Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Не менее 36 военнослужащих погибли и более 70 получили ранения в ходе боев за аэропорт ливийского города Бенгази между правительственными войсками и исламистскими группировками, передает в пятницу агентство Франс Пресс со ссылкой на источник в армейском спецназе Ливии.
В четверг днем сообщалось, что при взрыве заминированного автомобиля на армейском КПП близ аэропорта в Бенгази погибли семеро военных. По словам собеседника агентства, за этим нападением произошли два аналогичных теракта и последовавшее за ними наступление исламистов, которые стремятся вернуть контроль над аэропортом.
С момента свержения и убийства в Ливии в 2011 году во время вооруженного конфликта лидера страны Муамара Каддафи, Ливия переживает период кризиса. На политической арене противоборствуют либеральные силы, поддерживаемые армией, и представители исламских партий, которых поддерживают группировки бывших повстанцев.
В результате неулаженных разногласий в Ливии возникло двоевластие: с одной стороны представленное избранным на всеобщих выборах парламентом, заседающим в городе Тобрук на востоке страны и премьер-министром Абдаллой ат-Тани, а с другой — происламским Всеобщим Нацконгрессом и избранным им премьер-министром от исламистов Амром аль-Хаси.
При этом ряд районов Ливии вообще не контролируется центральными властями.
Латвийское правительство продает банк Citadele одиозному инвестору из Египта, который помог устроить свержение режима Хосни Мубарака, дружит с КНДР, подозревается в поддержке исламистских радикалов и осужден на родине за неуплату налогов на миллиарды долларов.
Партия «Единство» и правительство утверждают, что счастливы продать за небольшую сумму банк Citadele, так как его покупает американский инвестфонд Ripplewood Holdings, а это означает «гарантию геополитической безопасности экономики государства».
Также, все время подчеркивается, что инвесторами станут респектабельные бизнесмены, которые превратят Citadele в самый большой банк в регионе. Официально, список инвесторов не раскрыт, однако, LTV сообщало, что партнерами по этой сделке могут быть семья бразильских банкиров Сафра, исполнительный директор американского банка «Allen&Company» Стэнли Шуман, египетский миллиардер Нагиб Савирис, соучредитель инвестиционной компании «Cramer, Roshental&McGlynn» Джеральд Крамер, канадский фонд «Vealhouse Capital Management».
Только две фамилии из этого списка показывает каким могущественным личностям за бесценок отдается банк, на который были истрачены миллиарды евро латвийских налогоплательщиков — это семья Сафра и Нагиб Савирис.
Нагиб Савирис
Самый известный бизнесмен Египта миллиардер Нагиб Савирис, основатель Orascom Telecom Holding, является влиятельным мировым финансистом. Он считается IT-магнатом, который создал телекомуникационную корпорацию Orascom, контролирующую часть рынка связи на Ближнем Востоке и в Африке. Он также несколько лет был связан с российской компанией «ВымпелКом». Но самое главное — это его политическая деятельность в Египте и активное участие в свержении Хосни Мубарака.
Когда в январе 2011 года в стране начались волнения, Савирис немедленно встал на сторону противников Мубарака. Будучи членом самосозванной группы, которую пресса окрестила «совет мудрецов», он был одним из нескольких видных деятелей, которые выступали посредниками при отставке президента Египта 11 февраля 2011 года. Так, 7 февраля при встрече с вице-президентом Египта он обсуждал условия ухода Мубарака.
Далее, начинается «египетская чехарда». В результате свободных выборов к власти приходят «Братья-мусульмане» и президентом становится Мухаммед Мурси. Летом 2013 года военные в ходе переворота свергают Мурси, весной 2014 после выборов президентом становится фельдмаршал Ас-Сиси.
Савирис в этих событиях сыграл важную роль во время переворота, обеспечив информационную поддержку и выгодную «картинку» для западного мира. Большую роль в этом сыграла его небольшая партия «египетских хипстеров» — Партия свободных египтян. Сам миллиардер в это время находится за границей и приезжает в страну в конце 2013 года.
Очевидно, что Савирис является активным участником «революции» в Египте, имел огромное влияние на оппозицию, включая исламистов. Он поддерживал те силы, которые «раскачали» ключевую страну в арабском мире, создав угрозу прихода к власти радикальных исламистов и сторонников Халифата. Он не смущался кровавыми методами отстаивать свои бизнес-интересы в родной стране. Сейчас новый президент Ас-Сиси пытается стабилизировать ситуацию, отказался от поддержки сирийской оппозиции и «джихадистов» на Ближнем Востоке. Любопытно, что сразу же в «опалу» попал Саврис, которого обвинили в неуплате налогов на миллиарды долларов и осудили в сентябре 2014 на трехлетний тюремный срок. Это не мешает Савирису покупает роскошную недвижимость в Нью-Йорке и участвовать в сделке по покупке латвийского банка.
Степень влияния Савириса подтверждает тот факт, что он ведет бизнес с самой закрытой страной в мире — с КНДР. Ему принадлежит там единственный оператор мобильной связи — Koryolink. Он неоднократно бывал в Северной Корее, так 23 января, за пару дней до начала волны выступлений в Египте, Савирис был приглашен в Пхеньяне на ужин с Ким Чен Иром.
“Поезжайте в Северную Корею — там знают мое имя, знают меня в лицо, знают Orascom”, — заявил в одном интервью Савирис. Его компания мобильной связи появилась в КНДР еще в 2003 г., но уже в 2004 г. была запрещена после теракта, во время которого погибло 160 человек. По версии спецслужб, предназначавшаяся Ким Чен Иру бомба была подорвана с помощью мобильного телефона. Только Савирис сумел убедить северокорейских лидеров в необходимости сотовой связи для всех, и в 2008 г. “дочка” Orascom получила 25-летнюю лицензию на обслуживание сети 3G в КНДР.
Семья Сафра
В качестве еще одного инвестора для Citadele была названа семья бразильских миллиардеров Сафра. Это очень известная семья финансистов родом из Ливана. Они перебрались в Бразилию после II Мировой войны и стали владельцами крупных банков. Самыми знаменитыми из них были три брата — Эдмонд, Иосиф и Моис. Лидером семейного клана считался Эдмонд Сафра. Как пишут в деловой прессе, он был личным банкиром многих влиятельных людей в Европе и на Ближнем Востоке, в 90-е годы имел бизнес-интересы в России. Ранее, его имя в западной прессе связывали со скандалами вокруг отмывания денег наркомафии и «связями с русской мафией».
Через американский банк Эдмонда Сафра Republic National Bank of New York в 1998 году было переведено 4,8 млрд долларов транша МВФ для России откуда по поручению М.Касьянова деньги были переведы по различным «туманным адресам». Летом 1999 года Сафра встречался с Борисом Березовским. О чем беседовали Березовский и Сафра, остается тайной за семью печатями. Известно только, что после разговора Сафра в срочном порядке переехал в свою резиденцию в Монако, где имелись усиленная охрана и даже бункер на случай ядерной войны.
Тогда же Сафра решил срочно продать свою «империю» банку HSBC, но за 13 дней до завершения этой сделки он был убит в Монте-Карло. Его дом подожгли, Эдмонд спрятался в бронированной ванной и полтора часа ожидал помощи. Там он задохнулся от дыма.
Второй брат Моис умер в июне 2014 года.
Третий брат Иосиф успешно ведет свой бизнес, считается вторым самым богатым человеком в Бразилии. Ему 75 лет. Известно, что в 2011 году он купил за 1,1 миллиарда долларов шведский банк Sarasin и офисные помещения на Madison Avenue на сумму 285 миллионов долларов.
Кому продают Citadele?
Политики правящей партии «Единство» и их специалисты по связям с общественностью в медиа развернули обширную «пояснительную» компанию, представляя имена международных инвесторов, связанных со сделкой Citadele, как историю успеха и гарант вхождения в латвийский банковский сектор иностранных инвестиций. А также, очень тщательно спрятанную сумму сделки, как наилучшую возможную цену. Но, если мельком, взглянуть на биографии только двух инвесторов, то становится очевидно, что банк продают не «чистым» американским финансистам, а международным богачам с одиозными связями, «темным прошлым» и очень большими возможностями. При этом, они тратят на квартиры больше, чем готовы вложить в латвийский банк. В чем тут честь и благо для Латвии, видимо, понятно только «Единству», которое не хочет рассказать обществу подробности этой скандальной сделки.
И заметим, что если Савирис легко жертвует жизнями египтян ради своего блага, то почему он будет «жалеть» чужую Латвию и способствовать ее процветанию. Представляется, что, используя свои связи, он и другие инвесторы, надавили на латвийское правительство, чтобы за смешные деньги купить госбанк и использовать его исключительно в своих интересах. И хотелось бы посмотреть на инспекторов из FKTK, проводящих ревизию в банке, если даже ведущего банкира из семьи инвесторов жестоко убили в собственном доме.
За последние 3 года произошли важнейшие изменения на рынке нефти. США, являясь крупнейшим мировым импортеров нефти, сократили объем среднедневного импорта нефти до 7.2 млн баррелей за последний год, что соответствует уровням 95 года. Это примерно 30% сокращение импорта, если сравнивать с максимальным импортом на уровне 10.2-10.4 млн баррелей в день в период с 2005 по 2007 года. Т.е. минус 3 млн. импорта с мирового рынка нефти или примерно 120 млрд. долл. по средним ценам за год. В последний раз нечто подобное случалось в конце 70-х из-за энергетического кризиса на Ближнем Востоке. Сейчас причины иные, но об этом ниже.
Вообще импорт нефти в США начал расти после окончания Второй Мировой на траектории постепенного развития танкерного флота и освоения месторождений в Мексике, Африке и Ближнем Востоке.
Когда в середине 20 века потребление нефти в США росло (автомобилизация, рост пром.производства), то американцы не стали особо наращивать собственную добычу, а предпочитали импорт. Это особо ярко начало проявляться в период с 1985 по 2005 года. Сохранение невосполнимых ресурсов было важной целью. Ускорение импорта после 70-х совпало с отменой золотого стандарта и с ростом глобализации. Но это, естественно, не основные причины.
Импорт нефти США в принципе, устраивал . Во основном это было связано с оккупацией Африки и Ближнего Востока, когда крупнейшие американские энергетические компании США захватывали месторождения в тех регионах, бурили и качали нефть. Т.е. технологии добычи были во многом американские и частично европейские. Американские компании получали прибыль так, как будто это их месторождения. Местным правителям оставляли немного денег, но по принудительной договоренности с США, правители на Ближнем Востоке и в Африке соглашались (обязались) перечислять избыток прибыли в американские казначейские бумаги. Т.е. США получали прибыль от добычи и еще денежный поток в трежерис на финансирование растущего гос.долга. В 2004 году страны ОПЕК держали в трежерис 50 млрд, а сейчас 260 млрд.
Видно, что США увеличили импорт нефть по сравнению с пиковыми уровнями в 2007 в Канаде и … Кувейте. Ну и все. Наибольшие потери в Мексике, Венесуэле, Анголе, Нигерии. По ряду причин импорт нефти из Африки (Ангола, Нигерия, Ливия) практически полностью остановился.
Многое начало меняться с 2011 года. Суперагрессивное развитие альтернативных методов добычи, в том числе сланцевого газа и сланцевой нефти в США привели к взрывному росту добычи. Так добыча нефти в США в конце сентября составляла почти 9 млн барр .в день по сравнению с 5.5 млн барр. 4 года назад. Текущий объем добычи достиг максимумов середины 80-х.
Рост спреда между WTI и Brent с 2011 был связан в большей степени из-за роста предложения нефти на рынке в США.
При этом стоит отметить, что такой рост добычи примерно на 80% касается трудноизвелекаемой нефти с относительно высокой себестоимостью. Так в 2012 году большинство новых месторождений имело полную себестоимость нефти (с учетом амортизации инвестиций и налогов) около 75 долларов, сейчас около 80. Чтобы инвестиций имели смысл, цены на нефть не могут долгосрочно опускаться ниже 90 по WTI, иначе развертывание новых буровых установок потеряет всяких смысл. Т.е. по ценам около 85 (в среднем за квартал) до 30% вновь созданной добычи станет убыточной или неперспективной. При ценах ниже 75 почти все (из вновь созданного) будет нести убытки. А при 65-70 потребутся субсидии правительства ))
Т.е. США не смогут наказать Россию понижением цен на нефть, т.к. ударят по своей добыче. Кроме того, снижение цен на нефть приведет к потере контроля над регионом (Ближний Восток). Уже при ценах в 93 баксов Саудовская Аравия будет иметь дефицит бюджета. При ценах в 85-90 им придется репатриировать деньги из трежерис, чтобы дотировать покупки Бентли и яхты для шейхов. При ценах в 60 долларов из дворцов и дорогих лимузинов перейдут на ишаков, берблюдов и шалаши. Т.е. в отличие от конца 80-х (когда США не имели такого влияния в Африке и на Ближнем Востоке и не имели растущей низкомаржинальной добычи), сейчас падение цен на нефть будет бить по интересам США, как бы странно это не звучало (учитывая, что они остаются крупнейшим импортером). При этом для подавления России необходимо держать цены ниже 60-70 не меньше,чем 2-3 года, а не так как в 2009 (несколько месяцев). Но проблема для США в том, что в первую очередь лягут на дно все союзники США на Ближнем Востоке, т.к. не имеют вообще ничего, кроме доходов от нефти, тогда как для России тут скорее больше пользы, чем вреда, т.к. заставит в мобилизованном режиме развивать промышленный потенциал и активно рубить кротов и предателей в околовластных структурах.
Корабль с мигрантами затонул у побережья Ливии, погибли 10 человек, еще десятки пропали без вести, передает в четверг агентство Франс Пресс.
Служба береговой охраны Ливии сообщила, что ее сотрудники извлекли из воды тела мигрантов — граждан стран Африки. Спасти удалось от 80 до 90 человек, находившихся на судне. Сообщается, что в момент крушения на корабле могли находиться от 170 до 180 человек. Информация о том, куда направлялось судно, не сообщается.
Аналогичный случай произошел недалеко от берегов Ливии 21 сентября. Тогда в результате крушения судна с мигрантами погибли по меньшей мере 10 человек, 35 пропали без вести. Как передавали итальянские СМИ, судно, направлявшееся в Италию, было переполнено — на борту находились порядка 100 человек из Северной Африки.
Ранее сообщалось, что порядка 500 человек пропали без вести при крушении судна с мигрантами в Средиземном море у берегов Мальты.
Проблема нелегальной миграции стала в последние годы чрезвычайно острой для стран Евросоюза. В 2010 году Ливия — основной перевалочный пункт на пути африканских мигрантов в ЕС — законодательно занесла нелегальную миграцию в разряд уголовных преступлений. Именно обширная средиземноморская ливийская граница становится отправной точкой для тысяч нелегалов, ежегодно штурмующих средиземноморские европейские страны в поисках работы и лучшей жизни.
Эксперты отмечают, что любой конфликт отражается на котировках. Однако Сирия — небольшой игрок на нефтяном рынке, поэтому ожидать значительного роста цен пока не стоит
Падение нефтяных цен остановилось. Котировки смеси Brent стали корректироваться вверх на фоне авиаударов США по позициям боевиков «Исламского государства» в Сирии и разговоров о возможной наземной операции против террористической группировки.
Заместитель директора аналитического департамента «Газпромбанка» Александр Назаров не видит ничего странного в изменении цен на нефть.
Александр Назаров, замдиректора аналитического департамента «Газпромбанка»
«Реакция котировок совершенно обоснованная. Конечно, любой конфликт в зоне добычи нефти должен отразиться на котировках. Но стоит помнить, что Сирия — это очень небольшой игрок на нефтяном рынке, а основные регионы, которые добывают нефть сейчас, вокруг Сирии в том числе, пока конфликтом, по большому счету, не затронуты. Кроме того, на котировки по-прежнему давит очень крепкий доллар, который находится на максимуме за многие-многие месяцы. И пока эти факторы не уходят, и пока конфликт не перекинулся на те регионы, которые действительно оказывают влияние на добычу нефти, пока серьезного роста котировок ожидать не стоит. Кроме того, стоит напомнить о том, что начинается отопительный сезон, сезон высокого спроса, это тоже может поддержать котировки. Возможно, что на горизонте одного месяца мы увидим еще и рост на уровне 3-5%».
Управляющий партнер инвестбанка Advance Capital («Эдванс Капитал») Карен Дашьян считает, что нестабильная обстановка на Ближнем Востоке увеличивает цену на нефть на 20-30%.
Карен Дашьян, управляющий партнер инвестбанка Advance Capital
«Я считаю, что геополитический фактор и напряженность на Ближнем Востоке в ряде стран так или иначе уже заложены в цене и в ожиданиях со стороны игроков на рынке. Поэтому неспокойная ситуация в Сирии учтена так или иначе. Сегодня конфликт в острой своей фазе, цены немножко реагируют, дальше конфликт может быть временно урегулирован, но так или иначе рынок понимает, что ситуация нестабильная. Поэтому, что Ливия, что Сирия, что Ирак являются факторами, которые влияют на ожидания рынка. На мой взгляд, геополитическая обстановка на Ближнем Востоке прибавляет 20, а то и 30% именно к фундаментальной цене рынка».
США при поддержке ряда арабских стран 23 сентября начали наносить авиаудары по позициям террористической группировки «Исламское государство» на севере и северо-востоке Сирии.
29 сентября международная коалиция во главе с США атаковала нефте - и газоперерабатывающие заводы на востоке и северо-востоке Сирии. Сообщалось, что в данном районе участники группировки ИГ перерабатывали нефть для продажи на «черном» рынке. Стоит отметить, что крупнейшее газоперерабатывающее предприятие в Сирии — Coneco — также подверглось обстрелу.
В операции согласились принимать участие западные союзники США — Великобритания, Бельгия, Дания, Франция, а также арабские страны — Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Иордания.
Нидерланды, в свою очередь, заявили о готовности предоставить шесть истребителей F-16, а также военных специалистов. Греция также заявила о своем участии.
В Ливии, правительство, сформированное премьер-министром Абдаллой Абдуррахманом ат-Тани, принесло присягу на фоне крайней нестабильности в стране. Церемония прошла в Тобруке (140 км от границы с Египтом). Об этом пишет ИТАР-ТАСС.
Как заявил спикер палаты представителей (постоянного парламента) Акила Салах, "палата будет взаимодействовать с новым кабинетом в соответствии с Конституцией".
Ранее парламент Ливии утвердил список министров, предложенный ат-Тани.
При этом пост главы министерства обороны страны остался вакантным. Депутаты большинством голосов - 110 из 112 - проголосовали за вынесение вотума доверия кризисному кабмину.
Тем временем, как сообщили в генштабе армии, ливийские проправительственные силы продолжают группироваться на подступах к Триполи, чтобы выбить оттуда удерживающие ее радикальные группировки.
Попытки пересечь Средиземное море, чтобы добраться до стран Западной Европы с начала года унесли жизни уже 3072 нелегальных мигрантов, передает во вторник агентство Франс Пресс со ссылкой на доклад Международной организации по миграции (IOM).
Согласно данным IOM, эти цифры почти вдвое превышают предыдущий "рекордный" показатель, который был зафиксирован в 2011 году.
Организация отмечает, что Европа стала самым опасным местом назначения для мигрантов: всего в мире в 2014 году погибли более 4 тысяч таких нелегалов, и около 75% жертв приходится на средиземноморские маршруты.
Проблема нелегальной миграции стала в последние годы чрезвычайно острой для стран Евросоюза. В 2010 году Ливия — основной перевалочный пункт на пути африканских мигрантов в ЕС — законодательно занесла нелегальную миграцию в разряд уголовных преступлений. Именно обширная средиземноморская ливийская граница становится отправной точкой для тысяч нелегалов, ежегодно штурмующих средиземноморские европейские страны в поисках работы и лучшей жизни.
Члены OПЕК еще не пришли к согласию относительно сокращения добычи нефти в 2015 году, сообщает Bloomberg в комментарии к заявлению, которое сделал министр энергетики ОАЭ Сухейль Мухаммед аль-Мазруи спустя всего лишь неделю после прогноза генерального секретаря картеля Абдаллы аль-Бадри о снижении до 29,5 млн. барр в сутки.
«Это решение не единоличное, его примут все министры, когда мы встретимся. У нас есть еще почти два месяца, и мы должны быть уверены, что наше предложение соответствует спросу», — сказал аль-Мазруи на пресс-конференции в Абу-Даби. Вопрос о снижения квот будет обсуждаться на очередной встрече в венской штаб-квартире картеля 27 ноября. Все 12 членов группы должны будут согласиться, прежде чем уменьшать свою официальную квоту в 30 млн. баррелей в сутки, пояснил министр.
12 стран-экспортеров – это Саудовская Аравия, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты, Катар, Иран, Ирак, Алжир, Ливия, Ангола, Нигерия, Эквадор и Венесуэла. «Мы даем одну треть, а еще две трети продукции идет от других, так что на них тоже падает ответственность», заявил Сухаил Аль Мазруэй, отвечая на вопрос о соотношении с нефтяным рынком стран, не входящих в ОПЕК.
Другие официальные лица ОПЕК тоже не видят необходимости срочно реагировать на снижение цен корректировкой объемов нефтедобычи. Министры энергетики Саудовской Аравии и Кувейта Али аль-Наими и Али аль-Омайр заявили об этом в Кувейте еще 11 сентября. «Цена поднимется, когда зимой спрос на горючее возрастет», считает кувейтский министр.
Однако к фактору сезонного колебания добавляется снижение потребления в Китае, на рынок которого активно работает ОПЕК. О замедлении темпов экономического роста в Китае объявил недавно министр финансов страны Лоу Цзивэй на встрече «Группы 20″ в Кэрнсе (Австралия). Согласно подсчетам Международного энергетического агентства в Париже, доля Китая в мировом потреблении нефти составит в этом году около 11% (доля США, для сравнения, 21%).
Occidental Petroleum занимает 4 место среди крупнейших нефте- и газодобывающих компаний США, при этом, она продолжает выполнять реструктуризацию в компании по добыче и разведке меньшего размера и сосредотачивает свое внимание на росте добычи в Америке. Историческая маржа компании в ~10% за последние несколько лет превратилась в ~10% скидку, по мере того, как инвесторы пришли к выводу, что компания начала отставать от свои конкурентов по скупке нетрадиционных и высокоприбыльных залежей нефти и газа. Occidental Petroleum развивается более медленными темпами, если сравнивать ее конкурентами, которые полным ходом разрабатывают нетрадиционные места бурения, а это, в свою очередь, сказывается на оценке.
Реструктуризация продолжается
Однако это не значит, что компания не предпринимает шагов для реструктуризации своего портфолио, ведь Occidental Petroleum инвестировала в самые прибыльные сланцевые залежи Северной Америки. Компания начала деинвестицию своих международных активов, чтобы сосредоточить усилия на деятельности в США. Ожидаемое в декабре отделение California Resource Corporation [CRC] и возможная продажа части активов компании на Ближнем Востоке (в Абу-Даби, Катаре и Омане), оставит компании лишь сгущённые активы в заливе Пермиан, а также диверсифицированный портфолио MENA и химические, средние по объему добычи активы Латинской Америки.
Компания уже завершила продажу Hugoton в апреле, в то время как отделение активов в Калифорнии запланировано на 4 квартал 2014. Хьюстонский отдел Occidental Petroleum все еще высказывает намерение продать оставшуюся долю активов трубопровода Plains All-American Pipeline. Occidental Petroleum также ведет переговоры со своими партнерами по объемам работы компании на Ближнем Востоке, и до сих пор подыскивает стратегических покупателей для своих активов Williston и Piceance. Как сообщалось в прошлом месяце, данная компания ведет переговоры с Mubadala Development Co. из Абу-Даби о продаже доли активов в $3 млрд в проекте Шах ОАЭ по добыче природного газа.
После завершения фазы реструктуризации у Occidental Petroleum будет намного меньшая доля активов на Ближнем Востоке. Компания добьётся роста хьюстонского отделения по добыче нефти и газа в основном за счет бассейна Пермиан, проекта Дельфин и остатков своих активов на Ближнем Востоке и в Латинской Америке.
Медленный темп роста огорчает
Независимо от усилий компании по реструктуризации портфолио, медленный прогресс, особенно на Ближнем Востоке, огорчает многих инвесторов. Occidental Petroleum работает на Ближнем Востоке уже свыше 40 лет, и при том, что у компании есть отделения в Бахрейне, Ливии, Йемене и Ираке, основные свои операции она ведет в Абу-Даби, Катаре и Омане.
В основу стратегии реструктуризации были заложены планы о продаже всех активов на Ближнем Востоке консорциуму покупателей, но эти планы не осуществились. Тогда в октябре прошлого года компания объявила о намерениях магнетизировать свои активы на Ближнем Востоке. Однако задержка уже в два раза превысила все сроки, ввиду чего Occidental Petroleum занялась распродажей активов в розницу. Стратегия MENA Occidental Petroleum внедряется с трудом - такой медленный прогресс огорчает многих инвесторов.
Как я уже упоминал, большая часть активов MENA находится в Абу-Даби, Катаре и Омане; разработки эти очень ценные, особенно в Абу-Даби и Омане. Однако большая часть дохода генерируется в политически нестабильных регионах (до 20%), включая Ирак, Ливию и Йемен, поэтому за эти активы трудно получить приемлемую сумму.
Медленный ход продаж активов компании в Абу-Даби, Омане и Катаре огорчает многих инвесторов, при этом, беспокойные районы Ближнего Востока, такие как Ирак, Йемен или Ливия, могут еще больше разочаровать, ведь выгодные продажи бизнеса в других регионах, которые делают активы столь привлекательными, могут оказаться иллюзорными.
Перспективы Пермиан и роста на домашнем рынке
Ввиду того, что Occidental Petroleum покидает Калифорнию, рост на домашнем рынке должен быть стимулирован добычей в бассейне Пермиан. Этот бассейн станет основой бизнеса компании в США после отделения CRC. У Occidental Petroleum есть два структурных подразделения в Пермиан: Permian Resources (нетрадиционные активы) и Permian EOR (добыча нефти усовершенствованными методами, в основном углекислым газом и закачкой воды). Occidental Petroleum существенно увеличила капитальные затраты на Permian Resources, ведь компания ожидает роста добычи более чем на 20% в год на протяжении нескольких следующих лет. В среднем Permian Resources за поседений квартал добывала 72 БНЭ в день, при том, что целевой уровень добычи компании к 2016 составляет 120 БНЭ в день.
Occidental Petroleum планирует удвоить количество задействованных буровых установок до 54 платформ при переходе в режим полной отработки. Кроме того, Occidental Petroleum стала крупнейшим добытчиком в этом регионе: в ее владении 1.9 млн акров и 7000 потенциальных мест для бурения. При том, что на данный момент 70% добычи получается методом МУН, в будущем компания стремится добиться роста добычи методом горизонтального бурения на местах нетрадиционных залежей ископаемых.
Несмотря на то, что Occidental Petroleum начала вести разработку нетрадиционных залежей в бассейне Пермиан, делает она это с небольшим отставанием от своих конкурентов, хотя ожидается, что в течение года компания догонит своих соперников. Occidental Petroleum увеличила свой темп роста добычи за год до 15%-18% с предыдущих показателей в 13%-15%. Капитальные затраты Permian Resources на 2014 выросли до $1.9 млрд, а это на $200 млн больше, чем было ранее: всего Occidental Petroleum потратила на развитие бассейна Пермиан $818 млн за истекший год, пробурив 67 горизонтальных скважин, 43 из которых были завершены и запущены в работу, и еще 38 скважин ждут своего завершения.
Заключение
Occidental Petroleum продолжает выполнять свою программу реструктуризации и превращения в более мелкую компанию, сфокусированную на росте добычи нефти и газа в США. Однако медленный темп выполнения плана по Ближнему Востоку огорчает многих инвесторов. Стратегический план Occidental Petroleum MENA очень сложно воплотить в жизнь, поэтому компания не вписалась в сроки монетизации активов на Ближнем Востоке, и, по моему мнению, план реструктуризации и далее будет приносить одни огорчения.
Энтузиасты указывают на долгую историю и зрелость компании, а также ценность ее активов в США, однако, Occidental Petroleum отстает от своих конкурентов по разработке нетрадиционных залежей в бассейне Пермиан, а медленный темп развития может привести к неспособности получить полную выгоду, поэтому мне остается лишь поискать другой вариант для вложения.
Нужно распустить Форум экспортеров газа и создать российско-иранский газовый альянс
В последнее время на важнейших экспертных площадках задаются вопросом о эффективности Форума стран-экспортеров газа (ФСЭГ) и даже целесообразности его роспуска или же выхода из него РФ, ИРИ и других государств. Главный посыл критиков этой организации – Форум так и не стал инструментом защиты общих интересов стран-экспортеров газа, а превратился в механизм реализации газовых интересов США через полностью проамериканский Катар, где расположена штаб-квартира организации.
Как создавался Форум стран-экспортеров газа
Чтобы понять суть вопроса, нужно дать немного истории. Форум стран-экспортеров газа (ФСЭГ) был учреждён в 2001 году в Тегеране. На 7-й министерской встрече ФСЭГ в Москве в декабре 2008 года Форум приобрел юридический статус международной организации со штаб-квартирой в Дохе (Катар). При этом РФ настаивала на размещении штаб-квартиры ФСЭГ в Санкт-Петербурге, но в конечном счете почему-то разменяла это крайне опрометчиво на обещание Катара избрать первым генеральным секретарем Форума (кстати, чисто техническая должность) российского кандидата. Были предложения разместить ее и в третьих странах, как это существует у ОПЕК, например, в Вене или одном из городов Швейцарии. Однако мировой «газовой столицей» все-таки стала Доха. Если с российской стороны был допущен досадный промах в этом вопросе, то, как утверждают источники, представители ряда стран просто банально получили взятки от катарцев за голосование в пользу Дохи. Одним словом, из-за глупости одних и продажности других Россия и Иран допустили непростительную ошибку (ошибку на миллиарды долларов!), что согласились на расположении штаб-квартиры ФСЭГ в Дохе.
В декабре 2009 года генеральным секретарем Форума был избран представитель России Леонид Бохановский, не имевший опыта работы на мировых рынках газа, в отличие от кандидатов других стран, которые были бывшими или действующими руководители министерств энергетики или национальных нефтегазовых компаний (Л.Бохановский, имеющий чисто дипломатическое образование, после ухода из МИД РФ в бизнес, работал в частной компании, занимаясь ее зарубежными проектами в сфере прокладки трубопроводов). С 1 января 2014 его заменил представитель Ирана. На сегодняшний день участниками ФСЭГ являются: Алжир, Боливия, Венесуэла, Египет, Иран, Катар, Ливия, Нигерия, ОАЭ, Оман, Россия, Тринидад и Тобаго и Экваториальная Гвинея. Ирак, Казахстан, Нидерланды и Норвегия имеют в нем статус наблюдателя.
ФСЭГ просто не мог состояться
Следует отметить, что все значимые российские и иранские инициативы упорно замалчивались, хотя эти две страны – самые крупные в мире по запасам газа. Дело в том, что свое отношение к Форуму предельно откровенно выразили американцы в Вашингтоне, когда в апреле 2007 года в письме палаты представителей Конгресса США тогдашнему госсекретарю Кондолизе Райс возможная трансформация Форума в «газовую ОПЕК» была расценена как попытка создания «глобальной организации по вымогательству и рэкету». Ну, а потом рынок газа за время существования Форума и особенно со времени последнего обострения украинского конфликта превратился в арену ожесточенной борьбы Запада против России на самом чувствительном для неё направлении экспорта энергоносителей. И площадка ФСЭГ используется для этого в полном объёме – через абсолютно подконтрольный американцам Катар. Фактически, на деле получается так, что штаб-квартирой ФСЭГ в Дохе управляли американцы.
Поэтому почти за 6 лет существования Форума планы его преобразования в эффективный международный картель по типу ОПЕК, способный оказывать заметное влияние на механизм ценообразования на рынке природного газа, продвигавшиеся рядом членов этой организации (Иран, Россия, Венесуэла и Алжир), оставались на бумаге, даже не рассматривались. Более того, если проанализировать выступление Владимира Путина и других участников московского Форума, то видно, что не реализованными так и остались три ключевые идеи, о поддержке которых участники договаривались ещё в октябре 2008 года в ходе тегеранской встречи, когда Россия, Иран и Катар заключили трехстороннее соглашение о сотрудничестве в газовой сфере. Тогда стороны говорили о необходимости:
- ежеквартальных консультаций для обсуждения вопросов развития газового рынка;
- создания Высшего технического комитета для выработки путей реализации конкретных проектов, охватывающих всю производственную цепочку – от геологоразведки и добычи до транспортировки и маркетинга;
- создания международного клуба экспертов и журналистов «Энергетический полюс», своеобразного инструмента для продвижения интересов ФСЭГ и «большой тройки» (Россия, Катар, Иран) на международном информационном поле.
Немного другими словами о необходимости решения именно этих задач говорилось и 1 июля 2013 года в Москве в ходе второго газового саммита. Само по себе это показывает, что ФСЭГ так и не смог реализовать заложенный в нём потенциал, и сегодня, по сути, он представляет собой просто лишь дискуссионную площадку. И что еще хуже, Форум сейчас − это важный индикатор «газовой войны», барометр возможных геополитических альянсов.
Подрывная роль Катара
В «энергетической войне» против России нет ничего нового. В 70-е США приложили максимум усилий для срыва проекта «Голубой поток: Уренгой – Помары – Ужгород – Европа». В 80-е, на пике холодной войны, Вашингтон совместно с Саудовской Аравией и другими монархиями Персидского залива резко понизили нефтяные цены на мировом рынке и обрушили советскую экономику.
Сегодня для удара по Москве используются в основном два фактора: сланцевый газ и Катар. Карликовый эмират стал ярым противником основных предложений России – о создании реального механизма газового ценообразования и о поставках на основе долгосрочных, а не краткосрочных контрактов. «Газовый картель», по мнению Дохи, не возможен, потому как повлечет за собою недовольство США, Канады, ЕС и Австралии и, как следствие, обвинения в монопольном сговоре и передачу вопроса в международный арбитраж. И что характерно – этот, по сути, шантаж, успешно работает. Так, в конце июня 2013 года немецкая RWE выиграла судебную тяжбу с «Газпромом» о пересмотре условий контрактов на поставку газа. Фактически создан судебный прецедент для европейских компаний, ведущих переговоры с «Газпромом». И параллельно идёт «антимонопольное» расследование деятельности «Газпрома» Еврокомиссией.
На этом фоне весьма примечательно то, что более четверти потребляемого в странах ЕС сжиженного природного газа (СПГ) доставляется из Катара. А в 2014 году Катар поставит в Европу дополнительно ещё 50 млрд. куб. м газа в год, то есть «закроет» дополнительных 5% газового рынка ЕС. Такой прирост будет обеспечен благодаря двум обстоятельствам. В отличие от России Катару не придётся создавать дополнительные мощности производства СПГ. Они созданы ранее, под потребности газового рынка США, но американцы, нарастив национальную добычу, по официальной версии, «внезапно отказались» от всех соглашений с эмиратом, «вытолкнув» катарский газ на европейский рынок. Отсюда и заинтересованность, и возможности Катара без особого ущерба для себя продавать СПГ, во-первых, в рамках «коротких» контрактов, во-вторых, по демпинговым ценам, что, разумеется, не устраивает Россию.
Обманные маневры Дохи
В этой «газовой войне», идущей за кулисами Форума, есть одно важное обстоятельство – «игра» Катара с Россией, стремление убедить российскую сторону в дружелюбности намерений и готовности к сотрудничеству. Пиком российско-катарских межгосударственных контактов стал 2010 год. В марте Москву посетил премьер-министр эмирата (уже бывший), который щедро обещал многомиллиардные инвестиции и даже благосклонно выслушивал предложения Дмитрия Медведева о том, чтобы «продвигать консорциум экспортёров газа». В апреле в Катаре побывали российские представители: тогдашний вице-премьер Игорь Сечин и министр энергетики Сергей Шматко, которые вели переговоры о двухсторонней кооперации и создании правительственной комиссии по сотрудничеству в газовой сфере. А в ноябре Москву посетил уже эмир Хамад (сегодня тоже бывший). И в том же 2010 году Катар предложил «Газпрому» принять участие в проекте по «Северному месторождению» в Персидском заливе (примыкающему к иранскому «Южному Парсу»), на разработку которого был наложен мораторий до 2014 года. Попутно Катар обещал инвестиции в освоении Южно-Тамбейского месторождения на Ямале и в строительстве завода «Ямал-СПГ». Естественно, все эти обещания катарской стороны так и остались обещаниями. В 2010-2011 годах Россия предложила Катару множество инвестиционных проектов в нефтегазовой, золоторудной, строительной и иных сферах общим объёмом от 10 до 12 миллиардов долларов. Катар все время обещал о своем щедром участии, но не принял участия ни в одном, активно инвестируя при этом в элитную недвижимость и футбольные команды Западной Европы. А затем стал открыто ударять по интересам России за нежелание Москвы поддержать свержение режима в Ливии и войну в Сирии.
Более того, Доха политизировала вопрос подготовки и созыва первого газового саммита Форума, не выдав визы весной 2011 г. членам ливийской делегации законного тогда правительства Муаммара Каддафи (это – прямое и грубейшее нарушение статуса катарской столицы как места расположения штаб-квартиры международной организации), а затем бойкотировав в июне министерскую встречу в Каире, куда прибыл ливийский министр нефти и газа. А затем, уже осенью, в катарских СМИ была развязана беспрецедентная кампания против Москвы за ее позицию по Ливии и Сирии, включая призывы порвать экономические связи с РФ и проводить массовые демонстрации протеста перед российскими дипмиссиями в арабских государствах. В результате, президент России на саммит 15 ноября 2011 г. не приехал, как и большинство других глав государств и правительств стран-членов ФСЭГ. В результате, в знак мести Москве, дело дошло до жестокого избиения полицией посла РФ Владимира Титоренко 29 ноября 2011 г. в аэропорту Дохи, так как он не позволил вскрыть в нарушение Венской конвенции дипломатическую почту с документами из Москвы.
Дальше еще больше. Когда в феврале 2013 года в Дохе открылось представительство «Газпрома», уже 1 апреля катарский премьер на энергетическом форуме в Дохе открыто объявил о том, что эмират намерен конкурировать с Россией на рынке газа в Южной Европе. Вполне в духе «двойной игры» Катара с Россией. И вполне в рамках планов США и ЕС по сокращению зависимости Южной Европы и Турции от поставок российских энергоносителей. Тем более что в этой «газовой войне» Катар имеет сразу два дополнительных козыря: во-первых, доставка СПГ морем стоит дешевле, чем по трубопроводам из России, а во-вторых, таким козырем является тот самый «третий энергопакет» ЕС, который направлен в первую очередь против российских поставок и который Евросоюз методично продавливает, опираясь на возможности эмирата.
Москве давно пора стоит понять − с Катаром не договориться, а значит настало время приступить к созданию «особых отношений» с теми странами, которые разделяют предложения России в силу выгодности этих предложений для их собственных экономик: Ираном, Ираком, Венесуэлой. А договорённости с Исламской Республикой смогут сыграть самую существенную роль в достижении Россией успеха на всех направлениях «газовой войны», развязанной США и ЕС против Москвы, в том числе путем срыва реализации проекта строительства газопровода «Южный поток».
Перспективы российско-иранского газового сотрудничества
В отличие от фантастических прожектов Катара, предложения Ирана о совместных проектах, в том числе и по колоссальному месторождению «Южный Парс», вполне реальны и конкретны. Хотя нужно четко понимать, что Вашингтон крайне заинтересован в срыве любых возможных российско-иранских договорённостей. При этом совершенно очевидно, что без сотрудничества с Ираном у России нет шансов остановить газовую экспансию Катара и попытки США обвалить энергетический сектор РФ. Более того, свойственная ранее Москве «оглядка на Запад» в иранском вопросе уже привела и может еще более привести Россию к серьезным экономическим потерям.
Тем более тут возникает фактор Сирии. Для Ирана не составит особого труда существенно ограничить катарский экспорт СПГ, идущий сейчас через Ормузский пролив. Все это прекрасно понимают, а Катар, при поддержке Запада, стремится избавиться от такой зависимости, создав «транзитный коридор», который должен пройти через Саудовскую Аравию и Иорданию по территории Сирии и вывести «трубу» к Средиземному морю, а далее в Европу. Другое дело, что с Башаром Асадом, ориентирующимся на Москву и Тегеран, данный проект в том виде, как он необходим Соединённым Штатам и Катару, не осуществим. Совместные внешнеполитические усилия России и Ирана в этом контексте приобретают уже не геополитический, а вполне конкретный экономический смысл как способ предотвращения газовой экспансии Катара, направленной на выдавливание России с традиционных газовых рынков, и срыв усилий США по замене правящих режимов в Москве и Тегеране на проамериканские.
************
Таким образом лучшим способом нейтрализации негативного воздействия ФСЭГ стал бы выход их него России, Ирана, Венесуэлы и других стран, не желающих следовать диктату США, и создание нового, реально эффективного альянса, способного обеспечить интересы всех крупных экспортеров газа, в том числе путем регулирования цен на газ, достижения договоренностей о работе на различных рынках газа и сотрудничестве в сфере транспортировки. А начать нужно с создания российско-иранского газового альянса. Другие страны-производители газа могут по мере своей готовности примкнуть к новому Альянсу. Только Катару и другим сателлитам США не должно быть место в таком новом Альянсе.
Владимир Ефимов,
Специально для Iran.ru
Верховный комиссар ООН по правам человека Зейд Раад аль-Хуссейн заявил, что гибель порядка 500 мигрантов у берегов Мальты в понедельник может оказаться массовым убийством и должна быть тщательно расследована, сообщает в пятницу агентство Ассошиэйтед Пресс.
"Если рассказы выживших окажутся правдой — а они выглядят достоверно, — то мы рассматриваем это как массовое убийство в Средиземном море", — заявил комиссар. СМИ ранее сообщали, что два палестинца, которым удалось спастись после крушения, сообщили представителям Международной организации по миграции, что на борту находились порядка 500 человек.
По информации комиссара, среди пропавших без вести — граждане Сирии, Палестины, Египта, Судана.
Агентство Франс Пресс сообщало ранее, что судно "потопили торговцы людьми".
Проблема нелегальной миграции стала в последние годы чрезвычайно острой для стран Евросоюза. В 2010 году Ливия — основной перевалочный пункт на пути африканских мигрантов в ЕС — законодательно занесла нелегальную миграцию в разряд уголовных преступлений. Именно обширная средиземноморская ливийская граница становится отправной точкой для тысяч нелегалов, ежегодно штурмующих средиземноморские европейские страны в поисках работы и лучшей жизни.
Визит Дж. Керри на Ближний Восток: США наступают на Россию с юга
Петр Львов
Государственный секретарь США Джон Керри завершил в выходные свое турне по Ближнему Востоку, прибыв в Париж для участия в международной конференции по безопасности Ирака. Основной точкой пребывания главы американского внешнеполитического ведомства стала Саудовская Аравия, где в Джидде он встретился с представителями арабских стран (члены ССАГПЗ, Египет и Иордания) и Турции, чтобы убедить их присоединиться к коалиции, создаваемой США для борьбы с «Исламским государством», а в реалии – для восстановления «антисирийского альянса» в составе НАТО и консервативных арабских режимов.
Естественно, что ключевым участником переговоров стала Саудовская Аравия – нынешний духовный лидер суннитского мира и наиболее богатое государство региона, готовое финансировать планы по свержению режима Б.Асада. В повестке встречи стоял также вопрос о прекращении снабжения ИГ из Турции и Иордании, недопущение финансовой поддержки террористов из-за границы. США также добиваются, чтобы правительства арабских стран задействовали свои СМИ для разъяснительной работы. Это в первую очередь включает наиболее популярные телестанции «Аль-Джазира» и «Аль-Арабийя», финансируемые соответственно Катаром и КСА.
Перед прилетом в Саудовскую Аравию Керри посетил Багдад и Амман. Король Иордании Абдалла Второй сообщил по окончании визита госсекретаря, что готов присоединиться к коалиции, подчеркнув при этом, что «однако главная проблема Ближнего Востока – израильская оккупация палестинских земель».
Переговоры Керри прошли вскоре после заявления президента Обамы о намерении «ослабить и уничтожить» группировку ИГ как в Ираке, так и в Сирии. Высокопоставленный представитель госдепартамента, участвовавший в переговорах, отметил тот факт, что встречу проводит саудовская сторона. По его словам, это имеет важное значение не только из-за размера и экономического влияния Саудовской Аравии, «но также и в связи с ее религиозной значимостью для суннитов». Преодоление разногласий между суннитами и шиитами в регионе и в Ираке является важной частью повышения эффективности коалиции, поскольку большинство бойцов «Исламского государства» являются суннитами, а новое правительство в Багдаде возглавляет шиит, поддерживаемый Ираном.
Как стало известно, Дж.Керри усиленно навязывал участникам встречи в Джидде мысль, что коалиции может потребоваться усиленная военная база присутствия в регионе и возможность совершения полетов над территориями других стран для нанесения ударов по «Исламскому государству». Госсекретарь также призвал к активизации усилий по пресечению возможностей финансирования экстремистских группировок физическими лицами и частными исламскими благотворительными фондами, так как финансовый надзор в Кувейте и Катаре является крайне слабым. Особенный упор был сделан Керри и на прекращении контрабанды нефти «Исламским государством» через иорданскую и турецкую границы. Однако здесь возникли определенные сложности, учитывая, что ИГ продает с нефтяных полей и нефтеперерабатывающих объектов на контролируемой территории компаниям этих двух стран нефть и нефтепродукты по цене почти в два раза ниже мировой, что позволяет иорданцам и туркам делать вполне приличный бизнес, а группировке ИГ получать не менее трех млн. долл в день. Поэтому, как стало известно, Вашингтон проведет с ними «более целенаправленную работу» в ближайшие несколько недель.
По итогам встречи 11 сентября глава МИД Саудовской Аравии Сауд аль-Фейсал заявил на пресс-конференции: «Мы договорились взаимодействовать в полном масштабе для искоренения такого террористического явления как ИГ», особо подчеркнув, что в ходе переговоров была отмечена «необходимость соблюдения суверенитета и целостности государств региона». В свою очередь, госсекретарь США выделил «центральную роль арабских стран в решении проблемы ИГ». Из конфиденциальных источников стало известно, что госсекретарь США попросил от стран-участниц обеспечить большую свободу для пролетов американских военных самолетов, участвующих в операциях против ИГ в Ираке. Кроме того, он поставил вопрос о возможном предоставлении дополнительных мест для базирования американских ВВС и даже о перспективах введения бесполетных зон для Сирии.
То есть фактически американцами поставлен вопрос о том, чтобы беспрепятственно летать над территорией САР и наносить удары не только по позициям ИГ, но и сирийской армии. Поскольку в Дамаске уже отвергли саму возможность беспрепятственных полетов авиации США и их союзников над сирийской территорией и нанесения ударов по ней, отметив, что будут рассматривать подобные действия как акт агрессии, в Вашингтоне, видимо, опасаются, что ПВО и ВВС САР могут, реагируя на воздушную агрессию США, начать сбивать американские боевые и разведывательные самолеты. Да и по заявлению МИД РФ, удар США по объектам боевиков ИГ в Сирии без санкции СБ ООН «стал бы актом агрессии и грубым нарушением международного права». А ведь уже прошла информация и о том, что возможно американцы и их союзники будут использовать против лагерей ИГ в Сирии подразделения спецназа, перенеся тем самым боевые действия с воздуха на землю. А это уже очень серьезно и опасно для региональной стабильности. Тем более, как также стало известно, что Эр-Рияд дал согласие разместить на своей территории тренировочные лагеря для подготовки боевиков умеренной сирийской оппозиции, которые будут противостоять в Сирии как ИГ, так и правительственным войскам Башара Асада. Обучать боевиков сирийской оппозиции будут американские военные инструкторы. Предполагается также, что в ближайшее время состоится раунд встреч глав Минобороны стран-участниц сегодняшней встречи для выработки планов реализации достигнутых договоренностей.
Пока что для Вашингтона остается не до конца решенным вопрос о турецком участии в коалиции. Ее мининдел не стал подписывать итоговое коммюнике по завершению встречи в Джидде. И тут явно речь идет не только о контрабандной нефти из районов Ирака, занятых ИГ, но и крупных экономических интересах Анкары в России. Остановив значительные объемы закупок продовольствия из стран Европейского Союза в ответ на антироссийские санкции США и ЕС, Россия ранее сообщила, что намерена приобретать такого рода продукцию из других государств, в числе которых может быть и Турция.
Эта ситуация вселила большие надежды в турецких экспортеров, которые из-за ошибочной политики руководства Партии справедливости и развития Турции (ПСР) в рамках проекта «Большой Ближний Восток» сегодня теряют ливийский, египетский, сирийский и иракский рынки. Однако многие в Турции полагают, что правительство Р.Эрдогана продолжает полным ходом следовать курсом поддержки НАТО и ЕС по Украине, тем самым вызывая значительную обеспокоенность России. После недавнего саммита НАТО в Уэльсе, правительство ПСР явно не изменило своей позиции. Вместо России, которая без каких-либо предварительных условий открывает для Турции свой рынок продовольствия в несколько миллиардов долларов, Анкара идет на сотрудничество с Западом, закрывая глаза на то, что в отчетах западных спецслужб Турция определяется как «цель», «союзник, но не друг».
Причем на недавнем саммите НАТО были определены две стратегии, которые напрямую касаются этой страны, превращая Турцию в мишень. Во-первых, под предлогом украинского кризиса было принято решение разместить силы НАТО вблизи российских границ и в Черном море. В этой связи были проведены военные учения, в которых Турция также приняла участие.
Вторая стратегия связана с Ближним Востоком и предполагает создание коалиции, которая якобы будет действовать против ИГ, но, видимо, на самом деле будет работать против Сирии, «Хизбаллы» и опять же России.
Учитывая географическое положение Турции, можно представить, что для НАТО и суннитско-аравийского блока США она станет «проходным двором», и к тому же будет подключена к этой работе по многим направлениям, в том числе и в плане поставки армейского контингента и авиации в случае начала авиаударов по территории САР и наземных действий в Сирии. Но, что важнее всего, все эти военные проекты — мина замедленного действия для Турции, и она неизбежно подорвет целостность страны и приведет к внутреннему расколу. По всей видимости, именно из-за этого министр экономического развития России Улюкаев отменил свой визит в Турцию, который должен был состояться 9 сентября. Цель визита состояла в прояснении вопроса об импорте продовольствия из Турции в Россию.
А теперь возникает вопрос – поедет ли осенью с визитом в Турцию президент В.Путин? В реалии, привязка нынешних властей Анкары к НАТО тормозит отношения Турции и России, которая открывает для турецких сельхозпроизводителей свой многомиллиардный рынок и является одновременно основным поставщиком сырья и энергетики.
Поэтому, видимо, после Джидды Керри поехал в Анкару, чтобы еще раз подтвердить обязательства Турции к общей линии в отношении к воссоздаваемой коалиции, учитывая, что мининдел этой страны не стал подписывать коммюнике по итогам встречи в Саудовской Аравии.
Еще одна «проблемная» страна для США в этом плане – Египет, президент которого недавно посетил Россию и взял курс на развитие всестороннего партнерства с Москвой, как в торгово-экономической, так и военно-технической области. Тем более что администрация Обамы в 2011 году поддержала свержение Мубарака и приход к власти «Братьев-мусульман» путем «цветной революции», а затем исламисты довели Египет до экономической катастрофы и острейшего внутриполитического кризиса. Так что задача Керри в Каире была более чем ясна – заставить египтян отказаться от развития партнерства с Россией и закрепить президента Сисси на прозападных позициях в рамках формируемой антисирийской коалиции. И пока трудно предсказать, какой выбор сделает АРЕ, учитывая финансовые возможности главных партнеров США по региону – Саудовской Аравии и ОАЭ, а также давние исторические завязки значительной части египетского бизнеса на Запад. Нужно откровенно признать, что у России здесь меньше возможностей, хотя в пользу Москвы играет тот факт, что политически российская политика РФ на Ближнем Востоке гораздо привлекательнее для Каира, нежели американский курс, направленный на подавление самостоятельности государств и навязывания им своих «демократических» ценностей.
В любом случае, хочется верить, что в Москве прекрасно понимают, что Сирия и свержение в Дамаске правящего режима Б.Асада – это не самоцель Вашингтона, а лишь этап на пути реализации главной стратегической задачи Обамы: всемерно ослабить российскую экономику и позиции РФ в регионе. Ведь Сирия мешает проложить из Катара через КСА, Иорданию и САР магистральный газопровод до сирийского средиземноморского побережья, а далее – в Южную Европу, что полностью бы сорвало проект газопровода «Южный поток».
Тем самым, взяв курс на ослабление России для того, чтобы в конечном плане добиться замены в Москве нынешних властей на проамериканские и подчинить себе всю мировую энергетику, Вашингтон разворачивает атаку на РФ через южное направление – Ближний и Средний Восток – под предлогом разворачивания борьбы с исламистским терроризмом в лице ИГ. Навязывая экономические санкции в обход СБ ООН, заставляя ЕС и другие союзные страны делать то же самое, по-существу США уже развязали экономическую войну против России. И тем самым у РФ нет другого выхода кроме как принять самые решительные меры для своей защиты и защиты своих союзников в регионе.
Парламент Ливии отклонил состав кабинета министров, который днем ранее представил на рассмотрение премьер-министр Абдалла ат-Тани, передает в четверг агентство Рейтер со ссылкой на представителя парламентариев.
В среду стало известно, что ат-Тани представил новый кабинет министров в составе 16 человек на рассмотрение парламента. На пост нового министра иностранных дел ат-Тани предложил правозащитницу Фариду Аллаги (Farida Allaghi).
По данным представителя парламента Фараджа Хашима, законодатели потребовали у ат-Тани сформировать кабинет, состав которого не будет превышать десяти человек.
Одновременно с правительством ат-Тани в Ливии существует правительство, сформированное Всеобщим национальным конгрессом при поддержке боевиков-исламистов. Всеобщий конгресс (бывший временный законодательный орган республики) должен был быть расформирован, после того как передал свои полномочия палате представителей Ливии, однако он самовольно возобновил работу в Триполи и назначил премьером Омара аль-Хаси, поручив ему сформировать "правительство спасения".
США вложили 5 миллиардов долларов в различные неправительственные организации на Украине для финансирования деятельности, направленной на свержение президента Виктора Януковича и законно избранной власти в этой стране. Такие данные привел в четверг на международной научно-общественной конференции в Белграде журналист и общественный деятель Нейл Кларк (Великобритания).
"На Украине было потрачено 5 миллиардов долларов на действия, направленные против правительства. Это деньги налогоплательщиков США, которые были направлены в НПО (неправительственные организации) на Украине, чтобы свергнуть законное правительство этой страны", — сказал Кларк.
По его мнению, начиная с бомбардировок в 1999 году странами НАТО суверенной Югославии, в мире идет уже необъявленная "третья мировая война", которую ведут США и ведущие страны НАТО против "стратегически важных стран", пытающихся проводить свою собственную политику. Перед непосредственным военным вмешательством, в качестве первого шага, "обязательно идет экономическая атака на страны, вводятся экономические санкции", отметил эксперт. Также при необходимости ведется стимулирование террористической активности в неугодных странах — это делается "для атак на правительственные силы и разжигания гражданской войны".
"Мы видим, как они работают вместе в эти дни и на Украине. Список независимых стран по всему миру, которые подверглись атакам с 1999 года, очень обширен и постоянно расширяется — это Афганистан, Иран, Ирак, Ливия, Сирия, теперь идет угроза в отношении России — мы видим санкции, мы видим демонизацию ее лидера", — сказал Кларк.
На конференции, посвященной столетию начала Первой мировой войны, он отметил, что "политика сегодняшних западных лидеров еще более страшна, чем она была 100 лет назад".
"Борьба ведется за право независимых государств на демократию, на право сохранять свою независимость… Государства должны иметь право на собственную политическую, экономическую, социальную и так далее систему. Мы должны поддерживать стремление стран по всему миру проводить собственную политику, сохранять свою независимость и не быть марионеткой в руках внешних сил", — заявил британец.
Алжир был одним из основных партнёров России в Северной Африке. Однако действия США по превращению Алжира в «сланцевый полигон» и одобрительные высказывания представителей алжирского руководства о переходе страны к освоению сланцевого газа существенно осложняют взаимоотношения с Россией.
21 мая 2014 года Совет министров Алжира принял решение разрешить разведку и разработку сланцевого газа. Накануне этого судьбоносного решения Алжир наводнили делегации американских чиновников, в том числе с небезызвестными Хилари Клинтон (госсекретарь США) и Эрнест Мониц (глава Энергетического департамента США).
Есть предположение, что власти Алжира пошли на этот шаг, толком не разобравшись в надобности и последствиях добычи сланцевого газа, опасаясь такой же участи, которая настигла ливийского лидера Муамара Каддафи.
Наверное, поэтому на предостережения общественности и экспертов алжирское руководство просто закрывает глаза. Или не хочет понимать масштабы экологической и социальной катастрофы, которая ожидает страну в случае добычи сланцевого газа. Алжир всегда страдал недостатком пресной воды. По мнению учёных, в среднем для эксплуатации одной сланцевой скважины требуется до 20 000 кубометров. Где брать воду? Единственный вариант – использовать запасы подземных вод, расположенных под Сахарой. В случае начала производства по добыче сланцевого газа, об этом, считай – единственном, источнике пресных вод можно забыть. Высокая себестоимость добычи нетрадиционного углеводорода в Алжире делает весь проект по его производству нерентабельным.
Следует заметить, что ни одна европейская стана не дала согласие на производство сланцевого газа на своей территории.
Добыча сланцевого газа сделает Алжир зависимым от США не только в энергетическом, но и в экономическом, военном и политическом плане, что никак не может радовать российскую сторону.
Очевидно, что волнения в Алжире так или иначе будут продолжаться. С одной стороны, США не допустит, если сланцевый проект в Алжире пойдет не по её сценарию, и может развязать очередной майдан, перерастающий в локальный военный конфликт. С другой стороны Алжир могут ждать массовые волнения и протесты общественности, осознавшей губительность сланцевого производства. «Арабская весна» в данной стране получит окраску «сланцевой революции». В любом случае, режиму Абделя Азиза Бутефлики не позавидуешь.
Армия опального ливийского экс-генерала Халифа Хафтара объявила о закрытии одного из важнейших морских портов страны в Бенгази с целью предотвращения поставок вооружения действующим на территории страны исламистам, передает РИА «Новости».
На сегодняшний день в Ливии по-прежнему сохраняется нестабильная обстановка. Так, в мае текущего года один из лояльных свергнутому диктатору Муаммару Каддафи командиров Халиф Хафтар заявил о начале крупномасштабной операции «Достоинство Ливии», направленной на устранение радикальных исламистских группировок, действующих на территории страны. В свою очередь, сами исламисты начали ответную операцию — «Рассвет Ливии», цель которой — устранение подконтрольных Хафтару подразделений и установление полного контроля над столицей страны Триполи.
Министр иностранных дел Ливии Мохаммед Абдель Азиз, выступая в среду на конференции в Мадриде, призвал международное сообщество сотрудничать в борьбе против терроризма в этой североафриканской стране, в противном случае последствия могут быть "губительными для всего мира".
В международной конференции принимают участие представители 21 страны и организаций, в том числе ЛАГ, ООН, Африканского союза, ЕС и Средиземноморского союза.
"Терроризм на севере Африки — это не только угроза для стран региона, но и транснациональная угроза, которая затронет интересы арабов, европейцев, африканцев и американцев", — сказал Абдель Азиз. Он призвал сотрудничать на политическом уровне, а также в сфере безопасности, обороны, права и СМИ.
События в Ливии глава МИД назвал "опасными и ухудшающими безопасность как внутри станы, так и в регионе в целом". Вину он возложил на "вооруженные группировки, чей интерес — продолжать проливать кровь и запугивать граждан".
Абдель Азиз признал, что у ливийских властей нет достаточных возможностей, чтобы справиться с ситуацией самостоятельно, и добавил, что "последствия могут быть губительными". "Настал момент принять серьезные решения, чтобы реализовать стратегию безопасности, пытаться уничтожить терроризм, прежде чем ситуация станет еще хуже. Это требует глобального ответа", — добавил глава МИД. Он призвал все страны дать гарантии, что террористов будут преследовать и наказывать, и принять меры, чтобы не допустить проникновения международных террористов на территорию Ливии.
«Вы из НАТО?»: демистификация итальянского наследия в «Клане Сопрано»
(пер. с англ. Н. Сафонова под ред. А. Скидана)
Лоренцо Кьеза
Сериал Дэвида Чейза «Клан Сопрано» (1999—2007), в центре внимания которого — италоамериканский гангстер из Нью-Джерси Тони Сопрано и его неудачливое руководство кровной и мафиозной семьями, стал для публики одновременно международным хитом и объектом бурных критических обсуждений. Если некоторые критики обвиняли его в использовании расистских и сексистских стереотипов, не говоря уже о крайней жестокости, другие хвалили за предположительно реалистичное изображение организованной преступности и жизни американской семьи из верхнего среднего класса. В этой статье я хочу обратить внимание на то, как этот сериал переизобретает жанр фильма об италоамериканской мафии тридцать лет спустя после выхода на экраны эпохального «Крестного отца» Копполы, а также, что важнее, как он, по сравнению с последним, диегетически усложняет способность выдавать искусственное за действительное и, с другой стороны, оказывать влияние на общество (особенно на италоамериканское сообщество и его публичный образ). Также я хочу показать, почему «Клан Сопрано» может быть причислен к линии итальянского неореализма в кинематографе, при том что, сохраняя верность этой традиции, он радикально размывает границу между реальностью и ее изображением. В конце я хотел бы сосредоточиться на эффектном развенчивании в сериале мифа об идиллической Италии, какой мы ее часто видим в американских фильмах о мафии, на противоречиях между тем, что Тони защищает итальянское наследие, будучи белым гражданином США и представителем верхнего среднего класса, и его нежеланием признать, что он стал более образцовым среднестатистическим американцем, чем сам готов допустить.
«Крестный отец» (1972) Фрэнсиса Форда Копполы уже во многих отношениях преодолел рамки жанра классического гангстерского фильма 1930-х годов («Маленький цезарь», «Враг общества», «Лицо со шрамом»). Так, например, он предлагает более откровенное изображение насилия и убийства, избегая при этом изображения италоамериканцев как просто жестоких и примитивных кровожадных чудовищ. Это совмещается с радикальной критикой господствующих американских ценностей, которой не было раньше. Классические гангстерские фильмы ограничивались описанием того, как в соответствии с идеологией эпохи Великой депрессии, в ситуации явно расистских антииммиграционных законов определенное этническое меньшинство, которое науки о жизни и психология того времени называли «низшим», было вынужденно бороться за американскую мечту нелегальными способами по причине своих «плохих» генов. С другой стороны, «Крестный отец» показывает, что криминальная деятельность с целью наживы в конечном счете не отличается от достижения финансового успеха якобы законным путем: американский капитализм с его агрессивной индивидуалистической этикой, основанной на борьбе за выживание и восходящей к истреблению коренного населения, беззаконен по своей сути. Как говорит Коппола в одном из интервью: «Мафия — это метафора Америки <...> У мафии, как и у Америки, корни в Европе. И мафия, и Америка считают себя великодушными. У мафии, как и у Америки, руки в крови из-за необходимости защищать свою власть и собственные интересы. Обе они — полностью капиталистический феномен и ориентированы на получение прибыли»[1]. При этом, однако, социальное послание самого «Крестного отца» оказывается в конечном счете увязшим в неразрешимом парадоксе. Открытое осуждение мифа «хорошей» Америки как агента цивилизации и, с другой стороны, борца с дикарями и людьми «вне закона» (что воплощают фильмы в жанре вестерн и персонажи актера Джона Уэйна) невозможно отделить от пропаганды семейных ценностей. Защита этих коллективных и в то же время ограниченных ценностей — сама по себе консервативна. Главная цель всей нелегальной деятельности дона Вито Корлеоне — власть и процветание его клана, а не его самого (это еще одно отличие «Крестного отца» от классического гангстерского фильма 1930-х). Критики считают, что именно это принесло фильму огромный успех. Как пишет Пун: «…во времена политической и социальной нестабильности 1970-х — вспомнить хотя бы вьетнамскую войну, студенческие протесты 68-го, движение за права человека — консервативные семейные ценности дона [Корлеоне] стали любимой фантазией многих [обычных] американцев»[2]. Другими словами, несмотря на всю критику Америки Копполой, «Крестный отец» все же стал крайне реакционным фильмом. Тот факт, что специализированные киножурналы называют его одним из лучших, если не самым лучшим, фильмом всех времен, связан в первую очередь с его способностью удовлетворить возрастающие неприличные фантазии типичных белых американцев в то самое время, когда эти грезы поставлены под вопрос. «Крестный отец» показывает семью как объединяющую и авторитарную патриархальную структуру, в которой немафиози слабы, а женщины находятся в подчинении, как оппозицию обществу крайнего индивидуализма, при этом не подрывающую его. По словам Фредерика Джеймисона, фильм предлагает «образ социальной реинтеграции»[3]. В этой связи стоит отметить, что дон Вито сам мечтает о легитимации — передавая своему сыну Майклу дела, он говорит: «Я бы хотел, чтобы ты стал сенатором Корлеоне, мэром Корлеоне».
Здесь мы можем предположить, что Коппола способен выдать искусственное за действительное. Хотя антиреализм «Крестного отца» зачастую слишком очевиден, особенно в своем эпическом измерении (персонажи походят скорее на героев и антигероев мифической саги или оперы, чем на настоящих преступников, несмотря на акцент Копполы на домашнем быте членов мафии) и в романтизированных образах Италии (кажется, что пейзажи Сицилии взяты из путеводителя «Одинокая планета», а персонажи-сицилийцы говорят и ведут себя как в костюмированном представлении для туристов), фильм тем не менее убедительно заменяет старые расистские стереотипы италоамериканцевновыми стереотипами (сплоченность их патриархальных семей и т. п.), которые вызывали больше доверия и потому выглядели более реалистичными[4]. Если по поводу этнической правдоподобности «Крестного отца» можно спорить, то его успех в создании публичного образа остается неоспоримым. Благодаря своему сверхфантазматизму фильм широко повлиял на реальную жизнь: семья Корлеоне стала частью американского мейнстрима, а посредством политики культурного колониализма — частью международной массовой культуры (подобно Каннингемам из «Счастливых дней» или — из более современных — Симпсонам из одноименного мультсериала). Как мы только что убедились, западный человек находит в «Крестном отце» «примеры мужского контроля и власти, которые уже не так открыто ценятся в обществе»[5]. Сам публичный образ италоамериканского сообщества также подвергся сильным изменениям: бедные и жестокие иммигранты уступили путь гламурным иконам преступного мира[6]. Но не менее важно и то, что реальная мафия также находилась под сильным влиянием фильма. Во времена упадка ее власти в Соединенных Штатах «Крестный отец» предоставил прекрасный пример идеализированного образа жизни преступников. Как сказал старый мафиозо: «Годы идут, и все, что я могу любить в этой жизни, — это [эти] фильмы. [В реальной жизни] нет чести, нет никакого уважения»[7]. Мы замечаем странную инверсию художественного вымысла и реальности, которая остро проблематизирует любую традиционную идею кинематографического реализма[8].
Мне кажется, что в случае «Клана Сопрано» эта проблематизация еще заметнее. Этот сериал расширяет и усложняет жанр гангстерского фильма, одновременно показывая, как «граница между реальностью и медиаобразом стала незаметной»[9]. Выделим пять пунктов, которые описывают, как это происходит.
1. Одной из главных основ сюжета и психологических портретов персонажей является исторический упадок итальянской мафии в США с 1970-х годов (вследствие давления со стороны ФБР и разногласий внутри преступных семей). Но в то же время сериал демонстрирует, что вдохновленная им гангстерская «культура» никуда не девается — как объясняет Филдс: «.несмотря на последовательное исчезновение гангстерской жизни с улиц, воображаемые жизни преступников процветают в фильмах, телевидении, музыке и компьютерных играх»[10]. Сопрано при этом уязвимее Корлеоне: внутренние предатели атакуют их так же часто, как федеральное правительство. В отличие от Корлеоне, жизнеспособность клана Сопрано зависит в большей степени от осознания своего права на определенный социальный статус и финансовый успех, чем от герметичности собственной организации (которая, в свою очередь, изъедена уголовными преследованиями, внутренними распрями и так называемыми «крысами», работающими на полицейских). Таким образом, витальность «Клана Сопрано» полностью соответствует витальности американского капиталиста, желающего «делать деньги».
2. В отличие от Корлеоне, мечтавших о легитимации, Сопрано чувствуют, что они уже (отчасти) легитимированы. Как пишет Филдс: «Сопрано уже почти могут сойти за рядовых обывателей. Хотя Тони с трудом удается примирить кодекс поведения и властные замашки бандита со своими повседневными обывательскими заботами, он и другие персонажи непосредственно встроены в современный американский образ жизни»[11]. Иными словами, Сопраноявляются типичными представителями верхнего среднего класса Америки, в то время как Корлеоне только стремились таковыми стать. Из этого следует, что феномен мафии, трансформировавшийся со времен «Крестного отца», уже нельзя назвать метафорой американского агрессивного капитализма. Наоборот, саму Америку можно теперь изобразить посредством описания жизни италоамериканской бандитской семьи. Что, конечно, также является следствием того, на что мы указали выше: если образ итало-американской мафии гораздо мощнее своей версии в реальной жизни, если по прошествии десятилетий широкая аудитория стала идентифицировать себя с персонажами мафиозных фильмов и видеоигр, получив доступ к этой культуре, то реальному мафиозо становится проще интегрироваться в буржуазное американское общество. Суммируя вышесказанное, мы можем предположить, что, в отличие от «Крестного отца», который пытается критиковать типичную Америку, предлагая ей (нелегальную) альтернативу и скатываясь в итоге к парадоксальному удвоению и усилению ее консервативных черт, «Клан Сопрано» критикует типичную Америку, воплощая ее напрямую.
3. Сплоченность клана Сопрано основывается во многом на мифе о романтизированном гангстерском прошлом, зачастую эксплицитно представленном в сериале главными героями «Крестного отца». Если, с одной стороны, ценности Корлеоне действительно зависели от этого романтизированного прошлого (Сицилия как утраченная, более «нравственная» земля), то, с другой стороны, они это прошлое так или иначе персонифицировали. В особенности — сам дон Вито; он и есть миф: в этом его чары и причина, в конечном счете, неправдоподобности как персонажа. Тони Сопрано, напротив, не может стать тем, кем мечтает, потому что романтизированное гангстерское прошлое все чаще формируется посредством фильмов, даже в случае самих мафиози. Тони, как персонаж вымышленный, разрываясь между существованием в качестве постмодернистского дона и в качестве нормального провинциального отца, сочетает в себе ностальгию старого мафиозо по прекрасному прошлому с упоением фантазиями о власти и контроле, которые свойственны типичному зрителю «Крестного отца». Вкратце, проблема Тони (которому в первом же — говорящем за себя — эпизоде терапевт выписывает «прозак» от панических атак) именно в том и состоит, что общество не позволяет ему быть Крестным отцом, как в «Крестном отце». Проще говоря, как неоднократно показано в сериале, он способен справиться со своими несовместимыми желаниями — пребывать в воображаемом мире золотого века мафии и одновременно быть любимым paterfamilias XXI века и успешным бизнесменом — только за просмотром фильмов вроде «Крестного отца».
4. «Клан Сопрано» развенчивает миф «хороших» семейных ценностей, утверждавшийся «Крестным отцом»: бандитские италоамериканские семьи пребывают не в меньшем кризисе, чем средние американские семьи. Иными словами, в «Клане Сопрано» семейные ценности, стоящие во главе кодекса чести дона Корлеоне, разоблачаются как полные противоречий. То, чего мы так мало видим в «Крестном отце», стало залогом успеха сериала: психопатология семейной повседневной жизни вместо демонстрации ее прочности сопоставляется с неприкрытой жестокостью бандитской жизни. Тони знает, что у него нет реальной авторитарной власти над своей семьей. На этот счет, например, точно высказывается Уиллис, утверждающий, что Тони и его жена Кармела «хранят маленький грязный родительский секрет среднего класса девяностых: нельзя контролировать поведение подростка, не становясь тюремными надсмотрщиками, бдящими двадцать четыре часа в сутки»[12]. После того как стало известно, что дочь Медоу употребляла кислоту, Тони всего лишь предупреждает Кармелу: «Главное не переусердствовать, как только она увидит, что мы бессильны, — нам крышка». Как отмечают критики, эта его фрустрация, которую Лакан назвал бы «унижением» отцовской фигуры, не проходит без последствий — чем беспомощнее Тони как биологический отец, тем чаще он прибегает к насилию, действуя как отец другой своей Семьи (в отличие от дона Вито, который пользовался в основном словесным внушением и тактикой переговоров). В дополнение к этому очередному пункту, резко отличающему «Клан Сопрано» от «Крестного отца», стоит указать на сильные и твердые женские характеры, представленные в сериале. Все они выступают на протяжении разных серий основным источником беспокойства и злости Тони: мать Ливия постоянно пытается его «опустить», потому что считает его тряпкой (поскольку он посещает психотерапевта) и к тому же он упек ее в дом престарелых; сестра Дженис, полагающая, что она «вне» мафии, следует идиотским эзотерическим псевдобуддистским учениям, но в итоге всегда достигает своих оппортунистических целей только благодаря связям с бандитами; дочь Медоу встречается с молодыми парнями, которые, каждый по-своему, являют собой полную противоположность идеалам Тони — как полуафроамериканский-полуеврейский студент-активист из снобистского университета или юный безрассудный мафиозо, которого Тони безрезультатно пытается держать подальше от улиц[13].
5. «Крестного отца» можно назвать морально релятивистским фильмом в той мере, в какой он изображает дона одновременно и как преступника, и как носителя «альтернативной» справедливости (в этом отношении парадигматичен первый эпизод фильма: мужчина просит у Крестного отца «правосудия», которого не может ему дать американский суд). Вито Корлеоне не принимает правил общества, в котором живет, потому что они обрекают его (и других, таких же как он) на «несправедливую» жизнь. Фильм Копполы, таким образом, показывает нам нелегальный и насильственный выход для эксплуатируемых низших классов — тех самых людей, которыми интересовался классический итальянский неореализм. В конечном итоге, как мы видели, этот выход завершается укреплением социального status quo — как на уровне мечты дона о собственной легитимации, так и на уровне фантазматического присвоения аудиторией его консервативной этики. «Клан Сопрано», напротив, постоянно ставит под вопрос удовольствие зрителей от идентификации себя с гангстерами с их в конечном счете противоречивым кодексом чести. Чем больше нас привлекают промахи Тони в повседневной жизни, его квазиинфантильная невинность, тем больше нам напоминают о его брутальной жестокости, заставляя в результате задуматься о своей идентификации с ним[14].
Последний аргумент заставляет подробнее рассмотреть непростой вопрос реализма в «Клане Сопрано». Несомненно, сериал использует некоторые основные принципы сюжетного построения и кинематографические приемы итальянского неореализма. Конкретная географическая реальность (заброшенные постиндустриальные пустыри северного Нью-Джерси) в конкретный период (поздние 1990-е — начало 2000-х) изображается в квазидокументальной и антропологической манере. Истории персонажей тесно связаны по сюжету с историческим и социальным контекстом действительности, в которой они живут. Титры в начале каждой серии на фоне кадров с Тони, возвращающимся домой с работы в Нью-Йорке, — синекдоха и гипербола этого метода. То, как преподносится связь «Клана Сопрано» с Нью-Джерси, таким образом, многим обязано связи «Рима — открытого города» или «Похитителей велосипедов» с Римом. В добавок к этому игра и диалоги в общем и целом подчеркнуто реалистичны. Лэйвери говорит о «далеких в своей речи от стереотипов главных и второстепенных персонажах, которые общаются на перемежаемом жаргонизмами языке-как-он-есть»[15]. В отличие от «Крестного отца», в сериал не стали приглашать знаменитостей и задействовали в съемках несколько непрофессиональных актеров. Вместе с тем, «Клан Сопрано» сознательно подрывает саму состоятельность логики разделения между якобы нереалистичными звездами кинематографа и предположительно более реалистичными непрофессиональными актерами. Наиболее показательным образом это происходит с персонажем по имени Сильвио, одним из напарников и друзей Тони, которого играет Стивен ван Зандт, соло-гитарист группы Брюса Спрингстина «E-Street Band». В этом случае непрофессиональный актер, являясь одновременно известной личностью, исполняет одну из немногих по-настоящему драматических ролей сериала.
В общем, было бы ошибкой рассматривать «Клан Сопрано» исключительно в рамках традиции неореализма, по крайней мере если понимать последний наивно, в духе высказываний Росселлини, что он стремится показать реальность «как она есть», «сохраняя подлинность вещей». Еще раз: обращаясь к вопросу о реализме «Клана Сопрано», необходимо сосредоточиться на более сложном взаимодействии реальной жизни с тем реальным воздействием, которое оказывают на нее художественные образы. В этом отношении примечательно, что в начале 2000-х в Нью-Джерси можно было найти продавцов, рекламирующих «внедорожники Тони Сопрано со встроенной битой», а полиция принялась активно отлавливать тамошних бандитов, когда те стали меньше скрывать свою деятельность, пытаясь соответствовать ролевым моделям, заимствованным из сериала[16].
Деконструкция тонкой линии, отделяющей реальность от изображения, открыто осуществляется в «Клане Сопрано» в том числе и на диегетическом уровне: Тони и его банда, как мы уже говорили, не только имитируют поведение мафиози из «Крестного отца» или «Славных парней», но и сами становятся объектами фантазий обычных законопослушных граждан, мечтающих о тех же фильмах. К примеру, в одном из эпизодов Тони принимает приглашение состоятельных соседей поиграть в гольф только для того, чтобы осознать, что его роль — пощекотать им нервы (как ни парадоксально, он легитимирован гражданским обществом лишь до тех пор, пока соответствует незаконному и несуществующему архетипу). Еще более любопытно то, что сериал активно включает в себя критику, исходящую от людей, возмущенных подобным образом италоамериканца: некоторые второстепенные персонажи, в особенности бывший муж психотерапевта Тони, озвучивают эти претензии прямо с экрана (к примеру: «Согласно статистике, лишь очень небольшое число италоамериканцев — мафиози», «Такие, как Тони Сопрано, дискредитируют нас»). Представляя свойственные реальному италоамериканскому сообществу конфликты, «Клан Сопрано» выдвигает сильнейший аргумент против любого овеществления этнического наследия: вне зависимости от того, сами ли италоамериканцы называют себя потомками «хорошего» Колумба либо «плохого» Аль Капоне или их так называют другие, после четырех поколений жизни в Соединенных Штатах от их родословной остался не более чем культурный миф, обслуживающий разные, зачастую несовместимые идеологии.
В конце этой статьи я хочу остановиться на трех конкретных эпизодах, которые имеют дело с такой демистификацией, и проанализировать противоречивые отношения Тони с его итальянским наследием. Если в первом из них он полностью отождествляет себя с этим наследием, несмотря на то что оно не имеет отношения к реальной Италии, а во втором делает вид, что верит в него, то в третьем он нерешительно и лишь на время примиряется с тем, что все это — иллюзия. Неудивительно, что все три эпизода открыто отсылают к «Крестному отцу», однако приписывают ему при этом различные символические функции: бессознательный и неоспоримый авторитет отца; устаревший и тем не менее необходимый кумир поколения; легко заменяемый, если вообще не одноразового использования, образец для подражания, соответственно.
В эпизоде «Командор», превосходном примере постмодернистской кинематографической интертекстуальности, «Клан Сопрано» разоблачает миф идиллической Италии, показанный в «сицилийской» части «Крестного отца». Серия начинается с того, что банда Сопрано смотрит фильм и Тони робко говорит, что путешествие Майкла Корлеоне на Сицилию, «сверчки в тишине» — его любимый фрагмент. Затем мы отправляемся вместе с ними в сумбурную «деловую» поездку в Неаполь, и вскоре становится ясно, что город и его жители вовсе не соответствуют романтическим представлениям гангстеров. Все идеалы итальянской мафии из фильма Копполы безжалостно подорваны. Семью Каморра возглавляет женщина, так как боссы-мужчины либо впали в старческое слабоумие[17], либо сидят в тюрьме. Тони сперва отказывается иметь с ней дело и фантазирует о сексе a tergo с ней в римском одеянии. У местных гангстеров нет никакого уважения к кодексу чести или этикету: они избивают подростка, напугавшего их на улице фейерверком; самые молодые из них сидят на героине. За столом переговоров на вежливое английское со стороны Тони: «Это честь — быть здесь» — среднего возраста мафиозо отвечает по-итальянски: «Не крути мне яйца, давай о деле». Неаполитанские «гражданские» тоже отнюдь не отзывчивы и дружелюбны. Поли, компаньон Тони, в жажде припасть к родным корням терпит неудачу, сняв проститутку и утомив ее своими разговорами (та оказывается из деревни его деда). Ко всем мужчинам в барах и на улице он обращается с приветствием «commendatore» («командор»)[18], на что один из них отвечает: «Вы из НАТО? Вы нам трос канатной дороги порвали!»[19] Поли неохотно признает, что он американец. По возвращении в США он тем не менее говорит, что поездка была «сказочной»: «Я чувствовал себя как дома».
Второй эпизод — «Колледж» — о том, как Тони возит свою дочь Медоу по разным кампусам в Новой Англии на дни открытых дверей. Во время путешествия случайным образом он обнаруживает «крысу», живущую под программой защиты свидетелей, и убивает предателя. Как пишет Уиллис, эпизод хорошо показывает расколотую идентичность Тони, «который частично укоренен в умирающей племенной культуре, частично представляет собой обычного провинциального отца[20] широких взглядов (что видно из разговоров об Индии и контрацепции), искренне желающего, чтобы его дочь поступила в хороший университет». Душевная атмосфера путешествия и ужин при свечах располагают Медоу к тому, чтобы напрямую спросить отца, состоит ли он в мафии. Сперва Тони все отрицает, но затем признается в своей нелегальной деятельности, оправдывая ее италоамериканским наследием: «Мой отец был таким, мой дядя. Были времена, когда у итальянцев не было выбора». Реакция Медоу лишает его дара речи: «И у Марио Куомо [бывший мэр штата Нью-Йорк] не было?»[21] Она не просто разоблачает морально несостоятельные оправдания отца, но и обличает миф, за который он так отчаянно цепляется. Филдс отмечает, что, когда она говорит о детях в школе, которые считают, что мафия — это круто, Тони с надеждой спрашивает: «Как в "Крестном отце"?» Медоу пресекает его романтизирование бандитов, отвечая: «Нет, скорее как в "Казино". Одежда семидесятых, таблетки...» Концепция мафии у ее поколения претерпела определенные эстетические изменения, выставляя версию Пьюзо консервативной и неподходящей[22].
Наконец, в эпизоде «Христофор» американские индейцы митингуют против парада на День Колумба, а Тони и Сильвио яростно спорят о своих этнических корнях и о том, как те влияют на мафиози. Сильвио возмущен, потому что считает, что любая критика Колумба — это еще одно проявление дискриминации итальянцев. Тони обрушивается на его натужные, мелодраматичные жалобы, тем самым косвенно признавая, что все апелляции к их предполагаемой «итальянскости» с ее жертвенностью и страданиями — всего лишь предлог для оправдания своего существования вне закона. Похоже, Тони усвоил преподанный дочерью урок. Но при этом принижение фигуры Крестного отца (когда он кричит на Сильвио: «Где твое самоуважение? Вся эта херня не из-за Колумба или "Крестного отца"!») тотчас же компенсируется обнаружением нового и неожиданного символического отца — Гэри Купера, сильного, немногословного типа, белого англосакса-протестанта. Стоит привести один из их разговоров полностью:
Сильвио: Я не понимаю, чего ты горячишься. Они дискриминируют всех итальянцев как группу, когда запрещают День Колумба.
Тони: Ты, бл***, можешь остановиться? Группа! Группа! Что, бл***, случилось с Гэри Купером, вот что я хотел бы знать!.. сильный, молчаливый тип. Он делал то, что должен был делать... И разве он жаловался? Разве он говорил: «Ах, я приехал из бедной техасской ирландской неграмотной среды или х** знает откуда, так что, пожалуйста, отвалите от нас, потому что мой народ на***ли»? <...>
С и л ь в и о: Ти, не принимай близко к сердцу, это всего лишь кино.
Т о н и: А какая, на***, разница? Колумб был так давно, что, может, он тоже гребаное кино! Ты сам говорил об образах!
С и л ь в и о: Я хочу сказать, что Гэри Купер, реальный Гэри Купер или кто угодно по имени Купер, никогда не страдал так, как итальянцы. Mericano [т.е. неитальянцы, англоамериканцы] вроде него поимели всех — итальянцев, поляков, черных.
Т о н и: Будь он mericano в наши дни, он принадлежал бы к какой-нибудь группе жертв — к христианским фундаменталистам, оскорбленным ковбоям, геям, х*** знает к кому.
Критики справедливо подчеркивали, что это уникальный момент всего сериала. Тони срывает маску и признает, что стал среднестатистическим белым гражданином США. По словам Косела, «эпизод "Христофор" тонко показывает, что когда италоамериканцы становятся белыми американцами, их власть в качестве крестного отца в своей семье не зависит уже только от их "кровных" связей со старой итальянской патриархальностью. Скорее, она также зависит от сложных отношений с символическими фигурами "белых" отцов»[23]. Я разделяю эту точку зрения, но в то же время думаю, что ряд аргументов, используемых Тони, говорит нам нечто большее: он ставит Гэри Купера как сильного, молчаливого типа выше дона Корлеоне (или Колумба, который жил так давно, что сам уже стал образом) вместо того, чтобы признать, что первый не менее мифичен, или идеализирован, и столь же бесполезен, как второй. В конце спора Тони возражает Сильвио: «Гэри Купера тоже на***! Живи он сейчас, он сам бы оказался униженной отцовской фигурой, выступающей за права своей группы; наверняка он считал бы себя эксплуатируемым, жертвой. И все же я выбрал бы скорее его в качестве Господствующего Означающего, чем итальянского отца. Я американец!»
Зачем вообще нужен Гэри Купер, чтобы осознать себя американцем? И как может Тони одновременно понимать всю пустоту сильного, молчаливого образа — который сегодня, вероятно, защищал бы права и свободы своей сильной-и-молчаливой группы — и продолжать отождествлять себя с ним?
Это противоречие можно разрешить, если мы примем, что Тони, временно осознавший фиктивность традиционного отца (в любых его вариантах) и его фальшивую генеалогию, тем не менее сознательно выбирает проблематичный путь идентификации себя с безжалостным американским индивидуализмом («Группа! Группа!») — вот что образ «реального Гэри Купера» как человека, который всего добился сам, символизирует в этом контексте, в отличие от пустой и неправдоподобной голливудской иконы Гэри Купера. Самоучка «из техасской ирландской неграмотной среды», всего добившийся в жизни, по-прежнему остается притягательной иконой капитализма, а сильный, молчаливый тип — всего лишь алиби. Мою гипотезу подтверждает еще одно замечание Тони в том же разговоре:
Позволь кое о чем тебя спросить. Все хорошее, что ты получил от жизни, было потому, что ты — Калабрезе? Я скажу тебе. Ответ — нет... Ты получил его, потому что ты — это ты, потому что ты умный, потому что ты х*** знает что еще.
«Клан Сопрано» изящно развенчивает италоамериканские фантазии из старых гангстерских фильмов, но и платит за это свою цену: Тони цинично усваивает те самые (не)ценности капитализма, которые Коппола был намерен критиковать в первую очередь. Преодоление необходимости искать оправдание своим незаконным действиям через виктимизацию неизбежно приводит Тони к тому, что он занимает позицию mericano — тех, кто, по словам Сильвио, законно «поимел всех остальных» (а теперь еще и жалуется). Но в то же время он сознает, что их символические конструкции (такие, как сильный, молчаливый тип) больше не заслуживают доверия.
Перевод с англ. Н. Сафонова под ред. А. Скидана
[1] Lourdeaux L. Italian and Irish Filmmakers in America: Ford, Capra, Coppola, and Scorsese. Philadelphia: Temple University Press, 1993. P. 186.
[2] Poon Ph. The Corleone Chronicles: Revisiting «The Godfather» Films as a Trilogy // Journal of Popular Film and Television. 2006.Vol. 33. № 4. P. 191.
[3] Jameson F. Reification and Utopia in Mass Culture // Social Text. 1979. № 1. P. 146.
[4] Интересно то, как итальянским неореализмом ставилось под сомнение значение семейного единства для итальянского и италоамериканского общества. Характерной чертой таких разных фильмов, как «Рим — открытый город», «Похитители велосипедов», «Чудо в Милане», «Витто- рио Д.» (список можно продолжить), является то, что можно назвать мотивом несемейности: Пину убивают до ее свадьбы с Франческо, Антонио теряет отцовскую власть и его молодой сын Бруно плохо за ним ухаживает, Тото — сирота, Умберто — одинокий старик.
[5] Mannino M.A. Рецензия на книгу: Messenger C. The Godfather and American Culture: How the Corleones Became «Our Gang» // MELUS. 2003. Vol. 28. № 3. P. 218.
[6] «Италоамериканцы стали синонимом телевизионной криминальности» (Cortes C.E. Italian-Americans in Film: From Immigrants to Icons // MELUS. 1987. Vol. 14. № 3/4. P. 108).
[7] Цит. по: FieldsI.W. Family Values and Feudal Codes: The Social Politics of America's Twenty-First Century Gangster // Journal of Popular Culture. 2004. Vol. 37. № 4 (http://web.a.ebscohost.com/ehost/pdfviewer/pdfviewer?vid=3&sid=c4de8cda-...).
[8] «Многие мафиози смотрят эти фильмы, чтобы жить, соотносясь с ними» (Ibid.).
[9] Willis E. Our Mobsters, Ourselves // The Nation. 2001. April 2 (http://www.thenation.com/article/our-mobsters-ourselves).
[10] Fields I. W. Family Values and Feudal Codes. Нужно также отметить, что в США и во всем мире есть мафиозные группы, которые так или иначе процветают вне зависимости от создаваемых культурных образов. Это диегетически показано в «Клане Сопрано» посредством нарастающего присутствия русской мафии.
[11] Ibid.
[12] Willis E. Our Mobsters, Ourselves.
[13] Кармела и доктор Мелфи, психотерапевт Тони, определенно должны быть в этом списке, но они являются все же более сложными персонажами.
[14] «Сериал эпизод за эпизодом и сезон за сезоном показывает нам всю несостоятельность шарма Тони перед лицом преступлений и других форм социально неприемлемых действий» (Nochimson M.P. Waddaya Lookin' At?: Re-reading the Gangster Genre Through «The Sopranos» // Film Quarterly. 2002. Vol. 56. № 2. P. 7).
[15] Lavery D. Coming Heavy: The Significance of The Sopranos // This Thing of Ours: Investigating «The Sopranos» / D. Lavery (Ed.). New York: Columbia University Press, 2002. P. XIV.
[16] Можно подумать, что они стали уязвимы после того, как стали примерять на себя идеализированный образ жизни, который на экранах изображал их самих!
[17] «Смутная завороженность впавшего в старческое слабоумие итальянца американскими клише сравнивается с потерей италоамериканцами своих корней, их удаленностью от настоящей "итальянскости"» (YacowarM. The Sopranos on the Couch. Analyzing Television's Greatest Series. New York; London: Continuum, 2005. P. 89).
[18] В фильме «Крестный отец: Часть III» к Майклу Кор- леоне на Сицилии обращаются: «Commendatore Майкл Корлеоне».
[19] В контексте деконструкции границы между реальным/вымышленным, доведенной до критической точки, это высказывание является отсылкой к действительному инциденту, произошедшему в 1998 году в Кабалезе, когда в итальянских Альпах военный самолет США порвал трос канатной дороги, что привело к двадцати жертвам.
[20] Willis E. Our Mobsters, Ourselves.
[21] Здесь Медоу как будто отсылает к фразе дона Вито «Я бы хотел, чтобы ты стал сенатором Корлеоне, мэром Кор- леоне» (но время для этого еще не пришло), ставя отца перед тем фактом, что тридцать лет спустя он вполне мог бы стать сенатором Сопрано.
[22] Fields I.W. Family Values and Feudal Codes.
[23] Kocela C. From Columbus to Gary Cooper: Mourning the Lost White Father in «The Sopranos» // Reading the Sopranos / D. Lavery (Ed.). London; New York: I.B. Tauris, 2006. P. 116.
Опубликовано в журнале:
«НЛО» 2014, №3(127)
![Главное](/images/star.png)
Порядка 500 человек пропали без вести при крушении судна с беженцами в Средиземном море, передает агентство Франс Пресс со ссылкой на Международную организацию по миграции (IOM).
Судно затонуло неподалеку от берегов Мальты. По данным агентства, два палестинца, которым удалось спастись после крушения, сообщили представителям IOM, что на борту находились порядка 500 человек. Агентство уточняет, что судно "потопили торговцы людьми".
Ранее сообщалось о затонувшем у берегов Ливии судне с примерно 250 мигрантами, пытавшимися попасть в Европу.
Проблема нелегальной миграции стала в последние годы чрезвычайно острой для стран Евросоюза. В 2010 году Ливия — основной перевалочный пункт на пути африканских мигрантов в ЕС — законодательно занесла нелегальную миграцию в разряд уголовных преступлений. Именно обширная средиземноморская ливийская граница становится отправной точкой для тысяч нелегалов, ежегодно штурмующих средиземноморские европейские страны в поисках работы и лучшей жизни.
Судно примерно с 250 мигрантами, пытавшимися попасть в Европу, затонуло у берегов Ливии, сообщает в понедельник агентство Рейтер со ссылкой на представителя ВМС Ливии.
Военным удалось спасти лишь 26 человек с корабля, затонувшего рядом с городом Таджура к востоку от Триполи. "В море так много мертвых тел", — заявил представитель ВМС страны Айюб Кассем, затрудняясь назвать точное количество погибших.
Проблема нелегальной миграции стала в последние годы чрезвычайно острой для стран Евросоюза. В 2010 году Ливия — основной перевалочный пункт на пути африканских мигрантов в ЕС — законодательно занесла нелегальную миграцию в разряд уголовных преступлений.
Именно обширная средиземноморская ливийская граница становится отправной точкой для тысяч нелегалов, ежегодно штурмующих средиземноморские европейские страны в поисках работы и лучшей жизни.
Саудовская Аравия в августе сократила объемы добычи нефти примерно на 400 000 баррелей в день. Это следует из заявления представителей ОПЕК и саудовского представителя, сделанным в среду.
Как сообщает "Азиатский репортер", это указывает на возможные разногласия среди участников картеля, так как другие члены ОПЕК увеличивают объемы добычи нефти.
В ежемесячном отчете ОПЕК указано, что суммарный объем добычи нефти в Саудовской Аравии в августе составил 9,597 млн баррелей в день против 10,005 млн баррелей в июле, согласно данным предоставленным руководством страны. Представитель Саудовской Аравии подтвердил верность указанной в отчете цифры.
Сокращение объемов добычи в королевстве совпало с падением цен на данный энергоноситель этим летом ввиду возврата на международный рынок ливийской нефти. Другие члены картеля, такие как Иран и Нигерия сообщили ОПЕК, что они наращивают объемы добычи.
Консорциум инвесторов во главе с американской Noble Energy намерен поставлять иорданской National Electric Power Company Ltd. 1,6 трлн. кубических футов (45 млрд. кубометров) газа с израильского месторождения Левиафан (Leviathan) в течение 15 лет. Об этом сообщили сами компании, участвующие в разработке месторождения, сообщает Рейтерс.
Поставка газа будет осуществляться на границе между двумя странами после завершения строительства соответствующей трубопроводной инфраструктуры. Участвующие в разработке Левиафана Noble и израильская Delek построят часть трубопровода, проходящего по территории Израиля до границы с Иорданией, а Иордания - часть трубопровода, проходящего по своей территории. Подписание окончательного соглашения по поставкам ожидается уже в 2014 году. Стоимость сделки оценивается в 14-15 млрд. долларов.
Левиафан, чьи запасы оцениваются примерно в 500 млрд. кубометров, считается самым крупным газовым месторождением Израиля. Начало его эксплуатации планируется на 2017 год. Разработкой Левиафана занимается консорциум в составе американской компании Noble Energy, которой принадлежит 39,66% в проекте, а также израильских Delek Drilling (22,67%), Avner Oil Exploration (22,67%) и Ratio Oil Exploration (15%).
К подписанию соглашения стороны пришли в результате долгих переговоров, которые были осложнены нестабильной политической ситуацией в регионе. Хотя Израиль и Иордания подписали мирный договор еще в 1994 году и тесно сотрудничают в сфере безопасности, однако в настоящее время в Иордании с осуждением относятся к политике Израиля в отношении Палестины.
Отметим, что совсем недавно была распространена сенсационная информация о переговорах Израиля и Египта, тема которых также заключалась в сотрудничестве в области добычи и транспортировки газа. Отмечалось, что израильские компании Noble Energy и Delek Group ведут переговоры о поставке газа с месторождений Тамар и Левиафан на заводы по сжижению газа в Египте. А отсюда сжиженный израильский газ будет поставляться из города Дамьетта на рынки Европы и Азии. Предполагается, что общий объем поставок с этих двух месторождений в Дамьетту будет составлять 177 млрд кубометров газа, или как принято считать на Западе, 6,25 трлн. кубических футов на протяжении 15 лет. Речь идет о согласовании поставок в Европу через Египет природного газа, добываемого у побережья Израиля. По утверждению израильских экспертов, поставка газа в Дамьетту более рентабельна, чем строительство Израилем собственных заводов по сжижению газа. В данном случае речь шла о сделке объемом в 60 млрд. долларов.
Более того, Израиль хочет продавать газ и самим палестинцам, из-за которых он в основном и конфликтует с арабским миром, но не может. И причина здесь не в Палестине или реакции Лиги арабских стран. Просто Минфин Израиля уже 9 месяцев не знает, что делать с контрактом, подписанным совладельцами газового месторождения Левиафан и Палестинской автономией. Данный контракт предусматривает поставку 4- 4,7 млрд. кубометров газа палестинцам на сумму 1,2 миллиарда долларов.
Поставки невозможны и с политической, и с экономической точек зрения. А управление налогообложения также опасается, что газ, продаваемый на внутреннем рынке будет перепродаваться в автономию и иорданцам – в обход экспортных пошлин. Но "модель налогообложения экспорта в ПА разрабатывается и будет принята в ближайшее время".
Как видно, хотя начало эксплуатации месторождения Левиафан планируется на 2017 год, два соглашения израильская сторона намерена подптсать уже в этом году. Оба соглашения рассчитаны на 15-летний срок, а суммарная их стоимость оценивается в 75 млрд. долларов. И оба соглашения заключаются с арабскими странами, мягко говоря, не очень благорасположенными к Израилю. Но все же именно Египет и Иордания во всем арабском мире стараются найти общий язык с Израилем, и эти сделки могут еще крепче привязать две арабские страны к Израилю. Как на это среагирует арабский мир, трудно сказать, но вот Израиль уже, можно сказать, закладывает не только мощный фундамент под свою растущую экономику, но и не менее мощную бомбу, которая способна совсем расколоть арабский мир, который и так переживает не самые легкие свои дни.
Да, Израиль, с одной стороны, и Египет, Иорданию и Палестину, с другой стороны, нельзя назвать дружескими странами. Но обстоятельства вынуждают их к такому сотрудничеству, которое вполне ответственно можно назвать, абстрагируясь от политических взглядов, взаимовыгодным. Израилю после охлаждения отношений с Анкарой уже закрыт доступ в Турцию с соответствующим экспортом в Европу. А самый близкий рынок – указанные арабские страны. В Египте уже истощаются запасы газа, и ему израильский газ сегодня необходим для поддержания мощностей своих газоперерабатывающих заводов. Иордания, обделенная запасами углеводородов арабская страна, просто обеспечит население «голубым топливом» - других вариантов у нее нет. С Палестиной вопрос обстоит сложнее в связи с политическими составляющими, синусоида развития которых сегодня вызывает определенный оптимизм. Но на этом фоне на Левиафан претендует еще одна арабская страна – Ливия, в одиночку не представляющая для Израиля особой опасности. Но с учетом влияния иранского фактора в этой стране и развития отношений Тегерана с арабским миром, списывать эту угрозу нельзя.
Около 250 тысяч человек покинули Ливию за последние четыре месяца из-за столкновений правительственных сил с группировками бывших повстанцев в Триполи и Бенгази, говорится в опубликованном в четверг совместном докладе миссии ООН в Ливии (UNSMIL) и Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ), передает РИА Новости.
В число покинувших Ливию за эти месяцы входят 100 тысяч внутренне перемещенных лиц, бежавших в различные регионы страны с начала столкновений между различными группировками боевиков, начавшихся в 2011 году, а также около 150 тысяч человек, включая иностранных работников, ранее не затронутых конфликтом.
После гражданской войны, начавшейся в 2011 году, и свержения Муамара Каддафи в Ливии мирная жизнь так и не была налажена. На территории страны продолжают действовать вооруженные формирования, организованные по территориальному или племенному принципу. В некоторых районах страны оснащение и боевые возможности таких отрядов значительно превосходят возможности полиции.
В Триполи активно действуют группировки бывших повстанцев, которые в некоторых районах имеют абсолютное влияние на местное население и устанавливают свои собственные законы. В их распоряжении находится большой арсенал оружия, захваченный во время боевых действий с правительственными войсками, в том числе тяжелая боевая техника.
Кроме этого, ливийский экс-генерал Халифа Хафтар несколько месяцев назад объявил о войне против исламских экстремистов во втором по величине городе Ливии - Бенгази. До последнего момента подконтрольные ему силы действовали только на востоке страны.
Многие страны проводят эвакуацию своих граждан из Ливии, закрываются диппредставительства, приостанавливают деятельность международные организации, свертываются бизнес и инвестиции.
![Главное](/images/star.png)
Россия – США: долгое противостояние?
Что обещает конфликт вокруг Украины
Сергей Караганов — политолог, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, председатель редакционного совета журнала "Россия в глобальной политике". Декан Факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ.
Резюме Ставка Соединенных Штатов в ситуации вокруг Украины – падающая репутация лидера, риск еще одного унизительного поражения. Тем более что Россия выступает в качестве символа поднимающегося и становящегося все более антизападным «не-Запада».
Российско-американские отношения вступили, видимо, в долгий период не просто острого соперничества, но конфронтации. К такому неприятному выводу подталкивает не только объективная динамика отношений, которые уже к 2012–2013 гг. находились в состоянии тяжелого взаимного раздражения, но и анализ сегодняшних интересов элит двух стран. Придется жить в новой реальности. Важно, чтобы конфронтация не переросла в прямое военное столкновение, которое, как мы привыкли считать со времени прошлого тура противостояния – холодной войны 1945–1991 гг., – может угрожать существованию человечества.
Арьергардные бои Америки
Сначала о Соединенных Штатах. Одержав, как казалось, победу в холодной войне и почти воплотив мечту о Pax Americana, на этот раз в форме мира однополярного, американская правящая элита поверила в свою звезду, попыталась закрепить победу и даже расширить этот мир, в том числе с помощью военной силы. Первая попытка в Югославии, которую разбомбили, удалась. Но в Ираке, Афганистане, а затем и Ливии американцы и их союзники потерпели политические поражения. Они обесценили триллионные вложения в военную мощь, еще больше увеличив дефицит бюджета и ускорив рост государственного долга. Кризис 2008– 2009 гг., во многом не закончившийся до сих пор, нанес еще один чувствительный удар. Обрушилась вера в либеральную модель экономического развития, основанную на Вашингтонском консенсусе и ассоциирующуюся с США. А внутриполитический кризис – раскол американской элиты – выявил неэффективность в новых условиях политической модели. К тому же подорвал «мягкую силу» – способность Соединенных Штатов давать пример, которому готовы добровольно следовать другие страны.
Политическая дисфункция подспудно, а с годами все очевиднее, подрывает экономическую мощь, основа которой – не только передовая экономика, но и уникальные позиции доллара. Ведь авторитет доллара зиждился, в свою очередь, на двух китах – силе экономики и доверии к стабильности политической системы.
И все эти провалы происходят на фоне резкого подъема «новых», прежде всего Китая, который стал очевиден с начала 2000-х годов. А также своего рода «энергетической революции», произошедшей к концу предыдущего века. За короткий период владение большей частью энергетических ресурсов перешло от преимущественно частных западных корпораций к госкомпаниям добывающих государств. А эти корпорации остались на экономически по-прежнему выгодных, но политически резко ослабленных позициях. И хотя для Америки ситуация в области энергетики ко второму десятилетию XXI века стала меняться к лучшему (благодаря буму добычи сланцевого газа и нефти США приблизились к энергетической независимости), возможностей для использования энергетики как политического инструмента куда меньше, чем раньше.
За десять лет с начала 2000-х гг. мировые позиции Соединенных Штатов почти обрушились. Особенно учитывая ту вершину, на которую их подняло самомнение самих американцев и глупость или слабость остальных, поддакивавших мифу об однополярном мире. К концу минувшего десятилетия в ответственных кругах американской элиты сложилось мнение, что США должны обрубить лишние внешние обязательства и заняться внутренним возрождением. Именно в этом и состоял подход Барака Обамы. Но результатом стал еще больший раскол, граничащий с ненавистью со стороны консервативных и мессианских сил. К тому же болезни страны, которые унаследовал ее нынешний президент, так тяжелы, что с трудом поддаются лечению, даже если бы Белый дом проводил более решительную политику. Успехи, которых Обама добился в возобновлении промышленного роста, в энергетике и социальной сфере, его противниками с остервенением отрицаются. И весьма вероятно, что на смену нынешней администрации придет по-настоящему реваншистская команда.
Ситуация удивительно напоминает конец 1970-х гг., когда после поражения во Вьетнаме, нефтяного кризиса, Уотергейта к власти пришел «слабый» Джеймс Картер, но ему на смену американская элита быстро выдвинула решительного Рональда Рейгана. Правда, теперь мир кардинально изменился, и старые экономические рецепты не работают. Поэтому реванш, если попытка его состоится, будет, скорее всего, неудачным. Но он не станет от этого менее опасным. Может быть и более. Кроме того, подобная траектория развития не сулит нормализации российско-американских отношений.
Пока же, привычно провозглашая политику, нацеленную на поддержание мира и стабильности, пусть и в проамериканском духе, Соединенные Штаты де-факто переходят к линии на дестабилизацию ключевых регионов мира. Это существенное, если не кардинальное изменение внешнеполитического поведения. Уверен, для большинства членов американского истеблишмента даже подозрение, что США придерживаются курса на дестабилизацию, покажутся оскорбительными. Но де-факто он проводится. Может быть, «так получается», либо к этому сознательно или полусознательно ведут дело, чтобы ослабить конкурентов, создать условия для возвращения в будущем. Уничтожен Ирак, развалена Ливия, настает черед Афганистана. Продолжаются попытки расчленить Сирию. Отчаянная по неразумности поддержка «арабской весны», которая диктовалась совсем призрачной надеждой на укрепление позиций западной демократии в мире, обернулась ослаблением в основном проамериканских режимов. Ближний Восток стал качественно менее стабильным.
Вашингтон довольно искусно поддерживает напряженность вокруг Китая, мешая ему расширить периметр безопасности и поддерживая все страны, у которых с КНР есть территориальные конфликты. Правда, стравить Дели с Пекином не удается. И дело, похоже, идет к масштабному урегулированию отношений между двумя странами. Политика поддержания контролируемой напряженности проявляется и в потере Вашингтоном интереса к шестисторонним переговорам по северокорейской ядерной программе. Похоже, США устраивает ситуация, когда Пхеньян угрожает соседям, делая их более зависимыми от американских гарантий и создавая предлог для наращивания в регионе присутствия Соединенных Штатов.
Арьергардная стратегия оставления за собой зоны нестабильности и потенциальной зависимости как нельзя более ярко проявилась в провоцировании кризиса вокруг Украины и в его последующем раздувании. В целом складывается впечатление, что США из основы миропорядка и стабильности превращается в главного «спойлера», разрушителя. А задачей мирового сообщества и России становится предлагавшееся Западом управление не столько «подъемом новых», сколько ослаблением старых.
Угроза вместо обновления
Россия же, сжигаемая комплексами от собственных унижений прошлых лет, по-прежнему борясь с остаточным (конечно, весомым) доминированием Соединенных Штатов, упустила возможности договориться в минуту американской конструктивности. Над российским руководством довлел не только унаследованный от холодной войны антиамериканизм, но и опыт последних двадцати пяти лет. Возможно, шансов на нормальное отношение с российской стороны не было уже после бомбардировок Югославии, ужаснувших даже большинство прозападных членов российской элиты. Но Владимир Путин попробовал еще раз после террористической атаки на США. Не получилось. Последовали следующая волна расширения НАТО, выход Соединенных Штатов из договора по ПРО. В отношении нашей страны, не признававшей себя проигравшей, проводилась политика победителей, нарочито не учитывавших ее мнений, системно наступавших на сферы ее жизненных интересов. Расширяли свою зону военно-политического и экономического контроля и влияния, твердя о том, что концепция сфер интересов якобы устарела. В России это считали лицемерием, если не откровенной ложью. По сути, второй раз за сто лет проводилась «версальская политика». На этот раз более мягкая, чем в отношении Германии после Первой мировой войны. Ну и результат пока помягче. Но подобие «веймарского синдрома», который когда-то привел униженную Германию к фашизму и попытке реванша, все равно возникало. Его приходилось лечить, воюя в Чечне, с Грузией, потом забирая Крым.
Особенного желания попробовать снова с Обамой не было. И остатки таких намерений улетучились после Ливии, когда НАТО, вопреки полученному от ООН мандату, пошла на прямую поддержку свержения правившего режима, что обрушило страну в пучину дезинтеграции всего и вся.
Ошибкой была и перезагрузка. В ее основе лежала искусственная, ненужная никому повестка дня, унаследованная от прошлого (сокращение стратегических наступательных вооружений). В то же время игнорировались вопросы, важные для обеих сторон – дестабилизация расширенного Ближнего Востока и главное – судьба постсоветского пространства. Не была перезагрузка и нацеленной в будущее – на налаживание взаимодействия по вопросам перспективной повестки дня: климат, новая ситуация в Азии, Арктика и т.д.
Результат – отсутствие позитивного баланса во взаимоотношениях, простор для тех сил, которые хотели возвращения к конфронтации, взаимное безразличие, непонимание и раздражение.
И в итоге Россия выстраивала стратегию на противостоянии Америке, не используя новые перспективы, которые, возможно, предоставляла слабость США. В результате Москва нарвалась на арьергардный бой со все еще сильным противником. Можно ли было добиться своих целей в кризисе вокруг Украины без прямой конфронтации – вопрос бессмысленный. Она началась.
Россия из нее выходить пока, видимо, не будет. Во-первых, потому что Москва в ней, похоже, заинтересована. Не сумев выработать и претворить в жизнь убедительную и действенную концепцию развития, поболтав впустую о «модернизации», российская элита частью осознанно, частью бессознательно стала искать оправдания своему бездействию. И обратилась к идее внешней угрозы, всегда спасавшей страну, которая тысячелетия строилась вокруг обороны. Угрозу исправно накачивали. Затем она появилась – начался уже и настоящий кризис. Но мобилизации на цели национального развития пока не произошло. Придется «подкачивать» одну только угрозу.
Теперь шансы на быстрый выход из клинча невелики. Возможность крутого пируэта теоретически есть всегда. Обаме нечего бояться выборов, Путин – силен внутри страны. Но баланс интересов и взаимное раздражение мешают поиску компромисса. Скорее возможна эскалация конфронтации. Вплоть до силовых столкновений.
Ставки велики
Для США на кону – падающая репутация лидера, риск еще одного унизительного поражения. Ставки высоки еще и потому, что Россия выступает как символ поднимающегося и становящегося все более антизападным «не-Запада». Бьются с Россией, но хотят припугнуть Китай, Индию, Бразилию. Не осадить Россию – означает де-факто признать поражение того миропорядка, который «победивший» Запад строил более двадцати лет после окончания холодной войны. Подстегивает и ощущение, частично ложное, подпитанное собственными пропагандистами, что Россия – «колосс на глиняных ногах», можно попытаться добить ее.
И Соединенные Штаты действительно пустились во все тяжкие. Не только отброшены все приличия в информационной войне, проводится открыто враждебная политика, пущено в ход обоюдоострое оружие, подрывающее тенденцию к экономической глобализации, – исключение из платежных систем Visa, MasterCard, угрозы обрубить России системы банковских платежей SWIFT, личные санкции против представителей политической элиты. Эти меры не только наносят ущерб России, но и подрывают систему американского влияния, которой пользовались все, но которая была выгоднее более всего американцам – современную финансовую систему, модель свободной торговли. Колокол по ВТО звучит все громче.
Если Россия выстоит, то через 5–10 лет эти важнейшие основы американского влияния ослабеют. Появятся запасные банковские платежные и финансовые системы, неамериканские международные банки, новые финансовые центры и резервные валюты, взаиморасчеты в национальных валютах, все более вероятно бегство от доллара. Усилится тенденция к созданию торгово-экономических группировок вне ВТО.
Для Москвы ставки еще выше. Проиграть в этой конфронтации означает потерпеть реальное – на десятилетия – поражение. Будут подорваны надежды большинства элиты на возрождение России как великой державы и мощного, самостоятельного центра мировой экономики и политики. И, может быть, главное для сегодняшней Москвы – качественно ослабнет легитимность и поддержка правящего режима, зиждущаяся все больше не на успехах в экономической сфере, а на возрождении чувства национальной гордости и присущей большинству россиян веры, что «мы живем в великой державе».
Вашингтон на Украине отступать, видимо, не хочет. Хотя выигрыш – перетягивание страны на западную орбиту, видимо, недостижим, учитывая состояние экономики, государства и общества. Игра будет вестись за достижение негативных целей – недопущение попадания Украины под влияние России, поддержание раскола Европы и все более очевидно – ослабления самой России и даже уже почти не скрываемое желание свалить правящий в ней режим и лично президента Путина. Будут пытаться втянуть Россию в полномасштабный конфликт с Украиной, в Афганистан-2. Себестоимость же такой политики пока невелика. Она ведет к опасному для США сближению России и Китая, но большая ее часть перекладывается на Европу, Россию и, конечно, на многострадальный народ Украины, брошенный в топку новой холодной войны.
Сценарий, который разыгрывают Соединенные Штаты, напоминает трагифарс, он похож на снятый с пыльной полки план борьбы Рейгана против «империи зла», только вместо организации восстания в Польше – Украина, вместо южнокорейского «Боинга» – малайзийский. Те же попытки сбить цену на нефть, не допустить строительства новых энергопроводов, связывающих Россию и Европу, тот же, если не худший, накал риторики. Только лжи со всех сторон еще больше.
Российская элита пока в относительном выигрыше. Присоединен Крым, произошла возгонка национальной гордости и самоуважения, страна объединилась вокруг руководства, резко возросла популярность президента. Нанесено чувствительное поражение политике экспансии Запада. Ускорен, хотя и неизвестно насколько необратимо, процесс перехода мира от доминирования Запада к более равноправному и выгодному не-Западу миропорядку. Но, проиграв первый тур, когда Россия перевела почти подспудное мягкое соперничество в соревнование жесткой силы и воли, США и ориентирующиеся на них европейцы пытаются перенести борьбу в сферы, где они сильнее – экономическое давление, информационное противостояние.
За первоначальный успех Россия платит ухудшением экономического климата и имиджа на Западе. Который, впрочем, Кремль уже не беспокоит. К тому же компенсируется ростом уважения не-Запада. Но это ухудшение болезненно для части значимых российских элит, привычно западно-ориентированных. Еще одна цена – надеюсь, обратимая, – замедление из-за отвлечения внимания давно перезревшей экономической переориентации на Азию через ускоренный подъем Сибири и Дальнего Востока. А отвлечение России от поворота на Восток остается одной из целей политики и американцев, и европейцев. Ведь такой поворот усиливал бы российские позиции в торге на Западе (появляется альтернатива, которой, как утверждалось еще недавно, у России нет и быть не должно) и укреплял бы не только Китай, но предоставлял бы большее поле для маневра союзникам Соединенных Штатов в Азии, уменьшая их зависимость от американских гарантий.
Возможностей нанесения прямого ущерба соперникам у России гораздо меньше. Поэтому помимо полусимволического эмбарго на ввоз части сельхозпродукции российская стратегия объективно смещается к ориентации на экономический и политический развал Украины. Возможно, в надежде, что Запад (Европа) одумается и отступит.
Результат неутешителен для жителей этой страны. Сначала Запад превратил её в «пушечное мясо» геополитической борьбы, подтолкнув к экономически бессмысленной, но вызывавшей жесткое противодействие России ассоциации с ЕС. Москва, по всей видимости, будет теперь «валить» Украину, чтобы «наказать» Запад, продемонстрировать его бессилие. Опасность и в том, что ограниченность возможностей в экономической, финансовой и информационной сферах опять же объективно будет толкать в большей мере к военной силе. А там недалеко и до поигрывания ядерными мышцами. Тем более что масштабные учения стратегических ядерных сил Россия в начале украинского кризиса уже проводила. И политика Запада выглядит чуть ли не тотально враждебной. Хочу ошибаться.
Контуры компромисса
Есть ли выход? Близкого не вижу. Исключить худшего варианта не могу. Недоверие зашкаливает. «Черные лебеди» – непредвиденные катастрофы или провокации типа уничтожения малайзийского «Боинга» – могут начать летать стаями.
Но выход, наверное, есть. Внутри России – это мобилизация общества на ударные экономические реформы, на подъем востока страны. О необходимости концентрации на внутреннем развитии сказал, наконец, Владимир Путин в Крыму в августе 2014 года. Такой стратегии будет мешать бесконечная конфронтация. Хотя пока «враждебное окружение», частично созданное нами самими, можно было бы использовать для запуска реформ. В дипломатии – во-первых, избежание большой войны на Украине или прямого российского столкновения с Западом, во-вторых – поиск долгосрочного компромисса и урегулирования, возможно, через краткосрочное повышение ставок.
Несмотря на острое неприятие нынешней западной политики и некоторых ценностных тенденций, ненависть и презрение не должны определять поведение. Даже если Россия «победит» – США вползут еще в один кризис, а ЕС, что, в принципе, вероятно, начнет всерьез трещать по швам, ситуация для нашей страны может оказаться не менее сложной и опасной. Падающий противник в новом сверхвзаимозависимом мире так же опасен, как противник наступающий.
Нужно искать возможности урегулирования – лучше зафиксированный договором новый статус-кво в Европе. Территория, являющаяся ныне Украиной, либо делится, либо, что предпочтительнее, становится зоной совместного развития. К этой же категории относятся и другие страны, за которые ведется борьба. Пытаться договариваться будет трудно. Соединенные Штаты, видимо, пока не заинтересованы в урегулировании. Украина несамостоятельна и теряет управляемость. Неизвестно, смогут ли Германия и другие европейские страны, выступавшие за тесные связи с Россией, взять инициативу в свои руки. Пока они потеряли инициативу и доверие. Хотя украинская ситуация, угрожающая обрушить мирный порядок, на котором зиждется благополучие и влияние Европы, для европейцев больший вызов, чем для США.
России нужен мир на Западе. Европейцам – мир на востоке Европы. Обоим игрокам угрожает маргинализация, если они не сумеют преодолеть раскол и объединить потенциалы и усилия.
Контуры компромисса нащупать в принципе можно. Вечный нейтралитет Украины, закрепленный в Конституции и гарантированный внешними державами. Значительная культурная автономия для Востока и Юго-Востока Украины. Экономическая открытость Украины и на Восток, и на Запад (в идеале – компромисс, позволяющий Киеву быть и в ассоциации с ЕС, и в Таможенном союзе). Согласие России и Германии совместно поддерживать экономическое развитие Украины. Прекращение всеми сторонами, включая Россию, поддержки сторон гражданской войны и призыв к участникам отказаться от силовых действий. Вывоз беженцев и бойцов сопротивления. Взаимное прекращение санкций и контрсанкций.
Пока до этого далеко. Но другого решения, видимо, нет. Альтернатива – вялотекущая гражданская война в центре Европы с нарастанием угрозы катастроф (на Украине 15 ядерных реакторов), десятилетия несчастья для украинского народа, гибель десятков и сотен тысяч людей – не только в конфликтах, но и из-за деградации систем жизнеобеспечения, здравоохранения.
Подобные предложения, разумеется, с уклоном в сторону своих интересов и идеологии, выдвигаются и на Западе. Остается надеяться, что дипломатии будет дан шанс до того, как этот кризис обострится до следующего уровня, и в Европе снова будет спровоцирована война.
Но в любом случае складывать все яйца в европейскую корзину уже нельзя. Поэтому параллельно с попытками договориться на Западе нужно, повторюсь, удесятерить усилия по новому освоению Сибири, по выстраиванию новой азиатской экономической и политической дипломатии. Требуется активизация ШОС, ее конвергенция с Евразийским экономическим союзом, ОДКБ, китайской идеей «нового шелкового пути» (к чему Пекин вроде бы склоняется), южнокорейским проектом «евразийского сообщества», со сближением с будущим лидером Центральной Азии – Ираном. Такой поворот будет нелегким для российской европоцентричной элиты. Но попытка интеграции с Западом не удалась. Отказываться от Европы, от своих европейских корней опасно для русской идентичности, для развития России. А не использовать образующиеся на Востоке возможности бесхозяйственно и опасно.
Ну а через четыре, шесть, восемь лет возможно и новое (на новых условиях) сближение с Соединенными Штатами. И уж тем более с Европой. Оно объективно, как говорили в недавнюю старину, отвечает и интересам сторон, и интересам всего мира.
![Главное](/images/star.png)
Слушать музыку революции?
Что несут социально-политические катаклизмы XXI века
А.Г. Аксенёнок – кандидат юридических наук, Чрезвычайный и Полномочный Посол, опытный дипломат, арабист, долго работавший во многих арабских странах, в том числе в качестве посла России в Алжире, а также спецпредставителем на Балканах и послом Российской Федерации в Словакии.
И.Д. Звягельская – доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института востоковедения РАН
Резюме Без понятных норм международного поведения в контексте «революционных вызовов» мир рискует скатиться к глобальному противостоянию не из-за системных противоречий, а из-за суетного игнорирования реальных общих угроз.
Конец прошлого – начало нынешнего столетия отмечены глубинными сдвигами в геополитике, мировой экономике и финансах. Парадигма международных отношений периода холодной войны, казалось, ушла в прошлое. Однако новые правила поведения государств, соответствующие изменившемуся миропорядку, так и не сложились.
Как показала практика, при всех идеологических и военно-политических издержках двухполюсная система все же была относительно устойчивой. Она обеспечивала баланс за счет довольно жестких ограничений, налагаемых на более слабые государства в регионах (союзников, партнеров великих держав). Существовала признанная всеми «красная черта», которую нельзя было переступать, а именно: провоцировать столкновение на глобальном уровне. Местные силы пытались добиться поддержки своего покровителя, порой не слишком обращая внимание на его собственные озабоченности, но в конечном итоге опасения неприемлемых рисков заставляли великие державы действовать сообща, оказывая давление на региональных союзников и вынуждая их к сдержанности.
Распад биполярной системы и невозможность соблюдать прежние правила игры в полицентричном мире сделали международные отношения более хаотичными. Региональные государственные и негосударственные субъекты стали вести себя активно, ориентируясь во многих случаях на поведение уже не сдерживаемых другим полюсом Соединенных Штатов. Вашингтон нередко проводил безответственную политику, не пытаясь просчитывать последствия собственных действий. Казалось, наступил период международного аутизма, когда, погрузившись в собственный мир и игнорируя интересы окружающих, международные игроки начали перекройку ялтинской системы.
Такие понятия, как суверенитет и территориальная целостность или национальное самоопределение, давно вступающие в коллизию друг с другом, размываются де-факто, превращаясь скорее в юридическую фикцию. Но нельзя рассматривать эти понятия и как взаимоисключающие. Право на самоопределение может быть реализовано в различных формах, в том числе в рамках федеративного государства или предоставления автономии отдельной этнической группе, что не нарушает территориальной целостности государства. Однако на практике рост этнонационализма, активность новых элит, заинтересованных в доступе к власти и собственности, приравняли понятие самоопределения к сецессии.
В сложившихся условиях могущественные государства все чаще используют принципы территориальной целостности и национального самоопределения для оправдания собственных «суверенных» решений, исходя из политической целесообразности. То есть так, как они видят ее на данный момент, в конкретно взятой ситуации или в порядке импульсивного реагирования на неправоправные, с их точки зрения, действия другой стороны.
Налицо столкновение двух разнонаправленных потоков: хаотизация мировой политики с применением военной силы «по выбору» и объективная потребность человечества в сохранении с таким трудом выстроенных интеграционных связей, которые предполагают определенную степень как финансово-экономической, так в каких-то вопросах и политической взаимозависимости.
Почему захлебывается «четвертая волна»?
Кризис вокруг Украины стал самым опасным эпизодом в череде конфликтов четверти века, хотя уже «арабская весна» послала крупным игрокам достаточно сигналов, чтобы те попытались неидеологизированно осмыслить объективные тренды, провели анализ допущенных просчетов и ошибок. И если до сих пор никто всерьез не воспринимал локальные конфликты современности, будь то югославский, иракский, ливийский и даже сирийский (воинственная риторика США в Совете Безопасности ООН в ответ на российские вето скорее была данью внутреннему и внешнему имиджу) как реальную угрозу международной безопасности, то противоборство на украинской почве заставило задуматься: а не скатывается ли мир вновь в пропасть холодной войны? Причем в ее худшем виде, когда теряется та степень взаимного доверия и способность слышать друг друга, которая в период системной конфронтации все-таки позволяла американским и советским руководителям находить развязки самых запутанных узлов напряженности напрямую.
Почему же отношения Россия–Запад дошли до крайнего предела? Скатывание от «стратегического партнерства» к новому витку противостояния предопределило количественное накопление взрывной массы раздражителей, непонимание или ложную интерпретацию мотивов друг друга. События, приведшие к столкновению вокруг Украины, развивались ползучим путем, но последовательно и с направленностью все дальше на восток, все ближе к границам России, к ее историческому культурно-национальному ареалу.
Если расширение НАТО на государства Восточной Европы, воспринимавшееся в России болезненно, со временем потеряло остроту конца 1990-х гг., то положение стало стремительно меняться с приближением амбиций Запада к границам постсоветского пространства. В то время как связи с Восточной и Центральной Европой в последнее десятилетие в целом были отмечены позитивной динамикой, под политической крышей так называемого «Восточного партнерства» велась работа по вовлечению бывших советских республик в орбиту Евросоюза. С учетом опыта трех предыдущих волн расширения Россия не могла рассматривать это иначе, как подготовку к их последующему вхождению в евроатлантический альянс (по сути, сложилось неписаное правило, по которому членом НАТО не может стать страна, не прошедшая через горнило сложнейших процедур вступления в Евросоюз).
Вслед за Грузией и Молдавией в эту очередь поставили и Украину. К политике сдерживания России Запад таким образом вернулся задолго до нынешнего украинского кризиса, прикрывая этот курс разговорами о партнерстве и недопустимости возврата борьбы за сферы влияния. В качестве одного из инструментов использовалась стратегия смены режимов, испытанная на Балканах, в Грузии, опробованная с тем или иным успехом в ряде других переходных стран. На Украине соблюсти демократические приличия не удалось. Когда там при откровенном вмешательстве Запада произошла силовая смена режима, в России, державшей до тех пор оборонительные позиции, сочли, что этот вызов не может остаться без ответа. Украина в российском общественном мнении и в официальной стратегии – это не только национальная безопасность и жизненно важные для экономик обеих стран кооперационные связи, но и многовековое духовное родство, культурная и языковая общность.
Важную роль в российской реакции сыграли соображения чисто охранительного свойства. В последние годы на Западе развернулась антироссийская кампания по самым различным поводам. Ужесточилась критика сложившихся здесь общественно-политических устоев, что, в свою очередь, вело к усилению консервативного уклона в самой России, в том числе и в качестве ответа на провал попыток сближения с Западом.
Во всей причинно-следственной цепочке действий и противодействий между Россией и Западом должно было существовать какое-то ключевое звено. Одним из таких звеньев стали принципиальные расхождения в восприятии революций современности и вызванных ими новых локальных или региональных угроз.
После завершения эпохи биполярного противостояния по Восточной и Центральной Европе, постсоветскому пространству и Ближнему Востоку прокатились три волны революций с совершенно разным балансом плюсов и минусов, потерь и приобретений. На рубеже 80-х –
90-х гг. прошлого века и Россия была вовлечена в движение обновления, полное внутренних противоречий, шагов вперед и откатов назад. Такие новые вызовы, как международный терроризм, всплеск этнических национализмов, наркотрафик, трансграничная преступность и иммиграционная активность вкупе с глобальным финансовым кризисом показали уязвимые места в функционировании политических систем и механизмов рыночной экономики даже в развитых государствах.
Если идеология коммунизма потерпела неудачу в мировом масштабе, а эволюционная модель постсоветской России не дала пока привлекательной альтернативы, то в системе либеральной демократии также вскрылись серьезные дефекты и дисфункции. Многие западные эксперты отмечают снижение качества демократии в США и Великобритании, участившиеся институциональные сбои, рост числа «дефектных демократий». Институт выборов, эта основная составляющая демократического правления, теряет в глазах избирателей, особенно молодежи, былую ценность (в Англии в парламентских выборах 2010 г. приняли участие лишь двое из пяти британцев в возрасте до 30 лет).
По прошествии четверти века стало окончательно понятно: «конца истории», предсказанного Фрэнсисом Фукуямой, не произошло. Позднее, анализируя «драматические перемены» в постиндустриальную эпоху в книге «Великий разрыв», он сам убедительно показал, что «история» в смысле победы либерализма как самой совершенной модели государственного устройства далеко не закончилась. На фоне «тяги к свободе выбора во всем» с конца второй половины XX века «глубокий упадок претерпевает доверие к общественно-политическим институтам». Демократия в том виде, как она исторически сложилась на Западе, раскрыла внутренние противоречия, что делает мессианские претензии большей части американского истеблишмента по меньшей мере наивным преувеличением.
Соединенным Штатам, внешняя политика которых скована идеологическими клише, не раз приходилось расплачиваться за свой «интервенционизм» или идеализацию революционной смены режимов сумбурными шагами на ближневосточном поле. Явные промахи допущены в оценках такого общественно-политического феномена, как «арабское пробуждение» XXI века. Революции в Египте и Тунисе как бы рефлекторно расценены как некое универсальное явление в победном шествии демократии. Проводились даже аналогии с «бархатными революциями» в странах Восточной и Центральной Европы. Вскоре для всех стало ясно – арабские революции не могут быть «бархатными».
Если европейские страны имели опыт буржуазно-демократического развития и строили свою идентичность во многом на отталкивании от коммунизма, видя Евросоюз как центр притяжения, то на Ближнем Востоке таких ориентиров не существовало. Нет их в достаточной степени и в большинстве республик бывшего Советского Союза. Украина здесь не исключение.
Национальное развитие территорий, на которых в силу особого исторического стечения обстоятельств образовалось нынешнее украинское государство, всегда проходило под влиянием двух тенденций – к самостийности и к государственно-культурной общности с Россией при явном преобладании последней. Искусственно слепленная из двух частей в результате военного рывка СССР на Запад в конце 1930-х гг., Украина так и осталась культурно и политически фрагментированной. Разные исторические нарративы и национальные герои, разная ментальность и специфика занятости, характерное для части жителей Западной Украины отторжение от России – все это выплеснулось наружу в эпоху самостоятельного национального существования. Украинская политическая элита, к сожалению, продемонстрировала неспособность к поискам общенационального сплочения, эксплуатируя украинский раскол и подменяя национальное служение жаждой обогащения и эгоистическими интересами. Самоуверенная политика нажима со стороны Евросоюза поставила Украину перед выбором, который она по определению была не способна сделать.
Бесцельное вмешательство
Говоря о нациестроительстве, имеющем много общего независимо от региональной специфики, нельзя не вспомнить провальный опыт первых попыток буржуазного реформаторства на Ближнем Востоке в конце XIX – начале XX веков. Политические системы Египта, Сирии и Ирака, скроенные тогда в основном по образцу западных, не привились на арабо-мусульманской почве. Как следствие, они были сметены чередой военных переворотов 50-х – 60-х годов прошлого века. Кардинальные перемены нынешнего столетия также разрушили миф о том, что развитие идет по магистральному пути от «авторитаризма» к «демократии», понимаемой большей частью политической элиты США как чисто американский продукт. Этакий «протестантский фундаментализм».
Новое поколение арабов, как и украинской молодежи, потрясло мир массовыми призывами к обновлению общественных устоев, к уважению человеческого достоинства и гражданских свобод, к социальной справедливости. Вскоре, однако, революционное переустройство Ближнего Востока перестало вписываться в демократический контекст. По мере нарастания неуправляемых процессов ближневосточная политика Соединенных Штатов и Европейского союза все чаще испытывала серьезные затруднения, становясь в целом ряде случаев заложницей традиционного мышления.
Мощный размах народных выступлений был вызван комплексом социально-экономических причин. Внешние факторы, конечно, работали, но на первых порах они играли скорее опосредованную роль. Вместе с тем по мере распространения «эффекта домино» Запад, как это бывало и в прошлых региональных конфликтах, априори взял курс на поддержку оппозиционных сил, не особенно считаясь с тем, насколько неоднороден их состав и сколь противоречивы политические установки. С этого момента внешнее вмешательство на стороне одной из конфликтующих сторон пошло по нарастающей, а расчеты приобрести политический капитал солидарностью с арабскими «демократическими революциями» все менее сообразовывались с тем, как разворачивались трансформационные процессы по региону в целом.
Судьба Ирака, оказавшегося на грани потери государственности и религиозной войны, явилась, теперь и на Западе, поводом для осмысления пагубных последствий американского вторжения в 2003 году. По признанию крупного специалиста в ближневосточных делах Ричарда Хааса, политика США в Ираке вела к «укреплению скорее конфессиональной, чем национальной идентичности». Подобно тому как Суэцкий кризис (1956) подстегнул подъем панарабского национализма, война западной коалиции против мусульманской страны спровоцировала небывалый взлет насилия со стороны радикального ислама и создала условия для расцвета «Аль-Каиды». Хрупкий баланс между правящим суннитским меньшинством и шиитским большинством, поддерживавшийся железной рукой Саддама Хусейна, в одночасье оказался нарушен в пользу шиитов. В итоге насаждение в Ираке парламентаризма западного типа обернулось образованием шиитского режима. Премьер-министр Нури аль-Малики проводил узкоконфессиональную политику, затруднявшую инклюзивное участие во власти других конфессиональных и этнических групп. Курды стали активно строить собственную автономию, а сунниты и христиане оказались лишены политического представительства. После роспуска армии и партии Баас, являвшейся стержнем политической системы, возникла мощная энергия внутреннего протеста.
Не меньший вред принесло активное, но беспорядочное американское участие в сложных переходных процессах в Египте. После недолгих колебаний Вашингтон бросил все свои политико-информационные ресурсы на поддержку египетской революции, вынудив Хосни Мубарака подать в отставку. Впоследствии, когда революционную волну оседлали исламисты, ставка была сделана на умеренное крыло «Братьев-мусульман», которые в новой обстановке сумели быстро стать влиятельной политической партией и одержать победу на парламентских и президентских выборах. Как и в ходе подъема исламизма в Алжире в 1990-е гг., вылившегося в десятилетнюю гражданскую войну, американцы оказывали постоянный нажим на возглавившую переходный процесс египетскую армию, вынуждая ее форсировать переход к гражданскому правлению, а по сути дела передачу власти исламистам. Поэтому «второе пришествие» армии в июле 2013 г. и отстранение демократически избранного президента-исламиста Мурси в результате событий, которые трудно назвать иначе как военный переворот, вновь поставили Белый дом в затруднительное положение.
Действия армии, пусть и по призыву вновь вышедших на улицы миллионных масс, не укладываются в антитезу – переворот против демократии или движение в защиту демократии от «исламской диктатуры». Просто потому, что демократии как таковой в Египте не было.
В мусульманском мире, где на почве отношения к политическому исламу произошел раскол, метаморфозы политики США вызвали отторжение как со стороны приверженцев нового военного режима, так и его противников, выступивших в поддержку «Братьев-мусульман».
Просчеты видны и в сирийском конфликте. Безоговорочная поддержка разношерстного оппозиционного движения в Сирии, в котором набирали силу «джихадистские» организации, связанные с «Аль-Каидой», и объявление априори нелегитимным правящего режима Асада предопределило не столько силу, сколько слабость американской дипломатии, лишило ее свободы маневра. Это сделало Вашингтон заложником непомерных амбициозных требований эмигрантских сирийских политиков и их региональных спонсоров, осложнило работу по подготовке Женевской конференции. Дело дошло до того, что политика Соединенных Штатов уже слишком явно стала играть на руку терроризму, которому американцы сами объявили войну. Это с особенной очевидностью проявилось летом 2014 г., когда военные успехи террористической организации «Исламское государство Сирии и Леванта» в Ираке поставили администрацию Обамы в еще более щепетильное положение.
В краткосрочном историческом плане баланс pro и con в смене режимов на Ближнем Востоке складывается не в пользу революций. Основная причина силового свержения власти кроется в неспособности удовлетворить базовые социально-экономические или политические запросы общества и выполнить данные обещания. Весь набор причин сконцентрировался в одно целое в арабском регионе, хотя за прошедшее десятилетие – и это нельзя не отметить – там шло развитие по пути модернизации и интеграции в мировую экономическую систему. Но эта эволюция, во-первых, значительно отставала от темпов развития в других регионах, например, Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. Во-вторых, она не затронула ключевые проблемы роста. Экономические реформы в Египте, Тунисе и Сирии создали прослойку среднего класса, но не смогли сузить пропасть имущественного неравенства. Плодами реформ воспользовалась узкая группа лиц, приближенных к власти. Представительные политические институты претерпели лишь имитационные изменения. При демократическом фасаде консервировались авторитарные методы правления, приобретавшие все более клановый непотический характер. Законы революционного хаоса заработали тогда, когда власть оказалась окончательно неспособна к регенерации политической системы, расширяющей участие граждан в выработке государственных решений, затрагивающих их жизненные интересы.
Революционные вызовы для всего мира
Переустройство обширного Арабского Востока протекает неравномерно, волнообразно, с попятными движениями. Тем не менее уже можно попытаться обобщить некоторые уроки, а также провести параллели с кризисами в других регионах.
Революции приходят не только в случаях консервации отживших форм государственно-политического устройства. Если в Сирии, например, монополия партии Баас на власть давно стала анахронизмом, а ее лозунг «Единство, свобода, социализм» потерял былую привлекательность, то десятилетняя гражданская война в Алжире во многом была следствием неподготовленных реформ и поспешных темпов демократизации, проведенной в конце 1980-х – начале 1990-х гг. под влиянием перемен в России, в Центральной и Восточной Европе.
Кризис унитарной модели государственности на Украине в сочетании с коррупционным и моральным разложением в верхах также показывает необходимость своевременного проведения реформ. Альтернативой этому стал революционный хаос, вооруженный конфликт на юго-востоке Украины и гуманитарный кризис.
За демократию в арабо-мусульманском регионе на Западе часто принимались существенные, но, как оказалось, формальные признаки, такие как организация избирательного процесса. При этом вне поля зрения оставались столь же, если не более, важные вопросы: способна ли политическая сила, победившая на выборах, строить общество в соответствии с надеждами революционных масс, можно ли продвигать демократию недемократическими методами. Выборы, конечно, важный инструмент демократии, но в отсутствии развитых институтов они не могут гарантировать перехода к демократическому правлению. В обществах, не разделяющих общедемократических ценностей, выигравшей оказывается сила, предлагающая наиболее простые рецепты переустройства, понятные и приемлемые для наиболее консервативной и многочисленной части электората. На палестинских выборах 2005 г. победило исламское движение ХАМАС (в считавшемся наиболее секулярном арабском обществе), а в ведущей арабской стране Египте с его «гибридным режимом» к власти пришли «Братья-мусульмане». Первое, что они сделали – внесли изменения в Конституцию, чтобы остаться у штурвала на неопределенно долгое время.
Означает ли такой опыт, что в политически незрелых обществах, не осознающих в своей массе собственного социального интереса, выборы проводить бесполезно? Очевидно, вопрос нужно ставить иначе. Не просто выборы, а гарантия сменяемости власти (в результате тех же выборов) может постепенно сделать ее более ответственной и национально ориентированной.
Развитие событий в Египте, где за три года произошли две «революции», заставляет задуматься и над тем, сможет ли военный переворот стать катализатором возвращения к стабильному эволюционному развитию. Исламисты, прибегающие к террору для восстановления «конституционной законности», и секуляристы, призвавшие военных к власти, глубоко ошибаются, надеясь построить новый Египет без достижения национального согласия.
Не все ветры перемен можно объяснить внешним вмешательством, но все же важную роль в том, насколько упорядоченно проходит переходный послереволюционный период, играет сам способ разрешения внутреннего конфликта – вооруженным путем или через мирный раздел власти. Как показывают конфликты в Ираке, Сирии и Ливии, насилие и гражданские войны, к тому же при интервенции или мощной поддержке извне, наносят колоссальный ущерб созидательным усилиям.
Опыт большинства мировых революций свидетельствует, что к власти приходят не те силы, которые их делали, а те, которым при внешней поддержке или по стечению обстоятельств удавалось «поймать волну». Смена режимов в арабском мире, прошедшая под демократическими лозунгами, еще раз явила эту историческую закономерность. С начала массовых выступлений исламские лозунги на улице отсутствовали, но со временем тунисские и египетские исламисты оседлали революционно-демократические выступления, используя опыт организационной работы в массах, проповеди в мечетях, разобщенность в рядах светской оппозиции. По сути дела, египетская революция прошла через два «Тахрира», как, впрочем, и украинская, где тоже было два «Майдана». Один «Майдан» умеренный, проевропейский, направленный против прогнившего правящего режима, другой – радикально-националистический «западэнческий», придавший смене власти характер вооруженного мятежа с враждебным настроем к России, к русскоговорящему населению востока.
На фоне затормозившегося переходного периода практически во всех арабских странах, затронутых революционными потрясениями, демократические иллюзии все больше уступают место поправкам на региональную, в том числе исламскую, специфику. Многие арабские политологи задаются вопросом, «готовы ли мы к демократии», какая модель развития приживется на Ближнем Востоке, где подорваны основы социального контракта между властью и обществом. Все известные варианты – египетский, турецкий, саудовский, иранский – оказались дискредитированными или теряют привлекательность. «Политический ислам» на нынешнем этапе потерпел фиаско. Дальнейшее продвижение по пути западного парламентаризма маловероятно.
В отличие от западного политического процесса, сформировавшегося в обществах, для которых свойственен структурирующий характер частнособственнических отношений, доминирование товарного производства, отсутствие централизованный власти, в восточных обществах политический процесс всегда оказывался результатом доминирования государственной и общинной собственности. Власть там была эквивалентна собственности, а общество занимало подчиненную позицию относительно государства. Абсолютизация государства означала, в частности, что его мощь не трансформировалась в благоденствие граждан, которые оставались подданными, подчиненными слившемуся с государственным общинному интересу.
Несбывшиеся надежды на быстрое улучшение жизни после свержения старых режимов оборачиваются тяготением к «сильной руке», к порядку. Этот феномен проявился в Египте, где победивший на президентских выборах фельдмаршал Абдель Фаттах Ас-Сиси воспринимается большинством египтян как «спаситель нации». В последнее время сильная личность появилась и в Ливии. Генерал Халифа Хафтар, с началом революции вернувшийся на родину из эмиграции, сумел бросить вызов переходной власти, объединив часть армии, племен и местных «милиций» под флагом борьбы с исламистами.
Формирование новых властных структур может идти по долгому пути достижения национального консенсуса под эгидой персонифицированной политической силы, взявшей верх во внутриполитической борьбе, что означает сохранение авторитаризма, и не обязательно в более просвещенных формах.
* * *
Современные революции стали важнейшими факторами, влияющими на систему международных отношений. Очевидно, что подход к ним ведущих мировых держав может быть разным, но при этом взвешенным и ответственным. Повторения кризисных ситуаций в отношениях России и Запада можно и нужно постараться избежать. В этом, собственно, и состоит их историческая ответственность. Позитивную роль, по нашему мнению, могло бы сыграть согласование общих принципов урегулирования внутригосударственных конфликтов, порождающих этнический, конфессиональный или чисто политический экстремизм.
Вопрос о характере революций современности давно стал предметом острых дискуссий. В каких случаях внутренние дела перестают быть внутренними? Являются ли критерием этого подавление гражданских свобод, несоразмерное применение силы при массовых оппозиционных выступлениях, акты насилия или другие нарушения прав человека и международного гуманитарного права? Не подвергая сомнению базовый принцип суверенности и невмешательства во внутренние дела, следует признать, что многие из таких вопросов уже де-факто вышли на уровень глобальной проблематики.
Если международное сообщество не сумеет установить приемлемые и понятные нормы международного поведения в контексте «революционных вызовов», мир имеет шансы скатиться к новому витку глобального противостояния, который будет вызван не системными противоречиями времен холодной войны, а суетным игнорированием реальных общих угроз.
Ливия нарастила добычу нефти до 700 тыс. баррелей в сутки (б/с), сообщает телеканал “аль-Джазира” со ссылкой на представителя Ливийской национальной нефтяной корпорации.
В конце августа Ливия добывала 562 тыс. б/с. Постепенный рост добычи сырья в стране в последние недели стал возможен после восстановления работы крупнейших терминалов Садра мощностью 320 тыс. б/с и Рас Лануф, экспортные возможности которого составляют 220 тыс. б/с на фоне стабилизации внутриполитической ситуации.
Ливийские власти ожидают прироста добычи нефти в сентябре до более 1 млн б/с, а затем уже в 2015 году намерены восстановить уровень производства в 1,5 млн б/с.
Открытие портов стало возможным после достижения соответствующих договоренностей между блокировавшими их вооруженными повстанцами и ливийскими властями. Это продолжавшееся около года противостояние привело к падению добычи нефти в Ливии до 100 тыс. б/с и потерям текущего бюджета в размере $40 млрд.
Связанные с движением "Братья-мусульмане" группировки экс-повстанцев, ведущие более месяца боевые действия с правительственными силами в столице Ливии, в понедельник захватили в Триполи ряд зданий министерств, сообщил спутниковый телеканал "Аль-Арабия".
По свидетельствам очевидцев, боевики не пускают в здания сотрудников, угрожая им расправой.
На прошлой неделе временное правительство во главе с Абдаллой ат-Тани подало в "техническую" отставку, чтобы новый парламент мог приступить к формированию кабинета министров. Однако происламистский Всеобщий национальный конгресс, прекративший работу после избрания в июне этого года нового парламента, самовольно возобновил работу в Триполи и заявил о назначении премьером Омара аль-Хаси, поручив ему сформировать "правительство спасения". Исполняющий обязанности премьер-министра ат-Тани заявил о незаконности действий Нацконгресса и подчеркнул, что единственной легитимной властью в стране является избранный всеобщим голосованием парламент, который по соображениям безопасности проводит первую сессию в городе Тобрук на востоке Ливии. Маргарита Кислова.
Группировка боевиков-исламистов в воскресенье заявила, что взяла под контроль комплекс зданий посольства США в столице Ливии Триполи, передает телекомпания Fox.
Сообщается, что весь американский персонал посольства в конце июля был эвакуирован в связи с угрозой безопасности, возникшей на фоне боев в городе.
По предварительным данным, нападение осуществили боевики группировки "Рассвет Ливии". Корреспондент агентства Ассошиэйтед Пресс на месте событий сообщил, что окна посольского здания разбиты. В свою очередь на опубликованном в интернете видеоролике боевиков видно, что неизвестные находятся на территории жилого комплекса эвакуированного посольства.
В Ливии по-прежнему сохраняется нестабильная обстановка из-за продолжающихся боевых действий, в которых принимают участие члены конкурирующих группировок. Госдепартамент Соединенных Штатов призвал своих граждан воздержаться от поездок в Ливию. Кроме сотрудников американского посольства, из страны также эвакуированы около 700 работников турецкой дипмиссии.
Правительство Ливии во главе с премьер-министром Абдаллой ат-Тани подало в отставку, чтобы дать возможность избранному в июне парламенту сформировать новый кабинет, передает в пятницу РИА Новости со ссылкой на агентство Рейтер.
Вновь собранный Национальный конгресс Ливии назначил нового премьера
"Это чисто процедурный шаг. Между ат-Тани и парламентом нет разногласий. Он кандидат на то, чтобы сформировать следующее правительство", - сообщил агентству один из парламентариев.
Политическая жизнь Ливии осложняется установившимся здесь несколько дней назад двоевластием. Всеобщий национальный конгресс (ВНК), который должен был быть распущен после избрания нового парламента, 25 августа объявил о возобновлении полномочий. При поддержке одной из исламистских группировок, которая контролирует столицу страны Триполи, ВНК объявил новым премьером Омара аль-Хаси.
Тогда ат-Тани, занимающий пост премьера с марта, заявил о незаконности этого шага и назвал единственным правомочным органом власти парламент, который по причинам безопасности заседает в городе Тобрук на востоке страны.
В Ливии уже несколько месяцев идут ожесточенные столкновения правительственных сил с группировками бывших повстанцев. Многие страны эвакуируют своих граждан из Ливии, закрываются диппредставительства.
![Главное](/images/star.png)
Всероссийский молодёжный форум «Селигер-2014».
Владимир Путин посетил 10-й Всероссийский молодёжный форум «Селигер-2014». В рамках нынешней смены «Поколение Zнаний» на форум собрались аспиранты и молодые преподаватели истории, политологии, социологии, философии и экономики из регионов России.
Глава государства обсудил с участниками форума актуальные вопросы политической и экономической жизни страны, международные проблемы.
* * *
Стенографический отчёт о встрече с участниками форума «Селигер-2014»
К.РАЗУВАЕВА: Владимир Владимирович, рады Вас приветствовать на пятой смене нашего молодёжного форума «Cелигер».
Этот «Селигер» десятый, юбилейный. И та смена, на которую, собственно, мы Вас очень ждали, эта смена нам кажется достаточно необычной – самой необычной, пожалуй, за эти десять лет. В этом зале собрались 800 преподавателей из ведущих вузов России. Это философы, экономисты, политологи, социологи. Это будущее нашей страны, интеллектуальная элита.
Вам слово. Очень Вас ждали, очень рады Вас видеть.
В.ПУТИН: Добрый день, дорогие друзья!
Спасибо вам за такое приветствие.
Действительно, встречаться с такой аудиторий страшновато немножко потому, что... – потому, что вы знаете почему. (Смех.)
Потому что это такие направления деятельности, которые, безусловно, порождают интерес и к прошлому, и к сегодняшнему, и к будущему. Непросто разговаривать со специалистами, которые знают ответ на то, что такое философия: это наука или это искусство? Не все знают, но философы наверняка могут сказать и, может быть, с нами сегодня и поделятся этим.
Ещё сложнее говорить с историками, которые в состоянии проанализировать всё, что с нашей страной и с миром происходило до сегодняшнего дня и соответственно посмотреть на ретроспективу, посмотреть то, куда и как мы идём и что нам нужно сделать для того, чтобы наш путь был максимально эффективным, привёл нас к целям, которые мы перед собой ставим.
Социологи – это отдельная вообще тема, они вообще всё знают. И знают точно лучше других. Тем не менее это в то же время очень интересная аудитория, которая собралась здесь. Я думаю, что мы сможем и подискутировать, и обменяться своими мнениями по путям развития нашей страны, по её месту в мире.
Безусловно, мне бы было интересно не просто отвечать на ваши вопросы, но и послушать ваше мнение. Это чрезвычайно важно, и это уникальная возможность с такими людьми, как вы, встретиться в таком количестве, в таком составе и откровенно поговорить.
Я бы на этом «фонтан» свой завернул, монолог закончил и предложил бы перейти к непосредственной работе.
А.МАКАРЕНКО: Уважаемый Владимир Владимирович, добрый день! Меня зовут Алексей Макаренко, я представляю Международную высшую школу управления Санкт-Петербургского государственного политехнического университета.
В первую очередь, как члену Совета форума, разрешите мне выразить Вам благодарность за Ваш визит к нам на Селигер.
Владимир Владимирович, несмотря на образовательную тематику нашего форума, мы все активно следим за событиями, происходящими в мире, и многие из этих событий, конечно же, касаются украинского вопроса. Это, в частности, Ваша встреча с Президентом Порошенко в Минске, это заявление Сергея Викторовича Лаврова о намерениях сформировать очередной гуманитарный конвой. Это информация о намерениях ополчения о продолжении гуманитарно-военной операции, а также Ваше недавнее обращение к ополчению с просьбой предоставить гуманитарный коридор во избежание ненужного кровопролития. Также в ряде СМИ появилась информация о возможном обсуждении дальнейшего пакета санкций со стороны западных стран, а также таких событиях, как задержание группы российских военнослужащих на территории Украины. В связи с этим не могли бы Вы, пожалуйста, высказать Вашу оценку текущей ситуации и раскрыть возможные перспективы дальнейшего развития.
Спасибо.
В.ПУТИН: Давайте начнём с наших военнослужащих. Я уже об этом говорил: и на нашей территории оказывались украинские военнослужащие, причём в гораздо большем количестве, один раз 450 человек вышло, другой раз ещё 60, вот совсем недавно ещё 60, и многие с оружием. Были случаи, когда они выходили на нашу территорию и говорили, что они просто заблудились – на бронетехнике, с оружием.
На самом деле это правда, я сейчас говорю серьёзно – я верю, что они заблудились, потому что там же нет маркированной границы. Если идут боевые действия или как наши патрулируют границу, то это вполне возможно. Так что я считаю, что это вопрос технический.
Мы с Петром Алексеевичем Порошенко об этом говорили, и он заверил меня в том, что российские военнослужащие будут переданы России так же, как мы передавали и передаём до сих пор военнослужащих украинской армии.
Более того, вы знаете, мы оказывали им медицинскую помощь, лечили в наших больницах, госпиталях. Поэтому все основания есть надеяться на то, что мы будем взаимно корректны в этом смысле.
Что касается ситуации в целом, она, конечно, гораздо более серьёзная. Мне придётся повториться. Ведь что произошло? Президент Янукович перенёс подписание экономического соглашения с Евросоюзом, поскольку посчитал, что этот документ требует серьёзной доработки. И наши западные партнёры, опираясь на достаточно радикальные, националистически настроенные элементы, совершили государственный переворот. И кто бы мне что ни говорил, мы все с вами это тоже понимаем, дураков-то нет, мы же видели символические пирожки, которые раздавались на Майдане, информационная поддержка, политическая поддержка – это что означает: полное вовлечение и Соединённых Штатов, и европейских стран в этот процесс по смене власти, насильственной, антиконституционной смене власти. А та часть страны, которая с этим не согласилась, она подавляется грубой военной силой с использованием самолётов, артиллерии, систем залпового огня и танков. Если это сегодняшние европейские ценности, то тогда я просто в высшей степени разочарован.
Что происходит дальше? Мы многократно говорили и с руководством Украины, и с руководством Соединённых Штатов, европейских стран – нужно немедленно прекратить братоубийственную войну и сесть за стол переговоров. Ведь что предложило руководство Украины недели три-четыре назад? В одностороннем порядке так красиво всё звучит: прекратили боевые действия. Но сразу же сказали: «Семь дней – тот, кто не сложит оружие, будет уничтожен». Это разве путь к переговорам? Это ультиматум.
Естественно, люди, которые взялись за оружие, а взялись они за оружие, чтобы защитить себя, свою жизнь, своё достоинство, они на эти условия, ясно, не согласились. После этого были возобновлены боевые действия. Сегодня к чему всё пришло: и малые населённые пункты, и крупные города окружены украинской армией, которая прямой наводкой наносит удары по жилым кварталам с целью разрушить инфраструктуру, подавить волю сопротивляющихся и так далее.
Вы знаете, мне это, как ни печально, напоминает события даже Второй мировой войны, когда немецко-фашистские войска окружали наши города – допустим, Ленинград (Вы же из Питера, да?), окружали наши города, в частности Ленинград, и прямой наводкой расстреливали населённые пункты и их жителей. На Невском проспекте, как вы знаете, до сих пор осталась надпись: «Граждане! Будьте внимательны: при артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна!» Вы понимаете, к чему пришли? Ужасно, катастрофа! И поэтому я вполне могу понять ополчение юго-востока – Донбасса, Луганска, что они предприняли попытки защитить себя.
Почему они называют эту операцию военно-гуманитарной? В чём смысл сегодняшних действий: отодвинуть от крупных городов артиллерию и системы залпового огня, чтобы они людей не могли убивать. И что мы слышим в ответ от наших западных партнёров – что они не могут этого делать, они должны позволить все себя растерзать, убить, и тогда они будут хорошими? Надо сесть за стол переговоров.
Вы знаете, позиция наших партнёров, она вот к чему сводится, я уже для себя это уяснил: да, надо садиться за стол переговоров, но пока нужно дать властям Украины немножко пострелять – может быть, они быстренько наведут там порядок.
Не получается, надо уже это осознать. И надо заставить украинские власти именно предметно начать эти переговоры, предметно! Не по техническим вопросам, что чрезвычайно важно, конечно, они носят гуманитарный характер: обмен пленными, как они говорят, ещё какие-то вопросы, – надо субстантивно (здесь Лавров к вам приезжал), субстантивно – дипломаты любят употреблять это слово – переговариваться, по существу понять, какие права будут у народа Донбасса, Луганска, всего юго-востока страны. В рамках современных цивилизованных правил должны быть сформулированы законные права и обеспечены законные интересы этих людей. Вот об этом надо говорить. А потом уже легко, я уверен – относительно легко, но всё-таки будут решаться вопросы, связанные с границей, обеспечением безопасности и так далее, и так далее. Важно договориться по сути. По сути не хотят говорить, вот в чём проблема.
Теперь по поводу моего обращения по коридорам. Вы знаете, я видел, конечно, прежде всего, и по средствам массовой информации, и у меня, разумеется, доклады есть наших специальных служб, что происходит, видел реакцию матерей, жён военнослужащих украинской армии, которые оказались в этом окружении. Это трагедия тоже и для них. Именно поэтому я обратился к ополчению Донбасса с целью открыть гуманитарные коридоры, чтобы люди могли выйти. Многие там сидят без воды и пищи уже несколько дней, боеприпасы кончились. Дайте им возможность уйти.
Последняя информация такая. Руководство, командование украинской армии приняло решение не выпускать их из этого «котла», а предпринимают попытки раздвинуть силы ополчения и выйти с боем. Я думаю, что это колоссальная ошибка, которая приведёт к большим человеческим жертвам, это ужасно.
А теперь по сути. Вообще это огромная трагедия, до которой мы дошли, – столкновения на Украине. Вот люди, которые имеют свои собственные взгляды, здесь историков очень много, на историю нашей страны, могут поспорить, но мне кажется, что русский и украинский народ – это практически один народ, вот кто бы чего ни говорил. Вы меня поправите, конечно, но смотрите. У нас ведь не было русского народа когда-то – были славянские племена. Сколько их там было – 16, 32, по-разному считают: славяне, древляне и так далее. После крещения Руси – кстати, сначала сам Владимир крестился в Херсонесе, так что в этом смысле и Крым для нас святое место, а уже потом пришёл в Киев и там начал крестить всю Русь, – после этого начала складываться русская нация, но она изначально складывалась как многонациональная. Те люди, которые проживали тогда на сегодняшней территории Украины, иначе как русскими никогда себя и не называли. Да, конечно, есть Галичина, есть территории, которые примыкают к Западу, к Западной Европе. У них естественным образом складывались особые отношения с католическим миром, естественным образом складывались отношения со своими соседями, там взаимное проникновение языков и культур. Но они не должны навязывать свои взгляды всему народу Украины.
Я о чём хочу сказать: о том, что считаю, что в принципе то, что происходит сегодня на Украине, – это наша огромная общая трагедия. И нужно сделать всё для того, чтобы она прекратилась как можно быстрее.
Р.БАКАЕВ: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Меня зовут Бакаев Руслан, я представляю Республику Башкортостан.
У меня вопрос как у молодого преподавателя. Общаясь с представителями Министерства образования, мы пришли к пониманию того, что Министерство образования не обладает корректной информацией о размере заработной платы. Методологию расчёта можно обозначить как «среднестатистическое по больнице». Соответственно у нас возникает предложение, мы просим его рассмотреть, о том, чтобы экономически расчёт наших зарплат шёл с учётом специфики преподавателей, то есть молодой ли это преподаватель, остепенённый и так далее.
Но, даже если профильные министерства будут знать реальный размер наших зарплат, это не решит, на наш взгляд, проблемы, связанные с насущными потребностями, такими как приобретение квартиры, создание или расширение семьи.
В связи с этим у нас также есть несколько предложений, которые мы бы хотели обсудить с Вами, – о льготном предоставлении жилья молодым преподавателям и специалистам, а также о грантовой поддержке или иной поддержке их исследований. Потому что преподаватели и молодые учёные не хотят получать всё в подарок – мы хотим работать на благо нашей Родины, мы хотели просто своей работой в то же время обеспечить себя.
Спасибо Вам огромное.
В.ПУТИН: Конечно, нам всем хочется жить лучше и законным образом зарабатывать больше, иметь больше возможностей. И, разумеется, всё, что мы делаем, нацелено, прежде всего, на это – на повышение уровня жизни наших граждан вообще и преподавателей, научных работников, в частности.
Что с заработными платами? Вы знаете, что мы приняли решение, я в своих майских указах уже позапрошлого года это прописал, и там большая программа, связанная с повышением уровня доходов преподавателей и школ, и вузов, в том числе и молодых преподавателей. Наверное, этого недостаточно, и я сейчас тоже буду опираться на данные того же Министерства образования и на данные наших статистических ведомств.
Средняя заработная плата преподавателей вузов в стране практически во всех субъектах Федерации выше, чем средняя по экономике: она составляет 144 процента. Это не значит, что это везде одно и то же. Это значит, что это средняя, как сейчас модно говорить, «по больнице»: где-то есть 144, где-то это чуть больше, а где-то совсем низко. Это зависит от очень многих факторов. И мы, конечно, должны будем анализировать всё, что происходит, в том числе и с вашей помощью. Мне очень приятно, что вы встречались с Минобрнауки. Кто приезжал – Министр?
Р.БАКАЕВ: Третьяк.
В.ПУТИН: Ну вот. Тем не менее это руководство Министерства, и они должны слышать от вас, что в этой сфере происходит, так же как, допустим, в сфере здравоохранения. Мне говорят, что мы добиваемся качественных показателей, а люди, которые работают в сфере, говорят: «Нет, это так, но только с учётом того, что мы работаем сверхурочно, берём дополнительную работу и так далее». Но это вопрос критерия и честного разговора с людьми, что власть считает достижением определённого уровня, а чего люди ждут. Нужно тогда ясно и чётко формулировать, чтобы было понятно, чтобы никто не чувствовал, что власть кого-то надувает. Но мы, безусловно, будем совершенствовать систему денежного обеспечения преподавателей, в том числе молодых.
Знаю, что один из самых сложных, тяжёлых вопросов – это льготное жильё, приобретение. Во многих субъектах Федерации, а это задача субъекта Федерации – обеспечение льготным жильём при определённой поддержке со стороны федерального центра, которую мы постоянно предоставляем, определить приоритеты и сделать программы предоставления жилья молодым специалистам, в том числе и преподавателям.
Мне кажется, что в Башкортостане… Вы из Башкирии?
Р.БАКАЕВ: Да.
В.ПУТИН: Там такие программы есть. Вопрос в их расширении. И они решаются по-разному, но всё практически сводится к одному, к чему: льготирование первого взноса, снижение, затем сокращение платежей после рождения первого и последующего детей и так далее. Мы, конечно, будем эту программу расширять.
И в этой связи что хотел бы сказать – но я должен, знаете, я привык говорить по-честному и хочу, чтобы вы тоже услышали: у нас темпы повышения доходов населения в стране выше, чем темпы производительности труда. Здесь есть экономисты, и они должны сказать, что это означает. Если мы будем дальше идти по этому пути, то мы вообще экономику заведём в тупик, это путь в никуда, ну что это!
Это не значит, что ничего не надо делать, не значит, что не нужно повышать денежное довольствие, как в армии говорят, преподавателей. Нужно это делать, но нужно делать это параллельно с проведением определённых системных изменений.
У вас сколько студентов приходится на одного преподавателя?
Р.БАКАЕВ: Сложно сказать.
В.ПУТИН: Сложно. Я не хочу Вас, Руслан, мучить этими вопросами – я пришёл для того, чтобы вы меня помучили, но хочу сказать, что это серьёзный вопрос. Системные, структурные изменения в социальных отраслях, если их проводить бездумно, они могут быть болезненными, но если проводить это аккуратно, взвешенно, главное – последовательно, то это будет людьми понято и приведёт к повышению уровня доходов преподавательского состава.
Это касается и ненужных площадей, которые приходится отапливать и за которые приходится платить; это касается земельных участков, которые часто не нужны; это касается технического персонала; это касается количества студентов на одного преподавателя. Я должен вам сказать, что система образования с достаточно большим тормозом, так же как и другие социальные сферы. Все привыкли просто получать: дай, дай, дай, но мало кто хочет меняться, а нужно это делать. Это мы должны понимать и целенаправленно работать в этом отношении.
Наконец, это грантовая поддержка. Практически вся грантовая система, которая создавалась и которая функционирует, часть программ завершена, в том числе программа, как она там называлась, действовала до прошлого года по поддержке как раз молодых преподавателей.
РЕПЛИКА: Управленческие кадры.
В.ПУТИН: Да, управленческие и преподавательские кадры. Она была рассчитана прежде всего на молодых преподавателей и молодых исследователей. И вот в прошлом году мы создали Фонд российской науки, все его грантовые программы (он создан именно для проведения грантовых программ, так что хотя бы в этом смысле мы как бы действуем в том направлении, которое Вы предлагаете развивать), вся его грантовая работа нацелена прежде всего на молодых преподавателей, молодых исследователей.
Я боюсь ошибиться в цифрах, но там примерно на молодых преподавателей свыше 80 процентов грантов предусмотрено и на молодых руководителей проекта. Молодые считаются там до 35 лет, и молодые руководители проектов, доктора наук – это где-то до 40 лет. Так что в этом отношении мы действуем и будем наполнять этот Фонд российской науки, конечно, необходимыми для них ресурсами.
Е.КРЮЧКОВА: Добрый день! Крючкова Елена, Нижегородский государственный университет имени Лобачевского.
Наш вопрос заключается в следующем. Известно, что сегодня Арктика представляет собой один из важнейших регионов в мире, поскольку там сосредоточены основные стратегические ресурсы. И в то же время Арктика является регионом геостратегических интересов России, поскольку речь идёт о развитии Северного морского пути, развитии сухопутных территорий, развитии технологий в целом, о разработке, естественно, ресурсов и в то же время сохранении устойчивости экологической системы. На наш взгляд, Арктику можно отнести, наверное, к национальному проекту России. И в связи с этим вопрос: скажите, пожалуйста, как будут развиваться территории Арктической зоны и возможно ли выделение этих территорий либо части территорий Арктической зоны в отдельный регион России федерального подчинения?
Если можно, позвольте высказать просьбу от нижегородской делегации – получить возможность сфотографироваться с Вами после встречи. Спасибо.
В.ПУТИН: По поводу Арктики – важнейший регион России. Вообще у нас страна самая большая в мире по территории. Вы знаете об этом, даже после развала Советского Союза, который был таким супергигантом, всё равно сегодняшняя Россия – самая большая страна в мире по территории, но при этом 70 процентов нашей территории относится к северным или к территориям Крайнего Севера, мы должны это понимать.
Что касается Арктики, то это особый регион: он не только суровый, но он очень перспективный. Когда-то Ломоносов говорил, что Россия будет прирастать Сибирью, – на самом деле так оно и происходит, но и Арктикой точно будет прирастать. И не только потому, что там огромные, глобальные, я бы сказал – общепланетарные запасы минерального сырья, речь идёт о газе, о нефти и о металлах, – ещё и потому, что это исключительно удобный регион для развития транспортной инфраструктуры.
Вот Северной морской путь, который мы начали возрождать, вы наверняка читали об этом много раз и сами, наверное, студентам об этом говорите, он будет достаточно мощным конкурентом всем существующим транспортным артериям, которые призваны минимизировать расходы бизнеса при транспортировке товаров.
Арктика играет для нас очень важную роль с точки зрения обеспечения нашей безопасности, потому что – к сожалению, это так – там сосредоточены ударные подводные лодки Соединённых Штатов, недалеко от берегов Норвегии, подлётное время до Москвы ракет с этих лодок – 15–16 минут, напомню об этом.
Но там и наш флот, значительная часть нашего подводного флота. И, вы знаете, сегодня достаточно легко следить за лодками, но, если они уходят под льды Арктики, их не видно. Это большая проблема для тех, кто должен за ними следить. В общем, в Арктике такое сосредоточение наших интересов.
И, конечно, мы должны больше внимания уделить и вопросам развития Арктики, и укреплению там наших позиций. Мы это сейчас и делаем, если вы заметили. Это касается и наших планов строительства атомного ледокольного флота, это касается наших планов возврата на отдельные территории, в том числе и острова: возврата и экономического, и военного.
И вот совсем недавно, я надеюсь, вы это видели, была осуществлена высадка туда военного десанта – мирного, но военного. Это наша территория, мы будем возрождать там всю эту военную инфраструктуру, инфраструктуру МЧС, в том числе и потому, что нам нужно обеспечить безопасность прохождения конвоев из судов и торговых путей, а не для того, чтобы с кем-то там воевать и конфронтировать.
Многие воспринимают нашу активность как-то настороженно, пугаются этой активности. Мы уже много раз говорили, что мы будем действовать исключительно в рамках международного права. Мы всегда так действовали и так намерены действовать в будущем. Там много интересов других государств. Мы будем учитывать эти интересы и добиваться приемлемых компромиссов – безусловно, отстаивая свои собственные интересы.
Теперь по поводу территориально-административного деления, организации работы на этих территориях. У нас федеративное государство, у нас те или иные территории все погружены в субъекты Российской Федерации, которые обладают определёнными правами по управлению этими территориями. Есть часть функций, которая закреплена за федеральными органами власти, а часть функций закреплена за региональным и местным самоуправлением. Конечно, в отдельных случаях, там, где требуется особое внимание, мы создаём… Да, кстати говоря, в некоторых странах, несмотря на их федеративное устройство, часть территорий выделяется в прямое федеральное подчинение. Такая практика в мире есть, это правда. По большому счёту и нам ничего не мешает это сделать, но таких планов у нас пока нет.
Вот смотрите, мы организовали сейчас несколько региональных министерств, которые занимаются развитием территорий: это по Дальнему Востоку, это по Северному Кавказу, это по Крыму и Севастополю. Мы ещё должны понять, как это работает, надо это осознать на практике. Уже сейчас, когда всё это заработало, некоторые специалисты нам говорят: было бы лучше, если бы в каждом министерстве были на уровне заместителей, прямо назначены заместители по тем или иным территориям, тогда, может быть, даже эффективнее было бы работать. Потому что министерство региональное создано, но оно для того, чтобы что-то решить, оно должно побежать в Минфин, побежать в Минэкономразвития. Но пока ещё рано делать какие-то окончательные выводы, надо посмотреть, как это будет функционировать по всем территориям.
Кроме того, некоторые вещи социального характера, даже по использованию природных ресурсов, так или иначе обязательно нужно согласовывать с теми людьми, которые проживают на территориях. Вот, например, вопросы экологии: при соблюдении экологических требований при добыче сырья, в том числе углеводородного сырья на этих северных территориях, – эта добыча и эта работа должна проводиться таким образом, чтобы не нарушать естественного образа жизни и хозяйственного, естественного, сложившегося столетиями уклада жизни и экономической деятельности местного населения. Вот можно ли так это всё тонко отрегулировать из Москвы, я не знаю, не уверен. Но то, что Вы предложили, имеет определённый смысл, будем спокойно смотреть, как у нас идёт эта работа, пока таких планов нет.
Е.ЧЕРНОВ: Добрый день, Владимир Владимирович! Чернов Евгений, Поволжский институт управления, город Саратов, кандидат политических наук.
Первые дни на Селигере у нас были посвящены политике. Наша политическая система за последние 2,5 года претерпела довольно-таки значительные изменения: это новый закон о выборах в Государственную Думу Российской Федерации, возвращение к прямым выборам губернаторов. Можно ли от Вас, Владимир Владимирович, услышать, что всё-таки фундамент в политической системе у нас заложен и скорректирован – и в дальнейшем будут происходить незначительные всего лишь изменения?
В.ПУТИН: Заложен ли у нас фундамент политической системы? А Бог его знает. Сейчас скажу почему. Потому что только практика, как известно, критерий истины, и мы должны будем посмотреть, как то, что создано, реально работает в жизни. И вот жизнь нам покажет: то, что мы создали, оно соответствует сегодняшнему уровню развития нашего общества, нашего государства? Но, на мой взгляд, основные несущие каркасы созданы. Знаете, у нас такая своеобразная страна: мы то заставляем бояр бороды отращивать, то рубим бороды, то отращивать заставляем, то опять рубим. С чем это связно? Это и в экономике так же.
Смотрите, когда наступают кризисные явления в экономике и отдельных стран, и мировой экономике, сразу поднимается уровень государственного регулирования, и все начинают говорить, что, да, без этого невозможно, государство должно взять это, взять то. Как только экономика из кризиса выходит, говорят: нет, это вериги, это цепи, которые не дают двигаться вперёд, – государственное регулирование; законы рынка сами всё отрегулируют. И пошло такое либеральное направление, которое действительно помогает быстрее развиваться, но быстрее накапливаются и неизбежно кризисные явления, а потом опять востребованы элементы государственного регулирования.
Вот так же и в устройстве общества, государства. Мы не можем, конечно, всё время опираться только на старый багаж, хотя всегда должны исходить из наших традиционных ценностей: они не должны нам мешать идти вперёд, мы должны смотреть, в каком состоянии общество находится. В своё время, скажем – в советское, был период достаточно бурного расцвета, несмотря на всю критику советского периода, и экономики, и укрепления государства. Что бы кто ни говорил по поводу жертв в ходе Второй мировой войны, Отечественной войны, но мы всё-таки победили. Ведь, понимаете, дело в том, что можно как угодно ругать и военачальников, и Сталина, а кто может утверждать, что по-другому было возможно выиграть? Хотя то, что Сталин – тиран, и лагеря, и культ личности, этого никто не отрицает, просто нужно на проблему смотреть со всех сторон.
И ясно стало, что на каком-то этапе развития вот эта однопартийная система, доминирование одной, в данном случае коммунистической, партии, она совершенно не отвечает уровню развития нашего общества, является стопором для развития государства. Собственно говоря, в значительной степени это привело и к коллапсу Советского Союза, к его развалу и в экономике, и в политике.
Вот сегодня у нас многопартийная система. Её, конечно, критикуют, говорят о том, что у нас реальной оппозиции нет. Я не согласен с этим, полностью не согласен: у нас реально многопартийная система. Есть парламентские партии, и они ведут себя достаточно жёстко в ходе избирательных кампаний, когда чувствуют, что у них есть шанс.
Посмотрите на избирательную кампанию 2012 года. Это что, была какая-то такая игра в поддавки, что ли? Да нет, конечно. Непредвзятый наблюдатель вполне в состоянии был убедиться в том, что это идёт жёсткая межпартийная борьба. Да, когда прошли эти выборы, – это везде так происходит: выборы прошли, ясно, что вот за это уже бороться бессмысленно, – идёт борьба по другим направлениям. И эти четыре парламентские партии у нас, они вполне сложившиеся, имеют свою точку зрения и на развитие экономики, социальной сферы и всего государства в целом.
Мы либерализовали вообще партийную деятельность. У нас уже, дай бог памяти, по-моему, 70 с лишним внепарламентских партий зарегистрировано. Многие из них приняли участие в выборах прошлого года, в выборах губернаторов и в выборах в законодательные собрания. Не все смогли выставить своих кандидатов. Но в этом году выборов, допустим, губернаторских будет ещё больше. В прошлом году их было шесть или восемь – восемь, по-моему, а в этом году будет 30, и практически все выставляют своих кандидатов.
Да, мы вынуждены были ввести определённые правила, которые, как сито, что ли, допускали бы эти политические партии в политическую жизнь страны. На самом деле эта система реализована практически во всех государствах, практически во всех, посмотрите любую европейскую страну. Иначе просто гражданам невозможно разобраться в этих многочисленных партиях, которые выставляют своих кандидатов. Там целые «портянки», огромные – человек пришёл, он даже не может всё прочитать сразу.
Поэтому нужно, чтобы либо партия уже имела успех на предыдущих выборах и чтобы люди её знали, либо собрала определённое количество подписей граждан. Ну, есть и другие механизмы. Поэтому в целом я считаю, что как бы основы современной политической системы для России созданы. Это, конечно, не значит, что они являются такими железобетонными и неживыми.
Жизнь ставит перед нами новые задачи и должна заставлять нас реагировать на это. И мы, конечно, можем и будем это делать. Но в современном обществе, конечно, это должно проходить в режиме прямого контакта с самим обществом, и современные информационные технологии позволяют это делать. Вот вы знаете, что мы ввели практику использования интернета, допустим, при законодательных инициативах, при выдвижении законодательных инициатив. Вот эти инструменты, конечно, будем внедрять и шире использовать.
А можно мне про дзюдо, задайте один вопрос про дзюдо?
Д.ДОЗБОРОВ: Город Волгодонск, Ростовская область, Денис Дозборов. В частности, про дзюдо и самбо, с чего я хотел начать. С 2010 года в городе Волгодонске по утрам, реализуя наш проект, все дети делают зарядку. Хотелось бы в принципе, чтобы во всей России её делали утром перед учебным процессом.
Но дело не в этом. Дело в том, что сегодня третьим уроком физкультуры, его ввели как инновационный, насколько я понимаю, и мы сегодня готовим с управлением образования города, чтобы ввести третьим уроком физкультуры самбо и дзюдо для мальчиков, а для девочек – допустим, йога, фитнес, спортивные танцы, кулинария, диетология в целом. Чтобы были направления…
В.ПУТИН: Из всех искусств для нас важнейшим является кулинарное искусство, а здесь из всех видов спорта кулинария – самый лучший спорт. (Смех.)
Д.ДОЗБОРОВ: В Челябинске сейчас проходит чемпионат мира по дзюдо. Вопрос в чём? Мы занимаемся сегодня этим видом спорта, ведь самбо – это наш вообще русский вид спорта, – негде заниматься нам. В 1990-е годы были распроданы либо каким-то образом переданы спортивные заведения под ночные клубы, под магазины, под всякое разное.
Сегодня государство пытается вернуть это направление и построить за государственные средства именно спорткомплексы. В чём вопрос? В том, что, возможно ли, может быть, покопаться в тех документах, когда их передавали, в 1990-е годы, – может быть, каким-то нецеленаправленным способом им передали.
В.ПУТИН: И отобрать.
Д.ДОЗБОРОВ: Отобрать и вернуть – да, чтобы ребята могли заниматься самбо, дзюдо, нашим видом спорта. Вот это одно.
И второй вопрос. В 2010 году город Волгодонск остался без воды на три дня, это связано было с тем, что у нас был упадок большой воды в Цимлянском водохранилище. Выделяются ли какие-то средства на чистку, там сине-зелёные водоросли были? Мы слышали, что в 2016 году какая-то программа будет, чтобы этот бассейн как-то реанимировать, ведь срок службы ему 50 лет.
Спасибо. Два вопроса: самбо и Цимлянское.
В.ПУТИН: Что касается воды, то существует программа по развитию соответствующих сооружений, систем по их своевременному ремонту, по реконструкции. Я сейчас не берусь сказать, просто всё помнить невозможно. Что касается вот конкретного этого случая, я помню про то, что Вы сказали, это я помню и знаю, и тогда были даны соответствующие поручения на будущее. Но я Вам обещаю, что я проверю, как они исполняются, потому что это та сфера, за которой постоянно надо следить.
Что касается спорта, всё-таки кулинария – это не совсем спорт, правда? Это может быть соревнованием, но на спорт это не похоже.
РЕПЛИКА: (Без микрофона.)
В.ПУТИН: Согласен, непосредственно спорт. Это касается не только спорта. К сожалению, в 1990-е, даже в начале 2000-х годов очень многие объекты социального назначения, спортивные и детские сады, и другие учреждения передавались бизнесу; кстати, и в области культуры многие объекты ушли в бизнес. Вернуть государству их достаточно сложно, особенно если они дважды-трижды перепроданы.
Есть такое понятие в праве, как добросовестный приобретатель. Даже если изначально были какие-то нарушения, то потом они дважды-трижды перепроданы, и люди уже не знают, что изначально были какие-то нарушения, они не должны нести за это какой-то ответственности.
Тем не менее там, где это возможно и целесообразно, муниципалитеты, регионы идут по этому пути. Я знаю такие положительные, сказал бы, примеры возврата этого имущества, скажем, под цели детских садов. Но этого не должно быть. К сожалению, это было бы неправильно, мне кажется, если бы мы начали сейчас всё отбирать.
Знаете, мы так можем зайти и выйти на отбор вообще всего, что было приватизировано в 1990-е годы. Даже если там что-то было сделано не так, но сейчас, если мы начнём опять передел, это приведёт к такому хаосу в экономике, нам мало не покажется. И вместо достижения благородных, казалось бы, целей мы получим негативный эффект. Но это не значит, что ни муниципалитеты, ни регионы, ни государство в целом не должны развивать спорт, и прежде всего, конечно, нужно развивать детский, юношеский спорт, массовый спорт.
Борьба вообще – это традиционный вид спорта многих народов России, практически у всех народов борьба всегда была в почёте. Дзюдо с 1960 или с 1962 года – это олимпийский вид спорта, поэтому и наши самбисты, и ваш покорный слуга когда-то переориентировались на дзюдо.
Но самбо – это наш, отечественный вид спорта, советско-российский, и, конечно, это очень интересный вид единоборства: есть и боевой раздел, есть и спортивный раздел. И многие знают, наверное, что это переводится, как «самооборона без оружия». Но дело даже не в самообороне – дело в том, что это развивает человека, укрепляет его здоровье, характер формирует. Нужно на муниципальном уровне и на региональном уделять этому больше внимание.
Я сейчас не буду перечислять всё, что мы сделали в последнее время, – я думаю, что вы со мной согласитесь, по направлению развития спорта, физкультуры сделано за последнее время очень много. Даже эти крупные соревнования, которые мы проводим: чемпионаты мира, Европы, сейчас чемпионат мира в Челябинске по дзюдо проходит и Олимпийские игры в Сочи проведены, будущий чемпионат мира по футболу – это всё делается не только для того, чтобы закрепиться на каких-то уровнях, мировых рейтингах и удовлетворить свои амбиции, хотя и это тоже, между прочим, важно, но прежде всего для того, чтобы подтолкнуть молодых людей, да и людей разных возрастов к занятиям спортом. Вкладывать деньги в спорт эффективнее, чем тратить потом деньги на таблетки, это всем хорошо известно. Мы будем к этому идти. И я вас хочу заверить, что будем подталкивать и муниципалитеты, и региональные органы власти для того, чтобы развивать все наши виды спорта, традиционные прежде всего, в том числе и самбо.
Е.МИТЯГИНА: Владимир Владимирович, здравствуйте! Вятский государственный гуманитарный университет, город Киров.
В последнее время, Владимир Владимирович, очень модно проводить всевозможные рейтинги. И мы здесь уже семь дней находимся, очень многие из нас являются социологами, и мы позволили себе провести такой небольшой рейтинг, который касается упоминания Вас спикерами, которые читали нам лекции, – положительных, отрицательных упоминаний. И результаты нашего небольшого исследования следующие. Самое большое количество упоминаний, это шесть раз, одним из спикеров. Свыше 40 раз – вообще все спикеры Вас упомянули в своих выступлениях. Сразу можно сказать, что все эти упоминания были положительного характера. Критики в Ваш адрес на форуме от спикеров не прозвучало.
В.ПУТИН: Вы только что сказали, я даже записал: были положительные, были отрицательные упоминания. И потом сказали, что отрицательных не было, – Вы определитесь, были или нет?
Е.МИТЯГИНА: Владимир Владимирович, это была изначальная цель. То есть, как объективные социологи, мы должны были – и положительные, и отрицательные. Но, к сожалению, до сегодняшнего дня мы не успели – нет, я имею в виду к счастью.
В.ПУТИН: Недоработка властей: надо было сбалансировать эти упоминания. Недоработка организаторов.
Е.МИТЯГИНА: Владимир Владимирович, в связи с этим у нас вопрос от городов Кирова, Новосибирска и Калининграда, то есть эта группа учёных работала над этим, – вопрос: как Вы вообще относитесь к рейтингам, как Вы относитесь к своим высоким рейтингам сегодня – российским, мировым рейтингам, не боитесь ли Вы таких рейтингов? Конечно же, как Вы относитесь к результатам нашего скромного социологического исследования?
Спасибо.
В.ПУТИН: Россия такая страна, которая ничего не боится, но всегда анализирует объективно всё, что происходит внутри и вокруг неё и соответствующим образом выстраивает свою работу. Это в полной мере относится и к людям, к любым гражданам нашей страны, относится и ко мне. Вы знаете, люди, которые занимаются моим делом или таким, как я, они должны знать об этом, они должны это учитывать, конечно, но они не должны никогда на это ориентироваться. И я никогда на это не ориентируюсь.
Вы знаете, основной критерий, который позволяет добиться успеха, он в чём заключается: у человека должно быть собственное внутреннее глубокое убеждение в правоте того, что он делает. Если это что-то, что в общественном сознании ещё не получило положительной оценки, задача заключается не в том, чтобы подстроиться под общее мнение, – задача заключается в том, чтобы его честно и открыто объяснить. Вот это чрезвычайно важно: если люди увидят, что руководитель региона, муниципалитета, государства уверен в своей правоте, он честен, открыт, то, я вас уверяю, я сталкивался с этим многократно, люди проникаются доверием и начинают поддерживать, это чрезвычайно важная вещь.
И даже если на каком-то среднесрочном этапе это не отражается на рейтингах, но если всё-таки ошибки нет, если мы идём по правильному пути, то правильная, принципиальная позиция всегда окупается сторицей, люди это понимают и поддерживают. Вот я так и стараюсь работать.
Т.ВИШНЕВСКИЙ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
У нас вопрос от Татарстана, от Казани. Меня зовут Вишневский Тимур, я из Казанского (Приволжского) федерального университета. Вопрос у нас такой. Как Вы, безусловно, знаете, в Республике Татарстан пропорционально проживает татарское и русское население. Сам я из смешанной русско-татарской семьи. В связи с этим вопрос, так сказать, о наболевшем.
Республика Татарстан – это, насколько я знаю, последняя национальная республика России, в которой сохраняется институт президентства. Вопрос у нас такой: как так, у одного гражданина Российской Федерации один Президент, то есть Президент Российской Федерации, а у нас президентов два – Президент Российской Федерации и Президент Республики Татарстан? Вопрос заключается в следующем: как Вы считаете, будет ли в кратчайшие сроки установлен единый институт президентствования в стране, и как Вы видите ближайшее будущее федерального устройства России?
Спасибо.
В.ПУТИН: Что касается федеративного устройства страны, я уже отчасти ответил на этот вопрос, когда мы обсуждали проблемы Арктики: я считаю, что это очень важная и сущностная составляющая нашей государственности – федеративное устройство, потому что оно позволяет нам лучше учитывать интересы всех граждан страны, где бы они ни проживали, учитывать их национальные, исторические, религиозные, культурные особенности. В этой связи и именно поэтому у нас достаточно большие полномочия у регионов Российской Федерации, особенно в этих сферах, которые я только что назвал. Кстати говоря, наши украинские партнёры почему-то, я не знаю, так боятся федерализации. Это их выбор, мы, разумеется, ни в коем случае не будем вмешиваться. Стран с федеративным устройством полно в мире: Россия, США, Бразилия, Германия… Смысл в том, чтобы дать возможность людям, которые проживают на разных территориях, у которых есть существенные особенности в тех сферах, которые я назвал, дать им возможность жить полноценной жизнью. Я считаю, что мы должны укреплять федерализм в нашей стране.
Что касается Татарстана и того, что в Татарстане высшая государственная должность в субъекте Федерации называется «Президент», это никак не влияет на то, что Татарстан является полноценным субъектом Российской Федерации. Это по нашему законодательству дело самого субъекта Федерации, как выстроить эту систему и как назвать высшее должностное лицо.
Должен отметить, что и прежний Президент Татарстана Минтимер Шаймиев, и ныне действующий Президент, они в прямом и в высшем смысле этого слова государственники и полноценные граждане Российской Федерации, и не просто граждане Российской Федерации – они патриоты России. И мы это с вами, надеюсь, почувствовали в период развития крымских событий, когда ныне действующий Президент Татарстана неоднократно выезжал в Крым, встречался с крымско-татарскими представителями, говорил о том, как устроена жизнь в Российской Федерации одного из титульных народов России, как татары. Ведь у вас в Татарстане, по-моему, меньше 3 миллионов татар проживает – где-то 2,5, около 3, а ещё 2,5, почти 3 миллиона проживает на других территориях Российской Федерации. И наша цель заключается в том, чтобы все люди, где бы они ни проживали и какой бы национальности ни были, чувствовали себя полноценными гражданами России и пользовались бы одинаковыми правами.
Но есть, повторяю, и определённые особенности, и они должны учитываться в ходе развития федерализма. Как назвать высшее должностное лицо – это, прежде всего, ваше дело, дело тех граждан России, которые проживают в Республике Татарстан.
М.САБИТОВ: Добрый день! Спасибо большое. Марат Сабитов, город Уфа, тоже Республика Башкортостан.
Спасибо Вам. У меня вопрос такой, даже два. Вы затронули тему про оппозицию, я читал Ваше Послание Федеральному Собранию, там Вы говорили, что надо строить национально ориентированную оппозицию – национально ориентированная оппозиция, что надо строить её, чтобы она была. Вопрос такой: есть ли она сейчас, появилась ли эта национально ориентированная оппозиция? Если её нет, то как её строить, как она должна появиться? Это первый вопрос.
Второй вопрос я сразу хочу задать про Сибирь, про развитие Сибири, что и Ломоносов, и Вы говорили, что Россия будет развиваться Сибирью. Такой вопрос: у нас в Уфе в 2015 году будет проходить ШОС БРИКС. Это дало то, что у нас в Уфе строится инфраструктура, то есть строятся гостиницы, то есть даёт толчок, потому что были выделены федеральные ресурсы, республиканские и частные инвестиции тоже пошли. Поэтому такой вопрос, не скажут ли москвичи спасибо, если столицу России перевести, например, в Сибирь, чтобы она больший толчок получила? То есть и пробки исчезнут, и территории развитие получат.
Спасибо.
В.ПУТИН: Давайте начнём с последнего. В жизни, в истории каждого народа есть определённые символы, которые являются объединительными. Москва – один из таких символов. Но это совсем не значит, что нужно все центральные ресурсы концентрировать именно в Москве. Возьмите наших немецких соседей: конституционный суд у них в Карлсруэ находится, вообще вся судебная система, по-моему. Вот и мы сейчас делаем, мы Конституционный Суд уже перенесли в Петербург, планируем перенести туда и Верховный Суд, который объединили с Высшим Арбитражным Судом.
Я считаю возможным и правильным часть каких-то федеральных центральных органов власти перенести и в Сибирь. Допустим, Красноярск является подходящим, на мой взгляд, для этого местом, потому что это географический центр нашей страны. Примерно от него столько же до Владивостока, сколько и до Москвы. Сейчас у нас в связи с Крымом географический центр немножко изменился, но это уже мелочи, детали. А так крупный город, миллионник, развитая инфраструктура, аэропорт хороший, шикарная природа, замечательные люди. Вот в этом отношении нужно думать. Так же как некоторые, допустим, крупнейшие российские компании, чего они все расселись в Москве – пускай на территориях тоже работают. От этого доходы региональных и местных бюджетов увеличатся. Просто прилипли к Москве, здесь же традиционно так сложилось, – и выдавить их с московских улиц достаточно сложно. Но в этом направлении мы постепенно будем работать, это я вам обещаю.
Теперь по поводу национально ориентированной оппозиции, есть ли она. Есть, конечно, есть. Я говорил про парламентские партии. Посмотрите, как жёстко шла борьба в ходе избирательной президентской кампании 2012 года, я уже об этом говорил, – и жёстко, и абсолютно бескомпромиссно, даже иногда и не очень прилично, мне кажется, но тем не менее. И как люди объединились все вокруг крымских событий, когда все почувствовали и поняли, что мы правы.
Мы должны восстанавливать историческую справедливость, которая была нарушена с передачей – с незаконной передачей, я хочу подчеркнуть, – Крыма Украине. Почему незаконной? Потому что даже по советским законам нужно было принять решение верховных советов республик. Не было это сделано, президиумами всё решили. Но даже дело не в этом, а дело ещё в том, что нам нужно было защитить наших соотечественников, которые там проживают.
Вот теперь, по-моему, всем понятно, когда мы смотрим на события в Донбассе, в Луганске, в Одессе, теперь нам всем понятно, что было бы с Крымом, если бы мы соответствующие меры не приняли для того, чтобы обеспечить свободное волеизъявление людей. Мы его не аннексировали, не забирали – мы дали людям возможность высказаться и принять решение и с уважением к этому решению отнеслись. Мы их защитили, я считаю. И вот это всё нас действительно сильно объединило, в том числе и оппозиционные партии, которые к действующей власти относятся достаточно критично, критично оценивая и в сфере политики действия власти, и в сфере экономики. Так что национально ориентированная оппозиция у нас есть.
Есть и так называемая несистемная оппозиция, но это тоже не единое целое, там тоже разные люди есть: есть люди, которые настроены патриотично, а есть люди, которые, как бы это ни было обидно слышать части, может быть, даже этой аудитории, для людей, которые левых взглядов придерживаются, – вот большевики в ходе Первой мировой войны желали поражения своему Отечеству, и, когда героические русские солдаты и офицеры проливали кровь на фронтах Первой мировой войны, кто-то раскачивал Россию изнутри и докачался до того, что Россия как государство рухнула и объявила себя проигравшей – проигравшей стране. Чушь, бред, но это случилось, это полное предательство национальных интересов! Такие люди есть у нас и сегодня. Ну, что же делать? Без этого, к сожалению, ни одно общество не обходится. Но я всё-таки исхожу из того, что фундаментальные основы жизнеспособности нашего государства никогда не вытолкнут таких людей на передовые позиции в государстве.
А.САЗОНОВА: Добрый день, Владимир Владимирович!
Меня зовут Сазонова Анна, я и мои коллеги представляем РУДН, университет дружбы народов.
В.ПУТИН: Имени Патриса Лумумбы?
А.САЗОНОВА: Да, бывший, сейчас он по-другому называется.
Сегодня не смолкают разговоры по поводу национализма на Украине. Но нас беспокоит и другая ситуация, связанная с ростом националистических настроений в Казахстане, в частности на юге страны. На наш взгляд, сдерживающим фактором данного явления является действующий Президент господин Назарбаев. Также существуют трудности с адекватным восприятием российской политической риторики казахами. В частности, можем это видеть в интернете, в деятельности общественных организаций и при личном общении. Вопрос: стоит ли нам ожидать развития украинского сценария в случае, если господин Назарбаев покинет пост Президента? Есть ли стратегия по работе в данном направлении? У нас есть предложения, хотели бы присоединиться, если, конечно, это возможно. И каковы перспективы евразийской интеграции?
И немного от меня: Вы очень хорошо выглядите, Вам очень идёт кардиган.
Спасибо большое.
В.ПУТИН: Вот это кардиган называется? (Смех.) Хорошо, спасибо за комплимент.
Я хочу сказать по поводу Казахстана. Казахстан – это наиболее близкий нам стратегический союзник и партнёр. Во-первых, Президент Назарбаев жив, здоров, слава Богу, и никуда пока не собирается, но, естественно, как человек очень опытный, мудрый руководитель, он всегда думает о будущем своей страны.
Что касается отдельных высказываний в интернете, каких-то дискуссий с гражданами Казахстана, то это вполне естественно, что там могут быть высказаны самые разные точки зрения, люди разные. Эта, конечно, страна по населению в 10 раз меньше, чем Россия, там, сколько, 15 миллионов, но всё-таки это большая страна, по европейским меркам. Но я убеждён в том, что подавляющее большинство граждан Казахстана выступают за развитие отношений с Россией, мы это видим и знаем.
Вот вы знаете, что Назарбаев очень грамотный руководитель, я думаю, что на постсоветском пространстве он, может быть, самый грамотный, он бы никогда не пошёл против воли своего народа. Он это тонко чувствует, он тонко чувствует, чего народ ждёт. И всё, что сделано за последнее время, благодаря, конечно, в значительной степени его организаторскому таланту, его политическому опыту, это всё находится в струе интересов Казахстана как государства.
Я уже говорил, что он совершил совершенно уникальную вещь: он же создал государство на территории, на которой государства не было никогда. У казахов не было государственности никогда – он её создал. В этом смысле он для постсоветского пространства уникальный человек и для Казахстана тоже. Но, повторяю, дело не только в нём – дело в настроениях общества, большинства, подавляющего большинства общества.
И вот то, что мы сейчас делаем по строительству Таможенного союза, Единого экономического пространства и Евразийского союза, а это, кстати, его идея – Евразийский союз, я должен это признать, это не я придумал, это он придумал, и мы помогаем, то есть мы включились все в эту работу и её доводим до логического завершения, – это основано и на значительном… Философы знают, вот эта евразийская идея, как она развивалась, кем она поддерживалась в России самой. И казахи её подхватили, они исходят из того, что это выгодно для них, выгодно для развития экономики, выгодно для того, чтобы оставаться на пространствах так называемого большого русского мира, который является частью мировой цивилизации, выгодно с точки зрения развития промышленности, передовых технологий и так далее. Я убеждён, что так оно и будет на среднесрочную и на долгосрочную историческую перспективу.
П.САДОВНИКОВ: Владимир Владимирович, здравствуйте! Меня зовут Садовников Павел, я аспирант-историк Российского университета дружбы народов.
Вам недавно представили концепцию единого учебника истории, но мы, молодые историки, вот авторы перед Вами, решили пойти дальше и создали учебник для школы «История России (2014–2045)». Если Вы позволите, наши авторы дадут Вам эту концепцию, чтобы Вы с ней ознакомились, можно?
В.ПУТИН: Конечно.
П.САДОВНИКОВ: Эта концепция была создана Центром исторической экспертизы и государственного прогнозирования, который был открыт у нас недавно в РУДН. Почему мы пошли на такой рискованный шаг и даже немного дерзкий? Если мы не будем знать контуры будущего – мы не будем знать, к чему мы будем стремиться, каким вызовам и угрозам противостоять и что делать сейчас.
Владимир Владимирович, так получилось, у меня сегодня День рождения. Для меня будет самым большим подарком, если Вы лично ознакомитесь с этой концепцией и поддержите наш проект и наш Центр.
Спасибо Вам большое.
В.ПУТИН: Мы, во-первых, поздравляем Вас с Днём рождения. Сколько Вам лет исполнилось?
П.САДОВНИКОВ: 25, четверть.
В.ПУТИН: Четверть как раз, юбилей. Как будете отмечать?
П.САДОВНИКОВ: Я уже отметил. Я Вам дал свой учебник, и я очень рад этому.
В.ПУТИН: Честно не отвечает, уклоняется от прямого ответа, ладно.
Я, естественно, не читал, поэтому мне трудно сделать пока какие-то выводы. Портрет хороший, но это необязательно. Конечно, нужно посмотреть, что там внутри, по содержанию надо посмотреть, я не готов ответить. Введение, заключение – всё есть.
На самом деле, мне кажется, что мы с вами знаем: Карамзин, Соловьёв и так далее – это фундаментальные исследования. Но здесь всё очень коротенько и кратко, но такие вещи тоже нужны, я говорю сейчас без всякой иронии. Нужна такая квинтэссенция нашей тысячелетней истории.
Разумеется, вопрос, насколько талантливо это сделано. Я не могу сделать выводы, просто подержав книжечку в руках, даже если она с моим портретом, но я исхожу из того, что вы люди молодые, талантливые, потому что неталантливые люди не стали бы этим заниматься, вы знаете, моё глубокое убеждение.
История – один из самых любимых мною предметов, и мне кажется, что историей могут заниматься только увлечённые, полностью погружённые туда люди, во всяком случае сделать её своей профессией могут только вот такие фанатики в известном смысле. Я с удовольствием посмотрю.
У нас, как вы знаете, большие дискуссии были по поводу того, что хорошо для молодых людей, для школьников, что плохо; хорошо ли иметь единую концепцию. Я свою позицию высказал, могу ещё раз повторить: я считаю, что единая концепция преподавания истории и учебника нужна. Это не значит, что преподаватели, тем более люди молодые, увлекающиеся наверняка различными историческими теориями, самостоятельно анализирующие и первоисточники, и последующие документы, что у них нет собственного мнения, они не имеют право интерпретировать как-то по-своему те или другие исторические события и давать им свои оценки. Наоборот, это предполагает такую творческую работу и самим, и с аудиторией, и со школьниками, но это не исключает того, что у нас должна быть какая-то каноническая версия, используя которую, талантливые преподаватели могли бы доносить до ученика свою точку зрения.
Самое главное – научить ученика самостоятельно мыслить и самому оценивать те или другие события, не навязывая эту свою точку зрения и не навязывая даже то, что изложено в учебнике. На мой взгляд, это самая главная задача преподавателя – научить ученика самостоятельно работать и думать. Я обязательно ознакомлюсь с вашей работой.
ВОПРОС: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Меня зовут Андрей, я представляю нижегородскую делегацию, в частности Нижегородский государственный инженерно-экономический институт, единственный вуз в Нижегородской области, учредителем которого является правительство Нижегородской области.
Если говорить откровенно, то к таким вузам, как наш, относятся с неким недоверием, считая, что вуз в глубинке – это утопия. Действительно, это было бы невероятно без соответствующей поддержки Министерства образования, без соответствующей поддержки губернатора Валерия Павлиновича Шанцева. Если говорить конкретно о нашем вузе, то за небольшие 11 лет его существования было сделано очень много. В частности, был создан центр энергоаудита, был создан ресурсный центр, открыты базовые кафедры. В нашем вузе единственный в области музей связи. Кроме всего прочего, наш вуз находится в небольшом городе Княгинино, который уже достаточно большое количество времени назад был признан самым студенческим городом Европы.
В свете всего сказанного, во-первых, мы бы хотели пригласить Вас посетить наш пускай небольшой, но достаточно перспективный, развивающийся вуз, вуз, который прошёл мониторинг, это очень важно, на мой взгляд, и задать следующий вопрос: как Вы считаете, существуют ли в дальнейшем перспективы развития региональных вузов в Российской Федерации?
Спасибо.
В.ПУТИН: Во-первых, что касается в целом размещения учреждений подобного рода на территории нашей страны и сомнений по поводу того, что размещать, скажем, вузы на территориях, это перспективно или нет. Вы знаете, я хочу привести пример из другой сферы – я сейчас вернусь к этому, к образованию, – из сферы медицины. Мы когда-то принимали решение о развёртывании на территории страны сети высокотехнологичных медицинских центров. И тогда я очень много слышал опасений по поводу того, что это практически невозможно: кадров нет прежде всего, и высококвалифицированные специалисты, как мне говорили, туда не поедут, а без высококвалифицированных кадров осуществить этот проект невозможно.
Я очень рад, что я своих коллег, которые занимали такую позицию, не послушал. Мы развернули сеть и перинатальных центров, и высокотехнологичных медицинских центров практически на всей территории Российской Федерации. Вы знаете, я просто с восторгом смотрел на людей, которые там работают сегодня, потому что это действительно высококлассные специалисты, которые легко переехали из наших крупных городов и центров, и из-за границы вернулись очень многие. Почему?
Во-первых, там первоклассное, мирового уровня, самое передовое оборудование и, во-вторых, там есть возможность роста, прежде всего профессионального, да и административного роста, что в традиционных центрах достаточно сложно сделать, потому что, прямо скажем, ниша занята, и пробиться, прорваться там достаточно тяжело.
Но самое главное, что доступность появилась у граждан, которые проживают на этих территориях. И в соседних регионах появилась доступность, потому что это, как правило, такие межрегиональные центры получились. И я считаю, что это успех.
То же самое мы стараемся делать, развивая сеть федеральных университетов на территориях Российской Федерации и исследовательских университетов. Ясно, что у вас не федеральный, а региональный вуз, но когда вот такие сети – либо медицинские, либо образовательные – создаются, то они подтягивают за собой и уровень всей, скажем, медицины или всего образования, – это во-первых.
Во-вторых, такие крупные субъекты Федерации, как Нижний Новгород, Нижегородская область, конечно, имеют все возможности и интеллектуальные, и образовательные, и исторические, и финансовые, в конце концов, для того чтобы такую систему развивать. Конечно, она должна соответствовать уровню в данном случае образования, который сложился и который имеется в виду в будущем к развитию на всей территории Российской Федерации, в ведущих вузах. Мне кажется, что это возможно.
Но здесь тоже всё должно быть в меру, я уже говорил, эта система не должна быть переразмеренной. Я сейчас не готов дать какие-то оценки именно вашему вузу, я не знал даже, что такой есть, но уверен, что в крупных, во всяком случае, субъектах Российской Федерации это возможно и, безусловно, может быть успешным.
ВОПРОС: Добрый день, Владимир Владимирович!
Прежде всего прошу, конечно, организаторов меня извинить, но, думаю, все мои коллеги из казанской делегации не простили, если бы я не сказал: респект от Татарстана. Вот их слышно.
А вопрос у меня будет про Организацию Объединённых Наций, ООН. Все мы знаем, что Организация Объединённых Наций, идея её создания, появилась во время Второй мировой войны. Странами антигитлеровской коалиции было принято решение, что для поддержания мира и спокойствия в Российском государстве и в мире необходимо создать какую-то определённую организацию, которая бы решала проблемы международного права и так далее.
Однако в последние 20–30 лет множество примеров, что эта организация как ООН не срабатывает. То есть есть так называемые гуманитарные интервенции стран США, Запада. Это бомбардировка Югославии, это война в Ираке, которая унесла множество жизней. Конечно, есть и положительные примеры, типа Мали, где, кажется, решение есть.
Вот в связи с этим такой вопрос. Как Вы думаете, необходимо ли сейчас реформировать Организацию Объединённых Наций в связи с тем, что появляется новый многополярный мир и он делает свои вызовы? И, как Вы думаете, должна ли Россия делать первые шаги в этом направлении, по этому реформированию?
Спасибо.
В.ПУТИН: Такой фундаментальный вопрос сегодняшнего состояния и развития международных отношений и международного права. Действительно, ООН родилась по результатам Второй мировой войны и отражала тогда расстановку сил. Сейчас эта расстановка в значительной степени поменялась, и эта тенденция к изменению продолжает нарастать, мир же развивается очень бурно и быстро.
По поводу того, насколько эффектна ООН сегодня. Вот знаете, когда она создалась и началась «холодная война», она разве была эффективнее? Там Громыко в то время называли Господин Нет, он всегда говорил «нет». Почему? Потому что у Советского Союза были свои представления о том, что соответствует его интересам, были представления о том, что является справедливым и что несправедливым.
Я могу сказать, что далеко не всегда сегодняшние критики бывшего советского руководства правы, когда думают, что в своих решениях Советский Союз руководствовался исключительно идеологическими соображениями, это далеко не всегда так. Советский Союз очень часто руководствовался геополитическими интересами России и Советского Союза.
Что мы сегодня, кстати говоря, наблюдаем? Вот нет же идеологической составляющей в наших отношениях, а борьба не стала менее жёсткой, часто она даже более жёсткой является, чем в прежние годы. Геополитика всегда лежала в основе интересов любого государства и до сих пор продолжает оставаться.
ООН действительно, как Вы сказали, не всегда эффективно действует. Например, Югославия, тот же Ирак, о которых Вы упомянули. Да, мы были против того, чтобы применялась сила, скажем, в Ираке, так же как Франция или Германия были против.
Во-первых, уникально само по себе, что такие страны, как Франция и Германия, вместе с нами выступали против позиции Соединённых Штатов. Это уже о многом говорит. Если сегодняшние лидеры Европы далеки от того, чтобы проявлять свою самостоятельность, то это не значит, что тенденция пропала.
Всё равно в обществах такая тенденция к независимости, к суверенитету, к собственному мнению, к отстаиванию собственных позиций нарастает и будет нарастать в будущем. Жалко только, что не все это замечают из наших коллег на Западе. Но решения, которые принимаются вне рамок Организации Объединённых Наций, как правило, обречены на провал.
Вот смотрите, Вы сами привели пример Ирака, Ливии, допустим. И что там? У нас, знаете, в своё время говорили, что мы чего ни начинаем делать, у нас всё автомат Калашникова получается. Вот сейчас у меня такое впечатление, что американцы к чему ни прикоснутся, у них всегда получается Ливия или Ирак.
Когда вопросы решаются в одностороннем порядке, то это, как правило, всегда недолговечно. И, наоборот, сложно добиться консенсуса на площадке ООН, потому что часто сталкиваются противоположные точки зрения и позиции, но это единственный способ добиться долгосрочных решений. Почему?
Потому что если это решение сбалансированное, поддерживается всеми основными участниками международной деятельности, то тогда все начинают работать на то, чтобы оно было реализовано самым наилучшим образом, и появляются элементы стабильности. Вот эффективна ли сегодня ООН? Наверное, не всегда.
Вы знаете, Вы сейчас повторили штамп, который наши западные партнёры всё время вытаскивали вперёд, скажем, в период кризиса вокруг Ирака. И тогда, я помню, говорили: ООН не работает, она уже не та организация, и так далее, надо заменить другими структурами – НАТО, например. Я по поводу того, насколько эффективны решения, когда принимаются в одностороннем порядке, а точнее сказать, неэффективны, уже сказал.
Но я в корне всё-таки с этим не согласен, с самим тезисом, что ООН не является эффективной, нужно просто уметь пользоваться этими механизмами и инструментами, нужно набраться терпения и профессионально работать, уважать другую точку зрения, стремиться к консенсусу. Разве она будет работать лучше, Организация Объединённых Наций, если она будет инструментом обслуживания внешнеполитических интересов только одной страны, в данном случае США или её союзников?
Наоборот, она тогда вообще не нужна. Вот тогда она точно утратит своё предназначение. Но нужно ли её развивать? Конечно, нужно. Вот на авансцену мировой политики выходят такие государства, как Индия с более чем миллиардным населением; я бы сказал, что и Федеративная Республика Германия – это уже не та страна, которая вышла из Второй мировой войны и несла весь груз трагедии, которую Гитлер навязал немецкому народу.
Сегодня кто-то пытается ещё сохранить на немцах печать вины за всё, что Гитлером было сделано. Мы не должны забывать о том, что произошло, и делать выводы, но немецкий народ не должен нести ответственность за то, что Гитлер наворотил, понимаете, на тысячу лет вперёд, потому что попытка возложить на него ответственность после Первой мировой войны привела ко Второй на самом деле.
Поэтому и Федеративная Республика Германия, и Бразилия, которая вышла на авансцену мировой политики очень уверенно, Индия, о которой я сказал, другие страны претендуют, некоторые африканские страны, ЮАР претендует на то, чтобы получить достойное место в числе постоянных членов Совета Безопасности. Нам, я считаю, нужно идти к реформированию при двух обязательных условиях.
Первое – это должно быть результатом широкого консенсуса, то есть основные участники, подавляющее большинство участников международного общения должно согласиться с тем вариантом, который предлагается для реформирования. И второе обязательное условие – нужно обязательно сохранить фундаментальные основы эффективности ООН, в частности, прерогативы и права её Совета Безопасности.
Только он может принимать решения о войне и мире, о применении санкций, о применении тем более вооружённых сил. И эти решения являются обязательными для участников международного общения, для членов Совета Безопасности. Нельзя размывать эти механизмы, иначе она превратится в Лигу наций, которая, как известно, почила в бозе перед Первой мировой войной.
В.НЕЛЮБ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Меня зовут Владимир Нелюб, я молодой преподаватель и по совместительству ещё директор инжинирингового центра МГТУ имени Баумана.
Владимир Владимирович, в 2009 году Вы дали старт нашему проекту «Композиты России» здесь, на Селигере. Благодаря этому за пять лет нам удалось создать очень мощный инжиниринговый центр в Бауманском университете, мы собрали туда лучших конструкторов, технологов, прочнистов. У нас помимо матёрых учёных работают ещё и молодые преподаватели, студенты, многие из которых у нас сегодня здесь присутствуют.
Недавно, Владимир Владимирович, Вам докладывал по поводу отрасли композитов Министр промышленности и торговли Денис Валентинович Мантуров. Он обозначил, насколько это важная отрасль. Действительно, она прежде всего сейчас важна с точки зрения импортозамещения, потому что не секрет, что многие материалы оборонно-промышленного комплекса и технологии нам просто сейчас перестали продавать.
Наш центр призван решать эти вопросы – импортозамещение. Естественно, что и композитные материалы увеличивают валовой внутренний продукт. Мы будем Вам очень признательны, если Вы продолжите поддерживать наш проект «Композиты России» и сможете приехать в наш Бауманский университет, для того чтобы открыть новую очередь нашего центра инжинирингового. Мы действительно очень хорошо оснастились благодаря программе композитной, которую Вы инициировали. Мы смогли там привлечь лучшие кадры и сделать самые современные технологические линии.
Мы Вас очень любим и очень ждём в Бауманском университете. И хотим Вам подарить наш подарок – это композитный глобус, который изготовили мы вместе с нашими студентами. На нём написано: «Любимому Президенту от Бауманки». Разрешите, пожалуйста, Вам его вручить.
В.ПУТИН: Спасибо. У нас взаимная любовь и к вам, и к Бауманке. Это здорово, что вы там делаете!
А когда у вас открытие центра? Когда я приеду, тогда и откроем. Понятно. Вы только не ждите, работать начинайте, а потом мы организуем открытие. Спасибо вам.
В.СЧАСТЛИВЫЙ: Меня зовут Виктор Счастливый, региональная общественная организация «Сильные, активные молодые инвалиды». Я хочу сказать, что для людей с инвалидностью сейчас очень много делается. Это средства реабилитации, путёвки. Развивается очень хорошо доступная среда. Кстати, Селигер тоже стал доступным. Спасибо.
В.ПУТИН: Я так и знал, сейчас скажет что-нибудь хорошее, а потом скажет: «Но…» – и пойдёт. Жду.
В.СЧАСТЛИВЫЙ: Но люди с инвалидностью очень много сидят дома, не выходят, и они живут больше с потребительской позиции – с позиции, что им все должны, и не ценят то, что, в общем-то, в них очень хорошо вкладываются. И у меня такой момент, что если к ним относиться как к партнёрам, не как к потребителям, а именно из партнёрских соображений с ними как-то взаимодействовать, немножко в другом ракурсе, и мы в связи с этим проводим семинары для школьников, студентов, волонтёров по пониманию инвалидности в школах Москвы, Подмосковья, Сочи.
И мы уже полтора года с психологами московской школы это всё обкатываем, и очень у нас хорошие результаты. Сейчас же внедряется инклюзивное образование, и мы являемся некими такими тренажёрами, то есть детишки на нас тренируются, то есть они могут задать некорректный вопрос, и мы именно через свои жизненные переживания открыто делимся с ними. И когда уже приходят дети с инвалидностью в обычную школу, инклюзивную, они уже готовы принять этих детей, потому что у них нет страха перед инвалидами, потому что они уже их видели.
И ключевой момент, что мы становимся их друзьями. Ключевой момент, у нас такое предложение, что по всей России, во всех школах какие-то обязательные курсы включить, чтобы именно люди с инвалидностью их читали, не преподаватели без инвалидности, а именно с инвалидностью… Это более продуктивно.
В.ПУТИН: Не волнуйтесь. Ладно, Вы вспомните, потом руку поднимете, продолжите.
На две вещи хотел бы обратить внимание. Первая часть – всё-таки критический взгляд, а вторая – совсем положительная. Вы сказали, что инвалиды сидят по домам и думают, что им все должны, и это неправильно. Я не уверен, что это неправильно.
Дело в том, что развитое, и не только материально развитое, но и духовно развитое общество должно понимать, что если часть граждан оказалась в трудной жизненной ситуации, и значительная часть граждан – это люди с ограниченными возможностями, то это всё общество должно им помочь. Конечно, иждивенчество плохо всегда, но общество должно всё-таки осознать, что определённые обязанности у него в отношении людей с ограниченными возможностями существуют. Это первое.
Но вот в этой связи хотел бы сказать, что, во-первых, мне кажется, что идея Ваша очень хорошая. Я думаю, что здесь непросто всё, и не только потому, что у кого-то есть ограничения по привлечению к этой преподавательской, к лекторской работе людей с ограниченными возможностями.
А ведь нужно быть не только человеком с ограниченными возможностями, но нужно ещё иметь подготовку какую-то, а это, наверное, не всегда просто. Допустим, Вы подготовленный человек, кто-то ещё подготовленный. Но выход может быть только один – готовить, специально готовить людей. Но идея, мне кажется, очень хорошая.
Но что мне понравилось, и я не знаю даже, как это охарактеризовать, как сказать об этом, у Вас такие слова прозвучали душещипательные, что пускай на нас потренируются дети. Знаете, это сродни тому, как врач, когда он испытывает на себе какую-то вакцину, и не боится этого, в интересах других людей.
Большое Вам спасибо.
С.РУКАВИШНИКОВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Меня зовут Сергей Рукавишников, я из Москвы. Вы недавно были в Тушино, кое-что там открыли. Расскажите, пожалуйста, Ваши впечатления об этой ситуации.
В.ПУТИН: Супер! Отлично! Это один из лучших, если не лучший стадион Европы сегодня, это точно совершенно.
«Спартак», безусловно, заслуживает это, так же как и болельщики «Спартака». Я очень рассчитываю только на то и хочу обратиться и к фанатам «Спартака», так же как и болельщикам других клубов: надо быть достойными великой русской культуры и никогда не скатываться куда-то в зазеркалье и понимать, что футбол, так же как и любой другой вид спорта, это праздник.
Всё-таки нужно стремиться к тому, чтобы насладиться футболом, почувствовать себя сопричастными к этому празднику могли все, кто любит футбол, все, кто любит спорт. Это и маленькие дети, и женщины, и, кстати говоря, люди с ограниченными возможностями, нужно для всех создать благоприятную атмосферу. Наши болельщики умеют это делать, и я хочу обратиться к ним с просьбой поддержать именно такой настрой и именно такую практику.
С.РУКАВИШНИКОВ: В продолжение темы ещё маленький вопрос. Олимпиада – это просто шикарно было. Планируется чемпионат мира в 2018 году. В сложившейся политической ситуации нет никаких рисков, что, не дай бог, у нас это отберут?
В.ПУТИН: Надеюсь, что нет, FIFA уже сказала о том, что футбол и спорт вообще вне политики. Я думаю, что это единственно правильный подход. Для нас важно не только провести чемпионат, для нас важно воспользоваться проведением чемпионата как поводом для развития спортивной и транспортной инфраструктуры. У нас есть определённые планы, вот эти 11 городов, о которых мы знаем.
Непростая история для нас с точки зрения финансовых расходов. Мы только что, буквально на днях, ещё раз возвращались к этой теме. Я хочу поблагодарить FIFА и лично президента FIFА господина Блаттера за то, что он принял решение, они приняли решение разрешить нам сократить количество зрительских мест на стадионах с 45 тысяч до 35, по-моему. Это удешевляет строительство.
Это они делают не только для того, чтобы приятное нам сделать, а прежде всего потому, что сами считают после анализа ситуации на чемпионате мира в Бразилии, что, во-первых, не во всех городах стадионы были заполнены целиком даже во время проведения игр чемпионата мира. И, второе, есть опасение, что после проведения чемпионата эти стадионы если не полупустыми будут, но не будут востребованы на сто процентов.
После анализа ситуации в Бразилии FIFА пришла к выводу, что можно пойти по пути сокращения количества зрительских мест на некоторых стадионах, не там, где открытие и закрытие происходит, – собственно, нам там и не нужно, в Лужниках 81 тысяча зрительских мест, это один из самых крупных стадионов в мире, – а в других, заново строящихся, можно будет строить не 45 тысяч, а, допустим, 35.
Мы только что, повторяю ещё раз, недавно обсуждали в Правительстве этот вопрос и приняли решение: количество городов, заявленных для проведения чемпионата мира по футболу 2018 года, не сокращать.
Р.СМАГИН: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Роман Смагин, Новосибирский государственный педагогический университет.
Ни для кого, наверное, не секрет, что история имеет свойство повторяться. Закономерность исторических событий иногда связывают с теорией цикличности. За последние два года мы вспомнили и отпраздновали исторический выбор России в таких событиях, важных для истории нашей страны, как 1612 год, 1812 год, 1914 год.
В связи с этим у меня два вопроса. Как Вы относитесь к идее цикличности в истории нашей страны? И второй вопрос: историческая память, как она помогает, как она может помочь сохранить политический вес российского общества на международной, мировой арене и обеспечить развитие нашего, российского общества и не подвергаться втягиванию России в мировой открытый конфликт?
Спасибо большое.
В.ПУТИН: Историческая память – это важнейшая составляющая нашей культуры, нашей истории, нашего сегодняшнего дня. И конечно, мы должны смотреть в будущее, опираясь на весь исторический опыт и на нашу историческую память. Поэтому я вам могу сразу сказать: Россия далека от того, чтобы втягиваться в какие-то крупномасштабные конфликты. Мы этого не хотим и не собираемся делать.
Естественно, мы всегда должны быть готовы отразить любую агрессию в отношении России. Всегда наши партнёры, в каком бы состоянии ни находились их государства и какой бы внешнеполитической концепции они ни придерживались, должны понимать, что с нами лучше не связываться, что касается возможного вооружённого конфликта. Но, слава богу, думаю, что никому и в голову не приходит сегодня развязывать какой-то крупномасштабный конфликт с Россией.
Я хочу напомнить, что Россия является одной из наиболее мощных ядерных держав. Это не слова, это реалии. Более того, мы укрепляем наши силы ядерного сдерживания, мы укрепляем наши Вооружённые Силы. Они действительно становятся более компактными и более эффективными, они действительно становятся более современными с точки зрения оснащения современными системами вооружения. Мы продолжаем наращивать этот потенциал и будем это делать, но не для того, чтобы кому-то угрожать, а для того, чтобы чувствовать себя в безопасности, чувствовать себя спокойно и иметь возможности реализовывать те планы, которые имеем мы в области развития экономики и социальной сферы.
Циклы – да, я думаю, что мир развивается действительно по циклическому сценарию, и прежде всего это связано, на мой взгляд, с обоснованностью и правильностью развития экономики циклами.
Вот экономика, это уже практически доказанным является, экономисты, наверное, лучше меня могут сказать, которые здесь присутствуют, но здесь разные существуют циклы: маленькие, большие волны и так далее, – и так или иначе развитие общества зависит от развития экономики. Потому что развитие экономики, переход из одного технологического уклада в другой – это всё отражается на жизни людей, это всё отражается на их благосостоянии, на социальной составляющей, на политической составляющей.
Вот смотрите, запросы растут, допустим, в европейских странах сегодня, и уже трудно на уровне сегодняшнего технологического развития обеспечивать постоянно возрастающие запросы потребления. Значит, нужно что-то другое: или нужно как-то компенсировать то, что не получается сделать, с помощью какой-то внешней политики, с помощью военной политики.
Вот я очень рассчитываю на то, что не только наша историческая память, но и историческая память всего человечества будет побуждать нас к поиску мирных решений любых конфликтов, которые так или иначе возникали, возникают и будут возникать в будущем. Мы сторонники политического диалога и поиска компромиссов.
И.ГУГНЮК: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Меня зовут Иван Гугнюк, я из Саратовской государственной юридической академии.
Во-первых, я бы хотел Вас поблагодарить за всё, что Вы делаете для нас, для Вашего народа. Не зря, мне кажется, мы – поколение Z, и мы можем себя называть полностью не поколение 90-х. Сейчас, наверное, благодаря Вам именно поколение Z будет поколение знаний. Спасибо Вам большое за это.
Во-вторых, спасибо, что не бросили наших братьев-славян в такой беде, и нам очень приятно, что именно такой жест был сделан с Вашей стороны, и народ полностью Вас поддерживает. Я думаю, все присутствующие в зале – я по поводу Крыма – поддерживают полностью.
Вопрос будет немножко из другой «степи», так скажем. Здесь в большинстве – работники образования: педагоги, аспиранты, в частности. Мы знаем, что недавно вступил в силу новый закон об образовании, в котором аспирантура приравнивается как бы к третьей ступени образования. И, в частности, обесценивается именно какая-то научная составляющая, так скажем. То есть аспирантура становится просто ещё одним этапом в обучении. В связи с этим замечаем, что количество мест в аспирантуре сокращается по набору студентов на очную форму обучения.
Так вот такой хотелось бы задать вопрос: идёт ли тенденция по сокращению аспирантуры или идёт тенденция по сокращению, может быть, гуманитарных научных кадров? Именно такой вопрос. Просто хотелось бы узнать Ваше мнение именно по этому поводу.
В.ПУТИН: Вы знаете, я боюсь, что не смогу ответить полноценно на Ваш вопрос, не смогу дать развёрнутого ответа. Но хочу сказать, что – я уже частично касался этого вопроса – в сфере подготовки кадров нужно исходить из потребности рынка – рынка труда в широком смысле этого слова. Поэтому нужно смотреть, сколько нам нужно инженеров.
Кстати говоря, у нас были решения по инженерной проблематике, они так и не реализуются Правительством. Мы с коллегами должны будем вернуться к этому вопросу. Это касается и гуманитарной сферы. У нас вопросам гуманитарного образования всегда придавалось очень большое значение, и я думаю, в этом всегда заключалась в известной степени сила нашего общества, нашего народа, нашего государства.
Потому что быть полноценным человеком и не знать, в какой стране ты живёшь, не знать её истории – это даже, мне кажется, для людей технических профессий свидетельство однобокости развития и неспособности добиваться даже результатов в своей, казалось бы, достаточно узкой сфере. Как можно, допустим, в атомной энергетике, в военной да и в гражданской сфере или в ракетостроении, в самолётостроении, причём и в гражданском, и в военном, добиваться успехов, если непонятно, для кого ты делаешь, для кого ты работаешь.
Понимаете, это такая на первый взгляд незаметная, но чрезвычайно важная гуманитарная составляющая – история, философия, культура. И у нас нет тенденций здесь что-то сокращать только для того, чтобы бюджетные деньги сэкономить и в этом плане действовать. Нет, вопрос может идти только о целесообразности, о востребованности по количеству, но это не должно привести к тому, что мы будем испытывать дефицит. Я, честно говоря, не почувствовал.
На мой взгляд, – не на мой взгляд, а точно совершенно, – мы увеличиваем количество бюджетных мест, причём и для студентов, и для аспирантов, и это видно по цифрам. Я проверю ещё раз, но если это так, если действительно речь идёт о сокращении аспирантов, особенно по гуманитарным дисциплинам, конечно, нужно будет это поправить.
А.АЛХАСЯН: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Меня зовут Артём Алхасян, я представляю Московский государственный юридический университет имени Кутафина.
Вопрос у меня связан с АПК. Мы приняли ответные меры, связанные с обеспечением нашей продовольственной безопасности, и она наконец-то стала тем приоритетом, который отдаётся нашей национальной безопасности. Вместе с тем у нас есть небольшие проблемы в этом направлении, в частности, в юридическом направлении.
Допустим, у нас осталась специальность в аспирантуре как аграрное право 120006, но как предмет для студентов он не преподаётся, и в ближайшее время наступит коллапс кадров в этой области. Кого мы будем использовать, когда мы будем защищать наши интересы в ВТО в рамках сельского хозяйства, – остаётся вопрос.
И второй момент. Назрела необходимость совершенствования законодательства в области продовольственной безопасности и принятия новых законов, в частности, возможно, о продовольственной безопасности и питания, который необходим.
Что это даст, принятие нового законодательства? В первую очередь это привлечение инвестиций и приход новых игроков – не только зарубежных, но и отечественных – в развитие нашего сельского хозяйства. А второе, это даст полноформатный ответ ВТО, потому что он до сих пор спорный. Индия отстаивает свои интересы, когда стоит вопрос продовольственной безопасности, и ВТО выходит на второй уровень, когда встаёт вопрос национальной продовольственной безопасности в странах БРИКС.
Большое спасибо.
В.ПУТИН: И вопрос ещё раз сформулируйте.
А.АЛХАСЯН: Вопрос заключается в том, Владимир Владимирович, что необходимо решить вопрос совершенствования законодательства. Этот вопрос необходимо поднять в ближайшее время, для того чтобы полностью закрепить тот механизм, который… Вы сейчас дали толчок к отечественному производству, но нет механизма реализации. Необходимо совершенствовать законодательство.
В.ПУТИН: То есть у Вас не вопрос, у Вас предложение. Предложение абсолютно правильно сформулировано и своевременно, мы сейчас этим позанимаемся обязательно. Спасибо, что Вы обратили на это внимание. Честно Вам скажу, я не думал вот в таком ключе, как сейчас Вы его представили. Но обязательно подумаем, и Администрации поручу, и попрошу Правительство поработать на эту тему.
Действительно, вопрос продовольственной безопасности является актуальным для любой страны, и для России в том числе. Вот то, что сейчас происходит в этой сфере… Не было бы счастья, да несчастье помогло. Почему? Потому что мы некоторые вещи давно должны были бы сделать, например, обеспечить рентабельность перевозок нашей рыбной продукции с Дальнего Востока в европейскую часть, и многие вещи, связанные с поддержкой сельского хозяйства.
Но, конечно, не менее важно и совершенствование нормативно-правовой базы. То, что Вы сказали по поводу того, что мы можем утратить целый пласт как бы подготовки специалистов в этой области, это такая тревожная вещь. Мы обязательно посмотрим на это.
ВОПРОС: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Меня зовут Кирилл, Таврический национальный университет, Симферополь.
У меня несколько вопросов на самом деле. Первый – немного, наверное, абстрактный. На данный момент западное сообщество считает Крым всё-таки «серой землёй», до сих пор не признало его как часть России. И с этим связано очень большое количество бытовых трудностей в сфере бизнеса и так далее.
Вот мне хотелось бы узнать: может быть, есть какие-то прогнозы по поводу того, когда может свершиться полное признание? Или чем мы как жители или местное правительство может помочь ускорить этот процесс?
В.ПУТИН: Что касается Крыма, то мы много об этом говорили, и я думаю, что если выбирать между тем, что происходит на Донбассе, и тем, как люди в Крыму живут, то любой здравомыслящий человек выбрал бы сегодняшнее состояние Крыма. Я уже не говорю о душевном порыве, который крымчане испытывали и до сих пор испытывают при воссоединении с Россией, за что мы, кстати говоря, очень благодарны крымчанам, потому что они продемонстрировали, что такое патриотизм.
Но это не значит, что нет бытовых вопросов. Проблема, связанная с признанием, – думаю, что это будет решаться долго и нудно. И для меня это странно, потому что действительно то, что произошло с Сербией, с Косово, это говорит о том, что когда есть политическая воля и желание, то очень легко признаются те решения, которые в Косово произошли или произошли в Крыму.
Напомню, само Косово объявило о своей государственной самостоятельности в результате принятия решения парламентом, и всё. Там никакого даже референдума не было. А в Крыму у вас что произошло, что вы сделали? Вы приняли: а) решение парламента о независимости, а потом на базе проведённого референдума приняли решение о присоединении к России. Это гораздо более демократический способ определения своей судьбы. Кто может отказать народу в праве на самоопределение?
И когда я со своими западными коллегами на этот счёт дискутирую, ответа на это нет, поверьте мне, нет ответа, да и быть не может, потому что мы поступили не только в полном соответствии с международным правом, кстати говоря, с Уставом Организации Объединённых Наций, где прямо записано право на самоопределение, причём это отфиксировано как цель Организации Объединённых Наций. Это первое.
Второе. Мы основывали всё, что мы сделали, на воле народа, на воле людей, которые в Крыму проживают. Но действительно в этой связи возник целый ряд бытовых проблем, технических, экономических, финансовых. Наша задача в том, чтобы их минимизировать, свести к нулю, а затем и создать на территории Крыма субъекты Федерации опережающего развития. Можем ли мы это сделать? Конечно, можем.
Вы знаете, что сейчас уже принято решение о том, что в социальной сфере, в сфере заработных плат бюджетников, пенсионного обеспечения жители, которые проживают в Крыму, должны быть на общероссийском уровне. Это касается и социальных пособий, в том числе, я уже об этом говорил, получения материнского капитала.
Раньше у нас было так, что люди, которые становятся гражданами России, получают всё, что положено гражданам России вне зависимости от того, где они раньше жили и что они раньше получали. Но это речь шла о единицах людей, здесь речь идёт о миллионах, тем не менее Правительство Российской Федерации приняло решение, что мы ничего в этом плане не меняем, и все крымчане, которые имеют право на материнский капитал, будут его получать.
Мы будем развивать финансовую сферу, как бы кому нравилось или не нравилось, будем поощрять финансовые учреждения, там работать, будем создавать новые рабочие места. И я уверен, просто абсолютно убеждён в том, что Крым станет не дотационной территорией, а станет субъектом, который будет генерировать необходимый доход для собственного развития и будет вкладывать соответствующие ресурсы в федеральный бюджет.
И потом Крым, безусловно, вернётся к своей функции всероссийской здравницы. Вот по очень многим направлениям будем двигаться. Я уже говорил об этом, в Крыму недавно разработана программа объёмом 700 миллиардов рублей. Безусловно, всё будем реализовывать. Может быть, даже ещё и побольше, имея в виду, что культура Крыма нуждается в прямой поддержке из федерального бюджета.
Это уже не только для самого Крыма – для всей страны, потому что Крым неотъемлемо связан с историей Российской Федерации, я имею в виду и художников, и писателей, которые там жили, и государственных деятелей. Всё это подчёркивает не только неотъемлемую связь Крыма с Россией, но и Крыму придаёт определённый статус. И в этом направлении будем двигаться обязательно.
Е.ТЕРЕЩЕНКО: Здравствуйте!
Меня зовут Елена Терещенко, я представляю город Северск, Северский технологический институт НИЯУ МИФИ, Томская область.
Здесь поднимается вопрос о праве России на свою историю и свою идентичность. В этом плане очень хорошо играет духовность как объединяющий фактор. Поэтому скажите, пожалуйста, как Вы относитесь к введению кафедры теологии в вузах.
Спасибо.
В.ПУТИН: И сейчас теологии уделяется определённое внимание, есть специальные вузы, где готовят священнослужителей. В светских высших учебных заведениях, конечно, это возможно, но это всё-таки, наверное, прерогатива самого высшего учебного заведения. Если он считает, что недостаточно знаний в этой области по тем специальностям, которые предлагаются, наверное, можно и это сделать.
Но теологию изучают те, кто хочет посвятить свою жизнь служению Господу, те, кто хочет стать священнослужителем или в христианских церквях, либо в исламских соответствующих учреждениях. Нам, конечно, ещё очень много нужно сделать для того, чтобы развивать подготовку кадров для ислама, российского ислама. Он имеет свою специфику, это восточный ислам, даже можно сказать, российский. Но нужно ли это делать в светских учреждениях, я не знаю. У меня пока нет ответа на этот вопрос.
ВОПРОС: Владимир Владимирович, меня зовут Амира, представляю Республику Дагестан.
Вы знаете, прежде всего хотелось бы выразить благодарность от лица моей бабушки, она является крымской татаркой, потому что Вы дали возможность нам вернуться на свою, можно сказать, прародину.
И в этой связи у меня такой вопрос: есть ли возможность нашему взрослому поколению каким-то образом попасть на свою родину и будет ли возможность? Естественно, бесплатный сыр только в мышеловке, но каким-то образом получить какой-то клочок земли, может быть, по каким-то льготам. То есть вот этот момент, это первый вопрос.
А второй вопрос – Вы знаете, я представляю Республику Дагестан, и в плане рекреационного обладания ресурсов, экологического состояния территории Ваше видение развития ввиду введённых санкций, животноводство, развитие АПК... Потому что у нас такая молодёжь, она настолько патриотична, но у нее нет на самом деле возможностей для реализации.
Даже элементарно, вот мой проект «Экологически чистый продукт», возможности поддержки каких-то инновационных идей в области АПК, как минимум появления хотя бы одного завода, где мы можем трудиться вне зависимости от заработной платы, которая будет установлена на том или ином заводе.
Спасибо Вам большое.
В.ПУТИН: Ну вне зависимости от заработной платы вряд ли… Это вряд ли возможно.
Что касается АПК, мы уже здесь говорили, и я полностью с Вами согласен, что нужно уделить ещё больше внимания, хотя, уверяю Вас, за последнее время в сфере АПК сделано, как некоторые говорят, немыслимое просто. Но у нас в разы увеличилось производство куриного мяса, за последние годы только – на 83 процента, свинины увеличилось на 38 процентов за последнее время.
Мы немножко отстаём по говядине, потому что цикл производства больше – от восьми до 12 лет, но и сюда вкладываются большие средства. Это прежде всего, конечно, дешёвые кредиты, это субсидирование ставок и так далее, и так далее – целый план. Это финансирование на гектар, хотя оно ещё маловато.
И вот то, что сейчас происходит с этими взаимными нашими «уколами», прежде всего с европейцами, и наши ограничения на ввоз продовольственных товаров из Европы, конечно, создаёт, даже сам факт предоставления рынка собственной страны для наших аграриев создаёт им лучшие условия для конкуренции и для развития. Почему? Потому что субсидирование в сельском хозяйстве на один гектар в Евросоюзе в шесть раз больше, чем в России. В шесть раз!
Конечно, конкурировать сложно. Конечно, нашим сельхозпроизводителям тяжело. И сейчас тяжело, а было ещё тяжелее. И в этом смысле наши действия по ограничению завоза на наш рынок – это, безусловно, поддержка развитию сельского хозяйства. А вложения больше, они просто затруднены в силу бюджетных ограничений. Тем не менее сейчас Правительство обсуждает возможность дополнительной помощи нашим сельхозпроизводителям, потому что недостаточно только рынок закрыть для конкурентов, нужно ещё и создать возможность для развития производства внутри страны.
Я сейчас не готов сказать, что конкретно и сколько конкретно будет выделяться денег, потому что сейчас очень острая фаза работы над бюджетом. Буквально позавчера я в очередной раз встречался с Министром финансов, мы с Дмитрием Анатольевичем говорили. То есть мы с ним каждый день на эту тему говорим, и вчера тоже опять обсуждали. Поэтому я не хочу забегать вперёд и что-то здесь уже зафиксировать, но согласен с Вами в том, что развивать сельское хозяйство нужно и будем, и в том числе в Дагестане.
А вообще Дагестан, конечно, это уникальное место в нашей стране. Напомню, что Дербент – самый древний город на территории Российской Федерации, но люди там, они просто удивительные люди. Я с особой любовью к Дагестану отношусь ещё с 2000 года, когда приезжал туда и смотрел, как героически ваши земляки защищают интересы России в целом и своей малой родины, своих сёл, городов. Потрясающе, я просто был удивлён и до сих пор нахожусь в этом состоянии. Но и культура, литература Дагестана – это тоже уникальное явление в нашей стране. Тем и сильна Россия, что у нас такие многочисленные источники творчества и силы.
Что касается возможного переезда в Крым, это ваше решение. Граждане Российской Федерации имеют право переехать в любую территорию Российской Федерации и жить беспрепятственно. Мы сейчас формулируем программу поддержки крымскотатарского народа, потому что, надо прямо сказать, за предыдущие десятилетия мало что было сделано в этом направлении.
Вы знаете, мы признали крымскотатарский язык как один из трёх государственных языков Крыма наравне с русским и украинским, но этого недостаточно. Нужно оказать просто материальную поддержку развитию социальной сферы, нужно обустроить сёла, где проживают крымские татары, нужно инфраструктуру развивать, причём и транспортную инфраструктуру, и социальную, нужны детские сады, больницы, поликлиники и так далее, и тому подобное. Сейчас формулируются программы, деньги будут выделяться.
Конечно, я вам скажу откровенно, мы же договорились тут откровенно говорить, мы будем выделять деньги просто тоже в силу бюджетных ограничений, прежде всего на то, что есть, на то, что мы сейчас должны реабилитировать, поднять на ноги и привести в божеское состояние. Если мы будем сталкиваться с потоком переселенцев, то эффективно реализовывать эти программы будет трудно, качественно реализовывать.
Допустим, мы выделили сумму Х, мы знаем, что там проживают столько-то человек. Но если в два раза увеличится, то этих денег будет недостаточно. А сможем ли мы выделить дополнительно? Я не уверен, всё же мы считаем как минимум на три года вперёд. Но в то же время мы не можем запретить людям переселяться и не будем запрещать. Смогут ли они попасть в эти программы, я пока не знаю. Мы пока окончательно этот вопрос и не решили, хотя мы находимся в прямом диалоге с крымскими татарами, и надеюсь, что в ходе этого диалога выработаем наиболее приемлемые пути решения всех вопросов и всех задач, перед которыми мы стоим.
Давайте будем завершать. Вот «Помощь нужна!». Какая помощь? Пожалуйста.
ВОПРОС: Добрый день!
В 2007 году я послал запрос в архив Министерства обороны. Просто мне хотелось, скажем так, пролить свет на прошлое моего деда, его уже не было в живых. Надо сказать, что он говорил, что не участвовал в войне, он был в учениях и так далее, а из Министерства пришёл ответ, что он участвовал в войне и даже получил орден. Но я повторю, даже уже в 2007 году его не было в живых.
Мы послали запрос о выдаче дубликата, но нам сказали, выдают только на живого предъявителя. Вы сегодня упомянули дважды такие слова, как Победа в Великой Отечественной войне и символ. Для нашей семьи это символ в его вклад. Я подготовил обращение. Можно ли, чтобы Вы подписали разрешение о выдаче дубликата?
Спасибо.
В.ПУТИН: Обязательно.
Если после этого эмоционального выступления кто-то мне скажет, что у нашей молодёжи нет внутренних базисных основ патриотизма, я никогда никому не поверю.
Г.ИБРАГИМОВ: Меня зовут Гадис Ибрагимов. Отчасти мой вопрос моя коллега, моя соплеменница уже задала. Если позволите, у меня вопрос будет состоять из четырёх частей.
Первая – это благодарность. Вторая – вопрос непосредственно. Третья – предложение. И четвёртая – маленький подарок, сувенир.
В.ПУТИН: Пожалуйста. Кинжал, наверное?
Г.ИБРАГИМОВ: Нет. Вы знаете, в 1999 году мой преподаватель дарил Вам папаху, кинжал я бы сюда не провез просто-напросто, но тоже из Дагестана.
Итак, Владимир Владимирович, спасибо огромное за то, что, скажем так, пожурили Владимира Вольфовича, я просто не могу это не отметить, за его фашистские высказывания в отношении дагестанцев и вообще Северного Кавказа. Хочу сказать, что мне удалось с ним пообщаться на этом форуме, – он ничего не понял. Абсолютно ничего не понял!
Он продолжает точно так же думать и, главное, продолжает думать о том, что, если, не дай бог, количество дагестанцев увеличится, что у нас поднимутся какие-то сепаратистские настроения. На фоне этого хочется сказать, что буквально недавно, на днях, российская команда выиграла чемпионат мира по танковому биатлону, её возглавлял командир экипажа дагестанец Халиков… Ну не важно. Главное, что он дагестанец, Марат Халиков.
Теперь переходя к вопросам. У меня есть возможность пообщаться с некоторыми украинскими друзьями и другими зарубежными друзьями. Они считают, видение их на ситуацию в Украине такова, что бывший Президент – это полностью российская креатура и что в принципе Россия сама создала себе проблемы, когда поставила такого нечистоплотного человека, который в принципе проворовался, и Запад просто поднял народ на нечистоплотности президента. Как Вы к этому относитесь?
Теперь перейду к третьей части своего вопроса. Это предложение. Владимир Владимирович, Вам осталось несколько лет в качестве Президента.
В.ПУТИН: Спасибо за доверие!
Г.ИБРАГИМОВ: У меня предложение к Вам, Владимир Владимирович. Не рассмотрите ли Вы возможность возглавить Республику Дагестан после своего президентского срока?
В.ПУТИН: Спасибо.
Г.ИБРАГИМОВ: Я надеюсь, мы выйдем в республики-доноры вместе с Вами, и я даже готов возглавить Вашу предвыборную кампанию. Но если так случится…
В.ПУТИН: Спасибо. Я не знаю, удастся ли мне справиться с московской бюрократией.
Г.ИБРАГИМОВ: Но если так случится, что Вы как политическая фигура нужны будете на более высоких должностях, не рассмотрели бы Вы возможность уже апробированного способа, как, например, Чеченской Республики: молодой энергичный глава удачно развивает Чеченскую Республику. Может быть, и в Дагестане так поступить? Возможно, этот молодой человек находится на Селигере, возможно, он Вам сейчас задаёт вопрос.
В.ПУТИН: Не случайно он во флаг Дагестана завернулся, намёк такой.
Г.ИБРАГИМОВ: И если Вам это по душе, я могу назвать ещё раз свои контактные данные.
В.ПУТИН: Молодец!
Г.ИБРАГИМОВ: И последнее – это подарок, это сувенир. Можно я вручу Вам его?
В.ПУТИН: Пожалуйста.
Г.ИБРАГИМОВ: Это то, как мы жили веками и как продолжаем жить.
В.ПУТИН: Спасибо.
Я открою вам небольшую, даже это не тайна, просто историю. Здесь нет ничего особенного, скажу как есть по поводу бывшего Президента Виктора Фёдоровича Януковича. Никуда мы Виктора Фёдоровича Януковича не проталкивали и не пропихивали. Я хочу, чтобы и вы знали, и в России это знали, и в Украине это все знали: ничего подобного никогда не было!
Россия всегда поддерживает действующую власть. Мы не как некоторые наши партнёры. Может быть, в этом смысле они даже ведут себя более прагматично, они всегда яйца раскладывают в разные корзины. И более того – американцы так делают, – даже если лояльна им где-то власть, они всегда работают с оппозицией. Всегда!
И даже немножко подтаскивают и немножко натравливают на действующую власть, чтобы всегда власть эта, даже если лояльная, была ещё более лояльной, чтобы показать, что да, там есть у нас ещё на кого опереться. Наверное, это прагматичная позиция. Причём она, я вижу, веками ещё в Великобритании применялась.
Вот эта англосаксонская манера перекочевала в Штаты и используется ими сегодня. Что бы они ни ответили мне, сейчас наверняка подхватят, будут обсуждать, вот у меня внутреннее убеждение, что это так и есть. Но у нас, особенно на постсоветском пространстве, мы не можем так поступать. У нас другая ситуация абсолютно просто. И мы, конечно, всегда опираемся на действующую власть и всегда её поддерживаем.
Это не значит, что мы безразлично или как-то враждебно относимся к оппозиции. Нет, мы ко всем ровно относимся, но сотрудничаем с действующей властью. Вот так было и во времена президентства Кучмы. И когда его президентство заканчивалось, я у него прямо спросил: «Леонид Данилович, кого Россия должна поддержать на следующих президентских выборах?» Он мне сказал: «Януковича». У меня возникли сомнения, окончательно ли определился Кучма в кандидатуре Януковича, и я его спросил об этом как бы на завершающем этапе подготовки к выборной президентской кампании. Он мне ответил: «Всё, вопрос решён, принято решение, будем поддерживать и выдвигать Януковича. И я прошу Вас и Россию его поддержать информационными ресурсами, политически поддержать».
Мы так и сделали. А потом, когда они учинили там полный разврат с третьим туром выборов – по-другому и назвать невозможно, я, конечно, рот открыл. Я тогда уже обратился и к Леониду Даниловичу, я говорю: что же вы? Вы поддерживаете его или не поддерживаете? Ему не дали воспользоваться результатом своих выборов. Он же победил во втором туре. Всё это развернулось в такую достаточно острую внутриполитическую борьбу.
И господин Ющенко, который стал Президентом, и госпожа Тимошенко, которая стала Премьер-министром, они, видимо, тоже больших успехов не достигли, если в следующей итерации победил Янукович. И я, кстати говоря, всегда спрашиваю: «А что же вы тогда не присоединились к ассоциации с Евросоюзом? Кто мешал-то? Вся власть в ваших руках была». Ведь не сделали этого. Вопрос: почему?
У меня закрадывается подозрение, что не сделали, потому что это достаточно опасно с социально-экономической точки зрения, потому что последствия могут быть достаточно тяжёлыми для экономики, а значит, и для социальной сферы Украины и потом дальше, в политической области. Но мы никогда никого не проталкивали, не проталкиваем и не будем проталкивать, в том числе это касается и Януковича. Это выбор исключительно украинского народа и логика внутриполитических процессов.
Кстати говоря, мы с Ющенко, который считался прозападным политиком, и с Тимошенко, которая выказывает такой же точно имидж, мы бы работали и работали вполне полноценно. И как вы знаете, когда даже госпожа Тимошенко оказывалась в тюрьме, наша позиция была достаточно ясно сформулирована. И я говорил, я считал, что недопустимо использование уголовных методов, уголовной политики в политике как таковой.
Это плохо и для российско-украинских отношений было, мы считали, что нет там никакого преступления в заключении ею контрактов по газу с Россией. Кстати, её товарищи по партии, которые присутствовали при заключении этого контракта, в том числе нынешний министр энергетики господин Продан, сегодня почему-то не хотят исполнять те документы, которые сами подписали, но это уже другая история.
Давайте про рождаемость, там есть предложения по рождаемости, это любопытно. Давайте.
М.КОЖУХАРОВ: Кожухаров Максим из города Майкопа.
Владимир Владимирович, у меня к Вам просьба, это не вопрос, это просьба. Я занимаюсь демографией уже довольно давно и написал программу стимулирования рождаемости в России.
В.ПУТИН: А просьба в чём заключается?
М.КОЖУХАРОВ: Сейчас я расскажу.
В.ПУТИН: У тебя дети есть?
М.КОЖУХАРОВ: Послушайте, Вам будет интересно.
В.ПУТИН: Хорошо.
М.КОЖУХАРОВ: Например, одно из положений программы – это создание в пенсионной системе России специального родительского компонента. Кардинальное отличие этого компонента, допустим, от страхового или накопительного в том, что величина его будет рассчитываться не из объёмов страховых взносов, внесённых в Пенсионный фонд, а из того, сколько человек усыновил, родил и воспитал до определённого возраста детей. Таким образом, мы поднимем рождаемость.
Я долго не буду рассказывать, потому что ребята обидятся. Моя просьба вот в чём. Я прошу Вас помочь мне попасть на один из ближайших форумов Общероссийского народного фронта, чтобы я Вам, и не только Вам, смог досконально, полностью, в нужном виде рассказать и показать эту программу. И, скажем так, не только я один хочу попасть, я хочу пригласить специалистов, я хочу пригласить представителей родительской общественности, и мы все вместе Вам расскажем.
В.ПУТИН: Хорошо.
Вполне серьёзно, это чрезвычайно важная тема, чрезвычайно важная задача обеспечить нам темпы рождаемости, которые мы набираем в последнее время. Напомню, когда мы формулировали и начали реализовывать программу материнского капитала, некоторых других составляющих всей нашей программы по повышению рождаемости, тогда было очень много скептиков, говорили, что все деньги будут в никуда отправлены, ничего не получится.
У нас получилось. У нас рождаемость такая, которой не было за последние 20–30 лет. Детская смертность упала, материнская смертность упала. Это всё очень хорошие показатели. Но нам нужно сохранить темпы, а если будет возможность, и увеличить. И любые идеи, которые здесь возникают, в этой сфере, конечно, будут рассмотрены самым серьёзным образом.
Вы сказали о том, что нужно создать соответствующий фонд. Сразу возникает известный риторический вопрос: «Где деньги, Зин?». Но, повторяю ещё раз, любые предложения будут самым серьёзным образом рассмотрены. И я Вас приглашаю на очередное мероприятие ОНФ, и, безусловно, дадим Вам возможность выступить и тем экспертам, на мнение которых вы опираетесь, обязательно поработаем.
Вы знаете что, нам, к сожалению, – не сердитесь на меня, мы же так до утра можем с вами сидеть, но нужно заканчивать. Я хочу вас всех поблагодарить и всем пожелать и профессиональных успехов, и личного счастья.
Спасибо вам большое.
Ирак: новое руководство и полная неопределенность
Виктор Михин
Полная смена высшего руководства Ирака – президента, премьер-министра и спикера парламента – вызвали немало толков и разговоров среди мировых экспертов по Ближнему Востоку. Прежде всего, встал ряд вопросов – кому это выгодно, кто в этом заинтересован и, самое главное, сумеют ли новые руководители спасти страну от развала, дать отпор главной угрозе – «Исламскому халифату»? Вопросов много, как и ответов, которые нередко зависят от того, к какому лагерю принадлежит тот или иной эксперт.
Вполне очевидно, что пока различные группировки и племена внутри страны в какой-то мере удовлетворены раскладом сил и новым высшим руководством, которое было назначено или выбрано согласно конституции Ирака. На какое-то время затихли разговоры курдов (их представитель-президент) об их стремлении к полной независимости и созданию своего отдельного государства. Новый спикер парламента, представляющий суннитов, тоже в ожидании, какой состав кабинета министров предложит парламенту на утверждение новый премьер-министр (представляющий шиитов)?
И пока все сводится к работе премьер-министра Хайдар аль-Абади и его предложениям по новому составу правительства, которое, как ожидает большинство иракцев, будет более сбалансированным и сумеет общими усилиями вытащить Ирак из той опасной трясины, куда его завел использовавший диктаторские замашки бывший премьер Нури аль-Малики. Он, кстати, до последнего времени пользовался безусловной поддержкой Вашингтона, сменив свои ориентиры только в условиях реальной угрозы американским интересам в этой стране.
Тегеран также поддержал смену премьер-министра, учитывая, что он, согласно конституции, тоже шиит и, по мнению многих экспертов, будет в своей деятельности во многом учитывать интересы иранцев. Интересно высказалась по этому поводу иракская газета «Аль-Рафидейн»: «По всей видимости, премьер Хайдар аль-Абади постарается проводить национальную политику с оглядкой сначала на Тегеран, затем на Вашингтон».
Другая иракская газета «Аль-Заман» написала: «Группировка ИГИЛ не является для нас- иракцев, прошедших не одну войну, неразрешимой проблемой. Главное, чтобы шиит Хайдар аль-Абади сумел сформировать дееспособное правительство, которое работало бы в интересах всех иракцев, а не только, как это было прежде, только в интересах шиитов. Кроме того, он должен провести значительную чистку в органах разведки и других силовых ведомствах, назначив туда компетентных и честных офицеров».
Суннитские лидеры племен в Ираке заявили, что они в принципе поддерживают нового премьер-министра и могут включиться в борьбу против боевиков “Исламского государства”. Али Хатем Сулейман, влиятельный вождь племени в западной провинции Анбар, заявил, что готов работать с Х. аль-Абади, если тот уважает права суннитской общины. Таха Мухаммад аль-Хамдун, представитель суннитских племен и духовный лидер, сказал в интервью агентству Рейтер, что суннитскими представителями по всему Ираку был составлен список требований для нового правительства и все зависит от того, сумеет ли новый премьер-министр пойти навстречу пожеланиям суннитских племен.
Многие зарубежные и отечественные лидеры надеются, что Х. аль-Абади сможет убедить вождей племен перейти на сторону нового правительства, а не поддерживать Нури аль-Малики. Кстати, именно суннитские племена оказали значительную поддержку США в Ираке в 2006 и 2009 годах в разгроме террористической организации “Аль-Каида”.
Начало деятельности нового премьер-министра охарактеризовалось некоторыми успехами в борьбе против боевиков. Так, по данным иракских и мировых СМИ, армии удалось отбить у боевиков дамбу в районе Мосула.
Правда, американский президент Б.Обама, который за последнее время не может похвастаться какими-либо достижениями как во внутренней, так и внешней политике, попытался присвоить Вашингтону лавры этой победы. Он, в частности, заявил, что действия американских военных спасли Ирак от катастрофических последствий, связанных с захватом боевиками крупнейшей в стране плотины. По его словам, США предоставили оружие и дополнительную помощь иракским военным и силам безопасности курдов. «При нашей поддержке силы иракцев и курдов восстановили контроль над плотиной близ Мосула. Если бы ее разрушили, последствия были бы катастрофическими», — заявил Б. Обама. «Действия наших военных позволяют эффективно защищать наш персонал и учреждения в Ираке. За последние дни американские авиаудары остановили продвижение ИГИЛ в направлении города Эрбиль, отбросили террористов», — добавил он. В письме на имя руководителей американского Конгресса он вскрыл подоплёку американских авианалетов, написав, что санкционированные им действия осуществляются “в интересах национальной безопасности и внешней политики США”. В письме также подчеркивается, что они “предприняты в сотрудничестве с правительством Ирака”.
Но следует сказать, что Вашингтон, обжегшись на иракском молоке, ныне дует даже на воду, поставляя в Ирак только незначительное количество вооружения и направив несколько сот военных для защиты многочисленного американского персонала в стране. Кстати, американские поставки вооружений последовали лишь после того, как Россия моментально поставила свои боевые самолеты для борьбы против боевиков. Сами же американские военные не спешат возвращаться в Ирак. Да и нынешнее финансовое положение США под «мудрым» управлением Б. Обамы оставляет желать лучшего. Позицию Вашингтона по Ираку, пожалуй, четко озвучил Стив Хейдеман, аналитик из американского Института мира, который сказал, что борьба против боевиков является задачей центрального правительства в Багдаде, а не Соединенных Штатов.
Кстати, многие отметили, что после долгой спячки в иракском конфликте, Вашингтон вдруг неожиданно проснулся и поспешил с авианалетами, хотя тот же Нури аль-Малики просил об этом несколько месяцев тому назад. В данной ситуации ларчик открывается довольно просто – боевики стали угрожать захватом богатых нефтяных полей на севере страны, в курдском регионе. А здесь за последнее время резко возросли интересы американских монополий, поскольку, в отличие от Багдада, курды предлагают намного более выгодные контракты, учитывая, что они многим обязаны американцам.
Видимо, на сей раз Б. Обама, как и в ливийской войне, предпочитает выдвигать на передовые иракские позиции своих союзников по НАТО. И вот уже министр иностранных дел Германии Франк Вальтер Штайнмайер срочно вылетел в Багдад, где он встретился с президентом Фуад Маасумом и премьер-министром Хайдаром аль-Абади. Иракская пресса сообщила, что на этих встречах немецкий министр подтвердил необходимость мобилизации всех усилий международного сообщества для ликвидации терроризма, который представляет угрозу не только для Ирака, но и для всего региона и мира в целом. Пытаясь поддержать новое руководство страны, он заявил, что цель его визита — проявить солидарность с борьбой Ирака против террористической организации «Исламское государство Ирака и Леванта», за укрепление единства и развитие страны. В интервью «Голосу Америки» он был более откровенен, в частности сказал: «Мы надеемся, что назначенный премьер-министр Ирака сумеет объединить все регионы страны религией, представив всех их в своем правительстве, что просто необходимо для объединения всех тех, кто недоволен нынешним положением».
Более решительно был настроен папа римский Франциск, который поделился с прессой своим мнением по вопросу о ситуации в Ираке. По его словам, международное сообщество вправе остановить «Исламское государство», но это не должно быть решением одной единственной нации. «В этом случае, где есть несправедливая агрессия, я лишь могу сказать, что попытка остановить несправедливого агрессора — это законно», — ответил он на вопрос, одобряет ли он авианалеты со стороны США после того, как боевики вынудили христиан и другие религиозные меньшинства покинуть свои дома в Ираке.
Другими словами, Запад весьма осторожен в отношении иракских событий, не желая, как прежде, вновь попасть в иракский капкан. Пока все дело ограничивается лишь заявлениями солидарности с новым иракским руководством и поставкой незначительного количества вооружений, которые в общем-то кардинально не меняют картину боевых действий. Видимо, как это неоднократно было в прошлом, все будет зависить от высшего руководства страны и самих иракцев, если они хотят покончить с боевиками и тем самым сохранить единство и целостность Ирака.
В ежегодном рейтинге городов мира с наилучшими условиями для проживания от издания The Economist, Дубай и Абу-Даби заняли 78 и 79-е место соответственно.
В мировом рейтинге городов с наилучшими условиями для проживания индекс городов ОАЭ оказалось несколько ниже среднего.
Как сообщает Imexre.com со ссылкой на издание Arabian Business, в рейтинге комфортности проживания издания The Economist за 2014 год Дубай занял 78-е место в списке из 140 городов, получив 74 из 100 возможных баллов. Абу-Даби стал 79-м в рейтинге, получив 73 балла. Среднее количество баллов, полученных разными городами мира, составило 75.33.
В 2013 году Дубай занял 77-е место рейтинга и был назван одним из наиболее стремительно развивающихся городов мира. Мельбурн был признан наиболее комфортным для проживания городом, на втором и третьем местах рейтинга оказались Вена и Ванкувер. Последний держал пальму первенства вплоть до 2011 года, а затем переместился на 3-е место.
Городом наименее комфортным для проживания был признан Дамаск, далее в рейтинге значатся Дхака, Бангладеш и Порт Моресби в Папуа-Новой Гвинее.
Повышение индекса комфортности проживания было зарегистрировано в городах, вступивших в период относительной геополитической стабильности после недавних конфликтов. Среди подобных городов значатся Тегеран, Триполи и Амман.
Парламент Ливии отправил в отставку начальника Генштаба ВС страны генерала Абдель Саляма Джадаллу за связи с исламистами и сотрудничество с экс-повстанцами, поддерживающими ливийское крыло "Братьев-мусульман", сообщает в воскресенье спутниковый телеканал "Аль-Арабия".
На пост главы Генштаба избран генерал Абдель Раззак аль-Назури. За несколько часов до этого в отставку также был отправлен один из руководителей ливийского минобороны, которого уличили в связях с исламистами из группировки "Рассвет Ливии", связанной с "Братьями-мусульманами" и уже более месяца атакующей правительственные силы в столице страны.
Накануне боевики "Рассвета Ливии" вели бои непосредственно в районе международного аэропорта Триполи. Появилась информация о захвате аэропорта. Кроме того, "Рассвет Ливии" выступил с заявлением, в котором высказался за созыв бывшего Всеобщего национального совета (происламского) и передачу ему всей полноты власти в стране от "не оправдавшего доверие" парламента.
Парламент, являющийся в Ливии высшим органом власти, в свою очередь, объявил исламские группировки экс-повстанцев "Рассвет Ливии", "Защитники ислама", "Совет шуры повстанцев Бенгази", воюющие против ливийских властей, террористическими организациями. Депутаты поручили армии "в кратчайшие сроки ликвидировать террористическую угрозу в лице данных организаций".
Избранный в июне этого года ливийский парламент проводит первую сессию не в столице, а в относительно безопасном городе Тобрук на востоке Ливии, находящемся под контролем анти-исламистских сил генерала Халифы Хафтара. В заседаниях не участвуют депутаты-исламисты, заявившие о нелегитимности принимаемых заксобранием решений, в числе которых роспуск незаконных вооруженных формирований экс-повстанцев и возможность внешнего вмешательства сил ООН для защиты мирного населения. Маргарита Кислова.
Более 250 нелегальных мигрантов, вероятно, утонули во время кораблекрушения в водах Ливии, сообщает в воскресенье агентство Рейтер со ссылкой на заявление представителя береговой охраны Мухаммеда Абдельлатифа.
Судно затонуло в пятницу в половине мили от побережья и к востоку от Триполи. Предположительно, на судне плыли мигранты из африканских стран.
"Мы предполагаем, что более 250 тел находятся под водой", — сообщил представитель ливийской береговой охраны, пояснив, что люди ушли под воду вместе с судном.
Тысячи мигрантов из Африки ежегодно плывут через воды Средиземного моря в попытке попасть в Италию. Многие суда из-за технической неисправности и перегруза терпят бедствие, что зачастую приводит к массовым жертвам, отмечает агентство.
Один из крупнейших в Ливии нефтяных портов ас-Садра на востоке страны, блокированный более года назад в связи с протестами его служащих, произвел первую отгрузку нефти, пишет в среду арабская онлайн-газета "Экономист" со ссылкой на представителя государственной ливийской Национальной нефтяной компании.
Возобновление работы порта мощностью 320 тысяч баррелей в сутки стало возможным после заключенного в июле этого года соглашения между ливийскими властями и одной из группировок экс-повстанцев, требовавших большей автономии для восточных провинций Ливии.
Добыча нефти в Ливии в последние месяцы возросла с 200 до 562 тысяч баррелей в сутки, хотя эта цифра, по признанию властей, до сих пор далека от "дореволюционного" уровня добычи в 1,4 миллиона баррелей в день. Маргарита Кислова.
Австралийский Мельбурн признан лучшим для жизни из 140 городов мира. В топ-10 также попали Ванкувер, Торонто и Калгари, говорится в отчете аналитического подразделения журнала The Economist.
Кроме Мельбурна, Ванкувер и Торонто уступили австрийской Вене. Калгари поделил 5-ю строчку с другим австралийским городом – Аделаидой.
Ранжирование проводилось путем присвоения баллов от 1 до 100 в 30 категориях, объединенных в 5 групп: стабильность, здравоохранение, культура и окружающая среда, образование, инфраструктура.
В то время, как города на верхушке списка отличаются стабильностью позиций не первый год, беспорядки в других городах отрицательно повлияли и на чужие рейтинги. В частности, сдали свои позиции не только Киев, но и Москва с Санкт-Петербургом. Столица Украины за год потеряла 17,8 балла, Триполи – 18,1 балла, Дамаск – 28,3 пункта.
Столкновения проправительственных сил и группировок экс-повстанцев и исламских экстремистов возобновились в понедельник во втором по величине городе Ливии Бенгази, несмотря на призывы международного сообщества к прекращению огня, сообщает спутниковый телеканал Sky News Arabia.
Неизвестные боевые самолеты в ночь на понедельник обстреляли столичные жилые районы. О жертвах и разрушениях не сообщается. Ни одна из сторон не взяла на себя ответственность за этот рейд. При этом источники в органах безопасности страны предположили, что огонь велся по позициям уже более месяца враждующих между собой повстанческих группировок из Мисураты и Зинтана, возможно, с целью подавления огневых точек.
В Ливии уже несколько месяцев идут ожесточенные столкновения правительственных сил с группировками бывших повстанцев. Многие страны проводят эвакуацию своих граждан из Ливии, закрываются диппредставительства, приостанавливают деятельность международные организации, свертываются бизнес и инвестиции.
Первая сессия спешно избранного в июне этого года нового парламента началась 4 августа в городе Тобрук в относительно спокойном регионе на крайнем востоке Ливии. Решения нового парламента вызывают неоднозначную реакцию в самой Ливии. В частности, ряд политиков осуждает принятое в нынешних условиях отсутствия стабильности решение о проведении прямых выборов президента Ливии. Такие выборы могут быть назначены уже в ближайшее время в случае утверждения процедуры выборного процесса. В числе не нашедших поддержки решений депутатов также значатся роспуск всех вооруженных формирований и возможность немедленного вмешательства ООН для защиты ливийского гражданского населения. Бывшие повстанцы в ответ лишь усилили интенсивность боевых действий. Маргарита Кислова.
Саудовская Аравия занимает 1-е место в мире по уровню дотаций топлива для населения. Ежегодно королевство на эти цели тратит $25 млрд, говорится в отчете некоммерческого аналитического центра "Институт Милкина", пишет al-Yaum. С 70-х годов прошлого века Саудовская Аравия в 9 раз увеличила внутреннее потребление таких видов топлива как бензин и дизель. Сейчас королевство по этому показателю находится на 6-м месте в мире, несмотря на то, что по количеству жителей эта арабская страна на 43 позиции в мировом рейтинге.
На 2-м месте в этом рейтинге Иран, далее следуют такие страны как Индонезия, Венесуэла, Египет, Алжир и Ливия. Всего на субсидирование нефтепродуктов ежегодно в мире тратят около $110 млрд, 90% из этой суммы приходится на первые 10 стран. Через субсидирование нефтепродуктов для населения государственные бюджеты этих стран несут большие потери, поэтому богатые нефтяные страны реализуют реформы для сокращения этих расходов.
В это же время мировое потребление нефти в следующем году достигнет 90 млн баррелей в сутки, что на 17% больше, чем это было в 2000-м, несмотря на уменьшение потребления в странах с развитой экономикой.
Украинская смута глазами Клио
Адам КУЗНЕЦОВ
О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?..
Оставьте старый спор славян между собою...
Александр Пушкин
Долог и труден путь каждого народа от племенного устройства социума до государственного. Триста-четыреста лет ушло у иудейских племен от вторжения на берега Иордана до создания собственного царства. Примерно столько же — на превращение латинов в Древнеримскую республику, вестготов — в Испанское королевство, гуннов — в Венгерское, франков — во Французское, германцев — в Немецкое, норманнов — в Британское. Процесс этот продолжается и в наши дни. Спотыкаясь — на ощупь — сквозь кровавое противоборство прокладывают свой путь к государственной форме бытия курды, пуштуны, тамилы, палестинцы.
Украинская народность долго вызревала на территориях, принадлежавших Польско-Литовскому королевству, Крымскому ханству, Турецкой империи, княжеству Московскому. Первая серьезная попытка украинцев обрести государственную независимость имела место в середине XVII века и была связана с именем гетмана Богдана Хмельницкого. О нем знаменитый историк Ключевский писал:
«Успехи Богдана превзошли его помышления: он вовсе не думал разрывать с Речью Посполитой [то есть Польшей], хотел только припугнуть зазнавшихся панов, а тут после трех побед почти вся Малороссия очутилась в его руках... Он очень досадовал на московского царя за то, что тот не помог ему с самого начала дела, не наступил тотчас на Польшу... грозил сломать Москву, добраться и до того, кто на Москве сидит. Простодушная похвальба сменялась униженным, но не простодушным раскаяньем. Эта изменчивость настроения происходила не только от темперамента Богдаа, но и от чувства лжи своего положения. Он не мог сладить с Польшей одними казацкими силами, а желательная внешняя помощь из Москвы не приходила»1.
В таком же двойственном положении оказался следующий лидер — гетман Мазепа. Историк Костомаров так описывает его метания между вторгшимися шведами, Петром Первым и Запорожской Сечью: «Перед царем, выхваляя свою верность, он лгал на малорусский народ и особенно чернил запорожцев, советовал искоренить и разорить дотла Запорожскую Сечь, а между тем перед малоруссами охал и жаловался на суровые московские порядки, двусмысленно пугал их опасением чего-то рокового, а запорожцам сообщал тайными путями, что государь их ненавидит и уже искоренил бы их, если бы гетман не стоял за них и не укрощал царского гнева»2.
После двух веков существования в рамках Российской империи мало что изменилось для тех украинцев, которые рвались к независимости. После Февральской революции в 1917 году гетман Скоропадский искал помощи у германского кайзера, сменивший его Симон Петлюра вступил в союз против большевиков с польским маршалом Пилсудским, двадцать лет спустя Степан Бандера надеялся избавиться от власти «москалей» с помощью Гитлера.
Создание независимой Украины в 1991 году не смогло прервать эту традицию. Разнородное сорокамиллионное население не чувствовало достаточной прочности в государственной постройке, привычно искало опоры либо на Западе, либо на Востоке. Прозападный президент Ющенко, играя на карте украинского национализма, приказал установить памятник Мазепе и обращался к Православной церкви с просьбой снять анафему с гетмана, объявленную ему за измену царю Петру Первому в 1708 году. Пришедший ему на смену Янукович, поколебавшись, засадил бывшего прозападного премьер-министра Юлию Тимошенко в тюрьму и шатнулся в сторону России. Тогда прозападные украинские радикалы и националисты вышли на киевский майдан и испустили свой традиционный клич: «Москалей нэ трэба!» Если к Хмельницкому и Мазепе спешили с посулами и дарами посланцы из Варшавы, Кракова, Вильнюса, Стокгольма, Вены, то к нынешним самостийщикам ринулись с кренделями и долларами доброхоты из Вашингтона, Лондона, Брюсселя, Парижа.
Вот к этим послам «свободного мира» стоит приглядеться внимательно.
Они объявляют себя защитниками демократии и прав человека во всем мире. Японо-американский философ Фрэнсис Фукияма объяснил им, что история подошла к концу, что идеальная форма сосуществования людей найдена, что ее можно учредить даже у народов, не знающих еще колеса, и остался лишь пустяк: насадить свободный рынок и свободно избираемых правителей во всех уголках планеты Земля. Ради этой великой цели можно порой и нарушать какие-то пункты и статьи международного права.
Например, пункт о соблюдении суверенитета независимых государств и неприкосновенности их границ в принципе заслуживает поддержки. Но иногда и на него можно закрыть глаза. Вот советники двух политических недорослей, Билла Клинтона и Тони Блэра, никогда не бывавших ни в Косове, ни в Белграде, объяснили им, что выступить в защиту албанских мусульман от недоброго сербского лидера Милошевича может принести несколько сотен голосов мусульманских избирателей. И на суверенную Сербию, никогда ни словом, ни делом не угрожавшую ни Америке, ни Англии, десять недель сыплются новейшие ракеты и бомбы — о, исключительно с гуманитарной целью защиты обижаемых косоваров! Результат: разрушенные дома, мосты, вокзалы, больницы, две с половиной тысячи погибших сербов и создание посреди Европы независимого мусульманского государства Косово, которое наконец смогло преуспеть в своем уникальном бизнесе: переправке проституток из стран Восточной Европы в страны Западной.
Трагедия 11 сентября потрясла американцев, возбудила ярость и справедливую жажду мести в миллионах сердец. Но кому мстить? Большинство террористов-самоубийц, захвативших американские лайнеры, были родом из Саудовской Аравии. Их главарь, миллионер Осама бен-Ладен, много лет возглавлявший беспощадную войну против Америки и Израиля, глава «Аль-Кайды», с руками по локоть в крови погибших от взрывов дипломатов и моряков, — тоже саудовец. Но нет: в Саудовскую Аравию вложено слишком много американских денег, она исправно поставляет нам нефть и выступает союзником в опасном регионе. Зато рядом есть два безусловно злодейских режима: талибы в Афганистане и Саддам Хусейн в Ираке. Ударим по ним, поможем учредить в этих странах власть святой западной демократии и заодно покажем всему миру, что с нами шутки плохи.
В результате после десяти лет оккупации «демократический» Ирак превратился в вулкан межрелигиозной и этнической вражды, взрывы бомб террористов-самоубийц уносят сотни жизней каждую неделю. Тринадцать лет войны в Афганистане привели к тому, что талибы окрепли, разбогатели, выйдя на первое место в Азии по выращиванию и экспорту опийного мака, и только и ждут ухода американцев, чтобы снова воцариться в Кабуле.
И что же наши идолопоклонники демократии? Усвоили уроки, убавили пыл, осознали, что не каждый народ и не в каждый исторический момент способен учредить у себя этот сложный вид государственного правления?
Да ничего подобного!
В 2011 году наперегонки кидаются бомбить злодея Каддафи и его суверенную Ливию. Подбодренные такой поддержкой, в страну слетаются джихадисты и алькайдовцы со всего мира. В аэропорту Триполи приземляется вечный седовласый подросток, американский сенатор Мак-Кейн, трясет руки «героям», свергнувшим диктатора, обещает помощь деньгами и советниками. Для его двухмерных мозгов, видимо поврежденных во вьетнамском плену, представить, что враги злодея Каддафи могут оказаться в десять раз страшнее него, — непосильное усложнение картины мира.
Ливия, конечно, погружается в смуту со стрельбой, взрывами и поджогами. «Борцы за свободу» убивают американских дипломатов в Бенгази, сотрудников Красного Креста, тысячи беженцев пытаются спастись морем и тонут на пути в Италию. Но сенатору Мак-Кейну не до того. Он уже в Киеве, на майдане, помогает свергнуть «злодея» Януковича, посмевшего предпочесть сотрудничество с Москвой союзу с Брюсселем.
Казалось бы, что должны были сделать первым делом в Киеве провозвестники святой демократии — американский госсекретарь Керри, его помощница Виктория Нулан, британский министр иностранных дел Хейг и десятки других «спасителей», приземлившихся за баррикадами из горящих шин? Не следовало ли им организовать семинары по политическому ликбезу и объяснить украинцам, веками жившим под властью королей, ханов, императоров, большевиков, что устраивать кулачные драки в парламенте-раде есть атавизм, несовместимый с правилами демократического правления? Что если вы недовольны законно избранным президентом, то нужно дождаться перевыборов и усадить в кресло нового, а не свергать неугодного силой? Может быть, разумная Ангела Меркель могла бы позвонить Юлии Тимошенко и посоветовать ей не заявлять публично во время предвыборной гонки на пост президента: «Я не признаю ничьей победы на выборах, кроме своей, потому что знаю цену всем другим кандидатам»?
Увы, такого разумного подхода от западных политиков сегодня ждать не приходится. Они зависят от голосов избирателей, чья политическая ментальность формировалась ковбойскими фильмами, в которых хороших парней всегда легко было отличить от плохих, а победа добра достигалась при помощи меткой стрельбы и быстрой езды на лошади. Образованная часть избирателей, конечно, брала в колледжах курсы политических наук (political science), но, похоже, никто уже не считает нужным учить политическую азбуку. А как было бы хорошо, если бы муза Клио появилась на кафедрах истории западных университетов и повесила бы на стенах крупные плакаты обязательные к заучиванью:
А. Опыт всех мировых революций — американской (1776), французской (1789), итальянской (1849), мексиканской (1854), турецкой (1909), российской (1917), германской (1918), испанской (1936), китайской (1949), снова российской (1991) и т. д. — ясно показывает, что после свержения существовавшей верховной власти вы получите либо гражданскую войну, либо распад государства, либо террор, либо все эти три беды в разных сочетаниях.
Б. Свергнуть властителя можно за один день, но на переход от единовластия к республике всегда уходит около ста лет. Примеры: Афинская республика, Древний Рим, Англия, Франция, Германия, Испания, Россия.
В. Народы часто отказываются от демократических форм и смиряются с деспотической властью не потому, что они темны и запуганны, а потому, что, зная свою застарелую взаимную беспощадную вражду, ясно понимают: альтернатива деспотизму — кровавый хаос и война всех со всеми.
Но ведь слушаться старушку Клио — это означает снова садиться за парты, изучать исторические реалии всех этих неблагодарных племен, неспособных оценить дары демократии, заучивать их головоломные названия: албанцы, боснийцы, галичане, запорожцы, молдаване, русины, хорваты, черногорцы — и несть им числа. То ли дело отстаивать священные принципы! Например, право народов на самоопределение. Тем более что мы оставим за собой обязанность решать, кто и от кого имеет право отделяться.
Да, мы поддержали отделение косоваров от Сербии и даже слегка побомбили ее для этого. Неважно, что Косово — такое же священное место для сербов, как для израильтян — Иерусалим. Что косовары-албанцы появились здесь лишь после Второй мировой войны, спасаясь от собственного коммунистического диктатора Энвера Ходжи, и потом, стремительно размножаясь, вытеснили приютивших их сербов. И что становиться обратно албанцами они никак не хотят, потому что им очень понравилась вся индустриальная инфраструктура, выстроенная в Косове сербами.
Мы будем неустанно требовать самоопределения палестинцев. Этот многострадальный народ почему-то отказывается ассимилироваться в других арабских странах, где говорят на их языке и верят в того же Аллаха. Мы будем кормить их в лагерях для беженцев до тех пор, пока в израильтянах не проснется совесть и они не дадут свободу угнетенным и оккупированным. То, что палестинцы открыто объявляют своей главной целью физическое уничтожение восьми миллионов израильтян, не должно нас остановить. И то, что в независимой Газе они немедленно попали под власть террористической организации «Хамас», тоже не должно рассматриваться как аргумент «против». Палестина будет принадлежать палестинцам!
Мы благосклонно отнесемся к стремлению других народов выделиться из имеющихся государств — до тех пор, пока они останутся в сфере нашего влияния и подчинения. Пусть путем проведения всенародного референдума квебекцы отделяются от Канады, каталонцы — от Испании, шотландцы — от Англии, фламандцы — от Бельгии, даже венецианцы — от Италии (дуют и такие ветры). Вот попытки курдов выделиться из Турции и Ирака как-то не вызывают у нас энтузиазма. Ведь для них придется отнять территорию от «нашей» Турции и «нашего» Ирака, а захотят ли они сами стать «нашими» — гарантии нет. Зато самоопределение тираспольцев, абхазцев, осетин, крымчан — это уже такое возмутительное нарушение всех международных норм, что ни один западный лидер с ним никогда не смирится. И станет набирать голоса избирателей, противоборствуя очередному удобному «злодею» — российскому президенту Путину.
Ох, этот Путин! Вот он — враг священных принципов свободы и демократии, ухитряющийся без бомбежки чужих столиц достигать своих целей. Жаль только, что у него от советских времен остался мощный ядерный арсенал. Не то бы наши гуманитарные ракеты и бомбардировщики давно вылетели в направлении Москвы, как они уже вылетали в сторону Могадишо, Белграда, Кабула, Багдада, Триполи. Не дал, злодей, нам хотя бы разбомбить Дамаск!
Ах, как хорошо, как удобно иметь универсального суперагрессора, борьба с которым оправдывает — затеняет — все наши отступления от высоких принципов. Раньше мы лелеяли такие обременительные правила, как «презумпция невиновности», «тайна банковских вкладов», «священное право собственности», не отступали от них даже в противоборстве с безжалостными главарями мафиозных кланов. Теперь все стало гораздо проще! Без суда и следствия, без улик и свидетелей мы включим соратников Путина в черные списки и обрушим на них всевозможные кары, как это делала когда-то большевистская ЧК — по классовому признаку! — да еще назовем это красивым словом «санкции».
То, что за этим красивым термином прячутся и огромные финансовые потери для западного мира, теряющего выгодные связи с бескрайним российским рынком, нужно старательно и изобретательно замазывать. Поневоле задаешься вопросом: каким образом США, погрязшие в шестисоттриллионном государственном долге, могут позволить себе вмешиваться в военные конфликты по всему свету, содержать крупные войсковые соединения в Японии, Южной Корее, Германии, на Ближнем Востоке, рассылать авианосцы и атомные крейсера по всем океанам, обещать миллиардные дотации разным неустойчивым режимам. Оказывается, они нашли трюк, которому могли бы позавидовать персонажи О’Генри и Ильфа–Петрова: раз за разом поднимая потолок государственного долга, грабить неродившихся внуков, переваливая на них заботы о выплате непосильных займов и неоправданного транжирства налоговых ресурсов.
Один за другим разгораются кровавые межплеменные пожары в Африке: Берег Слоновой Кости, Руанда, Чад, Эфиопия, Дарфур, Нигерия... Не могло бы наше ЦРУ и здесь отыскать руку Москвы, происки все того же Путина? Не то разные темные силы могут потребовать возложения санкций на нас самих — за преждевременное навязывание священной демократии незрелым народам.
Шумят, грозят, протестуют политические недоросли — «народные витии». Никогда не признают простой истины: своими подзуживаниями и несбыточными посулами они раздули очередной пожар в очередной стране, разрушили шаткую постройку незрелой Украинской республики, лишили миллионы людей укрытия от социальных бурь.
Когда в Канзасе очередное торнадо разнесет в щепки городок, выстроенный не из железобетона, а из досок и картона, никто не осудит соседние города, давшие приют бездомным. Но Россию, давшую укрытие двум миллионам соотечественников в Крыму, оставшимся без социальной крыши над головой, будут проклинать неустанно. Потому что посмели истолковать право народа на самоопределение по-своему. И потому что краткосрочный политический капиталец можно зарабатывать на антироссийской брани легко и безотказно.
Конечно, пропагандная война вокруг разгоревшегося кризиса ведется свирепо и с реальностью считается мало. Каждая сторона спешит изобразить своих противников кровожадными негодяями, зловредными заговорщиками, грабителями и насильниками. На самом же деле, как это всегда и бывает при любой политической смуте, в глубине народного сознания идет невидимая война между страстными упованиями и неодолимыми страхами. Население западных районов Украины верит, что союз с культурной и пока благополучной Европой принесет им желанное облегчение. Население восточных страшится, что ни их донецкий уголь, проклинаемый защитниками чистой атмосферы, ни их подсолнухи и кавуны не смогут конкурировать с продукцией развитых европейских стран и им придется опуститься еще ниже в болото безработицы и нищеты, оказаться на одном уровне с Албанией, Грецией, Болгарией.
Чем кончится противоборство, никто предсказать не может. Хотелось бы надеяться, что украинцы преодолеют очередной порог на трудном пути к строительству своего устойчивого государства. С другой стороны, нелегко представить себе, чтобы шесть миллионов, живущих по берегам Северского Донца, сказавших на своих референдумах такое решительное «нет», согласились снова подчиниться киевским властям. И, конечно, вспоминаются печальные строчки Бродского: «Но Клио выбирает почему-то из многих — наихудший вариант».
___________________
1 В. О. Ключевский. Собрание сочинений. М.: Госполитиздат, 1957. Т. 3. С. 116.
2 Н. И. Костомаров. Русская история в жизнеописаниях ее деятелей. Глава 16. Мазепа. Цитируется по: http: //русскоедвижение.рф/index.php/history/52-articles/9452.
Опубликовано в журнале:
«Нева» 2014, №8
![Главное](/images/star.png)
Ливия: дрейф в сторону иракского сценария
Юрий Зинин
На фоне событий на Украине, на севере Ирака и в Газе тема Ливии несколько ушла в тень. В то же время здесь с середины июля наблюдается мощная вспышка насилия, что породило цепную реакцию закрытия зарубежных посольств в Триполи и массовую эвакуацию иностранцев.
Эпицентром событий стала столица — Триполи, в особенности Международный аэропорт и окружающие его кварталы. Группы бывших повстанцев из города Мисурата стремятся выбить формирования из Зинтана, которые правят здесь с осени 2011 года. Небо над столицей застилают черные облака от пожаров на нефтехранилищах, поврежденных в ходе ракетных обстрелов. Дежурными стали перебои со светом, подачей воды и поставками продуктов. По некоторым данным, ущерб от разрушений, обстрелов с применением танков и систем Град достиг 1,5 млрд. дол., при этом в аэропорту было повреждено не менее 20 гражданских лайнера. Число убитых в Триполи за это время превысило 220 человек и продолжает расти.
Во втором по значению городе Бенгази с переменным успехом сражаются между собой силы генерала–диссидента Хефтера и происламские отряды. Формирования Зинтана и их союзники поддержали действия генерала.
Сегодня заголовки статей в местных СМИ и социальных сетях красноречивы: «Ливийские милиции погрузили страну в хаос», «Наше горе от нас же самих», «Триполи крушат как во время нашествия Хулагу» и т.д.
Многие соглашаются, что последнее обострение по своему масштабу и ожесточенности превосходит подобные эксцессы после убийства Каддафи в октябре 2011 года. По словам ряда эвакуированных сейчас европейцев, свидетелей прошлой войны, ситуация с безопасностью в Ливии значительно хуже, чем было тогда.
Так, на КПП Ливии с Тунисом скопились толпы людей. Некоторым иностранным гражданам приходится ждать по несколько дней, чтобы перейти границу. Ежедневно ливийско-египетскую границу пересекают 4 тысяч египтян, бегущих домой.
Греция и Великобритания прислали свои суда для оказания помощи в деле эвакуации иностранцев
Красный полумесяц Ливии уже забил тревогу в связи с острой нехваткой лекарств и других медицинских материалов в больницах Триполи, Зинтана и других городов, дефицита продовольствия для населения. Он призвал оказать стране срочную помощь.
Как и раньше, неутихающее насилие пульсирует токами нестабильности в соседние страны и окружающий регион. Шесть соседних Ливии государств в июле провели встречу своих министров иностранных дел в Тунисе. Рассмотрены меры по совместной борьбе против угроз терроризма, распространения нелегального оружия, по путям умиротворения конфликтующих сторон.
В отличие от 2011 года, когда против Каддафи воевали слабо организованные повстанцы при поддержке НАТО, сегодня в ожесточенной схватке сцепились бывшие «братья по оружию» в борьбе с ливийским лидером – выходцы из Зинтана и Мисураты. Победив в войне, они наряду с другими милициями заполнили вакуум в сфере безопасности, образовавшийся после воздушно-ракетных ударов НАТО по силовым структурам Ливии.
Конкурирующие группы, возникшие по регионально-племенному признаку, почувствовали вкус к властному пирогу Ливии, крупнейшего производителя нефти в Африке с большими доходами. Их амбициозность и претензии задали тон событиям, затмевают разум и подогревают страсти сотен боевиков, которые держат руку на спусковом крючке.
Правительство, из бюджета которого оплачиваются вооруженные милиции, не в состоянии обуздать их отряды и лишь призывает к сдержанности. Оно заявило, что рассматривает возможность обратиться за помощью международных сил с целью защиты мирного населения и предотвращения хаоса.
Ситуация в Ливии все больше перекликается со сценарием Ирака. Внутренние процессы в обеих богатых нефтью странах были деформированы вмешательством извне: в первом случае воздушным со стороны НАТО, во-втором — англо-американским вторжением в 2003 году.
Так, в частности, был разрушен статус-кво, сложившийся между существующими в обеих странах общинами и этно-племенными образованиями, что спровоцировало междоусобицу и распри. За это народы указанных стран заплатили и продолжают платить высокую цену.
Ливия неминуемо превратится во "второй Афганистан" в случае иностранного военного вмешательства во внутренний конфликт, пишет в четверг ливийская онлайн-газета Albawabahnews со ссылкой на известного в стране политика и эксперта Шаабана бен Насера.
"Ливийский народ категорически против самой идеи иностранного военного вмешательства, тем более в нынешних условиях отсутствия конституции. Если же Запад решит вмешаться, он превратит Ливию в территорию терроризма, во второй Афганистан, потому что борьба с западным колониализмом охватит тогда всю страну", — сказал Насер.
Накануне новый парламент Ливии проголосовал за возможность немедленного вмешательства ООН для защиты ливийского гражданского населения.
В Ливии уже несколько месяцев идут ожесточенные столкновения правительственных сил с группировками бывших повстанцев. Под огнем в том числе оказалась столица Триполи, а также второй по величине город Бенгази. Многие страны проводят эвакуацию своих граждан из Ливии, закрываются диппредставительства, приостанавливают деятельность международные организации, сворачиваются бизнес и инвестиции.
Первая сессия спешно избранного в июне этого года нового парламента началась 4 августа в городе Тобрук в относительно спокойном регионе на крайнем востоке Ливии. Решения нового парламента вызывают неоднозначную реакцию в самой Ливии. В частности, ряд политиков осуждает принятое в нынешних условиях отсутствия стабильности решение о проведении прямых выборов президента Ливии. Такие выборы могут быть назначены уже в ближайшее время в случае утверждения процедуры выборного процесса. В числе решений депутатов также значится роспуск всех вооруженных формирований. Бывшие повстанцы в ответ лишь усилили интенсивность боевых действий.
Увеличение влияния террористических организаций грозит нефтяной промышленности на Ближнем Востоке. Об этом говорится в докладе The International Centre for Development Studies, пишет al-Arabiya.
Отсутствие безопасности в таких странах как Ирак, Ливия, Сирия, Судан и Йемен сильно бьет по нефтяной отрасли региона и угрожает экспорту на мировой рынок. Также этот фактор негативно отражается на нефтяных компаниях, их прибылях и инвестициях в проекты развития этих районов. Все это влияет на цену нефти, ведь в ее стоимости каждый раз будут повышаться расходы на страхование.
Больше всего из-за событий на Ближнем Востоке теряют такие страны как Индия и Китай. Последний в прошлом году импортировал 2,9 млн баррелей углеводородов в день, что составляет 52% всего импорта нефтепродуктов этой страны. Однако с апреля 2012 г. объем покупки нефти Китаем в таких странах как Ливия и Судан упал почти до нуля.
В незавидном положении оказалась Европа, которая с одной стороны получила российскую проблему, в частности газовую, с другой - опасается расширения кризиса на Ближнем Востоке. При данных условиях стабильность региона лежит на плечах стран Персидского залива, которые должны обеспечить стабильность цен и бесперебойные поставки. Если этого не сделать, то такие компании как ExxonMobil, Chevron и Genel Energy будут вынуждены искать более безопасные места и сосредоточивать свою деятельность там. Примером может быть Канада, которая по данным исследований, обладает гигантскими запасами нефти - около 173 млрд баррелей.
Практически все районы Триполи остались без электричества. Об этом сообщают арабские телеканалы. Что именно стало причиной перебоев в подаче электроэнергии, не уточняется.
С 13 июля в главном городе страны не стихают бои за международный аэропорт между контролирующей его "Зинтанской бригадой" и исламистскими формированиями, в авангарде которых стоят силы милиции из Мисураты. За это время в стычках уже убиты около 200 человек и сотни пострадали. В ходе столкновений на ведущей в воздушную гавань столицы трассе были повреждены и загорелись нефтехранилища с миллионами литров топлива. Пожарные уже 11 дней не могут потушить пылающие резервуары.
Кроме того, как сообщил спутниковый телеканал "Аль-Арабия", нет электроэнергии и во втором по величине городе страны Бенгази, а также расположенной в 150 км западнее от него Адждабии. По данным телеканала, в районе города Эз-Завия на побережье Средиземного моря в 50 км к западу от Триполи идут ожесточенные бои с применением тяжелых вооружений.
Ранее из-за обострения обстановки многие действующие в Ливии международные организации и диппредставительства решили временно приостановить работу, эвакуировать персонал и своих граждан. Посольства в Триполи, в частности, закрыли Евросоюз, США, Великобритания, Канада, Франция, Испания, Греция и Бразилия. 1 августа из Ливии в Тунис по соображениям безопасности были эвакуированы сотрудники дипломатических представительств России и Белоруссии. Российская дипмиссия покинула страну в полном составе.
Уехать из страны по соображениям безопасности своим гражданам рекомендовали МИД Египта, Бельгии, Великобритании, Германии, Италии, Нидерландов и Франции.
Египет уже давно является одним из самых популярных курортов мира, однако за последние пару лет его посещаемость сильно снизилась. Определенную роль в этом сыграла политическая ситуация в стране, а также соседней с Египтом Ливией. Кроме того, выгодные туры и высококлассный сервис предлагают Индия, Карибы, Таиланд, Греция, Тунис и другие страны. Однако туроператоры сообщают, что в этом году ситуация кардинально изменилась, поскольку на данный момент гостиницы Египта практически полностью заполнены, принимая рекордно большое количество гостей. Последний раз такое наблюдалось в 2011 году.
Конечно, туры в Таиланд также не остались без внимания отдыхающих, но там посещаемость осталась практически неизменной. Наплыв туристов, в том числе отечественных, в Египет эксперты связывают с окончанием священного месяца Рамадан, а также с тем, что политические волнения в стране практически полностью завершились после длительного периода беспорядков. Поэтому безопасности гостей ничего не угрожает. Цены на этом курорте также претерпели существенные изменения в сторону снижения, став более гибкими.
Это дает возможность сделать очень благоприятный прогноз для дальнейшего развития индустрии гостеприимства в этой стране. Хотя большая часть лета уже позади, на ближайшие несколько месяцев недорогие туры в Египет заказать волне реально. Причем огромным спросом пользуются горящие путевки и другие спецпредложения туроператоров. Так как свободных мест в гостиницах Египта сегодня мало, то забронировать номер самостоятельно крайне трудно, куда проще обратиться в турагентство. Особенно учитывая, что в ближайшее время специалисты прогнозируют постоянное увеличение потока приезжих.
Для этого, в частности, увеличено количество авиарейсов в страну, а в Хургаде в самом скором времени ожидается открытие нового терминала международного аэропорта. По расчетам инженеров, теперь терминал сможет обслуживать до 13 миллионов человек в год, в то время как ранее принимал не более 7,5 миллионов туристов из разных стран мира.
Таким образом, власти Египта, прикладывают максимальные усилия, для возрождения популярности страны среди поклонников пляжного отдыха и эта программа уже начала приносить свои плоды. Повышенная безопасность, гибкие расценки и улучшенный сервис – вот чем может похвастаться Египет сегодня, вновь подтверждая статус самого популярного курорта мира.
В результате попадания ракеты в жилой квартал в столице Ливии Триполи погибли 18 граждан Судана, сообщает в четверг суданское информагентство СУНА со ссылкой на официального представителя правительства страны Амра Мухаммеда Салеха.
По его словам, речь идет о "несчастном случае". "Жертвами случайного попадания ракеты в жилой квартал стали 18 граждан Судана", — сообщил Салех. При этом он не уточнил, когда именно произошел инцидент.
Несмотря на гибель граждан Судана, Хартум заявляет, что не собирается проводить эвакуацию. "Никто из находящихся в Ливии суданцев с просьбой об эвакуации в посольство Судана в Триполи не обращался, кроме того, у суданских властей нет информации об умышленной агрессии в отношении граждан Судана в Ливии", — заявил Салех.
В Ливии уже несколько месяцев идут ожесточенные столкновения правительственных сил с группировками бывших повстанцев. Под огнем, в том числе, оказалась столица Триполи, а также второй по величине город Бенгази. Многие страны проводят эвакуацию своих граждан из Ливии, закрываются диппредставительства, приостанавливают деятельность международные организации. Маргарита Кислова.
Не менее 10 тысяч египтян, бежавших от конфликта в Ливии, скопились на границе с Тунисом, сообщает в понедельник агентство Франс Пресс со ссылкой на заявление египетского министра иностранных дел Самиха Шукри, находящегося с визитом в Тунисе.
"Пока что мы эвакуировали около 2500 человек…у нас нет точной статистики, но от пяти до десяти тысяч человек все еще ожидают эвакуации", — заявил министр после встречи с премьер-министром Туниса Мехди Джомаа. Шукри не уточнил, сколько времени понадобится для эвакуации всех граждан, хотя еще в субботу Каир обещал вывозить около двух тысяч египтян по воздуху и, если будет необходимость, по морю.
Сотни египтян пытались штурмовать КПП Рас Джедир, вынудив тем самым ливийских пограничников открыть предупредительный огонь.
Власти Туниса в пятницу приняли решение закрыть границу с Ливией из-за эскалации насилия в стране. Решение о закрытии границы было принято в связи с обострением в Триполи и других регионах страны военно-политической ситуации, вызванном, в свою очередь, столкновениями между конкурирующими группировками. Ливийские власти пообещали пускать в страну только тунисцев, ливийцев, а также тех, кто сможет доказать, что им необходимо попасть домой.
Также власти Туниса заявили, что не будут открывать лагеря для арабских и азиатских работников, бежавших из Ливии, в отличие от ситуации в 2011 году. Тунис попросил власти стран организовать репатриацию своих граждан.
В Ливии после свержения режима Муаммара Каддафи в 2011 году начались столкновения между различными группировками боевиков, сформированное правительство не смогло удержать ситуацию под контролем. На минувших выходных бои в Триполи с применением артиллерии вынудили США эвакуировать весь персонал посольства в ливийской столице. Также около 700 сотрудников эвакуировала Турция. С призывом к своим гражданам покинуть территорию Ливии выступили, в частности, Великобритания, Франция, Германия, Нидерланды, Бельгия, Филиппины и Египет. По последним данным, в результате столкновений в Триполи с середины июля погибли 102 человека, ранения получили 452. В Бенгази погибли 77 человек, ранены 289.
Более 20 мигрантов погибли в результате крушения судна у берегов Ливии, сообщает в ночь на среду агентство Франс Пресс.
Самодельное судно затонуло примерно в 100 километрах к востоку от столицы Ливии Триполи. "Морской патруль в понедельник спас 22 нелегальных мигрантов, которые держались за остатки их судна", — сказал агентству полковник Айюб Кассем. Более 20 тел мигрантов были извлечены из воды.
В то же время выжившие заявляют, что на борту судна находились примерно 150 человек.
Проблема нелегальной миграции стала в последние годы чрезвычайно острой для стран Евросоюза. В 2010 году Ливия — основной перевалочный пункт на пути африканских мигрантов в ЕС — законодательно занесла нелегальную миграцию в разряд уголовных преступлений.
Именно обширная средиземноморская ливийская граница становится отправной точкой для тысяч нелегалов, ежегодно штурмующих средиземноморские европейские страны в поисках работы и лучшей жизни.
«Арабская осень»?
Леонид Маркович Исаев (р. 1987) – старший преподаватель кафедры общей политологии Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».
Марианна Вячеславовна Ожерельева (р. 1987) – ведущая радиостанции «Голос России».
Всех без исключения наблюдателей, следивших за событиями так называемой «арабской весны» 2011 года, волновал вопрос о том, насколько глубоки охватившие регион перемены. Что происходило в арабском мире: демократическое переустройство или всего лишь перегруппировка сил внутри властвующих политических элит? Дискуссия на эту тему началась вместе с протестными акциями в Тунисе: после того, как уличный торговец Мухаммед Буазизи устроил акт самосожжения, в американском журнале «Foreign Policy» появилась статья Марка Линча «“Арабская весна” Обамы?»[1]. Именно с этого момента термин, содержавший явные отсылки к европейской «весне народов» 1848 года, вошел в широкий оборот.
Времена года
Само по себе понятие «арабская весна» изначально придавало захлестнувшим арабский мир событиям конкретный смысл, ассоциируясь с исчезновением старых порядков, началом обновления и надеждами на позитивные перемены. Уход единоличных лидеров, десятилетиями правивших своими странами, и образовавшийся в результате политический вакуум, который некому было заполнить, только укрепляли всеобщее убеждение в том, что авторитарное прошлое арабских республик миновало, а общество наконец-то вступает в эпоху демократии. Однако, и это важно, в самих арабских государствах ситуация изначально оценивалась не столь однозначно. Здесь интересно сравнение, которое в 2012 году предложил профессор Иорданского университета Заид Айадат. Любой араб или гость арабского мира – заметил он – знает, что весна здесь невероятно красивый, но короткий период времени; это обстоятельство, по словам ученого, полностью применимо и к политическому термину «арабская весна», под которым надо понимать краткосрочный и преходящий период, не влекущий за собой сколько-нибудь радикальных преобразований арабских обществ[2].
Ранее не раз высказывалась мысль о том, что феномен «арабской весны» подошел к своему завершению[3]. Ее конец пришелся на смерть Муамара Каддафи и падение режима Джамахирии. Она так и не смогла свергнуть ни режим Башара аль-Асада в Сирии, ни правящий дом аль-Халифа в Бахрейне, ни окружение Али Абдаллы Салеха в Йемене, чей уход стал лишь видимостью. События в Сирии давно превратились в очередную западную кампанию по «демократизации» Ближнего Востока, подобную той, что уже имела место в Ираке. А непрекращающаяся «политическая турбулентность» в Ливии, Египте, Йемене и, в меньшей степени, в Тунисе никак не позволяет расценивать происходящие там события по-весеннему оптимистично.
Интересно, что само население арабских стран, по сути, и похоронило надежды тех, кто ждал от «арабской весны» торжества демократии в регионе. Ведь демократический опыт пришелся явно не по душе очень многим арабам. Прокатившаяся по арабским странам революционная лихорадка привела лишь к временной смене некоторых правительств. Сейчас, через три года после начала «арабской весны», народ нередко отказывается от новичков во власти, недвусмысленно заявляя о своем желании вернуться в недавнее прошлое. В свете сказанного показательно угасание протестных настроений в Алжире: это произошло во многом из-за того, что население предпочло стабильный, пусть и авторитарный, режим Абдель Азиза Бутефлики возможным переменам, дав зеленый свет четвертому сроку нынешнего президента[4].
В Египте первые сигналы, свидетельствующие о «кризисе революции», начали поступать уже на следующий год после свержения Хосни Мубарака. Так, нижняя палата парламента, избранная по результатам первых за всю современную историю страны честных выборов, прошедших в отсутствие давления со стороны власти, не успела толком приступить к выполнению своих обязанностей, как была распущена по решению Конституционного суда. Ситуация достигла точки бифуркации 30 июня, когда Высший совет вооруженных сил перечеркнул все надежды на то, что Египет пойдет по демократическому пути развития:
«Избавляясь в 2012 году от исламистской Народной ассамблеи, Высший совет вооруженных сил все-таки отдал дань политическим приличиям, проведя решение о ее роспуске через Высший совет судей; спустя год, в 2013 году, не понадобилось даже и этого: захотели и разогнали, ссылаясь на волю площади Тахрир»[5].
Египетская парадигма и йеменские подражатели
В мае 2014 года в Египте состоялись очередные президентские выборы, на которых с большим отрывом и на практически безальтернативной основе победил экс-министр обороны Абд аль-Фаттах ас-Сиси. Тем самым контрреволюция, произошедшая в стране 30 июня 2012 года и приведшая к власти силы, находившиеся у руля до 2011 года, получила свое окончательное оформление. Реконструкция политической жизни все более явственно обнаруживает выход египетского общества к той нулевой отметке, с которой, собственно, и начинались потрясения. Новая египетская власть становится все более милитаризованной и все менее демократичной. Обращает на себя внимание то, что подобные перемены инициируются не столько сверху, сколько снизу. Ас-Сиси стал олицетворением новейших чаяний египетского народа. Проголосовав за него, египтяне не просто выбрали себе очередного президента, вышедшего из военной среды; они продемонстрировали стремление вернуться назад, во времена Мубарака, предпочли «стабильность» (ту самую, от которой тремя годами ранее побоялись отказываться алжирцы) демократическим преобразованиям. В лице ас-Сиси народ хотел бы обрести нового Насера, человека, способного «железной рукой» навести порядок, сильного лидера, сосредоточившего в своих руках всю полноту власти.
Причем египетский контрреволюционный прецедент, когда силы, отстраненные от власти в 2011 году, вновь вернулись к управлению страной, из единичного случая грозит превратиться в правило. В ходе последовательного, друг за другом, крушения авторитарных режимов (Тунис, Египет, Йемен и так далее) арабское общество продемонстрировало приверженность своеобразному «принципу домино». Решаясь выйти с протестными акциями на улицы собственных городов, граждане той или иной страны неизменно оглядывались на то, что происходит у соседей. Ярким примером подобной преемственности в поведенческих моделях можно считать Йемен, который традиционно зависим от событий, происходящих в Египте. Так, в начале 2012 года, когда Салех уже ушел, йеменская оппозиция мотивировала свой отказ покидать улицы тем, что образовавшийся вакуум могут заполнить исламисты, – подобно тому, как это происходило в тот момент в Египте.
Отчасти так оно и получилось: власть в стране частично перешла в руки семейства аль-Ахмаров, возглавляющего наиболее влиятельную племенную конфедерацию Хашид, а его основными союзниками стали исламистская партия «Аль-Ислах» и йеменские «братья-мусульмане», поднявшиеся на волне успеха своих идейных вдохновителей в Египте. Сторонником аль-Ахмаров оказался и временный президент страны Абд Раббо Мансур Хади, отличительной чертой которого всегда являлось отсутствие политических амбиций, за что в свое время он удостоился неофициального прозвища «молчаливого» вице-президента. Однако удача сопутствовала могущественному семейству лишь до тех пор, пока «братья-мусульмане» находились у власти в Египте; свержение же Мухаммеда Мурси и последующая межарабская изоляция ассоциации и ее зарубежных ячеек резко подорвали позиции временного йеменского руководства, установив в стране фактическое двоевластие.
На сегодняшний день основные политические силы в Йемене сосредоточились вокруг двух противоборствующих лагерей – Всеобщего народного конгресса (ВНК), главой которого является смещенный в ходе «арабской весны» экс-президент страны Али Абдалла Салех, и уже упомянутого клана аль-Ахмаров во главе с Садыком аль-Ахмаром. За минувшие три года эти две силы притянули к себе остальных политических акторов Йемена: вокруг аль-Ахмаров сплотились партия «Аль-Ислах» и «братья-мусульмане», в то время как Всеобщий народный конгресс поддержали партии БААС, «Союз народных сил» и движение «Ансар Аллах». При этом подавляющее большинство членов временного парламента – Палаты представителей – до сих пор составляют депутаты от ВНК (58% мест), включая и спикера. Это объясняется тем, что Палата представителей Йемена до сих пор функционирует на основе результатов парламентских выборов 2003 года; с того времени выборы в законодательный орган власти неоднократно откладывались под предлогом нехватки средств на проведение избирательной кампании. Разделенным оказался и кабинет министров Йемена. Ключевые финансовые посты занимают представители ВНК, в то время как портфели руководителей силовых структур достались аль-Ахмарам. Впрочем, в силу местной специфики престиж «силовиков» не слишком велик, поскольку, скажем, пост министра обороны страны отнюдь не обеспечивает контроля над йеменской армией (так, кстати, было и при Салехе), а является лишь административной должностью.
После прихода Мансура Хади на пост временного президента была ликвидирована традиционная для Йемена нарезка военных округов, что привело к фактическому исчезновению национальной армии. Кроме того, была распущена Республиканская гвардия, которую возглавлял сын Али Абдаллы Салеха; она превратилась в войска резервного назначения. В общей сложности военные реформы последнего времени привели к тому, что в Йемене вокруг каждой политической силы сложилась своя военизированная группировка. Интересно, что при таком раскладе наиболее боеспособной оказалась армия хуситов – группировки шиитов-зейдитов, населяющей северные районы Йемена и получившей свое название в честь ее лидера Хуссейна Бадр ад-Дина аль-Хуси, убитого в 2004 году. За последнее время им удалось одержать целый ряд крупных военных побед и заметно расширить подконтрольные территории. Формирования хуситов остановились лишь в нескольких километрах к северу от столицы Саны, предварительно захватив резиденцию главы племенной конфедерации Хашид – Садыка аль-Ахмара. О военной мощи хуситов свидетельствует, в частности, неспособность Саудовской Аравии вернуть себе захваченные приграничные территории, остающиеся под контролем их организации «Ансар Аллах».
Единственной силой, способной составить конкуренцию хуситам в военном плане, является сам бывший президент Салех, армия которого состоит из оставшихся верными ему отрядов распущенной Республиканской гвардии. Правительственные войска, лояльные аль-Ахмарам, неоднократно пытались арестовать экс-президента, однако ни одна из этих попыток не увенчалась успехом. Что касается самих аль-Ахмаров, то их военным крылом, по сути, является de jureрасформированная, но de facto по-прежнему существующая первая бронетанковая дивизия во главе с генералом Али Мохсеном, повышенным в должности до советника временного президента.
Однако наибольший интерес представляет негласный союз Салеха с хуситами, еще несколько лет назад казавшийся немыслимым. Напомним, что в годы правления прежнего президента север Йемена считался самым небезопасным регионом в стране. Вражда между Салехом и хуситами имела давние корни, а сам президент в ходе своего правления шесть раз воевал против «Ансар Аллах». Но на сегодняшний день эти две политические силы оказались по одну сторону баррикад, выступив серьезным противовесом для действующей власти в лице аль-Ахмаров. В свою очередь для самого Салеха подобный шаг кажется весьма выгодным с политической точки зрения: лидеры хуситов не планируют всерьез бороться за пост президента Йемена, но при этом они способны обеспечить серьезную поддержку кандидату ВНК, как политическую, так и военную. Салеху, однако, пришлось пойти на уступки новым партнерам, признав ошибочность прежних военных действий в отношении хуситов и гарантировав им политическое представительство в новом правительстве и парламенте.
При этом действующая послереволюционная власть, ассоциируемая с аль-Ахмарами, существенно ослабила свои позиции прежде всего в связи с планируемой федерализацией государства. Из трех вариантов, рассматриваемых Комиссией по национальному примирению, за основу был принят проект, предусматривающий создание шести округов. При этом сама «нарезка» вызвала бурное неодобрение. Так, южане выступили против разделения юга страны на две провинции, настаивая на неделимости Южного Йемена как единого субъекта будущей федерации. Хуситам достался район, не имеющий выхода к морю и не обладающий никакими природными ресурсами, что вынудило их военным путем захватывать прилегающие территории. При этом причиной своих проблем они считают аль-Ахмаров, пытающихся сохранить контроль над наиболее богатыми территориями.
Такая диспозиция предопределила очередную отсрочку референдума по конституции, а также откладывание президентских и парламентских выборов. На сегодняшний день сохраняются две конституционные проблемы, которые не удается урегулировать: помимо очертаний будущих субъектов федерации, это еще и требования к кандидату на пост президента. В последнем случае камнем преткновения стало внесенное аль-Ахмарами предложение на десять лет запретить выдвижение на президентский пост лицам, ранее занимавшим военные должности. Очевидно, что жертвой данного требования станет прежде всего Ахмед Салех, сын бывшего президента и главный претендент на высший государственный пост.
Прошлое как будущее
Еще одной причиной, откладывающей проведение выборов, является отсутствие у клана аль-Ахмаров кандидатов, способных победить в предвыборной гонке. Из-за полной неразвитости институтов партийного представительства и оппозиции в аравийском государстве до сих пор нет политической силы, способной заполнить политический вакуум, вызванный уходом Салеха. Аналогичная картина наблюдалась и в других арабских странах, где «арабская весна» привела к смене режимов. Неслучайно в том же Египте место Национал-демократической партии Мубарака заняли «братья-мусульмане», за свою вековую историю накопившие огромный опыт политической борьбы. Прочие же оппозиционные силы, которым пришлось развиваться под гнетом авторитарной власти, просто не успели повзрослеть. В Йемене получилось то же самое, но с оговорками: правящая партия в лице Всеобщего народного конгресса здесь продолжает свое существование, причем располагая большинством в Палате представителей, а Салех, в отличие от Мубарака, остается пусть и не президентом республики, но руководителем правящей партии, продолжая оказывать существенное влияние на ситуацию в стране. Многие до сих пор считают его реальным хозяином страны, а лояльные СМИ продолжают именовать его «президентом», не уточняя, идет ли речь обо всем государстве или только о ВНК. Несмотря на то, что на ближайшие выборы сам Али Абдалла Салех уже не пойдет, на сегодня только он способен обеспечить претенденту на победу необходимую электоральную поддержку. У других партий, которые откровенно слабы, авторитетных и узнаваемых лидеров просто нет.
Для аль-Ахмаров ситуация осложняется и тем, что, вступив в альянс с «братьями-мусульманами» на волне их египетских успехов 2012 года, сегодня они несут издержки. Это произошло из-за конфликта между Саудовской Аравией и Катаром: находясь под опекой Катара, аль-Ахмары и йеменские «братья-мусульмане» оказались в положении, аналогичном положению их египетских единомышленников. Это означает, что они тоже попали в международную опалу, а большинство арабских государств не хотят иметь с ними никаких дел. Учитывая сказанное, не исключено, что Саудовская Аравия – ключевой внешний игрок в йеменской внутренней политике – сделает ставку именно на ВНК, а не на аль-Ахмаров, сотрудничающих с исламистами, ячейки которых угрожают стабильности и самого саудовского королевства. Конечно, союз Салеха с хуситами также не очень радует саудовскую верхушку, но все же он кажется меньшим злом, чем исламисты: последние угрожают самому правлению ас-Саудов, в то время как первые лишь частично покушаются на их позиции в Йемене.
Все сказанное свидетельствует о том, что Йемен с большой долей вероятности может пойти по пути Египта и провести свою контрреволюцию, причем даже бескровную. На ближайших президентских выборах к власти в стране может вернуться прежняя политическая элита, представленная окружением экс-президента Салеха. Очевидно, что нынешняя власть в Сане себя сильно дискредитировала и не может вывести страну из политического и социально-экономического кризиса, а население демонстрирует все большее желание вернуться к прежним методам управления государством, практиковавшимся при Салехе. И это не случайно: и в Египте, и в Йемене силы, пришедшие к власти после революционных событий 2011 года, оказались у руля впервые, сразу же допустив ряд фатальных ошибок политического характера. Так, египетские «братья-мусульмане», впав в головокружение от успехов, вызванное победой на двух референдумах, парламентских и президентских выборах, отказались идти на соглашение с прочими политическими силами. Тем самым «братья» всего за год своего правления настроили против себя практически все главные политические силы страны, что и предопределило их падение.
Столь же самонадеянно повели себя и аль-Ахмары, что подтверждается их бескомпромиссностью в отношении федерализации государства. Это заставило многие политические силы, поддержавшие их на заре «арабской весны», перейти в оппозицию. Уместно заметить, что при обсуждении таких конфликтных вопросов, как федерализация Йемена, Салех изначально отдавал пальму первенства своим оппонентам, делая их тем самым единственными ответственными за неудачи. Выжидательная политика Всеобщего народного конгресса принесла свои плоды: все больше политических сил в Йемене, включая социалистов, БААС и другие партии, склоняются к тому, что в противостоянии ВНК и аль-Ахмаров бывший президент выступает меньшим злом. Кроме того, силы Салеха в последнее время зарекомендовали себя в качестве стороны, с которой можно договариваться и которая способна идти на уступки партнерам.
* * *
«Арабская весна», будучи явлением мимолетным, покинула регион так же стремительно, как и пришла в него. Достаточно быстро время надежд и ожиданий арабов сменилось сначала разочарованием, а потом и вовсе тоской по прежней стабильности. Примечательно, что само слово «стабильность» в современном арабском мире звучит все чаще, отражая чаяния все большей части населения региона. На Ближнем Востоке, похоже, наступила «арабская осень» – время опустошения, когда арабам приходится потуже затягивать пояса в ожидании нового туристического сезона. Так ведь оно и выходит: бюджеты арабских республик за годы потрясений опустели, страны, еще три года тому назад демонстрировавшие динамичное развитие[6], погрязли в долгах, а население ждет масса непопулярных, но неизбежных социально-экономических реформ. Метаморфозы политической власти в арабских странах продолжаются, весну сменила осень, и арабский мир открыл новую страницу своей истории.
[1] См.: Lynch M. Obama’s ‘Arab Spring’? // Foreign Policy. 2011. January 6 (http://mideast.foreignpolicy.com/posts/2011/01/06/obamas_arab_spring).
[2] См.: Eyadat Z. The Arab Revolutions of 2011: Revolutions of Dignity // Calleya S., Wohlfeld M. (Eds.). Change and Opportunities in the Emerging Mediterranean. Malta: MEDAC, 2012. P. 3–19.
[3] См., например: Исаев Л.М. Сирийский тупик: «арабская весна» завершилась?// Неприкосновенный запас. 2012. № 2(82). С. 233–241.
[4] Подробнее об этом см.: Он же. Рецепты «алжирской весны» // Неприкосновенный запас. 2013. № 1(87). С. 204–212.
[5] Он же. Генералы ушли, генералы вернулись: египетской революции три года // Неприкосновенный запас. 2014. № 1(93). С. 124.
[6] См.: Коротаев А.В., Зинькина Ю.В. Египетская революция 2011 года: структурно-демографический анализ // Азия и Африка сегодня. 2011. № 6. С. 10–16; № 7. С. 15–21.
Опубликовано в журнале:
«Неприкосновенный запас» 2014, №3(95)
Исламистские боевики во вторник после ожесточенных боев с правительственными силами захватили крупную военную базу в городе Бенгази, передает агентство Рейтер.
"Мы оставили нашу базу после массированного обстрела", — сообщил агентству офицер из подразделения армейского спецназа Фадель аль-Хасси (Fadel Al-Hassi). Он подтвердил, что после этого объект заняли боевики из коалиции различных исламистских группировок.
Ранее сообщалось, что во вторник в результате боев между проправительственными силами и исламистами в Бенгази погибли не менее 30 человек.
В последние месяцы в Ливии произошел обвал в системе безопасности. В стране на фоне ослабления центральной власти активизировались исламские боевики и группировки бывших повстанцев, имеющие в ряде районов абсолютное влияние на местное население и устанавливающие собственные законы. В их распоряжении находится большой арсенал оружия, захваченный во время боевых действий с войсками Муаммара Каддафи в 2011 году.
По меньшей мере 30 человек погибли и десятки пострадали в результате боев между проправительственными силами и исламистами во втором по величине городе Бенгази на востоке Ливии, сообщает во вторник спутниковый телеканал "Аль-Джазира" со ссылкой на медицинские источники.
По имеющейся информации, бой с применением авиации и ракетных установок продолжается в Бенгази с минувшей ночи.
В последние месяцы в Ливии произошел обвал в системе безопасности. В стране на фоне ослабления центральной власти активизировались исламские боевики и группировки бывших повстанцев, имеющие в ряде районов абсолютное влияние на местное население и устанавливающие собственные законы. В их распоряжении находится большой арсенал оружия, захваченный во время боевых действий с войсками Муаммара Каддафи в 2011 году.
Ряд стран в минувшее воскресенье призвали своих граждан из соображений безопасности покинуть Ливию. Маргарита Кислова.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter