Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Инвестировать в Эквадор – прекрасная альтернатива для тех, кто ищет быстро развивающиеся рынки, гарантирующие высокую доходность за счет либерализации инвестиционного режима. Иностранцам предоставляются здесь те же возможности, что и местному бизнесу, и это обусловливает массовый приток капитала из-за рубежа.

На сегодняшний день практически все сектора эквадорской экономики открыты для иностранных инвесторов. При этом, не существует каких-либо ограничений на репатриацию полученной прибыли.

Большинство экономических показателей свидетельствует о том, что текущий год благоприятен для инвестирования. Эксперты прогнозируют рост ВВП. в среднем, на 4,4%. Наиболее привлекательно с точки зрения прямых инвестиций выглядят четыре направления, а именно:

- Сельское хозяйство и лесная промышленность.

- Туризм.

- Недвижимость.

- Рыбный промысел и аквакультура.

Если Вы намереваетесь инвестировать в Эквадор, стóит обратить внимание прежде всего на упомянутые отрасли. Именно на их развитии правительство сосредоточило свое внимание, а это означает, что можно рассчитывать и на финансовое стимулирование. Однако есть и другие сферы, в которых вложенный капитал сулит хорошую прибыль. В их числе:

· Телекоммуникации.

· Производство запчастей для автомобилей и их обслуживания.

· Франшиза.

· Строительное оборудование.

· Прокладка автострад.

· Производство сельхозпродукции.

· Производство биотоплива.

Президент Эквадора, Рафаэль Корреа, выступая недавно на одном из международных экономических саммитов, привлек внимание к целому ряду факторов, мотивирующих иностранные компании инвестировать в Эквадор: политическая и экономическая стабильность, стратегическое географическое положение, дифференцированность экономики, климатические условия и «человеческий талант».

Следует также учитывать огромный потенциал гидроэнергетической и горнорудной отраслей.

Эквадор – седьмая экономика в Латинской Америке. При этом, объем экспорта страны (помимо сырой нефти), постоянно возрастает, что говорит о конкурентоспособности этого экспорта.

Относительно географического положения, президент отметил, что аэропорт и морской порт Манты может быть воротами в Латинскую Америку, включая Бразилию, где строится транспортная сеть, проходящая, в том числе, и через Амазонию, что позволит импортировать и экспортировать свой товар, минуя Панамский канал.

Если расшифровать сказанное о климатических условиях и «человеческом таланте», то можно добавить, что Эквадор способен прокормить население, в 80 раз превышающее свое собственное. Эквадорский климат позволяет производить продукты питания самого высокого качества, а рабочая сила отличается квалифицированностью.

Стоимость эквадорской сельскохозяйственной продукции и других товаров на мировом рынке постоянно растет. И неудивительно, что зарубежные инвесторы все чаще обращают взоры именно на это, небольшое, живописное и успешно развивающееся южноамериканское государство, испытывающее, тем не менее, большую потребность в иностранных капиталовложениях.

Один из основных факторов, позволивших Эквадору успешно включиться в борьбу за привлечение иностранных инвесторов, – долларизация экономики. Возможность работать с твердой валютой вдохновляет инвесторов на поиски тех или иных секторов эквадорской экономики в качестве объекта капиталовложений.

Эквадор переживает период модернизации. Значительно улучшилась сфера услуг, высокотехнологичного производства и торговли. Существенно приблизился к мировым стандартам и туристический бизнес, в который активно вкладываются главным образом испанцы, хотя в последнее время появились также крупные инвесторы из других стран – Италии, Китая и России.

Минпромторг предлагает создать в России новую ориентированную на экспорт отрасль: сельскохозяйственное машиностроение. Об этом говорится в Стратегии развития этого сектора до 2020 года. Неудача будет означать полную зависимость от зарубежных производителей и «появление реальной угрозы продовольственной безопасности страны».

Проект Стратегии развития сельскохозяйственного машиностроения до 2020 года разработан Минпромторгом по поручению правительства, данному в октябре прошлого года. Его текст есть в распоряжении «МН». В документе отмечается, что нынешняя модель развития рынка сельхозтехники приведет к свертыванию национального производства и переходу на потребление исключительно импорта. Жесткая закрытость внутреннего рынка сохранит технологическую отсталость наших предприятий и дорого обойдется потребителям — аграриям. Полная открытость рынка невозможна из-за неготовности отечественных производителей на равных конкурировать с мировыми компаниями.

Таким образом, предпочтительной для России оказывается модель «глобального экспортера», которая реализуется Китаем, Белоруссией или Бразилией. Она сочетает защищенность внутреннего рынка и «масштабную государственную поддержку экспорта». Преодоление технологического отставания происходит за счет свободной конкуренции с ведущими производителями не на внутреннем, а на мировых рынках.

Вопреки неудачам большинства наших машиностроителей, стабильно сдающих международные позиции, президент ассоциации «Росагромаш» Константин Бабкин верит в возможность превращения сельхозмашиностроения в экспортно ориентированную отрасль. «Еще года три назад «Россельмаш» экспортировал до 40% своей продукции. Надо вернуться в Восточную Европу, на Украину, в Казахстан. Наша продукция востребована, — уверен бизнесмен. — Но мы можем предложить покупателям кредит под 9% годовых, а наши конкуренты — 3–4%. Государственная поддержка экспорта нужна отрасли прежде всего».

Авторы стратегии надеются, что отечественный рынок сельхозмашиностроения за десять лет вырастет до 350 млрд руб. (в 2008 году он достиг своего пика в 150 млрд руб.). Еще на 115 млрд руб. техники производители смогут экспортировать за рубеж; пока туда продается на сумму в 15 раз меньше.

Достичь заявленных показателей предполагается за счет стимулирования спроса.

«Экспорт в нашем машиностроении всегда был локомотивом, способным вытащить всю отрасль. Стратегически это очень правильная вещь, — поддерживает авторов стратегии депутат Госдумы, бывший министр сельского хозяйства Виктор Семенов. — Но нужна и программа обновления машинного парка внутри страны». Для этого предполагается ужесточить требования к энерго- и ресурсосберегающим показателям уже эксплуатируемой техники. Предусмотрены и «пряники»: предлагается увеличить размеры субсидирования государством ставок по кредитам на покупку сельхозтехники (сейчас в большинстве случаев субсидии составляют не более 20% от ставки рефинансирования).

Перспективность российского рынка сельхозтехники доказывает присутствие в России сборочных производств ведущих мировых производителей: John Deere, CNH, Claas, AGCO, SDF. Но все они ограничились крупноузловой сборкой; уровень локализации у них не превышает 10% (лишь у Claas — 17%). С этим авторы стратегии предлагают бороться. Производители импортной техники на территории России должны будут повысить локализацию своего производства до 50%.

Задача по снижению зависимости нашего агропроизводственного комплекса от поставок импортной техники заложена в Доктрину продовольственной безопасности России 2010 года. Поэтому в стратегии говорится, что «стагнация отечественного сельхозмашиностроения и замещения его импортом неприемлема» для страны. Накануне кризиса доля импортной техники среди вновь закупаемой достигала 64%.

В стратегии не определены объемы бюджетного финансирования предлагаемых мероприятий. Они будут уточняться «при подготовке федерального бюджета на очередной финансовый год». Это обычная практика, когда в отраслевых стратегиях рисуются целевые ориентиры, а ресурсы и конкретные меры для достижения этих целей в них нет, поясняет директор Центра развития ВШЭ Наталья Акиндинова. Поэтому ей и непонятно, какое практическое значение имеют эти стратегии.

Пока же под угрозой срыва находится даже появление стратегии. В конце февраля этого года проект документа был готов и отправлен в Минсельхоз, Минэкономразвития и Минфин. Но ни одно из ведомств на него не отреагировало. Замглавы Минпромторга Андрей Дементьев был вынужден обратиться за помощью в аппарат правительства, чтобы там заставили ведомства завершить работу над стратегией, как и было намечено, во втором квартале 2011 года. Андрей Сусаров.

В Киеве прошел Второй Всеукраинский конгресс по медицинскому праву, биоэтике и социальной политике с международным участием, на котором собрались юристы, медицинские и фармацевтические работники, организаторы здравоохранения, ученые, социальные работники, представители государственных органов и общественных организаций.

Мероприятие собрало около 250 представителей медицинской и юридической общественности из всех регионов Украины. В нем приняли участие гости из Азербайджана, Боснии и Герцеговины, Бразилии, Израиля, Германии, Польши, Российской Федерации, США, Турции и Чехии, - сообщает портал МЗ Украины.

На Конгрессе был представлен опыт Международной сети отделений кафедры ЮНЕСКО по биоэтике, Украинское отделение которой недавно создали в Институте медицинского и фармацевтического права и биоэтики Академии адвокатуры Украины. Представил его профессор Амнон Карми, глава кафедры ЮНЕСКО по биоэтике.

В рамках работы Конгресса прошли четыре пленарных заседания и параллельные заседания шести секций, а именно: "Реформирование здравоохранения: правовые и биоэтические аспекты", "Пациент, медицинский работник, учреждение здравоохранения: права, обязанности, ответственность", "Право и новые технологии в медицине и фармации", "Этические и правовые аспекты фармацевтической деятельности", "Клинические испытания лекарственных средств: этико-правовые аспекты", "Мораль, право и социальные проблемы".

В рамках Конгресса также состоялись семинары "Преподавание биоэтики и медицинского права: методические вопросы", "Управление здравоохранением: правовые аспекты внедрения формулярной системы лекарственных средств и системы стандартизации медицинской помощи", круглый стол "Этико-правовые вопросы оказания психиатрической помощи".

Во время мероприятия также состоялись два телемоста: Киев-Харьков с участниками Первой Всеукраинской научно-практической конференции "Профессиональное управление и инвестиции в здравоохранение: украинское измерение" в Харькове и Киев-Львов с выездной секции Второго Всеукраинского конгресса по медицинскому праву, биоэтике и социальной политике "Правовые аспекты качества медицинской помощи и фармацевтической опеки" во Львове.

Значительное внимание на Конгрессе было уделено вопросам реформирования системы здравоохранения с учетом отечественного и зарубежного опыта. Были обсуждены актуальные этико-правовые проблемы биомедицины, актуальные для Украины на фоне мировых процессов. Участники Конгресса имели возможность поделиться своими наработками в решении практических проблем, возникающих в деятельности организаторов здравоохранения, врачей, юристов и социальных работников.

По результатам работы Конгресса была принята резолюция, в которой нашли отражение предложения участников, направленные на решение проблем, существующих в сфере здравоохранения и ее правовом обеспечении, а также на содействие дальнейшему развитию медицинского права и биоэтики.

Украинские АЭС соответствуют всем требованиям безопасности, о чем свидетельствуют оценки экспертов МАГАТЭ, заявил премьер-министр Украины Николай Азаров в среду на заседании кабинета министров.

По его словам, в рамках совместного проекта Украина-ЕС-МАГАТЭ была проведена масштабная комплексная оценка украинских энергоблоков.

"Эксперты МАГАТЭ установили соответствие всех энергоблоков украинских АЭС самым современным требованиям МАГАТЭ", - сказал Азаров.

Премьер отметил, что на украинских АЭС проводится модернизация действующих энергоблоков, постоянно ведется работа по повешению уровня их безопасности.

Мероприятия, посвященные 25-ой годовщине Чернобыльской катастрофы, проходят в Киеве с 19 по 22 апреля. В частности, во вторник прошла Чернобыльская донорская конференция, по результатам которой власти Украины собрали уже около 550 миллионов евро. В целом Украине не доставало 740 миллионов евро на строительство объекта "Укрытие" на Чернобыльской АЭС. Однако в ближайшие дни украинские власти намерены продолжить сбор средств на реализацию "чернобыльских" проектов, поскольку такие станы, как Италия, Канада, Бразилия, Мексика и Болгария, еще не определились относительно своего участия в "чернобыльских" проектах.

Мировое сообщество не могло не отреагировать и на аварию в Японии. На прошедшем во вторник в Киеве саммите по вопросам безопасности и инновационного использования ядерной энергии мировое сообщество обсудило ядерную безопасность, подчеркнув невозможность отказа от ядерной энергии. Также мировое сообщество заявило о необходимости повышения стандартов МАГАТЭ и выступило за углубление международного сотрудничества в сфере мирного использования ядерной энергии.

Безопасность использования атомной энергетики оказалась в центре внимания мирового сообщества после землетрясения 11 марта в Японии и последовавшими за ним авариями на японских АЭС, в частности на "Фукусима-1". Так, в ряде стран программы по развитию мирного атома оказались под угрозой закрытия. Власти Германии решили приостановить работу старых реакторов, а также предложили ввести в Европе единые стандарты безопасности для атомных электростанций.

Швейцария также приняла решение приостановить процесс обновления своих ядерных реакторов. Из стран западного полушария первой решила заморозить программу мирного атома расположенная в зоне сейсмической активности Венесуэла. Однако большинство государств, в частности США, Китай и РФ, а также являющаяся одним из мировых лидеров в атомной сфере Франция, заявили о том, что не собираются отказываться от атомной энергии.

Другие европейские страны заявили о намерении проверить безопасность всех АЭС в стране, чтобы извлечь уроки из аварии на японской "Фукусима-1", однако пока не собираются отказываться от мирного атома.

Украина не намерена существенно пересматривать свою энергетическую стратегию, которая предполагает строительство девяти новых энергоблоков на действующих атомных электростанциях в ближайшие годы. По мнению специалистов, отказ от атомной энергетики и переход на альтернативную тепло- и гидроэнергетику приведет к ухудшению экологической ситуации в стране. Кроме того, после закрытия АЭС, можно ожидать и существенного падения промышленного производства, которое во многом зависит от использования дешевой электроэнергии, производимой на АЭС. Людмила Лысенко

Когда «сбываются» мечты

Израиль на другом «новом Ближнем Востоке»

Резюме: Многолетние грезы о демократизации в арабском мире в силу, как казалось, их заведомой недостижимости позволяли Западу рассчитывать на вечное моральное превосходство и возможность смотреть на окружающий мир сверху вниз. Однако мечтания иногда становятся явью – но к этому, как оказалось, не готов никто.

В 1990-е гг. Шимон Перес, а в 2000-е – Джордж Буш-младший рисовали радужные картины будущего «нового Ближнего Востока». Тогдашний министр иностранных дел, а ныне – президент Израиля делал упор на взаимовыгодной экономической кооперации. Его книга так и называлась: «От экономики, работающей на нужды войны, к экономике мира». Джордж Буш верил, что цементирующим фактором «нового Ближнего Востока» будут процессы демократизации. Едва ли не любимой книгой Буша и его помощницы по национальной безопасности, а затем госсекретаря Кондолизы Райс стало сочинение израильского политика Натана Щаранского «В защиту демократии» с жизнеутверждающим подзаголовком «Свобода победит тиранию и террор». Речь самого Джорджа Буша о путях урегулирования палестинской проблемы, произнесенная 24 июня 2002 г., объявлялась в этом произведении образцом «ясности моральных критериев» и «нового смелого политического курса».

«Если цветок свободы распустится на каменистой почве Западного берега и Газы, это вдохновит миллионы мужчин и женщин на земле, которые также устали от нищеты и угнетения, которые также имеют право на демократическое правительство», – упоенно цитировал Щаранский бесконечно пафосные слова тогдашнего американского президента.

«Величайшей ошибкой арабов в XX веке – ошибкой, которая до сих пор так и не исправлена, – явилась их приверженность тоталитарным военным или президентским режимам», – писал, в свою очередь, Шимон Перес. Он убеждал читателей в том, что «только подлинная демократизация, и ничто иное, принесет настоящую пользу арабскому миру и не в последнюю очередь – палестинскому народу». В 1993 г. нынешний президент Израиля полагал, что «наиболее эффективное оружие палестинских организаций против ХАМАСа – демократические выборы: они должны привести к созданию властной структуры законно избранного большинства, которая поставит заслон вооруженному и фанатичному меньшинству».

Сегодня это звучит как издевка, ибо многопартийные демократические выборы в Палестинской администрации, прошедшие в январе 2006 г., ХАМАС как раз уверенно выиграл. А вот проверить тезис о желательности падения «тоталитарных военных или президентских режимов», вероятно, удастся теперь. Впервые в истории региона конец нескольким авторитарным правлениям был положен путем мирного протеста, в котором приняли участие широкие слои населения. Оказалось, однако, что выглядит «новый Ближний Восток» совсем не так, как его принято было рисовать. Израильтянам, нравится им происходящее или нет, совершенно необходимо понять, что же представляет собой «новый Ближний Восток», появившийся вокруг них.

В израильской прессе отмечалось, что «израильское политическое и военное руководство… вяло отреагировало на политическое цунами. Израильские лидеры не удостоили нас серьезным анализом происходящего». Известный политический обозреватель Ярон Декель выделяет несколько важных вопросов: как Израиль готовится к существованию в новой ближневосточной реальности? Предпринимают ли руководители какие-либо действия в связи с происходящим в арабских странах? Имеется ли опасность разрыва дипломатических отношений с Египтом и Иорданией, с которыми Израиль подписал мирные договоры? Стоит ли, несмотря на происходящие события, попытаться добиться мирного урегулирования с палестинцами и Сирией? Однако «молчание наших руководителей вызывает подозрение, что они просто-напросто не знают, что делать, – отмечает Декель. – У них нет ни малейшего представления о том, как Израиль должен готовиться к новой реальности».

Забудьте об Израиле и Палестине

Еще полгода назад никто не предвидел падения режимов Зина аль-Абидина Бен Али в Тунисе и Хосни Мубарака в Египте, не обсуждалась даже теоретическая возможность массовых демонстраций протеста по всему арабскому миру. А те, кто предсказывал всплеск напряженности на Ближнем и Среднем Востоке, почти единодушно связывали его с вероятным обострением палестино-израильского конфликта.

События в регионе кардинально меняют привычную систему понятий: то, на чем десятилетиями заостряли внимание едва ли не все, кто писал о Ближнем Востоке, в настоящее время точно не является наиболее важным. В течение долгого времени три принципиально разных понятия – «ближневосточный конфликт», «палестино-израильский конфликт» и «арабо-израильский конфликт» – практически приравнивались друг к другу и воспринимались как синонимы.

Очевидно, что арабо-израильский конфликт не исчерпывается его палестинским измерением. Он включает в себя также проблемы отношений с Сирией и Ливаном – странами, с которыми мирных договоров нет до сих пор, а также многими другими арабскими государствами – от Алжира до Саудовской Аравии – до сих пор не признавшими право еврейского государства на существование в каких бы то ни было границах. Очевидно и то, что наиболее сложными на сегодняшний день являются отношения Израиля с Ираном – страной мусульманской, но не арабской. Используя словосочетание «ближневосточный конфликт» для описания исключительно проблем отношений Израиля с кем бы то ни было, мы лишаемся адекватной терминологии для понимания того, что в настоящее время происходит на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Ведь к Израилю (как и к палестинцам и даже к Ирану) все это не имеет практически никакого отношения. Как справедливо отметила в этой связи профессор кафедры востоковедения МГИМО Марина Сапронова, «взрыв Ближнего Востока и всего арабского мира прогнозировался уже давно, но источник опасности видели в тупиковой ситуации ближневосточного урегулирования, расколе Палестины и подъеме исламского движения. Классический народный бунт, тем более в самой развитой и европеизированной арабской стране, стал неожиданностью».

Волна беспорядков, причины и механизм которых, если говорить начистоту, по-прежнему не вполне прояснены, прокатилась по большинству стран Северной Африки и Ближнего Востока. Нечто подобное происходит впервые, и это требует серьезного переосмысления реальности. Центральная и непререкаемая аксиома на протяжении многих лет состояла в том, что для урегулирования ближневосточных проблем необходимо прежде всего решить именно палестинскую проблему. Действительно, даже те арабские страны, которые не имеют ни территориальных, ни водных, ни иных претензий к Израилю, как, например, Алжир или Саудовская Аравия, из чувства солидарности с палестинцами не идут на примирение, однако факт состоит в том, что нынешний кризис никак не связан с этими вопросами. С 1973 г., когда крайне тяжелый для развитых стран Запада нефтяной кризис был спровоцирован именно арабо-израильской войной, ситуация изменилась кардинальным образом.

Сейчас совершенно ясно, что проблемы Ближнего Востока отнюдь не сводятся к палестино-израильскому конфликту и его разрешение не приведет к успокоению региона. Как не без иронии отмечалось в редакционной статье газеты «Ха’арец», «кого сейчас интересует мирный процесс, демонтаж поселений, разметка границ между Израилем и Палестиной или урегулирование вопросов безопасности [между ними]? Палестинская администрация также оказалась в новой для себя ситуации. Неожиданно для палестинцев их конфликт с Израилем был вытеснен на периферию общественного внимания».

В мире много проблем, и палестино-израильская – никак не ключевой фактор международной напряженности. Более того: на самих палестинских территориях никаких волнений нет, в настоящее время это удивительно спокойное место. Для снижения напряженности в регионе «большого Ближнего Востока» мировой дипломатии нужно заниматься другими вопросами.

В то же время нельзя не обратить внимание на «фестиваль признаний» несуществующей палестинской государственности, открытый 3 декабря 2010 г. завершавшим свою каденцию президентом Бразилии Луисом Инасио Лула да Силвой и продолженный в последующие два месяца еще шестью странами Южной Америки, вследствие чего количество государств, признавших независимость Палестины, перевалило за 110. Все это ни на йоту не изменило реальную ситуацию: с одной стороны, все границы территорий Палестинской администрации (ПНА) контролируются Израилем, с другой – сами власти ПНА ни в малейшей степени не контролируют сектор Газа. На Западном берегу у палестинцев одно правительство во главе с Саламом Файедом, в котором нет представителей ХАМАСа. В Газе – другое, во главе с Исмаилом Ханийей (который на самом деле подотчетен находящему в Дамаске Халеду Машалю), в котором нет никого, кроме активистов ХАМАСа, и между ними нет никакого взаимодействия.

Учитывая, что четырехлетний срок полномочий Махмуда Аббаса на посту главы ПНА истек еще в январе 2009 г., а пятилетний срок полномочий Законодательного совета ПНА закончился в январе 2011 г. (при этом никакие новые выборы не назначены), речь идет о распавшемся надвое несостоявшемся государстве, не имеющем легитимных органов власти и управления. Ситуация вернулась к «до-ословским» временам, когда реальные руководители палестинцев находятся за пределами Палестины. Перед нами – второе Сомали, государство также де-факто давно распавшееся, но в Палестине еще и все границы контролируются внешней силой – Израилем. Признание в этих условиях государственного суверенитета Палестины наглядно демонстрирует, насколько далека от реальности политико-правовая риторика на Ближнем Востоке.

Крах международно-правовых механизмов региональной безопасности

После каждой из двух мировых войн были предприняты попытки сформировать международные структуры, которые ставили целью переход от «права кулака» к «праву мира». Лига Наций, ООН, ее Генеральная Ассамблея и Совет Безопасности, Международный суд – все эти и многие другие организации были созданы, чтобы решать межгосударственные споры не силой, а путем достижения коллективного согласия.

На Ближнем Востоке эти структуры, прямо скажем, никогда не работали идеально. Примеров тому много, ограничимся двумя наиболее наглядными. Решение Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1947 г. о разделе территории бывшего британского мандата, согласно которому создавались палестинское и еврейское государства, а Иерусалим объявлялся международным городом, выполнено было лишь в части создания Израиля. Другой пример – вопреки консультативному заключению Международного суда, принятому в июле 2004 г. четырнадцатью голосами против одного, Израиль продолжил строительство стены безопасности.

Нынешний кризис вновь показал ограниченность международно-правовых механизмов. Как справедливо отметила Марина Сапронова, Лига арабских государств практически бездействует, и это лишний раз доказывает ее слабость, демонстрируя силу дезинтеграционных процессов в арабском мире, вследствие которых правящая элита каждой страны исходит из своих собственных интересов. Совбез ООН начал 22 февраля обсуждение ситуации в Ливии, но многочисленные жертвы среди мирного населения при разгоне демонстраций в Египте, Сирии, Йемене и других странах региона не удостоились никакого внимания. Показательно в этой связи удивительное равнодушие всех стран мира, кроме Ирана, к судьбе участников выступлений протеста шиитов (составляющих три четверти населения страны, но лишенных доступа к власти) в Бахрейне и вводу туда объединенных войск Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). События не обсуждалось ни на Генассамблее, ни в СБ ООН.

Иным оказался расклад применительно к ситуации в Ливии, где между войсками, верными Муаммару Каддафи, и силами оппозиции началась гражданская война. Хотя Каддафи в Совете Безопасности не поддержал никто, крупнейшая страна Европы – Германия, а также все страны БРИК – Бразилия, Россия, Индия и Китай – при голосовании воздержались. Это превратило операцию против Ливии едва ли не в личный проект президента Франции Николя Саркози, поддержанный новым правительством Великобритании, к которому с оговорками и, что называется, «на расстоянии» присоединилась администрация Барака Обамы. О готовности поддержать операцию по установлению зоны, запретной для полетов военной авиации, объявили Норвегия, Дания, Канада, Польша, Катар, ОАЭ, а позднее и Швеция – для демонстрации мирового единства этого, конечно, мало.

Раскол в международном сообществе очевиден, как очевидно и то, что в существующей сегодня вокруг Ливии ситуации торжествует «право кулака». Международно-правовая система обеспечения безопасности потерпела полный крах: Ливию, по инициативе президента Франции, бомбит авиация НАТО, в Бахрейн введены войска Саудовской Аравии и других стран – членов ССАГПЗ, в Египте власть захватило местное военное командование… Для Израиля, не имеющего мирных договоров с подавляющим большинством стран региона, все это – плохие новости. В Израиле хорошо помнят события мая 1967 г., когда Гамаль Абдель Насер закрыл для израильского судоходства Тиранский пролив, блокировав порт Эйлат на Красном море, и никакая международная организация не встала на защиту интересов еврейского государства – что в итоге привело к Шестидневной войне, перекроившей контуры ближневосточной политической географии. Как оказалось, с тех пор мир изменился меньше, чем многие предполагали и надеялись.

Без сверхдержав: Ближний Восток в эпоху бесполярного мира

Ближний Восток перешел к новому геополитическому состоянию: никакая внешняя сила не сможет реально влиять на происходящее в регионе.

И Соединенные Штаты, и Европейский союз, и Россия были застигнуты врасплох событиями в арабских странах. При этом и в Египте, и в Тунисе с политической арены ушли светские и лояльные Западу режимы, и пока неясно, какие силы придут им на смену. Способность американского руководства воздействовать на происходящие процессы минимальна. Администрация вначале поддерживала Хосни Мубарака, а затем, видя, что маятник качнулся в противоположную сторону, «сдала» его, при этом 11 февраля президент Барак Обама заявил, что руководству Египта следует «четко и недвусмысленно встать на путь демократии». Верховный совет вооруженных сил Египта, получивший власть в стране после отставки Мубарака, это пожелание фактически проигнорировал. В конце марта, спустя полтора месяца после ухода президента, объявлено, что парламентские выборы пройдут только в сентябре 2011 г., а президентские пока не назначены вовсе. Предполагается, что они состоятся лишь летом 2012 г., т.е. более чем через год!

Равнодушно отнеслись к американским призывам не только в 80-миллионном Египте, но и в Бахрейне, население которого в сто раз меньше и на территории которого находится база Пятого флота ВМС США, которая позволяет контролировать нефтяной экспорт из Персидского залива. 15 марта король Бахрейна Хамад ибн Иса аль-Халифа объявил о введении чрезвычайного положения сроком на три месяца. Действия преданных королю сил, разгромивших при поддержке войск Саудовской Аравии и ОАЭ палаточный лагерь оппозиции, вызвали резкую реакцию Вашингтона, представители которого призвали к политическому диалогу с оппозицией. Однако монархии региона проигнорировали пожелание Белого дома. Барак Обама в телефонном разговоре с королем Бахрейна выразил «глубокую озабоченность» методами подавления протестных выступлений и потребовал от властей «максимальной сдержанности». Резкой критике действия официальной Манамы подвергла и Верховный комиссар ООН по правам человека Наванетхем Пиллэй. Но никакого эффекта это не возымело.

Кроме того, определились границы американского силового участия. Объясняя 28 марта в телевизионном обращении к согражданам позицию правительства относительно военной операции в Ливии, Барак Обама публично пообещал, что американские самолеты там не задержатся. О наземной операции, как не устают повторять в Белом доме, речь и вовсе не идет. Итак, стало очевидно: ближневосточные походы Соединенных Штатов закончились в Афганистане и Ираке. Период, когда США пытались играть роль «мирового полицейского», завершился. Двадцать лет назад на смену эпохе противостояния двух сверхдержав, Соединенных Штатов и Советского Союза, пришла эпоха фактически однополярного мира, однако на наших глазах завершается и она. Страны и народы Ближнего Востока, и в том числе Израиль, где многое «завязано» на партнерстве с США, должны адаптироваться к жизни в «бесполярном» мире.

На сегодняшний день никто не знает, какими будут новые режимы Ближнего Востока. 75-летний Мохаммед Хуссейн Тантауи, возглавивший Египет после ухода Хосни Мубарака, едва ли может рассматриваться в качестве долгосрочного президента. Ключевыми фигурами в диалоге между политическими элитами Египта и Израиля со стороны Каира на протяжении многих лет были Осама эль-Баз, ближайший советник Мубарака, и глава Службы общей разведки в 1993–2011 гг. Омар Сулейман. В конце января он был назначен вице-президентом, но уже в день отставки Мубарака 11 февраля 2011 г., о которой он же и объявил, потерял этот пост и с тех пор не появлялся на публике. Все эти люди – очень пожилые: Осаме эль-Базу исполняется 80 лет, Омару Сулейману – 75. Ровесник Сулеймана – еще один многолетний член «команды Мубарака» Амр Муса, на протяжении последних десяти лет – генеральный секретарь ЛАГ, а до этого десять лет возглавлял египетский МИД. 70-летний премьер-министр маршал авиации Ахмед Шафик, фактически последний назначенец Хосни Мубарака (утвержден на высший пост в правительстве 29 января 2011 г.), 3 марта отправлен в отставку. На его место назначен 59-летний инженер Эссам Абдель-Азиз Шараф, который до этого лишь однажды на протяжении полутора лет работал в правительстве в должности министра транспорта, а с декабря 2005 г. не входил в руководство страны. Наработанных контактов с ним ни у кого на Западе (равно как и в Израиле) нет, непонятно, сколько он продержится на посту, каков будет круг его полномочий и есть ли у него президентские амбиции и перспективы.

На данный момент невозможно спрогнозировать и кто именно придет к власти в Тунисе. И.о. президента Фуад Мебаза и премьер-министр Каид Эс-Себси в силу возраста вряд ли могут на это претендовать (первому – 78 лет, второму – 85). Как отмечает бывший посол РФ в Тунисе Алексей Подцероб, вернувшийся из эмиграции руководитель Конгресса за республику Монсеф Марзуки широкой известностью в стране не пользуется. Легальные оппозиционные организации – Партия народного единства, Прогрессивная демократическая партия, «Ат-Тадждид», Демократический форум за труд и свободы и другие массовой поддержки не имеют. И в Египте, и в Тунисе весьма вероятно существенное увеличение представительства исламистов в высших органах власти.

Неизбежность исламизации

Идея всемирной демократизации как способа решения существующих, в том числе на Ближнем Востоке, проблем потерпела крах. Представляется, что такие активные сторонники этой идеи, как Кондолиза Райс и Натан Щаранский, фатально путали понятия «политическая культура» и «форма правления», причем второе в их понимании вытесняло первое. Демократические режимы там, где они реально существуют, являются следствием самостоятельного социально-политического развития этих стран и народов. Пожалуй, лишь в Японии «работающая» либеральная демократия оказалась привнесенной извне.

Политическая культура куда важнее формы правления. Культура толерантности и уважения прав национальных, конфессиональных, сексуальных и иных меньшинств значительно важнее демократической формы правления и связанных с нею процедур, например, свободных многопартийных выборов. Однако подобной либеральной политической культуры в арабо-мусульманском мире нет – и введение новой, формально демократической, формы правления не приведет к торжеству либеральных ценностей и отказу от насилия как средства разрешения внешних и внутренних конфликтов.

Наиболее свободные выборы в странах Ближнего Востока – в Турции, Иране, Ливане и Палестинской администрации – привели к власти значительно более фундаменталистские силы, чем те, что находились у руля правления до этого. Даже в Израиле от выборов к выборам усиливаются позиции традиционалистов и религиозных фундаменталистов, хотя в целом страна остается единственным примером либеральной демократии в регионе.

В этой связи важно трезво оценивать перспективы проведения многопартийных демократических выборов в Египте. Эти выборы, даже если не приведут к победе «Братьев-мусульман», усилят их позиции. Движение «Братья-мусульмане», основанное в 1928 г., с 1954 г. находилось в Египте под запретом. Это осложняло их деятельность, одновременно окружая ее ореолом мученичества, по традиции весьма позитивно воспринимаемого широкими слоями общества. По существу, в ходе демонстраций января-февраля 2011 г. «Братья-мусульмане» впервые за много лет по-настоящему вышли из подполья, открыто участвуя в публичных массовых акциях. Кстати, нынешний глава Египта министр обороны Мохаммед Хуссейн Тантауи, выступая на площади Ат-Тахрир, во всеуслышание заявил, что «Братья-мусульмане» достойны хотя бы одного портфеля в будущем правительстве. В комитете, названном «Коалиция за перемены» и насчитывавшем пятьдесят членов, «Братья-мусульмане» представлены четырьмя делегатами. 15 февраля лидеры движения объявили о планах по созданию политической партии.

Сразу после обнародования этих намерений 67-летней руководитель «Братьев-мусульман» Мохаммед Бади, отсидевший девять лет в тюрьме за общественно-политическую деятельность, дал интервью, в котором призвал арабские и исламские страны к кооперации «для осуществления проектов против колониализма, вестернизации и сионистской гегемонии». Вот что, в частности, сказал Бади: «Мы обращаемся к нации с просьбой объединиться перед лицом сионистского образования [так Бади, как и многие другие в арабо-мусульманском мире, именует Израиль. – Авт.] и западного проекта». 11 февраля 2011 г. Сами Абу-Зухри от имени ХАМАСа поздравил «Братьев-мусульман» с «победой над режимом Мубарака» и выразил надежду, что новые египетские власти помогут снять израильскую осаду сектора Газа.

Интенсификация контактов «Братьев-мусульман» с ХАМАСом в непосредственной близости от границ с Израилем может привести (а, возможно, уже и привело) к разработке совместных планов действий против еврейского государства, что способно спровоцировать локальное или масштабное вооруженное противостояние. Совершенно очевидно, что в случае прихода исламистов к власти в Египте существует реальная вероятность возникновения угрозы Израилю. Как справедливо отмечает Григорий Косач, для египетского общества мир с Израилем «всегда оставался “холодным”, а сохранение этого мира всегда определялось авторитарным характером египетской власти (да и власти в любой другой стране арабского мира), которая едва ли не полностью игнорировала общественные настроения, проводя свой внешнеполитический курс».

На Ближнем Востоке мы оказываемся перед замкнутым кругом, когда исламисты в любом случае усиливаются если не в краткосрочной, то в средне- и долгосрочной перспективе. С одной стороны, Марина Сапронова права, утверждая, что сегодня на Ближнем Востоке «исламизация … равнозначна демократизации». С другой стороны, противодействие демократизации тоже не способно изменить общий вектор. Как указывает Рупрехт Поленц, эксперт по Ближнему Востоку и глава комитета Бундестага по внешней политике, «чем дольше авторитарное правительство находится у власти, тем выше вероятность того, что исламистские движения становятся сильнее». Авторитарные правительства не допускают свободу слова, печати, однако они не в силах запретить религию, поэтому общественные дискуссии, невозможные в СМИ, перемещаются под своды мечетей. Там ислам обретает высокий градус политизированности. Либеральным странам поддерживать на Ближнем Востоке некого: и военная хунта, и исламисты не соответствуют западной политической культуре, а приверженцы западного пути развития постепенно оказываются в арабо-мусульманском мире просто нерелевантными.

В прошлом, когда речь заходила о том, что военные являются заслоном перед исламистами, в пример всегда ставились Алжир и Турция. Однако очевидно, что нельзя говорить о «демократичности» режима, который держится исключительно на военных; «гарнизонное государство» – не синоним, а антоним демократии. В любом случае, для западного мира и для Израиля оба сценария – и длительное правление в Египте военной хунты, и резкое усиление исламистов – означает существенное ухудшение ситуации.

Вероятно, прав директор Института востоковедения РАН Виталий Наумкин, который полагает: даже если предположить, что «Братья-мусульмане» станут влиятельной легальной силой, они не будут требовать денонсации мирного договора с Израилем и примут этот договор как политическую реальность. Пример Турции, где исламисты пришли к власти, но не прервали дипломатические отношения с Израилем, свидетельствует в пользу такого вывода. Однако правительство Реджепа Тайипа Эрдогана направило в Газу флотилию солидарности, следствием чего стали трагические события, в которых погибли девять человек, а израильско-турецкие отношения оказались на грани разрыва. Если подобным же курсом будет следовать и новое египетское руководство, то это уже точно будет совсем другой Ближний Восток, у Израиля не останется ни одного стратегического союзника во всем регионе.

В Израиле с особым вниманием следят за тем, что происходит в соседней Иордании, где опасность прихода к власти исламистов давно считается высокой (в 1970-е – 1980-е гг. в Израиле так же считали весьма вероятным падение Хашимитской династии, однако под натиском ООП). Критическое значение имеет для Израиля сохранение Иордании в качестве независимого государства, не рассматривающего свою территорию как плацдарм для нападения на еврейского соседа. На протяжении многих десятилетий сохранение в Иордании статус-кво считается судьбоносным для Израиля.

Как отмечал политический обозреватель израильской газеты «Маарив» Шалом Иерушалми еще в середине февраля, «Биньямин Нетаньяху наблюдает за происходящим в Египте и видит перед собой два сценария: Турция-1 и Турция-2. Первый сценарий – Турция Ататюрка и продолжателей начатой им секулярной революции, которая превратила страну в модернизированное и относительно либеральное общество, где ислам перестал играть центральную роль. Второй вариант – Турция Эрдогана и правящей исламской партии. Турция-1 всегда поддерживала прочные связи с Израилем. Турция-2 вступила с Израилем в конфликтные отношения, однако не стала окончательно разрывать связь с Иерусалимом». Иерушалми считает, что и такая модель устроила бы Израиль, однако существует опасность развития событий в Египте по иранскому сценарию. «То, что в Тегеране 1979 г. началось как революция интеллектуалов, молодежи и представителей среднего класса, выступавших против шаха Резы Пехлеви, очень быстро переродилось в радикальный исламский режим, который наводит ужас на весь ближневосточный регион. В последние дни Нетаньяху часто упоминает имя Шахпура Бахтияра, первого иранского премьер-министра периода антишахских волнений, правившего в Тегеране до тех пор, пока аятолла Хомейни и его соратники окончательно не взяли власть в свои руки. Подобный сценарий, опасаются в Израиле, может иметь место и в Египте, если “Братья-мусульмане” будут принимать участие во властных структурах или просто-напросто захватят власть силой».

Традиционно пользующийся большим влиянием в израильских интеллектуальных кругах аналитик Ари Шавит опасается, что под прикрытием лозунгов о демократизации значительная часть арабских стран Персидского залива перейдет под фактический контроль Ирана. «Под лозунгами освобождения от гнета диктаторов радикальный ислам возьмет под контроль значительную часть арабских стран. Мир между Израилем и палестинцами, между Израилем и Сирией станет невозможным. Мирные соглашения с Иорданией и Египтом постепенно сойдут на нет. Исламистские, неонасеристские и неоосманские силы будут формировать облик Ближнего Востока. С арабской революцией 2011 г. может произойти то, что произошло с революцией 1789 г. в Европе: ее узурпирует какой-нибудь арабский Наполеон, использует революционные чаяния и превратит революцию в серию кровавых войн», – предполагает Шавит.

Дилемма, возникающая в связи с тем, что демократизация неизбежно приводит к исламизации, оказывается для автора – и отнюдь не для него одного – неразрешимой. С одной стороны, Шавит пишет, что «американцы правы, становясь на сторону народных масс, требующих прав и свободы, это верный подход, с исторической точки зрения». Однако прямо за этим он утверждает, что «американцы ошибаются, способствуя развалу тех режимов, которые были их союзниками на Ближнем Востоке, собственными руками прокладывая путь к победе “Братьям-мусульманам” и Ирану». Как и почему правота вдруг превращается в ошибку, Ари Шавит не объясняет, и это в полной мере отражает смятение умов, которое царит в Израиле и в западном мире относительно происходящих на «большом Ближнем Востоке» событий. Многолетние мечты о демократизации в арабском мире в силу, как казалось, их заведомой недостижимости позволяли рассчитывать на вечное моральное превосходство и возможность смотреть на окружающий мир сверху вниз. Однако мечты иногда сбываются – но к этому, как оказалось, не готов никто.

Алек Эпштейн – доктор философских наук, преподаватель Открытого университета Израиля, Еврейского университета в Иерусалиме и Института стран Азии и Африки при МГУ им. М.В. Ломоносова, эксперт московского Института Ближнего Востока.

Израиль. Азия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 19 апреля 2011 > № 739775 Алек Эпштейн

Мир большого нуля

Новый экономический клуб будет порождать конфликты, а не способствовать сотрудничеству

Резюме: Сегодня мы живем в мире «Большого нуля», в котором ни у одной отдельно взятой страны или группы стран нет политико-экономических рычагов или воли, чтобы решать значимые международные проблемы. Экономики всего мира сидят на огромных запасах наличности, выжидая окончания нынешней эпохи политической и экономической неопределенности. Многим из них ждать придется долго.

Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 2 за 2011 год. © Council on Foreign Relations, Inc.

Мы больше не живем в мире «Большой двадцатки». В последние несколько месяцев группа ведущих экономик мира нарушила концерт наций, сбившись на какофонию конкурирующих голосов. Это произошло после того, как острота финансового кризиса снизилась, и обнаружились несовместимые политические и экономические ценности. Не существует и жизнеспособной «Большой двойки» – американо-китайского решения насущных транснациональных проблем, поскольку не в интересах Пекина взваливать на себя бремя, неотделимое от роли мирового лидера. Не впечатляет и альтернатива в виде «Большой тройки» – США, Европа и Япония, в которой мир потенциально мог бы найти спасение.

Сегодня у Соединенных Штатов не хватает потенциала для того, чтобы оставаться главным поставщиком мировых общественных благ. Европа всецело поглощена спасением еврозоны. Япония также связана по рукам и ногам сложными внутриполитическими и экономическими проблемами. У правительств этих стран нет ни времени, ни ресурсов, ни внутриполитического капитала для того, чтобы стать новыми международными тяжеловесами. Между тем дать адекватный ответ на транснациональные вызовы сегодня невозможно без прямого участия формирующихся новых держав, таких как Бразилия, Китай и Индия. Однако они слишком заняты проблемами внутреннего развития и не желают взваливать на себя дополнительное бремя решения насущных вопросов мировой повестки дня.

Сегодня мы живем в мире «Большого нуля», в котором ни у одной отдельно взятой страны или группы стран нет политико-экономических рычагов или воли, чтобы решать значимые международные проблемы. В результате на мировой арене будут усиливаться конфликты по таким жизненно важным вопросам, как макроэкономическая координация на глобальном уровне, реформа финансового регулирования, торговая политика и изменение климата. Этот новый порядок имеет далеко идущие последствия для глобального хозяйства, поскольку экономики всего мира сидят на огромных запасах наличности, выжидая окончания нынешней эпохи политической и экономической неопределенности. Многим из них ждать придется долго.

Клуб старой гвардии

До середины девяностых G7 была тем международным форумом, где шел основной торг. Ее члены имели общие ценности и верили, что демократия и рыночный капитализм способны обеспечить длительный мир и процветание.

В 1997 г. «Большая семерка», в которой доминировали США, превратилась в «Большую восьмерку» после того, как американские и европейские политики пригласили в свой клуб Россию. Это изменение не отражало никакого реального сдвига в мировом балансе сил, а представляло собой попытку поддержать хрупкую российскую демократию и не допустить сползания этой страны назад в коммунизм или шовинистический милитаризм. Переход от G7 к G8 не поставил под сомнение добродетели представительной демократии или истину о том, что чрезмерное государственное вмешательство в управление экономикой представляет опасность.

Недавний финансовый кризис и крах мирового рынка стали гораздо более серьезным потрясением для системы международных отношений, чем события, последовавшие за развалом советского блока. В сентябре 2008 г. опасения по поводу того, что глобальная экономика находится на грани катастрофы, ускорили неизбежный переход к формату G20, включающий крупнейшие экономики мира и самые важные формирующиеся национальные рынки. На первых встречах этого клуба – в ноябре 2008 г. в Вашингтоне и в апреле 2009 г. в Лондоне – было достигнуто соглашение о совместной монетарной и фискальной экспансии, увеличении финансирования Международного валютного фонда и новых правилах функционирования финансовых учреждений. Этих успехов удалось добиться в основном потому, что все члены клуба одновременно чувствовали одну и ту же угрозу.

Но когда началось восстановление экономики, чувство опасности в некоторых странах притупилось.

Стало ясно, что Китай и другие крупные развивающиеся экономики понесли менее существенный урон и восстановятся быстрее богатейших государств мира. Китайские и индийские банки в наименьшей степени пострадали от банкротства крупнейших финансовых учреждений Соединенных Штатов и Европы. Более того, валютные резервы Китая надежно защищали правительство и банковское сообщество этой страны от паники в связи с нехваткой наличности на Западе. Способность Пекина направлять средства государственного бюджета на инфраструктурные проекты быстро создала новые рабочие места, сняв опасения по поводу того, что падение потребительского спроса в США и Европе может породить массовую безработицу и дестабилизировать ситуацию в КНР.

По мере восстановления Китая и других быстроразвивающихся стран на Западе еще больше усилились страхи и уныние. Высокий уровень безработицы, упорно не желающий снижаться, и опасения второй волны рецессии вызвали в Америке антиправительственные настроения, которые привели к тому, что вектор власти сместился к республиканцам. Во Франции и Германии правительства утратили доверие, а в Японии и Великобритании партии, находившиеся у власти, проиграли выборы. Налогово-бюджетный кризис спровоцировал народное возмущение во многих странах – от Греции до Ирландии, от государств Балтии до Испании.

Тем временем Бразилия, Китай, Индия, Турция и другие развивающиеся страны двинулись вперед, не обращая внимания на забуксовавшие экономики развитого мира. Ирония в том, что единственная развивающаяся страна, где восстановление экономики идет с большим трудом, – это нефтегазовый гигант Россия (первая страна, приглашенная в клуб G7). По мере того как интересы богатых и развивающихся государств начали расходиться, «Большая двадцатка» и другие международные организации перестали осознавать насущную и безотлагательную необходимость координации усилий для проведения последовательной многосторонней политики.

Западные политики, оказавшиеся под огнем критики, поскольку не смогли обеспечить энергичного восстановления экономики, стали искать козлов отпущения в других странах. В течение последних нескольких месяцев существенно возросло напряжение в отношениях между Соединенными Штатами и Китаем. КНР по-прежнему игнорирует призывы Вашингтона отпустить курс юаня и позволить ему значительно укрепиться. Пекинские политики настаивают на том, что им необходимо защитить свою страну на важном этапе развития, в то время как вашингтонские законодатели более решительно настроены на введение санкций против китайской торговой и валютной политики, которую они считают несправедливой. В последние три года резко возросло количество дел, которые США и Китай возбуждают друг против друга на уровне двусторонней торговли и во Всемирной торговой организации. Между тем «Большая двадцатка» перерождается из умеренно эффективной международной организации в площадку для болезненного выяснения отношений.

Место водителя пустует

В этих взаимных упреках и бездействии нет ничего нового. Так, спустя четыре десятилетия после подписания Договора о нераспространении ядерного оружия основные ядерные державы так и не договорились о том, как построить и поддерживать действенный режим нераспространения, который сможет остановить расползание самого опасного оружия и технологий по всему миру. Фактически международная оборонная политика всегда была, по сути, игрой с нулевой суммой, поскольку одна страна или группа стран работают над максимальным наращиванием своих оборонных возможностей таким образом, чтобы (сознательно или неосознанно) поставить под сомнение военное превосходство потенциальных противников.

Мировая торговля – это совсем другая игра, поскольку от нее могут выиграть все игроки. Однако расхождение экономических интересов после завершения финансового кризиса подрывает международное сотрудничество и вставляет палки в колеса глобализации. В прошлом мировая экономика полагалась на гегемона (Великобританию в XVIII и XIX веках и Соединенные Штаты в XX веке), который создавал рамочную структуру безопасности, необходимую для защиты свободных рынков, свободной торговли и движения капиталов. Однако уникальное сочетание слабеющего влияния США на международной арене, с одной стороны, и резких политических разногласий (как между развитыми и развивающимися странами, так и между Соединенными Штатами и Европой) – с другой, создают вакуум мирового лидерства как раз в тот момент, когда оно больше всего нужно.

В последние 20 лет, несмотря на все разногласия по вопросам безопасности, у правительств крупных развитых и развивающихся стран были общие экономические цели. Рост китайской и индийской экономики обеспечивал западным потребителям доступ к самым быстрорастущим рынкам мира и помогал американским и европейским политикам сдерживать инфляцию путем импорта недорогих товаров и услуг. США, Европа и Япония помогают развивающимся экономикам создавать рабочие места, экспортируя их товары в больших объемах и поддерживая относительную стабильность в международной политике.

Но в течение следующих 20 лет переговоры по экономическим и торговым вопросам, скорее всего, будут проникнуты тем же духом соперничества, какой наблюдался в ходе недавних дебатов о нераспространении ядерного оружия и изменении климата. Раунд торговых переговоров в Дохе так же мертв, как и дронт, и Всемирная торговая организация не способна противостоять всплеску протекционистского давления, спровоцированного замедлением мировой экономики.

Конфликты по поводу либерализации торговли в последнее время вспыхивали между Соединенными Штатами, Евросоюзом, Бразилией, Китаем, Индией и другими быстроразвивающимися экономиками, поскольку каждое правительство стремится защитить своих рабочих и промышленность – часто за счет интересов других стран. Чиновники во многих европейских государствах сетовали на слишком низкие ставки налога на корпорации в Ирландии, и в прошлом году вынудили ирландское правительство принять план спасения, который был нужен этой стране, но который правительство не хотело принимать. Немецкие избиратели недовольны тем, что им приходится оказывать материальную поддержку более бедным государствам ЕС, а граждане стран Южной Европы критикуют нежелание своих правительств и дальше жить не по средствам.

Перед последней встречей стран «Большой двадцатки» в Сеуле (в ноябре прошлого года) бразильские и индийские официальные лица поддержали претензии своих американских и европейских коллег к Китаю, обвиняя его в манипулировании курсом национальной валюты. Однако, когда американцы подняли этот вопрос на самом форуме, министр финансов Бразилии высказал мнение, что политика «количественного смягчения», проводимая Вашингтоном – это такая же несправедливая практика, а немецкий министр иностранных дел охарактеризовал американскую политику как «неумную».

Среди других трудноразрешимых разногласий можно отметить споры по поводу субсидий фермерам в США и Европе, вопросы защиты прав интеллектуальной собственности, принятия антидемпинговых мер и компенсирующих пошлин. Беспокойство в связи с поведением фондов национального благосостояния ограничило возможность некоторых из них занять ведущее положение в западных компаниях, особенно американских. А стремление Китая блокировать надежный, долговременный доступ к природным ресурсам, которое заставляет Пекин прибегать к агрессивной скупке полезных ископаемых в Африке, Латинской Америке и на других развивающихся рынках – еще больше подливает масла в огонь разгорающегося конфликта с Вашингтоном.

Финансовый протекционизм и стремление защитить активы также набирают обороты. Китайская государственная нефтяная компания попыталась приобрести американскую энергетическую компанию Unocal в 2005 г., но сделку заблокировал Конгресс. Годом позже государственная компания ОАЭ Dubai Ports World предприняла попытку получить контрольный пакет акций другой компании, чтобы иметь возможность управлять несколькими американскими портами, и это также вызвало негодование политического истеблишмента Соединенных Штатов. Эти события были лишь предвестниками аналогичных проявлений инвестиционного протекционизма в Европе и Азии. На самом деле на международной арене существует мало руководящих принципов в отношении прямых зарубежных инвестиций – практически не выработано четкого определения, например, того, что следует считать «критически важной инфраструктурой». Это одна из тех мировых политических проблем, которую вряд ли удастся решить в ближайшее время.

Самым важным источником конфликтов служат дебаты о том, как не допустить в будущем повторения глобального экономического краха. Международная монетарная и финансовая стабильность в будущем потребует более тесной координации на мировом уровне, принятия единых норм регулирования и контроля. В конечном итоге, возможно, придется создать наднациональную регулирующую инстанцию с учетом того, что капитал мобилен и не признает границ, а политика регулирования проводится исключительно на национальном уровне. Однако по этому вопросу имеются глубокие разногласия. Правительства многих развивающихся государств опасаются, что принятие более строгих международных правил в отношении деятельности финансовых компаний будет означать их более жесткую привязку к финансовым системам тех самых западных экономик, которые они обвиняют в провоцировании последнего кризиса. Но и между развитыми экономиками нет единства во взглядах на пути реформирования системы регулирования и наблюдения за финансовыми учреждениями.

Дисбаланс в мировой торговле остается существенным и продолжает увеличиваться, а вместе с ним растет и риск валютных войн – не только между США и Китаем, но также и между другими быстрорастущими экономиками. В этих разногласиях нет ничего нового. Но все еще шаткое и неустойчивое состояние глобальной экономики обусловливает необходимость скорейшего и безотлагательного разрешения этих противоречий. В то же время вакуум в области мирового лидерства крайне затрудняет поиск взаимоприемлемого решения и компромисса.

Кому нужен доллар?

После прежних кризисов на развивающихся рынках, подобных азиатскому финансовому краху конца 1990-х гг., политические деятели этих стран договорились о поддержании слабых валют и положительного сальдо текущих операций путем накопления огромных золотовалютных резервов. Эта стратегия отчасти стала результатом неверия в то, что на МВФ можно рассчитывать как на кредитора последней инстанции. Страны с дефицитом текущих операций, такие как Соединенные Штаты, считают накопление золотовалютных резервов разновидностью торгового меркантилизма, который препятствует укреплению недооцененных валют. В свою очередь, быстроразвивающиеся экономики сетуют на то, что дефицит текущих операций в США может, в конечном итоге, привести к краху американского доллара, хотя именно данный дефицит и помогает этим странам накапливать те самые нужные им золотовалютные резервы. Это современная версия парадокса Триффина – страна, производящая главную резервную валюту, вынуждена допускать дефицит платежного баланса для обеспечения ликвидности на мировом уровне. В конце концов, этот дефицит обесценивает данную валюту как стабильный международный резерв.

Между тем начатые по рекомендации Китая дебаты по поводу альтернатив американскому доллару, включая повышение роли специального права заимствования (SDR, международного резервного актива, основанного на корзине из пяти главных национальных валют, создаваемого МВФ в качестве дополнения к золотовалютным резервам), ни к чему не приводят. Главная причина в том, что Вашингтон не заинтересован в каких-либо решениях, способных подорвать центральную роль доллара. Также маловероятно, что китайский юань сможет в ближайшем будущем прийти на смену доллару в качестве главной резервной валюты, поскольку для этого Пекину придется ввести плавающий курс юаня, снизить контроль над перемещением капитала, осуществить либерализацию внутренних рынков капитала и создать рынки суверенного долга, деноминированного в юанях. Это долговременный процесс, который может представлять угрозу политической и экономической стабильности КНР в краткосрочной перспективе.

Кроме того, производители энергии сопротивляются политике, направленной на стабилизацию непредсказуемых цен с помощью диверсификации источников энергоносителей. Экспортеры, особенно Россия, продолжают использовать угрозы перекрыть поставки природного газа в качестве главного внешнеполитического оружия против соседних стран. Со своей стороны, потребители энергии сопротивляются введению налога на выброс углерода в атмосферу, который мог бы уменьшить их зависимость от ископаемого топлива. Аналогичная напряженность возникает из-за резкого роста цен на продовольствие и прочее сырье. Конфликты, связанные с решением этих проблем, вспыхивают в эпоху сильной экономической обеспокоенности, когда ни одна страна или группа стран не обладает достаточным влиянием, чтобы предложить по-настоящему международный подход к их разрешению.

С 1945 по 1990 гг. мировой баланс сил определялся относительной разницей в военных возможностях. Не рыночные инновации и не культурная динамика усиливали советский блок в рамках биполярной системы международных отношений, а грубая военная сила. Сегодня ключевое значение Китая и других формирующихся держав для будущего мировой экономики, а не количество китайцев «под ружьем» и не численность их вооружений, делает их выбор крайне важным для будущего Соединенных Штатов.

В этом суть дилеммы большого нуля. Фраза «коллективная безопасность» сразу же вызывает ассоциации с НАТО и ролью этой организации в обеспечении мира и безопасности в Европе. Но, как убедительно демонстрирует кризис еврозоны, коллективной экономической безопасности в глобальной экономике не существует. Если раньше интересы европейских стран сближались на основе предположения, что страны юга Европы защищены от риска дефолта, и государства Восточной Европы выстраивались в очередь, чтобы присоединиться к зоне евро, то теперь они опасаются подхватить «вирус» внутри европейского дома, который может в один прекрасный день привести к развалу всей еврозоны.

За пределами Европы, будь то рыночная демократия, подобная Соединенным Штатам, или авторитарное капиталистическое государство, как Китай, любые политики, прежде всего беспокоятся и переживают по поводу роста национальной экономики и создания рабочих мест. Что же касается стремления поддержать мировую экономику, то это для всех второстепенный приоритет. Больше не существует вашингтонского консенсуса, но не возникнет и пекинский консенсус, потому что государственный капитализм китайского образца призван удовлетворять уникальные потребности Китая. Это тот редкий продукт, в экспорте которого КНР не заинтересована.

Поскольку каждое правительство должно работать над укреплением внутренней безопасности и процветания, которое соответствовало бы уникальным политическим, экономическим, географическим, культурным и историческим особенностям данной конкретной страны, государственный капитализм – это система, которая должна быть уникальной для каждой практикующей ее страны. Вот почему, несмотря на обязательства «избегать прошлых ошибок», зафиксированные в совместных коммюнике «Большой двадцатки», протекционизм живет и здравствует. Вот почему процесс создания новой международной финансовой архитектуры вряд ли приведет к появлению новой структуры, соответствующей нормам и правилам, вызывающим всеобщее доверие. И именно поэтому эпоха «Большого нуля» скорее породит затяжной конфликт, чем что-то, отдаленно напоминающее новое Бреттон-Вудское соглашение.

Нуриэль Рубини – профессор экономики на факультете бизнеса имени Стерна в Нью-Йоркском университете, председатель совета директоров компании Roubini Global Economics и соавтор книги «Кризисная экономика».

Иэн Бреммер – президент Группы «Евразия», консалтинговой компании, оценивающей политические риски, и автор книги «Конец свободного рынка».

Мирное сосуществование XXI века

Закат вульгарного мультикультурализма как возрождение культуры модерна

Резюме: Мультикультурализм появился лишь как исторический эпизод, как проявление кратковременной «обратной волны», завершающей цикл индустриальной модернизации. Эта волна была вызвана внешними по отношению к культуре импульсами, сила которых ныне слабеет. Необходима новая модель.

Критика мультикультурализма становится модной политической тенденцией в Европе, но вызывает разноречивые отклики в России. При этом само значение этого понятия не вполне прояснено, дискуссии же носят исключительно политический характер. В данной статье я излагаю свою гипотезу о том, что ослабление позиций сугубо традиционалистской идеологии, выраженной в концепции вульгарного (упрощенного, выхолощенного) мультикультурализма, обусловлено фундаментальными историческими тенденциями – приливами и отливами модернизации.

Концепция «обратной волны»

В 1990-е гг. Самьюэл Хантингтон предложил модель глобального распространения демократизации, в которой использовал образ морских приливов и отливов. Он ввел в научный оборот понятие «обратной волны» (rеverse wave) демократизации, обосновав почти неизбежные, но временные отступления ранней демократии под напором традиционных и более укорененных в жизни народов недемократических режимов. Концепция «обратной волны» хорошо объясняет не только трудный и извилистый путь демократизации, но и более широкий круг процессов, объединяемых понятием «модернизация». Эта концепция позволяет лучше понять и природу одного из парадоксов глобализации.

Речь идет об одновременном проявлении с конца XX века двух, казалось бы, взаимоисключающих тенденций. С одной стороны, рост взаимосвязи стран мира и определенная стандартизация их культур. С другой – нарастание культурной дифференциации и дезинтеграции, связанное с феноменом так называемого «этнического и религиозного возрождения». Рост традиционных групповых форм идентичности (этнической, религиозной, расовой) стал активно проявляться с конца 1960-х и усилился в 1980–1990-х годах. Эта тенденция охватила большинство стран мира, что и обусловило глобальный кризис модерна, затянувшийся почти на полвека. Глубокой эрозии подверглись в это время основополагающие ценности культуры модерна, прежде всего ценности индивидуальной свободы, рационального сознания и прав человека. Эти процессы сопровождались обострением конфликтов между этническими и религиозными группами не только в постколониальных странах с незавершенной национальной консолидацией общества, но и в давно сложившихся государствах-нациях Европы и в США.

Чаще всего отмеченный парадокс глобализации объясняют естественным сопротивлением незападных культур модернизационным переменам, процессам стандартизации и унификации человеческой деятельности. Но основным фактором, подтолкнувшим волну традиционализма, стали, вероятнее всего, внешние по отношению к культуре импульсы, а именно – совокупность радикальных перемен в экономической, интеллектуальной и политической жизни мира, произошедших в конце 1960-х – начале 1970-х годов.

Экономические перемены. Начала радикально меняться глобальная экономическая стратегия, обусловившая в немалой мере и изменения в культурной политике. С конца 1960-х гг. стремление к сокращению издержек на рабочую силу, затрат на развитие социальной инфраструктуры, на обеспечение экологической безопасности и других требований индустриального и демократического общества стимулировали вывоз капитала и перенос промышленных мощностей из развитого мира в развивающийся. Эта стратегия побуждала корпорации приспосабливать как индустриальные технологии, так и управленческие идеологии к культурным особенностям соответствующих стран. Простота применения новых технологий сделала их доступными для использования в разных культурных и социальных условиях. Внедрение этих технологий не потребовало столь значительных изменений в традиционной культуре, какие произошли в предшествующие эпохи при появлении первых гидравлических и паровых машин, а затем и механизмов на дизельной и электрической тяге. Поэтому вместо прежних западных стратегий слома традиционных культур возникала политика адаптации западной экономики к традиционным культурам.

Она проводилась и в самих западных странах в связи с массовой заменой местной рабочей силы на более дешевую, рекрутируемую из среды иммигрантов. Эта новая стратегия не только уменьшила стандартизирующие функции индустриализации по отношению к традиционным культурам, но и стимулировала рост традиционализма, легитимировала его. Бизнес перестал играть роль основного защитника и проводника модернизации и идей культурного универсализма, что, в свою очередь, повлияло на развитие мирового интеллектуального климата в последней трети XX века.

Изменение общественных настроений. Господствовавшая с XIX века идея модернизации как универсального прогресса подверглась в конце 1960-х и в 1970-х гг. сокрушительной критике. В этот период (времена деколонизации) модернизацию все чаще стали называть «насильственным цивилизаторством и орудием колониализма», а также «имплицитным тоталитаризмом». Левый европейский постмодернизм в лице Ролана Барта, Мишеля Фуко, Жиля Делеза, Герберта Маркузе и ряда других философов-шестидесятников буквально бомбардировал классическую теорию модернизации упреками в антигуманизме и подавлении прав народов на культурную самобытность.

Одним из поводов для сокрушительной критики модернизации послужили проблемы (реальные и мнимые) в ряде стран «третьего мира», подвергшихся модернизации в значительной мере под давлением внешних сил. В некоторых из этих государств, прежде всего африканских, она сопровождалась разрушением традиционных институтов и жизненных укладов, повлекших рост социальной дезорганизации.

Однако в те годы еще рано было оценивать результаты индустриальной модернизации, позитивные последствия которой проявились лишь к началу нового века. Только ныне они стали заметными как раз там, где процесс оказался наиболее полным и последовательным. Например, ряд стран преодолели или существенно смягчили основное бедствие африканского континента – высокую детскую смертность. В период с 1995 по 2007 гг. Бенин, Ботсвана, Намибия, Нигер, Лесото, Маврикий, Мали, Мадагаскар, Сейшелы, Сенегал и некоторые другие (всего около 25% африканских государств) сумели обеспечить сокращение детской смертности в среднем на 18%. Здесь же сложились и сравнительно стабильные демократические режимы, достигнут 15-процентный совокупный рост доходов на душу населения. В большинстве же из 24 автократических государств континента, элиты которых боролись не столько с накопившимися веками внутренними проблемами, сколько с так называемым «экспортом модернизации», с 1995 г. наблюдается отрицательная динамика экономических и социальных показателей.

Но все это стало известно лишь в начале XXI века, а в 1970-е гг. большинство западных интеллектуалов демонизировали модернизацию в «третьем мире», описывая ее исключительно как форму колониализма, и одновременно идеализировали подъем национальных движений, возвращение народов к традиционным социальным практикам и образу жизни. Эти идеи были подхвачены в странах Востока, где послужили основой для формирования разнообразных фронтов сопротивления «новым западным крестоносцам». Многие исследователи давно обращают внимание на то, что политическая философия исламского фундаментализма представляет собой коллаж из идей левого европейского постмодернизма и антиглобализма.

Таким образом, в 1960–1970-е гг. западные интеллектуалы оказали существенное влияние на изменение глобальных политических стратегий, подстегнув волну традиционализации. По отношению к модернизации это была «обратная волна», отступление от идеи органического и целенаправленного обновления общества.

От гражданской интеграции к общинному строю

Одним из важных проявлений кризиса культуры модерна стало изменение в 1970-х гг. западных концепций национальной и культурной политики. До этого на протяжении нескольких веков процесс трансформации империй и становления национальных государств сопровождался политикой поощрения культурной однородности. Георг Фридрих Гегель и Франсуа Гизо, Эдуард Тейлор и Алексис де Токвиль, Жан Жорес и Макс Вебер при всех различиях в их политических предпочтениях твердо поддерживали принцип культурной однородности национального государства.

При этом в его истолковании и способах воплощения в жизнь единства не наблюдалось. Различались представления о мере культурной однородности, для одних она выражалась в формуле французской революции: «Одна страна, один народ, один язык», а для других – только в однородности политической и правой культуры при допущении разнообразия этнического и религиозного самосознания. В последнем случае можно было говорить о переходе страны от политики культурной ассимиляции к политике интеграции разных культур в единую гражданскую общность. Со временем идея национально-гражданской интеграции вытеснила доктрину культурной ассимиляции и после Второй мировой войны стала на Западе основой национально-культурной политики.

Культурная ассимиляция в XVIII–XIX веках достигалась преимущественно за счет навязывания населению страны единого языка, насильственного подавления местных или привнесенных языков, жестких запретов на функционирование локальных культур. На совершенно иных основах утверждалась гражданская интеграция. Она базировалась на идее дополнения множества культур единой гражданской и поощрения такой дополнительной культурной однородности косвенными методами. Так, американская политика «плавильного котла» (melting pot) переплавляла культуру иммигрантских групп, используя социально-экономические рычаги, преимущественно систему льгот. Такая политика не запрещала национальные культуры в быту и вместе с тем поощряла освоение иммигрантами единых гражданских норм на основе усвоения ими английского языка, а также совокупных норм культуры так называемого «белого протестантского большинства». Эта политика показала, что гражданская культура развивается не вместо национальных культур, а вместе с ними.

С конца 1940-х гг. политика «плавильного котла» и гражданской интеграции (в различных модификациях) стала доминирующей в Соединенных Штатах и в Европе. Однако уже в 1960-х гг. под давлением постмодернизма такая политика постепенно стала все более негативно восприниматься западным общественным мнением, которое тогда не умело отличить насильственную ассимиляцию от добровольной гражданской интеграции. Кроме того, интеграция тогда была еще непоследовательной и неполной, например, в США она ограничивалась расовой сегрегацией. Эти ограничения должны были быть сняты, однако вместо совершенствования интеграционной политики ее просто отбросили. Такое часто бывало в истории.

С 1970-х гг. началось победное шествие другой концепции, «мультикультурализма», отказавшейся от идеи гражданской интеграции и направленной на поощрение группового культурного разнообразия и простого соседства общин в рамках единого государства. В 1971 г. принципы мультикультурализма были включены в Конституцию Канады, в 1973 г. ее примеру последовала Австралия, в 1975 г. – Швеция. С начала 1980-х гг. эти принципы вошли в политическую практику большинства стран Запада и стали нормой, своего рода кредо для международных организаций.

Почти четыре десятилетия наблюдения за последствиями внедрения в жизнь этой политической доктрины дают основания для вывода о том, что она, решая одни проблемы, например, обеспечивая привыкание людей к неизбежному и растущему в современном мире культурному разнообразию, порождает другие, усиливая межобщинный раскол общества и провоцируя межгрупповые конфликты. Однако значительные сложности в оценке последствий этого феномена проявляются не только в силу этой двойственности.

Мультикультурализм и его трактовки

Мультикультурализм до сих пор является одним из наиболее расплывчатых терминов политического лексикона, означающим лишь то, что в него вкладывает каждый говорящий. Защитники мультикультурализма рассматривают его как характеристику современного общества, представленного многообразием культур, и как сугубо культурологический принцип, заключающийся в том, что люди разной этничности, религии, расы должны научиться жить бок о бок друг с другом, не отказываясь от своего культурного своеобразия. Такой подход, как правило, не встречает возражений среди серьезных европейских политиков. Они выступают против других сторон мультикультурализма, рассматривая его сквозь призму государственной политики.

Поскольку сторонники и противники мультикультурализма оценивают его с различных позиций, то порой дискуссии на эту тему превращаются в сплошное недоразумение, как если бы люди серьезно спорили о том, шел дождь или студент? Примерно такая коллизия возникла при обсуждении политических заявлений, сделанных в конце 2010 – начале 2011 г. лидерами трех стран – Германии, Великобритании и Франции – по поводу «провала» политики мультикультурализма.

О чем шла речь? Ни один из трех лидеров не подверг сомнению саму необходимость мирного сожительства представителей разных культур в одном государстве. Все они использовали слово «провал», оценивая мультикультурализм исключительно как особую политическую стратегию, т. е. говоря об ошибочном, неверно выбранном государственными деятелями, принципе организации взаимодействия разных этнических, расовых и религиозных общин в единой стране. По сути, три европейских политика говорили только о мультикультурной дезинтеграции.

Первой на эту тему высказалась Ангела Меркель 18 ноября 2010 года. В речи канцлера ФРГ содержалось как признание в качестве общепринятого факта сосуществования в Германии разных культур (по словам Меркель, «ислам уже стал неотъемлемой частью Германии»), так и критика вульгарного мультикультурализма, т.е. такой политической практики, которая привела к раздельному и замкнутому существованию общин в составе одного государства. Именно эту замкнутость («живут бок о бок, но не взаимодействуют») канцлер определила как «абсолютный крах» политики мультикультурализма.

Эту же мысль повторил и британский премьер-министр Дэвид Кэмерон, внеся важное уточнение. Выступая в Мюнхене на международной конференции по безопасности (5 февраля 2011 г.), он подчеркнул, что проблему мультикультурализма составляет не столько специфичность разных религиозных культур, представленных в современной Великобритании, сколько отсутствие у новых британцев единой гражданской, общей британской идентичности. В 2007 г. было проведено социологическое исследование, которые выявило: треть британских мусульман считает, что им ближе мусульмане из других стран, нежели их сограждане-англичане. Эти и другие факты дали Кэмерону основание для вывода о том, что «отсутствие у молодых людей, выходцев из мусульманских стран, других идентичностей, кроме соотнесения себя с общиной, заставляет их придерживаться извращенных интерпретаций ислама и сочувствовать террористам». В целях преодоления культурного раскола общества и установления позитивного плюрализма британский премьер предложил особую либерально-гражданскую концепцию, названную им «мускулистый либерализм». На его взгляд, интеграция произойдет, если люди, принадлежащие к разным культурным сообществам, «освободившись от государственного гнета, обретут общую цель», например, в виде общей гражданской заботы о своей стране как едином доме.

В феврале 2011 г., последним из лидеров стран ЕС, тему мультикультурализма затронул президент Франции Николя Саркози, сам являющийся живым воплощением этого феномена современной Европы. Ведь история рода Саркози – пример переплетения по крайней мере трех традиций: французской, венгерской и еврейской. Понятно, что и претензии к мультикультурализму носят с его стороны не культурологический, а сугубо политический характер. Провал этой стратегии он, как и его коллеги по Евросоюзу, связывает с нарушением принципов гражданской интеграции: «Общество, в котором общины просто сосуществуют рядом друг с другом, нам не нужно, – отметил Саркози 12 февраля 2011 года. Если кто-то приезжает во Францию, то он должен влиться в единое сообщество, являющееся национальным». Напомню, что во Франции уже более двух веков под нацией (национальным сообществом) понимается согражданство и единая гражданская идентичность.

Невольники общин: либеральная критика мультикультурализма

В политических кругах у мультикультурализма есть два вида критиков. Консервативная критика (обозреватели часто называют ее «культурным империализмом» или «новым расизмом») исходит из необходимости замены мультикультурализма монокультурализмом и настаивает на законодательно закрепленном режиме привилегий для доминирующих культурных групп (религиозных и этнических). Апологеты такой позиции (неонацисты в Германии; активисты крайне правой «Английской лиги обороны» в Великобритании или партии Марин Ле Пен во Франции) резко отрицательно оценили выступления нынешних лидеров своих стран, рассматривая их как «беззубые», «пустой пиар», «обман общества» и т.д.

Позиция Меркель, Кэмерона и Саркози ближе к либеральной критике мультикультурализма, которая исходит из того, что сохранение культурного своеобразия является безусловным правом всех граждан. Однако зачастую такое сохранение своеобразия отнюдь не добровольно, оно происходит под давлением общин и вступает в противоречие с правами других людей, с принципом равноправия и с гражданской сущностью современного общества.

Либеральная критика приводит следующие аргументы.

Во-первых, эта политика обеспечивает государственную поддержку не столько культурам, сколько общинам и группам, которые необоснованно берут на себя миссию представительства интересов всего этноса или религии.

Во-вторых, государственное спонсирование общин стимулирует развитие коммунитарной (общинной) идентичности, подавляя индивидуальную. Такая политика закрепляет безраздельную власть общины, группы над индивидом, лишенным возможности выбора.

В-третьих, мультикультурализм искусственно консервирует традиционно-общинные отношения, препятствуя индивидуальной интеграции представителей разных культур в гражданское общество. Во многих странах Европы и в США известны многочисленные случаи, когда люди, утратившие этническую или религиозную идентичность, вынуждены были возвращаться к ней только потому, что правительство спонсирует не культуру, а общины (их школы, клубы, театры, спортивные организации и др.). В России же льготы, предназначенные для «коренных малочисленных народов Севера», вызвали в 1990-е гг. стремительный рост численности таких групп за счет того, что представители иных культур, прежде всего русские, стали причислять себя (разумеется, только по документам) к коренным народам в надежде на получение социальных льгот.

В-четвертых, главным недостатком политики мультикультурализма является то, что она провоцирует сегрегацию, порождая искусственные границы между общинами и формируя своего рода гетто на добровольной основе.

Во многих странах мира возникли замкнутые моноэтнические, монорелигиозные или монорасовые кварталы и учебные заведения. В студенческих столовых возникают столы «только для черных». Появляются «азиатские» общежития или дискотеки для «цветных», вход в которые «белым» практически заказан. В 2002 г. имам небольшого французского города Рубо посчитал недопустимым въезд в этот населенный пункт Мартины Обри, известнейшей политической персоны – мэра города Лилля, бывшего министра труда, впоследствии лидера Социалистической партии и кандидата в президенты Франции. Имам назвал свой городок «мусульманской территорией», на которую распространяется «харам», т.е. запрет для посещения женщины-христианки. Это пример часто встречающейся и парадоксальной ситуации – мультикультурализм на уровне страны оборачивается жесткой сегрегацией на локальном уровне.

Такие же превращения происходят и с иными ценностями, которые в 1970-е гг. лежали в основе самой идеи мультикультурализма. Эта политика, по замыслу ее архитекторов, должна была защищать гуманизм, свободу культурного самовыражения и демократию. Оказалось же, что на практике появление замкнутых поселений и кварталов ведет к возникновению в них альтернативных управленческих институтов, блокирующих деятельность избранных органов власти на уровне города и страны. В таких условиях практически неосуществима защита прав человека. Например, молодые турчанки или пакистанки, привезенные в качестве жен для жителей турецких кварталов Берлина или пакистанских кварталов Лондона, оказываются менее свободными и защищенными, чем на родине. Там от чрезмерного произвола мужа, свекра или свекрови их могла защитить родня. В европейских же городах этих молодых женщин зачастую не спасают ни родственники, ни закон. Карикатурный мультикультурализм, из которого выхолощены ценности гуманизма, способствует возрождению таких архаических черт традиционной культуры, которые уже забыты на родине иммигрантов.

В ряде исламских стран женщины становились не только членами парламента, судьями, министрами, но и главами правительств (Беназир Бхутто в Пакистане, Тансу Чиллер в Турции). А в исламских кварталах европейских городов турецкую, арабскую или пакистанскую женщину могут убить за любое неподчинение в семье мужчине, за подозрение в супружеской неверности, за не надетый платок. Правда, и в Германии турчанка Айгёль Озкан стала министром земельного правительства Нижняя Саксония (апрель 2010 года). Однако как раз она представляет ту, пока небольшую, часть иммигрантов, которая сумела вырваться из локальной общины и индивидуально интегрироваться в немецкое гражданское сообщество.

В замкнутых же исламских кварталах Берлина, Лондона или Парижа молодежь имеет значительно меньшие возможности социализации и адаптации, чем их сверстники, живущие вне добровольных гетто. Уже поэтому невольники общин заведомо не конкурентоспособны на общем уровне страны. К началу 2000-х гг. в Берлине лишь каждый двенадцатый турецкий школьник сдавал экзамены за полный курс средней школы, тогда как из числа немецких школьников такие экзамены сдавал каждый третий выпускник. Понятно, что и безработица затрагивает молодых турок в значительно большей степени, чем немцев. В 2006 г. 47% турчанок в возрасте до 25 лет и 23% молодых турок являлись безработными и жили за счет социальных пособий. При этом сама возможность получения пособий почти без ограничений по времени не стимулирует иммигрантов к интеграции в принимающее сообщество. Более того, социологические исследования показывают, что турецкая молодежь в Германии демонстрирует меньшее стремление к интеграции, чем турки старшего поколения. Вот это и есть реальное выражение краха политики мультикультурализма, точнее – политики культурной дезинтеграции.

Концепция «культурной свободы»: контуры политики нового века

Накапливается все больше доказательств того, что мультикультурализм появился лишь как исторический эпизод, как проявление кратковременной «обратной волны», завершающей цикл индустриальной модернизации. Эта волна была вызвана внешними по отношению к культуре импульсами, сила которых ныне слабеет.

Экономика. В 1970-е гг. мировое разделение труда определялось потребностью экономики в снижении издержек на рабочую силу, при этом ее качество, квалификация работников имели тогда меньшее значение, чем обилие и дешевизна трудовых ресурсов. Индустриальная экономика сама упрощала технологии, адаптируя их к социальным и культурным стандартам, сложившимся в данной местности. Новая же постиндустриальная экономика высоких технологий значительно менее пригодна для адаптации к локальным традиционным культурам. Сама сущность «высокой технологии» исключает возможность ее упрощения, поэтому она более требовательна к качеству трудовых ресурсов, оцениваемому по универсальным и стандартизированным критериям.

Это обстоятельство уже сейчас меняет характер мирового разделения труда. В странах «глобального Севера» уменьшается спрос на рабочую силу низкой квалификации. Большинство этих государств своей миграционной политикой поощряет приток только высококвалифицированных специалистов. Изменяется и отношение к вывозу капитала. Эксперты отмечают, что ныне американские фирмы предпочитают размещать производства первой стадии (высококвалифицированный умственный труд и опытное производство) у себя дома, второй стадии (производство элементов, требующих квалифицированного ручного труда) – в регионах, отличающихся высоким качеством технической культуры и долгой традицией квалифицированного индустриального труда (например, в Шотландии). Наконец, производства третьей стадии, требующие рутинной, трудоемкой, малоквалифицированной деятельности (скажем, изготовление элементов электронных изделий и сборка) – в таких странах, как Китай (Гонконг), Филиппины, Индонезия.

Странам, сохраняющим значительные пласты традиционной культуры, присущей неурбанизированным обществам, в современном разделении труда достаются лишь трудоемкие производства, требующие рутинного и малоквалифицированного труда. По мере того как эти государства или некоторые из них будут втягиваться в развитие собственного постиндустриального производства, им придется существенно изменять сложившийся в стране культурный климат. Экономика вновь воспроизводит креативную функцию по отношению к традиционной культуре, которую она частично утратила в эпоху ее адаптации к локальным традициям.

Политика. Индустриальная фаза модернизации могла осуществляться при разных политических режимах: демократических, авторитарных и тоталитарных. На постиндустриальном этапе модернизации возрастают требования к индивидуальной активности и творчеству работника. А это, в свою очередь, требует сравнительно радикальных изменений в обществе. Экономическая модернизация рано или поздно подталкивает модернизацию социально-политическую. Не случайно переход ряда стран Азии (прежде всего, Японии и Южной Кореи) к инновационному этапу модернизации сопровождался процессом их демократизации. Аналогичные процессы происходили в Латинской Америке (например, в Бразилии), а еще раньше – в странах Южной Европы (Испания, Португалия и Греция). Да и в России политический истеблишмент все яснее осознает, что экономические успехи будут все больше зависеть от «честных выборов». А факт того, что они уже и сегодня невозможны без справедливого суда, осознан уже давно.

Культурное развитие. Волна традиционализма в немалой мере породила архаичную политику мультикультурализма, возродившую и усилившую разобщенность. Ныне этот факт признается не только большинством экспертов, но и политическими кругами. В «Белой книге по межкультурному диалогу», выпущенной Советом Европы (2009), равно негативно оценены как концепция «культурной ассимиляции», так и «мультикультурализма» в его нынешнем виде. Международные организации и практически все демократические страны перешли к новой стратегии.

Во-первых, это поощрение интеграции иммигрантских групп в принимающее сообщество с использованием системы льгот и санкций. Во-вторых, «разделение сфер культуры». В публичной сфере поощряется культурная однородность, основанная на принятии единых формальных норм, контролируемых гражданским обществом. В приватной же области, также как и в духовной жизни, гарантируется возможность культурного разнообразия. Например, место для отправления специфических культов – это храм, тогда как улица – сфера общего светского пользования. Исходя из такого подхода, Саркози заявляет: «Мы не хотим, чтобы во Франции устраивали показательные уличные молитвы, но мечети – это нормально». Предполагается, что такая компромиссная модель позволяет обеспечить соблюдение прав человека вне зависимости от его культурных особенностей при сохранении разнообразия мультикультурного общества.

Модель «разделения сфер культуры», несомненно, отражает назревшие изменения общественных настроений, хотя и остается теоретически весьма несовершенной. В реальной жизни невозможно провести демаркационную линию между приватной и публичной жизнью. Например, воспитание детей в семье, казалось бы, относится к сугубо приватной сфере. Тогда как же оценить принятые в ряде европейских стран запреты на использование физических наказаний при воспитании детей? Таким же фактическим вторжением в личную жизнь являются законы, обязывающие родителей выплачивать алименты на поддержание детей при разводах. Да и сами защитники интересов той или иной культурной группы в приватной сфере неизбежно апеллируют к публичности. Само существование этнических или религиозных общин сегодня невозможно без общественных собраний, собственных изданий, системы просвещения и другой публичности.

Несомненно, новая концепция чрезвычайно противоречива. Вместе с тем, такая противоречивость характерна для большинства принципов, на которых держится современное политическое устройство государства-нации. Так права человека могут вступать в противоречие с принципом защиты национальной безопасности. И в случае роста угроз в любой стране вводятся ограничения прав человека, начиная с личного досмотра в аэропортах и заканчивая – в крайних случаях – установлением режима чрезвычайного положения. На практике противоречия между базовыми принципами политики всегда разрешаются за счет установления системы приоритетов. Они действовали во все времена и во всех сферах общественной жизни, в том числе и в национально-культурной.

Даже в период расцвета политика мультикультурализма имела ограничения. Так, ни одна европейская страна, допустившая на свою территорию ислам, не разрешала многоженства, принятого в мусульманской традиции, вначале потому, что этот принцип был способен разрушить всю систему европейского семейно-имущественного права, созданного для моногамной семьи. Затем этот принцип отвергался как безусловно дискриминационный по отношению к женщине. Ныне, в связи с ростом критики мультикультурализма, общегражданские нормы становятся еще более приоритетными по сравнению с нормами групповыми.

В мире не прекращаются поиски новых стратегий культурной политики. Одним из наиболее перспективных направлений является модель «индивидуальной свободы и культурного выбора», базовые принципы которой изложил Амартия Сен – известный мыслитель и ученый, лауреат Нобелевской премии по экономике. Главная его идея состоит в постепенном ослаблении групповых форм идентификации и переходе к индивидуальному выбору. «Культурная свобода, – объясняет Сен, – это предоставление индивидам права жить и существовать в соответствии с собственным выбором, имея реальную возможность оценить другие варианты». Амартия Сен подчеркивает, что «множество существующих в мире несправедливостей сохраняется и процветает как раз потому, что они превращают своих жертв в союзников, лишая их возможности выбрать другую жизнь, и даже препятствуют тому, чтобы они узнали о существовании этой другой жизни». Вот и этнические, религиозные и другие групповые культурные традиции по большей части не добровольны, они «аскриптивны», т.е. предписаны индивиду от рождения. Поэтому основная цель политики поощрения культурной свободы состоит в ослаблении этой предопределенности, в развитии индивидуального мультикультурализма.

Концепция «культурной свободы» была с энтузиазмом встречена многими специалистами в области изучения культурной политики. Однако она пока не стала нормой и в западных странах. Что касается возможности ее применения в российских условиях, то это представляется крайне маловероятным в обозримой перспективе. И вовсе не потому, что этому будет препятствовать российский народ. Наиболее труднопроходимым для инноваций слоем культурной почвы является тот, который принято называть «российской элитой».

Россия: возможно ли продвижение к мультикультурной интеграции?

На февральском (2011) заседании Госсовета России, обсуждавшем проблемы межнационального общения, президент Дмитрий Медведев попытался реабилитировать слово «мультикультурализм», заметив, что новомодные лозунги о его провале неприменимы к России. На мой взгляд, такая оценка – результат недоразумения, «эффекта Журдена», не знавшего, что он тоже говорит прозой. Дело в том, что российский лидер сам неоднократно критиковал те же стороны мультикультурализма, что и его европейские коллеги. Особенно часто он это делал, говоря о ситуации на Северном Кавказе, где мультикультурная дезинтеграция чрезвычайно ярко проявляется в клановости, в этническом сепаратизме и в религиозном радикализме. Все это порождает почти непреодолимые преграды для управляемости региона, формирует беспрецедентную волну терроризма, не говоря уже о проблемах модернизации этой территории. Президент России, как и европейские лидеры, неоднократно связывал проблему преодоления такой раздробленности с гражданской интеграцией, которую он определял по-разному. На декабрьском (2010) Госсовете, посвященном взрыву русского национализма, Медведев назвал интеграцию развитием «общероссийского патриотизма», а на февральском Госсовете в Уфе – задачей становления «российской нации».

Российская версия политики мультикультурализма древнее и намного сложнее по своим последствиям, чем европейская. Мультикультурализм как форма поощрения групповой, общинной идентичности был неотъемлемой частью сталинской политики создания национальных республик (союзных и автономных), а также национальных округов и областей. Однако в советское время дезинтеграционные последствия такой политики частично снималась имитационным характером всей системы автономий, за фасадом которой скрывалось единое территориально-партийное управление. Проблема обострилась в постсоветское время, когда местные элиты попытались наполнить реальным содержанием формальный и мнимый суверенитет своих республик.

Девяностые годы прошли под знаком мобилизации представителей так называемых титульных национальностей в республиках России, поднимаемых местными элитами на борьбу за суверенитет. В ряде случаев такая мобилизация приводила к открытым вооруженным столкновениям больших групп населения с федеральной властью, как это было в Чеченской Республике. В 2000-е гг. ситуация изменилась, ее фокусом стали другие проблемы, а именно: отторжение иноэтнических мигрантов принимающим сообществом, прежде всего жителями крупнейших городов России.

Эта проблема породила столкновения между разными группами населения, вроде того, что произошло в Кондопоге в 2006 году. Вместе с тем, этнополитическая ситуация в России стала напоминать проблематику стран «глобального Севера». Это, казалось бы, позволяет в большей мере использовать зарубежные концепции и практики культурной, миграционной и этнической политики. Однако в реальности возможность прямой имплементации позитивных концепций и практик весьма ограничена.

Проблема объекта политики. На Западе ксенофобия принимающих сообществ направлена в основном на иммигрантов, т.е. иностранных граждан, прибывших из-за рубежа. В России же основным объектом ксенофобии выступают внутренние мигранты, граждане Российской Федерации, жители республик Северного Кавказа. Уже одно это показывает, что применяемая на Западе политика ослабления миграционных проблем за счет ограничений въезда иностранных граждан и изменений условий предоставления им гражданства или вида на жительство не может быть использована в качестве инструмента решения межэтнической и религиозной напряженности в России.

Проблема раздробленности политического менеджмента в сфере миграционной и этнической политики. В странах Европейского союза направленность развития законодательства и политических практик в сфере регулирования миграции, защиты прав человека и обеспечения прав национальных меньшинств взаимоувязаны как институционально (входят в единый блок управления), так и идеологически (опираются на единые ценности). В России же нет не только единого идеологического основания для интеграционной политики, но разорваны и само управление, и законодательные практики. Так, миграционная политика в 2000-х гг. претерпела изменения. Этническая же («национальная») политика России застыла в том положении, в каком она сформировалась в 1990-е годы. Концепция государственной национальной политики, принятая в 1996 г., не пересматривается. В 2000–2010 гг. законодательная активность Государственной думы в сфере этнической («национальной») политики была парализована, а министерство, которое в 1990-е гг. под разными названиями отвечало за проведение такой политики, ликвидировано.

Проблема фундаментальных особенностей функционирования государственной власти. На Западе основные новации в сфере этнической и миграционной политики формируются политическими партиями и институтами гражданского общества, проходят общественное обсуждение, затем принимаются и кодифицируются законодательной властью, становясь нормой для власти исполнительной. В России же принципиально иной способ формирования политики во всех сферах жизни. Ее принципы и нормы создаются исполнительной властью и затем одобряются партиями, представленными в Федеральном собрании. При таком способе функционирования политики участие экспертного сообщества и широкой общественности в ее выработке и реализации весьма ограничено, а возможность принятия контрпродуктивных политических решений, напротив, чрезвычайно велика. Кроме того, партии, отчужденные от реального участия в выработке политики и не обремененные ответственностью за ее проведение, склонны к популизму. Не случайно практически все партии, представленные в Государственной думе, эксплуатируют этнофобии и мигрантофобии, тогда как в крупнейших странах Евросоюза такие партии либо не попадают в парламент (как в Германии и Великобритании), либо находятся там в меньшинстве, как во Франции. Россия в числе европейских лидеров и по уровню массовой мигрантофобии, хотя и не опережает такие страны ЕС, как Венгрия, Латвия, Греция и Португалия.

В странах Европейского союза основным механизмом реализации этнокультурной и миграционной политики выступает взаимодействие органов исполнительной власти с институтами гражданского общества. Такое взаимодействие делает участие граждан в политике непрерывным, не ограниченным только временем очередных выборов. В России же институты гражданского общества крайне слабы. Более того, наша страна, судя по материалам международных исследований, отличается от 28 стран ЕС самым низким уровнем ценности гражданской солидарности и взаимного («горизонтального») доверия. При этом подстегнуть процесс гражданской интеграции одними лишь информационными манипуляциями по развитию «общероссийского патриотизма» не удастся. Все это делает маловероятной активизацию процесса гражданской интеграции в нашей стране в ближайшие годы.

И все же я верю, что движение России от мультикультурного раскола к мультикультурной интеграции стратегически неизбежно. Наша страна вступила на путь инновационной модернизации, и это не лозунг очередного лидера, а жизненная необходимость для государства с великой историей и великой культурой. Сама же инновационная экономика настолько же неизбежно требует модернизации политико-правовой и социально-культурной, насколько вдох требует выдоха.

Э.А. Паин – доктор политических наук, профессор Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики, генеральный директор Центра этнополитических исследований.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 19 апреля 2011 > № 739745 Эмиль Паин

Реконструкция девяти из 12 аэропортов городов Бразилии, которые в 2014 году примут матчи чемпионата мира по футболу, скорее всего, не будет завершена к началу соревнований, сообщает Agencia Brasil со ссылкой на отчет Института прикладных экономических исследований (IPEA).

В отчете говорится, что, учитывая среднее время для реализации проекта, лицензирования и начала работы, "увеличение терминалов большинства аэропортов, скорее всего, не будет завершено к началу чемпионата мира 2014 года".

Срок работ по модернизации транспортной инфраструктуры, согласно исследованиям IPEA, составляет в среднем 92 месяца. Ситуация в настоящее время такова, что в семи аэропортах: в Манаусе, Форталезе, Бразилии, Гуарульюсе (Сан-Паулу), Сальвадоре, Кампинасе и Куябе - работа находится только на стадии подготовки проекта, что означает завершение реконструкции в 2017 году.

В аэропортах Конфинса и Порту-Алегри проекты реконструкции уже приняты, и здесь работы завершатся через 6,5 лет.

Таким образом, к 2014 году полностью готовы будут только три аэропорта, которые не нуждаются в серьезной перестройке - в Куритибе и Ресифи, а также воздушные ворота Рио-де-Жанейро - аэропорт Галеан.

Дожди в регионе Санта Катарина привели к сокращению производства карликовых бананов в марте. Разрушенные водой дороги все еще препятствуют нормальной экспортной деятельности.

Хороший урожай, тем не менее, предрекают «серебряному» банану (banana prata/silver banana), чему способствует теплая и влажная погода. Неустойчивый характер производства, вероятно, сохранит цены привлекательными для производителей.

Специалисты Центра передовых исследований прикладной экономики (CEPEA, Бразилия) уверяют, что с сокращением осадков и понижением температуры в апреле можно ожидать роста производства бананов как в Санта Катарине, так и в долине Рибейра.

Ожидается, что мягкие температуры в сочетании с необходимым уровнем ирригации приведут к росту качества продукта в регионах Минас Жераис и Бом-Жезус-да-Лапа.

Стоит отметить, что бόльшая часть банановой продукции выращивается на севере страны.

Аргентина сдает позиции на рынке яблок и груш

Между тем, как Аргентина продолжает занимать лидирующие позиции на мировом экспортном рынке груш и яблок, специалисты организации SENASA прогнозируют спад. В период с 1996 по 2010 производство яблок и груш в стране, в частности, в регионе Патагония, немного упало, - пишет Fructidor.com.

Кроме того, нарастает конкуренция со стороны таких поставщиков, как Южная Африка, Новая Зеландия и Чили. Экспортные поставки в последнее время упали практически по всем традиционным направлениям, кроме Бразилии. На новых же рынках позиции перетаскивают более сильные игроки, как, например, произошло в России, где благодаря более высокому качеству и низким ценам Чили составила серьезную конкуренцию Аргентине.

Испанский кораблестроительный гигант Navantia на прошедшей выставке вооружений LAAD-2011 предложил ВМС Бразилии фрегаты класса F-100 Álvaro de Bazan, оснащенных многофункциональной боевой системой AEGIS.

По сведениям из многих источников, Navantia получила разрешение от США на экспортную поставку системы AEGIS, если победит в тендере по поставке 11 боевых кораблей для ВМС Бразилии. Если эта информация официально будет подтверждена, то испанская компания получит значительное преимущество над своими конкурентами, так как считается, что данная американская боевая система является «вершиной» интеграции корабельного оружия. AEGIS может управлять оружием классов «корабль-воздух» и «корабль-поверхность».

В тендере участвуют шесть стран – Германия, Южная Корея, Испания, Франция, Италия и Великобритания. Общая стоимость закупки 11 фрегатов составляет 3,1 млрд евро. По условиям тендера, Бразилия должна получить технологии и построить часть кораблей на своих верфях.

Решение ЮАР о присоединении к странам-членам BRIC (теперь уже BRICS) – Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР почти никого не удивляет. Стратегически членство в организации открывает перед Южной Африкой новые перспективы на африканском континенте.

Южная Африка - сильная развивающаяся экономика, пожалуй, самая сильная и независимая во всей Африке. Это одна из семи наиболее быстро развивающихся мировых экономик. С вступлением ЮАР в организацию BRICS, влияние самой организации впервые распространится на четыре континента.

Встреча BRICS в Китае, где президент Южной Африки был одним из самых почетных членов, говорит о том, что страны с перспективными экономиками трезво оценивают потенциал ЮАР как страны, имеющей перспективы глобального роста.

Членство Южной Африки в BRICS даст африканским компаниям - особенно в высоких технологических секторах роста, таких как защита и космос - доступ к новой экономии за счет роста производства. Членство в BRICS откроет для страны новые двери в технологию, инвестиции и рынки.

Кроме того у Южной Африки появляется огромный потенциал для сотрудничества, разносторонней помощи в развитии экономических систем соседних стран и стимулирования региональной экономической интеграции.

Новыми преимуществами, которые дает ЮАР вступление в BRICS, смогут воспользоваться и фирмы средней капитализации. Таких фирм достаточно много внутри страны и им есть, что предложить для экономической интеграции всей Африки.

А вот если вам нужна работа в Киеве, то один популярный интернет-портал предлагает всем желающим ознакомиться со списокм актуальных вакансий. Если у кого-то есть желание переехать в столицу Украины, то стоит позаботиться о собственном трудоустройстве. Следите за вакансиями и вовремя выбирайте нужную.

Министерство обороны России наращивает количество закупаемых военных вертолетов. В настоящее время основной производитель вертолетов ОАО «Роствертол» выпускает большое количество вертолетов для ВВС России, тогда как раньше компания занималась большей частью экспортными поставками.

Продолжается выпуск ударных вертолетов Ми-28 на заводе в Ростове-на-Дону. К 2015 году планируется начало производство новой версии Ми-28НМ, сообщил Aviation Week генеральный директор ОАО «Роствертол» Борис Слюсарь. 8 апреля совершил первый полет 34-й по счету (верхнее фото) серийный вертолет Ми-28Н, кроме того, ранее были произведены 7 предсерийных и два опытных вертолета Ми-28. Таким образом, общее количество произведенных машин этого типа составило 43 единицы.

По словам Слюсаря, на завершающей стадии производства находятся три тяжелых транспортных вертолета Ми-26Т для ВВС России (нижнее фото). Компания ведет разработку новой версии Ми-26Т2, которая участвует в индийском тендере по закупке 15 тяжелых вертолетов. Эта версия имеет «стеклянную» кабину и новую авионику, чем достигнута значительная унификация с вертолетом Ми-28. Компания надеется привлечь внимание военных к этой машине, поскольку ВВС пока заказывают вертолеты базовой версии Ми-26Т.

Представители «Роствертола» говорят, что на прошлой неделе индийские чиновники посетили объекты компании и наблюдали за испытаниями прототипа Ми-26Т2. Компания планирует провести необходимые изменения, чтобы заинтересовать и коммерческих клиентов, все испытания гражданской версии будут выполнены в течение двух лет.

Ударный вертолет Ми-28НМ является частью обширной модернизации ВВС. В этом году ВВС планируют получить около 100 новых вертолетов, в их числе боевые Ми-28 и Ка-52, транспортные Ми-8 и легкие тренировочные «Ансат».

«Роствертол» ведет сборку первой партии боевых вертолетов Ми-35М в количестве шести машин для ВВС России. Эти вертолеты станут дополнением к Ми-28, ранее выбранного министерством обороны как основной боевой вертолет ВВС. Ми-35М является дальнейшим развитием вертолета Ми-24 и предназначался исключительно для экспорта. Главное преимущество машины состоит в том, что на ней применены новейшие технологии Ми-28, в частности, более мощный двигатель ВК-2500 и полностью композитные лопасти несущего и рулевого винтов.

Ми-35М уже добился определенных экспортных успехов. В 2006-2008 годах 10 вертолетов были поставлены Венесуэле, в 2009-2010 годах Бразилия получила первую партию из шести машин (заказано 12 вертолетов). «Роствертол» уже собрал очередные три машины для ВВС Бразилии, но их поставка оказалась в подвешенном состоянии из-за бюджетных ограничений, инициированных правительством этой страны.

По данным холдинга «Вертолеты России», куда входит ОАО «Роствертол», доход компании в 2010 году составил 500 млн долл США. Слюсар не раскрывает количество произведенных в прошлом году машин, но отметил, что рост по сравнению с 2009 годом составил 30%. К 2015 году стоимость выпущенной продукции может составить 1 млрд долл США.

Холдинг «Вертолеты России» был создан в 2007 году и сегодня контролирует все вертолетные заводы в стране. В 2010 году холдинг произвел 214 вертолетов, что на 31 единицу больше, чем в 2009 году. Доход холдинга составил 2,2 млрд долл США, что превышает показатель 2009 года на 42%.

- Завод бразильской компании Embraer, расположенный в китайском Харбине, приступит к производству самолетов бизнес-класса или так называемых бизнес-джетов семейства Legacy. По предварительным данным, такое решение было принято исполнительным директором компании Embraer Фредерико Курадо после визита в Китай президента Бразилии Дилмы Русефф и представительной делегации этой страны.

Отметим, что в самом китайском подразделении Embraer от комментариев на эту тему пока отказываются. Компания Embraer уже успела поставить три бизнес-джета Legacy в КНР. В дальнейшем авиапроизводитель надеется увеличить свою долю на китайском рынке.

В настоящее время отделение Embraer в Поднебесной собирает самолеты ERJ-145. Завод в городе Харбин является совместным предприятием Embraer и госкорпорации Aviation Industry Corporation of China.

Ранее сообщалось, что совместное бразильско-китайское предприятие Harbin Embraer Aircraft Industryт может закрыть свое производство в Харбине. В конце марта 2011 г. бразильская сторона вела переговоры с правительством КНР об открытии на предприятии сборочной линии самолетов семейства E-Jets. У завода остался всего один заказ - на самолет ERJ145 для авиакомпании Tianjin Airlines. Завершение работы по этому заказу планируется весной 2011 г. Затем предприятие остановится, поскольку для выполнения сборки самолетов семейства E-Jets требуется модификация оборудования.

Напомним, что руководство завода должно было договориться с китайскими властями о перестройке производства еще летом 2010 г. Всего Harbin Embraer Aircraft поставила китайским авиакомпаниям 39 из 41 самолета ERJ145, которые были заказаны в течение восьми лет работы компании в Китае. Кроме того, китайским авиаперевозчикам было продано 37 самолетов семейства E-Jets, собранных в Бразилии. Эти лайнеры приобрели такие авиапредприятия, как Tianjin Airlines, Henan Airlines и China Southern Airlines. В портфеле заказов Harbin Embraer Aircraft находятся еще 28 аналогичных машин. В общей сложности Embraer должен поставить заказчикам 65 самолетов E190.

Вступление России во ВТО в 2011 году не единственная цель российских чиновников в сфере международного экономического сотрудничества. Уже в мае 2012 года может завершиться еще одна многолетняя история, и Россия станет членом Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Стране пригодится опыт управления экономиками развитых стран, уверено Минэкономразвития.

Заявку на вступление в ОЭСР Россия подала еще в мае 1996 года, на ее рассмотрение ушло 11 лет. Официальное приглашение присоединиться к организации российские чиновники получили лишь в мае 2007 года. Но, как и в случае с присоединением к ВТО, переговоры затянулись надолго. ОЭСР — одна из ведущих межправительственных экономических организаций, сейчас в нее входит 34 государства. Среди задач объединения — обмен опытом экономической и социальной политики между странами, выработка рекомендаций для правительств, различные аналитические исследования. Членство в ОЭСР не накладывает на страны каких-либо финансовых обязательств, организация не занимается выделением денег ни своим участникам, ни сотрудничающим с ОЭСР странам.

Одновременно с Россией четыре года назад в организацию позвали еще несколько стран — Чили, Эстонию, Словению и Израиль. Все они на данный момент уже являются участницами ОЭСР. Российские же чиновники в 2009 году, получив от экономической организации рекомендацию отменить экспортные пошлины на нефть и нефтепродукты, впали в задумчивость. «Мы один раз уже сделали это по настоянию МВФ в 1995 году, и через три года получили банкротство», — так отреагировал на это предложение замминистра экономического развития Андрей Клепач.

Но с приближением вступления в ВТО чиновники вновь вспомнили и про незавершенные переговоры с ОЭСР. В докладе Мин­экономразвития об основных направлениях деятельности на 2012–2014 годы (копия есть в распоряжении «МН»), подготовленном для правительства, указано, что России по силам стать членом организации уже в мае 2012 года. Доклады о состоянии в России конкуренции, корпоративного управления, страхового сектора, о политике на рынке труда и социальной политике, а также статистика прямых иностранных инвестиций уже переданы в профильные комитеты ОЭСР. Став полноправным членом организации, Россия сможет получить дополнительную возможность прямого доступа к передовым технологиям и опыту управления рыночной экономикой, накопленному развитыми странами за длительный период, объясняют чиновники Мин­экономразвития.

Россия — все еще переходная экономика, и опыт развитых стран, безусловно, будет полезен, говорит профессор кафедры торговой политики Высшей школы экономики Алексей Портанский. Страны, входящие в организацию, имеют доступ к закрытым исследованиям о состоянии экономики, что способствует лучшему пониманию ситуации и возможностей для различных преобразований, говорит он. Кроме того, для России вступление в ОЭСР важно и с точки зрения имиджа, практически на любых международных переговорах принято обращать внимание на историю взаимодействия страны с партнерами, рассказывает Портанский.

Упоминаний о возможной отмене экспортных пошлин в обмен на вступление в ОЭСР в докладе Мин­экономразвития нет. Несколько сотрудников министерства заверили «МН», что этот вопрос даже не обсуждается. На переговорах по вступлению в ВТО Россия выторговала себе сохранение экспортных пошлин на ряд позиций, среди которых нефть, нефтепродукты и газ, напоминает Портанский. Логично, что при вступлении в ОЭСР эти решения останутся неизменными.

Помимо сотрудничества с ОЭСР в планах у Минэкономразвития есть и более экзотические решения. В докладе речь идет о подписании соглашения о кофе с Международной организацией кофе (ICO). Сейчас в рядах ICO 37 стран-участников: 31 экспортер (среди них Бразилия, Кения и Колумбия) и шесть импортеров (Евро­союз, США, Швейцария, Норвегия, Тунис и Турция). Организация существует с 1963 года, а главная ее цель, согласно официальному сайту, «достижение разумного баланса между спросом и предложением на кофе». Спрос на кофе в России последние годы растет. Алена Чечель.

На встрече премьера Украины Николая Азарова и президента Бразили Дилмы Руссеф (Dilma_Rousseff) в ходе Боаоского азиатского форума в Китае обсуждалась возможность сотрудничества между странами в отрасли судостроения.

"Бразилия проявила интерес к нашей судостроительной отрасли", - сообщили "Интерфакс-Украина" в пресс-службе главы правительства, рассказывая о встрече в четверг.

В пресс-службе уточнили, что заинтересованность связана со "стабильным спросом в Бразилии на суда на ближайшие 20 лет".

Основой швейцарского экспорта, да и всей экономики в целом, являются малые и средние предприятия. Швейцарский Центр развития торговли (OSEC) посвящает каждый год теме экспорта специальный форум. В этом году на таком форуме впервые выступила новая шеф Госсекретариата по делам экономики Мари-Габриель Инайхен-Фляйш.

Швейцария имеет только 0,1 процента от мирового населения, обеспечивая, однако, 1,4 процента объема мирового экспорта. Огромную роль в этом играют швейцарские малые и средние предприятия, которые давно стали пусть и маленькими, но международными транснациональными концернами.

Причиной такой ситуации является не только ограниченность внутреннего рынка Швейцарии, но и тот факт, что продукция из Швейцарии пользуется во всем мире неослабевающим спросом. Но экспорту требуются соответствующие рамочные условия.

Именно задача обеспечения таких условий и стоит перед Государственным секретариатом по делам экономики (Seco), подразделением федерального министерства экономики Швейцарии. С апреля этого года данную структуру возглавляет Мари-Габриель Инайхен-Фляйш (Marie-Gabrielle Ineichen-Fleisch).

swissinfo.ch: Каковы Ваши приоритеты?

Мари-Габриель Инайхен-Фляйш: Палитра задач, стоящих перед Seco, весьма широка. Однако приоритетом сейчас является задача в период после кризиса улучшить рамочные условия действия нашей экономики на международной арене. В эту задачу в качестве элемента входит дальнейшее улучшение условий доступа отечественных производителей на мировой рынок, расширение сети Договоров о свободной торговле. Приоритетом для нас будут отношения с Европой. Мы сами находимся в центре Европы, а потому мы обязаны расширять и укреплять отношения с нашими непосредственными соседями, а так же в целом с ЕС. Одновременно мы должны решить проблемы, существующие у нас в отношениях с Италией. Первый шаг в этом направлении мы все же уже смогли сделать, решив проблему общественных заказов и тендеров в области материально-технического обеспечения. Теперь мы должны сделать следующие шаги. Непременно в следующие годы нас будут занимать и вопросы энергетики. Особенно теперь, после катастрофы в Японии.

swissinfo.ch: Звучит весьма по-деловому. Однако есть ли во внешней торговле место для эмоций?

М.-Г. И.-Ф.: Еще как есть! Как раз последнее мероприятие Osec показало это со всей отчетливостью. Без эмоций наши средние и мелкие предприятия, будучи опорой экспортной промышленности, просто не смогли бы нащупать свою линию поведения на зарубежных рынках. Очень эмоционально я и сама подходила всегда в роли представителя Швейцарии к ведению переговоров. Конечно, трудно представить себе, как можно со страстью вести переговоры о, например, таможенных барьерах. Однако идет ли речь о таможне, о порезанных томатах или непрожаренных орехах, следует всегда учитывать, что низкие таможенные барьеры могут внести существенный вклад в усиление конкурентоспособности швейцарских промышленных предприятий. Так что материя это отнюдь не такая уж сухая. И теперь я хочу с таким же напором, с каким я вела переговоры, руководить Seco.

swissinfo.ch: Весьма эмоциональными были и два последних кризисных года. Пришлось весьма постараться, чтобы сгладить их последствия. Что нас ожидает в будущем?

М.-Г. И.-Ф.: В 2008 и в 2009 гг. правительство и парламент приняли целый пакет мер по стабилизации промышленной конъюнктуры Швейцарии. С 2009 г. они уже претворяются в жизнь, завершение намечено на конец 2011 г. Среди этих мер находятся и меры по поддержке экспорта. Их реализацией как раз занимается Osec. Не в последнюю очередь и благодаря этим мерам мы получили с примерно середины 2010 г. качественное оздоровление швейцарской промышленности. В настоящее время эксперты федеральных властей исходят из того, что в 2011 г. промышленность Конфедерации вырастет на 2,1%, что, по моему мнению, является очень хорошим ростом. Новым вызовом для нас станет изменение структуры мировой промышленности. С момента начала мирового финансового и промышленного кризиса в мире наблюдается заметное смещение политико-экономических приоритетов. Так называемые «пороговые страны» вышли из кризиса лучше и быстрее промышленно развитых стран. И именно поэтому они теперь отличаются большей степенью уверенности в своих силах. И, разумеется, теперь они хотят быть равноправными партнерами в ВТО, в «Большой двадцатке», в МВФ.

swissinfo.ch: Вас это смущает?

М.-Г. И.-Ф.: Нет, все это совершенно понятно. Мир теперь не биполярен. Однако временами я не могу избавиться от чувства недоумения. Коль скоро эти страны настаивают на своих правах, то тогда им следует учитывать, что к правам прилагаются еще и обязанности. И тут как раз все эти страны немного пока притормаживают. Если бы они, например, в рамках нынешнего раунда переговоров в ВТО слегка приоткрыли свои рынки, то ситуация с переговорами была сейчас гораздо лучше.

swissinfo.ch: Как должна позиционировать себя Швейцария в новых условиях?

М.-Г. И.-Ф.: Посмотрите на карту мира, которую ОЭСР интегрировала в свой логотип по случаю 50-летия со дня своего основания. Многие вообще не узнали бы на ней привычные очертания, поскольку планета на ней зафиксирована совсем с иного ракурса. На этой карте в центре находится Тихий Океан, слева Азия, справа обе Америки. А совсем слева, небольшой фрагмент, это Европа. Однако именно так видится сегодня мир многим странам, и вот в этом мире Швейцария и должна найти себе свои новые позиции. Для этого необходимо прикладывать немало сил, так как мы как раз не хотим, чтобы нас вот так задвигали в угол.

swissinfo.ch: Как, по Вашему, будет развиваться Европейский союз?

М.-Г. И.-Ф.: Проблемы есть с зоной хождения евро. На днях буквально к помощи стабилизационного финансового фонда прибегла Португалия. Слишком сильный швейцарский франк является для некоторых предприятий швейцарской экспортной промышленности определенной проблемой, хотя по идее сильная валюта должна рассматриваться как признак сильной экономики. Так что во многом мы стали жертвами собственного успеха.

swissinfo.ch: Что ожидает саму Швейцарию?

М.-Г. И.-Ф.: Очень важным будет нынешний 2011 год. Ведь именно в этом году парламент определит финансовые рамки, в которых будет поддерживаться экспорт и финансироваться задачи продвижения Швейцарии за рубежом как выгодной экономической площадки и в качестве финансового центра. Соответствующее послание правительства будет обсуждаться депутатами на летней и осенней сессиях парламента. Мы делаем вывод, что спрос на услуги Osec со стороны промышленности в последний год значительно вырос. Задачей малых и средних предприятий является, поэтому, стать еще более инновативными, уделять еще больше внимания ранее неоткрытым нишам, чтобы тем самым еще более увеличивать степень диверсификации их рынков. Мы в Seco с особым вниманием присматриваемся к будущим договорам о свободной торговле, прежде всего, со странами Азии. Однако переговоры с ними протекают не всегда просто. Особенно тогда, когда, например, индийский предприниматель говорит мне, что население его страны составляет 1,2 миллиарда человек, а все население стран, входящих в ЕАСТ (членом которой является и Швейцария), составляет едва ли 12 миллионов – и как прикажете при таком соотношении добиваться заключения взвешенного договора? Для этого нам нужны ниши, качество и особенности, которых невозможно найти где-либо еще.

swissinfo.ch: Мы обсудили двустороннюю часть Вашей политики. А как выглядит ситуация на мультинациональном уровне, например, в ВТО?

М.-Г. И.-Ф.: Великие торговые нации до сих пор не договорились о том, на что им следовало бы обратить внимание в первую очередь. Я сама принимала участие в переговорах почти 15 лет, и я должна, к сожалению, сделать вывод, что перспективы нынешнего раунда переговоров в Дохе выглядят весьма неблагоприятно. Но при этом я остаюсь совершенно иррациональной вечной оптимисткой, и я продолжаю надеяться, что прорыв все же произойдет, в той или иной форме. Этот раунд очень важен как раз для многих развивающихся стран. Неопределенность в сфере многосторонней дипломатии придает особый вес нашей двусторонней политике заключения Договоров о свободной торговле. В нашем распоряжении сейчас находятся 24 договора с 33 странами за пределами ЕС. В январе этого года в Давосе, во время Всемирного форума, мы достигли договоренности на предмет начала переговоров о заключении Договора о свободной торговле с Китаем. Китайская делегация как раз находится сейчас в Берне. Переговоры ведутся сейчас также с Индией, Индонезией и с Таможенным союзом в составе России, Казахстана и Белоруссии. Контакты существуют, кроме того, с Бразилией и другими странами в Азии и Латинской Америке.

swissinfo.ch: А разве не ведет сейчас Бразилия переговоров с ЕС на предмет заключения договора о свободной торговле?

М.-Г. И.-Ф.: Да, и мы будем очень внимательно смотреть, чем эти переговоры завершатся, что Бразилии удастся выторговать себе. Раньше в нашей переговорной политике мы опирались на правило «one step behind». Это означало, что Швейцария заключала Договор о свободной торговле только с теми странами, с которыми такой же Договор уже заключил Евросоюз. Однако в последние годы мы работаем на опережение, исповедуя принцип «one step ahead». Тем самым Швейцария стремится занять лидирующие позиции, с тем, чтобы швейцарские экспортеры могли первыми выходить на новые многообещающие рынки, опережая конкурентов из ЕС или США. Примером такого курса является наш договор с Кореей. Такая стратегия хороша и в том смысле, что ЕС или США, разумеется, являются куда более весомыми игроками на мировом рынке, нежели маленькая Швейцария. Поэтому они порой получают гораздо больше, чем мы. Поэтому в прошлом нам приходилось затем модернизировать уже существующие соглашения с тем, чтобы избегать дискриминации.

Мари-Габриель Инайхен-Фляйш

1-го апреля 2011 года Мари-Габриель Инайхен-Фляйш возглавила Государственный секретариат по делам экономики (Seco), сменив на этом посту Жана-Даниэля Гербера (Jean-Daniel Gerber).

Владеет итальянским и французским языками как родными. В 1987 г. завершила курс юриспруденции в Университете Берна, работала адвокатом, потом в консалтинговой компании McKinsey. В 1990 г. поступила на госслужбу в тогдашнее Федеральное ведомство внешней торговли (Bundesamt für Aussenwirtschaft - Bawi).

Ей пришлось часто сопровождать своего шефа Франца Бланкарта (Franz Blankart) в международных поездках. В итоге она поняла, что это и есть ее призвание.

С 2007 г. она занимает должность посла по особым поручениям. Является уполномоченной федерального правительства по вопросам заключения торговых договоров. Возглавляла делегацию Швейцарии на переговорах в ВТО. Член правления Seco, курирует в Дирекции внешней торговли (Direktion für Aussenwirtschaft) досье Договора о свободной торговле.

Южная Африка призывает страны-эмитенты основных резервных валют к практическому осуществлению взятых на себя обязательств в международной финансовой системе, заявил президент ЮАР Джейкоб Зума.

"Наша страна имеет большие конкурентоспособные преимущества на мировых рынках. В Санской декларации была подчеркнута необходимость в области осуществления реформы между финансовыми системами. Понятно, что последний мировой финансовый кризис выявил недостатки действующей международной валютной системы и международной финансовой структуры. В этом плане Южная Африка совместно с другими странами призывает основные страны-эмитенты основных резервных валют к практическому исполнению своих обязательств", - сказал южноафриканский лидер, выступая на Азиатском форуме в Боао.

По его словам, внутренняя политика этих стран оказывает огромное влияние на мировую конъюнктуру.

В то же время он обратил внимание на проблему использования протекционистских мер.

"Южная Африка, по сравнению с другими странами мира, меньше пострадала от последствий мирового финансового кризиса, но, тем не менее, мы должны быть истинными в отношении попыток или проявлений протекционистских мер в мировой торговле. Если разные страны разрабатывают и предпринимают различные протекционистские меры - это несомненно будет сказываться на восстановлении мировой экономики, а также негативно повлияет на выполнение стратегии по обеспечению динамичного роста мировой экономики", - добавил южноафриканский лидер.

Он также напомнил о состоявшемся накануне саммите БРИКС, который впервые прошел в формате "пятерки" - с участием ЮАР, присоединившейся к Бразилии, РФ, Индии и Китаю.

"Южная Африка удовлетворена проведением саммита", - отметил Зума.

Участники выработали общую позицию в вопросах реформирования мировой валютно-финансовой системы и снижения волатильности продовольственных цен, выразили готовность оказать помощь Японии в преодолении последствий стихии, призвали избегать применения силы на Ближнем Востоке и в Африке, договорились наращивать взаимодействие в адаптации своих экономик к изменениям планетарного климата.

На саммите было подписано соглашение о финансовом сотрудничестве в рамках межбанковского механизма БРИКС. Россия выдвинула ряд инициатив, направленных на развитие взаимодействия в инновационной сфере, и предложила сформировать международный механизм взаимопомощи при чрезвычайных ситуациях.

Зума сообщил также, что в ближайшее время в Южной Африке пройдет конференция по изменению климата и выразил надежду, что именно на ней удастся поменять подход к изменению климата.

Со своей стороны президент Бразилии Дилма Руссефф подчеркнула, что мировые страны должны совместными усилиями преодолеть тенденции к гегемонизации и однополярности.

"В частности, полюсами этого нового мира должны стать Латинская Америка и Азия", - добавила Руссефф.

По ее словам, скорость восстановления экономик после кризиса очень разнится.

"Мы должны совместными усилиями продвигать сбалансированное развитие экономик мира. Этот кризис оказал большое влияние на валюты различных стран мира, в особенности на валюты стран-экспортеров, экспортеров энергоресурсов", - заявила бразильский президент.

Она подчеркнула, что развитые страны посредством своих экономических, финансовых, монетарных мер уменьшают пространство для развития экономик.

"Мы очень надеемся, что развитые страны как можно скорее стабилизируют свои финансовые системы, чтобы развивающиеся страны могли более уверенно развиваться", - сказала Руссефф.

Она убеждена, что борьба с инфляцией и упрочение финансовой стабильности должны быть одними из наиболее важных аспектов и условий восстановления мировой экономики.

Деловой форум Боао открылся на китайском острове Хайнань, в нем принимает участие президент РФ Дмитрий Медведев.

Это первый форум, задачей которого провозглашено развитие азиатских стран через региональную экономическую интеграцию, он также известен как "восточный Давос".

Боао - небольшой поселок на восточном берегу острова Хайнань с населением 27 тысяч человек, большинство из которых - крестьяне.

Форум проходит в специально построенном международном конференц-центре, оснащенном современным оборудованием. Площадь здания - около 37 тысяч квадратных метров, главный зал вмещает до 2 тысяч человек.

Планируется, что президент РФ обсудит на форуме интеграцию России в экономические процессы стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР).

Форум отмечает в этом году свое десятилетие. За это время он стал важной площадкой для обсуждения вопросов экономического сотрудничества и интеграционных процессов в АТР, укрепления взаимодействия между правительственными, деловыми и научными кругами.

Как сказала ранее помощник президента РФ Сергей Приходько, "подключение России к АФБ будет способствовать интеграции российской экономики в разворачивающиеся в АТР интеграционные процессы, привлечению потенциала стран региона к процессам модернизации, а также более эффективному использованию возможностей сотрудничества с КНР, Японией, Республикой Корея, государствами-членами АСЕАН в интересах социально-экономического подъема Сибири и Дальнего Востока".

Российский бизнес будет представлен на форуме руководителями Торгово-промышленной палаты, Внешэкономбанка, АФК "Система", "Русала", "Мечела", "Роснефти".

На заседании также ожидаются выступления председателя КНР Ху Цзиньтао, президента Бразилии Дилмы Руссефф, президента ЮАР Джейкоба Зумы, премьер-министра Испании Хосе Луиса Сапатеро, премьер-министра Южной Кореи Ким Хван Сика, главы правительства Украины Николая Азарова и других официальных лиц.

В этом году главная тема форума - "Инклюзивное развитие: общая повестка дня и новые вызовы". Предполагается дискуссия по более чем 20 вопросам, включая состояние и перспективы развития мировой экономики в посткризисный период, укрепление роли "большой двадцатки", реформа международной финансовой сферы, особенности развития экономик ключевых государств АТР, региональные интеграционные процессы.

Накануне на острове Хайнань российский президент участвовал в третьем ежегодном саммите БРИКС, который впервые прошел в формате "пятерки" - с участием Южной Африки, присоединившейся к Бразилии, РФ, Индии и Китаю.

Участники выработали общую позицию в вопросах реформирования мировой валютно-финансовой системы и снижения волатильности продовольственных цен, выразили готовность оказать помощь Японии в преодолении последствий стихии, призвали избегать применения силы на Ближнем Востоке и в Африке, договорились наращивать взаимодействие в адаптации своих экономик к изменениям планетарного климата.

На саммите было подписано соглашение о финансовом сотрудничестве в рамках межбанковского механизма БРИКС. Россия выдвинула ряд инициатив, направленных на развитие взаимодействия в инновационной сфере, и предложила сформировать международный механизм взаимопомощи при чрезвычайных ситуациях.

Реконструкция девяти из 12 аэропортов городов Бразилии, которые в 2014 году примут матчи чемпионата мира по футболу, скорее всего, не будет завершена к началу соревнований, сообщает Agencia Brasil со ссылкой на отчет Института прикладных экономических исследований (Ipea).

В отчете, опубликованном в четверг, говорится, что, учитывая среднее время для реализации проекта, лицензирования и начала работы, "увеличение терминалов большинства аэропортов, скорее всего, не будет завершено к началу чемпионата мира 2014 года".

Срок работ по модернизации транспортной инфраструктуры, согласно исследованиям Ipea, составляет в среднем 92 месяца. Ситуация в настоящее время такова, что в семи аэропортах: в Манаусе, Форталезе, Бразилии, Гуарульюсе (Сан-Паулу), Сальвадоре, Кампинасе и Куябе - работа находится только на стадии подготовки проекта, что означает завершение реконструкции в 2017 году.

В аэропортах Конфинса и Порту-Алегри проекты реконструкции уже приняты, и здесь работы завершатся через шесть с половиной лет.

Таким образом, к 2014 году полностью готовы будут только три аэропорта, которые не нуждаются в серьезной перестройке: в Куритибе и Ресифи, а также воздушные ворота Рио-де-Жанейро - аэропорт Галеан.

Президент России выступил с речью о перспективах экономического сотрудничества России со странами Азиатско-Тихоокеанского региона.

Азиатский форум Боао учреждён по инициативе Китая в 2001 году. Форум является важной площадкой для обсуждения вопросов экономического сотрудничества и интеграционных процессов в Азиатско-Тихоокеанском регионе, укрепления взаимодействия между правительственными, деловыми и научными кругами. Главная тема форума 2011 года – «Инклюзивное развитие: общая повестка дня и новые вызовы».

* * *

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемый Председатель Ху Цзиньтао! Уважаемые главы государств и правительств! Уважаемый Председатель совета директоров Форума Боао господин Фукуда! Уважаемые коллеги!

Я прежде всего хотел поблагодарить организаторов форума за возможность обменяться мнениями по важнейшим вопросам глобального развития и обсудить наши совместные планы, в том числе планы в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Господин Председатель только что сказал, что современный мир отличает беспрецедентная взаимозависимость государств. Сегодня это очевидно. И последствия мирового финансового кризиса, и дестабилизация, которая произошла в настоящий момент на Ближнем Востоке и севере Африки, природная и последующая техногенная катастрофа в Японии – всё это напоминает о том, что нам необходимо вместе искать ответы на сложнейшие вызовы текущего времени. В этом контексте предложенная для сегодняшней встречи тема так называемого инклюзивного развития является абсолютно актуальной. Я вкратце остановлюсь на её ключевых аспектах в моём понимании.

Первое. Успешное инклюзивное развитие возможно только в условиях демократических и справедливых международных отношений, причём отношений не только политических, но и экономических. Одним из наиболее важных шагов для создания таких условий является реформирование глобальной финансовой системы, чем мы, собственно, и занимались последние два года. Прогресс на этом направлении был достигнут в результате беспрецедентных и весьма активных действий целого ряда стран, стран «двадцатки», и обусловлен вкладом определённого количества других стран. Только что завершившийся саммит БРИКС, который прошёл здесь же, на острове Хайнань, в Санье, подтвердил, что страны – участники Форума БРИКС выступают за формирование новой многополярной мировой архитектуры. Эта архитектура должна учитывать рассредоточение глобального потенциала развития и динамичное развитие и становление новых центров экономического и политического влияния.

Второе. Инклюзивное развитие как принцип государственной экономической политики имеет ключевое значение не только на международном, но и на национальном уровне. Экономики, которые основаны на знаниях, инвестициях и применении самых передовых научных достижений и современных технологий, прокладывают дорогу к самому главному – к кардинальному повышению качества жизни наших граждан. Важно, чтобы доступ к новым возможностям и к новым благам развития не был ограничен только отдельными группами или отдельными слоями населения, или же, скажем, отдельными странами, что происходило на протяжении человеческой истории многократно. Никто не должен быть обделён, а уж тем более выброшен на обочину мирового прогресса. Это подразумевает и открытые перспективы каждому реализовать свой потенциал, участвуя в глобальном экономическом взаимодействии. Именно поэтому особое значение приобретает расширение доступности качественного образования, поддержка талантов и активная политика в сфере занятости. Россия считает абсолютным приоритетом выполнение своих социальных обязательств перед гражданами нашей страны. Сегодня мы решаем эти задачи на основе курса модернизации и модели, которая строится на инновациях, инвестициях, развитии инфраструктуры и современных институтов. Безусловно, очень важным элементом такого развития является и всемерное развитие интеллекта нации.

У нас, как и в других странах, очень немало проблем и немало вызовов, с которыми сталкивается Российская Федерация. Мы будем эти проблемы последовательно решать. При этом мы открыты для максимально широкого партнёрства в сфере модернизации и планируем сделать эту тему ключевой в рамках предстоящего российского председательства в АТЭС в следующем году. АТЭС, которое является в настоящий момент наиболее авторитетной и представительной региональной структурой, может сыграть свою роль в создании благоприятных условий для развития современных и комфортных городов, свободного передвижения товаров, капиталов, услуг, рабочей силы, для обмена самым передовым опытом и технологиями и стимулирования роста инноваций и тем самым реализации на принципах того самого инклюзивного развития.

Третье. Устойчивое и сбалансированное развитие невозможно без эффективной экологической политики и совместных действий по противодействию избыточному неблагоприятному изменению климата. Кроме прямого положительного эффекта для окружающей среды такие действия, как известно, являются мощным катализатором общественного развития, модернизации производств, повышения энергоэффективности, стимулом к внедрению самых современных экологически чистых технологий. Именно такие позиции зафиксированы и в климатической доктрине Российской Федерации.

Четвёртое. У нашей сегодняшней темы есть и ярко выраженный региональный срез, о чём только что весьма образно говорил Председатель Китайской Народной Республики Ху Цзиньтао. Для Азиатского региона, для Азиатско-Тихоокеанского региона, в котором сейчас разворачиваются мощные интеграционные процессы, этот региональный срез очевиден. Уверен, что это развитие должно быть и всеобъемлющим, и охватывать все страны, не создавая новых разделительных линий, а способствуя выравниванию экономических потенциалов, потому что разница в экономических потенциалах ощущается и в этом регионе.

Будущее России, модернизация нашей Сибири, Дальнего Востока неразрывно связаны с Азиатско-Тихоокеанским регионом, связаны по одной простой причине: Россия сама является частью Азиатско-Тихоокеанского региона и заинтересована в его максимально быстром развитии. Высокотехнологичные области экономики, современная энергетика, транспортно-логистические системы – это те сферы, где мы рассчитываем обеспечить добавочную стоимость регионального сотрудничества.

Ещё одна сфера – это взаимодействие в деле предупреждения и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций. Мы выразили наши искренние соболезнования нашим соседям, Японии, и очень надеемся на успешное преодоление ими последствий разрушительного землетрясения, цунами и последовавшей за этим техногенной катастрофы. И события в Японии ещё раз подтвердили, что необходимо наличие постоянных каналов обмена информацией, системы экспертной поддержки и, что немаловажно, мобильных сил быстрого реагирования. Предложения на эту тему мы сформулировали ещё на прошлых саммитах «двадцатки». Сегодня мы считаем, что настала пора их самым детальным образом обсуждать. Также в ближайшее время мы передадим нашим партнёрам предложения по учёту уроков японской трагедии для развития мирной ядерной энергетики.

Господин Фукуда только что сказал о том, что, несмотря на катастрофу, развитие ядерной энергетики не должно приостановиться. Я с ним полностью согласен. Катастрофы вообще не должны останавливать человеческого прогресса, но из них нужно делать надлежащие выводы, и это главное. Упрочение и развитие партнёрских отношений со странами региона, активное участие в многосторонних региональных объединениях для России не имеет никакой альтернативы. Мы обязательно продолжим этот курс.

Наконец, пятое. Для нас очевидно, что уверенное социально-экономическое развитие стран Азиатско-Тихоокеанского региона невозможно без создания открытой, транспарентной и равноправной архитектуры безопасности и сотрудничества, архитектуры, которая основана на принципах международного права и, конечно, на учёте интересов всех государств, а не отдельных групп этих государств. Именно из этого мы и исходили с Председателем Китайской Народной Республики, когда в сентябре прошлого года в Пекине выдвинули совместную инициативу об укреплении безопасности и сотрудничества в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Положенный в её основу принцип равной и неделимой безопасности может стать для региона Азии и Тихого океана серьёзной объединительной идеей.

Уважаемые дамы и господа!

Завершая, я хотел бы отметить следующее. Нынешнее заседание Азиатского форума весьма представительно и по составу участников, что подтверждает его растущий авторитет. Россия готова и впредь заинтересованно и продуктивно участвовать в его работе. При этом наш диалог не должен прерываться, и разговор, который сегодня начат в Боао, мы могли бы продолжить в июне на Санкт-Петербургском экономическом форуме. Я приглашаю всех принять участие в его работе.

Спасибо.

Бразильская металлургическая компания Gerdau привлекла 4,5 млрд. реалов ($2,8 млрд.) в ходе первичного публичного размещения (IPO) новых обычных и привелигированных акций.

Как пишет Steel Business Briefing, компания не планирует использовать привлеченные средства на покупку доли в бразильском производителей плоской продукции Usiminas.

По информации Gerdau, порядка 56% привлеченных средств пойдет на погашение зарубежных кредитов, 17% - на увеличение движение ликвидности компании. Кроме того, 27% средств будут инвестированы в модернизацию и расширение производственных мощностей заводов компании.

По информации SBB, в ходе вторичного размещения (SPO) привелигированных акций, которое состоялось во вторник 12 апреля, компания привлекла еще 1,3 млрд. реалов ($815 млн.), что в сумме дало $5,8 млрд. реалов ($3,6 млрд.).

Как сообщалось ранее, по неофициальной информации, Gerdau могла направить средства от IPO на выкуп у компании Votorantim and Camargo Correa доли в Usiminas в целях расширения своего «плоского» сегмента. Сейчас VCC и Gerdau владеют совместно порядка 27,8% акций Usiminas.

Тайваньский производитель продукции Apple компания Foxconn, акции которой котируются на Гонконгской бирже, собирается осуществить крупнейший в своей истории инвестиционный проект в Бразилии.

За пять - шесть лет Foxconn инвестирует 12 миллиардов долларов в развертывание прозводства на территории Бразилии. По мнению руководства Foxconn, такой шаг должен снизить расходы компании, постоянно сталкивающейся с ростом заработной платы в Китае.

В Китае состоялся саммит БРИКС.

Участники саммита БРИКС: лидеры Бразилии, России, Индии, Китая и ЮАР – по итогам переговоров приняли декларацию, в которой содержится оценка основных аспектов сотрудничества стран объединения. В присутствии участников саммита также подписано соглашение о финансовом сотрудничестве в рамках межбанковского механизма БРИКС.

По завершении саммита БРИКС лидеры стран-участниц сделали заявления для прессы.

Позднее Дмитрий Медведев также ответил на вопросы российских журналистов.

* * *

Заявление Президента России для прессы по завершении саммита БРИКС

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемый Председатель Ху Цзиньтао! Уважаемый Президент Зума! Уважаемые Президент Роуссефф! Уважаемый Премьер-министр Сингх! Уважаемые представители средств массовой информации! Дамы и господа!

Прежде всего хотел бы поблагодарить Председателя Китайской Народной Республики господина Ху Цзиньтао за гостеприимство и достойную организацию саммита. Здесь, в городе Санья (это действительно один из красивейших уголков Китая, который за последние 15 лет превратился в курортную зону мирового уровня), мы неплохо поработали и добились важных результатов.

Состоявшийся саммит БРИКС стал первым после вступления в нашу организацию Южно-Африканской Республики. Теперь в БРИКС представлены крупнейшие государства трёх континентов. И наш экономический потенциал, наши политические возможности и перспективы развития как объединения стран, как форума стран в этом смысле исключительные и открывают новые горизонты для расширения сотрудничества в самых разных областях.

За прошедшие годы наше объединение достигло заметного прогресса в углублении политического диалога, повысилось и взаимное доверие, и уровень взаимодействия в международных делах, в том числе и в рамках Совета Безопасности, в состав которого, я хотел бы специально сегодня это отметить, входят в настоящий момент все страны БРИКС.

И сегодня мы были едины в том, что этой особой ситуацией, наверное, есть смысл воспользоваться: мы должны действовать так, чтобы укрепить потенциал Организации Объединённых Наций, способствовать, чтобы все решения, принимаемые Генеральной Ассамблеей ООН и Советом Безопасности ООН, были эффективны и уважаемы.

У наших государств созвучные подходы в вопросах реформирования Международного валютного фонда и Всемирного банка. О необходимости дальнейшей реформы международной валютно-финансовой системы шла речь и на сегодняшней встрече. По этому пункту повестки дня, как и по другому очень важному пункту – снижению волатильности мировых цен на сельхозпродукцию, приняты решения, определяющие консолидированную позицию стран БРИКС. Эксперты и руководители профильных ведомств наших стран теперь конкретизируют эти договорённости для того, чтобы БРИКС мог вынести их на обсуждение саммита «большой двадцатки», который состоится в Каннах.

Важное событие состоявшейся встречи – это принятие перспективного плана действий. Акцент в нём сделан на развитии экономических связей, на взаимодействии в рамках «Группы двадцати», а также на более активном включении в наше сотрудничество структур гражданского общества.

Россия, естественно, также внесла свой вклад в разработку плана и будет активно участвовать в его реализации. Кроме того, мы предложили развивать новые формы сотрудничества в научно-технической и инновационной областях – естественно, выдвинув и свои инициативы в этой сфере. Надеемся, что все наши предложения, как и предложения наших партнёров, будут самым внимательным образом проработаны, и мы будем соответственно осуществлять эти проекты во благо наших государств.

Нынешний саммит проходил на фоне очень непростой международной обстановки, что наложило своё влияние и на ход обсуждения текущих внешнеполитических дел. Как и другие страны БРИКС, Россия глубоко озабочена событиями в Ливии и гибелью мирного населения. Наше общее мнение заключается в том, что решение проблемы должно быть обеспечено исключительно политико-дипломатическими средствами, а не силовыми методами. И в этом контексте мы высоко оценили посреднические усилия миссии Африканского союза во главе с Президентом Южно-Африканской Республики.

Ещё одна очень серьёзная тема, которая уже более месяца привлекает внимание всего мира, – это трагические события в Японии. Россия и другие участники саммита выразили сочувствие правительству и народу Японии, которые пережили масштабную природную и техногенную катастрофу. Я хотел бы также отметить, что наша страна предложила партнёрам сформировать механизм взаимопомощи при возникновении чрезвычайных ситуаций, от которых, к сожалению, никто в современном мире не гарантирован.

В заключение хотел бы поблагодарить моих коллег за заинтересованный, доверительный и деловой подход к обсуждавшимся темам, за нацеленность не только на сегодняшние планы, но и на те перспективы, которые открываются в рамках долгосрочного сотрудничества. Уверен, что достигнутые на этом саммите договорённости укрепят фундамент многопланового сотрудничества стран БРИКС и партнёрства, которое достойно послужит интересам наших народов, стабильности и развития во всём мире.

Спасибо за внимание.

Россия и Китай - единственные члены БРИКС, имеющие статус постоянных членов СБ ООН, поддерживают стремление Индии, Бразилии и Южной Африки играть большую роль в жизни Организации Объединенных Наций.

"Мы выражаем твердую приверженность многосторонней дипломатии, в которой Организация Объединенных Наций играет центральную роль в противодействии глобальным вызовам и угрозам. В этом контексте мы подтверждаем необходимость всеобъемлющей реформы ООН, включая Совет безопасности", - говорится в декларации, принятой по итогам саммита БРИКС.

Россия и Китай "подтверждают важность, которую они придают статусу Индии, Бразилии и Южной Африки в международных делах, понимают и поддерживают их стремление играть большую роль в ООН", отмечается в документе.

В настоящее время Индия, Бразилия и Южная Африка имеют статус непостоянных членов СБ ООН, в то же время эти страны настаивают на реформировании этого органа с целью повышения статуса крупных развивающихся стран.

Лидеры БРИКС (Бразилия, РФ, Индия, КНР и ЮАР) утвердили план совместных действий, выполнение которого будет рассмотрено на следующей встрече в Индии в 2012 году.

"Рассмотрев продвижение сотрудничества в рамках БРИКС в различных сферах, мы пришли к общему выводу о том, что оно носит взаимообогащающий и выгодный характер для наших стран, и что имеются широкие возможности для еще более тесного взаимодействия между государствами БРИКС", - говорится в декларации, принятой по итогам саммита БРИКС в четверг.

Как отмечается в документе, в центре внимания находится укрепление сотрудничества в рамках БРИКС и дальнейшее развитие его собственной повестки дня.

"Мы преисполнены решимости воплотить наше политическое видение в конкретные дела. Мы утверждаем прилагаемый план действий, который послужит основой для дальнейшего сотрудничества. Мы рассмотрим выполнение плана действий на нашей следующей встрече", - говорится в декларации.

"Бразилия, Россия, Китай и Южная Африка выражают признательность и полную поддержку Индии за решение принять встречу лидеров БРИКС в 2012 году", - отмечается в документе.

Россия выдвинула ряд инициатив, в том числе по сотрудничеству в инновационной сфере, которые могут быть реализованы странами БРИКС, сообщил президент РФ Дмитрий Медведев.

Выступая на пресс-конференции по итогам саммита БРИКС, глава российского государства отметил, что лидеры приняли план действий, акцент в котором сделан на развитии экономических связей, взаимодействии в рамках "двадцатки".

"Россия внесла свой вклад в разработку плана и будет активно участвовать в его реализации. Кроме того, мы предложили развивать новые формы сотрудничества в научно-технической и инновационной областях, выдвинув целый ряд своих инициатив", - сказал президент.

"Надеемся, что все наши предложения ... будут соответственным образом проработаны", - заверил Медведев.

Саммит стран БРИКС (Бразилия, РФ, Индия, КНР и ЮАР) открылся в городе Санья на китайском острове Хайнань. Перед началом работы саммита состоялась церемония фотографирования участников заседания.

Третий ежегодный саммит БРИКС впервые проводится в формате "пятерки" за счет участия в нем президента ЮАР Джейкоба Зумы. БРИКС таким образом стала представлять четыре континента: латиноамериканский, азиатский, европейский и африканский.

На саммите ожидается принятие важных решений по реформе международной валютно-финансовой системы и снижению волатильности мировых цен на сырьевые товары, а также обсуждение вопросов оказания помощи Японии и выработка общих подходов к ситуации на Ближнем Востоке и в Африке.

Участники саммита, который пройдет под девизом "Широкое видение - совместное процветание", обсудят широкий спектр вопросов мировой политики и экономики, проработают практические аспекты сотрудничества в рамках объединения, впервые затронут проблематику изменения планетарного климата.

По итогам саммита планируется принятие совместной декларации с оценкой основных направлений сотрудничества и планом действий на перспективу. Кроме того, в присутствии лидеров состоится подписание рамочного соглашения о финансовом сотрудничестве в рамках межбанковского механизма БРИКС. С российской стороны в нем будет участвовать госкорпорация "Банк развития и внешнеэкономической деятельности" (Внешэкономбанк).

Президент России Дмитрий Медведев на встрече собирается изложить российское видение перспектив развития экономического и научно-технического сотрудничества стран БРИКС, включая создание соответствующих рабочих механизмов, в том числе с участием бизнеса.

Первая полноформатная встреча Бразилии, России, Индии и Китая состоялась в Екатеринбурге в 2009 году, вторая - годом позже в Бразилиа.

Лидеры России и Бразилии отмечают позитивное развитие двустороннего диалога и считают, что сфера энергетики - одна из наиболее весомых тем взаимодействия.

Встреча президентов РФ и Бразилии Дмитрия Медведева и Дилмы Роуссефф состоялась в четверг "на полях" саммита БРИКС на острове Хайнань на юге Китая.

Глава российского государства в начале переговоров отметил, что это его первая встреча с новым президентом Бразилии с момента ее вступления в должность 1 января этого года.

"Российско-бразильский диалог неплохо продвигается", - отметил Медведев.

Он выразил надежду, что "темп сотрудничества потерян не будет".

"Россия для Бразилии является привилегированным партнером", - отметила со своей стороны Дилма Роуссефф.

Она обозначила сферу энергетики, как наиболее весомый аспект двустороннего сотрудничества.

В банковской системе США нужно срочно навести порядок, заявил телеканалу Russia Today Нобелевский лауреат, известный экономист Джозеф Стиглиц.

По его мнению, даже меры, принятые ФРС, не помогли запустить эту систему и наладить механизм получения денег малыми и средними предприятиями. «Наши дела идут совсем не блестяще», — признал уроженец штата Индиана.

Ключевая проблема заключается в созданной Вашингтоном ликвидности, которая не только «идет не туда, куда нужно», но и мешает развитию стран, куда она попадает — Китая, Бразилии и других.

Стиглиц поддерживает идею отказа от доллара как глобальной резервной валюты и создания нового международного средства сбережения. Экономист напомнил, что базирующаяся на долларе система не просто устарела, но и негативно влияет на все вокруг: снижает общемировой спрос и тем самым ослабляет мировую экономику.

В феврале Стиглиц советовал Вашингтону ужесточить монетаристскую политику и научиться меньше зависеть от импортируемой продукции — нефти и энергоресурсов.

В октябре он призывал наладить ситуацию в налогово-бюджетной сфере и предупреждал об опасности политики ФРС, которая, по его мнению, может привести к катастрофическим последствиям.

Пятеро в одних БРЮКах Растущие цены на продовольствие и смена доллара национальными валютами стали основными темами саммита БРИКС на курортном острове в Китае. Совокупный ВВП стран со столь несхожей экономикой через три года превысит американский. БРИКС стал самым популярным запросом поисковой системы Google в четверг.

На китайском курортном острове Хайнань произошло превращение неформальной группы БРИК в БРЮКИ. Изменение названия связано с тем, что теперь к дискуссиям глав Бразилии, России, Индии и Китая присоединилась Южная Африка. Это дало повод российскому президенту Дмитрию Медведеву блеснуть остроумием и объявить о «домашней заготовке»: «Я, честно говоря, не помню, кто придумал аббревиатуру БРИКС (ее придумал аналитик Goldman Sachs Джим О'Нил — BFM.ru)… Но могу сказать, что мы придумали другую аббревиатуру — во всяком случае, она стала уже достаточно популярной, — поделился он хорошей новостью с журналистами. — После присоединения Южной Африки появилась русская аббревиатура БРЮКИ. Она выглядит ничуть не хуже, а расшифровывается именно по-нашенски… Суть это не меняет, хотя в этом названии есть и дополнительный смысл». Агентство РИА «Новости», передающие эти слова главы государства, отмечает, что, произнося их, Медведев улыбался.

Reuters напоминает, что забытый президентом России известный аналитик Джим О'Нил из банка Goldman Sachs изобрел аббревиатуру BRIC ровно десять лет назад в одном из отчетов, в котором обратил внимание на удивительный феномен: четыре таких ни в чем не схожих страны, как Бразилия, Россия, Индия и Китай по разным причинам развиваются очень высокими темпами. Согласно опубликованному на этой неделе прогнозу МВФ, в этом году совокупный ВВП стран БРИКС превысит ВВП стран еврозоны, а к концу 2014 года — и американский ВВП. К 2016 году ВВП пяти развивающихся экономик составит 21 трлн долларов, тогда как американский будет находиться на уровне 18,8%.

То, что для американского финансового эксперта было фигурой речи (по-английски bric означает «кирпич»), для самих польщенных участников BRIC послужило толчком к созданию одноименной неформальной группы, которая пытается находить общие подходы в мировой экономике и мировой политике, несмотря на существенные различия между ними в уровне развития и темпах роста. В частности, Reuters указывает, что в последнее время, со снижением в России темпов роста ВВП и впечатляющим бегством капитала многие комментаторы вообще ставят под сомнения логичность пребывания нашей страны в «брюках».

Как раз в четверг газета The Wall Street Journal опубликовала большую статью своего московского корреспондента, который обращал внимание на то, что в первом квартале объем бегства капитала из России составил 21 млрд долларов. В этом WSJ увидела нарастающую неуверенность, которую испытывают владельцы составленных за годы правления нынешнего российского режима активов. Издание, впрочем, полагает, что пока существенных причин для вывода активов из России не наблюдается, поскольку расхождения между членами правящего тандема носят стилистический характер. В то же время WSJ отмечает, что Дмитрий Медведев поставил под сомнение лидерство Владимира Путина и его модель государственного капитализма именно в интервью китайскому телевидению, в преддверие саммита БРИКС.

Любопытно, что в то время как Россия страдает от бегства капитала, в коллективном коммюнике по итогам встречи в городе Санья выражается обеспокоенность прямо противоположным феноменом. Участники саммита предостерегают от последствий притока капиталов из развитых стран, которые обрушились на развивающиеся экономики. В этом случае России, вероятно, следует считать себя развитой страной. В противном случае трудно понять, что именно так обеспокоило отечественное руководство: разве что направление этих финансовых потоков из развитых экономик в развивающиеся, которые проходят мимо российской казны.

Еще одно интересное обстоятельство связано с тем, что БРЮКИ выразили обеспокоенность волатильностью мировых рынков всего за несколько часов до начала встречи министров финансов Большой семерки (как известно, Россия, входящая в политическую структуру Большой восьмерки, не принимает участие в формате министерского диалога на экономические темы).

Члены БРЮКИ, как говорится в подписанном в городе Санья коммюнике, считают, что колебания цен на сырье носят чрезмерный характер. Это утверждение, с учетом того, от кого именно оно исходит, также наводит на размышления. В частности, агентство Bloomberg приводит оценку из апрельского доклада МВФ: перспективы развивающихся экономик в нем названы более предпочтительными, чем развитых, но в значительной мере именно потому, что так высоки цены на commodities, низки учетные ставки и велики объемы финансовых потоков в эти государства.

Иными словами, почти все то, на что жалуются БРЮКИ, по мнению МВФ, как раз и обеспечивает их быстрый рост.

Вместе с тем рост цен на продовольствие действительно представляет собой серьезную угрозу для экономик и стабильности самых густонаселенных государств группы, Китая и Индии. Они вынуждены субсидировать внутренние цены на продукты питания, чтобы прокормить свое совокупное население, составляющее 2,6 миллиарда человек. Об опасности такой меры BFM.ru подробно рассказал главный экономист ФАО Абдолреза Аббасян. Так, Китай является крупнейшим в мире импортером соевых бобов (крупнейшим экспортером которых является Бразилия) и потребителем энергии; экономика КНР напрямую зависит от импорта нефти.

Лишний раз подчеркивая неоднородность экономик (а стало быть, и интересов) собравшихся на китайском курортном острове, Bloomberg напоминает: Россия, Бразилия и Южная Африка — это страны-экспортеры сырья, которые объективно заинтересованы в высоких ценах на товары своего традиционного экспорта. В то же время они обеспокоены зависимостью своих экономик от сырьевых ресурсов, которая мешает им диверсифицироваться.

Еще одной темой обсуждения в рамках саммита на курортном китайском острове стали неоднократно звучавшие в последние годы призывы к новой мировой монетарной системе, предполагающей сокращение роли доллара. Страны БРИК обеспокоены большим торговым и бюджетным дефицитом США. «Нынешняя конфигурация резервных валют представляется нам совсем не идеальной, в том числе по причине присущих ей рисков. Идея перехода на наднациональные валюты оправдана, мы и дальше будем придерживаться этого курса», — сказал президент РФ Дмитрий Медведев.

Практическим шагом в этом направлении стало подписанное на Хайнане соглашение о взаимных расчетах и кредитах в национальных валютах между Бразилией, Россией, Индией, Китаем и Южной Африкой. Глава Государственного банка развития Китая пообещал, что КНР внесет в фонд кредитования 10 млрд юаней. Руководитель «Внешэкономбанка» Владимир Дмитриев пообещал направить на эти цели через китайский банк 500 млн долларов. «Это без сомнения расширит возможности российских компаний в получении кредитов», — цитирует слова Дмитриева агентство Reuters.

Bloomberg приводит слова Дмитрия Медведева по итогам его встречи с бразильским президентом Дилмой Русефф о том, что они достигли договоренности интенсифицировать работу по использованию взаиморасчетов в национальных валютах. Медведев считает, что эту систему можно было бы распространить на все страны БРИКС.

Один из участников саммита BRICS, пожелавший остаться неназванным, заявил агентству Reuters, что в блоке есть разногласия насчет того, отвечает ли юань, который не является свободно конвертируемым, необходимым критериям для включения его в корзину валют, составляющих специальные права заимствования (СДР). На сегодня в корзину входят доллар, евро, японская иена и британский фунт стерлингов.

Международная валютная система должна опираться на широкую базу. СДР — один из инструментов, который это обеспечивает, но до сих пор нет единого мнения насчет включения на данный момент в его состав китайской валюты, заявил один из представителей BRICS. По его словам, Бразилия, например, заявляла, что юань сначала должен стать конвертируемым.

Пекин, заинтересованный в диверсификации глобальной валютной системы, тем не менее, не давал сигналов о том, что готов допустить свободное обращение юаня и снять капитальные ограничения, заплатив таким образом цену престижа за возможность включения (валюты) в СДР.

В рэнкинге популярности стран среди глобальных торговых сетей Россия поднялась с 9-го на 8-е место. Чтобы приблизиться к лидерам — Великобритании и Арабским Эмиратам — ей нужно снизить коррупцию и построить новые качественные торговые площадки.

Ежегодное исследование CB Richard Ellis Group (международный брокер коммерческой недвижимости) «Розничные сети: степень глобализации бизнеса» показало: четвертый год подряд ни одной стране не удается обойти Великобританию по привлекательности для международных ритейлеров. Встране представлены 57,6% сетей из 323, участвовавших в исследовании (в исследовании могут принимать участие розничные сети, представленные более чем в двух странах помимо локального рынка).

Ближе всех к неизменному лидеру рейтинга подобрались ОАЭ (54,5% сетей) и США (50%). Хотя основные игроки топ-20 — европейские страны, исследователи отмечают, что рейтинг становится более «международным»: компании все больше интересуются ненасыщенными развивающимися рынками.

Наибольший рост присутствия международных ритейлеров за прошедший год отмечен в Турции — на 2,2 п.п. В Польше, Египте, Вьетнаме, Бразилии и Мексике доля рынка глобальных сетей выросла на 1,5 п.п.

Последние несколько лет привлекательность России для международных сетевых ритейлеров остается достаточно высокой. В России работают 41,2% из опрошенных международных сетей. Это весьма неплохо, особенно в сравнении с соседями по рэнкингу. Это в большинстве своем страны с развитыми экономиками — интегрированная Европа, отмечает руководитель отдела исследований и консалтинга компании «Магазин магазинов в ассоциации с CB Richard Ellis» Наталья Рудакова.

Есть несколько факторов, сдерживающих экспансию международных торговых компаний в России. Ритейлеры осторожничают, поскольку еще не полностью восстановились от экономического кризиса. Их сдерживает коррупция.

Заинтересованность ритейлеров в российском рынке высока, но перед тем как зайти в страну, они проводят глубокие исследования, требующие много времени, говорит Рудакова. К примеру, японский холдинг Fast Retailing, развивающий марку Uniqlo, три года раздумывал, выходить в Россию через партнера или самостоятельно. В лучшем случае путь от заинтересованности до открытия магазина занимает год.

Крупные сети хотят открывать магазины в лучших торговых центрах и на лучших уличных направлениях Москвы. Но таких мест крайне мало. Нередко компания выжидает до момента, пока освободится хорошее место.

Качественных объектов действительно меньше, чем хотелось бы, соглашается Михаил Свердлов, директор отдела торговой недвижимости Cushman&Wakefield. «Но гораздо больше иностранные операторы боятся выходить в Россию по причине недостаточного понимания рынка и нашего законодательства», — говорит он.

Отношение международных сетей к работе на российском рынке по-прежнему характеризуется словами «заманчиво, но рискованно», говорят эксперты. Поэтому Россия остается в числе тех стран, куда компании предпочитают выходить через партнера или по франшизе. По данным CB Richard Ellis, 42% компаний, присутствующих на нашем рынке, развиваются по франшизе.

В 2010 году на московский рынок пришли Uniqlo, Kiabi, LC Waikiki, Dunkin Donuts, Burger King, Coffeshop Company, Camper, Converse. Три компании из восьми развиваются по франшизе. Однако изучив рынок и увидев положительную динамику, компании часто принимают решение работать напрямую. «Так получилось, например, с Prada. Итальянский дом моды в январе сообщил о прекращении сотрудничества с группой Mercury и планирует открыть собственные магазины в Москве», — приводит пример Наталья Рудакова.

О планах работать на рынке самостоятельно в 2011 году объявили Hermes, Guess и Mango. Немецкая Hugo Boss после 19 лет работы в России по системе франчайзинга решила открывать магазины сама. Хотя отношения с российскими франчайзи компания сохранит. Без посредников работают в России Swatch Group, Christian Dior, Chanel, Louis Vuitton. Анна Левинская.

Авиакомпания Iberia и испанский Институт туризма (Turespaсa) подписали соглашение о продвижении Испании как туристического направления. Свои подписи под документом поставили президент Iberia Антонио Васкес и генеральный секретарь Turespaсa Жоан Мескида Феррандо, отмечается в пресс-релизе перевозчика.

Соглашение предусматривает рекламные акции и другие маркетинговых мероприятий, которые будут проводиться силами Turespaсa. Кампания рассчитана на год, а ее целевыми рынками станут Россия, Мексика, Колумбия, Аргентина, США, Перу и Бразилия. Iberia, в свою очередь, берет на себя организацию поездок журналистов, туроператоров и сотрудников турагентств в Испанию.

Российский турпоток в Испанию в 2010 году составил 605 тысяч человек, за первые два месяца 2011 года он увеличился по сравнению с январем-февралем прошлого года на 24%. Испанские власти ставят перед собой цель принять у себя в текущем году до 1 миллиона туристов из РФ.

Дмитрий Медведев и Ху Цзиньтао обсудили перспективы развития стратегического партнёрства в торгово-экономической, энергетической и военно-технической сферах, укрепление взаимодействия между двумя странами в формате БРИКС и ШОС, а также вопросы международной и региональной повестки дня, в частности, ситуацию на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

Сегодняшние переговоры – первая встреча глав двух стран в 2011 году, являющимся юбилейным для российско-китайских отношений. В текущем году исполняется десять лет основополагающему двустороннему документу – Договору о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве между Россией и Китаем, подписанному 16 июля 2001 года.

Встреча состоялась «на полях» саммита БРИКС.

* * *

ХУ ЦЗИНЬТАО (как переведено): Уважаемый господин Президент!

Мне очень приятно вновь с Вами встретиться. Позвольте мне прежде всего горячо поприветствовать Вас в связи с Вашим участием в третьей встрече лидеров БРИКС, а также Вашим участием в церемонии открытия сессии Азиатского форума Боао 2011 года.

Я хорошо помню, что в прошлом году мы с Вами встречались шесть раз, и во время этих встреч состоялся обстоятельный обмен мнениями по актуальным вопросам. Я считаю, что это сыграло важную позитивную роль для всестороннего углубления китайско-российских отношений стратегического партнёрства и взаимодействия, а также расширения нашего всестороннего сотрудничества.

В наступившем году я готов вместе с Вами, уважаемый господин Президент, приложить совместные усилия для углублённого развития устойчивых и стабильных китайско-российских отношений.

Передаю слово Вам, уважаемый господин Президент.

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемый господин Председатель!

Я очень рад нашей новой встрече. Это первая встреча в этом году, и мне, и членам моей делегации очень приятно быть здесь, на Хайнане, где пройдёт саммит БРИКС, и впоследствии поучаствовать в экономическом форуме.

Наши страны являются стратегическими партнёрами, что проявляется, конечно, и в экономике, и в политической координации, в обсуждении актуальных вопросов международной повестки дня. Я надеюсь, что и сегодня, и в ближайшие дни мы сможем сделать очередной шаг в развитии наших добрососедских партнёрских отношений.

Дмитрий Медведев и Джекоб Зума обсудили актуальные вопросы двустороннего экономического взаимодействия, укрепление договорно-правовой базы отношений, ход совместной работы по реализации договорённостей, достигнутых в ходе официального визита Президента ЮАР в Москву.

Обсуждались также перспективы наращивания взаимодействия на мировой арене в рамках нового пятистороннего формата партнёрства БРИКС и в целом с учётом тесного диалога между государствами «на полях» международных форумов.

Состоялся обмен мнениями о перспективах урегулирования ситуации на севере Африки.

Встреча состоялась «на полях» саммита БРИКС.

* * *

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемый господин Президент, я очень рад нашей новой встрече.

Хотел бы Вас поприветствовать и отметить два факта. Во-первых, поздравить Вас с Днём рождения. Вчера у Вас был День рождения, и очень хорошо, что Вы продолжаете его отмечать вместе с нами.

Присутствие Южно-Африканской Республики в качестве члена уже расширенного БРИКС, мне кажется, тоже весьма знаменательно и для нашего форума, и для вашего государства. Я желаю вам в этом максимальных успехов.

Я хотел бы сегодня с Вами обсудить текущее состояние двусторонних отношений между Россией и ЮАР. Не так давно был Ваш визит, мы наметили вехи развития экономического сотрудничества, международной координации наших отношений. И конечно, сейчас, когда на территории Африканского континента идут бурные процессы, все мы максимально внимательно следим за тем, что происходит на севере Африки.

Не так давно была ваша посредническая миссия, связанная с урегулированием ситуации в Ливии. Мне бы, конечно, очень хотелось обменяться с Вами впечатлениями о том, как развиваются события, какие Вы видите возможные варианты урегулирования этого очень сложного конфликта. И я думаю, что от того, насколько скоординированными будут наши действия, в конечном счёте зависит разрешение и этого конфликта, и целого ряда других. Поэтому, если Вы не возражаете, то этот набор вопросов можно было бы обсудить во время нашей встречи.

Ещё раз сердечно Вас приветствую.

ДЖЕЙКОБ ЗУМА (как переведено): Большое спасибо, господин Президент! Благодарю за тёплый приём.

Рад нашей новой встрече. Предыдущая встреча состоялась в прошлом году в России в ходе моего визита, который был очень успешным. Благодарю за то, что снова нашли время встретиться со мной. И спасибо за слова, которые Вы произнесли по поводу моего Дня рождения. Я понимаю, что сейчас я нахожусь на полпути между молодостью и старостью, надеюсь, я становлюсь мудрее. Большое спасибо.

Хотел бы сказать, что согласен с теми пунктами повестки, которые Вы предлагаете для обсуждения. Буду рад поговорить о них. Я бы добавил, может быть, пару небольших вопросов, которые мне кажутся важными. Один из этих вопросов – научный. Наша страна участвует в тендере на право сооружения крупнейшего радиотелескопа [Square Kilometer Array]. Эта работа ведется в координации с другими странами континента и очень важна. Я бы хотел добавить этот пункт в повестку дня. Уверен, что мы могли бы рассмотреть и другие вопросы. Большое спасибо.

Дмитрий Медведев и Манмохан Сингх обсудили вопросы двустороннего взаимодействия в торгово-экономической сфере, в области энергетики, военно-технического сотрудничества, медицины, телекоммуникаций, транспорта, гуманитарной сфере.

Среди вопросов международной и региональной повестки дня главы двух государств рассмотрели взаимодействие в формате ШОС и ООН, обсудили ситуацию в Афганистане.

Встреча состоялась «на полях» саммита БРИКС.

* * *

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемый господин Премьер-министр! Я сердечно Вас приветствую!

Очень рад нашей новой встрече. Относительно недавно прошёл мой визит в Индию, который был очень полезным, продуктивным и, как всегда, очень дружественным.

Сегодня мы встречаемся в рамках форума БРИК, который расширился до БРИКС, что позволяет нам не только оценить текущее состояние международной экономики и поговорить о международных событиях, но и уделить определённое внимание нашим двусторонним отношениям, чему я очень рад. Мы сможем поговорить об экономических темах, о сотрудничестве в области гуманитарных проектов, о сотрудничестве в других сферах. И это очень хорошо, что мы новый год открываем такой встречей.

М.СИНГХ (как переведено): Уважаемый господин Президент!

У Индии и России есть уникальное стратегическое и глобальное партнёрство. Мы завершили десятилетие нашего стратегического сотрудничества, и могу сказать, это следует отметить, так как в это десятилетие наши отношения стали более сильными и глубокими. Во многом это стало возможным благодаря Вашему большому интересу к развитию этих отношений. Я хочу сердечно поблагодарить Вас и Премьер-министра Путина за сильную поддержку интенсификации нашего сотрудничества практически во всех сферах нашей деятельности. Я надеюсь, что следующее десятилетие будет ещё более плодотворным для сотрудничества между двумя нашими странами.

Что касается БРИКС, эти встречи стали проходить на постоянной основе благодаря действиям российского руководства. В первый раз этот саммит организовала именно Россия. В прошлый раз мы встречались в Бразилии, сейчас мы встречаемся в Китае. Хочу отметить, что за эти три года мир серьёзно изменился. Мировая экономика столкнулась с целым рядом вызовов. И чем больше я думаю об этом, тем больше я убеждаюсь, что партнёрство таких стран, как Россия, Китай, Индия, Бразилия и теперь Южная Африка, может помочь в укреплении мира, прогресса и стабильности.

Хотел бы ещё раз поблагодарить Вас за встречу и отметить, что Ваш визит в нашу страну стал определённой вехой.

Президент РФ Дмитрий Медведев, находящийся с визитом в Китае, провел в среду встречу с премьер-министром Индии Манмоханом Сингхом.

"Мы встречаемся в рамках форума БРИК, который расширился до БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР), что позволяет нам не только оценить текущее состояние международной экономики и поговорить о международных событиях, но и уделить определенное внимание нашим двусторонним отношениям, чему я очень рад - поговорить об экономических темах, о сотрудничестве в области гуманитарных проектов, в других сферах", - сказал Медведев, открывая встречу с Сингхом.

"Это очень хорошо, что мы новый год открываем такой встречей", - добавил глава государства.

В свою очередь премьер-министр Индии подчеркнул уникальный характер партнерства России и Индии.

"У нас есть стратегическое сотрудничество. За последнее десятилетие мы стали более сильными в нашем партнерстве, в целом оно стало более глубоким", - сказал Сингх, отметив заслугу в этом президента России, уделявшего внимание развитию этого сотрудничества.

"Поэтому я хочу очень сердечно поблагодарить вас и премьер-министра Владимира Путина за сильную поддержку в целях интенсификации нашего сотрудничества почти во всех сферах деятельности. Я надеюсь, что следующее десятилетие будет еще более плодотворным для содействия сотрудничеству между нашими двумя странами", - отметил премьер-министр Индии.

По его словам, в четверг состоится уже третья встреча лидеров БРИКС.

"За эти три года весь мир очень сильно изменился. Глобальная экономика сталкивалась со многими вызовами", - отметил Сингх.

"Когда я думаю об этом, я убежден, что партнерство таких стран, как Россия, Китай, Индия, Бразилия и теперь Южная Африка может укрепить силы мира, прогресса и стабильности", - добавил он.

Сингх - автор многочисленных трудов и публикаций по экономической проблематике - считается "отцом" экономических реформ Индии. В начале 90-х годов, занимая пост министра финансов, он разработал и начал практическую реализацию курса либеральных реформ, что способствовало предотвращению надвигавшегося кризиса индийской экономики.

Напомнив о визите главы российского государства в Индию в декабре прошлого года, Сингх сказал: "Ваш визит в нашу страну был веховым".

"Каждый раз, когда я вас встречаю, я думаю, что в России такое хорошее руководство, которое поддерживает Индию во всех аспектах", - заключил индийский премьер, который является активным сторонником расширения сотрудничества с РФ, и неоднократно бывал в России.

8 апреля 2011 г. «Amgen Inc.» сообщила, что в рамках стратегии международной экспансии была приобретена компания «Bergamo» за 215 млн дол. США. Бразильская фармацевтическая компания «Bergamo» является поставщиком лекарственных средств в местные больницы, а также проводит разработки в сфере терапии онкологических заболеваний. Кроме того, ей принадлежат производственные мощности в штате Сан-Паулу. Доход «Bergamo» в 2010 г. составил 80 млн дол.

Кроме того, «Amgen» была достигнута договоренность о выкупе прав на маркетирование в Бразилии некоторых лекарственных средств, ранее проданных «Mantecorp», которая впоследствии была приобретена «Hypermarcas SA». Сделка распространяется на такие препараты, как Vectibix® (панитумумаб) и Sensipar/Mimpara® (цинакальцета гидрохлорид), уже одобренные регуляторными органами Бразилии, а также лекарственное средство Nplate® (ромиплостим), которое находится на этапе рассмотрения регуляторными органами страны.

Кевин Шерер (Kevin Sharer), генеральный директор «Amgen», отметил, что приобретение «Bergamo», прибыльного предприятия с развитой местной инфраструктурой, и восстановление прав на продукцию компании в Бразилии, даст возможность расширить присутствие на бразильском фармацевтическом рынке. Он отметил, что ежегодный прирост бразильского фармацевтического рынка составляет около 12%. Ожидается, что к 2015 г. он станет 5-м в мире по величине.

В преддверии визита в Китайскую Народную Республику Дмитрий Медведев дал интервью Центральному телевидению Китая CCTV. Запись интервью состоялась 7 апреля.

* * *

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Уважаемый господин Президент!

Большое Вам спасибо за то, что Вы согласились дать нам интервью. Прежде всего я хотел бы уточнить у Вас: мы знаем, что одна из горячих тем, которую сейчас все обсуждают, это то, что через несколько дней, 12-го числа, будет отмечаться 50-летний юбилей первого полёта человека, Юрия Гагарина, в космос. Как Вы считаете, какое значение это имело для страны, для всего человечества, какое будущее нас ожидает в освоении космоса?

Д.МЕДВЕДЕВ: Я уверен, что это было абсолютно революционное событие и абсолютно символическое, это было выдающееся достижение советской космонавтики. После этого весь мир разделился на то, что было до полёта человека в космос, и то, что стало космической эрой. Уже много чего было сделано за это время: много полётов в космос, люди были на Луне, было огромное количество космонавтов из разных стран, в том числе из Китайской Народной Республики. Но значение того события, оно остаеётся даже в качестве такой фундаментальной вехи развития человеческого гения, потому что всё-таки было важно совершить этот первый шаг. И я очень горд, что этот первый шаг был совершён моей страной. Конечно, мы все будем отмечать 50-летие полёта нашего выдающегося первого космонавта Юрия Гагарина в космос, и не только мы в России, но и наши друзья в других странах. Поэтому это большое событие.

Что касается будущего освоения космоса. Вы знаете, здесь было много, может быть, неких идеалистических представлений, сегодня исследования космоса стали более прагматичны. Мы стараемся делать эксперименты, опыты, мы стараемся использовать новые технологии в космосе. Но остаётся и мечта, конечно, мечта о покорении других планет, других звёздных систем. Я не знаю, когда это будет происходить. Но я думаю, что человечество всегда будет стараться соединять два этих подхода: с одной стороны, желание, мечту осваивать космическое пространство и дальше, а с другой стороны, вполне прагматичное отношение к космосу, который может приносить не только интересные научные результаты, но и вполне практические вещи.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Господин Президент, через несколько дней Вы поедете в Китай на остров Хайнань, будете принимать участие в саммите БРИКС. Фактически после того, как к этому формату присоединилась ЮАР, это первый саммит именно в формате БРИКС, пяти стран. Какие у Вас ожидания связаны с предстоящим саммитом? И также я хотел бы узнать, с точки зрения России, как Вы считаете, какое значение имеет БРИКС? Какое политическое влияние, значение, помимо экономического измерения, он может иметь?

Д.МЕДВЕДЕВ: Я с большим интересом готовлюсь к саммиту, первому саммиту БРИКС, который состоится на Хайнане в Китайской Народной Республике.

Во-первых, потому что это действительно уже сформировавшийся новый и очень важный международный формат, который сегодня дополнен ещё и Южно-Африканской Республикой. Вначале было много разговоров: «А что такое БРИК? Что это за сообщество стран? Да, они большие, некоторые очень большие, как Китайская Народная Республика, у них достаточно большие экономики, но они просто встретятся, о чём-то поговорят, и не более того». Но когда этот формат начал набирать обороты, а это уже происходило в том числе и в мою бытность Президентом Российской Федерации, такие вопросы стали исчезать, потому что страны БРИК, а теперь БРИКС, начали проводить совместные инициативы, координировать свою экономическую политику, стараться вырабатывать общие подходы к решению самых разных международных проблем. А к тому времени, когда действительно мы стали работать теснее и интенсивнее, возникла одна огромная проблема – международный финансовый кризис. И, надо признаться, я вообще прямо об этом хочу сказать, что мы достаточно быстро преодолели последствия кризиса ещё и потому, что страны БРИК были едины в своих подходах. Я не говорю, что это главное, но это тем не менее помогало договариваться, потому что мы, например, приезжали на «двадцатку» уже с единой позицией.

Я надеюсь, кстати, что точно так же будет и после нашей встречи на Хайнане, где мы поговорим о том, как нам способствовать международному развитию; как нам бороться с существующими проблемами, а их много, включая и проблемы международной финансовой системы; какие критерии мы должны использовать для общения с международными финансовыми институтами. Мы же в предварительном порядке обсуждали, например, вопрос о том, каким образом договариваться по теме перераспределения квот во Всемирном банке и Международном валютном фонде. И эту общую консолидированную позицию мы как раз и представили на обсуждение «двадцатки».

Так что БРИК, а сегодня БРИКС, – это уже вполне сформировавшийся, работающий механизм согласования позиций ряда крупных, быстро развивающихся стран, к числу которых относится Китай, Индия, Бразилия, Россия, ну и теперь Южно-Африканская Республика, очень важный инструмент. Я абсолютно уверен, что мои предстоящие контакты тоже будут весьма и весьма позитивными. Я, естественно, надеюсь встретиться со всеми руководителями стран БРИКС, в том числе и с Председателем Китайской Народной Республики Ху Цзиньтао. Мы будем обсуждать и двусторонние вопросы, и, конечно, вопросы координации нашей политики по международным делам.

Вот такова повестка. Надеюсь, всё будет успешно. Я уж не говорю о том, что мне просто интересно будет посмотреть Хайнань. Я там не был никогда. Огромное количество туристов из нашей страны было. Это прекрасный курорт, и просто будет любопытно узнать, как всё выглядит, как всё устроено. Я уверен, что мне понравится.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Я уверен, что если у Вас будет чуть-чуть побольше времени на Хайнане, чтобы посмотреть местные пейзажи, Вам очень понравится. Там действительно очень много туристов из России, и прекрасные пейзажи этого острова привлекают россиян.

Вы очень правильно сказали, что в этом году саммит впервые проходит в формате пяти стран, и он проходит на Хайнане. Это остров с достаточно теёплой погодой. Я уверен, что атмосфера саммита тоже будет очень тёплой.

Господин Президент, я бы также хотел задать вопрос, касающийся двусторонних отношений между Россией и Китаем. Мы знаем, что в этом году исполняется 10 лет с момента подписания Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между Россией и Китаем. Уже более 10 лет активно развивается стратегическое партнёрство между нашими странами, и в целом отношения эти достаточно зрелые, очень хорошие, фактически сейчас они находятся на высшей точке своего развития за всю историю двусторонних отношений. Считаете ли Вы, что действительно сейчас наши отношения находятся на самом высоком уровне за всю свою историю? И что ещё нужно сделать, какие, может быть, существуют недостатки, какие перспективы развития наших отношений?

Д.МЕДВЕДЕВ: Я полностью согласен с тем, что наши отношения сейчас находятся на высшей точке своего развития за всю историю российско-китайских отношений. Это, правда, не значит, что мы должны успокоиться, расслабиться и смотреть за тем, как всё идёт, с горы, ничего не предпринимая. У нас сейчас действительно очень мощные отношения. Во-первых, мы стратегические партнёры, и это констатировано и нашим договором, и многочисленными политическими заявлениями, которые делались лидерами двух стран.

Во-вторых, у нас колоссальный объём экономических связей, экономического сотрудничества. В прошлом году товарооборот снова вернулся на уровень 60 миллиардов долларов. Если говорить прямо и откровенно, я абсолютно уверен, что это не предел для наших экономик. Китайская экономика огромна, российская экономика, в общем, тоже немаленькая. И я думаю, что планка в 100 миллиардов долларов абсолютно достижима в относительно близкой перспективе, о чём мы, кстати, уже с нашими китайскими партнёрами, по сути, говорили, как о среднесрочной перспективе развития торговых связей.

Но дело не только в торговле. У нас очень мощное инвестиционное сотрудничество. Причём оно касается самых разных областей и энергетики, что само собой разумеется, потому что Китай – очень большой потребитель энергии, а Россия – весьма мощный поставщик энергоносителей. Мы занимаемся высокими технологиями, мы занимаемся космосом совместно, мы занимаемся созданием атомных станций, мы занимаемся развитием различного рода сельхозкооперации. Бессмысленно даже перечислять направления сотрудничества, не говоря уже о традиционных связях в области машиностроения и поставке продукции тяжёлой промышленности. Поэтому все эти направления, конечно, должны укрепляться. Но нужны и новые сферы инвестирования.

На самом деле, если говорить об инвестициях, то они пока не достигли необходимых величин. Торговый оборот большой, это да, а инвестиций нет. Я считаю, что те 2 миллиарда 600 миллионов прямых китайских инвестиций, накопленных в Российской Федерации, и около миллиарда российских прямых инвестиций в Китай – это пока совсем немного. Мы знаем, что и Китай много вкладывает, да и Россия немало вкладывает в экономики других стран. Я считаю, что мы должны думать о том, чтобы наращивать инвестиционное сотрудничество, тем более что взаимные инвестиции очень сильно укрепляют сотрудничество самих государств, позволяют совместно противостоять кризисам, решать самые разные задачи, создавать совместные производства. Поэтому инвестиционную составляющую я считаю исключительно важной.

Ну и, наконец, гуманитарное сотрудничество. Вы знаете, я очень рад и просто с удовольствием всегда вспоминаю, что я был Председателем Года России в Китае и Китая в России, когда работал в Правительстве нашей страны. Мне тогда по долгу службы приходилось неоднократно бывать в Китайской Народной Республике. Я проводил всякого рода совещания, обсуждения, мы планировали мероприятия, их состоялось очень много, почти пять сотен, многие из них получились очень интересными.

Но самое главное, что наши люди в большей степени узнали жизнь Китайской Народной Республики в нынешних условиях, новую жизнь, а китайские граждане узнали, чем живёт наша страна. Поэтому гуманитарное сотрудничество, сотрудничество в области культуры остаётся весьма и весьма важным. И, кстати сказать, и Годы русского языка в Китае, это следующая перспектива, и китайского языка в России, как раз именно на это и направлены. Так что есть чем заниматься.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Я Вам рассказывал о том, что мой отец занимался вопросами России, был русистом, работал профессором в университете, преподавал русский язык и литературу. Действительно очень многие в Китае интересуются Россией и имеют очень тёплые чувства к вашей стране.

Я думаю, что очень важно, что изменяется общественное мнение, и это общественное мнение меняется в лучшую сторону. Наши страны – такие близкие соседи, у нас столько общих интересов, но я считаю, что очень важно, конечно, общественное мнение.

Я бы вот хотел ещё узнать: раньше была ситуация, когда Китай учился у России, и мы звали Советский Союз «большим старшим братом», сейчас, в последние десятилетия – эпоха реформ и развития, Китай быстро развивается, и сейчас некоторые русские, я не знаю, испытывают ли они какой-то психологический дискомфорт в этой связи? Как Вы считаете, что простые россияне думают о Китае?

Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я абсолютно убеждён, что простые россияне, как Вы говорите, они очень хорошо относятся к Китайской Народной Республике по разным причинам. Во-первых, у нас действительно есть общая история, она была разной, она была временами трудной, но это наша общая история, и в этот период было многое сделано для развития добрых отношений. Во-вторых, многие наши люди с восхищением смотрят за тем, как развивается Китайская Народная Республика. Вот Вы говорили, что в какой-то период китайцы многому учились у жителей нашей страны. Нормальные люди должны понимать: всегда есть чему поучиться у соседей. Сейчас нашим компаниям, нашим предпринимателям, некоторым нашим социальным структурам есть чему поучиться у наших китайских друзей – это нормально. И ни в коем случае здесь не нужно надуваться и говорить, что вот мы когда-то были такие важные, а сейчас мы ещё у кого-то учиться должны. Тот, кто перестаёт учиться, тот начинает умирать. И поэтому я считаю, что в целом мы всегда должны учиться друг у друга, всегда есть чему поучиться, особенно у соседей. Поэтому я считаю, что мы, во-первых, можем друг у друга учиться и должны это делать, и, во-вторых, для большинства наших граждан, как, надеюсь, и граждан Китайской Народной Республики, наши страны остаются близкими, соседними, дружественными, в чём я убедился, кстати, когда некоторое время назад около недели отдыхал в Китайской Народной Республике. Могу Вам сказать, это было на Жёлтом море. Огромное количество наших туристов, которые с удовольствием отдыхают в Китае, им нравится это делать. Поэтому, я считаю, никакой границы или никакого разграничения такого не существует, как и не должно быть никаких предрассудков.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Фактически в современное время, в современной ситуации Россия и Китай активно сотрудничают по многим международным вопросам. У нас схожие позиции, общие позиции. Например, в прошлом году во время обострения ситуации на Корейском полуострове Россия и Китай очень много сделали для смягчения ситуации, для возобновления шестисторонних переговоров. И фактически позиции наших двух стран абсолютно идентичны. Как Вы считаете, сейчас возможно ли возобновление шестисторонних переговоров? И если да, то какую роль они могут сыграть в разрешении вопроса Корейского полуострова? Как Вы считаете, как должна создаваться система обеспечения стабильности и мира в Северо-Восточной Азии? Какие планы у России есть на этот счёт?

Д.МЕДВЕДЕВ: Планы России на эту тему просты – мы хотим вместе с другими странами обеспечивать безопасность в Азиатско-Тихоокеанском регионе и, соответственно, в этой части света.

Как этого добиться? Только путём многосторонних консультаций. Вот Вы упомянули о проблеме Корейского полуострова, взаимоотношений между Югом и Севером, проблеме денуклеаризации Корейского полуострова. Может ли это сделать одна страна? Нет! Я в этом абсолютно уверен. Мы готовы к тому, чтобы вносить свой вклад, в том числе и в шестисторонние переговоры. Способны ли они возобновиться? Я считаю, что да, при определённых условиях, только мы все должны постараться. Авторитет Китая в этом смысле является одной из составляющих успеха с учётом того, что у Китая существуют разноплановые отношения с Корейской Народно-Демократической Республикой. У нас тоже есть отношения с КНДР, и они тоже исторические и достаточно многоаспектные. В этом смысле мы можем помогать этому процессу.

С другой стороны, у нас есть добрые отношения с Республикой Корея, как и у Китайской Народной Республики. Но нельзя, чтобы по этому вопросу кто-то один доминировал, и не потому, что мы уж так против односторонних или двусторонних переговоров, я просто не верю в их результативность. Иногда говорят: отдайте это всё другой стране, допустим, Соединённым Штатам Америки, они обо всем договорятся. Не договорятся! Так мир устроен, что необходимы гарантии, необходимо создавать комплексную систему безопасности, и поэтому шестисторонние переговоры, в которых участвуют две Кореи, Китай, Российская Федерация, Япония, Соединённые Штаты Америки, в этом смысле мне представляются гораздо более объективным механизмом. Надо пробовать, надо общаться, надо стараться предлагать некие стимулы той же самой Северной Корее, для того чтобы они понимали, что не существует никакой альтернативы сотрудничеству, что ядерная энергетика, ядерные программы должны быть абсолютно мирными. Только в этом случае может быть достигнут успех. Мы к этому готовы. Кстати, мы находимся в постоянной и прямой кооперации, постоянных и прямых консультациях на эту тему с нашими коллегами из Китая.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Действительно, Вы очень правильно говорите. В прошлом году было очень серьёзное обострение ситуации на Корейском полуострове. И мы видели различные попытки с обеих сторон: то военные учения, то другие действия провокационного характера. И, в общем-то, ситуация была на грани войны, по сути.

Д.МЕДВЕДЕВ: Да.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Мы даже боялись, что, возможно, в этом регионе сложится новый баланс сил. И речь шла именно о некоем военном альянсе между Америкой, Кореей и Японией в данном направлении.

Как Вы считаете, возможно ли такое изменение расстановки сил в регионе и какие соображения на этот счёт есть у России?

Д.МЕДВЕДЕВ: Мы тоже являемся частью этого региона. Мы же не с другой планеты. И для нас небезразлично, что там происходит. И если бы, не дай бог, произошло бы то, о чём Вы говорите, и начался бы военный сценарий, это была бы просто катастрофа, потому что мы понимаем, что использование силы имеет свойство распространяться.

Во-вторых, здесь могут быть применены различные способы ведения военных действий. Это очень насыщенный регион, где живёт много людей, это было бы просто страшным испытанием для всех. Поэтому я считаю, что военного способа решения этой проблемы нет, потому как на это уйдут годы, десятилетия. На Корейском полуострове уже была война. Хватит. Я считаю, что обе Кореи способны договариваться. Нагнетание страстей, бряцание оружием, проведение различного рода манёвров – они же просто нагнетают ситуацию. Конечно, это иногда является и способом такого политического торга: мы здесь что-то продемонстрировали, показали наше вооружение, мы в эту сторону выстрелили, что-то долетело куда-то... Но мы же понимаем, что в определённый момент механизмы сдерживания могут отказать. И что произойдёт? Произойдёт развязывание полноценного военного конфликта. И тогда уже вступят в силу другие законы – законы войны. И посреднические механизмы, в том числе упомянутая Вами «шестёрка», уже не сработают. Придётся проводить разделение, вновь устанавливать границы, и это будет самым страшным сценарием, какой только можно представить.

Поэтому наша задача сделать всё, чтобы никакого военного конфликта не было. Хватит человечеству военных конфликтов в других местах. Этот год в этом смысле оказался тоже не самым простым.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Вы очень верно сказали, что в этом году также у нас очень много конфликтов, и, конечно, всех волнует вопрос Ливии и других конфликтных и проблемных точек. Но говоря, кстати, о Ливии, считаете ли Вы, что ситуация в Ливии может полностью выйти из-под контроля, и возможно ли такое, чтобы Ливия стала вторым Ираком?

Д.МЕДВЕДЕВ: Так она уже вышла из-под контроля, её никто не контролирует. Эту ситуацию не контролирует Каддафи, потому что страна объята гражданской войной, и он совершил массу действий, которые могут быть истолкованы, в том числе и как преступления. Эту ситуацию не контролирует НАТО, потому что по понятным причинам у них нет мандата на то, чтобы проводить какие-либо широкомасштабные операции. А операция по блокированию воздушного пространства, по закрытию неба, приобрела очень своеобразные очертания, потому что она, по сути, свелась к применению силы. Тем не менее результат не достигнут, и, насколько я понимаю, планы в этом смысле у всех очень разные. Европейцы говорят одно, американцы говорят другое, то «будем принимать участие», то «не будем принимать участие». Эту ситуацию не контролируют повстанцы, потому что у них нет на это ни сил, ни средств, ни возможностей. Она уже вышла из-под контроля, и это очень грустно.

В то же время я считаю, что для того, чтобы наводить порядок, необходимо действовать строго в соответствии с существующими международными мандатами. Россия, кстати, как и Китайская Народная Республика, здесь занимала абсолютно симметричные, одинаковые позиции. Мы сначала осудили то, что там происходило, и проголосовали за одну из резолюций – резолюцию 1970, а потом мы воздержались при принятии резолюции, связанной с возможностью закрытия воздушного пространства и применения силы, тем самым заняв вполне определённую позицию.

Мы и дальше должны координировать наши усилия и в формате двустороннего сотрудничества, и, кстати, в формате того же самого БРИКС. Прогнозы делать в этой ситуации – штука очень сложная, в любом опять же варианте мне бы хотелось, чтобы события в этой стране развивались по какому-то спокойному сценарию, чтобы были использованы все механизмы примирения, потому что страна раздроблена, она поляризована, хотим мы этого или не хотим. И, кстати сказать, что бы там ни говорили, это придумали не другие страны, это придумали не участники даже этой операции, это отражение внутренних противоречий в самой Ливии, и эти противоречия создал существующий там режим, об этом не стоит забывать.

Во-вторых, все стороны должны взять на себя определённую долю ответственности, начать разговаривать и выработать новую конфигурацию того, что может в Ливии происходить в дальнейшем;

В-третьих, нужно понимать, что сейчас на карту поставлена жизнеспособность самого Ливийского государства. Что мы будем иметь: единую Ливию – я имею в виду мировое сообщество и, конечно, сам народ Ливии – или несколько государств, которые управляются марионеточными правительствами, а может быть, вообще никем не управляются, управляются радикалами, экстремистами? Это угроза вполне очевидная.

Я за этот месяц провёл консультации с руководителями большого количества государств Ближнего Востока, севера Африки, продолжаю эти консультации.

Сегодня у меня был с визитом король Иордании. Вчера я разговаривал по телефону с Президентом Асадом. Но эти консультации необходимо продолжать, для того чтобы всё-таки выработать какие-то общие подходы к урегулированию этой ситуации, в том числе ситуации вокруг Ливии. Не буду скрывать: нас это очень заботит, тем более что нас традиционно связывали хорошие отношения с арабскими государствами, и с Ливией в том числе. Но сейчас нужно смотреть в будущее. Все политики, которые там есть, должны принять для себя ответственные решения во имя народа Ливии. Кому-то надо принять для себя такое серьёзное, может быть, судьбоносное решение уйти, дать возможность развиваться своей стране. Я думаю, что это было бы во всех отношениях на пользу дела.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Я знаю, что и Вы во время Вашего пребывания в должности Президента провели очень много реформ, очень много важных мер, включая антикоррупционные меры, и продолжаете проводить очень серьёзные реформы. Например, сейчас чиновники высокого ранга уйдут из корпораций, с руководящих должностей в компаниях.

Не могли бы Вы вкратце поделиться своим видением и планами по дальнейшему реформированию России?

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо. Это, безусловно, важный вопрос, прежде всего для нашей страны, конечно, но, надеюсь, что и для наших партнёров, таких важных и дорогих для нас, как Китай.

Изменения назрели. Тот, кто не меняется, тот остаётся в прошлом. Это очевидно. Все крупнейшие страны быстро меняются. Мы смотрим за тем, как меняются наши партнёры; за тем, как развивается Китай; отмечаем блестящие успехи китайского народа в деле развития, модернизации своей страны. И мы должны меняться. Поэтому ни одна из существующих конструкций не может быть вечной. То, что хорошо было 10 лет назад, уже нехорошо сегодня. Мы должны приспосабливаться под меняющийся мир, приспосабливать этот мир под себя.

Но в 2000 году никто не думал, что в 2008 году будет глобальный финансовый кризис, который тряхнёт всю мировую экономику; что очень многие успехи, которые мы все делали, окажутся под угрозой. Но это произошло. И никакими теориями это не объяснить. Знаете, сколько бы сейчас на умные книжки ни ссылались, ни говорили, что этот кризис предполагали, – всё это неправда. К этому кризису оказались не готовы все, в том числе и известные международные экономисты-теоретики, не говоря уже о практикующих политиках.

Почему я об этом говорю? Потому что мы должны развиваться. Россия не исключение. Я считаю, что мы должны изменить нашу страну, мы должны внедрить в нашу жизнь новые технологии. И не только на бытовом уровне, это само собой разумеется, но и, самое главное, на уровне производства. Мы должны поменять культуру производства в нашей стране. Мы должны создать технологический приоритет. Мы должны постараться перевести нашу экономику на рельсы инноваций, новых высоких технологий. Только в этом случае мы будем конкурентоспособны в новом мире. Конечно, мы и дальше будем поставлять энергоносители, но за счёт нефти и газа благополучия в XXI веке не обеспечишь. Никто из нас не понимает, что будет в 2050 году. Вполне вероятно, что нефть не будет использоваться в качестве ключевого топлива. Может быть, придут другие виды топлива, которые будут обеспечивать энергобаланс.

Я напомню, что по тем расчётам, которые существуют, в историческом плане каждые 50 лет последние два столетия человечество меняло для себя главный источник топлива. Поэтому нельзя строить своё будущее только на энергетике, только на поставках сырья. Это сегодня понятно всем. Вопрос только в том, как поступить.

Мой курс – это модернизация экономики и модернизация политической жизни. Мы не должны отказываться от всего хорошего, что мы сделали, скажем, за последние 20 лет, и в особенности за последние 10 лет, но мы должны смотреть вперёд. Идеальна ли наша политическая система? Нет, не идеальна, она развивается. У нас есть Конституция, которая в целом отражает сегодняшнее общественное устройство. Но тем не менее мы должны менять законодательство в необходимых случаях, мы должны создавать непосредственные, новые формы осуществления демократии в нашей стране. Мы должны быть открыты и к той критике, которая раздаётся. Это не значит, что мы должны следовать всем тем рецептам, которые нам пытаются предлагать, но мы должны их всё-таки внимательно выслушивать и уж только потом делать выводы, что нам принимать, а что не принимать. Нельзя отгораживаться, нельзя говорить: знаете, мы всё сами хорошо знаем, мы сами у себя разберёмся. Потому что, как правило, за этим следует заскорузлость, нежелание меняться, а потом и застой, стагнация, разрушение основ государства.

К сожалению, наша страна это переживала. Это произошло в конце 80-х – начале 90-х годов, когда наша прежняя страна исчезла. Поэтому мы должны быть готовы к изменениям, мы должны меняться, мы должны модернизировать и экономику, и социальную жизнь, и политическую систему. Должны приходить новые люди, должны приходить новые политики, должны приходить новые руководители на предприятия, экономика должна жить по своим законам. В какой-то период нужно было укрепить основы нашего государства и собрать воедино разрушенные части государственного экономического комплекса, но мы не собираемся строить государственный капитализм, это не наш выбор. Наш выбор должен заключаться в том, чтобы создавать свободную рыночную экономику, поэтому представители государства в советах директоров крупнейших компаний должны подвинуться, они сделали своё дело. Пусть приходят независимые директора, а министры пусть концентрируются на своих задачах, пусть занимаются управлением экономикой, промышленностью, социальной сферой, а не просиживают штаны в советах директоров и на различных совещаниях. Вот чем надо заниматься.

Ну и есть ещё масса самых разных вопросов, по которым мы должны принять очень важные решения. Мы должны впитывать опыт других стран, смотреть за тем, как развиваются экономические системы, которые показали свою жизнеспособность, смотреть за опытом друзей, смотреть за тем, что и наши китайские товарищи делают. Это не значит, что мы должны всё копировать, но мы должны здравые вещи воспринимать. Вот в этом состоит курс на модернизацию, и я хотел бы этим заниматься.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Господин Президент, я несколько раз был в России, и я считаю, что ещё осталось очень много вещей, которым нам стоит поучиться. И у меня лично такое впечатление, что в области регулирования, например, дорожного движения в Москве есть многое, чему Пекину стоило бы поучиться.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо за это. (Смех.) Если нас услышит сейчас мэр города, новый мэр Собянин, он может решить, что ничего и делать не надо в этом смысле. Я могу Вам честно сказать, что большинство москвичей крайне недовольны тем, как обстоят дела с регулированием дорожного движения и с пробками в Москве. Но всё познаётся в сравнении, конечно.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: В Пекине тоже очень сильные пробки. Поэтому, может быть, те, кто приезжает из Пекина, думают, что в Москве ситуация лучше. Но это, конечно, моё личное мнение.

Сегодня в ходе интервью у меня возникает впечатление, что, во-первых, Вы очень глубоко размышляете по очень широкому кругу вопросов. И, в общем-то, Россия действительно очень большая, великая страна: 140 с лишним миллионов населения, огромная территория, политические, экономические вопросы. Огромный груз ответственности. И мне кажется, что Вы всё-таки молодой человек, с моей точки зрения. Вы устаёте или нет?

Д.МЕДВЕДЕВ: Это как посмотреть. Я уже не кажусь себе таким молодым. Что касается усталости, любой человек устаёт. Это нормально. Вопрос в том, как ты преодолеваешь усталость. Если ты просто ложишься отдыхать на кровать, скорее всего ты не справишься с теми жизненными вызовами, которые существуют перед любым человеком, кем бы он ни работал. А если ты стараешься как-то активным образом преодолевать эту усталость, тогда всё может получиться.

Что нужно делать? Нужно заниматься спортом, гимнастикой, как наши китайские друзья, разгружаться как-то, читать книжки, ходить в театр, смотреть фильмы, общаться с друзьями, проводить время с семьёй. В этом случае усталость отступает. И это помогает преодолевать проблемы.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Господин Президент, поскольку я журналист, я не могу удержаться от того, чтобы задать Вам такой вопрос, которым, в общем-то, весь мир интересуется: каков формат Вашего сотрудничества с премьером Путиным?

И, кроме того, уже меньше чем через год состоятся выборы – очередные выборы Президента Российской Федерации. Будете ли Вы в них участвовать?

Д.МЕДВЕДЕВ: Не могу сказать, что это самый оригинальный вопрос, который я услышал. Но это нормально. Вы должны такие вопросы задавать, я обязан на них отвечать.

По поводу моих отношений с Владимиром Путиным. Я неоднократно об этом говорил и ещё раз хотел бы сказать. У нас дружеские, очень тёплые, товарищеские отношения, которые сформировались за последние 20 лет. Это большой период, в том числе в моей жизни, Вы сказали, что я ещё не такой старый. Я Путина знаю практически полжизни, это немало, и мы встретились с ним впервые ещё в Петербурге много-много лет назад. Мы общаемся; общаемся, естественно, в товарищеском ключе, но при этом у нас сегодня разные позиции, разные роли: я Президент страны, гарант исполнения её Конституции, глава государства. Президент формирует Правительство, управляет многими процессами в стране. Правительство занимается своими делами, занимается экономикой, социальной сферой, делает это в ежедневном режиме – это тоже большая работа. Это, естественно, наложило свой отпечаток и на мои отношения с моим коллегой, другого и быть не могло, точно так же, когда я работал в Правительстве, а Президентом был Владимир Путин, ситуация была зеркальная – это нормально.

Ну а что касается будущего; будущего, конечно, не знает никто, но я могу Вам сказать, что я, как действующий глава государства, как Президент, конечно, о нём думаю, я просто обязан это делать. Я не исключаю того, что я буду баллотироваться на новый срок, должность Президента. Решение будет принято, причём в достаточно уже короткой перспективе, потому что, как Вы правильно сказали, уже меньше года остаётся. Но это решение должно, во-первых, быть зрелым и, во-вторых, оно должно опираться на существующую социальную ситуацию, на существующий расклад политических предпочтений и, самое главное, на отношение людей. Прежде чем такие решения принимать, надо взвесить все шансы, не действовать механистически, а именно действовать с полным пониманием ситуации. Я рассчитываю, что такое понимание в относительно короткой перспективе сформируется, я о нём расскажу.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Я помню, что и Вы, и премьер Путин говорили, высказывались в таком ключе, что наша задача, чтобы через десять–двадцать лет Россия была одним из самых сильных, мощных государств в мире. У вас единая задача в этом плане, если я правильно понял?

Д.МЕДВЕДЕВ: Я уверен, что у нас в этом плане единая задача. Я даже больше скажу. Я думаю, что нет ни одной здоровой политической силы в стране, которая не желает своей стране, в данном случае Российской Федерации, нашей любимой стране, процветания. Мы просто, может быть, по-разному видим методы и способы достижения этого процветания. Но это и есть демократия, это и есть конкуренция. Вот у меня одна позиция, у кого-то она может быть немножко другой. И только взаимообогащение способно создать результат. Но приоритеты развития, мне кажется, должны быть очень близкими, только тогда возможен успех.

ШУЙ ЦЗЮНЬ-И: Большое спасибо, господин Президент.

Россия выпала из Топ-10 мировых научных держав.

Если в 1999–2003 годах на долю нашей страны приходилось 3% от глобального числа публикаций в научных изданиях, то за следующую пятилетку этот показатель опустился ниже плинтусных 2%. Эти цифры приведены в докладе «Knowledge, networks and nations», опубликованном Королевским обществом, суть Британской академией наук.Мировое лидерство по-прежнему удерживают Соединённые Штаты, хотя доля их публикаций сократилась до 21.2% в 2004–2008 годах (в предыдущие пять лет она составляла 26.4%).

На втором месте оказался Китай, совершивший научно-технический спурт с шестой позиции. Его доля выросла с 4.4% до 10.2%. И это неудивительно: на исследования и развитие науки ежегодно здесь ассигнуется свыше $100 млрд, а в одном только 2006-м 1.5 млн китайских студентов закончили учёбу в вузах на научных и инженерных специальностях. Япония, сосед и соперник Поднебесной, переместилась со второй на четвёртую строчку мирового рейтинга, а третью сохранила Великобритания. Первую пятёрку замыкает Германия, после которой следуют другие развитые страны — Франция, Канада, Италия и Испания. С 13-го на 10-е место поднялась Индия, которая и вытеснила Россию из десятки. Если дело пойдёт так и дальше, скоро Индия будет учить РФ запускать космические корабли...

Как отмечает руководитель исследования Крис Левелин Смит из Оксфордского университета, цифры по абсолютному числу публикаций у ведущих держав остались практически без изменений. Однако мировая наука следует правилу: нужно постоянно идти вперёд, чтобы как минимум удерживать позиции. Так, у Италии количество научных статей выросло с 1996 по 2008 год на 32%. Тем не менее страна оставалась на 7–8 месте, сохраняя долю в 3–4%. Среди ускоряющихся государств эксперты выделяют Иран: в 1996 году он опубликовал 736 статей, а в 2008-м — свыше 13 тыс. Наращивают обороты Бразилия, Турция и ближневосточные государства, которые вслед за Индией могут стать конкурентами России в борьбе за научные лавры. Подготовлено по материалам Франс Пресс.

Итальянский производитель легковых автомобилей Fiat SpA увеличил свою долю в американской Chrysler до 30% с 25% после удовлетворения второго из трех требований по соглашению, достигнутому компаниями в 2009 году, говорится в пресс-релизе Chrysler.

В частности, Fiat помог Chrysler достичь выручки от продаж за территорией США, Канады и Мексики на уровне 1,5 миллиарда долларов. Кроме того, Fiat выполнил условие по продаже продукции Chrysler, задействовав 90% дилеров Fiat в Бразилии и Евросоюзе.

В текущем году это уже второе увеличение доли Fiat в Chrysler - в январе компания нарастила свою долю также на 5%, до 25% с 20%.

Fiat 10 июня 2009 года завершил сделку по приобретению активов Chrysler, в результате которой была сформирована новая компания Chrysler Group. Согласно условиям сделки, 68% акций альянса оказались под контролем профсоюза автопромышленников (United Auto Workers), а также фонда медицинского страхования UAW, 20% - Fiat, а остальные 12% принадлежали правительствам США и Канады. По оценкам специалистов, стоимость сделки достигала 2 миллиардов долларов.

Предполагалось, что доля Fiat в Chrysler будет сначала увеличена до 35% путем приобретения еще 10% акций компании в два этапа. Также не исключается возможность покупки еще 16% акций американского автопроизводителя после того, как тот погасит свои долги перед правительствами США и Канады.

Президент РФ Дмитрий Медведев примет участие в заседании Азиатского форума Боао (АФБ) в Китае, где обсудит интеграцию России в экономические процессы стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), сообщил помощник президента Сергей Приходько.

"Участие президента России в работе Азиатского форума Боао призвано расширить экономическую повестку взаимодействия с партнерами по БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка), придать импульс раскрытию возможностей российских деловых кругов на азиатском направлении", - сказал Приходько журналистам.

Планируется, что Медведев выступит в пятницу, 15 апреля, на церемонии открытия форума, который пройдет на острове Хайнань в Китае.

"Подключение России к АФБ будет способствовать интеграции российской экономики в разворачивающиеся в АТР интеграционные процессы, привлечению потенциала стран региона к процессам модернизации, а также более эффективному использованию возможностей сотрудничества с КНР, Японией, Республикой Корея, государствами-членами АСЕАН в интересах социально-экономического подъема Сибири и Дальнего Востока", - отметил помощник президента.

Приходько сообщил, что российский бизнес на форуме представят руководители Торгово-промышленной палаты, Внешэкономбанка, АФК "Система", "Русала", "Мечела", "Роснефти".

На предстоящем заседании также ожидаются выступления председателя КНР Ху Цзиньтао, президента Бразилии Дилмы Роуссефф, президента ЮАР Джейкоба Зумы, премьер-министра Испании Хосе Луиса Сапатеро, премьер-министра Южной Кореи Ким Хван Сика, главы правительства Украины Николая Азарова и других официальных лиц.

В этом году главная тема форума - "Инклюзивное развитие: общая повестка дня и новые вызовы". Предполагается проведение дискуссий по более чем 20 темам, включая состояние и перспективы развития мировой экономики в посткризисный период, укрепление роли G20 и проведение реформы международной финансовой системы, тенденции в развитии экономик ключевых государств АТР, региональные интеграционные процессы.

Учрежденный по инициативе Китая в 2001 году Азиатский форум Боао отмечает в этом году десятилетие. За это время форум, который претендует на статус "азиатского Давоса", стал важной площадкой для обсуждения вопросов экономического сотрудничества и интеграционных процессов в АТР, укрепления взаимодействия между правительственными, деловыми и научными кругами. АФБ также сравнивают с Петербургским международным экономическим форумом.

В состав участников Азиатского форума Боао входят представители крупных корпораций и некоммерческих организаций, науки, видные политики.

Российские и китайские специалисты готовят предложения для лидеров двух стран по сотрудничеству в космической сфере, сообщил помощник президента РФ Аркадий Дворкович.

"Мы ведем постоянный диалог с нашими китайскими партнерами по возможному сотрудничеству по космосу. Пока масштабного сотрудничества нет, есть предложения с обеих сторон, что можно было бы делать вместе. Наши ведомства, которые отвечают за эту сферу, в ближайшее время этот диалог будут осуществлять интенсивнее и сделают предложения для последующих встреч лидеров", - сказал Дворкович на брифинге во вторник.

По его словам, на встрече глав РФ и КНР в рамках саммита БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР), который пройдет 14 апреля в Китае, "такого конкретного обсуждения не планируется".

"Наши страны будут продолжать активно сотрудничать по всему, что связано с космическими технологиями, совместному использованию той инфраструктуры, которая создается нашими странами. Мы бы хотели, чтобы теми достижениями, которые создаем мы, в том числе, если говорить о последнем периоде - это система ГЛОНАСС, пользовались и наши партнеры", - отметил он.

Помощник президента Рф считает наиболее перспективным направлением развития навигационных систем одновременное использование GPS и ГЛОНАСС, когда все российские спутники будут выведены на орбиту.

"Одновременное использование дает максимальную точность в навигации по сравнению с использованием только одной системы", - сообщил Дворкович.

Россия получила две семерки за развитость ИКТ. Всемирный экономический форум (ВЭФ) опубликовал очередной глобальный отчет о развитии информационных технологий. На сей раз в исследовании учитывались данные по 138 странам за 2010–2011 годы

Всемирный экономический форум (ВЭФ) опубликовал очередной глобальный отчет о развитии информационных технологий. На сей раз в исследовании учитывались данные по 138 странам за 2010–2011 годы.

Индекс развитости информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) оценивается влиянием ИКТ на экономическое развитие и конкурентоспособность стран. С его помощью измеряется, в частности, готовность стран к эффективному использованию ИКТ по трем измерениям: общая среда для развития ИКТ (бизнес-климат, законодательное регулирование и инфраструктура), готовность трех основных групп к плодотворному использованию ИКТ (индивидуальных граждан, бизнеса и национальных правительств) и действительное использование самых современных доступных сетевых технологий. Как отметил старший управляющий и глава центра по информационным технологиям и телекоммуникациям ВЭФ Алан Маркус, инновации и ИКТ оказали решающее значение на долгосрочный рост стран. Поэтому, по его мнению, те страны, которые «полностью интегрируют новые технологии и усиливают влияние информационной революции на свое развитие и стратегию роста, закладывают фундамент для конкурентной и жизнеспособной экономики в будущем».

Выводу Алана Маркуса вполне можно поверить, ознакомившись с данными приведенного в отчете рейтинга развитости ИКТ. В нем первые пять строк занимают соответственно Швеция, Сингапур, Финляндия, Швейцария и США. Причем среди них только один новичок — Финляндия, которая в 2009–2010 годах занимала шестую строчку рейтинга. Вторую пятерку сформировали Тайвань (подъем на пять пунктов), Дания (прежде занимала третье место), Канада (опустилась на одну ступень), Норвегия (ранее находилась на 10 месте) и Корея (поднялась на 5 пунктов).

Если говорить о России, то на этот раз наша страна заняла 77 место, что на целых три пункта лучше прошлогодней оценки (80 место). При этом стоит отметить, что по ряду параметров положение России оценивается неплохо. «Россия занимает «средние» позиции по уровню развития телекоммуникационной инфраструктуры и использования населением телекоммуникационных технологий, включая Интернет», — говорит партнер компании Strategy Partners и координатор программы ВЭФ по оценке конкурентоспособности стран в России Алексей Праздничных. Так, в рейтинге стран с благоприятной средой для развития ИКТ-инфраструктуры нашей стране отведено уже 42 место. А по уровням готовности населения к использованию информационно-коммуникационных технологий и их непосредственному использованию населением Россия получила соответственно 59 и 55 места.

Но общую картину «портят» другие показатели. «В качестве слабой стороны можно отметить низкий уровень использования инструментов ИКТ для повышения эффективности государственного управления, — отмечает Праздничных. — В госсекторе процессы оказания государственных услуг пока не интегрируют новые возможности информационных технологий». Как указано в отчете, в России распространению ИКТ препятствует ряд проблем. В том числе неразвитый рынок (118 место) и законодательное регулирование (111 место), а также низкие уровни готовности к использованию и непосредственного использования ИКТ со стороны бизнеса и госсектора.

Возможно, инициативы российских властей — к примеру, проект «Сколково», внедрение универсальной карты и др. — как-то улучшат ситуацию. В это даже верят зарубежные IT-компании, которые интересуются тематикой построения электронного правительства в регионах. Кстати, похожей точки зрения придерживается и партнер компании Strategy Partners: «Возможности для более широкого использования электронного правительства существуют на региональном и муниципальном уровнях. Здесь эти технологии могут найти применение в самых разных сферах: от снижения административных барьеров для бизнеса до оказания услуг населению». Правда стоит отметить, что не все российские IT-компании верят в успешность перечисленных инициатив.

Если вернуться к рейтингу индекса развитости ИКТ, то можно также увидеть, что Россия значительно отстает от других стран БРИК — Бразилии, Индии и Китая, которые занимают 56, 48 и 36 место соответственно. Более того, Россия уступает и Казахстану, поднявшемуся на одну строчку — с 68 места на 67. Кстати, если в прошлом году Россия лишь немного опережала Украину (эта страна занимала 82 место), то в текущем разрыв значительно усилился. В основном, благодаря самой Украине, которая опустилась в рейтинге на 8 пунктов, заняв 90 место. Александр Михайлов

Во время своего первого официального визита в КНР президент Бразилии Дилма Руссефф намерена убедить официальные китайские власти покупать больше железной руды в Бразилии, чем в Австралии и Индии, сообщает Bloomberg.

Д.Руссефф встретится с президентом КНР Ху Цзиньтао и ожидает, что встреча принесет положительные результаты.

«Бразилия нужна Китаю так же, как Китай Бразилии, – отмечает бывший министр торговли Бразилии Сержиу Амарал, который сейчас руководит китайско-бразильским бизнес-советом. – И Бразилия, и Китай получат обоюдную выгоду от такого сотрудничества».

Россия в последние годы значительно активнее продвигает продукцию военного назначения (ПВН) на бразильский рынок, а также на рынки других стран Латинской Америки, особенно в сегментах ПВО и вертолетной техники, сообщил РИА Новости в понедельник руководитель Центра анализа мировой торговли оружием (ЦАМТО) Игорь Коротченко.

"В частности, с Бразилией уже достаточно длительное время ведутся переговоры по поставке второй партии ударных вертолетов Ми-35M, зенитных ракетных комплексов (ЗРК) малой дальности "Тор-М2Э", а также коммерческих спутников", - сказал Коротченко накануне открытия в Бразилии Восьмой латиноамериканской конференции и выставки по авиакосмическим и оборонным технологиям LAAD-2011(Latin America Aero & Defence).

Выставка пройдет в Рио-де-Жанейро с 12 по 15 апреля.

Коротченко напомнил, что контракт на закупку 12 ударных вертолетов Ми-35М был согласован в ноябре 2008 года в ходе визита в Латинскую Америку президента России Дмитрия Медведева. На текущий момент ВВС Бразилии передано шесть вертолетов Ми-35М (бразильское обозначение AH-2 "Сэйбр"). Завершение поставок по данному контракту оценочной стоимостью 150 миллионов долларов запланировано на 2011 год.

"Российские машины стали первыми специализированными ударными вертолетами, принятыми на вооружение ВВС Бразилии", - сказал Коротченко.

Уже переданные вертолеты вошли в состав 2-й эскадрильи 8-й авиагруппы.

По мнению руководителя ЦАМТО, Россия имеет также хорошие шансы на бразильском рынке в сегменте систем противовоздушной обороны. На текущий момент возможности Вооруженных сил Бразилии по прикрытию войск и населенных пунктов от воздушных угроз более чем ограничены. Основным средством ПВО являются самолеты истребительной авиации. На вооружении страны также имеются около двухсот 35-миллиметровых и 40-миллиметровых зенитно-артиллерийских установок, произведенных в 1950-е годы, и 100 ПЗРК "Мистраль" и "Игла" французского и российского производства соответственно.

Переговоры о поставке ЗРК "Тор-М2Э" ведутся сторонами с 2009 года.

Первоначально с целью получения информации в Москве побывали бразильские эксперты, а в конце ноября 2009 года командование Сухопутных войск (СВ) Бразилии посетила группа российских специалистов, которая провела презентацию данного ЗРК. Вопрос о возможности поставки обсуждался главами двух стран в ходе визита в Москву в мае 2010 года президента Бразилии.

Основной причиной, тормозящей программу приобретения российских ЗРК, является отсутствие достаточного объема финансовых средств в бюджете Бразилии. В то же время этот фактор в дальнейшем может сыграть в пользу продукции российских производителей, одним из основных преимуществ которой традиционно является доступная стоимость, отметил Коротченко.

По неофициальной информации, речь идет о закупке на первом этапе дивизиона ЗРК "Тор-М2Э", включая четыре пусковые установки, машину управления, а также другую технику, материальное обеспечение и зенитные управляемые ракеты.

Кроме того, по имеющимся данным, Россия готова предоставить Бразилии разрешение на лицензионное производство ПЗРК "Игла-С". В перспективе не исключена возможность поставки Бразилии систем ПВО средней и большой дальности.

Вторым крупным перспективным сегментом для России на рынке Бразилии является вертолетная техника. Кроме возможного продолжения поставок ударных вертолетов есть перспективы продвижения на рынок Бразилии тяжелых транспортных вертолетов Ми-26 (здесь основным конкурентом выступают США).

Сложнее обстоит ситуация в сегменте средних военно-транспортных и многоцелевых вертолетов. В этих сегментах часть своих потребностей Бразилия может удовлетворить самостоятельно, а оставшуюся часть рынка давно и прочно контролируют США и Франция.

Новым направлением является поставка на бразильский рынок чисто "гражданских" машин. Уже заключены контракты на поставку двух вертолетов Ми-171А1 и одного Ка-32А11ВС.

Прорабатывается возможность поставок в Бразилию российских бронемашин "Тигр". Для подготовки летчиков пилотированию приобретаемых Бразилией истребителей по программе F-X2 Россия предлагает Як-130УБС. Кроме того, бразильская сторона проявила интерес и, вероятно, входит в список потенциальных покупателей российско-индийской крылатой ракеты "Брамос". В первую очередь, Бразилию могут заинтересовать морская и сухопутная версии этой ракеты, отметил руководитель ЦАМТО.

Российские компании среднего и малого бизнеса (СМБ) неактивно используют интернет в своей работе, лишь 38% из них присутствуют в сети: через свой сайт, социальные сети или бизнес-справочники, как показало исследование, проведенное по заказу одной из крупнейших мировых интернет-компаний Google.

В других странах предприятия СМБ используют интернет в своей коммерческой деятельности гораздо активней. Например, в Бразилии 52% СМБ присутствуют в интернете, в Германии - 58%, в Ирландии - 63%.

Уровень присутствия СМБ в интернете определяется его специализацией

По мнению первого заместителя исполнительного директора объединения предпринимателей "ОПОРА России" Светланы Нугумановой, это обусловлено российской структурой СМБ. "В настоящее время среди СМБ в России доминируют розничная торговля, которая не нуждается в глобальном охвате. Поэтому, на мой взгляд, пока структура СМБ не поменяется, присутствие таких компаний в рунете будет оставаться невысоким", - сказала РИА Новости Нугуманова.

Согласно данным исследования Google, предприятия розничной торговли меньше всего представлены в интернете (12%). Активнее всего среди российских компаний СМБ интернет используют отели и рестораны (51%) и предприятия сельского хозяйства, промышленности и производства (45%).

Кроме того, отели и рестораны являются единственным сектором СМБ, которые используют страницы в социальных сетях для развития собственного бизнеса.

Руководитель российского представительства Google Владимир Долгов считает, что низкое присутствие СМБ в интернете объясняется еще и тем, что Россия в целом отстает по развитию сети от других стран. "Мы отстаем, например, от США, примерно на четыре года. У нас сейчас проникновение около 40%. В ближайшее время интернет-аудитория будет увеличиваться. Следовательно, все больше компаний будет приходить в интернет за новыми клиентами", - сказал РИА Новости Долгов.

СМБ, присутствующие в интернете, готовы платить за рекламу

Большинство компаний СМБ, которые уже присутствуют в интернете, чаще всего используют сеть для того, чтобы рассказать о своей компании. Из них:

- 82% размещают контактные данные;

- 53% публикуют информацию о ценах на продукты и услуги;

- 22% компаний занимаются интернет-коммерцией;

- 64% размещают онлайн-рекламу, хотя тратят на нее 28% бюджетов против 72% на оффлайн-рекламу.

Как сказал РИА Новости Долгов, большинство компаний СМБ, размещающих онлайн-рекламу, занимаются этим самостоятельно, не привлекая специальные агентства, что объясняется невысоким бюджетом рекламных кампаний. "Дело в том, что агентства по природе своей не могут обслуживать клиентов с малым бюджетом, например, в 100 долларов в месяц. А у СМБ едва ли бюджеты больше", - сообщил Долгов.

При этом для многих компаний СМБ онлайн-реклама может стать основным источником клиентов. Google приводит пример небольшой компании Ecwid, основанной тремя студентами из Ульяновска, которая продает платформу для надстройки интернет-магазина на уже существующие сайты - она смогла выйти на международный рынок, разместив контекстную рекламу в интернете. Сейчас ПО компании установлено на 90 тысячах сайтов по всему миру.

Будущее СМБ за интернетом

Эксперты уверены, что в будущем российские представители СМБ не смогут существовать без интернета. "Если тебя как компании нет в интернете, значит, тебя нет совсем. Люди сейчас первым делом идут в интернет, когда что-то ищут. И в этом случае клиентов получает тот, кто присутствует в сети", - уверен Долгов. По его мнению, сайт должен быть у любой компании, даже если это будет просто страница-визитка с контактами. "Например, владелец небольшого магазина, клиенты которого ограничиваются жильцами близлежащих домов, разместив контакты на своем сайте в интернете, может получить нового поставщика с более выгодными условиями", - уверен Долгов.

Как сказала РИА Новости Нугуманова, интернет является резервом для развития компаний СМБ. "Например, для компаний, предоставляющих услуги, интернет может стать источником новых клиентов. Кроме того, благодаря сети, СМБ может осваивать новые ниши", - говорит Нугуманова.

Однако более половины компаний (58%), не присутствующих в интернете, до сих пор не задумываются о необходимости создания собственного сайта. Большинство из них мотивируют это тем, что собственная страница в интернете не повлияет на развитие бизнеса (58%). Еще 20% уверены, что наличие сайта не повлияет на рост числа клиентов. Ольга Федина

"Рособоронэкспорт" обсуждает с бразильской стороной организацию совместного производства легкобронированного автомобиля "Тигр", а также производство на территории Бразилии истребителя Су-35, говорится в сообщении российского ведомства.

Осенью прошлого года полиция Бразилии приступила к испытаниям автомобиля "Тигр", выпускаемого на Арзамасском машиностроительном заводе в Нижегородской области, после которых должно было быть принято решение о его использовании в работе. Подробности переговоров не сообщаются.

Россия в последние годы значительно активнее продвигает продукцию военного назначения (ПВН) на бразильский рынок, а также на рынки других стан Латинской Америки, особенно в сегментах ПВО и вертолетной техники.

"Рособоронэкспорт" готов к организации на рынке стран Латинской Америки и Карибского бассейна системы послепродажного обслуживания и обеспечения запасными частями поставленной ПВН, созданию центров технического обслуживания и ремонта, подготовке личного состава национальных вооруженных сил, включая создание специализированных учебных центров, говорится в сообщении.

"Мы предлагаем не только контракты на покупку оружия, но и широкий спектр услуг постгарантийного обслуживания и даже лицензионное производство высокотехнологичных образцов российской боевой техники, включая производство на территории Бразилии суперистребителя Су-35", - заявил представитель "Рособоронэкспорта" Сергей Ладыгин, слова которого приводятся в сообщении.

Многоцелевой сверхманевренный Су-35 создан с использованием технологий пятого поколения. Он обладает новым двигателем с изменяемым вектором тяги, повышенной мощностью и ресурсом. Среди других характеристик Су-35 - совершенная информационно-управляющая система, РЛС с электронно-механическим сканированием, новое навигационное и радиосвязное оборудование, высокоэффективный комплекс радиоэлектронного противодействия, современные средства поражения.

Наличие бортовой кислорододобывающей станции и вспомогательной силовой установки значительно сокращает количество наземных средств аэродромного обеспечения. Су-35 может обнаруживать воздушные цели на расстоянии до 400 километров, сопровождать до 30 воздушных целей, а также одновременно вести обстрел до восьми воздушных и четырех наземных целей.

Ранее руководитель Центра анализа мировой торговли оружием Игорь Коротченко сообщил РИА Новости, что с Бразилией уже достаточно длительное время ведутся переговоры по поставке второй партии ударных вертолетов Ми-35M, зенитных ракетных комплексов (ЗРК) малой дальности "Тор-М2Э", а также коммерческих спутников.

Контракт на закупку 12 ударных вертолетов Ми-35М был согласован в ноябре 2008 года в ходе визита в Латинскую Америку президента России Дмитрия Медведева. На текущий момент ВВС Бразилии передано шесть вертолетов Ми-35М (бразильское обозначение AH-2 "Сэйбр"). Завершение поставок по данному контракту оценочной стоимостью 150 миллионов долларов запланировано на 2011 год. Переговоры о поставке ЗРК "Тор-М2Э" ведутся сторонами с 2009 года.

АМЗ находится в периметре управления ООО "Военно-промышленная компания" (Москва), которое является дочерним предприятием ОАО "Русские машины". ООО "ВПК" является управляющей компанией для входящих в состав холдинга "Русские машины" предприятий, полностью или частично специализирующихся на выпуске военной техники, в том числе ОАО "Арзамасский машиностроительный завод", ОАО "Завод Корпусов", ОАО "Барнаултрансмаш" и ООО "Военно-инженерный центр".

Компания имеет соответствующие лицензии на разработку, производство, ремонт и утилизацию вооружения и военной техники, а также на осуществление работ, связанных с использованием сведений, составляющих государственную тайну.

«Рособоронэкспорт» обсуждает с Бразилией организацию совместного производства легкобронированного автомобиля «Тигр», а также выпуск на территории южноамериканской страны истребителя Су-35, сообщает пресс-служба госкомпании.

В сообщении отмечается, что «Рособоронэкспорт» готов к организации на рынке стран Америки и Карибского бассейна системы послепродажного обслуживания и обеспечения запасными частями поставленной ПВН, созданию центров технического обслуживания и ремонта, подготовке личного состава национальных вооруженных сил, включая создание специализированных учебных центров.

Осенью 2010 года полиция Бразилии приступила к испытаниям автомобиля «Тигр», выпускаемого на Арзамасском машиностроительном заводе в Нижегородской области. После тестирования должно было быть принято решение о его использовании в работе.

В 2010 году, по словам главы «Рособоронэкспорта» Анатолия Исайкина, российский экспорт вооружений вырос до 8,6 млрд долларов.

Правительство Бразилии приняло решение приостановить закупку второй партии боевых вертолетов Ми-35 российского производства из-за бюджетных ограничений и выявленных «технических проблем» в обслуживании машин.

Контракт на приобретение 12 вертолетов Ми-35 на общую сумму 250 млн долл США был подписан в 2008 году, Бразилия также приобрела пакет оружия и средств материально-технического обслуживания, которые должны поступать в течение пяти лет. Первые шесть вертолетов поступили на вооружение в апреле 2010 года, остальные шесть должны были поступить в конце этого года.

112 млн долл США, которые в этом году должны были израсходованы на приобретение шести машин, будут направлены на другие цели.

Подчеркивается, что Бразилия не намерена аннулировать контракт, более того, даже имеет планы закупить еще четыре вертолета, которые получили обозначение АН-2 Saber.

«Техническими проблемами» называются трудности по интеграции российской электроники и систем связи к оборудованию ВВС Бразилии, отвечающего американским стандартам. Также возникали трудности к подключению к внешним источникам энергии. Кроме того, перечень заказа на поставку запчастей был выполнен с некоторыми ошибками.

Контракт по Ми-35 является первым соглашением по поставке российской тяжелой боевой техники в Бразилию. Ряд СМИ оценили контракт как событие, которого разрушило негласно существовавшее «табу».