Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

МИР НА РЕМОНТЕ

РИЧАРД ХААС

Президент Совета по международным отношениям.

ПЕРВОСТЕПЕННАЯ ЗАДАЧА И ОГРАНИЧЕНИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ПОСЛЕ ТРАМПА

И Соединённым Штатам, и миру нанесён серьёзный ущерб. Это результат пандемии и четырёх лет внешней политики США, нацеленной на разрушение устоявшихся институтов. Администрация Трампа успела подорвать репутацию страны, порвать с важными организациям и навредить взаимоотношениям, которые кропотливо выстраивались три четверти века. С чего начать Байдену?

Успешному кандидату на пост президента Соединённых Штатов Америки предстоит принять множество решений. Он должен выбрать своего вице-президента, членов кабинета, а также написать текст речи по случаю вступления в должность (говорю «он» лишь потому, что американцам ещё предстоит выбрать женщину на эту высокую должность). Он также может решить, какие издать приказы, в какую страну совершить первую поездку в ранге президента и кого пригласить в Соединённые Штаты. Приходящий президент не может выбрать лишь одно: ждущих его проблем.

Когда только что избранный президентом США Джо Байден впервые войдёт в Овальный кабинет, его будут ожидать безотлагательные вопросы, и иначе как устрашающей эту повестку не назовешь. В ней будет великое множество внутренних и внешних вызовов, требующих внимания. Вопрос о том, что следует делать и в какой последовательности, неизбежен, поскольку у президентов ограничено время и ресурсы. Приходится расставлять приоритеты в соответствии с оценкой их срочности, возможностями и реалиями.

Еврейское понятие тиккун олам означает «исправлять мир». Это закон жизни для людей – ответственность всех и каждого из нас чинить тот «сломанный» мир, в котором мы живем, пытаться сделать его лучше, работать над повышением благосостояния других, а не только своего собственного. Однако тиккун олам также подразумевает закон управления жизнью. Наш мир отчаянно нуждается в ремонте. Это процесс, требующий времени и неизбежно приводящий к разным результатам. Нужно иметь в виду, что ремонт отличается от строительства. Ремонт означает починку сломанных механизмов, их отладку, а строительство – создание чего-то нового, будь то лучшее выполнение имеющихся задач или в некоторых случаях – достижение новых целей. Ремонт должен определять суть и содержание первых шести-девяти месяцев внешней политики администрации Байдена. Лишь после этого у неё появится возможность, а в некоторых областях и необходимость что-то строить.

Переполненный почтовый ящик

Внутриполитические условия вряд ли могут быть хуже. Ко дню инаугурации пандемия COVID-19, вероятно, унесёт в США 300 тысяч жизней; каждый день, начиная с сегодняшнего и до дня инаугурации почти наверняка будут выявлять 100 тысяч новых случаев заболевания и сообщать о более 1000 летальных исходов. Безработица ожидается в диапазоне 6–7 процентов. Миллионы американцев не смогут выплачивать арендную плату или ипотеку.

Внутриполитические вызовы, стоящие перед страной, выходят далеко за пределы физического и экономического здоровья. США – разделённая страна. Более 70 миллионов американцев проголосовали за Дональда Трампа, и многие из них поверят его деструктивным речам о том, что выборы куплены, а Байден – нелегитимный президент. Американское общество будет расколото по вопросам финансового и расового неравенства, доступа к образованию. Две партии (не являющиеся монолитными внутри) стоят на радикально противоположных полюсах по политическим вопросам – от налогообложения до реформы полиции и здравоохранения. Правительство может быть также расколотым, потому что у республиканцев есть неплохие шансы сохранить контроль над Сенатом, а контроль демократов над Палатой представителей уменьшится. Хотя внутриполитические вызовы будут закономерно поглощать большой процент времени и ресурсов Байдена, внешний мир не станет терпеливо ждать, пока его администрация разгребет завалы дома. Напротив, мировая повестка ошеломляет ничуть не меньше.

Отчасти это объясняется политикой Трампа. В некоторых областях его администрация заняла правильную позицию: она жёстко критиковала Китай за его практику в мировой торговле и вводила против него санкции, начала поставки летательного оружия Украине, заключила новую торговую сделку с Канадой и Мексикой, выступила посредником в деле нормализации отношений между Израилем и несколькими арабскими странами. Однако заняла неверную позицию по многим другим вопросам: подорвала альянсы, служившие прочным основанием стабильности в мире 75 лет (что в свою очередь вызвало вопросы по поводу надёжности США как в стане друзей, так и в стане врагов), вышла из международных соглашений и организаций, не предложив взамен ничего лучшего, подстраивалась под авторитарных руководителей Китая, Северной Кореи, России и Турции, фактически ничего не получая взамен. Частое нарушение Трампом демократических норм и политических принципов – например, разлучение детей мигрантов с их родителями и запрет на поездки во многие страны с мусульманским большинством – также во многом подорвали привлекательность Америки в мире.

Однако обвинять предшественника во всех или даже большинстве мировых вызовов, с которыми столкнётся Байден, – значит превратно толковать историю. Многие из этих проблем возникли задолго до Трампа, и они надолго останутся в мировой повестке после того, как он покинет Овальный кабинет: усиливающийся и более самонадеянный Китай; Россия, готовая применять военную силу и делать манёвры в киберпространстве для продвижения своих целей; растущие ядерные возможности и усовершенствованные баллистические ракеты Северной Кореи. Иран остаётся привержен имперской стратегии на неспокойном Ближнем Востоке; изменение климата продолжается; в большей части развивающегося мира мы видим слабые и неэффективные правительства, а кризису с беженцами не видно конца.

Проблемы не будут решены лишь за счёт исправления того, что сделал Трамп, или выполнения тех обязательств, которые он отказался выполнять.

Расстановка приоритетов

К ремонту нужно приступать с той сферы, которая не всегда считается вопросом государственной безопасности: со здравоохранения. Администрация должна начать со сдерживания распространения эпидемии COVID-19 в США. Поступление лекарств и вакцин, по всей очевидности, поможет новому правительству, которое, впрочем, не способно контролировать время разработки вакцины и её эффективность. Однако новая администрация имеет все средства, чтобы сделать национальным приоритетом создание пунктов оказания первой медицинской помощи и проведения быстрых, точных, недорогих и удобных тестов на COVID-19, стимулировать социально ответственное поведение – прежде всего, это касается ношения масок в общественных местах. Прогресс в сдерживании пандемии важен для оживления экономики, восстановления репутации США как компетентной страны. В этом случае у новой администрации появятся ресурсы для решения других внутренних и внешних проблем. Расширение медицинской визуализации, стабилизация состояния больных – то есть нас самих и нашего общества – важно для всех областей.

Администрация Байдена могла бы снова присоединиться к Всемирной организации здравоохранения (что она и планирует осуществить вскоре после инаугурации президента), и ей следует это сделать – не потому, что у этой организации нет изъянов, а как раз потому, что они есть. ВОЗ, наделённой новыми полномочиями, нужно покончить с пандемией и подготовиться к неизбежным вспышкам заболеваний в будущем, а также заняться незаразными болезнями, такими как рак, диабет и сердечнососудистые заболевания (которые остаются главной причиной смертности в мире). Для этого Соединённым Штатам придётся вместе с партнёрами – единомышленниками внутри ВОЗ работать над её реформированием, чтобы во время будущих вспышек ни одна страна не могла подавлять расследования или оказывать давление на эту организацию, вынуждая её менять свои рекомендации, как это сделал Китай в начальные недели пандемии. Однако большая часть этой работы будет проделана во время организационного строительства; для начала надо снова вступить в ВОЗ и помочь ей сделать всё возможное для сдерживания нынешней пандемии.

Соединённым Штатам также следует присоединиться к усилиям мирового сообщества по разработке, производству, финансированию, распределению вакцин и фактическому вакцинированию. Это участие будет гарантировать, что США смогут также получить пользу от вакцин, появляющихся в других странах. А если они поделятся с другими государствами вакцинами, разработанными в Америке, это внесёт большой вклад в восстановление позиций Америки в мире, а также ускорит восстановление экономики других стран и здоровья их населения, что будет большим благом для восстановления самих США и стабильности во всём мире. Подобными делами Америка в буквальном смысле поможет «починить» мир.

Как восстановить дружбу

Вторым приоритетом в деле «ремонта» международных отношений должны быть альянсы – значительное структурное преимущество внешней политики США. Альянсы и партнёрства позволяют объединять ресурсы, чтобы справляться с местными угрозами безопасности и глобальными вызовами. Однако в последние годы большинство союзников утратили доверие к Соединённым Штатам вследствие их нежелания вести борьбу с неприятелями, а также их скупости в поддержке друзей (наряду с внутриполитическими недостатками страны). Немедленная демонстрация нового совещательного и заинтересованного подхода к альянсам просигнализировало бы о появлении нового шерифа в городе, готового к сотрудничеству с союзниками по всему спектру международных проблем. Восстановленные альянсы обеспечили бы более прочное основание для того, что США намереваются сделать в мире.

Помимо проведения честных консультаций, администрация Байдена может с самого начала предпринять значимые шаги, демонстрирующие её приверженность интересам союзников. Она может немедленно прекратить непродуманный вывод военного контингента из Германии и разрешить разногласия с Южной Кореей по поводу финансовой поддержки расквартированных на её территории американских войск. Ей нужно пересмотреть соглашение с «Талибаном» (запрещено в России – прим. ред.) по выводу войск США с территории Афганистана; сокращение численности воинского контингента в будущем следует увязать с поведением «Талибана» и имеющимися возможностями вкупе с долгосрочными обязательствами по предоставлению военно-экономической помощи местному правительству. Новая администрация также может совместно с Францией, Германией и Великобританией выработать новую политику в отношении Ирана – пообещать присоединиться к Совместному всеобъемлющему плану действий 2015 г. на условии, что Иран откажется от всего выходящего за рамки сделки и что союзники США будут работать вместе с Вашингтоном в предстоящие месяцы и годы, чтобы разработать новый механизм на более длительный срок, чем предусмотрено нынешней договорённостью (срок действия некоторых положений в сфере ядерных материалов истечёт в течение следующих пяти лет). А в Азии администрация Байдена может немедленно начать консультации с Южной Кореей и Японией для выработки наилучшего подхода к Северной Корее, при котором любое ослабление санкций будет обусловлено сдержанным поведением Северной Кореи в конкретных областях.

Администрация может подчеркнуть, что снова берёт на вооружение многосторонний подход и присоединяется к международным соглашениям и организациям – не как одолжение другим странам, а потому, что это в интересах самих США. Помимо ВОЗ, ещё один очевидный шаг – возвращение в Парижское соглашение о климате (к которому Байден, по его словам, также планирует заново присоединиться). Это был бы правильный символический шаг, который окажет большое влияние, хотя для реальных сдвигов в деле недопущения дальнейшего потепления климата потребуются последующие соглашения и другие аспекты всеобъемлющей и честолюбивой политики в этой области. Всем понятно, что добровольные обязательства, взятые странами в рамках Парижского соглашения, даже близко не решат задачу борьбы с изменением климата. Аналогичным образом администрация может быстро продвинуться в переговорах о перезаключении скоро истекающего договора СНВ с Москвой о контроле над вооружениями. С другой стороны, потребуется намного больше времени для разработки всеобъемлющего подхода к России. Ведь нужно разрешить такие проблемы, как вмешательство Москвы во внутренние дела США, применение силы на Ближнем Востоке и в Европе, а также репрессии против видных деятелей оппозиции, включая Алексея Навального, внутри России.

Потребуется также немало времени, чтобы выработать всеобъемлющую политику в отношении Китая, которая учитывала бы все аспекты – от торговли и передачи технологий до прав человека и стратегической озабоченности ситуацией в Южно-Китайском море, Тайване, а также растущей самоуверенностью Китая в его поведении и взаимоотношениях соседними странами.

Однако в ближайшей перспективе новая администрация может предпринять два важных шага. Ей следует дать ясно понять, что эта новая политика будет разрабатываться в тесном взаимодействии с союзниками в Азии и Европе. В этом случае удастся обеспечить её более широкую поддержку, и шансы на её успех резко возрастут. Новая администрация может послать сигнал о готовности к серьёзному, стратегическому диалогу с Пекином для определения сфер потенциального сотрудничества (например, по Северной Корее и изменению климата) и ограничения областей неизбежных разногласий (или, что, наверно, более реалистично – для недопущения того, чтобы эти разногласия обострились и привели к конфронтации).

Всему своё время

Та же последовательность – сначала время для ремонта и только потом для строительства – будет актуальной для многих других вопросов в повестке новой администрации. Несколько месяцев уйдёт на то, чтобы утвердить новую команду, которая займётся государственной безопасностью, восстановить дисциплинированный подход к проведению политики, а также завершить начальный анализ межведомственного взаимодействия. Понадобится время для проведения консультаций с конгрессменами из обеих партий, чтобы найти общие точки соприкосновения. При нынешней и предыдущей администрации слишком часто внешняя политика США проводилась исключительно исполнительной ветвью власти, поэтому её было слишком легко пересмотреть, и это не раз дискредитировало США, поскольку говорило об их непоследовательности и ненадёжности.

Например, можно достичь консенсуса, как лучше противодействовать Китаю и России, и даже по таким решениям, как – нужно ли присоединяться к Всеобъемлющему и прогрессивному соглашению о Транстихоокеанском партнёрстве и на каких условиях. Ведь у этого соглашения имеется потенциал продвигать одновременно стратегические, экономические и климатические цели США. Можно представить себе инициативы по перестройке Всемирной торговой организации, воссозданию и модернизации внешнеполитической службы. Можно добиться принятия базовых международных правил использования киберпространства, содействовать переменам в Венесуэле и Сирии, конкурировать с китайской инициативой «Пояс и Путь», выдвинуть альтернативы китайской 5G, усилить НАТО, помочь в достижении дипломатического прогресса на переговорах Израиля с палестинцами и найти решение многих других вопросов. Аргумент не в том, что эти и другие усилия и инициативы новой администрации могут быть не слишком многообещающими, а в том, что все они потребуют времени для развёртывания, а пока акцент нужно сделать на исправлении того, что было нарушено или испорчено.

И Соединённым Штатам, и миру нанесён серьёзный ущерб. Это результат пандемии и четырёх лет внешней политики США, нацеленной на разрушение устоявшихся институтов. Хотя разрушение само по себе не может быть хорошим или плохим, администрация Трампа успела подорвать репутацию страны, порвать с важными организациям и навредить взаимоотношениям, которые кропотливо выстраивались три четверти века. Президентская кампания показала, что американцев не особенно занимают глобальные проблемы; это вводит определённые ограничения, но вместе с тем создаёт возможности для новой администрации, особенно в сфере дипломатии. Чтобы реализовать возможности строительства, администрации для начала необходимо безотлагательно завершить ремонт – внутри страны и в остальном мире.

США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 16 ноября 2020 > № 3564073 Ричард Хаас

У тактики в горах – своя специфика

201-я российская военная база в Таджикистане подтвердила высокий уровень боевой готовности.

Комплексная комиссия штаба ЦВО провела итоговую проверку 201-й военной базы. На полигонах Ляур и Самбули с целью определения истинного уровня тактической и огневой подготовки при ведении всех видов боя в горах с применением армейской и беспилотной авиации были проэкзаменованы мотострелковые и танковые подразделения, формирования боевого и тылового обеспечения. В целом боевая и мобилизационная подготовка базы получила высокую оценку. О том, какие меры были приняты командованием для поддержания высокого уровня боевой готовности соединения в 2020 учебном году, рассказывает врио командира 201-й военной базы полковник Евгений Охрименко.

– Евгений Юрьевич, итоговая проверка носила комплексный характер – к испытаниям на профпригодность был привлечён личный состав всех подразделений согласно штатному расписанию…

– Проверяющие скидок не делали ни для кого. Так, жёсткой проверке были подвергнуты в первую очередь подразделения, которые в прошлые годы не раз подтверждали почётные наименования ударных: это 3-я танковая рота танкового батальона, 1-я реактивная батарея на БМ-21 «Град», рота связи командных пунктов батальона управления, рота радиа­ционной, химической и биологической защиты. Особое внимание инспектирующие уделили подготовке водителей боевых машин пехоты БПМ-2, бронетранспортёров БТР-82А, систем залпового огня «Град» и «Ураган», механиков-водителей танков Т-72 и самоходных артиллерийских гаубиц «Акация» и «Гвоздика» по управлению вверенной техникой в условиях горных серпантинов и бездорожья.

Большую нагрузку пришлось выдержать в ходе итоговой проверки и подразделениям инженерного и материально-технического обеспечения, которые в полевых условиях выполнили задачи по развёртыванию фортификационных сооружений и укреплению опорных пунктов мотострелковых, танковых и артиллерийских подразделений, а также по оборудованию района подвоза боеприпасов и заправки ГСМ.

С подразделениями по противодействию терроризму в военных городках Душанбе и Бохтар были проведены специальные учения с целью проверки их готовности к отражению внезапных нападений условных НВФ на российские военные объекты.

Всего к проверке было привлечено около тысячи военно­служащих.

– Ваше соединение с особым статусом, на которое возложено выполнение ответственной миротворческой миссии в составе Коллективных сил быстрого развёртывания ОДКБ в Таджикистане…

– Да, наше прославленное Гатчинское соединение уже не одно десятилетие стоит на страже самых южных рубежей СНГ. В чём и состоит специфика службы здесь российских военнослужащих. Высокое предназначение полпреда России как миротворца в дружественной стране является для каждого из нас важным мотивационным фактором. Поэтому процесс боевого совершенствования подразделений, повышения уровня методической подготовки, профессиональных качеств офицеров штаба, командиров всех степеней в соединении организован с учётом текущей внутриполитической ситуации и оперативно-тактической обстановки в республике. В условиях прохождения службы за пределами России для командования очень важно добиться единого понимания всеми военнослужащими тех задач, которые возложены на Коллективные силы быстрого развёртывания ОДКБ в Центрально-Азиатском регионе.

А тем индикатором, который выверяет преданность солдата, сержанта, прапорщика и офицера военной присяге и долгу защитника интересов Родины на южных рубежах Содружества, являются результаты при практическом выполнении поставленных задач. А результаты по итогам учебного года достигнуты высокие.

– Высокий результат, достигнутый 201-й базой в ходе итоговой проверки, закономерен. Его фундамент был заложен успешным выполнением задач зимнего периода обучения. А в чём заключалась особенность боевой учёбы летом текущего года?

– Конечно, свои коррективы в ранее начертанные планы боевой подготовки на лето не могла не внести непростая эпидемиологическая обстановка в регионе, связанная с коронавирусом, что отразилось на организации повседневной служебной деятельности в военных городках в Душанбе и Бохтаре, а также на полигонах. В целях недопущения случаев заражения коронавирусной инфекцией проведение занятий, тренировок и учений было организовано в строгом соответствии с указаниями Главного военно-медицинского управления Минобороны России по профилактике коронавируса.

Впрочем, карантинные мероприятия не стали тормозом для динамично развивающегося процесса боевой учёбы. С учётом соблюдения ограничительных мер, связанных с предохранением от заражения личного состава COVID-19, все плановые занятия на боевой подготовке были выполнены полностью, без срывов и переносов.

При этом первостепенное внимание было обращено на подготовку органа управления. Так, в течение учебного года в 201-й военной базе было проведено семь командно-штабных тренировок.

В целом задача по поддержанию высокого уровня подготовки органа управления военной базы была выполнена, все цели в ходе КШУ достигнуты. Особое внимание командованием и штабом соединения уделялось отработке вопросов организации планирования и управления, взаимодействия подразделений разного предназначения и всестороннего боевого и материально-технического обес­печения. При этом хочу отметить высокие деловые и профессиональные качества заместителя командира военной базы по вооружению полковника Александра Щербака, начальника службы РЭБ майора Павла Филимонова, проявленные ими при организации практического применения оружия и технических средств боевыми подразделениями в полевых условиях.

В системе командирской подготовки в этом учебном году в нашем соединении упор был сделан на повышение у офицеров практических навыков управления подчинёнными подразделениями при проведении операций по локализации возможного вооружённого конфликта, который мог бы быть развязан НВФ, то есть применительно к тактическим задачам, стоящим перед военной базой. При проведении занятий в системе командирской подготовки наиболее близкой и важной для каждого офицера штаба, для любого командира подразделения остаётся тема обучения личного состава тактике ведения боя как искусству. Сегодня отмечается высокая мотивация командного состава учиться применять в бою смелые нестандартные решения, приёмы военной хитрости, например по введению в заблуждение противника, а также апробировать новые тактические способы выполнения боевых задач. И такие приёмы, как тактика «кочующих миномётов», «танковая карусель» и другие, получили своё применение в ходе двусторонних тактических учений летом текущего года.

В практике подготовки подразделений, укомплектованных военнослужащими по контракту, в нашем соединении получил распространение и принцип построения обучения по так называемым модулям как совокупности занятий по различным предметам (учений, упражнений, стрельб, вождений, сдачи нормативов), обеспечивающим всестороннюю подготовку солдата. Например, принципы обучения по модулям «Наступление», «Оборона», «Марш» и другим видам боя хорошо себя зарекомендовали на практике при проведении полевых занятий с личным составом мотострелковых и танковых подразделений.

В 2020 учебном году все мероприятия по полевой выучке осуществлялись в рамках комплексного обучения взводов, рот и батальонов в ходе учений в горах совместно с приданными и обеспечивающими подразделениями. Увеличили мы в летнем периоде обучения и количество двусторонних ротных тактических учений. При этом возросло число полученных подразделениями в ходе РТУ хороших и отличных оценок.

В целях совершенствования огневой подготовки войск в этом году с мотострелками и разведчиками было проведено более 200 боевых стрельб в составе отделений, а с экипажами Т-72 танкового батальона – свыше 60 боевых стрельб в составе взводов. В рамках индивидуальной подготовки солдат и сержантов по ведению огня из штатного оружия всеми способами по неподвижным, появляющимся и движущимся целям (наземным и воздушным) в горных условиях в разное время суток было проведено более 600 стрельб. Из них в ночное время – более 300. Из вооружения боевых машин их экипажами было выполнено более 300 стрельб, из них ночью – 155.

Обязательной повседневной практикой в ходе огневой подготовки личного состава стала формула по поражению из автомата Калашникова шести мишеней с трёх огневых позиций. Эта наработка стала очень продуктивной в плане индивидуальной огневой подготовки военнослужащих.

Одним из примеров новаторства в практике учений считаю боевое применение в условиях боя в горах усовершенствованного с учётом боевых действий в Сирии автомобиля «Урал» или броневого «Урала». Этот новый вид боевой техники родился стараниями умельцев-рационализаторов нашего ремонтно-восстановительного батальона – старшего прапорщика Андрея Малышева, старшего сержанта Алексея Садаева и гражданского специалиста Всеволода Лазариди. Им удалось изготовить броневую защиту корпуса машины без нарушения её заводского облика. Проект бронированного «Урала» был также дополнен установкой на его кузове малогабаритного передатчика помех «Лесочек», который обеспечивает защиту бронетехники от радиоуправляемых фугасов и мин, и усилен 23-мм зенитной установкой. После апробации в условиях горной и пустынной местности внедрение этого новшества было одобрено командованием ЦВО. Бронированный «Урал» предназначен для сопровождения колонн техники и обороны позиций зенитных ракетных комплексов С-300ПС. Новый вид боевой техники успешно использовался в ходе ротных и батальонных тактических учений в летнем периоде текущего года.

Активно задействованы практически на всех занятиях и в учениях вертолёты авиационной группы 201-й базы. Без поддержки «вертушек» не проходит ни одно масштабное учение наземных сил.

– Минобороны России, командование ЦВО проявляют особую заботу о 201-й военной базе как о соединении, выполняющем ответственные задачи за пределами Оте­чества. Парк боевых машин, арсенал штатных боевых средств вашего соединения постоянно пополняются самыми перспективными образцами ВВТ. Какие новинки военной техники получила база в последнее время?

– С целью достижения наибольшей эффективности при ведении общевойскового боя в нашем соединении недавно был сформирован батальон беспилотной авиа­ции, который оснащён четырьмя многофункциональными беспилотными комплексами «Орлан-10». В первом квартале 2020 года на вооружение этого батальона были также приняты беспилотные летательные аппараты «Элерон-3» и «Тахион» для действий на ближних дистанциях в режиме круглосуточной работы как в простых, так и в сложных метеоусловиях благодаря оптическому и электронному оснащению. За счёт использования новых типов беспилотных летательных аппаратов повысилось качество наблюдения за приграничными территориями. С помощью этих новинок техники, способных передавать видеосигнал на наземный пункт управления в масштабе реального времени, командиры подразделений могут получать боевую информацию и выполнять задачи в более сжатые сроки.

Приятно также сообщить, что в этом учебном году на вооружение авиационной группы 201-й базы поступили модернизированные «Терминаторы» – новые вертолёты Ми-8МТВ5-1. Для гатчинцев новая винтокрылая техника – это настоящий подарок в плане повышения боевых возможностей авиагруппы, призванной осуществлять поддержку с воздуха боевых и обеспечивающих подразделений, взаимодействие с ними. После успешной апробации новых Ми-8МТВ5-1 лётный состав авиа­группы продемонстрировал повышенные боевые возможности винтокрылых машин в ходе серии тактических учений на финише учебного года.

Также на основе сирийского боевого опыта на полигоне Ляур в этом году была оборудована площадка, предназначенная для тренировки средств и расчётов по борьбе с беспилотными летательными аппаратами вероятного противника. Кроме того, мы приступили к подготовке участка местности под так называемый зенитный сектор, где планируется проведение тренировок по уничтожению воздушных целей расчётами зенитных установок ЗУ-23 на базе бронированных автомобилей «Урал».

С удовлетворением хочу отметить, что по результатам 2020 учебного года лучших результатов в боевой и мобилизационной подготовке добились: разведывательный батальон (командир майор Алексей Ледовской), горный мотострелковый батальон (командир майор Владимир Васильев), гаубичный самоходно-артиллерийский дивизион, обязанности командира которого временно исполняет майор Айваз Мазалаев. Среди отдельных рот (батарей) в лучшую сторону можно выделить стрелковую роту снайперов, которой командует капитан Аскар Жанужинов, 9-ю мотострелковую роту мотострелкового батальона (командир роты старший лейтенант Андрей Трубицын), а также горную разведывательную роту (командир капитан Алексей Вдонин). Не подвели командование базы в ходе учений и контрольных проверок артиллеристы, (в том числе миномётчики) и связисты. В числе лучших подразделений МТО отмечается взвод обеспечения старшего прапорщика Эльдара Аглямова.

Шамиль Хайруллин, «Красная звезда»

Россия. Таджикистан. ОДКБ > Армия, полиция > redstar.ru, 16 ноября 2020 > № 3554356 Евгений Охрименко

Быстро и с высоким качеством решают все задачи, в том числе внезапные, военнослужащие Железнодорожных войск.

В Вооружённых Силах России продолжают подводить итоги 2020 учебного года. Об успехах и достижениях военных железнодорожников в уходящем году, подтверждающих их высокий профессионализм, «Красной звезде» рассказывает начальник Главного управления Железнодорожных войск Министерства обороны РФ генерал-лейтенант Олег Костенков.

– Олег Иванович, с какими результатами завершили Железнодорожные войска 2020 учебный год? Всё ли запланированное удалось выполнить? Сколько мероприятий боевой подготовки проведено?

– В 2020 учебном году Железнодорожные войска провели и приняли участие более чем в 200 мероприятиях оперативной и мобилизационной подготовки, в том числе в свыше 120 раздельных, совместных и командно-штабных тренировках, более чем в 60 командно-штабных (комплексных) мобилизационных тренировках и учениях.

Кроме того, проведено свыше 300 мероприятий боевой подготовки. Основные из них – два бригадных и 20 батальонных (командно-штабных и тактико-специальных) учений.

В ходе плановых тактико-специальных учений с отдельными мостовыми и понтонно-мостовыми железнодорожными батальонами наведено более 2100 метров наплавных железнодорожных мостов и паромных переправ, мостовыми железнодорожными батальонами смонтировано свыше 2000 метров металлических сборно-разборных эстакад.

В зимнем и летнем периодах обучения этого года проведены контрольные проверки и занятия, по результатам которых все соединения Железнодорожных войск военных округов и воинские части центрального подчинения оценены на хо­рошо.

Железнодорожные войска ежегодно совершенствуют подготовку в ходе выполнения практических задач как на объектах Министерства обороны, так и на объектах инфраструктуры железнодорожного транспорта Российской Федерации и всегда оперативно решают поставленные государственные задачи. 2020 год не стал исключением.

В этом году отремонтировано, восстановлено и реконструировано более 80 км железнодорожных путей на различных объектах Мин­обороны России, произведено свыше 1,6 млн кубических метров земляных работ. Протяжённость построенных наплавных железнодорожных мостов и сборно-разборных эстакад превысила 4500 метров.

– Расскажите, пожалуйста, об участии военных железнодорожников в СКШУ «Кавказ-2020» и предварявшем его специальном учении МТО. Какие задачи они выполняли и как вы оцениваете их действия в ходе главных манёвров года?

– В ходе специального учения с органами военного управления, соединениями, воинскими частями и организациями материально-технического обеспечения Южного военного округа, проведённого в рамках стратегического командно-штабного учения «Кавказ-2020», соединениями же­лезнодорожных войск ЮВО отработаны практические действия с наведением и строительством мостовых переходов через реки Волгу у Астрахани и Лабу у населённого пункта Кошехабль.

На Волге был наведён комбинированный наплавной железнодорожный мост из комплекта НЖМ-56 длиной 1000 метров с монтажом эстакады ИМЖ-500 длиной 250 метров, а на реке Лабе построен комбинированный железнодорожный мост длиной 500 метров с использованием металлической сборной эстакады РЭМ-500 и сборно-разборного пролётного строения.

Поставленная перед нами задача была выполнена в установленные сроки, движение воинского транспорта восстановлено.

Наведённые силами Железнодорожных войск мостовые железнодорожные переправы обеспечили непрерывность воинских перевозок через барьерные рубежи и позволили передислоцировать силы и средства для решения задач группировкой войск на стратегическом направлении.

По возведённым мостовым переходам осуществлялся пропуск железнодорожных составов (воинских эшелонов, пассажирских составов и грузовых поездов), а также автомобильных колонн с различными материальными средствами и другими грузами.

Подводя итоги практических действий органов управления, соединений и воинских частей Железнодорожных войск, руководство специального учения, представители федеральных органов исполнительной власти в очередной раз дали высокую оценку профессионализму военных железнодорожников.

– Известно, что Железнодорожные войска выполняли отдельные виды работ при строительстве многофункциональных медицинских центров как при военных госпиталях Минобороны России, так и при мед­учреждениях Минздрава РФ…

– Подразделения Железнодорожных войск привлекались к выполнению задач по ускоренному развороту работ при строительстве 26 многофункциональных медицинских центров Минобороны России и медицинских учреждений субъектов Российской Федерации от Калининграда до Камчатки, выполнили 100 процентов работ по разработке котлованов под строительство и комплекс обеспечивающих работ.

Объёмы составили более 450 ты­сяч кубических метров различного вида земляных работ и свыше 110 тысяч квадратных метров планировочных работ. Выполнены большой комплекс мероприятий по благоустройству территорий и множество погрузочно-выгрузочных работ.

– Расскажите о налаживании железнодорожными войсками Западного военного округа железнодорожного сообщения на участке железной дороги Выходной – Кола в Мурманской области.

– В июне Железнодорожные войска привлекли к ликвидации последствий чрезвычайной ситуации, когда в результате паводка разрушился капитальный железнодорожный мост через реку Кола у города Мурманск на перегоне Выходной – Кола Октябрьской железной дороги – филиала ОАО «Российские железные дороги». Подмыло центральные опоры моста, и два пролёта рухнули в русло реки.

Эта железнодорожная ветка имеет важное экономическое значение, так как соединяет Мурманск с остальной частью России. Происшествие приостановило грузовой и пассажирский потоки в столицу Заполярья и из неё.

После обращения местных властей и Министерства транспорта РФ в соответствии с поручением Верховного Главнокомандующего Вооружёнными Силами Российской Федерации Владимира Путина, указаниями министра обороны РФ генерала армии Сергея Шойгу, начальника Генерального штаба Вооружённых Сил РФ – первого заместителя министра обороны РФ генерала армии Валерия Герасимова, заместителя министра обороны РФ генерала армии Дмитрия Булгакова Железнодорожные войска безотлагательно приступили к оказанию помощи по налаживанию железнодорожного сообщения на участке железной дороги Выходной – Кола в Мурманской области.

Обследовав место разрушения моста, мы совместно с Министерством транспорта и ОАО «РЖД» приняли решение соорудить обход от станции Выходной общей протяжённостью шесть километров, чтобы в кратчайшие сроки восстановить прерванное железнодорожное сообщение. То есть решили обойти мост и сделать врезку в главный путь до Мурманска.

Для выполнения этих задач привлекли отдельный железнодорожный батальон механизации отдельной железнодорожной бригады, дислоцирующийся в Брянске.

Переброску группировки Железнодорожных войск воинским эшелоном на объект выполнения задач провели ускоренно – менее чем за сутки.

Военные железнодорожники выполнили большой объём работ по завозу щебёночного балласта – две тысячи кубических метров, разработке выемки из скальных грунтов (что было самым сложным в создании обхода) – 54 тысячи кубических метров, планировке балластной призмы под укладку железнодорожного пути – пять километров. На выполнение работ понадобилось две недели.

Движение по построенному обходу организовали в установленные сроки.

Действия военных железнодорожников высоко оценили руководство Минобороны, губернатор Мурманской области, местные власти – «быстро и с высоким качеством».

– Какие современные образцы вооружения, военной и специальной техники поступают в воинские формирования Железнодорожных войск?

– В целях оснащения войск современными образцами техники, обеспечивающими возможность выполнения всего комплекса возлагаемых на них задач, Главным управлением начальника Железнодорожных войск совместно с предприятиями промышленности организована и проводится соответствующая работа, направленная на разработку, изготовление и последующее принятие на снабжение современной техники.

В ходе проведённой в 2020 году работы успешно прошли испытания и приняты на снабжение два образца техники: автопоезд специальный АПС-1 и тракторный тягач-дозировщик ТТД-3 (изготовленный силами ООО «ДСТ-Урал»). Предприятия, где данные образцы были изготовлены, находятся на исторической родине российского машиностроения – в Челябинске.

Всего за период с 2016 по 2020 год принято на снабжение семь современных образцов техники, и ещё шесть образцов находятся в стадии разработки и изготовления.

Поступающая в соединения и части техника внушает полную уверенность в том, что Железнодорожные войска решат все поставленные перед ними задачи.

– Как были представлены Железнодорожные войска на Международном военно-техническом форуме «Армия-2020»? Что привлекло внимание специалистов?

– На форуме «Армия-2020» Железнодорожные войска были представлены на трёх площадках: стенд Железнодорожных войск в павильоне D, выставка техники Железнодорожных войск на открытой площадке, стенд Железнодорожных войск на выставке изобретательской и рационализаторской деятельности Минобороны России.

На объединённой экспозиции Министерства обороны РФ был развёрнут стенд Железнодорожных войск, на котором демонстрировались масштабные макеты современной и перспективной техники Железнодорожных войск: портальный путеукладчик ПБ-4, тракторный тягач-дозировщик ТТД-3, комплекс путевой универсальный КПУ-1, понтон самоходный (толкач) ПСТ-1, автопоезд специальный АПС-1, наплавной железнодорожный мост НЖМ-2020. Также на этом стенде были представлены книги о Железнодорожных войс­ках конца XIX – начала XX века и демонстрировались фильмы о деятельности войск и испытаниях опытных образцов техники.

На открытой площадке мы организовали выставку современных и перспективных образцов технических средств Железнодорожных войск. Это универсальный сваебойный агрегат УСА-2М, тракторный тягач-дозировщик ТТД-3, бульдозер специальный БС-1-12, полуприцеп-тяжеловоз политранс, понтон дизельный ПСТ-1, мобильная водолазная станция МВС.

На стенде Железнодорожных войск на выставке изобретательской и рационализаторской деятельности Минобороны были представлены макеты моста-эстакады железнодорожного ИМЖ-500, крана-пилона для монтажа пролётных строений ИМЖ-500.

Стенды и выставку техники Железнодорожных войск на открытой площадке посетили более 6000 человек, в том числе около 500 представителей промышленности. Наибольший интерес специалистов вызвали показанные впервые макет наплавного железнодорожного моста НЖМ-2020 и тракторный тягач-дозировщик ТТД-3.

– Каковы функции специализированных поездов «Амур» и «Байкал»?

– В Железнодорожных вой­сках (в штате двух отдельных восстановительных железнодорожных батальонов отдельной железнодорожной бригады Южного военного округа) для решения специальных задач в зонах военных конфликтов есть восстановительный поезд «Амур» с восстановительными кранами и запасом строительных материалов и поезд боевого сопровождения «Байкал». Аналогов такого специального подвижного состава нет.

С применением этих поездов на действующих железнодорожных путях можно проводить комплекс работ по технической разведке, разминированию и устранению повреждений железнодорожного пути и искусственных сооружений, организовывать перевозку личного состава и сопровождение воинских эшелонов.

Эти поезда всегда находятся в «горячем» состоянии (не глушатся) в готовности действовать с колёс в любых условиях обстановки, то есть они в течение часа должны быть на станции отправления для начала дальнейшего движения в назначенное место.

– Где и как готовят специалистов для Железнодорожных войск?

– Подготовка специалистов для Железнодорожных войск осуществляется в трёх учебных воинских частях в общей сложности по 26 военным специальностям.

Учебные части обеспечены всей необходимой учебно-материальной базой, в том числе оборудованными учебными классами, учебно-тренировочными комплексами, динамическими тренажёрами, а также современными образцами железнодорожной и другой техники.

В этом году нашими учебными частями подготовлено и направлено в войска для прохождения дальнейшей службы более 2700 младших специалистов, в том числе 99 военнослужащих, проходящих военную службу по контракту.

Выпускные экзамены, которые проводятся два раза в год, показывают, что специалистов готовят с требуемым качеством, уровень их военно-профессиональной подготовки позволяет успешно выполнять обязанности в повседневной деятельности и в ходе решения учебно-практических и других задач.

Кроме того, обучение по программам подготовки офицеров запаса для войск проходит в военных учебных центрах при Ростовском и Дальневосточном государственных университетах путей сообщения, а в военном учебном центре при Российском университете транспорта (МИИТ) осуществляется подготовка сержантов и солдат запаса.

Офицеров для войск мы готовим в военных образовательных организациях Министерства обороны и федеральных государственных образовательных организациях высшего образования при гражданских вузах.

В 2020 году в соединения и воинские части Железнодорожных войск поступили на службу 10 офицеров – выпускников Военной академии материально-технического обеспечения с высшей военной оперативно-тактической подготовкой, 92 офицера – выпускника Военного института (Железнодорожных войск и военных сообщений) с полной военной специальной подготовкой, а также 30 офицеров – выпускников военных учебных центров Ростовского и Дальневосточного государственных университетов путей сообщения.

В этом году мы провели набор 10 офицеров-слушателей для обу­чения по программам магистерской подготовки с двухгодичным сроком обучения в Военной академии материально-технического обеспечения, 131 курсанта для обучения по программам с полной военной специальной подготовкой сроком обучения пять лет и 10 курсантов по программам среднего профессионального образования в Военном институте (Железнодорожных войск и военных сообщений).

– В следующем году Санкт-Петербургский кадетский военный корпус Минобороны России, оперативное руководство которым возложено на Главное управление начальника Железнодорожных войск, отметит своё десятилетие…

– Совершенно верно, 1 сентября 2021 года Санкт-Петербург­ский кадетский военный корпус будет отмечать свой юбилей. Конечно, возраст небольшой, но за десятилетие в корпусе создана специализированная учебно-материальная база, отвечающая всем современным требованиям, подобран очень опытный педагогический коллектив. Корпус оснащён всем необходимым в плане образовательного и воспитательного процесса, занятий спортом, бытовых условий.

Ежегодно дети из всех регионов России на конкурсной основе стремятся стать воспитанниками Санкт-Петербургского кадетского военного корпуса, чтобы получить хорошее образование и продолжить обучение в вузах Минобороны России.

За почти 10 лет деятельности корпус подготовил 925 выпускников. 65 кадетов окончили его с медалью «За особые успехи в учении». Более 20 процентов выпускников награждены грамотой «За успехи в изучении отдельных предметов». Свыше 70 процентов выпускников поступают в вузы Министерства обороны РФ.

Некоторые выпускники Санкт-Петербургского кадетского военного корпуса уже окончили вузы Минобороны России и получили офицерские погоны. На сегодняшний день состоялось три таких выпуска. Более 30 выпускников окончили обучение с дипломом с отличием, пять из них – с золотой медалью.

В декабре 2017 года решением Президента России заключено межправительственное соглашение между Российской Федерацией и Сирийской Арабской Республикой об обучении несовершеннолетних граждан Сирии в Санкт-Петербургском кадетском военном корпусе. В настоящее время сирийские воспитанники успешно учатся на 1-м, 2-м и 3-м курсах вместе с российскими сверстниками, активно участвуют в жизни кадет, различных конкурсах и соревнованиях.

Санкт-Петербургский кадетский военный корпус ежегодно принимает участие во всех мероприятиях среди воспитанников довузовских образовательных учреждений Министерства обороны РФ, что положительно сказывается на подготовке к будущей профессии офицера Российской армии.

Во многом благодаря очень внимательному и заботливому отношению заместителя министра обороны РФ генерала армии Дмитрия Булгакова воспитанники Санкт-Петербургского кадетского военного корпуса и весь его коллектив могут полностью посвятить себя реализации своих творческих планов.

Уверен, что мы достойно отметим юбилей Санкт-Петер­бургского кадетского военного корпуса, будем дальше развиваться и воспитывать будущих защитников нашей страны.

– Какие мероприятия боевой подготовки запланированы на 2021 учебный год?

– Успешно выполненные в 2020 году задачи повысили всесторонний уровень подготовки органов управления, слаженность подразделений, воинских частей и соединений.

В следующем году в соответствии с «Планом ремонта железнодорожных путей необщего пользования ветвевладельцев Министерства обороны Российской Федерации» подразделениям Железнодорожных войск поставлена задача по ремонту железнодорожных путей на более чем 32 объектах с общим объёмом ремонта до 100 км и с заменой стрелочных переводов на ремонтируемых участках.

В 2021 году предстоит провести специальное учение сил материально-технического обеспечения на территории Западного военного округа с наведением наплавных железнодорожных мостов и устройством эстакад через реку Волгу.

Все задачи, поставленные Железнодорожным войскам, будут выполнены.

Виктор Худолеев, «Красная звезда»

Россия > Армия, полиция. Транспорт > redstar.ru, 16 ноября 2020 > № 3554355 Олег Костенков

Миротворческая миссия России

Минобороны России приступило к формированию в Степанакерте Межведомственного центра гуманитарного реагирования.

Президент России Владимир Путин в пятницу провёл совещание по решению гуманитарных вопросов в районе Нагорного Карабаха. В совещании принял участие министр обороны генерал армии Сергей Шойгу. В ходе совещания глава государства сообщил о создании Межведомственного центра гуманитарного реагирования в целях содействия решению гуманитарных вопросов и восстановлению гражданской инфраструктуры в Нагорном Карабахе.

Владимир Путин, открывая совещание, отметил, что предстоит обсудить ситуацию, которая сложилась в зоне нагорнокарабахского конфликта.

– Надеюсь, что мы уже не будем употреблять это словосочетание – «нагорнокарабахский конфликт». Надеюсь, что скоро перейдём к обсуждению других вопросов. Но один из них является весьма актуальным, – сказал он.

Глава государства попросил министра обороны доложить о том, как складывается ситуация в зоне ответственности наших миротворцев.

– В соответствии с вашим указом на территории Нагорного Карабаха и Лачинского коридора развёртывается российский миротворческий контингент численностью 1960 военнослужащих, 90 бронетранспортёров, 380 единиц автомобилей и специальной техники. Его основу составляют подразделения 15-й отдельной мотострелковой бригады Центрального военного округа. В течение 10–11 ноября взят под контроль Лачинский коридор. Вчера (12 ноября) в 17.00 подразделения миротворцев вошли в Степанакерт. В районе городов Степанакерт и Шуша выставили четыре наблюдательных поста. Сегодня завершаем развёртывание наблюдательных постов в зоне ответственности «Юг», всего в этой зоне будет девять. Ещё одно подразделение миротворцев дислоцируется на севере Нагорного Карабаха. Завтра планируем завершить размещение восьми постов в данной зоне, – сказал генерал армии Сергей Шойгу.

Глава военного ведомства также сообщил, что продолжается перевозка техники и материальных средств с темпами 25 самолёто-вылетов в сутки военно-транспортной авиацией ВКС России. За трое суток совершено 73 рейса, перевезено 1103 военнослужащих, 1168 единиц техники. Развёрнута оперативная группа Министерства обороны, установлены прямые каналы связи с оборонными ведомствами Азербайджана и Армении, с которыми продолжается работа по уточнению параметров миротворческой операции.

Управление российскими миротворческими силами осуществляется с командного пункта, который развёрнут в Степанакерте. В районе миротворческой операции ведётся круглосуточный мониторинг обстановки и продолжается режим прекращения огня. Командованием миротворческого контингента приняты все необходимые меры для обеспечения безопасности российских военнослужащих.

– Хотел бы отметить отдельно, Владимир Владимирович: с каждым днём всё больше и больше нарастает проблема гуманитарного характера – это транспортировка и возвращение беженцев и, естественно, другие гуманитарные вопросы, – завершил свой доклад министр обороны.

На совещании глава государства сообщил, что считает необходимым в целях помощи жителям региона в решении самых насущных проблем создать Межведомственный центр гуманитарного реагирования. В его работе будут задействованы ресурсы Министерства обороны и других ведомств Российской Федерации.

По указанию министра обороны РФ генерала армии Сергея Шойгу в рамках реализации указа Президента РФ Мин­обороны России уже приступило к формированию в Степанакерте Межведомственного центра гуманитарного реагирования. С этой целью с 14 ноября в составе миротворческого контингента Российской Федерации в Степанакерте уже развёрнута оперативная группа формируемого центра под руководством генерал-майора А.А. Волкова, которая обеспечивает безопасность при возвращении беженцев в Нагорный Карабах.

Формирование Межведомственного центра гуманитарного реагирования в Степанакерте в полном объёме будет завершено до 20 ноября этого года. С указанной даты центр приступит к выполнению всего комплекса возложенных на него задач гуманитарного реагирования.

В рамках этой работы 15 ноября для наращивания группировки формируемого центра осуществляется перебазирование оперативной группы МЧС России, которая войдёт в состав ведомственного центра оперативного реагирования. В ближайшее время будет осуществлено наращивание группировки центра, в том числе за счёт сил и средств Пограничной службы ФСБ России, представителей других федеральных органов исполнительной власти Российской Федерации.

14 ноября около 250 жителей Степанакерта уже вернулись в свои дома. Первые девять автобусов с беженцами прибыли в Степанакерт после развёртывания российского миротворческого контингента и выставления наблюдательных постов. Российские военнослужащие обеспечили безопасное продвижение автобусов через линию соприкосновения для возвращения мирных граждан в свои дома в Степанакерте 15 ноября ещё 475 человек на 19 автобусах вернулись в родные места.

Местные жители искренне благодарят Россию за решение о проведении миротворческой операции. Так, жительница Степанакерта Нанар сказала в беседе с российскими журналистами:

– Меня зовут Нанар. Я родилась и выросла в Степанакерте и очень рада, что вернулась в Степанакерт. Мы очень рады, что российские войска пришли сюда. Спасибо вам, спасибо России, что привезли нам миротворцев.

Её поддержала другая местная жительница:

– Хотим выразить большую благодарность русскому народу и миротворцам, которые прибыли сюда и которые помогли нам, чтобы закончилась война. Огромное вам спасибо! Я думаю, что наш народ наконец-то обретёт покой.

К разговору с журналистами присоединился Григорий Афа­несян:

– Необходима сплочённость. Всё будет хорошо на 1000 процентов. Я не сомневаюсь.

Такое же мнение высказал и Феликс Авгорян:

– Живу тут с рождения – в общем, коренной армянин. В этой ситуации велика и значительна роль России. Благодаря российским войскам всё остановилось, за что им большое человеческое спасибо. Будем надеяться на лучшее для всех.

* * *

В субботу Владимир Путин провёл телефонные разговоры с президентом Азербайджанской Республики Ильхамом Алиевым и премьер-министром Республики Армения Николом Пашиняном. В ходе очередных телефонных контактов были обсуждены практические аспекты реализации договорённостей, зафиксированных в трёхстороннем Заявлении по Нагорному Карабаху от 9 ноября. Выражено удовлетворение тем, что режим прекращения огня соблюдается, а обстановка на линии соприкосновения достаточно спокойная.

В разговоре с Ильхамом Алиевым Владимир Путин, в частности, обратил внимание, что в районах, которые в соответствии с трёхсторонним Заявлением возвращаются Азербайджанской Республике, расположены христианские храмы и монастыри. В этой связи он подчеркнул важность обеспечения сохранности и нормальной церковной жизнедеятельности этих святынь. Президент Азербайджана проявил на этот счёт понимание и сказал, что именно в таком ключе будет действовать азербайджанская сторона.

* * *

В течение пятницы – воскресенья в соответствии с указом Президента РФ от 10 ноября 2020 года на территории Нагорного Карабаха продолжалось оперативное развёртывание основных сил российского миротворческого контингента. Основу контингента составляет 15-я отдельная мотострелковая бригада Центрального военного округа.

Согласно информационному бюллетеню Министерства обороны РФ по развёртыванию российского воинского контингента миротворческих сил в зоне нагорнокарабахского конфликта, распространённому в воскресенье, самолётами военно-транспортной авиации продолжается перевозка в Армению личного состава, вооружения, военной и специальной техники. Всего с 10 ноября выполнено 118 самолёто-рейсов, в том числе за последние сутки 23 самолёто-рейса.

В целях организованного ввода миротворческого контингента с 10 ноября выставлено семь временных наблюдательных постов в Лачинском коридоре – вдоль дороги Забух, совхоз Лысогорский, Зарыслы. В субботу подразделениями 15-й отдельной мотострелковой бригады завершено выставление наблюдательных постов в зоне ответственности «Север».

В настоящее время (по состоянию на вечер 15 ноября) контроль за соблюдением режима прекращения огня и боевых действий осуществляется миротворческими подразделениями на девяти наблюдательных постах в южной зоне ответственности и девяти – в северной.

Управление российскими миротворческими силами осуществляется с командного пункта, развёрнутого в Степанакерте. Режим прекращения огня соблюдается по всей линии соприкосновения.

В соответствии с достигнутыми договорённостями в Нагорном Карабахе продолжается обмен телами погибших. Он проводится при координации миротворческих сил Российской Федерации, Международного Комитета Красного Креста и государственной службы по чрезвычайным ситуациям Нагорного Карабаха.

В целях предотвращения возможных инцидентов и обеспечения безопасности российских военнослужащих по прямым каналам связи осуществляется непрерывное взаимодействие с генеральными штабами вооружённых сил Азербайджана и Армении.

* * *

Экипажи вертолётов армейской авиации Воздушно-космических сил России Ми-8 и Ми-24 приступили к сопровождению воинских колонн миротворческих подразделений, совершающих марши в районы выполнения задач по контролю за прекращением огня и военных действий, в зоне нагорнокарабахского конфликта.

Лётчики вертолётной эскадрильи выполняли задачи по прикрытию и сопровождению колонн миротворческих сил, совершающих марши по маршрутам с аэродрома Эребуни в населённые пункты Горис и Степанакерт.

– Силами вертолётной эскадрильи была выполнена задача по прикрытию колонн миротворческих сил на марше при выдвижении в направлении Нагорного Карабаха. Прикрытие осуществлялось вертолётами Ми-8 и Ми-24 с авиабазы Эребуни, – сообщил журналистам в субботу старший лётчик эскадрильи капитан Руслан Бердюгин.

Российская военная полиция обеспечивает безопасность на всех маршрутах движения воинских колонн. На уже развёрнутых наблюдательных постах осуществляется контроль за прекращением огня и военных действий в зоне нагорнокарабахского конфликта, а также поддержание безопасности движения транзитного транспорта и пресечение противоправных действий в отношении мирного населения, что будет способствовать скорейшему переходу к мирной жизни и возвращению беженцев.

Инженерные подразделения приступили к инженерной разведке местности и расчистке дорог.

Уместно будет подчеркнуть, что миротворческий контингент состоит из военнослужащих по контракту, прошедших специальную подготовку для выполнения миротворческих задач, в том числе по изучению и соблюдению норм международного гуманитарного права в вооружённых конфликтах.

Командующий российским миротворческим контингентом в Нагорном Карабахе – Герой России генерал-лейтенант Рустам Усманович Мурадов, с декабря 2018 года – заместитель командующего войсками ЮВО. В беседе с журналистами он подчеркнул, что родился в Республике Дагестан и по национальности табасаранец. Никакого отношения к соседнему государству по национальности не имеет.

Генерал Мурадов – выпускник Казанского суворовского военного училища, на военной службе – с 1990 года. С отличием окончил Ленинградское высшее общевойсковое командное училище имени С.М. Кирова, затем Общевойсковую академию и Военную академию Генерального штаба. Прошёл обе чеченские кампании, в разные годы командовал 242-м мотострелковым полком, 17-й и 36-й отдельными гвардейскими мотострелковыми бригадами, был начальником 473-го Лисичанского окружного учебного центра ЦВО. В 2014–2017 годах – первый заместитель начальника и начальник штаба 41-й армии ЦВО, затем военный советник в Сирии.

Владимир Кузарь, «Красная звезда»

«ЗАПАД УЖЕ НЕ БОИТСЯ ЯДЕРНОЙ ВОЙНЫ»

ФЁДОР ЛУКЬЯНОВ

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник

ИНТЕРВЬЮ «ЛИТЕРАТУРНОЙ ГАЗЕТЕ»

Отчего мы никак не найдём общего языка с американцами, хотя давно не строим коммунизм и тоже пьём кока-колу? Наступил ли уже предсказанный сто лет назад Шпенглером закат Европы? Каким будет наш мир завтра, если мы не узнаём его уже сегодня? И куда мы, гомо сапиенсы, несёмся – к высотам прогресса или к чёрту на рога? Вопросов много, а вместо чётких ответов – предположения да догадки. Но с умным человеком на такие темы поговорить не грех. Мы и обсудили – с главным редактором журнала «Россия в глобальной политике», председателем президиума Совета по внешней и оборонной политике, членом президиума Российского совета по международным делам, директором по научной работе Фонда развития и поддержки Международного дискуссионного клуба «Валдай», профессором-исследователем НИУ ВШЭ, журналистом-международником Фёдором Лукьяновым.

– Фёдор Александрович, мы встречаемся накануне Дня народного единства. Что это вообще такое – единство нации?

– Для меня это наша культура, общий язык и общая история. Увы, мы, живущие в России, не всегда осознаём масштаб значимости русского языка. Наша страна простирается на одиннадцать часовых поясов, это же полмира, и разве не удивительно, что на всей этой огромной территории люди говорят на одном языке, даже, по сути, без диалектов? Скажем, в Германии северный немец-фриз и южанин-баварец, если будут говорить на своих диалектах, просто не поймут друг друга. В разных районах Берлина свои диалекты! И в Китае жители разных провинций не понимают друг друга. Уверен, пока существует русский язык и русская культура, будет сохраняться и единство нации.

– Давайте о глобальном. Бурные изменения сегодня – преддверие гибели цивилизации или процесс рождения чего-то нового и нам пока неизвестного?

– Мир меняется не в первый и не в последний раз. За короткое по историческим меркам время мы прочно привыкли к образу жизни, которым последние пару десятилетий жило большинство землян, и воспринимали его как безальтернативный. Многим показалось, что всё уже случилось и наступил обещанный Гегелем и Марксом, а потом и объявленный Фукуямой «конец Истории». Но для Гегеля и Маркса это был исторический оптимум, они говорили о «конце Истории» как о далёкой перспективе, а господин Фукуяма взял да и «припечатал» это к нашему времени. Тогда у многих и возникло чувство, что всё, к чему мы пришли, будет всегда. Ощущение «неизменяемости» мира было столь сильным, что мало кто прислушивался к философам, политологам и социологам, предупреждавшим, что мир не может не меняться.

А весной все испытали шок, когда вдруг выяснилось, что в одночасье может остановиться глобализация с её тотальной мобильностью людей, идей, денег, товаров и информации. Конечно, первый шок уже прошёл, мы адаптируемся к новым условиям, но даже если схлынут все «волны» пандемии, останется ощущение, что «неизменный» мир может быстро и кардинально измениться. Понимание того, что мир остался взаимосвязанным, но перестал быть глобальным и универсально одинаковым, – это и есть главное изменение.

– Сто лет назад Шпенглер предрёк «закат Европы». Если говорить об этом как о закате «европейского модерна», сбывается шпенглеровское предсказание?

– Сбывается в том смысле, что США и Европа перестают быть центром мира и доминирующей силой в политике, экономике, культуре. Да, США ещё сохраняют центральную роль, хотя и она под вопросом, а вот изменения в Европе подводят черту под эпохой, длившейся пятьсот лет, со времён великих географических открытий, то есть с того момента, когда, собственно, и формировался этот самый европейский модерн. Сейчас он преображается во что-то другое, но это во многом преображение «внутри себя».

Постмодерн, он хоть и «пост», но всё равно – модерн. Не думаю, что будет какое-то кардинальное переосмысление корневых основ западного мира.

Наоборот, ему придётся в экстраординарных условиях гораздо чётче себя позиционировать не как универсальное «нечто», годное для всех, а именно в качестве западного мира, противопоставленного другим мирам. Происходящее сегодня в политической сфере и есть «уход в себя».

У нас популярна идея, что ЕС скоро рухнет. Я так не думаю, но уверен, что он кардинально изменится. Меняется и Америка. Даже если Трамп не станет президентом, он уже выполнил свою историческую миссию, США отворачиваются от глобализма в его понимании конца ХХ – начала XXI века. Конечно, Запад будет и впредь держаться за свой модерн, но он станет уже только элементом общемировой картины, причём далеко не единственным и не доминирующим. Только не забудем, что сила и величие европейской цивилизации состояли в том, что она была способна на протяжении нескольких столетий порождать универсальные идеи, привлекательные для остального мира, заимствовавшего эти идеи. Да, результат был разный, но это были идеи, которые хотелось заимствовать. Никто другой на такое, скорее всего, не способен.

– Чем запомнился вам прошедший в октябре Валдайский форум?

– Форум запомнился крайне тяжёлыми организационными перипетиями, мы впервые проводили его в «смешанном режиме» – и офлайн, и онлайн. Если суммировать содержание и общий смысл дискуссий, это была попытка переосмысления происходящего. Есть ясное понимание: мир не рухнул, но процессы, подстёгнутые пандемией, оказались настолько серьёзными, что могут в итоге привести к изменениям, которые создадут совершенно другую картину мира. Есть ещё немного времени, чтобы понять, как эти изменения повлияют на нас и что делать дальше. И если вы внимательно слушали выступление Путина, то заметили, что на этот раз он избегал резких оценок.

– Наверное, «Валдай-2020» запомнится и нашими инициативами – о переговорах с США по вопросам кибербезопасности, о готовности к продлению на год действия договора СНВ и к мораторию на размещение в Европе ракет средней и меньшей дальности?

– Я воспринял это как жесты доброй воли, не оценённые Западом, который ничего не желает принимать – там сформировалось восприятие России как «неисправимой» страны. А потому, что бы мы им ни предлагали, всё ограничится прикладным политическим и ограниченным экономическим взаимодействием – скажем, координацией между нашими и американскими военными в Сирии. Возможно, Байден, став президентом, подпишет, как обещал, продление СНВ ещё на год или на пять лет. Но это будет последнее продление последнего договора такого рода.

Нынешняя система контроля над вооружениями – итог огромной интеллектуальной работы, проведённой в 1960-е годы, после Карибского кризиса, очень умными людьми, в основном, кстати, американцами. Но это устаревшая схема – нужна новая модель, а к ней пока даже не приступали.

Запад уже не боится ядерной войны – именно потому, что не ощущает её угрозы.

И сегодня главная проблема в отношениях с США – то, что нет повестки для переговоров, ибо не работает даже ядерная тема, которая всегда была палочкой-выручалочкой.

– Сергей Лавров на Валдайском форуме заявил о бесперспективности диалога с ЕС. По-моему, такого резкого заявления Лавров раньше не делал никогда. Мы хотим напугать Запад поворотом на Восток?

– Поворот на Восток – объективная необходимость, ею и пугать никого не надо, все и так знают, что три четверти нашей территории находятся в Азии. Китай в ближайшие десятилетия будет развиваться, превращаясь во всё более доминирующий фактор глобальной системы. Иметь с Китаем гигантскую общую границу и не иметь с ним хороших отношений было бы безответственно. Дело не в том, хотим мы развивать отношения с КНР или нет – и России, и Западу пора избавляться от мышления в духе «или-или». Нам просто некуда деваться и от Запада, и от Востока, а значит, взаимодействовать придётся и с теми, и с другими.

Я тоже не припомню, чтобы Лавров так резко высказывался об отношениях с ЕС. Но меня это не удивило: давно наблюдаю за российско-европейскими отношениями и вижу, что они исчерпали себя в том виде, в каком были заложены в начале девяностых. Это было очевидно и до украинского кризиса. Кстати, Лавров не сказал, что мы прерываем все связи с Европой, он говорил только о Евросоюзе как об институте, а контакты с европейскими странами были и остаются.

– Может ли в Белоруссии повториться украинский кризис? Мы привычно валим всё на «руку Вашингтона», но, например, такой знающий человек, как разведчик и писатель Михаил Любимов, как-то сказал, что американцы редко планируют что-то конкретное, они ждут «вызревания» ситуации и только тогда «осёдлывают» её…

– Белоруссия уже не повторила украинский сценарий, ибо не вышло с первого наскока. Белорусы – другой народ, и Лукашенко – не Янукович. Самое ключевое – в случае с Белоруссией нет того суперинтереса внешних сил, который вызывала Украина. И Михаил Любимов прав, когда говорит, что американцы не планируют, а «осёдлывают». Они уверены в том, что знают, как должно быть устроено демократическое государство, психология «сияющего града на холме» жива и сегодня, при том что сама американская модель крайне специфична и кажется неприменимой даже европейцам. Поэтому когда в стратегически важных точках мира появляются новые независимые государства, им сразу предлагается набор демократических процедур – при обязательной помощи извне. А когда в стране вызревают внутренние силы, американцы действуют. В Белоруссии же такого масштабного западного проникновения, как на Украине, не было в силу специфики режима.

– Выходит, «цветные революции» – не государственные перевороты по «методичке Шарпа», а часть объективного демократического процесса?

– Я всегда возражаю против формулировок типа «методичка Шарпа». Точно так же можно говорить о «методичке Ганди», ведь его методы ненасильственного протеста тоже были способны коренным образом изменить ситуацию. «Цветных революций» сейчас нет, это был феномен нулевых годов, связанный с целенаправленной попыткой США и ЕС совершить мощный «бросок по распространению демократии». Бросок этот имел разные формы, вплоть до самых отвратительных в Югославии, Ираке, на всём арабском Востоке, где американцы силой внедряли «демократию». Суть цветных революций не в том, что их готовили по «методичкам Шарпа», ведь где-то их даже не читали. А если говорить о той же Югославии и свержении Милошевича, даже сами американцы не отрицают, что это была спецоперация. Суть «цветной революции» в том, что она невозможна без наличия мощного внешнего арбитра, мнение которого будет решающим. Ярчайший пример – «оранжевая революция» 2004 года на Украине.

Сейчас это не работает, потому что Запад имеет массу других проблем и перестал сильно тратиться на страны «потенциальной демократизации». Занят собой ЕС, подмок и авторитет США. Если в 2004 году, и даже в 2014 году слово Вашингтона было весомым, то сейчас, глядя на творящееся в Штатах, многие начинают сомневаться во всесилии Запада. Да и мы научились сопротивляться «экспорту революций». Переломный момент случился, когда Россия ответила на технологии «майдана» военной операцией. Тогда на Западе и призадумались: стоит ли втягиваться в войну с Россией из-за Украины или ещё из-за кого-то?

– Но на постсоветском пространстве продолжаются события, которые иначе как революционными не назовёшь…

– Вероятно, это неизбежный этап развития. Страны, появившиеся на карте мира и признанные в качестве суверенных государств – членов ООН по факту распада СССР, долго жили в постсоветской парадигме борьбы за них между большими игроками – США, Европой, Россией, в меньшей степени Китаем. Многие в этих новых государствах полагали, что самая верная модель – лавировать между Россией и Западом, и такая «многовекторность» какое-то время приносила плоды. Но сейчас те, кто появился по факту распада СССР, должны доказать свою состоятельность и способность выживать, когда уже нет яростной битвы титанов за влияние на них.

Происходящее во многих бывших союзных республиках – это муки трансформации из государств де-юре в государства де-факто. Возможно, через несколько лет мы увидим сильно изменившийся ландшафт, и это будет совсем другая карта влияний, зависимостей, интересов. Это вызов и для России: мы привыкли смотреть на всё в контурах бывшего СССР, а эти «контуры» сейчас окончательно уходят.

– Знающие вас люди утверждают, что вы как-то умудряетесь быть «равноудалённым» от идеологических лагерей. Как вам это удаётся в наше весёлое время, когда «неопределившегося» могут и затоптать с обеих сторон?

– Меня не затаптывают, но, случается, костерят, причём по противоположным причинам: для одних я – «прислужник власти», для других – «американский агент», для третьих – вообще самозванец какой-то. Но для меня важно только мнение людей, которых я уважаю, которым доверяю и от которых готов выслушать даже самую нелицеприятную критику. Остальных воспринимаю как должное, но не важное. Я публичный человек, и всякий имеет право оценивать меня публично. Это часто малоприятно, но нормально. Да, много глупых оценок, но и это нормально, ведь умных людей всегда меньше. А в современной среде ощущается большой дефицит тех, кто способен адекватно оценивать ситуацию и не впадать в крайности, имеет спокойный и обоснованный взгляд на события и явления. Помните, в советские времена было такое выражение – «точка и кочка зрения».

Местечковый взгляд на мир и есть кочка зрения, и таких кочек у нас хватит на целое болото.

Если горизонт сужен и ты не понимаешь контекста – ты на кочке, и не важно, лоялистская это кочка или фрондёрская. Помните, как у Довлатова, когда автор зовёт друга пойти к общему знакомому: «Не пойду, – говорит, – какой-то он советский». – «То есть, как это советский? Вы ошибаетесь!» – «Ну антисоветский. Какая разница». Вот мы сейчас в фазе «какая разница», все на кочках. А способных увидеть проблему всесторонне, не подменяя анализа политическим камланием, мало, и это как раз те, у кого есть своя точка зрения.

Слава Богу, родители приучили меня к чувству не только иронии, но и самоиронии. Мой папа – феноменально остроумный человек, сохранивший к своим более чем преклонным годам невероятное чувство здравого смысла и адекватности. Надеюсь, и я никогда не поддамся ни оголтелости, ни тупому самодовольству, правящим сегодня бал. Увы, и эта здоровая ирония, которая не равна «смехачеству», тоже уходит из нашей жизни, я с ужасом наблюдаю огромное количество страшно солидных людей, наслаждающихся собой и не понимающих иронии. А ведь иные политические процессы сами по себе так смешны и абсурдны, что их и спародировать уже невозможно.

– Говорят, вы собираете советскую политическую карикатуру?

– Увы, жанр настоящей политической карикатуры у нас умер, оставшись в советском прошлом, а на Западе карикатура как комментарий к политическим событиям успешно развивается. Но советская политическая карикатура была особым искусством, оно требовало сочетания великолепного «рисовального» мастерства, остроумия и, главное, чёткого понимания политического момента. Вообще, карикатура – один из наиболее сложных и при этом очень лаконичных жанров.

– А сами карикатуры рисовать не пробовали?

– Даже и не пытался – увы, рисовать не умею. Я – мастер художественного слова, надеюсь.

– Любимую книгу можете назвать?

– Меня всегда привлекали книги, точно и образно отразившие дух времени. Люблю Зощенко, Платонова, обэриутов. Вообще, тот период, во многом нас всех создавший на поколения вперёд, мне кажется с годами всё более и более интересным. И если произведения Зощенко с Платоновым были квинтэссенцией их времени, то Хармс ещё и предтеча грядущего абсурда, многое из этого мы видим сегодня. Одна из любимых книг моей юности – «Москва 2042» Владимира Войновича. Я её сначала воспринимал на слух: подростком сидел у приёмника и сквозь треск «глушилок» слушал, как Войнович читал свой роман на радио «Свобода». Тогда казалось, что это гротеск на тему советской (и антисоветской, кстати) власти, а теперь удивляюсь, как Войнович предугадал черты, вылезающие наружу вновь и вновь вне зависимости от формации на дворе…

– Журналист-международник Фёдор Лукьянов не собирается идти в политику?

– Никогда в жизни! Это не моё настолько, насколько только может быть, и английское выражение «никогда не говори никогда» тут неприменимо – в политику я точно не уйду.

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Образование, наука > globalaffairs.ru, 14 ноября 2020 > № 3564089 Федор Лукьянов

Василий Небензя: вакцина от COVID – это не шоколад, ей нужна проработка

Постпред России при ООН Василий Небензя рассказал в интервью РИА Новости о том, как пандемия коронавируса сказалась на работе всемирной организации, ждут ли там российскую вакцину от COVID-19, и кто хочет ей привиться. Он также сообщил, можно ли ждать подвижек по продлению договора о сокращении стратегических наступательных вооружений при новой администрации США, объяснил, боится ли Россия обсуждения ситуации с Навальным на площадке ООН, и почему Организация по запрещению химического оружия быстро теряет свой авторитет.

– Насколько неопределенность с исходом выборов президента США сказывается на работе в Совбезе, в том числе на ваших контактах с американской делегацией? Есть ли какие-то проблемы или же все идет по накатанной?

– На работе Совбеза это никак не сказывается. Однако не только граждане Соединенных Штатов, но и все те, кто здесь живет, ожидают результата выборов. Вы видите, какая отчаянная борьба идет. Кто-то ставит на другую сторону. Ну, скажем, многие европейцы, потому что для них Трамп оказался человеком, который, по их мнению, разрушает твердую трансатлантическую связку, и они, конечно, ждут перемен.

– Заинтересованы?

– Да. Каковы будут эти перемены, как это скажется на их же отношениях с Америкой, трудно пока сказать, не зная результатов. Наученные горьким опытом, предпочитаем не говорить об этом. Хотя мои коллеги ко мне постоянно подходили с вопросом, кто будет победителем. Я говорил, что я знаю, но не скажу.

Но на работу Совбеза, который имеет так называемый мандатный цикл, череду вопросов его повестки, которые обсуждаются регулярно, это никак не влияет по сути. Как мы занимались нашими делами, так и занимаемся. Другое дело, что, если будет смена администрации, то будет смена постпреда при ООН, что очевидно. На все ключевые постпредские, посольские должности новая администрация назначает своих людей.

У нас с американским постпредом Келли Крафт хорошие, рабочие, товарищеские, дружеские отношения. Не только со мной – у нее со всеми членами Совета такие отношения. Она приехала сюда примерно год назад, но как-то быстро влилась в коллектив. Она – человек очень теплый по натуре. Коллеги к ней тоже относятся с теплотой и уважением.

– Какие актуальные задачи стоят сейчас перед постпредством РФ? Какие резолюции в Генеральной ассамблее вы считаете наиболее важными, в том числе из тех, которые предлагает Россия как автор?

– Консенсусом была принята резолюция к 75-летию окончания Второй мировой войны. Это – наша инициатива. Она должна была принята быть еще в мае. Но в связи с пандемией все это было отложено. Первого декабря состоится торжественное заседание, посвященное окончанию Второй мировой войны.

Разумеется, отчасти связана с этим наша традиционная резолюция о борьбе с героизацией нацизма, которая ежегодно принимается Генассамблеей. Целый кластер резолюций по разоруженческой проблематике, которые сейчас тоже на острие в связи с кризисом в международной системе контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения. Резолюция по международной информационной безопасности, которая подразумевает продолжение рабочей группы открытого состава международной информационной безопасности – такого универсального механизма, который призван разработать международные инструменты сотрудничества в этой области. Она принята.

Это наш традиционный набор приоритетов, но мы внимательно следим за всем, что происходит на Генассамблее. Все, естественно, окрашено в "ковидные" тона, и наша работа, само собой. Хотя, слава богу, нам – как Совету Безопасности, так и Генассамблее – удалось "выйти в свет" после долгого перерыва.

Новый председатель Генассамблеи Волкан Бозкыр – твердый сторонник очного общения. Собственно, все мои коллеги – твердые сторонники очного общения, потому что дипломатия должна подразумевать работу всех пяти чувств. По видеосвязи не все из них можно использовать.

Работа в удаленном режиме имеет свои плюсы, конечно. Ты вышел из своего кабинета, спустился на другой этаж, сел в комнату для переговоров, тебе не надо никуда ехать. Но это, конечно, не то. Когда при нашем председательстве мы вернулись в зал Совета Безопасности, мои коллеги радовались как дети, как будто после каникул вернулись в школу.

Генассамблея сейчас работает в гибридном режиме. Иногда люди сидят в нескольких залах в рамках одного заседания, чтобы соблюдать дистанцию.

– Раз мы перешли к теме COVID, на какой стадии находится инициатива, с который выступил президент РФ Владимир Путин, относительно передачи вакцины для сотрудников Секретариата ООН? Когда мы можем ожидать, что вакцина сюда придет, и как вообще в Секретариате реагируют? Ведь изначально они это достаточно прохладно восприняли…

– Я бы так не сказал. Отреагировали они положительно. И я вскоре после выступления президента на сессии Генассамблеи беседовал с генеральным секретарем, у нас была встреча. И там этот вопрос обсуждался. ООН с благодарностью откликнулась на это приглашение. Я попросил их дать нам офицера связи, с кем мы могли бы разговаривать. Они его дали. Но чтобы вакцина сюда поступила, и чтобы началась вакцинация как таковая, надо пройти не один этап. Это не вопрос чьего-то желания и возможностей.

Вакцина ведь и в России еще не начала массово использоваться. Пока идут, насколько я понимаю, клинические испытания. Потом будут определенные профессиональные группы, которым прежде всего будет вводиться эта вакцина – врачи, учителя – и только после этого начнется массовая добровольная вакцинация. Здесь тоже добровольная. Мы же ни за кем здесь со шприцем бегать не будем, втыкать на ходу в предплечье.

Но есть масса вопросов, связанных с этим: процедурные, медицинские, логистические, политические в конце концов. Политические – потому что если мы даже договоримся с ООН, то вакцина будет поступать на территорию государства, где штаб-квартира ООН находится. ООН, конечно, имеет экстерриториальный статус. Но это тоже тема, к которой еще даже не подступали, потому что мы пока находимся на более раннем этапе. Для того чтобы говорить о применении вакцины здесь, скажем, для сотрудников Секретариата, она должна пройти так называемую преквалификацию в ВОЗ.

Насколько я понимаю, мы сейчас находимся на этой стадии и мяч в этом смысле на нашей стороне. То есть Москва занимается с Женевой, с ВОЗ этой самой преквалификацией. Потом, когда это произойдет, возникнет вопрос поставок, хранения, непосредственной вакцинации.

Предложение было сделано. Мы, очевидно, опережаем другие страны даже по внедрению этой вакцины. Мы первые. Но и с другими странами, как известно, мы сейчас уже находимся в процессе заключения соглашений о поставке, производстве, закупках.

Но это не шоколад и не продукты питания, это особый товар, особая категория, которая требует глубокой и тщательной проработки. Поэтому я не берусь говорить, когда это будет – в ноябре, в декабре, в следующем году... Трудно сказать. Работаем над этим.

– То есть к началу следующего весенне-зимнего пика, которого многие ожидают, можно ждать, что что-то будет?

– Это вопрос, скорее, не ко мне. За мной ходят коллеги, послы, которые спрашивают: "Где вакцина, когда ты нас вакцинируешь"?

– То есть не только Секретариат ООН, но еще и дипломаты хотят уколоться?

– Ну они интересуются, конечно. Естественно.

– А кто интересуется?

– Коллеги мои – постпреды.

– Вы сказали о ВОЗ. У организации возникли большие проблемы после критики со стороны американской администрации, со стороны Трампа. Сейчас есть ожидания, что Америка вернется и станет смотреть с большим вниманием на ооновские структуры, в том числе на Всемирную организацию здравоохранения?

– Пока мы находимся на этапе, когда американцы подали официальное заявление о выходе из Всемирной организации здравоохранения. Я думаю, разговор о том, что они вернутся, можно вести только в том случае, если сменится администрация. Я уже слышал заявления кандидата от демократов о том, что в случае его победы Соединенные Штаты вернутся в те организации, откуда они в свое время вышли. Он уже сделал заявление по поводу климатического соглашения. Не помню, была ли речь о ВОЗ, но я допускаю, что то, что произошло при администрации Трампа, будет развернуто в обратную сторону в случае, если произойдет смена власти.

– То есть, наверное, можно ожидать каких-то подвижек в плане договора о СНВ?

– Об этом Байден, по-моему, говорил прямо. Насколько мы понимаем, он является сторонником продления. Это не значит, что у нас все будет очень гладко в области вооружений и разоружения с американцами, если придет демократическая администрация. Но то, что Байден понимает необходимость продления ДСНВ, это факт, о чем говорил, кстати говоря, Владимир Владимирович (президент России Владимир Путин – ред.) не так давно.

Собственно, мы и с этой администрацией почти что подошли к этому продлению. Правда, не к пятилетнему, а к годичному.

Эта тема не завершена. Но начинали мы издалека. Начинали просто с их желания не продлять договор. Но подошли мы практически к его продлению, хотя бы годичному, что дало бы запас времени.

– То есть они готовы продлить на год?

– Они выставляют различные условия. Мы им сказали, что готовы продлить на год. Отчасти согласились на то, что они нам предлагали, при этом сказав, что других дополнительных условий мы не примем. Пока мы ждем ответа на это предложение от американцев.

– То есть пока мы готовы продлить договор на год без условий, а их условия все отклонили?

– Мы согласились на часть того, что они нам говорили: продлить договор на год. Это было не единственное условие, которое выдвигали американцы. Мы согласились на кое-что, но сказали, что это последняя наша уступка. Теперь мяч на их стороне. Они до сих пор это где-то у себя обсуждают, ответа до сих пор нет.

– Здесь, в ООН, контактов на эту тему нет?

– Это все-таки двухсторонняя тема.

– А с ОЗХО мы договорились о формате взаимодействия по расследованию так называемого отравления Навального?

– Идет разговор. Мы пригласили миссию ОЗХО посетить Россию в соответствии с одной из статей Конвенции о запрещении химического оружия. Сейчас идет согласование меморандума о том, на каких условиях они приедут к нам, и что они будут делать. Такой меморандум заключается с любой страной, куда миссия ОЗХО выезжает по запросу этой страны. Сейчас это согласование продолжается.

– Не понятно, какие могут быть сроки отправки – месяц, два, три?

– Трудно сказать. Если завтра будет согласован меморандум, значит, скоро. Если нет, значит, нет.

– Формулу этого вещества ОЗХО нам по-прежнему не готова предоставить?

– Они ссылаются на то, что немецкая сторона не дала на это согласия. Это все странно, конечно. Это даже ведь не вещество из списка (который, кстати, недавно был утвержден), куда вошли эти так называемые "Новички". Это вещество, о котором на самом деле никто ничего не знает, не является списочным веществом конвенции. Немцы говорят: "Мы не хотим давать формулу, потому что мы раскроем страшный секрет". Какой секрет, если это не вещество из запретного списка? Да, странного много в этой истории. Это очевидно. И ответов они нам не дают. И не знаю, дадут ли.

Недавно был пятый запрос нашей Генпрокуратуры, я читал. На первые четыре они ответили лишь отпиской о том, что они их изучают.

– Пятый?

– Да, был наш пятый запрос. Недавно, по-моему, я видел, что немцы сказали: "Мы рассмотрим возможность ответа на ваши запросы по существу, если вы откроете уголовное расследование". Теперь они нам перебрасывают мячик по этому поводу.

– Это политическое решение такое с их стороны – поступать именно так?

– Я хочу сказать, что они находятся в очень непростой ситуации. Мы задаем справедливые вопросы, на которые они не хотят давать нам ответы. Мы готовы провести расследование, но нам нужны улики, которые они отказываются предоставлять, потому что это у нас произошло, на нашей территории случилось. Как они из этого всего выплывут, пока непонятно. На запросы они не отвечают. Заключение ОЗХО выглядит, прямо скажем, странным. Почему они скрывают формулу? Много вокруг этого разных странностей.

И не только вокруг этого. Я (на заседании СБ ООН по сирийскому химическому досье – ред.) сказал, что мы про Скрипалей тоже не забыли. Более того, после того как у нас состоялась перепалка, мы между собой поговорили. Мы найдем способ, как провести заседание по Скрипалям, потому что дело Скрипалей тоже повисло в воздухе. Все эти 50 или 250 вопросов, которые мы поставили, остались без ответа.

Ну, там "задача", собственно говоря, выполнена: преступник найден (то бишь мы), он объявлен, расследование уже не нужно. Тема Скрипалей, звучащая публично, не очень выгодна (западным государствам – ред.).

– Вы думаете, с Навальным будет то же самое?

– Я не знаю, что будет с Навальным. Я не знаю, что будет происходить у нас с ОЗХО, и как эта тема развернется. Но вся эта история очень странная для меня.

Я не химик и не берусь делать какие-то выводы, хотя я много читаю на эту тему. Все это выглядит очень странно, туманно и подозрительно. Точно так же, как для меня это по-прежнему выглядит и со Скрипалями. Не потому, что я поставлен здесь защищать интересы страны и отвергать, отрицать и не соглашаться, а просто потому, что действительно история очень странная. Там столько несостыковок, столько фантастики. Но серьезно на эту тему говорить никто не хочет. Самый, наверное, вопиющий пример того, что с нами не хотят говорить, и что там (среди западных государств – ред.) все загнано в совершенно другую парадигму (а именно: вердикт вынесен и доказательств никто не ищет), – это, конечно, сирийская "химия" (химическое досье – ред.), которая и была главной темой вчерашнего заседания.

Сирийская "химия" – это просто камень преткновения. В понимании западной части мирового сообщества все очевидно: сирийцы применяют химическое оружие против своего населения, это доказано, это подтверждено "авторитетными" и для этого созданными структурами, как так называемая Группа по расследованию и идентификации (ГРИ), а до этого – Совместный механизм по расследованию (СМР). Они штампуют доклады.

Когда серьезные люди – баллистики, военные, химики, биологи – начинают обсуждать содержание доклада, там не остается камня на камне, там абсолютно все сыпется. Я уже не говорю про мотив. В последнем докладе этой группы, в котором они обвинили сирийские войска в применении химоружия в 2018 году в районе Хамы, авторы написали, что в этот момент сирийская армия наступала, имела тактическое и стратегическое преимущество, завоевывала территории. Из этого следует, что никакого резона применять химическое оружие, даже гипотетически, не было. Не говоря уже о том, что любое применение химического оружия Дамаском – это красная тряпка. Они (Дамаск – ред.) же прекрасно понимают, что это вызывает бешеную реакцию, это вызывает агрессию, это вызывает ответные удары. Когда мы спрашиваем cui bono, никто не слушает. Зачем Асаду применять химическое оружие с точки зрения элементарной логики?

Но когда ты начинаешь смотреть на технические выкладки этих докладов… Я не говорю про Думу – там чистой воды фальсификация от начала до конца. Я внимательно все это изучал. Привезли 40 трупов в подъезд дома в Думе, где обнаружили баллон с хлором. Сложили штабелями этих несчастных, уже мертвых людей, на лестничной клетке. Серьезные западные эксперты собрались в британском парламенте – бывшие военные, разведчики отставные – и говорят: слушайте, хлор так не воздействует на людей. Хлор – это отравляющее вещество, но хлор не способен действовать так, как действуют боевые отравляющие вещества типа зарина, типа того же "Новичка", когда ты погибаешь в страшных конвульсиях, судорогах, мучениях, и у тебя явные признаки этого химического поражения. (В случае с применением хлора – ред.) тебе только надо выбежать из подъезда, сделать глоток свежего воздуха и ты на 80% гарантирован от поражения. Не могли эти 40 человек, которые оказались в подъезде, одномоментно задохнуться от хлора. Такого не бывает. Трупные пятна, размер зрачков – все это говорит о том, что это не могло быть поражение, связанное с хлором. Они умерли от совершенно других причин. Это просто фальсификация, что подтверждают люди, которые были в Думе, которые были инспекторами ОЗХО.

Вспомните известную историю с Хендерсоном (бывший инспектор ОЗХО Ян Хендерсон, который не согласился с официальной версией инцидента в сирийской Думе – ред.), которого потом обвинили в том, что он вообще никакого отношения к этому не имел, что он был какой-то штафиркой в ОЗХО, никуда никогда не ездил и ни к чему не был причастен. Это тоже все опровергнуто.

А доклад ГРИ шит белыми нитками. Все, что там написано, опровергается. Все, что там описано, изложено со слов свидетелей, которых они (авторы – ред.) опрашивали где-то в Турции в лагерях беженцев. Никого там на месте не было.

Все это по одной схеме – что с сирийской "химией", что со Скрипалями. А теперь это пробуют на Навальном.

– А здесь тему Навального не пытаются вынести на уровень Совета Безопасности?

– Они побаиваются выносить ее, потому что понимают, что все это может быть развернуто и в другую сторону. Если бы они хотели, то давно бы уже вынесли. Но каждый раз, когда мы обсуждаем "химию", в том числе сирийскую, они эту тему по касательной затрагивают.

Мы готовы, мы ничего не боимся, ничего не скрываем. Хотят вынести – пусть выносят. Мы, может, сами вынесем – это будет разговор для них не очень лицеприятный.

– Вы гипотетически говорите или есть такие планы?

– Пока гипотетически. Нам иногда приписывают, что мы пытаемся уйти от разговора, это неправда. Мы готовы к любому разговору. Однако сейчас у нас идет взаимодействие с ОЗХО по этому поводу. Чем оно закончится, я не знаю, но, наверное, сейчас проводить какие-то заседания было бы преждевременным.

– Не получается ли на примере всех этих эпизодов, что ОЗХО неэффективна в расследовании подобных ситуаций?

– Мы уже давно говорим, что ОЗХО стремительно теряет свой авторитет. Наши партнеры с пеной у рта пытаются это опровергнуть. Из организации, которая была создана для благородной цели – для борьбы с оружием массового уничтожения, каковым является химическое оружие, ОЗХО превратилась в инструмент политических игр. Это все в конечном счете ведет к тому, что мы можем столкнуться с глубоким кризисом. Авторитет организации потерян, потерян авторитет ее технического секретариата, тех механизмов расследований, которые были в ней созданы, генерального директора организации. Для нас это очевидно.

Мы этого генерального директора пытаемся уже третий или четвертый месяц живьем вытащить на заседание Совета. Мои коллеги по Совету пытаются все время оградить его от этого, предлагают провести закрытое заседание. Мы говорим: нет, закрытое заседание не надо. Зачем мы будем друг друга уговаривать. Мы хотим товар лицом показать, задать ему на голубом глазу вопросы, на которые он до сих пор нам не дал ответы и вряд ли даст, когда мы будем их задавать.

Вот мы вроде бы договорились. Но в этот раз были те же самые игры. Когда мы проводили заседание при нашем председательстве по сирийской "химии", они трусливо заблокировали бывшего гендиректора ОЗХО Бустани, организовав процедурное голосование по этому поводу, которое я, кстати, намеренно дал им провести, чтобы они показали товар лицом.

Не понимаю, почему человеку не дали слова. Они себя просто подставили. Но тогда они говорили, что Бустани – никто, давным-давно уже с этим не связан, давайте пригласим главного специалиста по этому поводу Ариаса. Я сказал: "С удовольствием, давайте в следующий раз пригласим Ариаса, мы только за". Подходит дело к следующему разу, опять начинаются пляски. Опять говорят: "А давайте проведем закрытое заседание". Нет, спасибо.

Мы им говорим: "Ладно, давайте проведем без Ариаса в этот раз, но в следующий раз, в декабре, будьте добры, выведите товарища на арену". В декабре будем ждать его в гости.

– То есть вопрос решенный?

– Такова договоренность. Но мало ли, может, он окажется на больничном, или у него будут неотложные дела. Я не знаю.

Я допускаю, что они искренне верят в то, что говорят. Что они убеждены в том, что Асад – это такой монстр, который травит своих людей химическим оружием, и это все давно доказано, доказывать уже нечего, а все, что мы говорим, это фальсификация. Мы предлагаем им поговорить на эту тему профессионально и привести людей, которые в этом понимают, мы же не химики, мы в этом не разбираемся. Привели троих экспертов на так называемую формулу Арриа (неофициальная встреча Совета безопасности ООН – ред.). Но они (западные коллеги – ред.) не хотят это слушать. Им там эксперты карты показывают, воронки от бомб анализируют, про ветер рассказывают, стрелки рисуют – как, куда, что могло дуть. Они говорят: "Это все пропаганда".

Я понимаю, что им трудно думать по-другому, потому что думать о том, что ты сражаешься не за правое дело, что ты отстаиваешь ложь, всегда неприятно, и они, естественно, не хотят разбираться в механике, технике, химии, биологии и так далее.

– Если мы считаем, что ОЗХО неэффективна, и об этом свидетельствует ряд моментов, почему мы не можем последовать, скажем, примеру Дональда Трампа, который вышел из ВОЗ и которую так же считал неэффективной?

– Надо, наверное, разделять организацию стран-членов от техсекретариата, который является исполнительным органом этой организации. Мы же не говорим о том, что сама ОЗХО не нужна или не важна. Это важнейший инструмент, который занимается предотвращением производства и применения химического оружия. И она сделала немало в этой области, она стала лауреатом Нобелевской премии.

Но мы говорим о том, что некоторые известные западные страны-члены и секретариат, который находится у них в кармане (будем откровенны), используют эту организацию, ее авторитет, ее имя для того, чтобы пригвождать к позорному столбу неугодные им страны. И главная цель на данном этапе – это Сирия. Она для них "главный подозреваемый". Теперь в эту плеяду входим и мы. ОЗХО была использована и по нашему поводу.

И мы говорим о том, что пока окончательно все не рухнуло в тартарары, надо что-то делать, потому что ОЗХО может потерять свой авторитет. ОЗХО всегда была консенсусной организацией, там не принимались решения голосованием. Они стали приниматься голосованием с совсем недавнего времени. В частности, голосованием было принято решение о создании так называемой Группы по расследованию и идентификации, которое присвоило ОЗХО атрибутивные функции, на которые она не имеет права по конвенции. Они нарушили Конвенцию о запрещении химического оружия. Они не имели права создавать эту группу. Они нарушили конвенционные статьи. Об этом никто не хочет говорить даже сейчас.

Более того, решение о ГРИ было принято меньшим, чем половина, числом членов ОЗХО. Мы не признаем легитимность этой группы. Но формальное решение было принято. И они используют эту организацию чем дальше, тем больше для манипуляций с этой "химией".

Вы говорите, почему бы нам не выйти… Представьте, выйдем мы из ОЗХО, и нам скажут: "Что и требовалось доказать". Но если она совсем потеряет всякий авторитет и станет просто местом для штамповки решений по неугодным режимам, наверное, об этом можно будет подумать. Но мы не делаем таких резких движений – о выходе оттуда или отсюда. И другим не рекомендуем. Не очень рады тому, что американцы это сделали (вышли из ВОЗ – ред).

Они ведь вышли и из Совета по правам человека ООН в свое время и сказали, что это очень неэффективный орган, что там заседают страны, которые не знают, что такое права человека, что это просто профанация. Вот сейчас они задумались о том, не стоит ли вернуться, потом что участие в организации – это рычаги.

Это американский подход, который активно та же Никки Хейли (бывший постпред США при ООН – ред.) проповедовала. Ей почему-то казалось, что если решение принимается не в пользу Соединенных Штатов, значит, организация, которая принимает решение, – плохая.

Они, к сожалению, не очень понимают, что, во-первых, решение не всегда принимается в твою пользу, во-вторых, любое решение – это баланс компромиссов, что надо учитывать мнение других стран, которое необязательно должно совпадать с твоим. Они в это не очень верят, к сожалению. И результатом этого было то, что случилось с СПЧ, с ВОЗ.

Хотя ВОЗ пострадала невинно, можно сказать. Как можно обвинять ВОЗ в том, что кто-то съел летучую мышь, а ВОЗ превратилась в инструмент китайского влияния? Посмотрите состав секретариата ВОЗ. На всех ключевых постах любой международной организации – англосаксы и прежде всего американцы. То же самое и с ВОЗ. Они там многое контролируют. Выиграют они от того, что они оттуда уйдут, потеряв некие рычаги, или нет?

– Вы затронули тему "формулы Арриа". Недавно ведь в подобном заседании принимала участие экс-кандидат в президенты Белоруссии Светлана Тихановская. Насколько это было для нас, скажем так, проблемным вопросом?

– Да для нас нет проблемных вопросов. Мы готовы разговаривать со всеми. Проходила такая "формула Арриа", организовали ее эстонцы. Да, там была Тихановская. Мы поговорили. Мы никому не отказываем в слове в отличие от них.

– Хотел спросить о другой истории. Сейчас бывшему президенту самопровозглашенной республики Косово Хашиму Тачи предъявляют новые обвинения. Насколько с точки зрения России те остаточные механизмы, которые остались по Международному трибуналу по бывшей Югославии, могут применяться сейчас? И какую позицию займет Россия по Тачи?

– А какую Россия может занять позицию? Это же спецсуд. Он независим ни от кого формально. Россия рассчитывает на справедливое разбирательство прежде всего. Мы не большие фанаты Международного трибунала по бывшей Югославии, потому что там масса проблем была с этим разбирательством, с тем, как оно шло. С кем-то оно, видимо, было достаточно быстрым.

Как с сербами поступали, мы знаем. Что сейчас с Младичем происходит, мы знаем. Человеку надо в больницу лечь – они говорят: нет, он здоров, как бык. У нас большие системные проблемы с этим трибуналом.

Но мы рассчитываем на то, что спецсуд по преступлениям ОАК проведет справедливое разбирательство и каждой сестре будет роздано по серьге, потому что мы давным-давно говорим про бывших деятелей ОАК.

– Удивительно, что вдруг сейчас всплыла история с Тачи… Вроде уже все про него забыли…

– Президентствовал, как ни в чем ни бывало. Вообще, наши коллеги выдают Косово за молодой образец невероятной демократии. Но все, кому положено, знают, что это вербовочный пункт международного терроризма, что это рассадник организованной преступности.

Россия. США. ООН > Медицина. Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > ria.ru, 13 ноября 2020 > № 3576752 Василий Небензя

В Азербайджане повторяется сирийский сценарий

Турецкая армия закрепляется на территории Азербайджана.

Как и в Сирии турецкие военные вводятся в Азербайджан для миротворческой операции, а противостоять им будут российские десантники. В соответствии с ночным соглашением между воюющими сторонами в Нагорный Карабах отправляются почти две тысячи российских солдат. Наш штаб расположится в столице Карабаха Степанакерте.

Армения фактически отказалась выступить на защиту Карабаха, чьим немногочисленным защитникам, так и не дождавшимся серьезной помощи, пришлось сдать город Шушу. От полного краха Карабах спасло соглашение о прекращении огня и размещении миротворческих сил.

В тоже время в Азербайджане остаются турецкие подразделения, участвовавшие в захвате части Карабаха, там же размещаются и джихадисты из сирийских террористических группировок. Баку частично утрачивает свой суверенитет. Президент Азербайджана Ильхам Алиев выразил благодарность турецкому президенту за участие в политическом урегулировании конфликта.

Наши миротворцы расположатся вдоль линии боевых действий и пятикилометровой ширины Лачинского коридора, связывающего Карабах с Арменией. При этом нет полной гарантии, что боевые действия будут остановлены.

Николай Иванов

Турция продвигается к российской границе

Министр транспорта Турции объявил, что его страна построит железную дорогу в провинцию Нахичевань.

Турецкие поезда пойдут в единственную граничащую с Турцией, но отделенную от остальной страны территорией Армении провинцию Азербайджана.

Согласно мирному соглашению Армения обеспечивает для Азербайджана транспортный коридор из Нахичевани, а это значит Турция тоже получит прямой путь в Баку, тогда как прежде ей приходилось пользоваться маршрутами, проложенными через Грузию и Иран.

Это, в свою очередь, становится фактором возможного будущего конфликта, если Армения решит перекрыть для Турции эту дорогу. Правда, взамен Ереван получил для общения с Карабахом Лачинский коридор шириной в 5 километров.

Сейчас президент Турции Эрдоган проталкивает ввод своих «миротворцев» на территорию Карабаха, оказывая сильное давление на российские власти. И не исключено, что как и в Сирии он создаст в Азербайджане, под видом наблюдательных пунктов, свои полноценные военные базы, окончательно подчинив себе Баку. Азербайджану грозит стать еще одним турецким протекторатом, наподобие Идлиба в Сирии.

Николай Иванов

Чужие слова

русский, говори по-русски!

Роман Мещеряков

Внимательный взгляд (или ухо) может заметить, что в современных российских СМИ, блогах, в речи политиков, теле- и радиоведущих используется огромное количество иноязычных слов. Казалось бы, мелкий, ни на что не влияющий вопрос, интересующий только языковедов. Или нет? Попробуем разобраться, почему так происходит и каковы могут быть последствия.

Размер бедствия

Найти научную оценку доли заимствованных слов в русском языке, а также изменения этой доли за последние несколько десятилетий автору не удалось. Не выдвигая притязаний на безупречность или широту подхода, сделаем некоторые оценки самостоятельно. Воспользуемся для этого Национальным корпусом русского языка (НКРЯ) — информационно-справочной базой данных, представляющей собой собрание оцифрованных текстов на русском языке c XVIII века и до сегодняшнего времени.

Рассмотрим некоторые заимствованные слова, которые заменяют общеупотребительные русские. Например, слово "индустрия" заменяет родные нам "промышленность" и "отрасль". Мы увидим, что доля заимствованного слова "индустрия" в тройке "индустрия", "промышленность", "отрасль" с течением времени неуклонно растёт. Если в конце XIX века она составляла не более нескольких сотых, то в начале XXI века выросла до величины от 11 (по данным НКРЯ) до 26 (по данным поисковика Google) процентов.

Похожую картину можно увидеть и для тройки "волонтёр", "доброволец" и "доброхот": заимствованное слово "волонтёр" быстро вытесняет русские "доброволец" и "доброхот".

Надо заметить, что доля заимствованного слова в поисковых запросах примерно в 2 раза выше, чем в НКРЯ. Возможное объяснение состоит в том, что значительная часть авторов статей и книг, составляющих основу НКРЯ, как правило, взрослые, зрелые или даже пожилые люди. Они образованны, словарный запас многих из них сложился ещё во времена Советского Союза. Они менее склонны использовать заимствованные слова, особенно тогда, когда есть соответствующие русские. Люди старшего поколения если и заходят во Всемирную сеть, то поиском пользуются не так часто, предпочитая больше переходить по ссылкам. Некоторые группы пользователей — например, дети и подростки, среди авторов НКРЯ почти совсем не представлены. Таким образом, доля молодёжи среди пользователей поисковых систем намного выше, чем та же доля среди авторов текстов, составляющих НКРЯ. Молодёжь более восприимчива ко всему новому, поэтому можно предположить, что доля заимствованного слова в поисковых запросах является опережающей оценкой для этой же доли в НКРЯ.

Чтобы получить более общую картину, воспользуемся частотным словарём русского языка. Возьмём первую тысячу самых распространённых слов, выберем из них заимствованные и посмотрим, как менялась относительная частота этих слов за последние несколько десятков лет. Мы увидим, что после 1990 года резко, более чем наполовину, выросла доля заимствованных слов в публицистике. Доля заимствованных слов в художественных произведениях тоже выросла, хотя и не так сильно.

Мягкая сила иностранных слов

Зададим себе вопрос: как повсеместное замещение русских слов иноязычными воздействует на язык, культуру и мировоззрение?

Думаю, даже на подсознательном уровне понятно, что постоянные иноязычные заимствования наносят языку большой ущерб. Этот вопрос хорошо рассмотрен, например, Владимиром Колесниковым: "Сегодня в нашу жизнь входят сотни бытовых приборов. Оправданно ли перенимание иностранных названий (миксер, тостер, блендер, плеер, ресивер, модем, сплитер и так далее) без попытки дать понятное русское название? Эти слова воспринимаются нами просто как какие-то значки. Обезьянка в цирке ведь тоже слов не понимает, а воспринимает их как знаки к действию. Ей говорят "алле", и она понимает, что надо встать, ей говорят "ап", и она в ответ на слово-значок прыгает. Мы воспринимаем иностранные слова точно так же, как знаки к действию. Мы слышим слово-значок "миксер" и понимаем (кому объяснили), что это такой прибор для смешивания, слышим слово "тостер" и запоминаем, что это такое устройство для обжарки, и так далее. Слово "миксер" и намёка нам не даёт о том, что это. Просто значок, который надо запомнить, как цирковой обезьянке. Русские слова, напротив, несут ясность мышления, так как нет необходимости в словах-посредниках (миксер, тостер, ресивер и так далее), и вместо непонятного значка появляется осмысленное, доходчивое слово. Мы понимаем, что будильник будит, печь печёт, холодильник холодит, двигатель двигает, глушитель глушит, обогреватель обогревает, самолет летит, и так далее. Поэтому правы были и Сумароков, и Ломоносов, которые говорили, что иностранные слова замутняют мышление, осложняют понимание простых вещей и поэтому портят, калечат наш язык".

Взглянем теперь с точки зрения геополитики. Вряд ли кто-то будет спорить, что язык является одной из мишеней для так называемой мягкой силы. Достаточно вспомнить, сколько уныния вызывали постоянно появляющиеся новости об ущемлении прав русскоязычного населения на Украине и то, как болезненно восприняли в России известие о желании руководства Казахстана и других стран Средней Азии перейти на латиницу. Даже простой человек без языковедческого и политологического образования чувствует, что описанные события означают проигрыш русского мира, его ослабление. Конечно, геополитические соперники России знают об этом и делают всё возможное, чтобы заместить русский язык и кириллицу своими языком и алфавитом.

Широкое использование заимствованных слов — в последние десятилетия, как правило, из языков стран Западной Европы и США — грозит постепенным превращением русского языка в смесь языков этих стран. Русский язык в своей полноте, точности и многообразии может просто исчезнуть, превратившись в тонкую скорлупу из русских падежей, приставок и особенностей построения предложений, набитую иноязычными словами. Пожалуй, такое будущее русского языка будет настоящим подарком для геополитических соперников России. В конечном итоге каждое общеупотребительное заимствование есть проявление добровольно взятой на себя вторичности по отношению к культуре, из которой это слово пришло. Продолжая широкое использование заимствованных слов, мы перестанем быть самими собой и будем культурно поглощены западной цивилизацией, подобно тому как заражённая клетка перестаёт выполнять свои естественные задачи и начинает жить по указке вторгшегося в неё вируса. Причина этого в том, что чужие слова невольно тянут за собой чужие смыслы, цели и ценности.

Почему мы заимствуем иноязычные слова? Причин много, но, по-видимому, все они сводятся к одной, корневой причине. Она называется "нежелание мыслить самостоятельно". Во многих из нас почему-то подспудно укоренилась мысль о том, что всё хорошее и правильное в общественной жизни, в науке, в образовании, в производстве и в управлении уже придумано, и придумано не нами, и нужно только это заимствовать. Это ошибка.

Есть большие сомнения, что западные ценности могут дать миру процветание или хотя бы устойчивое существование. Нужно найти и осознать наши собственные смыслы и образы. Нужно научиться думать самостоятельно.

Наши ценности

Одной из главных ценностей русского народа является справедливость. Другой важной чертой является духовность, внутренний поиск высших и вечных ценностей, такого смысла жизни, где вместо постоянного стремления урвать что-то для себя происходит созидание, дарение для других. Духовность, справедливость и вера в свои силы — вот те краеугольные камни, на которых граждане России могут выстроить новый, лучший мир. Может быть, не только для самих себя, но и для других народов.

Мир, где основной ценностью является выгода для себя, никогда не будет ни устойчивым, ни приятным для проживания большей части населения, ни способствующим многостороннему развитию каждого члена общества. Только высокие духовные ценности могут помочь изменить жизнь к лучшему.

Не нужно думать, что здесь предлагается построить рай на земле, — это невозможно. Но постараться избежать ада мы обязаны. Сейчас нет ясного понимания, как строить новый мир, но некоторые ближайшие шаги уже понятны. И один из этих шагов — думать и писать самим и только на своём родном языке.

Даже если опустить все приведённые выше мировоззренческие рассуждения, попробуйте объяснить: чем "коммюнике по результатам саммита" лучше "заявления по итогам встречи"? Чем "минимизировать риски неконтролируемой децентрализации" лучше "снизить опасность неуправляемого распада"? Почему нужно писать "индустрия", а не "промышленность", "инвестиции", а не "вложения", "бизнесмен" вместо "предприниматель", "волонтёр" вместо "доброволец", "демонтаж" вместо "разрушение", "коллапсировать" вместо "сворачиваться", "плюрализм" вместо "множественность", "трансфер" вместо "передача", "электорат" вместо "избиратели", и так далее и тому подобное? Давайте наконец перестанем унижать свой родной язык бездумными, беспричинными заимствованиями.

Есть, правда, слова, для которых подходящее родное слово найти непросто. Что делали наши предки в этом случае, что делают и сейчас в англоязычном мире? Правильно, придумывают новое слово. В ряде случаев достаточно вспомнить старое слово, вытесненное иноязычным.

Конечно, не все заимствования угнетают наши язык и самобытность. Вполне естественным и безопасным выглядит заимствование названий предметов и явлений, являющихся особенностью культуры других стран и народов, таких как "суши", "пицца", "доллар" или "кимоно".

При оценке безопасности заимствования необходимо рассматривать иноязычные слова не по одному, а как целый пласт, пришедший за исторически короткое время из определённой культуры или набора родственных культур. Если размер пласта мал и заметен только языковедам, скорее всего, заимствование безвредно. Если же происходит быстрое, за два-три десятка лет, втаскивание большого объёма чужих слов, видное многим обывателям невооружённым глазом, то впору говорить о языковом вторжении.

Возращение к родному

Многие люди осознают, что в той или иной степени всё, что они говорят и пишут, влияет на читателей, зрителей, слушателей. Однако, может быть, не все понимают, насколько глубоко воздействие используемого языка и словарного запаса, насколько от этого зависит будущее нашей страны и её граждан и даже всего мира.

Независимость страны и народов, её населяющих, является основополагающей потребностью каждого жителя, хотя, может быть, и не осознаётся явно. Строится она в том числе на собственном языке, который неизбежно и помимо воли говорящего передаёт не только прямой смысл, но и смыслы более высоких уровней и, что особенно важно, основополагающие ценности. Язык является важнейшей частью основания, на котором выстраивается суверенитет государства. Без такого основания народ будет в лучшем случае перенимать чуждые ему ценности, а в худшем — колебаться, как флюгер на ветру, подвергаясь лёгкой изменчивости идеалов и теряя, в конце концов, свою самобытность и смысл жизни.

Конечно, широкое использование заимствованных слов не является ни первичной, ни единственной, ни самой главной причиной нашей сегодняшней подчинённости Западу. Однако, действуя каждый день мягко и ненавязчиво, языковое вторжение обеспечивает нашим соперникам стратегическое превосходство, угнетая русскую культуру и волю к самостоятельному движению вперёд. Пока на одном уровне геополитического соревнования мы пересматривали кабальные соглашения о разделе добытых на нашей земле полезных ископаемых, помогали отразить грузинское нападение на Южную Осетию, создавали ЕАЭС, присоединяли Крым и осуществляли успешные действия в Сирии, на другом, стратегически более высоком уровне мы безропотно допускали размывание нашей самобытности. А лучшая, чем у соперника, стратегия, как известно, — верный путь к победе, даже если тактика хромает.

Что можно с этим сделать? Самое главное — осознать, что текущее положение губительно для будущего России и народов, её населяющих. Нужно требовать от властей действительной, а не мнимой поддержки русского языка и языков других коренных народов России. Рассказывать друзьям, родным и сотрудникам. Поддерживать политические силы, осознающие важность процветания русского языка и других языков коренных народов России. И конечно, начать нужно с себя. Ведь любой человек, считающий себя частью русского мира, может прямо завтра начать постепенное, но неуклонное движение к тому, чтобы заменить в своём личном словаре подавляющее большинство иноязычных слов на русские.

Российские врачи проведут телемедицинскую консультацию сирийских детей с тяжелыми генетическими заболеваниями

Заместитель Министра здравоохранения Олег Салагай принял участие в международной конференции по возвращению беженцев и восстановлению Сирии, прошедшей в Дамаске.

В ходе конференции обсуждались наиболее актуальные вопросы защиты прав беженцев и основных подходов их возвращения на Родину. В числе прочего также затрагивались вопросы здравоохранения, включая противодействие распространению коронавирусной инфекции. Члены российской делегации поделились опытом борьбы с инфекцией, а также обсудили перемещение лекарственных средств и тест-систем в гуманитарных целях.

Олег Салагай также провёл встречу с представителями министерства здравоохранения Сирийской Арабской Республики, в ходе которой были обсуждены вопросы двухстороннего сотрудничества. Во время встречи с супругой Президента Сирийской Арабской Республики Асмой аль-Асад была достигнута договоренность о проведении сеанса телемедицинской консультации для лечения сирийских детей, имеющих генетические заболевания.

В ходе визита в Сирию делегация также посетила лагеря беженцев, где российские врачи осмотрели людей, проживающих там, и дали соответствующие рекомендации.

Министерства просвещения России и Сирии подписали Соглашение о сотрудничестве в области общего, среднего профессионального и дополнительного образования и иных областях

Первый замминистра просвещения РФ Дмитрий Глушко принял участие в мероприятиях международной конференции, посвящённой возвращению в Сирию беженцев, и совместного заседания межведомственных координационных штабов Российской Федерации и Сирийской Арабской Республики, по итогам которых между Министерством просвещения Российской Федерации и Министерством просвещения Сирийской Арабской Республики подписано Соглашение о сотрудничестве.

На международной конференции в Дамаске состоялось подписание Соглашения между Министерством просвещения Российской Федерации и Министерством просвещения Сирийской Арабской Республики о сотрудничестве в области общего, среднего профессионального и дополнительного образования и иных областях, закрепляющего основные направления совместной работы, которая предусматривает обмен информацией об образовательных программах двух стран, взаимодействие профильных ведомств с целью обеспечения взаимного участия в конкурсах, олимпиадах среди обучающихся, иных образовательных и культурно-просветительских мероприятиях, сотрудничество в области изучения русского языка на территории Сирийской Арабской Республики и арабского языка на территории Российской Федерации.

Важным является закрепление направлений сотрудничества по линии среднего профессионального образования, взаимодействие в сфере отдыха и оздоровления детей.

С 2014/15 учебного года русский язык введён в программу сирийских общеобразовательных школ в качестве второго иностранного языка. В 2018/19 учебном году 18 850 сирийских учеников с 7-го по 11-й класс изучали русский язык. В 2020/21 учебном году число школьников, изучающих русский язык, превысило 30 500 человек. Граждане Сирийской Арабской Республики принимают активное участие в международных конкурсах и олимпиадах по русскому языку.

В 2019 году около 100 преподавателей русского языка образовательных организаций Сирии прошли курсы повышения квалификации и профессиональную переподготовку на базе Центра открытого образования на русском языке и обучения русскому языку при Национальном центре по разработке и совершенствованию учебных программ Министерства просвещения Сирийской Арабской Республики. Открытие Центра состоялось в Дамаске в декабре 2019 года при поддержке Минпросвещения России.

Стороны договорились также об укреплении сотрудничества, в том числе по вопросу обмена школьниками. Так, Минпросвещения России выступило с инициативой предоставить сирийским школьникам возможность принять участие в краткосрочных программах Международного центра образования «Интердом» имени Е.Д. Стасовой.

В рамках рабочего визита первый замминистра просвещения России Дмитрий Глушко присутствовал на уроках русского языка в одной из общеобразовательных школ Сирийской Арабской Республики, посетил Центр открытого образования на русском языке и обучения русскому языку, колледж, а также общеобразовательную школу имени Аднана Колякли, восстановленную силами Межрелигиозной рабочей группы по оказанию гуманитарной помощи населению Сирии Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте Российской Федерации.

Школам и Центру безвозмездно переданы пособия по русскому языку как иностранному, а также учебная литература для начальных классов на русском языке.

Триколор в Африке

Новую базу для российских боевых кораблей планируют построить в Судане

Текст: Александр Степанов

Россия рассматривает вопрос создания пункта материально-технического обеспечения (ПМТО) Военно-морского флота на территории Судана. Соответствующий проект соглашения между Россией и Суданом уже одобрил председатель правительства РФ Михаил Мишустин. Он поручил представить предложение о подписании соглашения президенту. Это постановление было опубликовано на официальном портале правовой информации.

Проект о создании базы ВМФ представило Министерство обороны РФ, он был согласован с МИД РФ, Верховным судом, Генпрокураторой и Следственным комитетом РФ. Документ предварительно проработан с суданской стороной.

В постановлении правительства поясняется, что в Судане необходимо создать пункт материально-технического обеспечения - воинское формирование Вооруженных сил Российской Федерации с военной и специальной техникой. Кроме того, там должны быть построены объекты жизнеобеспечения стоянки и ремонта российских военных кораблей с необходимыми запасами материальных средств и другого имущества.

Пункт обеспечения в Красном море будет создан силами и средствами российской стороны, максимальная численность российского личного состава там должна составить 300 специалистов. Одновременно в ПМТО смогут находиться не более четырех кораблей ВМФ России. Согласно проекту, Россия сможет размещать в Судане временные военные посты для охраны своего пункта ВМФ вне его территории.

Внешнюю охрану границ ПМТО будет осуществлять суданская сторона. Россия, в свою очередь, обеспечит охрану границ акватории базы, его противовоздушную оборону, а также внутреннюю охрану и поддержание правопорядка на территории базы. По предварительным данным, соглашение будет действовать 25 лет с дальнейшей возможностью продления.

Впервые информация о том, что у России в Африке может появится пункт материально-технического обеспечения, появилась в 2017 году. Идею о создании в Судане российской военной базы предложил президенту РФ Владимиру Путину президент Судана Омар Хассан аль-Башир, который находился в России с официальным визитом. Аль-Башир предложил разместить военную базу в Порт-Судане, на берегу Красного моря.

Тогда это предложение было встречено многими российскими экспертами довольно скептично. В первую очередь, экспертное сообщество настораживали высокие расходы, которые нужно было понести для создания полноценной военной базы. Кроме того, опасения вызывала и нестабильная политическая ситуация в этом африканском государстве.

Вместе с тем плюсы появления российской морской базы на берегу Красного моря заметно перевешивают. В России понимают всю стратегическую важность Красного моря, Баб-эль-Мандебского пролива и Аденского залива. Сейчас у нас уже есть один пункт материально-технического обеспечения на Средиземном море в сирийском Тартусе. Появление аналогичной базы в Красном море заметно усилит наши позиции в регионе. База может стать гарантом стабильности в этом районе и, несомненно, повлияет на планы США доминировать в регионе.

На цель наведут дроны

Военные химики получат на вооружение новейший пехотный огнемет

Текст: Александр Степанов

Войска радиационной химической и биологической защиты 13 ноября празднуют 102-ю годовщину со дня основания. Военные химики отвечают за ликвидацию последствий применения оружия массового уничтожения, привлекаются для борьбы с техногенными катастрофами. С начала пандемии COVID-19 военные химики оказались на передовой борьбы с этим вирусом, предотвращая его распространение, как в России, так и за рубежом. О деятельности этих специальных войск в интервью "Российской газете" рассказал начальник войск РХБ защиты Вооруженных Сил Российской Федерации, генерал-лейтенант Игорь Анатольевич Кириллов

Игорь Анатольевич, подразделения войск РХБ защиты принимали участие в борьбе с коронавирусом в Италии, Сербии, Боснии и Герцеговине. Какой практический опыт был получен в ходе этих командировок?

Игорь Кириллов: Специалисты войск РХБ защиты вели работы по индикации и дезинфекции, находясь непосредственно в очагах биологического заражения, вызванного COVID-19. Был получен колоссальный практический опыт в планировании и проведении как профилактической, так и заключительной дезинфекции объектов, участков местности, дорог, различной техники и материальных средств, апробированы новые способы выполнения поставленных задач.

Напомню, что в 140 населенных пунктах иностранных государств была проведена дезинфекция более пятисот социальных учреждений. Обработаны свыше трех миллионов квадратных метров внутренних помещений, более трехсот единиц различной техники, более четырнадцати тысяч комплектов средств индивидуальной защиты, предметов оборудования и инвентаря лечебных заведений.

Сейчас войска продолжают оказывать помощь как субъектам Российской Федерации на социально значимых объектах, так и помогают бороться с распространением коронавирусной инфекции в Армении, Абхазии и Южной Осетии.

Внесла ли борьба с коронавирусной инфекцией коррективы в подготовку курсантов и слушателей академии РХБЗ?

Игорь Кириллов: Действительно проведение мероприятий по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции потребовало внесения изменений как в организацию учебного процесса, так и уточнения содержания преподаваемых дисциплин по которым идет подготовка слушателей и курсантов в военной академии РХБ защиты.

В условиях пандемии войскам РХБ защиты приходится решать новые задачи по проведению диагностических исследований, сбору полевого материала на территории очагов и проведению мероприятий дезинфекции в них, эвакуации больных особо опасными инфекциями, что не возможно без высоко подготовленных специалистов.

В этой связи в образовательные программы и учебные планы дисциплин, в соответствии с которыми осуществляется обучение слушателей и курсантов военной академии РХБ защиты внесены изменения, которые направлены на повышение качества подготовки по вопросам биологической безопасности. Так в учебный план подготовки курсантов инженерного профиля обучения включена новая учебная дисциплина "Основы биологической защиты".

После изучения этой дисциплины курсанты должны знать характеристики биологического оружия, порядок отбора проб из окружающей среды, методы групповой индикации биологических поражающих агентов, владеть методами идентификации биологических поражающих агентов, проводить серологические, молекулярно-биологические и иммунохроматографические исследования.

С учетом поступления новой техники широко и успешно применяющейся подразделениями войск РХБ защиты в ходе проведения мероприятий по борьбе с распространением новой коронавирусной инфекции в программу подготовки курсантов командного и инженерного профиля обучения внесены изменения, направленные на качественное ее освоение.

Разрабатываются ли для войск РХБЗ специальные средства защиты, которые способны на сто процентов защищать человека именно от воздействия вирусов?

Игорь Кириллов: Вы знаете, какие бы средства защиты не разрабатывались для защиты человека от болезнетворных инфекций, даже в самых совершенных из них человек не может находится постоянно. Защиту от возникновения очагов заболеваний и их распространения может обеспечить наличие так называемого "коллективного иммунитета" у населения. Обеспечить этот иммунитет может только проведение массовой вакцинации населения, а для ее проведения необходима эффективная вакцина. Не менее важно наличие средств диагностики, позволяющие точно и быстро провести анализ и идентификацию болезнетворной инфекции.

Принимая участие в мероприятиях по борьбе с распространением коронавируса, специалисты научно-исследовательской организации войск РХБ защиты совместно со специалистами НПО "Синтол" в феврале 2020 года разработали набор реагентов для выявления РНК коронавируса 2019-nCoV методом полимеразной цепной реакции в реальном времени "ПЦР-РВ-2019-nCoV".

При непосредственном участи научно-исследовательской организации войск РХБ защиты и Главного военного клинического госпиталя имени академика Н.Н.Бурденко Минобороны России разработана и в августе 2020 г. зарегистрирована первая в мире вакцина от COVID-19.

Кроме того, специалисты войск РХБ защиты принимали непосредственное участие в доклинических исследованиях безопасности, протективности и иммуногенности векторной вакцины против SARS-CoV-2, разработанной ФГБУ "НИЦЭМ им. Н.Ф.Гамалеи" Минздрава России. Проведенный комплекс исследований позволил подтвердить безопасность и эффективность разработанного препарата, что позволило разработчику в июне 2020 года приступить к его клиническим исследованиям.

Наши подразделения принимали непосредственное участие в дезинфекции различных объектов, в отборе и анализе проб с использованием современных образцов специальной техники войск РХБЗ. Это - универсальная тепловая машина УТМ-80М, авторазливочная станция АРС-14КМ, комплект КДА и дезинфекционный комплекс МКА ПБА, которые использовались не только на территории России, но и за ее пределами. В частности при оказании помощи Италии, Сербии, Боснии и Герцеговине, Абхазии.

Хочу подчеркнуть, что высокая эффективность современных образцов нашей специальной техники подтверждена при выполнении задач в эпидемических очагах, вызванных коронавирусной инфекцией COVID-19.

Какие виды новейших вооружений и средств должны пополнить подразделения РХБЗ в ближайшие годы?

Игорь Кириллов: В ближайшие годы спланировано завершение разработки и поставка в войска новых образцов техники.

Так, для выявления и оценки радиационной, химической и биологической обстановки будут поставляться перспективные машины РХБ разведки РХМ-8, РХМ-9, а также комплекты перспективных приборов и средств РХБ разведки, анализа и контроля.

Для обеспечения безопасности войск при действиях в условиях заражения - перспективные средства индивидуальной и коллективной защиты - общевойсковой фильтрующий защитный комплект ОФЗК, изолирующе-фильтрующий дыхательный аппарат ИФДА, изолирующий дыхательный аппарат для экипажей бронеобъектов ИП-7, комплект фильтровентиляционный универсальный для войсковых фортификационных сооружений ФВК-200У.

Для снижения заметности войск и объектов - комплекс дистанционного управления дымопуском КДУД и разрабатываемые для него дымовые шашки УДШ-2, КДШ-К и КДШ-РЛ.

Также в войска будет поставляться тяжелая огнеметная система ТОС-2 на колесном базовом шасси "Урал" и новые неуправляемые реактивные снаряды увеличенной дальности для систем ТОС-1А и ТОС-2.

Какие виды перспективного вооружения разрабатываются для войск РХБЗ?

Игорь Кириллов: В рамках выполнения государственного оборонного заказа предприятия промышленности в интересах войск РХБ защиты разрабатывают такие специальные средства, как многофункциональный робототехнический комплекс РХБ защиты МРК-РХБЗ, в состав которого войдут наземные роботизированные платформы и беспилотные летательные аппараты. Комплекс будет предназначен для ведения РХБ разведки на местности и проведения мероприятий по ликвидации последствий применения противником оружия массового поражения в военное время, а также аварий на опасных объектах в мирное время.

Огнеметно-зажигательное вооружение доказало свою эффективность в том числе в Сирии. Сейчас в войска поступают новейшие ТОС-2, которые доказали свою эффективность в ходе учений "Кавказ-2020". Планируется ли дальше модернизировать тяжелые огнеметные системы, усиливая их мощь, дальность применения? Разрабатываются ли новые ТОС для замены уже существующих?

Игорь Кириллов: Предприятия промышленности в рамках серийного производства выполняют работы по модернизации боевых машин БМ-1 тяжелой огнеметной системы ТОС-1А. В них будет повышена защищенность от противотанковых средств поражения, увеличена дальность и точность стрельбы, площадь поражения цели одним боеприпасом. За счет применения новых неуправляемых реактивных снарядов и современных прицельных и навигационных комплексов будет сокращена норма расходов боеприпасов и уменьшено время на подготовку и выполнение огневых задач.

Планируется ли модернизация или замена реактивных пехотных огнеметов и огнеметов для городского боя, стоящих сейчас на вооружении войск РХБЗ?

Игорь Кириллов: Сейчас в интересах войск РХБ защиты выполняются работы по созданию нового огнеметного комплекта с боеприпасами различного назначения. Комплект будет оснащаться современным всесуточным прицельным комплексом и позволит повысить боевые возможности огнеметных подразделений войск РХБ защиты. Предполагается в составе комплекта использование беспилотных летательных аппаратов для поражения целей с верхней полусферы.

Россия > Армия, полиция > rg.ru, 13 ноября 2020 > № 3549562 Игорь Кириллов

Интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова российским и иностранным СМИ по актуальным вопросам международной повестки дня, Москва, 12 ноября 2020 года

С.В.Лавров: Добрый день, дорогие коллеги.

Мы давно не общались по понятным причинам, но на пандемии свет клином не сошелся. Много событий происходит в самых разных регионах мира, в том числе вблизи российских границ и в других частях земного шара, где у нас есть свои законные интересы. Поэтому я с удовольствием откликнулся на предложение пообщаться сегодня в таком формате. Я к вашим услугам. М.В.Захарова будет руководить этим процессом.

Вопрос: О нагорно-карабахском урегулировании (НКУ) и роли Турции в регионе. Во-первых, как в наблюдательном центре на территории Азербайджана будут работать турецкие наблюдатели и определены ли уже границы их мобильности? Во-вторых, сегодня утром главы МИД и Минобороны Турции сделали заявление, что турки будут играть такую же роль в мониторинге, как и представители российской стороны. Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу уже говорит о том, чтобы поставить перед парламентом вопрос об отправке турецких военных. Имеет ли Анкара на это право, и как можно рассматривать такие шаги Турции, учитывая, что в тексте совместного заявления по Нагорному Карабаху лидеров Армении, Азербайджана и России слово Турция не упоминается вообще?

С.В.Лавров: Границы мобильности турецких наблюдателей ограничиваются теми географическими координатами, которые будут определены для размещения создаваемого российско-турецкого мониторингового центра на части территории Азербайджана, которая не приближена к Нагорному Карабаху и будет дополнительно согласована для учреждения совместного мониторингового центра. Вчера об этом был подписан меморандум на уровне министров обороны России и Турции. Центр будет работать исключительно в дистанционном режиме, используя технические средства объективного контроля включая беспилотники и прочие технологии, позволяющие следить за ситуацией «на земле» в Нагорном Карабахе, прежде всего на линии соприкосновения, и определять, какая из сторон соблюдает, а какая может нарушать условия прекращения огня и боевых действий. Так что границы мобильности турецких наблюдателей будут ограничены этими помещениями, которые будут выделены на азербайджанской территории, не на территории бывшего конфликта.

Я читал заявления Министра иностранных дел Турции М.Чавушоглу, Министра обороны Турции Х.Акара насчет того, что они будут работать на тех же основаниях, что и россияне. Речь идет исключительно о том самом центре, который будет размещен на территории Азербайджана стационарно, без каких-либо выездных миссий. Действительно, в этом центре российские и турецкие наблюдатели, специалисты будут работать на одинаковых началах. Никаких миротворческих подразделений Турецкой Республики в Нагорный Карабах направляться не будет. Об этом четко сказано в упомянутом Вами заявлении лидеров.

Сейчас много желающих (у нас, кстати, тоже) искаженно представить достигнутые договоренности. Я с изумлением читаю некоторые такие оценки из разряда «пикейных жилетов». В других странах мира также немало спекуляций, но руководствоваться нужно тем, что записано на бумаге и является результатом напряженных переговоров, которые проводились за последнюю неделю до объявления о прекращении огня.

Вопрос: Со вчерашнего дня в Армении раздаются призывы к денонсации соглашения, достигнутого между Азербайджаном и Арменией при посредничестве Президента России В.В.Путина, что можно расценивать как провокацию, грозящую восстановлением боевых действий. При этом некоторые спикеры пытаются преподнести присутствие российских миротворцев в качестве некоего щита. Как бы Вы прокомментировали подобные заявления? Насколько они, по Вашему мнению, опасны, и к каким последствиям могут привести?

С.В.Лавров: Нынешняя стадия конфликта началась после того, как в течение достаточно продолжительного периода времени накапливались предельно эмоциональные, агрессивные, конфронтационные заявления. Мы бы предпочли, чтобы весь конфликт был давным-давно урегулирован на принципах, разработанных сопредседателями Минской группы ОБСЕ. О них в последнее время не раз говорил Президент Азербайджана И.Г.Алиев, подчеркивая свою готовность выполнять на основе этих принципов то, что было предложено сопредседателями. Если бы мы пошли по этому пути, то результат, наверно, был бы практически таким же в том, что касается освобождения пяти, а затем двух районов. Но, во-первых, это было бы сделано бескровно, а во-вторых, это было бы сделано в увязке с окончательным политическим урегулированием.

Эти мирные предложения и политико-дипломатические шаги, которые предлагались и на каком-то этапе всеми без исключения разделялись, были подвергнуты сомнению за последний непродолжительный период. Было сказано, что, если пойти по пути возвращения пяти и двух районов, это не будет обеспечивать надежную безопасность. С обеих сторон начали накапливаться достаточно эмоциональные, жесткие, агрессивные высказывания. Атмосфера накалялась. Были инциденты на границе Армении и Азербайджана. Их удалось достаточно быстро приглушить, но это желание скорейшей развязки «висело в воздухе».

Были предприняты усилия сопредседателями Минской группы ОБСЕ, выступавшими с соответствующими призывами, потом принимались заявления на уровне министров иностранных дел России, Азербайджана и Армении, которые впоследствии были подтверждены в новых документах, инициированных уже французами, а затем и американцами как нашими коллегами по сопредседательству. Ничего из этого не сыграло и не сработало на реальное прекращение кровопролития, поскольку во всех этих случаях не был создан механизм контроля за прекращением огня, к которому призывали сопредседатели.

Принципиально новое качество всем этим договоренностям было придано, когда на уровне президентов России и Азербайджана и Премьер-министра Армении за последнюю неделю шли интенсивные переговоры. Президент В.В.Путин общался с каждым из своих коллег по несколько раз в сутки. Главное внимание было сконцентрировано на том, чтобы согласовать миротворческую операцию. В итоге она была согласована. Ее состав определен Российской Федерацией по просьбе сторон – Баку и Еревана. Миссия уже развертывается в Нагорном Карабахе на линии соприкосновения, одновременно обеспечивая Лачинский коридор для связи между Нагорным Карабахом и Республикой Армения.

Мы видим протесты, поднявшиеся сейчас в Ереване. Видим насколько оппозиция пытается спекулировать на этой ситуации. Там, безусловно, есть искренние люди, которым, наверное, обидно, что все так завершается на данном этапе. Но иллюзий о том, что семь районов вокруг Нагорного Карабаха должны навеки оставаться в том положении, в котором они были полтора-два месяца назад, быть не должно.

Считаю, что ответственные власти были обязаны разъяснять населению, что придется на каком-то этапе это урегулирование реализовать в соответствии с принципами, предложенными сопредседателями Минской группы ОБСЕ. Эти принципы многие годы лежат «на столе». Они открывали идеальный путь к урегулированию конфликта без какого-либо кровопролития и ущерба для безопасности кого бы то ни было в этом регионе, прежде всего карабахских армян и других этнических групп, проживавших в Карабахе, и стран региона – Армении и Азербайджана.

Разблокирование всех коммуникаций – транспортных, экономических – должно сыграть огромную позитивную роль для возрождения этого региона, в том числе для подъема экономики Армении, которая больше других страдала из-за прекращения торговых и транспортных связей по линии Азербайджана и Турецкой Республики. Сейчас в соответствии со вступившей в силу договоренностью все эти связи восстанавливаются. Экономика должна свободно вздохнуть, должна появиться транспортная связанность с партнерами Армении. Уверен, что, если мы будем выполнять все то, о чем договорились, выиграют все. Пока я не вижу признаков того, что кто-то пытается сорвать договоренности.

Мы общаемся с нашими армянскими коллегами. Вчера Президент В.В.Путин общался с Премьер-министром Н.В.Пашиняном. Сегодня утром я разговаривал с Министром иностранных дел Армении З.Г.Мнацаканяном. Убежден, что армянское правительство понимает всю меру своей ответственности и подписалось под этими договоренностями исходя из высших интересов своего народа. Убежден, что целостность этого соглашения будет сохранена, и оно будет выполняться. По крайней мере я вижу многочисленные политические силы в Армении, которые понимают происходящее и делают из него правильные выводы.

Вопрос: Относительно четвертого и девятого пунктов заявления о прекращении огня. Согласно четвертому пункту срок пребывания миротворческого контингента Российской Федерации пять лет с автоматическим продлением на очередные пятилетние периоды.

Присутствие российских миротворцев временная или бессрочная гарантия безопасности народа НКР?

С.В.Лавров: Вы процитировали пункты, в которых содержится ответ на Ваш вопрос. Срок определен в пять лет. Он может продлеваться на очередные пять лет, если за шесть месяцев до его истечения ни одна из сторон не предложит прекратить применение данного положения. Там так написано.

Считаю, что это вполне разумная формулировка. Она создает достаточный горизонт для того, чтобы ситуация не только успокоилась, но и перешла в какое-то созидательное русло, а созидать придется в Карабахе немало. Отмечу лишь необходимость рассмотрения всех «статусных» вопросов, прежде всего с точки зрения обеспечения прав этноконфессиональных групп, которые там проживали и проживают сейчас. Все беженцы, перемещенные лица имеют право вернуться в Нагорный Карабах, восстановить свои культурные, цивилизационные, религиозные корни.

Предстоит рассмотреть ситуацию с многочисленными культовыми сооружениями – храмами, мечетями, многие из которых сейчас находятся в плачевном состоянии. Это касается и религиозных объектов в других частях региона. Армянская сторона неоднократно ставила вопрос о судьбе христианских храмов в Нахичевани. Уверен, что сейчас, когда мы выходим на мирное урегулирование после прекращения военных действий, этим вопросам культурного наследия армян, азербайджанцев и других групп, проживающих на территории этих стран, нужно уделить особое внимание. Это будет одним из важнейших шагов, который позволит восстанавливать межнациональный мир и согласие. В целом, многое предстоит сделать для того, чтобы культурное наследие армян и азербайджанцев, очень плотно и глубоко исторически связанных с Нагорным Карабахом, тоже стало объединяющим моментом в тех шагах, которые предстоит предпринять.

Надеюсь, что этот пятилетний период пребывания российского миротворческого контингента, с которого мы начали, позволит заложить, как минимум, очень прочную основу для дальнейшего движения вперед на данном направлении. Я бы не стал забегать вперед относительно того, что будет по истечении пяти лет. У нас есть полное убеждение в том, что стороны заинтересованы в пребывании российских миротворцев. Мы сделали оговорку о возможности прекращения их мандата, но давайте не будем сейчас строить какие-то «прожекты», делать какие-то прогнозы. Давайте поддержим российских миротворцев в выполнении их очень сложного и важного мандата для того, чтобы в Карабахе воцарилась мирная жизнь, причем на всей территории этого образования.

Вопрос: Какой смысл сейчас вести переговоры о продлении Договора о СНВ с, видимо, уже уходящей администрацией Д.Трампа (которая давала нам максимум один год, и то с предусловиями), если, наверное, уже будущий президент Дж.Байден дает пять лет без предусловий?

С.В.Лавров: Вопрос «какой смысл нам сейчас что-то делать» предполагает, что мы в этом заинтересованы. Мы свой интерес проявили и обозначили, заявив, что на столе находятся предложения, которые нам нужны не в большей степени, чем американцам.

Сейчас я читаю достаточно суетливые комментарии из Вашингтона, и, прежде всего из недр уходящей администрации, или, скажем, администрации Д.Трампа. Там еще насчет ухода окончательно не определились. Она в любом случае уходит – если даже республиканцы получат Белый дом, то это будет новая администрация. Из недр администрации Д.Трампа мы слышим достаточно суетливые комментарии: дескать, у России осталось немного времени, чтобы решить с кем она хочет подписать договор – с Д.Трампом или она хочет все это подарить Дж.Байдену, или она все-таки хочет сделать приятное Д.Трампу, чтобы он украл у Дж.Байдена внешнеполитический триумф.

Это всё опять разговоры из серии «пикейных жилетов», которые ведутся с точки зрения менталитета «кто будет побеждать, кто будет проигрывать». Мы не в этом заинтересованы. Мы заинтересованы в том, чтобы выигрывали все. В нынешней ситуации, если говорить про Договор о СНВ, все могут выиграть исключительно в случае его продления без каких-либо предварительных условий. Это мы предложили еще больше года назад, и вокруг этого американцы почему-то стали искать признаки нашей «слабости», особой заинтересованности в обязательном продлении этого договора любой ценой, начали выдвигать неприемлемые требования. В последнее время они заговорили о том, что готовы продлить договор, но якобы нужно не просто заморозить через политические обязательства все ядерные заряды, а надо их еще пересчитать и посмотреть какой категории эти заряды, немедленно устроить контроль за объектами, на которых эти заряды производятся.

Мы уже были в такой ситуации, когда американские инспекторы сидели у проходных наших заводов военно-промышленного комплекса. Это было в 90-е годы ХХ века. Возврата к этой системе никогда больше не будет. Потом нам стали так же говорить: «Мы готовы продлить, но помимо того, что вы нам предъявите все свои боезаряды и посадите наших инспекторов у проходных тех заводов, где эти боезаряды производятся, вам надо еще уничтожить парочку из своих новых военных вооружений, как «Посейдон», «Буревестник». По остальным можно разговаривать, а эти просто уничтожайте». Я не знаю, чего здесь больше, заинтересованности в реальном диалоге о стратегической стабильности, чтобы обеспечивать безопасность своей страны, своих союзников и человечества в целом, или все-таки больше «пиара», попыток набить себе цену, показать «крутизну», как сейчас принято говорить.

В условиях ажиотажной ситуации, сложившейся сейчас в США в рамках продолжающегося подсчета голосов, судебных исков и прочих пертурбаций, ни от людей Д.Трампа, ни о от команды Дж.Байдена не приходится ждать каких-либо внятных предложений, которые были бы реалистичны и не были бы пронизаны сиюминутной внутриамериканской конъюнктурой. Поэтому, подождем пока всё успокоится.

Президент В.В.Путин уже сказал, что нам этот договор нужен не больше, чем американцам. Мы бы хотели его продлить. Всё, что можно для этого сделать, мы положили на стол. Ответ за американцами. Если ответ отрицательный, проживем без этого договора. Всё, для того, чтобы обеспечить нашу безопасность, у нас есть. Это было вновь еще более убедительно подтверждено в ходе недавней серии совещаний, проведенных Президентом России в Сочи с военными и представителями военно-промышленного комплекса.

Вопрос: Госсекретарь США М.Помпео тоже провел встречи по Карабаху. Безрезультатно. Сможет ли Вашингтон сыграть конструктивную роль в данном процессе урегулирования конфликта и ожидаете ли Вы изменений во внешней политике в этом отношении в Администрации Дж.Байдена?

С.В.Лавров: Вы сказали, что Госсекретарь США М.Помпео провел встречу безрезультатно. Я бы не стал говорить, что встреча была безрезультатна. С момента начала боевых действий сопредседателями были предприняты усилия, в том числе на высшем уровне. Было выпущено заявление Президентов России, США и Франции с призывом к сторонам прекратить боевые действия и перейти к политическому урегулированию на основе тех наработок, которые сопредседатели продвигали за последние годы. Это заявление не сработало, оно не было услышано. Затем было заявление Министров иностранных дел России, Азербайджана и Армении, которое мы составили в Москве и которое также было призывом к прекращению боевых действий, даже обязательством Еревана и Баку такие боевые действия прекратить и создать механизм контроля. Оно тоже закончилось безрезультатно. Затем была инициатива Президента Франции. В дистанционном режиме было согласовано еще одно заявление в поддержку того, что уже было сделано раньше. Затем была инициатива Вашингтона, куда пригласили министров иностранных дел Азербайджана и Армении.

Все это создало критическую массу, которая позволила в последние дни перед 10 ноября с.г. на уровне Президентов России, Азербайджана и Премьер-министра Армении все-таки перевести эту волю международного сообщества, закрепленную в многочисленных заявлениях сопредседателей, на язык практических действий.

Я разговаривал по телефону с моим французским коллегой вчера. Мои сотрудники разговаривали с американскими партнерами. Мы почувствовали там что-то вроде обиды: «Как же так? Нам подробно ничего не рассказали». Во-первых, мы всегда публично подчеркивали (Президент Российской Федерации В.В.Путин об этом говорил), что мы работаем над прекращением огня в русле тех позиций, которые были изложены сопредседателями. Во-вторых, что касается более конкретного и подробного информирования, – переговоры по подготовке московского заявления от 9 ноября с.г. шли в течение нескольких дней. Буквально 24 часа в сутки, по несколько телефонных разговоров в день. Поэтому если в желании иметь подробности прослеживается приглашение после каждого разговора брифинговать наших американских и французских партнеров, то это просто физически невозможно было сделать. Убежден, что те разъяснения, которые мы в конечном итоге дали, были восприняты правильно. Я почувствовал вчера по итогам разговора с Министром иностранных дел Франции, что такое понимание есть.

Мы, кстати, предложили в Совете Безопасности ООН поприветствовать достигнутые договоренности о прекращении огня, подчеркивая при этом, что они идут в русле инициатив, выдвинутых сопредседателями. Ни коим образом не хотим дистанцироваться от наших американских и французских коллег. Более того, мы их пригласили в Москву, они в ближайшие дни здесь появятся для подробного разговора о том, как могут способствовать выполнению достигнутых соглашений, особенно в том, что касается налаживания мирной жизни в Карабахе: сосуществования этноконфессиональных групп, возрождения культурных и культовых объектов, обеспечения их безопасного и уважительного функционирования. Здесь огромную роль могут сыграть сопредседатели вместе с организациями ООН, такими как, прежде всего, ЮНЕСКО.

Мы уже приступили к предварительным разговорам с нашими коллегами из других специализированных учреждений ООН, в частности с Управлением Верховного комиссара по делам беженцев и Международным Комитетом Красного Креста (это не ооновская структура, но она тесным образом сотрудничает со всеми странами в решении международных гуманитарных проблем). МККК уже давно имеет мандат на работу и в Армении, и в Азербайджане, в том числе и в Карабахе. Этот мандат существует многие годы. Мы общались с представителями руководства этой организации в Женеве. Мы ожидаем президента МККК П.Маурера в Москве на следующей неделе. Будем говорить о том, как в новых условиях Красный Крест может возобновить свою работу по оказанию содействия в обмене телами погибших, возвращении пленных, заложников и других удерживаемых лиц. Так что роль сопредседателей сохраняется, мне ее подтвердил сегодня в полной мере Министр иностранных дел Армении, с которым у нас был телефонный разговор. Вчера я общался по телефону с Министром иностранных дел Азербайджана, который также подтвердил заинтересованность в продолжении сотрудничества сопредседателей.

Вопрос: Ожидаете ли Вы изменений во внешней политике администрации Дж.Байдена не только в отношении карабахской проблемы, но и в целом?

С.В.Лавров: Вы знаете, дипломаты, конечно, должны прогнозировать те или иные явления, изменения в подходах своих партнеров к различным проблемам на международной арене. Но делать прогнозы на данном этапе, по-моему, не очень благодатная идея. Мы, естественно, следим за тем, что происходит в США. Это крупнейшая держава, от нее по-прежнему зависит на международной арене очень многое, хотя и не все. Следить мы можем только за высказываниями, которые звучат, за теми именами, которые упоминаются как потенциальные новые участники процессов в США, связанных с внешней политикой. Имена упоминаются и в Администрации Президента Д.Трампа; Дж.Байден также упоминает имена людей, которых он хотел бы видеть в своей команде.

Если судить по первым анонсам о том, какой может быть внешняя политика в случае инаугурации Дж.Байдена, то она выглядит более соответствующей тем канонам, которые продвигал Б.Обама, что вполне естественно, учитывая, что Дж.Байден был его вице-президентом. Прежде всего это касается климата, возвращения в Парижское соглашение, иранской ядерной программы. Хотя здесь возникает немало вопросов. Даже если демократы, сформировав Администрацию, решат вернуться к СВПД, по многим высказываниям, они будут это делать не в чистом виде, а попытаются договоренность изменить в свою пользу с тем, чтобы сделать ее нажимной и интрузивной по отношению к Ирану. Не знаю, насколько это будет перспективно, гадать не буду. Я просто обозначаю те вещи, которыми придется заниматься после того, как в США закончится эта подсчетная кампания.

Я надеюсь, что отношение к ВТО в Соединенных Штатах при любом исходе выборов все-таки будет более конструктивным, что Вашингтон не станет блокировать работу ВТО или пытаться развалить, подменить ее, заменив ситуативными двусторонними соглашениями в разных частях мира со своими партнерами, которые не будут связаны никакой логикой, кроме желания выбить максимальную выгоду для самих США. В целом, европейцы ожидают большей многосторонности в подходах Вашингтона после того, как вся эта эпопея утихнет. Будем смотреть.

На российском направлении наши политологи, я с ними в целом согласен, каких-либо революционных перемен не ожидают. Америка глубоко расколота, мы это видим по результатам голосования на президентских выборах. Понятно, что ответственные политики должны искать какие-то «сцепки», позволяющие этот раскол преодолевать и продвигать какие-то объединительные идеи, которые будут американский народ сплачивать. Но и здесь многие наблюдатели, анализируя то, что может быть общего между двумя политическими силами – республиканцами и демократами – чтобы хоть как-то им объединяться и решать общие задачи, среди общих знаменателей на первое место ставят отношение к Российской Федерации. За последние 4 года, начиная с последних месяцев президентства Б.Обамы в американском обществе была посеяна такая русофобия, что сейчас это уже стало частью политической культуры. Будет обидно, если США пытаются воссоединять как нацию на такой русофобской основе. Но посмотрим.

Вопрос: Который месяц в Белоруссии продолжаются протесты. О конституционной реформе не очень слышно и объективно освещать ситуацию очень сложно, учитывая, что белорусский МИД до сих пор не выдал аккредитацию нового образца тем, кто ее запрашивал. Будет ли МИД России оказывать содействие российским журналистам в этом вопросе?

С.В.Лавров: Оказывать содействие нашим журналистам мы, конечно же, будем. У нас планируется в этом месяце заседание совместной коллегии МИДов Российской Федерации и Республики Беларусь. Эту тему мы там обязательно затронем. Но и не дожидаясь коллегии мы эти вопросы ставим перед нашими партнерами в рабочем режиме. Честно говоря, и не слышал, чтобы кто-то из российских журналистов в последнее время испытывал сложности с этим. Директор Департамента информации и печати МИД России М.В.Захарова наверняка об этом знает, она мне подскажет. Если нужно, я обязательно подключусь. Не вижу причин, по которым российские журналисты не получали бы своевременную аккредитацию, как, собственно говоря, и подавляющее большинство других журналистов, которые хотят работать в Белоруссии, за исключением тех, кто напрямую занимается выполнением заданий по расшатыванию политической обстановки в столице и других городах Белоруссии. Такие примеры у нас есть, и о них белорусские власти говорят.

Если в целом оценивать ситуацию, мы, конечно, обеспокоены тем, что продолжаются различные волнения, хотя и удовлетворены тем, что протесты сходят на «нет». Число участников несанкционированных акций сокращается. В последнее воскресенье было несколько тысяч: от трех до пяти. Это совсем не те цифры, которые были раньше, когда более ста тысяч человек выходили на улицы. Это снижение массовой активности, очевидно, отражает понимание теми людьми, которые искренне выходили на улицы и хотели быть услышанными, что ситуацию нужно успокаивать, нужно переходить к конструктивному диалогу, тем более что прозвучали со стороны власти достаточно внятные предложения. Они сохраняются на столе переговоров, имею в виду ту же самую конституционную реформу.

Но снижение массовости этих протестов за счет искренних людей, которые хотели лучшей жизни и диалога с властями, хотели быть услышанными, компенсируется агрессивностью тех, кто сейчас выходит на улицы. Это явно большей частью люди другой категории – те, кто хочет спровоцировать правоохранительные органы на применение силы. Выходят молодые люди, среди которых есть и немало криминальных элементов с булыжниками, с арматурой и, как говорят, с «коктейлями Молотова». Они явно настроены на агрессивные действия.

Это провокация, попытка не дать ситуации перейти в русло политического диалога, к чему призывает Президент Белоруссии А.Г.Лукашенко, когда он продвигает инициативу конституционной реформы. Как я понимаю, она сейчас активно обсуждается. Я не могу сказать, что в ней наступила какая-то пауза. Есть четкий график, есть содержание, которое объясняется населению: ограничение полномочий Президента Белоруссии, перераспределение части обязанностей главы государства между законодательным органом власти, Правительством и региональными структурами. Обсуждается возможность реформы парламента, чтобы он стал однопалатным и избирался либо по смешанной системе либо по пропорциональной. Все это предлагается вынести на рассмотрение Всебелорусского народного собрания. Сроки уже назначены – следующий месяц, либо январь, как я понимаю, после чего проект новой конституции будет вынесен на общенародный референдум.

Мы всячески поддерживаем этот процесс и исходим из того, что в разработку поправок конституции, в разработку новой конституции должны быть вовлечены максимально широкие группы населения, профсоюзы, трудовые коллективы, студенты, молодежные организации, неправительственные объединения, политические партии. Все это, безусловно, должно быть открыто и для здоровых оппозиционных сил.

К сожалению, оппозиция, которая сейчас работает из-за границы, из Вильнюса и Варшавы, занимает другую позицию. Она не хочет никакого диалога, никакой конструктивной контрпрограммы у нее нет, кроме как свержение Президента Белоруссии А.Г.Лукашенко, требования его отставки и новых президентских выборов. С какой программой хотят идти оппозиционеры на эти гипотетические требуемые ими выборы судить очень трудно. Если судить только по их лозунгам, то, видимо, они хотят вернуться к тому периоду своей истории, когда Белоруссия не была независимой страной, не была независимой республикой, временам, когда она была частью других государств. Наверное, белорусский народ должен сам определиться, как он относится к тому, что его судьбу вот так пытаются предрешить.

Как вы знаете, в Вильнюсе создан Координационный совет, в Варшаве – национальное антикризисное управление. Их принимают в европейских столицах, в европейских парламентских структурах. Я не думаю, что наши западные коллеги не понимают того, что они делают. Хотя на каждом углу они заявляют, что это не попытка сменить в Минске власть, это не попытка вбить клин между Белоруссией и Российской Федерацией, но все эти «благие заклинания» не подтверждаются практическими действиями. Белорусская оппозиция активнейшим образом финансируется и подстрекается к тому, чтобы занимать именно такую бескомпромиссную линию на требование смены режима, бессрочных забастовок, которые провалились, и многое другое из того, что делается извне для поддержания этой конфронтационной атмосферы.

США, Канада и Евросоюз ввели персональные санкции против Президента Республики Беларусь А.Г.Лукашенко и ближайших сотрудников его Администрации. Мы знаем, что не просто идут потоки денег для финансирования этих протестов, включая те, которые организуются с участием молодчиков из числа криминальных элементов с попытками силовых провокаций. Но также из Варшавы и Вильнюса через соцсети в ручном режиме распространяются инструкции, мы их видели. Инструкции о том, как изготовлять зажигательные смеси и взрывчатые вещества – те же самые «коктейли Молотова» и многое другое. Поэтому наша позиция очень простая: необходимо прекратить вмешиваться во внутренние дела Белоруссии, необходимо стимулировать всех белорусов, включая оппозицию к участию в политическом урегулировании через процесс конституционной реформы. Идеи разыгрывать на международных площадках конфронтационную белорусскую карту весьма вредны и пагубны.

Как вы знаете, в ОБСЕ был задействован т.н. Московский механизм, который был создан еще в 1990 г. в период «эйфории», существовавшей среди тех, кто желал развала СССР. Этот Московский механизм был сейчас задействован для того, чтобы подготовить дистанционный доклад (его рассматривал и Европарламент), на основе которого была одобрена резолюция, призывающая оказывать всестороннее содействие белорусской оппозиции и вообще формировать фонд помощи, который будет передан народу Белоруссии, как только будет свергнут нынешний режим. Это очень печальная затея.

Кстати сказать, в Совете ООН по правам человека есть такая процедура, как универсальный периодический обзор положения дел в каждой стране-члене СПЧ – как там у них обстоят дела с этими самыми правами. Так получилось, что буквально неделю назад наступила очередь Белоруссии пройти этот универсальный периодический обзор, который готовился около полутора лет. Итоги обзора белорусских усилий по укреплению прав человека в Совете получили позитивную оценку за эти последние полтора-два года. Я не говорю, что там все в порядке. Ни в одной стране нет полного порядка с правами человека. Но не черно-белая картина, она гораздо более сложная. Разумный политик, который хочет, чтобы все народы жили в соответствии со своими пожеланиями, чтобы они решали свои судьбы самостоятельно, должен помогать создавать условия для этого. А те, кто хочет играть в геополитические игры, конечно, будут лелеять, взращивать оппозиционеров, приглашать их на заграничные базы, откуда они будут пытаться верховодить процессами в своей стране. Опыт Белоруссии весьма печален. Я думаю, что даже те, кто пытается патронировать белорусскому протесту, понимают бессмысленность этой затеи, но, к сожалению, остановится не могут.

Вопрос: В 2016 году уходящий с поста Президент США Б.Обама под занавес срока ввел очередные санкции против России и выслал российских дипломатов. Ожидает ли Москва, что и Д.Трамп попытается поступить аналогичным образом и поставить крест на перспективе восстановления отношений между Москвой и Вашингтоном? И что это может быть – новые санкции против России или «Северного потока - 2», очередные шаги, чтобы помешать будущим договорённостям по стратегической стабильности, или что-то еще?

С.В.Лавров: От Администрации Д.Трампа не надо ждать завершения своих полномочий, чтобы ввести санкции в отношении России. Мы приводили недавно статистику за период правления Д.Трампа в Вашингтоне. Санкции против России объявлялись 46 раз - секторальные, против юридических и физических лиц Российской Федерации. Это абсолютно точно рекорд по насыщенности четырехлетнего периода антироссийскими санкциям. Не знаю, зачем ждать завершения каденции. По крайней мере, Администрация Д.Трампа не испытывала трудности в том, чтобы вводить такие санкции без всякого повода. Это не наш вопрос. Мы уже привыкли к тому, что нам нужно полагаться исключительно на себя.

Есть такой термин – импортозамещение. Его иногда трактуют очень узко, критикуют за то, что не всегда хорошо получается заместить конкретный импортный продукт. Иногда занимает много времени, иногда удобнее пытаться надеяться на зарубежный аналог, который лучше. Иногда не хочется заниматься созданием чего-то своего. Но такое же импортозамещение необходимо и в более широком, глобальном, геополитическом смысле.

Мы не можем более выстраивать свою политику, торговые, энергетические планы, в принципе планы общения с внешним миром, прежде всего Западом, исходя из того, что все, о чем мы договариваемся с нашими западными партнерами, будет ими безусловно уважаться и исполняться. Запад доказал свою полную недоговороспособность и ненадежность. Доказал свою подверженность искушениям разыгрывать геополитические игры и ставить политику превыше экономики, игнорируя справедливое развитие событий, происходившее в Крыму после государственного переворота на Украине, когда русскоязычные, русские отказались принимать его итоги. Я уже говорил об этом. Это было причиной объявления Западом санкций. Запад расписался в своей полной беспомощности, когда не смог предотвратить этот переворот, хотя он разрушил договорённость, подготовленную ЕС. Много примеров, когда Запад просто срывал на нас злость за то, что сам допустил в своей политике грубейшие проколы, провалы. Мы должны к этому привыкнуть.

Сейчас мы видим Скрипалей, Навального – вообще возмутительная история. Я считаю, наши немецкие и другие западные партнеры ведут себя совершенно неприемлемо. Это отдельный разговор. Мы видим, что по любому поводу хватаются на санкционную дубинку, когда причиной нашего разлада является полное нежелание западных партнеров выполнять свои обязательства. Будь то по Украине – они полностью провалили свою миссию в феврале 2014 года. Будь то объяснения, которые мы от них требуем и по Скрипалям, и по Навальному, и многим другим обвинениям, которые нам вменяются. Нам надо привыкать импортозамещаться не только в отношении сыров, трюфелей, продуктов сельского хозяйства, но и всего того, что нам необходимо для устойчивого, безопасного, надежного, передового развития во всех областях без исключения.

Вопрос: С начала военных действий в Нагорном Карабахе Турция принимала активное участие в дипломатических инициативах для решения конфликта. Как Вы считаете, какой вклад внесла Турция в реализацию соглашения между Азербайджаном и Армений, положившего конец военным действиям в Карабахе?

С.В.Лавров: На этот счет были даны оценки. Президент России В.В.Путин неоднократно разговаривал с Президентом Турции Р.Эрдоганом по ходу наших усилий по обеспечению прекращения огня, развертыванию миротворцев и по итогам достижения соответствующей договорённости. Р.Эрдоган поддержал действия России.

Мы согласовали с турецкими коллегами создание мониторингового центра, который будет расположен на территории Азербайджана, не примыкающей к зоне конфликта. Он позволит техническими средствами дистанционно мониторить происходящее, прежде всего, в воздухе, а также «на земле» в Нагорном Карабахе и при необходимости задействовать влияние Российской Федерации, Турции на стороны, чтобы устранять возможные (надеюсь их не будет) нарушения. Еще раз подчеркну, работа будет проводиться на территории, отведенной под этот совместный центр. Она не связана с какими-либо миротворческими телодвижениями непосредственно в зоне конфликта, и это надо очень хорошо понимать. Я слышу различные пожелания. Но их надо, наверное, оставить в стороне и заниматься конкретным делом. А делом надо заниматься на основе договорённости, подписанной вчера министрами обороны России и Турции и касающейся работы в помещениях мониторингового центра.

Сейчас идет очень много оценок на грани у кого-то эйфории, у кого-то истерики: «Россия проиграла Кавказ, следующим будет Крым». У нас хватает таких досужих аналитиков, как собственно и в Турции, а также ряде других стран. Турецкие газеты переполнены обвинениями в том, что Анкара позволила дать себя переиграть, что российская сторона победила всех на свете. Дескать, в Турции рассчитывали на то, чтобы капитализировать оказанную Азербайджану помощь гораздо более эффективно, а то турки побеждают на поле боя, а русские – за столом переговоров. Я читал выдержки из турецкой прессы. Вы, наверняка, тоже знакомы с этим.

Повторю еще раз, такая же волна только уже с обвинениями России в предательстве (в чем только нас не обвиняют) поднялась и среди нашей либеральной прессы, в соцсетях. Это «диванная» аналитика. На нее надо поменьше обращать внимание.

У нас стали сейчас модны анатомические аналогии по отношению к политике. Если говорить про Армению, то в свое время «Армянское радио» отвечало на вопросы в СССР. Один из вопросов звучал примерно так: «В чем разница между некоторыми частями человеческого организма и жизнью?». Ответ «Армянского радио» звучал так: «Жизнь жестче». Все эти рассуждения о том, кто что потерял, кто что мог больше оторвать, – из той же серии, когда вся политика, все происходящее в мире воспринимается с точки зрения игры с «нулевой суммой»: я тебя победил, значит я крутой; я тебя унизил или ты меня унизил, я этого не позволю. Это не наша политика.

Мы заинтересованы в том, чтобы везде в мире, прежде всего, вокруг наших границ было спокойно, не было тлеющих конфликтов. Заявляли, что «больше всего Россия заинтересована в том, чтобы конфликт в Нагорном Карабахе не решался, что Россия все эти годы «тянула»». Это откровенная ложь. Россия была лидером в том, чтобы продвигать нагорно-карабахское урегулирование, примером чему является знаменитый Казанский документ. Он мог достичь тех же результатов, которые есть сегодня «на земле», но без какого-либо кровопролития. К сожалению, тогда это оказалось невозможным совсем не по нашей вине. После этого мы стали продвигать двухэтапный подход, который поначалу был воспринят сторонами с энтузиазмом. Потом, как я сегодня упоминал, стали выдвигаться сомнения: «Как так: пять районов, два района? Как будет обеспечиваться безопасность?» Это тоже было провалено и отложено в сторону на непонятный бессрочный период не по нашей вине.

У нас не было недостатка не только в добрых намерениях, но и в конкретных предложениях. Сейчас вышли (да, к сожалению, с применением силы, ценой жертв с обеих сторон) на урегулирование, продвигавшееся Россией. Наверное, как известно, история ничему не учит. Но все-таки обидно, что результат, полученный сейчас ценой крови, мог быть достигнут бескровно.

Российская Федерация не заинтересована в сохранении «замороженных» конфликтов ни в Карабахе, ни в Приднестровье, ни где бы то ни было еще на постсоветском пространстве. Те, кто выдвигает такие оценки, я считаю, действуют абсолютно нечистоплотно. Это еще и от отсутствия конкретного знания и конкретного желания разобраться, в чем именно состоит позиция Российской Федерации, какие инициативы мы продвигаем.

У нас с Турцией есть общие задачи, как я уже сказал: мониторить с азербайджанской территории средствами технического объективного контроля ситуацию в районе миротворческой операции, осуществляемой исключительно силами контингента вооруженных сил Российской Федерации. Каких-либо двусмысленностей здесь не существует. Наши турецкие партнеры это прекрасно понимают. Будем с ними сотрудничать и дальше, в том числе и в других направлениях мировой политики, прежде всего, в Сирии.

Вопрос: Хотела бы вернуться к США и той «подсчетной» кампании, в которую сейчас погрузилась страна. Многие мировые лидеры уже поздравили Дж.Байдена с победой на президентских выборах. Насколько известно, Президент России В.В.Путин не звонил пока в Америку с этим вопросом. Вызывают ли у России озабоченность сообщения о том, что выборы в Америке прошли с нарушениями, без международных наблюдателей? Легко представить, что в аналогичной ситуации, если бы выборы проходили в любой другой стране мира, Госдепартамент уже мог бы признать выборы нелегитимными. Собирается ли России выступать в подобном ключе и, например, требовать полного подсчета, а может даже пересчета голосов?

С.В.Лавров: Если Вы слышали заявление Госсекретаря США М.Помпео, то Госдепартамент пока тоже не признал американские выборы легитимными. М.Помпео призвал дождаться завершения подсчета голосов.

Что касается нашего подхода, то мы уже не раз говорили, что уважаем право американского народа самому решать свою судьбу. У них избирательная система, наверное, самая архаичная из всех, которые существуют в мало-мальски значимых странах мира. Я многократно обращал на это внимание, когда мы имели товарищеские разговоры с моими коллегами – предшественниками и предшественницами М.Помпео. Помню, мы обсуждали с К.Райс итоги выборов. Она стала излагать претензии к нашим выборам и нашей избирательной системе. Я привел ей в пример случай, когда к власти в США приходил определенный президент, получивший меньше голосов избирателей, но через систему выборщиков, достаточно кривую логику попадавший в Белый дом. Она мне ответила, что они знают этот недостаток системы, но это их проблема, они ее хорошо видят и будут сами решать – «пожалуйста, не беспокойтесь». Очень хочу, чтобы американцы не беспокоились по, как минимум, нашим проблемам, которые они у нас обозначают. И желательно, чтобы поменьше беспокоились о проблемах такого же свойства в других странах.

В каждой стране есть свои традиции. Если американцы готовы жить с традицией, существенно искажающей волеизъявление населения, – это их право. Если они всем довольны, у них все в порядке (как выясняется не всё), как мы можем им что-то советовать? Пускай они сами разбираются в этих делах.

Что касается поздравлений, то я удивляюсь, почему этому уделяется так много внимания. Поздравления обычно направляют после того, как официально объявлены результаты выборов. В США этого не произошло. У них есть Управление общих служб, которое уполномочено формально делать такие объявления. Они пока от этого отказываются. Все прозвучавшие до сих поздравления опираются, как мы знаем, на подсчет «Си-Эн-Эн», «Эн-Би-Си», социальных сетей, прежде всего, ведущих американских СМИ. Если в чьих-то традициях направлять государственные поздравления на таких основаниях, мы тоже не можем ничего с этим поделать. У нас несколько иной подход. Поздравления направляются еще до того, как официально объявлены результаты, когда нет никаких споров, когда вторая сторона признает победу своего соперника. Так, кстати, было в 2016 году, когда Х.Клинтон признала победу Д.Трампа. Тогда ни у кого не возникало никаких вопросов. Сейчас такие вопросы еще остаются. Нужно дождаться официального объявления. Тем более, как я понимаю, в США есть достаточно четкая процедура, как все должно происходить. 14 декабря с.г. должно состояться заседание коллегии выборщиков. Заседание проходит не в общем зале. Оно состоится раздельно в столице каждого штата. В каких-то штатах выборщики абсолютно обязаны голосовать за кандидата, за которого отдали голоса большинство избирателей в этом округе. В других штатах выборщики могут по своему усмотрению вписывать в бюллетень любую фамилию. Совершенно необязательно фамилию одного из тех, кто баллотировался на пост президента в этом конкретном регионе США. 6 января 2021 г. будет собираться Конгресс США, куда выборщики должны доложить результаты своей работы. Если будут какие-то сомнения при утверждении голосов выборщиков по каждому штату, то выборы президента и вице-президента перемещаются в другую плоскость. Президента избирает Конгресс. Причем не индивидуальными голосами членов Палаты представителей. Каждый штат для этой цели имеет в Конгрессе один голос. Там 50 голосов. Как они распределятся – большой вопрос, потому что распределение голосов по штатам (где демократы, где республиканцы) не вполне пропорционально тому большинству, которое есть у демократов в Палате представителей. Там будет избираться президент. Вице-президент будет избираться в Сенате.

Я сейчас излагаю все шаги, которые будет необходимо предпринимать, если на этапе коллегии выборщиков не возникнет ясности, если не возникнет ясности в Конгрессе и т.д. В любом случае церемония инаугурации должна быть 20 января 2021 года. К тому времени мы что-нибудь узнаем.

Упомяну, раз мы заговорили про поздравления, что их пока не направили не только Россия и Китай, но и Мексика. Президент Мексики четко заявил, что будет ориентироваться на официальное объявление результата.

Не стал бы здесь слишком много выискивать с точки зрения теории заговоров. По-моему, это нормальная вежливая практика. Те, кто считает, для себя возможным до объявления официальных результатов направлять поздравления, это тоже их право. Мы знаем, как еще в 2016 году многие европейские лидеры направляли поздравления в адрес проигравшего кандидата, потом их спешно отзывали. Не вижу здесь повода для спекуляций.

Вопрос: Готова ли Россия совместно с Турцией предпринимать усилия для более эффективной реализации соглашения по прекращению огня в Ливии, в частности в вопросе вывода иностранных боевиков наемников из Сирта и Аль-Джуфру? И как, по-вашему, ситуация на земле в Ливии сейчас коррелируется с проведением там выборов? Возможны ли они в каком-то обозримом будущем?

Сейчас ливийцы заметно наращивают объемы нефтедобычи. Была информация, что мы содействовали разблокировке ливийского нефтесектора. Вызывает ли у России обеспокоенность неконтролируемый рост добычи нефти в Ливии?

С.В.Лавров: Мы не должны забывать гносеологию ливийского кризиса. Это грубейшая агрессия НАТО, которая разбомбила Ливию, уничтожила ливийскую государственность. Это все породило потоки террористов, контрабанды оружия, наркотиков в Африку, на Юг и на Север, потоки незаконных мигрантов, от которых Европа стала задыхаться. И несмотря на то, что эта проблема была создана не нами, мы, конечно же, заинтересованы в том, чтобы не допустить ее увековечивая, ее превращения в постоянный «гнойник». Поэтому с самых ранних этапов после завершения натовской агрессии, когда Ливия раскололась на несколько частей, и уже были сомнения в том, удастся ли собрать воедино эту некогда вполне благополучную, процветавшую страну, мы стали работать над тем, чтобы создавать условия для возобновления какого-то межливийского диалога. И работали мы со всеми без исключения политическими силами Ливии. Мы тогда были практически единственными, кто этим занимался, потому что все остальные внешние игроки выбрали себе, так сказать, «подопечных» и стали им покровительствовать. Кто-то покровительствовал правительству, созданному в Триполи, кто-то работал только с Тобруком и Бенгази, где базировалась Ливийская национальная армия, кто-то имел контакты с менее крупными, но достаточно агрессивными боевыми группами, которые держали те или иные небольшие территории и чувствовали там себя как в своих вотчинах.

Ливия была в очень плачевном состоянии. В 2015 году удалось заключить т.н. Схиратское соглашение, которое впервые устанавливало баланс после натовской агрессии, когда признавалось то правительство, которое находилось в Триполи, и тот парламент, палата представителей, которая располагалась в Тобруке. Была создана гармоничная схема: правительство действует при поддержке парламента. К сожалению, она долго не проработала, сказались противоречия между двумя этими лагерями. Потом возобновлялись боевые действия, было много попыток проводить различные встречи, французы проводили конференцию несколько лет назад, в ходе которой даже назначили конкретную дату общеливийских выборов. Подобное мероприятие организовали итальянцы в Палермо; в ОАЭ состоялись соответствующие встречи. Все это напоминало попытки сделать «хорошую мину при плохой игре», потому что призывы к назначению конкретных дней выборов ничем не подкреплялись. В последнее время, в т.ч. благодаря более активному вовлечению России и Турции, учитывая, что у наших стран были особые связи, соответственно у Анкары с Правительством национального единства в Триполи, а у нас были тесные связи и с Триполи, и с Тобруком, и с другими игроками на ливийском поле, мы старались использовать свое влияние, чтобы побуждать конфликтующие стороны к нахождению компромиссов. Важным этапом стала Берлинская конференция в январе с.г., по ее итогам была принята резолюция Совета Безопасности ООН.

Мы внесли решающий вклад в решение пригласить на Берлинскую конференцию сами ливийские стороны. Изначально немцы не планировали этого. Они хотели сделать очередной междусобойчик из внешних игроков, обсудить в этом кругу какие-то принципы и потом поставить перед фактом ливийцев. Более того, не хотели даже звать соседей Ливии. В ходе подготовительной работы мы настояли, чтобы в Берлин позвали и ливийские стороны (Х.Сараджа и Х.Хафтара) и чтобы туда были обязательно приглашены соседи Ливии, чего изначально немцы делать не хотели. Даже с участием ливийцев и соседей конференция завершилась хотя и принятием документа, но были сомнения в том, насколько «на земле» эти документы будут восприниматься. Не случайно, сразу после Берлинской конференции специальный представитель Генерального секретаря ООН по Ливии Г.Саламе ушел в отставку. Он, наверное, осознал, что вот так пытаться навязывать извне какие-то решения, не прислушиваясь к самим ливийским сторонам, неправильно. В итоге сейчас мы имеем подход, который Россия продвигала изначально: в Тунисе при поддержке ООН собрались семьдесят пять человек, которые являются делегатами трех исторических районов Ливии — Триполитания, Киренаика и Феццан — по двадцать пять человек от каждого района. Они должны разработать дорожную карту окончательного политического урегулирования, обеспечения устойчивого политического устройства своей страны: подготовка конституции, создание президентского совета с равным представительством всех трех районов Ливии, формирование правительства, выборы парламента. Короче весь политический процесс, который они сейчас обсуждают, расписан на полтора-два года. Мы очень надеемся, что эта работа будет успешной и что, самое главное, итоги этой работы будут выполняться, а не просто останутся на очередной бумаге после очередной конференции.

Про нефть. Действительно, в сентябре пригласили в Москву ливийские стороны с тем, чтобы помочь им согласовать договоренность о возобновлении продаж нефти. Такая договоренность была достигнута. Еще необходимо по мере того, как этот экспорт возобновляется, отрегулировать кое-какие правовые и имущественные детали. Этим сейчас занимается и Ливийская нефтяная корпорация, и правительство Ливии, и парламент. Что касается влияния этого процесса на мировые рынки нефти, на цену, на энергоносители, какое-то влияние, наверняка, это оказывает. Сейчас тенденция повышения на нефтяном рынке. В любом случае, когда мы говорим о необходимости регулировать рынок нефти, мы совсем не имеем в виду делать это за счет дискриминации того или иного производителя углеводородов.

Вопрос: Сергей Викторович, я Вас попрошу вернуться еще раз к теме Нагорного Карабаха и разъяснить статус остающихся под контролем армянской стороны территорий Степанакерта и др. Когда и в каком формате будет обсуждение статуса этих территорий, и будет ли вообще это обсуждение, учитывая, что Азербайджан говорит, что карабахский вопрос «решен»?

С.В.Лавров: Я уже об этом говорил. Сейчас вопросы статуса Нагорного Карабаха являются, наверное, главной темой политического процесса, потому что восстановление контроля Азербайджана над пятью и затем еще двумя районами уже идет само по себе. Баку создает там временные администрации и будет восстанавливать мирную жизнь. Не забудем, что предстоит еще решать вопросы возвращения беженцев и внутренне перемещенных лиц и в Нагорный Карабах, и во все прилегающие к нему районы, откуда такое перемещение людей происходило во время войны и впоследствии.

Статус Нагорного Карабаха не определен. Об этом говорил Президент Азербайджана И.Алиев. Мы исходим из того, что этот статус будет сейчас определяться в зависимости от того, какие действия мы все должны предпринять, чтобы помочь восстановить этноконфессиональное согласие в Нагорном Карабахе, как это было долгие годы, пока там не началась во время развала Советского Союза война, завершившаяся очень плачевными последствиями, которые мы сейчас расхлебываем. Определить статус можно исключительно после того, когда станет понятно, какие права будут предоставлены всем тем, кто жил в Нагорном Карабахе и имеет право туда вернуться, и, конечно, тем, кто продолжал все это время там находиться на этой территории. Касается это и азербайджанцев, и армян.

Я уже говорил о культурном наследии, о культовых объектах, о том, что необходимо восстановить доверие, межэтнический, межконфессиональный мир. Для этого нужно восстановить храмы и мечети, и наладить повседневную жизнь такой, какая она была, когда там бок о бок жили представители всех национальностей и религий. Это очень непросто сделать. Поэтому здесь мы не ставим каких-либо искусственных сроков. Видим, что азербайджанские беженцы будут иметь возможность возвращаться на Юг Нагорного Карабаха, в т.ч. в район Шуши. Мы с нашими миротворцами будем обеспечивать и в этом районе спокойствие. В этом заинтересованы и наши азербайджанские коллеги, и армянские. Конечно же, будем привлекать ЮНЕСКО к тому, чтобы эти символы культурного наследия восстанавливать и обеспечивать уважительное к ним отношение. Будем привлекать Международный Комитет Красного Креста, Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев, чтобы помочь людям вернуться к своим очагам, обустроить их и наладить нормальную жизнь. Когда это все произойдет, у меня нет никаких сомнений, что вопрос статуса утратит свою остроту и может быть урегулирован весьма и весьма быстро и гладко.

Вопрос: Мои коллеги уже затронули этот вопрос о роли группы и дополнительно о роли Турции. Вы объяснили, почему Минская группа все еще играет роль в будущем урегулировании конфликта, а считаете ли Вы, что Анкара, так сказать, добавляется сопредседателем группы?

С.В.Лавров: Нет, она не добавляется в качестве сопредседателя группы. Вы правильно сказали, что Минская группа ОБСЕ продолжает фигурировать. Минская группа — это около десяти стран (включая Турцию). Она занимается Нагорным Карабахом, периодически заслушивает доклады сопредседателей, и каждый ее член имеет полное право высказывать свою точку зрения, вносить предложения. Сопредседатели, как им и положено в любой структуре, должны принимать во внимание позицию членов той самой группы, которая наделила их соответствующими полномочиями. Нет никаких планов расширять тройку сопредседателей (России, США и Франции). Как я уже сказал, мы находимся в постоянном контакте. Вчера я разговаривал с Министром иностранных дел Франции Ж.Ле Дрианом, мои сотрудники в контакте с американскими представителями, которые обеспечивают работу сопредседательства по Нагорному Карабаху. На следующей неделе мы ждем французского и американского сопредседателей в Москве, подробно их проинформируем о том, как мы развертываем миротворческие силы, и, наверное, будем советоваться по поводу того, о чем я только что сказал: как нам способствовать налаживанию мирной жизни с учетом прав всех этноконфессиональных общин в Нагорном Карабахе и вокруг него.

Вопрос: Берлин недоволен взаимодействием по делу об убийстве в Тиргартене, Москва недовольна сотрудничеством по т.н. «делу Навального». Насколько конфронтация между Россией и ФРГ влияет на политические процессы, ситуацию на Украине (проведение саммита в «нормандском формате») и другие вопросы, в том числе открытие границ между Россией и Евросоюзом?

С.В.Лавров: Насчет Тиргартена не знаю, чем недовольны немцы. Идет судебное разбирательство. Насколько я знаю, работают адвокаты, приступают к опросу свидетелей. Мы хотим понять, есть ли они там действительно, видели ли это воочию. Пока таких подтверждений мы не имеем. Так что вопросов, наверное, больше к немецкому следствию. Не вижу претензий немцев, т.к. мы делаем все, что от нас зависит. Есть человек, индивидуально обвиняемый, каких-либо доказательств его связей с российским государством не существует. Была пара голословных обвинений, но это скорее должны обосновывать те, кто их выдвигает, а не мы. У этого физического лица есть адвокаты, которые задали вопросы (в том числе, что же конкретно видели свидетели и чего они не видели), но ответа пока не получили.

Что касается Навального, то тут действительно есть почва для очень серьезного недопонимания. Почва для того, чтобы объявить действия наших немецких коллег абсолютно неприемлемыми и несоответствующими их международным обязательствам. Не буду глубоко вдаваться в эту историю, она хорошо освещалась на брифингах МИД России, в СМИ – все известно. Наиболее жесткие факты, на которые нужно реагировать нашим немецким коллегам, заключаются в том, что, вопреки всем крикам и стенаниям, пациент Навальный был передан немцам менее чем за двое суток: как только наши врачи привели его в состояние, позволившее им подписаться под документом о том, что его можно транспортировать в Германию. Немецкий самолет незамедлительно был пропущен для медицинской эвакуации. Возникают вопросы, какие люди, помимо врачей, были на борту. Об этом тоже интересно поговорить, но это уже будет касаться не столько медицинских вопросов, сколько связанных с тем, кто мог иметь отношение к этой истории за пределами непосредственно врачебных кругов. Навальный был незамедлительно передан в клинику «Шарите». Там, как и в Омске, не нашли боевых отравляющих веществ в его организме, а нашли их уже в клинике Бундесвера.

Когда мы попросили показать результаты анализов, нам сказали, что ничего не дадут, т.к. мы узнаем «секреты», позволяющие немцам определять наличие боевых отравляющих веществ в том или ином материале. Это серьезный разговор? Не хочу называть это «детским садом», немцы гораздо более продвинутые люди. Значит, это сознательная позиция, провокация – нежелание нам ничего давать. В ответ на пять обращений Генеральной прокуратуры России, основанных на Европейской конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным делам, в соответствии с которой немцы обязаны нам ответить, что обнаружено в материалах Навального, они заявляют, что «могут подумать», давать ли нам эти материалы, при условии, что будет заведено уголовное дело. Не дадут, а просто «подумают». У нас уголовное дело можно завести, только если мы увидим в этих материалах то, чего не нашли в Омске. Не уважать российские законы и требовать от нас исполнять их через нарушение, считаю, неприлично и неэтично ни для немцев, ни для любой другой страны, что бы она о себе ни думала и ни воображала.

Наши немецкие коллеги полагают, что они являются абсолютно безгрешными, им нужно верить на слово, никаких фактов они давать не будут. Они сказали, что «дело Навального» – уже не двусторонний вопрос российско-германских отношений, а вопрос международной безопасности. Поэтому ФРГ обратилась в ОЗХО. В этой организации нам долго не говорили правду. Поначалу отрицали, потом признали, что немцы действительно к ним обращались. В итоге выяснилось, что, вроде, представители ОЗХО сами поехали в Берлин, взяли анализы, провели работу и сделали доклад. На нашу просьбу показать этот доклад сказали, что, раз немцы его «заказывали», то «идите в Берлин». Берлин говорит «идите в Гаагу», а Гаага отправляет в Берлин. Это что? Дипломатическая или человеческая порядочность? По-моему, совсем наоборот. В результате доклад, подготовленный ОЗХО, был распространен, но все химические формулы, в которых, собственно, и «коренится дьявол», были зачеркнуты черным фломастером, невозможно было их прочесть.

5 ноября с.г. звонил Министр иностранных дел ФРГ Х.Маас. Я объяснил ему полную неприемлемость поведения Берлина, который отказывается показать нам свои изыскания, но при этом обвиняет во всех смертных грехах. Германия вместе с Францией стали главными инициаторами обсуждения в ЕС и в НАТО вопроса о введении санкций против России за дело, никак и никем не доказанное, за «нечто, содеянное на территории Российской Федерации». У нас есть основания полагать, что все произошедшее с Навальным с точки зрения проникновения боевых отравляющих веществ в его организм, могло произойти в Германии или в самолете, куда его погрузили и привезли в клинику «Шарите». Боевое отравляющее вещество смертельно. Человек так же, как и Скрипали, судя по всему, прекрасно себя чувствует, хотя никто его не видел, консульский доступ к нему немцы нам не дают.

Если вы помните версии, которые звучали изначально, когда Навального только везли в Омск, весь мир трубил, что в аэропорту Томска он попил отравленный чай. Немедленно проверили всех, кто сидел с ним в баре, кто наливал и подносил чай, – ничего не обнаружили. Затем тут же появилась версия про бутылку, которую его сотрудники (между прочем скрывающиеся сейчас от любых контактов со следствием) украли из номера в гостинице, куда они проникли незаконно, вопреки всем правилам проживания в отелях. Эту бутылку увезли в Германию, нам ее никто не показывал. При этом заявляют, что на ней найдено «абсолютно убедительнейшее доказательство», и мы «за это ответим». Вдруг на днях сам Навальный заявил, что все дело не в чае и не в бутылке, а в одежде, через которую его отравили. Если он находился в клинике «Шарите», то уже, по-моему, идет «Шапито». Я с трудом воспринимаю реальные мотивы наших немецких партнеров.

Могу повторить, что я сказал Х.Маасу, думаю, это уже ни для кого не секрет. Мы видим, как Германия взяла на себя роль лидера нового обострения отношений с Россией. Нас это тревожит, в том числе с точки зрения той глобальной роли, которую Германия играла, играет и, судя по всему, собирается опять играть в Европе.

По Украине у нас колоссальные претензии к нашим германским и французским коллегам. Прятаться за пять принципов ЕС, гласящих, что «с Россией все будет хорошо, как только она выполнит Минские договоренности», граничит с дипломатической и политической нечистоплотностью. Заявления украинских властей должны получить какую-то реакцию со стороны как минимум Парижа и Берлина – соавторов Минских договоренностей в рамках «нормандского формата». Президент Украины В.А.Зеленский заявляет, что сначала надо взять под контроль границу, а потом они «сами разберутся», без «всяких» Минских договоренностей. Он и Вице-премьер А.Ю.Резников говорят, что Минские соглашения устарели, уже давно просрочены, и нужно все делать по-новому.

Л.М.Кравчук, назначенный главным переговорщиком от Украины в Контактной группе (именно там должно все решаться), недавно распространил новую инициативу. Она уже была охарактеризована нашими переговорщиками как полностью подрывающая Минские договоренности и преследующая одну единственную цель – любой ценой ничего не делать, но собраться на новый саммит в «нормандском формате». Видимо, В.А.Зеленскому приятно пообщаться с мировыми лидерами, создать впечатление для своего электората и, может быть, своих воздыхателей на Западе, что он что-то умеет и что-то может. Но это подмена сути внешними эффектами. Мы это проходили – так было при П.А.Порошенко, теперь при В.А.Зеленском. К сожалению, никаких перемен мы не наблюдаем. Прежде чем потакать подобному подходу на подрыв Минских договоренностей, необходимо, чтобы Берлин и Париж возвысили свой голос и призвали Президента Украины и его команду уважать то, о чем было сказано на саммите в «нормандском формате» в Париже в декабре 2019 г.: Минским договоренностям нет альтернативы. Пока этого не сделано, мы будем считать, что Германия и Франция потакают разрушению того, что создано их руками.

Это будет уже второй случай предательства собственных договоренностей. Первый – в феврале 2014 г., когда Берлин, Париж и Варшава были свидетелями и подписались под протоколом урегулирования между В.Ф.Януковичем и оппозицией. Наутро оппозиция плюнула им в лицо, разорвала подписи, а представители ЕС просто «утерлись», признали незаконный захват власти через вооруженный антиконституционный государственный переворот. А потом «наказали» Россию за поддержку тех, кто отказался признать этот антиконституционный переворот. Это была даже не ошибка, это именно преступление против справедливости, международного права, совершенного нашими немецкими и французскими партнерами. Второй раз такое же предательство по отношению к собственным договоренностям мы сейчас наблюдаем в том, что касается подрыва Минских договоренностей. Сначала соглашение февраля 2014 г., потом февраля 2015 г. Раз в год наши коллеги из Берлина и Парижа делали такие действия, которые потом сами же пытались похоронить.

Вы спросили о границе России с ЕС. Не знаю, о чем идет речь. У нас были переговоры о переходе к безвизовому режиму. Они шли длительное время, в несколько этапов. Последний этап, на который мы вышли где-то в 2012-2013 гг., касался существенного облегчения режима взаимных поездок, включая безвизовый режим для многих категорий граждан, участвующих в молодежных, культурных, спортивных и образовательных обменах. К сожалению, этот документ так и не вступил в силу, поскольку в то время у Еврокомиссии и Ж.М.Баррозу были свои собственные измышления. Выдвигались условия о том, что нужно распространить действия этого соглашения только на обладателей биометрических паспортов. Мы согласились. Потом были рассуждения о том, что прежде чем соглашение вступит в силу, необходимо подписать протокол о реадмиссии, чтобы нарушители мгновенно на законных основаниях депортировались. Мы и на это согласились, но не помогло. Налицо нежелание подписывать с нами какие-либо новые договоренности, чтобы делать границы более прозрачными и транспарентными, более проникаемыми.

В конечном итоге мы выяснили, что дело было вовсе не в обеспокоенности Евросоюза, как будет работать реадмиссия, биометрические паспорта. На каком-то этапе нам честно признались (это было еще задолго до украинского кризиса), что в ЕС есть политическое решение о неприемлемости введения безвизового режима с Россией до того, как он будет предоставлен Украине, Грузии и Молдавии. Это было сказано нам честно и откровенно, хотя в то время ни Украина, ни Грузия, ни Молдавия даже близко не приблизились к тем договоренностям, которые были достигнуты между Россией и Еврокомиссией о переходе к безвизовому режиму. Вот цена заверений, звучавших еще в те годы, о стратегическом партнерстве и о том, что программа Евросоюза «Восточное партнерство», куда в частности входят Украина, Грузия и Молдавия, не имеет никакого антироссийского подтекста. Оказалось, что имеет: все, что можно делать для развития отношений в интересах общения гражданских обществ, для других контактов, сначала ЕС будет налаживать с этими странами, а Россия подождет, хотя она гораздо больше готова к этому, чем данные «клиенты».

Вопрос: Будут ли ответы на санкции Евросоюза и Германии?

С.В.Лавров: Ответы, конечно же, будут. Локомотивом санкций ЕС в связи с «делом Навального» была Германия. Поскольку они прямо затрагивают руководящих сотрудников Администрации Президента России, наши ответные санкции будут зеркальными. Они уже приняты, скоро мы сообщим нашим германским и французским коллегам. Санкции будут против руководящих сотрудников аппаратов руководителей ФРГ и Франции.

Вопрос: Вы уже ответили на вопросы по теме выборов в США. Спасибо, что Вы были искренни. Я бы хотел перейти к теме стратегических отношений. Какие вопросы удается обсуждать и решать с нынешней Администрацией США?

С.В.Лавров: У нас было много предложений. Ведь когда Президент Д.Трамп пришел в Белый дом, мы искренне откликнулись на то, что он многократно заявлял публично о желании наладить хорошие отношений с Российской Федерацией.

Я дважды был в Белом доме. Меня принимал Президент Д.Трамп в 2016 г. и недавно, в конце 2019 г. Каждый раз я чувствовал его искреннее желание работать с Россией на условиях взаимной выгоды, обеспечения национальных интересов США в увязке с обеспечением российских интересов. Мы приветствуем такой настрой, но на самом деле он не определял практическую работу Администрации США. Как я уже сказал, почти 50 раз вводились санкции, чего не было ни при одной другой Администрации, чьи руководители были гораздо менее позитивны в своих публичных высказываниях по отношению к Российской Федерации.

Тем не менее, мы знаем, что «на обиженных воду возят». Мы не обижаемся. Мы подходим к такого рода ситуациям, к отношениям с одним из ведущих государств мира с точки зрения прагматизма, реальной политики. А прагматизм и реальная политика требуют, чтобы мы с американцами все-таки пытались сохранять диалог по проблемам, прежде всего, стратегической стабильности. Это самое главное. И сохранять диалог таким образом, чтобы не разрушить все механизмы, которые худо-бедно эту стратегическую стабильность обеспечивали десятилетиями к выгоде народов Российской Федерации и США и к облегчению всех остальных народов мира. Это можно сказать без преувеличения.

За последнее время мы на каждый потенциальный раздражитель, который, как правило, всегда создавался из Вашингтона, старались отвечать конструктивно.

Когда Президент Б.Обама придумал тему российского вмешательства в выборы в США в 2016 г., мы незамедлительно предложили задействовать специальный канал закрытой связи, который у нас существовал по линии центров по уменьшению ядерной опасности на случай ядерных инцидентов, подозрений в намерениях друг друга. Там существует очень хорошая закрытая линия связи. Когда нас обвинили в том, что мы через «наших хакеров» вмешиваемся в киберпространство США для того, чтобы «манипулировать голосованием», «подтасовывать результаты выборов», «взламывать сервер Демократической партии», мы немедленно предложили задействовать этот закрытый канал связи, чтобы по нему американцы передавали нам все свои претензии, не опасаясь их огласки. А мы будем отвечать на все их обращения и озабоченности.

Мы направляли такие обращения несколько раз, каждый раз нам приходил отказ. Когда уже при Д.Трампе опять начала всплывать тема о том, что Россия «вмешивалась в выборы», «никак не откликнулась на американские озабоченности», мы предложили им по-честному опубликовать всю ту переписку, которую мы вели по этому закрытому каналу связи с октября 2016 г. по январь 2017 г. и в рамках которой предлагали американцам начать честный диалог, чтобы они предъявляли нам конкретные озабоченности, а мы на них откликались. Они категорически отказались, не захотели ее публиковать. Но о самом факте таких наших предложений мы сказали.

Дальше стали возникать проблемы уже с договоренностями о разоружении – например, с Договором о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД). США под абсолютно надуманным предлогом обвинили нас в создании ракеты, которая якобы была испытана на запрещенной дальности, объявили, что они выходят из Договора. Наше приглашение проинспектировать эту ракету было высокомерно отвергнуто. Не только сами американцы не прислали своих специалистов, но они запретили всем странам НАТО откликнуться на наше приглашение, потому что мы их тоже позвали на этот просмотр. «Ослушались» США только греки, турки и болгары. Они направили своих военных атташе, которые в течение нескольких часов осматривали ракету, задавали вопросы нашим специалистам и получали ответы. Турция, Греция и Болгария – это страны, где, наверное, нет таких специалистов, как в США, которые могли бы задавать более компетентные вопросы о том, что касается характеристик ракет средней и меньшей дальности. Но Вашингтон сам отказался от такого посещения, объявил о выходе из Договора. И очень скоро стало понятно, почему они это сделали. Потому что намеревались разворачивать запрещенные Договором ракеты уже задолго до того, как объявили о прекращении его действия. И сейчас Вы видите, что эти ракеты начинают выдвигаться в Японию, Южную Корею. Одновременно установки противоракетной обороны, которые находятся, в частности, в Румынии и будут находиться в Польше (т.н. МК-41), как мы и подозревали, стали оперативно использоваться для запуска крылатых ракет.

Когда мы многие годы говорили о том, что нас это волнует, американцы заявляли, что МК-41 – это исключительно противоракетная оборона, они будут запускать противоракеты. Но их производит корпорация «Локхид Мартин». У нее на сайте размещена реклама, где сказано, что установка МК-41 является продукцией двойного назначения: она может с одинаковым успехом запускать и противоракеты, и ударные крылатые ракеты. Это уже является наземным развертыванием ракет средней и меньшей дальности, что было запрещено Договором.

Через два месяца после того, как ДРСМД прекратил свое действие по инициативе США, они испытали эту установку с крылатой ударной ракетой. Когда нас обвиняли в том, что мы нарушаем Договор, и именно поэтому американцы должны из него выйти, это все «от лукавого». Они хотели выйти, им нужны были эти вооружения в Европе и, особенно, в Азии.

Что касается нынешней ситуации с этими ракетами, этой категорией вооружения, Президент России В.В.Путин еще год назад направил всем своим партнерам, включая все страны НАТО, предложения о том, как все-таки преодолеть кризис, связанный с развалом ДРСМД. Он подтвердил, что мы объявляем мораторий на развертывание наземных ракет средней и меньшей дальности до тех пор, пока в каком-то регионе мира не появятся соответствующие системы американского производства. Он предложил сделать этот мораторий взаимным, подчеркнув, что мы будем готовы обсуждать соответствующие меры верификации. Это было проигнорировано всеми странами, кроме Франции. Французы проявили заинтересованность в том, каким образом такой мораторий мог бы быть верифицирован. Это ключ к тому, чтобы было взаимное доверие. Все остальные сказали «нет». Якобы у России эта ракета уже существует, она «все нарушает», и Россия «не хочет», чтобы у них появилось то же самое, поэтому предлагает т.н. мораторий.

Мы не опускаем руки и по-прежнему считаем, что развертывание снова ракет средней и меньшей дальности в Европе и Азии (но прежде всего в Европе) будет колоссальной угрозой. Хотя из Азии они тоже будут доставать значительную часть нашей территории, даже если их станут размещать, как заявляется, для сдерживания Китая. Но мы все-таки выступили с новой инициативой, ее выдвинул Президент России. По части ракет средней и меньшей дальности он предложил все-таки вернуться к совместному взаимному мораторию при конкретном урегулировании вопросов доверия через верификацию. Раз у НАТО, у американцев есть установки МК-41 в Румынии и Польше, которые могут запускать ударные крылатые ракеты наземного базирования, а у нас есть ракета 9М729, которую они подозревают в нарушении дальности, установленной ДРСМД, давайте осуществим взаимные инспекции. Они показали бы нам свои установки, а мы им – свою ракету. Более того, мы будем готовы (даже если не убедим их, что ракета 9М729 не имеет дальность более 500 км) не только убрать ее из Калининградской области, но и вообще из европейской части Российской Федерации. Это ли не честное предложение? Пока никакой внятной реакции нет. Это лишний раз нас убеждает, что американцам совсем не нужен контроль над вооружениями. Им нужно бесконтрольное размещение тех вооружений, которые они хотят и считают необходимыми для сдерживания то Китая, то России, то кого-либо еще.

Еще одно предложение. Я уже упоминал кибердела. Совсем недавно в США опять началась истерия насчет вмешательства во все и вся через киберпространство. Мы давно продвигаем в ООН инициативы о необходимости обеспечить международную информационную безопасность, причем таким образом, чтобы киберпространство, в частности, интернет, контролировалось не кем-то одним, а чтобы этот контроль был коллективным, и все страны понимали, как функционирует интернет, что он функционирует таким образом, чтобы не ущемлять ничью национальную безопасность. Мы продолжаем эту работу в ООН. Не всем она нравится: американцы пытаются ее тормозить. Но принятые на днях решения Генеральной Ассамблеи ООН предполагают продолжение этой работы по согласованию правил ответственного поведения всех государств в киберпространстве.

Одновременно мы предложили и американцам (как Вы знаете, в сентябре этого года была озвучена инициатива Президента России В.В.Путина) существенно активизировать двустороннюю работу по кибербезопасности, возобновить приостановленную ими деятельность рабочей группы, которая существовала и достаточно успешно функционировала, предпринять целый ряд других мер, позволяющих резко снизить напряженность в киберсфере за счет обеспечения транспарентности диалога и отказа от голословных обвинений, сопровождавшихся уходом от какого-либо разговора.

У нас немало инициатив, направленных на то, чтобы решать с США вопросы глобальной безопасности, которая подвергается все большим испытаниям.

Сейчас США выходят из Договора об открытом небе (ДОН). В Договоре сказано, что данные, которые получают в результате полетов в рамках открытого неба, должны предоставляться всем другим участникам этого Договора, т.е. неучастникам они не должны предоставляться. Мы знаем, что американцы сейчас активно «обрабатывают» натовцев, всех своих партнеров, которые остаются в ДОН. Вашингтон требует от них подписать бумаги о том, что, когда они будут уже без США оставаться в этом Договоре, данные, полученные западниками от полетов над Российской Федерацией, они передавали США. Порядочно? Совсем непорядочно. США никому ничего не хотят показывать, а сами будут из своих союзников нелегально «выжимать» информацию, которую они по условиям Договора не имеют права передавать американцам. Одновременно они заставляют своих союзников, когда Россия (в случае, если Договор продолжит действовать) будет запрашивать полеты над Европой и другими западными странами, запрещать летать над военными объектами США в этих странах. Это тоже грубейшее нарушение Договора. Но американцы – мы это знаем – заставляют своих партнеров выставлять нам такие требования.

Естественно, мы с этим смириться не сможем. Если Договор захотят оставить в силе, и если мы хотим в нем остаться, мы будем требовать от наших партнеров письменно, юридически подтвердить, что они, во-первых, не будут запрещать полеты над какой-либо частью своей территории, вне зависимости от того, есть там американские базы или нет. Это их территория – территория западных стран, остающихся в Договоре. Во-вторых, что они категорически обязуются не передавать США данные о полетах над Российской Федерацией.

Возвращаясь к ДСНВ. Если он истечет, то у нас не останется ни одного договора, который хотя бы контролировал вооружения и обеспечивал транспарентные условия для поддержания стратегической стабильности. Мы готовы начинать разговор по всем новым видам вооружения, включая те, которые были анонсированы Президентом В.В.Путиным и сейчас активно разрабатываются, уже поступают на вооружение. Мы прямо заявили, что системы «Сармат» и «Авангард» подпадают под Договор о стратегических наступательных вооружениях. Мы готовы засчитывать эти вооружения в Договоре. Остальное – «Посейдон», «Буревестник» и ряд других – не подпадают под этот Договор. Поэтому для того, чтобы обсуждать эти вооружения, нужны новые переговоры, новые рамки. Мы предлагаем начать такой разговор, но не просто обсуждать, как предлагают американцы, количество боезарядов, чтобы они наконец узнали, что у нас происходит с тактическим ядерным оружием (их это интересует). Боезаряды – это вторично. Первично – это те средства, которые могут доставлять эти боезаряды.

Мы предлагаем американцам сесть и посмотреть на новую ситуацию, проинвентаризировать наше новое вооружение, американские новые вооружения, которые планируются, и главное – проанализировать доктрины, которые разрабатывались в наших странах и предполагают применение ядерного оружия, определяют для него условия.

США в своих доктринальных установках резко понизили порог применения ядерного оружия. Создаются боезаряды малой мощности в надежде на их использование в превентивном порядке, как оружие поля боля. Это чрезвычайно опасное развитие ситуации. В США космос и киберпространство доктринально определены как арена боевых действий. Все это тоже должно обсуждаться. Это гораздо более важно, чем количество тактических ядерных боезарядов. Боезаряд сам по себе не имеет никакого значения. Он имеет значение, когда есть носитель и доктрина, которая приводит этот носитель в действие. Вот, о чем мы хотим говорить.

Если США по-честному подходят к этим разговорам, а не хотят опять «играть в одни ворота», они должны на это согласиться. Мы очень надеемся, что какая бы Администрация ни сформировалась в Белом доме, она поймет свою ответственность за стратегическую стабильность, в том числе с учетом этих очень неприятных тенденций – развал всего, что было, и неспособность создать что-то новое, что было бы настолько же всеобъемлющим.

Последнее. По составу участников таких переговоров. Все мы знаем одержимость США затягиванием КНР в переговоры. Мы не против расширения переговоров с двустороннего на многосторонний формат. Но у нас есть полное уважение позиции Китая, который сказал, что его потенциал несопоставим с потенциалами России и США, поэтому сейчас он не может и не будет участвовать в каких-либо переговорах. Хотя, как я понимаю, какие-то консультации они ведут с американцами. Но и мы ведем со всеми консультации по разным вопросам. Если речь пойдет о переговорах, и Вашингтон так убежден, что без Пекина невозможно создавать ничего нового, то пусть США убеждают в этом КНР. Мы не будем против. Но и уговаривать Китай, прекрасно понимая и с уважением относясь к его позиции, мы не собираемся. Но уж если переговоры будут принимать многосторонние очертания, то тогда конфигурация должна включать Великобританию и Францию. Когда мы сказали об этом американцам, те ответили, что это «совсем другое дело», это их союзники, а вот Китай – это общая для нас угроза. Что это за логика? Да, это союзники США, но тем важнее учитывать и их ядерный потенциал. Сейчас французы испытывают новую подводную лодку, новые ракеты. Они союзники США, они повязаны 5-й статьей Вашингтонского договора. Как можно говорить «поскольку это наши друзья, мы их оставим за рамками»? Это, как минимум, невежливо. Конечно, такой подход не пройдет.

Я так долго говорил, потому что, как вы видите, у нас немало конкретных конструктивных предложений, на которые по-прежнему ожидаем ответа от любой администрации, какая бы ни воцарилась в Белом доме 20 января 2021 г.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 12 ноября 2020 > № 3576517 Сергей Лавров

Отрезвление

нападение в Вене стало первым кровавым терактом с ярко выраженным исламистским следом в истории Австрии

Анна Скок

На прошлой неделе столицу Австрии поразил теракт. Вечером 2 ноября в центре Вены последовательно в шести местах были совершены нападения на прохожих — террорист открыл огонь по людям, сидящим на верандах кафе, и прохожим на улицах. Четыре человека погибли, пострадали двадцать три. Вначале заявлялось, что нападавших было несколько и они были вооружены винтовками, однако затем власти заявили, что террорист действовал в одиночку. Им оказался двадцатилетний Куйтим Фейзулай, родившийся и выросший в Австрии. Его родители — албанцы, выходцы из Македонии, поэтому у него было как австрийское, так и северомакедонское гражданство. В апреле 2019 года Фейзулая приговорили к 22 месяцам заключения за попытку выехать в Сирию, чтобы воевать на стороне ИГ (организация, запрещённая в России), но уже в декабре выпустили досрочно: он принял участие в программе "дерадикализации" и убедил власти, что отказался от радикальных взглядов.

К настоящему времени полиция арестовала 15 человек в Австрии, Швейцарии и Германии, это сплошь молодые люди до тридцати. По крайней мере, один из террористов — выходец из Чечни. Восемь из них были ранее осуждены: четверо — за террористические преступления, иные — по другим статьям. Многие из арестованных ходили в одни и те же радикальные мечети, которые давно были под подозрением, — две из них уже закрывают. То есть "одинокий стрелок", как его вначале пытались преподнести, был не так уж одинок. Речь идёт о хорошо разветвлённой террористической сети.

Ранним утром 9 ноября состоялась одна из крупнейших за последние десятилетия операций по согласованному рейду по квартирам и домам в Австрии. В кругах "Братьев-мусульман" (организация, запрещённая в России) и ХАМАС по всей стране было проведено около 60 рейдов по подозрению в финансировании терроризма. Министр внутренних дел Карл Нехаммер заявил о "решительном ударе" по политическому исламу, у которого "нет будущего" в Австрии. По его словам, речь идёт о борьбе с "корнями радикализации". "Братья-мусульмане" и ХАМАС представляют угрозу демократии, их целью являются "осуществление давно запланированной исламизации и подрыв основных прав и свобод перед лицом терроризма и антисемитизма". А генеральный директор по общественной безопасности Франц Руф уточнил, что организации, которые находятся в центре внимания текущих рейдов, уже доказали свою конкретную принадлежность к вышеупомянутым структурам. По его словам, террористическим организациям нужны деньги, которые они могли бы получить под видом законных поступлений или преступной деятельности. Поэтому необходимо вскрыть эти сложные структуры и заморозить их финансы. По словам Руфа, в ходе обысков уже изъяты "высокие суммы наличности".

При этом в июле 2020 года Куйтим и сопровождающий его сообщник ездили в соседнюю Словакию, чтобы купить патроны для автомата АК-47, однако вернулись с пустыми руками — у них не было лицензии на владение оружием. Словацкая полиция немедленно предупредила об этом факте австрийское Управление по защите Конституции и борьбе с терроризмом, однако там на это не отреагировали. Главу управления уже уволили. А вице-мэру Вены от Партии зелёных Бригите Хебайн припомнили её программное заявление о необходимости срочного разоружения полиции: "Первое в повестке зелёных — это разоружение полицейских. Ничего страшного не случится — Вена признанный самый безопасный город в мире"; "У нас падение уровня преступности, и вопрос не в том, нужно ли полиции что-то ещё, чтобы хорошо выполнять свою работу?"; "Так что полиции больше не нужны ресурсы, чтобы лучше выполнять свою работу". И так далее. Во всех странах Европы зелёные всегда выступают как лучшие друзья террористов.

Нападение в Вене стало первым кровавым терактом с ярко выраженным исламистским следом в истории Австрии. По сравнению со своими западными соседями Австрия проводила гораздо более сдержанную политику в отношении нелегальной миграции. Осуществлялась негласная политика расселения приезжих, предотвращавшая появление в Вене огромных иммигрантских гетто. Не так давно было запрещено иностранное финансирование мечетей. Иммигранты в Австрии — по большей части турки, боснийские мусульмане и албанцы. Это не те, кого принято считать последователями "чистого" ислама. Многие из них неплохо вписывались в австрийское общество.

Но нынешние теракты в Вене показали, что все попытки австрийского правительства, которые оно могло себе позволить, оставаясь членом Евросоюза, оказались недостаточными. В стране с 7% мусульман всё равно появилось закрытое сообщество, живущее своей жизнью, со своими правилами и законами. И то, что трагические события настигли Австрию несколько позже, было лишь вопросом времени. А когда по итогам выборов 2019 года партнёром партии Курца стали зелёные, а Министерство юстиции возглавила боснийская мусульманка Альма Задич, принимать дальнейшие меры по ужесточению миграционной политики стало ещё труднее. На недоумённые вопросы о том, почему готовенького кандидата в новобранцы запрещённой в РФ организации ИГИЛ отпустили досрочно из тюрьмы, Задич, которая известна своими связями с исламскими кругами, отвечает, что "это у нас практика такая распространённая, всё нормально".

Некоторые обозреватели обратили внимание на возможное существование в теракте албанского следа. Сам нападавший и как минимум двое его сообщников посещали молельный дом "Джамаат Босния", который уже не впервые упоминается в делах о подготовке терактов. Кроме того, оказалось, что сообщниками террориста Куйтима Фейзулая были ещё четверо албанцев: двое из Косово и двое из Северной Македонии.

"Само Косово уже давно стало рассадником исламского экстремизма — если Босния и Герцеговина на первом месте среди стран Европы по проценту воюющих за сирийских боевиков граждан, то самопровозглашённое квазигосударство, если считать его отдельно, обгонит по этому показателю и её. Показательно, что албанские террористические ячейки в Сирии этнически монолитны, а также прослыли "самыми жестокими"", — пишет телеграм-канал "Русский балканист".

Кроме того, страны бывшей Югославии уже давно стали местом отработки инструментов "мягкой силы" Катара и Турции. Уже много лет на Балканах вещает Al Jazeera Balkans, принадлежащий катарскому медиахолдингу. А в последние годы на Западных Балканах пытаются закрепиться и турецкие СМИ. Не забудем и про турецкие сериалы, бьющие рейтинговые рекорды популярности.

Тут интересно и то, что у Турции с Австрией не самые тёплые отношения. Ещё в 2017 году Анкара заблокировала участие Вены в партнёрских программах НАТО из-за критики последней в отношении Эрдогана по поводу референдума, в результате которого Турция стала президентской республикой. Кроме того, на сегодняшний день Австрия — один из ключевых участников программы по стабилизации ситуации в Косово: она обладает самым большим гарнизоном в регионе.

Теперь, после всего случившегося, канцлер Австрии Себастьян Курц заявляет, что ожидает от всех европейских стран, что они, наконец, откажутся от ложной толерантности. "Я надеюсь, что мы положим конец ложно воспринимаемой терпимости и все страны Европы осознают, насколько опасна идеология политического ислама для нашей свободы и европейского образа жизни". Он указал, что за терактом в Вене стоят исламисты и Австрия не позволит себя запугать. "Это не конфликт между австрийцами и мигрантами, это борьба между цивилизацией и варварством", — заявил Курц в интервью немецкой газете Die Welt. По его словам, необходимо решительно и сплочённо бороться не только с терроризмом, но и со стоящей за ним радикальной идеологией. Теракт в сердце австрийской столицы показал, насколько реальна и близка террористическая угроза для свободы западного общества и европейского образа жизни, уверен Курц. Канцлер Австрии призвал к созданию единого европейского фронта в "войне с исламизмом" и заявил, что будет стремиться сформировать континентальный альянс против политического ислама.

Между тем канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что, по её мнению, к борьбе с "исламистским терроризмом" должно присоединиться всё европейское сообщество. "Мы, немцы, встаем рядом с нашими австрийскими друзьями — в сочувствии и солидарности. Борьба с исламистским террором — наша общая борьба", — сказала Меркель.

В целом пока от европейских лидеров — что от Макрона, что от Курца, что от Меркель — мы слышим только общие слова: "Это не конфликт между австрийцами и мигрантами, это борьба между цивилизацией и варварством".

"Это мы и так знаем, и подобные слова слышим после каждого теракта или серии терактов. Как изменится политика Европы? Единственный внятный ответ — это закрытие границ и введение антитеррористических законов, которые позволили бы просеять как песок и изучить под микроскопом бесчисленные орды дикарей, въехавших за последние годы в Европу. Всё остальное вообще не имеет смысла, даже если дать карт-бланш спецслужбам, они будут ловить лишь маленький процент исламистов, при том, что поток "беженцев" и мигрантов не прекращается. По сути, то, что мы увидели в ночь теракта, — это тренировка и смотр сил, пока террористы чувствуют себя уверенно в Европе", — пишет телеграм-канал "Многонационал".

А ещё всё это не только про Европу, естественно. Как пишет телеграм-канал "Сыны монархии":

"Конечно, мы можем остановить поток миграции, но миллионы мусульман уже живут в России и Европе. И молодёжь активно вовлечена в сети исламизма. Раньше в христианских странах мусульман ассимилировали через крещение в христианство. Но сегодня во многих странах оно в упадке. Приходит молодой арабский парень в католический храм, а там папа римский венчает геев — с таким папой ислам и для молодых радикальных католиков привлекательнее родной веры. Единственный шанс — это сделать мусульманскую общину максимально светской. Чтобы учиться и работать им было интереснее джихада за шариат".

Австрия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > zavtra.ru, 12 ноября 2020 > № 3559435 Александр Проханов

Никита Стасишин ознакомился с проектами комплексного развития территорий в Сирии

В рамках второго дня Международной конференции по возвращению беженцев в Сирию 12 ноября замглавы Минстроя России Никита Стасишин посетил город Димас в пригороде Дамаска в целях ознакомления с проектом комплексного развития территорий в Сирийской Арабской Республике. Проект призван стать образцом нового типа застройки территории, когда наряду с жилыми домами строится сопутствующая инфраструктура - парковые зоны, детские сады и школы, а также зоны общего пользования для отдыха.

Проект реализуется под кураторством Министерства общественных работ и жилищного строительства Сирийской Арабской Республики и планируется к заселению уже в 2021 году. Минстрой России с 2019 года вел обсуждения с профильным ведомством Сирии об использовании российских наработок в сфере комплексного развития территорий, посещение данного объекта в городе Димас является демонстрацией применения такого подхода в развитии и восстановлении территории Сирии.

«Наиболее важным при восстановлении территорий помимо обеспечения населения правильной инфраструктурой является возможность комфортного спокойного проживания сирийских семей, семей с детьми в качественно новом жилье» - отметил Никита Стасишин.

Сирийская коллега замглавы Минстроя Сирии Рама Захер поблагодарила российскую делегацию за участие в международной конференции и обмен лучшими практиками городского развития для восстановления нормальной жизни в Сирийской Арабской Республике.

Разъединённые штаты Америки

затронут ли перемены в американской администрации Россию?

Александр Проханов

Старина Байден — против плохого парня Трампа. Кентукки против Колорадо. Флорида против Мичигана. Бисексуалы празднуют победу. Чёрные хохочут над белыми. Белые заряжают винтовки. Педерасты заключают брак на орбите. Трамп становится суррогатной матерью. Байден выращивает в пробирке новую политическую элиту. Сан-Франциско — за Байдена, Чикаго — за Трампа, Новый Орлеан — за обоих. Вологда даёт перевес Байдену. Рязань требует пересчёта голосов. Хабаровск и Филадельфия вышли на улицу. Сто тысяч политологов во всех частях света умерли от инсульта. Звездочёты из центра Карнеги ложатся под аппарат искусственной вентиляции лёгких. Депутаты Государственной Думы становятся сидячими пациентами. Летучие мыши, разносчики коронавируса, красуются на эмблеме ГРУ. Сколько суждений, сколько гаданий, сколько прогнозов и выводов! Вся мощь российского политического интеллекта, все прозорливцы и политологи разом вылезли на поверхность, как дождевые черви после ливня. С огромным трудом процеживая сквозь тонкую сетку пустопорожнюю воду суждений, можешь выловить крохи полезных осадков.

Схватка между Трампом и Байденом — это схватка двух технологических укладов, каждый из которых включает в себя огромные массы населения, и каждый отстаивает своё первенство. За Трампа голосовали представители четвёртого и пятого технологических укладов, уже отмирающих. Голосовали рабочие и служащие "ржавого пояса", в котором работают заводы-гиганты, гибнущие, как киты, выброшенные из океана. Трамп сделал ставку на рабочих, обещая вернуть в Америку все предприятия, которые рачительные миллиардеры вывели за пределы Америки в страны третьего мира. Он не сдержал свои обещания: отжившие заводы, устаревшие технологии продолжают умирать на фоне всё возрастающего шестого технологического уклада. Цифра, искусственный интеллект, новые материалы, новые станки, работающие на неведомых прежде физических принципах, — всё это бурно растёт, питается научными центрами, могучими интеллектуальными силами современного искусства — всем тем, что называется современным либерализмом.

Байден одерживает победу. Калифорния вместе со своей Силиконовой долиной, со своими высоколобыми даёт 20 процентов валового продукта Соединённых Штатов. Статус Калифорнии несравним со статусом Великих озёр.

Американское "глубинное государство", военное разведывательное сообщество выбрало Байдена. Этот выбор сделали не чёрные меньшинства, не представители гей-парадов, не расовые экстремисты. И оно же, "глубинное государство", теперь, в условиях раскалённых страстей, звяканья затворов, ищет способ обеспечить Америке стабильность, укротить экстремистов.

Российские либералы аплодируют победе Байдена, пьют шампанское, готовятся к переходу власти в России. Ждут дня, когда американский посол благословит, и они двинутся на Кремль. Ждут, когда в оппозиционные кружки и некоммерческие организации хлынут американские подрывные миллиарды и расцветут либеральные радиостанции, телеканалы и газеты, вернутся в Россию Навальный и Ходорковский и наступит долгожданный реванш.

Но либералы торопятся радоваться. Америка не хочет распада России, как не хотела она распада Советского Союза. Ей нужна Россия слабая, но не распавшаяся, контролирующая ядерный потенциал и не способная вести экспансивную политику.

Нарастающая нестабильность России тревожит американское "глубинное государство", тревожит американский военно-разведывательный комплекс. В условиях возможной нестабильности американцам в России нужен сильный человек — личность, способная охладить горячие головы, загнать в катакомбы русскую революцию, будь она красного или голубого цвета.

Есть ли среди либералов такие, кто напоминает Ельцина или генерала Лебедя? Этот шелестящий, поблёскивающий планктон, говорливые блогеры не смогут остановить лавину русского распада. Касьянов, который когда-то пришёл в стан либералов, казался сильным, потенциально твёрдым человеком, теперь он выкипел, превратился в пар, в ничто. Алексей Кудрин, этот "лучший министр финансов всех времён и народов", в кого Запад вкладывал гигантские средства, готовя его на первые роли русской политики, зачах, превратился в вялый цветок, который давно не поливали, и ему не суждено стать русским диктатором.

Но сильные люди есть в стане путинских силовиков. Есть Шойгу, мрачный и, кажется, всем недовольный, который не дрогнет, отдавая приказ войскам навести порядок в России. Есть Собянин, могучий московский мэр, превративший Москву в самую красивую столицу мира, хотя его и ненавидит вся разорённая русская провинция. На них будут делать ставку американцы. Принимаются законы, обещающие Путину вечное сенаторство и гарантирующие ему неприкосновенность.

Можно ли верить статьям в газете "Сан" о пошатнувшемся путинском здоровье? Так это или не так, но началось движение в высших кругах государства, и возможен раскол элит. Путинские силовики при конфронтации Америки и Китая сделали ставку на Китай. Все они — китаисты, все они — антизападники. Могучее, окружающее Путина племя олигархов против Китая. Их интересы — на Западе. Там их рынки, там их дворцы, там их дети и жёны, там их богатство и безопасность. Предстоящая в России схватка — это схватка силовиков — государственников и олигархов-западников. Этот и есть тот самый раскол элит, из которого проистекает распад.

Затронут ли перемены в американской администрации Россию? Как отразятся на русской реальности поражение Трампа и победа Байдена? Байден перечеркнёт всю политику Трампа. Америка вернётся в соглашение по климату, вернётся в ядерную сделку с Ираном, начнёт стремительное сближение с Европой, от которой отпрянул Трамп. Байден ускорит урегулирование ближневосточного конфликта, поддержит палестинцев, запретит Израилю строить поселения на Западном берегу реки Иордан. Усилится вмешательство во внутренние дела Белоруссии. Если американцы окончательно уйдут из Афганистана, то радикалы-талибы и экстремисты из Сирии вплотную приблизятся к Таджикистану, что чревато войной. Это клавиатура, на которой сыграют пальцы Байдена. Усталый, но знающий партитуру пианист исполнит свой марш, от которого в Москве будет сотрясаться паркет.

И всё это на фоне коронавируса — огромной, охватывающей континенты заразы, превращающей народы в трясущееся, ждущее заклания стадо. Если не хватает коек в больницах, не отдать ли Рублёвку умирающим бесхозным больным?

В этих условиях мы, советские люди, празднуем День Великой Октябрьской социалистической революции. Исчез Советский Союз, пропали все его материальные формы, но остался мистический духовный порыв человечества, направленный не к материи, не к деньгам, а ввысь, в бесконечность. И это высокое вдохновенное чувство держит нас среди кромешной мировой реальности.

С праздником Октября, дорогие товарищи!

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 12 ноября 2020 > № 3549476 Александр Проханов

Таблетка номер один

В сентябре в свободную продажу в России поступило лекарство от коронавируса – «Арепливир». Мы побывали на заводе, где делается препарат, и выяснили, почему его не стоит принимать беременным, почему Япония от него отказалась и в каких условиях работают на его производстве.

Никита Петухов

В Саранске, по данным на начало 2020 года, живут 320 тысяч человек. С начала пандемии 8673 из них переболели коронавирусом. 53 человека умерли от коронавируса, как от основной причины, как сказано в официальных данных местного Минздрава. Сколько умерли от осложнений хронических заболеваний, вызванных вирусом, официальные медики молчат.

Примерно 30 тысяч жителей Саранска работают вахтовым методом в Москве и Московской области. В основном охранниками.

– У нас здесь средняя зарплата – тысяч 18–20 рублей, те, кто получает 30–35 тысяч рублей, – это уже обеспеченный средний класс, – рассказывает коренной житель Саранска Михаил.

Он работает инженером на одном из предприятий в городе и согласился показать мне «красную зону», которую еще весной открыли в отделении Наркологического диспансера на улице Розы Люксембург.

– В Москве в охране платят 35–40 тысяч рублей, иногда 50 тысяч рублей. Мужики едут туда, потому что здесь им такой зарплаты не видать никогда. Кормят семьи кто как может.

На улицах, несмотря на рабочий день, пустынно, людей почти нет, машин не слишком много.

– А где все?

– На работе, – смеется Михаил. – У нас такой город, что в будний день без нужды на улицу никто не пойдет. Гулять особенно негде, да и некогда. В выходные народу больше, но тоже не как у вас на Никольской во время чемпионата мира.

Чемпионат мира – до сих пор любимое воспоминание многих жителей Саранска. Португальцы, датчане, перуанцы, новый стадион, сувениры, песни и Криштиану Роналду будоражат местных обитателей. В сувенирных магазинах все еще можно купить символику ЧМ-2018, а в городе величаво возвышается громада построенного к турниру стадиона. Правда, играет на нем команда «Тамбов», у которой своей арены нет. А у Саранска вот уже несколько лет нет своей команды. Не простаивать же стадиону. Поэтому афишей с матчем футбольного клуба «Тамбов» из Саранска здесь никого не удивишь.

Здесь вообще трудно чем-то удивить. Не вызвал особенного любопытства и первый препарат от коронавируса «Арепливир», который производят на заводе «Биохимик» почти в центре города.

– Да, делают там что-то. Вроде японское лекарство. Переименовали просто, – отмахивается Михаил. – У меня сестра в сентябре болела этим вирусом. Лечилась у нас в глазной больнице – там часть отделений отдали под ковидных. Ну так она никакого нового лекарства не видела. Лечили хорошо. Она здорова и легко отделалась, но этого «Арепливира» там и в глаза не видели.

Столица советского пенициллина

Завод «Биохимик», где сегодня производят «Арепливир» и еще несколько десятков препаратов, был построен в 1959 году. Здесь производили пенициллин для нужд советской медицины. Специфический запах пенициллина, похожий на запах дрожжей, был неизменным спутником жителей города. В Саранске тогда появился анекдот: «В густом тумане летит самолет. Пилоты пытаются понять, где находятся. Один из них открывает боковой фонарь кабины, принюхивается: “О, Саранск! Садимся”».

Сегодня на заводе пенициллином почти не пахнет. Старые цеха ремонтируются, а в новых в три смены работают на производстве коронавирусной панацеи и антибиотиков.

Девять месяцев назад, в январе 2020-го, московская компания «Промомед», которой принадлежит завод, начала разработку «Арепливира». Через индийские компании у японской корпорации Fuji было выкуплено право на использование «фавипиравира», препарата, разработанного около 20 лет назад для лечения вирусов, в том числе вируса Эбола.

– Фавипиравир – это название молекулы, из которой производится препарат. «Арепливир» – это наше название самого лекарства, – рассказывает Дмитрий Земсков, исполнительный директор «Биохимика». – Принципиальное отличие – в технологии производства субстанции. Японцы произвели этот препарат и запатентовали метод производства, но не саму молекулу. И было это больше 20 лет назад. Не могу сказать, почему они не запустили препарат. Возможно, не было пандемии и они его не использовали. Кроме того, когда началась пандемия, то в странах Юго-Восточной Азии, где люди гораздо организованнее, чем в Европе и Америке, она прошла с гораздо меньшими потерями. Насколько мне известно, японцы долгое время вообще не могли найти пациентов с подтвержденным ковидом для клинических испытаний, чтобы провести их в нормальном режиме. А когда они сделали клинику и сдали третий этап испытаний, их данные прямо в долях процентов сошлись с нашими данными, которые мы получили после клинических испытаний.

– То есть «Арепливир» с действующим веществом фавипиравир действует против вирусов?

– Испытания показали, что он эффективен при лечении РНК-вирусов. Чем они опасны? Тем, что РНК-вирус постоянно мутирует, поэтому вакцины против него не слишком эффективны. Но наш препарат не дает вирусу реплицироваться в клетке, – поясняет Земсков.

Помимо работы на «Биохимике», Земсков является директором нескольких небольших фармацевтических компаний в Нижегородской области, а в Мордовии он возглавляет еще и Федерацию лыжных гонок.

– Он у нас спортсмен. Почему бы и не руководить любимым видом спорта, – комментирует один из коллег Земскова.

Исполнительный директор «Биохимика» говорит, что проверил «Арепливир» на себе.

– У меня месяц назад была классическая картина заболевания коронавирусом. Поднялась температура, пропало обоняние. Только что кашель не успел начаться. Но я вовремя обратил на это внимание и в первый же день начал применять «Арепливир». То есть, как написано в инструкции, я сразу в первый день выпил восемь таблеток, потом через 12 часов еще восемь, а потом по три таблетки два раза в день.

– И как он на вас подействовал?

– После первых восьми таблеток у меня пропала температура. После вторых восьми таблеток я почувствовал себя почти здоровым. Обоняние вернулось через пять дней. КТ показала, что у меня было поражение всего около 10% легких. Причем я не задействовал какие-то другие препараты. То есть я легко отделался, потому что вовремя начал лечиться качественным лекарством.

Беременным применять не рекомендуется

Причины, по которым японцы не стали запускать «Фавипиравир» в производство и продажу, до конца неизвестны. Но в японских, американских и российских СМИ, в том числе и в «Финансовой газете», публиковались слова экспертов, которые объясняли отказ от готового препарата побочными эффектами. Главный из них оказывал воздействие на плод беременной женщины, если она принимала лекарство. «Фавипиравир» во время испытаний привел к выкидышам, необратимым изменениям в строении тела плода.

Земсков предлагает не сгущать краски, но признает, что такие эффекты действительно были выявлены.

– Само действующее вещество относится к пятому классу опасности, то есть оно практически безопасно. Любое лекарственное средство, если оно эффективно, всегда дает побочные эффекты. Не получается сделать такое лекарственное средство, которое было бы 100% эффективно и абсолютно безопасно. Какие-то побочные эффекты всегда остаются. Единственным сейчас описанным, но не до конца клинически подтвержденным является влияние на эмбрион, влияние на течение беременности. Но давайте посмотрим объективно: при беременности женщине вообще не рекомендуется применять какие-либо лекарственные средства, потому что они все так или иначе оказывают влияние на плод. По производимому эффекту от «Арепливира» мы можем сказать, что побочных эффектов практически нет. Но мы не рекомендуем беременным применять препарат. Потому что беременность – это главный процесс в жизни и надо бережно относиться к себе в этот период, – поясняет Дмитрий Земсков.

По реакциям исполнительного директора видно, что скепсис к «Арепливиру» его задевает, но он держит марку и не поддается эмоциям.

– Пенициллин был открыт в 1920 году. А знаете, когда его пустили в производство? В 1942 году! И тогда этот препарат стал панацеей. Здесь то же самое. Молекула была никому не нужна, но мы ее взяли в работу, и она стала приносить пользу. Мы считаем эту молекулу эффективной, она доказала это своей работой! «Арепливир» – противовирусный препарат прямого действия, который прекращает репликацию вируса и не дает ему размножаться в клетках. Я его принимал сам. Месяц назад я болел ковидом, и «Арепливир» не дал мне лечь в стационар. Это свет в конце туннеля. Этот препарат может прервать пандемию, – эмоционально говорит Земсков.

До саранских клиник «Арепливир» пока не добрался

Инженер Михаил устроил мне небольшую экскурсию по ковидным больницам Саранска. Внутрь мы не прошли, зато посмотрели снаружи и на наркодиспансер, часть территории которого действительно оказалась затянута лентами, по утверждениям моего гида, потому что с весны там находится «красная зона», и на глазную больницу, и на ЦРБ.

Михаил познакомил со своим одноклассником, который работает как раз в ЦРБ, в приемном отделении. Крепкий, плечистый мужик с широченными ладонями. Представился Андреем Сергеевичем.

– В больнице для лечения больных коронавирусом используется «Арепливир»?

– Я не видел, чтобы его применяли у нас. Разговоров много было. Обсуждали, стоит ли его использовать или нет, потому что производитель говорит о клинических испытаниях, которые провели на 210 пациентах. Но, по-хорошему, нужно больше данных. У нас дальше разговоров и обсуждений ничего не сдвинулось. Препарата в больнице нет, а если и есть, то я с ним не сталкивался.

– А в других больницах Саранска?

– Друзья, которые там работают, говорят, что не было пока. Может, не успели еще. Только же начали. Да и завод принадлежит москвичам. Зачем им Саранск? В столице его продавать выгоднее.

– Да что там говорить! – сокрушается Михаил. – Когда у нас тут будут применять новые разработки? У нас до сих пор по ночам на улицах отключают освещение, чтобы экономить электричество.

– Ну не на всех уже, но бывает, да, – оскорбился за родной город Андрей Сергеевич. – Да и там, где отключают, вырубают только одну сторону улицы.

– Одну сторону?! Да у нас как осень, как темнеть рано начинает, так на дорогах людей сбивают, потому что пешеходные переходы не освещаются нормально! – возмущается Михаил.

Андрей разводит руками, мрачно кивает:

– Сбивают.

Коронавирус сделал российскую фарму сильнее

В административном здании завода «Биохимик» тихо. У входа на доске объявлений висит плакат: «Приведи на работу друга – получи премию 5000 рублей». Предприятию нужны люди. На производстве «Арепливира» и других препаратов люди работают в три смены по восемь часов. То есть работа ведется круглосуточно.

Те, кто работает в «чистой зоне», то есть непосредственно на производстве лекарств, оставляют на входе все личные вещи, включая кольца, цепочки, телефоны, переодеваются в защитные костюмы, надевают маски с респираторами, специальные очки, перчатки. И во всей этой амуниции проводят смену в небольших помещениях, где делаются препараты.

Захочешь в туалет – переоденься в свою одежду, сделал свои дела – переоденься обратно в защитный костюм.

– Да, это звучит страшновато, но быстро привыкаешь, – говорит один из сотрудников цеха. – Это только первый раз долго переодеваться, потом все становится сильно проще и легче, делаешь все на автомате. Хотя первый раз я переодевался минут 15, потому что есть определенный порядок, в котором надо надевать на себя защиту.

– А как вы набираете людей? Они же, оказавшись в этих узких коридорах, в помещениях без окон, сразу уволятся?

– Нет, у нас на собеседовании человеку показывают костюм, дают его надеть, показывают фотографии цеха. Если не готов, то откажется, а если готов, то никаких проблем. Обычно не отказываются. Здесь неплохие для Саранска зарплаты. Ну, у квалифицированных сотрудников, – уточнил работник цеха.

Людей на предприятие действительно набирают постоянно. Дмитрий Земсков говорит, что это начало новой эпохи в отечественной фармацевтике.

– Пандемия заставила нас работать быстрее. Кроме того, по 441-му постановлению правительства мы получили возможность работать быстрее. Все испытания остались, но теперь мы избавлены от лишних бюрократических действий и у нас есть возможность быстро зарегистрировать наши препараты. Это дал нам ковид. Да, это заставило нас искать молекулы, смотреть, что может их заставить работать более широко. За последние 20 лет в России появилось много фармацевтических заводов, которые производят качественные препараты. В основном дженерики, но по соотношению «цена – качество» они выигрывают у зарубежных препаратов. Пандемия заставила нас вкладываться в разработку, чего раньше не было. Финансирование увеличилось в разы. Мы совершенно по-другому начали относиться к некоторым группам лекарственных препаратов. Появилось больше возможностей для их производства.

– Дмитрий, а как изменилась ситуация с лечением по сравнению с весной?

– Мы сейчас имеем заболеваемость больше, чем весной, а смертность – гораздо меньше. Появились лекарства, которыми можно лечить ковид, появились схемы лечения. Появились новые дополнительные госпитальные мощности.

– Но с улучшением лечения снизится спрос на лекарство и вам придется снова увольнять людей, которых вы наняли во время пика производства в пандемию.

– Мы еще больше внимания уделяем антибактериальным средствам, еще больше сил и средств вкладываем в их развитие. Мы вводим 30–40 новых препаратов каждый год. Мы постоянно наращиваем мощности. У нас в плане еще несколько производств, которые сейчас строятся. Включая антибиотики, препараты для лечения онкологии. Подготовить специалиста для фарм-отрасли – сложно, а потерять его – очень больно, поэтому мы дорожим людьми.

Три брата-близнеца

Почти в одно время с «Арепливиром» на российский рынок вышли еще два препарата на основе японского «Фавипиравира» – «Авифавир» и «Коронавир» от производителей «Р-Фарм» и «Химфарм». Злые языки в фармотрасли утверждают (правда, с просьбой не называть их имен и должностей), что препараты – близнецы и их одновременный выход на рынок сделан для того, чтобы у Федеральной антимонопольной службы не возникало лишних вопросов, когда Минздрав РФ и минздравы регионов начнут закупать эти лекарства на сотни миллионов рублей.

«Сотни миллионов? Берите выше. На этих препаратах заработают десятки миллиардов, для того их и выпустили. Для этого же выпустили сразу три одинаковых, но по разной цене. Чтобы не было лишних проблем с ФАС и другими надзорными органами», – пояснил представитель крупной столичной фармкомпании, не захотевший, чтобы его представили читателям. Причиной сохранения своей анонимности наш собеседник назвал тесные связи трех компаний с чиновниками из правительства: «Я представлюсь, а потом моя компания останется без госконтрактов. Нет уж, спасибо».

Дмитрий Земсков никакого сговора в этой ситуации не видит. Да и препараты не считает совсем уж одинаковыми.

– «Авифавир» и «Коронавир» сделаны на основе того же действующего вещества. И мы рады, что мы здесь не одни. Разница в том, что каждый разрабатывал методику производства сам. И она у всех немного разная. Но молекулу мы все получаем примерно одинаковую.

Отвергает он и предположения, что «Арепливир» уже принес своему производителю миллиарды.

– Пока мы на «Арепливире» не заработали. Процесс вывода препарата на рынок, постановки его на производство – это очень затратный процесс. Он окупается в течение нескольких лет. Естественно, прибыль у нас есть, но, чтобы покрыть расходы, должно пройти время – год или два. До конца этого года и следующего мы не окупим разработку препарата. Мы рассчитываем в ближайшие три-четыре года окупить препарат. Я очень хочу верить, что пандемия отступит, но уверенности в этом нет. Поэтому на основе «Арепливира» мы создаем уже следующий препарат, который будет дешевле и в производстве, и в продаже. Мы надеемся насытить отечественный рынок до конца 2020 года. После этого будем говорить об экспорте. Мы готовы закрыть потребность российского рынка в районе миллиона упаковок в месяц. Сейчас потребность составляет около 200–250 тысяч упаковок ежемесячно. Пока мы хотим закрыть потребность в препарате на российском рынке. «Арепливиром» интересуются в Латинской Америке, на Ближнем Востоке, мы готовимся зарегистрировать препарат в Чили. Есть интерес со стороны Ирана, Сирии, других стран.

Земскову не дают договорить. Ссылаясь на занятость, он уходит.

Остается расспрашивать тех, кто готов разговаривать. Почему «Арепливиром» не интересуются в Евросоюзе и США, сотрудники пресс-службы не знают. Есть препарат в больницах Саранска или нет, не знают тоже, поскольку поставками занимаются менеджеры в головном офисе «Промомеда» в Москве. Впрочем, сотрудники пресс-службы стараются быть полезными и готовы предоставлять информацию. Ту, которой владеют сами.

Город пустеет

По официальным данным, сегодня в Саранске проживают на 2000 человек меньше, чем в 1992 году. Но Михаил и Андрей Сергеевич с этими цифрами не согласны.

– Кто молодой и с головой, уезжает в Москву. Там другие деньги, другая работа, другие возможности сделать карьеру и обустроить жизнь. По ощущениям у нас процентов 20 горожан разъехались за последние годы кто куда. Кто в Москву, а кто еще дальше, – говорит Михаил.

– А сколько народу уехало, когда у нас тут зачищали в начале нулевых тех, кого называли бандитами, – вздыхает Андрей Сергеевич.

– Много кто уехал? И как это «зачищали»? Отстреливали?

– И отстреливали, и резали, и сажали. Я не говорю, что они были все хорошими людьми, но среди них оказывались вполне разумные ребята. В 2002–2003 годах последних добили, а кто был поменьше – разъехались. Кто в Питер, кто в Москву.

О бандитском прошлом Саранска мне еще в поезде рассказывал случайный попутчик – Олег, он возвращался домой из командировки в Москву и вспоминал 1990-е. Тогда его и товарищей, никакого отношения к криминальному миру не имевших, едва не застрелили возле знаменитого саранского бара «Раки», приняв за залетных бойцов. «Нас спасло только, что они сразу стрелять не начали, окружили нас машинами, стволы в окна выставили, но потом все-таки вышли и присмотрелись. Сосед моего товарища, к счастью, оказался одним из ребят со стволами. Узнали, отпустили, порадовались, что не положили невинных».

Бандитского флера в Саранске нет уже почти 20 лет, но свет на улицах по ночам все еще отключают из экономии, местные мужики уезжают работать охранниками в Москву, а хорошая средняя зарплата едва превышает МРОТ.

– У нас тут иногда кажется, что время остановилось, – тихим голосом говорит инженер Михаил. – Вроде что-то происходит, а ничего не меняется.

– Да, – глухо вторит ему Андрей Сергеевич. – Я себя часто ловлю на мысли, что каждый день чего-то жду, а оно все не происходит. И так – годами. Не жизнь, а ожидание непонятно чего, как-будто черновик пишешь, только страницы уже заканчиваются.

Коридоры безопасности

Как российские миротворцы будут нести службу на Южном Кавказе

Текст: Юрий Гаврилов

В среду экипажи военно-транспортных самолетов Ил-76 продолжили перебрасывать с аэродрома Ульяновск - Восточный в Ереван подразделения российских миротворцев. Одновременно подразделения первого миротворческого батальона 15-й отдельной мотострелковой бригады Центрального военного округа, а именно они составляют костяк наших "голубых касок", после разгрузки на армянском аэродроме Эребуни отправлялись на штатной технике в 300-километровый марш до Нагорного Карабаха. Конечный пункт их маршрута - населенный пункт Горис.

По данным российского Генштаба, в среду же наши миротворцы взяли под контроль Лачинский коридор, где военные выставили временные наблюдательные посты.

А с завтрашнего дня для того, чтобы обеспечить безопасность местных жителей, российские миротворцы начнут разворачивать наблюдательные посты на юге Нагорного Карабаха. Еще трое суток назад в этих местах шли ожесточенные бои.

О некоторых деталях миротворческой операции на Южном Кавказе 11 ноября впервые рассказал начальник Главного оперативного управления Генштаба Сергей Рудской. По его словам, всю контролируемую нашими "голубыми касками" территорию условно разделили на две зоны ответственности - "Север" и "Юг". Там военные в общей сложности создадут 16 наблюдательных постов. Их поставят как по линии соприкосновения сторон в Нагорном Карабахе, так и вдоль Лачинского коридора - единственной транспортной артерии, соединяющей территорию непризнанной республики с Арменией.

Несущие службу на этих наблюдательных постах солдаты и офицеры, по словам генерала Рудского, займутся сбором информации о нарушениях режима прекращения огня. Такие данные они будут оперативно передавать командованию миротворческих сил.

Еще "постовые" станут следить за безопасностью движения транзитного транспорта и пресекать чьи-либо противоправные действия в отношении мирного населения. Это, как надеются наши военные, будет способствовать скорому переходу Карабаха к мирной жизни и возвращению туда беженцев.

Что же касается патрулирования вдоль линии соприкосновения сторон и сопровождения колонн и грузов, то данные функции возьмут на себя подразделения российской военной полиции. Они в числе первых прилетели на Южный Кавказ.

"Для управления операцией создано командование миротворческих сил, в состав которого вошли офицеры, имеющие большой опыт руководства войсками в вооруженных конфликтах", - сообщил генерал Рудской.

Что еще известно о наших военных в Карабахе. Туда командование отправило только кадровый армейский состав - офицеров и контрактников. Все они прошли специальную подготовку, необходимую для выполнения миротворческих задач. Помимо прочего, "голубые каски" прекрасно осведомлены о нормах международного гуманитарного права в вооруженных конфликтах. Практически все военнослужащие ранее побывали в Сирии и имеют опыт обеспечения различных гуманитарных операций.

Оснащены миротворцы соответственно обстановке и решаемым задачам. На их вооружении в том числе бронетранспортеры БТР-82А, бронированные автомобили "Тигр" и "Тайфун". С амуницией и продовольствием тоже все в порядке. Обеспечивать миротворцев будут и с воздуха. Этим займутся армейская авиация и операторы военных беспилотников.

Чтобы максимально обезопасить наших солдат и офицеров от различных инцидентов и для лучшего взаимодействия с коллегами из Баку и Еревана, российский Генштаб установил прямые каналы связи с генеральными штабами вооруженных сил Азербайджана и Армении. Они же при необходимости помогут оперативно уточнять параметры миротворческой операции. Еще в Генштабе РФ создали группу боевого управления - она станет круглосуточно мониторить обстановку в Нагорном Карабахе.

Между тем

Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков объяснил, почему для ввода российских миротворцев в зону карабахского конфликта не потребовалось разрешение Совета Федерации. "В этом нет прямой необходимости, потому что 30 сентября 2015 года было постановление Совета Федерации ФС РФ N 355-СФ, где дается согласие президенту России на использование Вооруженных сил за пределами территории России на основе общепризнанных принципов и норм международного права", - сказал Песков.

Минус два плюс один

Сеть торгпредств меняет состав

Текст: Ирина Алпатова

До конца года в сирийской столице должно появиться торговое представительство России. Постановление об этом во вторник 10 ноября 2020 года подписал премьер-министр Михаил Мишустин. Структуру и штатное расписание нового торгпредства поручено разработать и утвердить Минпромторгу. В Сирии ранее существовало российское торгпредство. Оно было ликвидировано в начале 2006 года.

Ранее сообщалось, что торговые представительства упразднят в Украине и Литве. "Решение о ликвидации торгпредства России в Украине принято в связи с утверждением Кабинетом Министров Украины постановления о прекращении действия соглашения между Россией и Украиной о взаимном учреждении торговых представительств", - прокомментировали "РГ" в пресс-службе Минпромторга. Соглашение перестало действовать в конце сентября 2020 года.

В Литве, в свою очередь, представительство будет закрыто в рамках работы по повышению эффективности института торгпредств, уточнили там же.

Таким образом число российских торгпредств в зарубежных странах составит 59. Их основная задача - оказывать поддержку российским экспортерам, представлять интересы крупных российских проектов за рубежом, готовить страновую аналитику и многое другое.

В течение нескольких последних лет государство взяло курс на формирование "нового облика" торговых представительств. Основная задача программы - сделать их работу более практикоориентированной, обозначив четкие KPI и внедрив современные практики в работу.

С 2018 года деятельность торгпредств курирует Минпромторг. Ранее замглавы министерства Алексей Груздев рассказывал о планах привлекать к работе в торгпредствах людей с предпринимательским бэкграундом, имеющих опыт реализации конкретных сделок, а также по возможности перевести офисы торгпредств в бизнес-центры, ближе к реальному бизнесу.

Россия поделится с Сирией опытом восстановления и строительства домов и создания комфортной городской среды

Минстрой России поделится с сирийскими коллегами своим опытом восстановления и строительства домов и создания комфортной городской среды, а также передаст профильным ведомствам различные типовые проекты. Об этом сообщил заместитель министра строительства и ЖКХ Российской Федерации Никита Стасишин 11 ноября на Международной конференции по возвращению беженцев на территорию Сирии.

«Мы уже наработали огромный опыт в части создания сетей, в части проектно-сметной документации, всего того, на что не нужно будет тратить время нашим друзьям из Сирии. Они смогут брать готовые проекты, привязывать их к конкретным площадкам, создавать ровно по тем международным стандартам, не увеличивая стоимость квадратного метра, максимально оптимизируя», — отметил Никита Стасишин. Он пояснил, что возвращение к нормальной жизни невозможно без понимания сроков восстановления домов, создания новых комплексов, восстановления территорий и строительства инфраструктуры — детских садов, школ, спортивных площадок, дорог и магистральных сетей.

По словам Стасишина, основным отличием домов, которые предстоит построить и восстановить в Сирии, является то, что в квартирах здесь живут большие семьи с большим количеством детей. Замминистра отметил, что упор будет сделан не на максимально быстрое строительство. «Количество сегодня невозможно без качества. Одно дело — «заткнуть дыры», восстановить то, что есть. Но мы должны смотреть с нашими коллегами из Сирии в будущее и на развитие, чтобы в итоге это привело к подъему экономики», — отметил он.

Байден против Трампа: кого мир хочет видеть главой США

Какие страны желают видеть Байдена президентом США

Иван Половинин

Победитель президентских выборов в США все еще официально не определен. Хотя ряд СМИ и приписал этот статус Джо Байдену, Дональд Трамп отказывается признавать поражение и рассчитывает задержаться в Белом доме на второй срок. Сложившаяся интрига держит в напряжении не только американское общество, но и весь мир, поскольку от личности американского президента может зависеть характер отношений США с другими странами. Как международное сообщество разделилось на сторонников и противников Трампа и Байдена — в материале «Газеты.Ru».

Кандидат в президенты США от Демократической партии Джо Байден продолжает принимать от мировых лидеров поздравления с победой на выборах президента США, хотя подсчет голосов до сих пор не закончен, а действующий глава государства Дональд Трамп отказывается признавать свое поражение.

Неопределенность ситуации и неоднозначная реакция мировых лидеров на выборы провоцирует американские СМИ на дискуссию о том, какие государства надеются увидеть во главе США нового президента-демократа, а какие предпочли бы услышать новость о переизбрании Дональда Трампа.

Ближневосточный вопрос

Источники телеканала CNN в Саудовской Аравии утверждают, что из-за политики максимального давления на Иран, в котором королевство видит угрозу для своей безопасности, Трамп представляется более выгодным для Эр-Рияда партнером, чем Байден.

В королевстве опасаются, что подход демократической администрации к американо-иранским отношениям может оказаться более мягким, чем у республиканцев.

Байден уже обещал, что США вернутся к выполнению положений Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе (СВПД) — а это предполагает снятие с Ирана большинства экономических ограничений.

Кроме того, Байден открыто говорил, что не собирается продавать Саудовской Аравии оружие на фоне продолжения конфликта в Йемене, и обещал, что Эр-Рияд заплатит за свои действия в регионе. Действующий президент подобных заявлений не делал, так что в случае его переизбрания США продолжили бы поддерживать королевство, считает обозреватель CNN Ник Робертсон.

Возможное возвращение США к СВПД в случае победы Байдена — определенно позитивный фактор для Ирана, отмечает «Аль-Джазира». При этом каким образом может быть реализован поворот американской политики, неясно, также неизвестно, попытается ли Тегеран в таком случае потребовать от США какую-либо компенсацию за несколько лет «максимального давления» со стороны администрации Трампа.

И если Иран скорее выиграет от смены главы Белого дома, то для Израиля Байден — менее выгодная фигура.

Источники арабского телеканала утверждают, что политик скорее всего возобновит экономическую и гуманитарную поддержку палестинцев.

Администрация Трампа в этом конфликте занимала произраильскую позицию. Президент активно продвигал «сделку века» — план, нацеленный на окончательное урегулирование конфликта между Палестиной и Израилем и в большей степени учитывавший интересы Тель-Авива, а не палестинцев.

И несмотря на провал этой инициативы, в преддверии выборов Трамп все же добился выгодных израильтянам подвижек на Ближнем Востоке: Объединенные Арабские Эмираты, Бахрейн и Судан согласились на нормализацию отношений с Израилем при посредничестве США. С точки зрения Ника Робертсона из CNN, Трамп активно пытался привлечь к этому процессу и Саудовскую Аравию, что приблизило бы «сделку века».

В этом королевстве находится две важные для ислама святыни — Мекка и Медина, что делает слово Эр-Рияда достаточно весомым в арабском мире. Если Саудовская Аравия также пойдет на нормализацию отношений с Израилем, многие государства могут последовать ее примеру.

«Байден может продолжить работу с Саудовской Аравией по ближневосточному миру. К решению этого вопроса стремился почти каждый американский президент, Трампу удалось создать своего рода импульс для этого», — подчеркнул Робертсон.

Сам Байден приветствовал нормализацию отношений арабский государств с Израилем, а также обещал помочь другим странам достигнуть аналогичных договоренностей. Однако кандидат-демократ также обещал изменить односторонний подход к урегулированию израильско-палестинского конфликта.

Однако отказа от поддержки Тель-Авива в целом от Байдена ожидать не стоит, уверен обозреватель «Аль-Джазира» Томас Фальк. По его словам, политика демократа на Ближнем Востоке будет отличаться от подхода Трампа, но не станет полноценной перезагрузкой.

То есть для Палестины возможная смена главы Белого дома не принесет серьезных изменений. В своих официальных заявлениях Байден не раз критиковал методы Трампа в израильско-палестинском урегулировании, но не выступал против его достижений на данном направлении.

Азиатская надежда

Впрочем, изменений подхода США к внешней политике ожидают не только на Ближнем Востоке, но и в других странах мира. В частности, в Азии большинство стран позитивно воспринимают возможную победу Байдена, отметил в разговоре с «Газетой.Ru» директор Института Дальнего Востока РАН Алексей Маслов.

«Китаю более выгоден Байден, потому что за последние несколько месяцев он как минимум не участвовал в серьезной критике Пекина.

Более того, стало известно о прямых связях его сына Хантера с КНР, поэтому китайская сторона рассчитывает на более мягкую политику со стороны Байдена. В Пекине не очаровываются и понимают, что давление будет продолжаться, но в более вежливой форме», — пояснил эксперт.

Для Японии и целой группы стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе Австралии и Новой Зеландии, также предпочтительнее победа Байдена, продолжил Маслов. Трамп прекратил все переговоры о создании Транстихоокеанского партнерства, которое должно было объединить эти страны для противостояния экономическому давлению Китая в регионе. Кандидат-демократ может вернуться к этой инициативе.

В странах Юго-Восточной Азии симпатии также находятся на стороне Байдена, уверен эксперт, потому что Трамп просто забыл о них в своей внешней политике. Исключением здесь можно считать лишь Тайвань — действующий президент в последнее время активно вооружал остров против Китая, когда Байден, скорее всего, будет придерживаться более взвешенной позиции в этом плане.

«Внешняя политика Трампа в целом была скорее деструктивной, когда Байден — глобалист, от него стоит ожидать более конструктивного подхода, в особенности с точки зрения создания каких-либо новых альянсов и союзов», — резюмировал Маслов.

С точки зрения Associated Press, победа Байдена может быть без энтузиазма принята в Индии, которая получала немало внимания со стороны Трампа из-за ее регионального конфликта с Китаем. Вряд ли политика новой администрации будет серьезно отличаться от этого подхода, но кандидат-демократ определенно станет акцентировать внимание на нарушениях прав человека со стороны Нью-Дели, что по большей части игнорировал действующий глава государства.

Кроме того, агентство указывает, что возможная победа Байдена не привнесет позитива в отношения США и Северной Кореи, так как демократ не раз называл лидера КНДР Ким Чен Ына «мясником» или «головорезом». Политик также критиковал Трампа за «дружбу» с главой Северной Кореи и обещал добиться денуклеаризации Корейского полуострова путем ужесточения санкций. По Южной Корее особых изменений при смене главы Белого дома AP не прогнозирует, разве что допускает увеличение числа совместных военных учений.

Латинский запал

По мнению главного научного сотрудника Института Латинской Америки РАН Владимира Сударева, позицию стран ближайшего к США региона наглядно иллюстрирует реакция кубинцев на американские выборы.

«Жители Кубы молили о победе Байдена, хотя кубино-американцы не слишком положительно относятся к демократу. Он говорил, что надо выкинуть в окно все, что сделал Трамп против кубинцев — поэтому у граждан Кубы была такая реакция.

Байден в принципе выгоден большинству стран Латинской Америки, кроме Бразилии», — заявил эксперт «Газете.Ru».

Кандидат от Демпартии обещал вернуть послабления в отношении части латиноамериканских государств, в том числе Кубы, Венесуэлы, Никарагуа и Боливии, продолжил Сударев. Речь идет о левых режимах, с которыми демократ призывал начать какой-то диалог — в администрации Трампа их ранее называли враждебными державами.

«Байден считает, что это абсолютно неправильное решение, потому что необходимо налаживать отношения. Так же поступал бывший президент США Барак Обама», — подчеркнул эксперт.

Как пишет The Atlantic, большую часть Латинской Америки в своей международной повестке Трамп игнорировал, сосредоточившись на ограничениях против Кубы и Венесуэлы. Байден же был основным эмиссаром Обамы в регионе, поэтому имеет необходимый опыт для налаживания взаимодействия с ним.

С точки зрения обозревателя издания Кристиана Паса, демократ может пересмотреть жесткую политику Трампа против мигрантов из Мексики, Сальвадора и Гондураса. Отчасти поэтому большинство государств региона позитивно воспринимает возможную победу Байдена.

Смешанный подход

По версии Euronews, симпатии большей части Европы на стороне Байдена. В Евросоюзе ожидают завершения негативной риторики со стороны Белого дома, которая доминировала при Трампе.

В особенности ЕС надеется на укрепление трансатлантического партнерства, отказ от таможенных пошлин и возвращение Вашингтона к ключевым соглашениям — иранской сделке и Парижскому соглашению по климату.

Единственное, где европейцы ждут продолжения трений, так это в спорах по цифровому налогу, который затрагивает крупнейшие американские корпорации Google и Facedook. Как отмечает телеканал, демократы больше республиканцев привязаны к этому вопросу, поэтому завершения дебатов ожидать не стоит.

При этом Politico указывает, что возможная победа Байдена, скорее всего, не слишком приветствуется в Великобритании из-за критики кандидата в отношении Brexit. Это может создать проблемы для заключения сделки о свободной торговле между Лондоном и Вашингтоном, которую активно продвигал Трамп.

Также опасения существуют у Венгрии, подчеркивает издание. Они связаны с тем, что руководство страны придерживается жесткой линии в отношении мигрантов и сексуальных меньшинств — президент-демократ вряд ли будет поддерживать такую политику. Скорее всего, Байден займет сторону Брюсселя, которой давно критикует Будапешт за отказ от соблюдения демократических принципов.

Касательно Африки, большинство стран с оптимизмом воспринимают возможный приход демократа к власти. Как отмечает «Би-би-си», с победой на выборах кандидата поздравили лидеры всех ключевых государств континента. Сожаления о поражении Трампа в регионе может почувствовать разве что Египет, поскольку президент Абдул Фаттах ас-Сиси сумел наладить хороший контакт с Трампом. Однако, как уточняет издание, вероятнее всего, положительный темп в двусторонних отношениях будет сохранен и при Байдене.

В случае с Турцией говорить об однозначных симпатиях к тому или иному кандидату на пост президента США не приходится.

Как пишет издание Hurriyet, официально в Анкаре не ожидают серьезных изменений в отношениях с Вашингтоном, хотя некоторые опасения у турецкой стороны все же присутствуют.

С точки зрения обозревателя издания Серкана Демирташа, Байден восстановит отношения США с Евросоюзом и НАТО, которые сильно пострадали при Трампе. Это будет иметь ряд негативных последствий для Анкары. Во-первых, в Восточном Средиземноморье Турции придется отказаться от претензий на части континентального шельфа Греции и Кипра. ЕС действиями турецкой стороны и так недоволен, а поддержка США усилит его позиции.

Во-вторых, Байден, вероятно, будет более активно работать по линии Сирии и Ливии. Трамп же стремился ограничить роль США в решении проблем этих государств. Как подчеркивает Демирташ, в таких условиях Турции будет трудно усилить свое влияние в данных странах.

«Таким образом, избрание Байдена будет означать конец выгоде Анкары от трений между Вашингтоном и Брюсселем», — уверен журналист.

И, наконец, для России возможное избрание демократа американским президентом вряд ли станет позитивным фактором, впрочем, как и победа Трампа. По словам программного директора Российского совета по международным делам (РСМД) Ивана Тимофеева, Россию в США называют главной угрозой как минимум последние шесть лет.

«Байден может начать поднимать вопросы по правам человека, ввести санкции по инциденту с Алексеем Навальным. Однако вряд ли при нем произойдут кардинальные изменения в худущую сторону, если только не будет какого-то нового политического кризиса между Россией и США», — резюмировал эксперт.

Настоятель отец Георгий. Дорога к храму

Разговор у братских могил Севастополя, с которым кровно связана героическая история нашего Отечества

В конце марта 2014 года российская пресса салютовала присоединению Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации. Люди прямо говорили: "Они вернулись домой!".

Ключ от номера

Завещание патриарха

В марте 2014 года Крым вернулся в Россию. Свершившимся фактом это сделала и публикация в правительственной "Российской газете".

А в марте 2015 года в "Российскую газету" вернулась "Родина". Вышел первый после перезапуска номер старейшего, созданного в 1879 году исторического журнала.

Поэтому оба события - исторические.

На 140-летнем юбилее "Родины" патриарх отечественной журналистики Михаил Федорович Ненашев, недавно ушедший, сказал: "Это счастье, что "Российская газета" и "Родина" нашли друг друга. Что их объединил один издательский дом на улице Правды и делает один талантливый коллектив. Вы получили уникальную возможность - писать историю современности, опираясь на прошлое. От этого выиграла и газета, и журнал, а главное - читатель. Так держать!".

Это завещание нам.

Каждый месяц "Российская газета" публикует "гвозди" из свежего номера "Родины". Ноябрьский журнал посвящен 100-летию исхода белых из Крыма. И значит, сам бог велел поставить в юбилейный номер "РГ" беседу с севастопольским священником. Это наш подарок родной (тоже от слова Родина) газете.

Игорь Коц, шеф-редактор журнала "Родина"

***

Владимир Семенович пел, что на братских могилах не ставят крестов и вдовы на них не рыдают.

Есть исключения. На Братском кладбище, что на северной стороне Севастополя, и кресты стоят, и тропа народная туда не зарастает. В Свято-Никольском мемориальном некрополе покоится прах десятков тысяч российских воинов: солдат армии Суворова, героев Отечественной войны 1812 года, защитников города в крымскую кампанию 1853-1856 годов, офицеров белой гвардии, оставивших полуостров осенью 1920-го, матросов-краснофлотцев, державших оборону в 1942-м, моряков линкора "Новороссийск", погибшего в 1955-м, офицеров атомных подлодок "Комсомолец" и "Курск"...

Тридцать лет настоятелем храма-памятника на Братском кладбище служит протоиерей отец Георгий Поляков. В том, что некрополь сохранен для потомков, его немалая заслуга.

О любви к гробам и пепелищу

- Растолкуйте, отец Георгий, что имел в виду наше всё - Пушкин, когда писал о любви к отеческим гробам и родному пепелищу?

- Что же тут непонятного? Вы ведь были на Братском кладбище, сами все видели. Об этом Александр Сергеевич и слагал стихи. В старых путеводителях, изданных еще при императоре Николае Втором, наш некрополь называли стотысячником. Сколько именно воинов лежит на нем, никто не знает. Лишь братских могил более четырехсот. В некоторых погребены тысячи павших солдат. Еще сто с лишним индивидуальных захоронений - адмиралы, генералы, офицеры. Не только те, кто пали на поле боя.

Многие ветераны считали за честь быть упокоенными в севастопольской земле. Служа в Петербурге, Москве, Киеве, Варшаве, просили у государя разрешения похоронить их на Братском кладбище, куда не ступила нога неприятеля. Ведь во время Крымской войны защитники города не отдали северную сторону.

Они так и лежат. Плечом к плечу. Не делим их на белых и красных, царских или советских. Для нас все они - герои. На Историческом бульваре и Малаховом кургане недавно проводили большие реставрационные работы и обнаружили засыпанные землей орудия, которые относятся к первой обороне Севастополя, а также ранее не погребенные останки. Мы перезахоронили еще тридцать восемь воинов и одну сестру милосердия. В минувшем сентябре благодаря стараниям директора музея обороны города Николая Мусиенко и учредителя фонда "Аврора" Юрия Торохова поставили на этих могилах два памятника.

Знаете, я тридцать лет служу в Свято-Никольском храме, ежедневно прохожу по кладбищу, и меня не покидает чувство духовной благодати, исходящей от этих могил. Священный синод еще при царе постановил, что каждый, кто погиб в бою, защищая наше Отечество, тем самым надевал на себя венец мученика за веру.

Работаю сейчас над небольшой пьесой для Русского драматического театра Симферополя, где подробно раскрываю это все.

- Что именно?

- Историю обороны Севастополя в первую Крымскую войну. Мой друг Владимир Магар, худрук и режиссер этого театра, давно просит: "Батюшка, давай сделаем".

А меня то немощи одолевают, то по службе заботы наваливаются, то еще что-то отвлекает. Но дело движется потихонечку...

Иногда слышу от нерадивых экскурсоводов и историков, мол, севастопольская битва была проиграна французам, англичанам и туркам. Развожу руками и советую внимательно читать документы. Да, в какой-то момент оборона южной стороны города потеряла смысл, там все оказалось разрушено. Тогда и поступил приказ перейти на другой берег бухты, встать войсками у Михайловского равелина и Константиновской крепости. Там возвели и новые батареи. Никто из солдат никуда не бежал, не сдавался врагу. И он не ступил на северную сторону.

Оккупанты не знали, как выпутаться из ситуации, в которую попали. В Крыму высадились элитные части, рассчитывавшие победным маршем пройти по Севастополю. Противостояли им солдаты и сошедшие с кораблей моряки, которых не учили ведению боевых действий на суше. Город тоже готовился к обороне с моря. А удар принял с тыла. И выдержал его.

- Вы заговорили о Крымской войне, а я спрашивал без привязки к конкретным историческим событиям. Как любить живых и беречь родовое гнездо, чтобы все не превратилось в прах и золу?

- Процитирую Константина Симонова. В поэме "Суворов" он написал: как мир, так - "сукины сыны", а как война, так сразу - "братцы". Точно выразился. В этих словах передан русский дух.

Святые гробы и пепелище - овеществленная память. Мы поклоняемся героям, потому что знаем: люди шли на погибель ради спасения Отечества от варваров. Если бы защитники города думали о собственных жизнях и забились по щелям, что стало бы с Севастополем?

И это относится не только к солдатам и морякам.

Недалеко от дома, где живу, есть историческая Женская батарея. Знаете, почему она так называется? Женщины... как бы помягче сказать?.. легкого поведения собрали деньги на закупку орудий и постройку редутов. Вот ее так и нарекли. Мешков не хватало, и барышни в подолах платьев носили землю для укрепления бруствера. Подобное поведение было нормой, никто не изображал из себя героев, подвиг стал повседневностью.

Малолетние мальчики таскали артиллеристам воду, пацаненок по имени Ваня попал под обстрел и был убит осколком снаряда. Солдаты попросили похоронить его вместе с боевыми товарищами, павшими на поле брани. Иван лежит на Братском кладбище. Как не склонить голову перед этой могилой, не выразить уважение к проявленному мужеству?

О "Пруте", "Новороссийске" и "Курске"

- У вас же, знаю, похоронены не только павшие на Крымской войне.

- По могилам нашего некрополя можно изучать историю Российского флота. Вспомним героев Первой мировой. Экипажу минного заградителя "Прут" с немецкого линейного крейсера "Гобен" предложили сдаться, вместо этого наши моряки подняли над горящим и тонущим кораблем парадный шелковый Андреевский флаг, предпочтя смерть плену. Газеты потом писали о "Пруте", как о севастопольском "Варяге".

На кладбище лежат участники Синопа, других морских битв с турками, герои кавказской и персидской войн, Гражданской и Великой Отечественной. А рядом - захоронения ребят, погибших в 1955-м на крейсере "Новороссийск". Ужас в том, что многих из них могли спасти. Они утонули в пятидесяти метрах от берега, у Госпитальной стенки. Семьсот с лишним человек - молодых, умных, здоровых, сильных - лишились жизни. Да, на борту произошел взрыв, но почему так долго принималось решение о буксировке? Адмиралы в штабе продолжали совещаться, когда матросы уже задыхались в задраенных по-боевому кубриках. Ведь сыграла команда тревоги.

Надо было отбуксировать линкор к берегу, зажать его буксирами - и все, ребята остались бы живы, выбрались из металлической ловушки. Вместо этого - мучительная смерть от удушья или кессонной болезни.

Трагедия "Новороссийска", а затем подлодки "Комсомолец" - горькие и важные уроки, которые надо помнить.

- Те же слова можно сказать и о гибели атомного крейсера "Курск".

- Там служили семнадцать севастопольцев. У нас похоронены первый поднятый на поверхность член экипажа и последний из найденных. Вот так судьба распорядилась.

В наш храм приходил мужчина и молился о без вести пропавшем на "Курске" сыне. Тела большинства моряков обнаружили, опознали и предали земле, а одного офицера никак не могли найти. Лодку уже затащили в док, собирались резать на детали, чтобы установить причину аварии.

И вот безутешный отец как-то подошел ко мне и говорит: "Батюшка, где справедливость? Я воспитывал сына в любви к Родине, он вырос честным, умным, красивым, а теперь даже не могу прийти на его могилу". Я ответил: "Молитесь святителю Николаю, он обязательно поможет".

Через какое-то время мужчина взмолился: "Где ваш Бог? Почему не вернет сына?" И каждое слово он произносил с такой, знаете, болью, обидой. Я снова постарался утешить, как мог.

А потом в дальнем отсеке "Курска" нашли останки. Взрывной волной офицера буквально закрутило в металл... Прах привезли в Севастополь, предали родной земле. И отец героя убедился, что его молитвы были услышаны.

Так и вышло, что у нас лежат альфа и омега "Курска". Первый поднятый и последний найденный...

Стоит на кладбище и символический камень в память обо всех воинах-подводниках, погибших в разных географических точках Мирового океана.

Ко мне с просьбой обратились ветераны: "Батюшка, есть ребята, которые вместе с лодками до сих пор на дне. Хотим поставить обелиск с их именами и координатами мест аварий. Для их родных - жен, детей, внуков. Чтобы они могли прийти на кладбище пусть даже к условному захоронению". Я поддержал: "Дело праведное, думаю, Господь благословит". И теперь у нас появилось место, куда постоянно приносят цветы...

О детстве

- А как вы к Богу пришли, отец Георгий?

- Дорога не самая короткая получилась.

По отцовой линии у меня в роду все старообрядцы. Наверное, я - пятое поколение, а может, и десятое. Ведь не все староверы в свое время ушли на север и в Сибирь, кто-то подался на юг - в Бессарабию, Румынию, мои родственники до сих пор живут там. Семья была огромная, ее разбросало в разные стороны.

Сказать по совести, в детстве и юности не думал, что стану священнослужителем, но так Господь управил... В 1977 году поступил в Московскую духовную семинарию, ректором которой был блаженнейший Владимир, бывший митрополит Киевский и всея Украины. Царство ему небесное.

- Вы же родом из Севастополя?

- Да, вырос на улице Матюшенко. Детство провел в Херсонесе, это совсем рядом. Конечно, храма там еще не было, только развалины. Мы, мальчишки, бегали туда в трусиках - купаться в море. Утром уходили и поздно вечером возвращались. По дороге обносили какой-нибудь соседский огород. Лишнего не брали, только то, что могли съесть. В море ловили крабов, рапанов, добывали себе на пропитание.

Летом на пляже подходили приезжие: "Ой, ребята, не продадите?" Отдавали за гроши, покупали взамен сладкую воду, мороженое, батоны хлеба. Иногда ходили в кино на детские сеансы. До сих пор помню: билет стоил десять копеек. Сидим в зале, а из носа морская вода течет - мы же без конца ныряли.

Так и росли. Хорошее детство было... Меня воспитывала бабушка, царство ей небесное.

А в пятнадцать лет я уже надел военную форму.

Собирался поступать в Московское суворовское училище, прошел медкомиссию, оформил документы. Поехал в Симферополь в областной военкомат с папкой документов, стою, жду отправки. Подходит военком и говорит: "Юра, на Крым выделили одно место, в Москву поедет другой мальчик... Ты пойми правильно..."

- Блатного взяли?

- Наверное, чей-то сын. Я на секунду даже растерялся: "А мне-то что делать?" Военком спросил: "Пойдешь в военный оркестр?" Я сразу согласился.

Это был оркестр Симферопольского высшего военно-политического строительного училища. Командир - генерал-майор Аверин, дирижер - Холодовский. Нас было четверо подростков. Что-то вроде сынов полка.

На довольствие поставили, экипировали. Форма еще старая, мундиры. Жили на казарменном положении, в вечернюю школу на уроки отпускали по увольнительной. И в выходные в город - тоже.

Помню, в первый раз едва дружно не загремели на "губу", хотя не совершали ничего предосудительного. Форму на нас ведь перешили, шинели выдали офицерские, у меня были хромовые сапоги, хотя по уставу полагались яловые. Словом, вышли мы вчетвером в город и разбрелись по парам. Кто-то захотел в кино, я с приятелем отправился в парк за мороженым. А буквально через час мы все встретились в комендатуре: патруль задержал подозрительных подростков - одеты по форме, а по возрасту дети. Офицеры связались с оркестром, за нами приехал старшина, забрал с собой.

- На каком инструменте вы играли?

- Сначала на корнете, но недолго. Потом была валторна.

- Сейчас сможете?

- Вряд ли. Забыл все, хотя у меня долго мундштук хранился.

О владыке Луке

- Вы так и не ответили про дорогу к храму.

- Не торопите, я постепенно рассказываю...

Наше училище в Симферополе соседствовало со стадионом ДОСААФ и старым кладбищем, за которым располагался центральный рынок города. В школу мы всегда ходили через рынок. Почему? Когда бабульки, торговавшие овощами и фруктами со своего сада-огорода, видели нас, то обязательно угощали - яблочками, грушами. Мы не отказывались, естественно.

А на кладбище стоял храм. Он и сейчас есть. Там уже давно никого не хоронили, по сути, эта была парковая зона, где мы прятались от патрулей, убегая в самоволку. И я заметил, что у одной могилки часто собираются старушки в платочках. Как-то подошел к ним, спросил, что они тут делают. Смотрят: солдатик, мальчишка. Одна и говорит: "Сыночек, здесь лежит владыка Лука. Официально собираться нельзя, власти гоняют, но мы тихонько приходим, служим молебны". Так я впервые услышал о Луке.

- Он кем был?

- Личность выдающаяся! В миру - Валентин Войно-Ясенецкий. Хирург, доктор медицины, автор книг по анестезиологии, лауреат Сталинской премии. В то же время - архиепископ Симферопольский и Крымский, профессор богословия, причисленный к лику святых исповедников Русской православной церкви.

За религиозные убеждения Луку в 30-е годы прошлого века репрессировали, в общей сложности он провел в ссылке одиннадцать лет. Потом его реабилитировали, дали возможность служить в храме.

Когда я уже учился в Москве в семинарии, знакомая старушка дала почитать рукописные труды Луки. Ее муж дружил с владыкой. Честно сказать, тогда я не очень понимал, к какому источнику мудрости прикоснулся. Осознание пришло позже.

Третья моя встреча с Лукой была, когда его прославляли в кафедральном соборе Симферополя. Я уже служил благочинным Севастополя, подымал здесь храмы, возвращал их РПЦ. И удостоился чести нести гроб с мощами Луки от кладбищенской церкви до Свято-Троицкого собора. Это было в 1996 году.

Получается, спустя почти двадцать лет, как я пришел в семинарию. Уже после армейской службы. Тогда существовало правило: в семинаристы брали лишь тех, кто отдал долг Родине.

О службе

- Вы вроде бы спецназовец?

- Без "вроде бы". Отдельный специальный моторизованный батальон милиции в Кривом Роге.

Школу сержантов окончил в Донецке. Нас называли "дикой сотней", бросали наводить порядок там, где горячо. Скажем, случалась авария в шахте, погибли люди, вот "спецов" и направляли, чтобы не допустить массовых выступлений против советской власти. Мы помогали милиции, если та не справлялась.

Кривой Рог надо было держать в узде. Город специфический: на 750 тысяч населения 250 тысяч бывших заключенных. А у нас - пустые рожки автоматов Калашникова, патроны несли в ящике, боевыми заряжать не разрешалось, чтобы не пострелять никого ненароком. Обычно мы сидели в автобусе и ждали, не начнется ли серьезная провокация. Помню, запускали 9-ю домну, комсомольскую стройку. Народ разошелся не на шутку, широко гулял... А мы приглядывали, чтобы чего не вышло.

В конце службы за поимку опасного преступника я получил звание отличника Советской армии и ценный подарок - будильник красного цвета.

Стрелял я хорошо. Из пистолета и автомата. После отбоя тренировался, специально по несколько минут держал на уровне плеча металлическое быльце от кровати, чтобы, значит, рука не дрожала. Кладешь копейку на мушку "макарова", на холостом спуске делаешь щелчок, и монетка не должна упасть...

Офицеры и прапорщики любили посоревноваться со мной в меткости. Заедало их, что сержант бьет точнее. Обычно заключали пари на сгущенку, сахар и сливочное масло. Как правило, я выходил победителем. В мое отделение ребята сами просились: нас и так кормили хорошо, а я еще дополнительное питание добывал. Призовые делили на всех...

- Вам предлагали продолжить службу в органах?

- Можно было идти в милицию, в силовые структуры. Но я не видел себя в этом качестве.

Вернулся в Севастополь, пошел рыбалить. На фелюге в море ходил. Во-первых, зарплата хорошая. При удачной зимней путине можно потом хоть полгода не работать.

Но, на самом деле, я ждал момента для поступления в семинарию. Надо было документы в приемную комиссию так отправить, чтобы КГБ не перехватил. По почте отсылать не стал, передал через проверенного человека.

Пока собирал медицинские справки, говорил, что хочу учиться на моряка. На самом деле, если бы не прошел в семинаристы, уехал бы в Мурманск в высшую мореходку, попробовал бы счастья на штурманском отделении. Так что вы разговариваете с несостоявшимся капитаном дальнего плавания.

- Действительно?

- Мальчишка, выросший у моря, не может не мечтать об алых парусах.

Но у меня все же есть восемь походов. Пусть и не на капитанском мостике, а в качестве священника.

- Куда ходили?

- В Средиземное море, Сирию, участвовал в высадке десанта в Приштину. Это отдельная история...

О "зарубежниках"

- А на Братское кладбище вы как попали, отец Георгий?

- Тридцать лет назад я служил священником в Свято-Троицком кафедральном соборе Симферополя, а Братское кладбище вместе с находящимся на его территории Свято-Никольским храмом пыталась захватить Русская зарубежная церковь. Последствия Карловацкого раскола, случившегося еще в 1921 году. "Зарубежники" взялись за дело серьезно. Это сейчас мы с ними дружим, а тогда...

Словом, владыка Василий Златолинский направил меня настоятелем Свято-Никольского храма. Когда я вернулся в Севастополь, у РПЦ был один храм на улице Пожарова. Через десять с лишним лет я сдал благочиние, и службы уже шли во Владимирском соборе, где усыпальница адмиралов, храме Архистратига Михаила, Покровском, Владимирском соборе в Херсонесе, Госпитальной церкви Черноморского флота. За каждый храм приходилось биться, убеждать местную администрацию, показывать бумаги. Все шло непросто, с подвохами.

Помню, пришел в городской архив к начальнику. Спрашивает: по какому поводу? Говорю: "О передаче Покровского собора Русской православной церкви". Он даже подпрыгнул: "Никогда этого не будет! Только через мой труп". Я ему и ответил: "Да ваш труп для Господа - даже не мановение ока". Он потом кляузы писал, что отец Георгий угрожал ему убийством.

Вот и со Свято-Никольским похожая история. Я мирный человек, никому зла не чиню, но всегда ратую за справедливость. У меня были ученики-спортсмены, увлекались айкидо. Случайно так получилось. Собрал их как-то и говорю: "Ребята, надо провести занятия. По закону Божьему". Приезжаем к храму, а там уже меняют замок на дверях. В домике по соседству на столе стоит бутылка водки, торт - готовятся праздновать победу.

Говорю: "Извините, я новый настоятель. Вам надо покинуть помещение, будем с учениками проводить здесь воскресную школу. Закон Божий". Те в драку полезли. Ну, мои парни их утихомирили маленько. Не били, только успокоили. Хорошо, я догадался взять с собой двух милиционеров. Так сказать, представителей власти. Это же декабрь 1990-го, конец Советского Союза. Милиция не вмешивалась, лишь смотрела.

А на меня такое полилось! Оказалось, зарубежная церковь выделила большие деньги, уже подкупила местных чиновников, а я им спутал карты.

Даже в газете New York Times появилась заметка, мол, московский поп - хулиган и бандит, с группой вооруженных до зубов разбойников забрал в Севастополе собор, изгнал "зарубежников" из любимого храма... Не мог поначалу понять, из-за чего переполох поднялся. Я обычный священник, и вдруг... Ларец просто открывался. Митрополит Виталий, в то время - глава Русской церкви за рубежом, царствие ему небесное, был сыном морского офицера. Они жили на северной стороне у Свято-Никольского храма, и Виталий часто туда ходил ребенком. Даже видел Николая Второго, когда император приезжал в Севастополь.

- Поэтому и захотел вернуть?

- Да, сделать Свято-Никольский храм южным центром зарубежной церкви.

Так я разобрался, почему попал в эти жернова, став разбойником лихим...

Первое, что сделал в Свято-Никольском храме, открыл воскресную школу, единственную в Севастополе. Затем - врачебный кабинет, где матушка, терапевт по профессии, бесплатно принимала людей. Следующим шагом стал выпуск газеты "Севастополь православный". Ох, пришлось мне побегать! Сначала не хотели регистрировать, потом печатать.

Помню, в декабре 1991-го на храмовый праздник решил сделать детям подарки - от святителя Николая. Директор центрального рынка Севастополя Александр Василенко был моим одноклассником. Обратился к нему, он пошел навстречу. Собрали мандарины, конфеты, мягкие игрушки, всю ночь с матушкой вязали дома праздничные мешочки. После службы ребятишки разобрали гостинцы.

1991 год памятен и тем, что милостью Божию и с помощью Черноморского флота России мне удалось воздвигнуть на прежнем месте взорванный советской властью крест на скале у Свято-Георгиевского монастыря на Фиоленте.

Севастопольское благочиние становилось одним из самых крепких на Украине.

Об алкоголиках

- Как говорится, лиха беда начало.

- Приключения на том не закончились. Вы были на Братском кладбище, видели, в каком оно состоянии. Все прилично, по-человечески. А когда я только пришел, территория выглядела ужасно. Позарастало так, что могил не видать. В кустах сирени протоптали ходы, которыми пользовались ну, эти... алкоголики, местные пьянчужки, хулиганы.

Потихонечку я занялся храмом, он тоже был весь разбитый. В 1942 году здесь шли тяжелые бои, немцы сначала брали северную сторону Севастополя. За Братское кладбище развязалось упорное сражение. Фашистский наводчик забрался на колокольню и оттуда корректировал огонь своих орудий. Горизонт храма - двадцать пять миль. Практически весь город в зоне видимости. С находившегося в бухте крейсера "Красный Кавказ" сделали несколько залпов, один снаряд попал в колокольню, значительная ее часть оказалась разрушена. Крест весом более двадцати трех тонн упал вниз, расколовшись на три части.

До девяностых годов двери храма оставались замурованы. Серьезные реставрационные работы провела московская студия имени Грекова под руководством директора Андрея Соколова.

Но это было потом. Сначала требовалось навести элементарный порядок. И вот как-то вечером иду со службы, смотрю, мужик ныряет в нижние ворота кладбища, а за плечами у него большой старый рюкзак цвета хаки. Доверху забит бутылками, даже не закрывает. Заметил, что я спускаюсь навстречу, и вильнул влево. Я - за ним. Подхожу, на братской могиле сидит компания, выпивает. Вокруг папиросные бычки, бутылочные пробки, золотистые фантики от плавленых сырков...

Видимо, давно злоупотребляют, мужик с рюкзаком за добавкой бегал, не хватило "горючего".

Я в подряснике, сразу понятно, что не обычный прохожий. Говорю вежливо: "Ребята, вы, наверное, знаете, кладбище и храм передали православной церкви, мы пытаемся восстановить все, а вы сейчас сидите на могилах, гадите. Прошу вас: не надо. Может, здесь лежат ваши деды и прадеды".

Помню, один или двое встали. Остальные начали возмущаться: "Да кто ты такой? Да мы тебя..." Я ответил: "Мужики, больше уговаривать не буду. Но если еще раз увижу, пеняйте на себя. Обращаться в милицию не стану". Развернулся и пошел, а в спину полетело: "Да ты нам угрожаешь!" И в таком духе.

На следующий день сказал своим ученикам, тем, что айкидо занимались: "Надо привести в чувство".

И ребята начали патрулировать территорию. Попались им как-то эти пьяницы. Им бы уматывать по-тихому, а они стали права качать: "Поп у вас неправильный. Обидел нас". Ну, и вот, напросились...

Прошло, наверное, года три, и на каком-то празднике начальник райотдела милиции встает и произносит тост в мою честь: "Батюшка, благодарю вас за восстановленный порядок. Раньше мы в это место даже наряды не посылали. Слишком криминальная обстановка зашкаливала. Люди обходили кладбище стороной. Говорю: "Что же ты мне раньше не сказал? Я бы испугался".

И, знаете, как-то вечером шел со службы и смотрю: женщины с колясками гуляют по территории. Тогда я окончательно понял: все, теперь порядок.

О Януковиче-младшем

- Стесняюсь спросить, отец Георгий, где вы таких талантливых учеников нашли? Тех, что айкидо владеют.

- Да я и не скрываю. Девяностые бандитскими не только в Петербурге или Москве были. В Севастополе свои ОПГ имелись.

Как-то пришел местный авторитет (не буду называть фамилию, человека давно убили) и говорит: "Батюшка, я вот думаю создать что-то типа монастыря Шаолинь". Он был спортсменом, чемпионом Европы по кикбоксингу. Мол, пусть мужики боевыми искусствами занимаются, чем дурью маются.

Спрашиваю: "А вы крещеный?" Отвечает: "Нет, но подумаю". Через неделю или полторы вернулся и привел с собой полсотни молодых, здоровых, сильных ребят. Конечно, я не наивный человек, у меня есть глаза и уши, но прежде всего я - священник. Если люди готовы разделить веру отцов и дедов, мне лишь радость.

Ведь к кому Господь пришел? К грешникам, их нужно спасать. Быть возле праведников очень легко.

Я видел, как этот авторитет относился к людям, сколько вместе со своими парнями помогал детским домам, когда местные власти от них отвернулись. В то время городской милицией командовал генерал Белобородов. Спросил меня при встрече: "Батюшка, зачем ты с ним связываешься?" Я ответил: "Он преступник? Посадите его в тюрьму. А я священник. Ко мне человек пришел покаяться и принять крещение, веру святую".

- А сын Виктора Януковича как здесь очутился?

- Не путайте два понятия - Братское мемориальное кладбище и церковный погост. У любого уважающего себя храма обязательно есть место, где лежат люди, чем-то помогавшие приходу. Как настоятель я попросил у города кусок земли для таких захоронений. На нашем погосте покоятся священники, служители храма, адмиралы, командиры подводных лодок, другие достойные люди.

Когда в Дагестане погибли два подполковника из группы "Альфа", ребята-спецназовцы обратились ко мне с просьбой благословить погребение их на нашем погосте. Естественно, я дал добро.

Обо мне много разных сплетен ходит, спокойно к этому отношусь, поскольку знаю, что не совершал ничего предосудительного.

- И все-таки. Про Виктора-младшего.

- Как-то завершил я божественную литургию, выхожу, стоят несколько мужчин. Один из них обратился ко мне: "Батюшка, хотим помочь храму. Чем?" Это был Александр Янукович, старший сын президента Украины. Я не знал его в лицо. Отвечаю: "Ведро краски купите, камней или цемента, вот и будет помощь". Он говорит: "Нет, что-то серьезное". Продолжаю: "А потянете? У нас крыша дырявая. Уже латали-перелатали. В последний раз ее ремонтировали при императоре. Войну простояла, вся избитая, в осколках". Янукович кивнул головой: "Хорошо". Через пару месяцев приехала бригада сербов. Прекрасно все сделали.

В 2015 году с младшим сыном Януковича случилась беда, он утонул на Байкале, провалившись с машиной под лед. Ко мне приехал Александр: "Батюшка, я с просьбой от родителей. Можно похоронить Витю здесь?" Я ответил: "Вы помогли храму. Вопросов нет. Моя священническая совесть чиста". Мы отпевали погибшего. Он не стал первым выпрыгивать из машины, когда та под лед ушла, помогал выбраться через люк в крыше товарищам, а сам выплыть не успел, воздуха не хватало.

Единственный из той компании погиб... Скажите, многие ли душу положат за друзей своих?

Знаю маму Виктора-младшего, она очень верующий человек. Молитвенница. Часто могилу навещает.

Не дай бог никому пережить то, что выпало людям, потерявшим детей. Это самое страшное...

- А вы уже знаете, где будете лежать?

- Надеюсь, на погосте найдется местечко. Чтобы моим детям потом не бегать, не искать. Кстати, вопрос серьезный. Основы домостроя, прекрасная традиция - семейные захоронения, склепы. В этом есть глубокий смысл...

Об Андреевском флаге

- Правда, что все время, пока Севастополь оставался под Киевом, вы не давали убрать Андреевский флаг перед храмом?

- Так и было. Однажды ко мне обратился командующий военно-морскими силами Украины Ежель: "Отец Георгий, сними этот флаг, ты же понимаешь, какие разговоры идут. Катят на тебя... А я выдам самый красивый стяг военно-морских сил Украины. Какой хочешь, выбирай". Говорю: "Михаил Брониславович, у меня растут сыновья. Как буду смотреть им в глаза? Учу одному, а делаю другое? И не втягивайте меня в политику. Здесь лежат ребята, которые погибли под Андреевским флагом. Тогда военно-морских сил Украины не было, и этот флаг не будет здесь развеваться". Ежель продолжил: "Ты ничего не понимаешь. Мы тебе поможем". Я поблагодарил и сказал, что тема закрыта.

Приходили и от Филарета, когда в Киеве раскол случился... Приехал гонец, предлагал пятьдесят тысяч долларов и гарантированную поддержку республиканских силовых структур, если перейду из подчинения Московскому патриархату в Православную церковь Украины.

- И что вы сказали?

- Послал его дальше идти дорогой неправедной...

Я верой не торгую.

- Вы обещали рассказать, как с десантниками в Приштину ходили.

- Шесть кораблей, предназначенных для высадки морской пехоты, взяли на Кавказе на борт десант ВДВ и пошли в Грецию, откуда ребята должны были совершить марш-бросок в Косово.

Добрались. С БДК, большого десантного корабля, опустили аппарель, на нее поднялся я вместе с бойцом. Дал ему ведро освященной воды. Говорю: "Крепко держи!" Сзади - Андреевский флаг и знамя десанта.

А на аппарели сделаны такие металлические навары, чтобы техника не скользила, когда сходит. И мой десантник с ведром воды вдруг споткнулся и чуть не упал, на колено опустился. У него же оружие, броник, патроны, короче, полное снаряжение. Стоит и испуганно смотрит на меня снизу вверх.

- Всю воду расплескал?

- Четверть. Спрашивает: "Батюшка, это плохой знак?" А я отвечаю: "Наоборот! Ты поклонился святой земле Эллады". Откуда у меня это взялось? Импровизация!

Натовцы надели новые костюмчики, изображали из себя портовых рабочих, фотографировали нас со всех сторон, следили за высадкой. Нам дали двое суток на всю операцию, мы уложились в один день.

Я как вышел с первого корабля, так и простоял до вечера. Даже стульчика не было, чтобы присесть. Один борт быстро высадил десант и отошел, на его место тут же встал другой. Конвейер. Солнце пекло жутко! Голый пирс, негде спрятаться. У военных на головах фуражки с козырьками, а у меня - камилавка, все лицо открыто. Сгорел страшно, как никогда в жизни. Корка образовалась, потом слоями отваливалась...

В декабре того же 1999 года я посетил наших морских пехотинцев в Чеченской Республике и Дагестане. Побывал в Ботлихе, под Ведено, где стояли морпехи Черноморского и Северного флотов, посетил госпиталь, в котором лежали раненые бойцы. Каждого благословил краткими молитвословами и иконками святителя Николая Мирликийского...

Много всяких историй было, есть что вспомнить и рассказать.

- 2020 год тоже внес лепту?

- А как же! Юбилей Великой Победы, 150 лет нашему Свято-Никольскому храму... Радостные события, которые мы широко отмечали.

- А еще был (и пока не ушел) коронавирус, прочие напасти. Тяжелый год...

- Скажите, какой год у нас легкий? Ничего, и это переживем с Божьей помощью. Обязательно! Аминь.

Анонс

В ноябрьском номере одна из главных тем - исход Белой армии из Крыма в ноябре 1920 года.

Среди материалов: воспоминания белых офицеров об этом событии, рассказ о легендарных личностях Белого движения, заметки о тех, кого потеряла Россия вместе с первой волной эмиграции…

Подписаться на "Родину" можно в почтовых отделениях связи РФ по каталогам:

Роспечати - индекс 73325, "Почта России" - индекс 63436, "Пресса России" - индекс 40687.

Текст: Владимир Нордвик (Севастополь - Москва)

Прививка для мира

Лидеры Шанхайской организации сотрудничества обсудили борьбу с пандемией и преодоление кризисов

Текст: Кира Латухина

Больше трех часов продолжался саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в режиме видеоконференции под председательством президента России. Участники - а в их числе были не только лидеры восьми стран организации, но и государств-наблюдателей - обсудили влияние пандемии и ситуацию в "горячих точках". Был утвержден солидный пакет документов, в их числе Московская декларация, план по борьбе с эпидемиями, заявления о противодействии коронавирусу, наркоугрозе, о сотрудничестве в цифровой экономике, в связи с 75-летием Победы и ряд других. Мир после пандемии будет другим, но важно двигаться вместе, пришли к выводу лидеры.

"Ситуация в области глобальной и региональной безопасности остается сложной. По-прежнему серьезную угрозу представляют международный терроризм и наркотрафик. Заметно возросли масштабы киберпреступности. Продолжает деградировать система стратегической стабильности", - заявил президент РФ. Не прекращаются ожесточенные региональные конфликты, появляются новые очаги напряженности, сказал он и назвал одним из ключевых направлений работы "содействие мирному, политико-дипломатическому разрешению кризисов, купирование угроз, исходящих из "горячих точек".

Остающиеся на территории Сирии анклавы бандформирований Владимир Путин назвал источниками распространения террористической угрозы, наркотиков и оружия. Перемещение боевиков за пределы этого региона еще больше обостряет конфликты. Происходящее в Карабахе президент считает большой трагедией. "Надеюсь, что все предпринятые нами в последнее время шаги приведут к установлению долгосрочного мира на благо народов Азербайджана и Армении", - сказал он.

Еще одним неприкрытым вызовом общей безопасности Путин назвал участившиеся попытки прямого вмешательства извне во внутренние дела государств, участвующих в деятельности ШОС. "Речь идет о грубом нарушении суверенитета, стремлении внести раскол в общество, изменить вектор развития государства, разорвать веками складывающиеся и уже сложившиеся политические, экономические и гуманитарные связи", - пояснил он. Под таким ударом внешних сил оказалась и Беларусь, которая испытывает беспрецедентное давление, противостоит санкциям и провокациям, информационной и пропагандистской войне. Недопустимо извне навязывать решения белорусскому народу, подчеркнул президент. То же самое относится и к событиям в Киргизии, и к внутриполитической борьбе в Молдавии.

Путин обратил внимание на слова лидера КНР о необходимости избежать политизирования вопросов, связанных с пандемией. Вакцина от коронавируса должна быть всеобщим достоянием человечества, сказал он и заметил, что российские вакцины безопасны и эффективны. Скоро будет зарегистрирована и третья. Россия готова сотрудничать со всеми странами - вопрос только в том, чтобы развернуть массовые производства.

Президент России предложил создать в ШОС систему обмена практиками борьбы с эпидемиями, а также снова выступил за снятие санкций в отношении поставок лекарств и продовольствия в пандемию. Следующий саммит решили провести в сентябре в столице Таджикистана.

Побеждает жизнь

Российские миротворцы обеспечат мир в Карабахе

Текст: Кира Латухина

Конфликт Азербайджана и Армении по Нагорному Карабаху, продолжавшийся полтора месяца, завершен 10 ноября благодаря посредничеству Москвы. Баку и Ереван остаются на занятых позициях , в регион направлены российские миротворцы. Об этом договорились лидеры Азербайджана, Армении и России.

Владимир Путин в ночь на 10 ноября выступил с заявлением, где обозначил основные вехи договоренностей. Азербайджан и Армения останавливаются на занятых позициях. Вдоль линии соприкосновения в Нагорном Карабахе и вдоль коридора, соединяющего его с Арменией, развертывается миротворческий контингент России.

"Внутренне перемещенные лица и беженцы возвращаются на территорию Нагорного Карабаха и в прилегающие районы под контролем Верховного комиссара ООН по делам беженцев. Производится обмен военнопленными, другими удержанными лицами и телами погибших", - отметил Путин. Разблокируются все экономические и транспортные связи. Контроль за транспортным сообщением осуществляется в том числе при содействии российских пограничников.

"Исходим из того, что достигнутые договоренности создадут необходимые условия для долгосрочного и полноформатного урегулирования кризиса вокруг Нагорного Карабаха на справедливой основе и в интересах армянского и азербайджанского народов", - заключил президент РФ.

Утром на сайте Кремля появилось заявление трех лидеров. Помимо объявления о прекращении военных действий в нем говорится, что Агдамский район возвращается Азербайджану до 20 ноября, вдоль линии соприкосновения в Нагорном Карабахе и вдоль Лачинского коридора развертывается российский миротворческий контингент - параллельно с выводом армянских вооруженных сил. Срок пребывания миротворцев - пять лет с автоматическим продлением, если стороны не будут против. Развертывается миротворческий центр по контролю за прекращением огня.

Кроме того, Армения до 15 ноября возвращает Азербайджану Кельбаджарский район, а до 1 декабря - Лачинский район. Лачинский коридор, который будет обеспечивать связь Нагорного Карабаха с Арменией, остается под контролем российских миротворцев. В ближайшие три года будет определен план строительства нового маршрута движения по этому коридору.

Азербайджан гарантирует безопасность движения по Лачинскому коридору. А Армения - безопасность транспортного сообщения между западными районами Азербайджана и Нахичеванской Автономной Республикой. По согласованию сторон будет обеспечено строительство новых транспортных коммуникаций, связывающих ее с западными районами Азербайджана.

"Это победа народов двух стран, и Азербайджана, и Армении, потому что остановилась война", - сказал журналистам пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков . "Для того чтобы война остановилась и для того чтобы это контролировать и страховать, туда заходят сейчас российские миротворцы", - пояснил он. Пресс-секретарь президента подчеркнул важность пункта о возвращении внутренне перемещенных лиц и беженцев, а также об обмене военнопленными и телами погибших. "Этот гуманитарный аспект и остановка кровопролития, наверное, это самый главный итог", - считает он.

"В этом документе не говорится о статусе Карабаха. В настоящий момент мы продолжаем исходить из всех соответствующих основных актов международного права, прежде всего соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН и иных документов", - уточнил Песков. Говоря о создании центра мониторинга прекращения огня, он подчеркнул, что он будет находиться на территории Азербайджана.

Еще один важный аспект переговоров - о турецких миротворцах стороны не догововаривались и пребывание турецких солдат в Карабахе согласовано не было.

"Решения, принятые нашим президентом, позволят прекратить кровопролитие и сохранить жизни людей, восстановят мир в приграничных с Россией территориях", - заявил спикер Госдумы Вячеслав Володин. "Нашим военнослужащим-миротворцам предстоит сложная миссия - обеспечение мира в регионе", - сказал он.

Подписание соглашения и ввод российских миротворцев будут способствовать окончательному урегулированию армяно-азербайджанского противостояния, убежден глава Комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий . Россия вновь выступает "как эффективный посредник при решении одного из самых кровоточащих конфликтов на постсоветском пространстве", сказал он. "Есть надежда, что мир наконец придет в Нагорный Карабах", - заявил депутат.

"Россия отличается от Турции, от других стран, которые так или иначе представлены в этом конфликте, только одним обстоятельством: мы вызываем в равной степени доверие и со стороны Армении, и со стороны Азербайджана", - заявил председатель Комитета Совфеда по международным делам Константин Косачев в эфире телеканала "Россия 24". "Благодаря последовательной позиции России этот конфликт остановлен, там перестает литься кровь", - сказал он.

Россия не будет присутствовать в Карабахе "только для демонстрации флага", заверил Косачев. "Но до тех пор, пока наш миротворческий флаг там нужен, нужен конфликтующим сторонам, людям, которые заинтересованы в том, чтобы не шла война, чтобы дипломаты разговаривали друг с другом, - до тех пор мы там будем присутствовать. И только время покажет, сколько это потребуется", - заметил он.

"Голубые каски" в Карабахе

Во вторник в 6 утра Минобороны России в соответствии с заявлением руководителей Азербайджана, Армении и России начало перебрасывать в Нагорный Карабах свой миротворческий контингент. На аэродроме Ульяновск - Восточный личный состав и технику грузили в военно-транспортные самолеты Ил-76, которые после взлета брали курс на Южный Кавказ.

Основа миротворцев - солдаты и офицеры 15-й отдельной мотострелковой бригады Центрального военного округа. Это единственное в наших Вооруженных силах соединение "голубых касок". Пятнадцать лет назад его специально создали для проведения миротворческих операций. В первую очередь - на постсоветском пространстве. Дислоцированную под Самарой бригаду соответствующим образом укомплектовали (там служат только контрактники) и вооружили. Ее солдат и офицеров обучили международным правилам поддержания мира в зонах вооруженных конфликтов. Хотя там есть люди, прошедшие войну в Сирии, многие годы эти знания и навыки наши "голубые каски" применяли главным образом на учениях и тренировках. Теперь соединению придется действовать в условиях реального конфликта. Точнее говоря, следить за тем, чтобы он вновь не вспыхнул в Нагорном Карабахе.

По оценке экспертов, сил и средств для выполнения этой задачи - а именно 1960 военнослужащих со стрелковым оружием, 90 бронетранспортеров, 380 единиц автомобильной и специальной техники - вполне достаточно. Главный редактор журнала "Арсенал Отечества" Виктор Мураховский в разговоре с корреспондентом "РГ" напомнил, что миротворческий контингент не развертывают на всей линии обороны с ее опорными пунктами и соответствующей плотностью войск. "Голубые каски" выставляют свои наблюдательные посты на опасных участках, организуют патрулирование вдоль линии соприкосновения враждующих сторон, создают штаб миротворческой операции. А для контроля за обстановкой используют различные технические средства, в том числе радиолокационные и оптико-электронные. "Учитывая, что район конфликта в Нагорном Карабахе относительно небольшой, его не сравнить с фронтами Великой Отечественной, там вполне хватит трех батальонных тактических групп 15-й отдельной мотострелковой бригады", - уверен эксперт.

Надо иметь в виду, что представляет собой регион, в котором будут действовать российские миротворцы. Карабах - горный край, поэтому так и называется. Направлений, которые надо постоянно отслеживать и контролировать, там немного. Долин с проложенными по ним дорогам - еще меньше. Через горные хребты большую группировку войск с техникой не переправишь. Поэтому, считает Виктор Мураховский, на северном направлении, где проходит хребет Муровдаг, будет выставлен минимум наблюдательных постов миротворцев и проложено совсем немного маршрутов патрулирования. Побольше их будет в восточной и юго-восточной частях Карабаха. "Особенно следует контролировать пятикилометровый отлично просматриваемый и, следовательно, простреливаемый Лачинский коридор. Там, по крайней мере на первом этапе, нашим военным придется сопровождать транспорт, следующий из Армении в Нагорный Карабах и обратно", - уверен эксперт.

В службе на Южном Кавказе миротворцам поможет штатная техника. В частности, бронетранспортеры БТР–82АМ, комплексы разведки, управления и связи "Стрелец", спутниковые навигаторы системы ГЛОНАСС "Перунит-Б" и "Грот-Н", радиостанции шестого поколения "Азарт". Ну и, конечно же, беспилотные летательные аппараты ближнего и среднего радиуса действия "Орлан-10", "Леер-3" и "Тахион-3". Без их использования российским "голубым каскам" станет проблематично документально фиксировать случаи нарушения режима прекращения огня, если, конечно, такие будут.

Что касается авиаподдержки миротворцев, то дроны могут также взять на себя задачу воздушного контроля в зоне их ответственности. А сопровождением колонн по тому же Лачинскому коридору наверняка займутся экипажи вертолетов. Они есть составе 102-й военной базы РФ в Армении. Понятно, что именно винтокрылые машины должны использоваться и в качестве транспортно-десантных средств, так как местность в Карабахе сложная и в некоторые районы целесообразнее все необходимое перебрасывать по воздуху. Ну а боевые вертолеты типа Ми-24 просто незаменимы при сопровождении патрулей.

Подготовил Юрий Гаврилов

Взгляд из Армении

Погромщики взяли Парламент

Договоренности, достигнутые между Ереваном и Баку, вызвали острое недовольство со стороны оппозиционных партий и радикальных националистических сил в Армении. Их сторонники, которые в ночь на вторник захватили парламент республики, учинили в нем погром и избили председателя законодательного собрания страны. Протестующие требовали отставки главы правительства Никола Пашиняна и передачи всей полноты власти генеральному штабу армянской армии. При этом оппозиционная парламентская фракция "Процветающая Армения" сообщила о намерении созвать внеочередное заседание законодательного органа для выхода Еревана из заключенных договоренностей по Нагорному Карабаху. А президент Армении Армен Саркисян объявил о начале политических консультаций для обсуждения сложившегося после подписания соглашения об урегулировании карабахского конфликта положения.

Со своей стороны, премьер Никол Пашинян обратился к народу. Он пояснил, что альтернативы решению о прекращении боевых действий в Нагорном Карабахе не было. По его словам, на таком шаге настаивали сами армянские военные, в том числе из-за проблем с мобилизацией и другими ресурсами. "Мы принимали решение исходя из положения на фронте. Это решение принято на основе анализа военной ситуации и советов людей, которые лучше всех знали, каково истинное положение", - написал армянский премьер в Facebook. Пашинян осудил погромщиков в Ереване, пообещав, что "все зачинщики будут наказаны по всей строгости закона".

Министерство обороны Армении подчеркнуто дистанцировалось от грозящего стране политического кризиса и заявило о намерении соблюдать условия заключенного соглашения о прекращении огня в Нагорном Карабахе. Кроме того, армянские военные призвали народ воздержаться от действий, которые "могут подорвать основы государственности". "Мы поддерживаем и обязаны выполнять решения военно-политического руководства нашей страны, которые были приняты на основе всестороннего анализа и оценки ситуации. Мы обязаны остановить кровопролитие", - отмечается в заявлении генштаба вооруженных сил республики.

Армянская церковь в лице католикоса всех армян Гарегина II также обратилась к гражданам, которые во вторник вышли на улицы Еревана, с просьбой воздержаться от насилия, беспорядков и указала необходимость "сохранения национального единства".

Компетентно

Константин Тасиц, ведущий научный сотрудник Центра исследований стран ближнего зарубежья РИСИ:

- Прогнозировать развитие политического кризиса в Армении сложно. Ведь помимо того, что сильно ослабли позиции действующей власти, оппозиция также не пользуется доверием и широкой поддержкой в армянском обществе. Народ склонен обвинять в нынешних неудачах не только нынешнее правительство Пашиняна, но и его предшественников. Очевидно, что политический кризис в Ереване неизбежен и связан он будет как с расколом общества, так и с взаимными упреками всех против всех. Важно, чтобы армянское общество не допустило масштабной внутренней конфронтации и избежало дальнейшей дестабилизации страны. Такой сценарий крайне опасен, учитывая неустойчивость самого перемирия, необходимость окончательного мирного урегулирования нагорно-карабахского конфликта и быстрых шагов для решения экономических проблем в самой Армении.

Подготовил Александр Гасюк

Забыть про Америку

Георгий Бовт о том, как выборы в США влияют на жизнь в России

Какая новость была заглавной в наших СМИ в День народного единства 4 ноября? Выборы в США. За ними следили более половины россиян, хотя 45% (данные ФОМ) Америка — по барабану. Примерно треть положительно относится к Трампу, столько же его терпеть не могут. Байдена знает примерно половина (явно больше, чем многих российских министров). Однако, согласно милой российской привычке, относительное большинство полагало, что победит действующий президент. Ведь если не Трамп, то кто?

В соцсетях кипели страсти между «трампистами» и «байденистами». Вторые скорее «топили» не столько за дедулю, который на 4 года старше Трампа (Байдену 20 ноября стукнет 78 лет), сколько за либералов и Демпартию. Российские же консерваторы не по-детски болели за Трампа как за родного: с ним ассоциируются «консервативные ценности».

Российские либералы, не имея ни паспорта США, ни (за некоторыми исключениями) даже вида на жительство в США, впряглись за демократов, будто волонтеры на окладе, не скрывая лютой ненависти к Трампу. Словно этот хам, выскочка и пустобрех испортил жизнь лично им.

На самом деле, конечно, за некоторыми опять же исключениями (тех, кто связан с какими-то проектами или работой в Америке), речь идет об «альтруистическом» выказывании политических симпатий.

Многие следят за гонкой в Америке из спортивного интереса, живо интересуясь, как шел подсчет голосов в Джорджии или Неваде, выясняя особенности электорального поведения городских и сельских округов Пенсильвании, принесшей победу Байдену. Многие интересующиеся политикой люди возмущаются ангажированностью так называемой (согласен с этим определением) свободной прессы США, которая «топила» против Трампа с такой нескрываемой страстью так, как мало кто «топит» в нашей стране даже за Путина.

Спортивно-политический интерес подобного рода имеет отчасти объяснение в том, что в нашей стране столь напряженной политической гонки мы ни на каком уровне уже давно не видели.

С другой стороны, многие у нас предпочитают и в футболе следить больше за чемпионатом Английской премьер-лиги, делая ставки в букмекерских конторах, нежели за отечественными ристалищами «Тузика» с «Шариком», где к тому же свои ставки делают еще, кажется, и судьи. Иначе объяснить некоторые их решения на футбольном поле невозможно.

С другой стороны, половина нашего народа придерживаются насчет треклятой Америки такой точки зрения: меня лично это никак не касается, мне что Байден, что Трамп, до зарплаты бы дотянуть да заложенную шубу жены успеть выкупить из ломбарда до холодов.

И действительно, что нам этот Байден? Да и вообще любой американский президент. Какое влияние он может оказать на жизнь простого российского человека?

Победи Никсон Кеннеди в 1960 году — а он бы и победил, если бы чикагская мафия не вбросила 100 тысяч голосов в пользу кандидата демократов в Иллинойсе — дошло бы дело до Карибского кризиса? Когда горячий парень с ирландскими корнями начал мериться ракетами с не менее импульсивным советским лидером Хрущевым, который— всего лишь! — направив ракеты на Кубу, хотел «запустить ежа в штаны американцам». Такого уровня была тогда геополитика (гусары, молчать про нынешний ее уровень!). С другой стороны, и Хрущев, и Кеннеди воевали и знали, что такое война. Уверен, что только это их и остановило. Для советских же людей молодой Кеннеди (многие плакали, когда его убили) стилистически хорошо сочетался с хрущевской «оттепелью».

В 1970-х разрядку с американской стороны мог начать только такой закоренелый антикоммунист, как Ричард Никсон. Потому что он был вне подозрений насчет симпатий ни к Советам, ни к коммунистическому Китаю (с Китаем у Америки получилось еще успешнее, и тоже благодаря Никсону). Оказало это влияние на «простого советского человека»? А на распад СССР в будущем? На кого точно не оказало, так это на отшельницу Агафью Лыкову, которую случайно обнаружили в тайге геологи в 1978 году. И на кого точно повлияла политика разрядки с Америкой, так это на героев «еврейской эмиграции», которая началась именно тогда в качестве попытки советских лидеров договориться по режиму свободной торговли с США. В результате родители увезли Сергея Брина в Америку в 1979-м, а так он мог бы дотянуть до залоговых аукционов на подхвате у какого-нибудь олигарха. «Free trade» нам все равно заблокировали «поправкой Джексона-Веника».

А вот вопрос о свободе выезда с тех пор так вызверил большую часть советской интеллигенции против режима кремлевских маразматиков, что она к моменту прихода Горбачева была готова снести этот режим к чертовой матери, бунтуя на кухнях.

До поры затаив большую фигу в кармане, которую отдельные представители этой интеллигенции вытаскивали из штанин и помахивали ею на закрытых вечерах или на концерте в честь Для советской милиции (там позволялось чуть больше) сытым лицам в партере.

«Проповедник» Джимми Картер, казавшийся полным тихушником, устроил нам в ответ на вторжение в Афганистан не только бойкот московской Олимпиады-1980, но и зерновое эмбарго. СССР тогда критически зависел от импорта зерна, зато теперь Россия — один из крупнейших в мире его экспортеров. Он, конечно, купил зерно на стороне, но примерно с тех пор «колбасные электрички» стали хроническим явлением. А тотальный дефицит был одной из причин краха СССР.

Рейган, провозгласивший СССР «империей зла», разумеется, тоже не оказал влияния на жизнь «простого советского человека». Этот человек даже не знал о таком лозунге, поскольку ни «Правда», ни «Известия» о нем не писали. Зато на том технологическом уровне почти завиральная идея «звездных войн» настолько напугала кремлевских старцев во главе с не слезавшим с гемодиализа чекистом Андроповым, что оно задергалось, словно от Паркинсона, и решило начать советский социалистический строй улучшать. Лучше бы старцы его не трогали своими руками. Поскольку улучшать его по известным уже тогда рецептам Дэн Сяопина было идеологически западло, то наследник Андропова (через Черненко) Горбачев решил начать с того, чтобы понравиться Западу.

Все могут ознакомиться с тем, что и как советовали американские президенты Горбачеву и Ельцину в конце 80-х и начале 90-х. Но «простой человек», разумеется, непосредственно никак на себе это не чувствовал. Зато опосредованно — ох, как хлебнул.

Насчет старины Байдена сложились в нашем политическом классе и примыкающей тусовке несколько мифов.

Первый — что он в полу-маразме и править сам не будет, а рулить будет непонятная и, судя по всему, «стерва-социалистка» Камала Харрис. Да, Байден действительно не в лучшей форме, путает цифры, слова и факты, и даже своих внуков. Однако, во-первых, Рейган времен второго срока был мало чем лучше, за него вообще «рулила» жена Нэнси. Во-вторых, сила американских институтов вполне проявила себя при «идиоте» Трампе, они переварили рыжего бунтаря, да и выплюнули сейчас цинично. При Байдене, человеке истэблишмента, их работа станет более слаженной. Кроме того, в нашей стране, относясь пренебрежительно к возрастным людям, неправомерно переносят это на иностранных политиков. При том что средняя продолжительность жизни в Америке для тех, кто перевалил за 60 лет, составляет более 84 лет (около 81 года для мужчин), а в России — около 81 года (около 76 лет для мужчин).

При Трампе внешней политикой в основном «рулили» силовики и откровенные «ястребы». Госдепартамент с его большой «обамовской» прослойкой долгое время был отодвинут на задний план. Сейчас эта ситуация поменяется. Потенциальная команда Байдена по Европе и России заведомо более сильная. В этом есть свои плюсы, но и свои проблемы. Там будет много людей из окружения Хиллари Клинтон и Обамы. Возможно, мы еще услышим и о Майкле Макфоле (hi, Mike, how are doing?), от яркого, но короткого посольства которого до сих пор икается на Смоленской площади. И о Виктории Нуланд с ее cookies. И о Сьюзан Райс, с которой жестко пикировался в ООН наш бывший полпред Виталий Чуркин.

Второй миф состоит в том, что президентство Байдена станет «полным кошмаром» для наших отношений, прилетят «санкции из ада» и все такое. Прилететь, конечно, могут, но я бы не преувеличивал. Это будет «ужас», но вряд ли «ужас-ужас».

Если бы Джо Байден сейчас придерживался тех же взглядов, что 40 лет назад, то, возможно, некоторые представители российского политического класса радовались бы его победе, как победе Трампа четыре года назад. В составе делегации конгресса Байден впервые побывал в СССР в 1979 году. К тому времени он уже семь (!) лет был сенатором. Он активно лоббировал договор о стратегических наступательных вооружениях ОСВ-2, подписанный Джимми Картером и Леонидом Брежневым в июле 1979 года. Как и вообще идею сокращения вооружений. Сенат США его так и не ратифицировал на фоне войны в Афганистане. В Москве Байден встречался с министром иностранных дел СССР Андреем Громыко.

То есть, на минуточку, Америкой будет править человек, который уже вовсю делал карьеру при Брежневе.

Сегодня Байден выступает за пролонгацию договора СНВ-3 еще на пять лет, что не потребует ратификации сената. Байден также за возвращение в российско-американский договор «об открытом небе», из которого Трамп вышел. Он за укрепление режима нераспространения ядерного оружия. Переговоры по проблемам вооружений между Москвой и Вашингтоном могут стать основой для повышения конструктивности диалога в целом.

С другой стороны, будущий президент намерен восстановить атлантическую солидарность и укрепить пошатнувшиеся при Трампе отношения внутри НАТО. Разумеется, чтобы противостоять «российской агрессии» и чтобы Россия «заплатила реальную цену за нарушение международных норм». НАТО, считает Байден, должно размещать военные силы в Восточной Европе ближе к российским границам. При нем идеологическая составляющая внешней политики усилится, что всегда было проблемой для Москвы и что традиционно для администраций демократов.

Можно ожидать активизации на том направлении, которое в России называют «вмешательством во внутренние дела», а в Америке — поддержкой демократии, свободы слова и прав человека, а также всяких НКО. В ответ у нас еще активнее начнут ловить «иностранных агентов». Хотя раньше Байден заявлял, что Америка не ставит задачи смены режима в России, наверняка некоторые шаги его администрации в нашей стране, и не только в Кремле, воспримут именно так.

Вряд ли следует ожидать ускоренного вывода американских войск из Афганистана и Сирии, в которой Байден в качестве «проблем Америки» называл через запятую запрещенный в РФ ИГИЛ (организация запрещена в России), Иран, Башара Асада и Россию. В «ядерную сделку» с Ираном, из которой Трамп вышел в одностороннем порядке, Байден скорее всего вернется. Что, впрочем, не принесет Москве особых дивидендов.

Следует готовиться к активизации Америки на постсоветском пространстве, что всегда болезненно воспринималось в Кремле. Однако следует признать, что наши проблемы там (утрата влияния) — во многом производная не столько происков США, сколько нашей собственной политики, экономической слабости и ошибок по части применения «мягкой силы».

Байден продолжит давление на российский газовый экспорт в Европу. Однако возможное его ужесточение позиций в отношении нефтедобычи в США с помощью гидроразрыва пласта как экологически вредного может принести выгодное России повышение цен на нефть. С другой стороны, Байден за немедленное возвращение США в Парижское соглашение по климату и «зеленую энергетику», условно — против всяких углеводородов.

Байден во времена Обамы стоял у истоков политики «перезагрузки» с Россией, но потом был глубоко вовлечен в украинские дела, эту перезагрузку похоронившие. Однако учитывая темную историю похождений на Украине его сына Хантера, в должности президента Байден-старший, возможно, предпочтет более осторожный подход и делегирует эту тематику госсекретарю или помощнику по нацбезопасности, чтобы избежать обвинений в конфликте интересов. В свое время администрация Обамы была против поставок «летальных вооружений» Украине, тех же противотанковых ракет «Javelin». Их начал туда поставлять Трамп.

Немедленного резкого усиления давления на Москву по «украинскому вопросу», как и по ряду других, опасаться вряд ли стоит. Во-первых, Америке под грузом внутренних проблем (пандемия, перезапуск экономики, выстраивание взаимодействия внутри новой конфигурации власти и т.д.) будет пока не до России, которая не является ее внешнеполитическим приоритетом. Уж точно не в такой степени, как Китай. Во-вторых, для демократов важны будут переговоры по вооружениям с Москвой. В-третьих, уйдет в историю острота вопроса о «русском вмешательстве в выборы». В этом смысле Байден сродни Никсону времен 70-х, который, в отличие от Трампа, также был вне подозрений насчет особых симпатий по отношению к Москве. В-четвертых, санкционная политика США в отношении России уже уткнулась в пределы эффективности. Дальнейшее ее усиление если и возможно, то не радикально.

Ни на какую новую «перезагрузку» российско-американских отношений рассчитывать, конечно, не стоит.

Администрация Байдена с большой вероятностью станет переходной, куда большее значение будут иметь уже выборы 2024 года, когда придет новое поколение политиков. Когда мир, оправившись от пандемии и перейдя на новый технологический уклад, обретет качественно новые черты. Такие, против которых отчаянно и неуклюже пытался бороться «старорежимный» Трамп. Многие перемены нам не понравятся. Большие изменения могут произойти в России и вокруг нее.

А вот заметного улучшения российско-американских отношений, на мой взгляд, вообще не стоит ожидать ранее середины 30-х годов.

При этом в нашей стране неизменно найдется огромное количество людей, которым на эту Америку будет глубоко наплевать. Ибо «что мне от той Америки». Это по-своему замечательно. Но окончательно счастье и процветание наступят в России наступят тогда, когда ровно так же сможет сказать и весь российский политический класс. Пока, увы, он так сказать не может.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 10 ноября 2020 > № 3553387 Георгий Бовт

Заседание Совета глав государств – членов ШОС

Под председательством Владимира Путина в режиме видеоконференции состоялось заседание Совета глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества.

Обсуждались перспективы развития взаимодействия в рамках ШОС, актуальные вопросы международной и региональной повестки дня.

По итогам заседания принят пакет документов, в том числе Московская декларация Совета глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества.

* * *

В.Путин: Уважаемые коллеги, друзья, добрый день!

Я искренне рад приветствовать всех участников заседания совета глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества.

По понятным причинам, связанным с коронавирусной инфекцией, наша встреча проходит в режиме видеоконференции, но это не помешает нам в деловой и конструктивной атмосфере рассмотреть актуальные вопросы взаимодействия наших государств, подвести итоги председательства России в ШОС, обменяться мнениями по ключевым международным и региональным проблемам.

И, конечно же, нам важно наметить планы сотрудничества на перспективу, в том числе обсудить дальнейшую совместную работу, дальнейшие шаги по противодействию пандемии, смягчению её негативного влияния на экономики наших государств, на глобальные политические и социально-экономические процессы.

Отмечу, что в заседании принимают участие лидеры не только восьми стран – членов организации, но и государств-наблюдателей и руководители постоянно действующих органов Шанхайской организации сотрудничества. Кроме того, нам передано видеообращение Генерального секретаря Организации Объединённых Наций Антониу Гутерреша.

Повестка дня сегодняшнего заседания у вас всех имеется, регламент выступлений заранее согласован. Если нет возражений, предлагаю начать нашу работу и объявляю заседание Совета глав государств Шанхайской организации сотрудничества открытым.

В соответствии с принятой практикой позвольте мне как главе государства, председательствующего в организации, начать нашу работу, выступить первым, а затем выступят другие участники нашей сегодняшней совместной работы.

Уважаемые коллеги! Дорогие друзья!

Россия председательствовала в Шанхайской организации сотрудничества в условиях, когда все наши страны столкнулись с эпидемией коронавируса и необходимостью борьбы с ней, необходимостью ей противостоять. Поэтому были внесены определённые коррективы в повестку нашей совместной работы, уделено повышенное внимание взаимодействию государств-членов по линии здравоохранения, по вопросам защиты жизни и здоровья граждан.

Подчеркну, что страны ШОС оказывали и оказывают друг другу большую помощь и поддержку в борьбе с инфекцией. Россия на безвозмездной основе передала партнёрам по объединению около полумиллиона наборов для лабораторной диагностики коронавируса, а также приборы для бесконтактного измерения температуры. А в Казахстан, Киргизию, Таджикистан и Узбекистан были направлены группы российских специалистов-медиков, проведено уже девять таких миссий.

Между санитарно-эпидемиологическими службами, министерствами здравоохранения государств ШОС налажен эффективный обмен данными и опытом. Кстати, сегодня предстоит утвердить комплексный план нашей организации по борьбе с эпидемиями, а также специальное заявление по коронавирусной проблематике.

Важно, что пандемия не привела к снижению активности на ключевых направлениях деятельности ШОС.

В период российского председательства проведено в общей сложности более 60 совместных мероприятий, в которых приняли участие представители правительств, ведомств, парламентов, деловых и общественных структур. Часть этих мероприятий по понятным причинам прошла в онлайн-режиме. Тем не менее в рамках ШОС удалось сохранить качество взаимодействия.

К сегодняшнему заседанию подготовлен солидный пакет итоговых документов по углублению сотрудничества в области политики, экономики и в гуманитарной сфере.

Хотелось бы отметить, что заметно активизировалось взаимодействие государств ШОС по внешнеполитической и военной линии. Состоялись две встречи министров иностранных дел. А в сентябре в Москве было организовано совместное заседание министров обороны государств ШОС, в котором впервые приняли участие главы оборонных ведомств стран ОДКБ и СНГ.

Считаем данное начинание полезным и рассчитываем, что такие расширенные встречи естественных партнёров станут регулярными. Как представляется, это позволит качественно повысить координацию на уровне силовых ведомств, проводить мониторинг ситуации в сфере обороны и безопасности на всём большом евразийском пространстве.

В ходе российского председательства была также продолжена практика совместных учений с участием военных и специальных подразделений государств – членов ШОС и наших партнёров, в том числе из стран-наблюдателей.

В частности, состоялось контртеррористическое учение на территории Казахстана, в Китае прошло учение по противодействию попыткам использования сети Интернет в экстремистских целях, в России – первый этап пограничной операции «Солидарность». Кроме того, в России и Казахстане организованы, проведены две международные антинаркотические операции «Паутина».

И, конечно же, не могу не упомянуть, что весь текущий год прошёл под знаком празднования 75-летия окончания Второй мировой войны. Все государства – участники ШОС уделили особое внимание проведению связанных с этим юбилеем памятных мероприятий. Символично, что в параде Победы на Красной площади в Москве вместе с российскими военнослужащими торжественным маршем прошли расчёты из стран ШОС.

И сегодня по итогам заседания мы примем заявление, в котором отметим, что глубоко чтим память о Великой Победе, подчеркнём значение подвига наших народов, ценой огромных и невосполнимых жертв спасших мир от нацизма. Вижу в этом не только дань уважения тем, кто сражался с врагом, но и важный сигнал всему международному сообществу о сплочённости государств – членов нашей организации в их решимости сообща отстаивать мир и безопасность.

Уважаемые коллеги! Всем очевидно, что ситуация в области глобальной и региональной безопасности остаётся сложной. По-прежнему серьёзную угрозу представляют международный терроризм и наркотрафик. Заметно возросли масштабы киберпреступности. Продолжает деградировать система стратегической стабильности.

К сожалению, не прекращаются и ожесточённые региональные конфликты, более того, появляются новые очаги напряжённости, в том числе на внешних границах ШОС и в соседних регионах. Поэтому одним из ключевых направлений работы ШОС является содействие мирному, политико-дипломатическому разрешению кризисов, купирование угроз, исходящих из горячих точек.

Особую обеспокоенность по-прежнему вызывает обстановка в Афганистане. По линии ШОС многое делается, чтобы помочь афганским друзьям в поиске национального согласия, в построении долгосрочного и прочного мира.

Создана Контактная группа ШОС – Афганистан, в рамках которой разработана и принята «дорожная карта» дальнейших действий нашей организации на афганском направлении. Всё это нацелено на оказание помощи Афганистану в становлении стабильного и безопасного государства, свободного от терроризма и наркопреступности, живущего в мире с соседями.

В последние годы при поддержке ШОС Россия организовала целую серию встреч, в которых приняли участие представители всех без исключения афганских политических сил. Намерены и далее всемерно способствовать национальному примирению в Афганистане, в том числе задействовать возможности «московского формата» консультаций, в котором представлены страны – соседи Афганистана, включая, конечно, членов нашей организации, а также США.

Опасная нестабильность сохраняется на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Вооружённое противостояние в Ливии и Йемене, остающиеся на территории Сирии анклавы бандформирований являются источниками распространения террористической угрозы, наркотиков и оружия.

Отдельного внимания, конечно, заслуживает перемещение боевиков за пределы упомянутого региона. Это ещё больше обостряет конфликты.

Кстати, происходящее в Карабахе – по-настоящему большая трагедия. С большим удовлетворением хочу отметить наметившийся компромисс и достигнутые договорённости о прекращении кровопролития. Надеюсь, что все предпринятые нами в последнее время шаги приведут к установлению долгосрочного мира на благо народов Азербайджана и Армении.

Ещё одним неприкрытым вызовом нашей общей безопасности являются участившиеся попытки прямого вмешательства извне во внутренние дела государств, участвующих в деятельности ШОС. Речь идёт о грубом нарушении суверенитета, стремлении внести раскол в общество, изменить вектор развития государства, разорвать веками складывающиеся и уже сложившиеся политические, экономические и гуманитарные связи.

Под таким ударом внешних сил оказалась и Белоруссия, являющаяся наблюдателем в Шанхайской организации сотрудничества. После прошедших в стране президентских выборов наши белорусские друзья испытывают беспрецедентное давление, противостоят санкциям и провокациям, развязанной против них информационной и пропагандистской войне.

Считаем недопустимым, чтобы кто-либо извне навязывал белорусскому народу те или иные решения. Нужно позволить белорусам самим спокойно во всём разобраться и предпринять необходимые шаги. То же самое в полной мере относится и к недавним событиям в Киргизии, и к разворачивающейся внутриполитической борьбе в Молдавии.

Уважаемые коллеги! Что касается экономической повестки нашей организации, то российское председательство исходило из того, что все страны нашего объединения заинтересованы в дальнейшем развитии делового сотрудничества, наращивании взаимовыгодной кооперации в торговле, промышленном производстве, цифровой экономике, инновациях и высоких технологиях, в обеспечении продовольственной, транспортной и энергетической безопасности.

Пандемия коронавируса нанесла сильнейший удар по мировой экономике, привела к глобальной рецессии. Конечно, трудности не обошли и нашу организацию. По расчётам, среднее падение экономик государств – членов ШОС в 2020 году составит 3,2 процента. Это меньше, чем в мире, во всяком случае так предполагается, в мировой экономике минус будет 4,4 процента. Сократилась при этом и торговля между странами ШОС. Так, в январе – августе товарооборот России с другими государствами-членами снизился на 7 процентов.

С учётом этого в рамках ШОС разработан комплекс совместных мероприятий по выправлению ситуации. В частности, реализация утверждённой в 2019 году Программы многостороннего торгово-экономического сотрудничества государств-членов до 2035 года. Она нацелена на преодоление негативных тенденций во взаимной торговле, на существенное укрепление наших связей в инвесткооперации, финансовой и банковской сферах, промышленности, энергетике, транспорте и других областях.

К работе по восстановлению сотрудничества наших стран в социально-экономической и гуманитарной сферах активно привлекаются предпринимательские и общественные круги. Функционируют Деловой совет, Межбанковское объединение, Молодёжный совет ШОС. Развивается межрегиональное сотрудничество в рамках Форума глав регионов ШОС, первое заседание которого состоялось буквально на днях, 29 октября.

Не сомневаюсь, что вы, уважаемые коллеги, выскажетесь по упомянутым мной и другим вопросам деятельности ШОС, и рассчитываю, что наша работа сегодня будет конструктивной, полезной и эффективной.

Спасибо большое за внимание, уважаемые коллеги.

Россия. ШОС > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 10 ноября 2020 > № 3545710 Владимир Путин

Решать - сирийцам

Владимир Путин и Башар Асад обсудили возможность возвращения беженцев в Сирию

Текст: Кира Латухина

Очаг международного терроризма в Сирии фактически уничтожен, налаживается мирная жизнь, заявил Владимир Путин на встрече с президентом республики Башаром Асадом в формате видеоконференции. И сейчас важно вернуть на родину беженцев и внутренне перемещенных граждан - но без принуждения, считает он.

Россия продолжает прилагать активные усилия по содействию долгосрочному урегулированию в Сирии, восстановлению ее суверенитета, независимости, единства и территориальной целостности, подчеркнул Путин. Президент России назвал эффективной работу в рамках Астанинского формата с участием партнеров из Ирана и Турции. "Совместными усилиями нам удалось многого достичь: очаг международного терроризма в Сирии фактически ликвидирован, заметно снижен и уровень насилия, налаживается мирная жизнь, ведется инклюзивный политический процесс под эгидой ООН", - констатировал он.

Принципиально важным Путин считает постконфликтное восстановление Сирии. И в первую очередь возвращение на родину беженцев и внутренне перемещенных лиц - это одно из ключевых условий резолюции СБ ООН. За пределами Сирии находятся свыше 6,5 млн беженцев. Подавляющее большинство - трудоспособные граждане, которые могли бы и должны участвовать в восстановлении своей страны, подчеркнул российский лидер. Их возвращение отвечает и внутренним интересам принимающих государств, прежде всего соседей Сирии. "Они вынуждены нести значительные расходы по временному размещению и обеспечению сирийцев", - пояснил президент. А молодые беженцы зачастую попадают под влияние радикалов, вступают в ряды боевиков и могут представлять угрозу для стран пребывания, добавил он.

Еще в 2018 году Путин призвал международное сообщество поддержать инициированный Асадом процесс возвращения беженцев. В Сирии принимаются меры по улучшению условий жизни и труда, снимаются ограничения политического, социального, психологического плана. "Из-за рубежа вернулось свыше 850 тысяч сирийских граждан, а в места постоянного проживания внутри страны возвратилось более 1,3 млн человек", - отметил российский лидер. "Это, безусловно, ваша заслуга", - сказал он Асаду. Но масштаб гуманитарной катастрофы все еще остается весьма значительным.

"Сейчас, когда на большей части территории Сирии наступили мир, спокойствие, есть хорошая возможность обеспечить массовое возвращение беженцев домой", - убежден президент России. И важно, чтобы процесс шел без принуждения. Каждый сириец должен принять решение самостоятельно, получив достоверную информацию о положении дел на родине, заметил он.

В Дамаске 11 и 12 ноября пройдет Международная конференция по беженцам и внутренне перемещенным лицам. "Россия всецело поддерживает это мероприятие, активно помогает в его подготовке и проведении", - заявил Путин. В делегацию нашей страны войдут специалисты более 30 министерств и ведомств. К мероприятию будет приурочена передача более 65 тонн гуманитарного груза. В Москве надеются, что конференция позволит активизировать процесс массового возвращения беженцев.

Асад поблагодарил Путина за внимание к этой теме. "Это гуманитарная проблема, однако многие государства пытаются ее политизировать. Но это национальная проблема", - заметил он, подчеркнув, что это один из главных приоритетов правительства, особенно после того, как была освобождена от террористов значительная часть территории страны.

Многие бежали из-за страха перед терроризмом, другие - из-за разрушенной инфраструктуры, продолжил Асад. И они хотят вернуться. Проблема в том, что в некоторых регионах остается терроризм, наряду с экономической блокадой в отношении Сирии и ее народа, пояснил президент республики. "Школы закрыты и разрушены, в принципе первоочередные услуги сложно обеспечить", - посетовал он.

"Кроме того, беженцы, которые возвращаются, должны иметь перед собой определенные горизонты для нормальной жизни", - продолжил Асад. А эмбарго Запада создало огромную сложность в реализации этих задач. Так что в Сирии возлагают большие надежды на конференцию.

"Мы знаем, что большая часть беженцев поддерживает сирийское правительство, но, к сожалению, сейчас условия не позволяют им вернуться", - заметил президент республики. "Надеемся на то, что будет возможность немного облегчить нынешнее экономическое эмбарго или его прорвать совместными усилиями для того, чтобы сформировать подходящие условия для возвращения беженцев", - рассчитывает он. "Несмотря на все международное давление, на международные санкции против этой конференции, вы помогаете нам ее организовать", - поблагодарил Асад. "И уверены, что, по аналогии с итогами Второй мировой войны, правда за нами и мы сможем ее отстоять", - заключил он.

Россия. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > rg.ru, 10 ноября 2020 > № 3545187

ОСТАНОВИТЬ ВОЙНУ МЕЖДУ АРМЕНИЕЙ И АЗЕРБАЙДЖАНОМ: ОТВЕЧАЕТ ЛИ ЭТО ЖИЗНЕННО ВАЖНЫМ ИНТЕРЕСАМ РОССИИ

СИМОН САРАДЖЯН

Ведущий сотрудник Белферского центра науки и международных отношений в Гарвардском университете.

Преимущества, которые принесёт прекращение конфликта между Арменией и Азербайджаном для защиты и продвижения жизненно важных интересов России, превысят издержки.

Говорят, одна из ошибок внешней политики – убеждать дипломатов другой страны сделать что-то, потому что это отвечает её национальным интересам. Я не дипломат, я просто наблюдаю за российской внешней политикой. Моя точка зрения о жизненно важных интересах России сформирована на основе действий, заявлений российского руководства и официальных документов. Поэтому считаю допустимым задаться вопросом, отвечает ли интересам России прекращение войны за Карабах. Мой ответ был бы однозначно утвердительным, даже если бы я не являлся уроженцем этого региона. Война уже повлияла на шесть из восьми ключевых условий безопасного и беспрепятственного развития России, которые можно классифицировать как жизненно важные интересы страны.

Жизненно важные интересы России, которые уже оказались или могут оказаться под ударом, если Москва не вмешается и не остановит войну

Один из ключевых интересов России, который уже оказался под ударом из-за войны, – это необходимость предотвращать, сдерживать и сокращать угрозы сепаратизма и беспорядков в России и на сопредельных территориях, а также вооружённых конфликтов, развязанных против России, её союзников или вблизи российских границ. Любой, кто следит за ситуацией в Карабахе и знаком с географией постсоветской Евразии, придёт к выводу, что этот интерес находится под угрозой из-за вооружённого противостояния, который ведётся менее чем в 130 км от границ России, при этом один из участников конфликта граничит с Россией, а другой – член-сооснователь возглавляемого РФ военного альянса – Организации Договора коллективной безопасности (ОДКБ).

Ещё два жизненно важных интереса России пока не затронуты, но могут быть серьёзно подорваны, если война продолжится.

Один из этих интересов – предотвращение появления гегемоний или распавшихся государств у российских границ, Россию должны окружать дружественные государства, среди которых она сможет играть ведущую роль.

Другой интерес – обеспечение выживания российских союзников и стимулирования их активного сотрудничества с Москвой. Если война не прекратится и закончится полным поражением Армении из-за отсутствия ощутимой поддержки со стороны России, армянским властям придётся отвечать на вопрос общества: зачем Ереван участвует в российских интеграционных проектах, если Москва не приходит на помощь, когда речь идёт об экзистенциальной угрозе. Кто-то может сказать, что война уже повлияла на репутацию Москвы как военного союзника. Другие страны, стремящиеся к сотрудничеству с Россией, видели, что участие во всех российских интеграционных проектах в постсоветской Евразии и размещение так называемых передовых российских войск, как это делала Армения, не гарантируют, что адепты реалполитик в Москве не применят «равноудалённый подход» к вам и вашему экзистенциальному противнику.

Поражение Армении также приведёт к значительному усилению геополитической роли Турции на пространстве, которое Россия относит к своим привилегированным интересам.

Турция предоставляет прямую военную поддержку Азербайджану, явно не согласовав этот шаг с союзниками по НАТО. Аналогичным образом Анкара действовала в Сирии и Ливии, и экспертам остаётся гадать, не страдает ли западный военный блок синдромом Туретта. Победа Азербайджана укрепит позиции «ястребов» в турецкой правящей элите и заставит задуматься о возможности не только восстановить роль гегемона на Кавказе, как это было во времена Османской империи, но и воплотить давнюю мечту и объединить вокруг Анкары тюркоговорящие народы Центральной Азии.

Следующий жизненно важный интерес, на котором может негативно сказаться продолжающаяся война, – это предотвращение масштабных и регулярных террористических атак против России. Оно уже находится под угрозой из-за участия тысяч иностранных наёмников в карабахском конфликте, если судить по заявлениям российского руководства, включая директора Службы внешней разведки Сергея Нарышкина, министра иностранных дел Сергея Лаврова и его заместителя Олега Сыромолотова. Большую часть наёмников Анкара рекрутирует из числа протурецких группировок в Сирии и отправляет воевать на стороне Баку. Многие из них – бывшие или действующие члены джихадистских группировок, признанных в России террористическими, в том числе «Исламского государства» (ИГ)*, «Ахрар аш-Шам»*, сотрудничавшей с ИГ до 2014 года, и «Джебхат Фатх аш-Шам»*, аффилированной с «Аль-Каидой»*[1] до 2016 года. России, безусловно, не нужны десятки вооружённых джихадистов рядом с Северным Кавказом, где проходила масштабная джихадистская кампания в 2000–2010-х годах и где ИГ создало вилаят в 2015 году. Прекращение войны повысит вероятность отъезда наемников из Азербайджана, хотя непонятно, сколько из них отправятся обратно в Сирию. Где гарантия, что они не попытаются развязать джихад на Северном Кавказе, как джихадисты-ветераны войны в Афганистане, перебравшиеся на Кавказ и в Боснию в начале 1990-х?

Жизненно важные интересы России, которые окажутся под ударом, если Москва не вмешается и не остановит войну

Если Россия вмешается и остановит войну, это позитивно повлияет на один из ключевых интересов России, хотя это влияние будет незначительным. Речь идёт о поддержании продуктивных отношений со странами Евросоюза, США и Китаем. Если России совместно с США и Францией – сопредседателями Минской группы ОБСЕ – удастся убедить стороны конфликта прекратить военные действия, этот успех поспособствует восстановлению отношений России с Западом. Добившись прогресса в нормализации отношений с Западом, Россия сможет сбалансировать отношения с Китаем (пока России приходится хранить больше яиц в этой корзине, чем ей, возможно, хотелось бы, из-за событий на Украине).

Успех Москвы в прекращении войны способствовал бы реализации идеи российских стратегов о повышении глобальной роли России на фоне изменения мирового порядка.

Идея состоит в том, что Россия может стать лидером или одним из лидеров стран, которые не хотят становиться на сторону США или Китая.

Если Москва вмешается в конфликт и сделает это на стороне Армении, это окажет незначительный негативный эффект на другой жизненно важный интерес России. Речь идёт о поддержании жизнеспособности и стабильности основных рынков российского экспорта и импорта. Если Россия выступит на стороне Армении, чтобы прекратить войну, Азербайджан и Турция, возможно, пересмотрят экономическое взаимодействие с РФ. Однако, учитывая, что Азербайджан и Турция составляют менее одной двадцатой от общего объёма российского торгового оборота (0,5 процента и 3,7 процента соответственно), Москва справится с этими потерями.

Интересы, которые не пострадают из-за войны

Есть два жизненно важных интереса России, которые не будут затронуты в случае продолжения или прекращения войны. Прежде всего, это недопущение получения странами-соседями ядерного оружия и средств его доставки. Ни одна из трёх стран, вовлечённых в конфликт, не разрабатывает ядерное оружие, а на стремление Турции приобрести ракеты большой дальности война в Карабахе не повлияет. Ещё один интерес, который не будет затронут, – это обеспечение стабильного развития и диверсификации российской экономики, а также её интеграции с глобальными рынками.

Ни одна из воюющих сторон, включая Турцию, не устанавливает правила на глобальных рынках, поэтому они не могут повлиять на доступ России на международные рынки.

Да, Азербайджан и Турция покупали много российского оружия, а продажи вооружений в некоторой степени способствовали диверсификации российской экономике, где доминируют энергоресурсы. Но ни Баку, ни Анкара не входят в десятку крупнейших импортёров российского вооружения.

Что Россия может сделать, чтобы остановить войну и защитить свои интересы

Кремлю ещё не поздно предпринять значимые усилия и остановить войну, он обладает необходимыми рычагами воздействия, включая возможность блокировать многомиллиардный поток денежных переводов из России в эти страны. Владимир Путин уже намекал на такую возможность. Россия также может ввести ограничения для бизнеса, которым владеют представители воюющих стран, препятствовать найму работников из этих стран или частично блокировать торговлю, как было сделано в случае с Турцией, когда турецкие ВВС сбили российский военный самолет в 2015 году. В итоге Анкаре пришлось сменить тактику и наладить отношения с Москвой.

Россия также может объединить усилия с ЕС и США, которые заинтересованы в прекращении войны, и пригрозить элитам воюющих стран заморозкой счетов, а Запад может приостановить работу системы SWIFT в этих странах.

Если Россия, ЕС и США выразят готовность применить действенные карательные меры, военные действия прекратятся в течение нескольких дней.

Подобные меры повлекут издержки и для самой России, но, как уже говорилось выше, их удастся компенсировать. Гораздо важнее для адептов реалполитик в Кремле, что преимущества от прекращения войны на российских условиях будут способствовать защите и продвижению приоритетных интересов России и превзойдут возможные издержки.

--

СНОСКИ

[1] * Террористические организации, запрещённые в России.

Армения. Азербайджан. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 9 ноября 2020 > № 3564079 Симон Сараджян

КАК ТЕГЕРАН И ЭР-РИЯД ЗАЛИВ ДЕЛИЛИ

АНДРЕЙ ЧУПРЫГИН, Старший преподаватель Школы востоковедения Факультета мировой экономики и мировой политики Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Эксперт РСМД.

ЛАРИСА ЧУПРЫГИНА, Старший преподаватель Школы востоковедения Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

ВАЛЕРИЙ МАТРОСОВ, Преподаватель Школы востоковедения Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

В последнее десятилетие тема противостояния двух региональных акторов – Саудовской Аравии и Ирана – не только определяет политическую повестку на Ближнем Востоке, но и делит аналитическое и научное сообщества на две группы с полярными взглядами. Одна часть представителей политических элит, поддерживаемая единомышленниками в экспертных кругах, всерьёз рассматривает возможность прямого вооружённого столкновения между двумя региональными гигантами. Другая часть, видя причины в шиито-суннитском конфликте, представляет его как «вечное противостояние» двух течений ислама, не имеющее перспективы разрешения из-за догматических противоречий.

В статье представлено мнение авторов о том, каковы реальные истоки противостояния между Эр-Риядом и Тегераном, на каких «аренах» разворачиваются непосредственные действия в рамках конфликта, а также к чему может привести ближневосточная «холодная война», а к чему – не может.

История конфликта

С момента возникновения Исламской Республики Иран (ИРИ) в 1979 г. отношения между Тегераном и Эр-Риядом развивались неоднозначно. Появилось государство, сумевшее в крайне непростых условиях выстроить систему управления, экономику, культурную жизнь в «более исламском» русле. Это предполагало, что руководству Королевства Саудовская Аравия (КСА), которое позиционировало себя в качестве лидера мусульманского мира, придётся потесниться, а, возможно, и передать пальму исламского первенства своему неарабскому, да к тому же ещё и шиитскому, соседу.

Иранский пример с энтузиазмом восприняли все шииты Ближнего Востока, причём шиитское население восточных провинций Саудовской Аравии – самых нефтеносных и самых небогатых – первым выступило с политическими лозунгами в пользу иранского опыта и построения шиитского государства[1]. Кроме того, курс на воспроизведение иранской модели взял ряд суннитских группировок – таких, как «Исламский джихад» на территории Палестины.

Официальная позиция иранского духовенства, которое открыто критиковало саудовский режим и призывало к «экспорту исламской революции» в страны региона, воспринималась как угроза национальной безопасности Саудовской Аравии. Королевство, впрочем, не осталось в долгу и оказало активную поддержку Саддаму Хусейну в годы Ирано-иракской войны (1980–1988), предоставив ему помощь на сумму 27,2 млрд долларов[2].

На фоне этих событий произошёл разрыв дипломатических отношений, продолжавшийся с 1988 по 1991 год. Формальным поводом послужили столкновения иранских паломников с полицией во время хаджа[3], а также холодно встреченное в Эр-Рияде требование Ирана увеличить квоту с 55 тысяч до 150 тысяч паломников в год[4]. Однако с завершением Ирано-иракской войны Тегеран стал склоняться к выходу из региональной международной изоляции и к компромиссу с соседями. Смерть харизматичного и экспрессивного аятоллы Рухоллы Хомейни, а также осуждение Ираном оккупации Кувейта иракскими войсками годом позже способствовали восстановлению дипломатических отношений и достижению консенсуса по вопросу количества паломников (квота составила 115 тысяч человек)[5].

На протяжении более чем десятилетия отношения развивались достаточно ровно. Однако с момента вторжения американских войск в Ирак в 2003 г. они начали стремительно ухудшаться, причём основными вехами следует считать события 2003, 2011 и 2015 годов.

Американская агрессия против Ирака уничтожила прежний баланс сил в регионе Персидского залива. До начала вторжения наличие общего соперника в лице Багдада вынуждало КСА и ИРИ идти на компромиссы, вплоть до предложения (правда, нереализованного) сформировать коллективную систему обеспечения безопасности, которая включала бы и Иран, и страны Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) и была бы направлена на достижение энергетической безопасности и совместные меры для борьбы с сепаратизмом, терроризмом и так далее[6]. Но крушение иракской государственности повлекло за собой огромные по своей значимости последствия.

Хрупкий баланс внутри треугольника «Эр-Рияд – Тегеран – Багдад» был уничтожен, геостратегическое пространство претерпело существенную трансформацию. Особую роль здесь сыграли внутренние политические и социальные особенности Ирака. Государство, где шииты всегда составляли более половины населения, а сунниты формировали политическую и экономическую элиту, страна, расположенная на пересечении суннитской и шиитской осей «Саудовская Аравия – Турция», «Иран – Ливан», оказалась желанным призом для обоих претендентов на региональное лидерство[7].

Установление контроля над Ираком позволило бы и Саудовской Аравии, и Ирану существенно укрепить собственные региональные и глобальные позиции. И вот вокруг заветной цели начался новый этап политического противостояния.

Приход в 2005 г. на пост президента ИРИ энергичного и решительно настроенного Махмуда Ахмадинеджада усугубил обострение отношений Ирана с внешним миром[8]. Помимо Ирака, конфликт в формате «войн по доверенности» затронул Ливан и Йемен. В первом Эр-Рияд и Тегеран «издалека» поддерживали оппозиционно настроенные в отношении друг друга политические силы, чему в большой степени способствовала конфессиональная структура политического поля Ливана. А во втором – прямо вмешались во внутренний конфликт, причём Иран оказал содействие повстанцам, хуситам, а КСА заняло сторону официального правительства страны[9].

Таким образом, к классическому противостоянию, протекавшему на внутреннем уровне и затронувшему идеологические, религиозные, националистические противоречия, а также вопросы экономического характера (цены на нефть, логистика торговых маршрутов), добавилась неприкрытая борьба за региональную гегемонию, в которую стали вовлекаться и другие страны. Основной целью борьбы оставался Ирак.

Эта тенденция стала ещё более очевидной после начала «арабской весны». И Эр-Рияд, и Тегеран восприняли пробуждение «арабской улицы» не столько как угрозу, сколько как возможность сыграть втёмную, укрепив свои позиции в регионе[10]. Поддерживая различные правительственные и антиправительственные группировки, спонсируя их и оказывая им военную поддержку, ИРИ и КСА энергично трансформировали противостояние в полноценный региональный конфликт. Обе стороны творчески применяли давно обкатанную доктрину управляемого хаоса, демонстрируя хорошо усвоенный урок британской модели взаимодействия с Ближним Востоком. При этом и КСА, и ИРИ достаточно активно привлекали внешних акторов своими действиями «на земле» и в дипломатическом, и в экономическом секторах, приглашая их (а часто и провоцируя, как в случае с США) принять участие в этом конкурсе возможностей[11]. Вовлечённость в большинство локальных столкновений других игроков – как ближневосточных (Катар, Турция), так и внешних (Соединённые Штаты, Россия) – в свою очередь, способствовали тому, что конфликт между претендентами на лидерство проявлялся по-разному: политическое маневрирование, военные действия через лояльные группировки на месте, дипломатические игры и экономическое давление.

На фоне широкомасштабного развёртывания региональной стратегии усиливались антиправительственные выступления в Саудовской Аравии. Социальную базу протестов составляли шииты – выходцы из восточных провинций. Была задействована повестка шиито-суннитского противостояния, что позволило Ирану ужесточить риторику в отношении властей КСА. Однако в июле 2012 г. протесты практически подавили, а один из наиболее влиятельных лидеров – шиит-саудовец Нимр ан-Нимр, получивший образование в Иране, был арестован.

В 2015 г. в Саудовской Аравии произошли коренные изменения: королём стал Салман бин Абдул-Азиз, министром обороны (с 2017 г. наследный принц) – его сын Мохаммед, который позиционирует себя во внешнем мире как сторонник реформирования и обновления королевства, решительных действий на внутренней и внешней политической арене. Уже через месяц Саудовская Аравия возглавила коалицию вооружённых сил стран ССАГПЗ (кроме Омана, чьё вступление в коалицию скорее было знаково-формальным) и начала вторжение в Йемен[12].

Кажущаяся безопасность и в некотором роде чувство безнаказанности Саудовской Аравии, впрочем, вскоре подверглись двум испытаниям. Во-первых, если южные провинции Йемена легко переходили под контроль саудовского руководства и лояльного ему правительства Мансура аль-Хади, то хуситы на севере страны могли держать оборону, давать сдачи и даже занять ряд приграничных районов в самой Саудовской Аравии[13]. Во-вторых, Иран сумел договориться со странами Запада по поводу ядерной программы и начать реализацию Совместного всеобъемлющего плана действий – это, в свою очередь, фактически расширяло возможности Ирана в области ядерных разработок и одновременно подрывало доверие Саудовской Аравии к её западным партнёрам (если допустить, что таковое было изначально), так как КСА становилось уязвимым в случае успеха Ирана[14].

Вскоре после этого был казнён Нимр ан-Нимр, что вызвало волну возмущения в Иране как на народном уровне (волнения, массовые выступления, погромы саудовских представительств), так и на официальном уровне (вплоть до обвинений со стороны МИДа и разрыва дипломатических отношений). В результате саудовско-иранские контакты оказались в худшем состоянии за всё время их существования[15], а обострение противоречий в наиболее ярко выраженном виде затронуло две сферы: официальную и экстерриториальные конфликты.

ИРИ и КСА ужесточили полемику: в Эр-Рияде обвиняют Тегеран в попытке использования прокси-сил, чтобы навязать на всём Ближнем Востоке собственную политическую повестку; в Тегеране же полагают, что саудовское руководство продвигает в регионе интересы США (а заодно – Израиля). Претензии обеих сторон не лишены оснований, но взаимная политическая риторика отличается склонностью к гиперболизации. Между Саудовской Аравией и Ираном в полную силу идёт информационная война, в которую невольно (или осознанно) вовлекаются внешние акторы, позиционирующие себя в качестве союзников и противников каждого из претендентов на лидерство в регионе.

Во многих государствах Ближнего Востока не прекращается опосредованный конфликт: обе стороны обеспечивают лояльные им группировки и партии деньгами, оружием, опытом, дипломатической и медиаподдержкой. В результате целый ряд региональных конфликтов усугубляется их вовлечённостью в ирано-саудовское противостояние, а некоторые прямо возникают из него.

Внешнее влияние, или Эффект золотой рыбки: кто исполнит заветное желание?

В сферу противостояния вовлечено неопределённое количество внешних участников. Неопределённое, потому что в каждый конкретный момент идентификация их прямо зависит от характера текущей проблемы. Однако есть два фактора, которые позволяют увидеть конечный расклад.

Первый можно описать вопросом: что ты можешь сделать для меня сегодня? Причём ставится он обеими сторонами. Здесь важны политические сиюминутные интересы, разбавленные любовью к твёрдой валюте, которой обе противостоящие стороны пользуются с удовольствием.

Второй фактор – более или менее постоянный – участие США и России. Он имеет историческую природу. Конструкция «Россия – Великобритания – СССР – Соединённые Штаты – Россия» представляет собой классический пример конкурентной геополитической борьбы на Ближнем Востоке, играющей роль перманентной характеристики событий, которая определяет политический процесс в регионе в исторической ретроспективе.

Естественным образом эта самая конкурентная борьба напрямую влияет и на противостояние между КСА и ИРИ. Пусть не всегда заметно, зато всегда эффективно.

Обе конкурирующие стороны давно научились играть на душевных струнах «наивных русских и американцев», пытающихся утвердить влияние на территории, исторически принадлежащей персам и арабам. В то время, как в Вашингтоне и Москве старательно формулируют ближневосточную политику, ставя себе определённые задачи, планируя экономические и геополитические приобретения, Тегеран и Эр-Рияд используют бывших «внешних гарантов» стабильности в качестве источника дипломатического потенциала и – часто – военной угрозы в адрес конкурента.

Проще говоря, шантажируют друг друга и соседей своим мускулистым и воинственным союзником.

Особенно интересен в этом плане период президентства Дональда Трампа, и не только потому, что он совпал с серьёзными сдвигами в балансе сил на Ближнем Востоке. Приход Трампа в Белый Дом был ознаменован переменами в политике Вашингтона в отношении Ближнего Востока – он запустил переформатирование старых альянсов, вызвал когнитивный диссонанс в традиционных элитах и спровоцировал новый виток старых конфронтаций. Кроме того, при Трампе начались разговоры о выводе американского контингента с Ближнего Востока. И даже начался процесс вывода, который, однако, никак не закончится, что сбивает с толку и союзников, и конкурентов США. Всё это касается как эволюции соревновательных отношений между Тегераном и Эр-Риядом, так и конкретных политических и экономических интересов двух внешних тяжеловесов[16].

Так почему Соединённые Штаты, потеряв азарт, всё же из последних сил цепляются за Ближний Восток? И как Россия определяет свои сиюминутные и перспективные интересы?

Как это ни странно, причины присутствия США и России на Ближнем Востоке кроются не столько в специфике региона и его значении для мирового политического процесса, сколько в отношениях между двумя мировыми акторами. В период холодной войны Вашингтон и Москва, будучи внешними гарантами безопасности в регионе, строили альянсы с ближневосточными элитами в основном с целью противостоять влиянию своего визави в рамках большой геополитической игры. С исчезновением Советского Союза ничего принципиально не изменилось. Как и раньше, Россия и США продолжают «работать» с ближневосточными элитами в пику друг другу.

Но в отличие от периода холодной войны роль идеологического фактора перешла из арсенала Москвы в джентльменский набор Вашингтона.

Если в политике Кремля ясно виден политический и экономический прагматизм, пусть и не всегда достаточно ясно сформулированный, то в действиях Белого дома всё больше чувствуется идеологический подтекст. Это чревато последствиями и для региона, и для взаимодействия между основными акторами.

Как поссорились гаранты безопасности

История российско-американских отношений на Ближнем Востоке достойна пера новеллиста. Истоки «сотрудничества» лежат в тумане «большой игры» между Россией и Великобританией, дух которой плавно и практически незаметно перешёл на американо-советские и затем – на американо-российские отношения. Настолько зорко и увлечённо каждая из сторон следила за действиями другой[17], что порой создавалось впечатление, будто проблемы Ближнего Востока интересуют и Москву, и Вашингтон в последнюю очередь.

Сегодня мало что изменилось. Всё так же Вашингтон ревниво следит за действиями Москвы, стараясь вовремя понять, что задумал Кремль – «а может, и нам туда срочно нужно?». И всё так же Москва старается упредить или, по крайней мере, не сильно опоздать за движениями Белого дома в региональном контексте.

Хотя есть и существенное отличие от предыдущего исторического периода, называемого холодной войной. Теперь речь идёт не столько о борьбе за контроль над углеводородными и другими ресурсами, сколько о «чистой» геополитике – кто с кем и против кого дружит, у кого где есть присутствие и в каком объёме. То есть материальные выгоды сомнительны, учитывая, что финансовая подушка ближневосточных скруджей резко съёжилась, нефтяной фактор теряет своё значение, а традиционное противостояние в регионе трансформируется в нетрадиционное для Ближнего Востока сотрудничество[18], практически обнуляя палестино-израильскую проблему. Матч заканчивается со счётом 1:0 в пользу команды янки. Но баланс сохраняется, так как фокус игры смещается в район Средиземноморья, где российский фактор с каждым днём увеличивается благодаря турецкому аншлюсу и, судя по всему, такой «размен влияния» пока устраивает всех.

Традиционный для XX века баланс внешнего влияния в регионе между США и Россией (СССР) начинает трансформироваться в торги за «территории интересов». Вашингтон, озабоченный окормлением электората в преддверии выборов, разыгрывал израильскую карту, в то время как Москва, имея неоднозначный, но достаточно сильный козырь в виде Сирии, взяла реванш в Средиземном море. Конечная цель – не дать сопернику занять выгодную позицию.

В этом контексте нужно рассматривать характер отношений и в Персидском заливе вообще, и между Тегераном и Эр-Риядом в частности. Достаточно посмотреть на недавнюю сделку между Объединёнными Арабскими Эмиратами, Бахрейном и Израилем. Конечно, отношения носили рабочий формат уже последние десять лет во всех сферах государственной деятельности. Общий противник в лице Ирана, общий союзник в лице Соединённых Штатов и – для монархий Залива – вопрос контроля над диссидентствующими элементами. А в этом как раз Израиль был в состоянии оказать высокотехнологическую поддержку. Так что оформление де-юре того, что давно являлось реальностью де-факто, прошло плавно и убедительно. А главное – вовремя, обеспечив Трампу ещё один плюс в избирательной кампании.

А что же Иран? Он, как представляется, желал бы урегулировать свои разногласия с США. По крайней мере, он периодически подаёт об этом сигналы через третьих лиц. В своё время руководство Ирана не воспринимало достаточно серьёзно действия Трампа по расторжению ядерной сделки, считая это неким этапом «большого торга», что было ошибкой. К тому же и с Москвой не всё складывается так, как хотелось бы Тегерану. Москва – союзник, но тактический, зорко следящий за тем, чтобы позиции Ирана в регионе не слишком укреплялись. Интерес обеих стран лежит практически на одних территориях, и это создаёт проблемы. К тому же в Тегеране живы опасения по поводу того, что Москва не будет жертвовать отношениями с лидерами суннитского мира ради безоглядной поддержки лидера мира шиитского[19].

Несмотря на это, Тегеран, понявший после ликвидации американцами генерала Касема Сулеймани, что антииранский нарратив Вашингтона – всерьёз и надолго, вынужден играть по правилам Москвы, дабы не остаться одиноким воином в поле.

И это, конечно, ослабляет позиции Ирана в регионе.

А вот для Москвы эта «слабина» имеет принципиальное значение. В рамках российско-американского перетягивания каната в регионе уязвимость иранской позиции может позволить России аккуратно сконструировать баланс между Абу-Даби, Тегераном и – в дальнейшем – Эр-Риядом на платформе Сирии и Ливии, сыграть на противоречиях вышеупомянутых стран с Турцией и Катаром и лояльности США к действиям последних. Такой поворот в долгосрочной перспективе способен укрепить роль Москвы в качестве модератора региональных процессов. Кремль сможет позиционировать себя в качестве посредника, к которому приходят за советом в решении сложных вопросов регионального характера. Процесс непрост и длителен, однако предпосылки есть, их просто нужно вовремя использовать.

--

СНОСКИ

[1] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, p.79, 2019.

[2] Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 62, 2017.

[3] Terrill, W.A. The Saudi-Iranian Rivalry and the Future of Middle East Security. Strategic Studies Institute, p.6, 2011.

[4] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, p.105, 2019.

[5] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, p.139 2019.

[6] Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 63-64, 2017.

[7] Ottaway, M. Iran, the United States, and the Gulf. The Elusive Regional Policy. Carnegie Papers, Middle East Program, № 105, pp. 16-19, 2009.

Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 67, 2017.

[8] Там же, с. 64.

[9] Terrill, W.A. The Saudi-Iranian Rivalry and the Future of Middle East Security. Strategic Studies Institute, p.18, 2011.

[10] Diansaei, B. Iran and Saudi Arabia in the Middle East: Leadership and Sectarianism (2011-2017). Вестник РУДН. Серия: Международные отношения. Т. 18, № 1, с. 126, 2018.

Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 72-75, 2017.

[11] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, pp. 255-259, 2019.

[12] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, pp. 281-284, 2019.

Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 66, 2017.

[13] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, pp. 303-306, 2019.

[14] Там же, p.235.

[15] Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 80, 2017.

[16] Отвечая на вполне ожидаемые вопросы: да, с точки зрения наблюдателей со стороны Персидского залива, и США, и Россия, несомненно, являются «тяжеловесами», присутствие которых в региональном контексте так или иначе влияет на все события, там происходящие.

[17] См. Chuprygin, A. The MENA Region: A Great Power Competition, ISPI — Atlantic Council Report. Milan: Ledizioni Ledi Publishing, p. 93-105, 2019.

[18] Договор между Израилем и Объединёнными Арабскими Эмиратами формализовал существовавший давно неофициальный консенсус между странами Залива и Иерусалимом в совместном противостоянии с Ираном.

[19] Вспомним Н. С. Хрущёва и разрыв отношений с Израилем. Тогда наглядно сработали соображения о том, что сила в количестве. И действительно, ведь арабов больше, чем израильтян. Так же и суннитов неизмеримо больше, чем шиитов. Это соображение часто проходит мимо внимания аналитиков.

Иран. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 9 ноября 2020 > № 3564061 Андрей Чупрыгин, Лариса Чупрыгина, Валерий Матросов

COVID-19, ИЛИ КОНЕЦ ЭПОХИ ЦИФРОВОЙ НЕВИННОСТИ

ТОМА ГОМАР

Директор Французского института международных отношений (IFRI)

«Любая сила рано или поздно исчерпывает свой потенциал; нельзя вечно быть локомотивом истории. Европа, которая переняла эту роль у Азии три тысячи лет назад, не сможет удерживать её вечно»[1].

В ситуации разразившегося в этом году кризиса пророчество французского историка Эрнеста Лависса (1842–1922) звучит особенно актуально. Основная проблема – переход инициативы от Европы к Азии и сохранение Европой способности выступать «движущей силой истории», или, выражаясь более приземлённым языком, удерживать «лидерский потенциал»[2]. На фоне пандемии и вызванного ею санитарно-технологического кризиса (причины – санитарного свойства, следствия – технологического) этот потенциал проходит проверку на прочность. Пандемия заморозила процесс глобализации и ограничила свободу передвижения четырёх с лишним миллиардов человек, которых власти под давлением медиков обрекли на изоляцию. Между тем, виртуальные связи между ними никогда не были так тесны.

Для нынешней ситуации характерны две особенности. Первая – несоответствие масштаба принимаемых мер числу жертв (по сравнению с прежними демографическими кризисами). Вторая – контраст между материальностью санитарных средств, необходимых для победы над эпидемией (больничные койки, маски, тесты etc.), и нематериальностью задействованных для её преодоления средств политических (развитие коммуникаций, медиасреды, цифровых решений и прочее). Кризис вписывается в контекст интеллектуального сотрудничества, соперничества и противостояния, иначе говоря – мобилизации, ориентирования и контроля умов, и конечной целью является насаждение определённых моделей управления и поведения.

Остаётся понять, ослабляют ли новые технологии «лидерский потенциал» (способность, которой наделены очень немногие) или, наоборот, укрепляют его. Ответ на поставленный вопрос зависит от конкретного региона, государства и организации; в различиях между ними проглядывают ростки будущих беспорядков. Кризис, «охвативший весь земной шар», устанавливает новые глобальные «разделительные линии», как их называл немецкий социолог Карл Шмитт (1888–1985)[3]. От этих линий зависит переход от одной пространственно-временной системы к другой, переход, ускоренный действием цифровых «платформ».

Оперируя всё большими массивами данных, они способствуют процессу перераспределения власти. В 1996 г. американский либертарианец, поэт и эссеист Джон Перри Барлоу (1947–2018) публикует «Декларацию независимости киберпространства», в которой обращается к властям со следующими словами: «Мы должны провозгласить свободу наших виртуальных “я” от вашего владычества, даже если мы и согласны с тем, что вы продолжаете властвовать над нашими телами»[4].

COVID-19 положил конец эпохе цифровой невинности, обнаружив, что киберпространство превратилось для государства в излюбленную площадку внедрения систем контроля и в поле битвы различных держав.

Попутно обнаружилось, что эти два явления тесно связаны, по крайней мере, на трёх уровнях.

Геополитика

С геополитикой тесно связано понятие «метагеография», что означает в данном случае разделение земного пространства на крупные географические зоны. С её помощью становится возможным разговор о стратегическом равновесии между ними, международном разделении труда и цепочках добавленной стоимости. В контексте размышлений об установлении нового баланса сил задачей номер один представляется определение позиций, выработка ментальных карт.

К геополитике эпидемии

Последние сорок лет Азию называют самым интенсивно развивающимся регионом в мире, причём причины подъёма нередко ищут в её культурной специфике. Обостряя противоречия между Востоком и Западом, пандемия коронавируса подспудно утверждает в умах мысль о возможности перехода от острой конкуренции между ними к открытой конфронтации, не ограничивающейся экономической сферой. Говоря о многовековой культуре этого региона или сосредотачиваясь на феномене его нынешнего экономического роста, участники дискуссий полностью игнорируют вопрос о политических различиях между европейской и азиатской моделями, различиях, «которые ощутимы сейчас и ещё больше дадут о себе знать в ближайшем будущем, сопрягая современную геополитику и геоэкономику с медленной динамикой цивилизаций»[5]. Пандемия заставляет задуматься об условиях разделения или, напротив, сплочения Востока и Запада.

В «Итоге истории» французский учёный Рене Груссе (1885–1952) констатирует, что Европа открывала Восток трижды: при Александре Македонском, в эпоху Марко Поло и в Новое время (начиная с XVI века). Каждый раз такое открытие, говорит он, становилось для европейцев сюрпризом. Носители «средиземноморских традиций» обнаруживали другие традиции, не менее древние, чем их собственные, пусть они и были «сотканы из элементов на первый взгляд совершенно непонятных»[6]. Ключевую роль в сближении Востока и Запада сыграли иезуиты (особенно Маттео Риччи, 1552–1610), благодаря которым в результате сотрудничества в области картографии и унификации систем летосчисления удалось привести к общему знаменателю представления о времени и пространстве[7].

«Открытие» в ХХ веке Китая американцами послужило началом новой эры глобального капитализма. Рене Груссе ещё в 1946 г. предвидел момент, когда Китай по объёмам производства обгонит Соединённые Штаты и Поднебесная станет новой Америкой: «С этого дня азиатский рынок сбыта будет для Америки закрыт; хуже того, Китай превратится в её опаснейшего конкурента»[8]. Именно это мы и наблюдаем сейчас, констатируя, что встреча Востока с Западом, в частности США с Китаем, так и не состоялась: никогда ещё за последние сорок лет уровень недоверия между двумя странами не был так высок.

К новой грамматике цивилизаций

С появлением так называемой всемирной истории её перестали излагать с позиций европоцентризма. Например, индийский писатель Панкадж Мишра полагает, что если для Европы и США история ХХ столетия в значительной степени определяется двумя мировыми войнами, то для большинства иных стран узловым событием этого периода является политическое пробуждение Азии[9]. Под тем же углом историю нередко рассматривают и в Сингапуре, где прославление «азиатских ценностей» является важной частью геополитического дискурса. Рупором этого движения выступает сингапурский дипломат Кишор Махбубани: он пишет, что Запад пал жертвой собственного высокомерия и сдаёт позиции Китаю и Индии[10]. Со своей стороны, индийско-американский политолог Параг Ханна рассматривает возвращение Азии «на арену мировой истории как вполне закономерное событие»[11]. Азия не должна подменять собой Запад, но может заставить его измениться, как он в своё время изменил её под себя.

Тем временем Китай всерьёз готовится взять на себя роль мирового лидера. С точки зрения китайского учёного Янь Сюэтуна, подобный переворот становится возможным, когда восходящая держава проявляет «большие умение и эффективность», нежели держава, почивающая на лаврах мирового лидерства. Первым шагом на пути к «международному авторитету» и к «стратегической надёжности» становятся «моральные действия», моральные – с позиции общечеловеческих ценностей[12].

В этом смысле нелишним было бы вернуться к спору американских политологов Фрэнсиса Фукуямы и Сэмюэля Хантингтона. Первый увидел в падении Берлинской стены признак решительной победы демократии и рыночных принципов, позабыв о подавлении демонстрации на площади Тяньаньмэнь. Второй предсказывал «столкновение цивилизаций», считая, что главными линиями раскола станут культурные, религиозные и расовые различия между ними.

Теперь, через тридцать лет, резонно было бы задаться вопросом, какое из двух событий – подавление тяньаньмэньского восстания или падение берлинской стены – определило направление глобализации. Трагедия 11 сентября 2001 г. и её последствия подтвердили мысль Хантингтона, тогда как вступление Китая во Всемирную торговую организацию в том же году свидетельствовало о справедливости выводов Фукуямы.

Одно можно сказать точно: западный модернизм вызывал отторжение и подталкивал к утверждению собственной идентичности у многих незападных стран на протяжении последних тридцати лет.

Бесспорно также и то, что из всех мировых держав Китай остаётся единственной, где государственная идеология после окончания холодной войны не претерпела практически никаких изменений[13].

К новой иерархии ценностей

Идеологическая среда, в которой распространяется коронавирус, в последнее время значительно эволюционировала, что осталось незамеченным западным обществом, считающим исповедуемые им ценности универсальными. Нередко можно услышать, что успехом своей борьбы с коронавирусом Тайвань, Корея и Сингапур обязаны «азиатским ценностям», ставящим интересы коллектива выше интересов личности (если кратко выразить их суть). В 1994 г. бывший сингапурский премьер-министр Ли Куан Ю (1923–2015) беседовал на эту тему с американским политологом Фаридом Закарией[14]. Перечитывая их разговор, видишь, насколько нынешние программы «слежения» за больными коронавирусом напоминают сингапурские методы контроля и лечения людей с наркозависимостью. По мнению Ли Куан Ю, Запад превратил идею о неприкосновенности прав человека в догму, нанося ущерб интересам семьи, которая остаётся основой социальной организации. И у правительства нет права подменять её собой.

Именно сингапурская модель вдохновила Дэн Сяопина. Помимо её экономической эффективности, культа меритократии и конфуцианской этики, китайским властям пришлась по душе перспектива бурного экономического роста без необходимости демократизировать страну по западному образцу. С самого начала они пытались подвести под свою модель теоретическую базу, подчеркивая её эффективность в отличие от американской системы: «Нравится вам или нет китайская модель, она имеет преимущества перед неуправляемыми западными демократиями. Сегодняшний Китай – сильное и процветающее государство, воплощение энергии и эффективности […]. Может быть, и Америке стоит чему-то поучиться у Китая» (из передовицы в «Жэньминь жибао», июль 2017 г.)[15].

Коронавирус дал толчок новой волне государственной пропаганды в КНР. Китайские власти эксплуатируют антизападные настроения, воцарившиеся в последнее десятилетие в Китае, России и большинстве исламских государств. Западная культура и её претензии на универсальность «в очередной раз» наталкиваются на «отпор местного населения»[16]. Французский философ Шанталь Дельсоль полагает, что «столкновение цивилизаций» выразилось, прежде всего, в широкомасштабном «антизападном движении».

Отторжение Запада сопровождается ростом амбиций у руководства китайской компартии, которая привлекает самые современные технологии для установления полного контроля над мыслями.

Искусственный интеллект и большие данные призваны оптимизировать экономическое развитие с помощью системы социального контроля, задействовав огромные массивы информации в сочетании с технологией «социального кредита», соединение которых позволит государству создать «одну из самых совершенных систем наблюдения за собственными гражданами»[17]. Не будем обсуждать здесь, насколько этот проект осуществим на практике; отметим лишь, что с появлением коронавируса ситуация кардинально изменилась: теперь речь идёт не столько о внедрении «общечеловеческих ценностей» на Востоке, сколько о распространении «азиатских ценностей» на Западе, где они прививаются с помощью новейших технологий.

Международная политика

Из восьми описываемых Сэмюэлем Хантингтоном цивилизаций самыми опасными для слабеющего Запада он считал исламские страны и Китай; он даже предсказывал образование «исламо-конфуцианского союза». Что можно сказать об этом сейчас, когда сменилось целое поколение? Последствия санитарно-технологического кризиса в энергетической, климатической и цифровой сферах видны уже сейчас. Он выявляет готовность разных регионов мира, и прежде всего Европы, адаптироваться к китайским и американским формам «империализма взаимопроникновения»[18].

Влияние Китая в исламском регионе

Распространение коронавируса и снижение цены на нефть (меньше 20 долларов за баррель) изменили баланс сил в арабо-мусульманском мире и сказались на взаимоотношениях богатого нефтью региона со странами, чья промышленность зависит от её поставок. Три главных производителя нефти – Соединённые Штаты, Саудовская Аравия и Россия – затеяли ценовую войну, стремясь укрепить позиции на рынке за счёт конкурентов. С введением режима изоляции три ключевых импортёра нефти – Китай, Индия и Европейский союз – в той или иной степени остановили производственные мощности, вызвав резкое падение спроса. Америка, в отличие от Китая, Индии и Евросоюза, ещё до кризиса обладала достаточно гибкой энергетической системой, создавшей условия для ухода с Ближнего Востока, начатого при Бараке Обаме и продолженного ускоренными темпами при Дональде Трампе. Россия сумела воспользоваться уходом американцев из региона, чтобы утвердить там своё влияние под прикрытием военной операции в Сирии, но её интересы разительно отличаются от интересов Китая. Китайская энергоёмкая экономическая модель требует выстраивания долгосрочных отношений со странами-производителями (так же дело обстоит и с Индией). К 2030 г. на долю Индии и Китая будет приходиться в целом более 50 процентов импорта мировой нефти, что объясняет попытки этих двух стран обеспечить безопасные морские пути её доставки.

Пандемия не только углубила и ускорила общие тенденции, наметившиеся до её начала, – в скором времени она может привести к изменению статуса трёх конкретных государств. Помимо них, можно так же упомянуть жёсткие меры контроля, введённые Пекином под предлогом борьбы с терроризмом по отношению к мусульманскому населению провинции Синьцзян.

Первое из них – Иран, которому пришлось испытать на себе всю тяжесть санитарного кризиса и снижения цен на нефть. Санкции, введённые против Тегерана, не помешали ему проводить масштабные военные операции и осуществлять прямое влияние на четыре столицы: Бейрут, Дамаск, Багдад и Сану. Чтобы иметь для этого средства, Иран должен продолжать экспортировать нефть в Китай, который в ответ инвестирует в иранскую экономику. Можно ожидать, что пандемия ещё больше сблизит Тегеран с Пекином, особенно если учесть, что в свете американских выборов напряжённость в отношениях Ирана с США, по всей видимости, усилится.

Второе государство – Саудовская Аравия, которая, несмотря на падение цен на нефть, достаточно кредитоспособна для того, чтобы рефинансировать долги и привлекать инвестиции. Подвергшись нападению Ирана, она познала на собственном опыте ограниченность военной поддержки, какую можно в подобных случаях ожидать от Америки и Европы. Сближение с Россией было кратким и закончилось разрывом Москвы с ОПЕК, что привело к ценовой войне, усилившей дисбаланс между спросом и предложением (договорённости были восстановлены и расширены после новых переговоров – прим. ред.). Китай – второй после Японии торговый партнёр саудитов, что должно заставить Эр-Рияд наращивать связи с Пекином. Результатом станет ещё большее вовлечение Китая в дела Ближнего Востока, чему будет способствовать антагонизм между Саудовской Аравией и Ираном.

Третье государство, Египет, страна с многовековой историей и многомиллионным населением, как никто другой может претендовать на роль лидера в суннитском мире, он противостоит, с одной стороны, Саудовской Аравии и Объединённым Арабским Эмиратам, а с другой – Турции и Катару. Получая финансовую помощь от Саудовской Аравии, Египет, тем не менее, вновь вступил в полосу экономического кризиса и политических репрессий, что не может не содействовать поискам иных источников финансирования. Идя на сближение с Египтом, Китай демонстрирует, что имеет прочный интерес к Красному морю и что строительство военной базы в Джибути не было случайностью. Египет – ключ к реализации его проекта по выходу в Средиземное море, и это заставляет внимательно следить за эволюцией связей Пекина с Тунисом и Алжиром. Эпидемия ускорила проникновение Китая в средиземноморский регион, вот уже несколько лет покинутый американцами. Серьёзный вызов для европейцев, оставленных на произвол судьбы.

Обострение китайско-американских противоречий в Европе

Исключительное внимание к треугольнику Китай/Европа/Соединённые Штаты объясняется тем фактом, что в совокупности они производят более 50 процентов мирового ВВП. Однако на ситуацию с COVID-19 влияют не совокупные усилия этих трёх стран, а отдельные действия каждой из них. США продолжат проводить точечную политику, считая приоритетом поддержку стратегических секторов. Государства могут поощрять политику возвращения производства на национальную территорию (как, например, в Японии), но в конечном итоге экономические субъекты принимают решения в соответствии с собственной экономической стратегией. В Китае же экономические субъекты, находясь под строгим надзором государства, выступают послушными исполнителями решений КПК. Вопреки распространённому мнению, Китай не занимается скупкой всего на свете, но приобретает лишь то, что ему нужно для ослабления зависимости от внешнего мира[19]. В то же время он стремится к первенству в области высоких технологий, чтобы оспаривать у Америки роль мирового лидера.

Американская реакция на пандемию коронавируса отражает всю меру дезорганизации федерального правительства после четырёх лет президентства Трампа.

Весь мир замер в ожидании выборов ноября 2020 г., но, каковы бы ни были их результаты, едва ли есть основания надеяться на отказ Соединённых Штатов от политики силы. Напротив, нынешняя пандемия может послужить прелюдией к некоему «технологическому блицкригу». Это словосочетание, прозвучавшее недавно в речи генерального прокурора США Уильяма Барра (который начинал свою карьеру в ЦРУ как специалист по Китаю), отражает представление американских властей о развёртывании сети 5G как о части глобальной технологической войны, исход которой решится во время следующего президентского срока[20].

Первенство в сфере 5G сулит большие перспективы; прибыль к 2025 г. может, по разным оценкам, составить до 23 трлн долларов. Уильям Барр отмечает здесь доминирующую роль Китая, который через компанию Huawei контролирует 40 процентов мирового рынка; на втором месте – Европа, у которой 31 процент (17 процентов у Nokia и 14 процентов у Ericsson). Не вспомнив о Samsung и прочих фирмах, Барр призывает срочно рассмотреть вопрос о партнёрстве между Америкой и компаниями Nokia и/или Ericsson. Властям европейских стран в ближайшие месяцы придётся уделять этой проблеме всё большее внимание. Китай планирует превратить развитие 5G в инструмент продвижения своего влияния в Европе и других частях света. Разногласия между государствами – членами ЕС по этому вопросу демонстрируют неспособность Евросоюза принимать не просто регулирующие, но стратегические решения. Если бы Европейская комиссия действительно озаботилась вопросами геополитики, она объявила бы развитие технологии 5G приоритетным направлением своей деятельности.

Соединённые Штаты сохраняют явное геополитическое преимущество перед Китаем и ЕС, поскольку именно их предприятия преобладают в технологическом секторе. Особенно тревожна ситуация с Евросоюзом. По состоянию на март 2019 г. из сорока ведущих мировых компаний (по уровню капитализации) – 27 американских, восемь китайских, одна корейская и всего четыре европейских (три швейцарских и одна британская). Из 27 американских предприятий шесть относятся к числу технологических, из восьми китайских таковых два. В Европе же самое крупное технологическое предприятие занимает в списке лишь 58-е место[21]. Такое положение дел заслуживает подробного анализа. А пока приходится констатировать, что в ходе кризиса позиции технологических предприятий могут только усилиться и что ЕС не располагает достаточным количеством крупных компаний, способных помешать конкурентам из Китая и Америки утверждаться на их территории.

Дипломатия

Геоэкономическая повестка почти не отражена в нынешних дипломатических контактах между Китаем и ЕС, включая и намеченную на вторую половину 2020 г. встречу на высшем уровне в Лейпциге под председательством Германии (планировавшийся на 14 сентября в Лейпциге саммит «ЕС – Китай» из-за пандемии прошёл в видеоформате – прим. ред.). Экспортная ориентация обеих стран позволила им с максимальной выгодой использовать глобализационные процессы, идущие в мире последние двадцать лет; укрепилось лидерство Германии, которая производит почти треть валового внутреннего продукта еврозоны. Не исключено, что в результате кризиса позиции Германии ещё больше укрепятся – за счёт Франции, Италии и Испании.

Эволюция китайской дипломатии

Во время кризиса Китай развернул в большинстве европейских столиц мощную пропагандистскую кампанию, пытаясь убедить Запад в эффективности своей модели и скрывая под прагматизмом идеологические мотивы. Прекрасно сознавая, какой ущерб пандемия нанесла репутации их страны, китайские дипломаты тщатся улучшить положение, подчёркивая значение, которое КНР придаёт связям с Европой, и уверенно заявляя, что 2020 г. должен стать «судьбоносным для отношений Китая и ЕС» ввиду готовящихся многочисленных встреч на высшем уровне[22]. Китайская позиция привлекательна своей последовательностью: ухудшение китайско-американских и европейско-американских отношений даёт Европейскому союзу уникальную возможность «поработать с Китаем». ЕС при этом должен воздерживаться от любых протекционистских мер, делающих его закрытым и враждебным к Китаю. Это момент истины для Китая и Европы. Такой открытый подход позволяет более детально взглянуть на европейско-американские отношения, сильно пострадавшие от пандемии.

Европейскую стабильность подорвали два обстоятельства: отсутствие какой бы то ни было координации действий с Вашингтоном и подчёркнутое нежелание американцев выступать с позиций лидера. Европейские дипломаты обескуражены тем, что теперь «роль Америки свелась к минимуму» и вся привычная система понятий подлежит пересмотру[23]. Трамп, будучи верен себе, с первых же дней своего президентства начал оказывать экономическое давление на ЕС и военное – на НАТО, внося свой личный вклад в разобщение Европы, и так уже достаточно разобщённой благодаря европейско-китайскому соглашению «16 + 1» и двусторонним соглашениям, заключённым с Китаем отдельными европейскими государствами (например, с Италией в марте 2019 г.).

Иначе говоря, Европа превращается в арену борьбы за влияние между Соединёнными Штатами и Китаем. Вашингтону придётся приложить все силы для противодействия китайскому влиянию, одновременно пресекая робкие попытки европейцев обеспечить свою стратегическую автономию[24].

К многополярности без многосторонности

Китай использует сложившуюся ситуацию, чтобы представить себя надёжным партнёром, верным принципам международного сотрудничества и мультилатерализма. Его представители, сознавая все риски, уже открыто говорят о глобальной холодной войне, которая «стала бы бедствием не только для Китая и США, но и для ЕС»[25]. На самом же деле европейцы столкнулись с отрицанием принципов многосторонности, исходящим в равной степени и от Китая, и от Америки, хотя последняя – их ближайший союзник. Европе пришлось испытать на себе последствия четырёх лет планомерной деструктивной политики Соединённых Штатов и десяти лет не менее планомерных попыток китайской дипломатии взять под контроль аппарат ООН. По причине отсутствия у европейских стран сколько-нибудь внятной стратегии они вынуждены в вопросах климата учитывать мнение Пекина, а в вопросах технологий – мнение Вашингтона.

Сосредоточившись на трёхсторонних взаимоотношениях Китая, Европы и Соединённых Штатов, мы на время оставили без внимания две крупнейшие мировые державы – Россию и Индию (которые поддерживают друг с другом тесные связи), равно как и страны африканского континента и Латинской Америки. Между тем Индия остаётся одним из главных нереализованных направлений внешней политики Китая, тратящего слишком много стратегических ресурсов на соперничество с Америкой[26]. Последняя, учитывая её геополитической и геоэкономический вес в мире, выиграет от односторонности больше, нежели Китай. Европа же пытается по-новому строить отношения и с Россией, и с Турцией, и с Ираном, и с арабо-мусульманскими и африканскими странами, не теряя ни с кем из них связи. Удастся ли ей это, принимая во внимание неравномерность экономического развития стран – членов ЕС, углубившуюся ввиду пандемии?

Международные организации призваны противостоять натиску времени. Но ООН вследствие безучастности Америки, напористости Китая и выжидательной политики Европы, находится в тяжёлом положении. Соединённые Штаты (если их курс не изменится после предстоящих президентских выборов) больше не желают выступать гарантом ооновской системы. Они решили, что её поддержание обходится им слишком дорого: при больших вложениях никаких реальных выгод. Китай же, напротив, видит в ней инструмент для изоляции Тайваня и распространения своего влияния на весь мир. Что касается европейцев, то они отстаивают принципы мультилатерализма очень своеобразно: много разговоров, мало вложений.

Нынешний кризис поднимает проблему доверия к системе Организации Объединённых Наций и ко Всемирной организации здравоохранения.

Чтобы многосторонность превратилась в действенное средство, она должна измениться. Этот подход не выживет, если останется просто системой дипломатических служб и организаций, но может мало-помалу вылиться в постоянный процесс образования коалиций, состоящих из разнообразных структур, многонациональных компаний, церквей, неправительственных организаций, экспертных сетей.

Хотя подобный переход потребует решения ряда вопросов финансового и организационного свойства, он позволит добиться большей интеграции и влиять на создание общественных благ.

Экономика надзирающего капитализма

Санитарно-технологический кризис вынуждает государства переосмыслить содержание экономической дипломатии, особенно в том, что касается субъектов цифрового сектора. В центре споров о «слежении» оказался вопрос о допустимости использования личных данных и пределах применения принуждения. В этом смысле пандемия ускорила наступление эры надзирающего капитализма, когда сбор и использование персональных и коллективных данных стали привычным делом. Когда государства превращаются в сети, государственные функции присваивают цифровые платформы. Отсюда такое взаимопроникновение средств в структуре децентрализованных систем, которые, будь они публичные или частные, закрытые или общедоступные, в равной степени занимаются сбором сведений любого рода. Государство в этом отношении тоже весьма активно, с их помощью они совершенствуют свои службы и подчиняют последние нуждам общества. Но есть одна неприглядная деталь: тотальная слежка за гражданами. Устанавливая новый баланс сил, такая схема стирает границу между публичным и частным: государство всё чаще и чаще обращается к частным решениям, в то время как цифровые платформы предпочитают пользоваться публичными базами данных.

Из этого следуют две вещи.

Во-первых, распространение системы GovTech, то есть покупки и реализации публичными субъектами инновационных технических решений. В теории речь идёт о предоставлении персонализированных и инклюзивных услуг. На практике же это может означать быстрое сосредоточение власти в руках кучки публично-частных субъектов.

Во-вторых, углубление связей между государствами и цифровыми платформами. Последние отныне влияют на все виды экономической, политической и социальной деятельности. Если не говорить о декларациях принципов и разделения юрисдикций, мало какое из современных государств способно в одиночку регулировать поведение этих платформ. Между тем цифровые платформы являются одним из элементов суверенного государства. В США такие платформы пользуются значительной автономией по отношению к федеральной власти, но входят в состав кропотливо строящегося военно-цифрового комплекса. В Китае их держит под прямым контролем государственная власть. Европа же в этом смысле безоружна, неспособна включиться в соревнование. Если она в ответ на кризис не сделает крупных вложений, то сама обречёт себя на ещё более второстепенную роль, чем сейчас, особенно на фоне распространения 5G.

Последним средством изыскать новые финансовые ресурсы и сгладить социальное неравенство для государств, желающих отрегулировать взаимоотношения с цифровыми платформами и транснациональными компаниями, выступает налоговая система[27]. Нынешний кризис углубил линию разрыва, намеченную глобализацией: эта линия пролегает между национальными государствами, стремящимися повысить благосостояние собственных граждан в пределах своей юрисдикции, и транснациональными компаниями, заботящимися о благосостоянии своих акционеров. Для достижения этой цели транснациональные компании проворачивают операции глобального масштаба, избавив себя от какой-либо ответственности за их последствия и игнорируя, насколько это возможно, национальные юрисдикции[28]. Оптимизации в таких компаниях добиваются, играя на различиях в размере заработной платы, социальных условиях, законах в разных частях света, где находятся их филиалы. Развитие удалённой формы работы, чему немало способствовал режим изоляции, несомненно скажется на отношениях работника с работодателем и будет способствовать трансформации сектора услуг в развитых экономиках. Роботизация и дистанционная работа открывают новый этап в процессе глобализации, который выразится в ожесточённой конкуренции, осуществляющейся на расстоянии[29].

* * *

Нынешнюю пандемию часто сравнивают с чумной эпидемией «чёрной смерти» XIV века, которая, начавшись в центральной Азии в 1338 г., в 1348-м достигла Парижа. Её распространение шло по Шёлковому пути, который связывал Китай с Восточной Европой, через итальянские торговые маршруты, соединявшие черноморские и левантийские порты со всем остальным Средиземноморьем. Внезапно все эти маршруты вновь сделались актуальными. За несколько лет, пока свирепствовала чума, мир, по выражению арабского историка и философа Ибн Хальдуна, сократился до размеров «ковра, который можно было легко свернуть вместе со всем, что на нём находилось»[30].

Эпидемия чумы ознаменовала окончание эпохи невинности, обрушившись на средневековую Европу в момент, когда там наблюдался бурный рост населения. Европе потребовалось несколько поколений, чтобы оправиться и вступить в эпоху великих географических открытий.

Не угрожая миру столь серьёзными демографическими потерями, COVID-19 знаменует конец эры цифровой невинности. Для глобализации характерно усугубление взаимной зависимости стран, достигающейся с помощью сверхбыстрого распространения информационных и коммуникационных технологий, которые отныне пронизывают все сферы человеческой деятельности. Мечтам Джона Барлоу (см. «Декларацию независимости киберпространства») о появлении «цивилизации духа в киберпространстве», цивилизации более гуманной и справедливой, нежели цивилизация правительственная, пока не суждено сбыться. Синоним эффективности и индивидуализации, новые технологии, становясь орудием государственного контроля, ведут общество в эру надзирающего капитализма на фоне усиливающегося американо-китайского противостояния, принимающего разные формы. Таким образом, коронавирус ставит под сомнение способность управлять суверенными единицами, напоминая о старой дилемме эффективность / достоинство.

В своей книге «Все империи погибнут» французский историк Жан-Батист Дюрозель писал, что «в минуту коллективной опасности эффективность представляется более предпочтительной, чем достоинство», добавляя затем, что последнее остаётся важной потребностью человека, который «считает себя не частью толпы, но авторитетной, ответственной личностью». Как выразить эту потребность в мире, погрузившемся в цифру? Санитарные ограничения (а завтра, возможно, экологические) вынуждают нас срочно пересмотреть наши представления о техническом прогрессе.

Оригинал статьи опубликован в журнале Politique étrangère, №2, 2020 год.

--

СНОСКИ

[1] E. Lavisse. Vue générale de l’histoire politique de l’Europe, 1890.

[2] N. Rousselier. La Force de gouverner, Le pouvoir exécutif en France XIXe-XXIe siècle, Paris, Gallimard, 2015.

[3] К.Шмитт. Номос Земли. — М.: Владимир Даль, 2008.

[4] Ссылка: http://www.dnn.ru/indep.htm

[5] C. Grataloup. Vision(s) du monde. Histoire critique des représentations de l’Humanité, Paris, Armand Colin, 2018, p. 130-131.

[6] R. Grousset. Bilan de l’histoire, Paris, Desclée de Brouwer, 2016, p. 139.

[7] C. Meyer. L’Occident face à la renaissance de la Chine, Paris, Odile Jacob, 2018, p. 221. URL: https://www.amazon.fr/LOccident-face-à-renaissance-Chine/dp/2738144659

[8] R. Grousset. Bilan de l’histoire, op. cit., p. 326.

[9] P. Mishra. From the Ruins of Empire. The Revolt Against the West and the Remaking of Asia, London, Penguin Books, 2013, p. 8.

[10] K. Mahbubani. Has the West Lost It?, Penguin Group, 2019.

[11] P. Khanna. The Future is Asian. Commerce, Conflict, and Culture in the 21st Century, New York, Simon & Schuster, 2019, p. 11.

[12] Yan Xuetong. Leadership and the Rise of Great Powers, Princeton, Princeton University Press, 2019, p. 2-24.

[13] S. W. Khan. Haunted by Chaos, China’s Grand Strategy from Mao Zedong to Xi Jinping, Cambridge, Harvard University Press, 2018, p. 4-5.

[14] F. Zakaria. Culture Is Destiny, A Conversation with Lee Kuan Yew, Foreign Affairs, 1994.

[15] C. Meyer. L’Occident face à la renaissance de la Chine, op. cit., p. 257.

[16] C. Delsol. Le crépuscule de l’universel, Politique étrangère, vol. 84, №1, 2019, p. 24-25.

[17] K. Strittmatter. Dictature 2.0. Quand la Chine surveille son peuple (et demain le monde), Paris, Tallandier, 2020, p. 18.

[18] P. Bellanger. De la souveraineté numérique, Le Débat, no 170, 2012, p. 152.

[19] C. Meyer. L’Occident face à la renaissance de la Chine, op. cit., p. 146.

[20] Attorney General William Barr’s Keynote Address : China Initiative Conference, CSIS, 2020.

[21] PWC, Global Top 100 companies by market capitalisation, 2019, URL: www.pwc.com.

[22] Интервью с китайскими официальными лицами, 23 апреля 2020.

[23] Интервью с дипломатом одной из европейских стран, 21 апреля 2020.

[24] См., например: A. Wess Mitchell, Central Europe’s China Reckoning, The American Interest, 2020. Уэсс Митчел был помощником госсекретаря США по делам Европы и Евразии с 2017 по 2019 гг.

[25] Интервью с китайскими официальными лицами, 23 апреля 2020.

[26] O. Arne Westad. Restless Empire, China and the World since 1750, New York, Basic Books, 2012, p. 461.

[27] E. Saez et G. Zucman, Le Triomphe de l’injustice. Richesse, évasion fiscale et démocratie, Paris, Seuil, 2020.

[28] R. Vernon, In the Hurricane’s Eye. The Troubled Prospects of Multinational Enterprises, Cambridge, Harvard University Press, 1998, p. 28.

[29] R. Baldwin, The Globotics Upheaval. Globalization, Robotics, and the Future of Work, Oxford, Oxford University Press, 2019.

[30] J. Loiseau. La peste atteint la France in P. Boucheron (dir.), Histoire mondiale de la France, Paris, Seuil, 2018, p. 281.

Евросоюз. США. Весь мир > Медицина. СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 9 ноября 2020 > № 3564056 Тома Гомар

РОССИЯ И ЗАПАД: ВТОРАЯ «ХОЛОДНАЯ» ИЛИ ПЕРВАЯ «ПРОХЛАДНАЯ»?

КОНСТАНТИН ХУДОЛЕЙ

Доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета.

Ещё в 2003 г., когда у России и США возникли разногласия в оценке иракского кризиса, известный политолог Стивен Коэн предсказал, что между двумя странами начнётся «прохладная война». Хотя в последующие годы отношения России и Запада ухудшались, обе стороны старались не сосредотачиваться на назревающих противоречиях, надеясь на лучшее. Однако в 2014–2015 гг. наступил резкий перелом, произошло качественное ухудшение. Многие политики, журналисты, учёные, даже занимавшие ранее умеренные позиции, заговорили о начале «новой холодной войны», и лишь немногие использовали более осторожные формулировки.

С нашей точки зрения, понятие «прохладная война» является наиболее точным определением происходящего. Цель данной статьи – показать отличие нынешней «прохладной войны» между Россией и Западом от классической холодной войны и обозначить возможные пути её дальнейшего развития.

«Прохладная» и «холодная»: отличия и особенности

И в России, и за рубежом написано огромное число работ, в которых подробно рассматривается история холодной войны. Однако различные определения холодной войны не содержат чётких формулировок. Под холодной войной мы подразумеваем период в истории международных отношений, когда две сверхдержавы, которые по своей мощи качественно превосходили все остальные и стояли во главе блоков государств с антагонистическими общественно-политическими системами, находились в состоянии непримиримой конфронтации по всем направлениям (идеология, гонка вооружений, геополитика, экономика, культура, наука, образование и так далее). Противостояние проходило по определённым писаным и неписаным правилам, главным из которых, тем не менее, была недопустимость войны между двумя сверхдержавами. Последнее, несомненно, сохраняется и сейчас, но в остальном отношения России и США отличаются от времён холодной войны.

Современный мир значительно более сложен и многообразен, чем биполярный тогда. В нём есть элементы и однополярности, поскольку в глобальном масштабе Соединённые Штаты остаются наиболее влиятельной страной, и биполярности – ввиду появления на мировой сцене Китая, обладающего мощной экономикой, и многополярности – по причине наличия России, ведущей самостоятельную политику, и других акторов. Если в годы холодной войны отношения СССР и США были центральными в международной системе, ныне они таковыми не являются. Главную роль играют взаимоотношения между несколькими государствами (треугольник Россия-США-Китай, а также Европейский союз, Индия и некоторые другие). Логическим результатом становится снижение управляемости мировыми процессами, которая вряд ли вернётся к уровню холодной войны и биполярного мира.

В холодной войне принципиальным было то, что друг другу противостояли государства с антагонистическими общественно-политическими системами. Обе стороны ставили целью сокрушить противоположную и были искренне убеждены, что действуют в интересах всего человечества. Это придавало конфронтации особую непримиримость и ожесточённость. Хотя кризисы и конфликты чередовались с разрядками напряжённости, компромисс был невозможен. Сейчас же имеет место конфликт между разными моделями капитализма, имеющими не только отличия, но и общие черты – признание рыночной экономики и частной собственности.

«Прохладная война» России и Запада – не конфликт антагонистических общественно-политических систем или цивилизаций, а противоборство по вопросам устройства современного мира и правил игры на международной арене. А значит – компромисс возможен.

Холодная война была глобальной – фактически в ней участвовали все государства, даже официально объявившие себя нейтральными или неприсоединившимися. В «прохладной войне» участвуют лишь заинтересованные. Показательны голосования в Генеральной ассамблее ООН по резолюциям о Крыме и Сирии, когда почти половина стран воздержалась или не участвовала. А в регионе Тихого океана, куда постепенно перемещается центр мировой экономики и политики, «прохладная война» – в отличие от холодной – наблюдается в незначительной степени.

Качественные изменения произошли и в политике блоков. В годы холодной войны ни у кого не возникало сомнений, что, в случае чего, СССР и США выполнят обязательства перед своими союзниками. В свою очередь, и Москва, и Вашингтон также были уверены в их поддержке. Теперь этого нет. Сомнения в том, что США придут на помощь, испытывают некоторые страны НАТО, Тайвань, Южная Корея и ряд других. Союзники Соединённых Штатов предпочитают в ряде случаев дистанцироваться от Вашингтона. Израиль, Южная Корея, Новая Зеландия не примкнули к санкциям, которые ввели против России США и Евросоюз. Достаточно самостоятельную игру ведёт Турция. С другой стороны, союзники России по ОДКБ и Евразийскому экономическому союзу не присоединились к российским контрсанкциям и занимают осторожную позицию по вопросам о Крыме, Донбассе, Сирии и некоторым другим. В условиях «прохладной войны» блоковые обязательства становятся всё менее чёткими, а сами понятия «блок» и «блоковая политика» – всё более расплывчатыми.

Основные направления холодной и «прохладной» войн во многом совпадают, но они не тождественны. Главной сферой прежнего противостояния была гонка вооружений, а теперь таковой является экономика. «Торговые войны», санкции, контрсанкции и другие ограничения стали основным оружием, при помощи которого экономике конкурента наносится максимальный ущерб. При этом речь идёт не столько о сиюминутном воздействии (случаи, когда страны под угрозой санкций немедленно выполняли предъявленные им требования, единичны, и Россия явно не из их числа), сколько о стремлении ослабить противника в долгосрочной перспективе, затруднить или даже остановить развитие его наиболее перспективных отраслей экономики. Так как экономический потенциал России меньше, чем у США и ЕС, то общая ситуация для неё неблагоприятна. Надежды на смягчение или даже отмену санкций в связи с пандемией коронавируса и экономическим кризисом не оправдались. Более того, санкционное противостояние России и Запада нарастает. В то же время Запад не намерен на данном этапе доводить дело до крайностей – санкционное давление на Россию значительно меньше, чем на Иран. Американская политическая и деловая элита (причём и республиканцы, и демократы) не видит в России экономического конкурента. Для них, как и для Евросоюза, давление на Россию – прежде всего, средство заставить её изменить поведение на мировой арене, согласиться с существующим миропорядком и правилами игры.

Сердцевиной холодной войны была гонка вооружений – самая масштабная за всю историю человечества. Обе стороны стремились добиться преимущества, которое позволило бы им говорить и действовать с позиции силы. В условиях «прохладной войны» гонка вооружений продолжается. Однако во времена холодной войны она была соревнованием двух сверхдержав за достижение военного превосходства. В современных условиях гонка вооружений проявляется в первую очередь в наращивании военного потенциала одного государства – США. Хотя за последние годы Россия создала некоторые виды современного оружия, но по размеру военных расходов она существенно уступает Соединённым Штатам. Ни Россия, ни какая-либо другая страна, в том числе Китай, не в состоянии на равных с США участвовать в гонке вооружений ввиду огромного разрыва в экономическом и научно-техническом потенциале. Несопоставимы и масштабы концентрации войск и вооружений. Достаточно сравнить ситуацию в Центральной Европе, где в годы холодной войны два блока непосредственно противостояли друг другу, и в регионе Балтийского моря, где сейчас Россия граничит со странами – членами НАТО.

В военном противоборстве «прохладной войны» нет такой ярости и ожесточённости, как в годы холодной. Современной гонке вооружений не подчинены остальные сферы жизни – экономика, наука, образование и прочие, и она не находится постоянно в центре внимания общественности. Между военными и спецслужбами России и Запада сохраняются контакты, абсолютно немыслимые в холодную войну. Полная эрозия системы российско-американских договоров о вооружениях, которая происходит, конечно, вызывает тревогу. Однако поскольку у обеих сторон имеются серьёзные сомнения в том, что другая выполняет принятые на себя обязательства, процесс вряд ли будет остановлен. Взаимная подозрительность и недоверие возрастут ещё больше. Но это не станет повторением ситуации начального этапа «холодной войны» – ни у кого нет причин для возврата к политике «балансирования на грани войны». Более сложная картина может сложиться в случае активизации гонки вооружений в космосе или появления качественно новых видов вооружений, но и тут, скорее всего, стороны будут проявлять сдержанность. Отдельные столкновения военных возможны лишь там, где они соприкасаются друг с другом непосредственно, как, например, в Сирии или в воздушном и морском пространствах. Такие инциденты имели место, но, что примечательно, ни одна из сторон не пыталась обострить ситуацию.

Региональные конфликты холодной и «прохладной» войн также значительно различаются. Если прежде две противоборствующие стороны были прямо или косвенно втянуты практически во все такие коллизии, то сейчас Россия и США во многих не участвуют. В холодную войну почти все они возникали из-за военных столкновений между государствами, причём обычно одна, а иногда и обе сверхдержавы, знали о предстоящем начале боевых действий. Региональные конфликты «прохладной войны» чаще всего возникают из противостояния между политическими силами внутри самих государств, а Россия и Запад, как правило, вовлекаются уже после. Если в годы холодной войны и Советский Союз, и Соединённые Штаты добивались в региональных конфликтах военных и геополитических преимуществ, то теперь в определении их политики всё большую роль играют экономические интересы.

Пропагандистские кампании также существенно различаются. С одной стороны, ввиду использования новых информационных технологий сейчас они несопоставимо более масштабны и интенсивны. Об этом свидетельствует озабоченность и Запада, и России проблемой фальсификации новостей и дезинформации. Однако в них невелик идеологический компонент. Обе стороны стараются убедить мировую общественность в правильности своей политики, но дебаты о ценностях не находятся в центре пропагандистских баталий и играют вспомогательную роль. Но поскольку «прохладная война» ведётся во многом теми же методами и инструментами, что и холодная, складывается впечатление, что мир взялся за старое. В пропаганде широко используются те же приёмы и штампы, что и полвека назад. Вполне естественно, что даже когда это делается с использованием новейших информационных технологий, эффект несопоставим с усилиями, которые вкладываются в их проведение.

Тем не менее «эпоха постправды» сместила внимание с идеологии на альтернативную и эмоциональную интерпретацию актуальных событий, используемую для информационного влияния, и пропагандистские кампании сильно осложняют общую обстановку.

Так как холодная война была глобальной конфронтацией антагонистических общественно-политических систем, она пронизывала все без исключения сферы общества, непосредственно влияла на жизнь не только государств, но и отдельных людей. Сегодня такого мобилизационного подъёма нет, и он вряд ли возможен – конфронтация затрагивает высшие слои общества, а не основную часть населения.

К важным отличиям «прохладной войны» также относится то, что гуманитарные связи России и Запада в целом сохраняются. Сегодня их ограничения связаны, например, с пандемией коронавируса и экономическим кризисом, а не с политикой. Ничего даже отдалённо напоминающего «железный занавес» сегодня нет.

Коронавирус, экономический кризис и перспективы на будущее

На дальнейший ход «прохладной войны» между Россией и Западом большое воздействие окажут изменения, которые происходят в мире сейчас. Прогнозы о том, как долго продлится пандемия коронавируса и сколь глубоким будет экономический кризис, разнятся, но во всех речь идёт о сильных потрясениях. К тому же нельзя исключать появления – вслед за коронавирусом – новых, неизвестных ещё инфекций. В полной мере последствия пандемии и экономического кризиса проявятся в среднесрочной перспективе. Тем не менее некоторые тенденции уже наблюдаются.

Пандемия коронавируса приведёт к росту дифференциации между государствами, а во многих случаях и между отдельными регионами и социальными слоями внутри государств. При этом одной из главных, а в ряде случаев – и самой главной, разделительной линией станет сфера здравоохранения – степень доступности качественных медицинских услуг, возможность проживания в безопасной и комфортной среде, наличие серьёзных успехов в медицинских исследованиях и разработке на их основе оптимальных методов лечения, необходимых препаратов и оборудования. Это потребует резкого увеличения и государственных, и частных ассигнований, что (особенно в условиях экономического кризиса) могут позволить себе лишь наиболее развитые и богатые страны. В ряде случаев возможно появление внутри государств своеобразных анклавов, жителям которых – преимущественно из высших слоёв – будет доступен такой же качественный уровень здравоохранения, что и в развитых странах.

Появление стран и анклавов с наиболее благоприятными условиями для сохранения здоровья станет важным фактором перемещения мировой элиты. Вслед за элитой потянутся и высококвалифицированные специалисты – управленцы, врачи, учёные, инженеры, рабочие. Эти процессы приведут к сдвигам в разных сферах жизни – политике, экономике, образовании, науке и культуре. Самые развитые и богатые страны, обеспечив населению современное здравоохранение, ещё более укрепят свои позиции в мире. В остальных государствах внутриполитическая ситуация заметно осложнится. Легитимность власти, которая не сможет создать условий для сохранения здоровья, будет подорвана, противоречия обострятся. Это может привести к ослаблению или даже распаду государственных структур, появлению новых «несостоявшихся» и «хрупких» государств.

Сокращение контактов между людьми и уменьшение числа поездок даёт ещё один мощный толчок для развития информационных технологий. Они будут всё больше внедряться в бизнес, политику, государственное управление, науку, повседневную жизнь. Важным фактором роста дифференциации станет дистанционное образование. В обозримой перспективе оно не заменит полностью очного. Однако в ряде случаев приведёт к падению качества, а в других – наоборот откроет новые возможности для наиболее динамичной части молодёжи. Так, мотивированный студент, не покидая своего университета, получит возможность изучить интересующие его предметы в ведущих вузах мира. Последствия могут оказаться значительно более серьёзными, чем кажется на первый взгляд.

Дальнейшее развитие информационных технологий и здравоохранения приведёт к появлению новых социальных слоёв. Даже если они не будут многочисленными, их влияние, в том числе и на внешнюю политику, постепенно возрастёт как на уровне отдельных государств, так и в глобальном масштабе.

Конечно, пандемия коронавируса привела к разрушению многих международных связей, а в условиях экономического кризиса вполне вероятен рост протекционизма. Однако это не означает прекращения процессов глобализации. Просто они замедлились и несколько видоизменились. Некоторое увеличение роли национальных государств, по нашему мнению, будет происходить только в отдельных случаях и в течение непродолжительного времени. Общее развитие глобализации идёт в том же направлении, что и в последние десятилетия. Влияние России в мире в среднесрочной перспективе будет зависеть от того, насколько успешно она сможет включиться в новые процессы, использовать их в своих интересах и завоевать симпатии новых слоёв населения.

Пандемия и экономический кризис приведут к перегруппировке сил на международной арене. Все без исключения государства понесут потери, но можно с большой долей уверенности предсказать появление новой биполярности – США и Китай. Хотя Соединённые Штаты сильно пострадали из-за последних событий, все факторы, определяющие их роль в мире, сохраняются. Никаких признаков уменьшения числа лиц из высших слоёв общества, желающих переехать в Америку, нет, в том числе и потому, что доверие к американской медицине остаётся значительным.

Вопрос о том, возобновит ли китайская экономика рост или она уже достигла максимума, дискуссионен. Однако несомненно, что Китай уже создал достаточный потенциал для сохранения одного из двух первых мест в мировой экономике. Конечно, перемещение мировой элиты в Китай маловероятно. Модель общественно-политического развития КНР и ранее не была для неё привлекательной. К тому же высшие слои общества многих стран негативно восприняли последние изменения в законодательстве Гонконга. Отъезд из Китая состоятельных людей и высококвалифицированных специалистов длится не один год. В то же время нельзя не отметить появление в китайских университетах студентов, в том числе и российских, из семей бизнесменов, работающих с Китаем. Пекин в течение многих лет тратит значительные средства для привлечения иностранных студентов, но, как и в случае с СССР, среди них очень мало выходцев из высших слоёв общества. Если теперь ситуация изменится, это будет несомненным успехом Китая. В дальнейшем наличие группы университетов, занимающих высшие места в международных рейтингах, может дать Пекину крупные преимущества.

В среднесрочной перспективе отношения США и Китая станут, скорее всего, центральными в международных отношениях. Противоречия останутся острыми, но они будут напоминать «прохладную войну» между Россией и Западом, а не холодную между СССР и США. Главная арена противостояния – экономика. Однако экономически Китайская Народная Республика и Соединённые Штаты значительно больше связаны друг с другом, чем СССР и США прежде или Россия и Запад теперь. По большому счёту и Китай, и США глубоко включены в процессы глобализации и получают от этого существенные выгоды. Коренной перелом в мировом развитии не соответствует интересам ни тех, ни других. Поэтому конфронтация будет протекать в строго определённых рамках, и возможность достижения компромиссов по тактическим, а иногда и стратегическим вопросам реальна. Китай продолжит укреплять военный потенциал, но задача достижения военно-стратегического паритета с Соединёнными Штатами сейчас не ставится. Пекин будет действовать твёрдо в отношении Гонконга, но вряд ли пойдёт на риск прямого столкновения с Вашингтоном из-за территориальных споров в Южно-Китайском море или Тайваня. Роль идеологического компонента в пропагандистских кампаниях также ограничится. Острой конфронтация останется в киберпространстве. Появление американо-китайской биполярности не сделает международные процессы более управляемыми. Более того, тенденция к уменьшению управляемости, вероятно, сохранится. Это даёт другим странам значительную свободу для манёвра.

Объективно американо-китайская биполярность не пойдёт на пользу России и её экономике, где позиции Москвы в ближайшее время вряд ли укрепятся. Мощный военный потенциал может лишь частично компенсировать неблагоприятное соотношение экономических сил. К тому же американо-китайские торговые войны способны дестабилизировать рынок энергоносителей, экспорт которых по-прежнему занимает важное место в российском государственном бюджете. В обозримом будущем Китай вряд ли пойдёт на заключение договоров об ограничении вооружений, что объективно снизит значение всех остальных соглашений по данным вопросам даже при сохранении военно-стратегического паритета между Россией и США. В этих условиях России стоит максимально дистанцироваться от противостояния и определять позицию в каждом конкретном случае, исходя из собственных интересов.

В последние годы между Москвой и Пекином сложились доверительные отношения стратегического партнёрства. Это огромное достижение, которое надо ценить и сохранять. Однако в дальнейшем во взаимодействии России и Китая возможен только количественный, а не качественный рост. Нет никаких признаков, что ШОС и БРИКС превратятся в военно-политические блоки. Китай не стремится к заключению союзов, но подобные призывы иногда звучат в России. Однако вряд ли это принесёт выгоду, так как в рамках и двустороннего, и многостороннего альянса Москва окажется младшим партнёром. Последствиями этого было бы уменьшение её роли в мировых делах, значительное увеличение американского давления и ухудшение отношений с ЕС. Следует отметить, что мнения Пекина и Москвы относительно сложившегося миропорядка совпадают лишь частично. Руководство России выступает за его изменение, а Китай – за изменение правил игры в рамках существующей системы.

Для того, чтобы дистанцироваться от противостояния Вашингтона и Пекина и сохранить самостоятельность в международных делах, России целесообразно добиваться улучшения отношений с Западом и, прежде всего, с Соединёнными Штатами. Похоже, что запрос на изменение статус-кво постепенно формируется и внутри российского общества. В отличие от 1970–1980-х гг., когда для многих советских людей американский и западноевропейский образ жизни служил одним из главных ценностных ориентиров, и 1980-х – начала 1990-х гг., когда правящие круги надеялись на получение крупной экономической помощи от Запада – новом «плане Маршалла», в современной России значительно более реалистично относятся к происходящему. Обычный гражданин не видит преимуществ, которые он может получить от сотрудничества России с Западом – даже в случае резкого потепления отношений, но одновременно в обществе нарастает усталость от международной напряжённости, желание вернуться к нормальной, спокойной жизни. В дальнейшем, особенно в случае осложнения социально-экономической обстановки, такие настроения будут усиливаться, и не считаться с ними нельзя.

«Прохладная война» отличается от холодной меньшей ожесточённостью и интенсивностью, но выход из неё, скорее всего, будет более сложным и продолжительным.

Накопилось множество проблем, причём разноплановых. Если в годы холодной войны договорённости об ограничении вооружений почти всегда стимулировали позитивные сдвиги по другим вопросам, то сейчас, даже если договор 2011 г. о стратегических наступательных вооружениях будет продлён, это не приведёт к улучшению отношений России и США в целом. Для сдвига в позитивную сторону нужно взаимопонимание не только по проблемам вооружений, но и экономики (прежде всего санкций и контрсанкций), региональных конфликтов и так далее. Существующие проблемы сами по себе не исчезнут. Для окончания «прохладной войны» нужна большая работа и политическая воля. В данный момент и в России, и на Западе широко распространено мнение о том, что конфронтация будет сохраняться достаточно долго. Поэтому стоит стремиться к переходу «прохладной войны» в более спокойное русло.

На начальном этапе Москва и Вашингтон могли бы предпринять несколько шагов навстречу друг другу. Они могли бы включать, во-первых, создание нормальных условий для деятельности дипломатических представительств, в том числе снятие ограничений, введённых в последние годы, восстановление закрытых консульств. Это необходимо обеим сторонам – без возобновления переговорного процесса по дипломатическим каналам вряд ли возможны позитивные сдвиги. Во-вторых, важно хотя бы немного снизить накал и масштабы пропагандистских кампаний. В-третьих, России и США целесообразно провести ревизию всех договорённостей по предотвращению случайных столкновений между российскими и американскими военными. Возможно, некоторые из них требуют обновления или дополнения с учётом изменившейся обстановки и появления новых опасных точек. Вряд ли такие столкновения, как, например, в Сирии, приведут к крупному военному конфликту, но общую атмосферу российско-американских отношений они, несомненно, ухудшат.

Реализация данных шагов повысит уровень политического диалога. Сразу он не окажется результативным, но позволит выявить реальные проблемы и возможные точки соприкосновения. После этого уже имеет смысл обсуждать стратегические вопросы взаимодействия России и Запада, причём специфика отношений с США, Великобританией и ЕС должна быть учтена.

Параллельно России следует развивать связи и с другими крупными игроками – Индией, Японией, Южной Кореей, Бразилией, ЮАР. В дальнейшем могут появиться и новые неожиданные партнёры. Позиции России в мире тем сильнее, чем многовекторнее её внешняя политика. Однако в условиях продолжения «прохладной войны» многовекторность тоже имеет пределы – ряд потенциальных партнёров России проявляет сдержанность и осторожность из-за нежелания портить отношения с США.

Россия может укрепить позиции в мире после пандемии и завершения экономического кризиса, включившись в новые процессы, но «прохладная война» будет серьёзным препятствием на этом пути. Её окончание необходимо и России, и Западу. Кроме того, это послужит делу укрепления международной безопасности и сотрудничества.

* * *

«Прохладная война» не была неизбежной, но она и не случайна. Демонтаж системы международных отношений времён холодной войны идёт неравномерно в различных регионах и на разных направлениях. Старые правила игры в современных условиях работают выборочно, а новые формулируются медленно и во многих случаях не становятся общепризнанными. В образовавшемся вакууме появляется почва для столкновений между элементами прошлого и настоящего, причём в самых неожиданных комбинациях. Поэтому возникновение конфликтов, подобных «прохладной войне», вероятно (но не обязательно) и в будущем. Современная «прохладная война» – явление новой эпохи, имеющее свои причины, логику, динамику и инерцию. Соответственно, и пути выхода из неё надо искать совершенно иные. Рецепты XX века в XXI столетии работать не будут.

Россия. Евросоюз. США. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > globalaffairs.ru, 9 ноября 2020 > № 3564050 Константин Худолей

Чтобы преодолеть негативные тенденции в сфере сокращения бедности, странам необходимо сообща добиться устойчивого восстановления

17-летняя М’Балу Такер и до пандемии была бедной. Она живет в Сьерра-Леоне, где только недавно прекратился конфликт, в деревне, где есть только начальная школа и всего одна водоразборная колонка – на всех жителей ее не хватает. В деревне нет ни электричества, ни мощеных дорог.

Такер мечтает продолжить учебу, переехать в город и устроиться на работу в банк, чтобы иметь возможность помогать своей семье, своей деревне и своей стране. Но у ее родителей-крестьян иногда не хватает денег, и им приходится брать кредит, чтобы заплатить за ее учебу.

Судьбу Такер изменил проект по борьбе с пандемией.

Такер вошла в группу молодых женщин – участниц проекта, в рамках которого они учатся делать и продавать мыло. Этот проект осуществляет религиозная организация «Надежда на новый мир» на средства, предоставленные входящей в Группу Всемирного банка Международной финансовой корпорацией. Изготовление мыла не только помогает защитить общины от коронавируса, ни и обеспечивает доходы тем, кто более всех рискует столкнуться с экономическими трудностями.

Каждый день Такер и ее подруги по группе встречаются и планируют, как они будут изготавливать мыло и как распорядятся заработанными деньгами.

«До начала этого проекта мы не могли заработать такие деньги», - говорит она. Однако сегодня она может заплатить за учебу в школе и даже купить учебники.

О лучшем будущем для себя и для своей общины наряду с Такер мечтают миллионы бедных людей по всему миру. Однако сочетание проблем, с которым они сегодня столкнулись, носит беспрецедентный характер.

COVID-19, конфликты и воздействие климатических явлений изменят ситуацию с бедностью на планете

Масштабы крайней бедности неуклонно снижались почти 25 лет. Сегодня – впервые при жизни нынешнего поколения – они растут. Это во многом обусловлено серьезными проблемами – COVID-19, конфликтами и изменением климата, – с которыми сталкиваются все страны, но прежде всего – страны с высокой численностью бедного населения. По прогнозам, рост численности крайне бедных в мире в 2020 году по сравнению с 2019 годом окажется самым значительным с тех пор, как Всемирный банк начал систематически отслеживать ситуацию с бедностью в мировом масштабе. И если COVID-19 – это новый фактор, то конфликты и изменение климата уже много лет способствуют росту масштабов крайней бедности.

В новом докладе Всемирного банка — «Бедность и всеобщее процветание 2020: превратности судьбы» — наглядно показано, что именно угрожает процессу сокращения бедности, и сформулированы рекомендации о способах преодоления этой сложной ситуации.

Численность крайне бедных в период с 1990 по 2017 год резко сократилась – с 1,9 млрд до 689 млн человек. В период с 1990 до 2015 года уровень крайней бедности на планете ежегодно снижался на 1 процентный пункт, однако в период с 2015 по 2017 год снижение составляло менее половины процентного пункта в год.

Основные причины этого торможения были очевидны уже в течение некоторого времени, однако COVID-19 усугубил их воздействие.

Более 40 процентов бедных – это жители стран, затронутых конфликтами. Беднейшие слои населения страдают от сопряженных с насилием конфликтов больше всего. Конфликты уничтожают источники их доходов и стимулы к инвестициям в их общины. Так, например, под воздействием конфликтов в Сирии и Йемене показатели крайней бедности на Ближнем Востоке и Северной Африке в период с 2015 по 2018 год выросли почти в два раза.

Насилие в его крайних формах может стать причиной войн, уносящих жизни людей, уничтожающих их дома, имущество, природные ресурсы, а избавление от этого наследия может занять многие годы.

Еще одной угрозой для сокращения бедности остается изменение климата, причем в ближайшие годы оно усилится. Согласно подготовленным для этого доклада новым аналитическим расчетам, к 2030 году изменение климата ввергнет в крайнюю бедность от 68 млн до 135 млн человек. Наиболее серьезную угрозу изменение климата представляет для стран Африки к югу от Сахары и Южной Азии – регионов, в которых проживает бóльшая часть бедного населения планеты. Среди возможных последствий изменения климата – повышение цен на продукты питания, ухудшение состояния здоровья и угроза стихийных бедствий, например, наводнений, от которых страдают и бедные, и население в целом.

Социальные группы, которые прежде были не столь затронуты бедностью, ощутят ее рост из-за пандемии

Если сопряженные с насилием конфликты и изменение климата уже на протяжении многих лет представляют угрозу для сокращения бедности, то COVID-19 – это самая новая и самая прямая угроза.

Пагубные последствия COVID-19 для сокращения бедности наступят быстро и будут масштабными. Уже в 2020 году пандемия может спровоцировать резкий рост – на 88-115 млн человек – численности живущих за чертой крайней бедности. Этот новоявленный вирус разрушает привычный порядок вещей повсюду – от повседневной жизни до международной торговли. По всему миру самые высокие показатели распространенности заболевания и смертности наблюдаются среди беднейших слоев населения.

«Это означает, что дети не смогут ходить в школу, что возможен рост показателей смертности и недоедания, а также ухудшение качества воды и многих других показателей», – заявил в прошлом месяце на Ежегодных совещаниях 2020 года управляющий директор Всемирного банка по вопросам операционной деятельности Аксель ван Тротсенбург. – «Мы уже видим это по данным о здравоохранении и образовании. Мы обеспокоены этим и стремимся делать все, что только возможно, для решения этой проблемы».

Бедность, причиной которой является COVID, затрагивает и те категории населения, которые прежде находились в относительно благополучной ситуации. Новыми бедными окажутся, с большой долей вероятности, не те, кто всегда был беден, а городские жители, имеющие образование и занятые, скорее, не в сельском хозяйстве, а в сфере неформальных услуг и обрабатывающей промышленности. Возможно, что до 75 процентов «новых бедных» составят жители стран со средним уровнем дохода, таких как Индия и Нигерия.

Настоятельно необходимы оперативные, значимые и содержательные меры стратегического характера

Пандемия COVID-19, конфликты и изменение климата лягут тяжким бременем на людей и на экономику. В докладе «Бедность и всеобщее процветание 2020» показано, что достижение цели сокращения крайней бедности в мире к 2030 году до уровня ниже 3 процентов находилось под угрозой еще до вспышки COVID-19, а сегодня очевидно, что сделать это, не предприняв оперативных, значимых и содержательных мер стратегического характера, не удастся.

Сегодняшняя кризисная ситуация носит экстраординарный характер. Никогда ранее заболевание не перерастало в глобальную угрозу так быстро, как это было с COVID-19. Никогда столь непропорционально высокая доля беднейшего населения планеты не была сосредоточена на территориях и в странах, затронутых конфликтами. Беспрецедентными по своим масштабам являются и вызванные деятельностью человека изменения мировых погодных условий.

«Мы рыдаем и просим о помощи», – говорит Такер. Нынешняя реакция мирового сообщества на эти серьезнейшие проблемы напрямую определит, удастся ли обратить впять сегодняшний регресс в области сокращения бедности, и получат ли миллионы людей, подобных Такер, ее родным и соседям, шанс побороться за свои возможности и свою мечту.

Ближайшими первоочередными задачами повсюду должны быть спасение жизней и восстановление источников доходов. Для этого уже есть некоторые средства, например, существующие системы социальной защиты. Так, в Бразилии и Индонезии расширены действующие программы денежных трансфертов.

Группа Всемирного банка помогает странам в их усилиях как по решению первоочередных задач – спасению жизней и защите источников доходов людей, так и по обеспечению – в средне- и долгосрочной перспективе – устойчивого восстановления. Группа Банка наращивает масштабы своей поддержки тем регионам, где растет концентрация крайне бедного населения, где особенно велики масштабы вооруженных конфликтов, и где большие группы населения сталкиваются с серьезными рисками, связанными с изменением климата, – от наводнений до нашествий саранчи.

«Сегодня мы работаем над решением множества неотложных задач, включая оказание продовольственной помощи, обеспечение возможности установления цифровых соединений и равного доступа к средствам диагностики и лечения COVID-19 и вакцинам против этого заболевания», – отметил Президент Группы Всемирного банка Дэвид Малпасс. – «Но мы не можем ограничиваться мерами непосредственного реагирования на пандемию, и политикам следует сохранять в поле зрения более масштабные проблемы развития».

Опыт действий в чрезвычайных ситуациях может пригодиться для содействия долгосрочному развитию – и наоборот

Бороться с COVID-19 чрезвычайно важно, однако странам следует продолжать реализацию решений, направленных на преодоление сохраняющихся препятствий к сокращению бедности.

Авторы доклада «Бедность и всеобщее процветание 2020» рекомендуют внедрить подход, основанный на двух дополняющих друг друга направлениях деятельности: принимать эффективные экстренные антикризисные меры в краткосрочной перспективе и, в то же время, продолжать акцентировать внимание на фундаментальных проблемах развития, включая конфликты и изменение климата.

1. Устранение разрыва между политическими устремлениями и достижениями

Между сформулированной политикой и ее реализацией на практике, а, следовательно, между тем, чего граждане по праву ожидают, и тем, что они ежедневно испытывают, слишком часто существует большой разрыв.

Политические устремления могут быть похвальными, но в том, в какой мере они могут быть реализованы и какие группы от них выиграют, весьма вероятны существенные различия. Например, на местном уровне тем, кто имеет в общине наименьшее влияние, могут быть недоступны основные услуги. А на мировом уровне отражением соображений политической экономии станет то, в какой степени богатые и бедные страны получат доступ к ограниченным мировым запасам медицинского оборудования. Чрезвычайно важно разработать такие стратегии реализации, которые способны обеспечить быстрое и гибкое реагирование в целях устранения пробелов.

2. Активизация обмена опытом, повышение качества данных

Мы по-прежнему многого не знаем о новом коронавирусе. Стремительность и масштабы его воздействия на мировое сообщество были таковы, что с ним не сумели справиться системы реагирования ни в богатых, ни в бедных странах. Инновационные решения часто находят общины и фирмы – возможно, они четче представляют себе, каким проблемам следует уделять приоритетное внимание, и обладают на местном уровне большей легитимностью в плане объявления и обеспечения выполнения сложных решений, таких как требования оставаться дома. Чем быстрее все начнут перенимать опыт друг друга, тем полезнее это будет.

Например, получивший широкое одобрение подход Республики Корея к борьбе с COVID-19 отчасти объясняется ее сознательным стремлением извлечь уроки из «болезненного опыта» борьбы с коронавирусом – возбудителем ближневосточного респираторного синдрома в 2015 году.

3. Инвестиции в готовность и профилактику

Быть может, принцип «плати сейчас или плати позже» – это клише, но сегодня мировое сообщество, несомненно, усваивает этот урок снова – на горьком опыте. С политической точки зрения отдача от профилактических мер зачастую низка, а предотвратившим бедствие редко отдают должное. Со временем люди, не сталкивавшиеся в своей жизни с бедствиями, могут ослабить бдительность, полагая, что такие риски устранены или могут быть легко устранены в случае их возникновения.

COVID-19, наряду с изменением климата и принявшими хронический характер конфликтами, напоминает нам о важности всесторонних и упреждающих инвестиций в меры готовности и предупреждения.

4. Расширение сотрудничества и координации

Чтобы наращивать и сохранять общественные блага, необходимы широкомасштабное сотрудничество и координация действий. Это имеет решающее значение для содействия повсеместному учету накопленного опыта и совершенствованию основ разработки политики на основе данных, а также для формирования чувства общей солидарности во время кризисов и обеспечения того, чтобы непростые политические решения, принимаемые должностными лицами, вызывали доверие и заслуживали доверия.

Наконец, эффективные ответные меры должны начинаться с понимания того, что делает эти проблемы не просто разными и трудными, но и столь важными для бедных слоев населения. Неспособность действовать комплексно и безотлагательно создаст в будущем еще бóльшие проблемы. Каким бы важным ни было преодоление этих потрясений сегодня, необходимо постоянно уделять пристальное внимание текущей повестке дня в области развития – содействию экономическому росту в интересах всех слоев населения, инвестициям в человеческий капитал и производительные активы и их защите: только в этом случае страны смогут и далее устойчиво сокращать масштабы бедности.

Но преодолевать даже такие масштабные превратности судьбы, как вспышка COVID-19, необходимо и возможно. Так уже бывало в прошлом, причем в ситуациях, когда проблемы – искоренение оспы, прекращение Второй мировой войны, закрытие «озоновой дыры» – казались в тот момент непреодолимыми, – и повторится в будущем.

Чрезвычайную ситуацию, с которой сегодня столкнулось мировое сообщество, в одиночку не способна урегулировать, а тем более предотвратить, ни одна страна. В будущем готовиться к кризисам, предупреждать и преодолевать их нужно будет сообща и в мировом масштабе. Преодолеть даже такие масштабные превратности судьбы, как нынешняя вспышка COVID-19, возможно. Это много раз удавалось в прошлом, и это снова удастся в будущем. Для решения проблем в области развития, больших или малых, мировое сообщество должно без промедления присягнуть принципу совместных действий во имя устойчивого восстановления, чтобы сделать всё, что в его силах, для помощи миллионам людей, подобных Такер и ее односельчанам.

Встреча с Президентом Сирии Башаром Асадом

В режиме видеоконференции состоялась встреча Владимира Путина с Президентом Сирийской Арабской Республики Башаром Асадом.

В.Путин: Уважаемый господин Президент, добрый день!

Рад Вас видеть.

Россия продолжает прилагать активные усилия по содействию долгосрочному урегулированию в Сирийской Республике, восстановлению её суверенитета, независимости, единства и территориальной целостности.

В этой связи нельзя не отметить и эффективную работу, проводимую в рамках Астанинского формата с участием наших партнёров из Ирана и Турции. Совместными усилиями нам удалось многого достичь: очаг международного терроризма в Сирии фактически ликвидирован, заметно снижен и уровень насилия, налаживается мирная жизнь, ведётся инклюзивный политический процесс под эгидой Организации Объединённых Наций.

Принципиально важное значение на данном этапе имеет и задача постконфликтного восстановления Сирии, в первую очередь возвращение на родину сирийских беженцев и внутренне перемещённых лиц. Как известно, это является одним из ключевых условий основополагающей резолюции 2254 Совета Безопасности ООН.

На сегодняшний день за пределами Сирии находятся, к сожалению, более шести с половиной миллионов беженцев. Подавляющее большинство из них – трудоспособные граждане, которые могли бы и должны участвовать в восстановлении своей страны. Кроме того, их возвращение отвечает и внутренним интересам принимающих государств, прежде всего соседей Сирии, поскольку нагрузка на них достаточно серьёзная, они вынуждены нести значительные расходы по временному размещению и обеспечению сирийцев. Не говорю уже о том, что беженцы из числа молодёжи зачастую попадают под влияние радикальных элементов, вступают в ряды боевиков и могут представлять угрозу для стран пребывания.

Ещё в 2018 году я обращался к международному сообществу с призывом поддержать инициированный Правительством Сирии, Вами, господин Президент, процесс возвращения на родину сирийских беженцев и внутренне перемещённых лиц. Тогда же мы с Вами условились расширить двустороннее взаимодействие на данном направлении, в частности, были сформированы межведомственные координационные штабы.

В самой Сирии по сей день принимаются меры по улучшению условий жизни и труда, снимаются различные ограничения политического, социального да и психологического плана.

Предпринятые усилия дают результат. Из-за рубежа вернулось свыше восьмисот пятидесяти тысяч сирийских граждан, а в места постоянного проживания внутри страны возвратилось более одного миллиона трёхсот тысяч человек. Это, безусловно, Ваша заслуга, господин Президент. Это в целом хорошо. Но масштаб гуманитарной катастрофы – а по-другому это назвать нельзя – всё ещё остается весьма значительным.

Сейчас, когда на большей части территории Сирии наступили мир, спокойствие, есть хорошая возможность обеспечить массовое возвращение беженцев домой. И конечно, важно, чтобы этот процесс шёл естественным путём, без принуждения. Каждый сириец должен принять решение самостоятельно, получив достоверную информацию о положении дел у себя на родине, в том числе о предпринимаемых Вами, господин Президент, руководством Сирии шагах по налаживанию мирной жизни.

Именно на это и нацелена Международная конференция по беженцам и внутренне перемещённым лицам, которая состоится 11 и 12 ноября в Дамаске. Россия всецело поддерживает это мероприятие, активно помогает в его подготовке и проведении. Своё участие подтвердили представители многих государств, а также Организации Объединённых Наций и Международного Комитета Красного Креста.

Российская делегация будет одной из самых многочисленных, в неё войдут специалисты более 30 министерств и ведомств. Помимо активного участия в работе форума они планируют провести контакты с сирийскими коллегами для обсуждения наиболее актуальных вопросов двустороннего сотрудничества. Кроме того, к мероприятию будет приурочена передача Сирии более 65 тонн гуманитарного груза.

Рассчитываем, что конференция станет результативной, позволит активизировать процесс массового возвращения беженцев и тем самым будет способствовать достижению долгосрочной нормализации в Сирии.

Надеюсь, что успех будет обеспечен. Мы, во всяком случае, господин Президент, будем всячески к этому стремиться.

Спасибо.

Б.Асад (как переведено): Большое спасибо, господин Президент!

Я рад сегодня организовать с Вами эту видеоконференцию, особенно в преддверии Международной конференции по беженцам, которая в ближайшие дни будет созвана в Дамаске.

Благодарю Вас за Ваше внимание к этой проблеме – проблеме беженцев. Это гуманитарная проблема, однако многие государства мира пытаются её политизировать. Но это национальная проблема, и все власти в Сирии заинтересованы в её решении. Это один из главных приоритетов нашего правительства на следующем периоде, особенно после того, как была освобождена значительная часть территории Сирийской Арабской Республики и мы смогли на этих территориях искоренить терроризм.

Естественно, этот вопрос пользуется приоритетностью, но мы помимо этого вопроса хотим, естественно, обсудить и другие вопросы.

Как Вам известно, господин Президент, многие беженцы, многие ВПЛ бежали из-за страха перед терроризмом; другие бежали из-за того, что была разрушена инфраструктура, они потеряли места для работы.

Мы продолжаем поддерживать непосредственные контакты с большой частью государств, в которых проживают эти беженцы. Знаем, что они пытаются вернуться в страну. Они очень сильно хотят вернуться, особенно после того, как Сирия предоставила определённые льготы, которые стимулируют процесс возвращения.

Однако проблема, что остаётся в некоторых регионах нашей страны терроризм наряду с тем, что в отношении Сирии действует экономическая блокада, в отношении её народа действует блокада – это не помогает нам обеспечивать первоочередные потребности сирийских беженцев. Школы закрыты и разрушены, в принципе первоочередные услуги сложно обеспечить.

Кроме того, беженцы, которые возвращаются, должны иметь перед собой определённые горизонты для нормальной жизни, а проблема в том, что накладываемое Западом эмбарго представляет огромную сложность в реализации этих задач.

Мы большие надежды возлагаем на эту конференцию, надеемся, что результаты будут практические. Сирийцы не только готовы, но и с большим воодушевлением хотят реализовывать практические договорённости на протяжении ближайших месяцев сразу после конференции. И мы знаем, что большая часть беженцев поддерживает сирийское правительство, но, к сожалению, сейчас условия не позволяют им вернуться.

Мы ценим заинтересованность других государств участвовать в этой конференции. Надеемся на то, что будет возможность немного облегчить нынешнее экономическое эмбарго или его прорвать совместными усилиями, для того чтобы сформировать подходящие условия для возвращения беженцев.

Ещё раз, господин Президент, благодарю Вас за эту возможность связаться с Вами, благодарю Вас за внимание, которое Вы и Российская Федерация, руководство Российской Федерации уделяете этому вопросу и, несмотря на всё международное давление, на международные санкции против этой конференции, вы помогаете нам её организовать.

Мы уверены в том, что это будет успешно, и нацелены на дальнейшее сотрудничество и с Российской Федерацией, и с другими заинтересованными государствами по этому вопросу. И уверены, что по аналогии с итогами Второй мировой войны правда за нами и мы сможем её отстоять.

Благодарю Вас ещё раз за поддержку Дамаска, поддержку правительства Сирийской Арабской Республики в преодолении этого кризиса, в постконфликтном восстановлении и возвращении беженцев.

Спасибо.

В.Путин: Господин Президент, предлагаю коротко поговорить по некоторым деталям, связанным с организацией этого мероприятия, и, может быть, несколько слов по нашим двусторонним отношениям.

Пять лет в «германском рабстве»

Пять лет назад Ангела Меркель открыла границы страны для более чем миллиона «сирийских» беженцев, большинство из них лишь притворялись сирийцами, спасавшимися от «злого Асада».

Немцы с показным радушием встречали их плакатами: «Мы вас любим». Сегодня от той демонстративной официальной любви не осталось и следа.

Обозреватель «Дейли мейл» Сью Рейд, изучившая печальную судьбу недавнего «великого переселения народов» в Германию, рассказывает, что множество беженцев, чтобы избежать депортации, пытались скрыться из своих лагерей, жить на улицах вместе с бездомными бродягами. Кто-то перебирался на берег Ла-Манша, чтобы любым способом перебраться в Великобританию.

Беженец из Эритреи говорит, что в центре Гамбурга он постоянно натыкался на немцев, которые указывали на него пальцем и посылали чернокожего чужака куда подальше. Он не получил разрешения на проживание в Германии, не было ни работы, ни денег. Оставался лишь путь в Англию.

Мигрантов десятками тысяч в год насильственно депортируют из Германии. Делается это предельно скрытно: ранним утром в общежития вторгается полиция, на людей надевают наручники, кому-то сковывают и ноги, заталкивают в автобусы, и через пару часов они оказываются там, откуда с таким трудом бежали. Германские суды на поток поставили выдачу постановлений о выселении незаконных переселенцев.

«Я не могу больше жить в этой странной стране, где люди отводят в сторону глаза, когда видят рядом с собой в автобусе араба-мигранта», - объяснил беженец Салех врачам госпиталя, куда его привезли после попытки самоубийства.

Иммигрант из Ирана, устроившийся на автомобильный завод в Лейпциге, жалуется, что с беженцами обращаются как со скотом: «С нами говорят, как с двухлетними детьми, как будто мы умственно неполноценные, потому что не являемся немцами. Они ежедневно депортируют людей. Хуже всего приходится африканцам, их нанимают уборщиками за один евро в день. Это современное рабство. Я видел, как депортировали африканца: он сопротивлялся, ему сделали укол и просто вынесли на улицу. Убежище дают только сирийцам. Хотя я и работаю, меня могут выслать в любой день. За деньги можно переправиться в Британию, это так же легко, как купить билет на поезд».

Сейчас в списках на депортацию из Германии значатся 200 тысяч нелегалов, которым отказали в убежище. Их высылку поддерживает большинство немцев, она проводится безжалостно и методично.

На недавнем рейсе в Кабул из Лейпцига 45 афганцев находились под охраной 70 сотрудников службы безопасности. Некоторых перевозят закованными в наручники. Полицейские поясняют, что депортируемые пребывают в крайне взволнованном состоянии, они кусаются, царапаются и плюются. Во время таких полетов некоторые сопровождающие получают тяжелые ранения.

Немцы депортируют всех нелегалов вне зависимости от причин, побудивших их покинуть родину. Африканцев в Африку, украинцев на Украину, чеченцев в Россию. В Германии создана мощная организация, которая занимается этими высылками. Фрау Меркель исправляет свою ошибку - она превратила страну в самое ненавистное место для незаконных иммигрантов. Люди, кто туда попадает, думают только о том, чтобы как можно быстрее заработать денег и убраться подальше от мирных бюргеров.

Николай Иванов

"Сделаю все, что в моих силах"

За восемь лет на посту министра обороны Сергею Шойгу удалось высоко поднять престиж военной службы

Текст: Иван Петров

Ровно 8 лет назад министром обороны России был назначен Сергей Шойгу. Это решение Владимира Путина, напомним, тогда удивило всех. Ведь создатель российского МЧС Сергей Шойгу к тому моменту только полгода как был назначен губернатором Московской области. Он очень активно взялся за дела Подмосковья, и в этот момент ему поступает предложение от президента возглавить минобороны. "Учитывая обстановку, которая сложилась вокруг министерства обороны, для того чтобы создать условия для объективного расследования всех вопросов, мной принято решение освободить министра обороны Сердюкова от занимаемой должности", - сказал на встрече с Сергеем Шойгу глава государства. Напомним, тогда вовсю гремело "дело "Оборонсервиса", и так как Анатолий Сердюков близко знаком с главной обвиняемой по этому делу Евгенией Васильевой он написал заявление об уходе в отставку. Да и дела в армии и на флоте, чего уж греха таить, тогда шли совсем не гладко. Сергей Шойгу признался, что для него предложение президента стало неожиданным. "Благодарю за доверие и сделаю все, что в моих силах", - сказал при назначении он.

Президент России Владимир Путин тогда поставил перед министром обороны масштабные задачи. Президент взял курс на полную модернизацию армии и флота, оснащение самым современным оружием, на создание высокопрофессиональной армии. Немалые силы и средства были брошены на достижение этих стратегических целей. Многие из них уже достигнуты.

За время руководства Сергеем Шойгу Вооруженными силами, по словам военных экспертов, кардинально повысился престиж военной службы. В 90-е годы прошлого века и начале 2000-х военнослужащие старались даже не выходить за пределы части в форме. Социальное положение служивых было на крайне низком уровне, военным приходилось брать подработки - многие офицеры вынуждены были по ночам выходить на дежурства охранниками. А матери боялись отдавать сыновей в армию.

В настоящее время доверие общества к армии составляет более 90 процентов (согласно данным ВЦИОМ). Сегодня в армию идти уже никто не боится. Исчезло и такое понятие, как дать взятку военкому, чтобы отмазаться от призыва. Более того, были уже случаи, когда военкомов "умасливали", чтобы они взяли парня в войска. Служить стало комфортно. Солдатам не приходится драить полы и чистить картошку, как раньше. Служебное время они посвящают исключительно обучению военно-учетной специальности. Сергей Шойгу сделал социально-бытовые условия для всех военнослужащих максимально комфортными. Во всех казармах появились душевые и стиральные машины. Питание в частях сделали в формате "шведских столов".

В то же время полным ходом идет перевооружение войск. Оружие стало высокотехнологичным - на новых физических принципах. Доля современных образцов должна составить в 2020 году более 70 процентов. Впервые за историю новой России по периметру нашей границы создано сплошное радиолокационное поле системы предупреждения о ракетном нападении.

Решена многолетняя проблема с военнослужащими, состоявшими в распоряжении до обеспечения жильем. Уволить их без предоставления квартиры не могли, а срок службы уже вышел. В итоге многие военные по несколько лет оказывались в подвешенном состоянии - без воинских должностей, но и не уволенными. Сейчас перед отставниками выполнены все социальные обязательства.

При Сергее Шойгу удалось возродить военную медицину. В период пандемии построено и функционирует свыше 20 многофункциональных медцентров. Скорость постройки таких центров вызывала удивление и восхищение у специалистов. Видимо, тут сказалось строительное образование министра обороны.

Военное образование, в том числе довузовское (суворовские и нахимовские училища, а также кадетские корпуса), стало престижным. Число претендентов на места в военные вузы в настоящее время не меньше, чем в ведущие гражданские вузы страны. По заверениям военных, оснащенность учебно-материальной базы их вузов в разы лучше, чем у гражданских учебных заведений.

За тот период, что Сергей Шойгу у "руля" военной машины, войска уже дважды участвовали в крупных стратегических операциях, которые принесли значимый результат. Благодаря Воздушно-космическим силам России Сирия сохранила свое существование как государство. Сегодня в местах дислокации российской группировки войск в Сирии развернута современная военная и социальная инфраструктура. В Тартусе завершено строительство судоремонтного комплекса. При этом все российские военные объекты надежно прикрыты системой ПВО и комплексами РЭБ.

Военные обеспечили защиту граждан Крыма в 2014 году, когда на Украине была свергнута официальная власть, и группы радикально настроенных националистов уже ехали в сторону полуострова.

Важной заслугой министра обороны Шойгу является возросшая в разы интенсивность боевой подготовки. Войска регулярно задействованы во внезапных проверках, учениях, масштабных международных маневрах.

Продолжается развитие объектов военной инфраструктуры в Арктике. Всего уже построено 590 объектов общей площадью более 720 тысяч квадратных метров. Активно ведется очистка территории Арктики.

Министерство обороны активно занялось военно-патриотическим воспитанием молодежи. Движение "ЮНАРМИЯ" охватывает все субъекты РФ и объединяет более 700 тысяч подростков.

В ознаменование 75-й годовщины Великой Победы освящён и открыт Главный храм Вооружённых Сил. В мультимедийном музейном комплексе "Дорога памяти" впервые в мировой истории увековечена память о 33-х миллионах участниках Великой Отечественной войны. В настоящее время продолжают размещаться сохранившиеся фотографии и фронтовые письма.

"Благодаря Сергею Шойгу Российская армия сейчас занимает мировые лидирующие позиции в военной сфере, а военные профессии считаются одними из самых престижных в стране", - считает председатель президиума общероссийской организации "Офицеры России", Герой России, генерал-майор Сергей Липовой.

По словам военного эксперта, в первую очередь следует отметить успешную реформу Вооруженных Сил РФ, проведенную Сергеем Кужугетовичем. "За время его нахождения на посту министра обороны РФ в армии было решено большое количество серьезных проблем: отлажено создание и поставка новой военной техники, отвечающей самым современным требованием, изменено и улучшено форменное обмундирование, решен "квартирный вопрос", военные обеспечены хорошими льготами и достойной зарплатой. Армия стала более современной и профессиональной, что было доказано операциями в Крыму и в Сирии. Кроме того, военные получили возможность демонстрировать свое мастерство и оттачивать навыки на ежегодных играх "Армия"", - отметил генерал Липовой.

Интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова для документального фильма «Сергей Шойгу. Спешу жить», Москва, 6 ноября 2020 года

Вопрос: Вы с С.К.Шойгу часто работаете параллельно или вместе на международных переговорах. Какой он переговорщик? Как он ведет себя на переговорах?

С.В.Лавров: Он одновременно и жесткий, и гибкий переговорщик.

Я его знаю и лично, и как переговорщика достаточно давно. Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС) было создано «с нуля» в конце 1980-х гг. В период, когда Советский Союз исчезал, МЧС только вставало на ноги. Работа была проделана колоссальная. Об этом уже много написано и сказано. Я в то время – с 1992 г. по 1994 г. – был заместителем Министра иностранных дел и занимался в том числе тем, что происходило на пространстве СНГ. Как раз тогда имели место критические события в Приднестровье, Абхазии и Южной Осетии. Сергей Кужугетович активно занимался тем, что мы называем «гуманитарной дипломатией» – доставкой гуманитарных грузов людям, которые оказались в зоне конфликта. И одновременно, с первых же дней функционирования в качестве руководителя различных гуманитарных операций он видел в них потенциал для дипломатии. Он примирял враждующие стороны. Так было и в Абхазии.

Я помню, что одним из результатов этой нашей общей работы было подписание договоренности в Москве между Председателем Государственного Совета Грузии Э.А.Шеварднадзе и Президентом Абхазии В.Г.Ардзинбой.

Вопрос: Это был один из самых тяжелых документов?

С.В.Лавров: Один из самых тяжелых документов. К сожалению, грузинская сторона не стала его выполнять.

Впоследствии мы работали в разных географических координатах.

Я уехал в Нью-Йорк. Он работал в Москве, но несколько раз приезжал, потому что гуманитарная дипломатия оказалась востребованной не только на пространстве СНГ, но и в глобальном масштабе. После незаконной операции НАТО против Югославии был балканский кризис. Затем наступил иракский кризис. И в том, и в другом случае сотрудники МЧС активно участвовали в международных операциях по доставке гуманитарной помощи, по использованию своего нейтрального статуса для примирения враждующих сторон. Эта работа была весьма эффективной. В Ираке наше МЧС во главе с С.К.Шойгу участвовало в операции «Нефть в обмен на продовольствие». Ираку разрешали продавать нефть, а взамен Республика получала товары, прежде всего из Российской Федерации.

В последние годы, когда Сергей Кужугетович работает не в МЧС, а в Министерстве обороны Российской Федерации, прежде всего на ум приходит Сирия, но не только. Наши военные вместе с дипломатами активно продвигают диалог с зарубежными партнерами. Есть формат «два плюс два». Вот уже несколько раз встречались министры иностранных дел и министры обороны России и Японии, проводили контакты. Недавно в таком формате встречались с французами. С итальянцами есть такой же формат. В свое время был формат «два плюс два» между нами и американцами, но он давно уже ушел в небытие, хотя мы были бы готовы возобновить общение в таком формате.

Вопрос: Он может идти на компромиссы? Или только до определенных границ?

С.В.Лавров: Я сказал, что он одновременно и жесткий, и гибкий переговорщик. Он понимает, что в переговорах мы достигли точки, партнер действительно раскрыл все свои карты, и в этот момент возможны договоренности, которые будут устраивать обе стороны и которые очень важно зафиксировать. Я считаю этот стиль не только абсолютно адекватным, но и единственно возможным, потому что «пережимать» партнера или делать уступки прежде, чем партнер будет на грани своих компромиссных позиций, было бы контрпродуктивно. Сергей Кужугетович очень тонко чувствует эту линию, за которой лучше не «передавить». Между прочим, это и наш принцип в дипломатии тоже.

Вопрос: Что вас связывает в человеческом плане? Вы ведь часто вместе, не только на переговорах.

С.В.Лавров: Мы подружились еще с тех пор, когда я работал в Нью-Йорке. Он приезжал туда с большой делегацией, рассказывал мне, как едят мясо в Сибири – такая интересная история, есть отличия. Когда я вернулся из Постоянного представительства России при ООН в Нью-Йорке, я подключился к команде, которую Сергей Кужугетович создал за несколько лет до этого и которая занималась спортом, прежде всего футболом. Так родился наш неформальный клуб. Впоследствии он еще обрел хоккейное измерение. Сергей Кужугетович сейчас играет в основном в хоккей. При его непосредственном активном участии была создана Ночная хоккейная лига, которая весьма популярна не только у наших спортсменов-ветеранов, любителей, но и у политиков. А у нас сложилась Народная футбольная лига, Попечительский совет которой я возглавляю, и которая ежегодно проводит общероссийские чемпионаты, пользующиеся огромной популярностью. Так что мы, по сути дела, каждые выходные обязательно общаемся в неформальной спортивной обстановке, обсуждаем без официоза самые разные вопросы. Это помогает.

Вопрос: А как он ведет себя на поле? Он любит «игру в поддавки»?

С.В.Лавров: Нет, на поле он не любит «игру в поддавки». Он играет по правилам, но никаких поблажек никому не дает. В общем-то, и ему не дают поблажек.

Вопрос: Вы бережете себя? Ведь можно попасть и на силовой прием.

С.В.Лавров: Ну, что делать… Бывает, азарт захлестнет таким образом, что забываешь о здоровье, о возрасте. Но без этого я себя не представляю. Это настолько поддерживает тебя в рабочем состоянии, что мне даже трудно с чем-то сравнить. Регулярный спорт на воздухе, причем именно игровой спорт. Я не люблю монотонных видов спорта, а вот в игре, прежде всего в футболе, люди раскрываются очень активно и ярко.

Вопрос: А в чем он раскрылся?

С.В.Лавров: По призванию он нападающий, хотя и Министр обороны. Но лучшая оборона – это нападение. Всем это известно еще из военной науки. В спорте примерно то же самое. Очень азартный и не любит проигрывать. Но никто не любит проигрывать из людей, которые чего-то в этой жизни достигли. Так что это, на самом деле, одна из очень существенных составляющих его жизни.

Вопрос: Он любит проводить отпуск на родине, любит природу. Это известно. Вы как-то вместе отдыхали? Вам удалось провести с ним хотя бы несколько дней на природе?

С.В.Лавров: Неоднократно отдыхали в Хакасии и в Туве. По интересному совпадению и в Хакасии, и в Туве я впервые оказался еще в 1960-е гг., когда ездил в стройотряды, еще будучи студентом МГИМО. Поэтому мне было очень интересно вновь наведаться в те места, особенно с таким следопытом, знатоком тайги, как Сергей Кужугетович.

Вопрос: А он действительно знаток?

С.В.Лавров: Он знаток тайги, повадок зверей. Наблюдать за фауной под его приглядом – это, на самом деле, очень интересно.

Вопрос: Он меняется, когда попадает в ту обстановку? Здесь он все-таки, как правило, в официальной обстановке. Там – в сапогах, комбинезоне.

С.В.Лавров: Конечно. Абсолютно открытый человек. По нему видно, как он наслаждается этим «запахом тайги», как у нас раньше пели в песнях. Периодически у него возникает желание срочно «перезагрузиться», как он говорит, хотя бы на несколько дней. И я его понимаю. Там фантастическая природа, потрясающие реки, по которым мы сплавлялись. Рыбалка и, конечно, животный мир, который там можно наблюдать, поражает.

Вопрос: Вы что-нибудь поймали?

С.В.Лавров: Регулярно ловили рыбу и обеспечивали себя.

Вопрос: А что готовили?

С.В.Лавров: Жареную рыбу, уху. Там, собственно, нет особых разносолов, но само качество сибирских рыб уникально.

Вопрос: Во многом мне представляется, что он человек, сделавший себя сам. Он из глубинки. Я как-то открыл для себя, что он мог бы даже не быть гражданином Советского Союза, ведь Тува вошла в состав СССР в 1944 г. Насколько его подпитывают народные традиции, знания народных обычаев? Или он вообще забыл про это и стал «человеком мира»?

С.В.Лавров: Нет, ничего подобного. Он очень ценит свое происхождение, свой народ и его традиции, очень любит и всячески популяризирует знаменитое тувинское горловое пение. Он, на самом деле, очень заботится о том, чтобы его Республика развивалась. Активно лоббирует создание там необходимой инфраструктуры, прежде всего, транспортной. Я считаю, что это абсолютно правильный подход.

Он помнит о своей родине, но при этом, действительно, является человеком мира в том смысле, что, сколько я его знаю – начиная с МЧС и вот сейчас, являясь Министром обороны, – он и в той, и в другой своей должности, в этих своих работах он понимал значение внешних факторов для достижения результатов. Понимал значение международного сотрудничества, чтобы все, что есть у России в плане влияния – будь то гуманитарная дипломатия или военная сфера – необходимо использовать для укрепления позиций России на международной арене. Он это интуитивно чувствовал с самого начала. Я уже перечислял международные операции, в которых участвовало МЧС под руководством С.К.Шойгу и те операции, которые проводятся, в частности, в Сирии, когда он стал Министром обороны. География огромная – это Закавказье, Балканы, Ирак, Сирия, Приднестровье.

Вопрос: Я понимаю, что мы разговариваем на дипломатическом языке, но, может быть, вспомните какую-то ситуацию, короткую мини-историю, связанную с подготовкой к переговорам? Я имею в виду возникающие острые моменты, даже стычки, как во время переговоров с представителями грузинской организации «Мхедриони», когда были жесточайшие споры. Как-то я сам случайно краешком глаза подсмотрел, как идут переговоры с представителями таких достаточно агрессивных формирований. Не всегда они идут на дипломатическом языке, по крайней мере, тогда, в 1990-е гг. Очень жестко, нелицеприятно. Может быть, припомните какую-то ситуацию?

С.В.Лавров: Так сразу я, наверное, ничего не вспомню. Но я уже подчеркивал, что стиль Сергея Кужугетовича – это жесткость и одновременно понимание необходимости компромиссов. Я считаю, баланс, который ему удается обеспечивать, оптимален.

Вопрос: Он поет?

С.В.Лавров: Поет. И любит это делать.

Вопрос: Вы подпеваете или он солирует?

С.В.Лавров: Бывает, мы поем вместе. Но все это зависит от настроения и компании.

Вопрос: Какие песни любимые? Что поете?

С.В.Лавров: Советские: «Надежда», «Забота у нас такая» и другие. Очень любим В.С.Высоцкого, Б.Ш.Окуджаву.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 6 ноября 2020 > № 3576518 Сергей Лавров

Новая франко-турецкая битва

Франция по-прежнему остается едва ли не главным историческим соперником Турции на Средиземноморье.

Походы Наполеона на Ближний Восток, взятие Александрии и Каира, битвы на Балканах существенно ослабили Османскую империю.

С тех пор Франция и Турция еще не раз сходились на поле битвы, чего только стоила кровопролитная Киликийская кампания со вторжением в 1920 году французских войск в южные турецкие провинции. На время две страны стали союзниками в блоке НАТО и вместе участвовали в международной интервенции в Сирии для свержения неугодного Западу президента Башара Асада. И вот сегодня они вновь оказались на грани войны.

Франция в зоне своих средиземноморских интересов столкнулась с вышедшим из-под контроля турецким лидером. Сначала Эрдоган сцепился с Пятой республикой на ливийском фронте, затем Франция встала, как и в прежние времена, на сторону Греции и Кипра, у которых Турция отжимает подводные залежи углеводородов.

Макрон объявил, что некоторые французские мусульмане исповедуют взгляды, противоречащие ценностям республики, и создают свое контрсообщество. Эту полемику обострило убийство террористом французского учителя, показавшего ученикам карикатуру на пророка Мухаммеда. После чего эти изображения стали проецироваться французами на стены домов в ряде городов.

После того как Париж отозвал посла из Анкары, напряжение только нарастало, да тут еще Франция поддержала Армению в войне с Азербайджаном, а фактически и с Турцией. Недавно Эрдоган призвал мусульман мира к бойкоту французских товаров в знак солидарности с их «братьями» во Франции. Правда, ему вняли лишь некоторые союзники и, чтобы ублажить нового султана, для вида убрали из супермаркетов французские молочные продукты.

Но самый большой урон понесла сама Турция - курс лиры обрушился. На ее поддержку правительство за последние 18 месяцев уже потратило 134 миллиарда долларов, турецкий валютный резерв быстро пустеет, а лира обесценилась на 25 процентов и продолжает падение.

Эрдоган мечется с одного фронта на другой, а в Сирии авиация России и США принялась, к большому неудовольствию Турции, уничтожать идлибских террористов. Наши ВКС разносят лагеря джихадистов почти на самой границе с Турцией. Вполне реальной становится и угроза ощутимого удара от Евросоюза, который является главным рынком для турецких товаров. Экономические санкции ЕС обрушат турецкие экономику и финансы.

Аналитики Европейского совета говорят, что Макрон и Эрдоган нашли в лице друг друга идеальных противников, решающих в ходе кризиса свои внутриполитические проблемы. Но в истории уже не раз бывало, когда яростные перепалки и взаимные обвинения переходили в реальные боевые действия.

Почувствовав, что дело совсем плохо, Эрдоган бросился звонить Путину. Он понимает, что зашел слишком далеко.

Николай Иванов

В кого целился «венский стрелок»

Страшные кадры расстрела прохожих в Вене заставили вздрогнуть даже тех, кто привычен к телестрашилкам и кровавым репортажам из горячих точек

Олег Шевцов, политический обозреватель «Труда»

Новая волна исламского террора прокатилась по Евросоюзу, сосредоточенному на борьбе с коронавирусом и преодолении разрастающегося экономического кризиса. Вслед за отрезанием голов в Париже и Ницце, за застреленным священником в Лионе пришел черед Вены. Оторопь берет от животной бессмысленности и жестокости, проявляемых теми, кто вроде бы прибыл в Европу за спасением от гонений и новой жизнью.

Понятно, чувство благодарности не главное из тех, что движет человечеством. Но до такой степени ненавидеть людей, приютивших тебя, давших шанс на мирную, спокойную жизнь и на благополучие! Остается загадкой и то, почему целью радикалов стала всегда открытая гостям столица нейтральной и веротерпимой Австрии. Да, кстати, исламист-то местный — родившийся в Вене гражданин Австрии из албанской семьи...

В понедельник, 2 ноября, несколько человек, вооруженных автоматическим оружием и дробовиками, устроили стрельбу по случайным прохожим в шести разных точках Вены, начав кровавый рейд с синагоги. Погибли пятеро мирных жителей, одна из жертв — гражданка Германии. Ранены 22 человека, среди которых полицейский. Полиция среагировала сразу, но найти специально подготовленную мобильную банду убийц в ночном городе непросто.

После паники в Венской опере, блокирования центра города и долгой беготни за подозреваемыми полиции все же удалось ликвидировать одного из нападавших через 9 минут интенсивной перестрелки. По следам задержаны 14 человек из его ближайшего окружения. До сих пор неясно, действовал ли злоумышленник один или в составе вооруженной группы. По свидетельству очевидцев, стрелявший кричал: «Аллах акбар», из чего делают вывод о его радикальных исламистских мотивах. В ряде СМИ появились сообщения о том, что ответственность за стрельбу в Вене взяла на себя группировка ИГИЛ (запрещенная в РФ террористическая организация).

По данным газеты Falter, убитый 20-летний террорист родился в вырос в Вене, у него албанские корни и два паспорта — австрийский и македонский. Он попадал в поле зрения спецслужб, входил в список из 90 исламистов, которые собирались на войну с неверными в Сирию. В июле их у себя задержала Турция и выслала назад в страну происхождения. МВД Австрии подтвердило, что террорист был осужден на 22 месяца за попытку примкнуть к запрещенной ИГ, но его досрочно освободили. Интересно, за какие заслуги?

Как пишет немецкий Der Spiegel, в решении Земельного суда Вены от апреля 2019 года изложено, как радикализовался Кужтим Ф. Вместе со своим школьным другом, старше его на два года, он посещал фундаменталистские мечети в Вене, где его нашли имамы-салафиты. В интернете друзья дополнили свое «образование». Но парадокс в том, что албанец по крови и мусульманин по вере, венский стрелок не имел исторической связи с Ближним Востоком. Корни ненависти 20-летнего киллера нужно искать в религиозных войнах на Балканах, где поборником веры в Аллаха всегда была Османская империя...

Канцлер Австрии Себастьян Курц назвал произошедшее нападение терактом, но не противостоянием с исламом, а «борьбой цивилизации и варварства». Австрии выразили соболезнования и осудили теракт все европейские лидеры, включая Эрдогана, проклявшего карикатуры против пророка Мухаммеда во Франции и обозвавшего президента Макрона провокатором и сеятелем религиозной нетерпимости. Франция уже заплатила кровью и жизнями в Ницце и Лионе за декларации Макрона.

По информации Bild, полиция проверяет фотосвидетельства с закрытого на данный момент аккаунта Instagram некоего венского джихадиста, где фигурирует главный подозреваемый, расстрелявший людей в центре Вены. На странице Instagram тот позирует с автоматом Zastava M70, пистолетом и мачете. В теракте использовалось то же оружие, следователи подтверждают сходство.

Французская Le Monde в философской статье «Защитники карикатуры всех мастей не видят последствий глобализации» задается очевидным вопросом: действительно ли стремление интеллектуалов выставить напоказ во имя «республиканской свободы» радикальные карикатуры на религиозную тему позволит обеспечить «право всех сограждан жить в мире и свободе» и остановит руку фанатичных убийц? Этим же вопросом после Вены задаются все европейцы...

Автор Le Monde утверждает, что, несмотря на все эмоциональные заявления, парадокс в том, что угрозы для свободы слова во Франции практически нет. Зато есть стремление навязать некий универсализм силой другим. «Мы идем лишь против исламистов, радикалов и фанатиков, а не против ислама» — эта фраза переполнена абстракцией и идеализмом. Благое, но очень опасное намерение, когда существуют тысячи исламистов, готовых убивать во имя Бога и способных втянуть в свою борьбу множество безграмотных людей, особенно в эпоху интернета«, — заключает издание.

Эта критика бездумных «карикатурных» действий французских властей, которые ради рейтингов развязали очередной виток враждебности с мусульманским миром, изложена в самом влиятельном издании Франции. Еще более жесткое осуждение Макрона звучит не только от разъяренного Эрдогана, но и из уст лидеров таких традиционных союзников Франции, как Катар, Саудовская Аравия, Египет. А разделяющие республиканские ценности европартнеры начинают считать убитых и тратить колоссальные деньги на обеспечение общественной безопасности в самый тяжелый экономический момент. Единство Европы в очередной раз испытывается на разрыв. Le Monde призывает евроэлиты в этой связи осознать предупреждение историка Мишеля де Серто: «Когда политика слабеет, возвращается религия».

«СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ГЛУБИНА» ЭРДОГАНА: ВНЕШНЯЯ ЗАВОЕВАТЕЛЬНАЯ ПОЛИТИКА КАК РЕЗУЛЬТАТ ДЕФИЦИТА ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКИХ УСПЕХОВ?

ШОТА АПХАИДЗЕ, Директор Центра исламских исследований Кавказа (Грузия).

АНДРЕЙ БАКЛАНОВ, Заместитель Председателя Ассоциации российских дипломатов, профессор-руководитель секции исследований стран Ближнего Востока и Северной Африки Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики, вице-президент Российского комитета солидарности и сотрудничества с народами Азии и Африки.

ФЁДОР ЛУКЬЯНОВ, Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

АЛЕКСЕЙ МУРАВЬЁВ, Доцент школы исторических наук; старший научный сотрудник научно-учебной лаборатории медиевистических исследований факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ; старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН

МАКСИМ СУЧКОВ, Старший научный сотрудник лаборатории анализа международных процессов, доцент кафедры прикладного анализа международных проблем МГИМО МИД России.

ПАВЕЛ ШЛЫКОВ, Доцент кафедры истории стран Ближнего и Среднего Востока ИСАА МГУ им. М.В. Ломоносова, эксперт РСМД.

После каждой неудачи Эрдоган делает новую ставку на другой сюжет и пытается отыграться на нём, чтобы переключить публику на какую-то историю успеха. И на Южном Кавказе, возможно, разыгрывается именно такой сценарий, помноженный на дефицит внутриполитических достижений и тяжёлое экономическое положение Турции. О стратегической глубине и моральном реализме Турции поговорили за круглым столом Шота Апхаидзе, Андрей Бакланов, Алексей Муравьёв, Максим Сучков, Павел Шлыков. Вёл беседу главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Фёдор Лукьянов.

Фёдор Лукьянов: Как оценить происходящее в Нагорном Карабахе с точки зрения международной политики в целом – не только в регионе, но и вне его?

Павел Шлыков: В этой ситуации общий внешнеполитический контекст действительно очень важен. У Турции в этом году было достаточно поводов для досады: в Ливии пришлось пойти на неудобный компромисс; закрепиться на Средиземноморье, выбив оттуда Грецию, не удалось. Довольно неожиданная конфигурация спонтанного антитурецкого союза заставила Анкару переключиться на другие сюжеты.

После каждой неудачи Эрдоган сразу стремится сделать новую ставку – на какой-то другой жизненно важный для себя сюжет и отыграться на нём, чтобы в итоге переломить ситуацию в свою пользу. И на Южном Кавказе, мне кажется, разыгрывается именно такой сценарий, помноженный на большой дефицит внутриполитических успехов и очень тяжёлое экономическое положение Турции.

Лира рушится, инфляция не внушает никакого оптимизма, и на этом фоне надо бы переключить публику на какую-то историю успеха – Нагорный Карабах даёт такой шанс.

Есть ещё и энергетический аспект, и он связан не только с взаимоотношениями между Баку и Анкарой, но и между Анкарой и Москвой. По итогам 2020 г. объёмы российско-турецкого энергетического сотрудничества катастрофически упадут. А ведь как хорошо этот год начинался: Эрдоган с Путиным запускают «Турецкий поток»… В конце 2020-го придётся срочно перезаключать долгосрочные контакты, действие которых истекает, и, судя по всему, это будет очень напряжённый торг. С другой стороны – итоги 2020 г. показывают почти двукратное снижение закупок, и это для «Газпрома», в общем-то, катастрофа с учётом всех затрат, которые понесла российская сторона.

Для Турции это к тому же дополнительный шанс подтвердить договор с Азербайджаном от 2010 г. о вмешательстве турецких военных в случае возникновения военной угрозы для Азербайджана. Сейчас он не работает, поскольку в международном правовом поле эта ситуация считается внутренним конфликтом Азербайджана, но потенциал такой эскалации сохраняется. Отсюда колоссальные инвестиции, которые Анкара делает в этот конфликт. В итоге (с учётом наёмников, которых Турция через свою территорию переправляет в зону боевых действий) может сложиться ситуация, что даже у России будет повод какого-то ограниченного военного вмешательства, поскольку возникнет угроза национальной безопасности через участие этих джихадистов.

Кстати, сказать, сами джихадисты не очень рады, что их направляют воевать за фактически шиитский Азербайджан, они придерживаются иного ислама. Конечно, Турция очень хочет – и открыто об этом говорит – сесть за стол переговоров наравне с Россией и экстраполировать на Нагорный Карабах астанинский формат. Об этом Чавушоглу заявлял ещё в начале октября.

Но проблема в том, что относительно успешная модель сирийского урегулирования на Карабах непереносима, а отчаянные попытки турок что-то в этом направлении предпринять, вызывают стену непонимания со стороны России, которая не желает настолько близко подпускать Турцию к региону.

С одной стороны, это звучит странно, учитывая масштабы экономического проникновения Турции в Грузию и Азербайджан. Но Москва очень болезненно воспринимает политический аспект такого проникновения. В 1990-е годы в кулуарах так же говорили, что «турки лезут», и нужно им перекрыть кислород. Однако в середине 1990-х у турок просто не хватило ресурсов продолжать свою активную политику на постсоветском пространстве. В последние пять лет Анкара активно запускает внешнеполитические проекты, амбициозность которых обратно пропорциональна состоянию турецкой экономической мощи. Это строительство баз, открытие новых направлений военно-технического сотрудничеств – происходит своего рода картинная милитаризация внешней политики.

И на кавказском направлении это тоже проявляется: военно-техническое сотрудничество ведётся ведь не только с Азербайджаном. Но на территории Азербайджана у Турции уже сейчас располагается достаточное количество военных, и это вписывается в ту концепцию милитаризации внешней политики, которую она демонстрирует в разных регионах мира – от Африки до Ближнего Востока. Иными словами, то, что сегодня происходит на Кавказе – это последствия милитаризации внешней политики Турции, которая выражается даже в мелочах.

Даже министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу приходит на брифинги к журналистам, облачившись в камуфляж. Чавушоглу – чиновник и дипломат, не столь привычный к перевоплощениям, как политик Эрдоган, но общая тональность внешней политики требует и от него «встать в строй». Кстати, тут турки и историческую традицию соблюдают, поскольку мальчиков всегда воспитывали в духе идеологемы о том, что каждый турок – прирожденный солдат.

Фёдор Лукьянов: Что подвигло Турцию настолько резко вовлечься в карабахский вопрос, что иногда возникает ощущение, что Анкара за Алиева говорит раньше, чем он сам?

Шота Апхаидзе: Это часть стратегии Эрдогана, направленной на реанимацию Османской империи. Заявления Эрдогана, Чавушоглу и других представителей турецкого правительства звучат, конечно, очень популистски, но Анкара и в самом деле преследует такую цель. Современный неоосманизм подразумевает геополитическую, экономическую экспансию. Турция начинает с различных гуманитарных проектов на бывших территориях Османской империи. Потом, когда почва подготовлена, реализуется уже милитаристическая составляющая.

Такая политика очень затратна. Ведь ещё до того, как Эрдоган ввязался в войну в Сирии и на Ближнем Востоке, он с 2012 г. направлял достаточно большие финансы на вооружение радикальных исламистов. Он активно поддерживает радикальные туркменские протурецкие организации, которые воюют против власти Асада в Сирии, что тоже очень сильно бьёт по бюджету Турции. Ещё Эрдоган обустраивает серьёзную военную базу в Катаре. Его присутствие в Эфиопии, в Ливии, конечно, требует значительных ресурсов.

Но в данный момент этот современный султан лучше всего себя может показать именно в Карабахе. Турция – член НАТО, она обладает второй по силе армией в альянсе, поэтому маленькая Армения ей не соперник – если за Армению не заступятся, допустим, её стратегические партнёры, если мировое сообщество не будет противостоять Эрдогану и его амбициям.

Возобновление карабахского конфликта готовилось на протяжении полутора лет генштабом Турции. Все страны НАТО, конечно же, были в курсе, что идёт подготовка, но они не противостояли не противостоят Эрдогану, потому что сейчас Западу нужно создать очаги нестабильности вокруг России. Запад просто использует этот «фактор Эрдогана».

За этим процессом, который сейчас управляется Эрдоганом и генштабом Турции, стоят, прежде всего, британские спецслужбы. Они традиционные партнёры турок, в своё время, после распада Османской империи, они создавали современную Турцию и поддерживали Ататюрка. Их эта ситуация вполне устраивает, несмотря на всю её опасность.

Прямая военная интервенция Турции взорвёт регион – тем более что вмешательство Турции уже привело к инфильтрации туда радикальных исламистов и боевиков. Турецкие спецслужбы еще в 1990-е и 2000-е активно работали на Северном Кавказе с различными группировками. Сейчас все эти лидеры исламистских организаций Северного Кавказа осели в Турции, но свой вклад в эскалацию конфликта они тоже могут внести.

Фёдор Лукьянов: А так ли всё плохо в Турции? Со стороны порой кажется, что там успех за успехом. Активность беспрецедентная, повсеместная. Ощущают ли они при этом какой-то дискомфорт?

Андрей Бакланов: Я несколько под другим углом вижу эти события и цели нашего «друга» – Эрдогана. Мне кажется, что имеет место своего рода «разведка боем», пробный шар. Конечно, всё это вряд ли стоит называть попыткой «реставрации» Османской империи или создания новой империи – идеологическая база совершенно иная, у неё мало общего с идеей османизма, очень продуктивной, широкой по своему охвату, кстати, похожей на советскую. Анкара демонстрирует более традиционный нарратив – турецкое превосходство, исламский фактор и тому подобное. Возможно, Эрдоган пробует создать свою новую платформу – мощного «трансрегионального» игрока – и возглавить такую структуру. На статус по-настоящему великой державы он пока не замахивается, но и региональные игры ему уже не очень интересны – он рассчитывает на нечто большее, чем региональная держава, учитывая как выгоды географического положения Турции, так и решительность, личные качества его самого как политика.

И кое-что у него уже получается – Турцию считают растущей державой. По большому счёту Эрдоган окончательно своей стратегии, похоже, ещё не выработал, но по результатам всех сегодняшних «проб и ошибок» в регионе и вокруг него, он будет определять пределы своих внешнеполитических амбиций. Полагаю, он собирается возглавлять страну долго, «взращивая» (конечно, в своих целях) в турках свойственное им чувство национальной гордости, близкое даже, может быть, к шовинизму.

Эрдоган пока находится на пути к определению своей стратегической суперцели. И именно на этом этапе его лучше было бы достаточно жёстко, определённо «отпрофилактировать» по всем направлениям, где он активничает и где начинает наступать (в том числе и нам) на пятки.

Ему нужно наглядно и однозначно показать, что переходить определённые рамки так нахраписто, как это он пытается делать сейчас, – ему не будет позволено.

В отношении нас, насколько я понимаю, он ведёт достаточно очевидную, довольно тонкую линию – он нас заинтересовал экономически, околдовал, и все контракты наши заключены словно с закадычным другом, а не с потенциальным противником. Неоправданно много мы даём льготных займов. С Турцией так нельзя, нужно сделать так, чтобы расторжение контрактов било бы по ним с той же силой, что и по нам, а то и сильнее.

Но здесь он нас, я думаю, как-то обхитрил, втянув во взаимную экономическую зависимость. Примечательно, что характер российско-турецких отношений вызывает достаточно нервную реакцию деловых кругов ряда региональных государств. Те же египтяне, например, очень ревниво относятся к преференциям, которые получают турки, и в АРЕ недоумевают – почему турки их получают, а египтяне нет. Регионалы обращают внимание на нашу повышенную, как они полагают, восприимчивость в отношении запросов Турции.

Я думаю, что нам не надо с турками ссориться, но надо выжимать из них максимум – так же, как они пытаются из нас выжать максимум, а по региональным проблемам всё-таки их как-то надо поставить на место. Им нельзя давать оснований полагать, что они смогут добиться серьёзного успеха в расширении ареала своего уверенного обитания и доминирования на путях осуществления нахрапистых, нажимных акций. Я думаю, что допускать их к новой роли – «пред-великой», «почти великой» державы – не в наших интересах.

Фёдор Лукьянов: Мы, похоже, нащупали два спорных момента, которые стоит обсудить: неоосманизм и закулисная поддержка Турции НАТО. К НАТО мы ещё вернёмся, а пока давайте подумаем, является ли сегодняшняя Турция продолжателем какой-то более долгой традиции. Это всё же квазиимперия в прежних границах или дело просто в наращивании – как говорил Ахмет Давутоглу – стратегической глубины?

Алексей Муравьёв: Эти два подхода друг другу не противоречат. Признаки неоосманизма, весьма значительные, в турецкой политике и у Эрдонгана лично, конечно, есть, поскольку стратегически развиваться Турции дальше в сторону, которую начертал Мустафа Кемаль Ататюрк, в общем, особо некуда. Ресурс строительства национально ориентированной региональной державы, единственным международным идейным посылом которой является светский пантрюркизм, похоже, поисчерпался. Французские образцы более не вдохновляют политический класс.

Эрдоган давно уже сделал ставку на мягкое возвращение к имперской политике, и вот эти огромные мечети в степях Туркмении, и антиармянские пропагандистские проекты в Азербайджане, операции в Сирии, сайты и газеты – это всё звенья одной цепи. Поэтому наращивание стратегической мощи и перспективное видение того, куда это всё приведет, вполне складываются в единую картину.

Вообще, есть три традиционных пути развития. Первый – основанный на исламском фундаментализме, его пытались использовать и Катар, и Сауды, особенно явственно – в Сирии, и в Ираке. Но он не сработал – во многом из-за России. Второй – эсхатологический и национально-ориентированный – это шиитский проект в Иране и Йемене, он очень локальный, его никуда не экспортируешь. Третий – это традиционный тюркский путь, не только османский, он начался ещё в сельджукское время.

Это своего рода политический конструктор, который предполагает сочетание различных элементов военной и политической экспансии, оформленной традиционным суннитским дискурсом, с одной стороны, а с другой – территориального имперского собирательства в мягком, идейном варианте для того, чтобы выстраивать центр притяжения различных элементов, принимающих эту логику. И, естественно, первое, на что наталкивались и сельджуки, а потом османы – это ключ к Кавказу, которым является Карабах в целом. Форпост кавказского христианства на землях смешанного профиля. Это выход и на Армению, и на Грузию, и на много ещё чего. Поэтому я не вижу здесь противоречия, это всё – сознательная стратегия.

Фёдор Лукьянов: Эрдоган ведь начинал как видный реформатор, поборник европеизации. Турция приложила титанические усилия, чтобы запустить переговоры о вступлении в Евросоюз. В начале 2000-х Евросоюз был на подъёме, считалось, что за ним будущее. И Турция в лице Эрдогана, возможно, была убеждена, что для выхода на новый уровень, для возвращения на подобающее великой державе место, она должна быть частью Европы. Возможно, подспудно предполагалось, что Европа будет меняться в направлении своего рода исламизации.

Но эти огромные усилия в какой-то момент упёрлись в стену, потому что стало понятно, что Европа Турцию видеть в своём составе не хочет никак, ни при каких обстоятельствах, она её боится. И вот тогда, убедившись в отсутствии перспектив Эрдоган повернулся к этой «стратегической глубине». Иначе говоря, исламистом он был и раньше, но решение обратиться к нынешней концепции принял после краха европейского проекта – можно ли так рассматривать ситуацию?

Павел Шлыков: Вряд ли стоит сводить внешнюю политику Турции при Эрдогане к неоосманизму. Да и не был он пионером этой концепции. Впервые в качестве риторического инструментария неоосманизм появился в конце 1980-х, и за этим стоял Тургут Озал. Экспансия Турции на постсоветское пространство тоже началась при нём – он даже скончался символично, после изнурительного турне по центральной Азии в 1993 г.

Потом началась эра расширения геополитического охвата. Пришёл Неджметтин Эрбакан с идеями справедливого миропорядка, даже выпустил серию работ под таким названием «Адиль Дюзен», буквально – справедливый порядок (это и справедливый экономический порядок, и справедливый международный порядок и так далее). Тогда же Турция впервые попыталась войти в страны исламского мира и начать с ними дружбу.

Эрдоган оказался очень талантливым продолжателем успешных проектов. Колоссальным достижением с точки зрения европеизации стал хельсинский саммит 1999 г., где был запущен подготовительный процесс для открытия официальных переговоров.

Тогда начали публиковаться ежегодные отчёты о том, насколько Турция приближается к стандартам Копенгагенских критериев и так далее, а Эрдоган просто это продолжил, утверждаясь в качестве нового лидера Турции – отчасти и за счёт этого процесса. Ко многим серьёзным для европейцев вещам – таким, как нормы демократии и гражданские свободы, – он относился очень инструментально: когда они были выгодны с точки зрения укрепления позиций – они использовались, когда переставали быть таковыми, от них отказывались. Как только модернизационные реформы и европеизация перестали приносить Эрдогану пользу, а это произошло в середине 2000-х гг., все реформы были сегментированы. То есть выдавливание военной элиты на задний план продолжилось, а свобода СМИ, расширение прав национальных меньшинств – эти аспекты были либо забыты, либо обращены вспять.

Но возвращаясь к внешней политике: 2000-е гг. – это эпоха увлечения концептом цивилизационной геополитики. Тогда оформились идеи «мягкой силы», обнуления проблем с соседями; Ахмет Давутоглу, став в 2009 г. министром иностранных дел, начал воплощать в жизнь эту «стратегическую глубину», шесть принципов внешней политики. Кстати, он на площадке вашего журнала тогда дал выжимку этой внешнеполитической концепции.

Но потом Давутоглу выпал из обоймы верных соратников Эрдогана и наступил иной этап: этап разочарования и в цивилизационной геополитике, и в «мягкой силе». И сейчас турки для определения внешней политики предлагают формулу морального реализма. Кстати, для них это не воплощение в жизнь идей Джона Миршаймера с его наступательным реализмом. Моральный реализм – это Турция, принимающая на себя бремя цивилизационной миссии, а символом её выступает миграционный поток, который из Сирии идёт в последние годы, и Турция его худо-бедно старается переварить. Вторая составляющая этого морального реализма – это упование на «жёсткую силу». Разочаровавшись в «мягкой», турки делают ставку на «жёсткую».

В целом мне кажется, что Эрдоган ко всем интеллектуальным конструктам подходит очень инструментально: он использует то, что полезно в данный конкретный момент, в своей политической риторике. И так Эрдоган ведёт себя и на внешнем поле, и во внутриполитических делах на протяжении тех 17 лет, которые он находится у власти.

Фёдор Лукьянов: Сейчас предлагаю вернуться к вопросу о том, в какой степени за действиями Турции стоит (и стояла) НАТО. Это, мне кажется, дискуссионная вещь, насколько там все знали – и насколько Турция вообще информирует своих внешних партнёров, – поскольку отношения в последние годы, мягко скажем, были своеобразные, нестандартные. Если взять, скажем, Соединённые Штаты, какие там ощущения?

Максим Сучков: Ричард Хаас, президент Совета по международным отношениям в Нью-Йорке, года три назад выступая перед Конгрессом, сказал, что Турция – это союзник, но не партнёр, и американцам нужно из этой формулы исходить. Согласно этой логике, турки не стали бы никого информировать и поставили бы своих союзников перед фактом – просто для того, чтобы заставить считаться с собой.

Кстати, согласно этой же логике, формула российско-турецких отношений ровно обратная: Турция – это наш партнёр, но никак не союзник.

И нас это должно немного отрезвлять в плане ожиданий от Турции. Та же администрация Обамы на фоне «арабской весны» надеялась в рамках своей политики разворота в Азию скинуть с себя максимальное число обязательств по Ближнему Востоку. Американцы надеялись, что турецкий светский ислам будет той моделью, которую новые арабские государства, сметающие один за другим авторитарные режимы, возьмут на вооружение, а Турция будет им покровительствовать. Итогом стало разочарование – и Асада не свергли, и некоторые другие сюжеты пошли не совсем по турецкому сценарию…

На данный момент в США нет, по-видимому, окончательного понимания, что делать с Турцией, которая выбилась из-под прямого контроля и больше не хочет быть младшим братом на южном (для нас) стратегическом направлении. С одной стороны, американцы считают, что Турцию надо как-то так приструнить, но не сильно, чтобы она полностью не ушла под союз с Россией или с кем-то из других противников США. С одной стороны, американцы очень избирательно, инструментально подходят ко всем кризисам, где так или иначе участвует Турция. В курдском вопросе США скорее поддерживают турецкую позицию на вытеснение российского, иранского влияния и на ослабления асадовского. По Ливии американцы тоже склонны поддерживать Анкару.

А вот по Восточному Средиземноморью они придерживаются более прогреческой линии, ибо Вашингтон не очень хочет, чтобы Турция доминировала в энергетическом секторе в Восточном Средиземноморье – ведь это будет рычаг влияния Турции на Европу. И что тогда США с сжиженным природным газом делать? В целом американцы довольны, что российское энергетическое давление на Европу снижается, но не желают, чтобы баланс смещался в пользу Турции.

Такую же избирательность американцы демонстрируют по поводу Карабаха. Штаб Байдена – пусть и с запозданием – заявил, что в происходящее нельзя вмешиваться «третьей стороне». Предполагаю, что рассчитывать на партнёрство с американцами в рамках Минской группы в случае победы Байдена не приходится. Примерно в ту же игру США играли в Ливии информационно, очень много рассказывая о российском «Вагнере» и ни слова не говоря о турецких наёмниках.

Суммируя, я бы сказал, что в региональных кризисах американцы скорее поддерживают Турцию. И я не думаю, что это координировалось или тем более дирижировалось американцами. Мне кажется, у Турции есть вполне автохтонный источник легитимации собственных действий – и о нём коллеги здесь уже высказались. Он позволяет ей говорить: мы имеем право действовать так и хотеть то, что мы хотим, просто потому что у нас такая замечательная историческая традиция. И одновременно этим турки повышают собственную капитализацию в глазах Запада.

Что же касается российско-турецких интересов, западные коллеги любят употреблять метафору «брак по расчёту». Но до Карабаха «брак по расчёту» держался на «детях» – АЭС «Аккую», «Турецкий поток», туризм. Это экономические, то есть взаимовыгодные проекты, в которые и Путин, и Эрдоган много вложили – и политически, и финансово. Эти проекты в 2015 году пережили стресс-тест, когда турки сбили наш самолёт.

После этого были выработаны три принципа в российско-турецкой политике. Особенно ярко они проявились в ситуации в Идлибе. Первый – относиться с пониманием к вопросам, имеющим для безопасности Турции принципиальное значение. Второй – чётко, но без лишнего шума обозначать красные линии и заранее обговаривать коридор возможностей для сотрудничества вокруг проблемных тем. Третий – пользоваться ошибками других партнёров Турции, особенно США, играя на контрасте.

Но в Карабахе, мне кажется, эти принципы не сработают, и Турции не получится вывести Россию в выгодный для себя формат партнёрства. Российско-турецкие отношения при Путине и Эрдогане выстроены на диалектике гибкости и хрупкости. Хрупкость в них заложена и исторически, и характерна для нынешнего момента, а гибкость проявляется во-первых, в том, что каждая сторона понимает, что худой мир лучше доброй войны, а во-вторых, в том, что Турция осознаёт, что все те замечательные идеи, о которых коллеги говорили, не могут реализоваться без внешней поддержки мощного государства. И если для России Турция – это инструмент наращивания авторитета великой державы, девестернизации международной системы, то Турция видит в России активатор собственного стратегического суверенитета. Мы готовы поделиться даже какими-то военными технологиями, которые американцы отказываются давать.

Каждый следующий кризис тестирует, чего в этих отношениях больше – гибкости или хрупкости. В Карабахе, как мне кажется, наиболее выгодной российской позицией была бы «дипломатия на истощение».

Есть «война на истощение», а тут нужна «дипломатия на истощение». Не надо говорить «нет» тем предложениям, которые делают турки, но нужно их вымотать и выждать.

Какой бы ни была политическая цель Турции – повысить свой статус в Минской группе или вне Минской группы, – практика показывает: как только турки сталкиваются с серьёзным препятствием, когда сопротивление оказывается сильнее, чем они ожидали, они останавливаются, берут паузу и начинают искать внешней поддержки: с Россией договариваются или американцев на помощь зовут. Мы это видели в Сирии, мы это видели в истории с курдским сопротивлением.

Иными словами, мне кажется, у Анкары есть проблема на уровне среднесрочной политики. Российская задача – вывести ситуацию как раз на этот уровень – иначе сценарий не очень хороший рисуется для нас пока.

Фёдор Лукьянов: Это нас выводит на самую главную тему. Наши эксперты сходятся на том, что туркам надо постоянно напоминать о том, что существуют некие границы, и время от времени давать серьёзный отпор – тогда они начинают задумываться, о том, чтобы эти границы соблюдать. При этом сейчас Россия по многим направлениям завязана на Турцию. Но кто такая Турция для нас? Это что? То, что это не союзник – никаких сомнений нет и не будет никогда; но какой это партнёр – текущий, сиюминутный? При этом эти минуты складываются в часы, дни и так далее… Ситуация, на мой взгляд, крайне интересная: очевидно антагонистические державы зависят друг от друга настолько, что не могут совершенно никак из этой зависимости выйти. Что с этим делать?

Алексей Муравьёв: Определение «антагонистические» очень точное. Считается, что последние лет 15–20 Россия пытается вернуться к традиционной для себя политике – может быть, даже не советской, а досоветской. И я бы согласился с тем, что сейчас возрождаются некоторые старые, глубинные тенденции. Турция, как минимум с XVI до конца XХ века, была главным постоянным стратегическим спарринг-партнёром России. Это 13 войн, это постоянная борьба за территории, за влияние. Россия фактически вскормила греческое и болгарское освободительные движения (в Бессарабии) и так далее. И на фоне схлопывания европейского и других проектов, на фоне всей той импотенции, которая у нас развилась в международной политике в последнее время, постепенно началось скатывание к политической программе, существовавшей с XVI по XХ век. Она долговременная, корни её очень глубокие, и главное, что вдруг обнаружились территории, на которых это противостояние может каким-то образом проявиться.

Россия участвовала в подготовке Сайкса-Пико? Участвовала. Приняла она участие в самом разделе? Нет, не приняла. А в истории Карабаха Россия поучаствовала – именно там был подписан Гюлистанский мир. Россия стала гарантом стабильности в регионе ещё в XIX веке.

Возродилось же стратегическое противостояние России и Запада, которое было и в XIX веке, и раньше, и в советское время. Сейчас оно, правда, происходит в основном в медийном пространстве, может быть, не в тех масштабах, но тем не менее. Точно так же возрождается, как мне кажется, и соперничество России с Турцией – не жёсткое противостояние, а именно историческое соперничество, поскольку это части конструкции, которые преодолеть нынешние участники, по-моему, не в силах и не очень хотят.

Фёдор Лукьянов: «Не в силах и не очень хотят» – это с одной стороны многообещающие, с другой стороны немножко обречённо. Кто же мы друг другу на Ближнем Востоке, в Северной Африке? Там один спрут сцепился с другим, и не поймешь, где кончается один, начинается другой.

Андрей Бакланов: Вероятно, в области двухсторонних отношений самый интересный феномен – это наши отношения с Турцией, а не с США, европейцами, даже с Китаем. Ибо, как мне кажется, на наших глазах именно между Москвой и Анкарой рождается «циничная» модель отношений XXI века.

Фёдор Лукьянов: Моральный реализм привёл к настоящему цинизму.

Андрей Бакланов: Это следующий этап: сначала – реализм, прагматика, а теперь дело доходит до стадии цинизма.

Ранее имевшиеся в международных делах «тяжеловесные», всеобъемлющие отношения, которые назывались «союзническими» (всякого рода пакты, НАТО, Варшавский договор и так далее), – это уходящая фактура, реалии прошлого, ХХ века. Я думаю, что в XXI веке будет то, к чему мы сейчас пробуем идти вместе с Турцией: по одним направлениям (экономическим, например) мы по-партнёрски сотрудничаем, совместно строим какие-то объекты; по другим – в достаточно нейтральном плане обмениваемся информацией; по третьим – ищем возможность, чтобы найти компромисс и не рассориться совсем. Нам надо научиться делать так, чтобы каждый трек был параллелен и не зависел от других.

Конечно, нужно противодействовать попыткам турок приближаться к нам со своей военной инфраструктурой – это напрямую, в частности, касается Карабаха. Но с другой стороны, что из-за этого – все наши торгово-экономические связи сворачивать? Турки нам, конечно, не друзья и даже больше похожи на врагов, но не надо терминологически привязываться к этим традиционным понятиям прошлого времени. Сейчас с одним и тем же государством мы должны научиться вести совершенно разнообразные отношения.

Турки тоже только определяются со своим представлением о будущем. Они ещё будут, конечно, не раз менять вектор своих отношений с западными странами, присматриваться к ним.

Я думаю, что главные параметры и нашего взаимодействия определятся в будущем, но сегодня мы не должны закрывать те направления, по которым нам светит какая-то выгода. При этом мы не должны стесняться называть – хотя бы с глазу на глаз – всё своими именами, что, на мой взгляд, не часто сегодня бывает. Всё-таки мы ещё до конца не научились жесткости, а с турками дозированная, по-восточному хитрая жесткость должна быть. Некоторые элементы простодушия в отношениях со всеми странами, включая Турцию, мы до сих пор не изжили. Меня это очень печалит, и я думаю, что наш с вами долг – сделать так, чтобы наша политика была по-восточному мудрая и при этом настойчивая, а когда нужно – жёсткая. Чтобы не было легковерия, заставляющего потом сокрушаться – дескать, «кто бы мог подумать»?! Надо сначала думать, чтобы потом не сокрушаться.

Фёдор Лукьянов: Я согласен, что российско-турецкие отношения – это некий прообраз. Только вот прообраз чего?

Шота Апхаидзе: Вообще, прагматизм характерен для реальной политики, и российско-турецкие отношения тут не исключение. Турция физически не сможет стать союзником России, поскольку геополитические интересы и стратегии практически антагонистичны.

Насколько надежным ситуационным партнёром для России может быть Турция – вопрос дискуссионный. Судя по последним событиям – вряд ли. Сформированная в 2016 г. ось «Москва – Тегеран – Анкара» распадается, потому что эти три центра преследуют разные цели. И если интересы Ирана и России в чём-то совпадают, то Турция движется абсолютно в другую сторону.

Важно, что экономика Турции финансово очень привязана к западным институтам. Фактически она выстроена на западных инвестициях, а банковская система полностью привязана к Западу. Тот же Сулейман Демирель вроде бы осуществлял очень современную политику, создавая, можно сказать, турецкий модерн – в том числе и на Кавказе, вроде бы этим занимались и другие президенты Турции, но всё равно глубинная Турция оставалась всегда исламской. А это основной источник европейских страхов. Именно исламский фактор в первую очередь не позволил Европе интегрировать Турцию. Свою роль сыграли и экономические соображения – европейцы не хотели внутри себя создавать ещё одного конкурента в области сельского хозяйства, а Турция никогда бы не смирилась с ролью продовольственного рынка – такого, которым сейчас являются восточноевропейские страны (без учёта Польши). Стань Турция членом Евросоюза, она стала бы второй Польшей – или даже первой.

Но при всём популизме Эрдогана, при всей его реакционности и склонности заигрывать с религиозным экстремизмом, Запад очень активно использует это – его не смущает даже определённая «неуправляемость» Эрдогана. Запад не хочет отказываться от этого человека, потому что не хочет терять Турцию как стратегическую зону влияния НАТО.

Меня же, прежде всего, настораживает своего рода турецкий салафизм, который сегодня эксплуатирует Эрдоган. Он сумел смирить турецких националистов (пантюркистов) и радикальных исламистов в Турции. Он имплантировал эти две идеологии в стратегию современного неоосманизма. И под его контролем, под контролем его спецслужб сложился альянс турецкого – или даже интернационального – криминалитета, «Серых волков» с радикальными религиозными лидерами. Мне кажется, что это всё свидетельствует о том, что даже как ситуационный партнёр для России Эрдоган ненадёжен.

Фёдор Лукьянов: Года два-три назад группа в основном западных международников (я там один из России был) встречалась в Турции с разными турецкими важными людьми. Интересных разговоров было много, но меня тогда впечатлила та чудовищно острая обида, которая, видимо, шла от Эрдогана лично. Когда случилась попытка переворота в 2016 году, европейцы два дня выжидали. Было видно, что они надеялись, что его наконец как-нибудь ликвидируют и начнётся новая эпоха. Где-то на второй день, сквозь зубы, европейцы как бы поприветствовали то, что переворот не состоялся, а до этого висела тягостная пауза. И Эрдоган, по-моему, это запомнил – так что теперь это тоже будет фактором отношений.

Но всё же насчёт цинизма – будем мы с ними цинично взаимодействовать?

Павел Шлыков: Исходя из опыта последних двадцати лет, я, пожалуй, не соглашусь с Максимом Сучковым. Мне кажется, что «дети» – я имею в виду «Аккую», «Турецкий поток» – не так похожи на истории успеха, что могли бы составить фундамент двусторонних отношений на долгосрочную перспективу. «Аккую» – яркий пример того, как не надо вести себя с турками (о чём уже говорилось): если этот проект не будет реализован, то потери понесёт только российская сторона. «Турецкий поток» реализован на одну четверть, а теперь в среднесрочной, даже в краткосрочной перспективе может остаться без газа… Торгово-экономические отношения в целом – здесь отрицательная динамика, и более того, мы не можем достичь тех показателей, с которыми громогласно выступали Эрдоган и Путин ещё в середине 2000-х годов – 100 миллиардов. Это не истории успеха.

Но парадокс последних пяти лет на мой взгляд состоит в том, что прежний экономический (каким бы несовершенным он ни был) фундамент наших двусторонних отношений подменили другим – попытками вести очень трудный диалог по тем вопросам, где наши позиции не сходятся. Мы больше внимания уделяем не торгово-экономическому сотрудничеству, а проблемам Ближнего Востока, распространения терроризма, курдам, а сейчас в придачу к этому турки активно хотят добавить и военно-политическую ситуацию на Южном Кавказе.

Период семимесячной холодной войны 2015–2016 гг. отрезвил нас по отношению к Турции, но при этом вверг обе страны в совершенно другую реальность. И текущий Карабахский кризис, возможно, спровоцирует ещё одну революцию в российско-турецких отношениях, поскольку здесь наверняка не получится продемонстрировать ставшее традиционным со стороны России понимание турецких опасений в области безопасности, что так хорошо работало на Ближневосточном направлении и что, кстати говоря, парадоксальным образом сработало даже на ливийском направлении, где казалось бы, всё рушится.

Фёдор Лукьянов: А насколько турки упрямы? Каков ресурс гибкости?

Павел Шлыков: С одной стороны, они, конечно, упрямы. Я припоминаю реакцию европейцев после жёстких переговоров в контексте вступления в Евросоюз: «Это же невозможно: у нас дипломатические переговоры, а они ведут себя, как торговцы коврами!» – так министр иностранных дел Люксембурга Жан Ассельборн отозвался о делегации во главе с Эрдоганом. Но это реалии 2000-х годов. С другой стороны, есть письма Якова Захаровича Сурицы – это наш полномочный представитель во второй половине 1920-х и в первой половине 1930-х годов в Турции, один из наиболее талантливых и умных советских дипломатов того периода. Он писал, что турки демонстрируют удивительный прагматизм и рационалистичность: могут на время забыть свои обиды, обнулить какое-то предубеждение и попробовать начать выстраивать позитивные отношения с чистого листа.

Он говорил это об отношении Турции с Западом – ведь во время освободительной войны 1919–1922 гг. та воевала против Великобритании, Франции, Греции. А потом стала ориентироваться на Великобританию и Францию. На Лозаннской мирной конференции турки приняли именно британский вариант договора по проливам, а не советский, хотя британцы не отправляли им золото и оружие, как большевики. И этот врождённый прагматизм, который позволяет преодолеть такие застарелые обиды или забыть о ещё не заживших до конца ранах, тоже свойственен туркам.

Максим Сучков: Я не вижу никаких расхождений между тем, что я сказал и что сказал Павел. «Дети» – это продолжение метафоры «брака по расчёту». И «дети», действительно, проблемные – «Турецкий поток» заполняется азербайджанским и катарским газом, и труба действительно недозагружена. Но важнее другое.

Я думаю, что под многополярностью или полицентричностью мы, прежде всего, имеем в виду именно девестернизацию – и текущая ситуация с Турцией демонстрирует, что этот многополярный мир может быть и не очень нам удобен. Если это некий прототип будущего и если наша идея о снижении одностороннего доминирования американцев на общеглобальном коллективном Западе реализуется, то что будет после этого? Насколько нам будет сложно с этими игроками работать – с Турцией, Ираном?

А о перспективах российско-турецких отношений можно сказать словами упомянутого здесь Сулеймана Демиреля. Как-то он дал гениальную формулировку: “If you ask me to summarize Turkey’s situation in one word, I would say – it’s ‘good’, but if if you ask me to summarize Turkey’s situation in two words, I would say – it’s ‘not good’ ”. И это, мне кажется, блестяще описывает то, что происходит в российско-турецких отношениях: если одним словом – «хорошо», а если двумя – «не хорошо».

Фёдор Лукьянов: Максим Сучков поставил правильный вопрос, который надо обсуждать применительно не только к Турции, а шире: что означает сбывшийся многополярный мир. Хватит ли (используя замечательное предложение Андрея Глебовича) – нам всем цинизма, чтобы в нём комфортабельно устроиться? Я не уверен. Но это уже другая тема. Спасибо всем большое!

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 6 ноября 2020 > № 3564081 Андрей Бакланов, Федор Лукьянов, Алексей Муравьев, Максим Сучков, Павел Шлыков

КАНАДСКО-РОССИЙСКИЕ ОТНОШЕНИЯ: ПЛАН ДЕЙСТВИЙ

ЖИЛЬ БРЕТОН, Бывший дипломат

ПЁТР ДУТКЕВИЧ, Профессор Карлтонского университета (Канада).

Публикуем размышления двух представителей канадского академического сообщества, которые предлагают начать пересмотр отношений между Канадой и Россией. Статья отражает личный взгляд авторов. Редакция будет рада продолжить эту дискуссию и ждёт любых откликов на эту инициативу.

Суть внешней политики Канады – защита её интересов, которые непосредственно затрагивают саму Россию, а также регионы, где Россия и Канада могут соперничать, сотрудничать или сосуществовать. В эти интересы входят экономические, политические, экологические, социальные и многие другие вопросы, где мы можем оказаться в выигрыше или потерпеть неудачу.

С последних лет холодной войны и до начала 2014 г. канадско-российские отношения развивались динамично и многогранно, подразумевая диалог и сотрудничество даже по самым чувствительным и противоречивым моментам. Конечно, были и сложные ситуации – как во время российско-грузинского конфликта, но общий тренд взаимовыгодного сотрудничества был позитивным. Дали результаты и многолетние усилия по продвижению канадской торговли.

В марте 2014 г. в двусторонних отношениях произошёл сдвиг в худшую сторону из-за конфликта России с Украиной по поводу Крыма и Донбасса. Безоговорочно поддерживая Украину, Канада не только участвовала в нескольких раундах санкций, но и пошла дальше, чем некоторые страны G7 и НАТО, ограничив взаимодействие с Россией.

Наши отношения фактически стали бесплодными. Их статус лучше всего охарактеризовал начальник Генштаба ВС Канады генерал Джонатан Ванс, назвавший Россию «непосредственной военной угрозой этой стране». В свою очередь, посол РФ в Канаде Александр Дарчиев говорил о «печальном, но не безнадёжном статусе российско-канадского диалога».

Вызовы

С точки зрения Канады, Россия не является страной-единомышленником. Кроме того, негативное влияние на отношения оказала незавидная судьба нескольких известных критиков Владимира Путина.

Власти институционально и политически вынуждены поддерживать высокий уровень защиты от внутренних вызовов и внешнего воздействия. Поэтому Россия стремится систематически сдерживать и ограничивать политическое/экономическое влияние «чужих», особенно представителей евроатлантического истеблишмента. А в условиях нарастающей конфронтации – защищается от прямого и опосредованного внутреннего и внешнего воздействия (экономического, политического и военного).

В целом Россия воспринимает Канаду позитивно благодаря её прогрессивному либеральному госуправлению и традиционно конструктивному подходу к внешней политике. Страна считается приятным, но не жизненно необходимым политическим и экономическим партнёром. В то же время сегодня Канада видится из России как один из западных лидеров «антироссийского крестового похода».

В Канаде другая проблема: здесь довольно мало политически диверсифицированных и хорошо информированных экспертов и исследовательских центров со связями во властных кругах, которые могли бы предоставить политикам объективные сведения о России и таким образом ликвидировать информационный разрыв.

В последние десятилетия Канада не раз вступала в противоречия с Россией по поводу некоторых аспектов поведения Москвы на внешнеполитической арене, но украинский кризис впервые вызвал реакцию, исключающую содержательный диалог.

У наших ближайших союзников – США и ЕС – ситуация складывалась иначе.

Канадский подход отражал желание продемонстрировать украинской диаспоре мощное противодействие поведению России. При этом тогдашний премьер-министр скептически относился к вовлечённости Канады в международные дела. Беспрецедентный отказ от диалога не повлиял на попытки разрешить конфликт: Франция и Германия предприняли дипломатические усилия, позволившие согласовать мирные договорённости «Минск – 1» и «Минск – 2», Канада же осталась в стороне.

Политика ограниченных контактов с Россией в основном имеет символический смысл, однако поддержка Украины стала настолько привычной, что украинские власти начали критиковать Канаду за попытки отказаться от этой политики и следовать национальным интересам. Украина старалась заблокировать канадско-российский диалог, хотя сама, по некоторым данным, поддерживала контакты с Россией.

Реалистичная оценка вынуждает нас признать, что политика ограниченных контактов с Россией выполнила свою символическую роль, никак не сказавшись на конфликте между Украиной и Россией, но зато лишив Канаду роли ключевого дипломатического канала.

Кроме того, из-за этой политики канадские экспортёры в Россию оказались в невыгодном положении по сравнению со своими конкурентами из других стран G7 и евроатлантического сообщества. Конкуренты Канады опираются на активную поддержку торговых представителей и структур, кредитующих экспорт, у канадского бизнеса на российском рынке таких возможностей нет.

Иными словами, Канаде нужны такие же условия на рынке, как у её партнёров. Но до этого пока далеко.

Изменение канадской политики не должно беспокоить правительство Украины, которое и само сейчас активно ищет возможности урегулировать конфликт на Донбассе путём переговоров.

Возможности

Пока ощущение такое, что Канада не способна – и в некоторой степени не желает – защищать и продвигать свои национальные интересы, взаимодействуя с Россией.

Но даже если оценка российского посла верна и «надежда на возврат к нормальным отношениям в обозримом будущем мала», мы считаем, что создание условий для более прагматичного подхода к стране-неединомышленнице отвечает интересам Канады. То же самое касается и российского подхода к отношениям с Канадой. Нам не нужно становиться друзьями. Цель не в том, чтобы поддерживать отношения ради отношений.

Нарастающие глобальные вызовы как никогда требуют скоординированной международной реакции, поэтому России и Канаде придётся говорить друг с другом, чтобы решать вопросы экологии, новых технологий и здравоохранения.

На уровне внешней политики, если Канада хочет играть значимую роль в решении глобальных задач и вопросов, чувствительных для канадцев, у неё должен быть работающий канал взаимодействия с российским внешнеполитическим истеблишментом. Канаде нужен уровень, гарантирующий её значимое участие в этом разговоре. Лучше находиться за столом, а не в меню – особенно когда речь идёт о глобальной кухне.

Весь спектр проблем международной безопасности может стать частью полезных дискуссий с Россией. Обсуждение, например, борьбы с терроризмом будет способствовать реальному сотрудничеству. Более сложные, противоречивые сферы вроде кибербезопасности потребуют шагов по укреплению доверия и долгосрочного подхода. Консультации экспертов откроют возможности для урегулирования спорных моментов.

Актуальные глобальные вызовы, включая изменение климата, требуют скоординированной общей реакции.

Цель Канады – играть конструктивную роль в глобальной повестке – требует диалога со всеми значимыми государствами, в том числе с Россией.

Канада также заинтересована во взаимодействии с Россией по многим региональным вопросам, где последняя играет важную роль. На площадке Арктического совета страны поддерживают двусторонний диалог, однако он не покрывает весь спектр экономических и прочих интересов Канады, поэтому нам необходимо более активное сотрудничество.

К другим важным и требующим внимания направлениям относятся – в первую очередь – Ближний Восток (Сирия, Иран) и евразийская безопасность (Афганистан).

Кто-то может не согласиться, но Россия действительно является влиятельным игроком в глобальных и/или региональных вопросах, представляющих жизненно важный интерес для Канады и её граждан.

На уровне международных экономических отношений Россия на данном этапе не рассматривается как крупный торговый партнёр или как привлекательное направление для инвестиций. Уже давно ушли в прошлое те времена, когда канадский экспорт зерна превышал российский в соотношении 250 к 1. В результате санкций Канада сохраняет торговый профицит над Россией в сфере экспорта машин и оборудования. Сегодня экспорт уже не ограничивается потребительскими товарами и сырьём, возрастает доля товаров с высокой добавленной стоимостью. Российская экономика не так велика, но благодаря внутренней диверсификации она создаёт возможности для канадских экспортёров специализированных товаров. Кроме того, Россия – привлекательный рынок профессиональных услуг. Помимо существующих рынков товаров с высокой добавленной стоимостью и профессиональных услуг, торговля с Россией соответствует нашей собственной политике диверсификации торговли. Она также способствует устойчивому развитию, что соответствует глобальным целям Канады. В тех отраслях, где Канада имеет конкурентные преимущества – например, экологичные технологии в условиях холодного климата, – мы почему-то не продвигаем наши долгосрочные интересы.

Новый канадский прагматизм

Пандемия COVID-19 создала новые условия для международных отношений. Да, личных встреч стало меньше. Это является препятствием для вдумчивых бесед по чувствительным вопросам, но в то же время открывает возможности для более частых контактов без формализма официальных визитов.

Реализация собственных интересов Канады станет источником новой повестки дискуссий с Россией.

Если канадские цели хотя бы отчасти совпадут с российской повесткой и Канада сможет продемонстрировать политическую волю к диалогу, обе стороны будут заинтересованы в контактах.

На нынешней стадии глубокого взаимного недоверия необходима решимость, чтобы перезапустить диалог, определить направление развития двусторонних отношений и прояснить конечную цель.

На практике нужен сигнал от канадских властей о заинтересованности в таком диалоге с российскими коллегами. За ним должна последовать проработка первоначальной повестки, отражающей приоритеты Канады, которую можно передать российской стороне. Это можно было бы осуществить, например, в рамках встречи заместителей министров обороны двух стран по вопросам стратегической стабильности. До 2014 г. подобные встречи проходили часто. Главное – начать дискуссию на уровне достаточно высокопоставленных чиновников, но не на уровне министров, так как это преждевременно и может быть неверно истолковано. Посыл этой дискуссии должен быть однозначным: вопрос снятия санкций не стоит на повестке дня.

Содержание первоначальной повестки переговоров должно быть согласовано Министерством иностранных дел Канады и передано другим ведомствам, парламентариям и регионам.

Канадским торговым представителям также нужно дать сигнал о том, что проактивный подход по аналогии с действиями наших политических союзников и торговых конкурентов является частью нового курса. Должны быть направлены инструкции и в канадскую корпорацию развития экспорта, как «вновь открыть» Россию, чтобы канадские бизнесмены находились в равных условиях с американцами и европейцами.

Говорить друг с другом, объяснять свою позицию, слушать аргументы России на разных уровнях – всё это позволит создать фундамент для более тесных контактов.

Сейчас у нас нет для этого содержательных механизмов (грантов, проектов, исследований).

План действий

Нынешние обстоятельства не располагают к всеобъемлющему взаимодействию двух стран, как это было на предыдущем этапе. Однако МИД Канады мог бы начать с составления списка приоритетных вопросов, чтобы возобновить политический диалог.

С учётом нынешнего состояния наших отношений с Россией новый прагматичный подход, который мы предлагаем, должен строиться на сбалансированном сочетании новых (формальных и неформальных) и традиционных подходов, что позволит создать сеть взаимодействия и базовый уровень доверия.

Различные платформы взаимодействия – семинары и конференции в престижных университетах и НКО, любительские хоккейные матчи на полях крупных мероприятий, неформальные встречи в рамках заседаний профессиональных ассоциаций, неформальные встречи политиков, активность в соцсетях – лишь некоторые из возможностей, которые можно задействовать наряду с официальными консультациями невысокого уровня.

Нам нужны шаги для медленного, но верного восстановления доверия. Это касается обеих сторон.

Более всеобъемлющий план, если он потребуется, можно начать разрабатывать после отладки неформального диалога между канадскими и российскими партнёрами.

Даже без официальных установок многие заинтересованные участники захотят возобновить продвижение своих инициатив, если это будет политически приемлемо. Вероятно, в первую очередь это коснётся консультаций специалистов по изменению климата, а также контактов на региональном уровне.

Путь вперёд

Реальность требует выстраивать отношения с Россией, какой она является сегодня, а не с той, которую рисует наше воображение.

С точки зрения внешней политики, включая экономические и экологические аспекты, Канаде удастся реализовать свои национальные интересы и укрепить международные позиции, только если ей будут открыты все возможности дипломатии, то есть прямого содержательного диалога.

У нас нет иллюзий.

Возможно, в лучшем случае – отношения двух стран останутся смесью соперничества и сотрудничества. Но сейчас главный вызов в том, чтобы перейти от ограниченных контактов к взаимодействию, которое полностью отражает наши национальные цели и интересы.

Россия. Канада > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 5 ноября 2020 > № 3564082 Жиль Бретон, Петр Дуткевич

Куда полетят венские пули

Мировое эхо теракта в Австрии

Текст: Константин Волков, Екатерина Забродина

Власти Австрии продолжают расследовать теракт в самом сердце Вены, который стал для альпийской республики настоящим потрясением. Как известно, 2 ноября террорист, открывший огонь по вечернему городу, застрелил из автомата четырех случайных жертв, еще 22 человека были ранены, семеро из них тяжело, включая полицейского.

Ответственность за атаку взяла на себя террористическая группировка ИГИЛ (запрещена в РФ). Злоумышленником, который был ликвидирован по время полицейской спецоперации, оказался 20-летний уроженец Австрии с албанскими корнями (помимо австрийского, у него также было второе гражданство Северной Македонии, откуда родом его родители). Он уже находился в поле зрения австрийских спецслужб и был осужден за попытку примкнуть к террористам в Сирии. Решение досрочно освободить его власти признали ошибкой. Непонятно также, почему они проигнорировали предупреждение от правоохранителей из Словакии, куда преступник уже после тюрьмы приезжал с неким приятелем купить патроны. Та сделка сорвалась, поскольку у молодого человека не было лицензии на оружие.

Лишь через двое суток после теракта МВД Австрии подтвердило, что фанатик действовал в одиночку, и сообщников у него не было.

До этого полиция и бойцы антитеррористического спецназа не прекращали поиски возможных соучастников теракта. Шокированных венцев призвали по возможности сидеть по домам и не выезжать в центр, для школьников отменили обязательные занятия. Однако после того, как следователи отсмотрели один терабайт видеозаписей, присланных очевидцами, версия о нескольких соучастниках отпала. Как выяснилось, 20-летнего стрелка звали Куйтим Фейзулай (официально следствие не раскрывает его фамилию). Он родился и вырос в живописном городке Медлинг близ Вены, а его родители переехали в Австрию из Северной Македонии. Репортеры Reuters выяснили, что Куйтим каждый год навещал деревушку на западе балканской республики, где до сих пор живет его дед. Как утверждает полиция, Куйтим "радикализировался в Европе": вместе со своим старшим школьным другом он посещал одну из венских мечетей, которую местные спецслужбы подозревают в распространении экстремистских идей.

Как пишет Spiegel Online, молодой человек "много лет искал контактов с террористами" и даже входил в список 90 граждан Австрии, которые выезжали на границу с Сирией, чтобы влиться в ряды боевиков. К слову, с тем же другом он пытался улететь и в Кабул, чтобы примкнуть к террористическому подполью в Афганистане. Однако они не получили виз, и билеты были аннулированы.

В апреле 2019 года Куйтим был осужден на 22 месяца тюрьмы, но уже в декабре вышел по условно-досрочному освобождению в рамках ювенального законодательства. Теперь эксперты называют его освобождение "роковым просчетом". Глава МВД Австрии Карл Нехаммер признал, что преступнику удалось "обмануть программу по дерадикализации", которую он якобы успешно прошел. Молодой человек оставался под наблюдением спецслужб до того самого дня, когда открыл стрельбу неподалеку от синагоги в Старом городе по прохожим и посетителям кафе. Среди погибших - две женщины, в том числе официантка, и двое мужчин, один из них ровесник террориста. Он был вооружен модификацией автомата Калашникова, пистолетом и ножом-мачете. Полиция застрелила его через девять минут после того, как на пульт вызова поступил сигнал тревоги.

В Европе уже провели параллели с многочисленными терактами последних лет в Париже, Брюсселе, Ницце, Берлине и других городах. Экс-глава Европарламента и соратник Берлускони итальянец Антонио Таяни предложил коллегам создать "европейское ФБР". "Европу атакуют, исламский терроризм хочет поразить самое сердце европейской и западной цивилизации, - заявил он. - На это надо реагировать, не только сосредоточив внимание на межрелигиозном диалоге и содействии интеграции, но и полагаясь на тесное сотрудничество между полицией и секретными службами Евросоюза". Впрочем, как именно может выглядеть такая организация и чем она дополнит уже существующие европейские антитеррористические структуры, он не уточнил.

Как заявил посол России в Австрии Дмитрий Любинский, "с проявлениями всемирного зла" можно бороться только сообща. "Эту мысль мы проводим в контактах с нашими австрийскими партнерами", - отметил дипломат. Он также уточнил, что россияне в ходе теракта не пострадали.

"Собираются с новыми силами": куда боевики ИГ* ушли с Ближнего Востока

Андрей Коц. Рост численности, сотни диверсий, нечеловеческая жестокость — как считают в Пентагоне, разгромленное на Ближнем Востоке "Исламское государство"* успешно строит новый "халифат" — на этот раз в Африке. Согласно отчету, опубликованному экспертами Вест-Пойнта, террористические группировки расширяют зоны влияния, вербуют в свои ряды новых фанатиков и успешно противостоят регулярным армиям. О главных выводах документа — в материале РИА Новости.

Вотчина боевиков

К концу 2017-го боевики ИГ* потеряли большую часть оккупированных территорий на Ближнем Востоке. Успешные действия ВКС России, сирийской и иракской армий, а также международной коалиции под предводительством США загнали террористическую организацию в глубокое подполье. "Исламское государство"* перешло к партизанской войне и отказалось от крупных наступательных операций.

В Африке же террористы чувствуют себя вполне вольготно. По информации аналитиков Пентагона, наибольшую активность они проявляют на западе континента и в Большой Сахаре. Под удары боевиков регулярно попадают гражданские и военные объекты в Нигерии, Нигере, Камеруне, Чаде, Мали и Буркина-Фасо. Там всем заправляет печально известная исламистская организация "Боко харам"*, присягнувшая на верность ИГ* еще в марте 2015-го. Тогда экстремисты провели "ребрендинг" и стали называться "Западноафриканской провинцией "Исламского государства"* (Islamic State's West Africa Province — ISWAP).

Впервые внимание мировых СМИ ISWAP* привлекла в октябре 2017-го. Крупная банда заманила в засаду отряд спецназа США неподалеку от деревни Тонго Тонго в Нигере. В ходе скоротечного и жестокого боя террористы убили четверых американцев. Это вызвало бурное обсуждение в Вашингтоне, и об "африканском ИГ*" заговорили всерьез. Его численность оценивали в 400-500 штыков, однако скоро речь шла уже о тысячах.

Черное подполье

Только за прошлый года боевики ISWAP* совершили 186 нападений на военные объекты западноафриканских стран. Они скрытно подбирались к цели и атаковали, пользуясь численным превосходством. В результате погибли десятки военнослужащих правительственных армий и полицейских. В ISWAP* не гнушаются использовать террористов-смертников. В 2019-м они пять раз подрывали себя в местах скопления военных — трижды в Нигерии, а также в Буркина-Фасо и Нигере.

В 2020-м экстремисты перешли к террору мирного населения. В Нигерии за пять месяцев этого года они убили более 600 представителей христианских общин. Боевики, по их собственным словам, хотят "освободить страны Западной Африки от западного влияния". Действуют с запредельной жестокостью. Так, в сентябре ISWAP* опубликовала видео убийства христианских волонтеров Лоуренса Дуна Дакигира и Годфри Али Шикагхама. При налетах на мирные поселения террористы не щадят даже детей, а женщин зачастую угоняют в сексуальное рабство. Нигерийские власти раз за разом терпят поражение. Армия сосредоточена на защите крупных городов, а небольшие поселки и сельская глубинка для террористов — легкая добыча.

За последние годы ИГ* серьезно укрепило позиции и на юго-востоке континента. В частности, рост террористической угрозы отмечают в Мозамбике, где боевики контролируют несколько населенных пунктов. С 2017-го они убили здесь более полутора тысяч человек. Многих демонстративно обезглавили перед камерой. Как и в Западной Африке, экстремисты в Мозамбике последовательно уничтожают все, что связано с неисламским миром.

В сентябре террористы высадились на курортных островах Вамизи и Мекунго, где отдыхают голливудские звезды и другие знаменитости. Под страхом смерти они заставили всех уехать с островов и дотла сожгли гостиничную инфраструктуру — бунгало, пляжные домики, складские помещения.

Теракты и засады

На севере Африки активно действует против египетских властей "Синайская провинция "Исламского государства"* (Islamic State's Sinai Province — ISSP*). Именно эта террористическая организация взяла на себя ответственность за подрыв самолета Airbus A320 российской авиакомпании "Когалымавиа" 31 октября 2015-го. Тогда погибли 224 человека.

Спустя два года, 24 ноября 2017-го, боевики ISSP* устроили теракт в суфийской мечети в населенном пункте Бир-эль-Абд. В результате взрыва и стрельбы были убиты 310 человек. В 2019-м экстремисты совершили 160 нападений — в основном на египетских военных. Сейчас синайский "филиал" ИГ* удерживает четыре деревни, используя их как базы для вылазок.

Есть еще "Центральноафриканская провинция "Исламского государства"* (Islamic State's Central Africa Province — ISCAP*). Боевики этой организации активны главным образом на востоке Демократической Республики Конго. Формально местные исламисты присоединились к ИГ* лишь в 2019-м, однако уже успели заслужить репутацию полных отморозков. Чаще всего они совершают вылазки вблизи города Бени. За прошлый год восемь процентов всех терактов ИГ* в Африке были проведены боевиками ISCAP*. Действуют из засад — атакуют конвои правительственной армии Конго.

Кроме того, "Исламское государство"* присутствует в Ливии, Алжире и Тунисе — десять терактов в 2019-м. Местное террористическое подполье служит вербовочной базой — боевики в других странах континента регулярно получают из Ливии, Алжира и Туниса пополнение. По мнению экспертов Пентагона, влияние ИГ* в этом регионе будет только усиливаться.

Террористы ИГ* действуют в 13 странах Африки. По меньшей мере в двух из них боевикам удалось взять под контроль обширные территории и организовать псевдогосударственную власть.

В Пентагоне делают вывод: фронт борьбы с мировым терроризмом окончательно сместился с Ближнего Востока на юг.

*Террористическая организация, запрещенная в России.

Сергей Нарышкин: Запад на Белоруссии пробует методы раскачивания России

 — Шумная история была с "отравлением", в кавычках, блогера Навального. Занималась ли Cлужба внешней разведки этой темой и удалось ли восстановить единственные причины, что же, собственно, произошло, в какой степени оказались замешаны западные спецслужбы и на каком этапе они подключились тогда?

— Мы исходим, должны исходить из того, что российские врачи в Омске провели самый глубокий комплекс исследований.

— Вы это знаете или просто исходим априори?

— Мы это знаем и вы это знаете.

— Я очень внимательно этим занимался, я это знаю.

— И на момент, когда блогер Навальный находился на территории Российской Федерации, в его биологических материалах не было присутствия каких-либо токсичных, тем более отравляющих веществ. Что произошло потом, когда он оказался сначала на борту немецкого лайнера, а потом уже на территории Федеративной республики Германия — это вопрос. Наши соответствующие службы, а именно Генеральная прокуратура, неоднократно делали запросы, не получив ни одного ответа. Немецкая сторона молчит, значит есть что скрывать.

Честно признаюсь, что у нас нет подтвержденных доказательств участия спецслужб. Вот в этой, во всей этой истории, во всей этой провокации. Но некоторые косвенные данные…

— Я же тоже занимался, говорил с врачами, подробно, все это вывешено — с доктором Сабаевым, с Ринком. Сабаев — главный токсиколог. Все это известно. То есть факта отравления не было. Не было химической травмы. Тем не менее потом это было интерпретировано как отравление. Ну здесь же торчат уши спецслужб и, мне кажется, очевидно. А вы говорите об этом столь осторожно.

— Вы говорите в качестве предположения. Я сказал то, что сказал, а сказал я, что у нас нет подтвержденных данных. Мы не можем говорить об этом как о событиях достоверно известных. Я также сказал, что есть данные косвенные.

Если хотите, я вам впервые и о косвенных данных скажу. Около года назад мы получили информацию, она проверенная, достоверная, о том, что на территории одной из стран НАТО — сразу скажу, что это не Германия, — состоялось совещание с участием представителей спецслужб. Там обсуждался вопрос, каким образом поддержать и оживить протестное движение в России, которое совсем скукожилось и приближается к нулевой отметке. Знаете, в качестве одного из вариантов, механизмов на серьезном уровне обсуждался вопрос о так называемой сакральной жертве. Причем говорилось о том, что лучше бы, чтобы эта "сакральная жертва" была из числа все-таки лидеров оппозиции.

— Вы это знаете или просто исходим априори?

— Мы это знаем и вы это знаете.

— Я очень внимательно этим занимался, я это знаю.

— И на момент, когда блогер Навальный находился на территории Российской Федерации, в его биологических материалах не было присутствия каких-либо токсичных, тем более отравляющих веществ. Что произошло потом, когда он оказался сначала на борту немецкого лайнера, а потом уже на территории Федеративной республики Германия — это вопрос. Наши соответствующие службы, а именно Генеральная прокуратура, неоднократно делали запросы, не получив ни одного ответа. Немецкая сторона молчит, значит есть что скрывать.

Честно признаюсь, что у нас нет подтвержденных доказательств участия спецслужб. Вот в этой, во всей этой истории, во всей этой провокации. Но некоторые косвенные данные…

— Я же тоже занимался, говорил с врачами, подробно, все это вывешено — с доктором Сабаевым, с Ринком. Сабаев — главный токсиколог. Все это известно. То есть факта отравления не было. Не было химической травмы. Тем не менее потом это было интерпретировано как отравление. Ну здесь же торчат уши спецслужб и, мне кажется, очевидно. А вы говорите об этом столь осторожно.

— Вы говорите в качестве предположения. Я сказал то, что сказал, а сказал я, что у нас нет подтвержденных данных. Мы не можем говорить об этом как о событиях достоверно известных. Я также сказал, что есть данные косвенные.

Если хотите, я вам впервые и о косвенных данных скажу. Около года назад мы получили информацию, она проверенная, достоверная, о том, что на территории одной из стран НАТО — сразу скажу, что это не Германия, — состоялось совещание с участием представителей спецслужб. Там обсуждался вопрос, каким образом поддержать и оживить протестное движение в России, которое совсем скукожилось и приближается к нулевой отметке. Знаете, в качестве одного из вариантов, механизмов на серьезном уровне обсуждался вопрос о так называемой сакральной жертве. Причем говорилось о том, что лучше бы, чтобы эта "сакральная жертва" была из числа все-таки лидеров оппозиции.

— Вот с этим словом не согласен. Вот с "оппозицией" не согласен. С "протестом" согласен, но оппозиция — это то, что претендует на то, чтобы взять власть. Это имеющие организацию, имеющие ответственность. Какая оппозиция? Но они так называют.

— Я тоже с этим согласен, так же, как и вы.

— То есть вы просто воспользовались их терминологией.

— Да.

— Интересно, вы это интерпретируете как косвенные данные, но если говорить про Навального — это косвенные, а если не говорить про Навального, то это конкретные данные, у которых, и об этом совещании, у вас есть подтверждение. То есть это точные данные.

— Ну, большего сказать я не могу, потому что источник ценнее, чем что-либо другое.

— Я понимаю. По-моему, все эти отравления — вообще такая западная культура, от Древнего Рима. И они проецируют свою культуру на нас. Как бы мы тоже должны травить, и чуть что — возникает отравление. С Кара-Мурзой так было, например. Потом это не подтвердилось, даже американские СМИ опровергли эту версию. С Верзиловым. Верзилин или Верзилов, это неважно, собственно, мы не об этом говорим. И тоже: "Ах, отравили". Потом выяснилось тихо, что никакого отравления не подтвердилось. И все это не подтверждается раз за разом, и я не исключаю, что и сейчас с блогером Навальным это тоже в какой-то момент все-таки лопнет, потому что нельзя столь неадекватно настаивать на столь неадекватном.

Ну а предвидите ли вы какие-то новые истории с отравлениями? Они ведь уже как бы поставлены на конвейер. Есть ли у вас какие-то косвенные данные?

— Косвенных данных, что та или иная жертва уже обозначена, нет. Но, как вы сказали, и что на самом деле так, к сожалению, этим инструментом наши западные оппоненты время от времени пользуются. Также как они пользовались этим в бывшей Югославии, на Украине.

— А вот это мифическое вещество "Новичок"? Леонид Ринк в интервью нам сказал, что этого вещества не существует, что это бинарное химическое оружие, то есть оружие, состоящее из минимум двух компонентов, которые соединяются в момент взрыва. Поэтому "Новичком" обмазать бутылку просто нельзя. "Новичок" уже превратился в метафору некоего боевого вещества, связываемого с Россией. Хорошее слово "Новичок". Нравится Меркель, нравилось Терезе Мэй. Что-то в этом такое, может быть, даже для женщин звучит особо привлекательно, гипнотизирующее их. Но так или иначе, есть вещества, которые разрабатывались, конечно же, в Советском Союзе, боевые отравляющие вещества. Есть у вас какие-то данные, что этими же веществами интересуются и располагают наши западные партнеры в Западной Европе — в Германии, Великобритании?

— Такой информации у нас нет.

— Что этот "Новичок" или его компоненты, его производные, как-то "гуляют", нет?

— Есть другая сторона вопроса. Формула так называемого "Новичка" — она известна. И любой стране, которая располагает более-менее развитой химической промышленностью, создать опытное производство такого или подобного вещества не составляет труда. Но я так же, как и вы, не видел, не нюхал "Новичок".

— И слава богу. Вот сейчас коронавирус — безусловная угроза, конечно же, России, и наверняка в списке угроз числится. А значит, это тоже цель, предмет интересов Службы внешней разведки. В какой степени вы занимаетесь этой темой? И к чему вы пришли здесь? В общих чертах, если не совсем точно и досконально, что это такое? С чем мы столкнулись?

— В какой-то степени мы этим занимаемся. Но поскольку мы располагаем большими возможностями по получению, по добыванию информации и поскольку мы имеем значительные аналитические ресурсы внутри Службы внешней разведки, то, конечно, мы вот этот большой объем получаемой информации обрабатываем и представляем в соответствующие службы и министерства, в правительство. Вот в этом и состоит наша роль, наше участие в борьбе с этим злом.

— Происхождение коронавируса. У вас есть твердые знания по этому поводу? Источник?

— Если вы задаете вопрос в том смысле, что каково происхождение — искусственное или естественное?

— Это всех сейчас, конечно, волнует. Я понимаю, что многие уже отвечали, но у вас самые точные сведения.

— Таких обоснованных и достоверных данных о том, что это продукция человеческих рук и человеческого интеллекта, нет. Поэтому мы склоняемся к тому, что это продукт естественного происхождения.

— Но вы не можете сказать "нет" руководителю, потому что он должен из чего-то исходить, принимая решение. У него должна быть все равно рабочая гипотеза для принятия решения. То есть президент принимает решение из того, что это вирус естественного происхождения? Здесь двоичная система: вы говорите либо да, либо нет. Естественное происхождение?

— Знаете, и президенту, и соответствующим органам государственной власти важно разработать систему мер борьбы с этим недугом, с этим вирусом. Чем, как мне представляется, российские министерства и ведомства довольно успешно занимаются, нарабатывая и соответствующие протоколы лечения больных коронавирусом, разрабатывая лекарственные препараты, разрабатывая, наконец, вакцины.

И насколько я понимаю, для наших ученых-вирусологов, разработчиков лекарственных препаратов и особенно вакцин, не является принципиальным вопрос, каково происхождение. Он не критичен по отношению к тому, что они делают. То есть создают лекарства, создают вакцины, лечат больных.

— Из Соединенных Штатов иногда звучат обвинения в том, что Россия препятствует получению вакцины Америкой. В какой степени вообще есть основания для подобных высказываний?

— Да нет, конечно, таких оснований нет. Это чушь, это только возможность как-то скрыть собственные недостатки. Да, недостатки явно в системе здравоохранения Соединенных Штатов есть. И вот в эти месяцы, когда свирепствует коронавирус, такие недостатки проявились. Проявились и, к сожалению, очень сильно.

— Есть палочка-выручалочка Россия, сразу раз — и все. Всегда можно ухватиться за нее, всегда можно свалить на Россию.

— Да, что это российское влияние, российские угрозы. Есть и "китайское влияние", "китайские угрозы".

— Все-таки в Белоруссии тревожные события. В какой степени сейчас вас занимает Белоруссия, и каков ваш прогноз на то, что там будет происходить? С другой стороны, вы же должны давать не только прогноз, но и рекомендации.

— О нашем участии?

— Да.

— Мы даем взгляд из так называемого западного угла — как западная сторона смотрит на эти процессы, анализирует, оценивает, какие меры предпринимает для того, чтоб расшатать ситуацию внутри Белоруссии, и свои оценки предоставляем, в том числе, своим белорусским коллегам.

— Поделитесь?

— С коллегами уже поделился.

— А с нами?

— Пока нет.

— А можно ли утверждать, что западные спецслужбы, которые, безусловно, там работают — и я надеюсь, что у вас не только косвенные данные есть по этому поводу, — оттачивают на примере Белоруссии, словно на полигоне, методы дестабилизации, которые будут потом использоваться и в России?

— Ну это очевидно — то, что наши западные оппоненты пытаются проецировать ситуацию в Белоруссии на Российскую Федерацию. Но признаться, каких-то инноваций в Белоруссии отмечено не было. Технологии цветных революций известны давно и применялись за последние два-три десятка лет во многих и многих странах мира.

— То есть вам хотелось сказать: "Скучно, девочки"?

— Ничего нового. И ничего хорошего, конечно, в этом нет. Мы, безусловно, с беспокойством относимся к тем событиям, которые происходят в Белоруссии, мы стараемся подсказать нашим коллегам, как я уже говорил, то, что думают, что делают западные оппоненты, и рассчитываем, что этот опыт будет полезен.

— Сергей Евгеньевич, вы были первым — в России, по крайней мере, — кто заявил, что в зоне карабахской войны участвуют боевики-террористы, в том числе из Ближнего Востока, прежде всего из Сирии. Какие у вас есть для этого подтверждения документальные? И они прямые либо косвенные?

— Были точные данные.

— И вот сейчас сириец, который был показан, представлен армянской стороной, это, собственно, подтверждение ваших данных.

— Ну эти данные мы получаем из целого ряда стран, от разных источников и от разных наших партнеров, партнерских служб на Ближнем Востоке, Среднем Востоке.

— Дней десять назад президент Путин сказал, что Армения и Азербайджан для нас "равные партнеры", точная цитата. У нас разный характер сотрудничества с этими странами, но в целом он вот так выразился. Сотрудничаете ли вы с коллегами из Азербайджана? Из Армении — я не сомневаюсь, потому что, наверное, здесь в рамках ОДКБ у вас есть отлаженный механизм, а из Азербайджана?

— У нас есть отлаженный механизм сотрудничества со спецслужбами, с разведывательными службами всех стран пространства СНГ, в том числе Службой внешней разведки Азербайджана и с подразделением Комитета национальной безопасности Армении, подразделением, которое занимается разведывательной деятельностью.

— Из недавно рассекреченных документов Службы внешней разведки следует, что Британия в годы Второй мировой войны пыталась втянуть Турцию в военные действия. И вообще Британия и Турция вошли в так называемую "Крымскую платформу" недавно. Ваш коллега, встречу с которым вы не исключаете, Ричард Мур был послом в Турции и говорит на турецком языке свободно, слывет личным другом Эрдогана. Даже после попытки переворота в Турции он вышел сухим из воды и сохранил эту дружбу. Борису Джонсону трудно общаться с Эрдоганом, поскольку он писал на него стихи оскорбительного содержания, выставлял их на конкурсы и получал даже призы. А следовательно, общение между Британией и Турцией идет по линии Ричард Мур — Эрдоган. Есть общий интерес? Насколько Британия и Турция сейчас завязаны, и взаимодействуют их спецслужбы, в карабахской войне? Как они координируют усилия?

— Работу турецкой разведывательной службы мы ощущаем, видим отдельные элементы этой работы. Что касается британской разведки, о британцах я такого сказать не могу.

— Не ощущаете там, в Нагорном Карабахе?

— Нет.

— Журналиста Ивана Сафронова обвиняют в передаче секретной информации разведке Чехии. Этот факт был озвучен Службой внешней разведки, а не ФСБ, которая призвана охранять секреты. Чем вы объясняете, что именно Служба внешней разведки была спикером по этой теме?

— Этот факт не был заявлен и озвучен нашей Службой, это заявил кто-то из журналистов.

— Со ссылкой на Службу внешней разведки?

— Ну да.

— То есть это была просто журналистская утка?

— А как это назвать?

— Я думаю, конечно, утка.

— Вот давайте так и назовем.

— Сергей Евгеньевич, ваша рабочая жизнь изменилась в пандемию? Вы можете себе позволить работать на удаленке, исполняя рекомендации президента, мэра, Роспотребнадзора?

— Могу, но находясь при этом в своем рабочем кабинете. И в определенном смысле работаю на удаленке, потому что, конечно, мы тоже в значительной степени ограничили личные контакты, личное профессиональное общение между руководителями служб, подразделений. Большим объемом информации, которым мы обмениваемся, мы обмениваемся в безличной форме. Мы вынуждены отменить проведение в личной форме совещаний, коллегий, проводим их опять-таки в безличной форме, в режиме онлайн. Так что вот такие ограничения мы ввели. Хотя должен сказать, что и среди сотрудников Службы есть те, кто оказался подверженным этому заболеванию.

— Но вы же докладываете лично президенту — просто по вашему статусу это совершенно очевидно. Как часто вы это делаете сейчас действительно лично и как часто по защищенным каналам связи?

— Все доклады Службы внешней разведки — лично. Все документы — лично.

— Глаза в глаза?

— Мы в ежедневном режиме информируем президента о тех или иных событиях.

— Но лично дистанционно все-таки?

— Дистанционно, но лично. Как говорится, из рук в руки лично. Причем информируем президента практически без выходных и без праздничных дней, потому что информация в Службу поступает со всех континентов, кроме Антарктиды. Мы, конечно, проводим очень тонкий и внимательный анализ и президенту докладываем самое важное.

Президент очень внимательно работает с информацией разведки. Работает как профессионал, понимает, чего стоит та или иная информация, делает пометки. Мы работаем с этими пометками, что-то уточняем, отвечаем на вопросы президента. И конечно, это большое удовольствие — работать с руководителем, который знает тонкость и специфику этой работы.

— Сергей Евгеньевич, я задам провокационный вопрос.

— Пожалуйста.

— Чувствуете ли вы себя на этом посту перегруженным?

— На посту директора Службы внешней разведки? Я чувствую удовлетворение, находясь на этом посту, от того, что много работы. Работа интересная и работа в очень уникальном коллективе. Коллективе высокопрофессиональных людей, высокообразованных, интеллектуалов и, кроме того, это люди военнослужащие. А это значит, что вопрос дисциплины не стоит так, как он может стоять в гражданской профессии.

— Я понимаю, на что вы намекаете.

— Нет-нет, тут намеков нет, поверьте.

— Сергей Евгеньевич, вот так, если в пропорциях, то у вас же есть еще общественная работа. Вы председатель Российского исторического общества, и Российское историческое общество просто "зазвучало" под вашим руководством. В процентном отношении, если распределить ваше время, как вы его делите между Службой внешней разведки и Российским историческим обществом?

— Общественная работа все-таки занимает совсем незначительную часть времени.

— Десять процентов?

— Нет, конечно, меньше. Это недопустимо — десять процентов посвящать только этой, тоже любимой мною работе на посту председателя Российского исторического общества. Дело в том, что нам удалось собрать просто сильный коллектив единомышленников, тех, кто любит историю, кто знает историю, кто понимает значение истории для формирования национального самосознания, для воспитания молодежи, лучших чувств для воспитания патриотизма, и механизм работает.

— Но если вы сейчас скажете, что в свободное время вы занимаетесь работой, то…

— Нет, я такого говорить не буду.

— Тогда чем вы занимаетесь в свободное время?

— Скажу, что я действительно много работаю, а когда выдается свободное время, как и все, люблю почитать. В прошлые месяцы, до наступления пандемии коронавируса, я периодически ходил в театр, я люблю театр.

— Я видел вас.

— Да. И я видел вас. Я стараюсь поддерживать здоровый образ жизни. В том числе занимаюсь некоторыми видами спорта, хотя нельзя это назвать спортом.

— Огромное спасибо, Сергей Евгеньевич, вам за столь глубокое, откровенное и доброжелательное интервью. С наступающим вас большим профессиональным юбилеем – столетием СВР!

— Спасибо!

Россия. Белоруссия. Армения. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > ria.ru, 3 ноября 2020 > № 3576754 Сергей Нарышкин

Всё-таки Трамп?

почему у действующего президента США больше шансов

Владимир Винников

Как принято в американских политических реалиях конца ХХ – начала XXI века, главных претендентов на высший политический пост в стране двое: действующий «хозяин» Белого дома 74-летний республиканец Дональд Трамп и бывший в 2009-2017 годах вице-президентом у Барака Обамы 77-летний демократ Джозеф Байден. Но это, пожалуй, единственное, что осталось неизменным по сравнению с предыдущими выборами на протяжении последних ста лет. Предвыборную шоу-кампанию кандидатов на «праймериз» уничтожил COVID-19, та же зараза привела к тому, что почти треть американского электората (более 60 млн. человек) проголосовала по почте. И, пожалуй, самое показательное: никогда раньше кандидаты не строили свою риторику на алармистском тезисе о том, что избрание оппонента станет «апокалипсисом сегодня», непоправимой катастрофой для страны.

Многие эксперты полагают, что ни Трамп, ни Байден не согласятся признать себя проигравшими оппоненту, а потому дело может дойти чуть ли не до гражданской войны между «красными» и «синими». Мол, прежние и вообще никакие «правила игры» внутри американского общества и внутри американского истеблишмента больше не действуют, а общая ситуация в США сегодня чересчур похожа на Советский Союз накануне ГКЧП. Подобные сравнения неизбежны и отчасти справедливы – у «сверхдержавных» систем конца ХХ – начала XXI столетия, по факту построенных на одной и той же культурно-технологической базе, очень много общего. Но между ними есть и существенные различия, которые уже неоднократно отмечались. Пожалуй, самое главное из таких различий – отсутствие для США реальной, «рабочей» альтернативной цивилизационной «матрицы», которой для СССР 29 лет назад стала либеральная «матрица» в лице тех же Соединённых Штатов и их союзников по «коллективному Западу».

В США сегодня спорят два извода одной либеральной «матрицы», которые можно назвать «глобалистским» (это Трамп с его лозунгом Make America Great Again!) и «мондиалистским» (это Байден и стоящее за ним «глубинное государство», пресловутый Deep State). Первые видят Соединённые Штаты «сияющим градом на холме» для остального мира, вторые – полицейским и арбитром, устанавливающим свой порядок на всей планете. До недавнего времени два этих взгляда удавалось совмещать так, чтобы они не противоречили друг другу. С 2016 года такое совмещение «два в одном» оказалось невозможным. Собственно, здесь и ранее были проблемы – вспомним хотя бы жесточайшее соперничество республиканца Джорджа Буша-младшего с демократом Альбертом Гором на президентских выборах 2000 года.

Тогда формально победителя определил ручной пересчёт избирательных бюллетеней в штате Флорида, губернатором которого был… Джеб Буш, брат Джорджа. Не формально же, но по факту консенсус восстановили благодаря знаменитым терактам 11 сентября 2001 года, в результате которых противоречия внутри политической системы США между «глобалистами» (их с подачи Андрея Девятова часто, хотя неточно, именуют «группой Рокфеллера») и «мондиалистами» (соответственно «группой Ротшильда») были сняты спецслужбами и армией. Те же «силовики» вдобавок взялись обеспечить дополнительные финансовые доходы, установив полный контроль над главными источниками наркотиков (Афганистан, Колумбия) и нефти (Ближний Восток от Ирака до Ливии, Россия, Венесуэла, Нигерия и так далее). Разумеется, за свою долю в сделке.

И всё это в целом с 2001 года достаточно эффективно работало, даже с учётом «фактора Путина» в РФ и «фактора Чавеса» в Венесуэле. Но, как уже не раз отмечалось, всё изменилось осенью 2015 года, когда началась антитеррористическая операция российских ВКС в Сирии. «Система 9/11» не была сломана, но перестала выглядеть надёжной, особенно в перспективе. Так что можно признать: к избранию Трампа в 2016 году действительно были причастны русские. Только не хакеры, а «калибры». И в данном отношении за четыре прошедших года если что-то изменилось, то далеко не в лучшую для американцев сторону.

Да, арсеналы России пополнились «авангардами», «кинжалами», «посейдонами» и другими системами вооружений, аналогов и средств защиты от которых у стран «коллективного Запада» в настоящее время нет. Но главное даже не это. Главное – системный кризис глобального рынка и смена технологических укладов производства/потребления требуют от США очень сложного и резкого поворота, в который эта махина с её гигантской инерцией, похоже, не вписывается. У неё нет нужных для такого манёвра пространства, времени и ресурсов. Сам выбор между Трампом и Байденом – свидетельство данного факта. Не потому, что им полтора с лишним века на двоих. А потому, что это битва вчерашнего дня с позавчерашним: ничего нового ни тот, ни другой, ни соответственно стоящие за ними силы не предлагают. Но других политиков у современной Америки нет.

Переходя от этой общей картины к предвыборной конкретике осени 2020 года, необходимо отметить следующие объективные факты, о которых говорят мало или не говорят вообще.

Прежде всего, частота упоминаний имени кандидата в американском и мировом медиапространстве. В президентской кампании 2016 года это был единственный показатель, по которому Дональд Трамп неизменно и уверенно опережал Хиллари Клинтон. Сегодня его преимущество перед Джозефом Байденом в данном отношении ещё более выражено. И пусть даже все подконтрольные «глубинному государству» СМИ (а таковые в современных США занимают более 80% национального информационного рынка) упоминают Трампа исключительно в негативной коннотации, любое такое упоминание, как известно, всё равно является рекламой, тем более что собственной позитивной программы у Байдена не просматривается, кандидат от Демпартии просто позиционирует себя в качестве «анти-Трампа». Достаточно ли этого для победы?

Ситуация на фондовом рынке. Несмотря на все потрясения, в том числе связанные с COVID-19, весенний обвал ведущих биржевых индексов в США был остановлен, в настоящее время индекс Dow Jones составляет около 26500 пунктов, 88% от зафиксированного 12 февраля исторического рекорда и более чем на 42,5% выше минимума 20 марта. Понятно, что такой результат был достигнут за счёт гигантских финансовых вливаний, но если бы «большой бизнес», в том числе финансовый, в целом был заинтересован в безусловном поражении Трампа, ситуация в настоящее время выглядела бы совсем иначе.

Более того, в III квартале текущего года официальная статистика показала рост американского ВВП «год к году» на 33,1%, тогда как во II квартале он обвалился на 32,9%. С учётом падения I квартала на 5% и начала «второй волны» коронавирусной инфекции это восстановление трудно назвать устойчивым и говорить о выходе США из кризиса. Но социально-экономической катастрофы в этой стране вопреки общим ожиданиям и многочисленным прогнозам пока не произошло. О том же свидетельствуют и данные занятости: на 24 октября американцев, получающих пособия по безработице, стало меньше на 8 млн. человек, при этом среднее число первичных заявок на получение пособия за предыдущие четыре недели впервые зафиксировано на уровне ниже 800 тысяч.

В связи с этим стоит отметить беспрецедентные меры финансовой помощи населению, а также малому и среднему бизнесу, предпринятые администрацией Трампа при поддержке Конгресса. Общая «цена вопроса» по всем программам составила более 2 трлн. долларов, и в том, что в настоящее время они заморожены, республиканцы обвиняют как раз демократов, партию Байдена, которые настаивали на обязательном расширении предложенного Белым домом пакета помощи с 1,8 до 2,2 трлн. долларов, при этом не отказываясь на федеральном и местном уровнях от поддержки разрушительных ВLM-протестов. В результате около 80 млн. американцев не получили вообще ничего, и это может повлиять на их, как принято говорить, электоральные предпочтения. На этом фоне рекордный дефицит федерального бюджета за 2019/2020 финансовый год в 3,1 трлн. долларов – скорее плюс, чем минус действующему 45-му президенту США.

Данные соцопросов последних предвыборных дней свидетельствуют о быстром сокращении Трампом своего отставания от Байдена. Та же самая картина наблюдалась и в 2016 году. И обработанные результаты голосования по почте пока не дают «запланированного» перевеса «сонному Джо».

Наконец, общая сумма расходов на национальную оборону США в 2020/2021 финансовом году по сравнению с предыдущим увеличится минимум на 2,2 млрд. долларов – до 740,5 млрд. долларов, из которых Пентагон получит 705,4 млрд. Не забыты и другие силовые структуры: ФБР, национальная гвардия, финансовая полиция и так далее. А про экспресс-утверждение в состав Верховного суда США республиканки и сторонницы Трампа Эми Барретт всё уже сказано: Трамп продавил это решение, не обращая внимания ни на какие протесты и угрозы, – сдаваться и отказываться от своего второго президентского срока он явно не собирается.

Исходя из вышеизложенного основным и наиболее вероятным сценарием предстоящих президентских выборов следует считать победу Трампа, а не Байдена. Хотя вряд ли эта победа будет официально признана и утверждена в ближайшие после 3 ноября дни и даже недели. Но вряд ли такой период политической неопределённости затянется на чересчур длительное время, тем более с выходом на дату 20 января 2021 года, когда официально закончатся президентские полномочия «Большого Дональда», его вице-президента Майкла Пенса и прежнего состава Палаты представителей Конгресса США.

Не будем забывать, что одновременно с главой государства американцы избирают ещё и всех конгрессменов (435 мест), больше трети сенаторов (33 места + 2 выбывших), в 13 штатах и территориях избираются губернаторы и так далее. Все эти выборы и даже значимое большинство из них не могут «зависнуть», оставаясь нелегитимными даже в случае «бодания» республиканского и демократического кандидатов на президентском уровне. Что-что, а «кризис централизма», как в Советском Союзе после «августовского путча ГКЧП» в 1991 году с образованием «вакуума власти» Соединённым Штатам образца 2020 года точно не грозит.

Вряд ли конфликтующие стороны в нынешних условиях, несмотря на любые громкие заявления по этому поводу, готовы пойти на полный слом действующей политической системы в целом. Оказавшись перед такой перспективой, они с высочайшей вероятностью всё-таки выберут путь не «новой гражданской войны», а поиска соглашений и компромиссов. Вопрос только в том, за чей счёт и как? В 2000-2001 годах это было сделано за счёт ресурсов исламского мира. Сегодня выбор куда менее определён и куда более рискован: Россия («вариант Обамы» – правда, опыт санкций с 2008 года, союз с КНР и в меньшей мере, но всё-таки сугубо военные аспекты делают такой выбор более чем проблематичным), Китай («вариант Трампа», но почти полтора миллиарда населения, ядерная составляющая и опять же союз с РФ) или Евросоюз после «брекзита» (читай: Германия и Франция). Великобритания с её Содружеством наций и Япония из этого списка потенциальных «целей» по разным причинам выпадают.

Конечно, можно допустить и нетрадиционный для Америки вариант компромисса, без внешней жертвы, за счёт внутренних интересов и ресурсов, но это сродни переводу «товарища волка» на вегетарианскую диету. Это вариант «медленной» гражданской войны, в которой победители вообще не предполагаются – только побеждённые. Это будет игра с отрицательной суммой, и все участники нынешнего внутриполитического конфликта в США данное обстоятельство наверняка прекрасно понимают. Но силы инерции там, стоит повторить ещё раз, чрезвычайно велики. И пока они, образно говоря, работают против «ужасного конца» Америки, в пользу «бесконечного ужаса» в ней. Та самая логика обстоятельств, которая почти всегда оказывается сильнее логики намерений.

Посол России в Турции Алексей Владимирович Ерхов дал интервью ИА «Интерфакс»

Вопрос: Россию и Турцию сложно назвать странами с полностью совпадающими геополитическими интересами и подходами к международным и региональным проблемам. Что позволяет поддерживать наше взаимодействие на таком высоком уровне – обширное экономическое сотрудничество, от энергетики до ВТС, или драйвером выступают политические цели?

Ответ: Действительно, бывает так, что на многие вопросы мы с турецкими коллегами смотрим по-разному. Но при этом наши страны и руководители, как представляется, нашли оптимальный алгоритм взаимодействия, позволяющий концентрироваться прежде всего на наших общих интересах, а на разногласия смотреть именно с точки зрения, позволяющей, как правило, снимать их с повестки дня, "встречаясь на полпути". Хочется верить, что этот алгоритм будет работать и на перспективу. Это тем более важно, что действительно у России и Турции имеется самое широкое поле совпадающих задач и целей, которые мы могли бы и даже, наверное, должны решать и достигать совместными усилиями.

Хотите примеры - пожалуйста. Кто-то говорит – "помидоры". Да, помидоры. Конечно, турецкой стороне, исходя из её интересов, представляется важным развивать торговлю этим товаром, да и всей сельскохозяйственной продукцией с Россией. Но если мы закупаем те же помидоры у Турции, значит, они находят у нас в стране заинтересованный и платежеспособный спрос – особенно не в сезон, зимой, когда у нас своих томатов нет.

Другой пример – строительство АЭС "Аккую". Иногда забывают, что это проект, прежде всего, коммерческий. И реализуется он пусть и по межправительственному соглашению, но на сугубо коммерческих принципах. А это значит – интерес здесь обоюдный.

То же самое можно сказать и о туризме – россиянам, особенно тем, кто проживает в достаточно суровых природно-климатических условиях, крайне необходимы "солнце, воздух и вода", которые они находят на гостеприимном турецком Юге.

Вопрос: Турецкие власти после завершения активной фазы курортного сезона упрекали российских туристов в том, что они стали одним из катализаторов новой вспышки заболеваемости коронавирусом в стране. Сообщалось о большом количестве заболевших на турецких курортах россиян и даже о летальных случаях среди наших соотечественников. Как бы вы подвели итоги массового отдыха россиян на фоне пандемии, в том числе и с прицелом на будущий сезон?

Ответ: Во-первых, туристический сезон пока не закончен, поэтому подводить какие-то итоги, пусть даже промежуточные, ещё рано, хотя погода уже, похоже, меняется – за окном (по крайней мере у нас в Анкаре) дождь.

Во-вторых, я, честно говоря, не видел сообщений, чтобы турецкие власти упрекали кого-то из наших туристов в "завозе" в Турцию коронавирусной инфекции. Не припомню я таких заявлений официальных турецких представителей. Возможно, были какие-то не вполне официальные публикации, но их, наверное, было бы правильным оставить на совести их авторов, как и заполошные сообщения некоторых российских СМИ о том, что будто бы чуть ли не 90 процентов заболевших россиян "привезли болезнь с отдыха".

Тем более, что реальные цифры этих оценок не подтверждают. По состоянию на 30 октября этого года, положение такое: общее число наших туристов, показавших во время пребывания в Турции положительный результат теста на коронавирусную инфекцию, составляет 326 человек. В настоящее время в больницах находится 31 человек, изолированно по месту отдыха 87 человек. К сожалению, имеются и летальные случаи. Их 11. Конечно, это печально. Но надо понимать, что всё это – на более чем миллион российских граждан, посетивших курорты Турции с начала августа этого года, когда было возобновлено авиасообщение.

Я, кстати, предвижу, что упоминание этих цифр может вызвать некий ажиотаж в некоторых российских СМИ, журналисты могут кинуться в Посольство и Генконсульство в Анталье с вопросами и запросами о том, кто, где, как и т.д. Убедительно прошу учесть: есть закон о защите персональных данных, есть другие разные законодательные ограничения, есть, в конце концов, право граждан на частную жизнь, и российские загранучреждения будут их неукоснительно соблюдать.

А приведенная мною статистика, думается, подтверждает: турецкие власти принимают достаточно действенные меры по профилактике пандемии и охране здоровья зарубежных туристов.

Что же касается прогнозов на будущий сезон, то, наверное, следует подождать его начала и посмотреть, в какой пандемической обстановке это все будет происходить. Но уже сейчас хочу сказать две вещи. Во-первых, самым настоятельным образом призываю наших туристов приобретать страховой полис, в том числе предусматривающий покрытие расходов на случай коронавирусной инфекции. Поймите, это в ваших же интересах. Для более полной и эффективной охраны вашего же здоровья. И чем полнее будет объем покрытия, тем спокойнее и комфортнее вам же будет проводить отдых.

И во-вторых. Прибывающие в Турцию граждане России должны понимать, что здесь действуют свои законы и правила, в том числе. касающиеся выявления и изоляции коронавирусных больных, их лечения. Они могут отличаться от российских. И если вы сюда приехали, то относиться к этим правилам надо с уважением. Кстати, ознакомиться с ними каждый может на информресурсах МИД России, посольства и наших генконсульств.

Вопрос: Говоря об обострившемся конфликте в Нагорном Карабахе, есть ли у Москвы и Анкары потенциал и основа для совместных шагов по его урегулированию? На ваш взгляд, какую конструктивную роль Анкара могла бы сыграть в деле успокоения ситуации вокруг Нагорного Карабаха?

Ответ: Хочу прежде всего напомнить, что 10 октября этого года в Москве прошла встреча министров иностранных дел России, Азербайджана и Армении. В ее итоговом заявлении чётко написано, что механизм урегулирования остается неизменным. Это значит, что международные усилия по обеспечению прекращения боевых действий и переговоров по урегулированию концентрируются в рамках Минской группы, сопредседателями которой являются, как известно, Россия, США и Франция. Турция, напомню, является её членом. Что ж, так оно и идет: контакты идут в Москве, в Вашингтоне, где на днях принимали министров иностранных дел Азербайджана и Армении, в Женеве только что состоялась встреча с ними сопредседателей Минской группы.

Что касается Москвы и Анкары, то мы, разумеется, поддерживаем самые тесные контакты по данному вопросу. Уже неоднократно, обсуждая его, общались наши президенты и министры иностранных дел. И надо учесть главное: идут бои, гибнут люди, поэтому если у кого-то сейчас есть малейшая возможность повлиять на развитие событий, внести сколь-либо реальный вклад в достижение прекращения огня, её надо использовать. И, естественно, всем сейчас необходимо воздерживаться от шагов, способных добавить горючего материала в огонь этого конфликта.

Вопрос: Россия неоднократно призывала Турцию воздержаться от прямого вовлечения в карабахский конфликт, в том числе в вопросе переброски из Сирии и Ливии боевиков в зону конфликта. Возымели ли эффект эти призывы?

Ответ: К сожалению, поступают, прежде всего через средства массовой информации, сведения о присутствии в зоне конфликта боевиков, прибывающих туда из Сирии и, возможно, других "горячих точек". Я сам, например, видел видео-ролики, на которых дают любопытные показания пленные боевики, причём на сирийском диалекте арабского языка. И даже известная "Сирийская обсерватория по правам человека", статистику которой так любят цитировать наши западные партнеры, сообщает не только о массовом участии боевиков в карабахском конфликте, но и о гибели к настоящему моменту более двухсот из них. Как заявляли пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков и другие российские официальные лица, "нахождение боевиков в зоне горячего конфликта в эти дни представляет большую опасность и является поводом для глубокой обеспокоенности России". Что ж, "не убавить, не прибавить".

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 2 ноября 2020 > № 3576491 Алексей Ерхов

В Самарканде обсуждены актуальные вопросы военного сотрудничества

Начальники штабов вооружённых сил стран СНГ определили план совместных мероприятий на 2021 год.

В Самарканде (Узбекистан) под председательством начальника Генерального штаба Вооружённых Сил РФ генерала армии Валерия Герасимова прошло заседание Комитета начальников штабов вооружённых сил стран Содружества Независимых Государств. В заседании приняли участие военные делегации Азербайджана, Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии, России, Таджикистана и Узбекистана, а также делегации исполнительного комитета СНГ и Секретариата Совета министров обороны СНГ.

Ситуация, связанная с масштабным распространением коронавирусной инфекции, не позволила начальникам штабов встретиться в апреле. «Многие мероприятия международного сотрудничества в текущем году проведены в режиме видео-конференц-связи либо перенесены на более поздний срок. Проведение нашей встречи в очном формате – подтверждение высокого уровня взаимодействия между нашими генеральными штабами, доверия и добрососедства», – сказал генерал армии Валерий Герасимов в минувшую пятницу, открывая совместное заседание.

В свою очередь, начальник генерального штаба вооружённых сил Узбекистана генерал-майор Павел Эргашев в своём приветственном слове отметил, что приоритетным направлением сотрудничества на пространстве Содружества является обеспечение региональной безопасности, а также антитеррористическое взаимодействие оборонных ведомств стран СНГ.

«Сегодня повышается угроза международного терроризма, повышаются риски обострения старых и появления новых очагов напряжённости и международных конфликтов», – сказал он.

В ходе заседания главами военных делегаций стран СНГ обсуждался комплекс вопросов сотрудничества в сфере обороны и безопасности, представляющих взаимный интерес, а также состоялся обмен мнениями по складывающейся военно-политической обстановке по периметру границ стран Содружества.

Начальники штабов вооружённых сил стран СНГ определили план совместных мероприятий на 2021 год. По словам начальника Генерального штаба Вооружённых Сил РФ генерала армии Валерия Герасимова, заседание комитета прошло в деловой и конструктивной обстановке. «Проанализированы современные вызовы и угрозы безопасности государств Содружества, и согласованы совместные мероприятия вооружённых сил государств СНГ на 2021 год», – сообщил российский военачальник.

Военные делегации СНГ в ходе заседания рассмотрели актуальные вопросы военного сотрудничества и обменялись мнениями по складывающейся военно-политической обстановке. Кроме того, были подведены итоги сотрудничества стран СНГ, посвящённого 75-летию Победы в Великой Оте­чественной войне 1941–1945 годов.

Российская военная делегация проинформировала своих коллег из стран СНГ о полученном опыте ведения бое­вых действий в Сирийской Арабской Рес­публике.

«Продолжена практика информирования партнёров о полученном Вооружёнными Силами Российской Федерации опыте боевых действий против террористов в Сирии», – сказал по итогам заседания Комитета начальников штабов вооружённых сил стран СНГ генерал армии Валерий Герасимов.

Как пояснил начальник Генерального штаба Вооружённых Сил РФ, были рассмотрены российские подходы и практика применения беспилотных летательных аппаратов, организации противовоздушной обороны, осуществления материально-технического обеспечения войск, внедрения боевого опыта в практику подготовки войск.

Начальники штабов вооружённых сил стран Содружества Независимых Государств определили дальнейшие планы по развитию объединённых систем военного назначения. «Согласован проект Концепции топогеодезического и навигационного обеспечения единой системы управления тактического звена для вооружённых сил государств – участников СНГ, – сказал генерал армии Валерий Герасимов. – Определены пути совершенствования Единой системы государственного радиолокационного опознавания на период до 2025 года».

На заседании был рассмотрен и вопрос повышения военно-профессионального мастерства военнослужащих, обобщена практика подготовки специалистов в области гуманитарного разминирования, а также проанализировано обеспечение безопасности полётов авиации вооружённых сил.

«Принятые сегодня решения обеспечат поступательное развитие взаимодействия в сфере обороны, динамику военного сотрудничества в интересах поддержания безопасности наших государств», – выразил уверенность генерал армии Валерий Герасимов.

В числе участников прошедшего заседания в Самарканде от стран СНГ – военный атташе вооружённых сил Азербайджанской Республики в Российской Федерации полковник Надир Шахбазов, представитель вооружённых сил Республики Армения при постоянном представительстве Республики Армения в ОДКБ генерал-майор Мгер Ширинян, начальник генерального штаба вооружённых сил – первый заместитель министра обороны Республики Беларусь генерал-майор Александр Вольфович, первый заместитель министра обороны – начальник генерального штаба вооружённых сил Республики Казахстан генерал-лейтенант Мурат Бектанов, первый заместитель начальника генерального штаба вооружённых сил Киргизской Республики полковник Нурлан Кирешеев, начальник генерального штаба вооружённых сил – первый заместитель министра обороны Республики Таджикистан генерал-лейтенант Эмомали Собирзода, первый заместитель министра обороны – начальник генерального штаба вооружённых сил Республики Узбекистан генерал-майор Павел Эргашев.

Александр Александров, «Красная звезда»

"Тактику боя будут менять": у России появилось новое ударное оружие

Николай Протопопов. Высокая автономность, управляемое ракетное оружие и способность обходить ПВО — российские военные осваивают первые многоцелевые БПЛА "Орион". По оценкам специалистов, эти дроны значительно повысят ударные возможности армии и выведут беспилотную авиацию на новый уровень. О плюсах и минусах таких аппаратов — в материале РИА Новости.

Помехи не страшны

В сюжете телеканала НТВ недавно показали войсковой комплект в действии — две машины управления и три беспилотника "Орион", которые, по всей видимости, уже заступили на боевое дежурство. Напомним, контракт на серийные поставки в войска разведывательно-ударного БПЛА большой продолжительности полета Минобороны подписало в августе. А первый комплект передали в опытно-войсковую эксплуатацию еще весной текущего года.

"Орион" может находиться в небе до 24 часов. Внешне он напоминает американский MQ-1 Reaper — такое же длинное и узкое крыло и V-образное хвостовое оперение. БПЛА предназначен не только для воздушной разведки и целеуказания, но и для нанесения ракетных и бомбовых ударов. На борт берет до 200 килограммов боевой нагрузки. Специально для него разработали несколько типов боеприпасов калибром от 25 до 100 килограммов.

"Орион" относится к классу средних БПЛА и занимает нишу между крупным С-70 "Охотником" и небольшими разведчиками. Силовая установка — бензиновый двигатель мощностью порядка 100 лошадиных сил — находится в задней части фюзеляжа. За счет применения в конструкции композитных материалов довольно внушительный по габаритам беспилотник весит всего около тонны. Максимальная высота — 7,5 тысячи метров, скорость — 200 километров в час. Полетом управляет оператор по радиоканалу, дальность сигнала — 250 километров.

Аппарат уникален тем, что может эффективно действовать на поле боя даже в условиях плотных радиопомех, поставленных комплексами РЭБ противника. Бортовая оптико-электронная система обнаруживает и сопровождает цели в автоматическом режиме и корректирует полет управляемых ракет. Глаза и уши БПЛА — тепловизионные и телевизионная камеры, лазерный дальномер и целеуказатель. Кроме того, предусмотрено место для цифрового видеооборудования и обзорной радиолокационной станции.

Развитие проекта "Орион" — двухтонный ударный беспилотник "Сириус". Летный образец, сообщают разработчики, будет готов в следующем году. Его оснастят комплексом спутниковой связи, позволяющим управлять полетом практически из любой точки земного шара.

Атака дронов

В последние годы беспилотники все чаще задействуют в вооруженных конфликтах по всему миру. Свежий пример — боевые действия в Нагорном Карабахе. По мнению военного эксперта Алексея Леонкова, азербайджанские военные довольно эффективно применяют БПЛА, так как у армии НКР практически нет современных комплексов противовоздушной обороны и радиоэлектронной борьбы.

"Многие государства, не уделявшие достаточного внимания созданию ПВО и маскировке, пожинают горькие плоды, — отметил Леонков в беседе с РИА Новости. — Кадры, которые демонстрирует Азербайджан, показывают, что маскировка у армянской армии напрочь отсутствует. Если бы они качественно поработали над ней, беспилотники были бы менее эффективны — их скорость и возможности поиска целей в оптическом диапазоне ограничены".

Впрочем, добавляет эксперт, при определенной тактике БПЛА способны нанести существенный урон даже в условиях противодействия мощной глубокоэшелонированной ПВО. В частности, в США сейчас развивают концепцию так называемого роя дронов, когда десятки одновременно взлетевших аппаратов вскрывают оборону противника и отвлекают на себя радары наведения зенитных ракет.

"На бомбардировщике B-52 таких поместится порядка 140 штук, — уточняет Леонков. — Они будут имитировать ложные цели. Когда летит такой рой, средства ПВО вынуждены реагировать, расходовать боезапас и обнаруживать свое местоположение. Пока расчеты заняты перезарядкой, прилетает ударная авиация и очень быстро отрабатывает по полученным координатам".

Российская армия эксплуатирует беспилотные аппараты нескольких типов — как правило, это компактная техника, предназначенная для разведки и целеуказания. Сейчас, к примеру, БПЛА непрерывно патрулируют территорию вокруг авиабазы Хмеймим в Сирии. С вводом в строй ударного "Ориона" у военных появился еще один весомый аргумент в воздухе.

Психологический эффект

Как отмечает заслуженный военный летчик России генерал-майор Владимир Попов, важнейший плюс беспилотной авиации — безопасность личного состава, который атакует противника, находясь в десятках километров от зоны операции. Кроме того, БПЛА резко повышают эффективность боевых самолетов.

"Если, к примеру, небольшой беспилотник обнаружил оперативно-тактический ракетный комплекс, то вряд ли сможет уничтожить его в одиночку с одного удара, — объясняет Попов. — Для этого зачастую нужны полноценные самолеты. Но ему вполне по силам сбросить пару бомб или ракет и дезорганизовать работу расчета, надавить на психику. После этого по переданным с БПЛА координатам вылетает либо второй такой же аппарат, либо вертолет или самолет из дежурных сил и довершает дело".

Стоит признать, что, пожалуй, наибольших успехов в использовании БПЛА пока добились американцы. Они применяют дроны в разведывательных целях еще с 1960-х. Во Вьетнаме беспилотники совершили несколько тысяч вылетов, в основном на фоторазведку.

В 1990-е, когда у Пентагона появились многоцелевые дроны Predator, беспилотная авиация научилась не только заниматься разведкой, но и наносить эффективные точечные удары по объектам на земле. Воздушные "хищники" действовали практически в каждом военном конфликте с участием США — в Боснии, Ираке, Афганистане, Ливии и Сирии.

Программа развития БПЛА имелась и у СССР. Еще в 1960-х советские конструкторы разработали несколько типов беспилотных разведчиков. Один из них — Ла-17Р — построили на базе летающей мишени. С земли он стартовал при помощи твердотопливных ускорителей, а в небе включался турбореактивный двигатель. Аппарат мог находиться в воздухе от 30 минут до полутора часов в зависимости от высоты полета, разгонялся почти до 900 километров в час. Разведчик был многоразовым, садился по-самолетному или парашютным способом.

Другая разработка советской оборонки — комплекс оперативно-тактической разведки Ту-141 "Стриж". Скорость — более 1100 километров в час, диапазон высот — от 50 до 5000 метров. "Стрижи" оставались на вооружении до 1990-х и базировались преимущественно на западных границах СССР.

От Турции закроются стеной

В районе области Эврос на сухопутной границе с Турцией Греция возведет «мощное заграждение для укрепления внешних границ Евросоюза».

Целью сооружения стены является пресечение массового нарушения границы мигрантами, прибывающими со стороны Турции.

Пятиметровой высоты стена делается из гальванизированных стальных балок, устанавливаемых на мощную бетонную основу. В первую очередь стена прикроет самый опасный 26-километровый участок границы, облюбованный беженцами, по всей ее длине будет вестись видеонаблюдение. На строительство стены Афины потратят около 63 миллионов евро, завершить возведение барьера планируется в конце апреля будущего года.

Однако эта стена все больше выглядит самообманом на фоне отказа Евросоюза остановить экспансию Турции.

В начале июня в минобороны Греции заявили о готовности Афин защищать свои суверенные права, в том числе путем военных действий против Анкары. При этом в ведомстве отметили, что в последнее время Турция ведет себя достаточно агрессивно.

Греция тщетно уговаривает Германию, Италию и Испанию прекратить экспорт оружия и современных технологий в Турцию. Однако Берлин поддался диктату Эрдогана и отказывается инициировать введение санкций против Анкары для защиты Афин.

В самой Германии сейчас возникло мощное протурецкое движение. В поддержку Эрдогана в первую очередь высказалась претендующая на вхождение в правящую коалицию партия зеленых, известная своей антироссийской позицией.

Политики в Берлине вынуждены ориентироваться на мнение многочисленной турецкой диаспоры, поддерживающей Эрдогана. Создается впечатление, что очень влиятельные силы на Западе надеются направить агрессию новой Турции против России, даже если для этого нужно будет пожертвовать Грецией и Арменией.

У Анкары есть и другие планы, ее экспансия направлена на Средиземноморье и арабский мир. Именно для этого она обзавелась военной базой в Албании, которую протолкнула в НАТО, снабжает оружием и одаривает инвестициями. В Северном Кипре Турция держит 30-тысячный военный контингент и контролирует значительную часть Ливии.

Авторитетный европейский мозговой центр «Евроразведка» опубликовал требование к Брюсселю незамедлительно принять меры, чтобы не допустить создания Новой Турецкой империи руками исламистов у себя в стране и за рубежом. Турция преобразовала остатки разгромленных в Сирии террористических банд в новую боевую силу, которая, по некоторым оценкам, может достигать до 100 тысяч боевиков, и только Россия не позволяет им сегодня устроить новый поход на Дамаск. Глава «Евроразведки» Вольфганг Мюншау предупреждает, что Эрдоган является мастером манипуляций, ведущим дипломатическую игру с Ангелой Меркель на фоне слабой и беспринципной политики Евросоюза.

Только Россия еще как-то противостоит Турции, на днях вынудив ее армию оставить четыре базы, оказавшиеся в окружении сирийских войск. Предупреждением для Турции станут и первые в истории маневры в Черном море, в которых вместе с Россией будет участвовать египетский флот, сумевший ограничить маневрирование турецких кораблей у берегов Северной Африки. В Черном море будет отрабатываться защита морских путей от всевозможных угроз. У России появился достаточно сильный внеблоковый союзник в противостоянии амбициям Турции.

Николай Иванов

Алиев клянется, что пойдет до конца

Война разрушает нормальную жизнь в Баку и Ереване.

Над лесистыми холмами, окружающими столицу Нагорного Карабаха Степанакерт повисло зарево огромного пожара, тушить который сегодня некому. Лес подожгла азербайджанская артиллерия, и огонь быстро охватил большую территорию.

Без достаточно мощных внешних стимулов прекратить бойню, воюющие стороны будут сражаться до последнего солдата. Но Европе и США сейчас не до армян, главное, чтобы азербайджанские трубопроводы продолжали прокачку нефти и газа.

В воскресенье лидер Азербайджана Ильхам Алиев встретился в Баку с министром иностранных дел Турции и заявил: «Мы продолжим восстанавливать территориальную целостность всеми средствами и пойдем до конца». Это были именно те слова, которые хотел услышать от него турок.

Проблема Алиева лишь в том, что Турция никогда не полезет ради Баку в крупный военный конфликт, что продемонстрировал весенний разгром турецкой группировки в Сирии, после чего Эрдоган запросил у Москвы мирные переговоры. В крайнем случае Турция направляет воевать в других странах сирийских террористов. Эрдоган может потрясать воздух угрозами, но никогда не будет рисковать благополучием себя и своего семейства.

Сейчас в Ереван приезжают все больше добровольцев из других стран, около сотни ополченцев прибыли из 140-тысячной армянской общины Ливана.

Николай Иванов