Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе «Правительственного часа» в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации, Москва, 25 января 2017 года

Уважаемый Вячеслав Викторович,

Уважаемые депутаты Государственной Думы,

Благодарен за приглашение выступить на этом заседании Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в рамках «Правительственного часа».

Ценим ваш интерес к международной проблематике. Всегда рассматриваем парламентскую дипломатию как важный ресурс в деле эффективной реализации внешнеполитического курса России, упрочения доверия и взаимопонимания в мировых делах. МИД заинтересован в наращивании сотрудничества с Федеральным Собранием.

Сегодня такая слаженная работа особенно востребована. Ситуация в мире остается непростой, о чем неоднократно говорил Президент Российской Федерации В.В.Путин, в том числе в Послании Федеральному Собранию и на пресс-конференции в декабре прошлого года. Груз взаимного недоверия сужает возможности для эффективных ответов на стоящие перед мировым сообществом реальные вызовы.

Основная причина нынешнего положения дел заключается в стремлении адептов отжившей теории однополярного гегемонизма любой ценой сохранить свое глобальное доминирование, навязать всем и повсюду псевдолиберальные ценности без учета культурно-цивилизационного многообразия современного мира. Никогда еще принципы свободы выбора, соблюдения прав человека не использовались столь цинично в качестве лозунгов для прикрытия политической и экономической экспансии.

Вместе с тем мир продолжает стремительно меняться. Происходит перераспределение экономической мощи и связанного с этим политического влияния. Процесс формирования устойчивой полицентричной системы стал объективной реальностью.

Российские оценки ситуации отражены в обновленной редакции Концепции внешней политики, одобренной Президентом России В.В.Путиным в ноябре прошлого года. Опираясь на верховенство международного права, центральную роль ООН и ее Совета Безопасности, документ усиливает акцент на борьбу с терроризмом и экстремизмом. Значительное внимание уделено активному участию в работе многосторонних структур, включая Союзное Государство России и Белоруссии, ЕАЭС, ОДКБ, СНГ, БРИКС, ШОС, «Группу двадцати». При этом сохранена преемственность таких основополагающих принципов, как прагматизм, самостоятельность, многовекторность внешней политики России, которые на практике доказали свою эффективность.

Большинство мирового сообщества выступает за демократизацию международной жизни. Возрастает востребованность продвигаемых Россией деидеологизированных подходов в пользу многосторонности и коллективной работы. В глазах все большего числа государств наша страна выступает гарантом стабильности, центром притяжения для тех, кто заинтересован самостоятельно определять свое будущее.

Отечественная дипломатия продолжает работу по отстаиванию интересов России, созданию максимально благоприятных внешних условий для обеспечения безопасности, развития нашей страны, благополучия наших граждан. Это – безусловный приоритет.

Что касается злободневных вопросов международной повестки, то, разумеется, особое внимание уделяем региону БВСА, где в результате «экспорта демократии» возник опасный вакуум власти. В «черную дыру» беззакония чуть было не «провалился» огромный регион – от берегов Атлантики до Афганистана. Суть мер, которые предпринимает Россия во взаимодействии с другими странами, хорошо известна. Не буду останавливаться на них подробно. Отмечу лишь, что эффективная борьба с терроризмом невозможна без стабилизации Ближнего Востока, без действенного мирного решения конфликтов, которыми он перенасыщен – будь то в Сирии, Ираке, Ливии, Йемене. Наращиваем взаимодействие с Турцией, Ираном, другими государствами региона для решения острых проблем сирийского кризиса. Благодаря согласованным усилиям прежде всего по линии военных ведомств удалось освободить от экстремистов Алеппо, а затем ввести режим прекращения боевых действий на основе соглашения от 29 декабря прошлого года.

Позавчера и вчера в Астане состоялась встреча Правительства Сирии и вооруженной оппозиции, результаты которой призваны содействовать продвижению процесса политического урегулирования в соответствии с резолюциями Совета Безопасности ООН.

По-прежнему тревожит ситуация на Востоке Украины. Основное препятствие на пути преодоления внутриукраинского кризиса – упорное нежелание киевских властей выполнять взятые на себя в Минске почти два года назад обязательства. Более того, Киев продолжает устраивать вооруженные провокации на линии соприкосновения, не прекращает военную реваншистскую риторику.

Контакты с зарубежными партнерами, в т.ч. в «нормандской четверке», а также с США, показывают, что сохраняется общее понимание безальтернативности реализации Минских соглашений во всей их совокупности. Разумеется, невозможно добиться этого без прямого диалога Киева с Донецком и Луганском, как это и закреплено в резолюции Совета Безопасности ООН 2202.

Особое внимание уделяем интеграционным процессам на постсоветском пространстве. Содействуем налаживанию внешних связей ЕАЭС в русле реализации инициативы Президента России В.В.Путина о формировании в Евразии широкого партнерства.

Вступило в силу Соглашение о свободной торговле между ЕАЭС и Вьетнамом. Набирают обороты переговоры по заключению соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве между ЕАЭС и КНР. Продолжаются шаги по сопряжению строительства ЕАЭС и «Экономического пояса Шелкового пути». Идею В.В.Путина о развитии широкого евразийского партнерства активно поддержали члены АСЕАН на саммите в Сочи в мае прошлого года. Практическая работа по линии Евразийской экономической комиссии ведется сейчас более, чем с дюжиной стран и интеграционных объединений. В целом заинтересованность в налаживании сотрудничества с ЕАЭС выразили порядка пятидесяти государств. Это способствует встраиванию России в интеграционные процессы в Азиатско-Тихоокеанском регионе, что отвечает долгосрочным национальным интересам, задачам комплексного развития Сибири и Дальнего Востока.

Неизменным остается курс на упрочение российско-китайских отношений стратегического партнерства, которые мы рассматриваем как образцовые для ответственных крупных держав в XXI веке. Наше внешнеполитическое взаимодействие, в том числе в ООН, утвердилось в качестве важного фактора поддержания глобальной стабильности.

Приоритетным направлением остается углубление стратегического партнерства с Индией, Вьетнамом, Лаосом, расширение связей с другими государствами АТР. В результате первого за одиннадцать лет официального визита Президента России В.В.Путина новый импульс практически во всех областях получили отношения с Японией.

Диалог с США и Евросоюзом не может строиться иначе как на принципах равноправия, взаимного уважения и учета интересов друг друга, т.е. так же, как со всеми другими нашими партнерами. Понятно, что для преодоления тяжелейшего ущерба, нанесенного российско-американскому взаимодействию при Б.Обаме, потребуются время и серьезная работа. Мы, как отметил Президент России В.В.Путин, готовы пройти свою часть пути по оздоровлению связей в интересах наших народов, глобальной безопасности и стабильности. Разделяем заявленную позицию Президента США Д.Трампа в пользу налаживания нормального взаимодействия. При этом, разумеется, судить будем по делам. Уверены, что в итоге национальные интересы, порядочность и предсказуемость при их продвижении поставят все на свое место.

Наследие ушедшей администрации США сказалось и на плачевном состоянии отношений России с ЕС. Видим, что в деловых и общественных кругах ЕС растет запрос на нормализацию отношений с Россией. Надеемся, что Брюссель сможет трезво расставлять приоритеты, не идти на поводу у узкой, но крайне агрессивной группы русофобов. Наши предложения о путях возвращения к здравому смыслу были переданы Президентом В.В.Путиным Председателю Еврокомиссии Ж.-К.Юнкеру в ходе встречи в июне 2016 года. Остаются в силе и подвешенные Брюсселем предложения Евразийской экономической комиссии о рабочих контактах с Еврокомиссией.

Принимаем совместно с коллегами из других ведомств ответные меры на действия НАТО по изменению военно-политической ситуации в Европе, включая размещение новых элементов военного потенциала Североатлантического альянса вблизи российских границ, создание американской глобальной ПРО и ее европейского сегмента. Россия – мирная страна, но наше миролюбие опирается на готовность и способность при любых условиях обеспечить безопасность наших граждан.

Углубляются связи с Кубой, Венесуэлой, Никарагуа, Аргентиной, Бразилией, ЮАР, Нигерией, Суданом, Эфиопией, Гвинеей, Угандой, другими странами Латинской Америки и Африки и с их интеграционными структурами.

Повышенное внимание уделяем поддержке отечественного бизнеса за рубежом, продвижению крупных инвестиционных проектов, недопущению дискриминации и недобросовестных методов в отношении российских компаний.

Неизменный приоритет — защита прав и интересов соотечественников, росграждан, попавших в трудную ситуацию за границей. Расширяем международные гуманитарно-культурные обмены, которые находятся на подъеме с подавляющим большинством стран. Укрепляем партнерство с гражданским обществом и средствами массовой информации в т.ч. с учетом необходимости должного ответа на развязанную против России информационную войну.

Подлое убийство Посла России в Анкаре А.Г.Карлова лишний раз подчеркнуло острую необходимость повышения безопасности российских загранучреждений и их сотрудников. В межведомственном формате подготовлен комплекс мер, который был одобрен Президентом России В.В.Путиным и на основе которого были даны поручения Председателя Правительства Д.А.Медведева. Добиваемся их выполнения, что потребует дополнительных ресурсов. В этом рассчитываем на вашу поддержку.

Все наши действия направлены на создание условий для мирного поступательного развития России и обеспечения интересов её граждан. Считаю, что совместными усилиями, координируя действия с парламентской и общественной дипломатией, нам удастся успешно решить все задачи, которые ставит перед нашей дипломатической службой руководство страны.

Спасибо за внимание.

Вопрос: Президент США Д.Трамп во время предвыборной кампании сказал, что, как только станет Президентом, он изменит взаимоотношения с Китаем по созданию рабочих мест внутри США путем переноса на национальную территорию производственных мощностей ТНК, а там, где это невозможно или невыгодно, через введение дополнительных импортных пошлин. Он позвонил главе тайваньской администрации, чем вызвал негативную реакцию со стороны руководства Китая. Какую позицию займет Россия, если возникнут осложнения в отношениях США и Китая? Ведь у нас с КНР дружеские стратегические взаимоотношения. Было бы здорово, если бы три великие державы – Россия, Китай и США – установили дружеские связи и сотрудничество.

С.В.Лавров: Я с Вами полностью согласен. По большому счету, Вы сами дали ответ на этот вопрос. Мы никогда не дружим с кем бы то ни было против кого-то.

Наши отношения с Китаем, действительно, переживают подъем, расцвет, они небывало насыщенные, доверительные, дружественные и эффективные как в том, что касается двустороннего сотрудничества во всех областях, так и в отношении нашего взаимодействия, координации наших шагов на международной арене. Я не думаю, что какие-либо перспективы развития отношений с любой другой страной мира должны ставить под вопрос российско-китайское стратегическое партнерство и многоплановое взаимодействие.

Абсолютно согласен с Вами, что в идеале, конечно, все крупные державы должны осознать свою ответственность за то, чтобы выстраивать отношения друг с другом и на благо своих народов и таким образом, чтобы не подрывать глобальную стабильность, не создавать конфронтационные зазоры в международных отношениях. Это требования той самой объективно формирующейся многополярности, которая идет на смену биполярному и однополярному миру, который пытались создать, но который провалился.

Россия, США, Китай наряду с Евросоюзом, с мощными странами Азии, Латинской Америки, Африки, такими, как, например, Индия, ЮАР, Бразилия и другие, – это центры современного экономического роста и финансовой мощи. Политическое влияние этих стран также возрастает. По сути дела, формируется группа объединений таких, как Евросоюз, интеграционные объединения на постсоветском пространстве, без которых будет очень трудно регулировать международные экономические и политические вопросы.

Мы за то, чтобы Россия, США и Китай выстраивали отношения между собой, причем этот треугольник не должен быть закрытым и направленным на какие-то проекты, которые будут настораживать другие государства. Открытый честный характер. Я убежден, что структура экономики России, США и Китая такова, что здесь можно найти много взаимодополняемого в материально-хозяйственной сфере.

Что касается проблем безопасности в мире, то это три страны, которые играют очень большую роль. Россия с Китаем оказывали сдерживающее воздействие на попытки вносить конфронтационные, силовые решения в мировую политику. Рассчитываем, что Д.Трамп, который подтвердил свою нацеленность на решение проблем прежде всего Америки, на отказ от вмешательства во внутренние дела других государств, будет следовать той же линии.

Вопрос: Российскими дипломатами прилагаются значительные усилия для расширения влияния России в мире, поддержки разными странами наших переговорных позиций, продвижения национальных интересов. В этом контексте представляется важной утвержденная в 2014 г. Концепция государственной политики в сфере содействия международному развитию, которая реализуется пока в основном через ооновские организации и по другим многосторонним каналам. Как Вы оцениваете перспективность и эффективность реализации этой Концепции в качестве инструмента мягкой силы для продвижения наших стратегических интересов в разных странах? Что нам необходимо предпринять для активизации этой работы?

С.В.Лавров: Аудитор Счетной палаты Российской Федерации А.И.Жданьков уже упомянул, что Концепция участия России в международном содействии развитию успешно реализуется на практике. У нас действительно очень впечатляющие цифры содействия развитию. В прошлом году Россия оказала двустороннюю и многостороннюю помощь на сумму 1 млрд. 160 млн. долл. США. Львиная доля, больше 77%, идет на оказание содействия по двусторонним каналам. Считаю, что это наиболее эффективный способ оказать поддержку нашим друзьям, союзникам и одновременно упрочить позиции России в соответствующих странах.

Основная часть этой двусторонней помощи идет странам СНГ, нашим союзникам по ОДКБ и партнерам по интеграционным проектам. 22,5% от суммы – это деньги, которые направляются по каналам многосторонних организаций, через Группу Всемирного банка и ООН (хотя Всемирный банк формально является специализированным учреждением системы ООН, но это достаточно автономная организация). По линии ООН, без Всемирного банка, помощь составляет порядка 105 млн. долларов США в год. Она вся целевая, необезличенная, хорошо известна всем ее получателям по линии многосторонних проектов как помощь Российской Федерации. Мы заключили соглашение о создании совместного фонда с Программой развития ООН (ПРООН), через который будет более эффективно направляться наше содействие.

Из шагов, которые я все-таки предложил бы рассмотреть, и мы об этом говорим с Министерством финансов, это делать больше, чтобы то, что мы отправляем по каналам группы Всемирного банка, все-таки ассоциировалось с Российской Федерацией. Часто по этим каналам помощь поступает обезличенно, как бы от неких абстрактных руководителей Всемирного банка.

Вопрос: Вы в своем выступлении оценили развитие обстановки на Украине и вокруг нее, которая, мягко говоря, не внушает оптимизма. Возникает ощущение, что в урегулировании проблем не заинтересован ни Киев, ни ведущие мировые игроки за исключением России, которая за свои же усилия в ответ получает санкции и вылитые информационные «помои». Как Вы считаете, возможно ли изменение этого негативного вектора в связи с приходом в политику Д.Трампа и новых членов его Администрации, а также с предстоящей в ближайшее время сменой руководителей в ряде западных государств? Насколько в целом договороспособен режим в Киеве?

С.В.Лавров: Пока мы не видим признаков «договороспособности» у руководства Украины. Последний пример. Буквально на днях Президент Украины П.А.Порошенко заявил, что Киев не сделает ни единого шага по выполнению политических аспектов Минских договоренностей, пока не будут полностью обеспечены его требования в сфере безопасности, вплоть до взятия под полный контроль всех участков российско-украинской границы. Это говорит публично Президент, подписавший Минские договоренности, в которых черным по белому сказано, что контроль над границей будет полностью восстановлен, когда все политические обязательства Киева будут выполнены, включая проведение амнистии, выборов, при обеспечении особого статуса Донецка и Луганска и его закрепления в конституции Украины на постоянной основе. Президент Украины П.А.Порошенко просто прямо «в лоб» противоречит тому, под чем он «подписался» вместе с президентами России и Франции В.В.Путиным и Ф.Олландом и Канцлером ФРГ А.Меркель.

Министр внутренних дел А.Б.Аваков также на днях посещал, как я припоминаю, штаб-квартиру Национальной гвардии Украины, где заявил о необходимости готовиться к силовому возвращению Юго-Востока и Крыма. Вот такие деятели руководят сейчас этой страной и процессом по выполнению Минских договоренностей, вернее, по торможению выполнения Минских договоренностей.

По разным каналам от наших коллег в Европе мы знаем, что в подавляющем большинстве европейских правительств прекрасно понимают, что происходит, понимают нежелание украинской власти выполнять Минские договоренности, понимают, что продолжающиеся вспышки насилия и перестрелки на линии соприкосновения главный образом провоцируются украинскими вооруженными силами при поощрении Киева и при участии т.н. добровольческих батальонов, включая «Правый сектор», который сохраняет свои абсолютно автономные позиции и не принимает никаких команд от руководства украинской армии, действуя по собственному усмотрению. Все это поощряется, потому что украинские руководители полагают, что, как только установится мир и тишина, от них начнут требовать по-настоящему выполнять то, что они пообещали.

Надеюсь, что с приходом Д.Трампа в Белый дом при реализации заявленных им подходов к внешней политике как к чему-то прагматичному, что не должно создавать лишних проблем для США, в связи с тем, что он не хочет вмешиваться в дела других государств, украинское руководство почувствует необходимость более самостоятельно действовать и не будет полагаться на своих заокеанских хозяев, как это было при Б.Обаме и Дж.Байдене.

Вопрос: В прошлом году граждане Великобритании проголосовали за выход из ЕС. Кандидат в президенты Франции М. Ле Пен также в случае своей победы на президентских выборах обещала провести референдум наподобие английского. Санкционная политика со стороны Евросоюза по отношению к России тоже неоднозначна, потому что многие лидеры европейских стран ее не поддерживают. Означает ли это, что мы в ближайшее время можем стать свидетелями распада ЕС?

Прибалтийские республики очень часто демонстративно нарушают права и интересы русскоязычного населения. Считаете ли Вы, что необходимо занять более жесткую экономическую и политическую позицию по отношению к этим странам?

С.В.Лавров: Что касается притеснения русскоязычных в странах Прибалтики, то мы постоянно говорим об этом на самых разных площадках, включая ООН, ОБСЕ, Совет Европы, различные комитеты, в том числе Комитет по ликвидации расовой дискриминации, реагируем на каждый недружественный шаг также и по двусторонним каналам. Я считаю, что русофобия в практическом своем проявлении должна встречать практические ответы. Невозможно дать рецепт на все случаи жизни, на все случаи подобных дискриминационных действий. Уверяю вас, что каждый раз мы подходим к такого рода вопросам весьма ответственно.

Что касается распада ЕС, то мы никогда не были в этом заинтересованы. Президент России В.В.Путин многократно говорил, что Россия хотела бы видеть Евросоюз сильным, единым и самостоятельным. Для меня просто удивительно слышать рассуждения о том, что Россия проводит работу против Евросоюза, сейчас «свалила» правительство демократов в США и собирается «свалить» правительства во Франции, Германии, Голландии и ряде других стран. И это подпитывается не просто на уровне безответственных политических заявлений. Я недавно смотрел «Евроньюс», корреспондент которого взял интервью у некоего политолога. Так вот он заявляет как о чем-то само собой разумеющемся, что Россия, конечно, заинтересована в ослаблении ЕС. «Евроньюс» не приводит никакого комментария и, конечно, не показывает альтернативной точки зрения.

Мы хотим, чтобы Евросоюз, еще раз подчеркну позицию Президента России В.В.Путина, был сильным, единым и самостоятельным и чтобы большинство в Евросоюзе, который все-таки представляет нормальные политические силы и нормальные государства, не шло на поводу у небольшой группки русофобов, спекулирующих на принципе т.н. солидарности и консенсуса и заставляющих ЕС идти по пути, который совсем не нравится большинству стран и граждан этого объединения.

Вопрос: Правительство Монголии планирует строительство нескольких ГЭС на притоках реки Селенга. Это строительство крайне беспокоит прибайкальские регионы, поскольку может иметь непредсказуемые последствия для акватории озера Байкал. Селенга – главный приток Байкала. Российские ученые полагают, что строительство ГЭС может привести к снижению уровня воды в озере и нарушению годового стока самой реки, что грозит серьезными экологическими проблемами для Байкала – одного из ценнейших природных объектов России, включенного в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Между тем, притоки Селенги не являются трансграничными реками, и хозяйственная деятельность на них Монголии не может регулироваться международными правилами и Соглашением по охране и использованию трансграничных вод, который был ратифицирован нашими странами в 1995 г. Необходимы иные решения и договоренности. Какова позиция Министерства? Участвует ли МИД России в защите интересов нашей страны в данном вопросе? Какие решения возможны?

С.В.Лавров: Мы знаем об этой проблеме и активно занимаемся урегулированием этой ситуации. В ходе прошлогоднего визита в Монголию я лично говорил с Президентом Ц.Элбегдоржем на эту тему. Наши Президент, Председатель правительства в ходе контактов с руководством Монголии затрагивают эту тему. Но помимо обозначения проблемы мы передали монгольским коллегам по линии наших соответствующих экономических ведомств свои оценки ситуации и предложения о том, как ее решить без строительства гидроэлектростанции. У нас есть возможности удовлетворить потребности Монголии в электроэнергии, не подвергая риску экологическую систему Байкала и окружающей его среды.

Вопрос: США вышли из Транстихоокеанского партнерства. Россия в свою очередь проявила интерес к участию в ТТП. Будет ли теперь наше участие более вероятным? Насколько оно целесообразно?

С.В.Лавров: Я бы не сказал, что мы проявляли интерес к участию в ТТП. Мы, как и Китайская Народная Республика, говорили, что, конечно, наблюдаем за этим процессом и отмечаем, что он нацелен на создание узкого «закрытого клуба», в рамках которого сначала будут выработаны правила, а уже потом в него будут приглашать всех остальных на условиях, которые создавались и вырабатывались без их участия, требуя их принятия.

Мы противопоставляли такому подходу концепцию создания открытых экономических пространств. Есть озвученная одновременно с ТТП китайская инициатива о формировании Всеобъемлющего регионального экономического партнерства. С этим, конечно, перекликается «Экономический пояс Шелкового пути». С нашей стороны есть проект Евразийской экономической интеграции, который не замыкается на «пятерку» нынешних членов и который ведет диалог о создании инструментов взаимодействия, включая в перспективе зону свободной торговли с полусотней государств и их объединениями. В его рамках Президент Российской Федерации В.В.Путин сформулировал идею большего Евразийского интеграционного проекта с участием членов ЕАЭС, ШОС и АСЕАН.

Сейчас, когда США официально вышли из ТТП (подписан Указ Президента США Д.Трампа), я не знаю, как будет дальше развиваться этот процесс. Например, Австралия заявила, что необходимо любой ценой сохранить всех остальных и двигаться вперед по этому пути без США. Япония же сказала, что без США в этих рамках не собираются ничего делать. Давайте посмотрим, как пойдет процесс. Еще раз скажу, что концептуально, все-таки, это не то, что мы считаем правильным. Правильным должен быть процесс объедения всех желающих участвовать в либерализации торговли, в продвижении взаимных инвестиций. И уже с участием всех заинтересованных стран вырабатывать условия, нормы и правила.

Вопрос: Визит Президента Российской Федерации В.В.Путина в Японию совершенно очевидно создает некую новую конфигурацию внешнеполитической обстановки в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Какие изменения намерен внести МИД России в практическую дипломатию? В настоящее время имеет место борьба за влияние в регионе между Китаем и Японией. Нам необходимо выстраивания отношения с этими странами. Изменится ли наша внешняя политика в контексте этой новой конфигурации на Тихоокеанском направлении?

С.В.Лавров: Я не думаю, что внешняя политика изменится. По крайней мере, тот факт, что после длительного перерыва Президент России В.В.Путин нанес официальный визит в Японию, не отражает каких-либо перемен в наших подходах к взаимодействию с азиатскими странами, как и со всеми другими государствами. Мы неизменно говорили, что хотим развивать сотрудничество с Японией во всех областях: в торговле, экономике, гуманитарной, образовательной, научно-технической сферах и, конечно же, в области внешнеполитического взаимодействия.

Одиннадцать лет, в течение которых не было визита Президента Российской Федерации В.В.Путина в Японию, диалог не прекращался. Президент Российской Федерации В.В.Путин и Премьер-Министр Японии С.Абэ регулярно общались. Премьер-Министр Японии С.Абэ неоднократно приезжал к нам. Они виделись практически на каждом многостороннем мероприятии, в котором совместно участвовали. Нацеленность на хорошие отношения всегда лежала в основе нашего подхода.

Как и в своем ответе про потенциальную тройку Россия-США-Китай, скажу, что мы не дружим с кем бы то ни было против кого-то, мы никогда не пытались разыгрывать противоречия, которые существуют между теми или иными странами, в том числе, между Японией и Китаем. Некоторые другие участники международного общения на такого рода противоречиях регулярно стараются набрать какие-то очки, затевать какие-то интриги. Мы в это не играем. Это абсолютно ответственное заявление. Если у кого-то есть хоть малейшее доказательство обратного, я буду готов выслушать и отреагировать.

Вопрос: Недавно Европейский суд по правам человека принял политически необъективное, ангажированное решение по известному «закону Димы Яковлева». Это не первое политически мотивированное решение в ущерб юридической справедливости. Парламентская ассамблея Совета Европы продолжает сохранять санкции в отношении наших коллег и практически препятствует участию в Парламентской ассамблее Совета Европы. В то же время сам институт Совета Европы – это институт даже не вчерашнего, а позавчерашнего дня. То же самое и с ОБСЕ, это «плод» «холодной войны», институт из прошлого. Как Вы считаете, есть ли для нас смысл продолжать участвовать в этих институтах, где мы по-прежнему выступаем в роли учеников, или все-таки стоит создавать новые форматы взаимодействия с европейскими коллегами, где бы Россия была равноправным партнером?

С.В.Лавров: Россия уже равноправный партнер в перечисленных Вами структурах, за исключением Парламентской ассамблеи Совета Европы, явно злоупотребившей принципами равноправия и взаимного учета интересов, которые лежали в основе этой старейшей общеевропейской организации. К сожалению, при создании Парламентской ассамблеи (она является не уставным органом Совета Европы, а, я бы сказал, вспомогательным клубом) никому не могло прийти в голову, что кого-то будут пытаться ограничить в правах. Поэтому в документы, которые регулируют ее деятельность, соответствующий запрет не был включен.

Считаю, что сейчас мы обязательно должны, продолжая честно и открыто отстаивать свои интересы, которые требуют полного снятия любых ограничений с нашей делегации, параллельно добиваться включения в нормативные документы Совета Европы положений, запрещающих какую-либо дискриминацию любой делегации, положений, которые «затыкают рот» полноправному члену общеевропейской структуры.

Что касается самого Совета Европы, то там такие игры невозможны (я имею в виду межправительственный компонент Совета Европы), там существует культура консенсуса. К сожалению, в последнее время она подвергается испытаниям, потому что украинская делегация и те, кто ее поощряет, кто ей покровительствует, всячески пытаются ставить на голосование неконсесусные, однобокие, односторонние, непорядочные решения. Это не добавляет веса Совету Европы. Но сам Совет Европы является структурой, которая базирует свою деятельность на юридически обязывающих конвенциях, образующих единое правовое пространство Европы. Нам это выгодно, мы заинтересованы в том, чтобы не было какого-то отдельного пространства Евросоюза, отдельного пространства какой-то еще страны, чтобы нас воспитывали, а сами себя выставляли в роли учителей. Как раз правовая база, правовой фундамент Совета Европы не позволяет подобного рода действий, хотя попытки злоупотреблять всегда были, есть и будут.

ОБСЕ – это не организация, у нее пока нет устава (мы давно предлагаем это сделать). Она опирается не на юридические документы, а на политические декларации. Но в ОБСЕ существует принцип консенсуса, что также обеспечивает нам полноправное участие и полностью защищает наши интересы. Когда большинство начинает следовать за теми, кто хотел бы внести конфронтацию в эту структуру, мы отвечаем. Но какого-либо ущемления наших интересов на практике не происходит.

Вопрос: Искренне благодарим МИД России и Вас лично за активное содействие З.Албегоновой, которая более 5 лет безуспешно борется в турецких судах за свою дочь Айлин. В апреле 2011 г. ее бывший муж, гражданин Турции, увел из дома ребенка и похитил все документы. Обращения в местные правоохранительные судебные органы не дают должного результата, несмотря на то, что в соответствии с турецким законодательством все права на ребенка принадлежат матери. Более того, похищение и незаконное удержание ребенка является уголовным преступлением. В 2012 г. уголовный суд Стамбула приговорил похитителя к 5 месяцам тюремного заключения условно. Несмотря на это ребенок по-прежнему удерживается похитителем, положительного решения вопроса пока добиться не удается. Предполагаются ли в связи с этим дополнительные действия МИД России для возвращения российской гражданки на Родину?

С.В.Лавров: Этот случай не единичен. Существует пара десятков похожих ситуаций, в которых оказались наши граждане. В основном это проблемы разделенных семей или семей, которые распались, а ребенок остался в качестве главного пострадавшего. Эта тема – предмет регулярных консультаций. В ходе переговоров с турецкими коллегами мы всегда затрагиваем этот вопрос. Там есть много аспектов, которые указывают даже на нарушение турецких законов, норм и правил. Но это судебная процедура, и мы поддерживаем справедливое судебное разбирательство. Не могу сказать, чем оно закончится, но я полностью согласен, что несправедливость нельзя оставлять без ответа.

Вопрос: Очередной допинговый «наезд» на наших спортсменов четко спланирован. Это воспринимается народом, обществом как наказание России на международной арене за последовательную и честную политику. Идут удары по самым незащищенным. Паралимпийцы до сих пор не могут принять участие в международных стартах, под угрозой их участие в Паралимпиаде в Корее, легкоатлеты уже отказываются от флага России. Сегодня, конечно, тезис «спорт вне политики» звучит как усмешка. Мы со своей стороны как законодатели делаем все, чтобы бороться за чистоту спорта, следуем рекомендациям ВАДА, однако, тема допинга, как известно, международная. Все громче звучат призывы реформировать ВАДА, принять конвенцию по защите прав спортсменов. Помогает ли МИД защите прав наших спортсменов? Поднимает ли в «высоких кабинетах» тему о недопустимости коллективной ответственности и дискриминации в спорте?

С.В.Лавров: Мы ставим этот вопрос на всех международных площадках, включая Совет Европы и ЮНЕСКО, где есть соответствующие конвенции. Кстати, в ЮНЕСКО существует комитет по утверждению соответствующих проектов, председателем которого на очередной двухлетний срок недавно был переизбран представитель России Г.П.Алешин. Эта площадка нами активно используется, а сам факт избрания Г.П.Алешина показывает, что далеко не все страны готовы «выстроиться в затылок» тем, кто фабрикует фильмы и доклады без достаточных доказательств, указывающих хоть на какую-нибудь сопричастность государства с теми нарушениями, которые имеют место в любой стране, где спортсмены хотят добиваться результатов не совсем честным образом.

В ООН и ОБСЕ мы продвигаем резолюции, которые требуют исключить дискриминацию в спорте, любые попытки политизировать спорт. Такие предложения мы вносили и продвигаем в Комитете по делам инвалидов, требуя прекратить дискриминировать инвалидов-спортсменов. В Комитете по правам человека мы также настаиваем на решениях, которые закрепят недопустимость политизации спортивных мероприятий и вообще подхода к спортивным вопросам.

Проблема серьезная, сами понимаете. Если бы только все было в наших руках! Мы распространили в ООН заявление, принятое Советом Федерации, о недопустимости политизации проблем допинга, которое вызывало там широкий интерес. Готовы сотрудничать и с Государственной Думой. Но у нас есть специальная структура, которая была создана по решению Президента России В.В.Путина, контактирующая с ВАДА и национальными агентствами по борьбе с допингом. Этим занимаются Министерство спорта, Олимпийский Комитет России. Наша позиция открыта, и мы готовы сотрудничать, но на основании конкретных фактов, а не голословных утверждений.

Вопрос: Мы заявили главные цели по Сирии: это реальная борьба с международным терроризмом, защита собственных национальных интересов и создание условий для диалога внутри Сирии. Астана, организованная нами «площадка», сегодня подтверждает, что мы справляемся с этими задачами достаточно хорошо. Есть ли у нас в дальнейшей перспективе дипломатические ресурсы для принуждения сторон к поиску диалога, уступок, чтобы в Сирии все-таки было согласие? Что такое согласие для нас: это замороженный конфликт в Сирии или Сирия в новом политическом статусе?

Способен ли «обновленный» сегодня Вашингтон войти в процесс урегулирования без геополитических игр?

С.Лавров: Вопрос очень важный. Как я говорил, вчера в Астане завершилась встреча между сирийским Правительством и вооруженными формированиями оппозиции, в которой также участвовали в качестве гарантов Россия, Турция, Иран, спецпредставитель Генерального секретаря ООН по Сирии С. де Мистура и посол США в Казахстане в качестве наблюдателя. Встреча завершилась принятием документа. Я считаю, что ее итоги весьма важны – они выводят усилия на качественно новый уровень.

Во-первых, состоялся прямой выход Правительства на вооруженные формирования оппозиции, т.е. за одним столом, пусть и не весь день, находились представители сторон, которые противостоят друг другу «на земле» с оружием в руках. Такого еще не было, до сих пор лишь политическая оппозиция, состоящая в основном из эмигрантов, была участником различных мероприятий, нацеленных на организацию межсирийского диалога.

Во-вторых, наряду с прямыми контактами между Правительством Сирии и вооруженной оппозицией наша делегация, в которой были представители МИД и Минобороны, также провела несколько прямых встреч с представителями вооруженной оппозиции и говорила с ними о перспективах налаживания совместной борьбы с терроризмом в Сирии, прежде всего с ИГИЛ. Сирийское Правительство, российские ВКС, которые поддерживают сирийскую армию, и вооруженные формирования оппозиции в принципе готовы объединить усилия и наносить удары по позициям игиловцев в тех районах Сирии, которые пока остаются под их контролем.

Эта встреча также подтвердила режим прекращения огня, который был согласован в результате переговоров между Правительством и вооруженной оппозицией при посредничестве России и Турции. На встрече в Астане был сделан еще один шаг в этом направлении. Россия, Иран и Турция создали трехсторонний комитет, в рамках которого повседневно будут отслеживаться любые сообщения о нарушениях режима прекращения огня. Говоря о механизме контроля за нарушениями прекращения огня, напомню, что у нас был такой механизм с США. Его долго согласовывали, но потом Администрация Б.Обамы оказалась недоговороспособной и не смогла выполнять свою часть договоренностей.

Кроме того, мы договорились в Астане, что вооруженная оппозиция будет участвовать в переговорах по урегулированию в Сирии наряду с политической оппозицией в соответствии с резолюциями СБ ООН. Также записали, что у сирийского кризиса нет военного решения. То, что под этим подписались вооруженные оппозиционеры, считаю принципиально важным.

Ну и наконец сам факт проведения встречи в Астане стимулировал ООН, которая уже почти год не может созвать межсирийские переговоры. Более того, чтобы стимулировать этот процесс еще более конкретно, мы распространили в Астане проект конституции, который проработали с учетом всего того, что за эти годы мы слышали от Правительства, оппозиции и от стран региона. Для того, чтобы никто не подозревал Российскую Федерацию, Турцию, Иран в том, что мы подменяем астанинским процессом все, что до сих пор было сделано, мы пригласили в Москву в пятницу всех оппозиционеров из числа политической оппозиции, которые пожелают приехать. Мы их пробрифингуем о том, что произошло в Астане, и как мы видим позитивное развитие «процесса Астаны» в дальнейшем.

Вопрос: Каждый ответственный гражданин страны, каждый политик, воздает должное тем усилиям, которые Вы предпринимаете на дипломатическом поприще. Я уверен, что то, что уже достигнуто на Ближнем Востоке войдет славной страницей в историю отечественной дипломатии. Тем более удивительно оценивать те негативные процессы, которые происходили на наших глазах многие годы на Украине. Это издержки кадровой политики, недооценка ситуации в целом или какие-то другие причины? Ведь нам всем надо извлекать для себя из этой ситуации уроки.

С.Лавров: Я не думаю, что мы должны здесь сейчас искать причины. Думать о том, почему так произошло, безусловно, надо. Но главное сейчас сконцентрироваться на выполнении того, что необходимо сделать для выполнения Минских договоренностей, поскольку они выведут украинскую ситуацию из кризисного состояния. Наверное, были ошибки, но все мы знаем какую подрывную контрпродуктивную роль сыграли наши западные партнеры, которые были обуреваемы желанием «отколоть» Украину от России. В дело шли самые грязные методы. Кто-то из американцев, по-моему З.Бжезинский, сказал, что Россия с Украиной великая держава, а без Украины – региональная или даже мельче. Поэтому битва была со стороны Запада абсолютно жестокая, применялись запрещенные, непорядочные приемы. Весь пафос позиции Запада направлен на то, чтобы поставить Украину перед ложным, искусственным выбором – либо вы с нами, либо против нас. Это активно подпитывалось, приводились цифры, подтверждающие сколько предыдущая американская администрация потратила на развитие «гражданского общества» на Украине (имею в виду формирование круга провокаторов и русофобов).

Безусловно, нужно делать выводы. Я не думаю, что мы будем действовать такими же методами, но, конечно, мы накрепко запомним и будем в своих практических действиях иметь в виду, какими методами готовы были действовать наши западные коллеги при всей их приверженности демократии, свободе выбора и т.д. Выбор навязывался грубо, цинично, используя шантаж и угрозы.

***

Спасибо за высокую оценку работы нашего Министерства. Видим в этом результат очень тесного сотрудничества с другими ветвями власти, прежде всего, с парламентской дипломатией. Не буду делать обобщения, просто хочу отреагировать на то, что сказал Л.Н.Калашников.

Сначала про соотечественников. Закон работает, он позволил за последние годы существенно консолидировать диаспору, помочь нашим соотечественникам за рубежом отстаивать свои права в государствах пребывания. Создан Фонд поддержки и защиты прав соотечественников, который имеет несколько десятков отделений за рубежом, страновые советы соотечественников почти в ста государствах, шесть региональных советов, регулярно проводятся мероприятия, позволяющие сохранять связь с исторической Родиной. Соотечественники активнейшим образом участвуют в акции «Георгиевская ленточка», «Бессмертный полк», прекрасно себя проявили, обеспечивая очень хорошее, объективное информационное сопровождение кампании по выборам в Государственную Думу в сентябре прошлого года. Ежегодно проводятся конференции или конгрессы на важные объединяющие темы. Мы активно поддерживаем деятельность Всемирного конгресса русской прессы, который также оказывает содействие СМИ, принадлежащим нашим соотечественникам. Мы активно способствуем налаживанию контактов между бизнес-структурами соотечественников и нашими компаниями, работающими в соответствующих странах. Совсем свежая инициатива, которую, как я понимаю, выдвинула «Единая Россия», это Всемирные игры соотечественников, спортивное мероприятие, которое пользуется большим успехом и большой популярностью.

Соглашусь с необходимостью предпринять дополнительные шаги в сфере российского гражданства. У нас есть сейчас несколько вполне конкретных ситуаций и достаточно системных проблем. Коллега упомянул, что для получения российского гражданства необходимо выйти из гражданства зарубежного государства и предъявить решение этого государства о том, что вы прекратили свое гражданство. Понятно, что не только Украина, но и целый ряд других стран не будет выдавать таких справок. Я знаю, что в Комитете по делам соотечественников обсуждается возможность убрать это требование, чтобы было достаточно копии заявления гражданина третьей страны о том, что он подал соответствующую просьбу. Считаю, что это необходимо поддержать.

Во-вторых, есть проблема, которую мы пытаемся решить в течение трех лет и пока не получается. Речь идет о гражданстве детей от смешенных браков. Если ребенок от смешенного брака родился в России, достаточно заявления любого из родителей. Если это смешанный брак и семья живет за границей, а мать, гражданка России, хочет, чтобы у ребенка был российский паспорт, необходимо согласие отца. Получается, что одна и та же ситуация решается по-разному. Вижу в этом отход от принципа равноправия, который заложен в Конституции России.

Еще одна вещь. Я с удивлением узнал, что когда российский гражданин женится на иностранке или российская гражданка выходит замуж за иностранца, то для того, чтобы иностранцу получить гражданство России, ему необходимо состоять в браке не менее трех лет и проживать на территории России. Я считаю, что это чрезмерно. Наверное, что-то можно сделать.

Наконец, Президентом Российской Федерации В.В.Путиным было принято решение об облегченном предоставлении гражданства носителям языка, культуры. Здесь пока нет применительных понятных правил. Если Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации и Комитет по делам соотечественников озаботятся этим вопросом, мы будем готовы активно участвовать в формулировании соответствующих рекомендаций.

Самое последнее. Мы не испытываем иллюзий насчет новой «перезагрузки» отношений с США, никаких наивных ожиданий у нас нет. Знаем, что Президент США Д.Трамп считается мастером заключать сделки, но Президент Российской Федерации В.В.Путин тоже умеет договариваться и всегда в интересах России.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 25 января 2017 > № 2053558 Сергей Лавров

Всемирная организация здравоохранения определила кандидатов, которые будут претендовать на пост генерального директора, сообщил директор департамента общественного здоровья и коммуникаций Минздрава РФ Олег Салагай.

Ранее источник сообщил, что Исполнительный комитет Всемирной организации здравоохранения на своей 140-й сессии определил пять из шести кандидатов на пост нового генерального директора.

"Исполнительный комитет ВОЗ завершил процедуру выбора трех кандидатов на пост генерального директора ВОЗ. По итогам голосования ими стали Тедрос Гебрейезус (Эфиопия), Дэвид Набарро (Великобритания), Сания Ништар (Пакистан)", — сообщил Салагай.

Он отметил, что глава российского Минздрава Вероника Скворцова, являющаяся членом Исполкома ВОЗ и принимавшая участие в голосовании, поздравила избранных номинантов.

"Это очень важный момент для будущего ВОЗ и для глобального здравоохранения в целом. Избраны кандидаты, которые будут представлены для окончательного голосования на Всемирной ассамблее здравоохранения, которая пройдет в мае этого года. Я поздравляю всех номинантов и желаю им успехов. Хотела бы также поблагодарить тех, кто участвовал в выборах, но не прошел в тройку финалистов — это также очень достойные специалисты, которые, безусловно, еще сделают свой вклад в общественное здоровье, как на национальном, так и на международном уровне", — отметила Скворцова.

Как ожидается, имена трех кандидатов будут представлены на голосование в ходе Всемирной ассамблеи здравоохранения 22 мая. Новый генеральный директор ВОЗ займет свою должность с 1 июля 2017 года. Нынешний гендиректор организации Маргарет Чен занимала свой пост два срока подряд.

Израильские БТР собираются в Эфиопии.

Эфиопия производит колесные (4х4) БТР Thunder по лицензии израильской компании GAIA Automotive Industries Ltd.

БТР может перевозить до 12 человек, или 1,8 т грузов, имеет легкую броню, может выполнять задачи перевозки войск, полицейской машины, машины медицинской эвакуации.

Эфиопия заказала 75 машин - пять единиц доставлены из Израиля, остальные 70 будут собраны на заводе с использованием местной рабочей силы.

Вау - это вам не «Вау!»

Никогда прежде Олегу Мотричу не доводилось бывать за границей. Все его путешествия, будь то служебные выезды или отдых с семьёй, ограничивались просторами России и родной Хакасии. Поэтому несложно представить эмоции старшего эксперта-криминалиста ОМВД России по г. Саяногорску майора полиции Мотрича, когда он в качестве миротворца спускался с трапа самолёта на африканскую землю, где ему предстояло провести целый год в составе международной миссии «голубых касок» в Южном Судане.

Всегда готов!

Недавно Олег побывал в недельном отпуске в Хакасии и рассказал нашему корреспонденту о том, как ему служится за тысячи километров от родного дома.

О программе подготовки миротворцев ООН Олег Мотрич узнал от коллеги и решил тоже попробовать. С экзаменами, которые нужно было сдать в Москве, в ВИПК МВД России, проблем не возникло. Главные требования, предъявляемые к кандидатам, - свободное владение английским языком (а у Олега за плечами факультет иностранных языков Хакасского государственного университета), умение водить полноприводной внедорожник и отлично стрелять из боевого оружия.

- Когда пришёл вызов в миссию, - рассказывает он, - ощущения были смешанные. Очень благодарен руководству МВД по Республике Хакасия, которое меня поддержало. Супруга, конечно, от этой затеи в восторге не была, но всё же решение моё приняла. И вот 18 июня я приземлился в угандийском городе Энтеббе.

После пятидневного вводного курса миротворцев отправили на место постоянной дислокации в Южный Судан в город Вау. В составе миссии - пять россиян.

- Если сравнивать с Южным Суданом, то мне Уганда раем показалась. Сейчас, конечно, уже привык, первый шок быстро прошёл, - улыбается Мотрич.

На жизнь здесь не жалуются

Город Вау - второй по величине населённый пункт Южного Судана. Он является административным центром штата Западный Бахр-эль-Газаль и округа Вау, население - около 130 тысяч человек.

- Первое, что бросилось в глаза, - это нищета вокруг, - рассказывает Олег, - люди живут в глиняных хижинах с соломенной крышей. Про ухоженные сады даже речи не идёт. Причём удивляет то, что они даже не пытаются выбраться из этой убогости. Работать? Это не для них! Строители, парикмахеры, работники кафе и люди других профессий - это в основном приезжие из близлежащих африканских стран. Южносуданцы же предпочитают целый день сидеть около своего дома с кружкой кофе, чашкой риса или сорго (распространённая в Африке зерновая культура. - Прим. ред.). Складывается впечатление, что эти люди живут по принципу: что Бог пошлёт. В общем, на жизнь не жалуются!

А ещё русского полицейского удивили высокие цены на продукты. Например, килограмм картофеля там стоит в переводе на российские деньги 160-180 рублей. Стоимость питьевой воды и даже фруктов (!) и вовсе зашкаливает.

- У нас на базе ООН условия проживания хорошие, - продолжает Олег, - живём в вагончике втроём. Телевизор, холодильник, кондиционер - всё есть. Продуктами нас обеспечивают. С коллегами из других стран общаемся на английском языке, а вот местное население в большинстве своём говорит на арабском, так что приходится пользоваться услугами переводчика и подучивать язык. Если говорить о трудностях, с которыми приходится сталкиваться, то в основном досаждают комары. А, как известно, в Африке малярия не редкость. Причём если африканцами это заболевание переносится достаточно легко, то для европейцев оно очень опасно. Поэтому у нас над кроватями москитные сетки, а при выходе на улицу всегда пользуемся репеллентами.

Око за око, зуб за зуб

На территории Южного Судана люди живут племенами, в каждом из которых есть старейшина, свои обычаи и законы. К примеру, мужчины одного из крупнейших племенных союзов Нуэр в знак отличия от других наносят на голову шрамы.

Кровная и племенная вражда тоже очень распространена у горячих африканцев.

- У нас случай был, - вспоминает Олег Мотрич, - две женщины из одного племени во время стирки не поделили корыто. Слово за слово, завязалась драка. Естественно, тут же вокруг собралась толпа зевак. Подобные зрелища южносуданцы особенно любят! В процессе драки одна из женщин выбила головой два передних зуба сопернице. Родственники обеих моментально друг на друга ополчились. Потерпевшей пытались принести извинения, но та - ни в какую. Говорила: «Давайте мне хоть тысячу долларов, хоть шестьсот коров - не прощу!» Сошлись на том, что урегулировать конфликт можно только ответным ударом. Стали уже выбирать подходящий камень, которым будут зубы выбивать. Пришлось срочно вмешаться. Обе женщины были доставлены в полицию. Только там удалось примирить скандалисток цивилизованно.

Люди в форме на улицах города - явление обычное для местного населения. Но вот светлокожий человек вызывает бурю эмоций, особенно у детей! По словам российского полицейского, он ощущает себя артистом цирка, на которого сбегаются поглазеть.

Кровавая годовщина

Южный Судан - самое молодое и одно из самых бедных государств в мире. В 2011 году он отделился от Судана.

Большинство населения страны исповедует либо католическое христианство, либо традиционные африканские анимистические религии, в то время как другая часть - мусульмане.

С 2013 года здесь продолжается кровопролитный этнический и политический конфликт. С того времени боестолкновения происходят по всей стране. Чаще всего они случаются в столице Южного Судана - городе Джубе.

- 9 июля отмечалась пятая годовщина Дня независимости. Волнения в Джубе начались накануне, а в праздничный день достигли своего пика, - рассказывает Олег Мотрич. - Бои вышли за пределы столицы и распространились по окрестностям. Вау находится в 650 километрах от Джубы. В самом городе, можно сказать, было относительно спокойно, но выстрелы слышались. За несколько дней в этих столкновениях погибли 272 человека, в том числе 33 мирных жителя.

Не хватает только сала

Основной задачей миротворцев ООН в Южном Судане является защита гражданского населения. После июльских событий в городе Вау образовался огромный лагерь беженцев, насчитывающий 24 тысячи человек. Круглосуточно за порядком на его территории следят полицейские.

- Без нас там никак, - говорит Олег. - Каждый день что-нибудь происходит. Еду беженцы получают по продовольственным карточкам. Вот кражи именно этих карточек - самое распространённое преступление. А ещё часто воруют велосипеды. Так, один из жителей лагеря по имени Алибаба за довольно короткий срок украл несколько двухколёсных транспортных средств. Местные его поймали и привели ко мне на контрольно-пропускной пункт. Вижу, как более двух десятков ребятишек тащат злоумышленника и поют детскую песенку на арабском, обзывая его вором. Алибаба был очень оскорблён! Мы отвезли его в полицейский участок, передали в руки правосудия.

Также международным правоохранителям постоянно приходится бороться с любителями гашиша и пресекать попытки пронести на территорию лагеря алкоголь.

В Южном Судане эксперту из Саяногорска предстоит провести ещё около полугода. Полицейский уверен, что участие в миротворческой миссии ООН - бесценный профессиональный опыт.

- Было очень приятно, когда в мой день рождения, 18 августа, меня поздравляли коллеги из Эфиопии, Китая, Замбии и других стран. Со всеми нашли общий язык!

Из заснеженной Сибири в жаркую Африку Олег Мотрич привезёт памятные сувениры и солёное сало, которого там, по его признанию, очень не хватает русским правоохранителям.

А дома миротворца с нетерпением ждёт семья, которая гордится своим международным полицейским!

Юлия ФРОЛОВА

Московий и оганессон отечественной науки

9 января в культурно-просветительском центре «Архэ» состоялась лекция о научных открытиях 2016 года, который стал для ученых довольно плодотворным — некоторые дискуссионные вопросы наконец разрешились, многие устоявшиеся в науке мнения пришлось пересмотреть. Корреспондент «ВМ» послушала антрополога Станислава Дробышевского и узнала много нового о последних открытиях российских и зарубежных ученых.

В начале прошлого года были открыты гравитационные волны — над этим сложным проектом работали ученые из 15 стран, в том числе группа московского физика-теоретика, профессора физического факультета МГУ Владимира Брагинского. Российский физик, директор Института прикладной физики РАН Александр Сергеев и его коллеги также сотрудничали с гравитационно-волновой обсерваторией на протяжении многих лет. Западные коллеги высоко оценили вклад российских ученых, в частности американский физик и астроном Кип Торн отметил, что разработки Брагинского были абсолютно незаменимыми.

Московский химик, физик и материаловед Артем Оганов, известный своими работами по созданию методов компьютерного дизайна новых материалов, в 2016 году обнаружил невозможные с точки зрения химии соединения натрия и хлора — видимо, несколько глав в школьных учебниках по химии теперь придется переписать. До сих пор считалось, что между собой они никак не взаимодействуют.

В 2016 году ученому за высокую цитируемость работ была присуждена премия Russian Highly Cited Researcher Awards.

Ярчайшее достижение российских ученых — расширение таблицы Менделеева. 26 ноября 2016 года новые элементы Mc и Og — московий и оганессон — заняли свои почетные места в таблице. 115-й элемент был назван в честь Московской области, а 118-й — в честь руководителя Лаборатории ядерных реакций имени Флерова в Дубне Юрия Оганесяна.

О своих успехах в научных изысканиях рассказали также археологи и антропологи.

— Недавно в Брянской области были найдены останки самых поздних неандертальцев, — сообщил «ВМ» антрополог, доцент биологического факультета МГУ Станислав Дробышевский. — Костям около 29 тысяч лет. Еще на известной стоянке Хотылево в той же Брянской области не так давно нашли древнюю статуэтку. На территории России не так много находок мирового значения. Да и вообще в странах с мягким климатом археологам проще делать открытия.

В числе самых значимых открытий в области антропологии — найденные в Кении останки австралопитеков. Ранее считалось, что антропоидные приматы обитали только в Танзании и Эфиопии. Также в 2016-м ученые выяснили, что древние люди, жившие на севере Испании более миллиона лет назад, употребляли в пищу не только мясо, но и злаки, правда, в сыром виде.

Вечерняя Москва

Совет Безопасности ООН: последний аккорд 2016 года

Александр МЕЗЯЕВ

Западная диктатура в ведущей международной организации пошатнулась

В январе 2017 года в состав Совета Безопасности ООН войдут пять новых государств: Боливия, Италия, Казахстан, Швеция и Эфиопия. Соответственно, пять членов Совбеза, находившиеся в составе Совета последние два года, его покинут: Ангола, Малайзия, Новая Зеландия, Венесуэла и Испания. Практика последних десятилетий показывает, что решающую роль в принятии или непринятии тех или иных проектов резолюций играют постоянные члены СБ, но в последнее время появились признаки того, что такая ситуация может постепенно измениться.

Обычно представленные на официальные заседания Совета резолюции принимаются. И принимаются они раскладом голосов 15-0-0 (пятнадцать – за, ноль – против, ноль – воздержавшихся). Почему так, понятно. Официальные заседания являются формальным завершением неофициальных консультаций членов Совбеза, где проекты резолюций дорабатываются именно для того, чтобы за них проголосовали все или большинство членов. Долгие годы в СБ ООН поддерживалась практика невынесения на голосование тех проектов, которые не получали обычного большинства либо единогласия постоянных членов Совета. В последние годы эти практика была грубо нарушена. СБ ООН превращался порой не в место принятия решений, а в пропагандистскую площадку. Примеры трёх западных проектов по передачи ситуации в Сирии в Международный уголовный суд в 2014-2015 годах и вынесение на голосование западного проекта по ситуации в Алеппо в декабре 2016 года – самые яркие.

Однако голосования в 2016 году показали, что западная диктатура в Совете Безопасности, сложившаяся в последнюю четверть века, пошатнулась. Так, резолюция 2317 от 10 ноября по ситуации в Сомали была принята при 5 воздержавшихся. Резолюция 2304 от 12 августа по ситуации в Южном Судане была принята при четырёх воздержавшихся. Резолюция 2303 от 29 июля по ситуации в Бурунди была принята также при четырёх воздержавшихся (те же Египет, Ангола, Венесуэла, а также Китай). Резолюция 2269 от 29 февраля по международным уголовным трибуналам по бывшей Югославии и Руанде была принята вновь при четырёх воздержавшихся.

Конечно, воздержание от голосования трудно назвать позицией, достойной членов органа, который несёт основную ответственность за поддержание международного мира и безопасности, и тем не менее это фактор, на который следует обратить внимание.

В условиях выкручивания рук у делегаций в Генеральной Ассамблее ООН можно представить степень давления, которую оказывает Запад на членов Совбеза. Этому давлению непостоянным членам Совета Безопасности удавалось противостоять не всегда. Так, при голосовании французского проекта по ситуации в Алеппо 8 октября 2016 г. Венесуэла голосовала против (вместе с Россией), а Ангола воздержалась. Однако при голосовании альтернативного проекта, представленного Российской Федерацией, Россию поддержали Египет и Венесуэла (вместе с Китаем), а Ангола воздержалась вновь. Понятно, что воздержание Анголы при голосовании в одном и в другом случае имеет совершенно разный смысл и разные причины, хотя представитель Анголы в Совете и попытался объяснить всё «нейтральной позицией» его страны в связи с расколом в Совбезе.

То, что воздержание от голосования может быть эффективным способом блокирования решений, показало голосование по проекту резолюции о ситуации в Южном Судане, прошедшее 23 декабря. Проект резолюции, представленный Соединёнными Штатами, предусматривал введение оружейного эмбарго в Южный Судан, и он не был принят. Причём произошло это без единого голоса против: резолюция просто не набрала нужного количества голосов! И произошло это благодаря исключительно непостоянным членам Совбеза.

Для принятия любой резолюции в СБ ООН необходимо получить восемь голосов, американский проект получил семь. При этом совершенно ясно, что в Вашингтоне не ожидали такого результата. Если бы американцы заранее знали, что их проект (да ещё и представленный единолично – без поддержки единого ко-спонсора) не пройдёт – они никогда бы не пошли на такой позор. Истории ещё предстоит установить, что стояло за подготовкой данной резолюции и кто из тех стран, на которые твёрдо рассчитывали американцы, обвёл их вокруг пальца. Кандидаты на такую роль следующие: Ангола, Египет, Венесуэла, Сенегал, Япония и Малайзия. (Воздержались также Россия и Китай, но они, конечно, «вне подозрений» - американский расчёт на них не строился).

Весьма вероятно, что США рассчитывали ещё и на применение вето со стороны России. Уходящая американская администрация не раз провоцировала Россию на вето, это был отработанный номер. Россия неоднократно резко выступала против введения оружейного эмбарго в отношении Южного Судана. Об этом российский представитель в Совбезе говорил ещё в октябре 2016 года: «Для установления прочного мира в Южном Судане необходимы не оружейное эмбарго Совета Безопасности, а целенаправленные меры по разоружению населения, а также демобилизации и реинтеграции комбатантов». При этом российская позиция в отношении оружейного эмбарго и санкций имеет два главных основания. Во-первых, Россия исходит их принципа приоритета позиции самих африканцев: известно, что и ИГАД (Межправительственный орган по развитию Восточной Африки), и Африканский союз против как эмбарго, так и дополнительных санкций СБ ООН в отношении Южного Судана. И, во-вторых, представитель РФ в СБ ООН уже указывал на манипуляции, производимые с целью полной смены власти в Южном Судане: «Подозреваем, что кому-то очень хочется избавиться от президента Салвы Киира, поссорив его с весьма влиятельными фигурами из его ближайшего окружения».

Так что ожидать вето России американцы имели все основания. И вот результат: ни вето России, ни принятия американского проекта путём недобора голосов! Рассвирепевшая от такого позора Саманта Пауэр принялась угрожать «непослушным» членам Совета: «Некоторые члены решили помешать Совету Безопасности принять меры и откликнуться на просьбы Генерального секретаря, который уже больше года призывает нас предпринять эти шаги. История строго рассудит их решение».

Рискнём сделать ещё одно предположение: объявленная под Новый год высылка российских дипломатов стала в том числе местью и за этот позорный провал США в Совете Безопасности…

Возвращаясь к роли непостоянных членов СБ ООН, надо сказать, что, конечно, рассмотренные голосования ещё рано называть тенденцией. Скорее, это пока лишь некая совокупность фактов. Однако и не заметить данную совокупность фактов было бы неправильно. Её нужно именно заметить, зафиксировать и развить.

О расширении круга российских импортёров отечественного зерна в Африку

На днях из морского порта Кавказ вышло судно с очередной партией российской пшеницы объёмом 17,9 тыс. тонн, предназначенной для экспорта в Республику Кот-д’Ивуа?р или, также известную, как Республика Берег Слоновой Кости. Всего в 2016/2017 с.х.г. за период с июля по декабрь текущего года из России в Кот-д’Ивуа?р было экспортировано порядка 70 тыс. тонн пшеницы, экспорт в 2015/2016 с.х.г. — отсутствовал.

Также список импортёров российской пшеницы пополнили следующие страны Африканского континента:

1. Республика Мали — с начала 2016/2017 с.х.г. Россия экспортировала 48,5 тыс. тонн пшеницы, в 2015/2016 экспорт из РФ отсутствовал.

2. Республика Намибия — с начала 2016/2017 с.х.г. Россия экспортировала 12,1 тыс. тонн пшеницы, в 2015/2016 экспорт из РФ отсутствовал.

3. Буркина-Фасо — с начала 2016/2017 с.х.г. Россия экспортировала

9,5 тыс. тонн пшеницы, в 2015/2016 экспорт из РФ отсутствовал.

4. Республика Кабо-Верде — с начала 2016/2017 с.х.г. Россия экспортировала 5 тыс. тонн пшеницы, в 2015/2016 экспорт из РФ отсутствовал.

5. Республика Маврикий — с начала 2016/2017 с.х.г. Россия экспортировала 100 тонн пшеницы, в 2015/2016 экспорт из РФ отсутствовал.

В 2016/2017 с.х.г. (июль — декабрь 2016) значительно нарастили импорт пшеницы из России следующие страны:

1. Камерун — с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано пшеницы из РФ в 25 раз больше чем за весь 2015/2016, что в количественном соотношении составило — 126,3 тыс. тонн.

2. Сенегал —с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано пшеницы из РФ в 1,5 раза больше чем за весь 2015/2016, что в количественном соотношении составило — 122 тыс. тонн.

3. Мавритания — с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано пшеницы из РФ в 2,3 раза больше чем за весь 2015/2016, что в количественном соотношении составило — 114 тыс. тонн.

4. Уганда — с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано пшеницы из РФ почти в 2 раза больше чем за весь 2015/2016, что в количественном соотношении составило — 81 тыс. тонн.

Ведомство ранее публиковало информацию об увеличении объёма экспорта российской пшеницы в страны Северной Африки с приведением подробной структуры экспорта в каждую из стран, входящих в этот регион. В этом обзоре речь идёт об африканском регионе, который в мире с точки зрения политической и социально-экономической градации именуется как «Африка к югу от Сахары», или «Тропическая Африка», или «Чёрная Африка».

«Африка к югу от Сахары» — название части африканского континента, находящейся к югу от пустыни Сахара. Эта часть Африки населена преимущественно негроидными народами (в отличие от европеоидов Северной Африки), что послужило основанием для более раннего названия «Чёрная Африка». Разделение Африканского континента относят примерно к середине 3-го тыс. до н. э., когда начинается высыхание Сахары, ставшей практически непреодолимым препятствием для культурных контактов.

Согласно современному политическому делению Чёрная Африка включает в себя 48 стран. Суммарный прогноз импорта зерна оценивается в 29,5 млн. тонн, в том числе пшеницы — 22,7 млн. тонн, кукурузы — 6,7 млн. тонн, ячменя — 120 тыс. тонн. В 2015/2016 с.х.г. Россия экспортировала в этот регион 5,2 млн. тонн отечественного зерна, 98% в структуре экспорта составила пшеница — 5,1 млн. тонн, 2% — кукуруза — 63,6 тыс. тонн (Зимбабве — 31,6 тыс. тонн, Судан — 20 тыс. тонн, Нигерия — 12 тыс. тонн).

Важно отметить, что в 2015/2016 с.х.г. в структуре экспорта пшеницы из России 20% (5 млн. из 25 млн. тонн) пришлось на экспорт в страны «Африки к югу от Сахары».

Традиционно самыми крупными импортёрами российской пшеницы в этом регионе являются:

1. Нигерия (население 174,5 млн. чел., 7-е место в мире, прогноз импорта пшеницы — 4,5 млн. тонн) — 2015/2016 — 1,2 млн. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 0,7 млн. тонн.

2. Южно-Африканская Республика (ЮАР) (население 48,6 млн. чел.,25-е место в мире, прогноз импорта пшеницы — 1,9 млн. тонн) — 2015/2016 - 1,1 млн. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ — 0,4 млн. тонн.

3. Судан (население 40,2 млн. чел., 33-е место в мире, прогноз импорта пшеницы — 2,3 млн. тонн) — 2015/2016 — 0,7 млн. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 0,3 млн. тонн.

4. Кения (население 45,5 млн. чел.,30-е место в мире) — 2015/2016 — 454 тыс. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 296тыс. тонн.

5. Танзания (население 48,2 млн. чел.,27-е место в мире) — 2015/2016 — 405 тыс. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 136тыс. тонн.

6. Мозамбик — 2015/2016 — 248 тыс. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 125 тыс. тонн.

7. Джибути — 2015/2016 — 167 тыс. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 43,4тыс. тонн.

8. Эфиопия (население 93,8 млн. чел, 13-е место в мире)— 2015/2016 — 148 тыс. тонн.

9. Демократическая Республика Конго (население 75,5 млн. чел, 19-е место в мире)— 2015/2016 — 140 тыс. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 66тыс. тонн.

10. Гана — 2015/2016 — 105 тыс. тонн, с начала 2016/2017 с.х.г. экспортировано из РФ— 70 тыс. тонн.

Американские предсказатели, или Новая сказка о золотом петушке

Александр САЛИЦКИЙ, Ольга ГЕРАСИМОВА

У Пушкина в одной из сказок появляется замечательный прибор – золотой петушок, указывающий на возможные направления возникновения угроз безопасности тридевятого царства. Без петушка этому царству было никак – угрозы ему возникали постоянно и со всех сторон.

Есть такой петушок и у разработчиков внешней политики США. Зовут петушка Centre for Preventive Action (CPA), работает этот под эгидой CFR – Совета по международным отношениям, влиятельнейшего мозгового центра США, издающего журнал Foreign Affairs.

Предупреждение международных конфликтов, как рекламирует себя CPA, является одной из его главных целей, а важным инструментом работы служит подготовка ежегодных докладов, в которых фиксируется некоторое количество (обычно около дюжины) конфликтов, уже разгоревшихся или только разгорающихся, или примороженных в разных точках планеты. Оценка конфликтов производится по двум критериям (шкалам): их глобального значения и вероятности перерастания в более серьёзные военные столкновения, ведущие к ещё большим рискам. Таких докладов СРА подготовил уже семь или восемь, и вот только что появился доклад с оценками угроз на 2017 год.

Поскольку в сети есть и сделанный более года назад прогноз на 2016 год, полезно посмотреть, что получилось, а что не получилось у американских предсказателей. Насколько основательными и точными были ожидания СРА по поводу характера и остроты наиболее вероятных и наиболее серьёзных международных конфликтов 2016 года.

На первое место осенью прошлого года эксперты СРА поставили конфликт в Сирии. Пожалуй, с этим не поспоришь: ожидания подтвердились, хотя появился и свет в конце этого жуткого тоннеля.

Вторым по значимости конфликтом 2016 года американские эксперты назвали поздней осенью 2015 года возможное нападение неядерными средствами на США или кого-то из их союзников. Этого не случилось, как не произошло и ещё одной (третьей по значению) неприятности: «крайне разрушительной кибератаки на критически важную американскую инфраструктуру». В обоих этих случаях золотой петушок промахнулся, что лишний раз подтверждает: реальных внешних угроз Америке практически нет. Зато охотников их выдумывать предостаточно…

Прочие очаги напряжённости выстраивались в прогнозе CPA на 2016 год в общем и целом в порядке, который могли бы счесть вполне соответствующим реальному «грозовому потенциалу» в Пекине и в Москве. Это «серьезный кризис внутри КНДР или вокруг нее»; «политическая нестабильность в ЕС, вызванная наплывом мигрантов и беженцев»; «продолжающееся политическое дробление Ливии»; «повышение напряжённости в отношениях Израиля и палестинцев»; «усиление политического насилия в Турции»: «рост политической нестабильности в Египте» (здесь, пожалуй, дела всё же были лучше прогноза), «усиление насилия и нестабильности в Афганистане»; «продолжение распада Ирака из-за самопровозглашенного ИГ и продолжающегося конфликта между суннитами и шиитами».

Заметим, что и прогноз низкой вероятности ухудшения ситуации в 2016 году оказался у экспертов СРА вполне удачным. Он касался трёх конфликтов: востока Украины (Донбасса) – здесь не были развязаны полномасштабные боевые действия; не произошло вооружённого столкновения в Южно-Китайском море (эпизод с захватом подводного дрона американских ВМС легко обратить в шутку); не взорвалась Нигерия под угрозой террора «Боко Харам».

При подготовке прогнозного доклада о главных угрозах международной безопасности в 2017 году, составленного под руководством Пола Стэрза (Paul B. Stares), методика несколько изменилась. Число международных конфликтов, с которыми оперирует доклад, установлено в количестве 30 наиболее значимых для США. В начале ноября проект доклада был разослан примерно 7 тысячам правительственных чиновников и специалистов-международников, от которых было получено около пятисот ответов. Каждый из опрошенных должен был оценить вероятность (высокая, средняя, низкая) воздействия на интересы США фигурирующих в докладе конфликтов.

Высокая степень воздействия означает прямые угрозы территории США и населению страны, необходимость использования американских вооружённых сил (в соответствии с существующими у Вашингтона договорными обязательствами) или же угрозу поставкам в США критически важных ресурсов. Средняя степень воздействия того или иного конфликта на интересы США означает угрозу странам, стратегически важным для Америки, но не имеющих с ними договоров о совместной обороне. Низкая степень значимости присвоена конфликтам, способным вызвать серьёзные последствия, но в странах, имеющих для США ограниченное стратегическое значение.

Интересны оценки экспертами CPA вероятности наступления в 2017 году того или иного конфликтного события.

Подавляющее большинство угроз (21 из 30), согласно этим оценкам, сохранятся с уходящего года. Однако есть и очень существенные коррективы. Так, в разряд приоритетных угроз (высокая степень вероятности конфликта) внесена вероятность военного столкновения между Россией и страной-членом НАТО. К этому же разряду отнесена высокая вероятность интенсификации конфликта между Турцией и курдами. Названы ещё пять угроз такого же, то есть высшего, уровня: террористический удар или кибератака на США; кризис на Корейском полуострове; рост насилия и нестабильности в Афганистане; дальнейшая эскалация гражданской войны в Сирии.

Одновременно в прогнозе на 2017 год появились девять новых рисков (угроз). К ним отнесены рост авторитаризма и политической нестабильности на Филиппинах и в Турции (это риски второго уровня). Семь оставшихся выбраны с помощью опросов массовой аудитории (так называемый краудсорсинг): интенсификация нынешнего политического кризиса в Бурунди; гражданские протесты и этническое насилие в Эфиопии; продолжающиеся атаки террористической группировки «Аш-Шабаб» в Сомали и соседних африканских странах; политическая нестабильность в Таиланде в связи с утверждением у власти нового короля; волнения и насилие в Зимбабве; политическая нестабильность в Колумбии, связанная с разрывом мирного соглашения между правительством и революционными вооруженными силами (FARC); возможность нового военного конфликта между Арменией и Азербайджаном по поводу Нагорного Карабаха.

Три угрозы, отмеченные в прогнозе на 2016 год, в прогнозе на будущий год увеличились в размере. Помимо опасности военного столкновения между Россией и странами НАТО (переместилась со среднего уровня на высший) с низшего уровня на средний передвинуты угрозы военного столкновения между Пакистаном и Индией, а также политического кризиса в Венесуэле.

Две угрозы в сознании прогнозистов из CPA трансформировались. Опасения по поводу стабильности Йемена, особенно в связи с угрозой, какую представляет собой «Аль-Каида» на Аравийском полуострове, переросли в страх перед последствиями военной интервенции Саудовской Аравии в этой стране. Рост политического насилия в Нигерии, особенно в связи с деятельностью террористической группировки «Боко Харам», перешёл в ощущение угрозы восстания в дельте Нигера.

Понижен (смещён с высшего уровня на средний) статус угроз, вызванных такими конфликтами, как политическая нестабильность в ЕС из-за кризиса с беженцами; распад Ирака; обострение израильско-палестинских отношений; распад Ливии.

Девять рисков (угроз), указанных в прогнозе на 2016 год, из списка угроз в прогнозе на 2017 год исключены вообще. Это рост политической нестабильности в Египте; нарастание криминального насилия в Мексике, межрелигиозные конфликты в Ливане; рост политической нестабильности в Иордании; потенциальный конфликт между Ираном и США; политическая нестабильность в Саудовской Аравии; эскалация исламского терроризма в России, рост межконфессионального насилия в ЦАР и Мьянме. Это довольно любопытный факт: ведь причины всех этих явлений никуда не делись, тем не менее из краудсорсинговых прогнозов они исчезли.

Подводя итог всем этим выкладкам, вспомним ещё раз золотого петушка из сказки. В определённом смысле его способ анализа геополитической обстановки был более совершенным, несмотря на недостаток специальных средств. У петушка была одна очень полезная черта: он указывал только одно направление, откуда грозила опасность тридевятому царству. А вот у первой державы мира таких угроз получается три десятка. Только и озираться по сторонам.

Или, может быть, все эти прогнозы, вовсе даже не прогнозы, а ориентировочная карта-схема точек приложения интервенционистских усилий США на ближайшее будущее?

Гражданские конфликты и экстремальные погодные явления оказали сильное влияние на продовольственную безопасность в 2016 году, что привело к увеличению количества стран, нуждающихся в продовольственной помощи, согласно докладу ФАО. В новом выпуске доклада «Прогноз на урожай и ситуация с продовольствием» выделяются 39 стран, которые нуждаются во внешней помощи для производства продуктов питания.

В то время как прогноз по глобальному предложению зерновых улучшается за счет благоприятных в целом погодных условий для выращивания культур, наследие недавней засухи сохраняется, как и негативные последствия захлестнувшей страны волны конфликтов.

Сельскохозяйственные прогнозы указывают на устойчивые урожаи зерновых в ближайшем будущем, но голод, скорее всего, усилится в некоторых регионах в пору межсезонья, прежде чем созреют новые сельскохозяйственные культуры. В Южной Африке, где негативные последствия Эль-Ниньо привели к резкому сокращению производства продуктов питания в 2016 году, число людей, нуждающихся во внешней помощи с января по март 2017 года, как ожидается, значительно возрастет по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Доля детей, у которых выявлена задержка в росте значительно выше в наиболее проблемных областях, в частности, на Мадагаскаре, в Малави и Мозамбике, отмечается в докладе.

В некоторых регионах, недостаточные запасы семян зерновых и бобовых в результате двух последовательных неурожаев могут привести к сокращению посадок. ФАО и национальные правительства осуществляют программы поддержки сельского хозяйства в целях улучшения доступа к основным средствам производства в секторе сельского хозяйства.

Конфликты оказывают воздействие на продовольственную безопасность

Чтобы облегчить планирование гуманитарной помощи, в докладе выделены основные причины локальных продовольственных кризисов. Они варьируются от острого дефицита продуктов питания и повсеместного отсутствия доступа к продовольствию вследствие низких доходов, высоких цен или разрушенных сбытовых сетей - до воздействия конфликтов на местную продовольственную безопасность.

Гражданские конфликты и их последствия, в том числе перемещения беженцев, отягощающих положение принимающих стран, таких как Камерун и Чад, были отмечены в 21 из 39 стран. Широкомасштабный конфликт может привести к потере и истощению производственных активов домохозяйств, как в Центральноафриканской Республике, а также к проблемам с безопасностью, которые препятствуют ведению сельскохозяйственной деятельности, как это происходит в Южном Судане.

В некоторых районах Южного Судана хорошие урожаи имеют лишь кратковременный эффект, поскольку текущий конфликт снизил возможность осуществления сельскохозяйственной деятельности, что создает реальный риск голода для наиболее уязвимых групп населения.

Продолжающийся гражданский конфликт в Сирии привел к тому, что уже 9,4 млн. человек нуждаются в продовольственной помощи. Производство пшеницы в этом году, по оценкам, будет примерно на 55% ниже докризисного уровня. Продолжающийся конфликт в Йемене, скорее всего, привел к увеличению количества людей, страдающих от продовольственной необеспеченности, с 14,2 миллиона человек в июне, говорится в сообщении. Недавняя эскалация конфликта в Ираке вызвала широкомасштабные внутренние перемещения. Острый дефицит продовольствия затрагивает более 8 миллионов человек в Афганистане и их число, вероятно, возрастет с возвращением около 600 000 беженцев из Пакистана до конца 2016 года.

Число не обеспеченных продовольствием людей в Нигерии превышает 8 миллионов человек и, по прогнозам, увеличится до 11 миллионов человек к августу 2017. Продолжающийся конфликт в северных штатах привел к снижению посевных площадей, тогда как резкое снижение курса валюты найры привело к росту внутренних цен на продовольствие и негативно сказалось на региональной торговле, поскольку объемы экспорта зерновых из Нигерии все возрастают, а объемы импорта скота, наоборот, падают.

Улучшение тенденций в сельском хозяйстве после тяжелого 2016 года

Засухи и другие неблагоприятные погодные явления, связанные с Эль-Ниньо, вызвали значительный дефицит сельскохозяйственных культур в 2016 году в нескольких странах. Совокупный объем производства зерновых в Африке сократился в 2016 году, несмотря на некоторые выгоды, которыми воспользовались отдельные суб-регионы, в частности, Западная Африка и регион Сахеля, которые, по оценкам, должны произвести рекордные урожаи зерновых. Производство кукурузы в Южной Африке резко сократилось, что усугубило ситуацию с продовольственной безопасностью.

Неурожаи вызвали резкий рост цен на кукурузу в Малави, где 6,5 миллиона человек, как ожидается, окажутся в ситуации отсутствия продовольственной безопасности во время предстоящего межсезонья. Хорошей новостью является то, что с уходом Эль-Ниньо, по предварительным оценкам, в Южной Африке произойдет увеличение посевных площадей кукурузы на 27% в 2017 году, на сегодняшний день она является крупнейшим производителем в регионе.

В то время как большая часть Азии смогла извлечь выгоды из обильного производства продовольствия в 2016 году, включая стремительное восстановление производства в Индии, влияние затяжных конфликтов в ряде стран Ближнего Востока по-прежнему наносят сильный удар по сельскохозяйственному производству в целом, несмотря на благоприятные погодные условия для основных зерновых культур.

В Центральной Америке ожидается восстановление производства в 2016 году после пострадавшего от засухи урожая в прошлом году, тогда как в 2017 году посевной сезон в Южной Америке ожидает благоприятный старт после неурожая 2016 года, главным образом, из-за засухи в Боливии, Бразилии и Парагвае.

Тридцать девять государств в настоящее время испытывают потребность во внешней продовольственной помощи: Афганистан, Буркина-Фасо, Бурунди, Центральноафриканская Республика, Чад, Конго, Корейская Народно-Демократическая Республика, Демократическая Республика Конго, Джибути, Эритрея, Эфиопия, Гвинея, Гаити, Ирак, Кения, Лесото, Либерия, Ливия, Мадагаскар, Малави, Мали, Мавритания, Мозамбик, Мьянма, Непал, Нигер, Нигерия, Пакистан, Папуа-Новая Гвинея, Сьерра-Леоне, Сомали, Южный Судан, Судан, Свазиленд, Сирия, Уганда, Йемен и Зимбабве.

 Что принесла народу Кубинская революция

В 1956 году Фидель Кастро Рус возглавил Кубинскую революцию, которая в 1959 году победила. Народные революции неизбежны, как неизбежно историческое возмездие.

Леонид Масловский

1 января 1959 года диктатура Батисты, кровавого ставленника США, была свергнута. Батиста сбежал в США, прихватив с собой кубинскую казну.

Октябрьскую и Кубинскую революции проклинают богатые, живущие за счёт труда других людей и народов граждане мира, у которых сегодня СМИ и власть над простыми людьми.

Но революции неизбежны, потому что неизбежно историческое возмездие. Возмездие приходит закономерно и внезапно, как цунами. Возмездие - это действие одного из трёх законов диалектики: "Перехода количества в качество путём скачка". Вот этот скачок (возмездие) и пришёлся в России на 9 января 1905 года, а на Кубе - на 26 июля 1953 года, когда отряд кубинских патриотов во главе с Фиделем Кастро Рус штурмовал казарму-крепость Монкада.

В результате 12 летней борьбы в России и 6 летней борьбы на Кубе победили народные революции: в России - в октябре 1917 года, на Кубе – в январе 1959 года.

В обществе с вопиющей несправедливостью, вседозволенностью представителей правящего класса революции неизбежны. Напрасно, живущие в сытости и довольствии, имеющие миллионные и миллиардные доходы члены общества, считающие всех остальных людьми второго сорта, которых именно они поставили на грань нищеты и в положение фактического бесправия, думают, что проживут свою жизнь в условиях полной безнаказанности. Не им, так их детям или внукам придётся отвечать за совершённые антинародные деяния.

Народная революция – это суд народа над своими угнетателями, врагами народа, смена власти угнетателей на власть народа. И отвечать придётся по классовому признаку.

Сегодня нашему обществу навязывается мнение, что все революции приносят народам только страдания, но это далеко не так. Страдания людям приносят антинародные, буржуазные, либеральные революции и государственные перевороты, которые, как правило, финансируются и подготавливаются Англией и США. В России такой революцией была Февральская революция 1917 года и государственный переворот 1991 года, во Франции буржуазная революция 1789 года, тоже свершившаяся не без помощи Англии, на Украине – государственный переворот 2014 года.

Февральская буржуазная революция в России привела к отречению царя Николая II от престола, развалу государства, голоду и тифу, унесших миллионы жизней. Французская буржуазная революция унесла почти пятую часть населения Франции, цветная революция на Украине ведёт к вымиранию и эмиграции населения Украины. Цветная революция в Ливии и других странах Ближнего Востока привела к развалу государств и переходу власти к бандоформированиям, бесконечным войнам и рекам человеческой крови.

Народные социалистические революции без вмешательства других стран отличаются малой кровью и построением государств, власти, которые действительно служат людям и ведут к быстрому росту населения, ускоренному развитию промышленности, сельского хозяйства, образовательного и культурного уровня нации.

Ни в коем случае нельзя смешивать революции, направленные против интересов трудящихся и революции, направленные на торжество справедливости. Кубинская революция была именно такой народной антиимпериалистической революцией, которая привела к построению на Кубе справедливого социалистического государства. Возглавил революцию, а после её победы и государство Куба Фидель Кастро.

На Кубинскую революцию либералы вылили не меньше грязной лжи, чем на российскую Великую Октябрьскую революцию 1917 года. Но давайте послушаем не их, а советского учёного, не отягощённого либеральными взглядами и американскими милостями. С. Г. Кара-Мурза писал: «Куба в 60-е годы просто дышала счастьем. Оно сияло на каждом шагу. Я жил в Сантьяго-де-Куба и иногда ходил на факультет пешком, срезая путь, - через фавелу, скопище лачуг. Там уже была начальная школа, в тени огромного дерева поставлена доска, стульчики. Приходила девушка-учительница, весь класс её окружал, и каждый ребёнок обнимал и целовал. Только потом она начинала урок…

На Кубе много очень красивых девушек, глаз не отвести. Идёт такая, с лицом богини, - а ноги, как трости, искривлены туберкулёзом, рахитом и другими следами детского недоедания. В Орьенте, бедной провинции, это было почти всеобщее явление. Как увидишь, сердце сжимается.

Второй раз я приехал туда же в 1972 г. Подросло поколение девочек, вскормленных уже после революции. Это было как чудо – у всех спортивные, гармоничные фигуры. Следы болезней начисто исчезли. Стоило только дать, на голом волюнтаризме, каждому ребёнку по литру молока в день.

Когда я там был во второй срок, уже с маленькой дочкой, и меня коснулось: каждый день по улице медленно проходил грузовик с молоком, и человек бегом разносил к каждой двери литровые бутылки – на каждого ребёнка до 12 лет и на старика после 60 лет. Хоть к лачуге, хоть коттеджу бывшего миллионера».

«Эта революция – удивительное и таящее в себе множество уроков явление второй половины века. Совершённая вопреки теориям и расчётам, она… стала объектом самой патологической злобы и клеветы.

То предательство, которое совершила мировая культурная элита в конце 1980-х годов в отношении Кубы, - веха общей смуты. Важная часть этой измены вызревала среди нас, на наших глазах и даже в нас самих. За последние десять лет телевидение Москвы не сказало о Кубе ни одного тёплого слова – лишь злорадство и ненависть. Это – чистый, прокалённый случай ненависти, не оправданной никакими разумными обстоятельствами и интересами. Ведь никакой осязаемой вины Кубе приписать не могут. Все эти вопли про тоталитаризм Кастро – полная чушь. С пресловутыми правами человека дела на Кубе несравненно лучше, чем во всех латиноамериканских «демократиях» и даже чем в самих США.

Это – ненависть к народу, который сохраняет достоинство и держится в условиях, когда это кажется абсолютно невозможным. Ненависть к народу, который, находясь на грани самого настоящего голода, сохраняет младенческую смертность на уровне 7 на тысячу – когда в богатейшей демократической Бразилии она составляет 37 на тысячу (в РФ – 17). Ненависть неконструктивная и низкая. Если бы мы поняли истоки этого переворота в душе нашей либеральной интеллигенции, мы бы прояснили много и в нашей судьбе.

Она (Куба – Л. М.) была для нас драгоценным подарком судьбы. И это было всем настолько ясно, что об этом даже не говорили. Ведь мы получили дружественную страну в западном полушарии…За все последние годы ни один авторитетный военный из патриотов не сказал вслух, что значило для нашей страны в 1960 г. вырваться из кольца военных баз США и получить «непотопляемый авианосец» в 90 милях от Майами. Не сказал, что значила для нас помощь кубинцев в вооружённой защите Анголы, Мозамбика, Эфиопии – наших важных потенциальных союзниках в Африке. Да, Горбачёв всё это сдал Западу, но ведь в 60-70-е годы Горбачёва ещё у власти не было, и мы не собирались капитулировать и начать искусственное «вымирание» нашего народа».

Куба была базой для кораблей рыболовецкого и военно-морского флота СССР, для наших подводных лодок и при необходимости самолётов. Кроме того, мы получали «до трёх миллионов тонн сахара в год по 30 копеек за килограмм, а продавали у себя в стране – по 90 копеек за килограмм и продавали за границу свой сахар из свеклы. Мы тратили по 10 центов в день на одного кубинца, а получали не только не меньший доход, но и гарантию безопасности своей стране. Но этого никто нашим людям не объяснял, и мы думали о Кубе так, как нам объясняли дикторы радиостанции «Голос Америки». Даже сегодня блокадная Куба принимает на лечение чернобыльских детей, и принимала их каждый год после аварии тысячами, делала и делает этим детям операции, которые на «мировом рынке» стоят десятки тысяч долларов. Кубинцы, как сербы, белорусы и многие другие преданные Россией народы и отдельные люди будут всем нам укором и через многие годы.

Либералы и сегодня в десять, двадцать и более раз уменьшают военную мощь СССР 1960-х годов. Даже размещение ракет с термоядерными боеголовками на Кубе представляют, как военную слабость СССР, который якобы размещением ракет стремился подправить стратегическое неравенство между СССР и США. В действительности Хрущёв как-то сказал представителям США, что мы будем штамповать ракеты, как сосиски. Мы их так и штамповали, превосходя США, как по количеству ракет, их мощности, так и по мощности термоядерного заряда. Америка даже после уничтожения СССР и разгрома российской промышленности, сегодня отстаёт от нас в ракетостроении. Поэтому американцы сидели «поджав хвост» и когда ГДР ставила в Берлине стену, и когда наши ракеты устанавливали на Кубе.

Кстати сказать, что не решились США применить военную силу, когда в ночь с 12 на 13 августа 1961 года правительство ГДР во главе с В. Ульбрихтом закрыли границу между Западным и Восточным Берлином. Простоявшая на линии границы не один десяток лет бетонная стена была воздвигнута за одну ночь. Вот так при социализме умели работать немцы и русские.

Сегодня западные и российские либералы утверждают, что граница была установлена с целью недопущения перехода немцев из социалистического Восточного в капиталистический Западный Берлин. Причём такие заявления делаются с серьёзным, не терпящим возражения видом. Но возникает вопрос: что мешало жителям Восточного Берлина уйти в Западный Берлин за 16 лет до закрытия границы, а затем и установления стены?

Люди из ГДР не уходили, потому что не хотели уходить. Им нравилось жить при социализме. Кто хотел уйти, тот ушёл. И стену ставили, прежде всего, чтобы прекратить провокации со стороны Запада и скупку крайне дешёвых товаров и услуг жителями Западного Берлина.

Нравилось жить при социализме и народу Кубы. Вот поэтому Куба сохранила свою независимость, честь и достоинство даже после того как была Россией предательски брошена на произвол судьбы.

Греческий народный праздник Момогери вошёл в список ЮНЕСКО

Момогери - традиционное празднование Нового года в восьми деревнях в регионе Козани в Западной Македонии – внесено в Репрезентативный список культурного нематериального наследия человечества ЮНЕСКО.

Решение об этом было принято в ходе 11-й сессии Межправительственного комитета по охране нематериального культурного наследия, проходящей в Аддис-Абебе.

Традиционный праздник Момогери, один из многих карнавальных событий «Двенадцатидневья», или Святок (период Рождества, Нового года и Крещения), широко отмечается в Северной Греции и связан с приходом нового года. Обычай широко отмечался на Понте и считается одним из важных элементов коллективной идентичности понтийского народа.

По сути, это театральное представление, состоящее из многочисленных сценок, разыгрываемых местными жителями. Название праздника происходит из двух слов: «момос» (бог насмешки) и «герос» (старик), то есть, его буквальный перевод - «старый насмешник».

Добавим, что Момогери стал четвёртым греческим элементом нематериального культурного наследия, включённым в Репрезентативный список нематериального культурного наследия человечества ЮНЕСКО. В список также входят средиземноморская диета (совместно с Италией, Испанией, Марокко, Португалией, Кипром, Хорватией), выращивание и производство мастихи на Хиосе и обработка мрамора на острове Тинос.

ЮНЕСКО включила китайский аграрный календарь в список нематериального культурного наследия

30 ноября -- Традиционный китайский аграрный календарь, состоящий из 24 солнечных сезонов, был сегодня включен в Список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО в ходе проходящей в Аддис-Абебе 11-й сессии межправительственного комитета ЮНЕСКО. (Синьхуа)

В Бельгии находятся около 200 пивоваренных заводов, которые производят 1 тыс. 500 сортов пива.

Жители Бельгии просят организацию ООН по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО) внести бельгийские пивоваренные традиции в список мирового наследия, сообщает 25 ноября Reuters.

Граждане Бельгии считают, что уникальные пивоваренные традиции способствовали формированию единой идентичности в стране, где существует три официальных языка. Богатая история пивоварения и широкое разнообразие сортов пива выделяют Бельгию среди других стран мира, считают жители Бельгии.

Напомним, в Бельгии находятся около 200 пивоваренных заводов, которые производят 1 тыс. 500 сортов пива, согласно данным торговой ассоциации бельгийских пивоваров. История развития пивоварения представлена в 30 музеях по всей стране.

Заседание комитета ЮНЕСКО нематериального культурного наследия человечества пройдет на следующей неделе в Аддис-Абебе, столице Эфиопии, где будет принято решение относительно заявки, поступившей из Бельгии.

Обеспечение надлежащих прав владения и пользования землей является важным шагом в улучшении продовольственной безопасности для миллионов людей в развивающихся странах, но обеспечить защиту прав на владение не так просто, когда речь идет о способах использования земли мобильными животноводческими общинами.

Более 500 миллионов человек на планете полагаются на животноводство, они часто пасут животных на различных ландшафтах, чтобы добраться до источников воды и пастбищ и избежать засухи, болезней животных и гражданских конфликтов. Чтобы удовлетворить более сложные потребности животноводов, многие из которых опираются на обширные территории и пользуются ими оппортунистическими способами, ФАО при поддержке Международного союза охраны природы, Комиссии по экологическому праву и Комиссии по окружающей среде, экономической и социальной политике, подготовила техническое руководство о том, как внедрить жизнеспособные механизмы владения и пользования землей для часто маргинальных групп, которые используют около трети земной поверхности.

«Совершенствование управления пастбищными землями» является частью серии публикаций, которые предоставляют рекомендации относительно того, как реализовать Добровольные руководящие принципы ответственного управления владением и пользованием земельными, рыбными и лесными ресурсами в контексте национальной продовольственной безопасности - инициативы, которая была одобрена в 2012 году при посредничестве ФАО.

Животноводы во всем мире участвуют в самых разнообразных практиках и являются носителями огромного количества культур и традиций разных стран, таких как Монголия, Нигер, Испания, Кения, Норвегия и Соединенные Штаты Америки. Скотоводы населяют пастбищные угодья, многие из которых являются засушливыми или полузасушливыми, и используют высоко адаптируемые стратегии для средств к существованию, которые сложны для понимания посторонних. Их адаптивность опирается на права доступа, которые часто вступают в противоречие с классическими представлениями о правах собственности.

«Пастбищное животноводство представляет собой систему производства животноводческой продукции, которая использует преимущества как разнообразия, так и сезонности природных ресурсов на пастбищах. Она основана на крупномасштабном, тщательно спланированном перемещении животных, что требует высокого уровня координации между несколькими пользователями. Это привело к появлению обычаев и институтов, обеспечивающих эффективное принятие и претворение в жизнь решений местных общин», - сказал Джонатан Дэвис, координатор программы по засушливым районам Международного союза охраны природы и ведущий автор технического руководства.

Прогресс в области экологии и более активное участие животноводов в глобальных форумах привели к повышению всеобщего внимания к образу жизни, который рассматривается как гибкий и уcтойчивый, а не устаревший.

«Пастбищное животноводство является одним из эффективных и устойчивых стратегий управления пастбищными угодьями, и животноводы играют ключевую роль в обеспечении многофункциональности пастбищ», - сказала Катерина Бателло, старший эксперт ФАО по управлению экосистемами.

Поддержка животноводческих общин вносит огромный вклад не только в Цель устойчивого развития 2 по искоренению голода и продвижению устойчивого сельского хозяйства, но и в Цель 15 по сохранению всех форм жизни, предотвращению деградации земель и потери биоразнообразия.

Согласование со статутным правом

Техническое руководство стремится обеспечить права владения и пользования, не игнорируя при этом традиционные права.

Права животноводов, которые варьируются от доступа к пастбищам, пунктам водопоя, коридорам между сезонными пастбищами, стойбищам и рынкам, часто встраиваются в неформальные договоренности на основе традиционных правовых систем. Задача состоит в том, чтобы согласовать такие традиционные системы с установленными законом режимами. В техническом руководстве описывается, как это может быть достигнуто путем проведения тематических исследований, в которых юридическое признание традиционных прав имеет такое же значение, как законные права.

Устойчивость через пастбищное животноводство

Адаптированные и устойчивые пасторальные системы, которые включают в себя важнейшие функции, такие как удобрение почвы, широкое рассеивание семян, улучшение инфильтрации грунтовых вод, сохранение ландшафта и совместимость с местной дикой природой, по оценкам, являются в 2-10 раз более продуктивными на единицу площади и устойчивыми в течение более длительного периода, чем некоторые из альтернативных видов землепользования, таких как растениеводство и добыча полезных ископаемых, которые были предложены на замену.

Недовыпас может быть такой же угрозой, как и перевыпас, когда речь идет о деградации окружающей среды. Когда конфликты привели к тому, что пасторальные земли были заброшены в Восточной Африке, недостаток навоза и ротационного выпаса привел к снижению разнообразия растений и разрастанию колючих кустарников.

Перевыпас часто является симптомом неэффективного управления. Например, животноводы в Северной Африке часто настаивают на том, чтобы животные оставались вблизи рыночных центров, где их можно быстро продать, что приводит к недоиспользованию отдаленных пастбищ и ухудшению состояния тех, которые находятся ближе к точкам продажи.

Новые границы также могут представлять собой острые проблемы. Например, животноводы в Кении и Эфиопии отдавали раньше излишки животных дальним родственникам в любую из двух стран, осознавая, что в случае необходимости они могут рассчитывать на кредит, чтобы восстановить свои запасы. Государственные границы усложнили реализацию этой стратегии управления рисками.

Местные знания

Не существует устойчивых решений для пастбищного животноводства без передачи местных знаний, которые хранят аризонские животноводы, испанские пастухи и кочевники масаи.

Если животноводы будут чувствовать, что их права владения защищены, это будет способствовать укреплению доверия между животноводами и государством, которые часто имеют долгую историю взаимного непонимания.

Значительный прогресс был достигнут в этой области благодаря таким инициативам, как животноводческий учебно-информационный центр ФАО, канал обмена информацией, облегчающий участие животноводов в глобальных форумах.

Обеспечение надлежащих прав владения и пользования землей является важным шагом в улучшении продовольственной безопасности для миллионов людей в развивающихся странах, но обеспечить защиту прав на владение не так просто, когда речь идет о способах использования земли мобильными животноводческими общинами.

Более 500 миллионов человек на планете полагаются на животноводство, они часто пасут животных на различных ландшафтах, чтобы добраться до источников воды и пастбищ и избежать засухи, болезней животных и гражданских конфликтов. Чтобы удовлетворить более сложные потребности животноводов, многие из которых опираются на обширные территории и пользуются ими оппортунистическими способами, ФАО при поддержке Международного союза охраны природы, Комиссии по экологическому праву и Комиссии по окружающей среде, экономической и социальной политике, подготовила техническое руководство о том, как внедрить жизнеспособные механизмы владения и пользования землей для часто маргинальных групп, которые используют около трети земной поверхности.

«Совершенствование управления пастбищными землями» является частью серии публикаций, которые предоставляют рекомендации относительно того, как реализовать Добровольные руководящие принципы ответственного управления владением и пользованием земельными, рыбными и лесными ресурсами в контексте национальной продовольственной безопасности - инициативы, которая была одобрена в 2012 году при посредничестве ФАО.

Животноводы во всем мире участвуют в самых разнообразных практиках и являются носителями огромного количества культур и традиций разных стран, таких как Монголия, Нигер, Испания, Кения, Норвегия и Соединенные Штаты Америки. Скотоводы населяют пастбищные угодья, многие из которых являются засушливыми или полузасушливыми, и используют высоко адаптируемые стратегии для средств к существованию, которые сложны для понимания посторонних. Их адаптивность опирается на права доступа, которые часто вступают в противоречие с классическими представлениями о правах собственности.

«Пастбищное животноводство представляет собой систему производства животноводческой продукции, которая использует преимущества как разнообразия, так и сезонности природных ресурсов на пастбищах. Она основана на крупномасштабном, тщательно спланированном перемещении животных, что требует высокого уровня координации между несколькими пользователями. Это привело к появлению обычаев и институтов, обеспечивающих эффективное принятие и претворение в жизнь решений местных общин», - сказал Джонатан Дэвис, координатор программы по засушливым районам Международного союза охраны природы и ведущий автор технического руководства.

Прогресс в области экологии и более активное участие животноводов в глобальных форумах привели к повышению всеобщего внимания к образу жизни, который рассматривается как гибкий и уcтойчивый, а не устаревший.

«Пастбищное животноводство является одним из эффективных и устойчивых стратегий управления пастбищными угодьями, и животноводы играют ключевую роль в обеспечении многофункциональности пастбищ», - сказала Катерина Бателло, старший эксперт ФАО по управлению экосистемами.

Поддержка животноводческих общин вносит огромный вклад не только в Цель устойчивого развития 2 по искоренению голода и продвижению устойчивого сельского хозяйства, но и в Цель 15 по сохранению всех форм жизни, предотвращению деградации земель и потери биоразнообразия.

Согласование со статутным правом

Техническое руководство стремится обеспечить права владения и пользования, не игнорируя при этом традиционные права.

Права животноводов, которые варьируются от доступа к пастбищам, пунктам водопоя, коридорам между сезонными пастбищами, стойбищам и рынкам, часто встраиваются в неформальные договоренности на основе традиционных правовых систем. Задача состоит в том, чтобы согласовать такие традиционные системы с установленными законом режимами. В техническом руководстве описывается, как это может быть достигнуто путем проведения тематических исследований, в которых юридическое признание традиционных прав имеет такое же значение, как законные права.

Устойчивость через пастбищное животноводство

Адаптированные и устойчивые пасторальные системы, которые включают в себя важнейшие функции, такие как удобрение почвы, широкое рассеивание семян, улучшение инфильтрации грунтовых вод, сохранение ландшафта и совместимость с местной дикой природой, по оценкам, являются в 2-10 раз более продуктивными на единицу площади и устойчивыми в течение более длительного периода, чем некоторые из альтернативных видов землепользования, таких как растениеводство и добыча полезных ископаемых, которые были предложены на замену.

Недовыпас может быть такой же угрозой, как и перевыпас, когда речь идет о деградации окружающей среды. Когда конфликты привели к тому, что пасторальные земли были заброшены в Восточной Африке, недостаток навоза и ротационного выпаса привел к снижению разнообразия растений и разрастанию колючих кустарников.

Перевыпас часто является симптомом неэффективного управления. Например, животноводы в Северной Африке часто настаивают на том, чтобы животные оставались вблизи рыночных центров, где их можно быстро продать, что приводит к недоиспользованию отдаленных пастбищ и ухудшению состояния тех, которые находятся ближе к точкам продажи.

Новые границы также могут представлять собой острые проблемы. Например, животноводы в Кении и Эфиопии отдавали раньше излишки животных дальним родственникам в любую из двух стран, осознавая, что в случае необходимости они могут рассчитывать на кредит, чтобы восстановить свои запасы. Государственные границы усложнили реализацию этой стратегии управления рисками.

Местные знания

Не существует устойчивых решений для пастбищного животноводства без передачи местных знаний, которые хранят аризонские животноводы, испанские пастухи и кочевники масаи.

Если животноводы будут чувствовать, что их права владения защищены, это будет способствовать укреплению доверия между животноводами и государством, которые часто имеют долгую историю взаимного непонимания.

Значительный прогресс был достигнут в этой области благодаря таким инициативам, как животноводческий учебно-информационный центр ФАО, канал обмена информацией, облегчающий участие животноводов в глобальных форумах.

Им бы о душе подумать, а они все туда же. Это первое, что могло прийти на ум южнокорейскому обывателю, когда он узнал об этих закупках администрации. Но официальное объяснение последовало. И такое, что вот уж точно нарочно не придумаешь.

Беда не приходит одна. В Южную Корею она пришла вместе с "виагрой". Неизвестно, всплыла бы эта история в другой ситуации, но сейчас даже она здесь уже никого не удивила. Ну, разве что ввела в легкое недоумение. В стране такое творится, а администрация президента закупила 384 стимулирующие таблетки. Нашли время. Им бы о душе подумать, а они все туда же – первое, что могло прийти на ум раздраженному обывателю. И, наверное, пришло. Ведь, как говорят, с горем нужно переспать ночь. Одну. А у Пак Кын Хе сколько их уже было. Ее подругу арестовали еще 1 ноября. Сама под импичментом ходит. Не Клеопатра ли, ко всему прочему?

Чтоб накал не упал. Президентский скандал в Южной Корее усилили "виагрой"

В Корее теперь могут поверить всему. Кроме официального объяснения. Оно последовало незамедлительно. Хотя этот вопрос как раз и не стоит. По крайней мере, так напряженно, как сотни тысяч граждан на акциях протеста. Но именно на него глава государства ответила в обращении к народу. По ее словам, доморощенный аналог этого весьма специфического средства предназначался ее сотрудникам на время деловой поездки в Африку для профилактики горной болезни. Дескать, столицы Уганды, Эфиопии, Кении на километр-два возвышаются над уровнем моря. А в Корее даже альпинистам прописывают "виагру", чтобы, так сказать, оставались на высоте.

А вы о чем подумали, должна была для пущей невинности целомудренно спросить аудиторию Пак Кын Хе. Она ведь женщина одинокая, всех подробностей о второй стороне таблетки может и не знать. На самом деле, зачем бы еще ей и ее людям понадобились эти препараты, с другой-то стороны? По крайней мере, сейчас, когда авторитет власти совсем повис, да и на ковер к ней теперь вряд ли кого загонишь. Все на улице. Бастуют. Впрочем, как утверждают в секретариате главы государства, медикаментом запаслись в прошлом декабре, но так им и не воспользовались.

Любопытно, что вспомнили о нем так же внезапно, как и о подруге президента Цой Сун Силь. Может быть, потому что между ними есть что-то общее. Ведь та тоже как бы держала Пак в нужном тонусе. Как здесь теперь понимают, куда ни Кын, всюду Сун. Правила она не только президентские тексты и карму, но, похоже, и страной. Как оказалось, на все чакры мастер. Вона сколько накопилось. Если перевести эти самые воны в доллары – то за 70 миллионов. Говорят, дань с корпораций собирала, угрожая навлечь на них кары небесные. "Шаманка" – она, наверное, не одна приезжала за оброком, а сразу с бубном.

Иными словами, такая затейница была, что люди теперь даже представить боятся, на что она могла пустить эти стимуляторы. То, что Пак, если бы заболела, к врачам обращаться не стала б, они даже не сомневаются. С таким-то "знахарем" под боком. Сун Силь заменяла Кын Хе всех. В том числе, и саму Кын Хе. Но Силь у той уже не осталось. Под арестом. И рейтингу теперь никакая "виагра" не поможет. Он колеблется между пятью и шестью процентами. Как раз где-то на полшестого.

Но лишним препарат не будет. И не то чтобы интерес к протесту начал падать. Но почему бы, как говорится, и не усилить влечение к нему. Без "виагры" никто бы и не додумался развернуть его еще и так. Все теперь выглядит иначе. Чувствительней, что ли. Напряжение растет. И при этом народ хочет, но не может. Закон не велит. Разрешает снять президента только через импичмент. А на него у оппозиции в парламенте голосов не хватает. Все равно пообещала проявить инициативу в первых числах декабря. А вдруг на тех, кто еще сомневается, "виагра" все-таки подействует. Как средство от горной болезни. Чтобы не боялись оказаться на высоте.

Таиланд отменяет визовый сбор для украинцев и казахстанцев

Новые правила вступят в силу 1 декабря 2016 года и будут действовать до 28 февраля 2017 года.

Власти Таиланда решили отменить визовый сбор для туристов из 19 стран мира: Украины, Казахстана, Узбекистана, Андорры, Болгарии, Бутана, Китая, Кипра, Эфиопии, Индии, Латвии, Литвы, Мальдив, Мальты, Маврикия, Румынии, Сан-Марино, Саудовской Аравии и Тайваня. Эта мера призвана способствовать росту популярности Таиланда в высокий сезон, пишет Thailand Business News.

Ожидается, что нововведение увеличит число прибывающих в королевство туристов на 357 000 человек и принесет в казну страны дополнительные средства.

А вот российский турпоток в Таиланд и так растет. В августе 2016-го он увеличился почти на 42% за год.

Осведомленность потребителей о питательных и диетических преимуществах зернобобовых, в частности, чечевицы, нута, коровьего гороха и многих сухих бобов остается недостаточной, и многое еще предстоит сделать, чтобы повысить их роль в продовольственных системах, сказала сегодня заместитель Генерального директора ФАО Мария Хелена Семедо.

На протяжении 2016 года был достигнут прогресс благодаря инициативам, посвященным Международному году зернобобовых, но необходимо поддержать этот стимул, сказала Семедо участникам Глобального диалога, проходящего в штаб-квартире ФАО.

Известные своим относительно высоким содержанием белка и своей специфической способностью поглощать азот и удерживать его в почвах, зернобобовые также являются плодородным строительным блоком для других культур.

«Зернобобовые не только должны быть оценены за их качества, но и привлечь внимание политиков, которое они заслуживают», - сказала она.

Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций провозгласила 2016 год Международным годом зернобобовых, а главные спонсорские роли взяли на себя Пакистан и Турция. Чечевица Далс является чрезвычайно важным продуктом питания по всей Южной Азии, тогда как нут был обнаружен в гончарных изделиях эпохи неолита, раскопанных в Юго-Восточной Анатолии.

Еще многое предстоит сделать в исследованиях зернобобовых, чтобы повысить их устойчивость к экологическим стрессам и способствовать сокращению бедности в сельских районах, отметила Надин Ривас, Постоянный представитель при ФАО Исламской Республики Пакистан и сопредседатель руководящего комитета МГЗ.

Продвижение зернобобовых может способствовать инклюзивному экономическому росту, а также повышенное внимание к зернобобовым откроет экспортные возможности для таких стран, как Эфиопия и Мьянма, сказал Мурат Салим Эсенли, назначенный Постоянный представитель Республики Турции при ФАО и сопредседатель руководящего комитета МГЗ.

Двухдневное мероприятие Глобальный диалог позволит ключевым заинтересованным сторонам и экспертам со всего мира проанализировать результаты Международного года, которые включали в себя публикации научных работ, информационно-пропагандистскую деятельность и инициативы по созданию долгосрочных рекомендаций.

Подробнее о зернобобовых

Продвижение производства и потребления зернобобовых может внести свой вклад в достижение основных Целей в области устойчивого развития - особенно в отношении питания, бедности, здоровья почвы и изменения климата - в то, что Семедо называет «добродетельным социально-экономическим циклом», который гарантирует продовольственную безопасность и питание для всего общества.

В Малави многих фермеров поощряют за совместное выращивание кукурузы и зернобобовых культур, что приводит к увеличению продовольственной безопасности и доходов. В Замбии местные женщины-фермеры теперь производят почти половину зернобобовых для школьного питания.

Многие сорта зернобобовых подходят для выращивания в засушливых условиях. Выращивание зернобобовых в качестве растительного покрова является методом климатически оптимизированного сельского хозяйства, который повышает как производительность, так и устойчивость, сказала Семедо. Они также улучшают здоровье почвы, снижая потребность в искусственных удобрениях и, таким образом, приводят к сокращению выбросов парниковых газов, добавила она.

Сухие бобы составляют около трети мирового производства зернобобовых, при этом на сухой горох и нут приходится одна шестая часть мирового производства. Другие важные зернобобовые включают конские бобы, чечевицу, коровий и голубиный горох.

«Зернобобовые предлагают множество возможностей в области диверсификации пищевых продуктов, и я призываю шеф-поваров во всем мире исследовать богатый мир зернобобовых и использовать свой творческий потенциал для создания новых рецептов», - сказала Магги Хабиб, Специальный посол ФАО по МГЗ для Ближнего Востока.

Ежегодное производство зернобобовых составляет около 62 млн. тонн. Индия на сегодняшний день является крупнейшим производителем, а также нетто-импортером зернобобовых. Стоимость мирового товарооборота зернобобовых оценивается примерно в 7 млрд. долл. США, включая Китай, Бразилию, Канаду, Мьянму и Австралию - всех основных участников рынка.

Осведомленность потребителей о питательных и диетических преимуществах зернобобовых, в частности, чечевицы, нута, коровьего гороха и многих сухих бобов остается недостаточной, и многое еще предстоит сделать, чтобы повысить их роль в продовольственных системах, сказала сегодня заместитель Генерального директора ФАО Мария Хелена Семедо.

На протяжении 2016 года был достигнут прогресс благодаря инициативам, посвященным Международному году зернобобовых, но необходимо поддержать этот стимул, сказала Семедо участникам Глобального диалога, проходящего в штаб-квартире ФАО.

Известные своим относительно высоким содержанием белка и своей специфической способностью поглощать азот и удерживать его в почвах, зернобобовые также являются плодородным строительным блоком для других культур.

«Зернобобовые не только должны быть оценены за их качества, но и привлечь внимание политиков, которое они заслуживают», - сказала она.

Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций провозгласила 2016 год Международным годом зернобобовых, а главные спонсорские роли взяли на себя Пакистан и Турция. Чечевица Далс является чрезвычайно важным продуктом питания по всей Южной Азии, тогда как нут был обнаружен в гончарных изделиях эпохи неолита, раскопанных в Юго-Восточной Анатолии.

Еще многое предстоит сделать в исследованиях зернобобовых, чтобы повысить их устойчивость к экологическим стрессам и способствовать сокращению бедности в сельских районах, отметила Надин Ривас, Постоянный представитель при ФАО Исламской Республики Пакистан и сопредседатель руководящего комитета МГЗ.

Продвижение зернобобовых может способствовать инклюзивному экономическому росту, а также повышенное внимание к зернобобовым откроет экспортные возможности для таких стран, как Эфиопия и Мьянма, сказал Мурат Салим Эсенли, назначенный Постоянный представитель Республики Турции при ФАО и сопредседатель руководящего комитета МГЗ.

Двухдневное мероприятие Глобальный диалог позволит ключевым заинтересованным сторонам и экспертам со всего мира проанализировать результаты Международного года, которые включали в себя публикации научных работ, информационно-пропагандистскую деятельность и инициативы по созданию долгосрочных рекомендаций.

Подробнее о зернобобовых

Продвижение производства и потребления зернобобовых может внести свой вклад в достижение основных Целей в области устойчивого развития - особенно в отношении питания, бедности, здоровья почвы и изменения климата - в то, что Семедо называет «добродетельным социально-экономическим циклом», который гарантирует продовольственную безопасность и питание для всего общества.

В Малави многих фермеров поощряют за совместное выращивание кукурузы и зернобобовых культур, что приводит к увеличению продовольственной безопасности и доходов. В Замбии местные женщины-фермеры теперь производят почти половину зернобобовых для школьного питания.

Многие сорта зернобобовых подходят для выращивания в засушливых условиях. Выращивание зернобобовых в качестве растительного покрова является методом климатически оптимизированного сельского хозяйства, который повышает как производительность, так и устойчивость, сказала Семедо. Они также улучшают здоровье почвы, снижая потребность в искусственных удобрениях и, таким образом, приводят к сокращению выбросов парниковых газов, добавила она.

Сухие бобы составляют около трети мирового производства зернобобовых, при этом на сухой горох и нут приходится одна шестая часть мирового производства. Другие важные зернобобовые включают конские бобы, чечевицу, коровий и голубиный горох.

«Зернобобовые предлагают множество возможностей в области диверсификации пищевых продуктов, и я призываю шеф-поваров во всем мире исследовать богатый мир зернобобовых и использовать свой творческий потенциал для создания новых рецептов», - сказала Магги Хабиб, Специальный посол ФАО по МГЗ для Ближнего Востока.

Ежегодное производство зернобобовых составляет около 62 млн. тонн. Индия на сегодняшний день является крупнейшим производителем, а также нетто-импортером зернобобовых. Стоимость мирового товарооборота зернобобовых оценивается примерно в 7 млрд. долл. США, включая Китай, Бразилию, Канаду, Мьянму и Австралию - всех основных участников рынка.

Состоялась рабочая встреча Министра Вероники Скворцовой с кандидатом на пост Генерального директора ВОЗ от Венгрии Миклошом Сочка

В рамках рабочей встречи Миклош Сочка представил Министру собственную программу развития Всемирной организации здравоохранения, ранее анонсированную на специальном форуме ВОЗ в Женеве, где он выступал в качестве кандидата на пост Генерального директора организации.

Вероника Скворцова отметила, что уже успела ознакомиться с текстом его программы, и высоко оценила высказанные в ней идеи.

На семидесятой сессии Всемирной ассамблеи ВОЗ государства-члены изберут нового Генерального директора, который вступит в должность 1 июля 2017 года.

Ранее Министр уже встречалась с кандидатами от Эфиопии и Пакистана Тедросом Гебрейесус и Саньей Ништар.

Фирмы, которые извлекают прибыль из экскрементов

В среднем, каждый из нас производит от 135 до 180 литров отходов в день, сюда входит вода, покидающая наше тело во время дыхания, канализационные сливы от стирки и мытья, а также моча и экскременты.

Их переработка - это дорогостоящий и продолжительный по времени процесс. И тем не менее некоторые компании вместо того что бы рассматривать отходы как нечто от чего нужно поскорее избавиться стремятся превратить их в нечто полезное и даже прибыльное.

Одной из таких компаний является Northubrian Water, сегодня она признанный лидер в так называемой «энергии отходов» - использования отходов человеческой жизнедеятельности для производства газа и электроэнергии.

Компания первой в Британии начала применять специальным образом обработанные и отстоянные канализационные стоки для производства возобновляемой энергии.

Ричард Мюррей вспоминает, что тогда, в 1990е, подобная переработка отходов «была не особо популярной идеей». «Мы просто хотели от них избавиться», -говорит он.

Идея извлекать прибыль из стоков возникла во время встречи с представителями норвежской фирмы, которая к тому времени уже перерабатывала свои отходы в энергию. В итоге, обработка канализационных стоков, «вместо того что бы стоить нам денег, начала приносить доход».

«Это полностью изменило наш взгляд на проблему отходов.»

Сегодня в Northubrian Water используют анаэробную обработку для того, чтобы собирать метан и углекислый газ, вырабатываемый бактериями. Они обрабатывают стоки и используют полученный газ для того, что бы питать двигатели, производящие электричество. При этом часть газа поступает напрямую в газопровод.

Компания владеет двумя подобными биозаводами, и они совместно сокращают на 20 процентов ее годовые расходы на электроэнергию, которые до того составляли 40 млн. фунтов. В целом, по подсчетам Northubrian Water переработка отходов экономит для компании до 15 млн. фунтов в год.

Конкуренты компании, вроде Severn Trent and Wessex Water, девствуют схожим обозом. Производство биогаза довольно развито в таких странах как Китай, Швеция и Германия.

«Культурный вопрос»

В мировом масштабе подобные технологии могут иметь огромный потенциал. По подсчетам ООН, если все отходы человеческой жизнедеятельности в мире будут собираться и использоваться для производства биогаза, то общая стоимость производимого таким образом топлива составит 9,5 млрд. долларов. Производимого газа будет достаточно, чтобы снабжать электроэнергией 138 миллионов домохозяйств, что соответствует суммарному населению Индонезии Бразилии и Эфиопии.

Но несмотря на очевидные финансовые выгоды и пользу для окружающей среды, нам не так-то просто преодолеть фактор «неловкости» при использовании наших собственных отходов.

Сара Джувитт, доцент географии в Университете Ноттингема, изучавшая глобальный опыт обращения с отходами человеческой жизнедеятельности, утверждает, что «барьеры имеют культурный характер».

«Экскременты никогда не были свободной темой для любого общества. Существуют по-настоящему сильные культурные ограничения, касательно того, что приемлемо, а что нет», - говорит она.

Сара отметила, что поскольку в Англии есть туалеты и система канализаций, нам не требуется уделять много внимания потенциальной опасности для здоровья, которую несут в себе экскременты, в то время, как в развивающемся мире ситуация совсем иная. Каждый год в развивающихся странах из-за плохой санитарии гибнет 700000 детей. Именно на решение этой проблемы ориентировались создатели Janicki Omni Processor.

Эта машина, созданная американской компанией Janicki Bioenergy, перерабатывает канализационные стоки в питьевую воду и электричество, создавая при это пепел, в качестве побочного продукта.

Пилотный проект компании запущен в сенегальском Дакаре, сегодня он способен перерабатывать отходы 50000 – 100000 человек. Бил Гейтс, спонсировавший проект через свой фонд, назвал производимую в процессе воду «вкусной».

«Новые уроки»

Вопреки очевидным опасениям, что люди не захотят пить переработанную из отходов воду, местный персонал компании с «энтузиазмом ждал возможности попробовать ее». «На самом деле, оказалось, что они добровольно и на регулярной основе начали пить переработанную воду, это даже стало довольно распространенной практикой».

Президент Janicki Bioenergy Сара Ван Тассель говорит, что «с каждым месяцем работы пилотного проекта мы в компании получаем все новые уроки», о том, как выдерживать песчаные бури, находить запасные части и поддерживать работоспособность установки.

Она говорит, что для них этот опыт оказался «бесценен», при построении бизнес модели компании. В следующем году Janicki Bioenergy собирается поставить первый модуль в Восточную Африку.

В компании надеются, что через какое-то время у них будет уже несколько установок по всему миру, и каждая сможет перерабатывать отходы до 200000 человек, производя при этом питьевой воды для 35000.

Но пилотные проекты не всегда развиваются согласно плану. В прошлом году, в Бристоле был с большой помпой запущен первый в Англии «автобус на биогазе», работающий на продуктах переработки отходов человека и домохозяйств.

Это была инициатива принадлежащей Wessex Water компании GENeco, занимающейся вопросами возобновляемой энергии. Проект должен был продемонстрировать, что метан, получаемый при переработке канализационных и пищевых отходов может быть использован для замены ископаемого топлива, для того что бы питать энергией наши двигатели и дома.

Но несмотря на то, что автобус получил положительные отзывы от пассажиров и превозносился защитниками окружающей среды, компания First Group, которая выступала оператором для маршрута, заявила, что правительство отклонило их заявку на продление проекта. Теперь газ, производимый при обработке бристольских стоков поступает в национальную газовую сеть.

Тем временем людей не покидает идея найти нечто ценное в экскрементах. В прошлом году, храбрые американские исследователи, установили, что в человеческих отходах находится такое количество золота, что если бы его нашли в горной породе, то это месторождение было бы признанным пригодным для разработки.

Также среди отходов человеческой жизнедеятельности были обнаружены серебро, и редкоземельные элементы, включая палладий и ванадий.

Более раннее исследование, проведенное Университетом штата Аризона, показало, что город с населением в один миллион человек, за год смывает в канализацию драгоценных металлов на сумму в 13 млн. долларов.

Так что пренебрежительно относиться к отходам может оказаться попросту неразумно.

Автор: Хоуп Кейти @BBC

Спецпредставитель США по Афганистану и Пакистану Ричард Олсон покидает свой пост в связи с выходом на пенсию, сообщил в заявлении во вторник госсекретарь Джон Керри.

По заявлению Керри, Олсон продвигал процесс национального примирения в Афганистане и построил продуктивные отношения с Пакистаном.

Олсон занимал пост спецпредставителя с ноября 2015 года. В прошлом он был послом США в Пакистане и ОАЭ, также работал в Афганистане, Мексике, Уганде, Тунисе, Саудовской Аравии, Эфиопии и Ираке, а также при НАТО.

Алексей Богдановский.

Власти Эфиопии арестовали более 11 тысяч человек за первый месяц действующего в стране режима чрезвычайного положения, передает агентство Франс Пресс со ссылкой на местные СМИ.

Режим ЧС в Эфиопии был введен 9 октября сроком на шесть месяцев. Власти прибегли к этой мере впервые за 25 лет из-за охвативших регион Оромия антиправительственных выступлений и беспорядков.

"11 607 человек были заключены под стражу в шести тюрьмах, из них 347 – женщины, в связи с режимом ЧС в стране", — заявил председатель Контрольного совета по ЧС Тадессе Хордофа.

По его словам, задержанным были предъявлены обвинения в "нападении на стражей порядка с огнестрельным оружием", "убийства мирных граждан и стражей порядка", "отказ в предоставлении государственных услуг" и "нарушение движения транспортных средств".

Как отмечает агентство, число арестованных значительно возросло по сравнению с концом октября, когда власти сообщали о 2,5 тысячи взятых под стражу.

Второго октября на религиозном фестивале в регионе Оромия к югу от столицы страны собрались тысячи человек. Когда толпа начала скандировать лозунги, полицейские предприняли меры по разгону протестующих, в том числе применили слезоточивый газ и сделали предупредительные выстрелы в воздух. По данным председателя оппозиционной партии Федералистский Конгресс Оромо (Oromo Federalist Congress) Мерены Гудины, в ходе протестов в стране погибли более 100 человек.

Названы страны, в которых едят меньше всего мяса

Британская газета The Telegraph опубликовала список государств, в которых едят меньше всего мясных продуктов. «Самой вегетарианской» страной оказалась Бангладеш. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН на одного человека здесь в среднем приходится около 4 кг съеденного мяса в год. Для сравнения, в США эта цифра в 30 раз больше.

В первую пятерку стран с самым низким потреблением мяса помимо Бангладеш вошли Индия (4,4 кг мяса на человека в год), Республика Бурунди (5,2 кг), Шри-Ланка (6,3 кг) и Руанда (6,5 кг). В основном небольшим потреблением мяса отличаются страны Африки. Так, в список вошли Сьерра-Леоне, Эритрея, Мозамбик, Гамбия, Малави, Эфиопия, Гвинея, Нигерия, Танзания, Непал, Либерия, Уганда, Индонезия, Того и Соломоновы острова.

Наибольшими «мясоедами» оказались американцы, которые в среднем съедают 120 кг мяса в год. Причем до 2009 года этот показатель был еще выше — 124,8 кг в год. Также много мяса съедают в Кувейте (119,2 кг на человека в год), в Австралии (111,5 кг), на Багамских островах (109,5 кг) и в Люксембурге (107,9 кг). В России на одного человека приходится в среднем 63 кг мяса в год.

Если посмотреть на карту, где красным будут отмечены страны с наибольшими показателями по потреблению мяса, а белым и желтым — наименьшими, то сразу станет заметно, что большинство поклонников мяса живут в Северной Америке и Австралии, за ними следует Европа и Южная Америка. В странах Африки и Южной Азии меньше всего едят мяса.

Борьба Ирана против США основана на «твердой логике»

Редакционная статья Иран.ру

2 ноября 2016 года лидер Ирана аятолла Али Хаменеи поручил министерству образования включить части документов, добытых в логове шпионов в Тегеране в школьные учебники и сделать их частью университетских учебных программ. Борьба Ирана против Соединённых Штатов основываются на твёрдой логике, отметил иранский руководитель. Действительно, после победы в Иране в 1979 году исламской революции Вашингтон и Тегеран не один раз балансировали на грани войны. Руководство США рассматривало различные варианты применения военной силы для уничтожения исламской государственности в одной из самых могущественных стран региона. Спустя десятилетия военная опция остается в планах Америки в отношении Исламской Республики. А начиналась конфронтация 37 лет назад, когда 4 ноября 1979 года иранскими студентами было захвачено американское посольство в Тегеране, и американские дипломаты оказались в заложниках. Те осенние дни стали стартовой точкой продолжающейся до сих пор ирано-американской конфронтации.

У истоков ирано-американской конфронтации

Взамен освобождения американских заложников Иран требовал выдать приехавшего в США бывшего шаха и вернуть «награбленное» им имущество. Дальнейшее развитие событий вполне могло закончиться войной Америки с Ираном, могло привести к внутриполитическому поражению иранского духовенства, могло стать причиной резкого обострения отношений США и СССР.

До 1979 года шахский Иран был одним из главных региональных союзников США, верным американским вассалом, придерживающегося антисоветской, прозападной внешнеполитической ориентации. Исламская революция 1979 года, свершившаяся на волне антиамериканизма, радикально изменила внешнюю политику Тегерана. Иран во главе с аятоллой Хомейни принципиально отверг капитализм и коммунизм, противопоставляя им собственный, «исламский» путь развития. Основным лозунгом нового режима стал: «Ни Восток, ни Запад! Исламская революция!». С первых же дней существования нового Ирана Соединенные Штаты оказались в числе врагов исламской государственности.

Исламская революция явилась ответом на проводимые шахом реформы во многом по американскому образцу, которые не учитывали традиции тысячелетней истории Ирана, менталитета его народа. Она сопровождалась воинственной антиамериканской кампанией. Были расторгнуты военные и гражданские контракты Ирана с США и другими западными державами, ликвидированы американские военные базы, закрыты многие иностранные, преимущественно американские, банки и компании.

Захват посольства США в Тегеране преследовал также внутриполитические цели. Иранское духовенство не просто выводило вражду с США на беспрецедентный уровень - они еще и наносили смертельный удар по позициям прозападных либералов внутри Ирана. И, самое главное, по сути, лишали США возможности каким-либо образом повлиять на развитие событий в Иране в самый критический революционный период, когда в стране только закладывались контуры нынешней политической системы. На следующий день после захвата американского посольства премьер-министр Базарган, считавшийся прозападным «либералом» и сторонником компромисса с США, вынужден был подать в отставку.

У разрыва отношений с США были и экономические причины. Модернизация Ирана «по-американски» провалилась. Несмотря на то, что 1962-1972 гг. прирост ВВП Ирана составлял 12,5% в год и являлся самым высоким в мире, экономическая политика руководства страны страдала принципиальнейшими изъянами. Ставка делалась на получение высоких доходов от продажи нефти (в 1972-1977 гг. он составил примерно 70 миллиардов долларов США) и привлечение иностранных инвестиций преимущественно в добычу нефти.

Однако вместе с этим стремительно росла инфляция, иранская инфраструктура не могла обслужить огромные потоки товаров, ввозимых и вывозимых из страны, укреплялась зависимость иранской экономики от конъектуры мирового рынка. Кроме того, стремительно росло социальное расслоение – пропасть между богатыми и бедными всё увеличивалась, так как рост не затронул традиционный сектор иранской экономики, в котором было занято около двух третей иранского населения. Этот факт вызывал раздражение у простого народа, социальное напряжение росло.

Значительная часть иранцев испытывала серьезное разочарование от чрезмерного американского влияния и по нравственным причинам. Политика шахского режима не устраивала многих. Верующие мусульмане, составлявшие большинство населения страны и преобладавшие среди сельских и городских базовых слоев, были недовольны политикой вестернизации, покушавшейся на многовековые устои иранского общества и нарушавшей сложившийся порядок взаимоотношений между мужчиной и женщиной, правил поведения, образа жизни в целом. В дополнение, национальные меньшинства не устраивала политика персидского национализма.

Отметим, что к ноябрю 1979 года обстановка в Иране накалилась до предела. Политическая борьба вылилась в массовый террор – почти ежедневно совершались акты насилия, в результате которых гибли видные религиозно-политические деятели, лидеры правящей Исламской партии, руководители министерств и ведомств, представители прохомейнистской интеллигенции. США делали ставку на почти двухмилионную иранскую оппозицию, оказавшеюся за рубежом и которую возглавил принц Мухаммед Реза Пехлеви II. Многие политологи в те дни считали, что часы исламской революции сочтены. Строились планы: объединить усилия левых и правых сил, призвать на помощь остатки репрессированной армии – и с единой платформой выступить против власти иранского духовенства.

В этих условиях, казалось бы, в безвыходной ситуации, аятолла Хомейни принял довольно неординарное решение, как отвлечь массы от внутренних распрей и направить народный гнев на внешнего врага. Захват посольства США происламскими студентами, по сути, остановил дальнейшую эскалацию внутреннего противостояния, одновременно положил начало продолжающейся до сих пор конфронтации с Соединенными Штатами.

Первое поражение Америки на Ближнем Востоке

Кризис с американскими заложниками длился в течение 444 дней, международному престижу американской администрации во главе с президентом Картером был нанесен серьезный ущерб. Картер и его команда в Белом доме выглядели «слабыми и колеблющимися». Как оценивают в госдепартаменте США, неспособность Вашингтона решить кризис с заложниками в короткие сроки позволили Советскому Союзу воспользоваться слабостью Америки, чтобы выиграть стратегическое преимущество для себя. В 1979 году СССР значительно укрепил свои позиции в Эфиопии, Анголе и Мозамбике. Вьетнам при советской поддержке выиграл пограничную войну с Китаем и убрал из Камбоджи красных кхмеров. В конце 1979 года Советский Союз ввел свои войска в Афганистан.

Кризис с заложниками продолжался до 1981 г., но его последствия изменили политический и дипломатический ландшафт Западной Азии на десятилетия вперед. Политика США в регионе до исламской революции в Иране была направлена на обеспечение интересов американских нефтяных монополий, сохранение своего контроля над поставками нефти в Японию и Европу, а также в США, на противоборство влиянию Советского Союза и соответственно на усиление своего влияния. Ее форпостами в этом регионе, кроме Израиля, были Саудовская Аравия и шахский Иран. Победа исламской революции в Иране оказала прямое воздействие на целостность внешнеполитического курса Вашингтона.

Отметим некоторые факторы в том противостоянии США с Ираном, которые, пожалуй, впервые указали американскому руководству на необходимость коррекции своей ближневосточной стратегии в связи с появлением на карте региона Исламской Республики.

Этот конфликт стал первым в противостоянии США с политическим исламом. Вашингтону необходимо было договариваться с религиозным руководством Ирана, заявившего о своих намерениях экспорта исламской революции в мусульманском мире, к чему американская дипломатия оказалась не готова.

США впервые столкнулись с таким пренебрежением к своим военным угрозам со стороны несравненно слабого в военном отношении Ирана. Получилось, что не Вашингтон, а Тегеран выдвигал ультиматумы, главным из которых было требование к администрации Картера не разрешать свергнутому шаху Мохаммаду Реза Пехлеви найти убежище в США. В Белом доме этот сигнал оставили без внимания и позволили шаху приехать в Соединенные Штаты. Это стало поводом для открытой вражды, иранцы увидели в этом намерение США возродить монархию, аятолла Хомейни санкционировал нападение студентов на посольство США в Тегеране с целью получить рычаг сдерживания Америки от военной агрессии.

То, что аятолла Хомейни имеет колоссальную общественную поддержку, а значительная часть иранской молодежи настроена против вестернизации страны при американском лидерстве, в Белом доме оставили без должного внимания. В итоге «стратегия градуированных угроз» не сработала, а внешняя политика администрации Картера в отношении Ирана остается одной из самых невыразительных страниц американской дипломатии.

В апреле 1980 года Картер разорвал дипотношения с Ираном и ввёл против него экономические санкции: иранские активы в американских банках были заморожены, был наложен запрет на импорт иранской нефти. Однако Иран был непреклонен. Тогда, под давлением политических оппонентов и общественности, Картер санкционировал военную операцию по освобождению заложников «Орлиный коготь» (Operation Eagle Claw), которая не привела к освобождению американских заложников в Иране, а стала примером серьезных профессиональных изъянов в подготовке американских разработчиков операции.

До условленного места высадки американского десанта добралось 6 из 8 вертолетов, а вскоре обнаружилось, что у одного из них неисправна гидравлическая система. Пяти вертолётов для выполнения операции оказалось недостаточно, и было принято решение отменить ее. Однако в ходе эвакуации участников операции из Ирана один вертолёт столкнулся с готовившимся к взлёту самолётом С-130. Из-за этого столкновения начался сильный пожар, в ходе которого погибли 8 человек. Американцы, оставив не только вертолёты, но и тела своих погибших военнослужащих, бежали из Ирана.

Джимми Картер покинул свой пост, имея небывало низкий рейтинг одобрения - всего 34% опрошенных американцев. Во многом виной тому была его неудачная иранская политика. Заложники были освобождены лишь после того, как следующий президент США Рональд Рейган был приведен к присяге. Несмотря на то, что США и Иран пришли к соглашению по освобождению заложников, иранцы до последнего момента не выпускали их из страны. Так Тегеран пытался унизить Джимми Картера, которого в Исламской Республике до сих пор называют «отцом американо-иранской конфронтации».

Тогда же Вашингтон начал наращивать свое военное присутствие в Персидском заливе. Пятилетний план строительства и расширения военных баз на Ближнем Востоке и в Индийском океане, разработанный в 1980 году администрацией Картера, был существенно расширен и детализирован при Рейгане. В регион США ввели около 60 военных кораблей, в том числе 2 авианосца. Рейган «обошел» «доктрину Эйзенхауэра», в которой утверждалось, что вооруженное вмешательство США в дела той или иной ближневосточной страны последует лишь после «просьбы» соответствующего правительства. Так поступают американские политики и сегодня, вмешиваясь во внутренние дела Сирии и Ирака, развязав войну в Афганистане.

******

«Существует неправильное и опасное убеждение, которое некоторые люди пытаются распространить в обществе о том, что примирение с США поможет решить проблемы страны», сказал аятолла Хаменеи в своем выступлении перед иранскими студентами 2 ноября этого года, добавив, что СВПД и поведение США на ядерных переговорах показали, что такая идея полностью неправильна. Что ж у Ирана для такого скептического отношения к Америке есть все основания. Как и 37 лет назад руководство ИРИ американским политикам не доверяет. Лидер страны напомнил о захвате логова шпионов в Тегеране, заявив, что документы, полученные в результате захвата посольства США, в том числе разорванные бумаги, которые позже были склеены молодыми студентами, показали глубину заговора и враждебности США против иранского народа.

Русский мир князя Владимира

Щипков Александр

Почему установка в Москве памятника крестителю Руси сталкивалась с ожесточённым сопротивлением?

Памятник князю Владимиру теперь стоит на Боровицкой площади Москвы. Его открытие важно, своевременно и, без сомнения, промыслительно. В трудный для России момент он проясняет дискурс всей русской истории. И это, конечно, наша общая победа.

Говоря о нашей общей победе, я имею в виду как воцерковлённых, так и всех остальных русских людей. Поскольку, будучи неверующими, атеистами или принадлежа к другой конфессии, но оставаясь русскими, мы всё равно исповедуем ценности, которые нам передал князь Владимир вместе с византийской ортодоксией.

Эпопея с установкой памятника князю Владимиру как в капле воды отразила противостояние защитников национальной истории и их противников, для которых общество внеисторично, для которых народная память о святынях – раздражающий фактор.

Почему так важно видеть в самом центре нашей столицы памятник крестителю Руси и почему это вызвало такое ожесточённое сопротивление? Потому что Владимир – родоначальник не только русского православия, но и русской (как продолжение византийской) цивилизации. И если государь Иван Третий – продолжатель дела Владимира и собиратель русских земель – создал русское государство с чёткой идеологической формулой «Москва – Третий Рим» (возведение в Москве памятника Ивану Великому, надеюсь, вопрос недалёкого будущего), то Владимир сотворил ту самую общность, которую мы сейчас называем Русским миром.

Восточно-христианская цивилизация (как и её важная часть – Русский мир) стремилась к расширению. Но не к подчинению сопредельных стран и народов. Это было не «колонизацией», не «крестовым походом», но культурно-нравственным влиянием, распространением языка и ценностей, вытекающих из христианской ортодоксии. Среди византийских черт, перешедших к нам по наследству, мы должны назвать культурную полифоничность, христианский гуманизм, принцип соборного спасения. Всё это наряду с принципом справедливости составляло центральную зону культуры и в Византии, и в России, и в СССР.

Перечисленный набор особенностей по-прежнему выигрышно смотрится на фоне западной колониальной модели, основанной на гегемонизме, конструировании чужих культур и ложных идентичностей. В рамках же византийского влияния врождённые черты разных народов не стирались, а находились в диалоге и взаимообогащались. Вот почему так хорошо сохранились культуры и языки Эфиопии, Армении и других стран «византийского круга».

Всё это князь Владимир тоже передал нам, русским, вместе с христианской ортодоксией. И ниточка этого влияния протянулась в Россию из Константинополя через Херсонес. Именно поэтому два года назад в своём Послании Федеральному собранию Владимир Путин назвал Херсонес местом, имеющим «огромное цивилизационное и сакральное значение». «Ведь именно здесь, – отметил президент, – в Крыму, в древнем Херсонесе, или, как называли его русские летописцы, Корсуни, принял крещение князь Владимир, а затем и крестил всю Русь».

Два года назад мы достигли серьёзного успеха. Херсонес, сакральная точка русской культуры, вернулся в Россию. Это воспринималось как момент небывалой свободы. Национальное чувство обрело новые краски, по всей России люди начали легко узнавать «своих» и больше доверять друг другу. Нас объединила святыня. Не книжная, не измысленная, а настоящая, овеянная тёплым ветром Истории. И об этом нам тоже будет вечно напоминать памятник князю Владимиру. Хотя мы помним и о том, что часть разделённого русского народа по-прежнему угнетена и репрессирована: верность заветам Владимира должна укреплять нас в решимости не бросать наших людей в беде.

Символическое ядро нашей национальной традиции сегодня тесно связано и с Владимиром, и с Херсонесом. Дело в том, что тема Крыма и Корсуни в общественном сознании русских – это своего рода замещение темы Константинополя, магистральной для русского культурного мифа. На ней основан детско-родительский архетип русской культуры.

Константинополь – духовная Родина, мостик между земным отечеством (Русью) и отечеством небесным (градом Божьим). Отсюда характерная для нас вечная благодарность Византии и вечная тоска разлучённости, тоска ребёнка, чьи родители умерли до его исторического совершеннолетия. Русскому это трудно отрефлексировать, но легко ощутить. На самом деле именно этот детско-родительский идейный комплекс подвергся подмене со стороны западнической идеи – трактовкой Запада (вместо Византии) как «страны святых чудес». Хотя, как известно, родителей не выбирают.

Нетрудно заметить, что для сегодняшнего либерального истеблишмента память о Владимире и русский Крым – две части одного и того же раздражающего фактора.

Возвращение Крыма – пример того, что русские хотят и могут сопротивляться колонизации.

Обращаясь к памяти князя Владимира и его заветам, мы вновь пробуждаем нашу коллективную совесть. Оживляя национальную память, вновь обретая историческую чувствительность, мы лечим те разрывы традиции, которые выпали на долю России в последние века. Мы встаём на путь соборной сотерии – коллективного спасения. Понимать под этим следует и спасение души (для верующих), и спасение родной земли и народа, разделённого, но обретающего волю к соеди­нению.

Эпидемию ВИЧ объявили случайно

Эпидемия ВИЧ в Екатеринбурге не объявлялась

Александр Морозов

Минздрав Екатеринбурга вначале объявил, а затем опроверг информацию об эпидемии ВИЧ в городе. Медики зарегистрировали 26 693 случая ВИЧ-инфекции, что составляет 1,8% населения города. Сейчас Свердловская область является лидером по числу заболеваний от вируса иммунодефицита человека, всего же генерализованной (высшей) стадии распространения ВИЧ достигли 20 регионов России. На борьбу со смертельным вирусом власти РФ выделяют миллиарды рублей.

В Екатеринбурге бушует эпидемия ВИЧ — каждый 50-й житель города заражен этой инфекцией. Об этом сообщила первый заместитель начальника управления здравоохранения Екатеринбурга Татьяна Савинова: по ее словам, заражены 1826 человек на 100 тыс., то есть 1,8% населения Екатеринбурга.

«Мы уже давно вышли в генерализованную стадию распространения инфекции, когда показатель поражения на территории свыше 1%», — подчеркнула она.

В городе уже зарегистрированы 26 693 случая ВИЧ-инфекции, но это лишь те случаи, которые официально известны, реальная заболеваемость выше. Уровень зараженности варьируется: самый высокий — в Железнодорожном районе (свыше 2%), а в Ленинском и Кировском — около 1,5%. Больше всего заражений происходит через употребление наркотических веществ и половые контакты (52 и 46% соответственно). «При этом в России ВИЧ практически не передается через гомосексуальные связи», — добавила Савинова.

Об эпидемии ВИЧ Савинова сообщила во вторник, 1 ноября, однако на следующий день ей пришлось пояснять свои слова.

«Во вторник в Екатеринбурге в пресс-центре уральского регионального информационного центра ТАСС мы провели пресс-конференцию о начале старта информационной акции по профилактике ВИЧ-инфекции. На ней мне задали вопрос о ситуации с ВИЧ в Екатеринбурге, в ответе на который я озвучила данные, транслируемые в СМИ.

Конечно, для нас, медиков, это давно эпидемия ВИЧ, так как много людей болеет в Екатеринбурге. Это не случилось вчера, и ничего официально не было объявлено», — заявила Савинова.

Представитель Минздрава также добавила, что слово «эпидемия», которое она произнесла, «ничего не означает»: «Я не знаю, почему так произошло, если кто-то сделал заголовок (об эпидемии). <...> Ничего не объявлялось. Моя логика заключается в том, что, когда на территории города свыше 1% населения заражено ВИЧ-инфекцией, это генерализированная стадия распространения эпидемиологического процесса».

Свердловская область находится на первом месте среди регионов России по уровню распространенности ВИЧ-инфекции: 1182 человека на 100 тыс. населения (в прошлом году первенство в этом «антирейтинге» принадлежало Иркутской области). С января по сентябрь 2016 года в регионе было выявлено 5,1 тыс. случаев заражения, а всего с начала 1990-х годов в регионе было зарегистрировано почти 85,8 тыс. случаев заболеваемости ВИЧ.

По оценкам Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) и Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу (UNAIDS), генерализованной стадии эпидемия ВИЧ достигла в 20 регионах страны. Причем критерии ВОЗ учитывают не общее число зараженных, а процент беременных женщин с вирусом иммунодефицита человека. Так, в Свердловской и Самарской областях этот показатель составляет более 2%. В Кемеровской, Ульяновской, Иркутской, Тюменской областях, в Пермском крае, в Ленинградской, Челябинской и Оренбургской областях, в Ханты-Мансийском автономном округе, Томской области, Алтайском крае, Новосибирской, Мурманской, Омской, Ивановской, Тверской и Курганской областях число беременных ВИЧ-инфицированных составляет порядка 1%.

На начало 2016 года в России официально зарегистрирован 1 млн ВИЧ-инфицированных. «20 января в базу данных о ВИЧ-позитивных гражданах России, находящуюся в Федеральном научно-методическом центре по профилактике и борьбе со СПИДом, был официально внесен миллионный больной ВИЧ-инфекцией», — сообщил «Интерфаксу» руководитель Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Вадим Покровский. По его словам, с момента регистрации первого случая ВИЧ в России в 1987 году по разным причинам умерло около 205 тыс. ВИЧ-инфицированных.

Плачевную ситуацию в Свердловской области объясняют по-разному: «В нашей области находится много колоний, где высокий уровень распространенности ВИЧ-инфекции, — сообщила Татьяна Савинова. — Кроме того, охват населения по обследованию на ВИЧ в Свердловской области достигает 23%, в то время как в других регионах обследуется менее 15% населения».

В свою очередь, мэр Екатеринбурга, основатель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман виновниками эпидемии назвал героиновых и «крокодиловых» наркоманов 1990-х. «Я об этом начал говорить в 1999 году. Из тех наркоманов, которые проходили через мои руки, парни — героиновые наркоманы, из них 40% были ВИЧ-инфицированные. Девчонки, героиновые наркоманки, если без ВИЧ-инфекции — это было событие, — рассказал он «Лайфу». — Причем все они были, как правило, еще и проститутками. Потом, когда пошло то, что называлось «крокодилом», там были все с ВИЧ-инфекцией. Они могли покупать одноразовые шприцы, но набирали из одной плошки. Сейчас идет распространение половое».

Ройзман признал, что распространение ВИЧ в Свердловской области «впереди всей России», но вместе с тем подчеркнул, что в области принимаются все меры для остановки эпидемии. «Сейчас надо как-то выходить из этой ситуации, пробуем тестирования на ВИЧ, чтобы люди знали свой статус, чтобы предохранялись. Меры все понятны. Те, у кого есть терапия, те, у кого выявляется инфекция, чтобы они половым путем не передавали дальше, чтобы береглись и берегли своих близких. Сейчас об этом заговорили на официальном уровне», — говорит он.

Российские власти не только заговорили о ВИЧ, но и начали выделять крупные суммы на борьбу с вирусом. В среду, 2 ноября, премьер-министр России Дмитрий Медведев подписал распоряжение, согласно которому Минздраву направляются бюджетные ассигнования в размере 2,28 млрд руб. на обеспечение лекарствами граждан, инфицированных вирусом иммунодефицита человека и гепатитов В и С. Соответствующий документ размещен на сайте кабмина. Кроме того, на прошлой неделе Медведев утвердил государственную стратегию по борьбе с ВИЧ, основной целью которой является увеличение числа граждан, прошедших освидетельствование на ВИЧ-инфекцию, а также больных ВИЧ, получающих антиретровирусную терапию.

Данные меры уже давно назрели в России, о чем говорит статистика распространения ВИЧ за 2011–2014 годы: показатели заболеваемости вирусом иммунодефицита человека в нашей стране находятся на уровне таких стран, как Бурунди, Кабо-Верде, Демократическая Республика Конго, Джибути, Эфиопия, и других африканских государств.

Период полураспада

Владислав Иноземцев о дальнейшей судьбе бывших советских республик

О чем бы ни писали политологи в последнее время, в той или иной степени темы выводят нас к краху Советского Союза, четвертьвековой «юбилей» которого приближается с каждой неделей.

Мы давно знаем, что распад огромной страны был «крупнейшей геополитической катастрофой века», а СССР — «это Россия и есть, только называлась по-другому». Соответственно, роспуск Советского государства не столько положил конец этой сложносоставной империи, сколько ознаменовал водораздел в российской истории. Не вернул России свободу от ее бывших колоний, а расколол российское цивилизационное пространство.

Этот подход, усердно навязываемый сегодня отечественным политическим классом, представляется крайне опасным, так как порождает иллюзорные надежды и призывает стремиться к недостижимым целям.

Советский Союз к концу своего существования был одной из крупнейших мировых держав, чей экономический и военный потенциал позволял занимать совершенно особое место на карте Евразии. Согласно большинству оценок, советская экономика была в 1,5 раза больше экономики ФРГ и в 3,7 раза — китайской, при этом на политической карте тогдашнего мира отсутствовали и Европейский союз, и АСЕАН, а противоречия между КНР, с одной стороны, и США и Японией — с другой, выглядели намного более резкими, чем сегодня.

Я не говорю о том, что у СССР имелись союзники (точнее сказать, клиентские режимы) по всему миру, а в военной сфере он поддерживал относительный паритет с НАТО.

Именно тогда Москва управляла, хотя и не употребляла этого слова, подлинно евразийской державой, к тому же окруженной союзниками от Эльбы до Меконга.

Двадцать пять лет спустя мы видим совершенно иную картину. На обоих «флангах» — на запад и на восток от бывшего СССР — усиливаются интеграционные процессы. Европейский союз стал крупной объединенной экономикой и с момента распада Советского Союза включил в себя больше новых государств, чем у того было республик. Китай стремительно вышел на мировую арену за счет экономической «сцепки» с США, а сама Америка близка к созданию единой зоны свободной торговли на Тихом океане.

В результате сейчас Россия (данные Report for Selected Countries and Subjects, МВФ, январь 2016 года) имеет ВВП $3,74 трлн против $19,75 трлн у ЕС и $21,27 трлн у Китая (с учетом паритета покупательной способности валют). Оба глобальных гиганта, хотя не угрожают самой Российской Федерации, оказываются мощным магнитом, притягивающим постсоветские территории — политически и экономически.

При ближайшем рассмотрении советская «Евразия» быстро деструктурируется под воздействием этих гравитационных сил.

На западном направлении основную роль играет политический фактор: граждане стран Балтии, Молдавии, Украины, Грузии, а также более жестко управляемых Белоруссии и Армении стремятся уйти от российской авторитарной модели под «покровительство» демократической Европы. На восточном — доминирует экономика: местные государства хотели бы провести авторитарные модернизации, в которых Россия также не может служить примером, и нуждаются в инвестициях, а у Москвы их не хватает даже для собственных окраин.

Пять лет назад Путин, тогда еще премьер-министр, выступил со статьей о принципах евразийской интеграции, предполагая, что в новый союз могут в будущем войти многие постсоветские страны, в том числе Украина. События показали, что ЕАЭС так и не стал прочным экономическим объединением, его наднациональные органы не заработали, а доминирование России вызывает у участников растущее раздражение.

Сегодня Белоруссия и Украина, еще десять лет назад полностью ориентированные на Москву, отправляют 40 и 38% своего экспорта в страны ЕС и лишь 8,9 и 32% — в Россию. В Казахстан и Киргизию 11 и 29% всех иностранных инвестиций поступают из Китая и только 4 и 12% — из России.

Согласно приводившейся статистике МВФ, суммарный ВВП четырех стран – участниц ЕАЭС всего 17,2% от российского и существенным образом «соотношение сил» на континенте не изменяет. Однако по мере того, как иллюзии, активно роившиеся при формировании ЕАЭС, будут рассеиваться, а противоречия между участниками углубляться, центростремительные тенденции окрепнут, и западные республики бывшего СССР окажутся в экономической орбите ЕС, а южные — Китая (Азербайджан, скорее всего, станет единственным исключением, дрейфуя к Турции).

И если первую четверть века со времени распада СССР его бывшие республики делали акцент на становление себя как суверенных государств, то следующие двадцать пять лет они проведут в поиске того, с кем этим суверенитетом выгоднее поделиться.

И Россия здесь не станет первым претендентом: ее экономика слаба, а историческое сознание новых поколений политических лидеров бывших окраин уже не будет засорено памятью о Советском Союзе.

Однако этот тренд далеко не единственный, который сегодня следовало бы иметь в виду. Второй связан с политическими процессами, происходящими на постсоветских территориях.

Как и в случае распада прочих колониальных империй, на месте Советского Союза образовались государства, чьи границы были проведены в значительной мере произвольно.

Хотя республики в составе СССР должны были представлять собой прототипы национальных государств, внутри них оказались значительные меньшинства и территориальные образования, не стремившиеся «вписаться» в новые реалии. Карабах и Приднестровье, Абхазия и Южная Осетия заявили о себе еще во время распада союзных структур — единственных, при существовании которых конфликты имели шанс на разрешение под влиянием единого центра.

Как только этот центр исчез, стало ясно, что деинтеграция продолжится. Россия на первом этапе постсоветской истории, хотя поддерживала некоторые сепаратистские силы, сама не выступала разжигателем конфликтов — в значительной степени из-за того, что боролась со своим внутренним сепаратизмом на Северном Кавказе. Однако как только де-факто унитарная структура России восстановилась, Москва стала инициатором «нового передела»: признание Южной Осетии и Абхазии, присоединение Крыма, попытка создать «народные республики» на востоке Украины — лишь некоторые из примеров.

Между тем национализм был и остается движущей силой развития постсоветских государств — и в ближайшие годы спрос на него лишь увеличится.

Россия задает сегодня новый стандарт: обвинение внешних врагов в любых собственных трудностях. Этот прием, несомненно, получит распространение. Украине вряд ли удастся сохраниться в границах 1992 года. Грузия также не имеет значительных шансов на реинтеграцию мятежных территорий. Новая схватка за Карабах практически неизбежна. По мере усиления казахского национализма судьба русскоязычных территорий выглядит неочевидной. Вряд ли можно быть уверенным в мире и спокойствии в Ферганской долине.

Если взглянуть на классический постколониальный континент — Африку, то мы легко увидим массу аналогий в контексте распада новосозданных государств через 30–40 лет после обретения ими свободы: Эфиопия и Судан выглядят в этом списке самыми очевидными примерами, но к ним со временем смогут добавиться и другие.

Россия вряд ли столкнется с серьезными центробежными тенденциями, но Северный Кавказ с его небольшим русским населением, устойчивой бедностью может, как и в 1990-е годы, оказаться зоной нестабильности, если экономическое положение в стране в целом начнет ухудшаться, а внутренних источников роста так и не появится.

Иначе говоря, история постсоветского пространства может оказаться разделена на два крупных периода, переход от первого ко второму происходит на наших глазах.

На первом этапе (к которому я отнес бы период со второй половины 1990-х до начала 2010-х годов, то есть от «изначального шока» до завершения «сырьевого бума») Россия, бывшая метрополия, демонстрировала относительно устойчивый хозяйственный рост и стремление договариваться с некоторыми бывшими советскими республиками.

Экономические интересы делали интеграцию желательной, а историческая память и политические традиции — в целом возможной. На пике этого отрезка, в 2011–2013 годах, могло показаться, что экономический (и даже политический) союз на постсоветском пространстве довольно вероятен, а у Москвы имеются достаточные для его обеспечения средства и инструменты.

Однако в 2014–2015 годах тренд резко оборвался по двум причинам. С одной стороны, Россия начала открытый конфликт с одной из бывших республик, особенно активно не желавшей «интегрироваться» в подобие нового Советского Союза. С другой стороны, кризис на энергетических рынках показал, что реальные экономические возможности России ничтожны и страна для доказательства своей силы будет стремиться опереться на военную мощь, коль скоро никакими иными рычагами влияния она не обладает. В этих условиях интерес бывших республик к поиску более предсказуемых союзников, безусловно, вырастет, как усилятся и их опасения относительно «русского мира». Разочарование перспективами экономического сотрудничества (даже торговля внутри ЕЭАС падает уже третий год подряд) подтолкнет их к тесному сотрудничеству с ЕС и Китаем, что, в свою очередь, может вызвать малопредсказуемые реакции со стороны Москвы, в том числе и в отношении поддержки сепаратистских сил.

Поэтому не исключено, что, отмечая 25-летие с момента создания СНГ, мы отпразднуем лишь то, что физики назвали бы периодом полураспада. За эту четверть века произошло лишь закрепление того контура, который был определен федеративной структурой Советского Союза; после некоторого периода его стабильного существования вполне может начаться дальнейший центробежный процесс.

Некой аналогией может служить, например, Югославия, из которой в 1991–1994 годах выделились бывшие республики СФРЮ, а в 2006–2008 годах провозглашена независимость Черногории и Косово. Я понимаю, что любые исторические аналогии условны, но стоит подчеркнуть, что территория, которая превращается в экономическую «черную дыру» на пространстве между Европой и Китаем, не может не переродиться в периферии этих двух стран «первого мира» (как называет его Параг Ханна*), сама погружаясь в третий. Поэтому перспективы вернуть назад центростремительный тренд, на мой взгляд, иллюзорны.

Это должно заставить Россию беспокоиться не только о будущем СНГ или ЕАЭС (о чем в ближайшие месяцы не будет говорить только ленивый), но и о своем собственном. Я не имею в виду очередные спекуляции о «распаде России» — всерьез и с надеждой об этом рассуждают сейчас только в Киеве. Куда более важным представляется вопрос о геополитическом векторе нашей страны. Пока вокруг «кучковались» оглядывавшиеся на Кремль бывшие советские республики, в Москве могли не задумываться о том, западный или восточный «интеграционный тренд» следует принять самой России, считая ее центром собственного объединительного проекта. Если (а точнее, когда) эта иллюзия развеется, перед Россией появится грандиозный геополитический выбор — первый выбор по-настоящему постсоветской страны.

* Ханна Параг. Второй мир. М.: Центр исследований постиндустриального общества и Издательство «Европа», 2010, стр. 8–26

Россия. СНГ > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 2 ноября 2016 > № 1955951 Владислав Иноземцев

Поход «Адмирала Кузнецова» и Сеута

Сергей ГОРБАЧЁВ

Создание зарубежных баз Российского флота – веление времени

За средиземноморским походом авианосца «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» с напряжённым вниманием следят все.

Для флагманского корабля не только Северного флота, но и всего ВМФ России этот поход – знаковый. Достаточно сказать, что авианосец идёт в зону войны, конца которой пока не видно. Идёт с новым оружием на борту – к традиционному составу авиакрыла, основу которого составляли «тяжёлые» Су-33, добавились «лёгкие» МиГ-29К, имеющие хорошие перспективы в развитии палубной авиации.

Этот факт подогрел дискуссию о том, использует ли Россия самолёты с авианосца для ударов по объектам террористов, не прекращающих терзать Сирию. Споры тут не нужны. Может, и использует. Ведь есть уже хороший опыт - применение «Калибров», носителями которых являются надводные корабли и подводные лодки. Российские лётчики, действующие с аэродромов в России и с авиабазы Хмеймим, решали и продолжают решать боевые задачи широкого спектра; если будет приказ, «палубники» отработают не хуже.…

Едва поход «Кузнецова» начался, как журналистов стал волновать вопрос: «Почему так дымит русский авианосец?» Что ж, этот поход – последний перед постановкой корабля в серьёзный ремонт. И на заводе котлотурбинным установкам «Кузнецова», который, кстати, впервые оторвался от стенки и вышел в Чёрное море ровно тридцать лет назад, необходимое внимание уделят. Тогда и дымить будет меньше. Специалисты (в отличие от журналистов) на этот счёт спокойны.

Разволновало журналистов также то, что Испания якобы отказала «Кузнецову» в заходе на дозаправку в расположенный на африканском берегу свой порт-анклав Сеута. Всё на самом деле оказалось не так. Официальный представитель Минобороны России генерал-майор Игорь Конашенков расставил точки над i: «Никаких запросов от Минобороны России в адрес испанских властей о заходе тяжелого авианесущего крейсера "Адмирал Кузнецов" для проведения дозаправки в порту Сеута не направлялось». Да и не могло направляться, ибо запасы ТАКРа (тяжёлого авианесущего крейсера) позволяют ему дойти до Восточного Средиземноморья без заходов куда-либо. К тому же в дальних походах топливом его всегда обеспечивают свои танкеры – из состава вспомогательного флота ВМФ.

В зарубежье «Кузнецов» вообще никогда не становится к причальной стенке – в лучшем случае он находится на рейде (к примеру, в том же сирийском Тартусе), осуществляя связь с берегом с помощью рейдовых плавсредств. Это относится и к местам постоянного базирования всех авианосцев советского производства (были у России и «Киев», и «Минск», и «Новороссийск», и «Баку»-«Горшков»-«Викрамадитья», сейчас остался один «Кузнецов»): как правило, они стояли на бочках – «мёртвых якорях».

Такое – не от хорошей жизни. Постройка причалов для тяжёлых авианесущих крейсеров оказалось делом не очень подъёмным. В Советском Союзе сначала построили корабли-гиганты, только после этого стали задумываться над оборудованием для них мест и инфраструктуры базирования. А пока думали, корабли, стоявшие на якоре или бочках, выбивали свой моторесурс, «гоняя» дизель-генераторы и другие механизмы. (Сейчас этот опыт всё-таки учтён, о чём свидетельствуют работа «Спецстроя» по созданию молов и причалов в Военной гавани Новороссийска, а также подготовка к созданию мест базирования для так и не купленных Россией «Мистралей»).

Одним словом, российский авианосец в испанский порт заходить не собирался. Хотя в Сеуту для пополнения запасов в последнее время довольно регулярно заходили не только надводные корабли российского ВМФ, но и подводные лодки. С 2011 года более 50 российских военных кораблей швартовались у причалов Сеуты. (Место неслучайное: порт Сеута имеет статус автономного анклава-города, и формально НАТО не может распоряжаться его территорией).

Так сложилось, что советский МВФ, став по-настоящему океанским с середины 60-х годов прошлого века, практически всё, что необходимо для пополнения запасов в дальнем походе, всегда был вынужден возить с собой, а при острой необходимости – экстренно привозить из Союза. Обходилось это в копеечку. И причина до банальности проста: ни императорская Россия, ни Советский Союз так и не смогли создать систему военно-морских баз за рубежом, хотя какая-то работа в этом направлении велась, начиная с Екатерининских времён.

В порядке отступления заметим, что работа эта велась с переменным успехом. Скажем, в XVIII веке Русский флот базировался на разных условиях в итальянском Ливорно, на греческих островах (тот же Парос из состава Киклад). В конце XVIII столетия Павел I, став 72-м Великим магистром Мальтийского ордена, чуть не добился включения в состав Российской империи Мальты со всем, что к этому полагается. В XIX веке Россия активно использовала для базирования Вильфранш, что на Лазурном берегу, использовала ливанский Бейрут…

Ярких примеров стремления закрепиться флоту в Средиземноморье немало и в советское время. Например, И.В. Сталин хотел использовать для этого Ливию. Хорошо известна и попытка развёртывания сил Советского ВМФ во Влёре (Албания) в конце 50-х. 5-я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР, созданная в 1967 году во времена президента Насера активно использовала египетские Александрию, Порт-Саид, Сиди-Баррани и Мерса-Матрух. Кстати, именно из Мерса-Матруха после разрыва президентом Садатом договора о дружбе и военном сотрудничестве (март 1976 г.) советские специалисты из флотского пункта материально-технического обеспечения (ПМТО), покинувшие Египет, перебрались в Сирию. С той поры и стал использоваться российскими моряками порт и военно-морская база сирийских ВМС Тартус. Подчеркнём, что Тартус – это тоже пункт материально-технического обеспечения флота, но никак не база. «Базами» в течение десятилетий являлись «номерные» точки якорных стоянок на средиземноморских отмелях и банках, среди которых главной была 52-я в заливе Эс-Саллум. Её моряки в шутку любовно называли то Селивановкой, то Кулацким хутором (по фамилиям командира 5-й эскадры Валентина Егоровича Селиванова и начальника штаба Михаила Георгиевича Кулака).

Всё вышеперечисленное относится к пунктам временного базирования или материально-технического обеспечения. В классическом, общепринятом понимании военно-морских баз за границей у России никогда и нигде не было. Дело всегда ограничилось тем, что флот, ставший в 60-80-е годы ХХ века вторым в мире по силе после США, решал задачи в различных районах Мирового океана, используя только созданные им пункты материально-технического обеспечения. В разное время они были оборудованы в районе архипелага Дахлак (Эфиопия, Красное море), в кубинском Сьенфуэгосе, в ангольской Луанде. ПМТО – это тоже хорошо. Однако база – лучше.

База – это всё, начиная от чисто военных объектов и заканчивая инфраструктурой для полноценной службы и жизни, в том числе с семьями, со всем для этого необходимым. А ПМТО – это пара-тройка причалов, складские и другие, в основном хозяйственные, постройки, несколько единиц плавсредств из состава вспомогательного флота, немногочисленный обслуживающий персонал. Сегодня этого мало.

На фоне сирийских событий проблема создания российских военных баз за рубежом актуализировалась вновь. В октябре этот вопрос был вынесен для решения на самый высокий политический уровень. Вместе с новыми (тот же Хмеймим) вновь зазвучали известные, хотя и подзабытые географические названия – Камрань, Лурдес, Тартус, Сиди-Баррани…

Кого-то это насторожило. Отсюда – внимание к походу «Кузнецова». Однако будем помнить, что Россия по всем её границам буквально опутана сетью иностранных военных баз. Сейчас возвращение к старой теме просто необходимо для решения в полном объёме и на должном уровне задач отстаивания интересов России за рубежом, ликвидации угроз на дальних подступах. Это – веление времени.

В таком контексте и следует рассматривать «сеутский инцидент». Хозяева НАТО постарались упредить саму возможность заходов российских кораблей с деловыми целями в порты государств, податливых на окрик.

То же произошло и с гордящейся своим нейтралитетом Мальтой. Корабли ВМФ РФ иногда используют её возможности, в том числе в силу удобного географического положения, для дозаправки и пополнения запасов. После заявления испанцев некоторые эксперты предположили: не Сеута, значит, Мальта. Однако для этого карликового государства, в чью порт-столицу Ла-Валетта несколько дней назад заходили российские малые ракетные корабли, переходящие на Балтику, «сеутский инцидент» стал прецедентом. Вслед за испанцами министр иностранных дел Мальты Джордж Велла отверг возможность заправки в её портах группы кораблей ВМФ России во главе с «Кузнецовым».

Что всё это в конечном счёте значит?

А это значит, что вслед за Мальтой и другие не посмеют пренебречь «рекомендацией», которая будет исходить из Вашингтона или Брюсселя. Это значит, что России и, соответственно, авианосцу «Кузнецов» следует идти своим курсом. В том числе желательно и к своим базам за рубежом.

Москва попала в Топ-10 лучших городов для посещения в 2017 году

Татьяна Золотухина

Москва попала в рейтинг лучших городов, которые необходимо посетить в 2017 году. Российская столица попала в первую десятку интересных туристических мест.

Москва заняла девятую строчку в рейтинге Lonely Planet лучших городов мира, которые нужно посетить в 2017 году. Лидер Топ-10 - Бордо (Франция), вторую позицию занимает Кейптаун (ЮАР), а на третьей строчке - Лос-Анджелес (США).

Кроме того, в рейтинге мексиканская Мерида, Охрид (Македония), Пистоя (Италия), Сеул (Республика Корея), Лиссабон (Португалия) и американский Портленд.

Десятку лучших стран для путешествий в 2017 году возглавила Канада. На второй строчке - Колумбия, на третьей - Финляндия. Далее по списку идут Доминика, Непал, Бермудские острова, Монголия, Оман, Мьянма и Эфиопия.

В конце сентября «НИ» писали, что из-за наплыва туристов Москва и Питер не справляются с потоком - иностранцам не хватает мест в отелях, автобусов и билетов на выставки. Также эти города стали самыми популярными местами отдыха россиян, равно как и Краснодарский край.

Кстати, летом этого года Санкт-Петербург попал в список самых романтичных городов мира по версии американского журнала Travel+Leisure. Журналисты подчеркнули «сюрреалистическую красоту» Питера. Она, по мнению авторов рейтинга, особенно заметна зимой.

Дженнифер Ганди

Диктатуры и их институты: особый мир

Дженнифер Ганди – политолог, доцент факультета политических наук Университета Эмори (Атланта, США).

[1]

1.1. Введение

Контраст между демократией и диктатурой – в структуре, политике, социальной активности – уже давно привлекает пристальное внимание ученых. Несмотря на это, до согласия по поводу того, как определять режимы этих типов, еще очень далеко. Какие случаи можно квалифицировать как «демократии»? Какие варианты стоит записывать в «диктатуры»? Когда мы сталкиваемся с жестокостью Иосифа Сталина или Пол Пота, на второй вопрос, как представляется, можно ответить с легкостью: ведь никто не станет оспаривать отнесение их режимов к диктатурам. Но вот с другими случаями все гораздо сложнее. Скажем, на протяжении семидесяти лет Мексика каждые шесть лет избирала нового президента. Тем не менее все это время на выборах побеждал кандидат от одной и той же партии. Или вспомним Сингапур, где Ли Куан Ю на три десятилетия пресек любую политическую конкуренцию. Несмотря на это, на шкале политических режимов его правление размещают в широком диапазоне, простирающемся от «максимально деспотичного» до «максимально демократичного».

Отчасти проблема обусловлена тем, что диктаторы весьма изобретательны в вопросе о том, как организовать собственное правление. Принятие решений может сосредотачиваться в самых разных институтах, включая среди прочего хунты, политбюро, семейные советы. И все же в наибольшей мере склонность диктаторов к инновациям проявляется в тех ситуациях, когда они используют номинально демократические институты, такие, как законодательные органы или политические партии. Диктаторы нередко управляют при наличии парламентов, часть которых обладает даже формальным правом принимать законы, в то время как прерогативы других ограничены «советом и обсуждением». Комплектоваться такие ассамблеи могут либо по назначению, либо посредством выборов. Если речь о выборах, то кандидаты могут использовать партийные флаги, а могут баллотироваться в качестве независимых. Если политическое пространство монополизировано единственной партией, то партийная идентификация может оказаться не слишком существенной. Впрочем, многие диктатуры допускают многопартийность, произвольно производя селекцию партий и запрещая некоторые из них. Конечно, кто-то из диктаторов вообще обходится без подобных институтов. Эта институциональная пестрота, однако, еще более затрудняет выделение набора критериев, по которому определяются и классифицируются диктатуры.

Другим основанием для концептуальной неразберихи служит историческое использование термина «диктатура», возникшего в Древнем Риме, где его наделяли четкими и специфическими институциональными особенностями, причем резко контрастирующими с современным его употреблением. С течением времени понимание того, что представляет собой диктатура, менялось, а сам термин многократно подвергался политическим манипуляциям. В итоге тип режима, который первоначально отличался строгим следованием определенным правилам, превратился в свою противоположность, характеризующуюся отсутствием всяких правил.

Так что же такое диктатуры? И кто такие диктаторы? Каким образом они организуют свое правление, используя номинально демократические институты? Ответы на эти вопросы тонут в современных противоречиях. Для того, чтобы выявить источник разногласий, необходимо проследить историческую эволюцию интересующего нас концепта. Данная статья начнется с краткого обзора, который поможет нам понять суть нынешних дебатов о природе диктатуры. Занимаясь типологией диктатур, существовавших после Второй мировой войны, я пользуюсь минималистским определением данного явления. Соответственно, чтобы привести «диктаторский зоопарк» хотя бы в какой-то порядок, я подразделяю диктаторов на три типа, среди которых диктаторы-монархи, диктаторы-военные и диктаторы-гражданские. В этом тексте я показываю также институциональное многообразие диктатур, проявляющееся в различных вариантах использования ими номинально демократических законодательных органов и политических партий.

1.2. Что такое диктатура?

Самое простое определение диктатуры предполагает, что это противоположность демократии. По крайней мере в этом нас убеждают такие названия научных трудов, как «О социальных корнях диктатуры и демократии» или «Экономические истоки диктатуры и демократии»[2]. И все же определение диктатуры не такое непростое дело. Если первоначально этим понятием обозначали институциональный механизм, используемый в Древнем Риме, то теперь под ним подразумевается современная управленческая система, зачастую ассоциируемая с отсутствием институтов и ограничений. Трансформация смысла происходила на нескольких временных отрезках, когда первоначальное понятие искажалось ради политических целей. К середине XX века результатом этого стало негативное определение диктатуры, под которой понималась форма правления, лишенная любых атрибутов, ассоциирующихся с демократией. Но, по-видимому, у нас нет оснований приписывать недемократическим режимам полное пренебрежение институциональными формами; опыт послевоенных диктатур сполна убеждает в этом. В своих институциональных установлениях авторитарные режимы очень разнообразны, и очень важно выяснить причины и следствия этого разнообразия.

1.2.1. Историческое использование термина

В современном использовании термины «тирания» и «диктатура» находятся в тесной связи. Но так было далеко не всегда. Хотя тирания как тип политического режима была описана еще во времена Аристотеля, первоначально ее не связывали с понятием диктатуры. Во-первых, термин «диктатура» впервые появился лишь в Древнем Риме, то есть уже после Аристотеля. Во-вторых, в своем первоначальном значении у диктатуры было очень четкое и специфическое значение: так называли правление лидера, которого римский консул наделял чрезвычайными полномочиями в особо сложные периоды, когда внешние войны или внутренние распри угрожали самому существованию государства[3]. Срок правления диктатора не должен был превышать шести месяцев, и он не мог оставаться у власти после того, как назначивший его консул уходил в отставку[4]. Во время своего срока диктатор имел право использовать любые полномочия, необходимые для преодоления кризиса и восстановления прежнего конституционного порядка.

В этом кратком описании института несколько аспектов заслуживают уточнения. Во-первых, решение о том, требует ли наличная ситуация назначения диктатора, принималось регулярными государственными институтами государства – такими, как магистраты или сенат. Причем те, кто занимался этим вопросом, не могли рассматривать себя в качестве претендентов на эту должность. Во-вторых, пост диктатора был явно предназначен для одного человека; коллективное руководство могло бы помешать попыткам разрешить кризис. В-третьих, диктатура опиралась на широкий круг полномочий, но при этом не могла упразднять иные государственные институты. В-четвертых, диктатор никогда не избирался народом[5]. Наконец, в-пятых, окончательной целью диктаторского правления была реставрация прежнего политического порядка.

В этих институциональных рамках в Риме в 501–200 годах до нашей эры существовали 76 диктатур. Большинство из них занимались либо военными кампаниями против других держав, либо умиротворением внутренней смуты. У диктатора не было права осуществлять акции возмездия; как следствие, диктатура не ассоциировалась с жестоким или репрессивным правлением.

Римский военачальник Сулла, отказавшийся принять свою отставку, двинулся на Рим и в 82 году до нашей эры возродил институт диктатуры в попытке узаконить свое правление. Режим Суллы, однако, заметно отличался от традиционных диктатур. Во-первых, поскольку Сулла обрел власть только после того, как верные ему легионы завоевали Рим и расправились с его врагами, его режим стал первой диктатурой, установленной военной силой. Чрезмерная жестокость, которую Сулла проявлял в нейтрализации своих оппонентов, привела к тому, что диктатуру стали связывать с террором. Более того, в отличие от прежних диктаторов, чьи сроки пребывания в должности зависели от глубины стоявших перед ними проблем, диктатура Суллы предполагала полное сосредоточение всей власти – военной, административной, законодательной, судебной – в руках одного человека, радикально переустраивающего политическую жизнь. Понятие диктатуры, восстанавливающей прежний порядок, утратило актуальность.

Странным, однако, представляется то, что Сулла еще придерживался временных ограничений, налагаемых на диктатора. После весьма короткого правления он отошел от власти и вернулся к частной жизни. Лишь в январе 44 года до нашей эры, когда Юлий Цезарь принял титул «пожизненного диктатора», с временностью диктаторской власти было покончено[6].

Более поздние апологеты диктатуры зачастую забывали о том, что ее первоначальный смысл уже был искажен Суллой и Цезарем. В «Размышлениях о первой декаде Тита Ливия» Никколо Макиавелли восхваляет это римское изобретение, замечая при этом:

«Действительно, среди прочих римских учреждений диктатура заслуживает того, чтобы ее рассмотрели и причислили к тем из них, которые были причиной величия столь огромной державы»[7].

Объяснялись эти славословия довольно просто: поскольку, полагал их автор, коллективное законотворчество часто оказывалось недостаточно гибким, оно не очень подходило для разрешения кризиса. Размышляя в том же русле, Жан-Жак Руссо с одобрением отмечает:

«Если же опасность такова, что соблюдение закона становится препятствием к ее предупреждению, то назначают высшего правителя, который заставляет умолкнуть все законы и на некоторое время прекращает действие верховной власти суверена. В подобном случае то, в чем заключается общая воля, не вызывает сомнений, и очевидно, что первое желание народа состоит в том, чтобы Государство не погибло».

Таким образом, и для абсолютистов, и для либералов диктатура оказывается полезной в силу своей способности к решительным действиям. Но ее временнáя ограниченность тоже очень важна, поскольку иначе, «раз настоятельная необходимость миновала, диктатура делается тиранической или бесполезной»[8].

Впрочем, помимо некоторых видных авторов, о диктатуре вспоминали не слишком часто. В XIX веке, например, этот термин был использован применительно лишь к двум периодам французской истории: первым были 1789–1815 годы, а вторым – 1852-й и несколько последующих лет. Интересно, что в первом из этих случаев под диктатурой имелось в виду правление не одного человека, а нескольких лиц. В октябре 1793 года Национальный конвент приостановил действие Конституции того же года и учредил временное правительство, которое служило диктатурой революционной группы. В этой ситуации исходный римский концепт лишился еще одной составляющей: единоличного характера власти.

После такого поворота потребовалось лишь время для того, чтобы термин «диктатура» начали использовать в отношении не только группы, но и целого класса. Понятие снова всплыло на поверхность после 1917 года, когда Владимир Ленин и его товарищи начали в позитивном ключе говорить о «диктатуре пролетариата». Тем не менее уже через несколько лет негативные коннотации возобладали: либеральные оппоненты итальянских фашистов и немецких нацистов отмечали этим ярлыком все, что вызывало у них ненависть: диктатурой, по их мнению, следовало именовать «угнетающую и деспотичную форму правления, установленную силой или запугиванием, позволяющую одному человеку или группе монополизировать политическую власть без конституционных ограничений, уничтожая тем самым представительное правление, политические права граждан и любую организованную оппозицию»[9]. Действуя в том же духе, Социалистический Интернационал в 1933 году в негативном ключе применил понятие диктатуры и для описания советского режима. Так или иначе, но приложение термина и к самопровозглашенной «диктатуре пролетариата» в России, и к фашистской диктатуре в Италии не имело ничего общего с первоначальной римской концепцией. Фашисты никогда не пытались вписать власть в какие-то временные рамки; а «диктатура пролетариата», хотя и была по природе своей не вечной, явно не стремилась реставрировать старые порядки.

Но события межвоенного периода никак не способствовали попыткам сохранить изначальное понимание диктатуры[10]. Желая обосновать исключительную власть и дезавуировать большевистское использование термина, Карл Шмитт отличал «комиссарскую диктатуру» от «диктатуры суверена». Первая из них во многом соответствует оригинальной концепции диктатуры, зародившейся в Древнем Риме. Что же касается «диктатуры суверена», то в отношении ее Шмитт разрушает границу между нормальным и чрезвычайным временем, заявляя, что диктатор обладает полномочием восстанавливать доконституционную волю людей, даже если она подразумевает изменение самой конституции. Разрабатывая свою теорию, Шмитт стремился обосновать предоставление немецкому рейхспрезиденту диктаторских полномочий для борьбы с экономическим и социальным кризисом. Выдвинутая им идея «диктатуры суверена» важна потому, что она, трактуя интересующий нас термин, увязывает воедино теорию и практику. Рисуемый Шмиттом тип диктатуры не может быть ни временным, ни реставрационным.

Однако позитивные коннотации, связанные с термином «диктатура», так и не смогли возобладать. Как отмечают Питер Баер и Мелвин Рихтер, «в 1940-е годы в обширной научной литературе и в политическом дискурсе либеральных и конституционных государств под диктатурой по-прежнему понимали полярную противоположность демократии»[11]. Поскольку в годы войны и сразу после нее демократия олицетворяла только хорошее, ее антитеза, по определению, являлась чем-то плохим.

Противопоставление демократии и диктатуры является феноменом XX века. Со времен Аристотеля, классифицировавшего политические режимы по числу правящих, политическая наука пользовалась трехчленным делением на монархию, аристократию и демократию. Но потом принятая схема начала разрушаться, причем происходило это по двум направлениям. Макиавелли первым противопоставил власть одного человека власти ассамблеи (немногочисленной или, напротив, многочисленной), тем самым обособив монархию от иных политических режимов. Другой удар по трехчленной градации, по мнению Норберто Боббио, нанес Ганс Кельзен, объявивший о том, что делить режимы исходя из числа людей, принимающих управленческие решения, вообще нельзя[12]. Вместо этого, Кельзен предложил различать их в зависимости от наличия или отсутствия политической свободы: «Политически свободен тот, кто подчиняется легальному порядку, в создании которого он сам принимает участие»[13]. Ключевым отличием, следовательно, выступает отличие между автономией и гетерономией: к демократическим формам правления относятся те, в которых законы создаются теми же людьми, в отношении которых их потом и применяют, – нормы здесь автономны. В автократических государствах, напротив, круг законодателей не совпадает с кругом тех, кому закон адресован, – иначе говоря, тут преобладает гетерономная норма. Таким образом, по мнению Кельзена, «более целесообразно выделять не три, а только два типа конституций: демократическую и автократическую»[14].

Под давлением этой дихотомии современные исследователи сосредоточились на определении демократии, пренебрегая диктатурой как остаточной категорией, определяемой только в терминах того, чем она не является. Воспринимаемые в подобном свете диктатуры оказываются режимами, где нет конкурентных выборов, нет верховенства права, нет политических и гражданских прав, нет регулярного обновления власти. Возможно, относительно демократии все перечисленные атрибуты характеризуют диктатуры довольно ярко, но в определениях, строящихся на отсутствии тех или иных особенностей, ускользает из вида заметное разнообразие в организации диктаторских режимов.

1.2.2. Современные противоречия

Диктатуры определяются здесь как режимы, в которых правители получают власть не в ходе конкурентных выборов, а иными способами[15]. Такие лидеры могут приходить к власти в результате государственного переворота, дворцового путча, революции. Они могут брать власть сами, с помощью армии или посредством иностранного вмешательства. Принципиальный момент состоит в том, что они обретают власть, минуя «конкурентную борьбу за народные голоса»[16]. Такое понимание диктатуры, хотя и не приближающее нас к ее позитивному определению, полезно по основаниям как практического, так и теоретического характера. Рассмотрим эти основания.

Вышеупомянутое определение диктатуры следует считать минималистским, поскольку оно фокусируется скорее на процедурных, а не на сущностных аспектах режима. Минималистская дефиниция вводится ради аналитической ясности. А вот те определения, в которых перечисляются конкретные характеристики режима, всегда проблематичны. Первое и наиболее значительное затруднение состоит в том, что многочисленность атрибутов сильно затрудняет проверку причинно-следственных связей. Рассмотрим, например, четыре ключевых элемента авторитаризма, предложенные Хуаном Линцем: ограниченный политический плюрализм, приоритет менталитета над идеологией, слабость политической мобилизации; наличие лидера, осуществляющего власть, даже если ее границы не определены[17]. Если определить авторитаризм на основе этих четырех измерений, а затем задуматься о взаимосвязи между ним и экономическим развитием, то какие выводы можно сделать о причинно-следственной стороне этих отношений? Что больше будет влиять на наблюдаемые нами тенденции: ограниченность политического участия, стиль руководства, какая-то комбинация этих и других факторов? В отношении диктатур, выделяемых таким образом, мы едва ли сможем сказать многое.

Во-вторых, широкие определения могут повлечь за собой оформление субстантивных понятий, или генерирующих тавтологии, или же ограничивающих практическую применимость произведенного концепта. Так, предлагаемое Питером Эвансом разграничение государства «развивающегося» и государства «хищнического» уже намекает на то, какие результаты каждое из них будет производить[18]. Не приходится удивляться и тому, что бюрократически-авторитарные режимы будут ориентироваться на политику, исключающую широкое участие, поскольку само их наименование построено на том, что они именно так и поступают[19]. Но, даже вдруг обнаружив, что эти режимы иногда проявляют открытость, мы не сможем предложить ничего иного, кроме как усомниться в ценности обозначенного критерия.

В-третьих, хотя напрямую связывать эту проблему с широкими дефинициями и не стоит, тем не менее нельзя не отметить прочной корреляции между количеством атрибутов и аморфностью описываемых с их помощью понятий: например, «особенности менталитета» трудно измерить или даже идентифицировать.

Наконец, в-четвертых, добавляя к определению диктатуры все новые характеристики, мы рискуем упустить из виду самые важные отличия политических режимов. Так, Мексика, несмотря на почти вековое доминирование Институционно-революционной партии, рассматривалась в качестве диктатуры лишь со значительными оговорками, касающимися прав человека, контроля гражданской администрации над военными и так далее. И все же разнообразие диктатур, базирующееся на сторонних характеристиках, не должно затемнять главного отличия, присущего всем диктатурам и обособляющего их от демократий – отсутствия конкурентных выборов.

Причины, подталкивающие к использованию минималистского критерия, никак не оправдывают самого выбора сущностных критериев. Фактически подчеркивание роли выборов как главной отличительной особенности, отделяющей демократию от диктатуры, не является бесспорным[20]. Почему же тогда исходя из минималистского подхода нужно фокусировать внимание именно на выборах?

Во-первых, такая фокусировка соответствует тем теоретическим вопросам, которые чаще всего возникают в связи с эмпирическим исследованием политических режимов. Перспектива обрести власть, участвуя в регулярных и состязательных выборах, формирует для политических акторов самобытный набор стимулов, отличающийся от мотивов, производимых нерегулярными и невыборными методами отбора. Соответственно, различие в стимулах влечет за собой разное поведение и разные результаты. Рассмотрим, например, воздействие, оказываемое типом политического режима на экономическое развитие. Согласно Джону Локку и позднее отцам-основателям США, демократия способна вредить политическому порядку и экономическому прогрессу, поскольку выборы без имущественного ценза позволяют неимущим избирать демагогов, готовых присвоить и перераспределить собственность богатых классов[21]. Более свежие теории, напротив, утверждают, что для развития плохи именно диктаторские режимы, так как диктаторы, не связанные электоральными сдержками, вольны извлекать ренту и подменять общественное благо частными интересами. В любом случае выборы выступают причиной, по которой политические акторы вынуждены вести себя по-разному при демократии и при диктатуре.

Во-вторых, классификация режимов по электоральным основаниям напоминает нам о том, что, даже если диктаторы пользуются какими-то иными, номинально демократическими, институтами, скажем, парламентами или партиями, они не перестают быть диктаторами. В системах, где, с одной стороны, лидеры избираются на конкурентных выборах, а с другой стороны, они не избираются вовсе, политическая жизнь организована в корне по-разному. Как объясняет Адам Пшеворский, демократия, в отличие от диктатуры, является такой политической системой, в которой ни один актор не может быть уверен в исходе предстоящего голосования[22]. Наиболее зримым проявлением этой неуверенности и выступают, собственно, конкурентные выборы; их результат оказывается своеобразной инструкцией, причем как для победителей, так и для проигравших – «победителям предстоит въехать в Белый дом, Розовый дом или какой-нибудь иной palacio, […] – а проигравшие никуда въезжать не будут и примут то, что останется на их долю»[23].

В настоящей работе я пользуюсь предложенной Пшеворским и его соавторами дихотомической классификацией, различающей политические режимы по электоральным критериям[24]. Моя выборка охватывает 140 стран, которые в период с 1946-го по 2002 год жили под властью диктатур (в совокупном распределении по странам этот массив составляет 4607 страно-лет). В послевоенный период диктаторские режимы составляли в мире подавляющее большинство. В 1970-е годы 75% всех стран были диктатурами, а к середине 1990-х их доля снизилась примерно до 50%. В большинстве случаев отнесение того или иного режима к разряду диктатур не вызывает полемики, поскольку с ним соглашается большинство известных классификаций политических режимов. Совпадение в оценках «Freedom House», «Polity» и соавторов Пшеворского варьирует от 88% до 95%[25]. Но если исключить простые случаи, находящиеся по краям выборки (например, Северную Корею и Иран, а также Швецию и Великобританию), то «зона совпадений» заметно сокращается: например, для данных «Freedom House» и «Polity» она составит лишь 75%. Затруднения возникают с Мексикой, Ботсваной, Малайзией, другими государствами, находящимися в середине спектра. Группа Пшеворского, однако, определяет тип режима на основе четких и поддающихся фиксации критериев, вытекающих из его минималистского и процедурного определения. По их мнению, режим является диктатурой, если он не соблюдает по крайней мере одного из четырех правил: 1) глава исполнительной власти должен избираться; 2) легислатура должна избираться; 3) в выборах не может участвовать только одна партия; 4) власть должна быть сменяемой[26].

C 1946-го по 2002 год бóльшую часть нашей выборки составили страны тропической Африки: на них приходятся 1800 условных страно-лет. 87% этого массива страно-лет они управлялись диктаторскими режимами. Точно такие же показатели недемократического правления наблюдались на Ближнем Востоке и в Северной Африке. В отношении Восточной Европы и бывшего Советского Союза соответствующие цифры составили 74%, а Азии 68%. На Латинскую Америку приходится меньшая доля диктаторских страно-лет, всего 38%, что объясняется многочисленными переходами от автократии к демократии и обратно. Наконец, диктатуры Южной Европы, существовавшие большую часть этого полувекового периода, обеспечили западноевропейским странам в целом 7% страно-лет, проведенных под властью диктаторов.

В рамках отдельных регионов частота и длительность диктаторского правления также заметно варьировала. Некоторые страны, например, Иордания или Китайская Народная Республика, управляются диктатурами с самого своего основания. В других странах такие периоды были короче, но зато встречались чаще: так, Аргентина за это время пережила четыре диктатуры, а Гана – три. Наконец, в некоторых местах диктаторское правление было лишь мимолетным эпизодом. В послевоенный период Коста-Рика, например, была диктатурой лишь 18 месяцев – после того, как в мае 1948 года власть в стране захватил Хосе Фигерес Феррер. Средняя протяженность диктаторского цикла в мире, однако, оставалась весьма длительной и составляла 40 лет.

1.3. Кто такие диктаторы?

Определившись с выборкой диктаторских режимов, можно переходить к следующему шагу: идентификации лидеров, управляющих диктатурами. Решение этой задачи важно постольку, поскольку нас интересует воздействие институциональных особенностей диктаторских режимов на политику, а решения о том, как выстраивать диктаторские институты и какую линию им проводить, принимают только те, кто реально имеет власть. При демократиях идентификация эффективных лидеров обычно не составляет проблемы: премьер-министры руководят парламентскими режимами, а президенты управляют в президентских системах. Но при диктатуре такая задача оказывается более сложной. Почему?

Одна из причин состоит в том, что при диктатуре глава государства может иметь самые разные титулы. В «обычных» диктатурах он зачастую называется «президентом», а в монархиях диктатора именуют «королем» или «эмиром». Но иногда диктаторы обладают более креативными титулами: это может быть «председатель государственного совета по восстановлению законности и порядка» (официальный титул главы бирманской военной хунты с 1981 года), «лидер революции» (официальный титул Каддафи с 1979 года) или просто «духовный лидер» (титул rahbar был принят Хомейни в 1980 году).

Помимо семантических затруднений, идентификация подлинного главы диктаторского государства сложна и потому, что в нем порой имеется множество руководящих фигур, как номинальных, так и реальных. При коммунистических режимах, например, премьер-министр, председатель государственного совета (то есть президент), генеральный секретарь коммунистической партии формально составляли руководство, однако первые два, как правило, на деле ни за что не отвечали. Показателен в данном отношении крайний случай: Лю Шаоци оставался президентом коммунистического Китая даже после того, как хунвейбины во время культурной революции выгнали его из собственного дома и вынудили заняться «самокритикой». (Перед тем, как убить его в 1969 году, Мао Цзэдун лишил Лю Шаоци президентских полномочий[27].) В коммунистических странах реальным главой государства оказывается генеральный секретарь партии.

Еще более трудны случаи некоммунистических режимов, в которых номинального лидера зачастую трудно отличить от «серого кардинала», скрывающегося за сценой. Иногда государством управляют военные, но делать этого явно они не хотят. В таких ситуациях президентские обязанности исполняют гражданские лица (Абдель Азиз Бутефлика в Алжире, Хуан Бордаберри в Уругвае, Рату Сир Камисесе Мара на Фиджи). Кроме того, в редких случаях долгосрочный диктатор время от времени меняет номинальных глав правительства, сохраняя за собой реальную власть. Рафаэль Трухильо продолжал быть подлинным главой диктатуры даже после того, как он в 1952 году сделал своего сына Гектора президентом Доминиканской Республики. Аналогичным образом Анастасио Сомоса Гарсия правил Никарагуа на протяжении 19 лет даже тогда, когда в 1940-е годы на трехлетний период передал пост президента другому человеку.

В некоторых странах борьба за реальное политическое лидерство была главным элементом их политической истории. С самого обретения независимости, состоявшегося в 1970 году, в центре политической жизни Камбоджи оставалась борьба за власть между монархом и главой кабинета министров. В Пакистане аналогичное противостояние разворачивалось между президентом и премьер-министром. В подобных случаях номинальный глава правительства отнюдь не всегда оказывается его реальным руководителем.

Учитывая разнообразие в организации политического руководства, очень важно сформулировать правила, в соответствии с которыми можно выявить реального руководителя, избегая нередко ошибочных суждений ad hoc. В настоящей работе под реальным лидером понимаются: 1) генеральный секретарь коммунистической партии при коммунистической диктатуре (за исключением случая Дэн Сяопина в Китае, который никогда не был генсеком); 2) король или президент в некоммунистических диктатурах – за исключением случаев Сингапура, Малайзии, Камбоджи, Лаоса и Мьянмы, в которых подлинный глава иногда носит титул «премьер-министра»; 3) другие индивиды или военные институты – в тех случаях, когда источники единодушны в том, что номинальный глава государства не обладает реальной властью[28].

Первые два правила относительно бесспорны; они позволяют успешно классифицировать большинство случаев в нашей послевоенной выборке. На протяжении приблизительно 270 страно-лет подлинный глава государства отличается от номинального руководителя по причинам, упомянутым ранее. Классификация подобных случаев зависит от относительной субъективности используемых источников, но я привлекаю достаточно широкий массив материала, позволяющий справляться и с «тяжелыми» случаями.

Диктаторы не появляются с интенсивностью «по диктатору на каждый год», и поэтому в качестве единицы, позволяющей фиксировать их правление, я использую «страно-год». Диктатуры часто переживают политическую нестабильность: подлинные руководители диктаторских режимов могут меняться несколько раз в год[29]. На протяжении 100 наблюдаемых страно-лет лидер диктатуры менялся более одного раза. «Сменщики» могли приходить на очень короткий период: так, Леон Кантав на Гаити утвердился у власти лишь на пять дней. Независимо от краткости сроков мы должны фиксировать появление и таких лидеров, поскольку не можем знать, насколько они готовы были бы задержаться у власти.

Из моего анализа исключены диктатуры, которые управлялись коллективно: Югославия после смерти маршала Тито в 1980 году и до распада государства в 1990-м, Босния-Герцеговина с 1998-го по 2002 год, Сомали при пяти председателях Совета национального спасения с 1997-го по 1999 год. При коллективном руководстве невозможно возложить ответственность за принятые решения на отдельного лидера – именно из-за этого указанные примеры не были приняты во внимание.

Таким образом, моя выборка включает 558 диктаторов из 140 стран, находившихся у власти с 1946-го по 2002 год. Некоторые страны, как, например, Экваториальная Гвинея и Оман, пережили за этот период лишь одну смену власти, тогда как в других перемены были скорее нормой. Так, Республика Гаити с 1946 года до перехода к демократии в 1994-м управлялась 19 руководителями, некоторые из них находились у власти лишь считанные дни.

Мир диктаторов очень разнообразен не только по длительности пребывания у власти, но и по их происхождению. Эрнесто Седильо, изучавший экономику на Западе и ставший последним в длинной веренице мексиканских лидеров, приходивших к власти при упорядоченных правилах преемственности, установленных Институционно-революционной партией, внешне не имеет ничего общего с иранским аятоллой Хомейни, возглавившим революцию, свергшую шаха. Точно так же и Фердинанд Маркос, который, выиграв сначала выборы, задержался у власти на Филиппинах на двадцать лет, кажется не слишком сопоставимым с Пол Потом, на протяжении трех лет возглавлявшим убийственную диктатуру «красных кхмеров» в Камбодже. Все эти примеры, иллюстрирующие предельное разнообразие диктаторов, ставят перед нами вопрос: можно ли вообще систематизировать столь разношерстную группу правителей?

Я группирую руководителей диктаторских режимов по трем типам: это монархи, военные правители и гражданские диктаторы. Почему выделены именно эти типы? Во-первых, монархия исторически рассматривалась как отдельный тип политического режима. Во-вторых, недемократических правителей из военной среды столь же привычно принято отделять от гражданских деспотов. Но традиция не единственное основание; имеются и другие принципиальные причины, заставляющие выделять упомянутые типы.

Такое разграничение позволяет обозначить уникальные разновидности угроз, с которыми сталкиваются диктаторы, и выделить институциональные методы, посредством которых они с этими угрозами справляются. Хотя недовольство диктатурой может исходить из любого сегмента общества, первейшую опасность для диктатора обычно представляют члены правящей элиты. Диктаторов очень часто смещают их собственные сподвижники. Принадлежащий к правящей элите потенциальный узурпатор находится в выгодном положении, позволяющем ему подготовиться к успешному отстранению действующего лидера.

Желая устранить угрозу, которую несут в себе элиты, диктаторы поддерживают такой порядок, в рамках которого они самолично принимают все важные решения и держат потенциальных соперников под неусыпным контролем. Особенности этого порядка зависят от типа диктатора, поскольку именно им предопределяется и возможный круг угроз, и средства их преодоления. В итоги монархи полагаются на семейные и родственные связи, а также на консультативные советы; военные руководители сдерживают ключевых конкурентов из рядов вооруженных сил в рамках военных хунт; а гражданские диктаторы обычно создают внутри правящей партии маленький орган, что-то вроде политбюро, куда кооптируют потенциальных конкурентов. Поскольку процесс принятия решений протекает внутри этих миниатюрных институтов, именно в их рамках и устанавливается, перед кем диктаторы будут подотчетны и как внутри режима будет распределяться власть. В итоге эти институты накладывают на диктаторов всевозможные ограничения, в свою очередь влияющие на решения правителей и их действия.

1.3.1. Монархи

Монархия всегда рассматривалась как такой тип правления, который стоит особняком от других форм недемократического руководства. Одной из причин такого обособленного рассмотрения было, вероятно, то, что ранние классификации политических режимов основывались на количестве людей, обладающих властью. Аристотель, например, выделял монархию как «правление одного», противопоставляя ее правлению нескольких или многих.

Исторические описания монархического абсолютизма лишь закрепляли это обособление, хотя уже в них отмечались присущие единоличному правлению внутренние недостатки. Свобода от любых ограничений позволяла монархам быть неосмотрительными, непредсказуемыми, нестабильными, а это вредило не только их собственным интересам, но и интересам их подданных. Когда французские короли, например, обращались к различным формам экспроприации, позволявшим финансировать войны и расточительный образ жизни, французы страдали. В конечном счете хищничество государства заставляло население менять свое социальное поведение.

В итоге необходимость как-то связывать или ограничивать собственных властителей становилась для их подданных все более очевидной. Жан Боден, убежденный роялист XVI века, советовал своему королю ради большего послушания подданных разделить власть с другими и добровольно ограничить себя. По словам Бодена, «чем меньше власть суверена, тем более она прочна»[30]. Следовательно, самоограничение самых различных видов – в интересах короля; в ряду сдерживающих факторов могли выступать естественные законы, принципы престолонаследия, древние обычаи, запрет на налогообложение без согласия подданных, наличие независимых магистратов, парламентские прерогативы.

Приняли ли европейские монархи близко к сердцу уроки Бодена и других политических теоретиков? Это сомнительно. Хотя они охотно учреждали конституции, парламенты, суды, желание сковывать свою королевскую власть посредством этих институтов не слишком просматривается. У этой неоднозначности были свои причины. Хотя британские и французские короли на собственном горьком опыте (через свержение и казнь) узнали, что властью надо делиться, большинство монархов всеми силами стремились защитить свое самодержавие от посягательств парламента[31]. Принципы подотчетности короны парламенту внедрялись лишь после многолетних споров между монархами и ассамблеями, а кодифицировались еще позже[32]. Как свидетельствует европейская история, на протяжении довольно долгого времени наличие конституций отнюдь не означало ограничения власти суверенов.

Современные ближневосточные монархи столь же рьяно сопротивляются попыткам ограничить их власть. После обретения политической независимости правители региона пытались рационализировать собственные управленческие системы, санкционируя конституции, парламенты и политические партии. Конституция Ирака 1925 года, например, позволяла королю назначать премьер-министра, но при этом делала кабинет ответственным перед парламентом. Аналогичные нормы были включены в Конституцию Кувейта и Конституцию Египта 1923 года; в период действия последней оппозиционная партия «Вафд» не раз располагала парламентским большинством. И все же, подобно своим европейским визави, эти монархи не имели желания поступаться властью в пользу своих институциональных творений. Причем, в отличие от европейцев, они могли настаивать на своем, применяя жесткую силу. В Египте монарх трижды грубо нарушил Конституцию 1923 года за первые семь лет ее действия[33]. Аналогичным образом «на бумаге парламент Ирака был весьма влиятельным, но при этом не было ни одного случая, чтобы правительство или хотя бы отдельный министр ушли в отставку из-за парламентского вотума недоверия»[34].

Взамен, однако, ближневосточным монархам приходилось принимать ограничения иного рода. Их связывают не столько конституции и ассамблеи, сколько династические семьи. Они вынуждены доверять ответственные государственные посты кровным родственникам, делая их законными получателями государственных доходов и привлекая к принятию решений на всех уровнях. В 1992 году эмир Катара, например, реорганизовал кабинет таким образом, что ближайшие члены его семьи оказались министрами: сыновьям достались посты министров нефти и газа, внутренних дел, экономики и торговли, внук стал министром обороны, а племянники отвечали за общественное здравоохранение и дела ислама[35]. Точно так же саудовский король Фахд доверил ключевые посты в правительстве шестерым своим братьям, которые вместе с монархом составили так называемую «семерку Судаири», управляющую страной.

Члены семей играют ключевую роль в принятии важнейших решений; это особенно хорошо видно в вопросах преемственности власти. В Кувейте, в частности, у власти менялись представители двух ветвей клана Сабах, но при этом всегда соблюдалось главное правило: «семья “избирает” правителя на основе консенсуса»[36]. В Омане следующий по мужской линии наследник из семьи аль-Саид тоже должен утверждаться семейным советом. В Саудовской Аравии престолонаследие стало более упорядоченным после того, как король Фейсал учредил Королевский семейный совет, консультирующий монарха по вопросам преемственности. Этот орган получал право контролировать передачу власти в случае кончины действующего монарха[37].

Конечно, передача престола на Ближнем Востоке не всегда происходит по утвержденным правилам. После Второй мировой войны монархи оставляли трон не только из-за естественной кончины, но и в результате убийства или свержения другими родственниками. Тем не менее, даже когда нарушение правил наследования имело место, оно обычно происходило с одобрения ключевых членов семьи. Фейсал не свергал официального (и считавшегося некомпетентным) наследника, определенного его отцом, пока не заручился поддержкой других саудовских принцев. Эмир Катара, находившийся на отдыхе в Швейцарии, в 1995 году был низложен собственным сыном, который тоже опирался на поддержку родственников. Таким образом, главной угрозой для монархов выступают члены их собственных семей, имеющие законное право приходить им на смену.

Иначе говоря, монархи далеко не всегда игнорируют тезис Бодена о том, что самоограничение способно повышать их шансы на политическое выживание. Как убедительно демонстрируется в научной литературе, на Ближнем Востоке смогли устоять только те властители, которые успешно перешли от традиционных самодержавных монархий к династическим монархиям, где средоточием власти выступает семья как целое[38]. Переход к такой династической структуре уберег монархии в Бахрейне, Кувейте, Катаре и Саудовской Аравии от угрозы революции и сделал смену режима маловероятной, несмотря даже на конъюнктуру нефтяных цен. Напротив, монархии, которые придерживались принципов абсолютного самодержавия, не признающего семейных сдержек, как, например, в Египте, Ираке и Ливии, бесславно пали, уступив место революционным диктатурам. Становление династических монархий означает, что короли больше не пользуются приоритетом в отношении других членов своих семей. Учитывая альтернативу, которую влек за собой отказ реформироваться – полный крах монархического правления, – то была цена, которую большинству монархов пришлось заплатить. Нынешних королей ограничивают не парламенты или суды, а семейные и родовые кланы. Следовательно, единоличное правление превратилось в правление семейное.

1.3.2. Военные диктаторы

Как показывает марш Суллы на Рим, использование армии для захвата власти имеет долгую историю. Но фактически применения силы требует любой неправовой захват власти; гражданские лидеры, решившие узурпировать власть, могут применять насилие в тех же объемах, что и военные. Следовательно, использование силы или организация военного переворота не являются признаками, отличающими военную диктатуру от других форм недемократического правления.

Сущностью военного правления выступает то, что именно вооруженные силы оказываются институтом, посредством которого правители руководят обществом. Подобно тому, как современные монархи вынуждены кооптировать в управленческую систему членов своих семей, используя их для консолидации правления, военные диктаторы должны нейтрализовать угрозы, исходящие от ближайших сподвижников, привлекая их к сотрудничеству в деле реализации власти.

Центром принятия властных решений внутри военного режима выступает хунта. С точки зрения генералитета, который берет власть от лица институционализированных вооруженных сил, типичная хунта должна быть небольшой; обычно ее составляют командующие различных родов войск. Если переворот осуществляется не всей армией, а какой-то группой низших и средних чинов, то хунта более многочисленна, поскольку мятежникам надо привлекать на свою сторону как можно больше сторонников из числа военных. Например, после переворота 1966 года в Гане состав военной хунты поэтапно увеличивался по мере того, как мятежники ощущали все новую нужду в более основательной поддержке внутри вооруженных сил. Сразу же после переворота в Совете национального освобождения Ганы были шесть членов; на следующий день их число возросло до девяти, а через четыре дня добавились еще двое. Наконец, спустя две недели в состав хунты были введены очередные шесть офицеров[39]. По наблюдению Сэмюеля Файнера, в отличие от большинства хунт Латинской Америки, которые состоят из трех или четырех глав родов войск, хунты в иных регионах мира, создаваемые в 1980-е годы младшими и средними офицерами, в среднем состояли из одиннадцати членов[40].

В целях реализации власти может быть использована уже сложившаяся организационная структура вооруженных сил. В Индонезии, например, за осуществившей государственный переворот армией была зарезервирована пятая часть всех мест в парламенте, а в каждой из десятков тысяч индонезийских деревень размещался военнослужащий, представлявший на месте вооруженные силы[41]. Наиболее ярким примером использования военной иерархии в качестве управленческой структуры стал, вероятно, так называемый «процесс национальной реорганизации» (Processo) в Аргентине. Накануне переворота 1976 года четыре рода войск согласовали детальный раздел власти, целью которого было недопущение доминирования сухопутных сил. В соответствии с этим соглашением все законодательные инициативы будущего военного режима подвергались проверке специальными комитетами внутри родов войск; только после этой процедуры их выносили на рассмотрение хунты. Иначе говоря, внутри вооруженных сил был запущен процесс согласования интересов, к которому привлекались все заинтересованные группы[42].

Таким образом, военная диктатура как тип режима не могла возникнуть до тех пор, пока вооруженные силы не достигали должного уровня специализации и профессионализации. Скажем, в отношении Латинской Америки после получения независимости от Испании более уместно говорить о вооруженных группировках, руководимых местными caudillos, а не о современных военных структурах. Становление армий современного типа на континенте началось лишь в XIX веке с учреждения военных академий, где готовились будущие офицеры. Внедрение воинских уставов европейского типа и переход ко всеобщей воинской повинности привели к началу 1900-х годов к созданию «новых» армий.

Профессионализация военных создала институт, обособленный от остального общества. В эпоху caudillos в Латинской Америке офицерская карьера считалась непривлекательной. В результате подбор кадров осуществлялся все более закрытым образом, что в свою очередь углубляло отгораживание военных от гражданских элит и внутренне сплачивало армию.

«Сочетание изоляции от общества как единого целого с групповой сплоченностью делало воинскую жизнь абсолютно закрытой: это было горделивое слияние с институтом, который ограничивал социальный горизонт, но в то же время формировал сознание того, что он играет важнейшую роль в жизни государства»[43].

Профессионализация военных соответствовала планам гражданских элит, которые хотели ограничить власть caudillos и рационализировать монополию государства на применение силы. В то же время гражданские элиты желали обращаться к военным как арбитрам, способным решать проблемы в период кризисов.

«Военных постоянно призывали на роль модераторов политической деятельности, но при этом отрицали за ними право менять политическое устройство. Их задачи сводили к консервативному поддержанию функционирования системы»[44].

Конкретно это означало, что всякий раз, когда военные вмешивались, от них ожидались только смещение главы государства с его поста и передача власти альтернативным гражданским силам. Поскольку временная форма правления была нацелена на восстановление прежнего политического порядка, вооруженные силы выполняли функции диктатуры в первоначальном, древнеримском, ее понимании. Гражданские элиты, защищавшие профессионализацию армии, не предусмотрели, однако, того, что укрепление военной автономии, не связанной никакими гражданскими партиями, создавало предпосылки для инициативного и самостоятельного вмешательства армии в политику. Именно поэтому военное вмешательство, которое не ограничивало армию ролью модератора, скоро стало на континенте общим явлением.

Однако латиноамериканский опыт обособления солдата от гражданина не был универсальным. Во многих развивающихся странах профессионализация военных начиналась еще в колониальный период, когда европейские державы пытались укреплять свой контроль над отдаленными землями. После установления независимости военные силы, уже сложившиеся в профессиональном плане, превратились в «образец развития, посредством обязательной воинской повинности распространявший свое влияние на все группы общества»[45]. В этом процессе социализации подчеркивалась скорее интеграция военных в социум, а не сепарация их в качестве особого института. Если члены вооруженных сил рассматриваются не только как солдаты, но и как граждане, то им и надлежит возглавить работу по модернизации обществ, которую они делят с соотечественниками. Причем, как считалось, военные прекрасно приспособлены для такой руководящей миссии, поскольку вооруженные силы развивающихся стран были лидером в использовании импортных технологий – новинки приходили в армию раньше, чем в промышленность или сельское хозяйство. Кроме того, они, в отличие от других структур, применяли меритократические стандарты в расстановке и продвижении кадров, регулярно обеспечивали базовые потребности своих членов (например, обучали их грамотности, предоставляли пищу и кров), предлагали программы, ассоциируемые с современным «социальным» государством (страховали, обеспечивали пенсии и семейные выплаты). В итоге вооруженные силы во многих странах стали рассматриваться в качестве флагмана модернизации, способного преобразовать традиционные уклады жизни в современные и дать всем гражданам то же, что они предлагали военнослужащим.

Независимо от того, считались ли они обособленным или интегрированным институтом, временным инструментом разрешения кризиса или орудием долгосрочных социальных перемен, военные повсюду начали претендовать на специальную роль в отстаивании «национальных интересов». Обосновывая захват власти, аргентинская военная хунта, организовавшая путч 1976 года, заявляла:

«В связи с тем, что все конституционные механизмы были исчерпаны, а выход из кризиса путем естественных процессов оказался невозможным, вооруженные силы были вынуждены положить конец ситуации, унижающей нацию и подвергающей риску ее будущее»[46].

Подобные слова люди в униформе после очередного военного переворота не раз повторяли и в других развивающихся странах.

Претензии военных на эксклюзивное отстаивание «национальных интересов» вполне правомерно воспринимались с изрядной долей скептицизма. Дело в том, что к решительным действиям вооруженные силы могут подталкивать самые разные мотивы. Как и любая другая корпорация, военные имеют собственные институциональные интересы, которые предполагают отстаивание собственной автономии и наращивание ресурсов. Кроме того, в рядах вооруженных сил могут доминировать отдельные социальные группы, на которые правители делают особую ставку. Колониальные администрации, например, укомплектовывали свои армии представителями этнических и расовых меньшинств, предполагая, что эти группы, опасающиеся неизбежной гегемонии большинства после достижения независимости, будут лояльно защищать интересы колонизаторов. Нынешние лидеры развивающихся стран продолжают использовать ту же тактику «разделяй и властвуй». Итогом ее оказывается то, что персонал вооруженных сил молодых государств, состоящий из представителей специфичных социальных групп, нередко отождествляет себя только с этими группами и ведет себя соответственно. И, разумеется, в некоторых случаях военные руководители действуют исходя из сугубо личной корысти. В целом же военные правители, как представляется, очень часто ведут себя так же, как и гражданские диктаторы; и этот факт ставит под сомнение наличие у них каких-то уникальных и специфических интересов[47].

1.3.3. Гражданские диктаторы

Помимо монархов и военных правителей, существуют еще и гражданские диктаторы. Их положение оказывается наиболее сложным, поскольку, в отличие от представителей первых двух групп, они не располагают готовой организационной структурой, на которую можно опереться. Некоторые диктаторы привлекают к управлению родственников и даже передают власть своим детям: так, сыновья наследовали гражданским диктаторам в Северной Корее, Сирии, Никарагуа, на Гаити. И все же отцы-диктаторы были не в состоянии обеспечить династическую преемственность сверх одного поколения[48]. Одной из причин этого выступало, вероятно, отсутствие у них обширных родственных кланов, посредством которых они могли бы эффективно контролировать противников внутри правящей элиты и народа в целом.

Гражданские диктаторы не могут обращаться к вооруженным силам с такой же легкостью, с какой это делают военные правители, которые, будучи действующими офицерами, способны опираться на институциональную иерархию и воинское нормы товарищества. Гражданские лидеры зачастую презираемы военными, особенно в тех ситуациях, где армия ощущает себя носительницей какой-то особой и уникальной миссии. В подобном контексте встает вопрос о том, что же заставляет людей с оружием подчиняться людям без оружия. Согласно одному из возможных ответов, военные стараются избегать власти, чтобы не нарушать корпоративной сплоченности[49].

Преодолевая все эти затруднения, гражданские диктаторы стараются обзавестись собственной организацией. Именно о ней говорит Владимир Ленин в следующем заявлении 1921 года:

«Только политическая партия рабочего класса, т.е. коммунистическая партия, в состоянии объединить, воспитать, организовать такой авангард пролетариата и всей трудящейся массы, который один в состоянии… руководить всей объединенной деятельностью всего пролетариата, т.е. руководить им политически, а через него руководить всеми трудящимися массами. Без этого диктатура пролетариата неосуществима»[50].

Ленинское новаторство предполагало соединение харизматической и рациональной власти, сочетавшее «полнейшую личную преданность партийцев своей партии с беспристрастным групповым контролем над сохранением этой преданности и подчинением иерархии»[51].

Использование единственной партии для управления государством широко применялось гражданскими диктаторами во всем развивающемся мире. После получения независимости однопартийные системы возникли в 60% государств тропической Африки. В некоторых странах, таких, как Ангола и Берег Слоновой Кости, партии правящего режима появлялись на следующий день после провозглашения независимости. В других государствах, таких, как Габон и Заир, консолидация занимала несколько лет. Два аргумента, отчасти противоречащих друг другу, обычно выдвигаются для обоснования однопартийной системы в развивающихся странах. В некоторых из них, с одной стороны, повторяются старые ленинские идеи, согласно которым единственная партия была нужна для того, чтобы преодолеть традиционные общественные расколы и размежевания, а также «помочь лидерам передовых социальных сил победить в конфронтации с силами отсталости»[52]. С другой стороны, европейский опыт не раз демонстрировал, что формирование политических партий выступает отражением социально-классовых расколов. Поскольку в африканском обществе классов не было, говорят сторонники этой точки зрения, то отсутствовала и надобность иметь более одной партии. Как пояснял Модибо Кейта, диктатор Мали, «никакой фундаментальной оппозиции в наших рядах не наблюдалось», а потому не существовало никаких причин «быть разделенными и разобщенными в партиях, которые сражались бы друг с другом»[53].

1.4. Номинально демократические институты

Как следует из всего вышесказанного, диктаторы никогда не управляют в одиночестве. Они руководят своими обществами, используя институты, которые соответствуют типу их диктатуры. Они могут даже учреждать или поддерживать номинально демократические институты – такие, как парламенты и политические партии. В данном отношении среди диктатур наблюдаются заметные институциональные вариации.

1.4.1. Легислатуры

Под легислатурами мы понимаем органы, для которых принятие законодательства является исключительной формальной функцией. Исходя из этого определения из числа законодательных органов, действующих при диктатуре, мы должны исключить (1) хунты, так как они смешивают исполнительные и законодательные полномочия, и (2) консультативные советы, поскольку они, не обладая формальной законодательной властью, лишь консультируют правителей и дают им советы.

Способы комплектования и организации легислатур разнообразны. Иногда законодателей назначает режим; именно так было в Эфиопии в ранние годы царствования императора Хайле Селассие или в различные периоды правления президента Ахмеда Сукарно в Индонезии. Они могут также напрямую избраться гражданами. Кроме того, диктаторы порой заполняют часть депутатских вакансий в ходе выборов, а на остальные места депутаты назначаются. Даже когда диктатура допускает проведение выборов, кандидаты должны заручиться одобрением со стороны правительственных органов. В Иране, например, Совет стражей конституции, состоящий из консервативного духовенства, утверждает кандидатуры на замещение выборных должностей. В большинстве диктаторских режимов, допускающих наличие особых законодательных органов, приоритетным методом комплектования легислатур остаются выборы. На такой вариант приходятся 69% всех случаев. В странах бывшего коммунистического лагеря законодателей избирают практически везде, в то время как на Ближнем Востоке и в Северной Африке в механизмах комплектования законодательных органов наблюдается значительная гетерогенность.

Даже когда кандидатам разрешается выступать под партийными флагами, диктатура старается гарантировать их лояльность, вынуждая имеющиеся партии присоединиться к «общенациональному фронту», поддерживающему режим. Такой фронт обычно идет на выборы единым списком, хотя после избрания партиям позволяют сохранять собственную идентичность. В нашей выборке наличие подобных фронтов при диктатурах фиксируется на протяжении 636 страно-лет. Такие фронты были прежде почти во всех коммунистических странах, а также за их пределами – например, на Мадагаскаре и в Сирии.

Доля диктатур, имеющих парламенты и регулярно проводящих выборы, в разные периоды времени довольно стабильна. Выборные парламенты неизменно пользуются у диктаторов популярностью; доля назначаемых законодательных органов невелика. Небольшое отступление от этого правила фиксировалось в середине 1970-х годов, когда почти 40% всех диктатур распустили свои парламенты. Это был пик деинституциализации.

1.4.2. Политические партии

В данном контексте мы говорим только о тех политических партиях, которые существуют de jure. Иначе говоря, если режим формально запрещает политические партии, то они, даже продолжая действовать в подполье, оказываются формально не существующими. Диктаторы иногда приходят к власти, унаследовав систему, в которой все партии запрещены. Тем не менее более типичным для них является запрещение партий на короткий период – сразу же после прихода к власти или в каких-то критических ситуациях на протяжении правления. Гораздо реже встречается полный запрет партийной деятельности на весь период диктатуры; в свое время так поступил Бокасса в Центрально-Африканской Республике и военные власти Аргентины во времяProcesso, полностью прекратившие деятельность партий.

В порядке альтернативы режим может также создавать собственную и единственную партию. Изобретение Ленина предоставило гражданским диктаторам средство для контроля над армией и соперниками внутри правящей элиты. При этом единственная партия служит также для мобилизации масс и управления ими. Неудивительно, что к подобному институциональному дизайну часто обращаются авторитарные правители в развивающемся мире. Режимная партия может содержать внутри себя «группы» или «фракции», но они слишком малы и слабы, чтобы поддержать многопартийную систему. Кроме того, когда партий много, но при этом все они загоняются в ряды единого «фронта», такое политическое устройство тоже можно считать однопартийным. Помимо главной партии, могут существовать и иные, но они не в состоянии сопротивляться требованиям режима, настаивающего на формировании единого избирательного списка – с партией власти во главе. Следовательно, у граждан в подобных ситуациях выбора вообще нет.

В некоторые случаях автономные партии в состоянии существовать и за рамками проправительственного «фронта». Список диктатур, при которых действовали многочисленные политические партии, варьирует от Бразилии, где режим создал официальную «правительственную» и столь же официальную «оппозиционную» партии, до Алжира, где Исламский фронт спасения столь энергично отстаивал свою самостоятельность, что избиратели были готовы отдать ему победу на выборах 1991 года. Эти примеры внешне настолько непохожи, что их объединение в одну группу может показаться сомнительным: ведь партии, создаваемые самим режимом, – это не партии, бросающие ему вызов со стороны. Но дело в том, что определить предельную степень автономии таких партий при диктатурах весьма нелегко; хотя Исламский фронт спасения и возник сам по себе, в конечном счете его упразднили военные власти. А обе узаконенные бразильские партии были учреждены военным режимом, но потом каждая из них выступила против диктатуры.

Поскольку нет никаких четких правил или норм, в соответствии с которыми диктаторы должны устраивать политическую жизнь, авторитарные режимы демонстрируют богатейшее разнообразие институционального устройства. Так, если режим допускает наличие легислатуры, но не разрешает деятельность политических партий, то кандидатов в депутаты парламента могут заставить баллотироваться в качестве беспартийных. Или, если разрешена только правящая партия, им порекомендуют записаться в нее. Иногда, впрочем, диктаторы допускают существование автономных от режима организаций в виде официальной «оппозиционной» партии или нескольких «оппозиционных» групп.

Партийные системы при диктатурах более разнообразны, нежели их законодательное устройство. Единственная партия доминировала не только в коммунистической Восточной Европе, но и в тропической Африке. Диктаторские режимы Латинской Америки, напротив, были склонны допускать наличие многих партий; в некоторых случаях такие партии формировались ими специально, но в других ситуациях речь шла о партиях, которые начали работать еще при демократии. В Азии среди диктатур в равных долях представлены и однопартийные, и многопартийные режимы. Наконец, Ближний Восток и Северную Африку можно считать единственным регионом, где диктатуры чаще всего запрещают партии полностью. После Второй мировой войны доля диктатур без партий росла за счет сокращающегося числа многопартийных режимов. Но после краха коммунизма, с начала 1990-х годов, наличие при диктатурах автономных политических групп стало более частым явлением. Доля диктатур, опирающихся на единственную партию, стремительно снизилась, тогда как многопартийные режимы возобладали.

1.5. Заключение

Исторический путь диктатур долог. Институт, зародившийся в Древнем Риме, первоначально нес в себе позитивные коннотации: под ним понимался набор эффективных средств, с помощью которых политическая система справлялась с внутренними и внешними угрозами. В трудные времена элиты выдвигали человека, способного предпринять решительные действия по восстановлению политического status quo. После разрешения наличных проблем диктатор, выполнив свою миссию, уходил со сцены.

С течением времени, однако, термин «диктатура» стали использовать для описания институциональных механизмов, которые не вмещались в рамки первоначальной концепции. Признаки коррозии института впервые стали появляться еще в Риме. Сначала диктаторы начали апеллировать к массам. Потом диктатура трансформировалась из правления одного человека в правление директории, группы, класса. Пренебрегая традиционным политическим порядком, диктатуры начали ставить перед собой революционные задачи. Самым главным было то, что диктатура перестала считаться временным правлением. И, хотя данное изменение проявило себя еще у римлян, именно оно остается фундаментальной чертой диктаторских режимов современного мира. Диктаторы игнорируют конкурентные выборы исходя из того, что сроки их правления могут быть неопределенными, а власть неограниченной. И в этом все они похожи друг на друга.

И все же в плане организации институционального аппарата диктатуры проявляют большое разнообразие. Обеспечивая себе «первую линию обороны», диктаторы должны выстроить собственную управленческую систему и кооптировать наиболее вероятных соперников. Конкретная форма принимаемой ими линии зависит от типа диктатора. Монархи полагаются на обширные родственные связи, тогда как военные правители опираются на преимущества армейской иерархии. Гражданские диктаторы, не имея столь же эффективных подручных средств, создают всевозможные режимные партии. Выбирая для себя номинально демократические институты в лице легислатур и политических партий, диктаторы столь же креативны. Тем не менее, несмотря на все это разнообразие, и парламенты, и партии при диктатурах служат единой цели: они являются инструментами кооптации, посредством которых недемократические правители справляются со значимыми вызовами своему правлению.

Перевод с английского Андрея Захарова

[1] Перевод осуществлен по изданию: Gandhi J. Political Institutions under Dictatorship. New York: Cambridge University Press, 2008. Ch. 1. Печатается с небольшими сокращениями.

[2] См.: Moore B. Social Origins of Dictatorship and Democracy. Boston, MA: Beacon Press, 1966; Acemoglu D., Robinson J. Economic Origins of Dictatorship and Democracy. New York: Cambridge University Press, 2006.

[3] Предложенное здесь описание древнеримской диктатуры основывается на следующем источнике: Nicolet C. Dictatorship in Rome // Baehr P., Richter M. (Eds.).Dictatorship in History and Theory: Bonapartism, Сaesarism, and Totalitarianism. New York: Cambridge University Press, 2004. P. 263–278.

[4] Первоначально срок полномочий диктатора не определялся; он должен был сложить полномочия после выполнения поставленных перед ним задач.

[5] Единственное исключение имело место в 211 году до нашей эры. Подробнее см.: Nicolet C. Op. cit.

[6] Первоначально Юлий Цезарь принимал титул диктатора на год, а потом на десять лет (Ibid).

[7] Макиавелли Н. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия. Книга I. ГлаваXXXIV (фрагмент дается в переводе Р. Хлодовского. – Примеч. перев.).

[8] Руссо Ж.-Ж. Об Общественном договоре, Принципы политического права // Он же. Об Общественном договоре. Трактаты. М., 1998. Кн. IV. Гл. VI (фрагменты даются в переводе А.Д. Хаютина и В.С. Алексеева-Попова. –Примеч. перев.).

[9] Baehr P., Richter M. Introduction // Idem (Eds.). Dictatorship in History andTheory… P. 25.

[10] Обсуждение этой темы см. в статье: McCormick J. From Constitutional Technique to Caesarist Ploy: Carl Schmitt on Dictatorship, Liberalism, and Emergency Power // Baehr P., Richter M. (Eds.). Dictatorship in History and Theory… P. 197–220.

[11] Baehr P., Richter M. Introduction. P. 26.

[12] См.: Bobbio N. Democracy and Dictatorship: The Nature and Limits of State Power. Minneapolis: University of Minnesota Press, 1989.

[13] Kelsen H. General Theory of Law and State. Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1945. P. 284.

[14] См.: Bobbio N. Op. cit. P. 137.

[15] Исключения составляют ситуации, когда правитель впервые получает власть посредством выборов, а затем консолидирует ее за счет отказа от демократии. В подобных случаях (Фердинанд Маркос на Филиппинах, Пак Чон Хи в Южной Корее, Альберто Фухимори в Перу) правление лидера следует рассматривать в качестве диктатуры с самого начала его избирательного срока.

[16] См.: Schumpeter J. Capitalism, Socialism, and Democracy. New York: Allen & Unwin, 1976.

[17] См.: Linz J. An Authoritarian Regime: Spain // Allardt E., Rokkan S. (Eds.). Mass Politics. New York: The Free Press, 1970.

[18] Evans P. Predatory, Development, and Other Apparatuses: A Comparative Analysis of the Third World State // Sociological Forum. 1989. Vol. 4. № 4. P. 561–582.

[19] O’Donnell G. Modernization and Bureaucratic-Authoritarianism: Studies in South American Politics. Berkeley: Institute of International Studies, 1979.

[20] Дискуссию на эту тему см. в работах: Cheibub J.A., Gandhi J. ClassifyingPolitical Regimes: An Update and an Extension. American Political Science Association Annual Meeting. Chicago, September 5, 2004; Collier D., Adcock R.Democracy and Dichotomies: A Pragmatic Approach to Choices about Concepts // Annual Review of Political Science. 1999. P. 537–565; Diamond L. Thinking about Hybrid Regimes // Journal of Democracy. 2002. Vol. 13. № 2. P. 21–35; Munck G.L., Verkuilen J. Conceptualizing and Measuring Democracy: Evaluating Alternative Indices // Comparative Political Studies. 2002. Vol. 35. № 1. P. 5–34.

[21] Этот аргумент был переосмыслен в ХХ веке: его сторонники опасались, что демократические правительства будут уступать требованиям рабочего электората, нацеленным на расширение потребления в ущерб расширению инвестиций. См.: De Schweinitz K. Industrialization and Democracy: Economic Necessities and Political Possibilities. Glencoe: The Free Press, 1964; O’Donnell G.Op. cit.

[22] Przeworski A. Democracy and the Market: Political and Economic Reforms in Eastern Europe and Latin America. New York: Cambridge University Press, 1991.

[23] Idem. Minimalist Conception of Democracy: A Defense // Shapiro I., Hacker-Cordón C. (Eds.). Democracy’s Value. New York: Cambridge University Press, 1999. P. 45.

[24] Przeworski A., Alvarez M., Cheibub J.A., Limongi F. Democracy and Development: Institution and Well-Being in the World, 1950–1990. New York: Cambridge University Press, 2000.

[25] Ibid.

[26] Ibid.

[27] См.: Short P. Mao: A Life. New York: Henry Holt, 2000; Salisbury H. The New Emperors: China in the Era of Mao and Deng. Boston: Little, Brown, 1992.

[28] Под этими источниками я имею в виду прежде всего справочные работы Артура Бэнкса и Харриса Ленца. См.: Banks A., Day A., Muller T. Political Handbook of the World. Binghamton, NY: Center for Social Analysis, State University of New York at Binghamton, [various years]; Lentz H. Heads of States and Governments: A Worldwide Encyclopedia of over 2300 Leaders, 1945–1992.Jefferson, NC: McFarland and Company, 1994.

[29] За пределами моего рассмотрения остается интересный вопрос о том, можно ли вообще говорить о «режиме» в тех ситуациях, когда главы страны меняются так часто. Особенно примечательны в данном смысле случаи Коморских островов (четырехкратная смена руководителя на протяжении 1995 года) или Боливии (трехкратная смена на протяжении 1979 года). Такая нестабильность, впрочем, встречается редко.

[30] Боден Ж. Шесть книг о государстве. Кн. IV. Гл. 6; цит. по: Holmes S.Passions and Constraint: On the Theory of Liberal Democracy. Chicago: University of Chicago Press, 1995. P. 517.

[31] Многие авторы переоценивают то влияние, которое английский и французский случаи оказали на другие монархии. См., например: North D., Thomas R. The Rise of the Western World. New York: Cambridge University Press, 1973.

[32] Beyme K. von. Parliamentary Democracy: Democratization, Destabilization, Reconsolidation, 1789–1999. New York: St. Martin’s Press, 2000.

[33] Brown N. Constitutions in a Nonconstitutional World: Arab Basic Laws and the Prospects for Accountable Government. Albany: State University of New York Press, 2002. P. 39.

[34] Ibid. Р. 45.

[35] Herb M. All in the Family: Absolutism, Revolution, and Democracy in the Middle Eastern Monarchies. Albany: State University of New York Press, 1999. P. 123.

[36] Ibid. P. 80.

[37] Bligh A. From Prince to King: Royal Succession in the House of Saud in the Twentieth Century. New York: New York University Press, 1984. P. 88.

[38] Herb M. Op. cit.

[39] Welch C. Personalism and Corporatism in African Armies // McArdle Kelleher C. (Ed.). Political-Military Systems: Comparative Perspectives. London: Sage, 1974. P. 136–138.

[40] Finer S. The Man of Horseback: The Role of the Military in Politics. Boulder, CO: Westview Press, 1988. P. 260.

[41] Brooker P. Twentieth-Century Dictatorships: The Ideological One Party States. New York: New York University Press, 1995.

[42] Fontana A.M. Political Decision-Making by a Military Corporation: Argentina 1976–1983. Ph.D. dissertation. Department of Political Science, University of Texas. Austin, 1987.

[43] Ibid. P. 104.

[44] Stepan A. The Military in Politics: Changing Patterns in Brazil. Princeton, NJ: Princeton University Press, 1971. P. 63.

[45] Khuri F., Obermeyer G. The Social Bases for Military Intervention in the Middle East // McArdle Kelleher C. (Ed.). Op. cit. P. 62.

[46] Loveman B., Davies T. The Politics of Antipolitics: The Military in Latin America. Lincoln: University of Nebraska Press, 1989. P. 196.

[47] Remmer K. Evaluating the Policy Impact of Military Regimes in Latin America // Latin American Research Review. 1978. Vol. 13. № 2. P. 39–54.

[48] И все же Северная Корея стала в этом исключением. – Примеч. ред.

[49] Brooker P. Non-Democratic Regimes: Theory, Government, and Politics. New York: St. Martin’s Press, 2000.

[50] Ленин В.И. Первоначальный проект резолюции Х съезда РКП о синдикалистском и анархистском уклоне в нашей партии // Он же. Полноесобрание сочинений. М.: Издательство политической литературы, 1970. Т. 43. С. 94.

[51] Kamiński A. An Institutional Theory of Communist Regimes: Design, Function, and Breakdown. San Francisco, CA: ICS Press, 1992. P. 143.

[52] Huntington S. Social and Institutional Dynamics of One-Party Systems // Huntington S., Moore C. (Eds.). Authoritarian Politics in Modern Society: The Dynamics of Established One-Party Systems. New York: Basic Books, 1970. P. 12.

[53] Ibid. P. 10.

Опубликовано в журнале: Неприкосновенный запас 2016, 4(108)

КИТАЙ СТРОИТ АЭРОПОРТ НА ГРАНИЦЕ РОССИИ

Администрации города Суйфэньхэ заявила о том, что начинается строительство аэропорта на границе с Россией. Аэропорт сможет обслуживать 450 тысяч пассажиров и 3,6 тысячи тонн грузов. Объём инвестиций 179 миллионов долларов. Церемония начала строительства прошла в субботу.

Недавно власти города Чэнду подписали соглашения с авиакомпаниями, согласно которым будут сформированы девять прямых регулярных авиарейсов из Чэнду в Сидней, Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Мадрид, Сочи, Аддис-Абеба, Дубай, Москва и Окленд.

Недавно "Китайские южные авиалинии" объявили об открытии нового авиарейса Ланьчжоу-Урумчи-Москва. Рейс будет выполняться три раза в неделю - по вторникам, четвергам и субботам. Недавно начал работу новый прямой авиарейс между Владивостоком и городом Тяньцзинь. Самолёт А320 "Тяньцзинь Эйрлайнс" следует по маршруту три раза в неделю, по вторникам, четвергам и субботам.

Глобальное потепление может стать благом для Эфиопии

Несмотря на разрушительное влияние глобального потепления, некоторые регионы земного шара могут получить выгоду от повышения температуры воздуха. Например, Эфиопия.

Согласно прогнозу исследователей из Политехнического университета Виргинии, США, запасы воды в бассейне Голубого Нила — правого притока Нила — в ближайшие десятилетия могут возрасти благодаря изменению климата. Кроме того, в результате глобального потепления в регионе могут увеличиться объемы выращивания сельскохозяйственных культур, начаться масштабные проекты по строительству гидроэлектростанций и развитию систем орошения, утверждают ученые.

«Горькая ирония заключается в том, что глобальное потепление может оказаться тем самым катализатором, в котором нуждается Эфиопия, чтобы стать государством-экспортером продовольствия», — говорит профессор в области проектирования биологических систем Зак Истон.

Модели, построенные учеными, показывают, что в ближайшие десятилетия объемы запасов воды в регионе могут вырасти на 20–30 %. Правда, есть и плохая новость: увеличение притока воды может стать причиной возрастания переноса донных осадков, что негативно скажется на работе гидроэлектростанций — например, плотины Grand Ethiopian Renaissance Dam, строительство которой ведется в Эфиопии в настоящее время.

Орбан самоуправления

Венгерский парламент обсуждает поправки в конституцию для ограничения потока мигрантов

Александр Братерский

В парламенте Венгрии сегодня состоятся дебаты по вопросу поправок в конституцию страны, которые смогут законодательно ограничить прием в страну беженцев согласно требованиям ЕС. В том, что основной закон нужно защищать от Брюсселя, согласны и правящая партия «Фидес», и ультранационалистическая «Йоббик».

Поправки в конституцию инициированы правящей партией «Фидес». Ее лидер и премьер-министр страны Виктор Орбан с прошлого года активно использует антииммигрантскую тему для повышения своей популярности.

В 2015 году Евросоюз столкнулся с беспрецедентным притоком мигрантов из стран Ближнего и Среднего Востока. За полтора года на территорию Евросоюза прибыло около 2 млн мигрантов, и это стало настоящим вызовом для местных административных институтов.

Если поправки будут приняты, Венгрия получит документ, который не разрешает Брюсселю размещать мигрантов из других частей ЕС без согласования с парламентом страны. Кроме того, разрешение на пребывание в Венгрии групп мигрантов должно будет рассматриваться в индивидуальном порядке.

Представители правящей партии решили внести изменения в конституцию после провала недавнего референдума. Венгры должны были решить, должна ли страна действовать в согласии с общими квотами на мигрантов, которые были разработаны для всех стран ЕС. Референдум был признан несостоявшимся, так как явка составила менее 50%.

Число беженцев из Сирии, Ирака и Эфиопии, которое Венгрия должна принять, согласно требованиям Брюсселя, — всего 1300 человек.

Вскоре после объявления результатов референдума премьер Орбан заявил, что сдаваться не собирается. Политик надеется, что исключительное право решать вопрос мигрантов будет предоставлено парламенту.

В понедельник должны пройти дебаты по этому вопросу. Хотя представители правящей партии «Фидес» заявили, что собираются объединить для решения этого вопроса все парламентские силы страны, мнения депутатов разошлись.

«Диктатор» наносит ответный удар

Партию премьера поддерживает ультранационалистическая партия «Йоббик». Однако Социалистическая партия заявила, что попытки изменения конституции являются нелегитимными. Аналогичного мнения придерживается и левая Демократическая коалиция. Ее лидеры призывают другие политические силы не участвовать в голосовании.

У «Фидес» комфортное соотношение голосов в парламенте. Фракция правящей партии имеет 114 из 199 мест. Для внесения поправок нужно получить две трети голосов депутатов. Как ожидается, в случае одобрения парламента правительство Венгрии в начале ноября вынесет финальное решение.

Венгерский политолог, старший научный сотрудник Финского института международных отношений Андеаш Ракс считает, что есть большая вероятность, что поправки будут приняты. «Партия «Йоббик», которая выступает с ультраправых евроскептических позиций, поддерживает правительство в этом вопросе. Вместе с «Йоббик» у правительства достаточно голосов, чтобы внести изменения», — заявил «Газете.Ru» эксперт. Он напомнил, что именно «Йоббик» с самого начала выступала за антииммиграционные поправки в конституцию, задолго до референдума.

Для Виктора Орбана это голосование — возможность заявить о своей независимости от Брюсселя, о которой он говорит много и часто.

Европейские чиновники обвиняют Орбана в давлении на оппозицию и авторитарном стиле правления. Во время одного из публичных мероприятий в ЕС глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер в шутку даже назвал Орбана «диктатором».

Орбан не скрывает, что настроен против беженцев, которые прибывают в ЕС в больших количествах из объятых конфликтами стран Ближнего Востока и Северной Африки. Венгерские власти пускают в страну очень ограниченное число беженцев и всячески стараются укреплять границы. Пограничные войска Венгрии строят вдоль границ стены и создают специальные отряды из добровольцев, которые помогают полиции отлавливать нелегальных мигрантов.

В настоящее время власти объявили набор потенциальных дружинников для создания отряда численностью 3 тыс. человек. Приоритет отдается бывшим военным или полицейским. Они будут получать зарплату за свою работу.

Беженцы прибывают в Венгрию из соседней Сербии, которая не является членом ЕС. Большинство из них стараются двигаться дальше, чаще всего в Германию. Венгерские власти пытаются ускорить транзит и дать возможность беженцам проследовать в Австрию. Это, в свою очередь, тоже вызывает недовольство: Австрия заявила, что подаст на Венгрию в международные судебные инстанции за ее действия.

В Брюсселе уже заявили, что те страны, которые отказываются принимать участие в программе по расселению мигрантов, могут потерять финансирование от европейских структур.

В Новороссийском порту задержано 48 тонн фасоли из Эфиопии

В Новороссийском морском порту государственные инспекторы Управления Россельхознадзора по Краснодарскому краю и Республике Адыгея задержали партию опасной фасоли красной из Эфиопии массой 48,0 тонн.

Ещё при досмотре фасоли специалистами Управления было отмечено присутствие плесневого запаха в данной пищевой продукции.

Лабораторные анализы, проведённые в Новороссийском филиале ФГБУ «Центр оценки качества зерна», выявили наличие в фасоли не только плесневого запаха, но и повышенную влажность (19,4% при норме не более 18,0%), а также микотоксин – афлатоксин В1 в количестве 0,007 мг/кг при норме не более 0,005 мг/кг.

В соответствии с законодательством Российской Федерации указанная партия некачественной и опасной фасоли красной была запрещена к ввозу в нашу страну.

Для справки: афлатоксин В1 – самый опасный токсин, производимый несколькими видами грибов рода Aspergillus flavus, Aspergillus parasiticus, которые размножаются на зерне при высокой влажности и в теплых условиях. Многочисленные исследования свидетельствуют, что афлатоксины поражают все органы и ткани человека, повышают риск возникновения опухолевых заболеваний, вызывают аллергию, генные мутации, являются сильными иммунодепресантами.

Жан-Марк Эйро вторит Джону Керри и лепечет о суде над Россией

Александр МЕЗЯЕВ

10 октября министр иностранных дел Франции Жан-Марк Эйро заявил, что намерен обратиться в Международный уголовный суд в Гааге с требованием расследовать возможные военные преступления в Сирии. Выступление французского министра, словно под копирку, воспроизвело демарш госсекретаря США Дж.Керри, который тремя днями раньше заявил, что действия России в Сирии «требуют должного расследования как военные преступления» и совершившие их «должны и будут отвечать за произошедшее».

Тут впору задаться вопросом, что такое Международный уголовный суд вообще.

Международные уголовные суды и трибуналы стали создаваться вскоре после конца биполярного мира, с середины 1990-х годов. Их целью провозглашалось преследование и наказание лиц, несущих ответственность за совершение международных преступлений. Однако практика этих судов быстро показала, что представляют они собой в действительности.

Прежде всего, они должны были «освящать» преступления системы глобального управления. Так были «освящены» агрессия стран НАТО против Югославии в 1999 году и агрессия против Ливийской Джамахирии в 2011 году. В обоих случаях сначала Международный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ), а затем Международный уголовный суд (МУС) выдвинули против глав подвергшихся агрессии государств (С.Милошевич и М.Каддафи) свои обвинительные акты, провозгласив этих лидеров «военными преступниками».

Кроме того, международные трибуналы вмешались в целый ряд внутренних конфликтов и государственных переворотов. В 2011 году МУС поддержал государственный переворот в Республике Кот-д’Ивуар, а в 2014 году – государственный переворот на Украине. В обоих случаях Суд удовлетворил иски путчистов в отношении законно избранных глав государств (Л.Гбагбо и В.Янукович). В результате мир увидел ещё два образчика «легитимации» государственных переворотов.

Другим важным направлением деятельности международных уголовных судов и трибуналов является осуществление наднационального контроля над властями суверенных государств. Это притом что юрисдикция отдельных трибуналов ⁽¹⁾ распространяется не на все государства и Статут МУС также подписали не все. ⁽²⁾ Здесь отчётливо проявляет себя тенденция к насильственному распространению юрисдикции международных судов и трибуналов на отдельные государства. Так, в полном противоречии с международным правом в 2005 году юрисдикция МУС была распространена на Судан, а в 2011 году – на Ливию. С 2012 года предпринимаются попытки сделать то же самое в отношении Сирии.

После состоявшегося 8 октября заседания Совета Безопасности ООН, на котором были отклонены российский и французский проекты резолюций, Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун вновь, как заведённый, потребовал от СБ ООН передать ситуацию в Сирии в Международный уголовный суд.

Теперь Международным уголовным судом пытаются грозить уже и России. Угрозы французского министра, юридически абсолютно несостоятельные, выглядят лепетом человека, слабо разбирающегося в вопросах права. Ни Россия, ни Сирия не являются участниками Статута Международного уголовного суда, и даже если кто-то дерзнёт претворить эти угрозы в жизнь, МУС будет обязан подобные требования отклонить без рассмотрения. Не знать этого Эйро не может, так что все его заявление – лишь грубая спекуляция. Согласно всем канонам международного права, юрисдикция любого органа распространяется только в отношении стран, подписавших соответствующий международный договор, и только на события, которые произошли после вступления этого договора в силу.

К этому надо добавить, что Международный уголовный суд не является в юридическом смысле «судом» и даже не обладает характеристикой «международный».

МУС - не «судебный» орган уже потому, что в отличие от учреждения, которое применяет право, он сам для себя его пишет, то есть по собственному произволу выступает как карательный орган. Не является МУС и «международным» органом, потому что он проводит в жизнь не политику отдельных государств (или групп государств), а интересы режима глобального управления. И будучи не судебным, а политическим органом, МУС готов на всё.

Наступление на Россию МУС предпринимал и раньше. Речь идёт о начале расследования по ситуации в Грузии в августе 2008 года. Недавно опубликованный доклад прокурора МУС показал, что главным обвиняемым в событиях 2008 года тот рассматривает Россию! То есть текст пьесы уже написан: несмотря на неучастие России в МУС, её действия в Грузии (а МУС рассматривает Республику Южную Осетию как часть Грузии) могут стать основанием для выдвижения обвинения в отношении граждан России!

Что же касается реальной международно-правовой оценки происходящего в Сирии, то достаточно сказать, что российские военные находятся на территории Сирии в соответствии с приглашением законного правительства этой страны. При этом право вооружённых конфликтов (или международное гуманитарное право) не рассматривает гибель гражданского населения как таковую в качестве военного преступления: всем понятно, что на войне люди гибнут. А современные войны таковы, что в них гибнет в основном как раз гражданское население. Международное гуманитарное право запрещает определённые средства и методы ведения военных действий, но сих пор никто не представил никаких доказательств того, что средства и методы, применяемые Россией, привели к гибели гражданских лиц. Все попытки такого рода, которые Запад предпринимал, неоднократно опровергались. И в то же время «антитеррористическая коалиция» во главе с Соединёнными Штатами обладает всеми признаками международной противоправности: она действует в Сирии, не имея ни приглашения сирийского правительства, ни решения Совета Безопасности ООН.

Наконец, последнее обстоятельство, побуждающее обратить внимание на демарш Парижа вслед за Вашингтоном. Юрисдикция Международного уголовного суда может быть осуществлена исключительно в отношении физических лиц. Те, кто это знают, понимают, что угрозы французского министра иностранных дел носят персональный характер. Если же учесть полную международную противоправность таких заявлений, то отмена визита В.Путина во Францию имеет свою железную логику.

⁽¹⁾ Международный трибунал по бывшей Югославии, Международный трибунал по Руанде, Специальный суд по Сьерра-Леоне, Специальный трибунал по Ливану, специальные палаты в судах Камбоджи, Специальная палата по международным преступлениям в судах Сенегала…

⁽²⁾ На 1 октября 2016 года из 193 государств-членов ООН участниками Статута Международного уголовного суда является 124 государства. Не являются участниками МУС такие страны, как Россия, Китай, США, Индия, Индонезия, Казахстан, Турция, Саудовская Аравия, Вьетнам, Пакистан, Эфиопия и многие другие…

Канцлер Германии Ангела Меркель во время своего визита в Эфиопию поддержала протестующих, выступивших против властей, и призвала правительство страны прислушаться к мнению оппозиции.

"Я всегда буду выступать за то, чтобы велись переговоры с людьми, имеющими другой взгляд на вопросы политики, и позволять им высказывать свое мнение, потому что, в конце концов, опыт демократии показывает, что из подобных обсуждений рождаются достойные решения", — цитирует Меркель агентство Ассошиэйтед Пресс.

Также канцлер Германии предложила стране помощь в обучении полиции тактике поведения во время демонстраций. "Мы уже работаем в Оромии (округ в Эфиопии, в котором протесты продолжаются около года — ред.), где для разрешения конфликтной ситуации предлагаем свое посредничество между объединениями", — добавила Меркель.

Девятого октября власти Эфиопии впервые за последние 25 лет ввели режим чрезвычайного положения на всей территории страны сроком на шесть месяцев в связи с охватившей регион Оромия волной антиправительственных выступлений, которые стали приобретать насильственный характер. В результате беспорядков погибли более 100 человек, в их числе иностранцы, причинен значительный материальный ущерб.

Помимо этого, Меркель посетила штаб-квартиру Африканского Союза в Аддис-Абебе и призвала страны Африки усилить борьбу против террористической группировки "Исламское государство" (запрещена в РФ и ряде других стран).

В ходе своей поездки Меркель также планирует посетить Мали и Нигер.

 Михаил Дмитриев Специфика конкурентной борьбы за сферы влияния в современной Африке

Начиная с XVI–XVII веков, Африка является традиционной зоной, где сталкиваются геополитические и экономические интересы ведущих мировых держав

Дмитрий Перетолчин

Специфика экспансии Китая в Африку

Китай начал резко усиливать свои позиции в Африке почти сразу после распада СССР. Определенную роль в этом процессе сыграл тот факт, что в начале 1990-х годов США основное внимание уделяли событиям на постсоветском пространстве, в Восточной Европе и на Балканском полуострове.

Другой важный момент, предопределивший успех Китая на африканском направлении, начиная с середины 1990-х годов, — продуманная политика Пекина, который решительно сместил акцент в отношениях с африканскими странами с идеологии на экономическое сотрудничество.

В 2000 году Пекин предложил Африке новую модель взаимодействия в формате «Форума Китай — Африка» (FOCAC), на котором обсуждаются практические направления и параметры финансовой помощи Китая странам Африки, разрабатываются программы сотрудничества и определяются сроки их реализации.

В 2006 году, в Пекине по инициативе Председателя КНР Ху Цзиньтао прошла историческая акция — Форум по китайско-африканскому сотрудничеству, в котором приняли участие главы и министры более пятидесяти африканских государств, то есть практически вся Африка. Именно это событие открыло процесс наращивания экономического присутствия Китая на африканском континенте в невероятном темпе и в поистине грандиозных масштабах. И именно эти африканские успехи Пекина впервые заставили совокупный Запад признать КНР не только важнейшей региональной державой в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и растущим глобальным игроком.

Одним из главных мотивов экономической экспансии Китая на африканский континент, безусловно, является стремление получить доступ к природным ресурсам для обеспечения своей быстрорастущей экономики.

Еще один важный фактор, определяющий стремление Пекина в Африку, — значительное повышение затрат на китайскую рабочую силу в самом Китае. По данным экспертов, заработная плата китайских рабочих ежегодно растет в среднем на 12 %, а это означает, что эпоха сверхдешевой китайской рабочей силы завершается. И Китаю теперь выгоднее переносить свое производство в другие регионы планеты с дешевой рабочей силой, в первую очередь в Африку.

Если говорить об особенностях китайской экспансии в Африку то она состоит в том, что в отличие от Запада, который в основном интересуют нефть и другие минеральные ресурсы, Китай наращивает свое участие практически в каждом секторе местной экономики и, в том числе, в инфраструктурном развитии отдельных стран и континента в целом.

Китай строит железные и шоссейные дороги, дамбы, реконструирует речные и морские порты. Особое внимание при этом уделяется сооружению объектов гражданской инфраструктуры — возводятся стадионы, школы, правительственные здания, больницы.

В результате Китай не только становится крупнейшим торговым партнером и одним из основных инвесторов на африканском континенте, но и всё более прочно привязывает экономику многих стран Африки к своим стратегическим интересам. При этом, еще раз подчеркнем, Китай действует гораздо более гибко, чем его западные конкуренты:

предоставляет кредиты без политических требований;

в отличие от США и стран Западной Европы, делится с африканскими странами своими новыми технологиями;

направляет инвестиции не через коррумпированных местных чиновников (как это делают западные корпорации), а выделяет их китайским компаниям, которые «десантируются» в соответствующие страны для реализации проектов;

в широких масштабах списывает долги «слабых» стран, активно развивает в них сельское хозяйство, готовит африканских специалистов в самых разных областях деятельности;

в рамках новой китайской стратегии «выхода за рубеж» («идти вовне») развивает торгово-инвестиционное сотрудничество со странами африканского континента. И, тем самым, включает в прибыльный коммерческий оборот те огромные деньги государственных резервов и коммерческих корпораций, которые уже не находят эффективного применения в самом Китае;

расширяет использование юаня в торговых сделках, что по мнению экспертов, является важным шагом в укреплении юаня в качестве мировой резервной валюты.

В декабре 2015 года в Йоханнесбурге прошел очередной саммит в рамках «Форума Китай-Африка» (FOCAC). Одно из главных событий — решение Китая предоставить странам Африки финансирование на сумму 60 млрд долл. Отметим, что это в 4 раза больше, чем обещал для Африки в 2014 году президент США Б. Обама.

Далее, Китай всё более активно развивает сотрудничество с африканскими странами в области науки и культуры. Пропагандирует китайский язык и национальную культуру, создает подконтрольные китайскому правительству СМИ, открывает Институты Конфуция. Обучая в своих университетах растущее число студентов из Африки, Китай всё более очевидным образом готовит значительный корпус африканских политических, инженерных и деловых элит, дружественно ориентированных на Пекин.

Китай также обеспечивает множество программ гуманитарной и миротворческой помощи в конфликтных регионах континента. Отметим, что большинство этих программ Китай координирует как с миротворчеством ООН, так и со странами-членами БРИКС.

Следует подчеркнуть, что благодаря своей «идейно нейтральной» позиции Китай усиливается на африканском континенте еще и политически. Китай успешно сотрудничает в нестабильных африканских государствах практически с любыми политическими режимами и даже иногда готов поступиться своими политическими принципами. Так, недавно Китай начал оказывать помощь Буркина-Фасо, несмотря на то, что эта страна признает суверенитет Тайваня.

Очевидно, что расширяя свое присутствие на континенте и получая доступ к сырьевым ресурсам Африки, Пекин одновременно укрепляет свою экономическую и военную безопасность и, что не менее важно, расширяет пространство своих экономических и политических связей. Причем всё более откровенно демонстрирует, что готов это пространство защищать.

Пока эта защита находится в основном в рамках программ миротворчества. Так, китайские «голубые каски» уже участвуют в миротворческих операциях ООН в Западной Сахаре, Сьерра-Леоне, Кот-д’Ивуаре и Конго. А в октябре 2015 года на Генеральной ассамблее ООН Председатель КНР Си Цзиньпин объявил о развертывании в Африке миротворческого контингента численностью до 8000 миротворцев. Причем после событий в Мали в ноябре 2015 года, когда в Бамако были убиты представители китайских корпораций, миротворческий контингент Китая фактически получил статус антитеррористического контингента.

Но Китай уже готов выходить за рамки миротворчества. В декабре 2015 года Си Цзиньпин заявил о намерении Китая создать к 2020 году, в рамках масштабного реформирования вооруженных сил страны, структуру объединенного оперативного командования, нацеленную на повышение боеспособности войск и их готовности проводить операции за рубежом. Важнейшим событием с этой точки зрения является начало строительства весной 2016 года первой китайской военно-морской базы в Джибути на побережье Баб-эль-Мандебского пролива.

«США развивали свой бизнес по всему миру и посылали своих военных защищать его интересы на протяжении 150 лет», — так прокомментировал это событие профессор из Университета Фудань в Шанхае Шэнь Динли, — «Китай будет делать теперь то, что США делали в прошлом».

База в Джибути позволит Китаю вступить в конкуренцию с США, Японией, Францией, Италией, Пакистаном (которые уже имеют здесь военные базы) в вопросе контроля за водами Баб-эль-Мандебского пролива, соединяющего Красное море с Аденским заливом и Суэцким каналом. По данным министерства энергетики США, на этот путь приходится почти 15 % мирового транзита нефти.

Одновременно Китай наращивает поставку вооружений в страны Африки, вытесняя с африканского рынка оружия западных конкурентов. В недавнем докладе лондонского Международного института стратегических исследований говорится, что уже около 70 % африканских стран закупают китайское оружие. В ряде африканских стран Китай занял доминирующие позиции в этом секторе. В Замбии, например, — 80 %, в Намибии — более 70 %, в Нигерии — почти 30 %. При этом эксперты отмечают, что Китай, как правило, предлагает свою военную продукцию по заниженным ценам, «отыгрываясь» на поставках запчастей и услугах по высоким ценам.

Но специфика китайской политики оружейного экспорта состоит еще и в том, что этот экспорт поддерживают работающие в Африке более 2,5 тыс. китайских компаний. При этом китайское правительство комбинирует и координирует различные направления делового сотрудничества, поощряя взаимодействие китайских бизнес-структур, действующих в Африке, с интересами экспортеров продукции военного назначения. В результате Китай получает возможность практиковать разнообразные схемы взаиморасчетов, разного рода пакетные сделки и, одновременно, соглашения по промышленным и инфраструктурным проектам.

Так, например, в обмен на разрешение на строительство военной базы в Джибути Китай предложил вложить 3 млрд долл. в строительство железной дороги от Джибути до столицы Эфиопии Аддис-Абебы и еще 400 млн долл. в развитие портовой инфраструктуры Джибути. Соответственно, в этой стране появятся китайские банки, а китайские компании получат ряд торговых привилегий.

Некоторые аспекты конкурентной борьбы США. Противостояние с Китаем

Геополитические и экономические интересы США в Африке оформлены в принятом в 2000 г. в США законе «Об экономическом росте и торговых возможностях в странах Африки» (AGOA). Данный закон, срок действия которого в июне 2015 г. был продлен еще на 10 лет, является одним из ключевых торгово-экономических инструментов США в регионе.

В рамках реализации AGOA США создали в Африке три центра поддержки конкурентоспособности американских товаров. Учрежден специальный «Форум торгово-экономического сотрудничества США со странами Африки южнее Сахары». Расположенный в Вашингтоне Корпоративный совет по Африке координирует деятельность частного американского бизнеса на континенте.

Одно из центральных событий в контексте китайско-американской конкуренции в Африке — учреждение в 2008 году африканского командования США, сокращенно — АФРИКОМ. Отметим, что АФРИКОМ — единственное региональное командование минобороны США, сформированное после окончания холодной войны. Оформление этой структуры началось фактически сразу же после упомянутого саммита «Китай — Африка» 2006 года. Среди задач АФРИКОМ — охрана месторождений полезных ископаемых, их добычи и транспортировки.

В 2007 году Питер Фам, советник Госдепа и минобороны США, а также директор Африканского центра им. Майкла Ансари в Атлантическом совете в Вашингтоне, выступая перед конгрессом с защитой проекта создания АФРИКОМа, так аргументировал важность этого проекта: «...Многие аналитики ожидают, что Африка, особенно государства, расположенные вдоль богатой нефтью западной береговой линии, всё больше будет становиться театром стратегического соперничества между Соединенными Штатами и их единственным реальным, почти равным конкурентом на мировой арене — Китаем...».

В 2011 году АФРИКОМ контролировал международную военную кампанию в Ливии получившую название «Одиссея. Рассвет». «Война с Каддафи — это фактически война с Китаем и его экспансией в Африке», — так прокомментировал эту ситуацию республиканец Пол Крэйг Робертс.

Отметим, что война в Ливии, посредством которой страны западной коалиции решали свои задачи, нанесла, в том числе, серьезный удар и по интересам Китая в этой стране. Так, к 2011 году Пекин вложил в экономику Ливии более 18,8 млрд долларов. На территории Ливии реализовывали проекты 75 крупных китайских компаний. С началом войны большая часть китайско-ливийских проектов была остановлена, из страны были эвакуированы 35 тыс. китайских рабочих и персонал компаний.

Среди последних событий, отражающих специфику конкурентной борьбы за африканский континент, — рост напряженности в Южно-Африканской республике. Важно здесь то, что ЮАР, являясь членом БРИКС, является и важнейшим проводником политики Китая на африканском континенте.

В сентябре–октябре 2015 года ЮАР столкнулась с попыткой организации «цветной революции» против президента Джейкоба Зумы. Эксперты тогда отмечали, что к организации самых массовых с момента окончания режима апартеида протестов были причастны структуры проекта Democracy Works, который финансировался американским фондом NED. Интеллектуальным обеспечением протестных движений занимается леволиберальный институт SWOP Witwatersrand в Йоханнесбурге, тесно взаимодействующий с американским Институтом Альберта Эйнштейна Джина Шарпа, главного разработчика технологии «цветных революций».

Еще один примечательный эпизод 2015 года произошел в Джибути. После того как в декабре 2015 года Китай объявил о планах по строительству здесь военной базы, в столице страны произошли столкновения между сторонниками и противниками действующего президента страны Исмаила Омара Гюллеха. Оппозиционный Союз национального спасения и США использовали этот инцидент для того, чтобы обвинить власти страны в нарушении прав оппозиции на мирные собрания и свободу слова.

Евросоюз в конкурентной борьбе за Африку

Европейский Союз (ЕС) рассматривает африканскую нефть как альтернативу нефти российской и ближневосточной. Также в ЕС всерьез надеются на быстро развивающийся африканский рынок, поставки товаров на который должны способствовать улучшению экономической ситуации в Европе.

В Африке страны ЕС ведут переговоры о снижении тарифов на импорт африканских сельскохозяйственных продуктов в Европу, а также стремятся расширить доступ европейских транснациональных компаний к африканским источникам сырья (нефть, алмазы, медная руда и др.). Наряду с развитием отношений в сфере экономики, торговли и энергетики, сотрудничество ЕС и стран Африки включает политические, культурные и научные связи.

Кроме того, в последнее время одна из главных целей политики Евросоюза в Африке — через стабилизацию экономической и социально-политической ситуации в Африке снизить миграционное давление на Европу.

При этом усиление влияния Китая и Индии в Африке в Западной Европе считают серьезным вызовом европейским интересам на континенте. В том числе, по той причине, что действия ряда стран Евросоюза (прежде всего Франции) в ходе событий 2011 года в Ливии и Египте многие страны Африки восприняли как проявление новой неоколониальной политики Запада. В связи с этим в ЕС сочли достаточно тревожным сигналом для Европы тот факт, что в июне 2015 года сообщество CARICOM (объединяет страны Карибского сообщества) при поддержке Венесуэлы, Перу, Боливии и ряда стран Африки потребовало от Евросоюза выплаты компенсаций за годы, когда карибские страны были европейскими колониями.

Еще одна сфера потенциальной конфликтности в отношениях ЕС со странами Африки связана с обвинениями Международного уголовного суда в отношении ряда африканских политиков.

Далее, острую реакцию в Африке вызывает критика Запада в адрес африканских стран по вопросам, связанным с правами человека. Так, 2014 год был отмечен скандалом в связи с тем, что Европарламент проголосовал в поддержку введения санкций в отношении Нигерии и Уганды после того, как эти страны приняли законы, запрещающие однополые браки.

Наконец, всё более серьезную конкуренцию Евросоюзу как структуре в Африке начинает представлять объединение БРИКС. Эксперты отмечают, что согласованные действия государств-членов БРИКС в рамках этого объединения уже сейчас заметно снижают способность ЕС отстаивать свои интересы на африканском континенте.

Конкурентная борьба Китая и Японии за влияние в Африке

Япония — конкурент Китая в Азиатско-Тихоокеанском регионе — сегодня всё активнее стремится составить конкуренцию китайскому влиянию в Африке. Накал взаимных обвинений Японии и Китая в адрес друг друга возрастает, в том числе по той причине, что зоны интересов Японии и Китая в Африке в значительной мере географически совпадают.

Основное соперничество идет в сфере инвестиционных предложений африканским странам, которые очень внимательно анализируют пресса и эксперты Китая и Японии. В частности, Китай особенно ревностно отслеживает поездки премьер-министра Японии Синдзо Абэ в Африку в рамках программ саммита «Япония — Африканский союз».

Помимо инвестиционного соперничества, Китай и Япония всё более откровенно соревнуются в гуманитарной помощи на африканском континенте. В частности, в 2013 году Япония объявила о предоставлении инвестиций на сумму 32 млрд долларов всему африканскому континенту сроком на пять лет, гуманитарной помощи Судану на сумму в 25 млн долларов и 3 млн долларов Центральноафриканской Республике.

Китай, в том же 2013 году инвестировавший в Африку около 26 млрд долларов, в декабре 2015 года объявил, кроме упомянутых выше инвестиционных планов на 60 млрд долларов, о предоставлении 60 млн долларов безвозмездной помощи Африканскому союзу «на поддержание мира и безопасности» и 156 млн долларов экстренной помощи африканским странам, пострадавшим от урагана Эль-Ниньо.

Китай и Индия — партнеры-конкуренты в Африке

БРИКС как объединение стран-партнеров (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР) явным образом быстро (и во многом согласованно) расширяет свое присутствие на африканском континенте. Однако это партнерство не исключает взаимных противоречий и столкновений интересов.

Так, Индия и Китай, являясь партнерами по БРИКС, имеют большое количество неразрешенных проблем в двусторонних отношениях. Кроме того, Китай и Индия — две крупнейшие быстроразвивающиеся региональные державы — ведут острую борьбу за лидерство на азиатском континенте. Сегодня можно с уверенностью говорить о том, что это соперничество за лидерство распространяется и на Африку. Причем с этой точки зрения, у Индии есть определенный «позиционный приоритет»: в 1961 году именно Индия стала одним из инициаторов Движения неприсоединения (Non-Alignment Movement), в котором на данный момент состоят 53 африканских государства.

Интерес Индии к Африке заключается в природных ресурсах континента, особенно топливных. Главными объектами индийского инвестирования являются Египет, ЮАР, Нигерия, Кения, Мозамбик, Либерия, Гана.

Центрами индийско-китайского противостояния являются Кения и Мозамбик. Индия и Китай «наперегонки» стремятся укрепить свои позиции в этих странах, которые не только богаты природными ресурсами, но и имеют важное значение с точки зрения транспортировки грузов из центральных регионов Африки к океану, а также контроля главных транзитных морских путей в Индийском океане.

Еще один потенциально важный узел индийско-китайского соперничества на континенте — Южно-Африканская Республика, где промышленные и технологические компании двух стран не первый год достаточно ожесточенно борются в тендерах на проекты в различных отраслях.

Однако связи с ЮАР имеют для Индии и Китая и дополнительное стратегическое значение. Так, ЮАР представляет собой потенциально важный компонент системы безопасности Индии в зоне Индийского океана. У берегов ЮАР проходят пути транзита грузов стратегического значения (в первую очередь, нефти и газа) из Западной Африки в Индию. Индию, кроме того, беспокоит растущая активность Пекина в развитии «военных» отношений Китая со странами бассейна Индийского океана.

Пока Индия в основном проигрывает Китаю в инвестициях в ЮАР. Но заметно выигрывает у Китая в инвестициях и политическом влиянии в Нигерии. В частности, в Нигерии, по данным экспертов, проживает до 1 млн индийцев и лишь около 50 тыс. китайцев-хуасяо, причем индийские эмигранты владеют в этой стране крупными торговыми компаниями.

Столкновение российско-китайских интересов в Африке

Россия как правопреемница СССР медленно, но настойчиво восстанавливает свое присутствие в Африке, прерванное, по понятным причинам, в 1990-е годы XX века.

Сейчас России предстоит решить задачу по разработке своей новой стратегии в отношениях с африканским континентом. Причем, как считают некоторые эксперты, нынешняя конфронтационная политика Запада по отношению к Москве создает для России определенные новые возможности. Причина в том, что немало руководителей африканских государств видят в России перспективного партнера, своеобразный буфер, смягчающий натиск американской, западноевропейской и китайской дипломатии.

Вместе с тем нельзя не признать, что Россия возвращается в Африку с «низкого старта». Советское влияние, основанное на льготных кредитах или безвозмездной помощи (вроде строительства плотин) российскому бюджету и бизнесу пока не по силам. Эту нишу давно и успешно осваивает Китай.

Одна из сфер, где Россия успешно борется за сферу влияния в Африке, — ядерная энергетика. Наиболее агрессивными конкурентами России в этом сегменте выступают Франция и Китай. Нельзя полностью сбрасывать со счетов и японо-американских и южно-корейских игроков, которые, по мнению экспертов, свое последнее слово в Африке еще не сказали.

Сильные позиции Россия занимает и на африканском рынке вооружений и военной техники — несмотря на то, что мощными нашими конкурентами здесь являются Китай, США, Франция, Германия.

Вместе с тем, Россия, в том числе благодаря памяти о советской помощи во многих странах континента, а также активной политике в Африке в рамках БРИКС и других международных организаций, имеет для укрепления своих позиций хорошие перспективы. В частности, в Африке ценят участие России в миротворческих операциях и программах гуманитарной помощи странам африканского континента, а также большой вклад российских ученых и врачей в борьбу с распространением ВИЧ-инфекции, лихорадки Эбола и других особо опасных заболеваний.

Заключение

Роль Африки как гигантского малоосвоенного ресурсного резервуара мира возрастает. Соответственно, не может не возрастать и конкуренция за Африку ведущих мировых держав. Причем в эту сферу конкуренции будут попадать не только природные ресурсы континента, но и растущая роль голосов африканских стран в международных организациях, включая ООН.

В этих условиях «азиатская Soft Power» и условный потенциал условного Востока (Китая и Индии) по отношению к Африке вполне имеет шансы переиграть традиционно жесткий диктат (под маркой либерализации и демократизации), который навязывает условный Запад.

При этом весьма вероятно, что в ситуации обострения конкурентной борьбы за влияние в Африке будет повышаться роль так называемых системных войн с использованием нетрадиционных механизмов войны — от «цветных революций» и поддержки государственных переворотов до попыток прямых вооруженных интервенций под флагом ООН или, как это было в Ливии и Сирии, от имени неофициальных и нелегитимных «групп стран-друзей» или «стран-союзников».

Эфиопия завершает одну из крупнейших и наиболее успешных в истории страны кампаний по доставке и распределению семян, направленную на оказание помощи фермерам, пострадавшим в результате сильнейшей засухи, вызванной Эль-Ниньо, сообщила сегодня ФАО.

Правительство, ФАО, неправительственные организации (НПО) и другие гуманитарные учреждения доставили более 32 000 тонн семян около 1,7 млн. домохозяйств, сталкивающихся с дефицитом продовольствия, в шести основных регионах Эфиопии.

ФАО координирует эту беспрецедентную кампанию в тесном сотрудничестве с правительством. Эти совместные усилия помогли фермерам подготовиться к важнейшему летнему посевному сезону Мехер, которые обеспечивает до 85 процентов всего производства продовольствия в Эфиопии.

Вклад ФАО в обеспечение домохозяйств продовольствием

На сегодняшний день ФАО непосредственно доставила около 4 000 тонн семян 168 000 домохозяйств. По оценкам, были возделаны 78 000 гектаров земли, в результате чего планируется произвести примерно 170 000 тонн урожая.

Если считать, что каждая семья в год потребляет одну тонну зерновых, то есть в расчете на человека этот показатель составляет около 0,2 тонн, семьи-бенефициары теперь смогут удовлетворить свои минимальные потребности в продуктах питания, по крайней мере, на протяжении восьми-десяти месяцев.

Вызванная Эль-Ниньо засуха привела к двум провальным посевным сезонам в 2015 году в Эфиопии - стране, находящейся в сильной зависимости от сельского хозяйства, что повлекло за собой перебои с поставками семян по всей стране и поставило под угрозу национальную продовольственную безопасность. В результате засухи в начале 2016 года 10,2 млн. человек требовалась чрезвычайная продовольственная помощь и поддержка их средств к существованию. По оценкам специалистов, в настоящее время около 9,7 млн эфиопов все еще нуждаются в такой помощи.

Улучшение средств к существованию фермеров Эфиопии

Согласно недавно проведенной оценки ФАО, чрезвычайная операция по доставке и распределению семян окажет существенное положительное влияние на урожай 2016/17 гг.

«Согласно прогнозам, урожай 2016/17 в Эфиопии будет либо на среднем уровне, либо выше среднего - огромное достижение, «наступающее на пятки» одной из самых страшных засух в последнее время, - сказал Амаду Аллахаури, представитель ФАО в Эфиопии. - И правительство, и гуманитарные учреждения действуют оперативно, чтобы помочь общинам, пострадавшим от засухи - усилия, которые мы рады поддержать».

ФАО провела оценку в августе и сентябре 2016 года в районах, наиболее сильно пострадавших от засухи, особенно тех, которые зависят от растениеводства, включая Амхар, Оромию, Южные нации, Народности и народы и Тигре. Около половины бенефициаров из случайно отобранных домохозяйств после завершения кампании заявили, что их средства к существованию были бы в опасности, если бы они не получили семена для посевного сезона Мехер.

«Я думала, что вообще не смогу посадить пшеницу в этом году. Когда деревенский совет сообщил мне, что я получу семена, я была так рада, что смогу продолжать работать на своей земле и смогу кормить свою семью», - сказала Митику Тефера, фермер из Южного Волло, в горной местности Амхара.

Более 93 процентов получателей помощи сообщили, что сельскохозяйственные средства производства были доставлены им в срок к началу сезона Мехер 2016 и что они получили необходимый им набор семян. В подавляющем большинстве случаев они сообщили, что семена были хорошего качества.

«Тогда как доставка средств производства имеет важное значение для проведения посевного сезона и позволила фермерам посадить, теперь крайне важно продолжать укреплять их устойчивость, чтобы они могли противостоять связанным с изменением климата экстремальным явлениям. Они становятся все более и более частыми - «новой реальностью» в Эфиопии, также как и во всей Восточной Африке», - сказал Доминик Буржон, директор Отдела по чрезвычайным ситуациям и восстановлению ФАО после своего визита в регионы, наиболее сильно пострадавшие от засухи.

«Животноводы также сильно пострадали, и должны быть активизированы все усилия, чтобы защитить животных, в частности, основной племенной скот для того, чтобы семьи могли восстановить свои средства к существованию», - добавил Буржон. ФАО осуществила ряд ответных мер в секторе животноводства, в том числе поставила семена для производства кормов, корма вдоль миграционных путей, восстановила пункты водопоя животных, провела лечение и вакцинацию.

Дальнейшие действия и потребности

Согласно оценкам, Эфиопии требуются дополнительные 45 млн долл. США для поддержки секторов растениеводства и животноводства, в результате чего общая оценка потребностей со стороны сельского хозяйства в стране достигла 91,3 млн долл. США с начала 2016 года.

Основная часть этих средств - около 36,2 млн долл. США будет направлена на поддержку мероприятий по охране здоровья животных, таких как вакцинация и лечение, при этом более 2,4 миллионам семей, зависимых от животноводства, в настоящее время требуется оказать помощь до конца года.

По состоянию на октябрь 2016 года, ФАО мобилизовала около 14 млн долл. США на борьбу с кризисом. Организация срочно запрашивает дополнительные 14 млн долл. США, чтобы поддержать семьи, зависимые от животноводства в пострадавших регионах до конца 2016 года.

ФАО в настоящее время разрабатывает стратегию для Эфиопии по укреплению устойчивости общин, занятых в секторе растениеводства и животноводства, чтобы поддержать усилия правительства и партнеров своими техническими знаниями и экспертизой.

На завершившемся сегодня 26-м Конгрессе Всемирного почтового союза (ВПС) Россия получила 112 голосов стран-членов ВПС из 135 присутствовавших в зале в ходе голосования в Совет почтовой эксплуатации, один из основных органов ВПС, что подтвердило высокий статус нашей страны в мировом почтовом сообществе. 26-й конгресс начал свою работу в Турции 20 сентября, российскую делегацию возглавил заместитель министра связи и массовых коммуникаций Российской Федерации Рашид Исмаилов.

В ходе конгресса Рашид Исмаилов выступил с докладом о создании в России почтового банка в рамках министерской конференции ВПС «Формирование потенциала устойчивого развития как связующего звена между населением, бизнесом и территориями» на сессии, посвященной вопросам содействия и стимулирования торговли.

На конгрессе Российская Федерация председательствовала в Комиссии №5 по платежно-финансовым услугам. Развитие данного направления чрезвычайно важно, так как предоставляет возможность населению страны, проживающему в самых отдаленных районах, воспользоваться финансовыми услугами наравне с жителями крупных мегаполисов.

На полях 26-го Конгресса ВПС Рашид Исмаилов провел ряд двусторонних встреч, в рамках которых были обсуждены перспективы двустороннего сотрудничества в сфере почтовой связи с министром коммуникаций и почтовой связи Южно-Африканской Республики Сиабонги Квеле, заместителем министра коммуникаций и мультимедийных технологий Малайзии Датуком Джохари, заместителем министра внутренних дел и связи Японии Сигэки Сузуки, заместителем министра связи и информатизации Республики Беларусь Натальей Гордеенко, президентом «Почты Кубы» Карлосом Валерино, а также с главами делегаций Бангладеш, Уганды, Танзании и Кыргызстана.

Выборы руководства Международного бюро (МБ) ВПС были безальтернативными. Пост генерального директора МБ ВПС на следующий четырехлетний период займет Бишар Хуссейн (Кения), пост его заместителя — Паскаль Клива (Швейцария).

Следующий внеочередной Конгресс ВПС пройдет в Аддис-Абебе (Эфиопия) в 2018 году.

Справка

Всемирный почтовый союз (ВПС) — международная межгосударственная организация, основанная в 1874 году и объединяющая 192 страны. Россия является одним из основателей этой организации. ВПС является одной из самых старых и наиболее представительных международных межправительственных организаций, имеющей статус специализированного учреждения ООН. Она является главным форумом для сотрудничества между почтовыми службами, на котором вырабатываются принципы организации и функционирования международного почтового обмена. Официальными языками ВПС являются английский и французский, штаб-квартира располагается в столице Швейцарии Берне.

Конгресс, проводимый один раз в четыре года, является высшим органом ВПС, на котором подводятся итоги деятельности союза за прошедший четырехлетний период, вносятся изменения в акты союза и определяется стратегия развития мирового почтового сообщества.

26-й Конгресс Всемирного почтового союза (ВПС) проходил в Стамбуле, в его работе приняли участие 148 стран.

«Группа ГАЗ» по итогам 2016 года планирует поставить на экспорт более 16 тыс. единиц автомобильной техники, тогда как в прошлом году за рубеж было отправлено 14,5 тыс. машин, таким образом рост может составить 10%, сообщил «Финмаркет» со ссылкой на заявление директора «Группы ГАЗ» по развитию международного бизнеса Леонида Долгова.

«Мы методично реализуем ту стратегию, которую себе наметили. В этом году будет чуть выше 20% доля экспорта в продажах, несмотря на проседание рынков СНГ — в первую очередь, Казахстана. Мы понимаем это, и наши возможности роста лежат за пределами традиционных рынков СНГ. В этом году мы по плану должны реализовать свыше 16 тыс. единиц автомобильной техники на экспорт», — сказал Долгов, подчеркнув, что речь идет о легких коммерческих автомобилях, автобусах и автомобилях марки «Урал».

«Отдельным направлением являются двигатели ЯМЗ (Ярославский моторный завод, входит в «Группу ГАЗ»), которые также поставляются нашим партнером в СНГ, но мы их здесь не учитываем», — добавил директор «Группа ГАЗ» по развитию международного бизнеса.

В свою очередь, по словам гендиректора корпорации «Русские машины» (основной владелец «Группы ГАЗ») Манфреда Айбека, в настоящее время группа присутствует на 40 рынках.

«В этом году мы ведем переговоры с Ираном, Вьетнамом, Египтом и Кубой, чтобы понять, как лучше обеспечить там свое присутствие», — сказал он, отметив, что в 2016 году «Группа ГАЗ» вышла на рынки Мадагаскара, Боливии, Кубы, Туниса, Ганы, Монголии.

Леонид Долгов добавил, что приоритетными рынками для расширения для группы являются Эфиопия, Нигерия, Алжир, Марокко. «В Латинской Америке мы будем двигаться в Перу, Чили, Сальвадор, Эквадор. И в Азии мы собираемся решить проблему присутствия в таких странах как Камбоджа, Филиппины», — заявил он, подчеркнув, что отдельным вызовом для компании является вопрос создания праворульных версий всей линейки автомобилей группы.

Согласно данным аналитического агентства «Автостат», по итогам 8 месяцев 2016 года «Группа ГАЗ» реализовала в России 32 тыс. 633 легких коммерческих автомобилей, что на 2% больше, чем за аналогичный период 2015 года.

НОВЫЕ АВИАРЕЙСЫ ИЗ ЧЭНДУ

На днях власти города Чэнду подписали соглашения с авиакомпаниями, согласно которым будут сформированы девять прямых регулярных авиарейсов из Чэнду в Сидней, Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Мадрид, Сочи, Аддис-Абеба, Дубай, Москва и Окленд. Общее количество прямых регулярных авиамаршрутов, таким образом, составит 19. Чартерный рейс Чэнду - Москва "Сычуаньских авиалиний" будет регулярным с 1 ноября: летом и осенью по три рейса в неделю, зимой и весной по два.

На днях стало известно, что сейчас проводятся переговоры об открытии новых авиарейсов по направлению из Татарстана в Сычуань, Хэнань и Хэйлуцзян.

А недавно "Китайские южные авиалинии" объявили об открытии нового авиарейса Ланьчжоу-Урумчи-Москва. Рейс будет выполняться три раза в неделю - по вторникам, четвергам и субботам. Недавно начал работу новый прямой авиарейс между Владивостоком и городом Тяньцзинь. Самолёт А320 "Тяньцзинь Эйрлайнс" следует по маршруту три раза в неделю, по вторникам, четвергам и субботам.

Администрация города Чэнду, который находится в юго-западной китайской провинции Сычуань, заключила соглашения с рядом авиакомпаний. В соответствии с документами, в местном аэропорту будут введены девять новых прямых регулярных авиарейсов.

Авиасообщение свяжет Чэнду с городами Сидней (Австралия), Лос-Анджелес (США), Нью-Йорк (США), Мадрид (Испания), Сочи (Россия), Аддис-Абеба (Эфиопия), Дубай (ОАЭ), Москва (Россия) и Окленд (Новая Зеландия).

Таким образом, число межконтинентальных прямых регулярных авиамаршрутов из аэропорта китайского города вырастет до 19.

Так, авиасообщение Чэнду – Сидней откроется 11 ноября 2016 г. Рейс планируется выполнять трижды в неделю. Его будут обслуживать самолетами Airbus А330 авиакомпании Air China.

В декабре начнутся полеты по маршруту Чэнду – Лос-Анджелес и Чэнду – Нью-Йорк. Самолеты Boeing-787 авиакомпании "Хайнаньские авиалинии" будут летать три раза в неделю летом и осенью, а также два раза в неделю зимой и весной.

Авиасообщение Чэнду – Сочи откроется 1 июня 2017 г. Полеты по маршруту будут выполняться трижды в неделю. Рейсы будут обслуживать самолеты Airbus А330 авиакомпании "Тибетские авиалинии".

Чартерный рейс Чэнду – Москва "Сычуаньских авиалиний" с 1 ноября текущего года станет регулярным. Летом и осенью самолеты Airbus А330 будут летать трижды в неделю, а зимой и весной – дважды.

Более 100 человек погибли в ходе протестов в Эфиопии, заявил председатель оппозиционной партии Федералистский Конгресс Оромо (Oromo Federalist Congress) Мерена Гудина.

Ранее оппозиция сообщала о 50 погибших в ходе давки во время акции протеста на религиозном фестивале в регионе Оромия к югу от столицы. Эфиопские полицейские применили слезоточивый газ и сделали предупредительные выстрелы в воздух для разгона протестующих.

"Тела собирали правительственные силы. Но я слышал от людей с места событий, что число погибших превышает 100 человек", — цитирует агентство Франс Пресс слова Гудины.

На фестивале собрались тысячи человек. Когда толпа начала скандировать "Нам нужна свобода", "Нам нужна справедливость", полиция предприняла меры по разгону протестующих, после чего возникла давка. Правительство Эфиопии сообщило "о нескольких погибших и раненых", не предоставив деталей.

Москва наблюдает активизацию деятельности различных террористических организаций в Африке, в том числе и ИГИЛ. Из-за их подрывной деятельности напряженной остается обстановка в Сомали, Южном Судане, ЦАР, в Сахаро-Сахельском регионе. Об этом, а также о некоторых аспектах торгово-экономического сотрудничества России со странами Африки в интервью корреспондентам РИА Новости Татьяне Калмыковой и Наталье Кургановой рассказал директора департамент Африки МИД РФ Валерий Уткин.

— ЮАР органично влилась в формат БРИКС, который в последнее время становится все более эффективным. В октябре состоится саммит БРИКС. Изъявляли ли другие страны африканского континента желание вступить в БРИКС? Будет ли этот вопрос обсуждаться на встрече лидеров организации в октябре на Гоа?

— ЮАР вступила в БРИКС в 2008 году, в 2013 году приняла в Дурбане саммит объединения, на полях которого был организован Форум для диалога БРИКС — Африка с приглашением руководителей африканских организаций и ряда стран континента. К саммиту 2015 года в Уфе собрались также члены ШОС и ЕврАзЭС. В Гоа предусмотрена встреча лидеров БРИКС с лидерами стран объединения "Инициатива Бенгальского залива", куда наряду с Индией входит Бангладеш, Бутан, Мьянма, Непал, Шри-Ланка и Таиланд. Эти заседания в формате аутрич позволяют "пятерке" поддерживать конструктивные контакты со многими странами, которые, по сути, являются единомышленниками участников БРИКС. Создано кредитно-финансовое учреждение — Новый банк развития (НБР) со штаб-квартирой в Шанхае. Единственное его региональное отделение решено открыть в Африке, в ЮАР. Начало работы офиса в Йоханнесбурге ожидается до конца нынешнего года. Вопрос же о расширении БРИКС, вступлении в него африканских или других стран в повестке дня не стоит.

— Китай прочно занял африканский рынок, активно ведет бизнес практически во всех африканских странах. Не опасается ли Москва, что Китай может вытеснить РФ с африканского рынка? В этой связи планируется ли нарастить сотрудничество со странами Африки, в каких областях?

— Конечно, китайские компании проявляют высокую активность на африканских рынках и вкладывают в них существенные средства. Сегодня в Африке, по имеющимся сведениям, действуют более 2 тысяч китайских фирм, в которых работают около 1 миллиона граждан КНР. Реализуется свыше 3 тысяч крупномасштабных проектов. Тем не менее конкуренция в мировой торговле — нормальное дело, а на африканском континенте с его миллиардным населением имеет немало ниш для приложения усилий различных стран и компаний.

В свою очередь, Россия проводит последовательный курс на расширение торгово-экономического взаимодействия с африканскими странами как в традиционных областях партнерства, так и по новым направлениям. Делается это, естественно, с учетом реальных возможностей, а также особенностей складывающейся конъюнктуры на мировых рынках.

В Африке, к югу от Сахары, российские экономоператоры широко представлены в энергетическом и нефтегазовом секторе. На разной стадии реализации находятся проекты компаний "ГПБ Глобал Рисорсиз", ГК "Ренова", АК "АЛРОСА" и ряда других. По нашим оценкам, есть перспективы сотрудничества в данной сфере с Анголой, Мозамбиком, Эфиопией, ЮАР, Замбией.

Развиваются связи со странами континента в области мирного использования атома, в сфере высоких технологий, в металлургическом секторе, развитии транспортной инфраструктуры, поставок автомобильной и авиационной техники. И это далеко не полный список направлений российско-африканского сотрудничества.

Последовательно расширяется правовая база для продвижения торгово-экономического взаимодействия, активно используются механизмы межправительственных комиссий. В настоящее время действуют межправкомиссии с Анголой, Гвинеей, ЮАР, Намибией, Зимбабве, Республикой Конго, Угандой, Нигерией, Ганой и Эфиопией. Ведется работа по созданию МПК с Танзанией и Кенией, а также отдельной рабочей группы по экономическому сотрудничеству с Джибути. 20 сентября этого года учреждена МПК с Мозамбиком. Деятельность МПК рассчитана на длительную перспективу и позволит сохранить наработанный потенциал взаимодействия в настоящем, а также преумножить его в будущем. Главное, что существует настрой и у российских предпринимателей, и у африканцев на расширение сотрудничества. Об этом, в частности, было заявлено в ходе делового круглого стола "Россия — Африка: расширение границ", который впервые прошел на площадке Петербургского международного экономического форума в июне текущего года.

Отдельно хотел бы отметить достаточно высокий уровень взаимодействия в гуманитарной области. Традиционно Россия оказывала существенную поддержку африканским государствам в области геморрагической лихорадки Эбола, распространившейся в странах Западной Африки, и внесла весомый вклад в борьбу с этим опасным заболеванием.

Важное значение имеет помощь России в профессиональной подготовке кадров. Растет число обучающихся в российских высших учебных заведениях африканских студентов, и сейчас их количество превысило десять тысяч человек.

— Как развивается сотрудничество с африканскими странами по антитеррористическому треку? Есть ли запрос со стороны африканских государств в его наращивании? Есть ли данные о том, что террористические группировки, действующие в африканском регионе, связаны с ИГИЛ?

— Сотрудничество в области борьбы с новыми вызовами и угрозами остается одной из составных частей наших связей с африканскими государствами и их региональными объединениями. К сожалению, приходится констатировать, что в настоящее время в Африке наблюдается активизация деятельности различных террористических организаций, пытающихся дестабилизировать обстановку во многих государствах. К наиболее опасным группировкам относятся запрещенное в Россией так называемое Исламское государство, "Боко Харам", "Аш-Шабаб", "Аль-Каида в странах исламского Магриба", "Аль-Мурабитун" и ряд других. Из-за их подрывной деятельности напряженной остается обстановка в Сомали, Южном Судане, ЦАР, в Сахаро-Сахельском регионе.

Тематика борьбы с терроризмом регулярно затрагивается в ходе встреч с африканскими партнерами на высоком уровне, во время переговоров с главами их внешнеполитических ведомств, на межпарламентском уровне. Используется механизм прямых контактов специального представителя по Ближнему Востоку и странам Африки, заместителя министра иностранных дел Российской Федерации М.Л. Богданова с лидерами африканских государств в ходе его рабочих поездок на континент.

Большое внимание уделяется содействию усилиям Африки по укреплению национального потенциала для противодействия экстремистским группировкам. Осуществляется подготовка на базе российских профильных вузов африканских полицейских и военных кадров. Ежегодно для представителей правоохранительных органов государств Африки предоставляются места на краткосрочных курсах повышения квалификации, а также на обучение по программам высшего профессионального образования.

— Как обстоят дела с планами правительства ЮАР объявить тендер на строительство у себя новых атомных энергоблоков (этот тендер должен был быть объявлен год назад, но этого не произошло)?

— Национальный план развития энергетики ЮАР предполагает создание к 2030 году до 40 ГВт генерирующих мощностей, из которых около четверти будет приходиться на долю АЭС. В интересах реализации атомного проекта в 2013-2014 годах южноафриканцы провели консультации с рядом стран, включая Россию, и подписали соответствующие рамочные межправительственные соглашения о сотрудничестве.

В сентябре текущего года министр энергетики ЮАР Тина Джумат-Петтерссон объявила о намерении правительства в ближайшее время обнародовать предварительное техническое задание для потенциальных подрядчиков на строительство АЭС и многоцелевого исследовательского реактора и открыть соответствующий тендер. Госкорпорация "Росатом" планирует принять в нем участие.

— Какие еще страны региона готовы сотрудничать с Россией по развитию у себя атомной энергетики? В частности, обсуждается ли с Кенией перспективы участия Росатома в сооружении первой кенийской АЭС?

— Да, действительно, ряд африканских государств рассматривает возможность развития собственной атомной энергетики, чтобы удовлетворять все возрастающие внутренние потребности в электроэнергии, а также обрести новый источник внешних поступлений в национальные бюджеты. К этим странам относится и Кения.

В мае этого года государственная корпорация "Росатом" и Кенийский совет по атомной энергетике подписали в Москве меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству в области использования атомной энергии в мирных целях. Документ создал основу для сотрудничества в области атомной энергетики по широкому спектру вопросов, в том числе содействие в развитии инфраструктуры атомной энергетики Кении, фундаментальные и прикладные исследования и так далее. В числе задач на ближайшую перспективу — подготовка российско-кенийского межправсоглашения о сотрудничестве в области использования атомной энергии в мирных целях.

Практический интерес к партнерству с Россией по развитию атомной энергетики проявляет Замбия. В мае этого года в Москве на полях восьмого международного форума "АТОМЭКСПО 2016" подписано российско-замбийское межправительственное соглашение о сотрудничестве в области использования атомной энергии в мирных целях. Ведется работа над проектами межправсоглашения о сооружении на территории Республики Замбии центра ядерной науки и технологий, а также ряда профильных межведомственных меморандумов.

— Говоря о сотрудничестве с африканскими государствами в нефтегазовой сфере, поступали ли российским компаниям предложения по работе на месторождениях, в частности в Уганде и Мозамбике)? Какие страны заинтересованы в этом, когда может быть принято решение?

— Как уже отмечалось ранее, некоторые российские компании проявляют интерес к совместным с африканцами проектам в нефтегазовой области, ведут переговоры, изучают условия местного рынка. Это, очевидно, потребует определенного времени. Что касается предложений российским компаниям по участию в разработке нефтегазовых месторождений в Уганде, то такими сведениями не располагаю. Здесь нужно учитывать и отсутствие на настоящий момент в Уганде инфраструктуры для промышленной добычи, хранения, переработки и транспортировки нефти. А в Мозамбике в октябре прошлого года по итогам тендера дочернее предприятие ОАО "НК "Роснефть" — ООО "РН-Эксплорейшн" совместно с "Эксонмобил" получило право на разведку и разработку в этой стране нефтегазовых участков.

В Республике Конго российские специалисты осуществляют проектирование нефтепровода Пуэнт-Нуар-Йе-Трешо-Ойо-Уэссо протяженностью более 1,3 тысячи километров. В Камеруне АО "ГК "РусГазИнжиниринг" в составе международного консорциума участвует в строительстве нефтепродуктопровода Лимбе-Дуала-Эдея-Яунде (380 километров). ПАО "Лукойл" совместно с американской компанией "Панатлантик" ведет нефтедобычу на шельфе Экваториальной Гвинеи.

ЮАР. ЦАР. Африка. Россия > Армия, полиция > ria.ru, 30 сентября 2016 > № 1914327 Валерий Уткин

Чтобы прокормить растущее население мира, потребуется значительное увеличение производительности сельского хозяйства, прежде всего в Африке, где большую роль сыграет механизация, говорится в новом докладе ФАО.

Этой возможностью необходимо воспользоваться таким образом, чтобы учитывались потребности мелких фермеров и не потребовалось очередной «Зеленой революции» с масштабным применением агрохимических средств и деструктивных технологий вспашки, которые угрожают здоровью и плодородию почв, говорится в новом докладе ФАО.

Доклад «Механизация сельского хозяйства: преимущества для мелких фермеров в Африке к югу от Сахары» подчеркивает, что механизация сельского хозяйства в двадцать первом веке должна быть экологически чистой, экономически жизнеспособной, доступной, адаптированной к местным условиям, климатически оптимизированной и учитывающей текущие изменения погодных условий.

Механизация охватывает все уровни посевных и обрабатывающих технологий, от простых и базовых ручных инструментов до более сложного и механизированного оборудования.

Помимо вспашки, она охватывает многие виды деятельности и может способствовать повышению производительности и созданию рабочих мест на стадии послеуборочных работ, переработки и реализации.

При существующем положении дел две трети работ при подготовке земли к посевам в Африке к югу от Сахары обеспечивается за счет физического труда. Для сравнения в Южной Азии этот показатель составляет 30 процентов, тогда как в Латинской Америке еще меньше - 25 процентов.

Заместитель Генерального директора ФАО и руководитель Департамента сельского хозяйства и защиты прав потребителей Рен Ван заявил, что не сомневается в том, что внедрение механизации является одним из важнейших факторов в странах Африки к югу от Сахары, обладающим потенциалом изменить жизнь и экономическое положение миллионов сельских семей.

«Механизация сельского хозяйства в самом широком смысле может внести существенный вклад в устойчивое развитие продовольственных систем во всем мире, поскольку она может помочь осуществить послеуборочные работы, переработку и реализацию продукции более эффективным и экологически чистым способом», - добавил он.

ФАО подчеркивает, что хороший результат от внедрения механизации, повышающей производительность в странах Африки к югу от Сахары, зависит от степени доступности этой техники. Существует широкий выбор сельскохозяйственной техники для точного высева с минимальным нарушением структурности почвы, для высадки рассады и пересадки растений, внесения удобрений, сбора урожая, его транспортировки, переработки и продажи. Поэтому важно обеспечить надежные права собственности на землю и создать кредитные системы для поощрения инвестиций в механизацию.

Устойчивая интенсификация сельского хозяйства включает в себя защиту почв, использование покровных культур и минимальную обработку почвы - все основные принципы парадигмы ФАО «Сохранить и приумножить», основанной на экосистемном подходе и непосредственную поддерживающей Повестку дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, особенно ЦУР2 по борьбе с голодом, обеспечению продовольственной безопасности, улучшению питания и построению устойчивого сельского хозяйства.

Преимущества механизации в Африке

По словам Джозефа Кинзле, эксперта ФАО и главного автора доклада, механизация позволяет мелким фермерским хозяйствам активизировать и расширять сельскохозяйственное производство, а также позволяет некоторым членам семьи найти несельскохозяйственные рабочие места и получать доход. Поскольку сельская молодежь в Африке все чаще мигрирует в города, регион может столкнуться с нехваткой рабочей силы наряду с ростом спроса на продукты питания со стороны городских центров. Механизация может помочь пожилым людям и женщинам-фермерам, которые остаются в сельской местности, идти в ногу с более высокими потребностями в продовольствии, способствуя тем самым укреплению продовольственной безопасности и смягчению последствий изменения климата. Это может быть достигнуто, когда хорошо управляемые частные технические сервисные центры находятся в пределах досягаемости. «Это способствует созданию новых и более качественных рабочих мест в сфере обслуживания, таких как квалифицированные менеджеры, провайдеры услуг по ремонту, механики, дилеры и работники сервисных центров по запасным частям», - сказал Кинзле.

Планы на будущее

Цель, по словам Кинзле, заключается в том, чтобы разорвать порочный круг, где фермер с низким уровнем доходом обладает маленькими возможностями для вложения инвестиций в семена, удобрения и соответствующую технику, что приводит к низкой урожайности и даже более низкому уровню дохода. Только переломив ситуацию, можно будет улучшить благосостояние фермерских семей, а также избежать ситуации, при которой низкий спрос на тракторы приводит к отсутствию поставок запасных частей и даже топлива.

Этот переход должен быть обусловлен спросом со стороны фермеров. Многие предыдущие инициативы потерпели неудачу, когда оборудование поставлялось за счет субсидий или пожертвований и, в конечном счете, оставалось в нерабочем состоянии из-за отсутствия запасных частей или ремонтных услуг. Многие страны сегодня имеют погосты, полные тракторов и связанного с ними оборудования, которое, казалось дешевым в самом начале, но, в конечном счете, поддержание их в рабочем состоянии обходится очень дорого.

Финансирование устойчивой механизации является непростой задачей. Тогда как множество современных сельскохозяйственных технологий, имеющихся на сегодняшний день, являются слишком сложными, чтобы быть пригодными для африканских малых фермерских хозяйств, доступных вариантов становится все больше.

В докладе отмечается, что крупные международные поставщики сельскохозяйственной техники в настоящее время производят более дешевое и подходящее оборудование для развивающихся стран, в то время как существует также ряд компаний-производителей сельскохозяйственной техники в Аргентине, Бразилии, Китае, Индии, Турции и других странах - ни одной пока нет в Африке - деятельность которых направлена на передачу технологий в интересах мелких фермеров.

Кооперативы в ряде стран - в частности в Бенине и Нигерии - добились успеха в предоставлении своим членам услуг в области механизации с положительными экономическими и социальными последствиями, что повлекло за собой их более широкое и активное участие. В других странах люди создали предприятия по лизингу оборудования малым фермерским хозяйствам.

Эфиопия, Гана, Кения и Нигерия активно изучают опыт Бангладеш в области механизации сельского хозяйства, который в значительной мере опирается на двухколесные одноцилиндровые дизельные тракторы, которые могут быть приспособлены для работы водных насосов, речных судов, молотилок, мельниц, а также производства сельскохозяйственных культур.

Всемирный экономический форум (ВЭФ) опубликовал ежегодный отчет о глобальной конкурентоспособности на 2016-2017 годы.

«В глобальном рейтинге конкурентоспособности Кыргызстан ухудшил свои позиции. Среди 138 стран Кыргызстан в этом году оказался на 111-м месте», - такие данные приведены в отчете.

При составлении рейтинга учитываются 12 параметров, такие как развитость финансового рынка, конкурентоспособность компаний, экономическая инфраструктура, макроэкономическая стабильность и другие.

В этом году ВЭФ рассматривал 138 стран и среди них Кыргызстан оказался на самой низкой за последние два года годы позиции - 111-е место. Тогда как в 2015 году республика занимала 102-е, а в 2014 году - 108-е место. Наихудшие показатели страны отмечаются по параметрам «экономическая инфраструктура», «объем рынка» и «инновации».

На одну позицию выше Кыргызстана оказалось островное государство с населением в 500 тыс. человек Кабо-Верде (Западная Африка). На верхних строчках также расположились африканские государства Габон и Эфиопия.

Первая десятка лидеров рейтинга выглядит следующим образом: Швейцария, Сингапур, США, Нидерланды, Германия, Швеция, Великобритания, Япония, Гонконг, Финляндия.

30-ка самых конкурентоспособных стран мира в основном представлена государствами-членами ОЭСР.

В тридцатку также вошли 6 стран из Азии – Япония (8), Гонконг (9), Тайвань (14), Малайзия (25), Южная Корея (26), Китай (28).

Среди стран СНГ сравнительно высокие результаты показали Азербайджан (37 место), Россия (43), Казахстан (53).

Грузия в рейтинге находится на 59-м месте, Таджикистан - на 77-м, Армения -на 79-м, Украина – на 85-м, Молдавия - на 100-м, Кыргызстан - на 111-м.

Последние три места у африканских стран с худшими условиями конкурентоспособности: Мавритания, Чад и Гвинея.

В 2015 году на Россию пришлось 5,5% от общемирового объёма заготовки древесины

Согласно недавно опубликованным данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (FAO), на Россию в 2015 году пришлось 5,5% от общемирового объема заготовки древесины. В первые два десятка стран по объемам учтенной заготовки древесины в 2015 году вошли: США (10,8% - 399 млн куб. м), Индия (9,6% - 357 млн куб. м), Китай (9,1% - 338 млн куб. м), Бразилия (7,2% - 268 млн куб. м), Россия (5,5% - 206 млн куб. м), Канада (4,2% - 156 млн куб. м), Индонезия (3,0% - 113 млн куб. м), Эфиопия (3,0% - 110 млн куб. м), ДР Конго (2,3% - 86 млн куб. м), Нигерия (2,0% - 75 млн куб. м), Швеция (2,0% - 74 млн куб. м), Финляндия (1,6% - 59 млн куб. м), Чили (1,6% - 59 млн куб. м), Германия (1,5% - 56 млн куб. м), Франция (1,4% - 53 млн куб. м), Уганда (1,2% - 46 млн куб. м), Гана (1,2% - 45 млн куб. м), Мьянма (1,2% - 44 млн куб. м), Мексика (1,2% - 44 млн куб. м), и Польша (1,1% - 42 млн куб. м). В Европейском Союзе в 2015 году было заготовлено 450 млн куб. м древесины, что составило 12,1% от мировой заготовки.

Из стран бывшего СССР в сотню крупнейших лесозаготовителей мира, кроме России, попали Белоруссия (0,5% учтенной мировой заготовки, 20 млн куб. м), Украина (0,5%, 18 млн куб. м), Латвия (0,3%, 13 млн куб. м), Эстония (0,2%, 8 млн куб. м) и Литва (0,2%, 7 млн куб. м).

Добавление к российским учтенным объемам заготовки древесины максимальных оценочных объемов незаконных рубок (до 30-55 миллионов кубометров неучтенной заготовки древесины в год) не изменило бы положение России в пятерке крупнейших лесозаготовителей мира, и, если бы оценочные объемы незаконных рубок были добавлены по другим странам, не изменило бы существенным образом долю России в общемировой заготовке древесины.

Война в Южном Судане в поле зрения Военно-штабного комитета ООН

Александр МЕЗЯЕВ

15 сентября Совет Безопасности в закрытом режиме обсудил итоги поездки своих представителей в Южный Судан. О результатах обсуждения ничего не сообщается. На следующий день состоялось ещё более важное событие – заседание Военно-штабного комитета (ВШК) ООН по ситуации в Южном Судане.

ВШК ООН собирается крайне редко, все его заседания проходят за закрытыми дверями. Ещё до того как органы ООН вплотную занялись Южным Суданом, в столицу этой страны Джубу прибыла группа следователей ООН во главе с генералом в отставке Патриком Каммартой из Нидерландов. Группа проводит независимое расследование недавних актов насилия в столице Южного Судана и должна оценить действия миротворцев, призванных обеспечивать защиту гражданского населения. Наконец, 16 сентября состоялось заседание Специального комитета СБ ООН по Южному Судану (также в секретном режиме) …

Напомним, что Совет Безопасности ООН организовал вторую за этот год зарубежную поездку (так называемый site visit). Первая была в Республику Бурунди в июле, вторая (1-5 сентября) – в Республику Южный Судан. Поездки имели целью заставить руководство обеих стран принять меры, которые Совет готовил для проведения своих резолюций. Власти Бурунди заставить принять план СБ по введению войск не удалось, в случае же с Южным Суданом миссия оказалась выполнимой.

Резолюцию 2304, предусматривающую размещение специальных сил защиты в Южном Судане, СБ ООН принял ещё 12 августа, но вплоть до сентября приступить к её выполнению было невозможно – правительство Южного Судана отказывалось принимать эти силы. Однако сентябрьская миссия Совбеза в Южный Судан дала результат: специальные силы защиты будут не только полностью развёрнуты, но и усилены на четыре тысячи военнослужащих. Единственное, что смогли отстоять власти Южного Судана – это требование о том, чтобы в состав сил не входили представители пограничных с ним государств.

Ситуация в Южном Судане крайне тяжёлая. Согласно статистике ООН, к сентябрю страну покинули более миллиона беженцев, а число внутренне перемещённых лиц превысило 1,6 миллиона человек. Около 200 тысяч человек бежали из страны только в последние три месяца. Около 30 процентов населения испытывают острую нехватку продовольствия, граничащую с угрозой голода.

Группа экспертов Совета Безопасности ООН по Южному Судану доложила Совбезу, что война в стране привела к «системному развалу общества Южного Судана посредством нового разжигания давних претензий, стимулирования военного оппортунизма и мести, а также усиления межплеменного и внутриплеменного противоборства на территории всего государства».

То, что началось как конфликт между верхушечными группировками, эксплуатирующими раздоры племён, переросло в последние десять лет в глубокий антагонизм. Конфликт в Южном Судане является «не простым двусторонним противоборством между правительством и НОДС/A (оппозиция) и их соответствующими племенными базами, а представляет собой многогранную войну, когда лояльность быстро меняется в зависимости от доступа к ресурсам, неурегулированных претензий и возможности отдельных политиков и военачальников использовать ситуацию для достижения военного и политического преимущества». ⁽¹⁾

Межэтнические и клановые корни войны в Южном Судане – самом молодом государстве мира – переплетены очень сложно. Так, один из самых больших народов страны динка (36% населения Южного Судана) ненавидит бывшего вице-президента Риека Машара за массовое убийство почти пяти тысяч динка в Боре (штат Джонглей) во время раскола в Народно-освободительной армии Судана (НОАС). Такую же ненависть испытывают представители другой крупнейшей этнической группы – нуэр (16% населения ЮС) к президенту Салве Кииру (из-за устойчивых слухов о том, что именно С.Киир отдал приказ убивать нуэр в Джубе в первые дни конфликта). В руководстве НОАС, военной разведке, службе безопасности и других государственных органах всё больше преобладают представители динка. Многие жители Экваториального региона чувствуют себя обманутыми правительством, которое, по их мнению, действует лишь в интересах общины динка. Впрочем, динка также серьёзно страдают от войны, в первую очередь из-за массовой мобилизации для участия в боевых действиях. ⁽²⁾

Во время поездки представителей СБ ООН в Южный Судан рассматривался также вопрос о создании Специального суда для Южного Судана (ССЮС), что предусмотрено Мирным соглашением южносуданских сторон, подписанным в августе 2015 года. Надо подчеркнуть, однако, что заинтересованность Совбеза в создании ССЮС возникла по инициативе США.

Дело в том, что, получив рычаги управления этим судом, США получат прямой контроль над внутренней политикой Южного Судана. Это государство до сих пор не подписало Статут Международного уголовного суда (МУС); не являются членами МУС и другие страны региона (Судан, Эфиопия, Сомали). Создание Специального трибунала по Южному Судану стало проектом, призванным исправить эту ситуацию. Война в Южном Судане имеет такой характер, что её нетрудно превратить в войну региональную, а это позволит навязать «международную» юрисдикцию не только руководству Южного Судана, но и властям близлежащих стран. Благо такой механизм уже был апробирован при создании Специального трибунала по Сьерра-Леоне, когда в 2003 году был выдан ордер на арест главы соседнего со Сьерра-Леоне государства – Либерии. Либерийского президента судили и приговорили к 50 годам лишения свободы.

К тому же идёт дело и в Южном Судане. Президент С.Киир уже намечен в качестве обвиняемого. Недавний доклад группы экспертов Комитета Совета Безопасности ООН по Южному Судану прямо указывает на то, что массовые преступления, совершённые в стране, совершались по приказам Киира и других южносуданских высших должностных лиц. ⁽³⁾ В совершении международных преступлений обвиняется и оппозиция, прежде всего бывший вице-президент Машар.

Не исключено, впрочем, что в СБ ООН готовится передача ситуации в Южном Судане в Международный уголовный суд и помимо создания ССЮС. Если это произойдёт, то возникший прецедент станет серьёзным ударом по международному праву: ведь мы станем свидетелями лишения государства суверенного права решать вопрос о своём участии (или неучастии) в международных договорах. Международное право de facto превратится из добровольного в принудительное.

Если случаи с Ливией и Суданом ещё можно было бы называть «отдельными случаями», то третья подряд передача в Международный уголовный суд ситуации в стране, которая в МУС не участвует, – это уже система. Система, уничтожающая принцип добровольности участия государств в международных соглашениях.

В случае с Южным Суданом речь идёт не только и не столько о смене режима. Создаётся прецедент тотальной замены политической элиты страны – и власти, и оппозиции. Замысел понятен: создавая в 2011 году новое государство Южный Судан, глобальная элита рассчитывала выделить из Республики Судан её основные (южносуданские) нефтеносные районы и таким образом сохранить над ними свой контроль. Однако результатом раздела бывшего Судана на две части стала потеря контроля над южной его частью и полное прекращение здесь добычи нефти.

⁽¹⁾ Промежуточный доклад Группы экспертов по Южному Судану, учреждённой резолюцией 2206 (2015) Совета Безопасности ООН // Документ ООН: S/2015/656.

⁽²⁾ Заключительный доклад Группы экспертов по Южному Судану, учреждённой резолюцией 2206 (2015) Совета Безопасности ООН // Документ ООН: S/2016/70, параграф 13.

⁽³⁾ См. документ ООН: S/2016/70, параграф 35.

В среду, 14 сентября, на авиабазе южноафриканских ВВС Уотерклуф неподалеку от Претории открылась выставка Africa Aerospace and Defence 2016. Россия представила в ЮАР свыше 400 экспонатов 14 предприятий, среди которых — известные "Ростех", "Уралвагонзавод", "Сплав", "Прибор", "Базальт".

Треть всех оружейных поставок в Африку — из России. Сегодня объем африканских заказов российской продукции военного назначения превышает 21 млрд долларов. А если посмотреть на мировой рынок в целом, то лишь в январе — августе 2016 года Россия экспортировала оружия на 8 млрд долларов, портфель заказов превысил 50 млрд долларов.

Итоги международной выставки вооружений Africa Aerospace and Defence 2016 могут быть не менее оптимистичными.

"Рособоронэкспорт" рассчитывает на новые заказы учебно-боевых и военно-транспортных самолетов, транспортно-боевого вертолёта Ми-35М, патрульных катеров, автоматизированных систем управления и систем безопасности, БМП и БТР, а также противотанковых комплексов.

Интерес к российской военной технике и оружию проявили 25 стран этого континента, а также некоторые европейские, латиноамериканские и азиатские страны. Если в прошлые годы со странами Южной Африки "Рособоронэкспорт" подписал контракты на 1,7 млрд долларов, то сегодня наблюдается значительный рост интереса со стороны Нигерии, Камеруна, Мозамбика, Танзании, Экваториальной Гвинеи, Ботсваны, Кении, Руанды, Джибути, Эфиопии.

Возможно, африканские страны — не самые богатые в мире, однако в структуре государственных расходов всегда учитывают оборонные приоритеты.

Оружие повышенного спроса

Ближневосточные представители террористической группировки "Исламское государство" (ИГ, запрещена в России) пытаются втянуть континент в сферу своего влияния.

Поэтому военные ведомства африканских стран усиливают охрану границ, создают единый центр борьбы с терроризмом. Современные угрозы определяют перспективы и формат военно-технического сотрудничества с Россией. На африканском рынке остаются востребованными российские вертолеты, ракетно-артиллерийское вооружение, бронетехника, стрелковое оружие, автомобильная техника.

С учетом африканских реалий, российские предприятия демонстрируют в ЮАР учебно-боевой самолет Як-130, военно-транспортный самолет Ил-76МД с двигателем ПС-90, боевой разведывательно-ударный вертолет Ка-52, боевой вертолет Ми-28НЭ, транспортно-боевой вертолет Ми-35М, бронетранспортер БТР-82А, танки Т-90С, Т-90МС и модернизированный танк Т-72, боевую машину поддержки танков БМПТ, бронированную машину разминирования БМР-3МC, инженерную машину разграждения ИМР-3М, танковый мостоукладчик МТУ-72 и другое оружие повышенного спроса.

Страны Северной Африки делают акцент на укреплении ВМС. На выставке российская военно-морская техника представлена большой дизель-электрической подводной лодкой проекта 636, патрульным катером проекта 14310 "Мираж", скоростным патрульным катером проекта 12150 "Мангуст", ракетно-артиллерийским катером проекта 12300 "Скорпион", большим гидрографическим катером проекта 19920Э, ракетным катером проекта 12418.

Африканские партнеры проявляют интерес к новейшим российским разработкам. Современное и конкурентоспособное на международном рынке оружие значительно повышает оборонные возможности любой страны.

Перспективное направление

Устроитель выставки — ЮАР, пожалуй, более других заинтересована в развитии сотрудничества с российским ОПК. И по линии закупок для своих вооруженных сил, и для совместного продвижения продукции на африканском рынке. В рамках военно-технического сотрудничества с Россией Претория рассматривает варианты дальнейшего развития национальной промышленности, производства вооружения.

В 2015 году ЮАР начала подготовку в России своих офицеров (на первом этапе — семнадцать человек, среди которых — пять летчиков).

На брифинге в день открытия выставки представитель министерства обороны ЮАР Сэм Гулубе отметил, что промышленность его страны позволяет производить почти весь спектр техники, которая может понадобиться на африканском рынке.

Однако у ЮАР нет стратегического партнера, способного передать необходимый объем технологической информации. ЕС и США к подобному военно-техническому сотрудничеству с ЮАР не готовы. Китайские возможности в Африке ограничены недостаточной надежностью и вторичностью военных технологий.

Россия способна безальтернативно занять перспективную нишу взаимовыгодного сотрудничества, вытеснить "серые схемы" модернизации и сервисного обслуживания советской и российской военной техники. К примеру, объем африканского рынка послепродажного обслуживания авиатехники производства РФ превышает 2 млрд рублей в год. И в целом российскому бизнесу Африка интересна, крупные компании готовы расширять здесь свое присутствие не только в рамках программ "Долг в обмен на развитие".

Африка — единственный континент, куда российский экспорт в 2016 году вырос даже в долларовом эквиваленте.

Посетители знакомятся с образцами военной техники, представленной в открытой экспозиции на Международном военно-техническом форуме АРМИЯ-2016 в конгрессно-выставочном центре подмосковного Военно-патриотического парка культуры и отдыха Вооруженных сил РФ Патриот . Архивное фото

Africa Aerospace and Defence 2016 (AAD) — единственная и самая крупная на африканском континенте выставка сухопутной, морской и авиационно-космической техники. AAD проводится с 1992 года с периодичностью 1 раз в 2 года. Выставка имеет репутацию главной межафриканской витрины аэрокосмических и оборонных систем, оборудования военного и двойного назначения, и собирает сотни участников из десятков стран мира.

Александр Хроленко, обозреватель МИА "Россия сегодня"