах заросли и затерялись. Единицы возвращаются подышать здешним воздухом и побродить по родным улицам. Единицы вернулись назад и нашли или не нашли своего города, своей родины. Но никто не повинился перед теми, кто ушел и не вернулся. Никто не подумал отдать людям квартиры и разграбленное имущество, не попросил прощения. Таджики воевали друг с другом, но досталось всем жителям республики. Одни напугали всех многотысячными митингами с требованиями придания таджикскому языку статуса государственного, возврата к национальным ценностям, к справедливому распределению полномочий и бюджета между регионами. После разгона митинга в феврале 1990-го года, когда оружие против манифестантов применил спецназ из Москвы, толпа пошла крушить центр города и бить попадавшихся русских и не только. Это черное несмываемое пятно позора в нашей истории. Душанбинцы стали стихийно создавать интернациональные отряды самообороны. По ночам мужчины дежурили во дворах с дубинами в руках. Были введены комендантский час и бронетехника. За участие в беспорядках и погромы были осуждены единицы. Впрочем, за приказ стрелять, за расстрел митинга и десятки погубленных жизней тоже никто не понес ответственности. Сегодня все более очевидным становится, что это было начало межрегиональной борьбы в республиканской верхушке за ключевые посты с привлечением России и других внешних сил. События февраля 1990-го года пролегли трещиной в межнациональных отношениях в Таджикистане. Это послужило причиной начала массового отъезда русских. На их призывы к Москве помочь перебраться в Россию один из членов ЦК КПСС в личной беседе сказал ходокам: “Мы не поддерживаем ваши планы переехать в Россию. Вы нужны нам там”. Однако и в Таджикистане сбалансированной политики, которая позволила бы русским оставаться там и ощущать себя в безопасности, также не было. Еще одним мощным сигналом тревоги и шоком для всех граждан Таджикистана, в том числе русскоязычных жителей, стало фактическое отделение России, Украины и Белоруссии от Советского Союза в декабре 1991 года в Беловежской пуще. Таджикистан едва ли не в числе последних, на три месяца позже России, принял декларацию о суверенитете. Русские жители республики предоставили таджикам самим решать свою судьбу и самоустранились, начав отъезд самостоятельно, продавая или закрывая свои квартиры. Бухарские евреи, жившие тысячи лет бок о бок с таджиками, потянулись в Израиль, немцы — в Германию. За несколько лет в конце 80-х — начале 90-х годов Таджикистан покинуло не менее миллиона жителей. В 1992-м власть в Таджикистане от ленинабадского номенклатурного советского клана, а потом исламских демократов из Гарма, верховий Зарафшана и Памира перешла к представителям кулябского землячества. Гарм и Памир бомбили российские краснозвездные самолеты. Россия и Узбекистан воевали на стороне одних таджиков против других под эгидой миротворческих сил. Вскоре обнаружилось, что правительственные таджикские силы небоеспособны и массово сдаются в плен оппозиции в Припамирье. Устранился и Узбекистан, и на поле брани остались российские миротворцы и отряды таджикской оппозиции. Последние уходили в Афганистан и возвращались, до зубов вооруженные и хорошо обученные действиям в горах против танков и вертолетов. Еще в 1997 году в Припамирье, в Тавильдаре, на горных серпантинах и на дне обрывов можно было увидеть подбитые танки и вертолеты с российскими гербами.
Понадобится пять лет войны и переговоров, опасное приближение талибов к таджико-афганской границе, охранявшейся тогда российскими пограничниками, чтобы в Москве, Тегеране, Нью-Йорке и Брюсселе в 1997 году решили, что пора прекращать войну и возвращать таджиков из Афганистана, дабы отряды таджикской оппозиции не стали ударной силой для талибов. Соглашение о национальном примирении в Таджикистане было подписано 27-го мая в Кремле при участии президента России Бориса Ельцина, президента Таджикистана Эмомали Рахмонова, лидера оппозиции Саида Абдулло Нури, посредников от ООН и ОБСЕ. По разным подсчетам, эта война унесла от шестидесяти до двухсот тысяч жизней. В качестве журналиста я был свидетелем встреч с российскими дипломатами представителей таджикской оппозиции, объяснявших, что в Таджикистане по определению нет антироссийских политических сил, что речь идет не о войне против российских интересов, речь идет о внутритаджикском конфликте. А в начале войны, в 1992 году, под красными знаменами при поддержке российской 201-й дивизии, изгнав из Гиссарской и Вахшской долин гармцев и памирцев, причисленных к сторонникам исламской и демократической партий (около миллиона человек), новая власть распределила большинство ключевых постов среди уроженцев одного поселка и одного района в Кулябе.
Но население Душанбе не только не уменьшилось, а даже увеличилось. Новые хозяева взломали и заняли пустующие в городах и пригородах квартиры. Мне, оказавшемуся в России в результате гражданской войны в Таджикистане, только здесь стало понятно, какие лишения легли на плечи моих земляков всех национальностей, которые были вынуждены покинуть родной дом и начинать жизнь с нуля на месте, где тебя никто не ждет и где тебе тоже не рады. Пусть простят наши земляки-таджикистанцы нас за то, что мы не смогли удержать дом в мире и спокойствии, что не смогли удержать у себя дома всех, кто с нами родился, рос, работал, дышал одним воздухом, пил одну воду, любовался теми же горами и ходил по тем же горным тропам и городским улицам, учился в тех же школах и институтах, ел с таджиками один хлеб.
Памирский чид и сандали для ног
Но вернемся в Хорог, в дом моего друга Ангуршо. По вечерам в большой главной комнате собирается вся семья. Летом они садятся на айване, летней террасе, или на топчане под грушей. Осенью и зимой — внутри дома. В центре большой комнаты в полу есть углубление прямоугольной формы. Это место для сандали, с ударением на последнем слоге. Это не обувь, но ногам там комфортно. Сейчас редко где встретишь сандали, хотя по-прежнему не везде есть электричество. Там, где оно есть, используют обогреватели или другие печи. А в городах, хотя и не везде — паровое отопление. Но кое-где сандали еще есть. Сандали — это прямоугольный или квадратный стол на низких ножках. Прежде такие столики были очень распространены в Азии. Сандали — обеденный стол, под которым аккумулируется тепло тлеющих углей. В углубление в полу сначала приносят и складывают угли из печи или из костра во дворе. Или разжигают их прямо в углублении. Когда остаются тлеющие угли без угара, поверх углубления, в котором со всех сторон могут быть выбиты ступеньки, ставят стол сандали. Стол плотно закрывают широкими, до пола, одеялами, а сверху стелют скатерть. Вдоль стола на пол кладут курпачи — продолговатые ватные стеганые одеяла. Теперь можно садиться, просунув ноги под стол и спустив их на ступеньки углубления. В зимние вечера под сандали ногам тепло и комфортно. Можно сидеть, пить чай и слушать предания и рассказы, да и просто общаться по-семейному.
Памирский дом — чид — стоит отдельного описания. Эти дома составляют особую гордость, этнографическую и историческую ценность Памира. Нигде больше в Таджикистане вы не найдете дом-храм с сохранившимися и воспроизводимыми вновь и вновь свидетельствами зороастризма и наслоения последующих религиозных верований и учений. Главной достопримечательностью и особенностью такого дома является окошко в потолке в самом центре общей комнаты, прямо над углублением для сандали. Необычность этого окна в том, что оно представляет собой пять сводчатых ступеней, уходящих к небу и сужающихся по мере удаления. Каждое углубление квадратной формы. Самый первый квадрат находится на уровне потолка, следующий расположен внутри первого ромбом, углами деля стороны квадрата. Последний, пятый, застеклен. Солнечный или лунный свет падает из центра потолка всегда таким образом освещенной комнаты. Эти квадратные своды-ступени изготовлены из дерева и составляют симметрию с углублением для сандали. “Что наверху, то и внизу”, — говорили древние суфии. Сейчас уже мало кто может объяснить, в чем смысл этой геометрии, но и сегодня не все при строительстве дома на Памире отказываются от этого окна. Теперь можно встретить дома-дворцы с резьбой и росписью на потолке и на колоннах в самаркандском и бухарском стиле. Это древнее искусство Согдианы и Бактрии — ганч — резьба по дереву. Иногда можно увидеть отголосок традиции украшать дома фресками. Этим славился в древности Пенджикент, что на севере Таджикистана, в верховьях Зарафшанской долины. Как и в Пенджикенте, на Памире есть дома, где внутренние стены расписаны великолепными горными пейзажами, к примеру, с изображением куропатки на ветке у водопада. Обязательной частью классического памирского чида являются пять столбов в большой комнате. Они не только подпирают резной деревянный свод, но и определяют границы первого и второго уровней комнаты. Некоторые хозяева говорят, что количество столбов символизирует число первых столпов ислама — Мухаммада и четверых его близких: дочь Фатиму, зятя и последователя Али, внуков Хасана и Хуссейна. Их имена и носят пять столбов. Первый, самый главный — у входа в комнату. Но кроме того приходилось слышать, что это соответствие пяти основополагающим элементам и стихиям жизни: земле, огню, воде, воздуху, дереву. Возможно, все же пятым элементом была и остается любовь.
Потолок и столбы украшены не только арабесками, но и персидской и арабской вязью, цитатами из Корана, стихами, вырезанными в дереве. Обращают на себя внимание символы. В памирском чиде рядом с квадратами окна на деревянном потолке иногда красуется большая резная восьмиконечная звезда с цитатами внутри. На столбах внутри дома до наших времен дошли изображения свастики — древнего арийского и зороастрийского знака, как в виде пересечения зигзагообразных линий, так и в виде перекрестья цветов с бутонами. В годы Великой Отечественной войны памирским рукодельницам, которые вязали для фронта длинные джурабы — шерстяные носки-чулки, запрещали включать в орнаменты традиционное для здешних мест изображение свастики. Но в домах эти орнаменты и символы по-прежнему встречаются, являясь частью истории и культуры. Также интересна восьмиконечная звезда с солнцем в центре, находящаяся, в свою очередь, в квадрате с шипами, венчающими его углы. В росписи и орнаментах можно заметить и кресты, напоминающие готские. А по периметру столбов над полом на полметра возвышается квадрат ступени второго пола шириной до полутора метров, а далее идет третий уровень. В такой комнате, как в амфитеатре, можно разместить всю семью, взрослых и детей, принять гостей, сыграть свадьбу.
Хашар и дядя Май
Снаружи, впрочем, памирский дом почти не отличается от других таджикских классических домов. Калитку или “конек” дома иногда венчает своеобразный оберег — рога архара, горного барана, который водится на Памире. Крыши большинства домов в Хороге плоские, покрытые саманом — глиной, смешанной с резаной соломой. На такой крыше хорошо сушить сено, сухофрукты, одеяла, а летом там можно спать.
Строительство дома у таджиков — дело общественное. Помогают родственники, друзья и соседи. Такой общинный, коллективный способ строительства называется “хашар”. Работа идет споро, каждому находится дело, вне зависимости от общественного положения, статуса и профессиональной принадлежности. Просеивают через сито или сетку железной кровати речной песок, месят глину, обтесывают и таскают бревна для столбов и перекрытий, замешивают цемент. Таджикские дома должны выдерживать частые землетрясения. Поэтому стены состоят из коробки толстых деревянных каркасов, между которыми кладут кирпич. С обеих сторон кирпич замазывается или саманом или цементом. Впрочем, саман более пригоден для мягкой и прочной сцепки, чем цемент, который дает трещины при землетрясениях. В горных селениях вместо кирпича используют камни и каменную сечку, их собирают в русле реки. Но такие дома, конечно, холоднее, чем сложенные из сырцового, просушенного на солнце или обожженного кирпича. Дерево, которое идет в ход при строительстве, это в основном пирамидальный тополь, который высаживают повсюду. И такие дома стоят по сто и более лет. На одном из хашаров во дворе у Ангуршо мне посчастливилось поработать со знаменитым на Памире человеком, акаи Майем. Дядя Май в детстве снялся в главной роли в фильме середины пятидесятых “Дети Памира”, рассказывавшем о молодом сельском учителе-коммунисте, убитом контрреволюционерами, и его учениках, памирских мальчишках, в период установления Советской власти. Теперь дядя Май — скромный школьный учитель и добропорядочный семьянин, хотя имя Май переводится с таджикского как “вино”.
Кимоб
Одна из особенностей таджиков — любовь к поддразниванию, подначиванию друг друга. Есть такое понятие — “кимоб”, или “кибоб”. Это то, на упоминание чего у человека идиосинкразия. Кимоб есть не у каждого. Но если он есть и знакомые узнают о нем, тогда держись. Для нашего Ангуршо таким кимобом в кругу семьи стал “виноград в хлеву”. Доводилось слышать от знакомых и такую историю. Едут по Душанбе две маршрутки. Одна поравнялась с другой, и один водитель кричит другому: “Как там дела у картошки?” Безобидный, вроде бы, вопрос. Но второй водитель дает по газам, пытаясь догнать насмешника, и маршрутки устраивают ралли по городу с полными салонами пассажиров, нарушая маршрут и катаясь по кругу. Или, например, один коллега из центральной душанбинской газеты терпеть не мог, когда при нем произносили слово “пирожки”. Это был и есть, дай ему Аллах здоровья, добрейшей души человек. Он всегда был добр во всех отношениях и любил поесть.
Щадя его самолюбие, коллеги не рассказывали другим людям, при чем тут пирожки. Но новичку предлагалось подойти к нему и спросить: “Я иду на обед, вам пирожки купить?”
За эту особенность — очевидно, за любовь к пирожкам — коллеги прозвали его Хазрати Пирожок, то есть, Преподобный Пирожок или Его святейшество Пирожок.
Впрочем, таджики отходчивы. В народе бытует пословица: “Гнев таджика — что милость турка”. Не знаю, насколько она справедлива, но в случае с кимобом лучше всего придумать такой же ответный ход или посмеяться вместе со всеми. Так обычно и происходит.
Мой друг Дустмухаммад Дуст после начала гражданской войны не мог спокойно слышать слово “устод” — духовный руководитель, или учитель. Когда еще один мой друг, которого уже нет среди нас, Имомназар Холназаров, воскликнул сокрушенно в очередной раз: “Где теперь устод такой-то?”, Дустмухаммад попросил нас никого больше при нем не называть духовными учителями, кроме него самого. Сам Дустмухаммад, востоковед, кандидат наук, защищавшийся в Москве, на одном из таджикских митингов был запечатлен зарубежным фотокорреспондентом во время скандирования лозунга “Долой ГКЧП”. В то время он носил роскошную бороду, поменее, чем у Маркса, но поболее, чем у Энгельса. Фото облетело весь мир с подписью “Облик таджикского фундаменталиста”. Теперь при встречах я его так и называю — “устод фундаменталист”.
А наш друг Имомназар, бывший до войны главным редактором газеты демпартии Таджикистана “Адолат” (“Справедливость”), уже будучи серьезно больным, собрал байки своей жизни в небольшую книжицу под названием “Умрешь со смеху”.
Одна из баек Имомназара рассказывает, как его жена принесла персики и груши ему в больницу. Когда она наклонилась к нему, чтобы поправить подушку, он сокрушенно сказал: “Ты принесла мне такие фрукты, когда у меня уже зубов не осталось”. На что супруга, доктор наук, ответила без заминки: “Ты и с зубами был не такой уж едок”.
Таджикские женщины очень остры на язык. На язычок им лучше не попадаться. Вспоминается случай из жизни, который я сам наблюдал. Один мой друг души не чаял в сынишке. За семейной трапезой он подкладывал мальчонке кусочки мяса, приговаривая: “Ешь, сынуля, чтобы твой цыпленок большим вырос”. На что жена без всякого умысла отреагировала так: “Отец, да что ты к мальчишке пристал. Сам бы лучше поел”.
В песенном фольклоре есть целая серия шутливых “частушек” про то, что будет с женихом, если он возьмет в жены девушку из того или иного региона Таджикистана. К примеру, “Будет женка из Куляба, сердце сделает кебабом”. Или: “Будет женка из Дарваза, каблуки точи ей сразу”, “Будет женка из Памира, без штанов пойдешь по миру”, “Будет женка из Варзоба, не спасешься от кимоба” и т.п.
Хлеб и чай
Но есть люди, над которыми насмехаться тяжкий грех. Таджики великодушно и почтительно относятся к юродивым, каландарам — странствующим дервишам, калекам и инвалидам, к сумасшедшим и людям с синдромом дауна, к старикам. Обидеть их считается делом недостойным. С ними общаются, их не избегают, они — часть общества. Такому человеку при затруднениях помогут взобраться в транспорт, поднесут вещи.
Особое, трепетное отношение у таджиков к хлебу и воде. На улицах Душанбе не увидишь валяющихся кусков хлеба. Хлеб и даже крошки хлеба под ногами для таджиков — большой грех. Увидев кусок хлеба, прохожий подберет и отложит его в сторону, на возвышение. Раньше этот кусок хлеба могли еще и поцеловать. У горожан всегда остается зачерствевший хлеб. Его никогда не выбрасывали в помойное ведро. Что-то доставалось птицам на подоконнике, но вообще ждали звонка в дверь с вопросом: “Сухой хлеб есть?” Это сельские мальчишки собирали в холщевые мешки черствый хлеб для коров.
Сама таджикская лепешка обладает свойствами не плесневеть. Лепешки пекут на углях, в тандырах — полусферах специальных печей из глины. Лепешка прилипает к стенке тандыра и потом достается оттуда — уже яркой и пышущей, как солнце, ароматной и хрустящей — с помощью круглого решетчатого хвата на длинной ручке. У каждой местности своя лепешка и свой рисунок на ней. Есть слоеные лепешки с маслом, есть постные с кунджутом, есть тонкие, как лаваш, под названием “чапоти”. Но самыми вкусными лепешками считаются самаркандские или выпеченные самаркандцами. Летом порой достаточно лепешки с несколькими кусочками тающей ароматной кабодианской дыни-торпеды, парой мохнатых крупных курган-тюбинских персиков или с гроздью медового винограда “дамские пальчики”, или с кислым молоком-чаккой, или с каймаком-сметаной, чтобы наесться и утолить жажду. Зимой в горных районах на широкое деревянное блюдо кладут лепешку, заливают расплавленным топленым маслом и разведенным курутом — шариками сушеного створоженного кислого молока — посыпают луком, все это перемежают еще тонкой лепешкой чапоти-лавашем, заправляют перцем и луком, при желании посыпают отдельно сваренной и порезанной картошкой и вновь поливают топленым маслом или кислым молоком. Это и вкусно, и сытно.
Хлеб и у таджиков — всему голова. Окажись вы в любом доме в Таджикистане случайным путником или приглашенным гостем, вас напоят и накормят. Гостя сажают на самое почетное место с противоположной от входа в комнату стороны, на мягкие ватные стеганые курпачи — продолговатые одеяла, расстеленные поверх ковра или войлока. Приносят дастархан — некий аналог русской скатерти-самобранки. И в первую очередь на дастархан кладутся лепешки, которые разламывает хозяин или его сын. К вам подойдут и поднесут кувшин для мытья рук, подержат сосуд для слива воды, дадут полотенце. Все это вы проделаете, привстав с места, на которое вас усадили. Следом несут дымящийся зеленый (летом, в долинах) или черный (в горах и зимой, и летом) чай в маленьких чайниках. Потом на дастархане появляются сладости — печенье, мед, конфеты. Все это вносится мужчинами через дверь или подается из другой комнаты женщинами через небольшое квадратное окошко. Женщины в комнату с незнакомыми мужчинами не входят и за одним дастарханом с ними не сидят. Не стоит торопиться особо налегать на сладости, поскольку на кухне уже кипит работа — готовится или подогревается горячее: плов, шурпа, лагман. В крайнем случае — яичница.
Прежде чем налить вам пиалу чая, хозяин убедится, что тот хорошо заварился. Налитую до половины пиалу он сливает обратно в чайник и проделывает это раза два. После этого первую пиалу с чаем передают гостю или старшему. В Азии принято наливать чай до половины пиалы. Этому есть несколько объяснений. Во-первых, чай всегда пьют горячим и свежезаваренным. А у пиалы, как известно, нет ручки. Держа верхнюю половину пиалы большим и указательным пальцами и поддерживая мизинцем нижний обод сосуда, вы не обожжетесь и не выроните пиалы. Во-вторых, чай в заполненной наполовину или меньше пиале быстрее остывает, вы не обожжете язык и рот. В-третьих, это знак уважения. Это означает: пейте на здоровье, хозяин тут же нальет еще столько раз, сколько захотите. Наполненную менее чем наполовину пиалу с чаем русские Таджикистана называют в шутку “чаем с уважением” и иногда говорят: “Мне без уважения, пожалуйста”. Однако на Памире это пожелание излишне, там наливают по-памирски — до краев.
Когда же вы будете покидать гостеприимный таджикский дом, вы заметите, что вся обувь вошедших заботливо повернута носками наружу.
Празднества
Вид праздничной лепешки и ее запах на всю последующую жизнь запоминаются каждому мальчику-таджику, прошедшему обряд “хатна” -- обрезание. Мальчишке-дошколенку прикрывают лепешкой обзор, чтобы он не видел приготовлений к операции и сам ее ход. Так что, ничего не подозревая, мальчик иногда даже не успевает испугаться. Мальчику говорят, что он станет мужчиной. Его одаривают родные и гости, складывая у подушки подарки, а под подушку -- деньги. Помню, я не только не успел испугаться, но и, чувствуя торжественность положения, ощущал себя едва ли не принцем крови и богачом.
Отец по такому случаю устраивает обязательное празднество, на которое созываются соседи и родственники. В сельской местности и в городах, в зависимости от возможностей семьи, на праздник приглашаются певцы и танцовщица, которые выступают до глубокой ночи. В их репертуаре фольклор и песни на стихи таджикско-персидских классиков, суфийская музыка. Музыка далеко разносится, и никто особо не ропщет, праздник есть праздник. Зачастую соседи или родственники договариваются о проведении обряда сразу для двух-трех мальчиков — из соображений экономии. Так помимо единородных братьев у мальчиков появляются побратимы по обряду инициации. Например, мои названые братья перед самым обрядом попросились в туалет и отказывались оттуда выходить. Пришлось мне идти первым. Теперь я по праву считаюсь старше и главнее обоих, хотя один из них родился на 10 дней раньше. Сегодня он — популярный таджикский рок-музыкант.
На такое празднество в сельской местности, а большинство населения Таджикистана живет на селе, режут бычка или барана — как и на большую свадьбу, куда созывается вся округа. Специальные глашатаи разъезжают на лошадях или автомобилях и громко созывают гостей. В годы моего детства такой глашатай ездил по улицам села и между полей на грузовике и из кузова протяжно объявлял, что такой-то делает сыну обрезание или женит сына тогда-то и там-то. Теперь мобильная связь значительно облегчила оповещение родственников, живущих далеко, но соседей и близкую родню дешевле позвать все же дедовским способом. В том, что на свадьбу созывают всю округу, есть элемент махаллинской взаимопомощи. Более зажиточные кормят и тех, кто в той или иной степени нуждается. На свадьбу может зайти любой гость, любой прохожий, друг и гость гостя.
Свадьбы, как и поминки, и иные праздники, по мусульманским обычаям, требуют пожертвований для посетителей мечети, для чего режут бычка или барана, а мясо раздают так же, как это делают в память о ком-то, в связи с выздоровлением близкого человека или счастливым избавлением от какой-либо напасти или несчастного случая. После праздника остатки мяса, плова, первых блюд также раздаются, разносятся по родственникам и соседям.
В самих свадебных ритуалах сохранилось немало древних традиций. Свадебные церемонии состоят из 15-16 обязательных частей, разнесенных по времени и месту. Сюда входит визит посланника с вестью о намерениях, предварительная встреча потенциальных сватов, смотрины или знакомство родителей жениха с невестой, сватовство, помолвка, визит родственниц жениха, шитье родственницами невесты ватных одеял, утренний плов для соседей и т.д. Приданое платит сторона жениха. Часть этих средств остается родителям невесты, которые также договариваются с родственниками жениха о взаимных тратах в интересах молодоженов, на их жилье и обустройство.
Кульминацией является сама свадебная церемония. Расскажу свои детские воспоминания о свадьбе двоюродного брата в родном селении Варк. После загса жених привез невесту в дом ее родителей и отправился к себе готовиться к свадебному торжеству. Вечером, когда котлы уже дымились и собирались гости, молодежь, парни и девушки, во главе с женихом с музыкой и танцами отправились по трассе Самарканд–Бухара (отрезку Великого Шелкового пути, проходящему через селение Варк) к дому невесты. Там их встретили ее родители, и после ряда непродолжительных ритуалов жених вышел с невестой к воротам, перед которыми был разожжен костер. Он поднял невесту на руки, и, положив ее на правое плечо, обошел несколько раз против часовой стрелки вокруг костра. Их проход до машины осыпали конфетами и монетами.
Уже в доме жениха, где молодоженов встречают игрой на дойре-бубне и танцами, их проводят в отдельную комнату, где сажают в угол лицом ко входу за сюзане — вышитое национальными узорами покрывало, завесу от посторонних глаз. Там над ними совершается обязательный мусульманский обряд бракосочетания — никох. Они подтверждают свое согласие на брак, после чего им дают отпить воды из одной глубокой пиаловидной чаши — коса. Теперь они муж и жена. Сиделки, которые находятся рядом, через определенное время передоверяют их мужчинам, те провожают молодых к столу. Наутро после свадьбы женщины со стороны жениха, ночевавшие в соседней комнате, приходят за простыней. Этот последний ритуал призван подтвердить, что невеста выходит замуж девственницей. После свадьбы молодая жена надевает белоснежный платок и первое время не появляется на людях. А через некоторое время молодые должны засвидетельствовать свое почтение родственникам невесты и жениха, посетив всех, кто их пригласит.
Сельские таджики с детства приучены к строгости и труду. Здесь еще сохранилась логика крестьянских семей: чем больше детей, тем крепче семья и тем легче ей управляться с хозяйством. Дети с детства подметают глиняный двор, косят траву на холмах, в поймах ручьев и рек, грузят копны на ослов, участвуют в прополке, сборе овощей и фруктов, хлопка, ухаживают за скотиной. Иногда это происходит в ущерб учебе. Мои двоюродные братья жутко завидовали мне, горожанину, когда я приезжал на летние каникулы и пользовался положением гостя, но делали смиренно свою нелегкую работу и приучали к ней меня. А я все норовил сманить их искупаться в хаузе -- бассейне для полива, в арыке или в Зарафшане. Иногда мне это удавалось. И хотя за наши отлучки им порой доставалось, они вспоминают о тех шалостях с удовольствием.
Навруз
Пожалуй, самым древним и самым любимым праздником у таджиков является Навруз. Его название дословно переводится с таджикского как “новый день”, “нав” или “нов” — “новый”, “руз” — день. У Навруза, в отличие от собственно мусульманских праздников, фиксированная дата, он исчисляется по солнечному, а не лунному календарю. Навруз наступает с 20-го на 21 марта, в день весеннего равноденствия, когда ось нашей планеты выравнивается и становится параллельной оси солнца, а экватор Земли оказывается перпендикулярным солнечной оси. Этому древнему зороастрийскому празднику тысячи лет. И завоеватели-арабы не смогли его запретить ни таджикам, ни неиранским народам всей Азии. Историки считают: празднование Навруза от берегов Индийского Океана до Поволжья свидетельствует о том, что контакты предков таджиков распространялись на обширные территории Евразии и влияние их культуры в этом ареале было значительным.
В Таджикистане обычно к Наврузу расцветают миндаль и персик. Нежно-розовая дымка их цветения в долинах и трогательные стрелы подснежников в горах — первые вестники приближающегося Навруза. К 21 марта земля в долинах и предгорьях прогревается, начинаются теплые весенние дожди, и, согласно зороастрийскому земледельческому календарю, приходит пора сева. За неделю до 21-го проращивают зерна пшеницы в блюдах и чанах. Из этих пророщенных зерен, богатых минеральными веществами и жизненной силой, всю ночь варят сумалак (суманак). После зимнего авитаминоза — весьма полезная штука. На праздничном столе вместе с сумалаком должно быть семь блюд на букву “с”.
Навруз сопровождается народными гуляниями, конными скачками, древними конно-спортивными играми човган (конным поло), а также бузкаши — козлодранием. В этот день варят яйца, которые, если их поставить на попа на столе, упадут только после того, как ось земли сместится. А дети проводят состязания на прочность яичной скорлупы так же, как в России на Пасху. После Навруза мальчишки пополняют свои запасы альчиков — бараньих мослов, в которые потом играют до новых праздников. А из кусков бараньей или козьей кожи с шерстью делают они лянги с плоским свинцовым грузилом посередине, прикрученным ниткой или проволокой, продетыми через кожу. Подбрасывая эту штуку внутренней поверхностью стопы и не давая ей как можно дольше упасть на землю, они вырабатывают координацию движений, терпение и выносливость. Помню, пацанами мы играли в мослы и в лянгу часами, забывая о еде и уроках, соперничая, совершенствуясь и самоутверждаясь.
Слово и судьба
С традицией широко закатывать праздники боролся ислам: запрещались музыка, танцы, возлияния. Потом с ней боролась советская власть, запрещая молитвенные благословения и такой “пережиток темного прошлого” как выплата калыма за невесту, который по сути является стартовым капиталом для молодоженов. Теперь власти суверенного Таджикистана запрещают пышные празднества, объясняя это соображениями экономическими: мол, они наносят ущерб бюджету семьи. Но традиция неистребима. То ли она в крови, то ли срабатывает стремление быть не хуже соседей и родственников, показать и свою способность достойно отметить праздник.
Любовь таджиков к застольям настолько резко контрастирует с аскетическими буднями, что задаешься вопросом: не из зороастризма ли с его священной хаомой тянется эта любовь. Рецепт той хаомы давно утрачен, но, как и древние греки, пришедшие в Согдиану и Бактрию две с половиной тысячи лет назад и ассимилировавшиеся, растворившиеся потом в городах и долинах в течение тысячи лет, таджики любят на праздниках поговорить.
Всякое застолье, особенно праздничное, сопровождается своего рода соревнованием в красноречии, декламированием классических стихов Хайяма, Саади, Руми, Джами, Бедиля и, конечно, рубаи Хайяма. Жива и традиция “мушоира”, когда стихотворцы, собираясь, соревнуются в красноречии, по очереди подхватывая заданную тему и определенный ритм. У любителей поэзии есть и другая, не менее увлекательная игра — “байтбарак”, когда соревнующиеся должны продолжить строку или двустишие из стихотворения классика. Помню, моя любимая учительница Маргарита Николаевна Басенюк, преподававшая у нас историю, говорила: тем и отличались древние греки от древних римлян, что любили не только выпить, но и вкусно поговорить.
К слову о Хайяме. В отличие от иранцев, таджики Хайяма ценят очень высоко, их не смущает его вольнолюбие, его гедонизм, воспевание вина. Многие понимают, что речь идет не столько об алкогольном напитке, сколько о напитке любовном, о суфийском символе любви к Богу. Кроме того, таджики гордятся, что являются основоположниками персидской поэзии, поскольку первый новоперсидский поэт, живший в IX веке, всемирно известный Абу-Абдулло Рудаки был таджиком из кишлака Панджруд, что на севере современного Таджикистана. Там он и похоронен. Туда, к его мавзолею, поклониться приходят продолжатели его традиций в таджикской поэзии и сегодня. Считается, что таджиками были также Фирдоуси, Джами и Руми, основоположник алгебры Ал-Хорезми, один из основоположников современной химии Ал-Беруни. Западные исследователи признают огромное влияние, которое оказали на крестоносцев и эпоху Возрождения мусульманские ученые, алхимики, философы. Само название алгебры имеет мусульманское происхождение: от Ал-Джабра. А астрономы и сегодня признают, что календарь, составленный в XI веке Омаром Хайямом, точнее, чем принятый нами, тот, по которому мы отсчитываем свое время. Читая Хайяма, обнаруживаешь, что задолго до сегодняшних открытий, согласно которым Вселенная имеет форму диска или бублика, он утверждал: “Круг мироздания подобен перстню”. Перед плеядой великих таджикско-персидских поэтов, творивших с IX по XV века, преклонялся Гете, писавший, что каждый из них куда значительнее, чем он сам. И, что примечательно, практически каждый таджик или иранец, любого сословия и достатка, остановленный вами на улице в Душанбе, Москве, Лондоне, Нью-Йорке, Кабуле или Тегеране, прочтет вам по памяти рубаи Хайяма, стихи Рудаки, Хафиза на том самом языке, на котором они были написаны тысячу или 500 лет назад и на котором и сегодня говорят таджики Таджикистана, Афганистана и жители Ирана.
“За родинку ее отдал бы я Самарканд и Бухару”
По сути, этот поэтический и философский капитал, накопленный за “шесть веков славы”, как написал в одноименной книге Михаил Зандер, и есть главное сохранившееся культурное достояние таджиков. После нашествия монголов города — центры культуры и искусства — были разрушены, а многие носители культуры и знаний истреблены. В эпоху активизации морских путей Великий Шелковый, проходивший через Бактрию и Согдиану, утратил свое значение. Горы опять стали на многие века убежищем древнего народа. За монгольскими нашествиями последовали тюркские. “Вероломство входит в каждый дом”, — писал о своем времени Хафиз. Некоторые таджики не могут, однако, простить ему строчек из знаменитой газели:
Агар он турки шерози ба даст орад дили моро,
Ба холи хиндуяш бахшам Самарканду Бухороро.
Есть немало переводов этой газели на русский язык. Но ни один из них не отражает всей сути этих двух первых строк. Я перевел их так:
Когда ширазская турчанка вернет мне сердце в узах рук,
За узы с родинкой отдам я и Самарканд, и Бухару.
“Холи хиндуяш” в газели Хафиза означает дословно “индийская родинка”. Как известно, когда индианки выходят замуж, они помечают лоб знаком “родинки” — знаком того, что женщина связана супружескими узами. В империи великих моголов, потомков Тимуридов из Самарканда, в Индии такой знак носили не только индуистки, но и мусульманки.
Эти строки Хафиза оказались пророческими. Древние города Согдианы в низовьях Зарафшанской долины, Самарканд и Бухара, восстававшие из пепла после греков, арабов и монголов, при образовании советских республик в 1924 году достались Узбекистану. А таджикский язык как язык “феодальной элиты и духовенства”, согласно советской национальной политике, стал оттуда постепенно вытесняться.
Так культура таджиков из древней городской превратились в преимущественно аграрную и оказалась запертой в географическом тупике на приступах скал, вдали от дорог. Столицей Советского Таджикистана сделалось село Душанбе, стоящее на месте давно срытой войнами и ветрами кушанской крепости с эллинскими колоннами.
Самые образованные носители таджикского (персидского) языка вынуждены были уйти в Афганистан, Иран, Индию, в очередной раз рассеявшись по миру. Персидская графика была запрещена, книги сжигались, а те, кто их прятал, карались смертью или лагерями. Народ остался без письменности и доступа к своей культурной сокровищнице. В первые годы Советской власти население бывшего Бухарского эмирата сократилось на несколько сотен тысяч человек. Вооруженное сопротивление Советской власти в отдельных горных районах продолжалось до сороковых годов. А массовый исход таджиков и узбеков в Афганистан оказал влияние на весь последующий ход истории в регионе. Один из лидеров моджахедов, который воевал против советского контингента в Афганистане, Ахмадшах Масуд, в начале девяностых годов возглавил Северный альянс против талибана и стал союзником России. А происходил Масуд из таджикского самаркандского рода. Его убили, как считается, смертники Аль-Каиды за несколько дней до атаки на нью-йоркские небоскребы. А уже через месяц Международная коалиция силами Северного альянса выбила талибов и Аль-Каиду из Кабула.
Афганского таджика от бывшего советского можно отличить по речи. Каждый второй из них превосходный оратор, предприниматель и философ. Каждый первый — воин, землепашец и мастер на все руки. В 2001 году я оказался в Ходжа Бахавуддине, ставке Масуда, где в короткое время на свободном месте вырос целый поселок из частных домов. В этих домах были свет и тепло от генератора, спутниковые тарелки. Сначала появился мини-кирпичный заводик под открытым небом. Потом из красной глины, которую добывали тут же, начали лепить и обжигать на месте кирпичи. А на базаре Ходжа Бахавуддина можно было встретить разнообразие продукции, какому позавидовал бы любой продуктовый и вещевой рынок. Что меня удивило, так это то, что здесь были даже сохи и плуги для тракторов и запчасти для автомобилей, произведенные местными кузнецами и ремесленниками. И еще много чего там было, к примеру, детали для часов или для видеосъемки, поиск которых в Москве занял бы немало времени. Но самым удивительным товаром местного производства стала для меня спутниковая телевизионная антенна, собранная из… расплющенных консервных банок. Помню, тогда я подумал: этот народ не победить, а если дать ему 50-100 лет спокойной жизни, он превратит свою страну в цветущий сад.
Один из парадоксов Афганистана — свободный рынок, функционирующий в любых условиях, даже когда идет война и территории блокированы линиями огня и постами. Торговцев пропускают беспрепятственно.
В 1992-1997 годах Ахмадшах Масуд и афганцы приютили у себя не менее ста тысяч беженцев из Таджикистана. Им предоставили территорию для строительства и обустройства, помогали, чем могли. Но и таджики-шурави (советские), как нас там называли, не остались в долгу. Они лечили афганцев, пахали землю на своих советских синих тракторах Липецкого тракторного завода, помогали строить мини-гидроэлектростанции. А после мирных переговоров в Кабуле, Ашхабаде и Москве в 1997 году таджикские беженцы вернулись домой, оставив афганцам клубы с кинозалами, сельские больницы, мечети, но забрав с собой на родину скотину и трактора.
Забытый свет
Тем временем в уже суверенном Узбекистане стали закрывать таджикские школы и газеты на таджикском языке. И хотя горожане-таджики там все еще пытаются хранить родной язык и национальную идентичность, делать это становится все труднее. Отношения между властями Таджикистана и Узбекистана с середины 90-х годов, к сожалению, остаются довольно прохладными и натянутыми. И от этого страдают как таджики, оставшиеся на территории современного Узбекистана, так и узбеки, веками живущие на территории, отведенной советским переделом современному Таджикистану в горах, которые в Бухарском эмирате именовались Восточной Бухарой.
А редкий и достойный пример настоящей мужской дружбы таджикского и узбекского поэтов, наставника и ученика Абдурахмана Джами и Алишера Навои — они даже похоронены рядом, их мавзолеи расположены недалеко друг от друга в афганском городе Герат — остается пока достоянием пятисотлетней давности.
К сожалению, и в Таджикистане отвечают тем же: закрывают узбекские школы, прекращают ретрансляции узбекского телевидения, переименовывают узбекские топонимы. Есть множество других проблем, которые вызваны длительным кризисом отношений между поссорившимися соседями. Это и отказ в выдаче обвиняемых в преступлениях и вооруженных нападениях, и задержание и разграбление транзитных грузов. На противопехотных минах вдоль заминированного узбеками периметра границы то и дело подрываются пастухи, сборщики трав и хвороста. В зимние месяцы Узбекистан прекращает подачу электроэнергии и газа Таджикистану. И таджики, зажатые в географическом тупике, ищут всяческие возможности, чтобы выжить и развивать страну. Строятся тоннели через перевалы, дороги на Китай и Пакистан.
Но главным камнем преткновения, пожалуй, является вопрос о воде. Таджикистан, благодаря своим памирским ледникам и горным рекам, обладает мощными гидроресурсами. Отсюда, фактически из сердца Азии, он снабжает расположенные ниже страны животворящей влагой. Крупнейшие реки Центральной Азии Аму-Дарья, Сыр-Дарья и Зарафшан сбегают с таджикских гор, добираясь теперь тонкой струйкой до Аральского моря. В условиях дефицита электроэнергии, при отсутствии собственных нефти и газа, Таджикистану не остается ничего иного, как строить гидроэлектростанции в верховьях своих рек. Это вызывает у соседей опасения, что таджики получат рычаг управления стоком воды и, соответственно, экономического давления.
Тем временем Таджикистан вынужден не только экономить электроэнергию в ущерб развитию экономики, но и отключать свет в домах зимними вечерами. Дети зачастую учатся в неотапливаемых школах, больные лежат в выстуженных палатах. В связи с отсутствием работы тысячи молодых таджиков уезжают на заработки в Россию, откуда в душанбинский аэропорт порой возвращаются в цинковых гробах. Тем не менее, самым привычным, хотя и небезопасным маршрутом для “мардикоров” -- сезонных рабочих остается Россия. Однако все больше становится и тех, кто уезжает в Европу, в арабские страны, в США и Канаду, где они учат языки, некоторые получают образование. Английский и арабский при изучении иностранных языков приобретают преимущество перед русским, поскольку знание их обещает больший заработок и лучшую перспективу даже в самом Таджикистане. Молодые сельские ребята, отправляющиеся в Россию на заработки, практически уже не знают русского языка — это дети военных лет, когда преподавать его стало некому.
Но таджики терпеливы. Они вернутся из России уже “русскоговорящими” и с представлением о русской культуре. Надеюсь, и с любовью к ней. Они готовы смиренно трудиться на стройках, подметать улицы, жить в холодных подвалах и подсобках, подвергаться унижению со стороны ненасытных милиционеров, кидал-посредников и алчных недобросовестных работодателей, наживающихся на их дешевом труде, потому что каждый из таджикских гастарбайтеров, среди которых немало и “таджикских узбеков”, имеет простую цель и мечту: заработать, отправить деньги на родину, помочь родителям, накопить на свадьбу, построить свой дом, завести детей, накормить и одеть их, дать им образование, женить…
Круг небес вращается, и таджики верят, что все хорошее вернется. Так уже бывало на протяжении тысяч лет. Уж они-то знают.
Ногам под памирским сандали так хорошо, что можно в холодную зимнюю ночь откинуться на курпачу и после живого общения в кругу семьи лечь спать, оставив ноги под теплым одеялом. Ведь, как говорят таджики, даже за самой темной ночью наступает рассвет.
«Дружба Народов» 2012, №3
Представляем статью из индийского сайта indiandefencereview.com о военной промышленности Пакистана, написанную, судя по всему, в 2004 году. Тем не менее, материал может вызвать у читателей некоторый интерес.
«После отделения от Британской Индии в 1949 году Пакистану не досталось какое-нибудь военное производство. В 1951 году в городе Вах (Wah) был создан завод Pakistan Ordnance Factory по производству стрелкового оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. С 1965 года, чтобы устранить подавляющую зависимость в закупках оружия от США и других западных стран, как Франция, Пакистан начал концентрироваться на расширении своего оборонного производства. В этом деле страна получила поддержку со стороны Китая.
В 1971 году в Таксиле (Taxila) был создан Heavy Industries facility. В 1973 году в городе Камре (Kamra) к северу от Исламабада был введен Pakistan Aeronautical Complex (PAC), который начал сборку китайских истребителей F-6 и французских «миражей». Пакистан также вел производство учебно-тренировочного самолета Mushak. С 2005 года в PAC планировалось начать сборку современных китайских легких истребителей JF-17, а также современных учебно-тренировочных самолетов K-8 Karakorum для ВВС Пакистана и для потенциальных экспортных заказчиков. Как полагают, доля PAC в проекте самолета К-8 оставляет около 20 процентов. Тем не менее, PAC стремится иметь 50% от доли экспорта за пределы Китая самолетов JF-17 и K-8.
В 1989 году был подписан контракт с американской компанией General Dynamics Land Systems на создание в Таксиле предприятия по капитальному ремонту танков М47/М48, самоходных орудий М110 и БТР типа М113. Также был создан завод по капитальному ремонту двигателей танков Type 59 и Type 69 с мощностью 100 двигателей в год. За счет этих мощностей завод Heavy Rebuild Factory был переименован в Heavy Defence Industries (Taxila). Во время военной выставки IDES-2000 в Карачи компания Heavy Industries Taxila (HIT) представила основные боевые танки собственного производства Al-Khalid и Al Zarrar (переделанные и модернизированные Type 59).
Также были представлены беспилотный летательный аппарат, переносной зенитный ракетный комплекс Anza и противотанковая ракета Baktar Shikan (дальность стрельбы 3000 м) – все производства AQ Khan Research Laboratory. Компания HIT также показала бронетранспортер Talah и командно-штабную машину Sakb. HIT производит по лицензии китайский танк Type 85 II-AP. Расположенная в Кахуте (Kahuta) AQ Khan Research Laboratory занимается производством и модернизацией китайских 37-мм двуствольных зенитных пушек. Также производит 122-мм реактивные системы залпового огня T-83 (Azar) с дальностью стрельбы 13400 метров. Пакистан добился самообеспечения стрелковым оружием и находится в хорошем пути к достижению такой же возможности в отношении всех типов танков и артиллерийских боеприпасов.
Судостроительный завод Karachi Shipyard and Engineering Works (KSEW) создан в 1957 году и занимается строительством пассажирских судов, грузовых судов, танкеров и др. На заводе также строились тральщики (длина 47 м, скорость 14 узлов), патрульные катера (длина 39 м, скорость 23 узла), 200-тонный ракетный катер (скорость 25 узлов), а также плавучие доки грузоподъемностью до 4000 тонн.
KSEW предлагает эти суда на продажу, однако из-за отсутствия заказов, предприятие, как полагают, находится в тяжелом финансовом положении. Завод Минобороны Пакистана Naval Dockyard также осуществляет строительство и техническое обслуживание судов, предназначенных для ВМС Пакистана. Завод может строить военные корабли водоизмещением до 5000 тонн.
В настоящее время Пакистан экспортирует более 200 видов оружия и военной техники, включая ракеты (ПТУР и ПЗРК), танки, артиллерийские орудия и запчасти, в более чем 21 страну мира, в т.ч. в Малайзию, Индонезию, Таиланд, Турцию, Иран, Саудовскую Аравию, Марокко, Ливию, Маврикий, Индию и страны–соседи, как Бангладеш, Шри-Ланку и Мьянму. Страна также пытается создать рынок своей продукции военного назначения в Непале. В 2003 году военный экспорт Пакистана составил 130 млн долларов и Организация по продвижению военного экспорта (Defence Export Promotion Organisation - DEPO) поставила задачу увеличить в последующие 8-10 лет объем военного экспорта до 1 млрд долларов.
Пакистан уже начал предлагать свои танки Al-Khalid и Al Zarrar Бангладешу и Таиланду. Его военные поставки в Шри-Ланку значительны и представлены артиллерией, стрелковым оружием, РСЗО, БЛА и авиационными боеприпасами. Компания PAC в Камре также оказывает услуги по ремонту и техническому обслуживанию самолетов F-6 ВВС Шри-Ланки. В Мьянму были поставлены артиллерийские орудия и боеприпасы к ним, 81-мм минометы и боеприпасы к ним, запчасти и самолеты К-8. Пакистан вошел в рынок вооружений Малайзии с поставками ПТУР Baktar Shikan и ПЗРК Anza».
Сегодня, 5 марта, в Пакистане проведено успешное испытание баллистической ракеты малой дальности Hatf-II, способную нести ядерную боевую часть.
Hatf-II (Abdali) имеет дальность 180 км (113 миль) и может нести ядерную или обычную боевую часть с «высокой точностью», говорится в заявлении.
«Это обеспечит повышение уровня стратегических сил Пакистана в дополнение к имеющимся стратегическим и тактическим возможностям», говорится в заявлении.
Директор Юго-Восточной железной дороги Ирана Сейед Мостафа Давуди в интервью агентству ИСНА сообщил, что Пакистан хочет, чтобы Иран обеспечивал топливом его железнодорожный транспорт.
С.М.Давуди отметил, что с реализацией проекта по строительству железнодорожного топливного терминала в Захедане и с подсоединением захеданского нефтехранилища к железнодорожной сети помимо обеспечения топливом юго-восточных районов страны появляется возможность для экспорта нефтепродуктов в соседние страны.
На сегодня на железнодорожном топливном терминале разгружается до 1,2 млн. литров нефтепродуктов, и при этом пропускная способность терминала со временем может быть увеличена в шесть раз.
С.М.Давуди подчеркнул, что дальнейшее развитие железнодорожного транспорта позволит в самое ближайшее время активизировать экспортные поставки нефтепродуктов в соседние страны из юго-восточной районов Ирана.
Шизофрению будут лечить антибиотиками?
Учёные собираются проверить данные, согласно которым антибиотик миноциклин облегчает психотические состояния.
Британские врачи начинают масштабное исследование, инициированное Комиссией по шизофрении и подкреплённое средствами Национального института исследований в области здравоохранения. А целью его будет выяснение, можно ли лечить шизофрению антибиотиками.
На первый взгляд, идея лечить психическое заболевание лекарством от бактерий звучит довольно дико. Но, что называется, тому были прецеденты. Всё началось с одного молодого человека, который поступил в одну из японских больниц с психотическими симптомами: у него были слуховые галлюцинации, он страдал от постоянного чувства тревоги, перерастающего в навязчивый бред, его мучила бессонница. Анализы крови и сканирование мозга не выявили никаких аномалий, и пациенту был прописан галоперидол. Однако терапия не возымела никакого эффекта.
Но тут у больного случилась ещё и пневмония, и вместе с галоперидолом ему прописали антибиотик миноциклин. И через пару недель у него исчезли и пневмония, и шизофрения. Но стоило только прекратить приём антибиотика, как психотические симптомы не замедлили вернуться. Делать нечего: врачи отменили пациенту галоперидол и снова начали давать ему миноциклин. И вот уже несколько лет психоз его не донимает.
Это не единственный эпизод: похожие случаи регистрировались в больницах Израиля, Пакистана и Бразилии.
И вот теперь 12 членов британской Комиссии по шизофрении решили предпринять полномасштабное исследование: в планах у врачей отобрать 175 пациентов с шизофренией и выяснить с их помощью, какое влияние оказывает миноциклин по сравнению с другими стандартными антипсихотическими препаратами. Работа, по примерным прикидкам, должна занять около года. У учёных уже есть предварительная гипотеза, объясняющая «душеспасительное» действие антибактериального препарата. Одной из причин шизофрении (равно как и болезни Альцгеймера, депрессии и других психоневрологических расстройств) часто называют воспаление, которое бывает очень трудно увидеть. Антибиотик как раз может подавлять воспалительную реакцию, устраняя инфекцию, раздражающую иммунитет. Таким образом антибиотик защищает нервные клетки от воспалительного стресса, и они могут продолжать нормально работать. Хотя всё равно сложно поверить в то, что лекарство, прописываемое от угревой сыпи, победит неуловимое тяжелейшее психическое расстройство... Кирилл Стасевич.
Пакистанские боевые самолеты нанесли в четверг воздушный удар по позициям боевиков на северо-западе страны, уничтожив не менее 18 экстремистов, сообщает телеканал GEO-TV.
По информации СМИ, атака произошла в племенной области Оракзай близ границы с Афганистаном.
Как заявили прессе военные, воздушно-бомбовый удар был нанесен по пяти укрепленным пунктам боевиков. Других подробностей операции не сообщается.
Племенная область Оракзай входит в пакистанскую Зону племен, где не действуют федеральные законы, и на которую не распространяется влияние полиции. В Зоне существует семь так называемых политических агентств - своего рода племенных мини-государств, признающих, однако, пакистанское подданство - Баджаур, Мохманд, Хайбер, Куррам, Оракзай, Северный и Южный Вазиристан.
Зона племен стала убежищем для группировок боевиков-исламистов, выступающих против режима в соседнем Афганистане и против пакистанских властей, которых талибы объявили "нарушителями норм ислама". Евгений Пахомов.
Генеральный директор Иранской национальной газовой компании Джавад Оуджи заявил, что Пакистан просит увеличить объемы предстоящих поставок иранского газа до 30 млн. куб. м в сутки, сообщает агентство ИРНА.
По словам Джавада Оуджи, в соответствии с подписанным соглашением, Иран начнет поставки газа в Пакистан с марта 2014 года, и Пакистан просит увеличить объемы предстоящих поставок.
Джавад Оуджи отметил, что для увеличения поставок газа требуется подготовить новое дополнение к соглашению, в котором необходимо определить разные параметры поставок, в том числе цену на газ.
Далее генеральный директор ИНГК сообщил, что пакистанская сторона готова к тому, чтобы в строительстве газопровода на территории Пакистана участвовали иранские компании, которые могут принять участие в предстоящем тендере на строительство названного газопровода.
В этой связи Джавад Оуджи заявил, что ИНГК призывает иранские подрядные организации принять участие в тендере на строительство 700-километрового газопровода с диаметром трубы в 42 дюйма на территории Пакистана.
В среду, 29 февраля, в Захедане состоялась официальная церемония ввода в эксплуатацию терминала по разгрузке железнодорожных топливных цистерн, сообщает агентство ИРНА.
С началом эксплуатации названного терминала и с подсоединением захеданского нефтехранилища к железнодорожной сети страны создаются условия для поставок топлива на юго-восток страны по железной дороге, а также для расширения экспорта нефтепродуктов в соседние страны.
Директор инженерно-проектного департамента Иранской национальной компании по распределению нефтепродуктов Хейдар Шамси на названной церемонии заявил, что железнодорожным транспортом перевозится только 4% нефтепродуктов или 2,5 млрд. литров в год и этот показатель необходимо увеличить в несколько раз.
Железнодорожные перевозки нефтепродуктов позволят не только снизить транспортные расходы, но и приведут к сокращению количества автоцистерн на автодорогах страны и, соответственно, к снижению уровня аварийности.
По словам Хейдара Шамси, терминал по разгрузке железнодорожных топливных цистерн построен за четыре месяца. Он занимает площадь в 25 тыс. кв. м и с помощью труб диаметром 14 дюймов и длиной в 2,4 тыс. м подсоединен к нефтехранилищу.
На названном терминале могут одновременно разгружаться 20 железнодорожных цистерн, и еще 20 цистерн могут находиться здесь в ожидании своей очереди.
Хейдар Шамси подчеркнул, что дальнейшее расширение терминала и ввод в эксплуатацию следующих очередей позволит активно экспортировать нефтепродукты в Пакистан и другие страны региона.
Компания Synergy Research Group (SynRG) представила годовой выпуск Оранжевой книги, регулярного аналитического отчета, посвященного рынку клинических исследований (КИ) в России в 2011 году. Одной из стратегических задач, которые ставит перед собой компания SynRG, является активное содействие формированию цивилизованного рынка КИ в России и повышение исследовательской и инвестиционной привлекательности страны для иностранных компаний-спонсоров, а также реабилитация клинических исследований в глазах российской аудитории.
В 2011 году Минздравсоцразвития России было выдано 571 разрешение на все виды клинических исследований, это на 16% больше, чем в прошлом году. При этом количество международных многоцентровых клинических исследований (ММКИ) выросло на 49% и составило 369 новых исследований. Количество локальных клинических исследований (ЛКИ), проводимых на территории России отечественными и иностранными спонсорами, по сравнению с 2010 годом уменьшилось на 27%: с 161 до 117 исследований. Количество исследований биоэквивалентности (БЭ), инициированных в 2011 году, увеличилось на одно и составило 85 новых исследований.
Это повлекло за собой изменение соотношения между видами клинических исследований по сравнению с 2010 годом: доля ММКИ выросла с 50% до 65% от общего количества исследований, при этом доля ЛКИ упала до 20%, а доля исследований БЭ уменьшилась с 17% до 15%. Спонсорами клинических исследований, разрешенных к проведению в России в 2011 году, выступили компании из 31 страны. На первое место вышли российские производители со 169 КИ, за ними идут американские спонсоры со 146 новыми исследованиями, далее – Швейцария, Великобритания и Франция с 74, 37 и 22 новыми исследованиями соответственно.
В 2011 году было инициировано 64 новых клинических исследования первой фазы, что на 21 КИ больше, чем в прошлом году. Количество исследований II фазы за этот период по сравнению с прошлым годом увеличилось на одно и составило 87 новых исследований. Количество исследований III фазы увеличилось на 41% по сравнению с прошлым годом, с 232 до 327 исследований. Количество исследований IV фазы также увеличилось почти вдвое - с 38 до 75. Всего в клинических исследованиях I-IV фаз, начатых в 2011 году, приняло участие 53,958 пациентов, это на 20% больше, чем в прошлом году.
В 2011 году первое место среди иностранных производителей по количеству новых исследований заняла фармацевтическая компания Novartis с 26 новыми исследованиями. Далее идут – GlaxoSmithKline (21 КИ), Roche (18 КИ), Eli Lilli (16 КИ), и замыкает пятёрку Pfizer c 14 новыми исследованиями. Первое место среди отечественных производителей по количеству исследований, проведенных в 2011 году, занимает компания «Биокад» с 13 новыми клиническими исследованиями. На втором месте – «Материа Медика», инициировавшая 10 новых исследований. За ними идут «Валента», «Петровакс» и Государственный научный центр вирусологии и биотехнологии «Вектор» с шестью, четырьмя и тремя новыми исследованиями соответственно.
В 2011 году более трех четвертей всех новых исследований было инициировано в семи ведущих терапевтических областях. Наибольшее количество новых исследований в области онкологии – 121 КИ, 58 новых исследований – в пульмонологии, 42 – в области заболеваний опорно-двигательного аппарата, 39 исследований в эндокринологии, 35 – в области инфекционных заболеваний и по 34 – в области заболеваний сердечно-сосудистой системы и неврологии.
Synergy Research Group (SynRG™) – российская контрактная исследовательская организация, успешно работающая на всей территории России и стран СНГ с 2002 года. SynRG™ предоставляет широкий спектр услуг по проведению клинических исследований для российских и иностранных фармацевтических и биотехнологических компаний. Компания располагает собственным складом клинических препаратов в Москве общей площадью 180 квадратных метров. В настоящее время Synergy Research Group представлена в Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирске, Екатеринбурге, Перми, Киеве и Алматы, а также через своих партнеров - в Беларуси, Восточной и Западной Европе, Индии, Пакистане и США. Главный офис компании расположен в Москве.
КНДР согласилась приостановить ракетную и ядерную программы в обмен на возобновление продовольственной помощи от США. За минувшие несколько лет военные проекты северян в этих областях зашли уже очень далеко. Действительно ли Пхеньян готов менять на еду свои оборонные успехи?
Цена вопроса: ракеты
КНДР - мировой центр распространения ракетной техники, не связанный режимами контроля. По оценкам агентства Forecast International, в период с 1987 по 2009 год Пхеньян продал за рубеж около 1200 ракет разного типа (в основном, малой дальности). Среди покупателей - страны Ближнего Востока и Южной Азии, включая Пакистан и Иран. Эта статья экспорта, кстати, служит неплохим источником валюты.
Естественно, корейцы и сами в дом тащат все, что плохо лежит. Как в Корее оказались некоторые ракетные технологии - это вопрос крайне деликатный. К примеру, в 2010 году в Пхеньяне показали ракеты промежуточной дальности (по разным оценкам от 3 до 4 тыс. км) BM25 Musudan. Ракета была, прямо скажем, загадочная: уж больно напоминала вариации на тему советской морской ядерной ракеты Р-27.
Правда, надежных свидетельств испытаний и развертывания этой системы так обнаружено и не было. Равно как нет и ответа на вопрос, что это за железо и как оно вообще попало в Северную Корею.
Американцы любят рассуждать об утечках техники и документации то из миасского КБ Макеева (разработчика Р-27), то прямо с флота. Есть и более умеренная (и правдоподобная) версия: каналом утечки служат иранские специалисты, в большом количестве обучавшиеся на профильных факультетах российских военно-технических вузов до конца 90-х годов.
Впрочем, по-настоящему дальних, надежных и пригодных к доставке серьезной боевой нагрузки ракет у Северной Кореи либо нет вообще, либо есть, но, что называется, в следовых количествах. Основу ракетных арсеналов Пхеньяна составляет семейство Hwasong - хорошо освоенная технология советских тактических ракет Р-17. Она больше известна под натовской кличкой Scud, а ее освоение в производстве стало излюбленным занятием для государств, решивших обзавестись собственным военным ракетостроением.
Тот же корейский Hwasong-6 с дальностью около 700 км, проданный в Иран, стал основой для развития семейства ракет Shahab. Также закупала его и Сирия. По оценкам экспертов, общий объем производства этих ракет оценивается в пределах от 500 до 1000 единиц, притом не менее половины произведенного ушло на экспорт.
На базе масштабирования Hwasong с конца 90-х КНДР сделала еще несколько образцов с существенно увеличенной дальностью. Это ракеты Nodong и Taepodong (дальность в зависимости от модификации - 1200-2000 км).
На базе Taepodong-1 был создан носитель Taepodong-2, официально объявленный межконтинентальной ракетой. Именно на нем, согласно официальной версии Пхеньяна, весной 2009 года был запущен первый искусственный спутник производства КНДР. Фактически же, как ехидничают эксперты, спутник не долетел даже до Гавайских островов.
Несмотря на это, оценки дальности Taepodong-2 лежат в пределах от 4 до 6 тыс. км (верхний потолок, видимо, все-таки изрядно завышен, особенно с поправкой на боевую нагрузку и реальную надежность системы). В данный момент это до известной степени пропагандистская "ракета для Америки", но ее развитие в течение ближайших 10 лет могло бы дать Пхеньяну в руки носитель, способный доставить ядерную боеголовку на западное побережье США.
Цена вопроса: атом
Северная Корея - ядерная держава. Об этом не только соответствующим образом официально объявили, но и подтвердили делом.
Формально испытаний было два: одно 9 октября 2006 года, а второе - 25 мая 2009 года. Однако в корейской ядерной истории есть еще несколько эпизодов, которые пока не получили однозначной трактовки.
Так, 9 сентября 2004 года в районе Янгандо произошел сильный взрыв, о природе которого до сих пор идут споры. А весной 2010 года были зафиксированы очень характерные выбросы изотопов, которые могли свидетельствовать о либо о субкритических экспериментах (возможно, авариях с самопроизвольными цепными реакциями?), либо о попытке собрать ядерное взрывное устройство на так называемом "энергетическом плутонии".
Так что ядерная программа КНДР, хоть и ведется заведомо негодными средствами на всех бросовых материалах, которые удается достать или произвести, тем не менее, продвигается. И особенно активно она шла именно в последние 5-6 лет, в период охлаждения отношений с США.
Другой вопрос, что между возможностью собрать ядерное устройство (чего Пхеньян с грехом пополам, но добился) и началом серийной сборки ядерных боеприпасов (в данном случае, в первую очередь, в виде боевых частей баллистических ракет) - весьма приличная дистанция. Мы пока ничего не можем сказать о том, каковы реальные габариты северокорейских "изделий", и позволяет ли освоенная в КНДР технология ужать "изделие" в боеприпас потребного размера, обеспечив аппаратуре защиту (в том числе по стартовым вибрациям).
Также трудно оценивать и запасы расщепляющихся материалов оружейного качества, но, судя по всему, их не так много. Если подтвердится гипотеза о том, что испытания весны 2010 года велись на предмет проверки применения "энергетического плутония" (который можно нарабатывать на легководных реакторах), то, возможно, это означает, что Пхеньян либо испытывает жестокий дефицит оружейных материалов, либо готовится к ужесточению международных режимов контроля.
Так будет ли размен?
Вопрос о том, в какой степени Пхеньян готов отказаться от всего этого арсенала, достаточно риторичен.
Северная Корея находится в отвратительном экономическом состоянии, фактически в последние 10-15 лет страна выживает за счет закрытия глаз руководством всех уровней на функционирующий черный рынок. Это умножает коррупцию, в том числе и в партийных структурах, формируя класс, вроде бы заинтересованный в общей либерализации режима. Такая прослойка, безусловно, можетприветствовать стратегический размен ракетно-ядерного потенциала на гарантии собственности и монетизацию аппаратного статуса.
С другой стороны, никто им таких гарантий не даст, а если и даст, то построить схему страховки не представляется возможным. Снятие "железного занавеса" и переход к рынку разрушит всю систему "чучхе", что, учитывая фантастические различия в уровне жизни между Севером и Югом, моментально вызовет самые радикальные политические последствия в КНДР.
В случае же гипотетического принятия "дорожной карты" объединения двух Корей (страшный сон для всех держав региона, кроме, быть может, России), северокорейские элиты будут просто поглощены и растворены южанами, имеющими больший финансовый и международный ресурс влияния. Если южане вообще готовы пойти на то, чтобы взорвать рынок рабочей силы и потом добрых лет двадцать, а то и больше, нагружать объединенную экономику огромным "налогом на воссоединение", связанным с необходимостью хоть как-то выровнять инфраструктурные диспропорции.
Других способов сохраниться, кроме как укреплять стену и производить ядерные ракеты, у элиты северян уже не осталось. Объединение же Корей не нужно ни Японии, ни Китаю, ни Соединенным Штатам. Поэтому "черная дыра" на Корейском полуострове будет существовать и дальше. Константин Богданов, военный обозреватель.
Официальная Анкара проявила интерес к проекту строительства газопровода "Туркменистан - Афганистан - Пакистан - Индия" (ТАПИ), указывается в совместной декларации, подписанной в рамках визита президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова в Турцию. Документ был подписан после переговоров и встреч на высшем уровне.
Визит туркменского руководителя проходит с 28 февраля по 1 марта 2012 года, передает Trend.
"Стороны подтвердили необходимость продолжения работы над созданием региональных проектов, нацеленных на восстановление и развитие социально-экономической сферы Афганистана. В связи с этим турецкая сторона проявила интерес к крупным проектам, в том числе проекту строительства газопровода "Туркменистан - Афганистан - Пакистан - Индия" (ТАПИ), увеличению объемов поставок туркменской электроэнергии в Афганистан, а также к проектам развития транспортной инфраструктуры и заявила о своей поддержке этих проектов", - говорится в тексте декларации.
Стороны подтверждают свою готовность вместе с международным сообществом принимать активное участие в мирном восстановлении Афганистана и прилагать систематические усилия к возрождению Афганистана, стремящегося к мирному, стабильному и независимому развитию.
Ранее сообщалось, что базовым документом для продвижения проекта ТАПИ является подписанное в конце 2010 года Ашхабадское межгосударственное соглашение государств-участников о начале практической реализации проекта ТАПИ.
На данном этапе обсуждается принцип формирования международного консорциума и решается вопрос с финансированием проекта. В повестке дня также вопросы транзитной оплаты и безопасности данного проекта. На ближайшее время намечено подписание соглашения о купле-продаже газа.
Проектная мощность газопровода - до 33 миллиардов кубометров газа в год.
Покупатели - газовые компании Пакистана и Индии. Проект продвигает Азиатский банк развития. Сырьевой базой, помимо Довлетабадского месторождения, может стать разрабатываемое в Туркменистане крупнейшее месторождение "Галкыныш".
Протяженность трубы может составить 1735 километров.
К данному проекту на высоком уровне стала проявлять интерес Россия, его реализацию поддерживают США. Бердымухамедов, обращаясь в преддверии визита в Турцию на спецсовещании к топ-менеджерам ТЭК страны, призвал ускорить работы по реализации ТАПИ.
В свою очередь, в послании премьер-министра Индии Манмохана Сингха в адрес Бердымухамедова по случаю его переизбрания на второй президентский срок говорилось, что Индию "радует прогресс, достигнутый в реализации проекта ТАПИ".
Президент Афганистана Хамид Карзай в аналогичном поздравительном послании выразил уверенность, что "благодаря совместным усилиям будут осуществляться двусторонние и региональные жизненно важные проекты".
По сообщению информационного агентства Иран.Ру, Иран построит в Таджикистане промышленный городок с 50 предприятиями, для чего таджикские власти выделят земельный участок в пригороде Душанбе. Переговоры о создании указанного промышленного городка продолжались 1,5г. В нем, в основном, будут построены предприятия по переработке первичного алюминия, хлопка и фруктов. По завершении строительства, иранские бизнесмены планируют наладить экспорт готовой продукции в Афганистан, Пакистан и Индию. Подписание двустороннего таджикско-иранского соглашения по созданию городка совпало по времени с заявлением Таджикистана о готовности импортировать иранскую нефть. Однако эксперты с сомнением относятся к данному проекту. Во-первых, в Таджикистане нет необходимых нефтеперерабатывающих мощностей, а во-вторых, две страны не имеют прямого ж/д сообщения. Кроме того, по их мнению, любое сотрудничество Тегерана и Душанбе будет негативно воспринято на Западе, а также в ряде государств Центральной Азии.
Открытое письмо Раджаба Сафарова главному редактору «Эхо Москвы» Алексею Венедиктову
Уважаемый Алексей Алексеевич! В последнее время многочисленная аудитория Российского информационного агентства «ИРАН НЬЮС» (www.iran.ru), делясь с нами впечатлениями о передачах радиостанции "Эхо Москвы", использует исключительно негативные и отрицательные оценки. Они отмечают, что радиостанция фактически превратилась в антироссийскую трибуну. Каждое произнесенное в эфире слово направлено на защиту интересов США, их союзников по НАТО и, особенно, Израиля. Словом, интересов кого угодно, но уж никак не России.
Для освещения ситуации вокруг Ирана, Сирии и на Ближнем Востоке Вы зачастую привлекаете экспертов, которые далеки от объективных оценок и квалифицированной аналитики. Зато эти «деятели» без запинок повторяют штампы израильской и американской пропаганды как в отношении Ирана, так и событий на Большом Ближнем Востоке в целом.
В лучших традициях ястребов с Запада, Ваши «эксперты» пересказывают всякие страшилки и сплетни о президенте Ирана Ахмадинежаде, об аятоллах, пользующихся огромным авторитетом не только в самой Исламской Республике Иран, но и за её пределами, в том числе – у мусульманской общественности в России и на постсоветском пространстве. Благодаря неутомимым стараниям ваших «политологов» Иран предстает «темным властелином Востока», эдаким ядерным монстром, руководители которого только и живут мыслями о создании атомного оружия, чтобы уничтожить ближневосточного «ангела кротости» - Израиль и угрожать Америке. В самом Иране уже давно смеются над абсурдными высказываниями подобных экспертов, которые без стыда и совести вещают на весь мир по принципу «я там не был, но знаю» или «мне один знакомый рассказывал».
За последние 5 лет редакция "Эхо" крайне редко приглашала на эфир специалистов российского Центра изучения современного Ирана, журналистов и экспертов РИА "ИРАН НЬЮС" (Иран.ру), чтобы представить и противоположную точку зрения. Что ваши эксперты бояться дискуссии? Подавляющее большинство посетителей нашего портала (а это более 5000 уникальных посещений и 20 000 прочтенных страниц в день) абсолютно уверены в том, что «Эхо Москвы» фактически участвует в информационной войне против Ирана на стороне США и Израиля.
Почему вы делаете одни и те же выводы, беспардонно утверждая, что Иран, мол, создает или уже создал ядерную бомбу? Почему, исходя из этого надуманного тезиса ваши «эксперты» предлагают еще больше ужесточать удушающие санкции против Ирана, а еще лучше - немедленно нанести ракетно-бомбовые удары по иранским ядерным и стратегическим объектам?
Неужели Вы и ваши «эксперты» не дошли до понимания простой истины, что бомбы США, Израиля или НАТО, начав падать на головы мирных граждан Ирана, вскоре полетят и на головы россиян? Потому что война с такой страной как Иран, грозит быстро перерасти в мировую катастрофу с применением ядерного оружия. Ведь уже ясно, что в случае вооруженного нападения на Исламскую Республику не только весь иранский народ, как один, встанет на защиту своей страны, но его готовы поддержать и ряд других государств. К примеру, президент Китая недавно предупредил, что его страна без колебаний поддержит Иран, даже если придется за это заплатить, вступив в третью мировую войну. А Исламабад прямо заявил, что в этом случае готов применить свое ядерное оружие против Израиля.
Слушая откровенно злобный клёкот «экспертов» "Эхо Москвы", порой не можешь отделаться от впечатления, что это настоящее американское или израильское радио, внезапно заговорившее на русском языке.
В последнее время стало нормой, что каждый «прыщ» с Запада, приезжая в Москву, обязательно наведывается на "Эхо" и за счет денег российских налогоплательщиков практически без ограничения распространяет свои идеи и соображения, вводя общественность в заблуждение, пытаясь оказать определенное давление на российский народ и официальные структуры РФ. Более того, на Вашем радио с "особым мнением" и во всякого рода "обложках" выступают лишь избранные люди по типу "свой-чужой ", т.е. прозападный и произраильский «специалист» или нет. Инакомыслие у вас существует, но, видимо, по-венедиктовски.
Сложно себе представить, чтобы на каком-нибудь государственном или полугосударственном радио- или ТВ-канале США, Израиля и вообще западных стран, можно было бы с утра до ночи поливать грязью официальные органы и под предлогом свободы слова вести целенаправленную антигосударственную политику. Там за подобные действия СМИ очень быстро лишаются своих лицензий или попросту ликвидируются.
Освещение вашей радиостанцией ближневосточной тематики, особенно иранской темы, лично меня, как гражданина РФ сильно задевает и, порой, глубоко оскорбляет. Откровенные злопыхательства ваших «экспертов» вызывают лишь горькую досаду и иронию. Неужели Вам импонирует то, что уже за пределами Садового кольца «Эхо» часто становится предметом насмешек? Москва большая, Россия еще больше - стоит только выйти на улицу, и Вам простые граждане в лицо выскажут всё, что у них накипело и, наверняка, не так дипломатично, как я Вам пишу…
И в заключение прошу Вас, Алексей Алексеевич (а мы знакомы уже более 20-ти лет), как главного редактора радио, которое существует всё-таки главным образом на деньги российского государства, проинформировать меня, и других граждан России, как российских налогоплательщиков, о следующем: собираетесь ли Вы и Ваше радио устранять жуткие перекосы и необъективность в освещении важнейших международных проблем, к которым относится, в том числе, и иранская тема? Перестанет ли «Эхо Москвы» быть Меккой для псевдоэкспертов и провокаторов, которым наплевать на интересы России?
С уважением, Раджаб Сафаров, Генеральный директор Российского центра изучения современного Ирана, Генеральный директор РИА "ИРАН НЬЮС"
За 10 месяцев текущего 1390 года (21.03.11-20.01.12) Иран экспортировал томатную пасту более чем в 30 стран на общую сумму в 126 млн. долларов, сообщает агентство ИСНА.
В указанный период Иран экспортировал названную продукцию в такие страны, как Беларусь, Пакистан, Япония, Грузия, Азербайджан, Германия, Ангола, Австрия, Армения, Узбекистан, Австралия, Афганистан, ОАЭ, Англия, Украина, Бахрейн, Таджикистан, Туркменистан, Замбия, Швеция, Ирак, Саудовская Аравия, Гана, Россия, Филиппины, Кыргызстан, Казахстан, Катар, Канада, Кения, Кувейт, Малайзия, Новая Зеландия и Голландия.
Глава Иранского синдиката консервной промышленности Ахмед Азадмард в интервью агентству ИСНА сообщил, что точных данных о количестве заводов, занимающихся производством томатной пасты, нет, однако производители названной продукции, несмотря на все ограничения как на международном, так и на национальном уровнях, сумели выйти на внешние рынки.
Индия сохраняет тесные связи с Россией, несмотря на все изменения, происходящие в мире в последнее время. Основу этих связей составляют военные контракты: от 50% до 70% вооружений, используемых индийской армией - российского происхождения
Однако российско-индийское сотрудничество в новых областях развивается медленно, и поэтому отношения между Москвой и Дели можно описать как надежные, но не слишком энергичные.
Россия была первой страной, с которой Индия установила стратегическое партнерство. Это было в 2000 году, когда Владимир Путин только стал президентом.
Это соглашение было очень важно для Дели, поскольку после распада Советского Союза, в эпоху Ельцина, Москва несколько поменяла внешнеполитические ориентиры. Стратегическое партнерство подчеркнуло нашу общую озабоченность формированием однополярного мира и стремление к многополярности, а также признавало тот факт, что после 1998 года Индия стала ядерной державой.
В рамках стратегического партнерства индийский и российский лидеры проводят ежегодные саммиты.
Поскольку за последние 10 лет Индия подписала соглашения о стратегическом партнерстве с разными странами, на 11-м саммите в 2010 году Москва и Дели объявили о создании "особого и привилегированного стратегического партнерства", подчеркнув тем самым исключительно тесные связи между двумя странами.
Между тем за последние годы Дели успешно развивает отношения и с другими странами, в первую очередь с Соединенными Штатами.
В индийско-российских отношениях по-прежнему много позитива. Эти отношения прошли проверку временем. Россия поддержала Индию по некоторым ключевым вопросам, не вмешивается в ее внутренние дела и не развивает связи с другими странами в ущерб Индии - например, не поставляет оружие Пакистану.
По таким вопросам, как будущее Афганистана, решение ядерной проблемы Ирана дипломатическими, а не военными методами, и противодействие внешнему военному вмешательству в ситуацию в арабском мире, взгляды Дели ближе позиции Москвы, а не западных партнеров.
Но, конечно, основу наших отношений составляют военные контакты. Готовность России предоставить Индии новейшие технологии - например, сдать в аренду атомную подводную лодку "Нерпа" или предоставить техническое содействие при создании атомной субмарины индийского производства - делают ее особенно ценным партнером. Индия сотрудничает с Россией и по другим военным проектам, касающимся, в частности, создания боевого самолета пятого поколения.
Но в таком доминировании военной составляющей в стратегическом партнерстве между Дели и Москвой есть и большой минус. При отсутствии развитых экономических связей в других областях отношения Индии с Россией могут быть серьезно ослаблены, если она значительно уменьшит объем закупок российского оружия. Москва озабочена развитием наших военных связей с США.
Однако наши российские партнеры должны учитывать одно важное обстоятельство. До сих пор российско-индийские военные контракты были результатом не тендера, а прямых межправительственных соглашений. Но сейчас нормой для военных закупок становятся именно международные тендеры.
И здесь начинает играть все более важную роль конкурентоспособность российского оружия, особенно его надежность и долговечность - факторы, которые принимаются во внимание при присуждении контракта.
Так что Дели пытается удержать непростое равновесие - с одной стороны, сохранить глубину оборонных связей с Россией, а с другой - развивать отношения с новыми партнерами, будь то европейцы, израильтяне или американцы.
Индийцы едут учиться на Запад
Другой важной сферой российско-индийского сотрудничества является мирный атом, хотя и тут появилась конкуренция со стороны Соединенных Штатов, которые наконец заинтересовались совместной работой в рамках индийской ядерной программы.
Россия уже строит две АЭС в Куданкуламе. В конце прошлого года Россия и Индия должны были подписать соглашение о строительстве дополнительных блоков, однако эти планы вызвали бурную реакцию в индийском обществе, и соглашения не были подписаны.
В космической сфере Индия участвует в создании ГЛОНАСС - российской версии глобальной навигационной системы GPS - причем как в коммерческом, так и в военном аспектах этой программы, на что не были согласны разработчики ни американской GPS, ни европейской системы Galileo.
Однако в общем и целом экономика является слабой стороной сотрудничества между Москвой и Дели. Двусторонняя торговля остается на сравнительно низком уровне - 8 млрд долларов. На саммите в 2010 году было решено увеличить эту сумму до 15 млрд долларов к 2015 году, на саммите-2011 приняли цифру в 20 млрд.
Большинство индийцев очень хорошо относятся к России, но уменьшение ее глобального политического влияния и трудности при построении инновационной, технологически-передовой экономики отразились на практической стороне наших отношений.
Россия не притягивает динамичный частный сектор Индии. Уменьшение государственной поддержки сказалось на сокращении культурных связей. Многих молодых индийцев, как и молодых россиян, больше притягивает Запад.
В России сейчас обучается 5 тысяч студентов из Индии. Это - капля в море по сравнению с количеством индийских студентов в западных университетах.
Пусть Путин будет в Кремле
Последний индийско-российский саммит состоялся уже после вызвавших столько споров выборов в Думу.
Многих в Индии удивила открытая критика Владимир Путина, к популярности которого все здесь привыкли. Представляется, что Запад и часть российского среднего класса хотят, чтобы Путин оставил власть. В Индии не забывают, что Путин был инициатором нашего стратегического партнерства, и относятся к нему иначе.
В Дели не разделяют западной неприязни к Путину и не заинтересованы ни в его уходе, ни в каком-либо вмешательстве во внутренние дела России. Мы считаем, что возвращение Путина в Кремль принесет пользу индийско-российским отношениям.
У Индии нет никакого геополитического интереса в том, как именно развивается демократический процесс в России. Это - забота в первую очередь самого российского населения.
Канвал Сибал
В текущем году Иран экспортировал кафельную и керамическую плитку более чем в 20 стран, сообщает агентство ИСНА.
Согласно статистическим данным, несмотря на санкции, введенные в отношения Ирана с целью ограничения его торгово-экономических отношений с другими странами, объем экспорта названной продукции в стоимостном выражении за 10 месяцев текущего 1390 года (21.03.11-20.01.12) достиг 250 млн. долларов.
К числу основных импортеров иранской плитки относятся такие страны, как Пакистан, Грузия, Азербайджан, Армения, Узбекистан, Афганистан, ОАЭ, Таджикистан, Туркменистан, Ирак, Садовская Аравия, Россия, Кыргызстан, Казахстан, Катар, Германия, Италия, Венгрия, Бахрейн и Швейцария.
По данным Ассоциации производителей кафельной и керамической плитки Ирана, в прошлом году в Иране было произведено 400 млн. кв. м названной продукции, и в настоящее время страна занимает 5-ое место в мире по производству плитки после Китая, Испании, Италии и Индии.
За последнее десятилетие в производство кафельной и керамической плитки было инвестировано около 3 млрд. долларов. На сегодня в области производства плитки и керамической сантехники непосредственно занято около 40 тыс. человек.
В области экспорта кафельной и керамической плитки Иран занимает 7-ое место в мире, а в области потребления – 8-ое место.
В настоящее время в Иране насчитывается более 100 компаний, которые занимаются производством кафельной и керамической плитки.
Беспилотный летательный аппарат (БПЛА), предположительно принадлежавший вооруженным силам США, разбился в субботу вечером в северо-западной части Пакистана, недалеко от границы с Афганистаном, передает агентство Ассошиэйтед Пресс со ссылкой на спецслужбы Пакистана и местных жителей.
Инцидент произошел в племенной области Северный Вазиристан, где нашли убежище группировки боевиков-исламистов, выступающих против режима в соседнем Афганистане и против пакистанских властей.
По данным двух представителей разведывательной службы Пакистана, беспилотник, предположительно, из-за технических неполадок загорелся во время полета и рухнул на землю.
Как передает агентство Рейтер, официальный представитель руководства США, имя которого не называется, подтвердил, что самолет разбился не в результате действий боевиков.
21 февраля ВМС Пакистана получили два самолета-разведчика P-3C Orion - через 9 месяцев после атаки исламистских боевиков, в результате которой были потеряны два аналогичных самолета.
Пакистан заявил, что самолеты P-3C модернизированы новейшей авионикой, предназначенной для повышения контроля северной части Аравийского моря – одной из самых важных в мире маршрутов для судоходства, подвергающийся атаками сомалийских пиратов.
«Два самолета переданы ВМС Пакистана. Эти самолеты поставлены в рамках программы иностранной военной помощи», сказал пресс-секретарь посольства СМША в Исламабаде, передает AFP.
Отношения между Пакистаном и США были серьезно испорчены в прошлом году из-за тайного рейда по ликвидации Усамы Бен Ладена (Osama bin Laden) и воздушной атаки, в результате которой погибли 24 пакистанских военнослужащих. Альянс остается напряженным.
Пакистан получит шесть самолетов P-3C тремя партиями. Первые два самолета, полученные в 2010 году, были уничтожены во время 17-часовой осады ключевой военно-морской базы в Карачи в мае прошлого года исламистами «Талибана».
Ставропольский филиал компании "ВымпелКом" (торговая марка "Билайн") расширил зону покрытия сети 3G в Ставропольском крае.
Пресс-служба оператора сообщила, что с начала 2012 г. в коммерческую эксплуатацию запущено 48 новых населенных пунктов, среди них: Октябрьское, Этока, Малые Ягуры, Каясула, Турксад, Преградное, Красногвардейское, Дмитриевское, Летняя ставка, Штурм, Донская Балка и Бурлацкое, Овощи, Степное, Птичье, в том числе небольшие станицы и поселки.
По данным компании, улучшено покрытие сети 3G в станице Новотроицкая, поселке Тугулук, селе Александровском, а также в городах Железноводск и Ипатово.
Досье ComNews
В группу "ВымпелКом" входят операторы сотовой и фиксированной связи, обслуживающие абонентов в России, на Украине, в Казахстане, Узбекистане, Таджикистане, Грузии, Армении, Киргизии, Вьетнаме, Камбодже, Лаосе, Алжире, Бангладеш, Пакистане, Бурунди, Зимбабве, Центрально-Африканской Республике, Италии и Канаде.
В понедельник президент Афганистана Хамид Карзай и его американский коллега Барак Обама провели телефонные переговоры, посвящённые вопросам программы национального примирения.
Напомним, что на прошлой неделе задача организации и проведения переговоров с вооружённой оппозицией обсуждалась в ходе трёхстороннего регионального саммита, в котором приняли участие президенты Афганистана, Пакистана и Ирана.
Как сообщается в пресс-релизе Белого дома, стороны обсудили итоги мероприятия, задачу региональной поддержки программы в более широком контексте, а также ряд стратегических вопросов, представляющих взаимный интерес.
Главы государств договорились о проведении дальнейших двусторонних переговоров и продолжении тесного сотрудничества в ходе построения долговременных партнёрских отношений между странами, передаёт информационное агентство «Франс Пресс».
![Главное](/images/star.png)
По мнению многих экспертов, одной из причин сложившейся сегодня кризисной ситуации вокруг Ирана, если не основной из них, являются богатейшие энергетические ресурсы Исламской Республики, давно привлекающие внимание мировых центров силы. В условиях углубляющегося охватившего Запад системного экономического кризиса и как следствие обостряющегося геополитического соперничества в регионе вопрос контроля над этими ресурсами, особенно иранскими запасами газа, приобретает первостепенную важность.
В нынешней тревожной обстановке упомянутыми центрами учитываются все факторы: и отношения Ирана со своими соседями, и особенности энергетической политики Исламской Республики, и ситуация в приграничных государствах.
Судя по всему, наиболее стабильной и безопасной для Тегерана сфера ирано-армянских отношений, даже в самые кризисные моменты никогда не омрачавшиеся какими-либо межгосударственными трениями. Это факт, видимо, не дает покоя многим силам, выискивающим шероховатости в отношениях двух вековых соседей, в традиционно дружеских связях Армении и ИРИ.
В чем смысл этих поисков, какова их цель? Какие нюансы в этих тенденциях привлекают внимание Тегерана? На эти и другие вопросы отвечает директор действующего в Иране Стратегического центра "Новая Концепция" и член правления общества дружбы Иран-Армения, доктор наук по линии международных отношений господин Миргасем МОМЭНИ.
- Господин Момэни, в первую очередь хочу попросить Вас разъяснить, какова проводимая Исламской Республикой Иран (ИРИ) политика в энергетической сфере и каковы приоритеты этой политики в регионе?
- Исламская Республика Иран обладает колоссальными источниками энергии и выступает на международной арене в качестве страны, экспортирующей энергоносители - причем как в нефтяной, так и в газовой сферах. Этот фактор имеет для Исламской Республики стратегическое значение. В своей энергетической политике Иран в последние годы придает первостепенное значение экспорту газа. Среди стран-экспортеров газа наше государство занимает второе после России место в мире, именно поэтому экспорт газа играет существенную роль для экономического развития ИРИ. Газовый ресурс является тем ключевым рычагом, который может быть очень важен для Ирана и в сфере международных отношений. В качестве примера можно привести ту же Россию. Сегодня о ценах на газ не договариваются, они просто назначаются страной-экспортером, и какая бы цена ни назначалась, импортирующие страны обязаны ее выплатить. В этом плане ИРИ, как вторая по запасам страна, экспортирующая газ, по объективным причинам не успела полноценно воспользоваться предоставленной ей возможностью, посему не имеет пока эффективного экспорта в газовой сфере. Именно поэтому Иран разработал долгосрочную программу экспорта газа и в рамках этой программы заключил соответствующие договоры с Пакистаном и Индией. Голубое топливо в эти страны будет поставляться по газопроводу, известному под названием "Мирный".
На втором этапе ИРИ начала переговоры с Турцией об экспорте иранского газа в Европу. Однако эти переговоры, по тем же объективным причинам, по сей день не дали положительного результата.
Но основным вопросом является экспорт газа в Республику Армения (РА). Как сосед Ирана, как политический и экономический союзник на Южном Кавказе, Армения может обеспечить самый надежный путь для экспорта иранского газа в Европу. Армянское государство тоже очень нуждается в иранских энергоносителях. Иран располагает огромнейшим потенциалом экспорта газа и в этом заинтересованы практически все, в частности, сообщество европейских государств, которое желает сотрудничать с ИРИ, даже если Иран из-за своей атомной программы будет кем-то признан неугодной страной.
Борьба в будущем развернется вокруг энергетических проблем, и сегодня источники энергиии используются как влиятельное и могущественное оружие. Один из французских экспертов в этой связи как-то заметил, что своим атомным оружием Москва не смогла впечатлить Европу, но своим газовым оружием она доказала, что Россия - могучая страна. Это говорит о том, что фактор энергоносителей сегодня играет важнейшую роль в мире. Поэтому ИРИ намерена в рамках своей долгосрочной государственной программы извлечь пользу из своих энергетических и, особенно, значительных газовых источников.
- В результате двусторонних переговоров между Ираном и Арменией стороны пришли к соглашению, что за каждый кубический метр газа Армения будет расплачиваться с Ираном 3 кВт электроэнергии. Основной объем электроэнергии в Армении вырабатывается Мецаморской атомной электростанцией, часть которой была повреждена при землетрясении 1988 года. В недалеком прошлом США изъявили желание, отреставрировав ее, начать эксплуатацию атомной станции. В связи с этим Вашингтон заявил, что Армения вправе использовать атомную энергию. Но мы видим, что сегодня та же Америка желает лишить Иран этого права и, всячески оказывая давление и даже угрожая Тегерану, пытается удержать ИРИ от производства атомной энергии. Как Вы оцениваете эту двойственную политику США?
- Армения, как Вы отметили, имеет излишек производства электроэнергии, а Иран в своих приграничных районах нуждается в ней. Поэтому обе стороны договорились о том, что Армения будет расплачиваться за иранский газ электроэнергией. Основной проблемой здесь является вопрос возможного контроля Армянской атомной электростанции со стороны Соединенных Штатов. Проще говоря, США и Россия конкурируют между собой в вопросе Армении, и Ереван в этой конкуренции оказывается в неопределенной ситуации. Русские имеют долгосрочные интересы в Армении и сегодня в регионе Армения рассматривается как южная база России. С другой стороны, Соединенные Штаты очень нуждаются в Армении для осуществления своих стратегических программ на Южном Кавказе и обеспечения своей модели безопасности в регионе.
Возвращаясь к вопросу об атомной электростанции, нужно отметить, что произошло землетрясение, которое повредило часть Мецаморской АЭС, и именно поэтому США пытаются провести параллели между Мецамором и Чернобылем. Конечно, Чернобыль стал причиной больших несчастий и во избежание подобных случаев нужно отреставрировать Мецаморскую электростанцию. Но необходимо знать, какие цели преследуют США, в недалеком прошлом изъявившие желание установить контроль над Мецаморской АЭС. Прежде всего, нужно отметить, что Мецаморская электростанция построена русскими, и если США хотят реставрировать ее или построить новую, то обязательно должны согласовать это с РФ. Без согласия России США не могут построить в Армении новую станцию. Значит, они должны договориться с Москвой.
Эти поползновения в энергетической сфере преследуют далеко идущие геополитические цели. Для того, чтобы превратить Южный Кавказ в однородный, прозападный регион, США нуждаются в Армении. Азербайджан уже находится в лагере Запада, Грузия, совершив бархатную революцию, примкнула к нему, и только Армения пока колеблется между Востоком и Западом, пока полностью не примкнула к западному лагерю. Значит США считают, что наилучшим методом оказать давление на Армению и склонить ее в сторону Запада является также вопрос атомной электростанции, а не политическое давление, так как общественное мнение легко воспримет первое, а не второе.
Одним словом, США пытаются осуществить свое политическое давление всеми возможными способами, в том числе научным и экологическим путями, но нужно знать, что за всем этим скрываются стратегические и политические цели. Я уверен также, что американцы имеют четкие планы и относительно предстоящих в Армении выборов. Они желают видеть в Армении такую власть, которая обеспечила бы их присутствие в республике.
Соединенные Штаты стремятся обеспечить свое долгосрочное присутствие на Южном Кавказе, и залогом этого являются разногласия между соседними странами, наличие и продолжение конфликтов в регионе. Существование конфликтов гарантирует их присутствие.
- Вы имеете в виду проблему Нагорного Карабаха?
- Да. Я много раз заявлял: карабахский конфликт, который держит Армению и Азербайджан в состоянии ни войны, ни мира, стал причиной того, что конфликтующие стороны начали впадать в большую зависимость от США. Так как русские имеют более крепкие позиции в Армении, чем в Азербайджане, в будущем мы станем очевидцами еще большего давления США на Ереван. Поэтому мы должны внимательно следить за присутствием Соединенных Штатов в Армении, так как если в одной стране сталкиваются интересы двух сверхдержав, о стабильности там не может быть и речи. Я уверен, что если бы руководители Армении и Азербайджана вели прямые переговоры по вопросу Нагорного Карабаха, они были бы более эффективными, чем сейчас, когда за переговорным процессом следят США и Европа. Наличие и продолжение конфликтов на Южном Кавказе выгодно Соединенным Штатам и Европе в плане оказания политического давления на страны этого региона. Без наличия конфликтов присутствие сверхдержав на Южном Кавказе будет незаконным.
- Как Вы оцениваете отношения между ИРИ и Арменией?
- Отношения между Ираном и Арменией с первого же дня провозглашения независимости РА были очень хорошими. Иран был одним из первых среди соседей Армении, кто сразу же после провозглашения независимости открыл свое посольство в Ереване, и на сегодняшний день между обеими странами установились очень хорошие политические, экономические и культурные отношения.
В Иране проживают более 120 тысяч армян, и это само по себе является поводом для развития дружественных, эффективных отношений. Сегодня в Армении получают образование около 3000 иранских студентов, что не имеет прецедента в какой-либо иной стране, и это доказывает, что Армения имеет очень важное значение для ИРИ.
В завершение добавлю, что народы Ирана и Армении связывают вековые взаимоотношения, и одной из главных целей общества дружбы Иран-Армения является сохранение и развитие этих вековых связей.
Беседу вел
Артин АРАКЕЛЯН, Тегеран
для Iran.ru
![Главное](/images/star.png)
Лабиринт, которого нет
Зачем и кому нужна война с Ираном
Резюме: Соскальзывание ситуации к войне или к эскалации напряженности вокруг Ирана не отвечает интересам России. Поэтому Москве важно не самоустраняться, но продолжать предотвращать силовой сценарий, насколько это в ее силах, играя ответственно и – главное – не по чужим нотам.
«Ядерное оружие – отнюдь не источник достоинства и силы. Обладание ядерным оружием отвратительно, аморально, позорно». Так говорил… нет, не какой-нибудь европейский пацифист. Так говорил действующий иранский президент Махмуд Ахмадинежад. Причем произнес он эти слова не тихо за чаем в Тегеране, а в Нью-Йорке, с трибуны Обзорной конференции по Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), обращаясь к делегатам, представляющим более чем 180 стран – участниц Договора. Он был единственным главой государства на этой конференции, и поэтому – ирония протокола – первым получил слово.
Делегаты, впрочем, слушали его вполуха. А многие и вовсе покинули зал. Ирану верят все меньше и меньше – даже те, кто относится к нему без предубеждения. И по всему миру крепнет убеждение, что иранское руководство сделало ставку как раз на то, что оно клеймит позором с высоких трибун, – на обладание ядерным оружием, причем уже в ближайшей перспективе.
А раз так, то – Тегеран надо остановить. Любой ценой. И чем раньше, тем лучше. Потому что Иран с ядерным оружием (говорят) неприемлем с точки зрения ключевых игроков международных отношений.
Соскальзывая к войне
Последнее время я провел в дороге, чтобы разобраться: а что, действительно мир так напуган Ираном? Действительно верит в его чудодейственную ядерную способность? И готовится к войне?
Если не считать Кубы с Венесуэлой и примкнувшей к ним Никарагуа, явных сторонников у Тегерана негусто. В сухом остатке «блестящая иранская дипломатия» слабо сыграла в государствах Движения неприсоединения, едва-едва наскребывая считанные очки в свою пользу. А Латинская Америка все-таки далековато будет от зоны предполагаемых боевых действий.
Наиболее впечатлили меня соседи Ирана по Персидскому заливу. Там – прежде всего в Саудовской Аравии – антииранский настрой оказался даже сильнее, чем об этом можно было судить из Москвы. «Ату его!» – таков лейтмотив разговоров и с дипломатами, и с военными, и с политологами. И хотя некоторые авторитетные эксперты, в первую очередь принц Турки аль-Фейсал, утверждают, что «военные удары по Ирану будут совершенно контрпродуктивными», все же складывается впечатление, что большинство его соотечественников были бы только рады подобному развитию событий. К тому же исход войны в Ливии и происходящее в Сирии укрепляют их настрой на то, что Иран – как его ядерная инфраструктура, так и его политический режим – должен и может быть разрушен.
С другой стороны, в регионе войны с Ираном боятся. Она не выгодна Объединенным Арабским Эмиратам, которые, хотя и имеют нерешенный территориальный спор с Ираном, но выигрывают от торговли с ним, даже и в санкционные времена. Она не выгодна Оману, имеющему свой «контрольный пакет» в Ормузском проливе и проводящему самостоятельную внешнюю политику. Она страшит Бахрейн, чья правящая семья, держась на саудовских и американских штыках против воли шиитского большинства, может стать первой жертвой иранских «асимметричных действий». Она заставляет нервничать даже Катар, обычно нагло-самоуверенный, благодаря умелой конвертации сверхбогатства в политические инвестиции: не вполне комфортно будет прикрывать строительство объектов для чемпионата мира по футболу силами ПВО. Но против иранского блицкрига, да еще чужими руками, в Дохе, думаю, сегодня бы не возражали.
Если кто и посочувствует Тегерану, так это Европа. «Присоединятся ли европейские государства к войне против Ирана? – задавал вопрос на проходившей в начале февраля конференции в Брюсселе бывший генеральный директор МАГАТЭ швед Ханс Бликс. – К войне против Ирака несколько европейских правительств присоединились, чтобы ликвидировать оружие массового уничтожения, которого не было. Готовы ли европейцы сейчас присоединиться к пресечению иранских ядерно-оружейных намерений, которые, возможно, существуют, а возможно, и не существуют? Иран не осуществлял нападения против кого бы то ни было, и не похоже, что собирается на кого бы то ни было нападать, так что решения со стороны Совбеза ООН о применении силы против Ирана ожидать не следует». Европейская аудитория встречает слова Бликса аплодисментами. Но ответ на его вопрос: с кем ты, Европа? – повисает в воздухе. Другой европейский эксперт, венгерка Эржебет Роза, иранист по образованию, представляет блестящий анализ контрпродуктивности санкций ЕС против Ирана. Тоже аплодисменты. Между тем, санкции уже одобрены Евросоюзом.
Погрязшая в экономических проблемах Европа, не признаваясь в этом, изображая деятельную суету, по сути самоустраняется от решения иранского вопроса. Кивает на «мудрых» Бразилию с Турцией. Но Бразилия с уходом президента Лулы к иранской теме интерес теряет. Турция – да, вот она играет свою игру, и играет соло.
Вашингтон. Здесь я рассчитывал как минимум узнать о совместной кропотливой работе, которую в ближайшие месяцы могут проделать Россия и США, о пунктирной линии, намеченной «планом Лаврова»… Но вместо этого пришлось выслушать, что Россия опять недостаточно сотрудничает с Соединенными Штатами по Ирану. Что она «зациклилась» на отказе от новых санкций. Что время истекает. Что в предвыборный год администрация Обамы не сможет остановить «израильских друзей»… Будто бы на дворе были девяностые, и Москву учили вытаскивать каштаны из костра для Вашингтона, под разговор о борьбе с «общей угрозой». При этом никто из моих собеседников в Вашингтоне не хотел войны… или, может быть, втайне хотел, но, работая на нынешнюю администрацию, отчетливо понимал, что позволить себе войну с Ираном Обама не может.
Но в целом – фантасмагорическое впечатление. Израилю с его десятками (если не сотнями) ядерных боеголовок, с ракетами, пересекающими Европу, – ему все позволено. Развязывать кибервойну. Угрожать ударами. Выкрадывать, убивать ученых и инженеров. Потому что он – важный и неприкосновенный фактор в год выборов. Иран – враг. А если враг не сдается…
Наконец, иранские собеседники. Я спрашивал, зачем Иран провоцирует своих соседей и мировое сообщество. Хочет нарваться на военный конфликт? Но слышал в ответ, что Тегерану военный конфликт не выгоден, потому что он к нему не готов и чувствует себя увереннее, проецируя влияние невоенными средствами.
Я вернулся в Москву с ощущением, что мало кто в мире хочет войны против Ирана, – а если вынести за скобки Эр-Рияд, то, может быть, и никто не хочет. Даже в Израиле воинственно-голливудский Нетаньяху остается в меньшинстве. Никто не готов к войне, одни по причинам экономическим, другие – внутриполитическим, но нарастание турбулентности вокруг Ирана скоро достигнет той точки, когда мир соскользнет к войне.
В чем причина? В климате тотального недоверия. Если даже мы в России недоверчиво усмехаемся на высказывания иранского президента об «аморальности» обладания ядерным оружием, чего же тогда ожидать от американцев, на десятилетия ошпаренных захватом заложников в их посольстве в Тегеране? Иранцы не имеют ни малейших оснований доверять саудовцам, готовым втихаря «сдать» их израильтянам. Саудовцам, в свою очередь, мерещится наступление воинственных персов-шиитов на зону их традиционного влияния. Разрушено хрупкое доверие, которое существовало между иранцами и немцами; французы пестуют иранскую оппозицию, в ответ иранцы переходят на личности, включая личность жены французского президента. Апогей взаимного недоверия – отношения между Израилем и Ираном. Тегеран ставит под сомнение право Израиля на существование, в то же время Израиль фактически развязал тайную войну против Ирана, включая кибератаки, взрывы на ракетных шахтах, убийства ученых-ядерщиков.
Климат тотального недоверия заставит инстинктивно спустить курок, когда тот, кто напротив, всего-то полез в карман… А ведь у него могло и не быть там никакого ствола.
В этой ситуации нам, в Москве, надо бы ответить на три вопроса. Первый: чего хочет Иран? Второй: есть ли решение у иранского ядерного вопроса? Третий: как вести себя России?
Чего хочет Иран
У нынешнего руководства Ирана имеется четыре круга ключевых и связанных между собой стратегических задач, которые оно последовательно решает или пытается решать.
Первый круг связан с внутриполитической устойчивостью. До последнего времени Иран оставался одним из наиболее демократических государств Ближнего Востока. Парламентские и президентские выборы в сочетании со сложной многоуровневой системой принятия решений делают систему потенциально уязвимой. Иранское руководство уже прошло первый тест на уязвимость, когда малочисленная, но шумная оппозиция пыталась перехватить инициативу. Сегодня возможности оппозиции минимизированы. Но иранский режим крайне болезненно реагирует на подкармливание оппозиции извне. В этой связи у иранского руководства нет никаких причин начинать широкий диалог с Соединенными Штатами, поскольку те своей конечной целью (по крайней мере, как это видится в Тегеране) ставят демонтаж правящего режима, а раскручивание «ядерного вопроса» – это лишь метод для смены власти. Это не «паранойя мулл». У Ирана есть реальные основания для опасений. Этому их учит история: от свержения Мосаддыка до поддержки шаха. Такая ли уж разница для Ирана, кто сейчас правит в Белом доме? Как хорошо заметил (в New York Times) Билл Келлер, позицию в отношении Ирана в Вашингтоне как определял, так и будет определять коллективный «Обамни» (собирательный образ Обамы и его наиболее вероятного оппонента-республиканца Митта Ромни. – Ред.). Есть нюансы, но по большому счету курс на смену режима в Тегеране остается.
Второй круг связан с технологическим прогрессом и самодостаточностью. Иран хочет играть первую скрипку в мировых делах XXI века, а для этого считает принципиально важным обладать собственными передовыми технологиями, так как только они обеспечат независимость, самодостаточность и свободу рук (еще один исторический урок, который иранцы хорошо усвоили). Иран трудно входит в мир передовых ядерных, ракетно-космических и биотехнологий. При всех консолидирующих нацию технологических прорывах «самостоятельная работа» дается Ирану куда более тяжело, чем его руководители готовы признать. Скачок в ядерной области (достигнутый отчасти благодаря плохим пакистанским технологиям) сменяется мучениями и стагнацией. Отчасти ограничителем становится «вынужденная самодостаточность» в результате санкций. Иранцам уже не хватает собственных знаний. В отличие от Кубы, которая когда-то, будучи зажата в блокаде, подняла на мировой уровень свои биотехнологии и медицину, впитывая помощь Советского Союза, пока не обогнала его, Ирану не удается положиться здесь ни на кого. Бушерская АЭС – одно из считанных исключений, да и ту, по правде говоря, вряд ли можно назвать вершиной инженерной мысли. Скорее уж вершиной русской инженерной смекалки, когда отечественную конструкцию пришлось скрещивать с полуразбомбленным немецким «каркасом».
Третий круг связан с обеспечением внешней безопасности и минимизацией риска вооруженных конфликтов по периметру границ и извне. Это третий исторический урок, который выучил Тегеран, испытав на своей шкуре, что значит, когда врагу-соседу (саддамовскому Ираку) помогали все, а ему, Ирану, никто. Именно тогда, в середине 1980-х гг., когда Ирак безнаказанно применял оружие массового уничтожения (химическое) против Ирана, в глубинах иранского военно-политического руководства и возникла мысль о разработке собственного ядерного оружия.
Проблему с Ираком Иран парадоксальным образом решил благодаря американцам. Теперь их отношения вполне добрососедские, и ОМУ-аргументов не требуют. Но иранская дипломатия не смогла наладить столь же добрососедские отношения со всеми странами Персидского залива (возможно, за исключением Омана и Дубая из ОАЭ). Впрочем, по мнению иранцев, их главный сосед сегодня – Соединенные Штаты, представленный Пятым флотом и военными базами, не говоря уже о войсках в Афганистане и беспилотниках в Пакистане. То есть для Тегерана решение вопросов внешней безопасности жестко завязано на отношения с Вашингтоном.
Наконец, четвертый круг задач связан с экспансией влияния в регионе, утверждением в качестве региональной сверхдержавы и магнита притяжения для всех мусульман Ближнего Востока, вне зависимости от того, сунниты они или шииты. Так как весь регион находится в брожении, рано делать заключения, проиграл ли Иран в результате так называемой арабской весны или выиграл. Пока иранский «выигрыш», о котором любят многозначительно поговорить в Тегеране, представляется эфемерным. «Каирская улица», еще недавно, при Мубараке, завистливо глядевшая в сторону Тегерана и ему внимавшая, несмотря на религиозные различия, сегодня увлечена собственным национальным строительством. Влияние Ирана на арабские государства Ближнего Востока присутствует, но оно гораздо скромнее турецкого. И проецирование будущего влияния Тегерану удается куда хуже, чем Турции. «Выпадение» асадовской Сирии из зоны иранского влияния внешнеполитической катастрофой для Тегерана не будет, но болезненным ударом, конечно, станет. Иранское руководство предпочитает делать хорошую мину при скверной игре.
Не следует мешать Ирану решать первые три задачи. Как раз наоборот, нужно способствовать тому, чтобы он спокойно их решил. Это стабилизирует обстановку в регионе, сделает ее более предсказуемой. Что касается четвертой задачи, то иранские региональные амбиции должны быть вписаны в реальный (а не сочиненный Тегераном) ближневосточный контекст, и поощрять их не следует, так как это приведет к еще большему раскачиванию региональной лодки.
Решение иранского ядерного вопроса
Подозреваю, что многие читатели споткнулись, когда я только что говорил об иранской стратегической задаче по развитию технологического прогресса и самодостаточности. «А как же ядерное оружие? Ведь даже МАГАТЭ намекает, что Иран втайне работает над ним».
Попытаемся посмотреть на ситуацию, чтобы «суп – отдельно, а мухи – отдельно».
На сегодняшний день у Ирана отсутствует не только ядерное оружие (это знают все), но и политическое решение о его создании (такой гипотезы придерживается большинство международных экспертов, занимающихся ядерным нераспространением; хотя это и не аксиома). Иран не занимается тайно разработкой ядерного оружия (таково мое мнение, но с ним многие эксперты, особенно израильские и американские, будут спорить). Сегодня для обеспечения своих стратегических задач иранскому руководству ядерное оружие не нужно. Потому что среди этих задач нет задачи нападения на США, на Израиль и, главное, нет задачи самоубийства режима.
Действительно, на протяжении более двух десятилетий Иран рассматривал различные научно-прикладные аспекты, связанные с ядерным оружием (хотя началось все еще раньше, при шахе и под присмотром американцев). Не могу исключать, что лет 25 тому назад иранское руководство рассматривало вопрос о целесообразности тайного создания собственного ядерного арсенала. Возможно, определенные круги автономно возвращались к этому проекту и позже. При этом аргументы, предположу, могли быть различны и могли меняться в зависимости от региональной динамики. Например, соперничество с Саддамом Хусейном, который имел химическое и биологическое оружие и работал над ядерным оружием. А потом, когда Саддам пал: «Чем мы, персы, хуже Пакистана?». А в какой-то момент: «Ну неужели же мы, персы, глупее северных корейцев?».
Как бы то ни было, дело далеко не продвинулось.
Действительно, за Ираном тянутся «хвосты» лукавства, а то и прямой лжи во взаимоотношениях с МАГАТЭ. Сколько бы ни ворчал Тегеран на МАГАТЭ, на гендиректора Юкия Амано (даже если на то есть веские причины), он должен продолжить сотрудничество с агентством, чтобы все сомнения прояснить, а где-то и честно покаяться в прошлых прегрешениях (как бы это ни ущемляло гипертрофированное у иранцев чувство собственного достоинства).
Но, с другой стороны, – кто без греха? Подобное «лукавство» в разные годы было замечено и за некоторыми другими членами международного сообщества – например, за Южной Кореей. Но Сеул грамотно отчитался о «работе над ошибками», и теперь этот случай помнят разве что узкие специалисты. Бразилия упорно отказывается ввести у себя Дополнительный протокол к соглашению о гарантиях с МАГАТЭ, что по меньшей мере странно; но в регионе царит совершенно иной климат, и недоверия в отношении намерений Бразилии (справедливо) не возникает.
Итак, первым шагом к решению иранского ядерного вопроса должно быть широкое, без пререканий сотрудничество Ирана с МАГАТЭ. Иран время от времени делает полушаги (в августе прошлого года, в январе нынешнего). Это шаги в правильном направлении, но их недостаточно для того, чтобы все мировое сообщество, включая Россию, смогло убедиться, что все иранские прегрешения остались в прошлом. Иран должен ратифицировать Дополнительный протокол, а до этого добровольно пойти на исполнение его положений, как если бы он был ратифицирован. Частично и выборочно иранцы, кстати, так и действуют, теперь надо уйти от выборочности.
Иранские коллеги и публично, и особенно в частных разговорах сетуют на то, что МАГАТЭ «раздевает» их перед американской и британской разведкой и что в конечном итоге все данные сливаются Израилю. Это Тегеран унижает. Но, помимо эмоционального негатива, речь ведь идет еще и о том, что в условиях, когда Израиль прямо заявляет о вероятности ударов по иранским ядерным объектам, иранцам просто опасно вот так «раздеваться».
Многие упрекают Иран в том, что он сначала строит ядерные объекты, а лишь потом сообщает о них в МАГАТЭ. Но, мне кажется, можно понять, почему Иран так делает.
Можно ли выйти из этого противоречия? Да. И Россия может сыграть здесь ведущую роль. Ниже я вернусь к этому.
Вторым шагом должно стать снятие требований к Ирану отказаться от обогащения урана. Это нереалистично, да и не нужно. Если Тегеран не нарушает своих обязательств по ДНЯО (а в этом остаются сомнения, как минимум в «исторической» части), то не следует добиваться от него того, что не является и не будет в обозримой перспективе международной нормой. Экономически Иран может действовать не вполне разумно, но политически его стремление к самодостаточности не уважить нельзя. На это мне указывают многие коллеги из развивающихся государств, прежде всего из Египта. Самоограничения в части отказа от уранового обогащения были бы, с моей точки зрения, правильным и важным шагом, но они могут быть только добровольными.
Третьим шагом должна стать резолюция Совета Безопасности ООН о недопустимости применения силы или угрозы применения силы (включая и кибератаки) против любых атомных объектов Ближнего Востока, находящихся под гарантиями МАГАТЭ либо продемонстрированных инспекторам МАГАТЭ по их запросу, как построенных, так и находящихся в процессе строительства, а также против персонала этих объектов. Эта резолюция должна быть принята до начала работы международной Конференции по вопросам зоны, свободной от ОМУ (ЗСОМУ) на Ближнем Востоке, которая запланирована на конец текущего года в Хельсинки. Иначе участие Ирана в этой важной конференции окажется под вопросом: в самом деле, нормальна ли ситуация, когда твоя ядерная промышленность, твои ученые находятся под постоянным прицелом и угрозой атаки, а тебя как ни в чем не бывало приглашают за стол переговоров?
Четвертым шагом должно быть добровольное решение Ирана о временном замораживании уровня обогащения урана, а также замораживании на нынешнем уровне количества центрифуг, отказ от введения в каскады новых центрифуг, создания новых каскадов, запуска вращающихся (но пока без газа) центрифуг. О важности подобного шага говорил, в частности, заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков, когда встречался с членами Международного клуба «Триалог» под эгидой ПИР-Центра. Такой шаг станет мерой укрепления доверия, но не юридически обязывающей нормой.
Пятым шагом должно быть решение Совета Безопасности ООН о временном приостановлении действия санкций в отношении Ирана, при условии удовлетворительного сотрудничества между Ираном и МАГАТЭ (такой подход предлагают сейчас некоторые европейские эксперты); а при закрытии вопросов «иранского файла» МАГАТЭ – и полная отмена санкций.
Шестым шагом должно быть формирование климата доверия в регионе в вопросах ядерной безопасности. Коллеги из Кувейта, других государств Персидского залива высказывали мне опасения по поводу надежности и безопасности Бушерской АЭС, построенной при участии России. Они предлагают провести стресс-тесты станции с участием наблюдателей из заинтересованных сопредельных государств. Ирану и России следует ответить на такие запросы позитивно и доброжелательно.
Наконец, седьмым шагом должно стать начало регионального ближневосточного диалога по всему комплексу ядерных вопросов: от формирования зоны, свободной от ядерного и других видов ОМУ на Ближнем Востоке (с участием всех арабских государств, Ирана и Израиля) до формирования «ближневосточного МАГАТЭ» по примеру Евратома. «Увертюрой» этого процесса имеет шанс стать конференция по ЗСОМУ в Хельсинки – конечно, если ее рассматривать не как единоразовое собрание, но как начало долгого процесса восстановления доверия, открытости и диалога.
Не надо мешать Ирану развивать ядерную энергетику. Тегеран все равно замкнет ядерный топливный цикл (ЯТЦ), даже после израильских бомбардировок и парочки уничтоженных ядерных объектов. Только после бомбардировок он наверняка проведет корректировку своей стратегической калькуляции. Как точно заметил уже цитировавшийся мной Билл Келлер, отвечая на статью Мэтью Крёнига в Foreign Affairs, «бомбить Иран – это лучший способ обеспечить именно то, что мы пытаемся предотвратить».
Надо учесть и попытаться научиться уважать стратегические задачи Ирана: три из четырех не создают проблем ни для региона, ни для международного сообщества в целом.
Если стратегические задачи Ирана хотя бы отчасти будут учтены и уважены, у Тегерана не будет мотивации переключать свой ЯТЦ на военные рельсы. А жить с иранским ЯТЦ всем его соседям – включая и Россию – нужно будет просто привыкнуть; ведь живем же мы по соседству с японским ЯТЦ, при этом некоторые – даже не имея мирного договора. И ведь если и боимся, так новой Фукусимы, а не ядерных бомб.
Как вести себя России
Начну с «наивного» вопроса: а чем для России плох Иран с ядерным оружием? На этот вопрос важно ответить сразу, чтобы мои последующие выводы и идеи были понятны.
С одной стороны, может показаться, что Иран, создай он ядерное оружие, интересам России действительно не угрожает. Да, иранские ракеты не долетят до Парижа, зато долетят до Сочи. Но не на Сочи же они будут нацелены. Далее, на Ближнем Востоке установится система регионального сдерживания по линии Израиль–Иран. Сдерживание работало в самые худшие дни холодной войны в отношениях между СССР и США; работает между Индией и Пакистаном; будет работать и на Ближнем Востоке, может быть, даже облегчит путь Израилю и Ирану к взаимным договоренностям по контролю над вооружениями (что сегодня немыслимо). Наконец, последние пять лет Россия живет бок о бок с ядерной КНДР – сначала было как-то некомфортно (особенно Приморью, где пришлось вспомнить про учения гражданской обороны), но теперь уже привычно. А ведь уровень ответственности Тегерана будет, безусловно, выше, чем северокорейского режима, и никаким другим игрокам (в отличие от безответственного, нестабильного Пакистана) Иран свои ядерные знания и технологии продавать не будет.
Так-то оно так. Но я придерживаюсь иного взгляда. Появление у Ирана ядерного оружия взорвет ДНЯО, который, по моему глубокому убеждению, продолжает оставаться краеугольным камнем международной безопасности. Благодаря ДНЯО Москва имеет исключительное положение в качестве члена «ядерной пятерки».
Я не разделяю мнения тех экспертов, которые предвидят, будто в случае появления в Иране ядерного оружия его вскоре создадут Саудовская Аравия или Турция. Проблема будет хуже: сам ДНЯО обесценится и перестанет существовать. И дело не в том, что за Ираном непременно последует Саудовская Аравия, но в том, что в ядерных вопросах по всему миру воцарится хаос. А вот это – против жизненных интересов России.
России трудно с Ираном. Ни российские политики, ни крупный российский бизнес не стремятся плотно работать с Ираном: разговоры о «близких отношениях» двух стран – во многом миф. При выборе системы координат «свой»–«чужой» и российский дипломат, и российский бизнесмен интуитивно присвоят Ирану код «чужой». В лучшем случае: «не-свой».
Иран не раз обманывал Россию, умалчивая о своих ядерных объектах и исследованиях двойного характера: так можно лукавить с врагом или конкурентом, но не с тем, кого ты называешь партнером и другом. Иранцы презрительно скривились, когда Россия пригласила их сотрудничать по обогащению урана в международном центре в Ангарске. Иранцы сначала согласились, а потом отказались от предложения по топливу для Тегеранского исследовательского реактора, изначально выработанного при активном вовлечении России.
Россия не раз подводила Иран: затягивала строительство Бушерской АЭС, не продала современные противоракетные системы. Не встретила Тегеран с распростертыми объятиями, когда он запросился в ШОС. Да что уж там: Россия голосовала за все четыре санкционные резолюции Совета Безопасности ООН по Ирану.
России далеко не всегда понятно, как и кем принимаются решения в Тегеране (даже после многочисленных стараний разобраться). Ирану мерещится, что Москва «сливает» часть полученной от него конфиденциальной информации в Вашингтон и Тель-Авив.
В последнее время Москва и Тегеран неоднократно обменивались колкостями. Но это не помешало России сохранить хладнокровие, выступить с «планом Лаврова» по Ирану, основанном на «поэтапности и взаимности». Наверное, иранцам было трудно в полной мере оценить усилия России, так как вскоре – в ноябре прошлого года – последовал доклад МАГАТЭ, принятие которого, как рассчитывали в Тегеране, Москва просто обязана была заблокировать.
Трудно. Но России все же следует, наступив на горло предубеждениям, посмотреть на сегодняшний Иран как на своего серьезного и долгосрочного партнера в регионе – не на декларативном уровне, а на уровне действий. Такие попытки периодически происходят, но то и дело прерываются из-за, по-моему, ложной боязни обидеть американцев. По-моему, Россия уже и так максимально плотно и конструктивно сотрудничает с Соединенными Штатами по Ирану и его ядерной программе. Сворачивать это сотрудничество не надо; наоборот, пришла пора усилить его созданием двусторонней рабочей группы «креативщиков» с обеих сторон по поиску сценариев выхода из лабиринта (или того, что выглядит как лабиринт).
Но когда разговор от важного обсуждения ядерных объектов типа Фордо как-то сам собой сбивается на требования отхлестать Иран за «поддержку терроризма», а затем и вовсе скатывается к пожеланиям видеть в Тегеране «другой режим», – думаю, в таких обсуждениях Москве с Вашингтоном не по пути.
Когда западные партнеры России по переговорному процессу с Ираном (пока еще не публично) радуются гибели иранских ученых-ядерщиков, с гордостью говорят о качестве (мы доподлинно не знаем, кем осуществленных) кибератак против иранских ядерных объектов, и тогда России с ними, думаю, не по пути.
Когда, с одной стороны, приглашают Иран к диалогу «без предварительных условий», а другой, советуют Москве подумать насчет новой резолюции Совета Безопасности, где фигурировали бы меры против Ирана по Главе 7 Устава ООН, – думаю, тут России следует и вовсе решительно отойти в сторону. В условиях нагнетания турбулентности, имеющего целью психологическое давление на Тегеран, России стоило бы подумать не только о том, что все возможные санкции по пресечению доступа Тегерана к ядерным и ракетным технологиям уже приняты и действуют, но и о том, на пользу ли все эти санкции в нынешних конкретных условиях. Ни США, ни Евросоюз не вняли настоятельным пожеланиям России не вводить санкции вне Совета Безопасности ООН. Их право. Право России – пересмотреть свой подход к ныне действующим санкциям Совета Безопасности ООН, и если окажется, что часть из них исчерпала себя, действовать в Совете Безопасности ООН соответственно.
К слову, в свое время в Нью-Йорке санкции прописывались таким образом, что не затрагивали права России на поставки Ирану оборонительных комплексов, в частности, С-300 или С-400. Президент Медведев своим указом решил, что Россия должна воздержаться от таких поставок, что и было сделано. В условиях, когда Ирану прямо угрожают ракетными ударами, не пришло ли время такие поставки осуществить, да и вообще помочь Тегерану укрепить обороноспособность (при условии, что эти поставки не будут передаваться третьей стороне)?
В свое время Россия уклонилась от заявки Ирана на вступление в ШОС; причем было принято решение, не позволяющее принимать в эту организацию государства, находящиеся под санкциями Совета Безопасности ООН. Эту временную норму можно было бы пересмотреть. У России, как и у других действующих членов ШОС, есть много общих тем с Ираном: это и энергетическая безопасность, и борьба с наркотрафиком, и стабилизация ситуации в Афганистане после ухода оттуда НАТО. Конечно, прежде чем инициировать этот процесс, России следовало бы понять настроение Ирана по ряду нерешенных двусторонних экономических вопросов, в частности, по Каспию.
Наконец, российским экспертам, как неправительственным, так и правительственным, стоило бы собраться вместе, чтобы – пока неформально – обсудить вопрос, а не устарел ли механизм «шестерки», в рамках которого сейчас в основном обсуждается иранская ядерная программа, да и другие вопросы по Ирану. Ведь даже от американских партнеров часто приходится слышать: «Давайте решать этот вопрос (по Ирану) без участия европейцев, от них проку мало, и они ни на что не влияют». Так что с американцами Россия могла бы продолжать обмены по двусторонней линии, как это сейчас успешно и делается.
Многосторонний подход к решению иранского ядерного вопроса важен. Сейчас он более важен, чем когда-либо. Просто в мире есть ведь и другие силы, у которых много конструктивных идей и которые могут быть лучше услышаны в Тегеране.
К примеру, в переговорах с Ираном вместо «шестерки» можно было бы использовать уже имеющийся формат БРИКС. Здесь, помимо России, присутствуют представленный, как и она, в «шестерке» Китай, ранее участвовавшая в диалоге с Ираном Бразилия (если Дилма Русеф не окончательно утратила интерес к этой теме), и поддерживающая плотный диалог с Ираном Южная Африка. Индия в последнее время является оппонентом Ирана, но в этом качестве она и может быть полезна – особенно учитывая ее близкие связи с США в сочетании с традиционно взвешенной линией в международных делах.
Москве следует плотнее, чем сейчас, вести двусторонний диалог с Пекином по иранской проблематике. При этом надо помнить прописную истину, что у КНР – собственные интересы, которые могут и не совпадать с российскими. Так, Пекин успешно диверсифицирует источники импорта углеводородов, и его энергетические потребности в Иране скоро могут быть замещены поставками из Саудовской Аравии. Для КНР главное направление на ближайшее десятилетие – никакой не Ближний Восток, а продвижение в Южно-Китайское море и в Юго-Восточную Азию, а может, и на Тайвань. Тут везде мешают США – при нынешней администрации больше, чем когда-либо. Что делать? Затянуть Соединенные Штаты в длительную сухопутную военную операцию, из которой выбраться сложнее, чем из Ирака или Афганистана. Так что поддержка Китаем Ирана, столь очевидная сегодня, не является константой. С другой стороны, диалог России и КНР по Ирану, не исключено, помог бы скорректировать такую точку зрения в Пекине или как минимум удостовериться в том, что она не является доминирующей, как не являются доминирующими в Москве взгляды тех, для кого «война в Иране» – приятный синоним роста цен на нефть.
Не исключаю, что более продуктивной, чем БРИКС, могла бы стать группа по диалогу с Ираном, которую создали бы Россия и Турция. В нее могли бы войти те же Бразилия, Южная Африка, а также такие авторитетные (в мире и в Иране) игроки в вопросах ядерного нераспространения, как Казахстан, Индонезия, а также (но здесь большой знак вопроса) Египет.
Конечно, надо быть реалистами и отдавать себе отчет в том, что такая группа не принесет Ирану «на блюдечке» главное, что нужно сейчас Тегерану: гарантии безопасности со стороны Вашингтона (включая отказ от применения силы и вмешательства во внутренние дела). Однако при активном участии России она могла бы предоставить как минимум эффективное обеспечение первого, самого срочного шага по решению иранского ядерного вопроса. А именно – прозрачности ядерной программы, уверенности, что в сегодняшнем виде она не направлена на оружейные цели, и при этом уважительного отношения к той информации, которая будет получена от Ирана в рамках такого «прозрачного» подхода. Каждая из названных стран имеет авторитетных технических экспертов, которые могли бы получить беспрецедентный доступ к объектам ядерной инфраструктуры Ирана – даже тем, прежде всего строящимся, которые Иран никому показывать не обязан. Ни в коей мере не замена МАГАТЭ, но подспорье для МАГАТЭ на тот переходный период, пока доверие полностью не восстановлено, – так я вижу работу группы экспертов.
Недавно за ужином в Эр-Рияде иранская оппозиционерка, проживающая в Лос-Анджелесе, бросила мне: «России должно быть стыдно, что она поддерживает прогнивший режим в моей стране». Сидевшие рядом саудовцы и кувейтяне оживленно закивали. Я не выдержал: «России не должно быть стыдно. Хотя бы потому, что она столько сделала и делает, чтобы бомбы не падали на головы ваших соотечественников».
Цинично говоря, Россию могла бы устраивать нынешняя ситуация вокруг Ирана – «ни мира, ни войны». Но это только если знать, что у всех игроков стальные нервы, и никто не сорвется. Сегодня есть противоположное ощущение. Один удар по Араку или пррименение новых типов глубоко проникающего высокоточного оружия в районе Кума – и следующим шагом Иран… нет, не обязательно бьет по Тель-Авиву или высаживается на Бахрейне. И даже не перекрывает Ормузский пролив. Он выходит из ДНЯО. Из договора, который его не защитил. Ответственность за этот сценарий будет лежать и на России, одном из трех депозитариев – хранителей ДНЯО.
Соскальзывание ситуации к войне ли, к эскалации напряженности вокруг Ирана не отвечает интересам России. Поэтому России важно не самоустраняться, но продолжать предотвращать силовой сценарий, насколько это в ее силах, играя ответственно и – главное – не по чужим нотам.
В.А. Орлов – президент ПИР-Центра (Центра политических исследований России), член Международной академии по ядерной энергии, член Общественного совета при Министерстве обороны РФ.
![Главное](/images/star.png)
ББВ
Большая Ближневосточная Весна. Или Война?
Резюме: Внутренние и внешние факторы, питающие социальные протесты «арабской весны», оказываются в виртуальном пространстве спаянными в такую сложную амальгаму, что нередко трудно разобраться, где кончаются одни и начинаются другие.
Массовые волнения, беспрецедентные по масштабам гражданской активности и ожесточенности, уже год сотрясают Ближний Восток. Вихри революций смели режимы в Египте, Тунисе и Йемене. Для свержения Каддафи в Ливии потребовалась помощь авиации НАТО, но в целом события там развивались по тому же сценарию. На очереди, похоже, Сирия, да, в сущности, любая арабская страна, чье руководство окажется неспособным своевременно осуществить демократические реформы, с которыми подавляющее большинство населения связывает надежды на улучшение жизни. В общем, налицо все признаки системного кризиса в регионе. Пора, наверное, попытаться внимательнее присмотреться к природе и непростой механике феномена «сетевых революций», соотнести его с реалиями миропорядка, приходящего на смену холодной войне, и оценить перспективы дальнейшего развития событий.
Демократия: изнутри или извне?
Вполне очевидно, что в основе революционных процессов в арабском мире лежат объективные причины, в первую очередь социально-экономические. По существу, участники массовых выступлений, коллективным организатором которых стали социальные сети, вынесли вотум недоверия авторитарным режимам («пожизненным президентствам»). Последние оказались неспособны решить проблемы нищеты, безработицы, а в более широком смысле – модернизации своих стран, встраивания их в глобализирующийся мир растущей взаимозависимости.
Но не менее очевидно и другое. Стихийные на первых порах выступления оппозиции получили мощную поддержку со стороны Запада. Причем не только в форме выявившегося в ходе «сетевых революций» феномена трансграничной солидарности, когда люди, вышедшие на каирскую площадь Тахрир, ощущали поддержку «демократического интернационала», действующего в виртуальном пространстве интернета. Важным, а во многом и решающим фактором успеха революций, по крайней мере в Египте и Ливии, стало внешнее политическое, информационное и экономическое (а в ливийском случае даже военное) давление на правящие режимы. Не последнюю роль сыграло то обстоятельство, что «картинка» событий (как правило, односторонне ориентированная на оценки оппозиции) формировалась почти исключительно западными электронными и печатными СМИ и через интернет.
Конечно, речь не идет об «империалистическом заговоре» в традиционном смысле. Было бы опасным упрощением рассматривать «арабскую весну» в качестве экспортного продукта. Вызвавшие ее процессы зрели давно. Для специалистов, видевших нараставшую остроту проблем в арабском мире, взрыв народного негодования стал своего рода «ожидаемой неожиданностью». Причем не столько по времени и месту (начавшись в сравнительно благополучном Тунисе), сколько по силе и ожесточенности выплеснувшегося недовольства.
В чем тут дело? Возможно, в особом, «вирусном» механизме распространения «сетевых революций», вектор развития которых действует по сложному, малоизученному пока алгоритму. А возможно, и в том, что социальные сети по своей природе наднациональны. Внутренние и внешние факторы, питающие социальный протест, оказываются в виртуальном пространстве спаянными в такую сложную амальгаму, что нередко трудно разобраться, где кончаются одни и начинаются другие.
Тем не менее уже на нынешнем, похоже, начальном этапе «арабской весны» имеются достаточные основания для вывода о том, что события в регионе не только отражают свободный выбор народов арабских стран в пользу демократии, но и являются своего рода побочным продуктом линии наших западных партнеров на то, чтобы сформировать инструментарий глобальной демократической трансформации.
Это существенно меняет подтекст происходящих событий, поскольку подобный подход рано или поздно начинает восприниматься как ориентированный на обеспечение и собственных односторонних интересов. Весьма уязвимы в этом смысле практикуемые в последнее время попытки устанавливать критерии демократичности того или иного государства на национальном уровне (прежде всего в США) и придавать им универсальный характер. Неизбежны двойные стандарты, компрометирующие сами принципы демократии. За примерами далеко ходить не надо, стоит лишь сравнить оценки ситуации с правами человека, скажем, в нефтяных монархиях Персидского залива и в той же Сирии, с которыми ежегодно выступает Госдепартамент США.
Хотели бы оговориться сразу: мы не пытаемся оправдать или тем более взять под защиту авторитарные арабские режимы вроде сирийского или ливийского (при Муаммаре Каддафи). Необходимость прекращения кровопролития, срочного осуществления реформ в Сирии, а до этого в Ливии понятна всем, в т.ч., разумеется, и Лиге арабских государств, последовательно и настойчиво работающей с Башаром Асадом. Но где та грань, которая отделяет право законно избранного президента на защиту конституционного строя в условиях вооруженного мятежа от преступного подавления оппозиционных выступлений, которое требует вмешательства международного сообщества? Число жертв среди гражданского населения? Но не слишком ли много их было в ходе операции НАТО в Ливии, а до этого в Афганистане и Ираке?
Слов нет, тенденция к распространению демократии как наиболее эффективной на сегодняшний день формы государственной и политической самоорганизации общества закономерно приобретает всеобщий характер. Оправдан и мониторинг таких базовых элементов демократии, как соблюдение прав человека и выборы, со стороны международных организаций и региональных объединений государств. И даже санкционное реагирование, когда оно остается в правовом поле, а не становится предметом расширительного толкования, как «бесполетная» резолюция СБ ООН по Ливии. В противном случае, как показали события последних месяцев, под удар ставится единство мирового сообщества, причем в тот момент, когда последнее, быть может, нуждается в нем как никогда.
В целом складывается впечатление, что в действиях Запада в связи с «арабской весной» начинает просматриваться стремление если не поставить демократию выше безопасности, то уж увязать эти понятия, отдав демократии приоритет в строительстве нового, более безопасного мира. Стратегически это выглядит достаточно привлекательно. Но в конкретных условиях сегодняшнего дня это рискованная тенденция, способная еще больше деформировать систему поддержания глобальной безопасности, которая и без того замедленно адаптируется к новым вызовам и угрозам. И никакой словесной эквилибристикой («демократия как предпосылка стабильности») дела не поправишь. Невозможно предположить, что на Западе с его мощным политологическим потенциалом не понимают столь очевидных вещей. И все же парадигма обеспечения глобальной стабильности через «экспорт демократии» все более утверждается в его действиях.
Запад и его стратегия
В чем причина этого? Попробуем посмотреть на поведение Запада под более широким углом его базовых геополитических, политических и экономических интересов.
В геополитическом смысле политика западного сообщества формируется в рамках объективно возникшей в международной повестке дня после окончания холодной войны и распада Советского Союза задачи надежного обеспечения безопасности в стратегически и энергетически важном регионе Большого Ближнего Востока (ББВ). Причем сугубая значимость этой задачи диктуется не столько сохраняющейся неурегулированностью арабо-израильского конфликта или, скажем, предстоящим выводом американских войск из Афганистана и уже свершившимся из Ирака, сколько тем обстоятельством, что на восточной периферии ББВ (Иран, Афганистан, Пакистан) сосредоточены серьезные, в т.ч. ядерные риски для международного мира и безопасности. ББВ стал, перефразируя Черчилля, своего рода «мягким подбрюшьем» евроатлантической безопасности – как Балканы в период между двумя мировыми войнами.
В политическом плане речь идет, условно выражаясь, о придании контролируемого характера процессу демонтажа «постсоветского наследия» – государственных и политических структур, возникших на волне арабского национализма в период блоковой конфронтации. Смысловая нагрузка процесса заключается в том, чтобы с точки зрения интересов Запада (по той же логике, что и события конца 1980-х – начала 1990-х гг. в Восточной Европе и на Балканах, «цветные революции» на постсоветском пространстве) расчистить дорогу новым элитам, готовым к восприятию демократических ценностей.
Экономическое измерение ближневосточной стратегии Запада (с учетом его очевидной заинтересованности в сохранении контроля над природными ресурсами) связано с достижением принципиального понимания о разделе сфер интересов в контексте меняющейся региональной и глобальной политической географии. Одновременно в условиях надвигающегося глобального кризиса критически важно сбалансировать интересы транснациональных нефтяных и газовых кампаний и финансовых кругов, обеспечив, в частности, выполнение договоренностей 1973 г. с нефтедобывающими арабскими странами о сохранении связанного характера нефтедолларов, циркулирующих в американской экономике. В разряд приоритетных выходит и задача противодействия проникновению в регион Китая, усилившего финансово-экономическую экспансию в страны Арабского Востока и Африки.
Разумеется, говорить о консолидированной стратегии Запада на каждом из перечисленных направлений (кроме, возможно, ее политического аспекта) не приходится. Помимо естественной конкурентности экономических интересов и вытекающих из нее нюансов политики дело в том, что масштабная трансформация региона требует и соответствующих финансовых вложений, сопряженных с очевидными рисками. Отсюда, похоже, растущее дистанцирование НАТО от действий американцев в Ираке или отстраненность США от активной фазы военной операции в Ливии, передоверенной европейским союзникам. В целом, поскольку в условиях возросшей региональной турбулентности нефтедобывающие арабские страны вынуждены сосредоточиться на многомиллиардных социальных программах, остается открытым вопрос о том, насколько ресурсно обеспечена региональная стратегия Запада.
Базовые подходы Запада к «арабской весне» развиваются в целом в русле тех же идей, которые вызвали в свое время к жизни проект Большого Ближнего Востока. А он, напомним, был изначально ориентирован на профилактику угрозы исламского терроризма, резко возросшей после теракта 11 сентября 2001 г., борьба с которым уже вовсю шла в Афганистане и Ираке. Решать острые социально-экономические проблемы региона, действительно представляющего собой благоприятную питательную среду для экстремизма, планировалось с опорой на массированную помощь со стороны международного сообщества. Однако после того, как соответствующий проект, представленный в 2004 г. американцами на саммите «Большой восьмерки» в Лондоне, не получил поддержки (не в последнюю очередь из-за негативного отношения к нему ведущих стран региона, включая Египет и Сирию), неоконсерваторы, определявшие тогда политику в республиканской администрации США, сменили тактику.
В июне 2006 г. госсекретарь Кондолиза Райс в ходе регионального турне впервые употребила термин «Новый Ближний Восток», упомянув в этой связи о необходимости «переустройства» (reshaping) региона на демократической основе. Встык с этим заявлением в американской, а затем в региональной прессе была опубликована «карта Ральфа Петерса», отражавшая, как полагают, настроения близкого к неоконсерваторам крыла американского экспертного сообщества. В ней (явно в целях зондирования, если не провокации) предлагалась кардинальная перекройка карты ББВ в соответствии с ареалами традиционного этнического и конфессионального расселения. Предусматривалось, в частности, создание курдского государства за счет Ирака, Сирии, Турции и Ирана, Большой Армении – с присоединением части Турции, «разукрупнение» Саудовской Аравии, на территории которой должны были возникнуть три государства, и т.п. Публикация, несмотря на ее неофициальный характер, вызвала предсказуемо острую негативную реакцию в регионе, особенно в Турции, где усмотрели прямые параллели между ней и планами расчленения Османской империи после Первой мировой войны, в противодействии которым и родилось современное турецкое государство.
Демократической администрации Соединенных Штатов, пришедшей в Белый дом в 2008 г., пришлось иметь дело с тяжким грузом ближневосточных просчетов республиканцев. Нерационально высокие финансовые затраты на проведение военных операций в Афганистане и Ираке (по грубым подсчетам, около 1,5 трлн долларов) при весьма неубедительных результатах не только стали непосильной нагрузкой для США, но и начали сказываться на состоянии мировых финансов.
В своей программной речи в Каире в июне 2009 г. Барак Обама сменил акценты в ближневосточной политике, выделив в качестве приоритетных две основные задачи: продвижение демократических реформ в исламском мире и форсированное (до истечения президентского срока) урегулирование арабо-израильского конфликта. Не будет большим преувеличением сказать, что изложенная им концепция демократического переустройства мира в увязке с продвижением политико-дипломатических подходов к решению широкого круга региональных проблем стала серьезным стимулом для процессов, приведших спустя полтора года к «арабской весне».
Тем более что к моменту «смены караула» в Белом доме у американцев был готов «несиловой» (и менее затратный) инструментарий реализации идей, заложенных в проекте ББВ. В соответствии с разработанной еще при Райс концепцией «трансформационной дипломатии» была перестроена работа Госдепартамента и других профильных ведомств, ориентированная на приоритетность содействия демократическим реформам за рубежом (в т.ч. через социальные сети интернет) с опорой на неправительственные организации и прямые контакты с внесистемной оппозицией поверх голов правительств.
Однако практическая реализация «каирского сценария» вновь выявила слабые места ближневосточной стратегии Соединенных Штатов, связанные с недостаточно глубокой проработкой региональных реалий. В первую очередь это относится к оценке роли исламистов в арабских странах. То обстоятельство, что в ряде случаев массовые манифестации в них проходили под антиамериканскими лозунгами, только подкрепило ощущение, появившееся по итогам операций в Афганистане и Ираке, что социальная инженерия Вашингтона на Ближнем Востоке не срабатывает. Причем именно в связи с поверхностными оценками сложившихся межконфессиональных балансов и исламского фактора.
Исламский фактор: поверх моделей
А между тем промежуточные итоги «арабской весны», прежде всего результаты выборов в Тунисе и Марокко и особенно в Египте, свидетельствуют о том, что настроения «арабской улицы» формируются и, судя по всему, продолжат формироваться под преимущественным влиянием исламских партий и организаций. Причем усматривать расхождения в политических позициях (но, разумеется, не в методах действий) умеренных и радикалов, суннитов и шиитов в том, что касается таких вопросов, как неприятие внешнего вмешательства или отношение к Израилю, наверное, можно. Но строить на этом политику было бы по меньшей мере наивно. Сегодняшние исламисты – в значительной мере наследники политической повестки дня арабских националистов прошлого. Об этом еще раз напомнил захват посольства Израиля накануне второй волны народных выступлений в Каире.
Принципиальные расхождения между умеренными и радикально настроенными исламистами касаются главным образом их отношения к государству – светскому или теократическому, основанному на нормах шариата. Возможность «третьего пути», способного обеспечить плавную демократическую трансформацию традиционного общества, обычно связывается с турецким опытом построения светского государства, сочетающего идеалы демократии, успешно развивающуюся рыночную экономику и традиции ислама.
Конечно, развитие демократии в арабском мире в соответствии с турецкой моделью было бы предпочтительным со всех точек зрения. Однако эта модель родилась в иных исторических условиях противоборства между армией, основой кемалистской системы сдерживания, и сначала коммунистами, а затем исламистами. Такая система не работает уже и в самой Турции. Не стоит удивляться, что и в Египте, не имеющем, кстати, законодательно закрепленной роли армии как гаранта конституции, военные, как выяснилось, пока не в силах противостоять напору исламистской улицы.
Более того, в условиях сдвигов, начавшихся в регионе, не столько арабский мир дрейфует в сторону Турции, сколько Турция в сторону арабского мира. Показателен в этом смысле продолжающийся вот уже более полутора лет кризис в отношениях между Анкарой и Тель-Авивом в связи с активным участием турецких НПО в попытке «флотилии свободы» прорвать израильскую блокаду сектора Газы. Жесткость, демонстрируемая при этом турками, явно рассчитана на то, чтобы показать, что демократия и натовская солидарность – это одно, а приоритетность палестинской проблемы в региональной повестке дня – совсем другое.
И такая линия поведения характерна не только для Турции. Вряд ли обоснованы ожидания политиков и экспертов, которые полагают, что «арабская весна» надолго отодвинет на второй план проблематику арабо-израильского конфликта. Солидарное осуждение ЛАГ преследований оппозиции в Ливии и Сирии, как и аналогичная позиция Турции в отношении Дамаска, не означают, что они так же солидарно прекратят настаивать на создании палестинского государства (уже ставшего, кстати, при поддержке арабов полноправным членом ЮНЕСКО). Скорее наоборот. Сближение с Западом по вопросам демократии на Ближнем Востоке связывается с ожиданием встречных шагов со стороны Израиля и США. Однако именно на направлении ближневосточного урегулирования двуединая каирская стратегия Обамы приносит пока наиболее разочаровывающие результаты.
Конечно, правое правительство Беньямина Нетаньяху, мягко выражаясь, – непростой партнер по переговорам. Именно на нем лежит основная ответственность за срыв миссии Джорджа Митчелла и последующих усилий американцев и «квартета», что, собственно, и загнало израильско-палестинский диалог в угол. Причем, пытаясь понять причины последовательного ужесточения кабинетом Нетаньяху подходов к вопросам «окончательного статуса», мы не стали бы исключать, что израильтяне, обычно прекрасно просчитывающие варианты развития региональной ситуации, не исходили из неизбежности близких революционных потрясений в арабском мире.
Однако Израиль, как и другие, проявил неготовность к масштабам и накалу развернувшихся событий. Оказавшись в эпицентре регионального цунами с неясным исходом, израильтяне обнаружили, что вирус «сетевой демократии» поражает не основные для них цели (Тегеран), а разрушает с таким трудом наработанную ткань его отношений с предсказуемыми, хотя и недостаточно демократичными соседями. В Тель-Авиве, обеспокоенном судьбой своих мирных договоров с Египтом и Иорданией, критически оценивают «сдачу» Вашингтоном вполне прозападно настроенного Хосни Мубарака, не говоря уж о контактах американцев с «Братьями-мусульманами». В ситуации с Сирией ослабление связки Дамаска с Ираном, «Хезболлой» и ХАМАС в принципе было бы для Израиля предпочтительнее смены режима Асада.
Тем не менее Израиль вынужден солидаризироваться с усилиями американцев по демократическому переустройству региона. Что в общем-то естественно для государства, много лет эксплуатировавшего свой статус единственной демократии на Ближнем Востоке. Но, похоже, конкретной, просчитанной схемы действий в принципиально новой региональной обстановке у него, как и у других региональных, да и внерегиональных игроков, нет. А это существенно повышает риски выхода конфликтов в неконтролируемую фазу.
Иранский узел
И здесь мы подходим к, наверное, главному аспекту нынешней региональной ситуации – иранскому. Узел противоречий, туго завязавшийся вокруг иранской ядерной программы (ИЯП) и политики Тегерана в целом, затрагивает такие глубинные вопросы мировой политики, что попытка разрубить его может реально, причем уже в обозримой перспективе, взорвать мир. И не только на Большом Ближнем Востоке.
Иран – «пороговое» ядерное государство. От того, получит ли он атомную бомбу, зависит судьба выстраивающейся новой системы глобальной безопасности. И дело не только в перспективе расползания ядерного оружия по взрывоопасному региону Ближнего Востока. И даже не в том, что на Тегеран во многом замыкается вопрос о поставке и безопасной транспортировке энергоносителей из Персидского залива.
Существеннее то, что Иран расположен в треугольнике (Пакистан, Афганистан, Ирак) потенциальной глобальной опасности, на перекрестье геополитических интересов основных «полюсов силы» в современном мире – Европы, США, России и Китая. Один из «углов» этого треугольника – Пакистан – уже обладает ядерным оружием. В другом – Афганистане – проходит очередную проверку формула «безопасность через демократию», и обстановка там (как и в близлежащем Ираке) пока не располагает к оптимистическому прогнозу.
Не будет большим преувеличением сказать, что появление «треугольника нестабильности» стало косвенным результатом разрушения в ходе иракской войны исторически сложившегося «треугольника стабильности» в составе Ирана, Ирака и Саудовской Аравии, в котором Багдад и Тегеран взаимно сдерживали друг друга, а Эр-Рияд маневрировал между своими воинственными соседями. Такая схема, в частности, практически исключала появление ядерной бомбы у каждого из членов этого «треугольника», внимательно наблюдавших друг за другом.
Но в Вашингтоне во времена президента Джорджа Буша-младшего возобладала логика глобального доминирования (разумеется, демократии) – и «треугольник нестабильности» оказался включенным в проект ББВ наряду с арабскими странами, и без того отягощенными грузом собственных проблем. В результате этой серьезной стратегической ошибки в регионе создалась критическая масса угроз, далеко превосходящих локальные рамки.
Острее других это ощущают в Израиле. Рассматривая перспективу появления у Ирана ядерного оружия в качестве угрозы для существования еврейского государства, израильские руководители не раз, особенно в последнее время, заявляли о готовности нанести удар по иранским ядерным объектам. Консенсуса по этому вопросу в израильском политическом истеблишменте пока нет, судя по публичным заявлениям об опасности силового сценария в отношении Ирана, с которыми выступили все ушедшие в начале этого года в отставку руководители силовых ведомств Израиля. Но мотивация, причем очень глубокая, на уровне экзистенциональной, присутствует. Ахмединеджада в Тель-Авиве сравнивают с Гитлером, а его заявления в адрес Израиля – с Холокостом.
Израильтяне, надо думать, пока понимают, что без политического зонтика Вашингтона и его гласной или негласной логистической поддержки вступать в прямую конфронтацию с Тегераном опасно. Но на волне «арабской весны», сопровождающейся крушением радикально-националистических режимов, появляется соблазн использовать региональную конъюнктуру для широкой перегруппировки сил. Скажем, поиграть на противоречиях между шиитами в Иране и суннитским большинством в Саудовской Аравии и странах Персидского залива. Конечно, у иранско-саудовского соперничества в зоне Персидского залива давняя история, к тому же обвинения Ирана в экспансионизме имеют под собой объективную основу. Но по природе своей нефтяные монархии Залива склонны занимать сторону потенциального победителя. А в случае, если дело дойдет до конфликта, может получиться и так, что победителя не будет.
Резонен вопрос: возможно ли остановить сползание ситуации вокруг Ирана в иррациональную плоскость? Разумеется, возможно. При условии, если все мы постараемся понять, что после Афганистана, Ирака, а теперь и Ливии угроза очередной «демократической интервенции» с санкционным прологом будет только усиливать комплекс избыточной самозащиты, причем не только у Ирана. Найдутся и другие страны и лидеры, уверенные в том, что отстоять свою идентичность, свой образ жизни в мире, где каждый сам за себя, можно только, имея в своем арсенале ядерную бомбу.
ИЯП должна оставаться нераспространенческой проблемой, которую можно и следует решать исключительно политико-дипломатическими методами, удерживая Иран в сфере контроля МАГАТЭ. Формат «пять плюс один» вполне способен привести к приемлемому для международного сообщества результату в переговорах с Ираном. Созданию соответствующей конструктивной обстановки на переговорах способствовали бы сигналы Тегерану о том, что ему не грозит принудительная демократизация по иракскому образцу или «разукрупнение» по рецептам проекта ББВ. Кроме того, реакция иранцев на такие сигналы могла бы стать своего рода тестом истинных намерений Ирана – с соответствующей проекцией на дальнейшие переговорные позиции всех вовлеченных сторон.
Ситуация вокруг ИЯП, вплотную подошедшая к критическим параметрам, требует быстрых и согласованных действий со стороны международного сообщества. В противном случае Большая Ближневосточная Весна может обернуться Большой Ближневосточной Войной.
П.В. Стегний – доктор исторических наук, чрезвычайный и полномочный посол, член Российского совета по международным делам.
Две страны с самой высокой заболеваемостью полиомиелитом в мире, Афганистан и Пакистан, не могут самостоятельно справиться с заболеванием.
Из 8 случаев полиомиелита, зарегистрированных в 2012 году, 7 случаев отмечено в Пакистане и один – в Афганистане. Недавно эти страны решили объединить усилия по борьбе с этой болезнью. Такое решение было принято в прошлом году Экспертно-консультативным советом (TAG), который отвечает за создание новых подходов к искоренению вируса. В Совет входят различные организации ООН и благотворительные фонды, которые ежегодно тратят по 200 миллионов долларов на каждую из двух стран.
«2011 год был очень сложным: было зарегистрировано 198 случаев заболевания полиомиелитом в Пакистане и 80 – в Афганистане», – сообщил представитель ВОЗ Джавид Хан информационному агентству «IPS».
В рамках новой программы Афганистан и Пакистан собираются проводить вакцинацию всем детям, которые вместе с матерями пересекают границу Афганистана и Пакистана. По оценкам представителя ВОЗ, это около 10 тысяч детей в год.
Трёхдневной кампанией по вакцинации оказывается охвачено около 30 тысяч детей. Раньше Афганистан и Пакистан проводили по 13 таких кампаний в год, что позволяло защитить от полиомиелита 20 миллионов детей в Пакистане и 11 миллионов в Афганистане. Однако большинство детей, пересекающих афгано-пакистанскую границу, не привито от полиомиелита. Программа направлена, в частности, на детей, которые покидают страну во время прививочной кампании.
Джавид Хан также сообщил, что в рамках совместной программы Афганистана и Пакистана местные религиозные деятели будут вести разъяснительную работу с молодыми родителями и объяснять, что вакцинация не ведёт к импотенции и бесплодию.
Министр информационных технологий провинции Пакистана Хайбер-Пахтунхва Миан Ифтихар Хусейн сообщил журналистам, что в районе, граничащем с Пакистаном, проживает около 1,6 миллионов афганцев, которые часто пересекают границу, подвергая детей Пакистана опасности.
В настоящее время афганские семьи, проживающие в Пакистане, могут быть депортированы из страны при отказе от вакцинации. Однако большая часть афганцев, проживающих в провинции, против вакцинации своих детей, равно как и часть жителей Пакистана.
Также существенным препятствием на пути к искоренению полиомиелита являются талибы, которые запрещает вакцинацию. Представитель министерства здравоохранения Афганистана Нур Вали сообщил, что правительство Афганистана пытается получить поддержку «Талибана» в вопросе вакцинации.
Нур Вали добавил, что в прошлом году не были вакцинированы около 100 тысяч афганских детей.
Урожай опия в Афганистане в 2011 году выросло на 61%, сообщает ООН. По данным организации, экспорт наркотика приносит стране 2,4 млрд долларов в год, что составляет 15% от ВВП.
В 2011 году маком были засеяны 131 тысяча гектаров афганских полей, что на 7% больше, чем в 2010 году. Урожая было собрано в 2011 году на 61% больше, чем в предыдущем - примерно 5,8 тысячи тонн.
"Мы не можем говорить об устойчивом развитии, когда производство опиума является единственной жизнеспособной экономической активностью в стране", - заявил генсек ООН Пан Ги Мун на проходящей в Вене третьей министерской конференции участников Парижского пакта по борьбе с незаконным оборотом афганских наркотиков. Он призвал мировое сообщество оказать помощь Афганистану в борьбе с наркотиками.
Пан Ги Мун подчеркнул, что правительство Афганистана в свою очередь должно уделять приоритетное внимание озвученной проблеме и отметил, что национальные правоохранительные органы должны укрепить деятельность по уничтожению и предотвращению посевов опийного мака, ликвидировать все лаборатории по производству наркотиков и не допускать ввоза в страну прекурсоров.
В настоящее время на Афганистан приходятся около 90% всего производимого в мире опия, который является основным сырьем при синтезе тяжелого наркотика героина. Опиум является ключевым источником доходов террористического движения "Талибан", которое базируется в Афганистане и Пакистане.
В январе ООН сообщила, что за выращенный опий-сырец труженики афганской деревни получили от контрагентов около 1,4 млрд долларов, что составляет примерно 9% от ВВП Афганистана за 2011 год. Производство опиума в Афганистане в 2011 году увеличилось на 133%.
Президент Ирана Махмуд Ахмадинежад в ходе переговоров с премьер-министром Пакистана Юсуфом Резой Гилани заявил, что Иран в качестве дружественной и братской страны стоит в одном ряду со всеми государствами региона, в том числе и с Пакистаном, и считает его успехи своим достижением, сообщает агентство ИСНА.
Указав на культурную общность иранского и пакистанского народов, президент Ирана подчеркнул, что интересы двух стран во многом совпадают. У них общие враги, и все те, кто не заинтересован в развитии Пакистана, не хотят прогресса и для Ирана.
Махмуд Ахмадинежад отметил, что в отношениях между Ираном и Пакистаном нет темных пятен. Двусторонние связи между ними постоянно укрепляются. Имеются самые широкие возможности для дальнейшего повышения уровня торгово-экономических отношений между двумя странами, и все эти возможности должны быть реализованы в интересах иранского и пакистанского народов.
По словам иранского президента, использование национальных валют вместо американского доллара в торговле между двумя странами и решение некоторых проблем таможенного характера позволит за несколько лет в значительной степени увеличить двусторонний товарооборот.
Заявив о полной готовности Ирана к поставкам газа и электроэнергии в Пакистан, Махмуд Ахмадинежад подчеркнул, что для таких поставок необходима соответствующая инфраструктура и Иран готов принять участие в ее создании.
Премьер-министр Пакистана в свою очередь отметил, что один из приоритетов внешней политики Пакистана заключается в укреплении связей со странами региона, в особенности с соседними государствами. По его словам, расширение торгово-экономических отношений между Ираном и Пакистаном станет надежной гарантией прочных связей между странами региона, необходимых им для достижения совместных целей в самых разных областях.
Юсуф Реза Гилани подчеркнул, что Пакистан нуждается в импорте электроэнергии и газа из Ирана и заинтересован в расширении сотрудничества с Исламской Республикой в таких областях, как энергетика, морские перевозки, портовое строительство, сельское хозяйство и инфраструктурное строительство.
Северная Корея и Иран были названы ФАТФ странами, не принимающими участие в международной борьбе с легализацией незаконно полученных денежных средств.16 февраля Группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (ФАТФ) опубликовала подготовленный ей список стран, имеющих значительные проблемы с регулированием деятельности направленной на ограничение легализации денежных средств полученных незаконным путем и с практическими шагами противодействия финансированию международной террористической деятельности.
С точки зрения ФАТФ, правительства Исламской Республики Иран и Корейской Народно-Демократической Республики вплоть до настоящего времени уклоняются от принятия на национальном уровне адекватных мер противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма.
Как указывается в подготовленных документах, руководству Ирана уже неоднократно было предложено ввести в национальное законодательство нормы, предусматривающие уголовную ответственность за отмывание денежных средств, а также привести меры контроля за деятельность финансовых институтов на своей территории в соответствие с международной практикой и стандартами.
В свою очередь, Северной Корее ФАТФ ранее уже предлагал свое прямое участие в стандартизации мер национального права по вопросам отмывания денежных средств и приведение их к стандартам международной практики.
Документы ФАТФ призывают международное сообщество принимать более активные шаги в противодействии деятельности северокорейских и иранских финансовых организаций по финансированию терроризма и отмыванию нелегальных средств.
ФАТФ также составил список стран, которые, хотя уже и приняли меры по противодействию отмыванию денег и финансированию терроризма, но предпринятые ими шаги пока не могут считаться достаточными.
В число этих стран вошли Бирма, Боливия, Гана, Индонезия, Кения, Куба, Нигерия, Пакистан, Сан-Томе и Принсипи, Сирия, Таиланд, Танзания, Турция, Шри-Ланка, Эфиопия. При этом, ФАТФ особо отметил позицию руководства Кубы, которое продолжается уклоняться от диалогов с международным сообществом в обсуждаемой теме.
В Исламабад за поддержкой
Афганистан и Пакистан не хотят оставлять США наедине с талибами
Аркадий Дубнов
Вчера в Исламабаде началась двухдневная встреча президентов Пакистана, Ирана и Афганистана. Официальной целью саммита, проходящего на фоне обострения ситуации вокруг Ирана, объявлено обсуждение вопросов борьбы с терроризмом, с контрабандой наркотиков и торговлей людьми. Однако, по мнению экспертов, не планировавшаяся ранее встреча призвана показать, что Исламабад и Кабул по-прежнему сохраняют влияние на ведущиеся сейчас переговоры в Катаре между США и представителями движения «Талибан».
Перед отъездом в Исламабад президент Ирана Махмуд Ахмадинежад поучаствовал в загрузке топливных стержней местного производства в Тегеранский ядерный реактор. Москва сдержанно отнеслась к этой новости. Глава российского МИДа Сергей Лавров после переговоров с голландским коллегой в Гааге заметил, что осуществление иранской программы «будет происходить под присмотром МАГАТЭ, и это дает нам определенные гарантии».
Очевидно, что свое пребывание в Исламабаде Ахмадинежад использует, чтобы в этот трудный для него момент добиться от пакистанского и афганского коллег публичной поддержки Ирана. Однако Асиф Али Зардари и Хамид Карзай преследуют на этой встрече и свои цели — формат саммита позволит двум лидерам продемонстрировать, что они оба готовы препятствовать Вашингтону в том, чтобы вытеснить их за рамки переговоров с талибами. Отчасти это стало ясно из высказываний афганского президента Карзая в его интервью американской газете The Wall Street Journal, в котором он подтвердил факт переговоров между США, афганским правительством и представителями талибов. «Народ Афганистана, включая «Талибан», хочет мира, — сказал Карзай, — они тоже люди, как и все мы. У них есть семьи, родственники, дети, они страдают в это тяжелое время».
Афганский президент не стал уточнять место и время переговоров, чтобы не помешать их ведению. Однако, как считает глава российского Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) Омар Нессар, это отнюдь не является секретом, начиная с января этого года такие встречи ведутся в Катаре. По мнению эксперта, сама идея ранее не планировавшейся в Исламабаде афгано-ирано-пакистанской встречи призвана показать, что переговоры в Катаре между американцами и представителями талибов отнюдь не означают, что Исламабад и тем более Кабул утрачивают свое влияние на ход мирного процесса. Дело в том, говорит Омар Нессар, что еще пару недель назад Хамид Карзай утверждал, что переговоры его представителей с талибами ведутся в Саудовской Аравии, однако Эр-Рияд тут же опроверг эти сообщения.
Более того, сами талибы давали понять, что не считают правительство в Кабуле одной из сторон переговоров. Представители «Талибана», а это, как правило, сторонники основателя движения, муллы Омара, настаивают на том, что они осуществляют прямые контакты с американцами. Последние не опровергают такую трактовку, что, по словам главы ЦИСА, следует из отказа Вашингтона согласиться с предложением Кабула продолжить встречи с талибами в Турции, где они происходили в прошлом году, либо в Саудовской Аравии. Американцы настояли на переговорной площадке в Катаре, и это, похоже, им кажется более удобным местом, поскольку в отличие от Эр-Рияда Доха не преследует собственную политику в Афганистане и не станет вмешиваться в переговорный процесс.
Пакистан также пока не может похвастаться тем, что влияет на переговоры с талибами в Катаре, поскольку в них пока не принимает участия группировка Хаккани, с которой Исламабад связан теснее, чем со сторонниками муллы Омара. Таким образом, США в данный момент, осуществляя прямые переговоры с талибами, перехватили инициативу в стремлении обеспечить стабильность на период вывода своих войск из Афганистана. Это очень напоминает тактику советского военного руководства в преддверии вывода советских войск из этой страны, 23-ю годовщину окончания которого была отмечена два дня назад, 15 февраля. Тогда шурави (советские) договорились с покойным ныне Ахмад Шах Масудом о взаимном ненападении на время вывода войск.
Пакистан не окажет никакого содействия США в случае нападения на Иран, заявил в пятницу в Исламабаде президент Пакистана Али Асеф Зардари на совместной с президентами Афганистана и Ирана пресс-конференции по итогам трехстороннего саммита.
"Так как Пакистан и Иран нужны друг другу, они не потерпят никакого иностранного диктата", - заявил Зардари.
Как сообщило афганское информагентство Пажвак, говоря о предложенном иранско-пакистанском газовом проекте, Зардари дал понять, что Исламабад не потерпит указаний Вашингтона относительно того, с кем ему торговать, а с кем нет.
В свою очередь президент Ирана Махмуд Ахмадинежад подчеркнул, что "ряд государств вмешивается в дела региона" и пытается установить там свою гегемонию. По мнению Ахмадинежада, между тремя странами нет никаких глобальных проблем, а все проблемы в регионе создают "внешние силы".
США и ряд других стран Запада подозревают Иран в разработке ядерного оружия под прикрытием программы мирного атома. Тегеран все обвинения отвергает, заявляя, что его ядерная программа направлена исключительно на удовлетворение потребностей страны в электроэнергии.
В настоящее время в отношении Ирана действуют четыре санкционные резолюции Совета Безопасности ООН. Помимо этого, различные резолюции, требующие от Ирана обеспечить полную прозрачность ядерной программы и доказать ее исключительно мирную направленность, приняли ряд стран и организаций. В частности, лидеры и главы МИД 27 стран Евросоюза 23 января на встрече в Брюсселе одобрили эмбарго на поставки нефти из Ирана. В рамках нового пакета санкций предполагается, что к 1 июля все члены Евросоюза, закупающие нефть у Тегерана, должны будут полностью свернуть импорт из этой страны.
Генконсул Ирана в Кветте (административном центре пакистанской провинции Белуджистан) Сейед Хасан Яхьяви во время встречи с журналистами в иранском генконсульстве заявил о готовности Ирана поставлять в Пакистан до 1 тыс. МВт электроэнергии, сообщает агентство ИРНА.
По словам иранского дипломата, всесторонние связи между Ираном и Пакистаном продолжают укрепляться, и товарооборот между двумя странами необходимо увеличить с сегодняшних 1,5 млрд. долларов до 5 млрд. долларов.
Сейед Хасан Яхьяви отметил, что сотрудничество между Ираном и Пакистаном, в первую очередь в области поставок электроэнергии и реализации крупных энергетических проектов, успешно развивается. Иран уже построил на своей территории трубопровод, предназначенный для поставок иранского газа в Пакистан и Индию. В этом плане проект готов к реализации, и поставки газа начнутся, как только будут построены газопроводы на территории двух названных стран.
Сейед Хасан Яхьяви подчеркнул, что Иран готов также инвестировать самые разные промышленные и инфраструктурные проекты в пакистанской провинции Белуджистан.
Сегодня президент Афганистана Хамид Карзай прибыл в Исламабад для участия в трёхстороннем саммите, посвящённом борьбе с террористической угрозой. В региональном мероприятии также примут участие президенты Пакистана и Ирана.
В поездке афганского лидера сопровождают министр иностранных дел Залмай Расул, советник по вопросам национальной безопасности Рангин Дадфар Спанта, глава администрации президента ИРА Абдул Карим Хуррам и пресс-секретарь Аджмаль Фаизи.
Помимо участия в саммите, Хамид Карзай примет участие в двусторонних встречах со своим пакистанским коллегой Асифом Али Зардари и премьер-министром ИРП Юсуфом Резой Гилани. Стороны планируют провести переговоры по вопросам сотрудничества в сферах политики, экономики и безопасности, сообщает пресс-служба президента Афганистана.
Стоит отметить, что в интервью накануне отъезда Хамид Карзай особо отметил, что большинство талибов не связаны с террористическими организациями и заинтересованы в примирении с афганским правительством.
США должны во что бы то ни стало модернизировать свой ядерный арсенал, а не переоценивать угрозы и сокращать финансирование, заявил, выступая в четверг на саммите по вопросам ядерного сдерживания сенатор-республиканец Джон Кайл.
"Что значит снижение роли ядерного оружия в национальной стратегии, о котором говорит администрация США? Это значит, что у нас будет меньше инструментов сдерживания", - заявил Кайл.
Представители администрации США не раз говорили о необходимости принятия мер по разоружению и сокращению ядерных вооружений. Одним из главных своих внешнеполитических успехов они называли заключение с Россией нового договора о сокращении стратегических наступательных вооружений. Кайл во время обсуждения договора в сенате был его главным противником.
"Россия модернизирует свой ядерный арсенал... Также нужно помнить о Пакистане, Иране, Северной Корее. Мне не кажется, что сейчас пришло время сокращать наши возможности ядерного сдерживания", - подчеркнул Кайл.
Бюджет на 2013 год предусматривает сокращение расходов Пентагона на 478 миллиардов долларов в течение десяти лет. По мнению сенатора, эти сокращения могут отразиться и на состоянии ядерного комплекса США.
"Нас в конгрессе в этом году ждет очень серьезное обсуждение всех этих вопросов. Мы должны модернизировать наш ядерный арсенал", - подчеркнул сенатор. Мария Табак, Денис Ворошилов.
Вчера на сайте Fairfax New Zealand опубликована обширная статья о возможности радикального уменьшения ядерного арсенала США, в том числе сокращение развернутых ядерных вооружений на 80%.
… Даже самый скромный вариант такого сокращения в настоящее время выглядит как беспрецедентный в историческом и весьма смелый в политическом отношении шаг в год президентских выборов в США, хотя действующий президент Барак Обама (Barack Obama) еще в 2009 году объявил о своем стремлении ликвидировать ядерное оружие.
Администрация президента рассматривает, по крайней мере, три варианта такого шага в отношении боеголовок стратегических наступательных вооружений – 1) до 1000-1100, 2) до 700-800 и 3) до 300-400. Эти цифры на условиях анонимности озвучили бывшие сотрудники правительства и Конгресса США. Как известно, по условиям нынешнего договора по СНВ лимит стратегических боеголовок ограничен 1550 единицами.
Уровень в 300 ядерных боеголовок был у США в 1950 году, когда страна начала гонку ядерных вооружений с СССР. Наивысший уровень в более 12000 боеголовок был достигнут в конце 1980-х годов, уровень ниже 5000 боезарядов был зафиксирован в 2003 году. Обама часто заявлял о своем желании добиваться более низких уровней ядерного потенциала, но конкретные параметры держались в тайне. И вот Associated Press стало известно о вышеуказанных трех вариантах сокращения стратегического ядерного арсенала. Впрочем, по состоянию на утро 15 февраля, пресс-секретарь по национальной безопасности Белого дома Томми Витор (Tommy Vietor) пока не представил Обаме детальные параметры плана Пентагона. Пресс-секретарь Пентагона Джордж Литтл (George Little) отказался комментировать конкретные параметры сокращения СНВ США, поскольку они засекречены. Он лишь сказал, что Обама попросил Пентагон разработать несколько «альтернативных подходов» в области ядерного сдерживания.
США могут сами проводить дальнейшее сокращение ядерных вооружений, но считается более вероятным, что могут предложить России новый раунд переговоров в этой сфере.
Старший аналитик Союза обеспокоенных ученых (Union of Concerned Scientists) Стивен Янг (Stephen Young) заявил, что «администрация совершенно правильно поступает, считая возможным глубокие сокращения ядерного арсенала. Соединенные Штаты больше не полагаются на ядерное оружие в качестве центрального сегмента своей безопасности».
Но даже небольшое сокращение ядерных сил ниже лимита договора по СНВ, скорее всего, вызовет резкую критику со стороны республиканцев, которые традиционно утверждают, что Россия, Китай и другие страны наращивают свой ядерный потенциал. Они также утверждают, что сокращение американского ядерного потенциала подорвет доверие к США таких стран, как Япония, Южная Корея и Турция, которые полагаются на американский «ядерный зонтик» и могут начать создание собственного ядерного оружия.
В прошлом году в администрации президента США начали рассматривать целый ряд возможных будущих сокращений СНВ ниже уровней, достигнутых в последнем договоре с Россией. Как ожидается, новые параметры будут представлены Обаме в ближайшее время. Новые уровни лягут в основу «нового плана стратегической ядерной войны», разрабатываемого Пентагоном.
США уже находятся на пути сокращения развернутых стратегических ядерных боеголовок до уровня 1550 единиц к 2018 году, как того требует договор по СНВ с Россией. В сентябре прошлого года было констатировано, что СНВ США насчитывают 1760 боеголовок, СНВ России – 1566. Договор не запрещает сторонам самостоятельно сокращать боеголовки ниже этого уровня. Те, кто выступает за дополнительные сокращения, утверждают, что ядерное оружие не играет никакой роли в главных угрозах безопасности 21 века. Главной угрозой является международный терроризм. В обзоре ядерной политики США от 2010 года было заявлено, что американский ядерный арсенал «плохо подходит» для решения проблем, связанных с «недружественными режимами, стремящихся к обладанию ядерным оружием» - явный намек на Иран.
Еще в октябре прошлого года в своей статье с тезисом «300 развернутых боеголовок» выступил исследовательский центр Пентагона RAND National Defence Project. Его автор Пол К. Дэвис (Paul K Davis) писал, что он не сторонник какого-либо плана действий в этой области, но стремится дать аналитическое сопровождение возможности таких сокращений. Дэвис полагает, что арсенал в 300 боеголовок можно считать достаточным для ядерного сдерживания с условием, что США развернут дополнительный арсенал неядерных вооружений «глобального охвата», и если США создадут «гипотетически прекрасный», хоть и ограниченный потенциал перехвата ядерных ракет среднего и дальнего действия. В 2010 году три аналитика ВВС США опубликовали статью, где говорилось, что США могут обойтись всего 311 развернутыми ядерными боеголовками, и не имеет значения, будет ли Россия следовать этому примеру в отношении своего ядерного арсенала.
Новый американский план сокращения ядерных вооружений может открыть перспективы для коренной перестройки стратегической ядерной триады, которая в течение десятилетий состояла из ПЛАРБ, МБР и тяжелых бомбардировщиков. Традиционное обоснование сохранения мощной триады заключалось в том, что США должны иметь «потенциал для выживания в любом обмене ядерными ударами». В проекте оборонного бюджета на 2013 финансовый год администрация Обамы предложила ввести двухлетнюю задержку в разработке нового поколения ПЛАРБ, что позволит сэкономить около 4,3 млрд долл.
Объем ядерных вооружений является строгой тайной в большинстве стран, обладающих таким арсеналом, но, кроме США и России, больше 300 боеголовок не имеет ни одна другая ядерная страна. Федерация американских ученых (Federation of American Scientists) считает, что Франция имеет примерно 300 боеголовок, Китай - 240, Великобритания - 225, Израиль, Индия и Пакистан каждый менее 100.
После вступления в должность президента США Барак Обама поставил акцент на снижении роли и количества ядерного оружия в рамках широкой стратегии ограничения глобального распространения ядерных технологий и оружия для сдерживания угрозы ядерного терроризма. В настоящее время эта стратегия подвергается серьезному испытанию в части стремления Ирана обзавестись ядерным оружием.
Афганских поставщиков овощей вынуждают платить взятки таможенникам Пакистана при пересечении границы близ населённого пункта Торхам, сообщили официальные источники.
Глава Торгово-промышленной палаты Афганистана в восточной зоне Касим Юсуфи сообщил журналистам, что границу пересекает около 50 грузовиков с овощами в сутки. Он обвинил пакистанских таможенников в том, что они требуют 10 тысяч пакистанских рупий с каждого водителя грузовика за возможность пересечь границу, сообщает телеканал «Лемар».
На таможне в населённом пункте Торхам каждый грузовик останавливают на несколько часов, сообщил один из импортёров овощей. Иногда поставки задерживаются на несколько дней и овощи успевают испортиться, добавил он.
Глава Торговой ассоциации Пакистана Зар Ракиб Хан признал наличие этой проблемы и заявил, что по данному факту будут приняты меры. Представитель таможенной службы Торхама, однако, отверг обвинения как беспочвенные и заявил, что задержки поставок связаны с большим потоком товаров через таможню.
Высшая комиссия по борьбе с коррупцией (HOOA) заявила, что государственная авиакомпания «Ariana Afghan Airlines» может обанкротиться, если правительство не выделит ей ссуду.
На воскресном заседании Волуси Джирги директор HOOA заявил, что некоторые правительственные учреждения только в прошлом году задолжали авиакомпании 9 миллионов долларов. Однако Азизулла Лудин не стал вдаваться в подробности. Он лишь добавил, что в авиакомпании наблюдаются административные проблемы, которые уже обсуждались с президентом страны Хамидом Карзаем, сообщает телеканал «1TV».
Глава авиакомпании Насир Ахмад Хакими также обвинил правительственные организации в том, что они не погасили вовремя имеющиеся перед авиакомпанией задолженности за оказанные услуги. «Наша компания в долг оказывает транспортные услуги десяткам государственных структур», - отметил глава компании «Ариана» в беседе с журналистами.
В настоящее время авиакомпания осуществляет регулярные авиаперевозки в Россию, Иран, Пакистан, Индию, ОАЭ, Таджикистан, Туркменистан, Азербайджан, Китай, Турцию и ряд других стран. Год назад из-за недостаточного качества услуг компания была лишена возможности осуществления авиаперевозок в европейские страны.
На данный момент, помимо государственной авиакомпании, в стране действуют не менее четырех частных авиакомпаний. Также регулярные рейсы в Кабул совершают иностранные авиакомпании.
Российская делегация, включающая представителей "Газпрома", в скором времени прибудет в Пакистан для обсуждения инвестиций в проектируемый газопровод TAPI, который через Афганистан должен связать месторождения Туркмении с потребителями в Пакистане и Индии, рассказали пакистанскому изданию The Nation источники в дипломатических кругах.
По их данным, Москва уже заручилась связями в правительстве Афганистана, которые готовы поддержать ее заявку на участие в проекте. Против российского участия выступают США, которые воспринимают газопровод как геополитический инструмент. "Для Москвы основной препоной для реализации этого проекта является безопасность в Афганистане и прилегающем регионе", - рассказал газете российский дипломат в Исламабаде. Он подтвердил, что Москва желает инвестировать в энергетические проекты региона, в том числе в TAPI.
Ожидается, что российскую делегацию возглавит сам министр энергетики Сергей Шматко. Даты поездки пока еще не обговорены.
Построить TAPI собираются уже 15 лет. В последние годы инвестиции в проект оцениваются в 7,5 млрд долларов.
Индия планирует провести в марте испытания баллистической ракеты "Агни-5", которая может поражать цели на дистанции пять тысяч километров, сообщает во вторник газета Times of India.
Баллистические ракеты сравнимой дальности в настоящее время есть лишь у России, США, КНР, Великобритании и Франции. Ряд стран, в том числе Израиль и Пакистан, ведут разработки в этом направлении.
"В настоящее время мы уже проводим сборку "Агни-5", - приводит издание слова главы Организации оборонных исследований и разработок (ДРДО) Виджая Кумара Сарасвата.
Сарасват также отметил, что первый испытательный пуск ракеты запланирован на март.
Планируемая дальность "Агни-5" лишь на 500 километров уступает дальности, принятой для межконтинентальных баллистических ракет, отмечает индийская пресса.
Индия провела в прошлом году успешное испытание новой баллистической ракеты средней дальности "Агни-4" дальностью до 3 тысяч километров. Ракета была запущена с полигона в восточном индийском штате Орисса и поразила мишень на острове Уилер в Бенгальском заливе. Сообщается, что ракета способна нести различные виды боеголовок, в том числе ядерную. Евгений Пахомов.
Единственная теплоэлектростанция в секторе Газа во вторник приостановила работу из-за отсутствия топлива, которое доставляют из Израиля и Египта, заявило управление энергетики сектора Газа.
"Причина остановки - преднамеренные действия Израиля, который препятствует доставке топлива в сектор Газа. Электроснабжение в секторе Газа после прекращения работы электростанции будет покрывать лишь 35% потребностей, это значит, что Газа попадает в темноту и в настоящую гуманитарную катастрофу: усложняется работа больниц, водоочистительных станций, санитарных, здравоохранительных и образовательных учреждений", - говорится в заявлении.
После объявления Израильской блокады сектора Газа в 2007 году, анклав страдает от острой нехватки электроэнергии. Местные власти начали в 2011 году использовать топливо из Египта, доставленное контрабандой через подземные туннели под палестино-египетской границей. Однако с начала февраля Власти Египта ужесточили контроль на границе. Многие автозаправочные станции в секторе Газа были вынуждены прекратить работу или перейти на режим экономии.
Как сообщил РИА новости источник в электрокомпании, обслуживающей сектор Газа, составляется график снабжения регионов Газы от израильской линии электропередачи. Электроэнергия будет поступать в дома только восемь часов в сутки, пока не будет запущена собственная электростанция Газы.
Нехватка электроэнергии ощущалась в секторе Газа и до остановки ТЭС, производившей около 45 МВт, из Израиля в готовом виде анклав получает около 180 МВт и еще 21 МВт поступает из Египетских линий, однако этого не хватает, чтобы покрыть потребности Газы.
Электростанция в секторе Газа уже несколько раз приостанавливала свою работу - в 2007 и 2008 и 2009 годах - из-за нехватки топлива. После похищения палестинскими боевиками из сектора Газа израильского военнослужащего Гилада Шалита в 2006 году электростанция подверглась израильским авиаударам, что приостановило ее работу на несколько месяцев. Назар Альян.
Исламабад дает временное разрешение НАТО провести доставку продовольственных грузов для западных войск в Афганистан через пакистанское воздушное пространство, сообщил прессе во вторник министр обороны Пакистана Ахмед Мухтар.
Исламабад закрыл более двух месяцев назад маршруты доставки тылового обеспечения для войск западного контингента в Афганистане - после того, как в результате налета вертолетов США на блокпост пакистанской армии погибло 24 военнослужащих.
На пакистанской территории за это время скопилось большое количество контейнеров с различными грузами для войск НАТО.
"Это разрешение (на доставку грузов для НАТО в Афганистан) было дано для продовольственных грузов. Поскольку продукты были скоропортящимися, мы разрешили доставить их в Афганистан по воздуху", - сказал Мухтар, слова которого цитирует телеканал DawnNews.
Он также добавил, что решение о том, чтобы полностью открыть маршруты для доставки грузов НАТО в Афганистан через пакистанскую территорию, лежит на рассмотрении в парламенте страны.
Отношения между Исламабадом и НАТО резко обострились после того, как в ночь на 26 ноября несколько боевых вертолетов НАТО нанесли удар по двум блокпостам в племенной области Мохманд на северо-западе страны. Погибли не менее 24 пакистанских военных, в том числе два офицера, еще 14 военнослужащих получили ранения.
Пакистан в ответ перекрыл маршруты доставки тылового обеспечения по пакистанской территории для военных НАТО в Афганистане, потребовал от США покинуть секретную авиабазу Шамси, где базировались американские беспилотники, и заявил, что намерен пересмотреть все договоры с США и НАТО в политической и военной областях.
По данным местной прессы, через пакистанские порты на Аравийском море, прежде всего Карачи, поступало до 70% тылового обеспечения сил НАТО, расквартированных на афганской территории. Поскольку в Афганистане нет железных дорог, все грузы доставлялись туда грузовиками: по северному маршруту - через пограничный пост Торхам, и южному - через Чаман. В настоящее время эти маршруты не действуют. Евгений Пахомов.
Каждому, кто хотя бы изредка проглядывает заголовки газет и информационных агентств, понятно, что сегодня мир стоит на пороге крупномасштабного вооруженного конфликта, грозящего перерасти в настоящую войну с участием ядерных держав. Центр этого конфликта находится на Ближнем и Среднем Востоке, захватывая и часть Центральной Азии. Почему же именно в этом районе мира так ощутимо запахло войной?
На самом деле, война уже объявлена. Известны страны, грозящие агрессией, известна страна, против которой агрессия будет направлена. Израильские и американские политики делают одно угрожающее заявление за другим, США и Великобритания сконцентрировали в Персидском заливе крупную военно-морскую группировку, открыто обсуждаются детали военной логистики, объявлено даже название предстоящей военной операции - Austere Challenge («Суровый Вызов»). Осталось объявить только сроки ее проведения.
Вся эта пропагандистская и военная мощь направлена против Ирана. Холодная война между Ираном и США с Израилем началась не вчера. Можно сказать, что её получил в наследство действующий президент США Барак Обама от своего предшественника – Джорджа Буша-младшего. В начале президентской кампании 2008 года Барак Обама неоднократно повторял, что собирается порвать с манихейской внешней политики администрации Буша в отношении Ирана. Будучи еще кандидатом в президенты, Обама заявлял, что политика Буша, заключающаяся в грубом давлении на Иран, не работает, и что он готов к переговорам с лидерами страны, чтобы найти пути снижения напряженности.
Благие намерения Лауреата Нобелевской премии мира так и остались нереализованными. В течение трех лет пребывания в Белом Доме Барак Обама упорно демонстрирует подход к иранской проблеме, ничем не отличающийся от политики Джорджа Буша-младшего. Один из ведущих американских международных аналитиков Фарид Закария пришел к выводу о несостоятельности такой политики. Посетив Иран, он убедился в том, что экономические санкции против этой страны настраивают население против Запада, а не против своего правительства, вопреки целям этих санкций. Можно до бесконечности спекулировать на тему опасности, которую представляет иранская ядерная программа для Израиля и мирового сообщества в целом, но бывший глава МАГАТЭ Мухаммед аль-Барадеи в интервью журналу New Yorker заявил, что «никогда не видел доказательств военного характера иранской ядерной программы».
Таких доказательств на самом деле не видел никто, хотя не вполне понятно, почему, например, Пакистан, в котором со дня на день можно ожидать начала гражданской войны, Индия, находящаяся в состоянии «замороженного» конфликта с Пакистаном, КНДР или тот же Израиль, обладающие ядерным оружием вопреки Договору о нераспространении ядерного оружия, не представляют угрозы для Запада. И почему Иран столь опасен для США, Израиля и Великобритании.
После завершения ирано-иракской войны в 1988 году Иран не предпринял ни одного враждебного действия по отношению ни к одному иностранному государству. Всё, что можно инкриминировать Исламской Республике, - это риторика его руководителей. Можно по-разному трактовать высказывания президента Ирана по отношению к Израилю, отрицание им Холокоста и проведение международных антисионистских конференций в Тегеране, но всё вместе взятое – это всего лишь слова. За ними не последовало ни одного действия. Запад же словами не ограничивается. Пока это только экономические санкции, но и они наносят явный ущерб экономике Ирана. Почему-то заявление Европейского Союза о введении эмбарго на поставки иранской нефти с лета нынешнего года считается правомерным, а вот протест Ирана против этих санкций в форме отказа от поставок нефти уже сейчас, вызывает переполох в европейских столицах. Более того, антиизраильская риторика Ирана служит исключительно для внешнего употребления. Внутренняя политика иранских властей даже при самом внимательном рассмотрении не обнаруживает и тени антисемитизма.
В Иране проживает наибольшее количество евреев из всех стран Ближнего Востока, (исключая, конечно, сам Израиль) – около 30 000 человек. Евреи живут в Иране более трех тысяч лет, со времен Кира II Великого, позволившего им вернуться из «вавилонского плена» в тогдашнюю Персию, и отстроившего Иерусалим. Кроме еврейского меньшинства в современном Иране проживают бахаисты, христиане и сунниты. Международные организации, осуществляющие мониторинг соблюденеия прав национальных и религиозных меньшинств, отмечают, что в Иране еврейское меньшинство пользуется значительно большими свободами, чем в других ближневосточных странах. В соответствии со ст.13 Конституции Исламской Республики Иран евреи вместе с зороастрийцами и христианами являются «единственными религиозными меньшинствами, которые имеют право отправления своих религиозных обрядов, а в области общественной жизни и религиозных наук руководствоваться принципами своей веры». Статья 64 Основного Закона Ирана наделяет граждан Республики еврейского происхождения правом избрания одного депутата в Меджлис (Иранский однопалатный парламент). В Тегеране действуют синагоги, еврейские библиотеки и рестораны. Есть там и еврейская больница, существующая на средства израильских евреев и администрации президента Ахмадинежада. Есть, конечно, и некие, весьма существенные детали правового регулирования,относящиеся к еврейскому населению Ирана, которые вряд ли можно назвать демократическими. Так, если один из членов семьи иудейского вероисповедания примет ислам, он становится наследником всего имущества семьи. Евреи не могут стать офицерами иранской армии, а, немотря на отсутствие правовой нормы, директорами еврейских школ являются исключительно мусульмане.
Не думаю, что приведенные мной факты неизвестны руководству Израиля или США. Чего же они хотят добиться нападением на Иран? Изаильская позиция более или менее понятна. Скрытая угроза, исходящая от Ирана, поддерживающего антиизраиьские палестинские и ливанские группировки ХАМАС и Хезболла, а также правительство Башара Асада беспокоит израильтян, но, к сожалению, такого рода забота о безопасности еврейского государства ослепляет правое израильское правительство и не позволяет ему заглянуть на несколько шагов вперед. То, что смотреть вперед необходимо, знают все, но каждый может заглянуть в будущее всего лишь настолько, насколько ему позволяет его зрение. Атака на Иран, несомненно, вызовет не только ответную реакцию с его стороны, но и массовое недовольство этой силовой акцией в арабском мире. После падения режима Мубарака в Египте у Израиля не осталось союзников в исламском мире. Даже Турция, которая традиционно считалась ближайшим партнером Израиля среди мусульманских стран, в последнее время демонстративно проводит откровенно антиизраильскую политику. Несмотря на самую мощную в регионе армию, Израилю будет крайне трудно обеспечить свое безопасное существование, окончательно испортив отношения со всеми соседями. Еще больше неприятностей в случае войны наживет президент Обама. Конечно, безопасности США ни Иран, ни любые другие государства ближневосточного региона угрожать не смогут, но вот к предстоящим в ноябре выборам война на Ближнем Востоке может преподнести массу неприятных сюрпризов. Обаму называют самым антиизраильским президентом США новейшего времени, так что не считаться с существующими в Америке симпатиями к Израилю и влиятельным произраильским лобби, он не может, но, завоевав симпатии американцев выводом войск из Ирака и объявленным выводом войск из Афганистана он только «подчистил» доставшиеся ему в наследство от Республиканцев проблемы. Поможет ли Обаме выиграть выборы своя собственная «маленькая война», - вопрос весьма спорный.
Цитированная выше статья Фарида Закария, опубликованная в The Washington Post, называется «Для того, чтобы договориться с Ираном о ядерном будущем, нужно вернуться в 2008 год» и отсылает нас к предвыборным обещаниям Барака Обамы. В ней он советует действующему президенту и одновременно кандидату в президенты на следующий срок «вернуться к своим оригинальным подходам и выяснить, есть ли место для диалога и согласия с иранцами». Сотрудничество с Ираном, по мнению Закария, может представлять интерес для США на афганском направлении (от себя добавлю, и на иракском тоже).
У Ирана есть свои глубокие разногласия с Западом, и он, несомненно, ощущает угрозу со стороны США и их союзников. Именно поэтому администрация США должна продолжать поиск путей для взаимного сотрудничества. Фарид Закария заканчивает свою статью следующим пассажем:
«Стратегическое сотрудничество с противником может идти рука об руку с политикой, которая способствует изменениям в этой стране. Примером может служить сотрудничество Вашингтона с Советским Союзом и Китаем в 70-х и 80-х годах. Иран – это динамичная и образованная страна, в которой проживает 80 миллионов человек. Он находится в стратегичеки важном регионе мира. Это – последняя великая цивилизация и она не может оставаться за пределами мирового порядка. Нам нужна стратегия, которая вернет Иран в мировое сообщество».
Может быть, Бараку Обаме пора прислушаться к советам одного из самых влиятельных политических аналитиков Америки, активно поддерживавших его в период президентской кампании 2008 года?
Виктор Поляков, публицист
специально для Иран.Ру
У россиянина Виктора Бута, с ноября прошлого года находящегося в нью-йоркской тюрьме, больше не осталось надежд на оправдательный вердикт. Все ходатайства защиты отклонены, и 12 марта его ожидает оглашение приговора. В четырехчасовой беседе с корреспондентом РИА Новости Ларисой Саенко Бут рассказал о подоплеке своего дела, о своих политических убеждениях, о взглядах на положение дел в США и России.
- Вы стали мишенью довольно сложной операции американских спецслужб, ставившей целью доставить россиянина в США и посадить на скамью подсудимых. В чем, на Ваш взгляд, причины того, чтобы именно Вы оказались этой мишенью?
- Мое дело политическое, а не уголовное. Как говорит Фидель Кастро, история меня оправдает. Я мешал американцам, поскольку был реальной фигурой в Африке, где вел бизнес, пытался что-то делать. Мы вывозили раненых, спасали людей, доставляли лекарства и оборудование для госпиталей, системы очистки воды. Приходилось даже перебрасывать слонов из ЮАР в Анголу. Президенты говорили мне: "Доставь нужный груз в Рим, Париж, отвези золото туда-то". Я держал рот закрытым, потому, что это тайны не мои. Непонятные люди регулярно подкатывались ко мне с просьбой делиться информацией, сотрудничать, но я отказывался. Думаю, из-за этого и начали отлов - я там стал мешать.
В мире идет разрушение баланса, сложившегося после Второй мировой войны. В Таиланде посол США - более важная персона, чем премьер-министр. В Шардже (ОАЭ - прим. ред.) мой офис закрыли по требованию послов США и Великобритании. А в Африке началась вторая волна колонизации - американцы скупают земли в Конго, Замбии, Мозамбике. Ливии Каддафи, которая проводила интеграционную линию на континенте, больше нет. Континент "зачищен".
- Вы не признали себя виновным ни по одному пункту. Тем не менее присяжные единогласно вынесли Вам обвинительный вердикт на основе материалов дела. Вы действительно хотели помогать сражаться с американцами в Колумбии, поставляя оружие FARC (Революционные вооруженные силы Колумбии - прим. ред.) , как это следует из стенограмм, которые мы слышали в суде?
- Я нигде не сказал "пойду убивать". В беседе с так называемыми представителями FARC я сказал: "Вы правы". Я имею право на свое мнение по поводу этой организации. Террористами их назвали США. А воюют они на самом деле за крестьян, против наркомафии.
Меня обвинили в умысле, в сказанных словах. Но в Латинской Америке любой разговор начинается с выражения антипатии к Америке. Эта тема даже популярнее, чем футбол. Да и за что ее любить, особенно после Ирака, Пакистана?
Да, я против Америки, против ее экспансии, против разрушения природы. Америка - раковая опухоль на теле земли. Это мое личное мнение, я имею на него право. Но ехать воевать в Колумбию я не собирался. То, что меня судят за мое мнение, - это средневековая инквизиция, только вместо костра меня посадят на всю жизнь.
- Вы впервые попали в США сразу в тюрьму. Но у Вас есть возможность слушать различные радиостанции, читать газеты. Изменилось ли Ваше отношение к стране за 14 месяцев, проведенных в заключении?
- США используют демократическую риторику, но от того, что я тут понял за 14 месяцев, волосы дыбом встают. У нас, людей, выросших в СССР, есть прививка от пропаганды. Но здесь - сплошная геббельсовская пропаганда, особенно о событиях в Москве. New York Times хуже советской "Правды", особенно в том, что касается российских митингов. Я уверен, что протесты "За честные выборы" - проект если не Вашингтонского обкома, то заграницы точно. Те, кто выходят на площадь, - не Россия. Национальной идеи никто из их лидеров не предложил.А в России люди будут голосовать за порядок.
Но я также понял в тюрьме, что Америка - это не только Белый дом, здесь есть разумные люди - как Джесси Вентура. Очевидно, что разница между демократами и республиканцами мала: и те и другие контролируются Уолл-стрит. А самый реальный сектор экономики - ВПК да тюремный.
Я думаю, что тут зреет социальная революция, спонтанные бунты за социальную справедливость. Большинство людей - не левые и не правые, так их делят политики. У США, с одной стороны, амбиции контролировать мир, а с другой - внутренняя анархия, многие районы управляются гангстерскими бандами. Я думаю, народ проснется от рабства, сметет свои цепи и разгромит Уолл-стрит.
- У вас довольно одиозный имидж - книги, фильмы, статьи... Вы согласны с определениями "оружейный барон", "торговец смертью"?
- Я никогда не продавал оружие, но даже если бы продавал, в этом нет преступления - убить можно и сковородкой.
У меня были два-три заказа на перевозку оружия от правительств банановых республик, но если не я, его поставила бы Lufthansa или еще кто-нибудь. Нет закона, наказывающего перевозчиков. Кто-то оружие продал, кто-то купил - причем тут те, кто его возил? Все эти утверждения, что я поставлял оружие из Болгарии, Румынии, Украины, - бездоказательная англосаксонская истерика. Никакой я не "торговец смертью", и автор книги Дуглас Фара со мной ни разу в жизни не встречался. Торговцы смертью - это сами США, больше всех в мире продающие вооружение.
- Почему Вы оказались фигурантом санкционных списков Совета Безопасности ООН?
- Информация кочует из одной инстанции в другую, никто не утруждался расследованием. ООН превратилась в кучу бюрократов, занимающихся решением своих собственных проблем. Она не разрешила ни одного конфликта в Африке, переведя их в состояние замороженных. Это значит, что в любой бывшей конфликтной точке зреет нарыв, готовый воспалиться. Любые санкции, любые эмбарго - это продолжение войны. Я своими глазами видел в Африке спровоцированные властями гуманитарные кризисы и разворованную гуманитарную помощь. Хотя в целом африканская деревня самодостаточна, как любая деревня вообще. Я многому научился у этих людей. Африка чем-то напоминает Россию своей задумчивой медитативностью.
- Западные СМИ писали, что Вы знаете "черные" схемы поставок вооружений из России, что Вы действовали под прикрытием очень высокопоставленных персон в российской иерархии, состояли чуть ли не в друзьях с первыми лицами...
- Никаких нелегальных поставок оружия из России нет и быть не может, потому что никто, кроме правительства, этим не занимается. По поводу дружбы... Ну, с друзьями ведь так не поступают (улыбается и разводит руками) . К счастью или к несчастью, но таких высоких связей у меня нет.
- Дело Бута вначале преподносилось защитой как рикошет внутриполитических разборок Вашингтона в связи с тем, что Ваша фирма выполняла заказы на переброску грузов в Ирак сразу после начала войны. Однако затем на процессе мы слышали уже другую версию, лишенную вашингтонского следа, - о том, что Вы хотели обвести вокруг пальца "клиентов", просто сбыв им два самолета...
- Логику процесса определяет судья - она указывает, что будет рассматриваться на процессе, а что не имеет, по ее мнению, прямого отношения и запрещено к упоминанию... Так выпала политическая версия. По поводу Ирака - я никогда не выполнял заказы США. Лично я - никогда, может быть, фирма моего брата выполняла, но я этого не знаю. Что стало с теми двумя самолетами, которые я намеревался продать, даже не знаю. Может быть, они до сих пор стоят в Шардже.
- Вы производите впечатление очень политизированного и убежденного человека... А кто ваши духовные наставники?
- Когда разрушают твой бизнес, начинаешь интересоваться политикой. У меня есть симпатии ко многим революционерам прошлого века. Привлекает их человечность, их стойкость - те же Че Гевара, Фидель, которого не смогла сломать Америка. На Кубе бесплатное образование, самая лучшая в мире бесплатная медицина. У меня была возможность познакомиться с жизнью в Латинской Америке, в Африке, и я убедился: все, что писали Маркс и Энгельс, что написал Ленин в статье "Империализм как высшая стадия капитализма", оказалось правдой.
Да и мы в России за последние 20 лет так называемого капитализма не стали счастливее. Купить можно все - и все приносит разочарование.
Люди, которых я считаю своими духовными лидерами, - Лев Толстой, Иван Ильин. Я разделяю взгляды Иисуса Христа, Будды, Заратустры, Кришны, хотя не считаю себя приверженцем ни одной конкретной религии.
В Африке я встречал много достойных людей - в первую очередь, это Нельсон Мандела. Хотя он не сделал жизнь лучше, потому что побоялся раздербанивать компанию De Beers.
- Но Вы ведь и сами были предпринимателем, человеком бизнеса, капиталистом.
- Бизнес для меня не был делом жизни, я видел всю эту фальшь. Он построен по принципу "обмани". Сначала ты - хозяин бизнеса, а потом он - твой хозяин. Я даже чувствую облегчение от того, что у меня нет моих трех беспрерывно звонящих мобильников. "А ты где? А что лучше купить - маленькие по три рубля, или большие по пять?" Сама природа отторгает нашу цивилизацию одноразовой посуды, бездуховную идеологию потребления.
Не все было плохо в СССР. Ошибками Ленина и Сталина было то, что они не сохранили многоукладность экономики. У Сталина было много перегибов, но для себя он ничего не скопил, ни для родных, ни для друзей, наоборот, расстрелял их. Он принял страну от сохи и довел до ядерного оружия.
Я думаю, у России свой третий путь развития - не СССР и не ельцинский раздрай. Назовите это колхозом, назовите общиной, назовите кибуцем, но люди не могут быть отрешенными друг от друга, от земли, как в больших городах, по сути, превратившихся в пустыни. Я вырос на улице, которая была под надзором старушек, где под одной крышей жили несколько поколений, где вместе праздновали свадьбы и вместе хоронили... Мне кажется, что тогда люди были счастливее. Собрать бы назад все мозги, покинувшие Россию, - мы стали бы супердержавой.
- Вы надеетесь на то, что Россия вернет Вас на родину?
- Надежда - это механизм защиты. Зачем тратить энергию на мечты? Я живу здесь и сейчас. Позиция МИД подтверждает, что Россия во всем разобралась и требует применения международного права, а не замены его на право сильного. Конечно, хочется на свободу, но я понимаю, что есть реалии, что должны совпасть обстоятельства. Например, США надо будет согласие России на продление пролета (над ее территорией - прим. ред.) для транспортировки грузов в Афганистан. Я понимаю весь огромный объем внешнеполитических проблем, которые должен решить МИД, кроме моей персоны.
- Вы уже готовитесь к своему последнему слову перед вынесением приговора 12 марта, будете просить о снисхождении?
- Ожидаю, что меня приговорят к пожизненному сроку, но слезу не пущу. Даже в одиночной камере полностью забрать мою свободу они не смогли. Я по-своему даже счастлив, если понимать под счастьем отсутствие внутреннего конфликта. Мне не в чем себя корить.
Последнего слова говорить не буду - не хочу устраивать шоу. Да и перед кем? "Не то чтобы их глаза были слепы - но их сердца".
В среду правительство Японии объявило о выделении 5 миллионов долларов для строительства 13 объектов в провинции Нангархар.
Соответствующее соглашение подписали представитель Японского агентства международного сотрудничества (JICA) Йошиаки Ямада и губернатор провинции Гуль Ака Шерзай, сообщает пресс-служба губернатора. В список финансируемых проектов входят строительство дорог, школ, больниц, небольших плотин и ирригационных каналов в уездах Сархроуд и Бешуд. В основном проектами будут пользоваться бывшие беженцы, вернувшиеся из Пакистана.
В прошлом году JICA выполнило в провинции 19 проектов общей стоимостью 6 миллионов долларов.
Другая японская организация – PMS - тем временем начала строительство дамбы и канала в уезде Коз Кунар. Проект стоимостью 3 миллиона долларов сделает орошаемыми 3 тысячи гектаров сельхозугодий, сообщил заместитель губернатора провинции Мохаммад Ханиф Гаривал.
Также в провинции было закончено ещё два проекта, выполненных при финансовой поддержке JICA. Заградительная стена и сеть ирригационных каналов были построены в уезде Кера. Стоимость проектов составила 3,1 миллиона долларов.
Согласно другому сообщению, накануне в Кабуле было подписано соглашение о выделении 2,5 миллионов долларов Высшему совету мира Афганистана (ВСМ). Советник президента Афганистана, глава секретариата Высшего совета мира Масум Станакзай, министр финансов Афганистана Омар Захелвал и посол Голландии подписали соответствующий контракт в Кабуле.
В своей речи по этому поводу министр финансов ИРА напомнил, что Нидерланды поддерживают проекты развития и инициативы примирения в Афганистане, начиная с 2001 года. Глава секретариата ВСМ выразил надежду, что эти средства помогут стабильности и развитию в Афганистане, сообщает телеканал «Лемар».
Посол Нидерландов заверил присутствующих в том, что Нидерланды продолжат помогать Афганистану.
Контингент Нидерландов в Афганистане составляет 183 человека, а потери с 2001 года – 25 человек.
Местные новостные каналы сообщают, что пакистанское правительство выделило средства на разработку атомной подводной лодки для ВМС Пакистана с целью восстановления стабильности в регионе.
Россия недавно передала Индии атомную подводную лодку Chakra II (К-152 «Нерпа») и помогла в разработке индийской атомной подводной лодке Arihant с баллистическими ракетами.
Пакистанские ученые примут меры, которые будут направлены на восстановление дисбаланса, созданного Индией. Еще не ясно, Пакистан будет разрабатывать атомную подводную лодку (АПЛ) или атомную подлодку с баллистическими ракетами (ПЛАРБ).
РОССИЯ И ПАКИСТАН ЗАИНТЕРЕСОВАНЫ В УКРЕПЛЕНИИ ВЗАИМОВЫГОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА В СФЕРЕ ЭНЕРГЕТИКИ
9 февраля 2012 г. Министр энергетики Российской Федерации С.И. Шматко провел переговоры с Министром иностранных дел Исламской Республики Пакистан Х.Р. Кхар.
Участники переговоров рассмотрели текущее состояние российско-пакистанского сотрудничества в энергетической сфере, а также обсудили перспективы его развития.
С.И. Шматко и Х.Р. Кхар отметили наличие большого потенциала сотрудничества двух стран в сфере энергетики и выразили удовлетворение активизацией российско-пакистанских контактов в части возможной реализации совместных энергетических проектов.
Стороны выразили взаимную заинтересованность в рассмотрении возможности участия российских компаний в реализации крупных международных инфраструктурных проектов, в частности в проектах ТАПИ (газопровод Туркменистан – Афганистан – Пакистан – Индия), и CASA-1000. Учитывая большой гидропотенциал Пакистана, участники переговоров отметили перспективы участия российских компаний в изучении возможности строительства объектов гидрогенерации в Пакистане.
С целью дальнейшего развития и укрепления конструктивного диалога России и Пакистана в энергетической сфере, С.И. Шматко и Х.Р. Кхар высказали необходимость разработки в рамках Российско-Пакистанской Рабочей группы по сотрудничеству в области энергетики долгосрочного плана энергетического сотрудничества двух стран.
Справочная информация.
12 мая 2011 года в ходе визита Президента Исламской Республики Пакистан Али Зардари в Москву подписан Меморандум о взаимопонимании между Министерством энергетики Российской Федерации и Министерством нефти и природных ресурсов Исламской Республики Пакистан о сотрудничестве в сфере энергетики. В рамках Меморандума сформирована Рабочая группа по энергетике, первое заседание которой состоялось 11 августа 2011 г. в Москве.
В состав этой группы с Российской стороны вошли представители Минэнерго, МИДа, Минфина, Минэкономразвития и заинтересованных российских компаний и учреждений - ОАО «Газпром», «Газпром ЭП Интернэшнл», ОАО «Стройтрансгаз», ОАО «ИНТЕР РАО ЕЭС», ОАО «РусГидро», ОАО «ВО «Технопромэкспорт», ФГУП «Зарубежуголь», ФГУП «Национальный научный центр горного производства – Институт горного дела им. А.А.Скочинского» и ФГБУ «РЭА» Минэнерго России. С Пакистанской стороны - представители министерства нефти и природных ресурсов, министерства водных ресурсов и электроэнергетики Пакистана, а также ряда пакистанских федеральных агентств и государственных компаний.
В 1996 году американский политолог Збигнев Бжезинский запустил в оборот «страшилку» о том, что одной из главных установок иранской внешней политики в направлении постсоветской Центральной Азии является экспорт исламской революции. Подобная оценка уже превратилась в один из самых устойчивых стереотипов в экспертном сообществе и общественном мнении. Однако если проанализировать действия Ирана в ЦА до настоящего времени, то очень трудно увидеть признаки активной религиозной деятельности. Постсоветская история стран Центральной Азии знает множество примеров влияния на религиозную сферу со стороны целого ряда других государств - Турции, Пакистана, Афганистана, Саудовской Аравии, Кувейта, но никак не Ирана с его шиитской доктриной, изначально неприемлемой в регионе преобладающего распространения суннитского мазхаба. Более того, нет ни одного малейшего, даже косвенного подтверждения того, что такая деятельность и такие попытки имели место. Вся активность Ирана сосредоточена в двух сферах – это культура и экономика, основные тактические установки иранской дипломатии в странах Центральной Азии после распада СССР направлены на постепенное инсталлирование во все сферы жизни региона, дающие возможность способствовать преодолению внешнеполитической и экономической изоляции Ирана. Более чем наглядно это проявляется при анализе двусторонних отношений Исламской республики с центральноазиатскими государствами.
Казахстан
Взаимодействие Ирана с Казахстаном частично ограничиваются стремлением последнего активизировать евроатлантический вектор своей внешней политики. Причем, в своих возможностях развития южного вектора внешнеполитической и внешнеэкономической активности, Казахстан является заложником сложных отношений между Ираном и США.
Инструментом противодействия этой ситуации являются экономическое сотрудничество и попытки его наращивания. РК ежегодно экспортирует 1 млн тонн нефти через Иран по схеме SWAP. Ведется подготовка проекта строительства нефтепровода Казахстан-Туркменистан-Иран и железнодорожного сообщения по этой же схеме (Узень-Гызылгая-Берекет-Этрек-Горган). Вместе с тем в иранском политическом истеблишменте присутствует четкое понимание позиций Казахстана в региональной расстановке сил. Тегеран с пониманием относится к намерениям Астаны занять место регионального лидера и с учетом собственных интересов готов оказывать в этом поддержку. Так, например, Иран стремится наращивать взаимодействие в рамках многосторонних структур, таких как ШОС, в которой имеет статус наблюдателя и через которую получает возможность взаимодействовать с многосторонними объединениями СНГ (ОДКБ, ЕврАзЭС), рассчитывая в этом на поддержку Казахстана.
Туркменистан
Главная особенность отношений между Туркменистаном и Ираном заключается в том, что взаимное влечение двух стран обусловлено отсутствием другого выбора.
Та изоляция, в которую западное сообщество поставило Иран, та изоляция, в которую поставило себя само туркменское руководство, обрекают соседствующие страны иметь активные двусторонние связи. В экономической сфере существует довольно серьезный товарооборот между республиками. Уже после распада СССР между ними созданы железнодорожные сообщения. Есть поставки газа из Туркмении на север Ирана. Тегерану удобнее получать туркменский газ, нежели тянуть трубопроводы на север с юга от собственных месторождений.
Нейтральный статус Туркменистана дает ему возможность успешно лавировать между мировыми полюсами силы. Для Ирана туркменский нейтралитет позволяет концентрировать свой внешне-политический потенциал на других направлениях.
Кыргызстан
Что касается Кыргызстана, то существует только один фактор, который мешает двусторонним отношениям – наличие американской военной базы. Так, в мае 2006 г. в контексте американских угроз о начале военных действий против Ирана прозвучали сообщения о вероятности использования американской авиабазы, расположенной в бишкекском аэропорту "Манас", для нанесения авиаударов по иранской территории. Данный тезис получил столь широкое распространение и большой резонанс, что парламентский комитет по обороне и безопасности Киргизии принял решение вынести на рассмотрение палаты вопрос о денонсации соглашения с США о нахождении авиабазы на территории Киргизии, а затем тогдашний премьер-министр Киргизии Алмазбек Атамбаев сделал специальное заявление о том, что Киргизия ни при каких условиях не позволит использовать авиабазу США, находящуюся на территории республики, для ведения боевых действий против Ирана. Политическое взаимодействие КР и ИРИ осуществляется преимущественно в рамках участия обеих стран в ряде международных организаций. Что касается экономического и культурного присутствия Исламской республики в этой стране, то оно заметно уступает российскому, китайскому или турецкому. Иран пока находится за гранью десяти основных внешнеэкономических партнеров Киргизии. Конечно, как и в других странах региона, здесь действует иранский культурный центр, но его в основном посещают представители таджикской диаспоры, живущие в КР. В целом отношения бесконфликтные, но бесперспективные.
Таджикистан
Более высокий уровень отношений Ирана с Таджикистаном, нежели с другими государствами региона, обусловлен этнокультурной близостью таджиков и иранцев. Определенные круги в иранском политическом истеблишменте даже рассматривают Таджикистан как часть некоего "Большого Ирана" в рамках концепта "Арийского единства", подразумевающего интеграцию ираноязычных стран и создание оси Тегеран-Кабул-Душанбе.
Иран и Россия – это два важнейших субъекта окончания гражданской войны в Таджикистане, поскольку политическое руководство Ирана сумело найти рычаги воздействия на руководство Объединенной таджикской оппозиции, в то время как Москва сумела найти такие же рычаги для представителей Народного фронта. ИРИ и РФ заставили две стороны таджикского конфликта сесть за стол переговоров. Именно в этот период в иранском политическом руководстве установилось некое понимание того, где заканчиваются возможности его проникновения в Таджикистан: после распада СССР влияние России на Душанбе в самых разных сферах было довольно сильным. В тот момент, видимо, на уровне закрытой дипломатии был достигнут некий консенсус между РФ и ИРИ о границах влияния в Таджикистане. Однако стать основным партнером Таджикистана Иран, в силу собственных экономических проблем и плачевного состояния экономики Таджикистана, наверное, все-таки не в состоянии.
Узбекистан
Сложнее обстоят дела с Узбекистаном. Отношения между двумя странами на протяжении всего их существования носят умеренно доброжелательный характер, не проявляя тенденции к активизации либо принципиальному изменению качества этих отношений.
Такая настороженность во многом результат проамериканского характера внешней политики Ташкента. Определенная исламофобия в руководстве Узбекистана тоже сыграла свою роль. В конце 90-х гг. Иран достаточно активно взаимодействовал с Исламским движением Узбекистана. Был даже период, когда на территории Хорасана в северо-восточном Иране были и сейчас есть, по некоторым сведениями, лагеря для семей активистов ИДУ. Подчеркну, там жили не боевики, а их родные, вынужденные покинуть Узбекистан. Это вызывало раздражение в Ташкенте. Но надо понимать, что взаимодействие с ИДУ не имели никакого отношения к «экспорту исламской революции». Вся работа Тегерана с этим движением была попыткой «вырвать» ИДУ из под влияния Саудовской Аравии и других радикальных религиозных кругов.
Необходимо заметить, что из суммы отношений Ирана со странами региона более половины всех усилий и инициатив приходится на Узбекистан, но реальной отдачи ни в сфере экономического сотрудничества, ни в политическом взаимодействии эта активность не дает. Хотя несущей конструкцией торгово-экономических отношений двух стран могло бы стать развитие транспортной инфраструктуры. Транспортные магистрали из Ташкента до Мешхеда через территорию Афганистана очень позитивно оценивается и в Иране, и в Узбекистане. Они важны для всего региона. Даже Китай очень активно поддерживает этот проект на дипломатическом уровне, поскольку это обеспечило бы транзит из Китая в Иран и дальше в страны Ближнего Востока. Однако бесперспективная ситуация в Афганистане тормозит реализацию этого проекта.
Следует отметить, что в диалоге с центральноазиатскими государствами Иран располагает значительным экономическим козырем. Он в состоянии расширить взаимодействие со странами региона через привязку их транспортных коммуникаций и экспортных потоков к своим морским портам на Персидском заливе.
Что же касается Каспия, то для Ирана он важен в контексте внешнеполитических интересов: как сеть ключевых международных коммуникаций, а также фортпост влияния на ситуацию на Южном Кавказе и в Центральной Азии. До определенного времени Иран рассматривал переговорный процесс по Каспию и сам вопрос о его правовом статусе как политические инструменты для сдерживания экономической экспансии со стороны нефтяных компаний, рвущихся к каспийскому шельфу. Его собственные нефтяные ресурсы (одни из крупнейших в мире) лежат в Персидском заливе, а не на Каспии - этого положения не изменил бы даже самый выгодный для Ирана статус Каспийского моря. Принципиальным для Ирана является недопущение на Каспии военного присутствия США и НАТО. И здесь проявляется одна из фундаментальных линий внешнеполитической стратегии ИРИ в Закавказье и Центральной Азии, заметно усилившаяся во второй половине 2000-х гг. - противодействие вмешательству внешних по отношению к региону игроков (прежде всего США) во внутренние дела региона. При этом иранская сторона исходит из того, что любые внешние решения и действия, предлагаемые со стороны внерегиональных игроков, неизбежно приведут к отрицательным последствиям, а именно: нанесут вред региональному сотрудничеству, подорвут взаимное доверие, создадут дополнительные проблемы народам региона.
В целом, существует взаимная договороспособность и совместимость интересов Ирана с Россией и Китаем в Центральной Азии, что делает иранскую политику в регионе минимально конфликтной. Более того, подходы исламской республики к основным проблемам региона совпадают со стратегическими интересами России в Центральной Азии. А это – прекрасная предпосылка для совместных действий.
Александр Князев,
профессор, координатор региональных программ Института востоковедения Российской Академии наук,
специально для Иран.Ру
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter