Всего новостей: 4319780, выбрано 6972 за 0.042 с.
Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Списков нет
Региональная интеграция из области научно-теоретических дискуссий на геополитическую тему приобрела прикладной практический характер сразу по окончании второй мировой войны. Издревле существовали природные и политические ограничения, разобщенность человечества на земле, культурная (языковая и религиозная) и историческая однородность и схожесть. Специфические политические условия привели к тому, что вопреки этой схожести определенные географические рамки превратились в территории политической власти, которые мы и называем государством. Важнейшим фактором, сыгравшим основную роль, является появление и расцвет национализма в Европе – явления, ставшего причиной двух мировых войн. Однако после Второй мировой войны на место национализму постепенно приходит понимание необходимости сотрудничества между странами, и в 1946г. идею создания единой Европы озвучил бывший министр иностранных дел Франции.Мы знаем, что страны Западной Европы имеют много общего. В период Римской империи практически вся территория (200-470г.г. н.э.) считалась единой политической структурой. В Средние века Западная Европа находилась под протекторатом католического Ватикана. За небольшим исключением, западноевропейские языки относятся к двум языковым группам: романской (итальянский, французский, испанский, португальский) и германской (немецкий, немецкий австрийский, английский, скандинавские языки). С середины 15 века и до окончания Второй мировой войны (порядка 600 лет) Западную Европу сотрясали войны и кризисы. Как мы уже подчеркивали, основным двигателем войн был национализм, который сталкивал интересы крупных колониальных западноевропейских держав за пределами Европы.
Промышленная и колониальная Европа щедро поделилась наследством национализма как самым лучшим и превосходным средством господства над другими со странами Азии и Африки. И в Азии и в Африке уже существовали так называемые культурно-исторические зоны, которые на протяжении сотен лет составляли единое политическое пространство. Присутствие колонизаторов в этих зонах (регионах) стали причиной разобщенности исторической непрерывности и разобщения культурной общности. Одна из таких историко-культурных зон в Азии – район юго-запада, включающий в себя Индию, Пакистан, Афганистан, Среднюю Азию – частично Казахстан, Киргизию, Узбекистан, Таджикистан, Туркмению, Иран и Азербайджан. Этот район имеет следующие элементы единообразия:
• Две языковые семьи : индоевропейская (хинди, урду, фарси, дари, пушту, белуджский, курдский) и тюркская (узбекский, киргизский, туркменский, казахский и азербайджанский). Однако с исторической точки зрения вся эта территория считается зоной индоиранских языков.
• Этот регион является территорией расцвета исламской цивилизации. С 16 века по мусульманскому летоисчислению (17 век н.э.) с появлением Сефевидов и установлением власти Гургенидов в Индии этот регион управлялся из одного центра. Этим центром был в разное время и Нишапур (при Тахиридах), и Систан при Сафаридах, и Фараруд при Саманидах, Газни и Лахор при Газневидах, Фирузкух при Гуридах, Хорасан при Сельджукидах, Ургенч при Хорезмшахах, Самарканд при Тимуридах. Герат и Кабул при наследниках Тимура, Агра и Дели при Великих Моголах, Мешхед при Надиршахе Афшаре, Кандагар и Систан при Ахмадшахе Дуррани и династии Абдали. История этого региона за редким исключением была историей каких-либо племен и народностей. Для населяющих эту территорию народностей важным была культурная популярность правящей элиты.
С середины восемнадцатого века англичане с востока, а русские с севера начали наступление на этот регион, и, продвигая идеи национальной тенденциозности (предубеждений), создали почву для своего господства и почву для последующих разделов территории.
Если учесть, что новые политические ед. (страны) в любой момент своей истории никогда не были самостоятельными, а являлись частью единого культурно-исторического пространства, распад единого целого на многочисленные государства никогда не сможет сохранить историко-культурное единообразие. В каждой из таких стран появляются причины нарождающихся кризисов. Притязания Азербайджана и Армении на территорию Нагорного Карабаха, напряженная ситуация в Иране, Турции и Ираке в связи с разделением курдского народа, споры между Афганистаном и Пакистаном по вопросу раздела территории пуштунских племен, напряженность между Узбекистаном и Таджикистаном в вопросе расселения таджиков и узбеков, натянутость отношений Индии и Пакистана в вопросе Кашмира, напряженность между Узбекистаном и Туркменией из-за Хорезма и Чарджоу.
Многие из этих стран пытаются обосновать свою идентификационную сущность. Это и Пакистан, и Афганистан, Таджикистан, Узбекистан, Туркмения, частично Азербайджан. Ибо, как я уже говорил ранее, ни одна из этих стран не имеет исторического существования, и поэтому каждая из них пытается подделать исторические документы и распространить и состыковать свою нынешнюю политическую географию с едиными историческими событиями, которые не вяжутся с ограниченными рамками политической географии. И хотят направить поток из непрерывного течения исторических событий в сторону названия племени или национальности, по которому государство сейчас называется. Некоторые страны для сохранения своего существования приложили руку к созданию атомной бомбы. Нельзя поверить, что можно обеспечить безопасность в регионе, если оставить без внимания исторические реалии и не посягнуть на источники зарождающихся кризисов.
Что политическая ситуация в регионе очень воспалена. Любое своевольное изменение в политической географии одной страны повлечет за собой изменения в оставшихся странах. Разделение одной страны по национальному или языковому признаку потянет за собой дальнейшее разделение. Самым воспаленным узлом противоречий является пограничная полоса между Афганистаном и Пакистаном. Большая часть пуштунов проживает в Пакистане. В последнее время в связи с известными изменениями и приходом к власти в Афганистане определенных кругов приграничный кризис превратился в мощный очаг напряженности. Представители этих кругов, не обращая внимания на высказанные выше исторические реалии и руководствуясь своими принципами национального (племенного) превосходства, хотят разрушить баланс сил в стране и регионе. Их провокации усилились после прихода в Афганистан международных коалиционных сил во главе с США. Эти круги прилагают все усилия, чтобы направить иностранных солдат на ту сторону линии Дюранда. Много раз говорилось, что для уничтожения международного терроризма необходимо нанести удар по его гнездам.
Желание основано на беспочвенных слухах о заинтересованности Вашингтона в раздроблении Пакистана. Никаких объективных предпосылок для этого нет. Второй пример, о котором я упоминал выше – напряженность между Арменией и Азербайджаном вокруг Нагорного Карабаха. Нагорный Карабах – территория, населенная азербайджанцами, в результате административного советского деления, которое впоследствии стали называть «топором раздела», отошла к Армении. После развала СССР Азербайджан, используя поддержку Соединенных Штатов, попытался восстановить контроль над территорией. Кроме трех лет войны и опустошения территории – других достижений не произошло.
Не существует никаких признаков, говорящих о том, что великие державы заинтересованы в изменении нынешней политической географии в регионе. По словам профессора Альберта Штайла, специалиста по Афганистану из университета Цюриха, мир признает Пакистан по всем основным параметрам: Пакистан представлен в ООН. Политические планы Пакистана официально признаны. Нет никаких судебных исков, связанных с конфликтами по поводу территориальной целостности. Действительно, следовать по этому пути сложно. Мировое сообщество единодушно признает приграничную полосу между Афганистаном и Пакистаном рассадником и гнездом терроризма и фундаментализма. Поэтому Пакистан, наблюдая за присутствием иностранных войск в соседнем Афганистане, усиливает свои позиции в приграничных районах с той стороны линии Дюранда. (Подобное случалось во времена присутствия советских войск в Афганистане). С другой стороны, в Афганистане углубляется кризис, и набирают обороты планы определенных кругов в правительстве использовать господствующий шовинизм в своих корыстных целях. Основное беспокойство у них вызывает ситуация, при которой, если этот вопрос не будет решен сейчас, то, когда иностранные войска будут выведены из страны, Афганистан не выстоит в одиночку против Пакистана.
Можно кратко резюмировать: возвышение определенной национальности над определенной политической географией или создание мононациональных государств невозможно и нецелесообразно. Вновь образованные страны (после развала Советского Союза) причащаются из этого источника претензий. Однако для отсталого с исторической и культурной точек зрения Афганистана бессмысленное следование этим претензиям ничего хорошего не принесет. Такого рода претензии только за последние 25 лет прошлого века трижды приводили иностранные войска в регион. Сделай же вывод из малого.
Хотел бы привести один положительный пример опыта международных отношений. Европа, после шестисот лет непрерывных войн, причинами которых были попытки возвысить одну нацию над другой, поняла, что есть другой путь мирного сосуществования вне рамок языкового и национального единообразия: нации, участвовавшие в Столетней, Тридцатилетней, Семилетней и двух катастрофических мировых войнах для сплочения народов этих стран оставили в прошлом правовые ценности границ. И сейчас между Австрией и Германией, Германией и Люксембургом, Чехией и Германией, Бельгией и Германией, Германией и Голландией не существует юридических границ. В этом начинании особенности народов и языков не стали препятствием.
Давайте взглянем на вещи реально – ни одна страна Юго-Западной Азии, включая Среднюю Азию, не была создана в результате референдума или всеобщего опроса. Народности, проживающие на их территории, не отличаются единообразием, национальные меньшинства разбросаны. Тюркоговорящие и персоязычные разъединены в большей степени. Курды и белуджи разделены таким же образом. Пуштуны менее всего пострадали от разделения. Небольшая лишь часть проживает в Индии, остальные же – в двух государствах: Афганистане и Пакистане. Если претензии какой-либо из национальных (племенных) образований или языковых групп будут удовлетворены (а нет уверенности, что за этим не последуют претензии остальных), то регион превратится в настоящий ад.
Доводы региональной интеграции здесь в большей степени объяснимы, объективны и практичны, нежели в Европе. Самым важным и самым главным объединяющим доводом между народами, населяющими регион, является Ислам. Ислам выступает стержнем «общей культуры», цементирующей основой единения сердец народов региона на протяжении тыс. четырехсот лет.
На религиозно-политической почве, которую принес Ислам, общая культура и, прежде всего, литература (как распространяемое слово) обрели свои формы, в которых блистали представители всех народностей. В части обширной истории цивилизации региона Ислам, литература, история населяющих регион народов нашли язык, в котором отразилось присутствие духовного и материального каждого из народов. Язык фарси-дари выступил как межнациональное средство общения, своего рода Lingua Franca, на котором представители проживающих народов и племен излагали свои мысли и чувства, и каждый вложил свою драгоценную лепту в его развитие. Колониализм первым делом приложил руку к разделению народов по языковому и национальному признаку, будь то Средняя Азия или Индия, и разделению ранее единого языка на иранский, афганский, маверранахрский и индийский. Такая точка зрения настолько сложилась в умах, что некоторые уже думают, что фарси-дари – это язык отдельного народа, называемого таджики, в то время как в совершенствовании и украшении этого языка участие тюрков и индусов ничуть не меньше участия других народов.
Предпосылками региональной интеграции, помимо историко-культурной общности, могли бы стать совместные экономические интересы, включая справедливое распределение водных ресурсов. Вопрос распределения воды является спорным практически у всех стран региона.
Однако самым главным доводом или доводами региональной интеграции являются вопросы политики и безопасности. По моему мнению, самой уязвимой точкой, влияющей на безопасность в странах региона, является чрезвычайная возбудимость национальных меньшинств. Это явление создает благоприятную почву для дальнейших провокаций и агрессии великих держав.
Такая страна, как Афганистан, помимо этих побуждающих факторов, с точки зрения климатических условий подверженная засухе в большей степени, нежели сопредельные государства. Определенные воинственные круги в правительстве Афганистана, усиливая враждебность с восточными и западными соседями (с Ираном и Пакистаном, которые имеют доступ к международным источникам воды), спят и видят установление воздушного моста между США и Афганистаном. Здравый ум подсказывает, что самый главный, самый ценный и самый легкий путь к процветанию Афганистана – это мир со своими западными и восточными соседями.
Говорят, что Афганистан пользуется своим важным геополитическим положением. Однако следует заметить, что важное геополитическое положение страны постоянно использовалось великими державами в своих корыстных целях, не в интересах Афганистана, который рассматривали как проход к Индии или Средней Азии.
Присутствие на территории страны иностранного военного контингента тоже может рассматриваться нами в том же ракурсе. Афганистан только тогда сможет воспользоваться своим положением, когда изменятся правила игры, когда направление движения будет определяться системно из центра на места, а не наоборот. А это возможно при реализации стратегии региональной интеграции. Понимая, что Афганистан находится в центре этой культурно-исторической зоны, реализация региональной интеграции может заменить противостояние и соперничество великих держав на согласие и взаимопонимание всего мирового сообщества.
Сформулировал бы вопрос следующим образом и адресовал его правящим кругам в Кабуле: «Итак, какой путь вы выбираете – интеграция и объединенные усилия в интересах всех участников или вражда и ненависть, что пойдет на пользу не Афганистану и региону, а великим державам, находящимся вдалеке?».
С другой стороны, интересы Афганистана с крупными странами региона, такими как Россия, Китай и Индия сплелись в единый клубок. Афганистан не остров, и он не может жить в противостоянии и враждебности со странами ШОС. И эту реальность должен официально признать блок НАТО и одобрить. Выбор путей тылового обеспечения войск НАТО в Афганистане через территории бывших советских республик может стать открытой дорогой для транзита и товарообмена между Европой и Южной Азией.
И напоследок. Единая Европа – это модель для подражания странам региона, от России до Индии, к которой следует направить свои устремления. Мохиуддин Мехди, афганский публицист, политический деятель.
Экспертная оценка возможных доходов от транзитных перевозок через территорию Казахстана составляет 2 млрд.долл. Однако пока этот куш больше похож на спелое яблоко, до которого отечественные транспортники и логисты не могут допрыгнуть. Часть специалистов полагает, что плод уже сорван китайской стороной.В смысле транзита география целиком и полностью на стороне Казахстана. Пожалуй, мало в мире найдется стран без выхода к открытому морю, которые располагают столь большим потенциалом международного транзита. Когда в 2008г. Российская Федерация приняла решение об энергетической поддержке Кыргызстана, Астана на ровном месте заработала 15 млн.долл. Ничего специально делать не пришлось, были использованы уже имеющиеся транспортные объекты и возможности. Или пример с национальным авиаперевозчиком Узбекистана, которому «Казаэронавигация» в этом году подняла плату за транзит на 21% и те вынуждены платить, поскольку физически не могут летать в обход территории Казахстана.
Политическое руководство страны понимает роль и значение транзита, о чем свидетельствуют ежегодные «Послания» президента Нурсултана Назарбаева народу Казахстана: «Нам нужно целенаправленно поддерживать, обновлять и расширять транспортную инфраструктуру. Мы должны максимально использовать транзитный потенциал страны, а для этого нам нужно интегрировать нашу транспортную систему в мировую».
После распада Советского Союза внешние транспортные коридоры Казахстана оказались более чем на 90% с выходом через Россию. Особенно тяжело это переживала нефтяная промышленность страны. Фактически относительная трубопроводная независимость Казахстана началась в 2001г., когда в эксплуатацию вступил нефтепровод КТК (Каспийский трубопроводный консорциум) и был отгружен первый танкер с «черным золотом» в порту «Новороссийск». В отличие от всех других экспортных трубопроводов, КТК не принадлежит ни «Транснефти», ни «Газпрому» – это международный консорциум на всем его протяжении.
Благодаря желанию Европейского Союза получить транспортный коридор в обход территории России появился проект ТРАСЕКА (Центральная Азия – Кавказ – Европа). Правда, обилие государств-участников проекта (их 13) не позволяет полноценно конкурировать с российскими транспортными маршрутами (много процедур при пересечении границ), но хотя бы появилась альтернатива. Второе дыхание получил Актауский международный морской торговый порт (АММТП), пришедший в упадок в 90гг. Благодаря ТРАСЕКЕ транспортные артерии Казахстана, традиционно пролегающие с Севера на Юг, стали формироваться и в направлении Восток – Запад.
После того, как железные дороги Туркменистана и Ирана были соединены между собой, появилась возможность выхода ж/д транспортом из Казахстана и на Турцию, и в Персидский залив. К сожалению, Астана не находит общего транспортного языка с Узбекистаном, что значительно ухудшает общий транзитный фон в регионе.
Благодаря порту Актау республика включена в международный транспортный коридор Север-Юг (Северная Европа-Россия-Иран-Индия). Однако главные надежды казахстанские транспортники связывают с возможностями, которые имеются на внутриконтинентальных маршрутах между Европой и Китаем. 2,5 млн.кв.км. Казахстана сложно обогнуть, а потому местные логисты прилагают усилия для их эффективного использования.
Стоимость доставки стандартного контейнера из Шанхая в Гамбург по морю составляет 650 евро (возможны скидки). Работающие на внутриконтинентальных маршрутах с такими предложениями по цене конкурировать не могут. Однако у них есть свой козырь – время. Морским путем по времени получается дольше на 25-30 дней. «При определенной стоимости груза товар будет выгодно везти сухопутным путем. Стоит работать в определении направлений, выбирать грузы», – подчеркнул Николай Каширин, коммерческий директор Amanat Invest Group.
Цель последних мероприятий казахстанских логистов – оттянуть часть товаропотока с морских направлений на внутриконтинентальные коридоры. О совсем больших объемах речь не идет, поскольку железная дорога не справится с ними, даже если поезда будут отправляться в режиме нон-стоп. По меркам сухопутных потоков масштаб предполагается вполне приличный.
Скептики утверждают, что Казахстан уже проиграл свою большую битву за транзит. Когда от Шанхая до Санкт-Петербурга 700 евро, а от Урумчи до Алматы 3500 долл. за двадцатифутовый контейнер, то даже в Нижний Новгород экономически выгоднее вести китайские товары через порт Санкт-Петербурга, чем трансконтинентальным коридором через Казахстан. Логистика победила географию. Вдобавок собственная школа логистики в стране за все годы независимости так и не была создана.
В любом случае для южных постсоветских республик Казахстан является главной транзитной территорией. И если Узбекистану нужно продать хлопок в Россию, Туркменистану поставить газ в Китай, а Таджикистану направить фрукты в Беларусь – они не могут сделать этого без пересечения пространства Казахстана. Несмотря на все неблагоприятные факторы, Астана в области транзита обладает так называемым радиусом воздействия, в котором те или иные экономические решения являются адекватными. Государство обещает сосредоточить свои усилия и сделать так, чтобы транзитный потенциал создал для страны новые линии жизни и дополнительные поступления в бюджет. Илья Блоггер.
19 мая бельгийская ENEX и французская Schneider Electric презентовали в Ашхабаде проект модернизации системы энергоснабжения туркменской столицы, разработанный совместно с компаниями EADS и Schreder. Проект разработан по поручению президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова. В этот же день глава государства провел встречу с гендиректором ENEX Куном Минне и председателем совета директоров Schneider Electric Энри Лакманом.Глава ENEX отчитался о проделанной работе, доложив о ходе реализации доверенных компании проектов. Кун Мине, представляющий Туркменистан в качестве Почетного консула в Королевстве Бельгия, также информировал президента об итогах ряда встреч в Брюсселе.
Энри Лакман отметил в беседе с туркменским лидером, что «стремительно растущий Ашхабад, безусловно, требует надежного и бесперебойного энергообеспечения» и заявил, что возглавляемая им компания может предоставить Туркменистану свои услуги в этой важнейшей области, – передает «Право ТЭК».
В рамках сотрудничества, закрепленного соответствующим соглашением между Республикой Татарстан и Туркменистаном от 28 июня 2008г. и протоколом по развитию сотрудничества в нефтегазовой сфере, подписанном ОАО «Татнефть» и государственным концерном «Туркменнефть» в июле 2008г., 12-15 мая «Татнефть» посетила представительная делегация туркменских нефтяников во главе с государственным министром, председателем ГК «Туркменнефть» Ораздурды Хаджимурадовым. Об этом сообщила пресс-служба «Татнефти».Гости встретились с руководством «Татнефти» и обсудили перспективы сотрудничества. Затем посетили ряд подразделений и производственных объектов компании, где ознакомились с современными технологиями и оборудованием, применяемыми в «Татнефти». Вниманию туркменской делегации были представлены сервисные центры по ремонту и обслуживанию станков-качалок, глубинно-насосного оборудования, цеха по производству металло-пластмассовых труб, скважины, оснащенные цепными приводами, установками одновременно-раздельной эксплуатации и др. Также гости побывали в буровых и ремонтных бригадах, где на месте оценили их техническое вооружение и возможности. Ознакомились с производством цепных приводов на Бугульминском механическом заводе, с деятельностью института «ТатНИПИнефть», ООО «ТНГ-Групп» и новыми технологиями, разработанными учеными и геофизиками компании. В завершение своего визита делегация ГК «Туркменнефть» встретилась со студентами из Туркменистана, обучающимися в Альметьевском государственном нефтяном институте.
Туркменская сторона выразила удовлетворение всем увиденным, отметив, что богатый опыт, инновационный потенциал и высокий профессионализм специалистов компании «Татнефть» открывают широкие перспективы для взаимовыгодного сотрудничества. Сегодня делегация из Альметьевска отправилась в Москву, откуда в этот же день вылетит в Туркменистан, – передает «Право ТЭК».
Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев подписал закон РК о ратификации соглашения между правительствами РК, РФ и Туркменистана о сотрудничестве в строительстве Прикаспийского газопровода. «Глава государства подписал закон «О ратификации соглашения между правительством Республики Казахстан, правительством Российской Федерации и правительством Туркменистана о сотрудничестве в строительстве Прикаспийского газопровода», – говорится в сообщении, передает Kazakhstan Today со ссылкой на пресс-службу главы государства.Закон предусматривает совместные обязательства сторон по созданию благоприятных условий сотрудничества в проекте, а также позволит осуществлять транспортировку туркменского и казахстанского газа в объеме до 20 млрд.куб.м. ежегодно, в т.ч. до 10 млрд.куб.м. туркменского и 10 млрд. казахстанского газа. Реализация данного соглашения позволит развить экспортный и транспортный потенциал страны и будет способствовать развитию экономики Казахстана. Также в соответствии со статьей 3 соглашения стороны могут рассмотреть возможность увеличения мощности газопровода сверх этих объемов.
Основная цель соглашения – увеличение транзитного потенциала РК по транспортировке природного газа, а также углубление взаимовыгодного сотрудничества в газовой отрасли государств-сторон, которое направлено на обеспечение надежной транспортировки возрастающих объемов природного газа по территориям стран-участниц и предусматривает совместные обязательства сторон по созданию благоприятных условий для экономической эффективности проекта.
13 апр. 2009г. российская сторона подготовила и направила в Казахстан и Туркменистан изменения в соглашение об увеличении мощности Прикаспийского газопровода.
9 апр. президент Казахстана в рамках рабочей поездки в Алма-Ату встретился с председателем правления ОАО «Газпром» Алексеем Миллером. В ходе встречи состоялось обсуждение вопросов расширения проектной мощности Прикаспийского газопровода.
«В практическую плоскость поставлен вопрос об увеличении проектной мощности этого газопровода еще на 20 млрд.куб.м. газа, т.е. речь пойдет о 40 млрд.куб.м. газа уже на территории Казахстана», – сообщил А. Миллер по завершении встречи. «В самое ближайшее время уже все стороны приступят к строительству, к реализации этого проекта», – отметил он.
В дек. 2008г., президент России Дмитрий Медведев подписал федеральный закон «О ратификации соглашения между правительством Российской Федерации, правительством Республики Казахстан и правительством Туркменистана о сотрудничестве в строительстве Прикаспийского газопровода».
Соглашение было подписано в Москве 20 дек. 2007г., действует до 31 дек. 2008г. и по окончании этого срока автоматически продлевается на каждый последующий год, если ни одна из сторон не выразит своего намерения прекратить его действие. Строительство газопровода планируется завершить не позднее 2010г.
В июле 2008г. «Газпром» и власти Туркменистана подписали соглашение, предполагающее финансирование и строительство российской компанией новых магистральных газопроводов с востока страны, обустройство месторождений и увеличение мощности туркменского участка Прикаспийского газопровода до 30 млрд.куб.м., в строительстве которого также примет участие «Газпром».
Предполагается, что Прикаспийский газопровод пройдет от компрессорной станции «Белек» в Туркменистане на берегу Каспийского моря через Казахстан до российской газоизмерительной станции «Александров Гай» в Саратовской обл. Протяженность газопровода составит 1700 км. Проект предполагает реконструкцию существующего газопровода Окарем-Бейнеу, соединяющего туркменские газовые месторождения с магистралью Средняя Азия-Центр (САЦ), а также самой САЦ.
Планировалось, что «Туркменгаз» расширит старый или построит новый газопровод до границы с Казахстаном мощностью до 10 млрд.куб.м. газа в год. Туркменская сторона гарантирует поставку «Газпрому» такого же объема газа по этому направлению. Казахстан также обязался поставлять еще 10 млрд.куб.м. своего газа и увеличить мощности по транспортировке по этому маршруту на 20 млрд.куб.м. Россия гарантировала закупку объемов газа и расширение САЦ на своей территории.
Ташкент станет местом проведения ежегодной встречи финансовых чиновников азиатских государств в рамках Азиатского банка развития (АБР). 5 мая в г.Бали (Индонезия) на Совете директоров банка президент АБР Харукихо Курода объявил о проведении очередной встречи в Ташкенте. В наст.вр. АБВ является одним из крупнейших инвесторов в Узбекистане и проведение собрания в Ташкенте создаст новые возможности для расширения сотрудничества между Узбекистаном и АБР. Произойдет более близкое знакомство Совета директоров банка с Узбекистаном и в будущем банку будет легче работать в стране. АБР может стать реальным партнером Узбекистана в Азиатском регионе. Если расширение связей с АБР станет первым шагом, это обязательно может стать альтернативой экономическим проектам Шанхайской организации сотрудничества в Азиатском регионе. В наст.вр. АБР в партнерстве с правительством Узбекистана осуществляет ряд крупных проектов. АБР выделил более 75 млн.долл. на строительство автомагистрали, связывающей республику с Казахстаном, Афганистаном и Туркменистаном. За 12 лет сотрудничества с Ташкентом Банк реализовал 26 проектов на 1 млрд.долл.
В г.Алматы состоялся саммит глав государств-учредителей Международного фонда спасения Арала (МФСА), который был создан в 1993г. совместным решением президентов Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана с целью преодоления экологического кризиса и улучшения социально-экономического положения в бассейне Аральского моря. В саммите принял участие президент Узбекистана Ислам Каримов. Встреча глав пяти государств вначале прошла за закрытыми дверьми, затем она продолжилась в расширенном составе. По окончании встречи президенты подписали совместное заявление. Президент Казахстана Н.Назарбаев в своей речи сообщил, что на спасение Арала пятью государствами было потрачено 2 млрд.долл. Выступая на саммите, президент Узбекистана И.Каримов, заявил, что необходимо создать локальные водоемы на уже высохшем дне Аральского моря, обводнить дельтовые водоемы с целью сокращения пылевых и солевых бурь, восстановить биоразнообразие и дельтовую экосистему, провести лесопосадки на осушенном дне Аральского моря, закрепить подвижные пески, обеспечить питьевой водой и приборами по обеззараживанию воды коммунальные и лечебные учреждения. Как подчеркнул президент Узбекистана, «на реализацию указанных проектов и программ только за последние 10 лет затрачено свыше 1 млрд.долл., в т.ч. за счет иностранных займов, технической помощи и грантов – 265 млн.долл. Нурсултан Назарбаев попросил своих коллег не касаться в своих выступлениях проблем строительства ГЭС и высказываться только по проблемам Арала. Именно поэтому из итогового заявления были исключены эти пункты, внесенные по настоянию президента Узбекистана.
Представитель воронежской группы компаний «Маслопродукт» заявила о начале поставок бутилированного подсолнечного масла под своими брэндами в Афганистан. Как отметила директор по связям с общественностью ГК «Маслопродукт» Галина Старосек, в рамках подписанных соглашений в 2009г. объем поставок продукции для Афганистана будет составлять 150 т. в месяц. Также предприниматели заявили о подписанных контрактах по поставкам масла в Казахстан и Туркмению, и о подготовке поставок своей продукции в страны Ближнего Востока.Россия экспортирует в Афганистан главным образом топливо и ГСМ, лес, древесину и пиломатериалы, продовольствие (в основном муку), металлопрокат, мыло и моющие средства, камеры, автошины, двигатели турбин, насосы, медикаменты, транспортные средства, дорожно-строительную технику и пр.
Газопровод Nabucco на прошедшем саммите в Праге не поддержали Узбекистан, Казахстан, а также Туркмения, на которую Европа возлагает особые надежды. Однако сторонники проекта не унывают. Евросоюз празднует победу в переговорах с Турцией, которая, по информации The Guardian, приняла все условия ЕС относительно строительства трубопровода. А США заявили, что в любом случае не допустят «доминирования» России в энергетических проектах на Южном Кавказе и сопредельных территориях. Но без согласия Туркмении Nabucco придется заморозить до лучших времен.Проект Nabucco оценивается в 7,3 млрд.долл., его мощность должна составить 30 млрд.куб.м. газа в год. Предполагается, что сырье пойдет из Центральной Азии и Азербайджана в обход России через Турцию и балканские страны до Австрии. Начать поставки по трубе планируется в 2014г.
В Праге 8 мая в рамках саммита «Южный коридор – новый шелковый путь» Евросоюз подписал с Азербайджаном, Грузией, Турцией и Египтом соглашение, призванное ускорить строительство Nabucco. В соответствии с документом стороны должны сделать все для подготовки межправительственного соглашения по проекту, чтобы подписать его до июня. Однако крупнейшие экспортеры газа в Центральной Азии – Казахстан, Туркмения и Узбекистан – отказались подписать декларацию под предлогом того, что документ «требует значительной доработки».
По мнению США, Туркмения хочет присоединиться к Nabucco, но боится испортить отношения с Россией. «Я чувствую, что Туркменистан хочет включиться, но волнуется. Это совершенно понятно: Туркменистан хочет хорошие отношения с Россией», – заявил в интервью радиостанции «Эхо Москвы» заместитель помощника госсекретаря США по делам Европы и Евразии Мэтью Брайза. Он отметил, что решение Вашингтона перезагрузить отношения с Москвой не означает, что США не будут сопротивляться попыткам России доминировать на маршрутах поставок углеводородов из Каспийского региона в Европу.
Евросоюз тем временем уладил одну из важных проблем на пути реализации проекта Nabucco – достиг соглашения с Турцией. Оно открывает возможности для энергетического прорыва в бассейне Каспийского моря и знаменует собой выход из тупиковой ситуации, продолжавшейся более года, пишет The Guardian, ссылаясь на высокопоставленных европейских чиновников. Соглашение относительно строительства газопровода должно быть подписано в Анкаре 25 июня. «Турки приняли наши условия. Безоговорочно», – цитирует газета представителя ЕС, участвующего в переговорах с Турцией. Ранее Анкара настаивала на дополнительной плате за прокачиваемый газ и требовала 15% этого газа по сниженным ценам. «Теперь удалось договориться о транзите на основе стоимости. Мы очень близки к соглашению», – сообщил The Guardian комиссар ЕС по вопросам энергетики Андрис Пиебалгс.
Саммит в Праге, позиционировавшийся как глобальный прорыв в области повышения энергобезопасности ЕС за счет снижения зависимости региона от поставок газа из России, судя по всему, провалился, считает директор департамента Due Diligence НКГ. «2К Аудит – Деловые консультации» Александр Шток. Туркмения не подписала итоговую декларацию, тем самым оставив европейский газопровод по-прежнему пустым. Фактически это означает заморозку Nabucco до лучших времен. По словам г-на Штока, низкие цены на газ плюс экономическая нестабильность, сложности со свободными средствами и отсутствие гарантий относительно наполняемости трубопровода делают привлечение инвесторов в дорогостоящий проект практически невозможным.
Договоренности ЕС с Турцией еще не решают проблемы транзита через эту страну, отмечает эксперт Центра политической конъюнктуры Дмитрий Абзалов. Франция, Израиль и Иран не хотят усиления Турции. Ее и так обвиняют в пристрастности при допуске судов в проливы Босфор и Дарданеллы, если Анкара получит и контроль над транзитом газа в Европу, то это существенно увеличит ее политическое влияние на Европу, что отнюдь не лучше, чем энергозависимость от России, уверен г-н Абзалов.
35 000 т. цитрусовых на 20,8 млн.долл. было экспортировано из Ирана в 36 стран мира в 2008г. Ирак возглавляет список стран-импортеров иранских цитрусовых. Второе место в этом списке занимает Туркменистан. В пред.г. Иран экспортировал в разные страны свыше 30 000 т. мандаринов, из них 68% были экспортированы в Ирак. Россия, Азербайджан и Армения также являются основными странами-импортерами иранских мандаринов.Иран также является крупным поставщиком на зарубежный рынок апельсинов. В пред.г. Иран продал апельсинов на 886 тыс.долл., из этого объема в Ирак было поставлено данного вида цитрусовых на сумму свыше 264 тыс.долл. Армения, Казахстан, Россия, Таджикистан, Азербайджан, Афганистан и Туркменистан являются основными импортерами иранских апельсинов.
Иран будет разрабатывать крупнейшее газовое месторождение Туркменистана – Южный Иолотань, и в скором времени он представит черновой проект договора на рассмотрение Ашгабаду, – сообщает Farsnews. «Проект договора будет завершен в ближайшие две недели и направлен на рассмотрение туркменской стороне», – сказал Голам Реза Манучехри, яисполнительный директор Petropars Oil and Gas Company.По словам Манучехри, иранская сторона запросила у Ашгабада ряд технических данных для оценки предстоящих затрат. Petropars Oil and Gas Company хотела сама субсидировать проект, но Ашгабад предложил Тегерану оплату в форме EPC [engineering, procurement, construction] – сказал он.
Предварительный проект договора уже готов, и Иран ждет предоставления дополнительной информации Туркменией, – сказал Манучехри.
В фев. этого года Иран подписал предварительное соглашение о разработке газовых месторождений Иолотань-Осман на востоке Туркменистана. «Другим предложением Ашгабада является добыча газа в обмен на стоимость проекта, – сказал Манучехри. – Мы рассматриваем данное предложение».
Иран также заключил контракт на увеличение ежегодной закупки туркменского газа до 10 млрд.куб.м., что составляет одну пятую часть того, что Россия закупает у Туркменистана, – передает «Тренд».
Туркменское месторождение Южный Иолотань будет разрабатывать Иран. Уж он точно должен будет сказать, не являются ли данные Туркмении о ее рекордных запасах газа восточными сказками. «Проект договора будет завершен в ближайшие две недели и направлен на рассмотрение туркменской стороне», – сообщил исполнительный директор Petropars Oil and Gas Company Голам Реза Манучехри.По словам Манучехри, иранская сторона запросила у Ашхабада ряд технических данных для оценки предстоящих затрат. Petropars Oil and Gas Company хотела сама субсидировать проект, но Туркмения предложила Ирану оплату в форме EPC (engineering, procurement, construction).
Предварительный проект договора уже готов, и Иран ждет от Туркмении предоставления дополнительной информации, сказал Манучехри. «Другим предложением Ашгабада является добыча газа в обмен на стоимость проекта, – сказал он. – Мы рассматриваем данное предложение».
В фев. этого года Иран подписал предварительное соглашение о разработке газовых месторождений Иолотань-Осман на востоке Туркменистана. Иран также заключил контракт на увеличение ежегодной закупки туркменского газа до 10 млрд.куб.м., что составляет одну пятую часть того, что Россия закупает у Туркменистана.
Газовые запасы крупнейшего в Туркмении месторождения Южный Иолотань-Осман составляют 6 трлн. куб.м. газа. Это почти в два раза больше, чем разведанные запасы гигантского Штокмановского месторождения (3,7 трлн. куб.м. газа) «Газпрома». Об этом свидетельствуют данные второго этапа международного аудита, который проводила в республике британская Gaffney Cline & Associates (GCA).
Казахстан, Туркмения и Узбекистан отказались подписать декларацию, касающуюся проекта строительства газопровода Nabucco, который поможет осуществлять поставки топлива из каспийского региона в Европу в обход России. Об этом сообщает AFP со ссылкой на неназванные источники.По данным агентства, представители Азербайджана, Египта, Турции и Грузии подписали декларацию. Данный документ был подготовлен в рамках открывшегося в Праге саммита «Южный коридор – новый шелковый путь». В нем говорилось, что все участвующие в Nabucco государства сделают все, чтобы подписать межправительственное соглашение по данному проекту до июня 2009г.
Ожидается, что пропускная мощность нового газопровода, который еще не начал строиться, составит 30 млрд.куб.м. газа в год. До сих пор не определены страны, которые могли бы обеспечить загрузку Nabucco, поскольку среднеазиатские экспортеры работают с Россией и Китаем, мощностей Азербайджана для этого не хватит, а торговые взаимоотношения с Ираном ограничены международными санкциями.
Nabucco должен пройти через Турцию и балканские страны до Австрии. Реализация проекта оценивается в 7,3 млрд.долл. В консорциум Nabucco Gas Pipeline International, реализующий проект, входят австрийская OMV, венгерская MOL, румынская Transgaz, болгарская Bulgargaz, турецкая Botas и германская RWE. Считается, что проект Nabucco конкурирует с «Южным потоком» российского «Газпрома». «Южный поток» планируется пустить по дну Черного моря и территории балканских стран в Центральную и Южную Европу. Трубопровод, по которому можно будет перекачивать до 47 млрд.куб.м. газа в год, как ожидается, будет запущен с 2015 по 2024г.
Европейский Союз, Турция, Грузия, Азербайджан и Египет договорились развивать проект «Набукко». В Брюсселе, это закреплено в декларации по итогам Пражского саммита относительно развития «Южного коридора» (коридора по снабжению энергоресурсов с региона Каспийского моря в ЕС).«Мы декларируем, что концепция «Южного коридора» является дополнительной к другим существующим энергетическим и транспортным партнерствам и проектам ЕС, и открыта для участия и вкладов третьих сторон», – отмечается в документе.
В декларации говорится, что страны-подписанты договорились предоставить необходимую политическую и, где возможно, техническую и финансовую поддержку строительству «Южного коридора», включая Транскаспийский газопровод, с целью диверсификации источников энергоснабжения, рынков и транспортных маршрутов.
В документе также отмечается, что страны, которые присоединились, будут развивать прозрачный и недискриминационный режим транспортировки нефти и газа, создавать прямые связи между обоими берегами Каспийского моря, способствовать активности частных компаний в развитии коридора.
Страны-члены ЕС и Турция также договорились способствовать реализации проекта газопровода Турция-Греция-Италия. Несмотря на то, что декларацию подписали такие поставщики энергоресурсов как Азербайджан и Египет, и транзитеры – Грузия и Турция, основные поставщики из региона Каспийского моря – Казахстан, Узбекистан, Туркменистан – отказались подписывать настоящий документ. «Очевидно, что эти страны не любят подписывать декларации такого типа, и никогда не делают этого, и сегодняшний день не стал исключением», – заявил на пресс-конференции после саммита председатель чешского президентства в Евросоюзе Мирек Тополанек.
Иран намерен развивать торговый флот на Каспии: интервью с главой управления пароходства иранской провинции Гилан Фархадом Мунтасаром Кухсари.• В г.Энзели провинции Гилан Ирана состоялось первое собрание глав портов прикаспийских стран. Какова была цель проведения заседания, и какие соглашения на нем достигнуты?
Это было первое собрание глав портов Прикаспийских стран. На встрече приняли участие замминистра транспорта Ирана и директор Управления пароходства и портов Ирана, главы провинций Гилан и Мазандаран, руководители пароходств Азербайджана, России, Казахстана и Туркменистана и представители частных компаний. На заседании обсуждения проходили в атмосфере дружбы и искренности. Главная цель обсуждений – еще большее развитие сотрудничества между прикаспийскими странами в сфере грузоперевозок. Этот вопрос вызывал интерес участников заседания, и все они заявили, что являются сторонниками развития сотрудничества в этой сфере.
• Был ли подписан на прошедшем заседании какой-либо договор между Прикаспийскими странами?
Да, в конце заседания между главами портовых структур Прикаспийских стран был подписан протокол, состоящий из 15 статей. Согласно протоколу, постоянный секретариат заседания портовых структур Прикаспийских стран будет располагаться в Иране. Секретариат будет действовать с целью проведения ежегодных заседаний и координирования работы портовых структур Прикаспийских стран. По протоколу, заседание будет проводиться раз в год в разных странах (поочередно). На первом заседании было принято решение провести второе заседание глав портов в следующем году в порту Оля в России.
В протоколе нашли свое отражение вопросы сотрудничества Прикаспийских стран в сфере грузоперевозок, упрощения системы погрузки и разгрузки, уменьшения расходов на портовые операции, повышения грузоперевозок в регионе с целью более интенсивного использования транспортного коридора, предоставления частным компаниям возможности строительства портовой инфраструктуры в Прикаспийских странах, научного сотрудничества в сфере судоходства, оказания технического обслуживания судам, борьбы против загрязнения Каспия нефтепродуктами. Помимо этого, в протокол вошел также вопрос проведения между Прикаспийскими странами совместных учений по предотвращению возможных происшествий.
На заседании был обсужден и вопрос создания совместного судоходного объединения. В этом совместном судоходном объединении предусматривается участие частных компаний. С целью повышения уровня обслуживания клиентов в протоколе также нашел отражение вопрос упрощения работы с документацией. Все участники заседания поддержали вопрос развития грузоперевозок по коридору Север-Юг.
• Были ли в рамках заседания проведены двусторонние обсуждения между Ираном и Азербайджаном? Был ли подписан какой-либо договор между двумя странами?
Хочу сказать, что вышеперечисленные мною вопросы были поддержаны всеми главами портовых структур Прикаспийских стран, и все они приняли решение о повышении сотрудничества в сфере морских грузоперевозок на Каспии. Это предусматривает как многостороннее, так и двустороннее сотрудничество между Ираном, Азербайджаном и другими странами. Каспийское море – общее. В этом море создан мир и безопасность. Все богатства Каспия относятся ко всем странам.
Сотрудничество Прикаспийских стран будет оказывать свое влияние на соседние страны. В рамках заседания были проведены специальные встречи с участвующим в этом заседании частными компаниями. Цель заседания в том, чтобы главы портовых структур Прикаспийских стран имели тесные связи друг с другом. В мире развивается информационная сфера. Морские грузоперевозки в мире играют главную роль. В мире 90% грузов доставляется по морским путям. С этой точки зрение пять прикаспийских стран должны усилить сотрудничество в этой сфере.
• Как Вы оцениваете деятельность Ирана в Каспийском море? Хочет ли Иран создать морской флот в Каспийском море?
Реализация любой работы зависит от ее экономических и финансовых источников. В связи с тем, что товары, необходимые для Ирана, доставляются по Каспию, то создание подобного флота необходимо. С целью обеспечения потребностей страны в товарах, мы должны развивать свое судоходство на Каспии. Для нас это необходимо. Реализация этой работы может стать причиной развития всех сфер в регионе. Самой же важной из сфер является вопрос развития туризма в Каспийском море. В Каспийском море имеется большой потенциал развития туризма. С этой точки зрения чувствуется необходимость развивать сферу судоходства. Создание морского флота может способствовать развитию этой сферы. Реализация этого вопрос может быть полезен для всех Прикаспийских стран.
На открывающемся в Праге энергосаммите «Южный коридор» ЕС намерен склонить республики Центральной Азии к подписанию документа о строительстве газопроводов в обход России. Европа хочет получать центрально-азиатские и каспийские углеводороды напрямую, без посредничества Москвы. Евросоюз намерен добиться от участников энергетического саммита «Южный коридор», в т.ч. Казахстана, Узбекистана и Туркменистана, подписания декларации, в которой они обязались бы разработать «четкий временной график» строительства газопроводов, лишающих Россию монополии на транспортировку газа из этого региона.В проекте совместной декларации по итогам саммита, который оказался в распоряжении газеты «Коммерсантъ», говорится о проекте строительства газопровода Nabucco, а также дальнейшей работе по созданию Транскаспийского маршрута. ЕС рассчитывает, что документы подпишут все участники программы «Южный коридор», включая Азербайджан, Грузию, Казахстан, Туркмению, Узбекистан, Египет, Ирак и Турцию.
По сообщению пресс-службы Еврокомиссии, ее председатель Жозе Мануэл Баррозу проведет переговоры с лидерами стран-партнеров Центральной Азии, Южного Кавказа и Ближнего Востока. Участники саммита планируют обсудить «конкретные средства», которые позволят продвинуть вперед работу над созданием «Южного энергетического коридора». В первую очередь это касается транспортировки газа.
В Евросоюзе рассчитывают, что саммит представит «первую возможность для потенциальных участников «Южного коридора» встретиться на самом высоком уровне и обсудить общие интересы». В официальном сообщении Еврокомиссии также говорится о «первых формальных обязательствах», которые могут быть закреплены за странами-потребителями, производителями и транзитерами.
По словам Баррозу, участники проекта впервые за четыре года его существования достигли некоторого прогресса и близки к «конкретным обязательствам», в том числе, по транскаспийскому коридору. На пражском саммите в качестве наблюдателей должны были участвовать представители России, однако они от участия отказались. В качестве наблюдателей в энергетическом саммите участвуют представители США и Украины.
В середине апреля германский энергетический концерн RWE заключил с Туркменией меморандум о взаимопонимании в газовой сфере, что увеличило шансы Европы на обеспечение ресурсной базой проекта «Набукко», рассматриваемого в качестве конкурента российского «Южного потока».
Исполнительный директор RWE Юрген Гроссман заявил тогда о возможности транспортировки энергоресурсов через Каспийское море, по Транскаспийскому трубопроводу, который должен пройти через каспийскую акваторию, по территории Азербайджана, Грузии и Турции и в обход России, Казахстана и Узбекистана. Концерн рассчитывает получить у Туркмении права на разработку шельфовых месторождений в Каспийском море.
Россия стремится развивать в сотрудничестве с Казахстаном и Туркменией проект Прикаспийского газопровода, по которому туркменский и казахстанский газ должен пойти в Европу по российской газотранспортной системе.
Представители Туркмении, Казахстана, а также Узбекистана, отказались подписывать политическую декларацию по строительству газопровода Nabucco, сообщает Deutsche Welle. Декларация была представлена в ходе саммита «Южный коридор – новый шелковый путь» в Праге.Документ предусматривает обязательство для подписавших его стран принять все необходимые меры для скорейшего подписания межправительственного соглашения по Nabucco. Планируется, что соглашение должно быть подписано в июне 2009г. Принимающие участие в саммите Азербайджан, Турция, Египет и Грузия декларацию подписали.
Проект Nabucco подразумевает под собой строительство газопровода из Центральной Азии и Азербайджана в Европу через Турцию, Болгарию, Румынию, Венгрию и Австрию, не затрагивая территории России. Строительство газопровода планируется начать в 2010г. и закончить в 2013, объем инвестиций в строительство оценивается в 7,9 млрд. евро.
Иран будет разрабатывать туркменское газовое месторождение Иолотань, заявил исполнительный директор Petropars Oil and Gas Company Голам Реза Манучехри. Проект контракта будет завершен в течение следующих двух недель и направлен на рассмотрение туркменской стороне.Иран рассматривает, поступившие от туркменской стороны предложения по стоимости проекта. Иран запросил ряд технических данных и другую информацию для определения затрат, необходимых для реализации проекта. Предварительный проект контракта готов и мы ждем дополнительную информацию, чтобы мы смогли рассчитать затраты по реализации проекта и направить в течение следующих двух недель подготовленный документ туркменской стороне, сказал Манучехри.
В фев. Иран подписал предварительное соглашение на развитие газового месторождения Иолатань – Осман, расположенного в юго-восточной части Туркменистана. Иран также ведет переговоры с Турцией по определению схемы движения туркменского газа в Европу, используя уже существующий газопровод между Ираном и Турцией.
Узбекистан, Казахстан и Туркмения отказались подписывать политическую декларацию, подготовленную к открывшемуся в Праге саммиту «Южный коридор – новый шелковый путь», сообщает со ссылкой на дипломатические источники агентство Франс Пресс.В проекте декларации, которая, как ожидалось, должна была быть подписана в ходе встречи в чешской столице, говорится, что участвующие в проекте газопровода Nabucco («Набукко») заинтересованные стороны, в т.ч. страны ЕС, Турция и бывшие среднеазиатские республики СССР, сделают все для подготовки межправительственного соглашения по Nabucco, чтобы подписать документ «до июня 2009г.».
Проект Nabucco, который оценивается в 7,3 млрд.долл., предусматривает ежегодную транспортировку 20-30 млрд.куб.м. природного газа из региона Центральной Азии и Азербайджана в обход России по маршруту Турция-Болгария-Румыния-Венгрия-Австрия. Предполагалось, что строительство газопровода будет завершено до 2013г., а поставки газа начнутся в 2014г.
Руководитель Федерального агентства морского и речного транспорта РФ Александр Давыденко прибыл в Иран для участия в первой сессии менеджеров морских портов пяти прикаспийских стран. Совещание состоится 5-6 мая в порту Энзели на севере Ирана. От России в этой сессии участвует руководитель Федерального агентства морского и речного транспорта Александр Давыденко во главе делегации, состоящей из начальников портов Махачкала, Астрахань и Алия.Сессия менеджеров прикаспийских портов проводится по инициативе и предложению ИРИ, и на ней планируется подписать пятистороннее соглашение. На сессии будут созданы предпосылки подписания документов о сотрудничестве пяти прикаспийских стран в морской области, в сфере охраны окружающей среды, борьбы с загрязнением моря, морских портов и морского транспорта. На следующей сессии эти документы будут утверждены. В сессии примут участие представители России, Азербайджанской республики, Казахстана, Туркмении и ИРИ.
Международная книжная выставка-ярмарка, одна из крупнейших в мире, открылась в Тегеране. На церемонии открытия присутствовал президент Ирана Махмуд Ахмадинежад. В выставке, которая продлиться до 16 мая, примут участие 1982 национальных и 1700 иностранных издательств из 78 стран, в т.ч. из России, Аргентины, Бразилии, Украины и Пакистана. Тегеранская международная книжная ярмарка, проходящая под лозунгом «грандиозный фестиваль знаний», является одним из наиболее значительных культурных событий в Иране.Тегеранская международная книжная выставка-ярмарка является крупнейшим международным книжным форумом в сфере издания и распространения книжной продукции. Традиционно на выставке экспонируется значительный объем иранской и международной книжной продукции. В выставке традиционно принимают участие такие страны, как Франция, Германия, Швейцария, Польша, почти все государства Ближнего и Среднего Востока, такие страны Средней Азии как Туркменистан, Узбекистан, Киргизстан, Таджикистан.
К участию в выставочном мероприятии приглашаются издатели, распространители и книготорговые компании по оптовой продаже разнообразной книжной продукции, производители канцелярии и специализированного оборудования для библиотек. Как правило, в выставке также принимают участие независимые и профессиональные книгораспространители, представители сетей книжных магазинов, распространители учебной литературы, специализированные библиотеки, авторы. Выставочное мероприятие широко освещается печатными и электронными СМИ.
Канада, Россия и Китай попали в список из 12 стран, которые являются самыми злостными нарушителями авторских прав в мире. Список составлен членами администрации Обамы и состоит из стран, которые недостаточно защищают права американских производителей кино- и аудиопродукции, а также компьютерных игр, программного обеспечения и других продуктов, защищенных авторскими правами.Против стран, попавших в список злостных нарушителей (priority watch list), могут быть даже приняты экономические санкции при желании США вынести дело на суд Всемирной торговой организации. Если Россия попала в список седьмой раз, Китай – в пятый, то для Канады это первый прецедент.
Представители администрации президента США намекнули, что Канаде пора провести реформы, касающиеся законодательства в сфере авторских прав и лучше охранять границы на предмет попадания контрафактной продукции.
Еще 33 страны-торговых партнера США попали в список менее злостных нарушителей (lower-level watch list), состоящий из стран, где наблюдаются тяжелые нарушения законов об авторских правах, которые не способны нанести ощутимого удара по экономическому положению американских производителей. Среди них – Белоруссия, Чехия, Норвегия, Польша, Румыния, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Украина и другие государства.
Лдним из наиболее популярных способов незаконного распространения защищенной авторскими правами продукции является интернет, в частности, пиринговые сети. Не так давно состоялся судовой процесс над администрацией одного из крупнейших торрент-трекеров The Pirate Bay, в результате которого четыре человека были осуждены на год лишения свободы и должны выплатить крупную денежную компенсацию, однако окончательной точки в этом деле еще не поставлено.
В Тегеране в 2012г. состоится XVI саммит глав госоударств-членов Движения неприсоединения (Non-Aligned Movement – NAM), сообщило иранское новостное агенство FARS. «Иран и Катар выступили за проведение XVI саммита глав государств-членов Движения неприсоединения в своих странах. После переговоров, проведенных между официальными лицами двух стран, Катар согласился с проведением саммита в Иране», – сказал министр иностранных дел Ирана Манучехр Моттаки на встрече с журналистами после совещания министров иностранных дел стран-членов Движения неприсоединения на Кубе.Моттаки сообщил, что участники встречи на Кубе поддерживают проведение саммита глав государств-членов Движения неприсоединения в Иране. «Саммит имеет особое значение для Ирана в плане международной деятельности», – сказал Моттаки.
Движение неприсоединения является международной организацией, в которую входят 118 стран. Формально Движение неприсоединения не имеет отношения к какому-либо блоку. Идея о создании этого движения возникла на конференции в Бандунге (Индонезия) в 1955г. О создании движения было объявлено на конференции под руководством Фиделя Кастро и маршала Иосипа Броз Тито в Югославии в 1961г.
Пятнадцатый саммит глав государств-членов Движения неприсоединения будет проведен 11-16 июля 2009г. в Египте. В эту организацию входят 53 африканских, 38 азиатских, 26 латиноамериканских и одно европейское государство. Движение неприсоединения (Non-Aligned Movement) – международная организация, объединяющая 119 государств мира на принципах неучастия в военных блоках (под которыми на момент основания организации подразумевались, прежде всего – НАТО и Варшавский договор, а также Багдадский пакт, СЕАТО, АНЗЮС и т.п.). Движение неприсоединения официально создано 25 государствами на Белградской конференции в сент. 1961г.
К середине сент. 2006 насчитывает 118 государств, в т.ч. 1 европейское (Белоруссия), 38 азиатских (в том числе Государство Палестина, Туркменистан, Узбекистан), 53 африканских, 26 латиноамериканских и карибских. На 14 конференции в Гаване (сент. 2006) в состав ДН приняты два государства: Гаити и Сент-Китс и Невис, число стран-участников Движения достигло 119.
Чистая прибыль швейцарского газового трейдера RosUkrEnergo, на 50% принадлежащего «Газпрому», выросла по итогам 2008г. на 8,15% и составила 22,463 млрд. руб. Об этом говорится в финансовой отчетности «Газпрома» по МСФО. Прибыль за тот же период 2007г. составляла 20,770 млрд. руб.Выручка компании в прошедшем году 373,150 млрд. руб., что на 44,04% больше 259,059 млрд. руб., полученных в 2007г. Объем активов RosUkrEnergo за год вырос на 26,37%, с 96,683 млрд. руб. до 122,178 млрд. руб. Компания RosUkrEnergo занимается транспортировкой газа из Туркменистана в страны Восточной Европы, в т.ч. и на Украину.
Казахстан ратифицировал соглашение с Россией и Туркменистаном о сотрудничестве в строительстве Прикаспийского газопровода, сообщает информационное агентство «Новости-Казахстан». В понедельник на пленарном заседании сената (верхняя палата парламента Казахстана) депутаты единогласно проголосовали за ратификацию этого соглашения.«Реализация этого проекта позволит увеличить транзит газа по территории Казахстана до 20 млрд.куб.м. в год, из которых 10 млрд. из Туркмении, 10 млрд. – из Казахстана», – цитирует агентство слова министра энергетики и минеральных ресурсов Сауата Мынбаева на заседании сената.
Соглашение о строительстве Прикаспийского газопровода правительства России, Казахстана и Туркмении подписали 20 дек. 2007г. По газопроводу планируется осуществлять транспортировку в РФ газа с месторождений Каспийского моря и других месторождений на территориях Туркмении и Казахстана. Межправительственное соглашение было ратифицировано Россией в дек. 2008г., в янв. Туркмения заявила об увеличении мощности своего участка до 30 млрд.куб.м., а в апр. о таких же планах заявил Казахстан.
Строительство Прикаспийского газопровода должно начаться в этом году. Реализацию этого проекта осуществляют совместно Туркменистан, Россия и Казахстан. Протяженность прикаспийского газопровода составит 1700 км. Он должен пройти от компрессорной станции «Белек» в Туркмении, на берегу Каспийского моря, через Казахстан до российской газоизмерительной станции «Александров Гай» в Саратовской обл.
Президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов и руководитель МГК «Итера» Игорь Макаров обсудили вопросы участия компании в разработке морских месторождений на нескольких блоках в туркменском секторе Каспийского моря. Как говорится в сообщении компании, также рассматривалась реализация других проектов в нефтегазовой сфере.Накануне И.Макаров принял участие в торжественной церемонии, посвященной началу возведения пяти крупных конноспортивных комплексов, два из которых будет строить компания «ИТЕРА Девелопмент Групп», входящая в МГК «Итера». Планируется, что строительство объектов будет завершено в 2010г.
«Итера Девелопмент Групп» также реализует в Туркменистане еще два масштабных проекта – строительство офисного центра в Ашхабаде и гостиничного комплекса в курортной зоне Аваза на Каспийском побережье. В апр. компанией был открыт спортивный комплекс в г.Туркменабате.
В пред.г., когда цены на энергоносители находились на рекордно высоком уровне, многие европейские чиновники порицали Кремль за то, что он, по их мнению, использует газовый концерн «Газпром» в качестве инструмента продвижения своих интересов путем проведения жесткой «трубопроводной политики». Излюбленное орудие «Газпрома» – изменение тарифов в качестве политических сигналов таким непокорным бывшим советским республикам, как Украина и Грузия, причем давление нарастает пропорционально росту прозападных тенденций в политике руководства той или иной страны, – пишет американское издание United Press International.Армения пользуется более благоприятным тарифом, чем любая другая бывшая советская республика: на 1 апреля Армения платила всего 154 долл. за 1 тыс.куб.м. российского газа. Между тем, как отмечал три месяца назад зампредседателя правления «Газпрома» Александр Медведев, говоря о намерении повысить тариф на газ для Украины со 179 до 250 долл. за 1 тыс.куб.м., «вся остальная Европа платит более 400 долл. за каждую тыс.куб.м. газа, получаемого из России».
Однако в последнем «замороженном конфликте» на Южном Кавказе намечаются крупные политические перемены, которые вполне могут положить конец льготным ценам на российский газ для Армении. Давний спор в треугольнике Турция-Азербайджан-Армения из-за армяно-азербайджанского конфликта 1988-94гг., в ходе которого Турция в 1993г. закрыла границу с Арменией в знак солидарности с Баку, переходит в новую фазу: Анкара и Ереван постепенно движутся к нормализации отношений.
Как объявили 24 апреля министры иностранных дел Турции и Армении, «две стороны достигли ощутимого прогресса и взаимопонимания в этом процессе и договорились о создании всеобъемлющих рамок для нормализации двусторонних отношений. После распада Советского Союза Турция была первой страной, признавшей независимость Армении, но позитивные отношения сохранялись недолго и вскоре пали жертвой армяно-азербайджанского конфликта. После объявления об армяно-азербайджанской «дорожной карте» министерство иностранных дел Азербайджана заявило: «Нормализация турецко-армянских отношений должна проходить параллельно с выводом армянских войск с оккупированных территорий Азербайджана».
Если создание таких рамок приведет к полной нормализации отношений, то это станет еще одним поворотом в калейдоскопе кавказской политики, а Баку, обеспокоенный тем, что его может покинуть прежний союзник Турция, не скрывает своего неудовольствия. Если дискуссии выльются в нормализацию, то это станет крупнейшим шагом к разрешению двадцатилетнего спора, являющегося самым старым из «замороженных конфликтов» на постсоветском пространстве, начавшимся за три года до распада Советского Союза.
Боевые действия между Арменией и Азербайджаном начались в фев. 1988г. Обе стороны претендовали на нагорно-карабахский анклав, который в то время находился под администрацией Азербайджана. К маю 1994г., когда Азербайджан и Армения подписали соглашение о прекращении огня, в ходе конфликта погибли тыс.чел., сотни тысяч с обеих сторон стали беженцами, а армянские вооруженные силы оккупировали значительную часть территории Азербайджана, включая Нагорный Карабах и семь соседних районов.
Россия воспользовалась конфликтом в качестве политического козыря с целью сохранения влияния на Кавказе, освобожденном от советского контроля в результате распада Советского Союза в 1991г. Поскольку и Грузия и Азербайджан, постепенно превращавшийся в нефтегосударство, ускользали из-под контроля Москвы, Армения по умолчанию стала главным союзником России на Кавказе. Оттепель в турецко-армянских отношениях может изменить эти стратегические реалии, но, как и в других кавказских вопросах, здесь все непросто, поскольку Азербайджан крайне недоволен недавним турецко-армянским сближением.
Наконец, последнее – по порядку, но вовсе не по значимости – нормализация турецко-армянских отношений, если удастся умиротворить Азербайджан, могла бы иметь огромное воздействие на будущие маршруты экспорта каспийских газа и нефти, поскольку маршруты по территории Армении были бы гораздо короче и дешевле существующих на настоящий момент.
Жемчужиной в короне западных инвестиций в каспийском регионе является трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан стоимостью 3,6 млрд.долл., протяженностью 1092 мили и пропускной способностью 1 млн. б/д, введенный в эксплуатацию в мае 1996г. [так в тексте]. По трубопроводу БТД высококачественная нефть с азербайджанских шельфовых месторождений Азери-Чираг-Гюнешли идет на глубоководный средиземноморский терминал в турецком Джейхане.
Учитывая состояние отношений между Арменией и Азербайджаном во время строительства БТД, вариант прокладки трубопровода через Армению был исключен, но и Азербайджан был вынужден заплатить за свое нежелание вести переговоры, поскольку БТД пришлось прокладывать в обход Армении, что значительно увеличило стоимость проекта и сроки его выполнения.
Искривленная трасса нефтепровода прекрасно вписывалась в политику Вашингтона по поддержке создания любых трубопроводов, прокладываемых в обход России и Ирана. БТД оказался источником огромной прибыли как для нефтедобывающего Азербайджана, так и для Грузии и Турции, государств транзита. В I пол. 2007г. поступления от БТД увеличили рост ВВП Азербайджана на целых 25%, в то время, как Грузия получала оплату за транзит 62,5 млн.долл. в год. Учитывая, что лишь 155 миль трассы БТД проходят по территории Грузии, а 669 миль – по территории Турции, доля доходов Анкары от транзита оценивалась в 200 млн.долл. в год. Ереван мог лишь вздыхать и наблюдать со стороны.
На этом трубопроводные проекты Запада не закончились; после недавнего спора между «Газпромом» и Туркменистаном возрождается интерес к транскаспийскому трубопроводу из Туркменистана в Азербайджан. Хотя изначально предполагалось проложить ТКП по территории Грузии, в результате оттепели в турецко-армянских отношениях его трасса может пройти южнее, что позволит сократить маршрут на много миль, а стоимость строительства – на миллионы долл.
Однако такие перемены чреваты политическим риском. Строители БТД могли позволить себе прокладывать трубопровод в обход Армении, поскольку в военном смысле она не представляла значительной угрозы проекту или вовлеченным в него странам, но в случае ТКП крайне маловероятно, что Россия или Иран будут безучастно наблюдать за его строительством.
Неудовольствие Азербайджана «отдачей» от идущих дискуссий уже очевидно. «Газпром» стоит на пороге заключения новых сделок с Азербайджаном, благодаря которым азербайджанский газ может вновь оказаться в российских трубопроводах. В первую очередь, речь идет о проекте газопровода South Stream, по которому, в том случае, если он будет построен, газ будет доставляться из России по дну Черного моря в Болгарию, а затем идти в двух направлениях – по дну Средиземного моря в Италию и через Сербию и Венгрию в Австрию.
Не желая остаться за бортом, президенты Азербайджана и Армении Ильхам Алиев и Серж Саркисян договорились встретиться 7 мая в Праге для продолжения прямых переговоров об урегулировании нагорно-карабахского конфликта.
Какова реакция России на турецко-армянскую оттепель? Для тех, кто ищет низменные политические мотивы в действиях «Газпрома», – на прошлой неделе пресс-секретарь «АрмРосГазпрома» Шушан Сардарян объявила о том, что поставки газа в Армению будут приостановлены с 23 по 26 апреля «в связи с техническими работами».
Баку также не прочь дать энергетический сигнал Анкаре: Азербайджан с 15 апреля решил поднять цену природного газа, поставляемого в Турцию. Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что со сторону Баку повышать тариф на газ в то время, когда цены на нефть падают, «странно».
Прибавьте к этому требование Армении, чтобы Турция признала геноцидом события в Восточной Анатолии в 1915г., и, пожалуй, правильнее всего будет описать перспективы окончательного урегулирования на Южном Кавказе, несмотря на его энергетический потенциал, как «неясные». В геополитических альянсах происходят оттепели и сдвиги, и, по-видимому, с уверенностью можно сказать лишь одно: каспийские экспортеры энергоносителей будут выражать свое недовольство соседним государствам-импортерам и транзитерам еще более «странным» поведением.
Центральная арена XXI века
© "Россия в глобальной политике". № 2, Март - Апрель 2009
Роберт Каплан – национальный корреспондент журнала The Atlantic, старший научный сотрудник Центра новой американской безопасности в Вашингтоне. Пишет книгу об Индийском океане. Недавно его пригласили читать лекции по национальной безопасности в Академии Военно-морских сил США. Статья опубликована в журнале Foreign Affairs, № 2 (март – апрель) за 2009 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
Резюме Уже сегодня основные торговые и энергетические потоки следуют морскими путями. Когда Индия и Китай вступят в эпоху великодержавного соперничества в водах Индийского океана, значение этого пространства еще больше возрастет.
Правильно составленная карта либо план действий могут сделать стратегов более предусмотрительными, предлагая широкий взгляд на важные тенденции в мировой политике. Чтобы понять XX век, необходимо понимание европейской карты. Хотя технологические достижения и экономическая интеграция стимулируют глобальное мышление, некоторые места на глобусе по-прежнему значат больше, чем другие. А в отдельных странах, таких, например, как Ирак и Пакистан с их искусственно созданными границами, политика все еще отдана на милость географии. Так в каком же месте земного шара можно наилучшим образом увидеть будущее?
В силу своего географического положения американцы уделяют главное внимание Атлантическому и Тихому океанам. Это миропредставление сформировалось в годы Второй мировой и холодной войн. На оба океана были устремлены взоры нацистской Германии, империалистической Японии, Советского Союза и коммунистического Китая. Это отражено даже в условных картографических обозначениях. В проекции Меркатора Западное полушарие помещается в центре карты, а Индийский океан разделен на две части и изображен по краям карты мира. Однако, как следует из пиратских рейдов в прибрежных водах Сомали и той резни, которую террористы устроили в Мумбаи прошлой осенью, Индийский океан, третье по площади водное пространство планеты, становится центральной ареной вызовов, на которые человечеству предстоит дать ответ в XXI столетии.
Регион Индийского океана охватывает все страны «мусульманской дуги» (или «полумесяца») – от пустыни Сахара до Малайского архипелага. Хотя арабы и персы известны жителям Запада главным образом как люди пустыни, они были и великими мореплавателями. Странствуя в Средние века из Аравии в Китай, они на всем пути следования проповедовали свою веру. Сегодня на западном побережье Индийского океана расположены такие «взрывоопасные» государства, как Иран, Йемен, Пакистан и Сомали. Они находятся в непосредственной близости от важных торговых путей и представляют собой центральное ядро сети мирового терроризма, пиратства и наркоторговли. Сотни миллионов мусульман, принявших ислам в Средние века, проживают на восточном побережье Индийского океана в таких странах, как Бангладеш и Индия, Индонезия и Малайзия.
Господствующее положение в Индийском океане занимают два огромных водных пространства – Аравийское море и Бенгальский залив, на северном побережье которого расположены две самые нестабильные страны мира – Пакистан и Мьянма (известна также как Бирма). Распад государственности или смена режима в Пакистане окажут влияние на соседние страны. Это подтолкнет сепаратистов белуджи и синдхов искать более тесные связи с Индией и Ираном. Точно так же крах хунты в Мьянме, где уже брезжит соперничество между Индией и Китаем за доступ к энергетическим и прочим ресурсам, угрожает соседним экономикам и требует массированной гуманитарной интервенции по морю. С другой стороны, приход к власти более либерального режима пошатнет доминирующие позиции Китая в Мьянме, усилит влияние Индии и ускорит региональную экономическую интеграцию.
Иными словами, Индийский океан – это больше, чем просто географическая данность; это еще и идея, сочетающая ислам с мировой энергетической политикой и усилением Индии и Китая. Все вместе ведет к формированию многополярного, «многослойного» мира в данном регионе. Общепризнанным является впечатляющий экономический рост Индии и Китая, но мало кто задумывается о военно-политических последствиях усиления этих государств. Великодержавные устремления Индии и Китая, а также их стремление получить доступ к энергоресурсам заставили обе страны «перевести взоры с суши на море», как выразились Джеймс Холмс и Тоси Йосихара, преподаватели стратегии в Военно-морском колледже США. Тот факт, что эти страны сосредоточивают внимание на военно-морской мощи, показывает, что на суше они чувствуют себя куда более уверенно.
Итак, на карте Индийского океана обнаруживаются основные контуры силовой политики в XXI веке. И в этих новых условиях Соединенным Штатам отводится роль глобального миротворца и хранителя общемировых ценностей: ожидается, что они обуздают террористов, пиратов и контрабандистов, окажут гуманитарную помощь и будут управлять обостряющейся конкурентной борьбой между Индией и Китаем. США придется заниматься всеми этими неотложными делами не так, как в Афганистане и Ираке, то есть путем прямого вторжения наземных войск. Обеспечивать баланс сил они должны посредством не столь заметных морских операций, оставаясь в тени. Военно-морская мощь никогда не воспринималась столь же грозной, как сухопутная военная сила: общепринято, что ВМС наведываются в порты, тогда как сухопутные войска вторгаются на чужую территорию и осуществляют прямую интервенцию. Кораблям требуется значительное время, чтобы добраться до театра военных действий, и это дает шанс дипломатии совершить чудо. И как показала операция, проведенная Соединенными Штатами в связи с цунами в Индийском океане в 2004 году, когда большинство моряков и морских пехотинцев каждый вечер возвращались на свои корабли, военно-морским силам по плечу предпринять многое на берегу, почти не оставляя при этом следов. Чем больше США будут отказываться от гегемонии на суше в пользу гегемонии на море, тем меньшую угрозу они будут представлять в глазах других государств.
Более того, именно потому, что Индия и Китай уделяют такое большое внимание военно-морской мощи, задача управления их мирной экономической экспансией ляжет в значительной степени на американские ВМС. Между флотами этих трех стран, безусловно, неизбежны трения, особенно если разница в их относительной силе начнет уменьшаться. Но даже если в предстоящие десятилетия и произойдет сокращение американских Военно-морских сил в относительном выражении, то в абсолютных категориях Соединенные Штаты останутся величайшей из внешних держав, присутствующих в акватории Индийского океана. Это даст Америке возможность выступать в роли посредника в деле урегулирования отношений между Индией и Китаем. Для понимания динамики необходимо взглянуть на данный регион с точки зрения перспектив господства на море.
ИЗМЕНЕНИЯ НА МОРЕ
Благодаря предсказуемости муссонов прибрежные страны Индийского океана были связаны друг с другом задолго до наступления эры паровой тяги. Торговля ладаном, пряностями, драгоценными камнями и текстилем сплачивала народы, разбросанные вдоль океана во времена Средневековья. На протяжении всей истории морские торговые пути были важнее наземных, пишет историк Фелипе Фернандес-Арместо, поскольку они давали возможность перевозить больше товаров при более низких транспортных расходах. В XV столетии утверждали: «Кто господствует в Малаккском проливе, тот возьмет Венецию за горло». Другая поговорка гласит: «Если бы мир был яйцом, то Ормузский пролив был бы его желтком». Даже в наш век информации и реактивных самолетов по морю осуществляется 90 % мировой торговли и перевозится около 65 % нефти.
Глобализация стала возможна благодаря легкой и дешевой транспортировке контейнеров на танкерах, а на Индийский океан приходится половина всех мировых контейнерных перевозок. Более того, 70 % мировой торговли нефтепродуктами проходит по Индийскому океану – с Ближнего Востока к Тихоокеанскому региону. Пользуясь этим маршрутом, суда торгового флота следуют по важнейшим и достаточно узким морским путям, включая Аденский и Оманский заливы, а также такие всемирно известные «контрольно-пропускные пункты», как Баб-эль-Мандебский, Ормузский и Малаккский проливы. Примерно 40 % мировой торговли осуществляется через Малаккский пролив, а 40 % торгуемой нефти-сырца – через Ормузский пролив.
Уже сегодня Индийский океан является межгосударственным торговым и энергетическим путем первостепенной важности, в будущем его значение только возрастет. Как ожидается, с 2006 по 2030 год мировые потребности в энергоносителях увеличатся на 45 %, а почти половина растущего спроса придется на Индию и Китай. С 1995 по 2005-й потребность КНР в сырой нефти удвоилась, а с 2005 по 2020 год страна будет импортировать предположительно 7,3 миллиона баррелей сырой нефти в день. Это половина планируемой нефтедобычи в Саудовской Аравии. Более 85 % нефти и нефтепродуктов направляется в Китай по Индийскому океану через Малаккский пролив.
Индия, которая вскоре станет четвертым потребителем энергоресурсов в мире после США, Китая и Японии, покрывает за счет нефти примерно треть потребностей в энергии, причем 65 % нефти она импортирует, а 90 % всего импорта нефти может в скором времени поступать из Персидского залива по Индийскому океану. Ожидается, что в будущем Индия резко увеличит импорт угля из далекого Мозамбика в дополнение к тому объему угля, который она уже получает из других стран, омываемых водами Индийского океана, таких, в частности, как Австралия, Индонезия и ЮАР. В будущем постоянно растущие объемы сжиженного природного газа (СПГ) из Южной Африки будут поступать в Индию морским путем в дополнение к СПГ, ввозимому из Индонезии, Катара и Малайзии.
По мере того как вся акватория Индийского океана, включая восточное побережье Африки, опутывается паутиной мировой торговли энергоносителями, Дели стремится усилить свое влияние на пространстве от Иранского нагорья до Сиамского залива. Экспансия на запад и на восток призвана расширить сферу, которой когда-то управляли вице-короли Раджа (речь идет о Британской Индии колониальной эпохи, которая управлялась вице-королем, наместником английской королевы. – Ред.). Торговля Индии с арабскими странами Персидского залива и Ираном, с которым у нее давно сложились тесные экономические и культурные связи, процветает. Примерно 3,5 миллиона индийцев трудятся в шести арабских странах, объединенных в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива. Ежегодно они отправляют на родину 4 миллиарда долларов.
Торговля Индии с Ираном, а впоследствии и с Ираком будет развиваться вместе с индийской экономикой. Подобно Афганистану, стратегическим тыловым плацдармом для Индии в ее противодействии Пакистану можно назвать Иран, который неизбежно станет важным энергетическим партнером Дели. В 2005 году Индия и Иран заключили многомиллиардный контракт, по которому Тегеран, начиная с 2009-го, будет ежегодно поставлять в Индию 7,5 миллиона тонн СПГ в течение 25 лет. Ведутся также переговоры о строительстве газопровода из Ирана в Индию через территорию Пакистана. Этот проект объединит Ближний Восток и Южную Азию и сможет во многом способствовать стабилизации индийско-пакистанских отношений. Другим признаком продолжающегося сближения Дели и Тегерана служит то, что Индия помогает Ирану в развитии порта Чах-Бахар в Оманском проливе, который призван также служить плацдармом для передового базирования иранских Военно-морских сил. Индия не может себе позволить пренебрежительное отношение к бирманской хунте, поскольку Мьянма богата такими природными ресурсами, как нефть, природный газ, уголь, цинк, медь, уран, древесина, гидроэнергия. Китайцы тоже кровно заинтересованы в закупке этих природных ресурсов. Индия надеется, что дорожная сеть, связывающая запад страны с востоком, а также нефте- и газопроводы в конечном счете позволят ей наладить тесные связи с Ираном, Мьянмой и Пакистаном.
В том же духе Дели наращивает мощь своих Военно-морских сил. Имея 155 военных кораблей, Индия уже сегодня является одной из крупнейших военно-морских держав мира. К 2015-му она надеется пополнить свой арсенал тремя атомными подводными лодками и тремя авианосцами. Один из главных побудительных мотивов наращивания мощи индийских ВМС – их поразительная неспособность эвакуировать граждан Индии из Ирака и Кувейта во время первой войны в Персидском заливе в 1990–1991 годах.
Другой мотив – это то, чтЧ Мохан Малик, ученый из Азиатско-тихоокеанского центра исследований в области безопасности, охарактеризовал как «ормузскую дилемму», имея в виду зависимость Индии от импорта, проходящего через одноименный пролив в непосредственной близости от Макранского побережья Пакистана, где китайцы помогают пакистанцам строить глубоководные порты.
По мере того как Дели расширяет влияние на Западе и Востоке (как на суше, так и на море), его интересы сталкиваются с интересами Пекина, который распространяет свое влияние на Юге. Президент КНР Ху Цзиньтао выражает обеспокоенность по поводу «малаккской дилеммы» Китая. В Пекине надеются, что в конечном итоге удастся частично обойти этот пролив путем транспортировки нефти и других энергоресурсов по дорогам и трубопроводам из портов на Индийском океане в глубь материкового Китая. Одна из причин, по которым КНР так страстно хочет объединения с Тайванем, заключается в том, что в этом случае она смогла бы перенаправить усилия своих Военно-морских сил с Тайваньского пролива на Индийский океан.
Китайское правительство уже приняло на вооружение стратегию по Индийскому океану под названием «нитка жемчужин». Она состоит в создании цепи портов в дружественных странах вдоль северной акватории океана. Пекин строит крупную военно-морскую базу и наблюдательный пункт в Гвадаре (Пакистан), из которого, возможно, уже отслеживается движение кораблей через Ормузский пролив, а также порт в Пасни (Пакистан) в 120 км восточнее Гвадара, который будет соединен с Гвадаром новой высокоскоростной трассой. Кроме того, Китай планирует построить заправочный пункт на южном побережье Шри-Ланки и контейнерный склад для торговых и военно-морских операций в Читтагонге (Бангладеш). Китай разместил специальную аппаратуру слежения на островах Бенгальского залива.
В Мьянме, которая получает от Пекина военную помощь на миллиарды долларов, китайцы строят (или реконструируют) торговые и военно-морские базы, а также дороги, прокладывают водные пути и трубопроводы, чтобы соединить Бенгальский залив с южнокитайской провинцией Юньнань. Некоторые из этих инфраструктурных объектов находятся ближе к городам в Центральном и Западном Китае, чем Пекин и Шанхай. Поэтому строительство автомагистралей и железнодорожных путей от этих объектов в глубь КНР даст импульс экономике тех провинций, которые не имеют выхода к морю. Китайское правительство задумало также строительство канала через перешеек Кра в Таиланде, чтобы связать Индийский океан с тихоокеанским побережьем Китая. Этот проект сопоставим по масштабам со строительством Панамского канала и может еще больше склонить чашу весов в азиатском раскладе сил в пользу Пекина, поскольку бурно развивающиеся торговый и военный флоты КНР в данном случае получат беспрепятственный доступ к гигантским морским пространствам – от Восточной Африки до Японии и Корейского полуострова.
Вся эта деятельность нервирует Дели. Когда Китай строит глубоководные порты к западу и востоку от индийских границ и осуществляет массированные поставки вооружений в государства, расположенные на побережье Индийского океана, Индия опасается, что она может оказаться со всех сторон окруженной Китаем, если только не будет расширять собственную сферу влияния.
Пересекающиеся торговые и политические интересы обеих стран усиливают конкуренцию между ними – и в большей степени на море, чем на суше. Чжао Наньци, бывший начальник по снабжению Народно-освободительной армии Китая, провозгласил в 1993 году: «Мы больше не можем считать, что Индийский океан существует только для индийцев». В ответ на строительство китайцами военно-морской базы в Гвадаре Индия создала базу в Карваре на своей территории, к югу от Гоа. Тем временем Чжан Мин, китайский военно-морской аналитик, предупредил, что 244 острова, образующие принадлежащие Индии Андаманский и Никобарский архипелаги, могут быть использованы в качестве «железной цепи», чтобы заблокировать западный проход в Малаккский пролив, от которого Китай так сильно зависит.
«Наверно, Индия является наиболее реальным стратегическим противником Китая, – пишет Чжан. – Когда Индия возьмет под контроль Индийский океан, она не удовлетворится этим положением и будет стремиться расширять сферу своего влияния. Ее экспансия на восток может быть особенно опасна для Китая». Возможно, это только слова профессионального китайского алармиста, но высказываемое им беспокойство на многое открывает глаза. Пекин уже считает Дели крупной военной державой.
Конкуренция между Индией и Китаем свидетельствует о том, что основная борьба в XXI веке развернется именно в Индийском океане. Старые границы и линии размежевания эпохи холодной войны быстро стираются, и Азия становится все более цельным континентом – от Ближнего Востока до Тихого океана. Южная Азия была неделимой частью великого мусульманского Ближнего Востока со времен Средневековья: мусульмане-газневиды вторгались в северо-западные провинции Индии из Восточного Афганистана в начале XI столетия, и индийская цивилизация представляет собой слияние культуры хинди с мусульманской культурой, которая укоренилась здесь со времен средневековых нашествий.
Хотя большинство западных обозревателей стали относить Индию к региону Большого Ближнего Востока лишь после террористических актов в Мумбаи в ноябре прошлого года, побережье Индийского океана всегда было огромным взаимосвязанным пространством. Меняется лишь степень этой интеграции. На морской карте Южной Евразии исчезают искусственные административные деления на суше, и даже Центральная Азия представляется неотъемлемой частью бассейна Индийского океана. Однажды природный газ может начать поступать из Туркмении через Афганистан, например, в города и порты Пакистана и Индии, и это лишь одна из нескольких возможных энергетических связей между Центральной Азией и индийским субконтинентом. Китайский порт в пакистанском Гвадаре и индийский порт в иранском Чах-Бахаре могут быть соединены в обозримом будущем с богатыми нефтью и газом Азербайджаном, Казахстаном и Туркменией, а также с другими бывшими республиками Советского Союза.
Фредерик Стар, эксперт по Центральной Азии на факультете международных отношений Университета Джонса Хопкинса, сказал на прошлогодней конференции в Вашингтоне, что доступ к Индийскому океану «будет определяющим фактором в будущей политике центральноазиатских стран». Другие специалисты называют порты в Индии и Пакистане «пунктами транспортировки» нефти из Каспийского бассейна. Судьбы стран, находящихся даже на расстоянии полутора-двух тысяч километров от Индийского океана, неразрывно связаны с ним.
ЭЛЕГАНТНЫЙ ЗАКАТ
Соединенным Штатам предстоит решить в Азии три взаимосвязанные геополитические задачи: стратегический кошмар Большого Ближнего Востока, борьба за влияние на южный пояс бывшего Советского Союза и усиливающееся присутствие Индии и Китая в Индийском океане.
Наименее трудной из трех представляется последняя. Китай – не враг США, подобно Ирану, но законный конкурент в экономической и геополитической сфере, а Индия и вовсе является союзником и дружественным государством. Усиление индийских Военно-морских сил, которые вскоре станут третьими по мощи после ВМС Соединенных Штатов и Китая, будет служить противоядием военному экспансионизму Пекина.
Таким образом, задача американских ВМС будет состоять в том, чтобы использовать мощь своих близких союзников – Индии в Индийском океане и Японии в западной акватории Тихого океана, чтобы сдерживать Китай. Но одновременно необходимо использовать все имеющиеся возможности для того, чтобы вовлечь китайские ВМС в международные альянсы, поскольку взаимодействие Вашингтона и Пекина на море жизненно важно для стабилизации мировой политической сцены в XXI веке. В конце концов, Индийский океан – морской путь, используемый для транспортировки не только энергоносителей, но и наркотиков, а следовательно, существует настоятельная потребность в проведении в этом регионе полицейских операций.
Для успешного решения данной задачи США нужно, совместно с Китаем и Индией, организовать морские патрули. Цель Соединенных Штатов должна заключаться в создании всемирной системы мореплавания, призванной свести к минимуму опасность межгосударственных конфликтов и частично переложить бремя проведения полицейских операций на море на другие страны.
Сохранение мира в Индийском океане особенно важно с учетом тесной взаимосвязанности морей и морских побережий от Аденского залива до Японского моря. Число маршрутов доставки грузов по Индийскому океану в будущем может существенно возрасти.
Портовый оператор Dubai Ports World рассматривает возможность строительства моста через канал, который китайцы надеются прорыть через перешеек Кра, а также пути соединения портов по обе стороны этого перешейка скоростными железнодорожными и автотрассами. Правительство Малайзии заинтересовано в создании трубопроводной сети, связывающей порты в Бенгальском заливе с портами в Южно-Китайском море. Вне всякого сомнения перекрестье транспортных путей вокруг Малайзии, Сингапура и Индонезии станет морским «сердцем» Азии, не менее важным в стратегическом отношении, чем «коридор Фульды», по которому советские танки могли вторгнуться в Западную Германию во времена холодной войны.
Вот почему так важно, чтобы этот стратегически важный узел находился под присмотром Военно-морских сил США. Будучи единственным мощным океанским флотом, не имеющим территориальных амбиций на азиатском материке, американские ВМС смогут в будущем работать с отдельными странами Азии, такими, к примеру, как Китай и Индия, гораздо эффективнее, чем те смогут взаимодействовать друг с другом. Вместо того чтобы обеспечивать доминирование на море, ВМС Соединенных Штатов должны просто стать полезной силой в акватории Индийского океана.
Американцы уже начали необходимые реформы. Из-за изнурительных войн, которые они вели в Афганистане и Ираке, передовицы последних лет пестрят заголовками о наземных войсках и силах быстрого реагирования для подавления мятежей. Но если учесть, что 75 % всего населения земного шара живет в зонах, удаленных от моря не более, чем на 350 км, военно-морские силы (и ВВС), вполне возможно, будут доминировать в будущем, действуя на обширных площадях. В большей степени, нежели другие армейские части, ВМС существуют для защиты экономических интересов и систем, поддерживающих их.
Понимая, насколько сильно мировая экономика зависит от морской торговли, американские адмиралы думают не только о победах в локальных войнах или морских сражениях. Они готовятся осуществлять полицейские функции для обеспечения бесперебойной мировой торговли. Они готовятся также к преодолению негативных последствий военного удара США по Ирану для морской торговли и цен на нефть. Американские ВМС в течение нескольких десятилетий помогают обезопасить жизненно важные морские проливы в Индийском океане, избрав в качестве основного плацдарма свою военно-морскую базу на британском атолле Диего-Гарсия, расположенную в непосредственной близости от главных морских путей (примерно в 1 700 км к югу от Индии). А в октябре 2007 года Соединенные Штаты дали понять, что стремятся к постоянному присутствию в Индийском океане и на западе Тихоокеанского бассейна, а не в Атлантическом океане. Это – знаменательное изменение американской военно-морской стратегии и доктрины. В документе под названием «Идеология и стратегия Корпуса морской пехоты США на период до 2025 года» (Marine Corps Vision and Strategy 2025) делается также вывод о том, что Индийский океан и его акватория станут центральной ареной столкновения интересов и конкуренции между основными игроками эпохи глобализации в XXI столетии.
Но поскольку Соединенные Штаты сталкиваются с растущим числом вызовов за пределами своих территориальных вод, то неясно, как долго еще они будут доминировать в Мировом океане. По окончании холодной войны у США было около 600 боевых кораблей; теперь их число сократилось до 279. В ближайшие годы оно может возрасти до 313, когда будут введены в строй «боевые корабли береговой охраны», но может и уменьшиться до 200 единиц с учетом перерасхода средств на 34 % и низких темпов кораблестроения. Хотя революция в области высокоточного оружия означает, что существующие суда обладают значительно большей огневой мощью, чем флот времен холодной войны, один корабль не может одновременно присутствовать в двух местах. Поэтому чем меньше кораблей, тем рискованнее решение об их размещении. В конце концов наступает такой момент, когда недостаточное количество сказывается на качестве.
Между тем уже в следующем десятилетии Военно-морские силы Китая могут превзойти американские ВМС по числу военных кораблей. КНР производит и покупает в пять раз больше новых подводных лодок, чем США. Китайцы предусмотрительно сделали акцент на закупку морских мин, баллистических ракет, способных поражать движущиеся цели на море, а также аппаратуры, которая глушит сигналы, поступающие со спутников глобальной системы навигации, от которых зависят американские Военно-морские силы. Китайцы планируют приобрести также хотя бы один авианосец, поскольку отсутствие этих кораблей помешало им оказать помощь жертвам цунами в 2004-м.
Цель китайцев – блокировать доступ к внутреннему морю либо не допустить приближение ударных группировок американских авианосцев к материковой Азии в тех местах и в такое время, которые Вашингтон для этого выберет. Китайцы более агрессивны, чем американцы. В то время как перспектива этнических конфликтов заставила Вашингтон отказаться от создания военно-морской базы в Шри-Ланке, расположенной в стратегически важном месте слияния Аравийского моря и Бенгальского залива, китайцы строят там заправочную станцию для своих военных кораблей.
В усилении ВМС КНР нет ничего противозаконного. По мере резкого расширения зоны своих экономических интересов Китай должен развивать также Вооруженные силы, и в частности Военно-морской флот, для защиты этих интересов. Именно такую политику проводили Великобритания в XIX веке и Соединенные Штаты в период между Гражданской и Первой мировой войнами, когда они стали превращаться в великую державу. В 1890-м американский военный теоретик Алфред Тейер Мэхэн в своей книге «Влияние морской мощи на историю с 1660 по 1783 год» (The Influence of Sea Power Upon History) утверждал, что решающим фактором в мировой истории стала способность защитить торговые флотилии. В наши дни этой книгой зачитываются китайские и индийские военно-морские стратеги. В 2005-м китайцы широко отмечали годовщину со дня рождения Чжэн Хэ, исследователя и адмирала эпохи династии Минь, бороздившего моря между Китаем и Индонезией, Шри-Ланкой, Персидским заливом и Африканским Рогом в первые десятилетия XV века. Те торжества ясно говорят о том, что Китай всегда считал эти моря зоной своего влияния.
Подобно тому как Королевские ВМС Великобритании в конце XIX столетия начали сокращать присутствие в разных частях земного шара, поддерживая тем самым растущую военно-морскую мощь своих союзников на море (Япония и США), Соединенные Штаты в начале XXI века стали аккуратно сокращать военное присутствие на море, поддерживая тем самым растущую военно-морскую мощь своих союзников – Индии и Японии в противовес Китаю. Можно ли придумать лучший способ сократить свое присутствие, чем возложить бЧльшую ответственность на единомышленников и союзников, которые, в отличие от европейских партнеров, не отказываются от военной мощи?
Индия готова помочь Америке больше, чем кто бы то ни был. «Индия никогда не спрашивала разрешения американцев на то, чтобы уравновешивать силу Китая», – писал индийский стратег Си Раджа Мохан в 2006 году, добавляя, что Индия сдерживает Китай со времен китайского вторжения в Тибет. Видя угрозу в усилении Пекина, Индия расширила свое военно-морское присутствие от Мозамбикского пролива на западе до Южно-Китайского моря на востоке. Она строит стоянки для судов и наблюдательные пункты в таких островных государствах, как Мадагаскар, Маврикий и Сейшельские острова, укрепляя отношения с этими странами в военной области именно для того, чтобы противодействовать чрезвычайно активному военному сотрудничеству с ними Пекина.
Сейчас, когда союз между Китаем и Пакистаном приобретает вполне определенные очертания в виде строительства китайцами порта Гвадар возле Ормузского пролива, а Индия наращивает мощь военно-морских сил на Андаманских и Никобарских островах близ Малаккского пролива, соперничество между Пекином и Дели выходит на новый уровень, превращаясь в «большую игру» на море. Вот почему Соединенным Штатам нужно без лишнего шума поддерживать Индию в ее стремлении уравновесить растущую мощь КНР, хотя сами США намерены развивать экономическое сотрудничество с Китаем. Во времена холодной войны Тихий и Индийский океаны были в полном смысле слова американскими акваториями. Но подобная гегемония не может длиться вечно, и Соединенным Штатам необходимо заменить ее тонко сбалансированным соглашением.
ГЛАВНЫЙ СОЗДАТЕЛЬ КОАЛИЦИЙ
Так как же Соединенным Штатам играть роль конструктивного, удаленного и медленно уходящего гегемона, поддерживая мир в экстерриториальных водах «постамериканского мира», по меткому выражению Фарида Закария, редактора The Newsweek International?
Несколько лет назад адмирал Майкл Маллен, в то время главнокомандующий ВМС США, а ныне председатель Объединенного комитета начальников штабов, сказал, что ответом на этот вопрос являются «военно-морские силы свободолюбивых государств в составе тысячи боевых кораблей, ведущие наблюдение за океаном и друг за другом». Сейчас от выражения «военно-морские силы в составе тысячи боевых кораблей» отказались, сочтя его слишком высокомерным и угрожающим. Однако сама идея остается насущной: вместо того чтобы заниматься всеми проблемами в одиночку, американские ВМС должны создать мощную коалицию, сотрудничая с любыми военными флотами, которые согласятся патрулировать моря и делиться информацией о беспорядках и пиратах.
Объединенная оперативная группа 150 (CTF-150), базирующаяся в Джибути и включающая в себя примерно 15 судов из США, Европы, Канады и Пакистана, уже осуществляет патрулирование в неспокойных водах Аденского залива, чтобы не допускать нападения морских разбойников на торговые суда. В 2008 году пиратам удалось захватить примерно 100 торговых кораблей и более 35 судов, перевозивших грузы стоимостью в несколько миллиардов долларов. В конце 2008-го более десяти судов, включая нефтеналивные танкеры, грузовые и прочие корабли, а также в общей сложности свыше 300 человек удерживались в плену. Выкуп, требуемый пиратами за судно, обычно превышает 1 миллион долларов, а за недавно захваченный нефтеналивной танкер, принадлежащий Саудовской Аравии, пираты потребовали 25 миллионов долларов.
Осенью прошлого года после захвата украинского судна, перевозившего танки и другие военные грузы, боевые корабли из США, Кении и Малайзии поспешили в Аденский залив на помощь CTF-150. Двумя неделями позже подоспели два китайских военных корабля. Военно-морская группировка, которая должна быть усилена и переименована в CTF-151, скорее всего, станет постоянно действующей силой в Индийском океане. Пиратство – это следствие анархии на суше, и до тех пор, пока в Сомали будет царить хаос, бандиты, действующие в интересах военных диктаторов, будут бесчинствовать вдоль всего восточноафриканского побережья Индийского океана.
Модель оперативных групп быстрого реагирования можно также использовать в Малаккском проливе и других водах, омывающих Малайский архипелаг. С помощью американских ВМС военно-морские силы и береговая охрана Индонезии, Малайзии и Сингапура уже объединили силы в борьбе с пиратством и добились определенных успехов. Если ВМС США будут выполнять роль посредника и гаранта стандартных процедур, то коалиции подобного рода могли бы объединить усилия соперничающих стран, таких, как Индия и Пакистан или Индия и Китай, для достижения общей цели. Правительствам этих государств нетрудно оправдать перед своими избирателями и широкой общественностью участие в группах быстрого реагирования для противодействия транснациональным угрозам. Пиратство – та опасность, устранение которой может потребовать объединения усилий соперничающих стран, расположенных вдоль берегов Индийского океана.
На побережье Индийского океана находится слишком много стран со слабой государственностью, слабыми правительствами и неразвитой инфраструктурой. Этот регион представляет собой беспорядочный мир, не подчиняющийся общим условностям, в котором американские военные должны будут оперативно реагировать на разные ЧП: не только на вылазки пиратов, но и на теракты, межэтнические конфликты, циклоны и наводнения. Хотя Вооруженные силы Соединенных Штатов, и в частности Военно-морские силы, переживают относительный упадок, они остаются самыми могущественными в мире, и все надеются на то, что американцы будут реагировать на чрезвычайные происшествия. В условиях стремительного роста численности населения в регионах, подверженных частым землетрясениям и другим природным аномалиям, сегодня опасность угрожает большему числу людей, чем когда-либо в истории человечества, и катастрофы, требующие оперативного вмешательства, могут следовать одна за другой.
Разнообразие и цикличность этих вызовов делают карту Индийского океана в XXI веке весьма отличной от карты Северной Атлантики в XX столетии. Та акватория таила в себе одну-единственную угрозу под названием «Советский Союз», что в общем-то упрощало задачу США – защищать Западную Европу от Красной армии и блокировать советские Военно-морские силы в Северном Ледовитом океане. Военная мощь Соединенных Штатов была главным сдерживающим фактором, а НАТО во главе с США, как полагают многие, стала самым успешным военно-политическим альянсом за всю историю.
Можно представить себе образование «морской НАТО» в Индийском океане с участием Австралии, Индии, Омана, Пакистана, Сингапура и ЮАР, хотя споры между Дели и Исламабадом внутри этого альянса, наверно, будут не менее ожесточенными, чем споры между Грецией и Турцией в составе сухопутной НАТО.
Однако данная концепция не охватывает всех многообразных проблем Индийского океана. Благодаря интенсивному мореплаванию арабов и персов в Средние века, а также наследию португальских, голландских и британских империалистов, Индийский океан образует историческое и культурное целое. Но со стратегической точки зрения в нем нет какой-то одной фокусной точки или центра, как нет этого и в современном мире. Аденский залив, Персидский залив и Бенгальский залив – все эти регионы таят различные угрозы, исходящие от разных игроков.
Подобно тому как современная НАТО становится все более свободным альянсом без явного доминирования какой-то одной страны, так и любая коалиция, создаваемая в Индийском океане, должна быть адаптирована к требованиям времени. Учитывая размер этого океана (он охватывает семь часовых поясов и почти половину всех широт земного шара) и сравнительно невысокую скорость перемещения кораблей, многонациональным силам будет трудно вовремя оказываться в зоне очередного кризиса. США сумели возглавить спасательную, гуманитарную операцию на побережье Индонезии после разрушительного цунами 2004 года лишь благодаря тому, что ударная группа авианосца «Авраам Линкольн» оказалась в непосредственной близости от места катастрофы, а не у Корейского полуострова, куда она направлялась.
Лучше было бы полагаться на многочисленные региональные и идеологические союзы в разных частях Индийского океана. Попытки сформировать такие союзы уже предпринимаются. ВМС Индонезии, Сингапура и Таиланда объединились для того, чтобы сдерживать пиратство в Малаккском проливе, а ВМС Соединенных Штатов, Австралии, Индии и Сингапура провели совместные учения у юго-западного побережья Индии. Они стали неявным предупрежением Китаю, стремящемуся расширить влияние в регионе. По мнению вице-адмирала Джона Моргана, бывшего заместителя главнокомандующего Военно-морскими силами США, стратегическая система Индийского океана должна напоминать службу нью-йоркского такси, которая не имеет центрального диспетчера и регулируется лишь рыночной конъюнктурой. Коалиции будут естественным образом возникать в тех районах, где требуется защита судоходного пути подобно тому, как такси съезжаются в большом количестве к театру до начала спектакля и после его окончания. По мнению одного австралийского военачальника, модель взаимодействия должна опираться на сеть морских баз, оборудованных ВМС США, которые позволяли бы гибко видоизменять различные союзы и создавать новые. Этими базами, рассредоточенными на огромной территории – от восточноафриканского побережья до Малайского архипелага, могли бы пользоваться фрегаты и эсминцы из разных стран.
Представляя собой уменьшенную модель нашего мира, большой регион Индийского океана превращается в зону яростно охраняемого суверенитета (с быстро растущими экономиками и армиями) и поразительной взаимозависимости (с многочисленными трансграничными трубопроводами, наземными и морскими трассами). И впервые со времен португальского завоевания в начале XVI века сила Запада в этом регионе ослабевает, хотя очень медленно и почти незаметно. Индийцы и китайцы вскоре начнут динамичное соперничество в водах Индийского океана, свойственное великим державам, хотя общие экономические интересы и заинтересованность друг в друге как в важных торговых партнерах будут поневоле вынуждать их к более тесному взаимодействию. Тем временем Соединенные Штаты будут играть роль стабилизирующей силы в этом сложном регионе. Их целью должно быть не доминирование, а незаменимое посредничество.
Индия. Китай > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 26 апреля 2009 > № 2913915
Роберт Каплан
Слово и дело
Александр Игнатенко
© "Россия в глобальной политике". № 2, Март - Апрель 2009
А.А. Игнатенко – д. ф. н., президент Института религии и политики, член Общественной палаты РФ.
Резюме Исламские государства, и не только они, с интересом ждут, что Барак Обама будет делать в отношении тех организаций, структур и проектов в мусульманском мире, импульс возникновению и становлению которых придали Соединенные Штаты Америки в 70-е годы XX века.
27 января 2009 года, спустя неделю после инаугурации, президент США Барак Хусейн Обама дал свое первое интервью иностранному телеканалу. Им стал базирующийся в Дубае и существующий на саудовские средства вещатель «Аль-Арабия». По содержанию это было вербальное размежевание с политикой республиканского предшественника. «Вопрос языка серьезен», – сказал Обама. Ответом прозвучало спустя некоторое время высказывание верховного вождя Ирана Али Хаменеи «Слов недостаточно…».
Тот факт, что новый американский лидер с первых же дней озаботился исламским фактором, вполне объясним. Едва ли не все наиболее тяжелые пункты внешнеполитической повестки дня Соединенных Штатов так или иначе связаны с исламом.
Затянувшаяся «война с террором», которая стала ответом на теракты 11 сентября 2001-го, совершенные, согласно официальной американской точке зрения, исламистами из «Аль-Каиды». Война в Ираке, где значительная часть сопротивления представлена исламскими группировками, а перспективы «послеоккупационного» устройства страны в немалой степени зависят от них. Иран, постоянно набирающий вес на Ближнем Востоке, с его все более реальной «исламской атомной бомбой». Талибы в Афганистане, которые не позволяют США и другим странам НАТО контролировать трафик углеводородов из постсоветской Центральной Азии. Талибы в ядерном Пакистане, неуклонно двигающиеся либо к захвату власти, либо к развалу страны. Исламистский ХАМАС, не позволяющий урегулировать палестино-израильские противоречия… Вот далеко не полный перечень внешнеполитических проблем, так или иначе связанных с исламом.
Все эти проблемы невозможно не только решать, но и даже обсуждать без выработки специфического дискурса, апеллирующего к исламу, и проведения осмысленной политики, принимающей во внимание исламский фактор. Предшествующий, республиканский, период американского президентства показал, что не все благополучно как с дискурсом (чего стоит один только «исламофашизм»!), так и с политикой. «Война с террором» в Ираке привела к буйному расцвету терроризма и, что, пожалуй, важнее и опаснее, к его легализации в глазах значительной части исламского мира. Впрочем, корни многих из нынешних конфликтов уходят в события 30-летней давности.
1979 ГОД КАК ТОЧКА ОТСЧЕТА
В конце 70-х годов прошлого века именно Соединенные Штаты начали завязывать в международных отношениях тугой узел проблем и конфликтов, сердцевиной которого стал ислам. Война в Афганистане (1979–1989), представлявшая собой эпизод глобальной конкуренции двух сверхдержав эпохи холодной войны, была представлена как антисоветский джихад против коммунистов-«неверных» и афганцев-«вероотступников». Целью его объявили «освобождение исламских земель от оккупантов-безбожников». В этой логике проникновение США в Афганистан объяснялось «защитой ислама и мусульман», хотя на деле оно было связано с необходимостью создания геостратегического плацдарма у границ Ирана, где произошла антиамериканская «исламская революция». Сами американцы по понятным причинам не могли быть носителями джихадистского дискурса и соответствующей практики и делегировали эту задачу союзникам – Саудовской Аравии и Пакистану, которые занимались мобилизацией моджахедов.
Поражение Советского Союза в афганской войне внушило Соединенным Штатам ошибочную мысль о том, что они «держат Аллаха за бороду», то есть контролируют ислам и могут использовать его в своих интересах. Благо существовала возможность играть как на политических противоречиях разных режимов, так и на внутренней конфликтности самого ислама (самоуничтожающие конфликты, связанные с многовековым противостоянием суннитов и шиитов, не раз вспыхивали в Афганистане, Бахрейне, Ираке, Ливане, Пакистане, Саудовской Аравии, Сирии и других странах). Еще во время своего проникновения в этот регион на волне антикоммунистического джихада США использовали в своих интересах внутреннюю дифференциацию по преимуществу суннитского Афганистана и в основном шиитского Ирана.
Афганская война была с энтузиазмом воспринята в исламских государствах, первоначально – по внутриполитическим причинам. Массированная американская помощь – военная и невоенная – была лишь одним из преимуществ. Куда важнее, что правящие режимы смогли осуществить экспорт внутренней напряженности.
Обострение социально-экономических проблем на Ближнем и Среднем Востоке приводили в 1970-х к вспышкам недовольства вплоть до восстаний под исламскими лозунгами, как это было в 1979 году в Саудовской Аравии. Тогда группа «ихванов» (религиозные традиционалисты-салафиты, близкие к ваххабитам) захватила святыни в Мекке и провозгласила халифом никому не известного юношу по имени Мухаммед ибн-Абдалла. В Сирии в том же году члены суннитской организации «Братья-мусульмане» убили более 60 курсантов военного училища в Халебе, а в 1982-м устроили в Хаме вооруженный мятеж, при подавлении которого сирийскими войсками с применением артиллерии и авиации было уничтожено более 20 тысяч человек.
Эта напряженность во многом обусловливалась конфликтом между потребностями модернизации и исламскими традициями, которые стали тормозом на пути прогресса. Алжир, Египет, Республика Йемен (Северный Йемен), Пакистан, Саудовская Аравия, ряд других стран стали вытеснять, как выразился бы российский панегирист «огненного ислама» Александр Проханов, «пассионарные элементы» из своих стран – на джихад в Афганистане. Именно тогда был заложен механизм трансферта экстремистов и террористов: где-то обозначается либо создается точка для ведения джихада, и туда с использованием государственных и негосударственных структур высылаются мусульманские оппозиционеры, тяготеющие к насильственным методам борьбы. Официальное духовенство формирует идеологию и практику «невозвращенцев с джихада» – так называемых «шахидов».
Есть и внешнеполитическое обстоятельство, которое заставило арабские исламские государства активно участвовать в суннитском антикоммунистическом джихаде в Афганистане, – надежда на успех борьбы Соединенных Штатов против хомейнистского Ирана, который после победы «исламской революции» в 1979 году начал проявлять ярко выраженные экспансионистские устремления. Всё в том же 1979-м в восточной провинции Эль-Хаса в Саудовской Аравии, заселенной преимущественно шиитами и являющейся нефтяной «житницей» королевства, произошло восстание, явно инспирированное Тегераном.
Кстати, за три десятилетия Иран отнюдь не отказался от планов экс-пансии. Экс-кандидат в президенты страны и советник рахбара (верховного лидера) Исламской республики Иран Али Акбар Натек-Нури заявил в феврале 2009 года, что Бахрейн должен стать четырнадцатой иранской провинцией. Со времен революции Тегеран продолжал «осваивать» арабский мир в основном путем использования и расширения имеющегося шиитского присутствия. Иранский эксклав создан на юге Ливана и в южных регионах Бейрута. С 2004-го в Йемене под руководством семейства аль-Хути продолжается восстание шиитов (зейдитов), которое является формой экспорта «исламской революции» в Йемен, а также в Саудовскую Аравию и другие страны Аравийского полуострова. Время от времени вспыхивает территориальный спор с Объединенными Арабскими Эмиратами по поводу трех островов в Персидском заливе, происходит активная шиизация Сирии на манер того, как это делалось в Ливане. Образование «шиитского полумесяца» вызывает острую обеспокоенность арабских государств, которые теперь боятся Ирана больше, чем Израиля.
Вашингтон же за 30 лет, прошедших с момента начала афганской кампании СССР, только укрепился в убеждении, что способен использовать ислам как фактор международной политики. Шииты из Высшего совета исламской революции в Ираке и шиитские военные формирования «Бригады “Бадр”», дислоцированные в основном в Иране, использовались для нанесения удара по режиму суннита Саддама Хусейна. «Демократизация» Ирака после оккупации стала шагом назад даже по сравнению со светским государством левых националистов-баасистов. Конфессиональная система, узаконенная американцами, стала разрывать по этнорелигиозному признаку страну и крупные города, в первую очередь Багдад.
Сейчас Соединенные Штаты поощряют (а возможно, вооружают и финансируют) суннитскую группировку «Джундулла», которая воюет против шиитского режима в Иране. Вероятнее всего, нынешнее проникновение США и их союзников в Афганистан имеет целью, кроме всего прочего, воссоздать плацдарм для удара по Ирану. В СМИ просачиваются сведения об обсуждаемых американцами планах дробления Большого Ближнего Востока по конфессиональному признаку. Может показаться, что возможности использования религиозно-политических «рычагов», главный из которых ислам, едва ли не безграничны.
"ГЛОБАЛЬНЫЙ ДЖИХАД КАК ПОЛИТИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ
Именно после афганской войны страны, участвовавшие в ней на стороне Соединенных Штатов, стали в массовом порядке создавать и использовать для достижения внешних целей мусульманские экстремистско-террористические группировки, которых в настоящее время не менее полутысячи. Это дает возможность выводить международно-политическую активность в «темную зону», не регулируемую ни международным правом, ни международным обычаем, а самое главное, не позволяет государствам – объектам «нетрадиционной агрессии» реализовать свое право на применение статьи 5 Устава ООН.
Наиболее успешный проект – суннитский, патронируемый Саудовской Аравией и другими аравийскими монархиями Персидского залива, – получил название «Аль-Каида» («База»). «Аль-Каида» сформировала глобальную сеть, создавая филиалы в тех зонах, где проживают мусульмане-сунниты, или «абсорбируя» имевшиеся в этих зонах оппозиционные и/или повстанческие либо экстремистские и террористические группировки.
«Аль-Каида» стала инструментом реализации глобальных геополитических и геоэкономических интересов своих патронов: в первую очередь речь идет о контроле и регулировании рынка углеводородов внеэкономическими, силовыми методами. Свои цели «Аль-Каида» осуществляет как в зонах интересов (места ее наибольшей активности совпадают с районами добычи и транспортировки углеводородов), воюя, например, в Ираке против американцев и их союзников, а также против растущего иранского влияния, так и дистанционно – посредством терактов и иных форм силового давления на чувствительные точки, удаленные от зон «углеводородной заинтересованности» (взрывы в мадридских электричках весной 2004 года, теракты в Лондоне летом 2005-го).
Однако у этого проекта выявились очень серьезные издержки, перечеркивающие все его выгоды. Значительная часть ветеранов джихада в Афганистане, а впоследствии в Боснии, Чечне, Ферганской долине, Ираке и других местах (80–85 %) возвращались в свои страны, формируя группы с возросшей «пассионарностью», то есть готовностью убивать и быть убитыми за идеалы ислама, как их заставили понимать эти идеалы. По оценкам, армия ветеранов джихада в мире составляет не менее 150 тысяч. Все первое десятилетие XXI века возвратные волны «глобального джихада» несли с собой повстанческую войну и/или теракты в Саудовской Аравии и иных аравийских государствах, а также в Алжире, Марокко, Пакистане и других странах.
Усама бен Ладен, ветеран афганской войны, порвал с режимом правящей семьи Саудидов и обратил против него пропаганду и насильственные действия, когда в 1991-м, в ходе операции «Буря в пустыне», королевство разрешило пребывание на своей территории американским войскам, которые задержались там чуть ли не на два десятилетия. Если бы Абдалла Аззам, ныне покойный учитель бен Ладена, идеолог «защиты исламских земель от оккупантов-неверных» в период афганской войны, посмотрел на Аравийский полуостров, он точно сказал бы, что «земля двух святынь» едва ли не целиком оккупирована этими самыми «неверными»: десяток американских баз в Бахрейне, Катаре, Кувейте, Объединенных Арабских Эмиратах, Омане. Для ветерана джихада в Афганистане, Боснии или Ираке логично вести войну против оккупантов-«неверных», захвативших земли мусульман и против правителей-«вероотступников», которые этих «оккупантов» пригласили.
Возвратная волна «гасится» «таской и лаской». Ветеранов джихада уничтожают, их арестовывают и бросают в тюрьмы и лагеря, перевоспитывают, а перевоспитавшихся поощряют. Но «переваривать» такое количество «пассионариев» не удается да, наверное, не слишком и хочется: уж очень удобен и результативен этот внешнеполитический инструмент – «глобальный джихад».
Сейчас в кабинетах руководителей аравийских и иных арабских спецслужб витает вопрос: куда перенаправить возвратную волну «глобального джихада» из Ирака, где война так или иначе закончится? По некоторым сведениям, как потенциальное поле «глобального джихада» рассматривается ряд регионов: Ливан, Чечня, палестинские территории. Немалая часть возвращающихся моджахедов, по-видимому, остается в резерве – для вероятной войны с Ираном. C этой целью в среде воюющих моджахедов и «моджахедов»-ветеранов поддерживаются радикальные антишиитские настроения. Одно можно сказать с уверенностью: заинтересованность исламских государств в существовании или создании за пределами своих границ фронтов «глобального джихада» является постоянной.
"ХАЛИФАТ" КАК СУБЪЕКТ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Трюизмом является утверждение о том, что «Аль-Каида» – это горизонтальная сетевая структура без вертикального подчинения и привязок к определенным государствам, что подразумевает отсутствие связи с официальными властями. В результате целенаправленных усилий координирующего центра выстраивается сеть трансгранично локализованных группировок, которые реализуют единый геополитический проект в формируемых территориальных «зонах ответственности». В разных местах «прорастают» либо «имплантируются» территориальные филиалы «Аль-Каиды». Они превращаются в латентные государства – «эмираты», «вилаяты», «шариатские зоны», другие религиозно-административные единицы, которые формируют такой же латентный «халифат». «Аль-Каида» действует только там, где есть мусульмане-сунниты, или там, где они появляются в результате миграций – стихийных либо регулируемых. Районирование данного глобального проекта происходит по историко-географическим зонам, как они сформировались в основном в период исламского Халифата.
Начать обзор необходимо с «Аль-Каиды на Острове арабов», хотя этот филиал возник на территории Королевства Саудовская Аравия и других аравийских монархий позже других. Члены аравийской «Аль-Каиды» верят в то, что пророк Мухаммед, умирая, дал последний завет мусульманам: «Удалите многобожников с Острова арабов!» И эти слова пророка стали официальным лозунгом «Аль-Каиды», как таковой. Заранее записанные заявления исполнителей терактов 11 сентября 2001 года передавались с этим вмонтированным в «картинку» призывом, который настоящий мусульманин игнорировать не может. Это заставляет его воевать против всех «многобожников» («неверных», «крестоносцев»), обосновавшихся на Острове арабов, как во времена пророка назывался Аравийский полуостров, а также против пригласивших их властей, которые тем самым стали «вероотступническими» и «неверными». По одной из базовых формул ислама тот, кто дружит с «неверными», становится одним из них.
«Аль-Каида в Двуречье» состоит в основном из иностранных моджахедов и действует в Ираке параллельно с национальным сопротивлением. Она уже успела провозгласить в суннитской зоне «Исламское государство Ирак». В случае распада страны (чего исключать нельзя) и создания самостоятельных государственных образований, например курдского, шиитского и суннитского, оно может быть признано арабскими странами, поддерживающими «Аль-Каиду в Двуречье» как форпост сдерживания иранской экспансии, курдского сепаратизма и экспансионизма (курды претендуют и на территории за пределами Иракского Курдистана). Примечательно, что в официальных материалах «Исламского государства Ирак» оно именуется «ядром Халифата». Багдад был столицей Халифата в период его расцвета. Правда, кажется, что суннитов в Ираке и за его пределами больше интересует не Багдад, а Киркук – нефтеносная зона на севере страны, на которую претендуют курды и которую обещала им передать республиканская администрация США.
Особого рассмотрения достойна «Аль-Каида в Хорасане». Эта организация очень мало известна или вовсе неизвестна широкой публике, но играет исключительно важную символическую и пропагандистскую роль в «глобальном джихаде». В период с III до середины XVIII столетия Хорасаном назывался довольно большой и не очень четко очерченный регион, который включал северо-восточную область современного Ирана, Мерв-ский оазис, оазисы юга современной Туркмении, северную и северо-западную части современного Афганистана. С Хорасаном в исламе связаны приписываемые пророку Мухаммеду предсказания о приходе в «последний час» Махди, или «Ведомого Аллахом», который является Халифом Аллаха. В одном из таких предсказаний-повелений говорится: «Коли увидите, что черные знамена вышли со стороны Хорасана, то присоединяйтесь к ним, пусть даже двигаясь ползком по снегу. Ведь под ними идет Халиф Аллаха – Махди».
В аль-каидовской пропаганде выпячивается тот факт, что знамя «Аль-Каиды» – черное и создана организация была на афганской территории, то есть в Хорасане, из чего для многих моджахедов прямо следует, что под Халифом Аллаха подразумевается создатель и руководитель «Аль-Каиды» Усама бен Ладен, приход которого, получается, предсказан пророком Мухаммедом.
Но и это еще не всё. В этом «центре Азии» предсказана и битва «последнего часа» между Махди и Даджжалем – антимессией, в которой Халиф Аллаха одержит неминуемую победу. И войска НАТО могут восприниматься «пехотой» «Аль-Каиды в Хорасане» и союзного ей движения «Талибан», как то самое войско Даджжаля, которому предстоит дать последнее сражение в истории. Тем более что ее в этом настоятельно убеждают да’и – аль-каидовские и талибские проповедники. Иными словами, в сознании моджахедов Махди Халиф Аллаха уже пришел под черными знаменами «Аль-Каиды» и идет последняя битва времен.
Еще до окончательной победы Халифа Аллаха в разных местах создаются региональные филиалы «Аль-Каиды» («эмираты», «вилаяты»). Есть «Аль-Каида в стране Аш-Шам», то есть в так называемой «Большой Сирии», куда включаются территории современных Сирии, Ливана, Иордании, Израиля и Палестинской автономии. Она не так реальна, как, скажем, «Исламское государство Ирак». Неудачей закончилась попытка установления «исламского эмирата» на севере Ливана, где воевал филиал «Аль-Каиды» – группировка «ФАТХ аль-ислам», состоявшая в основном из саудовцев. Подразделения «Аль-Каиды в стране Аш-Шам» пытаются обосноваться и в Газе – в видах противодействия иранскому проникновению, реализуемому через «обиранивающееся» движение ХАМАС.
Есть и «Аль-Каида в исламском Магрибе», которая действует в Алжире, Ливии, Мавритании, Марокко, Тунисе, а также в лимитрофных странах Черной Африки, в частности в Мали. На востоке Египет является «зоной ответственности» «Аль-Каиды в стране Аль-Кинана (старинное название Египта)». Юго-восточнее, в Сомали «Аш-Шабаб» не скрывает, что является организацией, союзной «Аль-Каиде», и, подобно алжирскому «Салафитскому движению проповеди и вооруженной борьбы» и действовавшему в Ираке «Движению единобожия и джихада», которые стали локальными филиалами «Аль-Каиды», готов присягнуть Усаме бен Ладену и назваться, например, «Аль-Каидой на Африканском Роге». На севере «Аль-Каида в исламском Магрибе» открыта в сторону Европы. Ее моджахеды совершали либо готовили террористические акты в европейских странах.
В целом можно говорить и об «Аль-Каиде в Европе», которая совершала террористические акты, используя отвлекающие названия типа «Бригады Абу-Хафса аль-Мисри», названные так по имени одного из ближайших соратников Усамы бен Ладена, убитого в Афганистане в ходе контртеррористической операции осенью 2001 года. Правда, Европа не входила в Халифат целиком, в отличие от Магриба, «страны Аш-Шам» или «страны Аль-Кинана». В Халифат входили только часть нынешней Испании – Андалусия – да еще остров Сицилия. Однако «Аль-Каида», готовя и совершая террористические акты в Европе, не только оказывает давление на соответствующие правительства (вспомним, что теракты в Мадриде заставили Испанию вывести ее войска из Ирака, а теракты в Лондоне совершили уроженцы Пакистана – государства, заинтересованного в экспансии в Афганистан), но и «борется за освобождение исламских земель» в Европе.
В одном из своих последних произведений, с восторгом встреченных джихадистской общественностью, Айман аз-Завахири, номер два в «Аль-Каиде», дал такое определение исламским землям: это территории, где хотя бы один день применялись законы Аллаха, то есть шариат. А шариат широко применяется параллельно государственным правовым системам во всех европейских странах, где есть мусульманские диаспоры. Например, в Великобритании действует шариатский суд, который, кстати сказать, приговорил Тони Блэра в его бытность премьер-министром к смертной казни.
Этот краткий очерк аль-каидовской «политической географии» закончим двумя «заявками», которые дали о себе знать в разных концах света.
Одна – на Кавказе, где провозглашено образование «Исламского имарата (эмирата) Кавказ», являющегося, по сути, филиалом «Аль-Каиды» в «Кавказии», – так Абдалла Аззам назвал Кавказский регион в своем трактате «Освобождение исламских земель». Этот эмират поделен на «вилаеты» – по северокавказским этнорелигиозным зонам.
Другая – на полуострове Индостан, где в 2008-м в индийском Мумбаи (бывший Бомбей) террористические акты совершила группировка «Декан Моджахеддин» (по названию Деканского плоскогорья, занимающего площадь около 1 млн кв. км) тем самым запросто вовлекая большую часть полуострова Индостан в зону контроля «Аль-Каиды», с которой эта группировка связана.
«Аль-Каида» как глобальная структура взаимодействует с Партией исламского освобождения (Хизб ат-Тахрир аль-Ислами), черное знамя которой идентично аль-каидовскому флагу, а территория Евразии также районирована на «вилаеты», включая, например, «Британский вилает». Главная цель всей деятельности Партии исламского освобождения – построение халифата. «Аль-Каида» союзна движению «Талибан», которое действует не только в Афганистане, но и в Пакистане. (Движение «Талибан» провозгласило два государства: в сентябре 1996 года «Исламский эмират Афганистана» на афганской территории и в феврале 2006-го «Исламский эмират Вазиристана» – на пакистанской.) В то же время «Аль-Каида» жестко конкурирует с шиитской организацией «Хезболла», поскольку та ориентирована на освоение тех же геополитических зон.
Таким образом, в настоящее время в мире существует значительное количество трансграничных исламских клирократических (клирократия – власть духовенства) квазигосударств экспансионистского типа. Они становятся субъектами международных отношений, имея возможность превратиться в полноценные государства, признанные де-факто мировым сообществом или его частью. Так, в сентябре 2008 года стало известно, что движение «Талибан» при финансовом участии Саудовской Аравии и поддержке Великобритании участвует в секретных переговорах о прекращении конфликта в Афганистане. А в августе того же года министр иностранных дел Швейцарии Мишлин Кальми-Рей заявила о готовности «сесть за стол переговоров с лидером “Аль-Каиды” Усамой бен Ладеном», став тем самым первой из глав дипломатических ведомств демократических стран, допустившей такую возможность. «Хезболла» во главе с Хасаном Насраллой, который является полномочным представителем верховного лидера Ирана Али Хаменеи в Ливане, продвигается на роль главной политической силы в Стране кедра и уже сейчас формирует отношения с рядом антиамериканских режимов, в частности с Венесуэлой.
ТРИДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Американский президент Барак Обама попытался сменить риторику и отчасти политику в отношении ислама в ситуации, когда на подъеме оказались экстремистские организации и идеологии. Адресаты посланий Обамы отвечают ему «свысока».
Что касается «Аль-Каиды», то в начале февраля 2009 года, спустя две недели после инаугурации Обамы, Айман аз-Завахири в аудиообращении, размноженном в исламистском Интернете, пожурил нового американского президента за то, что тот ни словом не упомянул войну в Газе. Он призвал мусульман всего мира атаковать американские цели в отместку за поддержку, оказанную США Израилю во время операции в Газе. А Али Хаменеи в марте прокомментировал видеообращение президента Обамы к иранцам по случаю Навруза — праздника весны и начала нового года. Выступая 21 марта 2009-го в Мешхеде по случаю того же Навруза он ответил Обаме: «Чтобы позиция Ирана изменилась, нужно измениться самой Америке».
Очевидно, что новый американский президент возлагает большие надежды на пиаровскую кампанию «Я свой парень!», ориентированную на мусульман. Любопытно, что за несколько недель до приезда Барака Обамы в первую для себя исламскую страну – Турцию (апрель 2009 года) в Стамбуле побывал его сводный брат из Кении и совершил намаз в мечети Султана Ахмеда. Там же, в Турции, Обама сообщил парламентариям, что он из исламской семьи, а Соединенные Штаты воюют не с исламом, а с «маргинальной идеологией». Результат этой кампании пока дает о себе знать не в исламском мире, а в США: по опросам, каждый десятый американец уверен, что Барак Обама – мусульманин. А немалая часть мусульман мира ассоциирует себя с «Аль-Каидой» и рассматривает борьбу против нее как борьбу против ислама. (Что такое «маргинальная идеология», никакому талибу или аль-каидовцу из Хузестана или Вазиристана не понять, а если они поймут, то еще больше оскорбятся.)
Да и в целом приход Обамы («чуть-чуть мусульманина») не без некоторых оснований рассматривается мусульманами мира как своя победа. Какая-то их часть (возможно, как раз сторонники «маргинальной идеологии») считает это шагом на пути превращения Соединенных Штатов в «американский вилаят» Халифата. (Многие мусульмане уверены, что Америку еще до Колумба открыли и освоили их единоверцы. То есть это «исламская земля», которую необходимо «освободить».)
В видеообращении к иранцам по случаю Навруза Обама предложил положить конец многолетнему периоду враждебности и недоверия в отношениях и заявил о намерении построить честные и уважительные отношения между двумя государствами. Впрочем, за пару недель до опубликования своего «примирительного» видеообращения к иранскому народу Барак Обама продлил еще на год санкции, введенные против Ирана Биллом Клинтоном в 1995-м. Американцы не могли не предвидеть реакцию: скеписис, ирония и отторжение. Как представляется, обращение было своего рода отвлекающим маневром – продемонстрировать, что Иран отталкивает протянутую ему оливковую ветвь, просто-таки вынуждая Вашингтон искать другие пути воздействия.
Во время войны в Ираке американцы смогли достоверно выяснить, кто воюет против них и что скрывается под лейблами «Аль-Каида в Двуречье» и «Исламское государство Ирак». И они смогли организовать успешное местное сопротивление арабских суннитских племен в форме ополчения «Комитеты пробуждения» (Маджалис ас-Сахва) против арабов-суннитов – моджахедов из других арабских стран, по преимуществу – из Саудовской Аравии и прочих аравийских монархий. Этот опыт бывшего командующего вооруженными силами США в Ираке генерала Дэвида Петреуса, ставшего командующим ЦЕНТКОМ США (охват – весь Большой Ближний Восток) сейчас распространяют на Афганистан и Пакистан. Инициируется раскол между «местными» талибами-пуштунами и «пришлой», арабской «Аль-Каидой» в Афганистане и Пакистане. Задача – мобилизовать «местное» движение «Талибан» на борьбу против «чужаков».
Тактика не нова. Летом 2001 года лидер талибов мулла Омар, имевший прямые и косвенные (через пакистанцев) связи с американцами, в результате тайных договоренностей пошел на разрыв с Усамой бен Ладеном и «Аль-Каидой». Первым важнейшим шагом было издание фетвы, которая дезавуировала все антиамериканские фетвы бен Ладена, как человека некомпетентного в вопросах исламского права, не имеющего соответствующего образования. Процесс «развода» талибов с «Аль-Каидой» в интересах США был прерван терактами 11 сентября 2001-го.
Успех Соединенных Штатов на этом направлении не исключен, хотя в прошедшие годы имела место своего рода «каидизация» движения «Талибан», всё большего его превращения в группировку, ассоциированную с «Аль-Каидой» и воспринявшую аль-каидовские идеологию, лозунги, методы борьбы – например, теракты «шахидов» и т. п.
Еще одно направление «исламской политики» новой американской администрации – это более активное вовлечение Европы в афгано-пакистанскую операцию. Цель – разделить с европейцами бремя военных расходов и политическую ответственность.
Первой акцией стало предложение распределить в европейских странах заключенных закрывающейся тюрьмы в Гуантанамо. Насколько пиаровская идея выпустить узников удачна в практическом отношении – вопрос отдельный. Ведь тем самым «глобальный джихад» получал новые руководящие кадры в ореоле «мучеников», настроенные яростно антиамерикански. Так, один из йеменских «гуантаномовцев» сразу по возвращении в страну возглавил «Аль-Каиду на юге Аравии» и совершил ряд терактов против американцев.
Барак Обама продолжает оказывать давление на европейских союзников по НАТО, чтобы те посылали больше военных в Афганистан (и косвенно в Пакистан). Однако европейские государства, как видно по всему, стремятся к тому, чтобы их не ассоциировали с США (что плохо получается: для афганцев все натовские военные – западные «крестоносцы») и стараются делать упор на участии в гуманитарных акциях, экономических проектах, поддерживают образовательные программы и т. п.
В других зонах исламского мира европейские государства жестко конкурируют с американцами: достаточно указать Францию, реализующую проект Средиземноморского союза, и Италию, налаживающую чуть ли не братские отношения с Ливией. Обаме прямо обозначают «красные линии» в зонах европейских интересов. В апреле 2009 года Николя Саркози открытым текстом сообщил американскому президенту, что Франция сама разберется с приемом Турции в ЕС, до которого Соединенным Штатам дела быть не должно. Барак Обама, как полагают многие в Европе, хотел поддержкой турецких планов вступления в Евросоюз «расплатиться» за то, что Турция создаст наиболее благоприятные условия для вывода американских войск из Ирака и в последующем станет поддерживать проамериканский статус-кво в северо-западной части Большого Ближнего Востока.
Есть и чисто спекулятивное предположение: новая американская администрация продолжает политику своих предшественников, направленную на «исламизацию» Европы. Это создаст дополнительный рычаг воздействия на европейские государства через использование религиозно-политических рычагов, что так хорошо удается Соединенным Штатам на Большом Ближнем Востоке.
Исламские государства, и не только они, с интересом ждут, что же будет делать президент Обама в отношении тех организаций, структур и проектов, импульс возникновению и становлению которых в уже далекие 70-е годы прошлого века придали Соединенные Штаты Америки.
Международная конференция «Надежный и стабильный транзит энергоносителей и его роль в обеспечении устойчивого развития и международного сотрудничества», прошедшая в Ашхабаде, вновь доказала значимость стран-производителей газа, в сотрудничестве с которыми заинтересованы практически все. Представители США заявили на конференции о своем интересе к диверсификации поставок газа из Каспийского региона, что означает разработку газовых маршрутов в обход России. Россия же представила новые механизмы обеспечения глобальной энергобезопасности, правда, не получив ответа официального Ашхабада на этот проект.Зампомощника госсекретаря США по вопросам Южной и Центральной Азии Джордж Крол заявил на конференции, что США заинтересованы в диверсификации энерготранзита из Каспийского региона. Он отметил, что США оказали содействие в создании нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан и Южно-Кавказского трубопровода для вывода энергоносителей из Каспийского бассейна на мировые рынки. Он также отметил, что уже и Казахстан поставляет значительные объемы нефти на мировые рынки через Азербайджан (перевозя ее танкерами через Каспий). «Мы надеемся, что данные торговые связи расширятся, и поощряем развивающийся диалог между Азербайджаном и организатором конференции – Туркменией», – сказал Крол.
Он отметил, что диверсификация в регионе не осуществляется за счет давнишних и традиционных торговых связей, а наоборот, она может усилить эти связи и обеспечить общую эффективность. Однако Крол заявил, что «авария на туркменском участке газопровода «САЦ-4» – это аргумент в пользу диверсификации транспортировки газа».
Авария на газопроводе «САЦ-4» произошла в ночь на 9 апреля и прервала транспортировку туркменского газа в Россию. Туркмения считает, что в аварии виновато ОАО «Газпром», которое своевременно не уведомило туркменскую сторону об уменьшении забора газа, что привело к избыточному давлению и аварии. На заседании кабинета министров 13 апреля президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов заявил, что в случае виновности туркменской стороны, все расходы на себя возьмет Ашхабад, в противном случае все расходы и возмещение убытков должен взять на себя «Газпром».
По словам Крола, независимо от причин, такие взрывы и аварии, которые время от времени случаются на газопроводах, являются аргументом в пользу диверсификации маршрутов. При этом он отметил, что диверсификация не имеет каких-то политических составляющих и преследует цель обеспечить безопасность газовых поставок в целом. «Если что-то возникает с газопроводом, было бы лучше и более безопасно, если есть альтернативные, параллельные и другие газопроводы, и это естественно», – сказал Крол.
Вице-премьер РФ Игорь Сечин, курирующий в правительстве ТЭК, заявил на конференции о необходимости создания новых механизмов обеспечения глобальной и региональной энергобезопасности с учетом интересов всех участников. «Возросла потребность в реально действующих и всеобъемлющих механизмах обеспечения глобальной и региональной энергобезопасности. Настало время разработать и принять новый документ, который реально обеспечил бы учет интересов всех участников», – сказал Сечин.
По его словам, Россия подготовила проект концептуальных подходов к новой правовой базе международного сотрудничества в сфере энергетики и проект договора о преодолении чрезвычайных ситуаций в транзите энергетических материалов и продуктов. Данный проект Россия передала организаторам конференции для его распространения среди всех участников и последующего обсуждения.
Сечин отметил, что понятие «безопасность транзита» имеет прежде всего правовую составляющую. Он указал, что «газовый кризис» в начале этого года, причиной которого стали проблемы транзита по территории Украины, вновь продемонстрировал несовершенство правового инструментария. «Несмотря на то, что в рамках энергодиалога Россия – Европейский Союз действуют механизм раннего предупреждения, и он был квалифицированно использован, сигнал тревоги прозвучал вовремя, адекватной реакции не последовало, – сказал Сечин. – В результате возникли проблемы у европейских потребителей».
Вице-премьер РФ напомнил, что фактически единственным работающим, пусть и несовершенным, является механизм мониторинга за транзитом газа через Украину. Его запуск позволил обеспечить возобновление поставок по этому направлению, которые сейчас осуществляются в нормальном режиме.
Он выразил сожаление, что Энергетическая хартия не обеспечила создания необходимой правовой базы. «К сожалению, надо признать, что договор Энергетической хартии не оправдал ожиданий. Предусмотренный хартией механизм оказался нерезультативен для принятия как превентивных, так и срочных мер, когда кризис уже начался», – сказал Сечин.
Он напомнил, что Россия активно участвовала в переговорах по модернизации договора Энергетической хартии, последовательно добиваясь сбалансированного учета интересов всех участников энергетического рынка. «Однако эти наши усилия не дают результатов уже в течение нескольких лет, – констатировал он. – Не удается согласовать транзитный протокол, целью которого как раз и является обеспечение безопасности и надежности транзита энергоресурсов».
Вице-премьер РФ заявил, что Россия выступает за широкое международное сотрудничество в определении путей обеспечения надежной транспортировки энергоносителей на международные рынки по трубопроводам и с использованием других систем транспортировки.
По словам Сечина, беспрецедентный мировой финансо-экономический кризис сказывается на положении дел в мировой энергетике, в первую очередь сокращение ВВП развитых стран приводит к сокращению потребления всех энергоресурсов. Прогнозируемое падение ВВП на 2009г. в странах-членах ОЭСР, по его мнению, способно привести к чрезвычайной ситуации. Текущая ситуация на фондовом рынке сравнима с событиями Великой депрессии 1930гг. Причем фондовый и нефтяной рынки, которые по существу определяют цены на все основные энергоносители, демонстрируют тесную корреляцию друг с другом, отметил вице-премьер.
Он также подчеркнул, что падение цен на все энергоносители сопровождаются сокращением капитализации компаний, а, следовательно, и сужением их инвестиционных возможностей. По его словам, сокращение инвестиций ставит под угрозу поддержание достигнутых объемов добычи и реализацию новых масштабных проектов, призванных обеспечить развитие мировой экономики, когда кризис закончится.
«В этих условиях необходимы согласованные действия стран-производителей, стран-потребителей и стран-транзитеров, способных обеспечить оптимизацию экономического развития, в т.ч. в части создания инфраструктуры необходимой для транспортировки энергоносителей, – подчеркнул Сечин. – Очевидно, что все эти действия должны осуществляться на взаимовыгодной и недискриминационной основе».
Также на конференции Сечин заявил, что создание оптимальной инфраструктуры для транспортировки энергоносителей может быть осуществлено только на основе пяти принципов – это правовая база, ресурсная база, экологическая безопасность, экономически обоснованные тарифы и наличие долгосрочных контрактов на поставку и транспортировку.
По его словам, первый принцип – это наличие согласованных правовых основ. Становление таких основ может быть начато путем заключения соответствующих двусторонних и многосторонних международных соглашений.
«С учетом того, что в последнее время активизировались разработки месторождений на морском шельфе, особую остроту приобретают проблемы урегулирования правового статуса в отдельных регионах мира, в т.ч. в Арктике, на Каспии и др. Без решения этих проблем и без учета национальных интересов всех стран-участниц реализация новых перспективных проектов в этих регионах затруднена», – отметил в связи с этим вице-премьер.
Второй принцип – обеспеченность проекта надежной ресурсной базой. При подготовке проекта должна быть гарантирована его полная загруженность и определены потенциальные потребители.
«Более того, до начала реализации проекта должно быть разработано технико-экономическое обоснование, свидетельствующее, что проект экономически состоятелен и эффективен. Отсутствие такого обоснования будет политизировать любой проект, делать его высокорискованным и для стран-производителей, и для стран-потребителей», – сказал Сечин.
В качестве третьего принципа он назвал экологическую и технологическую безопасность проекта. По его словам, этот принцип очень важен при строительстве трубопроводов как по суше, так и по дну морей, особенно в районах со сложной геологической обстановкой, сложным рельефом дна и повышенной сейсмоопасностью.
Четвертым принципом являются экономически обоснованные тарифы, уровень которых в конечном счете обуславливается объемом инвестиций, зависящих от оптимальности выбранных маршрутов и технических параметров проекта. Он напомнил, что тарифы на прокачку газа по разным направлениям колеблются в диапазоне от 1 долл. до 5,45 долл. за 1000 куб.м. на 100 км.
Пятый принцип заключается в том, что реализация масштабных проектов невозможна без долгосрочных контрактов на поставку и транспортировку энергоносителей по тарифам, изменение которых должно основываться на согласованных сторонами расчетных формулах.
Он напомнил, что указанные принципы были по существу отражены в декларации и плане действий «Группы восьми» по обеспечению глобальной энергетической безопасности, одобренных на саммите в Санкт-Петербурге в 2006г. Именно этими принципами руководствуется Россия при реализации проектов на своей территории, а также при реализации проектов за рубежом. Он назвал в качестве примеров «Северный поток», «Южный поток», Прикаспийский газопровод, нефтепровод «Бургас-Александруполис», вторую очередь Балтийской трубопроводной системы, вторую очередь КТК, нефтепровод «Восточная Сибирь-Тихий океан» и другие проекты. По словам вице-премьера, все эти проекты отвечают названным принципам и призваны обеспечить диверсификацию маршрутов поставки энергоносителей.
Президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов заявил на конференции, что считает определение цены на газ прерогативой производителя. При этом производитель «должен основываться на себестоимости добычи, которая весьма разнится в зависимости от климатических условий, глубины залегания углеводородов, сроков их добычи и эксплуатации месторождений».
Глава государства отметил, что в силу ряда серьезных объективных причин идея создания международных структур стран-производителей природного газа в форме наднациональных регуляторов, в т.ч. и в ценовых вопросов, не достигают результата. По его мнению, единственно правильной схемой формирования цены на природный газ являются прямые договоренности между продавцом и покупателем.
Туркмения в рамках своих конкретных договоренностей с партнером определяет цену на природный газ, основываясь на критериях затратности его добычи и тенденциях ценовой политики на мировых рынках.
Туркменский лидер заявил, что попытки политизации поставок энергоресурсов, использования их в качестве инструмента для достижения политических целей или удовлетворения каких-либо корпоративных интересов не соответствуют логике и потребностям нынешнего глобального развития. «Как показывает практика, в этих случаях долгосрочные потери неизбежно оказываются значительно выше обретенных выгод», – сказал Бердымухамедов.
Также президент Туркмении предложил строить отношения в энергетической сфере под эгидой ООН. Бердымухамедов предложил внести «на рассмотрение соответствующих структур ООН вопрос о создании экспертной группы, которая занималась бы разработкой соответствующих международных правовых норм, регулирующих отношения в энергетической сфере».
Он подчеркнул, что такую работу целесообразно вести под эгидой ООН, которая была и остается универсальной мировой организацией, призванной обеспечить политические гарантии и правовую эффективность системы безопасности, стабильности и надежности в транспортировке энергоносителей на международные рынки, имеющей опыт выработки документов такого масштаба и уровня.
Проблема безопасности транзита энергоносителей на мировые рынки приобрела особую актуальность в последние годы, и Туркмения, как крупный поставщик газа, особо заинтересован в решении этой проблемы. В конце пред.г., на 63 сессии генеральной ассамблеи ООН по инициативе Ашхабада была принята резолюция ООН «Надежный и стабильный транзит энергоносителей и его роль в обеспечении устойчивого развития и международного сотрудничества», соавторами которой выступили 60 государств, в т.ч. пять стран – постоянных членов Совета безопасности ООН. Это говорит о том, что проблема надежной и безопасной транспортировки энергоресурсов находится в центре внимания мировой общественности.
Углеводородные ресурсы Туркмении – 20,8 млрд. т. нефти и 24,6 трлн. куб.м. газа. Сенсацией стали результаты аудита месторождения Южный Елотен-Осман, проведенного компанией Gaffney, Cline & Associates (Великобритания). По данным британских специалистов, это месторождение располагает запасами природного газа от 4 до 14 трлн. куб.м. и занимает четвертое-пятое место в мире.
Немецкая энергетическая компания РЕВ АГ подписала с правительством Туркмении соглашение на поставку газа из Средней Азии в Европу. В соответствии с соглашением немцы окажут содействие Туркмении в эксплуатации месторождений на Каспийском море и развитии газотранспортной сети. Компания РЕВ входит в состав консорциума газопровода Набукко, который по замыслу авторов должен качать среднеазиатский газ в Европу минуя Россию, и основным препятствием для строительства которого, было до сих пор отсутствие поставщиков. Азербайджан, как единственный пока потенциальный экспортер, не способен обеспечить проектную потребность Набукко, которая составляет 30 млрд.куб.м. газа в год.
Эксклюзивное интервью «Новости-Азербайджан» с главой Центра нефтяных исследований Азербайджана Ильхамом Шабаном.• Правительство Грузии сделало шаг к диверсификации путей транзита азербайджанского газа через свою территорию, подписав меморандум о сотрудничестве с компанией White Stream Pipeline Company Limited по проекту газопровода «Белый поток». Как вы считаете, насколько приемлем этот проект для Азербайджана?
Я считаю, этот проект сложнейшим и я бы даже сказал, сложнее в квадрате, чем газовый проект «Набукко». В принципе реализация этого проекта даже посредством азербайджанского газа представляется мне весьма туманной. Дело в том, что Азербайджан свои газовые ресурсы распределил в первую очередь на проект TGI, при совместном участии Турции, Греции, Италии и Дании.
Это весьма масштабный проект и находится на первой стадии строительства. Можно сказать, что первый этап фактически реализован. Проект предусматривает транспортировку газа с месторождения Шах-Дениз в четырех направлениях. По проекту 8-9 млрд.куб.м. газа пойдет в Италию, 2 млрд. – в Грецию, 1 млрд. – в Болгарию, 10 млрд. – в Турцию и 1 млрд.куб.м. в Грузию. В отношении этого проекта Глава Госнефтекомпании Азербайджана Ровнаг Абдуллаев отметил, что географию поставок газа в дальнейшем можно будет расширить.
Согласно статистике на нынешнем этапе по Шах-Дениз – 225 млрд.куб.м. газа у нас имеются в резервах, причем без учета потребностей страны. Однако эти объемы необходимо извлечь. С месторождения Шах-Дениз -1 добывается 9 млрд.куб.м. газа, а в стадии два 21 млрд.куб.м., что в общей сложности составляет 30 млрд.куб.м. «голубого топлива».
Из этих объемов страна получает 3-4 млрд.куб.м. газа. В рамках стадии два наши экспортные возможности при строительстве одной крупной газовой платформы составят максимум до 20 млрд.куб.м., хотя ранее правительство планировало 14-16 млрд.куб.м. Поэтому при увеличении возможностей на заводе глубоководных оснований строительство этих габаритов практически не возможно и не рентабельно с экономической точки зрения.
В противном случае придется две платформы строить в рамках стадии два, то есть, увеличив по одной платформе с расчетом 16 млрд.куб.м. добычи газа в год.
Дело в том, что при сооружении дополнительной платформы объем добычи газа можно будет довести до 30 млрд.куб.м. Производя экспорт в объеме 30 млрд.куб.м. газа вполне очевидно, что у нас не останется газовых ресурсов ни на «Белый поток», ни тем более на «Набукко». В этом случае газовые возможности смогут удовлетворить лишь потребности TGI, в течении меньше чем 40 лет, поскольку стадия 1 работает с 2007г. и ее запасы соответственно истощаются.
Конечно, к тому времени могут быть выявлены новые месторождения, к примеру «Абшерон», но реальнее всего нужно использовать все, что находится в зоне доступа. К сожалению, с имеющимся объемом запасов страна не в состоянии подключиться к дополнительным крупным проектам.
Что касается нового проекта. Внешний долг Грузии уже превысил 7 млрд.долл., Украина также находится в тяжелом финансовом положении. Возникает вопрос финансирования масштабного проекта. Вызывает массу вопросов чисто техническая сторона строительства. На практике есть случаи, когда пересекаются нефтепроводы. Представьте себе, огромные магистральные газопроводы, которые находятся на дне Черного моря, «голубой поток» две нити, а сейчас уже договариваются о третьей нити, плюс газопровод «Южный поток» и все они будут пересекаться. А если хотя бы один из них взорвется, какие необратимые могут быть последствия. Поэтому, я вижу техническую реализацию проекта исключительно сложной, даже при наличии финансового источника.
• Вероятно ли присоединение «Белого потока» к транскаспийскому газопроводу?
Нет иллюзий по поводу присоединения «Белого потока» к транскаспийскому газопроводу, поскольку последний так и не реализован. Относительно этого газопровода Газпром отметил, что на западе Туркменистана сырьевой базы пока нет. В свое время этот вопрос широко освещался в российской прессе, во время приезда Туркменского президента в Баку, одновременно было много комментариев относительно проекта «Восток-Запад».
• Можно ли считать «Белый поток» политическим, хотя бы потому, что он нацелен на устранение энергетической зависимости двух стран от России?
Думаю, что на нынешнем этапе, скорее всего да.
• В таком случае он не составит конкуренцию «Набукко»?
Соглашусь с этим мнением, поскольку «Набукко» так же как и новый проект находится всего лишь на бумаге.
• Каков ваш прогноз относительно роста цен на нефть?
На мировом рынке относительная стабилизация цен на нефть наблюдалась с дек. до начала первой декады марта в районе 45 долл. После заседания ОРЕС произошли скачки в пределах 4 долл. Было принято решение о налоговой стабилизации, и инвестировано 1 триллиона долл., и рынок незамедлительно отреагировал на эти процессы.
Однако он теоретически отреагировал, т.е. поднялись цены на российские, национальные индексы.
По итогам I кв. средняя цена нефти Бренд составляла 45 долл. США, а с начала апреля тек.г. цены были в пределах 47-48 долл. Для того, чтобы в I пол. тек.г. средняя цена на нефть была на уровне 50 долл., весь II кв. цены не должны опускаться ниже 55 долл., а это весьма проблематично.
Я считаю, что если за один – два дня цены зашкалят за 60 долл., даже в этом случае полная картина рынка не изменится.
• Если спрос на нефть все же будет расти, то цены опять-таки не перестанут повышаться?
Аналогичная ситуация не наблюдается. Европейский потребитель свел свои потребности до минимума. В Европе уже принят закон относительно запрета на лампы накаливания, и вся Европа полностью перейдет на лампы дневного освещения.
Туркмения и германский энергетический концерн RWE, являющийся участником проекта Nabucco, будут сотрудничать в сфере транспортировки туркменского природного газа в Европу, передает Reuters. Это предусмотрено меморандумом о долгосрочном сотрудничестве, который был подписан сторонами. Председатель правления компании Юрген Гроссман (Juergen Grossmann) отметил, что для доставки газа европейским потребителям есть несколько возможностей, и одна из них – транспортировка через Каспийское море,Nabucco – проектируемый магистральный газопровод в обход России из Центральной Азии в страны ЕС протяженностью 3,3 тыс.км. и мощностью 26-32 млрд.куб.м. в год. Стоимость проекта оценивается в 10 млрд. евро. Проект предполагает транспортировку газа через Азербайджан, Грузию, Турцию, Болгарию, Венгрию, Румынию и Австрию.
7-8 апр. 2009г. с участием посла России в Азербайджане проведены переговоры с министром связи и информационных технологий АР, руководством телекоммуникационной компании «АзерТелеком» и другими заинтересованными азербайджанскими структурами на предмет продвижения проекта российской телекоммуникационной компании ЗАО «Синтерра» (г.Москва) по созданию единого телекоммуникационного кольца (C-ring) Прикаспийских государств (Россия, Азербайджан, Казахстан, Туркмения и Иран), с последующим выходом на страны Персидского залива.В ходе переговоров министр связи и информационных технологий АР заявил о важности сотрудничества Прикаспийских государств в сфере ИТ, поддержал идею создания российско-азербайджанского совместного предприятия, как организационной структуры по осуществлению данного проекта. Наряду с этим приветствовалось участие соответствующих российских компаний в реализации проекта запуска азербайджанского спутника связи.
В своей книге «Взаимоотношения Ирана и стран Центральной Азии» иранский исследователь Мехди Санаи пишет, что контакты между двумя регионами «стали развиваться до появления ислама и даже до появления христианства, когда большая часть территории нынешней Центральной Азии была частью персидской цивилизации.Культура и цивилизация, существующая в Центральной Азии, с появлением ислама в регионе воспринимается как прямая заслуга Ирана. В языках народов Центральной Азии можно встретить много персидских слов. Местное население использует в разговорной речи персидские поговорки, стихи. В исторических зданиях сохранились следы иранской архитектуры и ремесла. Все народы Центральной Азии хорошо знают и любят известных иранских поэтов – Хафиза, Фирдоуси, Саади, Хайяма.
Известные ученые, родившиеся на территории Центральной Азии, признаются продуктами ирано-исламской культуры, и отмечается, что, например, на мировом уровне такие ученые, как Рудаки, Улугбек, Бухари, ибн Сина, Балами, Бируни, Насер Хосров, известны как иранские деятели.
У народов Ирана и Центральной Азии много общих традиций, например празднование Навруза. Многие традиции и обычаи сформированы под влиянием ислама, который отразился на менталитете и быте народов центральноазиатского региона, занял прочное место в их повседневной жизни. Мощным консолидирующим фактором в жизни народов региона была философия и поэзия суфизма, представленного в регионе в основном орденами Накшбандие, Кобревие, Яссауи, Кадирие, Чаштия.
Одна из причин тесной связи Ирана с Центральной Азией заключается в присутствии национальных меньшинств по обеим сторонам общей границы. Взаимное переселение особенно интенсивно происходило во времена Великого шелкового пути», – отмечает в своей книге М.Санаи. Наиболее тесные контакты Иран установил с Таджикистаном, который является единственным персоязычным государством на постсоветской территории.
Иран был первой страной, признавшей суверенитет Таджикистана, впрочем, это справедливо и в отношении других бывших советских республик Центральной Азии. В янв. 1992г. Иран открыл свое посольство в Душанбе. Посольство Республики Таджикистан в Тегеране функционирует с июля 1995г. Две страны связаны, в первую очередь, общностью языка, истории, культуры и традиций, хотя советский период, оказавший серьезное влияние на жизнь населения Таджикистана, и отдалил их друг от друга.
После распада СССР в начале 1990гг. часть таджикской интеллигенции видела именно в Иране модель будущего развития собственной страны. Как отмечает заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин, Иран немало способствовал завершению гражданской войны, шедшей на территории Таджикистана в 1992-97гг. Оказывая содействие при проведении межтаджикских переговоров и стараясь занимать нейтральную позицию, Исламская Республика Иран оказывала противоборствующим сторонам гуманитарную помощь. В 1992г., когда в результате вооруженного противостояния Кулябский регион Таджикистана оказался в изоляции и его населению угрожал голод, тогдашний посол Ирана в республике А.М.Шабистари связался с председателем Кулябской области Э.Рахмоновым и решал вопросы оказания гуманитарной помощи населению. Поскольку Куляб был основной базой противников правительства национального согласия, в аэропорту Душанбе отказывались помогать сотрудникам иранского посольства в доставке в Куляб «гуманитарки», которую в результате стали посылать туда прямыми авиарейсами из Ирана. Это способствовало росту антииранских настроений среди части населения Таджикистана, опасавшейся усиления позиций местных исламистов.
Однако нельзя забывать, что таджики в отличие от шиитов-иранцев исповедуют ислам суннитского толка, и даже если бы к власти в Таджикистане пришли исламисты, их политика вряд ли была бы скоординирована с иранской.
Сегодня ИРИ занимает второе – после Китая – место по инвестициям в Таджикистан. Иранцы строят в этой республике гидроэлектростанцию Сангтуда-2, прокладывают тоннель «Истиклол», готовятся к реализации проекта Шурабадской ГЭС, планируют также соорудить здесь несколько малых электростанций и не прочь финансировать строительство крупнейшей в Центральной Азии Рогунской ГЭС. В наст.вр. иранские специалисты строят автомобильную и железную дороги, которые соединят Таджикистан, Афганистан и Иран, сооружения ЛЭП Рогун – Мазари Шариф – Герат – Мешхед и другие объекты.
Кроме экономических проектов, Иран активно участвует и в других сферах жизни жизни таджикистанцев. В Таджикистане регулярно проводятся международные симпозиумы и семинары, посвященные персидскому языку и литературе, создан Фонд персидского языка, на иранские средства построены библиотеки имени Рудаки и Амира Кабира. Представительство Комитета имени имама Хомейни в Таджикистане при содействии местных властей обеспечивает представителям малообеспеченных слоев населения помощь в проведении массовых семейных и религиозных обрадов.
О стремлении к более тесному взаимодействию Ирана и Таджикистана свидетельствует тот факт, что обе страны лелеют мечту о создании фарсиязычного союза государств, в который, кроме них, вошел бы и Афганистан. Этот вопрос поднимался и во время мартовского визита в Тегеран таджикского президента Эмомали Рахмона на трехсторонней встрече глав Таджикистана, Афганистана и Ирана. «Между нами нет языкового барьера. Единственно, в Афганистане этот язык называют дари, в Таджикистане – точики, а в Иране – фарси. Но это три ростка одного корня. У нас не только общие история и культура, у нас и проблемы одинаковые. И нам нужно объединиться, чтобы решать их», – отметил в интервью Iran.Ru посол Ирана в Таджикистане Алиасгар Шердуст.
О взаимоотношениях Ирана с Афганистаном будет сказано позже, а пока обратимся к Казахстану, который президент Исламской Республики Махмуд Ахмадинежад буквально на днях посетил с официальным визитом.
Иран не является стратегическим партнером Казахстана, но два государства активно развивают взаимовыгодное сотрудничество в разных сферах деятельности, демонстрируя единство взглядов по многим направлениям. Во время апрельского визита в Астану Махмуд Ахмадинежад поддержал все идеи Нурсултана Назарбаева по выходу из мирового финансового кризиса.
Для Ирана Казахстан представляет интерес как страна, обладающая индустриальным, с/х и научным потенциалом. Из этой республики Тегеран импортирует зерно, нефтепродукты, металлургическую продукцию.
Казахстан также заинтересован в развитии торгово-экономического сотрудничества и политического диалога с Ираном, в реализации совместных нефтегазовых проектов, в частности, таких, как строительство трубопровода Казахстан-Туркмения-Иран (Персидский залив), благодаря чему Астана могла бы получить доступ к азиатским рынкам. Казахстан хотел бы также видеть иранцев в качестве инвесторов в объекты машиностроения, инфраструктуры, транспорта, телекоммуникаций. За последние шесть лет торговый оборот между двумя странами вырос в пять раз – с 400 млн.долл. до более 2 млрд.долл.
Как заметил казахстанский политолог, директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев, кроме прочего, «Иран нам интересен как государство, которое может принимать активное участие в решении афганской ситуации, потому что она беспокоит не только соседние Узбекистан и Таджикистан, но и Казахстан в плане мощных потоков наркотрафика через нашу территорию. В этом плане стабилизирующая роль Ирана в попытке урегулирования афганской проблемы была бы очень полезна для всех стран Центрально-Азиатского региона».
«Все понимают, что с Ираном нужно считаться, поскольку от его позиции зависит ситуация в других регионах мира, будь то палестинская проблема или афганская. В конечном итоге Иран – наш сосед по Каспию, и нам выгодно, чтобы отношения с ним были действительно партнерскими», – подчеркивает Д.Сатпаев.
Каспийский вопрос актуален и в вопросе взаимоотношений Ирана с Туркменистаном, который также омывается Каспийским морем – на западе. Взаимное влечение двух стран обусловлено отсутствием другого выбора, и это является главной особенностью отношений между этими двумя странами, отмечает эксперт Института Ближнего Востока, иранист Владимир Месамед. «Обе страны «обречены» иметь активные двусторонние связи.
Их объединяют наличие протяженной общей границы, многовековая историческая, конфессиональная и цивилизационная близость,- пишет В.Месамед в статье «Иран-Туркменистан: Что впереди?». – Территория нынешнего Туркменистана неоднократно была частью исторического Ирана, а столица легендарной ираноязычной Парфии – Ниса – располагалась по соседству с нынешней туркменской столицей. Развивая отношения с Туркменистаном, Иран преследует прагматические цели – укрепить свои позиции в регионе, извлечь максимальную выгоду как из наличия в соседней стране громадных запасов углеводородов, так и из ее удобного геополитического положения на перекрестке транзитных путей. Цементирующим фактором добрососедства является и наличие на севере Ирана значительного массива туркменского населения».
Иран считается одним из основных экономических партнеров Туркменистана. Годовой объем торговли между двумя странами, включая сотрудничество в нефтяной и газовой промышленности, по оценкам, составляет 1,2 млрд.долл. США. Иранские компании осуществили в Туркмении различные инвестиционные проекты, такие, как программу развития оптико-волоконной связи, строительство железной дороги Мешхед-Серахс-Теджен, создание бункеров, водных сооружений завода в Мерве, нефтеочистительного завода в Туркменбаши, жидких газовых терминалов, дорог и шоссе, плотины «Дружба».
Когда после распада Советского Союза Туркмения оказалась в экономическом кризисе, а ее жители отчаянно нуждались в товарах повседневного спроса и продуктах питания, на помощь пришел Иран, который, как пишет иранская газета Tehran Times, послал соседу т. муки и других видов продовольствия.
При помощи Ирана в Туркменистане реализовано или находятся на стадии реализации около сотни промышленных объектов, имеющих приоритетное значение для национальной экономики. Введенная в эксплуатацию в мае 1996г. железная дорога Теджен-Серахс-Мешхед открыла Ашхабаду кратчайший путь в регион Ближнего Востока и на деле восстановила Великий шелковый путь.
Иран помог в строительстве газопровода Корпедже-Курдкуй длиной 200 км., который стал альтернативой российским трубопроводам и был пущен в эксплуатацию в 1998г. Туркменистан обязался ежедневно в течение двадцати пяти лет поставлять в Иран до 25 млн.куб.м. газа, увеличив объем поставок с 2006г.
Однако отношения между Ираном и Туркменистаном нельзя назвать безоблачными. К примеру, в янв. 2008г. немало обид у иранской стороны вызвало решение Ашхабада в условиях суровых морозов прекратить поставки газа в Иран. Экспорт был возобновлен уже по 140 за 1 тыс.куб.м. против прежних 65 долл. Впрочем, Тегеран не стал раздувать скандал, ограничившись закулисными переговорами. А в фев. 2009г. Ахмадинежад и Бердымухамедов подписали соглашение о поставках в Иран 10 млрд.куб.м. газа ежегодно.
С Узбекистаном у Ирана наиболее сложные отношения в регионе. С первых лет суверенитета Узбекистан опасался, что иранское присутствие в Центральной Азии станет толчком к возрождению в стране таджикской культуры и национализма, которые в перспективе могут привести к форсированию сепаратизма в Бухаре и Самарканде, и усматривал в отношениях с Ираном серьезный канал проникновения в Узбекистан исламского влияния.
Узбекистан попытался также, по выражению экспертов РГГУ, набить себе цену в глазах Запада, выставляя себя оплотом в противостоянии иранскому и российскому влиянию в регионе, и встал на путь открытой враждебности в отношении Ирана. Когда в 1995г. американский конгресс ввел против Ирана экономические санкции, Узбекистан единственный из постсоветских государств открыто поддержал эту меру. Тегеран от случая к случаю критиковал действия узбекских властей по отношению к исламской оппозиции. В целом, основным мотивом в отношениях между Ираном и Узбекистаном в девяностых годах была взаимная подозрительность и обоюдное недоверие.
Но в последние годы узбекский президент Узбекистана Ислам Каримов все чаще стал выражать заинтересованность в развитии сотрудничества с Ираном. О взаимном желании расширять взаимоотношения свидетельствуют многочисленные визиты высокопоставленных лиц двух стран на различных уровнях, обмены правительственными делегациями, регулярные встречи и консультации министров и заместителей иностранных дел и других высокопоставленных лиц двух государств.
Между странами развивается торгово-экономическое сотрудничество, они договорились о развитии отношений в области сельского хозяйства, транспорта, добычи и переработки нефти и газа, строительства, фармацевтики и банковского дела. В 2008г. объем ирано-узбекского товарооборота превысил 600 млн.долл. Узбекистан экспортирует в Иран хлопок, черные и цветные металлы, минеральные удобрения, химволокно и другую продукцию. Иран же поставляет в Узбекистан строительные материалы, моющие средства, продукты питания, чай, фрукты и прочие товары.
В июне 2003г. во время официального визита Ислама Каримова в Иран руководители двух стран подписали соглашение о международных транспортных маршрутах, благодаря которому Узбекистан получил возможность сократить путь к портам Персидского залива, вывозя свою продукцию через иранские порты Бандар-Аббос и Чобахор на побережье Индийского океана, а Иран стал доставлять свои товары в Центральную Азию и страны СНГ через территорию Узбекистана.
Двусторонние отношения между Ираном и Кыргызстаном развиваются, в целом, достаточно ровно и не отличаются особой динамикой. Между двумя странами подписан ряд соглашений в области транспорта, таможенной деятельности, торгово-экономической сфере, налажено взаимодействие в области образования, культуры, туризма, таможенного дела, финансов, борьбы с наркотиками и оргпреступностью, стороны обеспечивают друг друга промышленными товарами и сельхозпродукцией ряда наименований. Тегеран время от времени выделяет Бишкеку миллионные гранты и инвестиции. Так, в конце 2008г. Иран пообещал выделить Кыргызстану в качестве финансовой помощи до 200 млн. евро для реализации экономических проектов. Иранские дорожно-строительные компании приняли участие в реализации проекта стратегической автомагистрали «Бишкек-Ош». Страны планируют увеличить ежегодный объем двусторонней торговли до 100 млн.долл.
По мнению эксперта Института Ближнего Востока С.Воронова, бросается в глаза значение, которое придается в Тегеране и Бишкеке развитию межрегиональных контактов. Установлены побратимские связи и налаживается торгово-экономическое сотрудничество между Ошской областью Кыргызстана и иранской провинцией Хорасан, Джалалабадской областью и провинцией Казвин, Чуйской областью и провинцией Хамадан.
С каждым годом растет число государственных стипендий, выделяемых иранским правительством для граждан Киргизии, желающих обучаться в вузах ИРИ. В некоторых киргизских вузах функционируют центры исламоведения и иранистики, налажены прямые связи между крупнейшими университетами двух стран. Иранская сторона добилась участия в создании учебников для средних учебных заведений Кыргызстана.
Несомненно, что принятое в фев. 2009г. киргизским президентом Курманбеком Бакиевым решение о выводе из страны авиабазы сил антитеррористической коалиции «Манас» было весьма положительно воспринято Тегераном. Ведь присутствие в регионе военных сил НАТО причиняет Ирану массу беспокойств, особенно в свете пронесшегося в пред.г. слуха о намерении США атаковать иранскую территорию именно с этой авиабазы. Впрочем, Кыргызстан сразу же заявил о неприемлемости использования военной базы «Манас» против Ирана в случае военной операции, тем более что Тегеран заявил, что ответит ударами по точкам, откуда будут запущены ракеты, нацеленные на иранскую территорию.
Как отмечает эксперт AIA (Axis Information and Analysis) Улугбек Джураев, политика Ирана в отношении Кыргызстана является частью более глобальной иранской стратегии в центрально-азиатском регионе, которая нацелена на нейтрализацию усилий США по экономической и политической изоляции Ирана в его ближайшем окружении.
«У нас с Афганистаном одна судьба» – так охарактеризовал отношение Тегерана к соседней стране посол Исламской Республики Иран в Кабуле Мохаммад Бахрами. Как и в случае с Таджикистаном, Иран с Афганистаном связывают общность языка, культур, нравов и традиций. На протяжении всего периода функционирования афганского государства Исламская Республика стремится укреплять в нем свое влияние, а присутствие в Афганистане третьих государств рассматривается Тегераном как угроза его национальной безопасности. Поэтому в прошлом веке ИРИ активно противостояла советским войскам, а позже стала активно и бескомпромиссно выступать против талибов, которые, несмотря на декларацию своей фанатичной приверженности к исламу, являются угрозой безопасности исламского Ирана.
На протяжении внутриафганской войны ИРИ оказывала антиталибским силам моральную, политическую, материальную и финансовую помощь, а затем в числе первых поддержала временное переходное правительство Хамида Карзая. Сегодня даже США – давний противник Ирана – признают, что без участия этой страны в урегулировании ситуации в Афганистане не обойтись, и ищут пути сближения с ИРИ в данном вопросе. Приезд иранских чиновников на международную конференцию в Гааге приободрил Вашингтон, который даже сообщил, что в кулуарах саммита состоялась дружественная встреча представителя США в Афганистане и Пакистане Ричарда Холбрука с иранской делегацией. Однако Иран сразу же опроверг это сообщение. Тегеран дал понять, что готов сотрудничать в деле восстановления Афганистана и, возможно, даже предоставит свои порты для транзита невоенных грузов, что позволит снизить остроту вопроса с транзитом через территорию России и стран Центральной Азии. Иран выступает против увеличения контингента сил НАТО в Афганистане, опасаясь, что эскалация конфликта увеличит поток беженцев в сопредельные страны, куда будут пытаться проникнуть и бандформирования.
Между тем, по мнению начальника Управления внешней политики и внешнеэкономического развития Центра стратегических исследований при президенте Таджикистана А.Сатторзода, официальный Тегеран заинтересован в том, чтобы Соединенные Штаты были связаны войной в Афганистане: это гарантирует отсутствие активных действий американцев против самого Ирана. Некоторые афганские депутаты считают, что Иран снабжает боевиков движения Талибан оружием, а также создает на своей территории лагеря для подготовки боевиков, которые затем проникают в Афганистан и воюют против правительственных войск и сил западной коалиции.
Как бы там ни было, Тегеран продолжает вести активную деятельность по поддержке афганцев в восстановлении и модернизации страны. Между двумя государствами установлены контакты в банковской, торгово-экономической, сельскохозяйственной, социальной и других сферах. По инвестициям в Афганистан ИРИ находится на 4 месте. Основные направления иранской финансовой помощи Афганистану – строительство дорог, мостов, энергетических объектов, помощь в сельском хозяйстве, здравоохранении, коммуникациях и других областях.
Иран оказывает содействие в повышении уровня образования населения Афганистана, в создании библиотек и типографий, проведении научных семинаров и выставок. Тегеран финансирует курсы подготовки афганских дипломатов, создание пограничных блокпостов, мероприятия по борьбе с наркотрафиком и по восстановлению афганской армии.
Финансируемые Ираном проекты предусматривали строительство двух ЛЭП Тейебаг-Герат и Торбете-Джам-Герат, напоминает Афганистан.Ру. Первая ЛЭП введена в строй в 2003г., вторая – в 2005г., что во многом облегчило проблему энергоснабжения в западных провинциях Афганистана. При содействии Ирана были построены дороги Герат-Исламкала и Герат-Меймена. Крупнейшим событием стало открытие в 2005г. шоссейной дороги Догарун-Герат длиной 123 км., которая соединила иранскую провинцию Хорасан с афганской западной провинцией Герат. Ранее, в 2004г., на границе Ирана и Афганистана был открыт мост Милак, который обошелся иранской стороне в 3 млн.долл. США.
Роль Ирана в судьбе Афганистана трудно переоценить, т.к. без ИРИ решить проблему восстановления стабильности и безопасности в этой стране невозможно.
Тегеран стремится стать одним из ключевых внешнеэкономических партнеров стран Центральной Азии, а также укрепить свои позиции в областях, традиционно входящих в зону иранского влияния – Таджикистан, Западный и Северо-Восточный Афганистан, Туркменистан. Кроме того, в последнее время Иран проявляет активный интерес к интеграции в Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС) и Организацию Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). ИРИ имеет в ШОС статус наблюдателя, но в марте 2008г. Тегеран подал официальную заявку на членство в организации. Пока его вступление в ШОС лоббирует только Таджикистан, но Махмуд Ахмадинежад надеется заручиться также поддержкой Казахстана. Большую часть членов обеих структур, основной сутью которых является обеспечение военной безопасности входящих в них государств, составляют центральноазиатские страны СНГ – Казахстан, Узбекистан, Таджикистан и Кыргызстан, и стремление стать полноправным членом военно-политического союза с Россией и этими республиками является для Ирана мощным стимулом для более тесного взаимодействия с центральноазиатским регионом.
Туркмения приостановила переговоры с НК «Лукойл» по передаче ему блоков на шельфе Каспия, сообщил вчера РБК глава нефтяной компании Вагит Алекперов. «Пока туркменская сторона приостановила переговорный процесс. Надеюсь, что она его возобновит, и будет ясна какая-то конкретика», – сказал он. По словам В.Алекперова, пока не известно, когда это произойдет.Ранее сообщалось, что Лукойл намерен участвовать в разработке трех углеводородных блоков (19-й, 20-й, 21-й) на Каспийском шельфе в Туркмении на паритетных условиях с американской ConocoPhillips. Компания рассчитывала, что переговоры с министерством нефти Туркмении будут завершены к концу 2007г. Затем компания прогнозировала, что завершит переговоры по этим блокам до конца 2008г.
Нефтяная компания «Татнефть» (ТН) рассчитывает возобновить работы в Западной пустыне Ирака, на которых она работала в довоенный период. Об этом сообщил заместитель гендиректора ТН (он представляет интересы компании на Ближнем Востоке) Хамит Кавеев, выступая на российско-иракском «круглом столе». «Мы заинтересованы в возобновлении переговоров по блокам №8 и №9 в Западной пустыне Ирака и готовы работать как по разведке, так и по разработке этих месторождений. У нас есть все для этого возможности», – подчеркнул он. Работы на этих блоках «Татнефть» начала еще с конца прошлого века, однако весной 2003г., с началом американского вторжения в эту страну, освоение пустыни было свернуто. В авг. 2003г., когда стало окончательно ясно, что Саддам Хусейн к власти уже не вернется, гендиректор ТН Шафагат Тахаутдинов заявил в Альметьевске, что после того, как в Ираке нормализуется обстановка, татарстанские нефтяники готовы вернуться в эту страну (на тот момент ТН совместно с «Зарубежнефтью» имела два контракта на бурение 78 скважин, одна из которых была пробурена до начала военных действий в Ираке). Но затем все публичные разговоры на тему иракской нефти для татарстанской компании прекратились, и «Татнефть» переключилась на работу в соседних странах. Уже в конце 2003г. эта нефтяная компания выиграла тендер министерства нефти и минеральных ресурсов Сирии на блок №27 (он состоит из двух участков на юго-востоке Сирии в районе Аль-Бу-Камаль провинции Дейр-эз-Зор на границе с Ираком).
Итогом тендера стал контракт на разведку, разработку и добычу нефти на условиях СРП на этом блоке между ТН, правительством Сирийской Арабской Республики и Сирийской нефтяной компанией. Он предполагает проведение разведочных работ в течение семи лет и 25-летний период разработки и добычи нефти с последующим разделом продукции. Прогнозные извлекаемые ресурсы участка по категории С1 составляют до 6 млн.т. нефти, что может обеспечивать 300 тыс.т. добычи в год. Три разведочные скважины этого проекта, по сообщению ТН, показали наличие значительных запасов нефти, и совет директоров компании в начале этого года решил «принять меры для начала промышленной разработки открытых месторождений нефти в Сирии». В марте 2007г. «Татнефть» пришла в Ливию. Она заключила соглашение с Национальной нефтяной корпорацией Ливии о разведке и добыче нефти на условиях раздела продукции по трем крупным участкам в этой стране общей площадью 16 тыс.кв. км. Срок действия соглашений – 30 лет.
Специалисты «Татнефти» ведут работы в Иране, Омане, Саудовской Аравии и Туркмении. Так что вопрос возвращения в Ирак для «Татнефти», по сути, был вопросом времени. Как сообщило в начале апреля министерство нефти этого государства, ТН и «Роснефть» в рамках второго квалификационного процесса включены в список претендентов на разработку нефтегазовых месторождений в Ираке. Помимо двух российских компаний в список также включены казахстанская «Разведка добыча «Казмунайгаз», вьетнамская PetroVietnam Exploration and Production Corp., ангольская Sonangol, пакистанская Pakistan Petroleum Ltd., японская Japan Oil, Gas and Metals, JOGMEC, британская Cairn Energy и индийская Oil India Ltd. Эти компании сейчас проходят второй этап лицензирования, начавшийся 31 дек. пред.г. Прошедшие все стадии отбора зарубежные компании должны будут отдать иракским государственным нефтяным компаниям не менее 25% в каждом проекте. Разведанные запасы нефти в этой стране (120 млрд. бар.) и сейчас являются крупнейшими в мире после Саудовской Аравии. По оценкам некоторых аналитиков, до войны в Ираке российские нефтяные компании, в т.ч. и »Татнефть», по подписанным с иракской стороной договорам должны были добыть в этой стране не менее 25 млрд. бар. нефти.
Николай Подлевских, аналитик ИК «Церих кэпитал менеджмент». Интерес «Татнефти» к Ближнему Востоку понятен. Ее основная ресурсная база в России – падающие по добыче старые месторождения нефти. Увеличение добычи за счет вязкой нефти (битумов) требует применения новых дорогостоящих технологий. Экспансия на новые месторождения в России тоже имеет свои сложности. Освоение месторождений на Ближнем Востоке имеет меньшую себестоимость, чем аналогичные работы на многих тяжелых месторождениях Восточной Сибири и Крайнего Севера. Ближний Восток является стратегическим регионом с богатейшими запасами нефти и газа. Возможное незначительное сокращения влияния США в этом регионе будет автоматически замещаться другими странами. Важно использовать любую возможность, чтобы нарастить в нем присутствие наших нефтяных компаний. Здесь интересы государства и нефтяных компаний полностью совпадают. Поэтому заявление руководства «Татнефти» о готовности участвовать в тендерах министерства нефти Ирака на освоение месторождений не должно вызывать больших вопросов.
Обстановка в Ираке остается очень сложной. Готовность властей Ирака к возобновлению взаимодействия, скорее всего, может являться составной частью очень сложной и запутанной политико-экономической многоходовки, основным игроком в которой являются США. Поскольку и разведочное бурение, и освоение новых месторождений очень дорогостоящие и длительные процессы, то их рискованность в сложившихся условиях может перевесить возможные выгоды от участия. Однако нефтяные компании имеют большой опыт управления такими рисками в том числе, пытаясь в условиях большой неопределенности затянуть выполнение первых этапов, пытаясь в случае увеличения рисков ограничить деятельность в проекте относительно малозатратными работами, в т.ч. работами по сейсморазведке и полуимитационными работами по обустройству. Здесь существенным является аргумент, что менеджменту из Татарстана будет немного легче находить общий язык при взаимодействии с местными властями.
«Татнефть» в вопросах обеспечения условий контракта может рассчитывать на широкую поддержку государства. И все же у нее должна присутствовать готовность к откату назад и к тому, что вопросы возобновления работ компании в Ираке могут стать разменной монетой в большой геополитической игре.
Перспективы двустороннего торгово-экономического сотрудничества обсудили в Тегеране министры иностранных дел Таджикистана Хамрохон Зарифи и Ирана Манучехр Муттаки.Как сообщает департамент информации таджикистанского внешнеполитического ведомства, 11 апреля глава МИД республики по завершению рабочего визита в Ашхабад, где он принимал участие в очередном заседании Совета министров иностранных дел СНГ, транзитом посетил столицу Ирана, где встретился со своим иранским коллегой.
«В ходе конструктивной беседы стороны обсудили вопросы двустороннего сотрудничества и конкретно остановились на вопросах завершения строительства туннеля «Истиклол», активизации строительных работ на ГЭС «Сангтуда-2», разработки ТЭО по строительству железной дороги Шерхон Бандар-Мазори Шариф-Герат-Машхад, а также выделения кредита Таджикистану», – отмечается в сообщении МИД.
Nabucco Gas Pipeline International ожидает в долгосрочной перспективе реализацию поставок газа из Ирана, в т.ч. из терминалов СПГ, для трубопровода «Набукко», сказал управляющий директор консорциума проекта Рейнхард Митчек в интервью болгарскому Dnevnik daily. Другими возможными поставщиками газа для трубопровода, как сказал Митчек, могут стать Ирак и Египет.«Но для реализации этих поставок, необходима политическая стабильность», – сказал Митчек. По словам директора консорциума, Азербайджан и Туркменистан также могут получить выгоду от реализации этого проекта, поскольку в Каспийском регионе будут созданы хорошие инвестиционные условия.
Газопровод «Набукко», стоимостью 7,9 млрд. евро (10,1 млрд.долл.), предполагает поставки газа из Азербайджана и Центральной Азии в страны ЕС. Начало строительства газопровода намечено на 2011г., ожидается, что первые поставки начнутся в 2014г. Максимальная мощность трубопровода составит 31 млрд.куб.м. в год.
Как сказал Митчек, большой задачей на пути реализации проекта является синхронизация законодательной структуры стран-участниц проекта. По его словам, продолжаются переговоры с Турцией по приведению законодательства страны в соответствие с европейскими нормами. За последние несколько месяцев по этому вопросу был достигнут значительный прогресс, сказал Митчек.
Участниками проекта являются австрийская OMV, венгерская MOL, болгарская Bulgargaz, румынская Transgaz, турецкая Botas и немецкая RWE. Говоря о мировом финансовом кризисе, Митчек сказал, что в такой ситуации наблюдается «сжатие» рынка газа. «Но прогнозы таковы, что спрос на газ в Европе в долгосрочной перспективе будет расти. Мы провели переговоры с Европейским инвестиционным банком, Европейским банком реконструкции и развития, а также экспортными кредитными агентствами», – сказал Митчек.
Делегаты Совета туркменских племен Афганистана поддержали решение Верховного суда страны о продлении полномочий президента Хамида Карзая до даты проведения выборов будущего главы государства, которые состоятся 20 авг. этого года. Как сообщает национальное телевидение Афганистана, участники Совета, который собрался в Кабуле, также обсудили предстоящие выборы в провинциальные советы. Делегаты приняли решение выдвинуть четверых своих представителей в Кабульский провинциальный и городской советы.Решение Верховного суда вчера на своем собрании также поддержали делегаты Совета кучи (кочевников) западной провинции Герат. Старейшины, духовные лидеры и общественные деятели кочевников запада страны назвали продолжение деятельности президента Х.Карзая в период выборов национальной ответственностью и призвали всех граждан страны поддержать решение Верховного суда.
Именно Совет улемов провинции Герат еще до принятия решения Верховным судом о продлении полномочий нынешнего главы государства вынес фетву, дающую нынешнему главе государства полномочия находиться у власти вплоть до вступления в должность его преемника. Религиозные лидеры объявили, что Ислам считает недопустимым «вакуум власти» и поэтому президент должен нести ответственность в стране вплоть до передачи полномочий новому главе государства.
Государственный концерн «Туркменгаз» объявляет международный тендер на проектирование и строительство на территории Туркменистана газопровода «Восток-Запад» с созданием наземной инфраструктуры, обеспечивающей его эффективное функционирование. Тендер проводится по поручению президента Туркменистана Г.Бердымухамедова. Протяженность газопровода определяется в пределах от 800 км. до 1000 км. Финансирование работ осуществляется по согласованию сторон в таких формах как иностранные инвестиции, долевое участие туркменской и иностранной сторон на паритетных началах, финансирование туркменской стороной. Компаниям, желающим участвовать в тендере, предлагается подать письменную заявку в государственный концерн «Туркменгаз», получить пакет тендерных документов, оплатив 1150 долл. США с учетом НДС за лот. Последний срок подачи заявок – 27 июня 2009г.
По прогнозам Азиатского банка развития рост валового внутреннего продукта Узбекистана в тек.г. составит 7%, а в следующем – 6,5%. Как отмечается в ежегодном отчете АБР «Asian Development Outlook» за 2009г., росту экономики будут способствовать принимаемые правительством антикризисные меры. Отмечается, что благоприятные условия для экспорта и взвешенная монетарная политика обеспечили высокие темпы роста ВВП Узбекистана в последние годы. Падение мировых цен на сырье во II пол. пред.г. привело к замедлению роста, говорится в отчете. Специалисты банка отмечают, что глобальный кризис не затронул финансовый сектор страны напрямую, однако окажет влияние на экономику через сокращение экспорта и снижение объемов денежных переводов из-за рубежа. Правительство Узбекистана ожидает, что рост ВВП страны в тек.г. составит 8%, а инфляция не превысит 7-9%.
В пред.г. ВВП Узбекистана по официальным данным вырос на 9% по сравнению с 2007г., а инфляция составила 7,8%. По прогнозам АБР рост ВВП в Казахстане в 2009 и 2010гг. составит соответственно 2% и 3,3%, в Кыргызстане – 4% и 6%, в Таджикистане – 3% и 4%, а в Туркменистане – по 10%. Объем выделенных кредитов этой международной финансовой организацией для Узбекистана превышает 1 млрд.долл. Эти средства направлены на реализацию 25 проектов стратегического характера, имеющих отношение к сферам транспортной инфраструктуры, энергетики, сельского хозяйства, коммунального хозяйства, малого бизнеса и частного предпринимательства, общего, среднего специального, профессионального образования. В качестве технической помощи были предоставлены гранты общим объемом 72 млн.долл.
Президенты Узбекистана и Туркмении 3 апреля тек.г. обсудили по телефону двустороннее сотрудничество и согласовали позиции по водно-энергетической проблеме Средней Азии. На следующий день после телефонного разговора премьер-министр Казахстана совершил рабочий визит в Ташкент, где встретился с президентом Узбекистана. Эксперты после данной встречи выразили мнение, что президенты двух стран решили в предстоящем в конце апреля саммите глав государств-участников Международного фонда по спасению Арала в Алматы выступить единым фронтом против намерений Таджикистана и Киргизии развивать собственную гидроэнергетику без согласования со всеми заинтересованными сторонами и безусловного соблюдения необходимых в подобных случаях международных процедур.
США опасаются, что действия России нивелируют значимость проекта «Набукко» или вообще сделают его нецелесообразным. У России есть все шансы перехватить газ, предназначенный для «Набукко», и замкнуть эти поставки на себя, признают эксперты. Газопровод «Набукко» предназначен для поставки в страны Европы газа из Прикаспийского региона, а также, возможно, Ирана. В проекте участвуют австрийская OMV Gas & Power GmbH, венгерская MOL.Америка боится, что Россия перехватит газ, предназначенный для газопровода «Набукко». Как пишет американская The Wall Street Journal, меморандум, подписанный Россией и Азербайджаном в конце марта, потенциально может сделать проект «Набукко» нецелесообразным.
В документе говорится о поставках газа в Россию с новых азербайджанских месторождений с учетом последующего экспорта в Евросоюз. А планировалось, что «Набукко» на первом этапе будет заполняться именно газом из Азербайджана. Азербайджанского газа может попросту не хватить.
США – один из инициаторов «Набукко», и материал WSJ, вышедший через две недели после подписания российско-азербайджанского меморандума, – «предупреждение странам Евросоюза, очередное напоминание о том, что «плохие русские» намерены установить тотальный контроль энергопоставок», – говорит аналитик Financial Bridge Дмитрий Александров.
У американцев действительно есть все основания для опасений, говорят эксперты. «Сейчас Азербайджан добывает 10-12 млрд.куб.м. газа ежегодно. Однако в будущем эта страна планирует увеличить добычу до более чем 50 млрд.куб.м. в год.
При мощности «Набукко» в 30 млрд.куб.м., если газ с новых азербайджанских месторождений (35-40 млрд.куб.м. ежегодно) будет уходить «Газпрому», газопровод «Набукко» просто нечем будет заполнять», – объясняет Александров. Стратегия «Газпрома» – замкнуть на себя весь газ потенциальных поставщиков «Набукко», говорят эксперты.
«С Туркменистаном принципиальная договоренность уже есть, хотя туркменская сторона и отказывается строить трубу от своих месторождений; с Ираном недавно было заключено соглашение о спотовых поставках газа – так сказать, пробный выстрел в ту сторону; теперь – меморандум с Азербайджаном, – говорит аналитик. – Понемногу «Газпром» осуществляет свои планы».
Странам-поставщикам выгоднее иметь дело с Россией, нежели с американо-европейским проектом «Набукко», признают эксперты. «Газпром» может предложить поставщикам фактически европейские цены (минус стоимость транзита через территорию России), – поясняет аналитик ИК «Атон» Вячеслав Буньков. – «Набукко» также предлагает евроцены, однако это долгосрочный проект, с неясными перспективами строительства. В то время как «Газпром» уже сейчас предоставляет гарантированные объемы сбыта. Монополия в любом случае будет выкупать весь законтрактованный газ, даже если он будет особо и не нужен – в крайнем случае «Газпром» сократит собственную добычу. Для поставщиков это более простой и надежный путь».
В этом случае Россия сохранит мощнейший рычаг воздействия на европейского потребителя. Проект «Набукко» призван как раз снизить зависимость Евросоюза от российских поставок, и, если он лопнет, Европе не останется ничего, кроме как получать газ из российских «Северного потока» и «Южного потока». «Газпром» сохранит доминирующее положение, – говорит Буньков. – Без «Набукко» доля «Газпрома» на европейских рынках начнет расти».
Между Россией и Туркменией разгорается газовая война, поводом для которой стала авария на газопроводе Средняя Азия – Центр-4 (САЦ-4), соединяющим две страны, в ночь с 8 на 9 апреля и являющимся единственным каналом поставок туркменского газа в Росиию, пишет газета «Коммерсантъ». Обычная авария на газопроводе, которые случаются довольно часто, неожиданно получила оценку из МИДа Туркмении, который заявил о прямой виновности «Газпрома» в случившемся разрыве трубы.«Российская компания «Газэкспорт» (на самом деле компания уже переименована в «Газпром экспорт») без предварительного уведомления туркменской стороны резко сократила объемы отбираемого туркменского природного газа. В результате этого на участке газопровода САЦ-4, произошла авария», – цитирует издание заявление туркменского внешнеполитического ведомства. При этом в Ашхабаде действия «Газпрома» назвали «необдуманными и безответственными», подчеркнув, что «такой подход является односторонним грубым нарушением условий контракта купли-продажи газа».
Источник агентства Platts рассказал, что в среду «Туркменгаз» получил запрос от «Газпрома» на уменьшение отбора из САЦ-4 на 90%, что привело к значительному падению давления в газопроводе и, как следствие, взрыву. Представитель «Газпрома» подтвердил Platts, что российская монополия на этой неделе просила Туркмению сократить поставки, объяснив это снижением закупок газа со стороны Украины. Впрочем, объемы сокращения он уточнить отказался. Все топ-менеджеры «Газпрома» накануне в столице отсутствовали и никакого официального комментария не последовало, однако источник газеты в газовом гиганте заявил, что взрыв произошел по причине «ошибки диспетчеров или старости трубы».
Газета отмечает, что отношения между странами обострились еще на прошлой неделе, когда Ашхабад объявил тендер на строительство газопровода Восток-Запад, который должен вывести газ крупнейшего в СНГ Иолотанского месторождения на берег Каспийского моря. Ранее предполагалось, что трубу будет строить «Газпром», соединив его с будущим Прикаспийским газопроводом из Туркмении в Россию через Казахстан.
Туркмения – крупнейший поставщик среднеазиатского газа «Газпрому». В пред.г., по данным МИД Туркмении, «Туркменгаз» экспортировал более 47 млрд.куб.м. газа, а в этом рассчитывает поставить более 51 млрд. На ремонт САЦ-4 потребуется неделя, но поставки будут восстановлены уже через три дня, рассказал источник в «Тукрменгазе». Однако в условиях резкого падения спроса на газ в Европе монополии выгоднее экспортировать собственный газ. «Для «Газпрома» авария – облегчение, поскольку доход от экспорта 170-200 млн.куб.м. газа за три дня (в ценах для Украины 45,9-54 млн.долл.) поступит в бюджет монополии. В то же время реэкспорт туркменского газа прибыли не приносит», – считает директор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин.
Казахстан и Газпром не исключают увеличения мощности казахстанской части Прикаспийского газопровода на 20 млрд.куб.м. Как сообщает пресс-служба президента Казахстана, глава государства Нурсултан Назарбаев обсудил эту тему вчера в Алма-Ате с председателем правления Газпрома Алексеем Миллером. На встрече обсуждались вопросы казахстанско-российского сотрудничества в газовой сфере и, в частности, перспективы увеличения проектной мощности Прикаспийского газопровода на 20 млрд.куб.м., говорится в сообщении, передает РБК.Как сообщила пресс-служба Газпрома, в ходе переговоров стороны уделили особое внимание вопросам, связанным с взаимными поставками газа и реализацией проекта Прикаспийского газопровода, а также с подготовкой необходимых документов для принятия решения об увеличении его проектной мощности. Кроме того, президент Казахстана и глава Газпрома рассмотрели реализацию соглашения о создании совместного предприятия на базе Оренбургского ГПЗ, возможности совместной разработки трансграничного газоконденсатного месторождения Имашевское и структуры Центральная в Каспийском море.
Глава Газпрома Алексей Миллер по итогам встречи заявил журналистам в Алма-Ате, что переговоры с казахскими партнерами проходили также «по вопросам обеспечения надежности и стабильности поставок газа из государств Средней и Центральной Азии, из которых крупнейшим поставщиком является Туркменистан». А.Миллер выразил уверенность, что в будущем сотрудничество с Туркменией, являющейся «стратегическим партнером в газовой сфере», будет только укрепляться. «Новые газотранспортные мощности, которые будут созданы, в частности, в процессе реализации проекта Прикаспийского газопровода, будут способствовать повышению надежности транспортировки газа из Туркменистана. Это общая цель Газпрома и наших партнеров в Средней и Центральной Азии», – сказал он.
Межправительственное соглашение РФ, Казахстана и Туркмении по проекту строительства Прикаспийского газопровода было подписано 20 дек. 2007г. Изначально предполагалось, что по нему будет транспортироваться до 10 млрд.куб.м. в год из Туркмении и до 10 млрд.куб.м. в год из Казахстана. Однако в июле 2008г. Газпром и власти Туркмении подписали соглашение, предполагающее увеличение мощности туркменского участка Прикаспийского газопровода до 30 млрд.куб.м. Предполагаемый объем транспортировки газа по Прикаспийскому газопроводу будет составлять до 30 млрд.куб.м. в год из Туркмении и до 10 млрд.куб.м. в год из Казахстана. При этом Россия, Казахстан и Туркменистан заявили, что могут рассмотреть возможность увеличения мощности Прикаспийского газопровода с учетом развития своей сырьевой базы.
Строительство газопровода планируется начать во II пол. 2009г. и завершить не позднее 2010г. Прикаспийский газопровод пройдет от компрессорной станции «Белек» в Туркмении на берегу Каспийского моря через Казахстан до российской газоизмерительной станции «Александров Гай» в Саратовской обл. Протяженность Прикаспийского газопровода составит 1 тыс. 700 км., из которых более 500 км. придется на территорию Туркменистана, и 1 тыс. 200 км. – на Казахстан. Проект предполагает строительство нового газопровода и реконструкцию существующего газопровода Окарем-Бейнеу, соединяющего туркменские газовые месторождения с магистралью Средняя Азия – Центр (САЦ), а также самого САЦ. Планировалось, что «Туркменгаз» расширит старый или построит новый газопровод до границы с Казахстаном. Казахстан также обязался увеличить мощности по транспортировке по этому маршруту. Россия гарантировала закупку объемов газа и расширение САЦ на своей территории.
За март 2008г.-март 2009г. через провинцию Северный Хорасан из Ирана было экспортировано 18,281 т. товаров общей стоимостью 13 353 млн.долл.Начальник таможни провинциии Джавад Джафари отметил, что через Северный Хорасан иранские товары, как правило, направляются в Турцию, Туркменистан, Афганистан, Киргизию, Узбекистан, Ирак и Сирию. В основную группу экспортируемых товаров входят порошок оксида алюминия, строительный камень, изделия из металла и продукты питания.
Казахстан в качестве компромисса и в целях достижения результата в вопросе по урегулированию правового статуса Каспийского моря предлагает установить прибрежные страновые суверенные зоны шириной 22-25 миль. Соответствующую инициативу изложил глава республики Нурсултан Назарбаев во время переговоров с президентом Ирана Махмудом Ахмадинежадом.Н.Назарбаев отметил, что Казахстан верен своей политике обеспечения добрососедских отношений в регионе Каспийского моря и считает наиболее целесообразным установление суверенной зоны в 22-25 миль, внешняя граница которой являлась бы государственной. По мнению Астаны, «такое компромиссное по сути решение могло бы удовлетворить интересы всех каспийских стран и позволить успешно взаимодействовать на море».
Казахстан изначально придерживался принципа демилитаризации Каспия и для обеспечения безопасности и стабильности на Каспийском море «предложил взаимовыгодную формулу сотрудничества по линии пограничных, таможенных служб и правоохранительных ведомств двух стран».
Ранее Казахстан придерживался такого принципа раздела акватории Каспия: внутренние воды, территориальное море (не менее 12 морских миль), рыболовные зоны (25-30 морских миль, отсчитываемых от исходных линий) и общее водное пространство.
Астана утверждала, что «внешний рубеж территориального моря должен являться госграницей, в пределах которой прибрежное государство будет осуществлять исключительную юрисдикцию и обладать всей полнотой власти».
По мнению казахстанской стороны, всеми правами на рыболовство в рыболовных зонах должна обладать соответствующая сторона, а в открытом море прикаспийские страны могли бы иметь право на свободу судоходства и рыболовства «на основе согласованных квот вылова и лицензирования промысла».
Казахстан до сих пор считал данный вариант наиболее приемлемым и отвечающим интересам всех прикаспийских государств, а акцентировать внимание «следует не на названиях, а на определении ширины и правового режима указанных зон».
Каспийские страны на протяжении уже более 10 лет ведут переговоры о правовом статусе Каспия. За это время был разработан ряд документов, которые подвели договорно-правовую базу под разработку и добычу полезных ископаемых в северной части дна Каспийского моря. Вместе с тем пока не удалось достичь аналогичных договоренностей по южной части Каспия в треугольнике между Азербайджаном, Ираном и Туркменистаном. Данная ситуация «препятствует решению вопросов недропользования на всем Каспии и тормозит пятистороннее согласование соответствующих положений конвенции о правовом статусе Каспийского моря в целом».
Большинство прикаспийских стран, включая Казахстан, Россию и Азербайджан, придерживаются принципа раздела дна моря по принципу модифицированной срединной линии. У Ирана была своя позиция по этому вопросу. Тегеран предлагал поделить море в одинаковой пропорции между всеми пятью прибрежными государствами, т.е. каждой стране – по 20% части моря.
Статус Каспия продолжает оставаться таким, каким он был определен в договорах между СССР и Ираном 1940г., когда свыше 86% акватории моря были советскими и менее 14% – иранскими.
Вчера на встрече в Астане президенты Казахстана Нурсултан Назарбаев и Ирана Махмуд Ахмадинежад обсуждали диверсификацию энергетических и транспортных маршрутов Казахстана, в т.ч. в иранском направлении, пишет «Независимая газета».С 1997г. Казахстан начал сотрудничать с Ираном по SWAP-операциям в рамках замещения нефти: казахстанская нефть танкерами поставлялась в иранские северные порты, а Иран в своих портах Персидского залива те же объемы, но своей нефти отгружал импортерам третьих стран в пользу Казахстана. Эксперты не исключают, что такая же схема будет применяться и в поставках сжиженного газа. По их мнению, Казахстану гораздо удобнее пользоваться SWAP-операциями, нежели вкладываться в дорогостоящие транскаспийские проекты.
В пред.г. Тегеран и Астана начали переговоры по проекту строительства трубопровода Казахстан-Туркмения-Иран (Персидский залив). Этот маршрут должен был позволить Казахстану выйти в Персидский залив и получить доступ к азиатским рынкам. Планировалось также построить нефтеочистительный завод на севере Ирана вблизи берегов Каспия. Однако в планы вмешался мировой финансовый кризис, и Казахстан на время свернул масштабные программы.
Реализации этих планов мешают тяжелые отношения Ирана с США. Вашингтон использует все возможности для того, чтобы заставить Иран отказаться от развития военной ядерной программы. Обеспокоены этим и в Астане, отмечает газета. Казахстан выступает за урегулирование этой проблемы дипломатическими методами и рекомендует Ирану доказать мирный характер ядерных разработок
Если ситуация не изменится, Казахстан вынужден будет переориентировать нефтяные потоки в сторону Китая. Эксперты говорят, что это наименее рискованный для Казахстана маршрут и, к тому же, выгодный – между Астаной и Пекином нет посредников.
Казахстан продолжает диверсификацию своих энергетических и транспортных маршрутов, в т.ч. в иранском направлении. Об этом шла речь на встрече в Астане президентов Казахстана Нурсултана Назарбаева и Ирана Махмуда Ахмадинежада. В пред.г. Тегеран и Астана начали переговоры по проекту строительства трубопровода Казахстан-Туркмения-Иран (Персидский залив). Как тогда отметил президент Национальной компании «КазМунайГаз» Каиргельды Кабылдин, иранский маршрут позволит Казахстану выйти в Персидский залив и получить доступ к азиатским рынкам. В будущем предполагалось подключить этот трубопровод к системе иранских нефтепроводов, которые в наст.вр. транспортируют нефть с юга страны на север, и высвободить определенную мощность этой системы для переброски казахской нефти в Персидский залив на о-в Харк и далее к потребителям в Юго-Восточной Азии. Одновременно планировалось построить нефтеочистительный завод на севере Ирана вблизи берегов Каспия – казахская нефть относится к категории тяжелых и нуждается в переработке. Однако после начала мирового финансового кризиса Казахстан свернул эти программы.Назарбаев и Ахмадинежад затронули также вопросы создания транспортного коридора через Туркмению. Проект предусматривает прокладку железной дороги от казахстанской станции Узень через туркменские Кызылкия-Берекет-Этрек до иранского города Горган, где она соединится с иранской. Строительство нового участка длиной почти 700 км., по предварительным расчетам, должно занять 5 лет. После ввода в эксплуатацию магистраль сможет пропускать ежегодно 9,6 млн.т. грузов, а впоследствии – до 12 млн.т., время нахождения в пути грузов сократится почти на двое суток. Пока проект реализуется, металл и зерно в иранском направлении перевозятся по Каспию. Иран является одним из ключевых покупателей казахстанской металлургической продукции. И несмотря на то, что спрос и цена на металлургическую продукцию существенно упали, Иран увеличивает закупки металлургической продукции.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter