Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Россия подготовила свой проект резолюции СБ ООН по Сирии, который передан в секретариат всемирной организации, сообщил РИА Новости дипломатический источник в Нью-Йорке.
"Проект резолюции имеется, но пока его детали не раскрываются. Он передан в секретариат", - заявил источник.
Ряд западных стран пытаются провести свой вариант резолюции, предусматривающий санкции против Сирии. Россия и Китай, в частности, выступают против жестких мер, призывая избегать повторения "ливийского сценария".
В марте СБ ООН санкционировал применение силы против правительства Ливии под предлогом защиты мирного населения, но операция, перешедшая в руки НАТО, вылилась в поддержку оппозиции и попытки свергнуть режим Муаммара Каддафи.
В Сирии уже пять месяцев идут протесты против властей, в результате которых, по оценкам ООН, погибли 2,2 тысячи человек.
Совет Безопасности ООН в форме заявления его председателя 3 августа осудил власти Сирии за применение силы против участников акций протеста. Вместе с тем заявление содержало требования не только к правительству этой страны, но и к оппозиции. Иван Захарченко
Правительство Муаммара Каддафи проводило широкомасштабную операцию по лоббированию в США в первые месяцы проведения военной операции "Рассвет", пишет газета The Guardian со ссылкой на секретные документы, всплывшие при захвате Триполи.
Из них следует, что премьер-министр Аль-Багдади Али аль-Махмуди слал льстивые письма президенту США Бараку Обаме и американским сенаторам, успешно рекламировал режим устами видного режиссера Суфьяна Омейша и пытался нанять конгрессмена-демократа Дениса Кучинича. Последнего приглашали посетить Ливию за счет официального Триполи, но американец отказался, сославшись на вопросы безопасности, и предпочел поехать в Сирию.
Кучинич подтвердил The Guardian, что после своего отказа стал получать звонки от ливийского премьера, напоминавшего, что раз он не поддерживает военную операцию "Рассвет", то ему следует сделать больше для установления мира. "Я ясно дал понять, что не могу вести переговоры от лица администрации (США). Я объяснил, что говорю, как член Конгресса, вовлеченный в это дело и желающий выслушать позиции всех сторон. Учитывая, что Ливия подвергалась налетам, она не могла служить подходящим местом для проведения переговоров", - объяснил конгрессмен.
Из секретных документов следует, что режим Каддафи опасался осеннего сухопутного наступления союзников и активно запасался продовольствием, лекарствами и топливом. По словам главы Национального переходного совета Ливии Мустафы Абдель Джалиля, найденных запасов хватило бы, чтобы прокормить город вдвое больше Триполи и удовлетворить медицинские потребности всей страны сроком на год.
По мнению обозревателей The Guardian, режим Каддафи был отлично информирован о происходящем в США и других странах, начиная от панъевропейских переговоров и кончая секретными материалами портала WikiLeaks. Сам Каддафи был уверен, что война против Ливии устроена Францией и досадовал, что так и не смог в последние годы "установить особые отношения с США". В заключение полковник делает заявление, что не играет в Ливии особой роли, так как в 1977 году оставил власть. "У меня нет официального поста, нет даже таких прав, как у британской королевы", - отмечал Каддафи. Его местоположение до сих пор неизвестно.
Дважды дорогие повстанцы
Переходный национальный совет Ливии срочно требует от мира $5 млрд
Ливийские повстанцы хотят получить от мира как минимум $5 млрд к концу августа. На этой неделе глава исполнительного комитета Переходного национального совета (ПНС) Махмуд Джибрил удивил международную общественность, почти вдвое увеличив сумму, которая, по его словам, срочно необходима повстанцам на текущие расходы. До штурма Триполи ПНС просил $3 млрд.
На встрече с представителями Великобритании, Франции, Италии, Турции и США в Дохе Джибрил объяснил: эти деньги потребуются на оплату жалованья ливийцам, а также на закупку гуманитарных грузов, восстановление больниц и школ.
Выдать повстанцам $1,5 млрд международное сообщество могло еще две недели назад. Тогда США и их европейские союзники предложили специальному комитету Совбеза ООН по Ливии проект резолюции о размораживании $1,5 млрд из арестованных средств диктатора Муаммара Каддафи с целью передать их его противникам в Ливии. Однако неожиданным препятствием стала Южная Африка, непостоянный член Совбеза. ЮАР — единственная страна, проголосовавшая против разморозки счетов, но для для принятия резолюции необходимо единогласное одобрение спецкомитета.
Перед тем как пропускать этот документ, Йоханнесбург хочет посоветоваться с Африканским союзом — главной международной организацией континента, объединяющей 54 страны. Южноафриканские дипломаты намерены сделать это на ближайшем саммите союза, который пройдет 25 и 26 августа.
Тем временем США уже пытаются обойти это дипломатическое препятствие. Американская делегация решила принять резолюцию о счетах Каддафи не через спецкомитет, а через общее голосование Совбеза. На нем не требуется единогласного «за».
США надеются, что общее голосование состоится не позже 26 августа. Таким образом, первый солидный кусок иностранных счетов Каддафи может перейти к временному центральному руководству ливийских повстанцев в конце недели.
На демократических началах
Россия признает повстанцев, когда они возьмут под контроль всю Ливию
Президент РФ Дмитрий Медведев заявил, что Россия готова признать повстанцев в качестве легитимного правительства Ливии. Для этого те должны доказать способность объединить страну «на новых демократических началах». Расплывчатая формулировка отражает тенденцию — Москва предпочитает дожидаться окончания африканских конфликтов, прежде чем признавать новую власть.
«Если у повстанцев хватит сил, духа и возможности для объединения страны на новых демократических началах, мы конечно же будем рассматривать вопрос об установлении с ними соответствующих отношений», — заявил Медведев на пресс-конференции. До тех пор Москва продолжит придерживаться своей нынешней позиции: силы, поддерживающие ливийского диктатора Муаммара Каддафи, и силы, борющиеся с ним, должны сесть за стол переговоров — в противном случае национального единства Ливии не достичь. По мнению Медведева, такая позиция вполне аккуратна и корректна по отношению ко всем сторонам ливийского конфликта.
Россия запоздала с признанием повстанцев, считает дипломат Анатолий Адамишин. «Когда в Ливии началась международная военная миссия под эгидой НАТО, стало очевидно, что мировое сообщество всерьез решило убрать режим Каддафи, — сказал он в беседе с «МН». — Чем раньше Москва признает повстанцев, тем раньше начнутся переговоры о решении всех экономических вопросов».
Ливийская гражданская война не первый конфликт в Африке, в котором Россия не торопится четко поддержать ту или иную сторону. Во время весенних революций в Тунисе и Египте МИД РФ также настаивал на том, чтобы судьбу этих стран решил народ. В обоих случаях стремительные кризисы завершались полной сменой власти, и у российских посольств не возникало вопросов, с кем работать.
Аккуратный подход России стал особенно заметен на фоне действий ООН и европейских держав в объятом политическим кризисом и гражданской войной Кот-д’Ивуаре в 2010–2011 годах. Тогда президент Кот-д’Ивуара Лоран Гбагбо отказался признавать свое поражение на выборах и отдавать свой пост Алассану Уаттаре. Конституционный совет, включающий юристов — сторонников Гбагбо, аннулировал итоги голосования под предлогом того, что соперник президента сфальсифицировал результаты. Вслед за этим оба соперника объявили себя президентами, принесли присяги и сформировали собственные правительства.
Политический конфликт усугубился религиозно-племенным. Гбагбо поддерживали южные кланы, последователи христианских и традиционных культов. За Уаттару выступал мусульманский север. В марте 2011-го Гбагбо начал обстреливать позиции соперника артиллерией. После месяца открытого вооруженного противостояния победил Уаттара, которого сразу после выборов 2010 года признали Африканский союз, ООН, Евросоюз, США и Франция. Последняя выслала миротворцев в Кот-д’Ивуар, чтобы защитить мирное население.
Россия сохраняла нейтралитет. МИД России неоднократно делал официальные заявления, в которых говорилось, что Москва «пристально следит за ситуацией» и призывает обе стороны «незамедлительно прекратить кровопролитие и начать диалог с целью политического урегулирования конфликта, исходя из высших интересов ивуарийского народа».
По мнению Анатолия Адамишина, Россия одинаково вела себя в ивуарийском и ливийском конфликте по принципиально разным причинам.
Как заявил эксперт «МН», в Черной Африке РФ не имеет практически никаких интересов, так что она решила не вмешиваться в ивуарийский конфликт. «В Ливии Москве, напротив, есть что терять, — говорит Адамишин. — В российском руководстве был громко слышан голос тех, кто считал, что нужно поддержать Каддафи, потому что с его режимом РФ подписала немало важных бизнес-контрактов».
У редактора итальянского журнала о геополитике Limes Фабрицио Маронта также нет никаких сомнений в том, что Каддафи и его семья больше не будут участвовать в ливийской политике. «Он может выжить физически и даже договориться об убежище за границей, тем более что не все его активы заморожены, но сохранить власть никто из его клана не сможет», — заявил «МН» политолог.
Главное на сегодня — как поведут себя новые власти Ливии, решая финансовые вопросы своей страны, добавил Маронта. «Между повстанцами существуют глубокие разногласия, и очевидно, что им трудно будет сформировать сплоченное правительство. Кроме того, наследство Каддафи включает в себя также изрядное количество зарубежных активов — примерно $70 млрд вложений Национальной инвестиционной компании в Италии, Великобритании, Иордании, России и Турции, — отмечает эксперт. — Эти средства, официально принадлежащие ливийскому народу, пробудят аппетит у будущих правителей страны. Мы еще увидим, как влиятельные семьи Триполи будут принимать правила Бенгази». Игорь Крючков, Мария Ефимова
Тегеранская нота
Иран недоволен «Газпром нефтью»
Посол Ирана в России Махмудреза Саджади крайне неодобрительно высказался о сотрудничестве с «Газпром нефтью». На вчерашней пресс-конференции в Москве он напомнил, что на подготовку контракта с российской компанией по добыче нефти потрачено два года, вот уже восемь месяцев российская нефтяная компания «оттягивает закрытие этой сделки». Очевидно, компания просто не желает этого делать, заключил Саджади.
Официально представители российской нефтяной компании вчера не комментировали слова посла, напомнив лишь то, что в ноябре 2009 года между «Газпром нефтью» и Национальной иранской нефтяной компанией (NIOC) был подписан меморандум о взаимопонимании, не накладывающий на стороны обязательств. Он предусматривал разработку российской компанией нефтяных месторождений «Азар» и «Шангуле» с общими запасами 2 млрд баррелей. Объем инвестиций в проект до сих пор не определен, но эксперты уверены, что доходы от этого проекта способны окупить любые затраты. По словам начальника аналитического отдела компании «Брокеркредитсервис» Максима Шеина, проект предполагал добычу на уровне 11 млн тонн в год. Однако еще два года назад были очевидны риски, связанные с режимом международных санкций против Тегерана из-за его ядерной программы.
Риск, в частности, состоит в том, что выход на иранский рынок будет означать для любой российской компании осложнение отношений с американцами как на рынке США, так и в других регионах. «Истинной причиной является давний дипломатический конфликт по вопросу производства Ираном ядерного топлива. Давление оказывается не только политическими, но и экономическими способами», — говорит Алексей Козлов, заместитель директора департамента UFS Investment Company. К примеру, компании «Лукойл», которая работала на блоке по добыче нефти «Анаран», куда входят месторождения «Азар» и «Шангуле»,совместно с норвежской Hydro, пришлось в 2007 году прекратить там свою деятельность. Консорциум превысил уровень инвестиций в $20 млн — рубеж, после которого американцы вводят жесткие санкции по отношению к международным энергетическим компаниям, ведущим бизнес в Иране. Источник, близкий к «Газпром нефти», связывает тот факт, что российская компания откладывала подписание контракта, с угрозой применения системы штрафов и других мер возействия. Виталий Громадин, старший аналитик «Арбат Капитала», напоминает о непростой ситуации и с ливийским проектом. «Для «Газпром нефти» важным моментом является присутствие в Ливии, где не так давно она приобрела крупное месторождение Elephant у итальянской Eni. Компания планировала стать серьезным игроком в этой стране, обеспечивая не менее 10% нефтяной добычи. С учетом вероятного свержения Каддафи компании не будет лишней поддержка США для отстаивания своих интересов в переговорах с новым правительством», — отмечает эксперт.
Есть еще одна причина, по которой российская компания вынуждена осторожно вести себя в Иране. Месторождения «Азар» и «Шангуле» представляют собой единый комплекс с месторождением «Бадра» в Ираке, хотя их и разделяет граница. «Гапром нефть» уже подписала контракт с иракскими партнерами и рассчитывает на синергию двух проектов. Но похоже, что Иран предлагает худшие условия, чем подписанны с Ираком, предположил Виталий Громадин. Источник «МН», близкий к ходу переговоров, подтвердил эту информацию, отметив, что «предложенные условия не обеспечивают экономическую эффективность проекта».
Возможно, иранское правительство устами своего посла решило подтолкнуть российскую компанию к активным действиям, но не исключено, что «Газпром нефти» готовится замена. «Если сравнить отношение иранцев к западным, российским и компаниям из развивающихся стран, то к последним отношение в Иране самое лояльное», — говорит аналитик компании «Тройка Диалог» Валерий Нестеров. Отчасти это объясняется тем, что они не обращают внимания на такие санкции. Нестеров напоминает, что практически весь нефтяной сектор экономики Ирана контролируется государственной Национальной иранской нефтяной компанией. Разведка, добыча и переработка нефти организованы через дочерние структуры, в некоторые из них разрешен доступ частного капитала, в том числе иностранного. «И в основном это компании из развивающихся стран», — рассказывает эксперт. Хотя ранее в Иране кроме российских работали французские и итальянские нефтяные компании. Если «Газпром нефть» не сумеет сбалансировать свои интересы с иракскими, то на этом рынке ее могут потеснить индусы или китайцы, считает Максим Шеин из «БКС». Такое уже было, напоминает Шеин. «Газпром нефть» добивалась доступа к другим месторождениям — «Северный Азадеган» и «Южный Азадеган» с общими запасами 150 млн тонн. В итоге же они достались китайской CNPC. Ирина Кезик
Ливийская премия
Разрушенная инфраструктура не позволит быстро возобновить экспорт нефти
Нефтяные цены в последнее время находятся под влиянием ожиданий возобновления экспорта из Ливии — одного из крупнейших мировых производителей. После того как свержение режима Муаммара Каддафи стало казаться делом нескольких часов, нефть подешевела на 3%. Однако эксперты не верят, что восстановление объема, который добывали до начала конфликта, возможно в ближайшее время, и предрекают скорое возобновление роста цен.
Ливия — значительный игрок на рынке нефти. Это восьмой производитель среди стран — участниц ОПЕК по объему добычи. По оценке Антона Бударова, аналитика ИК Rye, Man & Gor securities, на ее поставки приходится порядка 5% всего нефтяного экспорта картеля. А ее доля в мировом экспорте варьируется от 2 до 3%. Илья Балакирев, аналитик компании UFS Capital Partners, в числе основных импортеров называет прежде всего Европу, на которую приходится порядка 90% ливийского экспорта. Это в том числе Италия (51% всего потребления), Германия (5%), а также Испания и Франция. Крупными покупателями ливийской нефти также являются США и Китай. Андрей Захаров, старший аналитик финансовой компании «Анкоринвест», говорит, что в результате военных действий добыча снизилась до 0,1 млн баррелей в сутки. Таким образом, закономерно, что мировой рынок отреагировал на развитие событий в Ливии снижением цен, ожидая возобновления уровня добычи и поставок нефти из этой страны.
Национальная нефтяная компания Ливии утверждает, что в течение не более четырех месяцев начнет добывать до 300–400 тыс. баррелей в день, за год добычу обещают поднять до 1 млн баррелей. До начала вооруженных действий уровень добычи в Ливии составлял около 1,6 млн баррелей в день, что соответствует примерно 8% того, что потребляют США.
Однако российские эксперты полагают, что быстрого восстановления производства и экспорта нефти из Ливии ждать не стоит. «На восстановление нефтегазовой инфраструктуры потребуется время. Мы полагаем, что на докризисные уровни производства страна сможет выйти лишь к концу 2012 года», — говорит аналитик финансовой группы «Брокеркредитсервис» Андрей Полищук. По его оценке, до конца 2011 года имеет смысл ожидать выхода на уровень 500 тыс. баррелей в сутки, что составляет 0,55% мирового потребления. Он напоминает, что падение производства было компенсировано странами — членами OПЕК, главным образом Саудовской Аравией. Дисбаланса в мировом производстве не будет даже после того, как Ливия восстановит продажи нефти за рубеж полностью, — та же Саудовская Аравия сократит свою добычу и продажи.
Этот сценарий будет справедлив в том случае, если ситуация в Ливии стабилизируется. Если же вооруженный конфликт будет продолжаться, а затем начнется борьба за власть в стране, то о быстром восстановлении добычи и экспорта нефти стоит забыть.
Североморская смесь Brent сейчас стоит примерно $107: по словам Дениса Барабанова, начальника аналитического отдела инвестиционной компании «Грандис Капитал», из цены уходит ливийская спекулятивная составляющая — в разгар конфликта она составляла порядка $10 за баррель. Разрыв между Brent и техасской WTI, в цене которой военной премии нет, сокращается. По оценке Виталия Громадина, старшего аналитика «Арбат Капитал», он уменьшился более чем с $26 до $23–24. Эксперты считают, что Brent дойдет примерно до уровня $100 и ниже вряд ли опустится. Они ожидают роста спроса со стороны азиатских стран, что поддержит цены на этом уровне. Долгосрочную динамику цен во многом определят решения OПЕК на встрече стран картеля в Вене, которая пройдет в декабре 2011 года. Пока они поддерживают добычу на минимальном уровне. Ирина Кезик
Незалежная Украина: пробуждение от иллюзий
Ровно двадцать лет назад, 24 августа 1991 года, Верховная рада Украины приняла декларацию независимости. Этапы недавней истории новой страны хорошо известны. Гораздо интереснее вопрос: что ждет Украину в будущем?
В начале 1990-х для Украины было исключительно важно заявить о себе как о государстве европейском, получить «сертификат несоветскости». А что могло быть лучшим сертификатом, нежели членство в престижных, казавшихся тогда даже элитарными европейских и евроатлантических структурах?
Однако национальная драма состояла не только в наложении колоссальных реформ на полное отсутствие какого бы то ни было опыта государственности. Она усугублялась еще и тем, что Украину на самом деле никто никуда принимать не собирался.
В ловушке
Неформальный консенсус Запада состоял в том, что перспективы «воссоединения» должны предоставляться только тем странам и народам, которые географически находились в несоветском мире до второй мировой войны. По отношению к ним Запад испытывал некое подобие чувства вины за то, что в Ялте и Потсдаме оставил их на произвол судьбы по ту сторону железного занавеса.
В январе 2005 года, сразу после победы Виктора Ющенко в третьем туре президентских выборов, США предприняли попытку сломать консенсус Запада в вопросе о членстве Украины в НАТО. Однако в том, что касается членства страны в ЕС, старые неформальные договоренности остались в силе.
Украинская дипломатия попала в настоящую ловушку. Европа говорила о «равных возможностях»: делайте реформы — станете как Польша. Но Украина давно уже преодолела ту отметку в развитии, по достижении которой членство в Евросоюзе было обещано соседним восточноевропейским странам. Даже у Косово ЕС нашел «европейскую перспективу», причем еще до провозглашения независимости, а вот у Киева ее до сих пор нет.
Попытки выхода из замкнутого круга предпринимались еще Леонидом Кучмой во время второго президентского срока. Он согласился на участие Украины в едином экономическом пространстве с Россией, Белоруссией и Казахстаном. Но это происходило на крайне неблагоприятном фоне «кассетного» и «кольчужного» скандалов, да и с самого начала эти попытки не имели ясной перспективы.
Псевдорелигия
Приход к власти Ющенко отбросил страну фактически к началу 90-х. Но если тогда евроромантизм был понятен и органично проистекал из чаяний населения «хочу жить как в Европе», то на новом этапе он стал просто вреден.
В 2005 году было принято исключительно негативное и противоречащее интересам Украины решение о добровольной односторонней отмене визового режима для граждан ЕС и стран «большой семерки» без каких-либо встречных уступок в визовом вопросе.
Киев присоединялся к любым внешнеполитическим заявлениям Евросоюза, без оглядки на торгово-экономические отношения с той или иной страной. Результат известен. Однако годы «евроинтеграции без интеграции» оставили глубокий след в украинском обществе. Сформировалась каста политиков, экспертов, журналистов, политологов, для которых евроинтеграция стала фетишем, идеологической аксиомой, «священной коровой» их псевдорелигии.
Реальная политика
Суть пределов интеграции Украины и Евросоюза очень проста и была сформулирована еще в начале 2000-х годов президентом Еврокомиссии Романо Проди: «Все, кроме институтов». Реальных сфер сближения между Евросоюзом и Украиной на сегодня насчитывается три.
Во-первых, политическая плоскость, где пределом является политическая ассоциация Украины, нечто подобное ассоциации восточноевропейских стран с Евросоюзом, имевшей место в 90-х годах. Во-вторых, торгово-экономическая плоскость, где предел — зона свободной торговли с элементами регуляторного сближения. И, в-третьих, гуманитарная плоскость, где пределом поставлено согласие в обозримом будущем на безвизовый режим при краткосрочных поездках граждан Украины в страны ЕС.
Ничто из вышеперечисленного не приведет гарантированно к членству. Но именно такая политика реально соответствует как положению дел на Украине и в ЕС, так и последним тенденциям на европейском континенте.
Сеть пространств
Европейская политика Виктора Януковича отметает выклянчивание особых статусов и основывается на том, что конкретно готовы делать Киев и Брюссель. Поэтому ей не грозит нынешний политический и финансовый кризис Евросоюза.
С другой стороны, эта политика прекрасно вписывается в другую тенденцию — постепенный процесс создания Евросоюзом совместных пространств в политической, экономической, гуманитарной сферах и сфере безопасности с европейскими странами, находящимися к востоку от границ ЕС. В первую очередь, это касается России, которая имеет собственную стратегию сближения с Европой.
Именно в этом контексте надо рассматривать и европейскую, и российскую политику Киева, которая направлена на создание своего рода сети совместных пространств. Украина в скором времени может стать уникальной страной Европы, имеющей одновременно зоны свободной торговли и с ЕС, и Россией, и со странами СНГ.
Не стоит преувеличивать масштаб дискуссий между Киевом и Москвой по поводу возможности членства Украины в Таможенном союзе. В Киеве эти дискуссии подают как чуть ли не судьбоносную битву геополитических гигантов за Украину, от исхода которой будет якобы зависеть цивилизационная принадлежность. На самом деле ситуация проста: немедленное вхождение Украины в Таможенный союз, несмотря на доказанную масштабную экономическую выгоду, означало бы автоматическое прекращение переговоров по фактически готовому договору о зоне свободной торговли с ЕС.
Это вызвало бы не просто шквал, а настоящее цунами критики и обвинений в адрес власти за отход от принципов евроинтеграции. Политические риски настолько велики, что перевешивают экономические плюсы. Но, безусловно, нет смысла терять и торговую выгоду, поэтому появилась известная формула взаимодействия с Таможенным союзом «3+1».
Набраться терпения
Настоящая битва за Украину не столь видна постороннему глазу и ведется в сфере национальной безопасности. Позиция Януковича по вопросу внеблокового статуса страны, воплощенная в законе об основах внутренней и внешней политики, оказалась чересчур смелой. Она вызвала шок у многих, воспринявших внеблоковость не как указатель пути страны на десятилетия вперед, а как временную и вынужденную уступку России.
Считается, что от этой уступки можно в подходящий момент отказаться и снова начать подготовку к членству в НАТО. Было бы наивным полагать, что нынешнее, ослабленное афганской и ливийской войнами НАТО будет способно на вторую попытку интеграции Украины. Но мир настолько непредсказуем, что никакой сценарий, даже самый невероятный, игнорировать нельзя. Поэтому самой надежной гарантией закрепления внеблокового статуса Украины было бы внесение соответствующего положения в конституцию страны. Тем более что намерение Украины стать внеблоковым государством было провозглашено еще в декларации о государственном суверенитете в 1990 году.
Объявление о внеблоковости Украины и отказ от членства в НАТО стали основой для нормализации в начале 2010 года украинско-российских отношений. А ведь буквально два года назад украинские СМИ всерьез обсуждали сценарии вооруженного конфликта с Россией, а президент России обращался к украинскому коллеге заочно, с помощью видеоблога.
Выход Киева из состояния холодной войны с Россией дал возможность приступить к решению экономических и торговых вопросов, по которым между Киевом и Москвой идут сейчас такие непростые дебаты. Подобные переговоры по определению не могут быть ни легкими, ни быстрыми. Надо просто набраться терпения. Компромисс будет, в этом нет сомнения.
Пробуждение от сна
Двадцатилетие независимости Украина встречает страной, пробудившейся от долгого сна и власти иллюзий. Страной, пытающейся соотнести приоритеты своей внешней политики не с той или иной идеологией, а с реальными общественными потребностями и с объективными тенденциями мирового развития.
Несмотря на все потрясения, переживаемые европейскими институциями, вопрос о новых войнах и переделе сфер влияния на континенте не стоит. А значит, и Украина будет иметь шанс не просто вписаться в те объединительные процессы, которые сегодня, пусть и весьма медленно, но все же идут в Большой Европе, но и внести собственный уникальный вклад в их ускорение. Анатолий Орел, Олег Грицаенко
Карма России
Свершилось чудо. Разобщенная, не годная ни для каких военных действий, включая осмысленную партизанскую войну, бенгазийская оппозиция с ходу взяла Триполи. Верные Каддафи войска, включая профессионалов-наемников, исчезли в неизвестном направлении. Правда, бои еще идут, один из захваченных в плен сыновей полковника отбит верными ему людьми, а другой вместо трибунала в Гааге появился перед иностранными журналистами в Триполи.
В столице царит анархия и начинается безудержное мародерство, никто не знает, где сам Каддафи, и никто не может сказать, чем все это в конечном счете закончится. Но победу уже празднуют, да и есть с чего: победа это или не победа, но повод замечательный.
Ставший похожим после нескольких месяцев бомбежек на «хромую утку» блок НАТО вот-вот завершит дорогостоящую операцию в Ливии и сможет при необходимости переключить освобождающиеся силы на другое направление. Например, на Сирию.
Саркози, Обама, Кэмерон и Расмуссен примеряют лавровые венки победителей. Опасавшийся переноса войны на территорию Италии Берлускони может спать спокойно. Если, конечно, забыть о нелегальной эмиграции, которая к нему теперь пойдет потоком. Французский и американский президенты могут уверенно идти на второй срок, тем более что у Обамы в запасе еще и «скальп» Бен Ладена. Британский премьер получает шанс переключить внимание избирателей с бездействия правительства во время недавних городских бунтов на военную победу. Генеральный секретарь НАТО — моральную компенсацию за унижения времен «карикатурного скандала», когда посольства его родной Дании громили во всем арабском мире.
Но главными бенефициарами свержения Каддафи являются Саудовская Аравия и Катар. Именно они, «завалив» ливийского лидера руками европейцев и американцев, поделят его африканское наследство — политические и экономические проекты, в которых Триполи успешно конкурировал с Эр-Риядом и Дохой.
Никто не знает, по какому варианту развала пойдет Ливия без своего гиперэнергичного лидера, сочетавшего самодурство космических масштабов с железной волей, опытом и прагматизмом. Киренаика против Триполитании? Арабы против берберов? «Аль-Каида в странах исламского Магриба» в Феццане и союзная ей классическая «Аль-Каида», создавшая исламский эмират в Дерне, против всех остальных?
То, что победители передерутся между собой, а их торжество будет недолгим, — факт, подтверждаемый и историей Ливии, и всем происходящим на наших глазах в сегодняшнем арабском мире. Чего там совершенно точно не будет, так это демократии западного типа с заботой о правах человека и защитой прав меньшинств. Не та страна, не те традиции.
Российские предложения о выстраивании новой ливийской системы власти с участием всех реально имеющих влияние на ситуацию сторон скорее всего так и останутся невостребованными. Не потому, что плохи. Они как раз умны и хороши тем, что их реализация ведет к гражданскому миру в стране.
Но этот мир означает раздел постов и нефтяных доходов. За что воевали те, кто сражался против Каддафи? Всего на всех не хватит, сколько бы этого «всего» ни было. Победителей слишком много, и они слишком разные, чтобы договориться даже между собой. Кто сможет уговорить или заставить принять не полную победу, но лишь ее часть вчерашних министров Каддафи, предавших своего лидера? Бенгазийских сенуситов, жаждавших реванша с 1969 года? Ливийских ветеранов «Аль-Каиды», ненавидящих своих временных западных союзников не меньше, чем ненавидели их «афганские арабы» во главе с Усамой Бен Ладеном? Безденежных эмигрантов, отсиживавшихся в Европе в ожидании падения джамахирии?
Каддафи был жесток, авторитарен и конфликтен, как и все прочие лидеры стран Ближнего Востока. Другие люди там ни революций, ни государств не возглавляют.
Будут ли те, кто его сменит, лучше? Вроде нет причин. Будут хуже? Не исключено. Будут мельче? Наверняка. Не то время и не та ситуация, чтобы в Ливии возникла крупная фигура. Да и будет ли Ливия? Для группы влиятельных лиц, которых принято называть международным сообществом, она имеет смысл исключительно в качестве европейской бензоколонки. Нефтепромыслы, трубопроводы и портовые терминалы в принципе можно прикрыть сравнительно ограниченным числом западных военнослужащих. Будет ли вокруг них страна или просто территория со слабым коррумпированным правительством и финансово заинтересованными шейхами племен? А какая разница?
Шансов на то, что Россию подпустят к послевоенному восстановлению Ливии, не больше, чем в Ираке. Шансов на возмещение убытков, понесенных отечественными корпорациями из-за войны, еще меньше. А других вариантов и не было изначально. Могло быть только хуже. Судьба у нас такая в этом регионе. Карма. Евгений Сатановский
Ливийская кампания сделала антирекламу британскому ВПК
В Великобритании активизировались противники продажи оружия репрессивным режимам
В Британии события в Ливии породили волну недовольства и протестов против продажи оружия репрессивным режимам. Недавно опубликованный в Лондоне парламентский отчет свидетельствует, что всего за четыре месяца до начала ливийской операции Британия поставляла вооружение Муаммару Каддафи.
Правительство одобрило поставки снайперских винтовок, боеприпасов к ним, слезоточивого газа и средств для пресечения беспорядков незадолго до того, как Каддафи отдал армии приказ подавить выступления оппозиции. Согласно официальным данным, только с 2009 года объем военных поставок в Ливию, считавшуюся приоритетной страной в регионе по торговле оружием, превысил 60 млн фунтов.
«Мы давно убеждаем граждан и власти в том, что торговать оружием с репрессивными режимами аморально и невыгодно, и в этом году мы получили яркое подтверждение своей правоты», — сказал в интервью «МН» официальный представитель общественной организации «Кампания против торговли оружием» Кей Стирман.
За последние два года британское правительство одобрило продажи оружия в Северной Африке и на Ближнем Востоке на сумму более 2,3 млрд фунтов. Противники подобных сделок считают, что они наносят ущерб имиджу страны и даже ее оборонным интересам и приносят мало пользы британской экономике.
«Вопреки пропаганде нашего оборонного комплекса, не устающего говорить о своей важности для экономики, торговля оружием — это всего 1,2% британского экспорта. В военной промышленности занято лишь 0,2% работающего населения», — заявил в интервью «МН» эксперт.
«Мы видим резкое изменение отношения британцев к торговле оружием после того, что произошло в Северной Африке. Многие британцы по-прежнему поддерживают оборонный экспорт, мы с этим не спорим. Но когда они каждый день видят по телевизору, как демонстрантов убивают британским оружием, они задумываются над тем, нужно ли его продавать в такие страны, как Ливия, Бахрейн или Саудовская Аравия», — говорит Кей Стирман. Александр Баранов
Миссия «Рафаля»
Ливийская операция стала рекламной кампанией для французских истребителей
Четыре года назад ливийский лидер Муаммар Каддафи начал переговоры с Францией о покупке 14 истребителей четвертого поколения «Рафаль». Сделка не состоялась, но Ливия «Рафалей» все же дождалась — истребители стали основой ударных сил коалиции в рамках ливийской военной операции и продемонстрировали всему миру свои боевые качества. «Рафаль», флагман французской военной авиапромышленности, до сих пор ни разу не был продан за границу.
Переговоры о продаже истребителей с Бразилией, начатые два года назад, забуксовали. В этой латиноамериканской стране истребитель конкурирует в тендере с американским F-18 и шведским «Грипен». Соглашение на поставку 36 самолетов общей стоимостью $6 млрд было практически в кармане у Николя Саркози: «Рафаль» пользовался явным расположением бывшего президента Луиса Инасиу Лула да Силвы. Но приход к власти Дилмы Роуссефф помешал продаже. Нынешняя руководительница Бразилии надеется на сближение с США и, судя по всему, отдает предпочтение F-18. Чтобы склонить Бразилию на свою сторону, Франция пообещала передать ей «неограниченные технологии». Однако недавно та заявила, что не будет рассматривать вопрос о покупке истребителей до начала 2012 года.
Другой потенциальный покупатель — Индия, которая в конце апреля отобрала «Рафаль» и «Еврофайтер Тайфун» в рамках тендера на поставку 126 самолетов общей суммой 7,7 млрд евро. Итоги тендера подведут после изучения коммерческих предложений.
Переговоры о поставке 60 истребителей в ОАЭ ведутся с 2008 года и неожиданно зависли в прошлом году. ОАЭ, в частности, настаивали на установке на самолет более мощного двигателя и усовершенствованного радара. В конце июля министр обороны Франции Жерар Лонге выразил оптимизм по поводу продажи «Рафаля» Эмиратам, отметив, что «переговоры с ОАЭ продвигаются». Явно намекая на операцию в Ливии, Лонге заявил, что «на сегодняшний день мы показали, что нынешний двигатель вполне подходящий».
Чуть ранее на авиасалоне Ле Бурже премьер-министр Франсуа Фийон выразил надежду, что контракт на продажу «Рафалей» будет подписан в ближайшее время.
Проверено в бою
Производитель «Рафалей» компания Dassaut Aviation признает, что их самолет хорошо показал себя в Ливии, но от прогнозов воздерживается: никаких подробностей о подвижках в переговорах нет. Представитель компании Стефан Фор рассказал «МН», что «потенциальные покупатели с интересом наблюдают за «Рафалем» в Ливии». Как заметил в беседе с «Московскими новостями» замдиректора Института международных и стратегических отношений Жан-Пьер Молни, ливийская операция «действительно может повлиять на продажу «Рафаля» и другого французского вооружения».
«Военный самолет «Рафаль» или вертолет «Тигр», которые отличились в Ливии, стали визитной карточкой французского оружия», — отметил эксперт.
По словам эксперта, импортеры оружия традиционно предпочитают закупать вооружение, которое доказало свою эффективность в бою. Во время Фолклендской войны 1982 года между Аргентиной и Великобританией крылатая противокорабельная ракета «Экзосет» французского производства подбила британский эсминец «Шеффилд», что впоследствии способствовало росту ее продаж.
Эффективное использование Израилем французских истребителей «Мираж III» в ходе шестидневной войны в 1967-м сделало их бестселлерами во многих странах.
По мнению директора Центра исследований в области безопасности Французского института международных отношений Этьена де Дюрана, «часть вооружения, показавшего себя во время ливийского конфликта, может быть продана после с лейблом «проверено в битве». Однако, по его мнению, пока война не выиграна, нельзя прогнозировать продажи. От того, что «Рафаль» используется в Ливии, его цена, которая колеблется в пределах $100 млн за штуку, не изменится, прогнозирует он. «Не думаю, что ливийский конфликт создаст новый рынок экспорта для «Рафаля», но может повлиять на ход существующих переговоров», — сказал Молни. Французским истребителем также интересуются Швейцария, Катар, Кувейт и, по некоторым данным, Болгария и Греция.
«Можно сказать, что это реклама, но нельзя сказать, что это цель этой войны», — отметил «МН» эксперт по безопасности Жан-Вансен Бриссе. Хотя «Рафаль» уже был задействован в Афганистане, ливийский конфликт, по мнению экспертов, более «подходящий» для демонстрации возможностей французской военной техники. Не все понимали цели афганской операции, а в ситуации с Ливией все яснее: «Коалиция пытается остановить диктатора». К тому же в Ливии гораздо менее активно воевали американцы, говорит эксперт.
Предвыборная кампания
Одних лишь хороших боевых показателей для продажи недостаточно. Эксперты указывают на то, что решение о закупке вооружений — во многом политическое, большую роль играют отношения между покупателем и продавцом.
Не все однозначно и с репутацией «Рафаля» в Ливии.
Эксперт в области военной авиации, бывший пилот итальянских ВВС Давид Ченчиотти считает, что истребители «Рафаль» появились в небе над Ливией на удивление быстро, без должной артиллерийской подготовки. Французские самолеты нанесли удары по наземным целям за несколько часов до того, как США и Великобритания начали бомбить ливийские ПВО. «Странно, что «Рафали» начали операцию без союзников, — сказал «МН» Давид Ченчиотти. — Я считаю, что французские самолеты летали в зонах, где не было работающих систем ПВО». По мнению Ченчиотти, Франция не единственная страна, которая использовала ливийский конфликт, чтобы «протолкнуть» свою современную военную технику, однако французский пример самый показательный.
Ряд экспертов считает, что активная позиция Франции в ливийском конфликте связана со скорыми президентскими выборами. «Саркози пытается показать, что он способен принимать решения на международной арене, — отметил в беседе с «МН» правый евродепутат Брюно Голниш. — Я не думаю, что это будет хорошей рекламой вооружений». Наталья Добровольская
Правая рука против
Сын Каддафи говорит, что отец правит страной
Вопрос, кто на самом деле контролирует Триполи, остается открытым. Еще в понедельник казалось, что столицу захватили повстанцы. Но вчера перед западными журналистами появился средний сын ливийского лидера Муаммара Каддафи и его правая рука Сейф аль-Ислам и опроверг заявления повстанцев о его аресте. Ближе к вечеру повстанцы якобы вошли в хорошо укрепленную резиденцию Каддафи в районе Баб-аль-Азизия — там, возможно, скрывается сам полковник.
«У правительства есть еще какие-то козыри. Еще есть чем стрелять. По оценкам западных спецслужб, около ста ракет. Как будут развиваться события на поле боя, предсказать невозможно, но рано или поздно режим сдастся», — сказал «МН» бывший российский посол в Триполи Вениамин Попов.
Сейф аль-Ислам приехал в ночь на вторник к иностранным журналистам в столичном отеле Rixos и уверил их, что ситуация в Ливии «под контролем». «Мы здесь! Это наша страна! И мы победим, потому что народ с нами», — сказал Сейф аль-Ислам в интервью ВВС. По словам Сейфа аль-Ислама, у повстанческого наступления «переломан хребет». Муаммар Каддафи, о местоположении которого гадает весь мир, по словам его сына, «в порядке и находится в Триполи».
«За сутки нельзя было взять целый большой город. Неудивительно, что сообщения об этом и об аресте сына Каддафи были очередной уткой. В условиях, когда реальное положение дел объективно оценить очень трудно, ведется пропагандистская война», — заявил «МН» Алексей Подцероб, ведущий научный сотрудник Центра арабских исследований ИВ РАН и чрезвычайный и полномочный посол в Ливии в 1992–1996 годах.
Хорошо укрепленную резиденцию Каддафи в районе Баб-аль-Азизия по-прежнему обороняют преданные полковнику войска, несмотря на недавние сообщения о полной капитуляции президентской гвардии. По сообщениям корреспондентов, находящихся в Триполи, именно резиденция Каддафи сейчас является главной целью повстанцев и главным местом ведения боевых действий. Вчера там были слышны стрельба и взрывы. Повстанцы заявляют, что будут вести боевые действия до тех пор, пока Муаммар Каддафи не сдастся или не будет убит. По словам главы Переходного национального совета Мустафы Абдель Джалиля, эта цель может быть достигнута к сентябрю.
Столь же призрачна пока и победа коалиции в Ливии. «Страны — члены миссии позиционируют себя как защитников, которые следуют воле ливийского народа», — считает Алексис Кроу, эксперт лондонского агентства Chatham House. Главная опасность этого образа для НАТО и западных держав кроется в том, что ливийская ситуация после свержения Каддафи может не оправдать их ожиданий, считает эксперт.
Эта ситуация особенно больно бьет по авторитету главных идеологов военной миссии НАТО в Ливии — Франции и Великобритании. «Париж задумался над тем, стоило ли открыто вооружать повстанцев, Лондон — стоило ли посылать в Бенгази военных инструкторов, — заявила Кроу. — Это подтверждает старый тезис: НАТО отлично проводит быстрые военные операции, но очень плохо справляется с долгими миссиями, где необходимо большое напряжение политических и дипломатических усилий».
Малоприятного готовит ливийское будущее и для Лиги арабских государств (ЛАГ), которые фактически дали добро на начало воздушной операции в Ливии. «ЛАГ впервые за два десятилетия работала как единое целое, координируя свои действия против режима Каддафи, и это действительно большой успех для этой панарабской организации, — уверена Кроу. — Однако мусульманские державы скорее всего получат на территории Ливии взрывоопасный конфликт, который станет существенным фактором региональной нестабильности».
По мнению руководителя Совета по внешней и оборонной политике Сергея Караганова, Россия и США находятся в более выигрышном положении, чем европейские и арабские державы. Обе страны дистанцировались от ливийской миссии.
США быстро отошли на второй план, ограничившись скромной поддержкой Франции и Великобритании. «Американскому президенту Обаме удалось пройти между молотом и наковальней без ущерба для себя, — заявил «МН» Сергей Караганов. — Выбранная им позиция — обеспечить минимальное присутствие в Ливии — позволила избежать сильной критики республиканцев, одновременно показав миру, что США продолжают поддерживать демократические изменения на Ближнем Востоке».
Россия пропустила в Совете Безопасности резолюцию 1973, однако не стала посылать войска в Ливию и в принципе осудила военные действия международного контингента. По мнению Караганова, эта позиция достаточно гибкая, чтобы избавить РФ от проблем. «Единственное, что вызывает сомнение, так это реальная готовность политических сил Ливии сесть за стол переговоров, — заявил «МН» директор Института военного прогнозирования Александр Шаравин. — У Каддафи остается немало ресурсов, чтобы продолжать борьбу с повстанцами. Кроме того, он неоднократно заявлял, что собирается сражаться до конца».
«В нынешней ситуации надо четко понимать: хороших диктатур не бывает, — продолжает Шаравин. — И нынешняя победа ливийских повстанцев при поддержке НАТО над режимом Каддафи однозначно является положительным результатом». «Арабская весна», которая до Ливии уже свергла два по меньшей мере авторитарных режима — тунисский и египетский, доказала порочность политики США, России и ключевых европейских держав, которые долгое время поддерживали лояльные им диктатуры, уверен эксперт.
Алексей Подцероб полагает, что конфликт вступил в последнюю стадию. «Силы очевидно неравны. Не будь авиации НАТО, мятежники быстро были бы разгромлены. Но у НАТО не кончатся силы, поэтому удивительно, что 30-тысячная армия Каддафи вообще до сих пор способна сопротивляться», — считает он. По его словам, политические переговоры еще могли бы сохранить хоть какое-то влияние в руках семьи Каддафи, но когда «все решает сила оружия, из племени Каддафи скорее всего не оставят никого в живых».
«Оппозиция на прошлой неделе заявила, что будут созваны силы безопасности из 10–15 тыс. человек. Они и займутся зачисткой бывшей элиты», — сказал «МН» специалист Центра арабских исследований ИВ РАН Александр Демченко. «Сейф аль-Ислам, который сейчас возглавляет борьбу, или бежит, или погибнет, или будет взят в плен. В последнем случае его совсем не обязательно выдадут Международному суду, он слишком много знает и о режиме его отца, и о закулисных тайнах европейской политики. Возможно, захотят судить в Ливии, чтобы потом просто повесить», — полагает Алексей Подцероб. Мария Ефимова, Игорь Крючков
Германия обещает Ливии помощь в восстановлении; в частности, Берлин может разморозить финансовые активы страны в местных банках, заявил германский министр иностранных дел Гидо Вестервелле.
"Эти деньги принадлежат ливийскому народу, и как только обстановка прояснится, они будут возвращены", - сказал Вестервелле, слова которого цитируют местные СМИ.
В опубликованном во вторник интервью изданию Bild он подтвердил готовность Германии оказывать Ливии помощь.
"Ливия - богатая страна. Только в Германии заморожены активы на сумму в 7 миллиардов евро. Но мы все равно будем участвовать в восстановлении государства, как и в построении демократических структур", - сказал министр.
По его мнению, уход Муамара Каддафи еще не означает становление в стране демократии. "Этот путь должен быть пройден постепенно. Сюда относятся и выборы, и формирование парламента. Люди вышли на улицы для того, чтобы бороться за демократию", - считает Вестервелле.
В середине февраля в Ливии начались массовые демонстрации с требованием ухода правящего страной более 40 лет Каддафи, которые впоследствии переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками. Число жертв этого противостояния, по разным данным, составляет тысячи человек. СБ ООН 17 марта принял резолюцию, предусматривающую введение бесполетной зоны над Ливией. Операция в Ливии коалиционных сил началась 19 марта. Руководство кампанией в Ливии 31 марта полностью перешло к представителям командования НАТО. Мандат на операцию истекал 27 июня, но 1 июня НАТО продлила операцию на 90 дней - до конца сентября.
В ночь на понедельник силы повстанцев заняли практически всю столицу Ливии, за исключением укрепленного района Баб-аль-Азизия, где расположена резиденция ливийского лидера. До сих пор повстанцам не удалось достичь каких-либо успехов по взятию этого бастиона. Они уже признали, что понесли большие потери. Сын Каддафи Сейф аль-Ислам заявил во вторник, что его отец со всей семьей находится в Триполи. При этом он не уточнил, где именно в ливийской столице находятся его родственники. Татьяна Фирсова
ОАЭ и Катар готовы помочь Ливии с поставками топлива и восстановлением разрушенной инфраструктуры
Власти США намерены передать ливийским оппозиционерам, взявшим Триполи, от одного до полутора миллиардов долларов из средств, замороженных вследствие санкций против режима Муаммара Каддафи, рассказала Reuters пресс-секретарь Госдепартамента США Виктория Нуланд.
Госсекретарь США Хиллари Клинтон уже обсудила с генсеком ООН Пан Ги Муном вопрос о предоставлении Ливии гуманитарной помощи. Страны Запада также готовы помочь в деле обеспечения безопасности и составления новой Конституции, сообщила Нуланд. Официальные представители ООН уверены, что Ливия будет освобождена в течение 72 часов.
Ливийская оппозиция вошла в Триполи 21 августа. Сегодня была захвачена резиденция Каддафи Баб аль-Азизия. Над ней развевается флаг мятежников.
Представитель Национального переходного совета официально заявил на пресс-конференции в Катаре, что эта страна совместно с ОАЭ готова помочь Ливии с поставками топлива и восстановлением разрушенной инфраструктуры. При этом есть надежда, что добыча и переработка нефти в Ливии скоро возобновится, так как имеющиеся мощности в Эз-Завии и Рас-Лануфе почти не пострадали, добавил представитель оппозиции.
Председатель Правительства Российской Федерации В.В.Путин провёл заседание Федерального координационного совета Общероссийского народного фронта, посвящённое подведению предварительных итогов праймериз.
Стенограмма:
В.В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!
Мы с вами сегодня подведём итоги так называемого предварительного народного голосования. Ранее на региональных конференциях «Единой России» мы говорили о необходимости развивать институты внутрипартийной демократии, говорили о необходимости создать условия для прихода во власть новых людей со свежими, интересными, перспективными идеями.
В этой же логике, как вы знаете, создавался и сейчас уже работает Общероссийский народный фронт. Конечно, институт предварительного голосования пока ещё только складывается, наверняка были и есть какие-то шероховатости, есть и какие-то проблемы. Безусловно, над этим нужно работать, и мы будем это делать.
Но в целом – и я думаю, вы со мной согласитесь, – ход этой работы был весьма позитивным, да и результаты неплохие. Я сейчас об этом скажу. Что самое главное – это то, что внутренняя конкуренция действительно способствует выдвижению интересных людей и перспективных предложений.
По сути, мы смогли расширить возможности российского гражданского общества по формированию общенациональной повестки дня, что я считаю крайне важным. Особо выделю следующее. Это, прежде всего, высокая активность участников: если сравнить с 2007 годом, то в процедуре предварительного голосования сегодня, в этом году, приняло участие в 3 раза больше кандидатов. Из них более 60% были выдвинуты общественными организациями, или же это люди, которые в личном качестве приняли решение участвовать в этой работе. При этом кандидатов, их программы оценивали 220 тыс. выборщиков. Это уже очень неплохо, это очень прилично. 220 тыс.! Половина из них – это представители общественных объединений.
На что хотел бы обратить внимание? Во-первых, предварительное голосование послужило своеобразным экзаменом, публичным отчётом для действующих депутатов парламента. Как бы там ни было, когда человек приходит в аудиторию к гражданам и начинает излагать, что он сделал за четыре года пребывания в Думе, над чем работал, то это уже кое-что значит.
И люди, которые сидят в зале и слушают его, знают, он вообще-то к ним приезжал хоть раз за эти четыре года или нет? Какие проблемы с ними обсуждал? Какие конкретно вопросы решал для жизни этих конкретных людей, которые в зале сидят или для членов их семей, для их соседей, для друзей, живущих в регионе? И это очень важно.
Во-вторых, предварительный отбор кандидатов способствовал выдвижению новых людей. Например, более 250 членов самой партии «Единая Россия», которые получили весьма высокие результаты на предварительном голосовании, ранее не участвовали в выборах в Государственную Думу. Теперь у них появилась возможность не только войти в список из 600 человек, но у многих из этих 250 появились реальные шансы пройти в Думу, то есть попасть на такие места в списке, которые, как говорят специалисты, являются явно проходными. Кроме того, хотел бы обратить внимание, что четверть (почти четверть) из тех, кто по результатам голосования вошёл в первые десятки в регионах, – это также новые люди для большой парламентской политики. Они выдвинуты общественными организациями либо, как я уже говорил, самостоятельно приняли решение поучаствовать в этой работе. Мы заявили на одной из наших встреч, что включим в списки «Единой России» не менее 150 беспартийных кандидатов, представленных «Народным фронтом». Оценивая сейчас результаты предварительного голосования, я думаю, что это может быть даже больше чем 150 человек, потому что реально появились интересные люди. В-третьих, в конце сентября на съезде «Единой России» будет окончательно сформирован наш предвыборный список, но уже сейчас, за месяц, мы фактически имеем возможность и выносим этот список на общественное обсуждение. Это важно, чтобы в декабре избиратели могли сделать выбор осознанно.
Дальше. Уже говорил, что процедура предварительного голосования способствовала выдвижению новых лиц и свежих, содержательных идей. В этой связи хочу обратиться к нашим коллегам, которые сегодня работают в Государственной Думе, и прошу их подумать над тем (подумать и пообсуждать, вообще в Думе пообсуждать с коллегами из других партий), чтобы такое предварительное обсуждение и предварительное голосование сделать нормой для всех политических партий и внести соответствующие изменения в действующее законодательство. Борис Вячеславович (обращаясь к Б.В.Грызлову), посмотрите, посоветуйтесь с коллегами. Мне кажется, что это было бы интересно и, безусловно, это способствовало бы развитию политической жизни в стране.
Возвращаясь к региональным выборам. Да, кстати говоря, было бы целесообразно, на мой взгляд, это предварительное голосование проводить не только при выборах в Государственную Думу, но и при выборах в законодательные собрания в регионах и муниципалитетах. Там проще, там люди, как правило, друг друга знают, но, тем не менее, у нас есть крупные муниципалитеты-миллионники, там тоже имеет определённый смысл.
Кстати говоря, вновь избранные заксобрания будут делегировать своих представителей в Совет Федерации. У нас осенью должны пройти выборы в 27 субъектах Российской Федерации – так вот избранные депутаты будут делегировать своих представителей в Совет Федерации, в верхнюю палату парламента. Конечно, целесообразно было бы рекомендовать тех людей, которые хорошо проявили себя в ходе состоявшихся сейчас предварительных голосований.
Механизмы «Народного фронта» показали, на мой взгляд, свою значимость в период предварительного голосования. Но, безусловно, только выборами наши задачи не ограничиваются. Главное – это открытое обсуждение и предложения способов решения ключевых проблем развития страны и общества.
Используя площадку «Народного фронта», мы уже рассматривали такие определяющие, принципиальные темы, как модернизация здравоохранения и образования, социальная политика, формирование бюджетных приоритетов, борьба с экстремизмом, укрепление гражданского и межнационального согласия. Эта работа, конечно, может быть и должна быть продолжена.
Я хочу поблагодарить коллег, принявших участие в предварительном голосовании. Нужно сделать так, чтобы все, кто положительно себя зарекомендовал, были востребованы. В этой связи предлагаю по итогам предварительного голосования создать кадровый резерв. У нас, к сожалению, системной работы по кадрам нет, а она должна быть. Это тоже один из источников пополнения представительных органов власти и исполнительных органов власти всех уровней.
Давайте начнём работать. Хочу передать слово Грызлову Борису Вячеславовичу. Пожалуйста, Борис Вячеславович.
Б.В.Грызлов: Спасибо. Напомню, что старт предварительному народному голосованию был дан 21 июля. Первоначально мы планировали проводить этот этап в течение двух недель, но, учитывая большое количество заявившихся на участие в праймериз – это 4700 человек, – мы продлили предварительное голосование до месяца и сегодня можем подводить определённые итоги. В регионах оформлены протоколы, оформлены десятки тех кандидатов, которые заняли ведущие позиции.
Считаю, что решение о проведении предварительного народного голосования, безусловно, себя оправдало, и не только в связи с тем, что очень большое количество желающих участвует и большое количество выдвинуто общественными организациями (60%). Очень важно, что в порядке самовыдвижения заявились ещё 300 человек, то есть это действительно охватило большое количество людей и вызвало большой интерес. Мы можем констатировать, что у средств массовой информации в этот месяц, который был с 21 июля по 21 августа, в разделе «политическая жизнь» текущие результаты праймериз в «Единой России» были, наверное, основным новостным сюжетом. Это было именно так, это относится не только к региональным средствам массовой информации, но и к федеральным.
Всего было 896 площадок, предоставленных для проведения предварительного голосования,. Это огромное количество встреч, и 220 тыс. выборщиков на этих 896 площадках голосовали за тех, кто, по их мнению, реально может улучшить ситуацию и быть кандидатом в депутаты Государственной Думы.
Конечно, предварительное голосование, которое прошло, дало большой опыт для партии, в целом для Общероссийского народного фронта. Понятно, что были и позитивные, и негативные моменты, были и конфликты, были и преднамеренные провокации – всё это было. Это ещё раз показывает, что наше предварительное голосование – это не какое-то придуманное действие, а реальная конкуренция, реальное развитие внутрипартийной демократии и реальное усиление внутрипартийной демократии за счёт механизмов «Народного фронта». Это вывод, который, безусловно, мы должны сделать. Мы увидели много новых лиц: это профессионалы в различных областях деятельности, это представители разных профессий, социальных групп. И думаю, что из этих кандидатов мы реально сможем выбрать более эффективных депутатов и в целом усилить эффективность деятельности такого института, как Государственная Дума. В первые десятки регионов – это 830 человек – вошло 320 представителей «Народного фронта», из них 149 – беспартийные. Попали в десятки и ещё 46 беспартийных, которые заявились как самовыдвиженцы. Мы понимаем, что заявленное количество – 150 беспартийных, которые могут войти в «список 600», уже точно у нас есть, а может быть, есть и больше, потому что у нас есть выбор, и это количество действительно может быть увеличено.
Хотел бы сказать, что ряд победителей, то есть тех, кто попал в десятки, был выявлен нами раньше, при проведении межрегиональных конференций в федеральных округах, которые мы называли мини-съездами. Четыре человека заняли ведущие позиции. В Орловской области это Афонина Наталья Геннадьевна, директор торгового дома «Кованый стиль». В Свердловской области это Петров Александр Петрович, исполнительный директор Уральского фармацевтического кластера. В Курганской области это Ильтяков Александр Владимирович, директор мясоперерабатывающего предприятия «Велес». В Ненецком национальном автономном округе это Ледков Григорий Петрович, председатель сельскохозяйственного производственного кооператива «Тазовский». Из тех общественных организаций, которые представлены в федеральном координационном совете, в десятки вошло 219 представителей. Хотел бы здесь назвать те организации, которые внесли наибольший вклад. Это Союз женщин России (у них 36 человек в десятках), Федерация независимых профсоюзов (33), Всероссийское педагогическое собрание (24), «Молодая гвардия Единой России» (16), «Деловая Россия» (16). Это лидеры по количеству в региональных десятках, то есть в «списке 830».
Конечно, мы нашли не только новых политиков, нашли не только новых профессионалов, которые могут повысить эффективность работы Государственной Думы. Но мы показали, безусловно, свою открытость, потому что текущие результаты предварительного голосования публиковались в течение суток. Это было условие нашего Положения. И все наблюдали за тем, как развивается процесс, кто занимает ведущие позиции, кто теряет рейтинг, может быть, при проведении праймериз в других районах какого-то субъекта Российской Федерации. Все за этим следили, и, общаясь с выборщиками, кандидаты действительно показывали свою значимость, своё умение либо, наоборот, проявляли свою неспособность к решению каких-то вопросов, например при ответе на злободневные вопросы выборщиков. Именно то, что предварительное голосование позволяет очень внимательно подойти к кандидатам, думаю, является главной целью предварительного голосования. И распространить этот порядок на все наши партии, присутствующие на политическом небосклоне России, и внести в законодательство соответствующие поправки… Это будут поправки в три закона: закон «О политических партиях», закон «О выборах депутатов Государственной Думы» и закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан». В принципе это небольшие поправки, которые мы могли бы принять, но здесь, наверное, важно, чтобы порядок проведения предварительного голосования определялся уставами партий, чтобы не навязывать этот порядок на законодательном уровне.
Тем не менее, само проведение предварительного голосования должно быть внесено в законодательство как обязательное для всех партий. Тогда мы будем видеть этих реальных кандидатов. Понятно, что партии будут ходить друг к другу, что происходило и при проведении предварительного голосования в «Единой России», когда попадались представители, которые в том числе пытались и какие-то провокации делать во время голосования. Также наша партия, сможет, естественно, попасть на проведение предварительного голосования других партий, и это полезно: полезно в том смысле, что мы поставим заслон тем, кто не должен проходить в органы законодательной власти нашей страны.
Ну и, завершая своё выступление, хотел бы сказать, что в тех 27 субъектах, в которых будут проводиться выборы законодательных собраний субъектов, общее количество мандатов – 1210, и мы могли бы вот прямо сейчас продолжить те праймериз, которые были на уровне субъектов при подготовке выборов кандидатов в Государственную Думу, на уровне регионов. И здесь у нас действительно есть большой потенциал, большой кадровый резерв. Фактически у нас есть понимание, кто мог бы усилить сейчас Законодательное собрание при новых выборах. Спасибо.
В.В.Путин: Спасибо большое. Пожалуйста, Сергей Иванович Неверов.
С.И.Неверов (исполняющий обязанности секретаря президиума Генерального совета партии «Единая Россия»): Спасибо, Владимир Владимирович. Уже было сказано о новых лицах, а я бы хотел сказать о том, что любой процесс, который сегодня затрагивает реальное обновление, всегда натыкается на определённое сопротивление. И мы это сопротивление ощутили: у нас были не просто попытки в некоторых регионах саботировать процесс – у нас даже были попытки дискредитировать его. Мы разбирались с этим достаточно жёстко. Была создана конфликтная комиссия, которая выезжала сразу в регионы, дело доходило вплоть до того, что мы отстраняли от работы людей, которые занимались этим. Тем не менее этот процесс запущен, и он выявил уже достаточно большое (Борис Вячеславович говорил, и Вы говорили) количество новых лиц. Очень важно, что это люди совершенно разных социальных направлений, это люди - профессионалы в своей области.
Я бы хотел упомянуть несколько фамилий. Лахова Екатерина Филипповна выступила достаточно успешно. Вошел в тройку Богомаз Александр Васильевич – человек, который занимается выращиванием картофеля и который сегодня производит практически 3% картофеля вообще в стране. Вот 30 таких Богомазов – и сегодня вся страна будет накормлена, картофелем обеспечена. Если говорить сегодня по другим территориям, у нас Леонид Михайлович (Л.М.Рошаль), его ассоциация выдвинула несколько человек на участие в праймериз, и достаточно успешно: на наш взгляд, она активно принимала участие во всех площадках. Прошла Аксенова Наталья Леонидовна, которая сегодня возглавляет общественную организацию «Дарите детям добро». Да, там были конфликтные ситуации, и мы выезжали на место, и она приезжала сюда. Очень важно, что такие неравнодушные люди принимали участие в этих процессах, и, конечно, мы на ранней стадии выявляли такую ситуацию. Дорофеев Сергей Борисович у нас выступал (это главный врач поликлиники №1 в городе Новосибирске) и тоже, представляя медицинское сообщество, очень активно выезжал на все площадки и проводил процедуру праймериз.
Если говорить сегодня о большом количестве рабочих, которые принимали участие на этих площадках, у нас очень хорошо в Ростове выступил Каменский Александр Викторович – полный кавалер шахтёрской славы, человек, который, имея высшее образование и в своё время даже работавший заместителем директора предприятия, ушёл работать бригадиром. Он создал бригаду, которая с ним 22 года перемещается из одного забоя в другой, в бригаде проходчиков работает. Он занял 3-е место в Ростовской области, где очень серьёзная конкуренция и среди депутатов Государственной Думы, и среди общественников. Валерий Владимирович Трапезников – токарь, человек, который занимается профсоюзной работой, выдвинутый в Перми, выдвинутый профсоюзами, – тоже у нас вошёл в пятёрку, и мы надеемся, что он реально войдёт в список, получит возможность прохождения в Государственную Думу. Если говорить про Саратовскую область, Бокова Людмила Николаевна (у нас учитель истории в гимназии) тоже активно выступала и получила достаточно хорошее место. Одним словом, появилось очень много замечательных новых лиц, которые составили серьёзную конкуренцию действующим депутатам Государственной Думы. И я думаю, что список, который удастся сформировать с участием Общероссийского народного фронта, федерального координационного совета, – это на самом деле будет такой народный список, список народных депутатов, которые будут достойно представлять общественные организации и выполнять ту поставленную задачу, которую Вы определили. Спасибо.
В.В.Путин: Спасибо большое. Спасибо.
Вячеслав Иванович Лысаков, пожалуйста.
В.И.Лысаков (председатель координационного совета межрегиональной общественной организации автомобилистов «Свобода выбора»): Спасибо.
Я избирался от Московской области, поэтому поделюсь личными впечатлениями. У нас провокаций не было, были накладки, недоразумения на первом этапе, но они достаточно оперативно устранялись. Во-первых, у нас есть штаб. У нас есть начальник штаба, который железной рукой претворяет Ваши идеи в жизнь. Подтверждаю это. Это первое. У него есть помощники: Орлова (С.Ю.Орлова – член президиума генерального совета партии «Единая Россия», заместитель председателя Совета Федерации), Неверов (С.И.Неверов – исполняющий обязанности секретаря президиума генерального совета партии «Единая Россия»), Бабич Михаил Викторович (М.В.Бабич – председатель комиссии президиума генерального совета партии «Единая Россия» по работе с обращениями граждан, заместитель председателя комитета Государственной Думы по обороне), который, я думаю, в круглосуточном режиме работает. И мои коллеги подтвердят, что те недоразумения, накладки, недоработки, которые на местах были, всё-таки решались достаточно оперативно. Понятно, что региональные элиты сопротивлялись, и мы это видели, потому что, к сожалению, заболоченные места, образно говоря, ещё в Российской Федерации имеют место. Но предложенная Вами политическая конструкция работает, действительно появились новые лица.
Я считаю, что праймериз, или всенародное предварительное голосование, – это некий народный рентген, то есть люди видят вообще, что человек говорит, что он из себя представляет, какой у него потенциал. Чётко всё выявляется. Народ не обманешь, поэтому те очки и те места, которые люди заработали, думаю, заработали они честно. Было, наверное, и какое-то количество карьеристов, которые пытались пройти праймериз из карьеристских соображений. Но я думаю, они были отвергнуты, потому что, повторяю, рентген работает безошибочно.
И совершенно правильное предложение, Владимир Владимирович, я поддерживаю, ввести эту процедуру и на региональных выборах, потому что люди должны общаться. К сожалению, оказалось, что некоторым коллегам-депутатам нечего сказать, не в обиду будет всем сказано. Большая часть всё-таки работала достаточно эффективно, но те, кто сейчас обижается… Оказывается, некоторые из них в своих регионах-то не были ни разу или пару раз приезжали. Не буду говорить, о ком этот разговор идёт, но все понимают. Поэтому эти претензии совершенно необоснованны.
Действительно, партийный резерв, кадровый резерв имеет место. От нашей организации – мы подошли реально и скромно – мы выдвинули двух человек вместе со мной. Мой коллега, руководитель нашего регионального отделения «Свободы выбора» Александр Холодов достаточно успешно выступил: он в десятке по Ленинградской области. Неожиданно «выстрелил» другой наш региональный руководитель из Сахалинска – Виктор Маленков, который не собирался участвовать в праймериз, но, поскольку он человек ответственный, член регионального координационного совета, он начал участвовать в праймериз. Люди за ним пошли. Он – декан факультета, кандидат наук, заслуженный педагог, автомобилист, и основная его ипостась – автомобилист. Он занимается реальной работой с местной администрацией, ГАИ, решает проблемы, которые беспокоят автомобилистов региона, и он вошёл в тройку. К сожалению, у Сахалина одно место в Думе, но он не собирался в Думу. Для местного Заксобрания это кадр, конечно, очень ценный. Думаю, что меня коллеги-партийцы поддержат, и мы через год его выдвинем в Заксобрание – он там укрепит ряды и Общероссийского народного фронта, и «Единой России».
Наконец, я считаю, что ОНФ и федеральный координационный совет оказались инструментарием для оперативного решения социально значимых вопросов. Мы под эгидой Общероссийского народного фронта 3 августа провели Съезд таксистов, первый Всероссийский съезд таксистов. Я благодарю, Владимир Владимирович, за Ваше приветствие, за то, что Вы уделили этому внимание. Фактически сделан первый шаг к формированию целой отрасли, которая 20 лет существовала абсолютно без внимания каких-либо структур – и государственных, и некоммерческих. Я Вам докладываю как председатель съезда, что съездом принято решение о создании некоммерческой организации, которая будет представлять интересы профессионального сообщества на всех уровнях власти. Мы создаём рабочую группу по улучшению федерального закона №69, который вступает в силу с 1 сентября.
В заключение хочу сказать, что все делегаты, все почётные гости съезда получили сертификат участника съезда. Но поскольку Вы нам приветствие прислали, то мы такой сертификат подготовили о том, что Вы – почётный гость съезда. К сожалению, служба протокола у меня его культурно попросила и я не смог его Вам вручить лично, хотя, конечно, было бы приятно вручить этот сертификат лично. Если Вы будете его с собой возить, Владимир Владимирович, Вы будете бесплатно ездить на такси на территории Российской Федерации.
В.В.Путин: Спасибо большое. Пригодится. Леонид Михайлович (обращаясь к Л.М.Рошалю – президенту некоммерческого партнёрства «Национальная медицинская палата»), прошу Вас. Здесь буду бесплатно ездить на такси, а, может быть, Леонид Михайлович скажет, что можно будет пользоваться лекарствами бесплатно.
Л.М.Рошаль : Дорогие друзья! Владимир Владимирович, когда на такси будете ездить, меня возьмите с собой. Бесплатно.
В.В.Путин: Хорошо. Ладно.
Л.М.Рошаль: Я хочу сказать хорошие слова о штабе: молодцы ребята, работали оперативно. Но я им не завидую: я видел эту горячку.
Можно сначала о другом горячем? Это имеет косвенное отношение к обсуждаемому вопросу, а может быть, и некосвенное. Две недели тому назад Минздравсоцразвития собирает руководителей регионального здравоохранения России, заместителей губернаторов по социальным вопросам и неожиданно, без предварительного оповещения и повестки дня, ставит вопрос о «реанимации» Российского медицинского общества, предлагая всем вступить в его ряды. Я считаю, что это грубое административное решение в противовес Национальной медицинской палате и просто удар в спину.
Ответственно заявляю, что почти за 15 лет своего существования это общество ничего не сделало для России! Я огорчён, что они уговорили сегодня зависимого от них и уважаемого мною академика Чазова (Е.И.Чазов) возглавить это общество. Чазов, которому я от имени сообщества предлагал быть президентом Национальной медицинской палаты, тогда отказался, потому что «мне это не надо». Сейчас он пошёл у них на поводу. Мы не боимся других организаций, так как за нами сейчас идёт основное число медицинских работников страны. Но не такими же методами!
В Национальную медицинскую палату сегодня входит 60 общероссийских организаций – региональных и местных. Мы объединяем около 200 тыс. медицинских работников. В составе палаты – практические врачи, руководители учреждений, выдающиеся деятели российского здравоохранения. Кстати, являются членами нашей организации и многие главные специалисты Минздравсоцразвития, которые сейчас стали бояться за свою судьбу: оставят их там или нет, если они работают с нами. Если так пойдёт, возможна ликвидация Национальной медицинской палаты.
Владимир Владимирович, я просто прошу Вас вмешаться в эту ситуацию. Завтра они уже проводят встречу в Северо-Кавказском федеральном округе, в котором работает одна из первых медицинских палат в России, созданная ещё до Национальной медицинской палаты. Мы за это время создали Сибирскую медицинскую палату, объединили регион. Сейчас работаем в Приволжском округе. Понимаете, что сейчас будет в России, если мы будем идти такими путями? Если говорить прямо, я думаю, что это просто мщение за нашу принципиальную позицию и прямо говорю об этом. Мы не против других организаций, но в результате многие министры, руководители департаментов здравоохранения, замы по регионам стали с опаской иметь дело с нами. Я это чувствую. Началось прямое давление на уважаемых медиков, находящихся в Национальной медицинской палате. И мы просим Вас защитить членов Национальной медицинской палаты, чтобы их пальцем не трогали и с работы не снимали. Пожалуйста. Теперь в отношении идеи «Народного фронта» и праймериз. Прекрасная идея!
В.В.Путин: Леонид Михайлович, что касается первой части вашего выступления, не сомневайтесь, если будут какие-то сигналы по поводу того, что кого-то из ваших коллег как-то ущемляют по службе, в связи с тем, что они и принимают участие в деятельности общественной организации…
Л.М.Рошаль: Хорошо.
В.В.Путин: Мы, безусловно, – я вам обещаю, лично обещаю: я, как вы и сказали, просто приму в этом участие, и никого там в обиду не дадим. А что касается других возможных всяких объединений, то запретить это невозможно, но если это было когда-то мертворождённым ребёнком, то так оно и останется, и административным способом создать какие-то эффективно функционирующие общественные организации практически невозможно, поэтому это вас пускай не беспокоит. Я об этом первый раз слышу, но я узнаю, что там происходит.
Л.М.Рошаль: Я только против административного реагирования.
В.В.Путин: Да.
Л.М.Рошаль: Любые, пожалуйста, какие-то совещательные… Мы можем спорить где-то, создавать разные организации – вопроса нет, но административно насаждать это в таком виде…
В.В.Путин: Административно насаждать, может быть, не так вредно, если полезное что-то делают. Но вопрос в том, чтобы не трогали тех, кто там работает у вас, чтобы никому не запрещали и никак не ущемляли по службе. Я вам обещаю, что займусь этим.
Л.М.Рошаль: Да, спасибо. Теперь в отношении «Народного фронта» и праймериз. Прекрасная идея! Думаю, что не весь народ был готов к нормальному воплощению этой идеи – это правда. Ничто человеческое не чуждо никому – это точно. Дрались не понарошку, а дрались по-настоящему, прямо не на жизнь, а на смерть. Я участвовал в праймериз, я это всё видел.
И было, конечно, многое, чего не должно было быть. Но убило ли это основную идею? Нет, не убило. Основная идея – абсолютно верная и правильная. И для меня важно было не только, кто пройдёт, кто не пройдёт (я как-то со стороны смотрел на это дело), а с какими программами выступают. В этих программах - огромная кладезь идей и мыслей, которые нужно обобщать. Жалеем ли мы, что вступили в «Народный фронт»? Нет, не жалеем. Только так мы стали влиять на реальную политику. Я это подчёркиваю: не критиковать, не бегать с плакатами, – влиять на реальную политику, и это для нас очень важно. Есть ли непонимание нашего шага отдельной частью медицинского сообщества? Есть, но их становится всё меньше и меньше. Каждый, кто участвовал в праймериз, это не просто человек, это человек с определёнными амбициями, и среди медиков было около 40%, даже больше, не членов партии. И конечно, все они – резерв «Народного фронта», вне сомнения. Мы получили оперативно на них все координаты и начали уже конкретно с этими людьми работать. Всего где-то около десяти медиков (двое из тех,что мы предлагали, двое – не члены «Единой России») – стали претендентами в Думу.
Мы остановили принятие сырого закона, и Национальная медицинская палата сегодня оказалась единственной организацией, которая конструктивно всё лето работала над законом и продолжает работать над медицинской программой фронта. Мы разослали по интернету более 2 тыс. медиков закон и вопросы к дискуссии в рамках фронта, провели активы медицинских работников в Казане, Ярославе, Новосибирске, Москве, Нижнем Новгороде (в Нижнем Новгороде собралось около 400 медиков) для обсуждения медицинской части проекта программы и проекта закона. Сегодня я вылетаю в Псков. Мы открыли дискуссию на сайте Национальной медицинской палаты и в «ЖЖ», используем все методы. Мы договорились с руководством Думы, что в рамках «Народного фронта» совместно проведём четыре экспертных стола и на каждом из них будет обсуждено по два дискуссионных вопроса по различным темам, и предполагаем, что в конце сентября работу закончим.
Я принёс 357 страниц замечаний к проекту, которые пришли от практических врачей, сельских врачей – от Дальнего Востока до Калининграда. Сейчас мы коллективно будем работать над этим материалом. В программе «Народного фронта», мы считаем, должны быть конкретные и в чём-то амбициозные задачи, понятные всем, включая, например, мою гардеробщицу тётю Машу, которая приехала из деревни на заработки в Москве. Она должна понимать, что даёт ей эта программа и к чему мы её ведём. Нужно сделать так, чтобы здравоохранение было достойным нашего народа. Например, улучшить в 2 раза за пять лет отношение народа к системе здравоохранения и довести хотя бы до 60–70%. Вы знаете, что в среднем это 30%. Это амбициозно? Да, амбициозно. Но это можно будет понять народу? Конечно, можно понять. А можно будет выполнить? Конечно, можно будет выполнить. Но надо будет жёстко поработать и над кадрами, и над многими другими проблемами. Я немножко затянул своё выступление, но хочу сказать, что Национальная медицинская палата готова в рамках «Народного фронта» и дальше работать над совершенствованием здравоохранения в России, и нам необходимо, чтобы вообще всё медицинское сообщество поняло полезность участия в Общероссийском народном фронте. Спасибо Вам.
В.В.Путин: Спасибо, Леонид Михайлович. Пожалуйста, Прокопенко Тимур Валентинович.
Т.В.Прокопенко (председатель координационного совета Всероссийской общественной организации «Молодая гвардия Единой России»): Спасибо. Владимир Владимирович, молодёжь, безусловно, возлагала очень большие надежды на праймериз, и здесь «Народный фронт» стал не только новым дыханием всей политической системы, но и дал им такую возможность. У нас накануне основного этапа праймериз шла так называемая молодёжная кампания по выявлению лидеров общественного мнения – молодёжные праймериз. В них участвовало достаточно большое количество общественных молодёжных организаций, не только «Молодая гвардия».
Вот 151 человек – победители. А это двухмесячное мероприятие, они сами их организовывали, участвовали в праймериз. А всего за счёт того, что наша организация вошла в федеральный координационный совет, число участников от молодёжи достигло 285 человек. Конечно, было тяжело, объективно нелегко было бороться с уже действующими лидерами политики, но тем не менее молодёжь не сдавалась, была амбициозной. Во многих субъектах (мне даже звонили наши активисты) они сами увеличивали своё количество площадок для выступлений.
Борис Вячеславович сейчас сказал, что 16 человек вошли в десятку от «Молодой гвардии», а всего 40 человек от общественных молодёжных организаций вошли в десятку и 12 человек вошли даже в пятёрку. Такой итог нам и не снился по большому счёту. До 2007 года была система квот, и, безусловно, все эти люди сейчас будут востребованы в кампании по выборам в законодательные собрания в 27 субъектах. Они получили закалку, пройдя через огонь и медные трубы. Например, в Еврейской автономной области наш активист, студент даже стал победителем народных праймериз. Такой, к нашему удивлению, лидер общественного мнения.
Ещё я хотел бы сказать, что в течение пяти недель наши активисты занимались сбором идей и предложений в Народную программу. Было задействовано 50 тыс. активистов. В первую очередь это, конечно, наши волонтёры. Мы опросили на улицах, в местах массового скопления людей, чуть больше 1 млн человек. Это достаточно большая выборка. Мы поделили все проблемы по шкале – по региональной, по федеральной. Может быть, люди высказывали то, что и так известно, но это и стало той самой лакмусовой бумажкой и импульсом для местной власти для урегулирования бюджетных приоритетов и так далее. Ко мне (я участник праймериз Саратовской области) на одной из последних площадок подошли журналисты и спросили: «А что у вас меняется? Вот вы выступаете от площадки к площадке – эмоции, накал борьбы и так далее…» Я сказал, что самое главное, что удивительно, но за этот короткий период дела меняются. Потому что на первых двух площадках я высказал идею, озвученную всеми молодёжными организациями Саратовской области, что в миллионном субъекте – там, где живет 600 тыс. молодёжи, регулированием молодёжной политики не может заниматься маленький отдел. За это время был создан Комитет по делам молодёжи. То есть власть услышала, на меня никто не выходил, никто не связывался, но тем не менее это случилось. Это, безусловно, наша маленькая победа, и таких маленьких побед было достаточно много.
Как я уже сказал, именно наши волонтёры занимались сбором материала в Народную программу. Владимир Владимирович, Вы на той неделе общались с общественными организациями, которые занимаются вопросами инвалидов, а именно эта тема, эта миссия для нашей организации одна из главенствующих.
У нас в середине сентября запланировано подписание соглашения по линии МЧС с Шойгу Сергеем Кужугетовичем. Мы создаём такую систему коммуникации в регионах, чтобы быть на связи с МЧС и помогать им. У нас уже состоялось обучение 100 человек в МЧС в Ногинске и, возможно, в будущем они выберут эту благородную профессию. А с учётом того, что со следующего года начинаются значимые общественно-политические, спортивные мероприятия (саммит АТЭС, Казань, Олимпиада в Сочи и чемпионат мира по футболу), необходима мобилизация всего движения волонтёров. Поэтому, с Вашего позволения, мы подготовили в письменном виде свои идеи, систему первоочередных мер. По сути, им ничего не надо, потому что эти люди занимаются добрыми делами от души, от сердца. Если можно, я Вам передам эти предложения и в том числе небольшой отчёт.
В.В.Путин: Спасибо большое. Тимур Валентинович, вы представляете молодёжные движения, и то, что вы уже повлияли на решения административных структур – это неплохо, но мы с вами должны знать, что если из отдела сделали комитет, это ещё пока не очень большая победа.
Т.В.Прокопенко: Безусловно.
В.В.Путин: Я не сомневаюсь, сделают ещё и суперкомитет, наберут туда пару тысяч человек. Важно, чтобы это административное решение привело к изменению качества работы. Важно, чтобы там появились люди, которые действительно занимаются молодёжной политикой, занимаются на уровне бюджета принятием решений о строительстве спортивных площадок, стадионов, создании молодёжных клубов, развитии волонтёрского движения, работе с ветеранами и т.д. и т.п., – вот чего нужно добиться. Но, кстати говоря, на региональном законодательном уровне, уровне Думы, да и в рамках Общероссийского народного фронта мы можем и должны контролировать изменения по сути. Для этого, собственно говоря, эта структура и создавалась. Вас тоже прошу: не удовлетворитесь только тем, что создана новая, более крупная административная структура, и посмотрите, что там происходит.
Т.В.Прокопенко: Мы пообщались с молодёжными движениями, собрали мнения. Там есть целевая молодёжная программа до 2015 года. Мы уже внесли эти идеи в новый комитет по делам молодёжи.
В.В.Путин: Отлично.
Т.В.Прокопенко: Там есть и парк в Балакове, и множество всякого, и День города…
В.В.Путин: Прекрасно, что мы с вами друг друга понимаем. Пожалуйста, кто хотел ещё?
В.Н.Иванова (Председатель Общероссийской общественной организации «Всероссийское педагогическое собрание»): Уважаемый Владимир Владимирович! Я бы хотела буквально несколько слов сказать об участии учителей Всероссийского педагогического собрания в праймериз. У нас в целом участвовало 605 представителей всех уровней образования, из них среднего и среднего профессионального образования – 445 директоров школ, техникумов и так далее, то есть это огромный отряд. И надо сказать, что в постсоветской России впервые такое масштабное участие учителей, востребованность учителей в принятии решений о продвижении в органы власти. Это оказалось для них мощнейшей школой, когда они представляли свою организацию, свои проекты, выслушивали от родителей и от участников праймериз порой нелицеприятные оценки.
Мне кажется, что эта форма оказалась в высшей степени полезна для всех руководителей образовательных учреждений. Мы очень рады, что 24 человека вошли в десятку лучших, то есть это претенденты в Государственную Думу. Порядка 150 человек выдвигаются в кадровый резерв – то, о чём Вы сказали. Мы очень признательны и рассчитываем на то, что в комитетах по образованию субъектов Федерации, в муниципальных образованиях будут активно работать именно те, кто вот сейчас так о себе заявил.
Владимир Владимирович, в ходе праймериз и разработки Народной программы мы получили 126 тыс. предложений от учителей, директоров школ.
В.В.Путин: По школьной проблематике?
В.Н.Иванова: Да, по школьной проблематике. То есть активность колоссальная, встряхнулось общество. Более того, не то что кто-то в чём-то виноват, а предложения, как изменить. Как Вы говорите, «найти механизмы решения», – вот это было самое ценное, что удалось сделать.
Мы проект «Народная школа» разработали, Фёдорову Николаю Васильевичу отдали. Это первое. Второе, что я хочу особо подчеркнуть. Если аккумулировать все предложения, которые были высказаны, то сейчас наиболее проблемная и злободневная тема - сельская школа. Вы у нас на съезде 31 мая говорили о том, что нужно максимально сохранить школу, вводить дистанционное обучение, сформировать ресурсы, оптимизировать управленческий персонал, сохраняя его там, где есть ученики, и так далее. И вот мне кажется, чтобы реализовать эту Вашу установку, нужно пересмотреть коэффициент расчёта школьников на одного учителя. Сейчас он составляет на одного учителя 15 сельских детей. Мы просим в среднем довести до 10. А ведь Вы знаете, что есть и 7, и 6 учеников, и так далее. То есть мы уже, как говорится, понимаем, что здесь трудно сохранить школу или дистанционное обучение. Но если коэффициент довести до 10, то тогда это сохранит большое количество сельских школ и, Владимир Владимирович, решит проблему так называемых эффективных и неэффективных расходов по сельским школам.
У нас на съезде эта тема тоже звучала, Вы нас поддерживали, а ведь этот показатель оценивает деятельность субъектов Федерации. То есть, изменив коэффициент, мы тогда решаем и эту проблему, а пока сейчас иногда бывает, что ради достижения показателей в оценке деятельности администрации закрывают школу, а это делается проще, быстрее, нежели что-то другое.
И последнее предложение от Всероссийского педсобрания – это то, что, по-видимому, назрела необходимость разработки новой модели сельской школы. Школа не должна быть иждивенкой – это первое. А второе – школа на селе должна быть социально-культурным и образовательным центром местного сообщества. Если высвобождаются, уменьшаются площади, то в эту школу должны быть переведены социальная служба, паспортный стол, сельская библиотека, клуб и так далее. И тогда школа всё равно живёт, она всё равно питается. Это вот первый подход. И второй подход… Есть очень интересный опыт Пензенской и Новгородской областей, когда сельская школа – это учебно-производственное хозяйство на базе реализации 83-го закона. Ну и, конечно, я хочу сказать, что мы вот в этот период (1,5–2 месяца), хотя в отпусках были (такая активность у учителей, это удивительно), вместе с тем поработали ещё и над законом «Об образовании». 15 июля он был вывешен на обсуждение.
Мы хотим подчеркнуть, Владимир Владимирович, что Ваша установка на доведение зарплаты учителя до средней по экономике реализована по всем уровням образования, и это очень важно. Тогда ведь звучало: «Учителям – делайте». А как дошкольное, а как дополнительное и так далее? Так что в федеральном законе вот эта позиция имеется, и это, конечно, мы воспринимаем это положительно. Сейчас субъекты Федерации заключили соглашение на повышение зарплаты, на программы модернизации, опубликованные в ходе праймериз, их тоже обсуждали. Ну и Всероссийское педсобрание готово вести горячую линию по повышению заработной платы в течение сентября, потом в октябре – с тем, чтобы посмотреть насколько это выполняется, насколько ваша установка, ваши, инициативы будут реализованы.
Ну и совсем последнее: по-видимому, в федеральном законе надо расширить участие общественности и в системе общественных организаций, и в ЕГЭ, в оценке, чтобы мы там – и наблюдатели, и соответствующие апелляционные комиссии и так далее, и СПО – с работодателями вместе работали… Так что эта составляющая, немножко, упущена, но самое главное – что Ваши инициативы по всем уровням в законе сейчас есть. Эта поправка самая мощная. Спасибо.
В.В.Путин: Хорошо, спасибо. Что касается модернизации школ и повышения заработной платы учителей, то в подавляющем большинстве регионов они уже первого сентября выходят на этот уровень заработной платы, как средний уровень зарплаты по экономике, но не во всех. Есть ещё ряд регионов, которые обещают это сделать с первого января 2012 года.
В.Н.Иванова: Ну Вы так мощно давите, извиняюсь за выражение.
В.В.Путин: Ну да. Нам надо продолжать эту работу.
В.Н.Иванова: А по сельским школам к первому сентября?
В.В.Путин: Подумаем.
В.Н.Иванова: Если коэффициент до 10 снизите, был бы такой подарок к 1 сентября, к началу учебного года. Спасибо.
В.В.Путин: Посмотрим. Спасибо большое за предложение. Так, пожалуйста, коллеги, ещё есть? Михаил Викторович (обращаясь к М.В.Шмакову).
М.В.Шмаков (председатель Федерации независимых профсоюзов России): Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги! Действительно, прошедшие праймериз – это очень большая, масштабная политическая кампания. И она была организована достаточно хорошо. Безусловно, в этой большой кампании имеются и некоторые шероховатости, которые надо будет учесть в дальнейшем. Потому что совершенно справедливо предложение о расширении или продолжении праймериз при подготовке к выборам в местные законодательные собрания, и если, скажем, это даже будет потом включено в закон для всех партий – проведение предварительного внутрипартийного голосования, – безусловно, надо учесть весь тот опыт, который накоплен. Есть, безусловно, ряд шероховатостей и замечаний, я думаю, что со штабом надо будет ещё поработать для того, чтобы то, что возможно, что выявлено, поправить. То, что невозможно, – просто учесть на будущее для того, чтобы эти кампании проходили более организованно и вызывали, может быть, меньше вопросов. А так, я думаю, совершенно прав Борис Вячеславович, который уже в своем выступлении сказал, что эта кампания Общероссийского народного фронта по предварительным народным выборам действительно заняла всё политическое информационное поле на протяжении последних двух месяцев. Это, я считаю, очень важный шаг для подготовки тех выборов, которые состоятся в декабре.
В.В.Путин: Спасибо. Михаил Алексеевич (обращаясь к М.А.Моисееву), пожалуйста.
М.А.Моисеев (Председатель совета Общероссийской общественной организации ветеранов Вооруженных Сил Российской Федерации): Уважаемый Владимир Владимирович! Вот я помню нашу майскую встречу, когда Вы ставили задачу членам федерального координационного совета обязательно поработать в регионах и довести цели и задачи Общероссийского народного фронта, развернуть работу. И вот вроде три месяца прошло как один день, и мы уже прошли праймериз.
Участвуя в праймериз в Хабаровском крае, каждый из нас, общаясь между собой, не просто вынес ряд таких моментов, а, говоря военным языком (я так для себя сказал), мы прошли курс молодого бойца. Да, трёхмесячный курс молодого бойца. Мы встретились с такими задачами, с такими проблемами, которые бы, не встречаясь с народом, не слушая, о чём он говорит, мы себе бы, наверное, никогда не представляли. А так мы услышали и членов Государственной Думы, руководство краев, областей, увидели, какие задачи они ставят, какие уже выполнены и какая перспектива заложена в те программы, над которыми мы работаем.
Мы тоже от площадки к площадке проходили школу. Выходить и говорить только о том, что ты родился, крестился, служил и так далее, – это уже никого не интересует. А с чем, каким багажом ты идёшь, для того чтобы привнести что-то новое в регион? И я скажу, как только начинаешь разговор на площадке (а за пять минут многого не скажешь), что-то совершенно новое появляется: новые цифры, голоса, потому что вечером сразу объявляется результат и так далее. Ночью не спишь - начинаешь думать, а что завтра на другой площадке сказать, чтобы тебя поняли, при этом не расходясь с региональным курсом, который определил субъект Российской Федерации.
Конечно, это не просто школа: мы увидели людей, особенно молодёжь. Замечательная молодёжь! Вот я говорю по Хабаровскому краю, что в Комсомольске, что в Николаеве-на-Амуре, что в Совгавани, что в самом Хабаровске, что в пригородах Хабаровска появилось подспорье, и, разговаривая с ними, мы в открытую говорим, что будущее России за ними. Это наша опора, это действительно огромный-огромный пласт резерва наших оппонентов. Вместе с тем я бы хотел сказать, что сам процесс проведения, конечно, нужно совершенствовать, потому что мы сами участвовали… А кроме того, у нас же наши организации участвовали , контролировали конкретную помощь в регионах. Это было немножко сложно. И, конечно, подготовка: я уже для себя решил, что вот, например, на следующий раз, если бы это случилось, то, конечно, совершенно по-другому организовал бы всю эту большую, кропотливую работу. А сейчас, откровенно говорю, мы использовали колоссальный опыт штаба нашего «Народного фронта». Каждую среду или на селекторных совещаниях, или по другой связи мы обсуждали те задачи, которые мы не решили, и они нашли своё отражение в том результате, какой и есть.
Вот сейчас мы уже думаем, как мы развернём нашу Народную программу. Месяц нам уже отведён: мы до 25 сентября, по сути дела, должны завершить рассмотрение Народной программы. Но перед этим у нас будет участие и в региональных конференциях, 23–24 сентября съезд, и мы, ветераны, наш силовой блок, уже оцениваем… Мы так рассуждаем, что из праймериз мы вышли уже подготовленными бойцами для решения других, более сложных и ответственных задач, которые сформулирует для нас Общероссийский народный фронт, в том числе и Вы.
И самое главное. Те люди, которые не вошли в десятку… Я хочу обратиться ко всем: уже появились перекупщики, уже нашлись те, кто предлагает повести определённый состав электората за собой. Я думаю, что мы, члены Общероссийского народного фронта, как одна команда, уже закалённая в борьбе…
В.И.Лысаков: Враг не пройдёт, Михаил Алексеевич!
М.А.Моисеев: Да, враг не пройдёт!
В.В.Путин: У нас врагов нет, у нас оппоненты есть, давайте мы не будем так разламывать, не нужно общество разламывать. Есть оппоненты со своими идеями. Но вот то, что Михаил Алексеевич сказал, – это любопытно, конечно. Действительно, представители других партий, других объединений – я тоже это знаю, слышал – стараются тех людей, которые прошли по предварительному голосованию у нас привлечь на свою сторону. Это значит, что мы на правильном пути на самом деле. Пожалуйста, Екатерина Филипповна.
Е.Ф.Лахова (Председатель Всероссийской общественной неправительственной организации «Союз женщин России»): Владимир Владимирович, Вы совершенно правильно говорили, когда отмечали отношения конкуренции. 20 лет многопартийной системы в рыночной экономики, в рыночных отношениях – это тоже конкуренция. Я считаю, что праймериз Общероссийского народного фронта – это вообще новая технология, которая действительно даёт нам хорошую подготовку к предвыборной кампании.
Борис Вячеславович сказал: 60% общественных организаций. Я представляю Союз женщин России. Хорошо, Борис Вячеславович назвал нас первыми в том плане, что была очень большая активность женщин. Приняли участие в праймериз 1100 женщин. Причём, если говорить про общий список, то 22% вошли в десятку. Я даже по своей организации смотрю – иногда насильно их заставляла, что надо идти. Для нас принципиально важно было показать свои возможности, силу организации. Мы говорили о своей программе – о программе, которую мы внесли как предложение в Народную программу. О народном бюджете мы говорили, говорили вообще о тех предложениях, которые мы ждём и которые будут приняты.
Самое главное, конечно, для нашей организации – продолжение той политики, которую мы начали вместе с Вами проводить в 2006 году. Это очень хорошо всеми понимается, когда на примере говоришь, с цифрами: 250 тыс. был материнский капитал, а на следующий год он будет уже 400 с лишним тысяч. Цифра? Цифра, и внушительная. Или: неработающие женщины никогда не получали пособия по уходу – теперь получают. Или: парень уходит на срочную службу в армию, а он ежемесячно получает по 8 тыс., если остаётся семья, ребёнок. То есть когда я говорю о конкретных цифрах, они понимают, что для нас очень важно продлить политику семейную в структуре социальной политики. Статус семьи нам всё-таки надо поднять, и та работа, которую мы стали проводить с регионами, для нас принципиально важна.
Конечно, жаль, что разные нюансы иногда были. Вот Михаил Алексеевич сказал про перекуп… Есть обиженные, которые не переваривают этой конкуренции. У нас, например, в Брянской области есть атаман казаков Зима (я вообще удивилась, потому что казаки обычно не должны предавать). Член нашей партии, во фракцию вступил и всё, обиделся… Я хочу сказать, что он чувствует – начал проигрывать, и тут же сразу «Правое дело» появилось, пошли разговоры: там один, второй человек и так далее… Я думаю, что те, кто утонул, не смог, им никто не отказывал. Вполне можно, если хотели бы, выступали. Я смотрю, у Клинцевича Фетисов ходил на все площадки. Было 12 площадок, и он на всех выступал. Мне просто было даже интересно. Молодым девушкам из «Молодой гвардии» подсказывала: «Что же ты всё говоришь: я хочу в политику, я хочу в политику? Ты скажи, что я хочу замуж, чтобы нормальный здоровый муж был, здоровые дети. Ты должна говорить о здоровом образе жизни, у тебя же такая программа, ты мне её приносила, мы обсуждали». Понимаете, разные вопросы есть, и Борис Вячеславович (Б.В.Грызлов) и Сергей Иванович (С.И.Неверов) говорили о новых людях. Вот Афонина Наташа, с которой Вы в Центральном округе вели диалог, союз её выдвинул…
С.И.Неверов: «Кованый стиль».
Е.Ф.Лахова: «Кованый стиль». Её очень поддержал женский актив, её очень хорошо воспринимают, и, понимаете, она в диалоге. Или Ивенских – директор гимназии в Пермском крае, тоже беспартийная. Мы посмотрели: из всех, кого мы выдвигали, у нас в десятку вошли 19 человек, беспартийные, активные. Но когда мы говорим о равных правах, равных возможностях… С Михаилом Викторовичем (М.В.Шмаков) всё спорили, когда декларацию принимали… Мы анализируем сейчас данные по субъектам. Вот, предположим, Кавказ: 7% в целом по Кавказскому округу выдвижение на праймериз. Если взять Уральский округ, неожиданно как-то 12%, Дальневосточный – 14%, Центральный округ – 30% выдвинули женщин. Республики: Башкортостан, Татарстан, Удмуртия, Чувашия… Низкие проценты там: 9–10%. Поэтому, конечно, мы для себя сделали выводы, как действовать, где самокритично подойти, какие у нас ещё есть резервы. И самое главное – вперёд с Народной программой, которую нам необходимо будет реализовывать. Спасибо Вам, что мобилизовали нас на это.
С.И.Неверов: На Кавказе много молодёжи.
В.В.Путин: Спасибо. Да, отлично. Я встречался с ними, я видел, там ребята хорошие.
По поводу материнского или семейного капитала: мы как обещали, что будем его индексировать, так и делаем. Раньше вообще не было никакого семейного капитала, об этом нельзя забывать.
Е.Ф.Лахова: Я хочу сказать, Владимир Владимирович, если честно, насчёт материнского капитала много предложений. Просят, чтобы не только за второго родившегося… Есть определённая категория семей, которые, чувствуется, и первого, и второго, и третьего и до пяти готовы рожать. Если бы мы давали не только за второго, за третьего, а и за четвёртого и пятого, мы демографические показатели значительно быстрее бы повысили, потому что не каждую семью реально подвигнуть на рождение второго или третьего ребёнка. Вот об этом надо подумать. И такие предложения тоже есть.
В.В.Путин: Просто тогда мы будем стимулировать рождаемость в тех регионах, где она у нас и так высокая.
Е.Ф.Лахова: Это мы знаем. Это тоже анализировали.
В.В.Путин: Это нужно на экспертном уровне очень внимательно посмотреть.
Е.Ф.Лахова: Да, мы тоже это анализировали.
В.В.Путин: Это не значит, что не нужно помогать семьям, которые имеют трёх и более детей, тоже нужно, но какие способы этой поддержки – это другой вопрос. Отдельно нужно поговорить.
Е.Ф.Лахова: Может, нам закон о многодетных всё-таки надо принять.
В.В.Путин: Подумаем ещё. Подумаем обязательно. Борис Юрьевич (обращаясь к Б.Ю.Титову), пожалуйста.
Б.Ю.Титов (председатель Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»): Спасибо большое, Владимир Владимирович. Нам тоже показался очень полезным, очень интересным, но и очень сложным процесс праймериз. Было нелегко, хотя бизнес не удивишь словом «конкуренция». Но в политической сфере, когда надо напрямую общаться людьми… Знаете, бизнес всегда в офисах, а тут, когда на открытых площадках, в открытом диалоге, – честно говоря, многие не дошли до конца праймериз. У нас было больше 80 человек в начале пути. Борис Вячеславович (Б.В.Грызлов) сказал, что 16 – это тоже для нас хороший результат. 16 человек дошли и войдут, как мы думаем, в «список 600». Надеемся, что 5–8, возможно, будут депутатами Государственной Думы.
Но для нас это ещё очень важно не только потому, что увеличивается наше представительство во власти, в законодательной власти (нам надо проводить свои законы и, конечно, мы прежде всего ориентированы на то, чтобы развивать рыночную экономику в стране). Для нас ещё очень важно было внутри себя выявить лидеров. Вы знаете, действительно как-то бизнес всё по кабинетам, а в таком процессе очень легко и очень естественно выявляются лидеры, которые могут взять на себя процессы управления. Очень важно Ваше предложение о том, чтобы их поддержать – не все пройдут в Государственную Думу, поэтому если будут ещё учтены их результаты при выборах Совета Федерации… И кадровый резерв очень важен. Сейчас мы их выявили, и губернаторы на уровне регионов смогут ориентироваться на них, выбирая кандидатуры для назначения. Конечно, это очень важно для нас, потому что люди не зря участвовали в праймериз, они почувствовали себя очень важными людьми и у себя в регионе, и в стране в целом.
Ещё для нас было очень важно то, что мы отточили наши программные взгляды, экономические взгляды, потому что мы вышли с единой программой. Мы провели работу сначала внутри «Деловой России», несколько мозговых штурмов и выработали единые тезисы, с которыми выступали все члены «Деловой России» на праймериз. Конечно, главный тезис – то, что мы обсуждали здесь уже, на координационном совете, – это новая индустриализация, создание новых высокопроизводительных рабочих мест. Надо сказать, что в целом мы имели очень позитивный отклик у населения, и не только у тех, кто работает на предприятиях, но и у работодателей, потому что это – практически общеобъединяющая идея, потому что она интересна всем. По тем программным документам, которые сегодня готовятся «Народным фронтом», мы ведём активный диалог с Институтом Федорова (Н.В.Федоров, директор Института социально-экономических и политических исследований), и мы можем уже сказать, что эти тезисы находят своё отражение и становятся почти ключевыми.
Ну и мы не стоим на месте: мы дальше работаем уже над «дорожной картой», как мы её назвали. Это дальнейшее движение по этому направлению – уже не только «что», а и «как» и «где» создавать новые рабочие места. И выйдем с этим предложением к Вам, Владимир Владимирович и в институт.
В заключение хотелось бы сказать, что вообще такая задача, как провести праймериз, очень сложна. Поэтому надо отдать должное штабу, который работал хорошо, хотя и мы активно принимали участие в работе штаба и на местах, и в Москве. Вы сказали, что другие партии должны проводить праймериз… Я боюсь, духу не хватит и организационного ресурса у многих может не хватить, но это будет проверка. Я считаю, что это правильно, чтобы люди своих кандидатов выбирали через предварительные голосования. Поэтому, конечно, те, кто пройдёт, – это реальные партии, они реально поддерживаются избирателями и у них реальная серьёзная организационная структура.
Спасибо. И всё-таки один экономический вопрос, который очень нас волнует: мы уже в прошлый раз здесь, в штабе, обсуждали, но, по-моему, нет пока решения по страховым социальным платежам. Вы знаете, мы, «Деловая Россия», ведём мониторинг и каждый месяц мы замеряем настроение предпринимателей. Честно говоря, оно достаточно негативное: нет пока вот такого позитива в их настроениях, кроме одного месяца. Вот июль был опять не очень хорошим, а июнь был хорошим, и вдруг раз – наверх, потому что начали обсуждать и уже практически пришли к решению по, как мы по-старому говорим, ЕСН. Поэтому нужно решение, Владимир Владимирович.
В.В.Путин: Оно готово, и в ближайшее время мы его сформулируем. Что касается настроения, то оно – в данном контексте настроение бизнеса – отражается в налоговых платежах. Должен сказать, что налоговые платежи растут, и это объективный показатель того, работают или не работают принятые решения. Они в принципе работают. Тем не менее, мы не отказываемся от ранее сформулированных предложений, они уже у нас фактически готовы, мы недавно с Дмитрием Анатольевичем это обсуждали вдвоём и согласовали окончательно. Так что мы сейчас, в ближайшее время, – там дорабатывать уже нечего, нужно просто оформлять – это сделаем. Владимир Николаевич (обращаясь к В.Н.Плотникову), пожалуйста.
В.Н.Плотников (Председатель Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России (АККОР)): Спасибо.
Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги! Праймериз показали, что это хорошее, живое дело. Вначале было предварительное голосование на площадке партии, а сейчас праймериз – активная работа, которая проходила в рамках обсуждения, подтвердила правильность идеи по созданию «Народного фронта». И те общественные руководители, беспартийные, которые пришли на площадку, где обсуждаются животрепещущие вопросы, как раз и дали такую активность, живость, интерес. И конечно, общество в целом следило за тем обсуждением, которое там было. Мы в Волгограде с гордостью говорили, что это на нашей земле родилась инициатива по созданию «Народного фронта», которую озвучил Владимир Владимирович, и каждый выступающий это подчёркивал.
Что касается крестьян, которые участвовали в этой работе, то они как никогда приняли активное участие. Всегда было много проблем в сельском хозяйстве, они и сейчас есть. Если сначала каждый выступающий эти проблемы заострял, то потом, когда определились лидеры праймериз, эти предложения стали звучать как наказы лидерам, тем, кто впереди. И это очень важно, чтобы была обратная связь. Вы очень правильно подметили, что как раз в этом формируется основа гражданского общества: чтобы каждый человек чувствовал, что от него тоже что-то зависит, и как его предложения звучат, и как власти всех уровней используют предложения, которые звучали. Я думаю, что механизм надо шлифовать, но в целом это очень важное и позитивное дело, в котором мы вместе принимали участие. Спасибо.
В.В.Путин: Спасибо большое. Пожалуйста, Андрей Владимирович (обращаясь к А.В.Андриянову).
А.В.Андриянов (Председатель совета общественной организации «Студенческий союз Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова»): Я тоже участвовал в праймериз, участвовал в Москве. Успешно, победил. Но сегодня хотел бы сказать немного о другом – о нашей работе в рамках «Народного фронта». За те несколько месяцев, пока фронт существует, к нему присоединилось 13 общероссийских и 182 региональные студенческие и молодёжные организации. Это очень большой потенциал. Когда началась работа над Народной программой (начали собирать от студентов предложения в Народную программу), мы удивились, насколько это были серьёзные, значимые предложения. Мы даже их показывали в Минобразования, и нам не поверили. Говорили: вам, наверное, какие-то академики пишут эти предложения, а вы нам их приносите. А реально это были предложения от студентов. Чтобы всё это накопленное богатство не потерять, мы создали открытую площадку в рамках Народного фронта – Молодёжный клуб, учредителями которого стали крупнейшие всероссийские молодёжные студенческие организации и все остальные были приглашены для участия. Через неделю у нас впервые в истории состоится подписание коллективного соглашения между этими организациями, вошедшими в Молодёжный клуб Народного фронта, и Министерством образования и науки. Здесь бы я хотел поблагодарить министра Фурсенко (А.А.Фурсенко), который очень активно поддерживает нашу работу на площадке фронта. Мы трижды уже с ним встречались, некоторые предложения уже находятся в конкретной проработке. Благодаря «Народному фронту» мы предотвратили выселение одного из вузов Москвы из своих помещений, и студенты сейчас спокойно смогут вернуться и продолжить своё обучение. В министерстве создано подразделение, которое с нами контактирует. Мы рады, что нас услышали. Наверное, сейчас министр работает со студентами больше, чем некоторые ректоры наших вузов.
Владимир Владимирович, ещё хотелось бы сказать про очень интересную идею, которая возникла у нас в молодёжном клубе. Этой осенью в ноябре мы планируем провести Всероссийский студенческий форум. И планируем пригласить министерство поддержать эту идею и присоединиться к организации, чтобы фактически расширить этот форум до формата Всероссийского студенческого съезда. Он, благодаря своему масштабу активирует те необходимые для студенчества социальные лифты, которые сейчас немного заржавели, и позволят простому студенту добиться успеха, стать руководителем.
Вообще такие всероссийские форумы – это традиционные мероприятия. Текущее уже будет четвёртым. Первые три проходили по инициативе Министерства образования и науки, то есть - инициатива сверху. А этот инициирован молодёжными организациями, что позволит максимально широко пригласить студенчество к участию в этом форуме независимо от политических, неполитических взглядов, убеждений, национальности, и поднять все наиболее насущные проблемы. С площадкой проведения форума мы сейчас определяемся, но хотим его провести (поскольку сейчас важным является модернизация нашей страны) в одном из крупных вузов, который готовит инженерно-технические кадры нашей страны, в промышленном сердце – на Урале.
Естественно, Владимир Владимирович, мы приглашаем Вас принять участие в нашем форуме. Вы уже встречались с аграриями, медиками, учителями и теперь Вы не можете не приехать к нам. Мы надеемся, что Вы не обидите студенчество и примите участие в нашем форуме. В ближайшее время мы определим место проведения, отправим Вам приглашение, и надеемся увидеть Вас на нашем мероприятии. Нам важно Ваше участие как лидера «Народного фронта», поэтому будем ждать. Спасибо.
В.В.Путин: Спасибо большое за приглашение. Меня действительно очень радует, что столько молодёжных организаций активно включилось в работу Общероссийского народного фронта. Откровенно говоря, я даже не ожидал, что молодёжь откликнется и будет так активно себя вести. Это очень здорово, это очень полезно и для молодых людей, и для общества в целом.
Я вот хотел отреагировать на то, что Борис Юрьевич (Б.Ю.Титов) сказал. Мне представляется, что для представителей бизнеса особенно важно поучаствовать в таком предварительном голосовании. Почему? Люди реально увидят, что такое представители бизнеса, что это за типажи такие (и не только по СМИ, где печатают, у кого сколько миллиардов, а реально), о чём представители бизнеса думают, как они предлагают развивать экономику и социальную сферу. Но и представителям бизнеса очень важно пообщаться не в офисе со своими подчинёнными, а с рядовыми гражданами, послушать, что люди о них думают и чего от них ждут. Вот крайне важная вещь и полезная. Пожалуйста.
В.В.Гутенев (Первый вице-президент – исполнительный директор Общероссийского отраслевого объединения работодателей «Союз машиностроителей России»): Спасибо, Владимир Владимирович. Союз машиностроителей России активно принял участие, и я должен сказать, что, наверное, не только союз, но и все организации почувствовали, что мы получили от участия и в «Народном фронте», и в праймериз довольно существенные преференции. По крайней мере я чувствую, что союз кардинально изменился и из в общем-то отраслевой структуры перешёл в реальную политическую систему.
Мне хотелось бы сказать, что страна большая, поэтому спектр проблем был тоже довольно большой, особенно на начальном этапе. Был ряд региональных партийных руководителей, которые посчитали, что это игра, что это игра в поддавки, что они лучше знают, как надо делать. И кое-где на начальном этапе возникали проблемы и с регистрацией участников праймериз, и с выдвижением, и с включением в счётные комиссии от нашей организации. Но эффективная работа руководства штаба позволила большинство этих проблем снять. Какие-то эпизодические моменты есть, неудовлетворенность от неких результатов, но это действительно эпизодически, и по-другому, наверное, быть и не могло. Тем не менее я хочу согласиться с тем, что говорил Леонид Михайлович Рошаль. Складывалась парадоксальная ситуация: если на первых праймериз о промышленной политике говорил только я (это была как бы несколько замкнутая тема), то на заключительных праймериз представитель дошкольного образования активно говорила о том, что в нашем социальном государстве, для того чтобы появились ресурсы, необходимо не просто развивать промышленную политику, рассуждала о проблемах гособоронзаказа. Вот это, честно говоря, порадовало, это было некое такое взаимопроникновение идеологий. И в общем-то здесь, наверное, скрывается очень большой резерв. Мне кажется, что мы должны, с одной стороны, анализировать недостатки, чтобы их впредь не допускать, с другой – мы должны смотреть, где у нас есть резервы. Мне кажется, что очень существенный резерв – это та Народная программа, проект которой был уже достаточно давно представлен членам штаба: в частности, экономический раздел проекта получился очень сильным. Я не знаю, может быть, это запасный полк нашего фронта, чтобы на следующем этапе предъявить его обществу более широко, но мне кажется, что та аргументация, которая была, если бы мы могли её более широко использовать на праймериз, позволила бы получить более серьёзное электоральное эхо. На будущее, возможно, это стоило бы использовать, а так, конечно, это очень хороший опыт. Спасибо.
В.В.Путин: Спасибо вам. Пожалуйста.
В.Б.Ефимов (Председатель Объединения юридических лиц «Союз транспортников России»): Я опущу ту часть, которая о праймериз и их достоинствах. Я с интересом участвовал в этом инновационном проекте. Вы понимаете, анализируя сейчас как профессионал, управленец создание такой крупной системы, которая начала функционировать в самые сжатые сроки на территории России, можно говорить о том, что партия стала системной. Это очень важно для всех. И во-вторых, всё-таки надо говорить о том, что если у нас концентрируется партия, то ей по плечу решение очень многих проблем. Тем более во главе был штаб, и, я скажу, очень профессиональный и высокоэффективный. Поэтому, может быть, нам, учитывая вот этот колоссальный опыт в таких управленческих решениях и создании систем, переключиться в дальнейшем так же энергично на решение нескольких крупных проектов, таких как модернизация промышленности, транспорта, сельского хозяйства?
Я понимаю, что надо всё остальное, но это базовая система, и я думаю, что если этот штаб дальше будет так же работать, то мы, наверное, осилим эти крупные проблемы. Действительно крупные, и они действительно требуют огромных управленческих решений.
И второй вопрос. Я хотел бы поддержать всех, в первую очередь и Вас, в том, что действительно мы выявили в процессе этой работы ряд наших коллег, которых мы не знали, и в том, что есть у нас новые люди, которые готовы предложить свои знания и опыт на другом уровне. Это очень важно, но хотелось бы, чтобы мы их не потеряли, потому что сейчас мы будем заняты выборами, а потом, после выборов, организационными делами. Может, какой-то регламентирующий документ здесь нужен, с тем, чтобы эти люди вошли в этот кадровый резерв? И, что самое главное, нужно бы создать систему повышения их квалификации и стажировки. Я это изучал и за рубежом, это было у нас и в Союзе. Просто в кадровый резерв – это хорошо, но если бы их дальше вести и стажировать, было бы другое.
И вторая просьба. Неплохо бы, Владимир Владимирович, если бы Вы рекомендовали министрам включить этих людей в свой кадровый резерв и создать такую же систему повышения квалификации и стажировки. Понимаете, особенно это актуально для министерств. Профессиональный уровень, мягко говоря, сейчас в министерствах очень слабый. Если бы его повышать таким образом, как мы обновляем сейчас по Вашей инициативе эту крупную федеральную систему, было бы неплохо. И я должен Вас проинформировать, что транспортники работают над теми многочисленными проблемами, которые обсуждали вместе с Вами. Не всё идёт гладко, это естественно. И проблемы были большие, да и есть люди, которые их не понимают. Если будет сложно, мы попросим помощи у Вячеслава Викторовича Володина, а если уж будет крайняя необходимость, то с просьбой обратимся к Вам.
Итоги Вашей встречи в рамках фронта с транспортниками, членами нашего президиума обсуждались во многих регионах, а также на всероссийских съездах. Я сам участвовал в шести регионах, так что многочисленному транспортному народу известны все наши с Вами решения. И они являются базовыми в работе над всероссийским транспортным форумом, который мы сейчас будем готовить.
Есть одна проблема, очень сложная, она такая звучная или очень, может быть, болезненная – это обеспечение технологической безопасности функционирования транспортной системы. Нами сейчас создана общественная комиссия (кстати, тоже по рекомендации фронта, штаба фронта), в которой мы работаем над проблемами, чтобы всё систематизировать. Я думаю, что мы где-то к 10–15 сентября закончим эту работу. Можно было бы эффективно рассмотреть её на фронте в Вашем присутствии, потому что там много проблем, которые нужно решать многим министерствам и ведомствам. Сейчас эта проблема безопасности на транспорте формирует и государственную систему реализации большинства мероприятий Министерства транспорта, а общая координационная система пока отсутствует. Вот такая просьба, если, конечно, возможно. Сегодня мы обсуждали у Иванова (С.Б.Иванов) – очень эффективно. Я считаю, что принято очень много разумных решений, но есть проблемы, которые, наверное, потребуют и Вашего внимания. Спасибо.
В.В.Путин: Это одна из важнейших проблем. Конечно, мы не должны подменять собой действующую официальную структуру исполнительной власти, поэтому нужно и на уровне министерств, на уровне вице-премьера поработать. Но я отдаю себе отчёт в том, что это сегодня одна из важнейших проблем, если нужно – в любую секунду подключусь.
В.Б.Ефимов: Спасибо.
В.В.Путин: Александр Николаевич (обращаясь к А.Н.Шохину), пожалуйста.
А.Н.Шохин (президент Российского союза промышленников и предпринимателей): Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги! Я хотел бы сказать о том, что мы в РСПП никого насильно не принуждали участвовать в праймериз. Мы сделали предложение нашим организациям – региональным, отраслевым. Около 90 человек было заявлено от имени РСПП через такой механизм. Ещё несколько десятков на втором этапе (когда были продлены сроки праймериз), по сути дела, самовыдвинулись и шли от регионального уровня. Борис Вячеславович (Б.В.Грызлов) нас не назвал, но, по-моему, больше дюжины человек должно быть – может быть, даже не меньше, чем у «Деловой России».
Я хотел бы обратить внимание на то, что был правильно выбран критерий. Мы здесь 2 раза, по-моему, на заседании координационного совета обсуждали, что есть большие организации, малые организации, не нужно ли квоты вводить, и так далее. То, что не было советской технологии квотирования, а была конкуренция людей, конкуренция идей, – это абсолютно верный подход, который действительно позволил посмотреть на новых людей. Были отгенерированы новые идеи, которые могут быть инкорпорированы в народную программу. Что касается РСПП, то мы тоже своим кандидатам, участникам праймериз, потенциальным кандидатам в список «Единой России» не предлагали какой-то конкретной программы, мы в апреле приняли эту программу на своём съезде и Вам её докладывали, Владимир Владимирович, когда Вы встречались с бюро РСПП. И мы очень плотно работали с Николаем Фёдоровым на предмет инкорпорирования нашей экономической программы в экономическую часть программы «Народного фронта» и «Единой России», поэтому то, что коллега Гутенёв обнаружил там такой мощный резерв, я думаю, не в последнюю очередь связано с активной работой бизнес-объединения над программой.
В принципе, когда будет идти отбор из тех коротких списков (шорт-листов), которые сейчас сформированы в регионах для окончательного формирования избирательного списка, безусловно, очень важно использовать критерии совместимости с Народной программой, с программой «Единой России», причём в обе стороны. С одной стороны, нужно, чтобы не было перпендикулярности у активных участников праймериз, что в принципе возможно, если они высказывают достаточно радикальные идеи. А с другой стороны, очень важно разумные идеи участников праймериз инкорпорировать в Народную программу. Поэтому эта финальная, предсъездовская часть по обсуждению Народной программы одновременно должна быть взаимоувязана с формированием окончательного списка.
То есть здесь очень важно тем финалистам, может быть, какие-то серии обсуждений провести в рамках предсъездовской дискуссии, чтобы они могли в конструктивном смысле поработать над программой и можно было бы посмотреть, насколько их идеи совместимы с базовыми принципами «Единой России» и «Народного фронта». Очень важно, безусловно, не потерять тех людей, которые не попадут в списки, и здесь я бы согласился с идеей, которая была высказана, – в том числе не запускать их по новой на региональные праймериз, а найти какой-то способ их включения в короткие списки на региональных выборах. Потому что там всё-таки серьёзная кампания, которая занимала месяц, и там заняты не только представители бизнеса, но и других структур. Они, безусловно, не могут несколько раз в год участвовать в праймериз, тем более несколько раз в полгода, и поэтому очень важно их во всех этих инструментах, которые Вы упомянули (это и кадровый резерв, и региональные выборы), зафиксировать, что это наш актив, в том числе и для будущих структур. Я имею в виду и законодательные советы Федерации, и исполнительные власти в регионах и на федеральном уровне. Но я, честно говоря, не вижу, Михаил Алексеевич, ничего страшного в том, что если некоторые наши финалисты, которые не попадут в Думу или избирательные списки, окажутся в списках других партий. Конечно, это не здорово, но если эти люди являются носителями наших идей, то в принципе в Думе они будут партнёрами. Это лучше, чем тёмные лошадки. В некотором смысле наши праймериз являются более публичной схемой отбора кандидатов для других родственных (не радикальных, естественно) партий и движений. Ничего страшного. Это, конечно, не здорово, но всех мы всё равно не сможем трудоустроить, в том числе в рамках кадрового резерва, и, тем не менее, я бы как минимум не делал из этого трагедии.
В частности, если говорить о бизнес-сообществе, Вы знаете, что там сейчас набирает обороты «Правое дело», и если кто-то из предпринимателей (будь то представители «Деловой России» или даже Союза машиностроителей и так далее) окажется в списках «Правого дела» и сделает всё, чтобы там было больше совместимых с программой «Единой России» позиций, то, может быть, это и не так плохо. Я думаю, что очень важно (ещё раз хотел подчеркнуть), чтобы у Народной программы были носители, которым доверяют, потому что им придётся вести избирательную кампанию. И окончательно отбирая кандидатов в списки (я имею в виду в данном случае представителей тех бизнес-объединений, которые входят в координационный совет), было бы правильно посмотреть, кто из них убедителен с точки зрения продвижения идеи Народной программы, и опять-таки исходить не из каких-то квот – каждому объединению столько-то человек, – а из того, насколько они могут быть убедительными в работе с населением.
И последний вопрос больше касается Народной программы. Нам, видимо, тоже важно – даже, может быть, для начала в своём кругу – обсудить точки пересечения, которые затрагивают интересы присутствующих здесь организаций, потому что в тех проектах, которые в том числе докладывал Вам и Николай Васильевич Фёдоров, есть какие-то, скажем так, не разногласия… Но необходимость состыковки, безусловно, есть с тем, чтобы потом уже выйти на Вас как на лидера «Народного фронта» и «Единой России» с более сбалансированной программой. Сейчас некоторые вещи мы на ходу согласовываем с Михаилом Викторовичем Шмаковым. Например, в одной из версий документа есть пункт о том, чтобы дать право профсоюзам представлять в суде интересы третьих лиц без доверенности: об этом праве говорили объединения работодателя. В принципе возражений нет ни у профсоюзов, ни – насколько я знаю – у Правительства в лице ключевых министров, поэтому в каких-то вещах нужна сбалансированность. И это можно сделать достаточно быстро (поскольку это не принципиально), но если мы не заметим, то потом это будет интерпретировано не совсем правильным образом.
В целом, конечно, идея праймериз – далеко идущая. Штаб, действительно, по ходу действия скорректировал очень многие вещи, в том числе и позиции региональных партийных организаций, региональных координационных советов, а это, безусловно, позволит в будущем, как говорится, использовать эти наработки для более эффективного отбора и кандидатов, и идей, и формирования списков. Даже сейчас Борис Вячеславович (Б.В.Грызлов) упомянул, что месяц в публичном информационном пространстве тема праймериз была одной из основных, и, кстати сказать, тональность (хотя многие пытались, как говорится, найти и проблемы, и недостатки), на мой взгляд, позитивная, и только ливийская тематика могла перебить тему народного предварительного голосования.
В.В.Путин: Уважаемые коллеги! Мне очень приятно отметить, что идеи, заложенные в основу создания Общероссийского народного фронта, реализуются на практике. Мы действительно смогли создать ситуацию, при которой большое количество общественных организаций, присоединившихся к «Народному фронту», получило реальную возможность провести своих людей по каналам «Единой России» в высшие представительные органы страны. И то, что участие в этой работе приняли сотни тысяч людей, это самое лучшее тому подтверждение. Действительно, работа была проведена большая, и нам очень важно до конца и по максимуму использовать её результаты. В этой связи – как я уже говорил, и коллеги, выступавшие здесь, подчёркивали – очень важно не потерять людей, которые хорошо себя проявили и зарекомендовали себя как перспективные люди, использовать их в региональных выборах, использовать их при формировании представительных и исполнительных органов власти на местах и на уровне регионов, да и на федеральном уровне тоже, создать так называемый резерв и работать с ним. Безусловно, это очень важно.
На что хотел бы обратить внимание в завершение. Нам нужно закончить работу над предварительными списками в Государственную Думу, и здесь не могу не согласиться с тем, что нужно на финальном этапе также активно, вместе и в таком составе как следует поработать координационному совету, для того чтобы эти списки оформить соответствующим образом и представить их съезду 23–24 сентября текущего года.
И ещё один вопрос, на который я хотел бы обратить внимание. Прошу ещё раз, Борис Вячеславович, вас с коллегами в Государственной Думе, с представителями других партий и других фракций, представленных в парламенте, проработать вопрос о внесении изменений в закон «О политических партиях», с тем чтобы предварительное голосование стало нормой нашей политической жизни. Больше Вам спасибо.
Конец джамахирии
Повстанцы и НАТО разобрались с режимом Каддафи. Осталось разобраться с Ливией
Ливийские повстанцы ликуют — после пяти месяцев сопротивления режим Каддафи все-таки пал. Мировому сообществу, которое на протяжении всего этого срока поддерживало ливийскую оппозицию, ликовать рано. Только теперь мир увидит, кем на самом деле являются повстанцы, а НАТО, которое в ходе всего конфликта поддерживало оппозицию, узнает цену этой поддержки.
Ситуация в захваченном повстанцами Триполи рискует развиваться по багдадскому сценарию апреля 2003 года. Тогда после того, как американские оккупационные войска вошли в иракскую столицу, страна погрузилась в пучину насилия. Несколько недель местные кланы боролись друг с другом за сферы влияния. «Было бы очень оптимистичным считать, что гражданская война в Ливии закончена. И это понимают все в генералитете НАТО», — заявил «МН» источник в Североатлантическом альянсе, пожелавший остаться неизвестным.
«Тогда американским войскам в конце концов удалось остановить раскол страны, — говорит «МН» президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский. — В Ливии же религиозно-клановая система гораздо пестрее. Сотни арабских племен, десятки берберских. Ливия может стать вторым Сомали, где номинальное центральное правительство контролирует несколько кварталов в столице».
Политический раскол повстанцам грозит после того, как выяснится судьба Муаммара Каддафи. «Пока ливийцам есть против кого бороться, страна останется целой, — заявил «МН» эксперт Московского центра Карнеги Алексей Малашенко. — Когда он уйдет с политической арены, сразу возникнут противоречия внутри новых властей, будет расти экстремистский мусульманский фактор, и кто выйдет победителем в этой борьбе, неизвестно».
В любом случае НАТО декларирует, что не будет играть роль рефери на ливийском политическом ринге. «Мы придерживаемся той позиции, которую избрали с самого начала: мы готовы помогать ливийским народным властям, и только в том случае, если нас об этом попросят. Основной контакт между Переходным национальным советом (ПНС) и международным сообществом поддерживают ООН и контактная группа стран, не Североатлантический альянс», — добавил «МН» источник в НАТО. США также неоднократно заявляли, что не собираются вмешиваться в дела новых ливийских властей и только готовы в ограниченной степени поддерживать международную военную операцию против Каддафи.
Однако полностью устраниться от ответственности за развитие событий в Ливии Запад явно не сможет. Муаммар Каддафи стал не просто четвертой (после сбежавшего из Туниса Зин эль-Абидина Бен Али, судимого в Египте Хосни Мубарака и де-факто свергнутого в Йемене Али Абдаллы Салеха) жертвой «арабской весны». В ливийском конфликте силы коалиции открыто поддержали в ходе гражданской войны одну из сторон, которая вела борьбу за полный контроль над страной и в итоге получила его. Подобных прецедентов в истории Североатлантического альянса не было.
«Сконцентрировавшись на падении Каддафи, мы не обращали достаточно внимания на то, что произойдет вслед за этим, — заявил «МН» бывший командующий центром по выработке стратегии сухопутных сил, один из лучших современных военных стратегов Франции генерал Винсен Депорт. — После войны нужно создать ситуацию, которая была бы лучше, чем довоенное положение. Я не уверен, что мы принимаем достаточно мер для этого».
По мнению генерала, в Ливии будет трудно найти политическую силу, способную распространить власть на всю страну и стабилизировать ее.
«В любом случае нужно будет восстановить государство, — продолжает генерал. — Для этого потребуется стабилизационный контингент. Предположим, его решит направить ООН. Но на это решение потребуется полгода. До тех пор Евросоюз должен направить туда силы, которые обеспечат порядок до прихода контингента ООН».
Предпосылки для мрачных прогнозов есть. Противоречия между повстанцами, о которых говорили давно, стали очевидны всем 29 июля, когда неизвестные боевики в Бенгази расстреляли главнокомандующего сил ПНС и одного из немногих профессиональных генералов в составе повстанцев Абделя Фатаха Юниса. Он был одним из старейших соратников Каддафи и переметнулся к повстанцам в начале гражданской войны.
Юнис прибыл в Бенгази, повинуясь ордеру, подписанному заместителем главы исполкома ПНС Али аль-Исави. Впоследствии выяснилось, что целый ряд коллег аль-Исави если не организовали, то были связаны с убийством генерала или знали о нем. 8 августа исполнительный комитет был расформирован практически в полном составе по приказу председателя совета Махмуда Абделя Джалиля.
Вчерашний арест повстанцами в Триполи сына Каддафи Сайф аль-Ислама, который долгое время был главным «публичным лицом» Ливийской джамахирии и сосредоточил в своих руках немалую власть, обнажил еще одну проблему. Сайф аль-Ислама наряду с его отцом и главой ливийской разведки Абдуллой Сенусси ждут в Гааге — Международный уголовный суд выписал ордер на их арест. Однако многим членам руководства ливийских повстанцев эта идея не нравится, считает президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.
«Если Каддафи и его соратники начнут на суде говорить перед телекамерами, мир сможет услышать немало любопытных вещей про тех же руководителей ПНС, — заявил собеседник «МН». — Некоторые из них бывшие каддафисты, вовремя предавшие режим для того, чтобы взять власть в стране в свои руки».
У стремительного успеха, который в последние дни развили в Ливии повстанцы, есть две составляющие: прогресс в обучении военному делу, которым они обязаны присланным из Европы спецназовцам, и более высокая точность авиаударов НАТО. Хотя альянс и открещивается от прямой помощи повстанцам, именно улучшение координации между силами НАТО в воздухе и силами революционеров на земле сыграло решающую роль в судьбе ливийской диктатуры.
Повстанцы со временем научились пользоваться технологиями, предоставленными им союзниками, лучше выбирать цели и передавать их местоположение в командный центр в Италии, говорит старший политический аналитик американского стратегического исследовательского центра RAND Фредерик Уэйри. Это произошло главным образом благодаря тому, что самые активные участники ливийской операции Великобритания и Франция направили в помощь повстанцам своих спецназовцев, чтобы тренировать и вооружать их. В итоге кумулятивный эффект не только уничтожил военную инфраструктуру Ливии, но и значительно уменьшил способность подчиненных полковника Каддафи управлять вооруженными силами. «Мы всегда знали, что настанет момент, когда эффективность правительственных вооруженных сил сократится почти до нуля и центр больше не сможет руководить ими, — заявил The New York Times неназванный представитель НАТО. — Действия НАТО становились все более точными. США с помощью беспилотников Predato круглосуточно следили за все уменьшающимися областями, находящимися под контролем ливийских вооруженных сил, и наносили по ним удары».
Однако об окончательной победе революции говорить рано. В понедельник днем председатель ПНС Мустафа Абдель Джалиль признал на пресс-конференции в Бенгази, что повстанцы контролируют Триполи не полностью: верные Каддафи войска до сих пор оказывают сопротивление мятежникам. «Резиденция Каддафи и окрестности остаются вне нашего контроля. По этой причине мы не знаем, где находится Каддафи». Каддафи остается главной целью повстанцев. Как заявил представитель ПНС Ахмед Джибриль, операция «Сирена» будет продолжаться до тех пор, пока полковник не сдастся.
По некоторым данным, Каддафи находится в больнице города Таджур неподалеку от Триполи. Кроме того, арабские телеканалы сообщают, что в аэропорту видели два самолета из ЮАР, и предполагают, что они были высланы для того, чтобы эвакуировать Каддафи. Инициатива Африканского союза состояла в том, чтобы предоставить опальному ливийскому лидеру убежище в одной из африканских стран, не входящих в юрисдикцию МУС. Впрочем, МИД ЮАР после этих сообщений официально заявил, что не помогает Каддафи.
Эксперт американского совета по международным делам Дэниел Сервер опубликовал статью, в которой утверждает, что даже если повстанцам удастся полностью уничтожить всех сторонников режима Каддафи, междоусобные войны тут же начнутся в их собственных рядах. Гуманитарная проблема будет не менее сложной: по крайней мере полмиллиона ливийцев покинули свои дома. Как минимум половина из них до сих пор в Ливии, а те, кто бежал, будут стремиться вернуться в страну, как только режим Каддафи падет. Возникнут проблемы с пищей, водой, жильем и медицинским обслуживанием. Если в городах прекратится водо- и электроснабжение, беспорядки усилятся, предсказывает эксперт.
Такие результаты повредили бы имиджу американцев и их союзников по НАТО, а кроме того, вызвали бы проблемы с поставками электроэнергии, потерей крупных инвестиций и непрекращающимся потоком беженцев. Ливийские беженцы могут также создать проблемы Тунису, Египту и остальному Средиземноморью.
Главной задачей международного сообщества Сервер называет обеспечение безопасности. Для этого, по его словам, нужно быстро разместить несколько тысяч миротворцев военизированных формирований, которые могли бы поддерживать порядок в Триполи и других населенных пунктах. Если это не сработает, продолжает эксперт, то может потребоваться вмешательство НАТО. «Но только в крайнем случае, чтобы предотвратить раскол страны и гуманитарную катастрофу. Тогда международное сообщество может вмешаться без приглашения ливийских властей, а США могут начать наземную операцию», — говорит Сервер.
«У США в Ливии не так много интересов, но им необходим более или менее спокойный переход от режима Каддафи к более открытой, демократической Ливии, чтобы оправдать вмешательство международных сил под командованием НАТО, — считает Сервер. — Если к тому же удастся возобновить экспорт нефти и газа из Ливии, то это продемонстрирует способность международного сообщества управлять подобными конфликтами и в других странах «арабской весны», в том числе в Йемене и Сирии».
Именно политическая нестабильность остается главной угрозой для возобновления экспорта ливийской нефти. До войны страна производила около 2 млн баррелей нефти в день. Основными потребителями ливийской нефти была Италия (на нее приходилось 28% ливийского экспорта), Франция (15%) и Германия (10%).
В западных компаниях, которые разрабатывали ливийские месторождения, нам заявили, что внимательно отслеживают ситуацию в стране, но о сроках своего возвращения на рынок сказать не готовы.
Во французской компании Total «МН» заявили, что возобновить операции в Ливии пока не могут из соображений безопасности. Представитель немецкой Wintershall Анна Бунгартен заявила «МН», что они закрыли свое представительство в Ливии и блокировали операции по добыче нефти в пустыне в конце февраля и пока не восстанавливали. «Мы выслали своих сотрудников из страны и оставили только местных, которые охраняют производственные мощности на месторождениях, — говорит она. — На данный момент еще слишком рано предсказывать, когда, как и при каких условиях производство в Ливии может начаться снова».
В итальянской Eni со ссылкой на главного операционного директора компании Клаудио Дескальци «МН» заявили, что Eni может перезапустить производство газа в течение 2–3 месяцев после разрешения конфликта, а для возобновления экспорта и производства нефти понадобится год. Они отказались отвечать на вопрос, с кем им удобнее работать — с правительством Каддафи или с новой властью.
Главный аналитик нефтяного рынка банка Nordea Bank Norge Тина Салдведт отметила в разговоре с «МН», что говорить о восстановлении былых объемов экспорта еще очень рано. По ее подсчетам, должно пройти не менее 2–3 лет, чтобы окончательно наладить и производство в нужном объеме, и поставки в Европу.
«С режимом Муаммара Каддафи крупным компаниям вести дело было трудно, — говорит Тина Салдведт. — Правительство слишком жестко контролировало рынок, устанавливая высокие экспортные цены и затрудняя инвестиции в промышленность. Не совсем было понятно, куда и кому они уходят, а сама отрасль становилась игрушкой в руках политиков и была очень коррумпированна. Теперь все должно измениться».
Представитель Международного энергетического агентства Грег Фрост говорит, что на восстановление экспорта нефти Ливии потребуется не более двух лет, а местного производства — несколько недель.
«Падение режима Каддафи позволит возобновить производство нефти, а значит, европейский рынок от этого только выиграет. И компании смогут вернуться уже на новых условиях», — заявил он «МН».
В компаниях «Лукойл» и «Газпромнефть» корреспондентам «МН» сказали, что в ближайшее время вести переговоры с ливийской Национальной нефтяной корпорацией о контрактах в Ливии не собираются.
Спецпредставитель президента РФ по Африке Михаил Маргелов заявил «МН», что международная операция НАТО в Ливии не принесет положительных результатов. «Это лишь очередная страница, трагическая страница в истории страны», — говорит он. Россия никогда не поддерживала военную операцию стран НАТО в Ливии, подчеркивает наш собеседник: наоборот, Москва продолжает придерживаться позиции, согласно которой достижение национального единства в Ливии может произойти только в случае начала переговоров между силами Каддафи, ПНС, союзниками двоюродного брата ливийского диктатора Ахмада Каддафи ад-Дама, который сегодня базируется в Каире, а также представителями королевской династии Ливии, которая была свергнута Каддафи и ныне находится в европейской иммиграции. «Захват повстанцами Триполи — лишь новый этап ливийского политического кризиса», — полагает Маргелов. Мария Ефимова, Игорь Крючков, Владимир Добровольский , Елена Данилович
Китай уважает выбор народа Ливии и надеется на скорейшую нормализацию ситуации в стране, сказал в понедельник официальный представитель МИД КНР Ма Чжаосюнь, комментируя последние события в Ливии.
Вооруженное восстание против правящего режима в Ливии продолжается уже несколько месяцев. В последние недели повстанцам при поддержке сил НАТО удалось достичь значительных успехов и продвинуться вплоть до столицы страны. В настоящее время силы Каддафи, по сообщениям СМИ, удерживают лишь укрепленный район столицы Баб-аль-Азизия, где находится резиденция ливийского руководителя. О его судьбе до сих пор точно ничего не известно.
"Китай уважает выбор ливийского народа и надеется на скорейшее восстановление стабильности ситуации в Ливии, чтобы люди могли вести нормальную жизнь", - цитирует Ма Чжаосюня агентство Синьхуа.
В середине февраля в Ливии начались массовые демонстрации с требованием ухода правящего страной более 40 лет Каддафи, которые впоследствии переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками. Число жертв этого противостояния, по разным данным, составляет тысячи человек.
СБ ООН 17 марта принял резолюцию, предусматривающую введение бесполетной зоны над Ливией. В начавшейся 19 марта операции коалиционных сил принимают участие Великобритания, Франция, США, Канада, Бельгия, Италия, Испания, Дания. Руководство кампанией в Ливии 31 марта полностью перешло к представителям командования НАТО. Как заявляет руководство Североатлантического альянса, цель операции "Объединенный защитник" - обеспечение эмбарго на поставки оружия, бесполетной зоны и мер по защите гражданского населения. Мандат на операцию истекал 27 июня, но 1 июня НАТО продлила операцию на 90 дней - до конца сентября. Олег Остроухов
Будущее Ливии и судьба полковника Муамара Каддафи - "это две разные вещи", заявил РИА Новости в понедельник политолог, главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Георгий Мирский.
По его мнению, "Ливия, как была страной второразрядной, так она и будет". "Если бы у нее не было нефти, то о ней бы никто и не слышал. Но, поскольку нефть есть, она какую-то роль будет играть, но уже не политическую", - подчеркнул эксперт.
Он также отметил, что "при Каддафи, благодаря характеру этого человека и его революции, она (Ливия) играла непропорционально большую геополитическую роль, не соответствующую ее геополитическому значению", так как ливийский лидер "всюду лез, поощрял террористов, революции".
Теперь в Ливии "будет относительно нормальное правительство", полагает Мирский. "Уже каких-то внешних авантюр или серьезного влияния на международную арену не будет", - сказал политолог, добавив, что в скором времени международный интерес к Ливии будет утрачен.
Говоря о судьбе Каддафи, Мирский напомнил, что диктаторы "по-разному заканчивали свою жизнь - Гитлер застрелился, Муссолини и Чаушеску расстреляли, Саддама Хусейна повесили, многие диктаторы спокойно умерли в своих постелях". Вместо того чтобы бежать или сдаваться, Каддафи может "попытаться держаться до конца, чтобы погибнуть в бою". "Самоубийство запрещено мусульманам, поэтому он не застрелится", - полагает политолог.
Куда-либо убежать лидеру Джамахирии будет технически сложно, однако, если это произойдет, он, "возможно, отправится в Венесуэлу, либо в какое-нибудь африканское государство", где его могут принять. "Правда, такой сценарий может несколько подпортить его (Каддафи) имидж, поскольку он сотни раз говорил, что никуда не уйдет, будет бороться и умрет на своей земле", - сказал Мирский.
В случае если Каддафи будет схвачен, его не повесят, как бывшего президента Ирака Саддама Хусейна, а "передадут в международный суд, и там он долгие годы будет сидеть и умрет, скорее всего". "Но захочет ли он этого, это сказать трудно", - добавил эксперт.
Говоря о возможности сохранения территориальной целостности Ливии, политолог высказал мнение, что это "сейчас возможно". "До последнего времени казалось, что, поскольку у Каддафи нет сил, чтобы подавить восстание людей из Бенгази (где был сформирован Переходный национальный совет), а у Бенгази нет сил, чтобы взять Триполи, то это затянется настолько, что уже фактически будут существовать два параллельных правительства. Сейчас уже этого нет и будет, конечно, единая Ливия", - подчеркнул он. При этом Мирский отметил, что "не стоит ожидать войны ливийских племен".
Говоря о дальнейших отношениях России и Ливии, эксперт усомнился, что на них может сказаться изначальное "прохладное" отношение Москвы к оппозиционному ливийскому правительству. "Давайте вспомним Ирак: там до последнего момента Москва поддерживала Саддама Хусейна. Тем не менее, новая власть установила нормальные отношения с РФ, объявила тендер на нефтепромыслы, и наши компании - Лукойл и другие - получили довольно жирный кусок, несмотря ни на что. Поэтому думать, что они (ливийские повстанцы) зуб на нас имели за Каддафи, не стоит", - считает Мирский.
Кроме того, по его мнению, российской стороной были вовремя предприняты определенные шаги, в том числе, имели место встречи с представителями оппозиции. Так, во время своей поездки в Ливию спецпредставитель президента РФ по сотрудничеству со странами Африки Михаил Маргелов "прямо сказал, что Каддафи не вписывается в будущее Ливии", отметил Мирский.
Важным фактом является также и то, что президент РФ Дмитрий Медведев "дал команду не накладывать вето на резолюцию Совета Безопасности ООН". "Все же понимают, что если бы мы наложили вето, то не было бы никакой операции НАТО, а если бы не было ее, то повстанцы в жизни не могли бы мечтать взять Триполи", - подчеркнул он.
В середине февраля в Ливии начались массовые демонстрации с требованием ухода правящего страной более 40 лет Каддафи, которые впоследствии переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками. Число жертв этого противостояния, по разным данным, составляет тысячи человек. СБ ООН 17 марта принял резолюцию, предусматривающую введение бесполетной зоны над Ливией. В начавшейся 19 марта операции коалиционных сил принимают участие Великобритания, Франция, США, Канада, Бельгия, Италия, Испания, Дания. Руководство кампанией в Ливии 31 марта полностью перешло к представителям командования НАТО. Как заявляет руководство Североатлантического альянса, цель операции "Объединенный защитник" - обеспечение эмбарго на поставки оружия, бесполетной зоны и мер по защите гражданского населения. Мандат на операцию истекал 27 июня, но 1 июня НАТО продлила операцию на 90 дней - до конца сентября.
Эксперт, вместе с тем, уверен в том, что "повторение ливийского сценария в Сирии невозможно". Во-первых, в случае вынесения на голосование в Совете Безопасности ООН резолюции по Сирии "Москва и Пекин наложили бы вето, поэтому они (делегации западных стран в СБ ООН) даже не будут стараться поставить вопрос о введении бесполетных зон над Сирией", указал Мирский.
"Во-вторых, в случае с Ливией не только Москва помогла Западу, но и Лига арабских государств (ЛАГ), которая единогласно приняла решение позволить Западу ввести бесполетную зону против одного из арабских правителей, который сильно насолил всем", - сказал он.
"В случае с Сирией этого совершенно нет. ЛАГ относится к Сирии совсем иначе. Арабы говорят, что Египет - голова, а Сирия - сердце арабского мира. Поэтому никто подобной резолюции не примет. Тем более, что после Ливии общественность вообще настроена иначе", - подытожил главный научный сотрудник ИМЭМО РАН.
Протесты в Сирии начались в середине марта в городе Дераа на юге страны, а затем перекинулись на другие регионы. Сирийские правозащитники сообщают, что к настоящему времени число участников антиправительственных демонстраций, которые были убиты в столкновениях с силами безопасности и полицией с середины марта, по всей стране достигло 2 тысяч.
Ливия, скорее всего, перестанет существовать как единое государство, если лидер Муамар Каддафи потерпит окончательное поражение и уйдет от власти, считает президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.
"Победа (противников Каддафи) будет означать, что Ливия - под контролем "Аль-Каиды" и суннитских исламистов. Дальше пойдет развитие событий по сомалийскому варианту, то есть, война всех против всех и раскол страны", - сказал эксперт в понедельник РИА Новости, комментируя ситуацию в Триполи, где, по данным СМИ, с субботы продолжаются бои между силами Каддафи и оппозиции.
"Ливия может сохраниться как единое государство лишь в условиях внешней оккупации. Как Ирак, который сохранился, пока там стоит военный контингент Запада. А как только этот военный контингент уйдет, так все и развалится", - добавил Сатановский.
По словам эксперта, пессимистичный сценарий развития событий после отстранения Каддафи от власти тем более возможен, что уже сегодня оплот оппозиции - город Бенгази - "превратился в зону, где радикальные исламисты вовсю торгуют оружием и наркотиками". Другой острой проблемой является хлынувший в Европу поток нелегальной эмиграции из стран Ближнего Востока и Северной Африки, который, как отметил Сатановский, будет и дальше увеличиваться в геометрической прогрессии.
С начала года Италия столкнулась с наплывом беженцев после произошедших в ряде государств Северной Африки гражданских волнений. Больше всего иммигрантов приплывает на остров Лампедуза, откуда их перевозят в другие центры временного содержания на территории Апеннин, в том числе в Апулию.
Сатановский отметил, что говорить о неизбежном и скором падении ливийского лидера еще рано, поскольку информация, поступающая из Триполи, очень противоречива, а случаев дезинформации в освещении гражданской войн в Ливии уже было немало.
"За последние две недели свидетельства полного разброда, шатания и анархии в лагере бенгазийцев как-то плохо корреспондируются с тем, что они все собрались и берут Триполи. То есть, если это, конечно, берут Триполи британский спецназ и французский иностранный легион, - тогда понятно. Тогда, наверное, мы увидим Каддафи сбежавшим или ушедшим в отставку, или убитым или плененным", - сказал он.
Отвечая на вопрос, может ли ливийский сценарий повториться в Сирии, где уже несколько месяцев продолжаются протесты противников президента Башара Асада, Сатановский отметил, что военное вмешательство международных сил в дела Дамаска, возможно, и может обернуться куда более сложной ситуацией, чем в Ливии.
"Сирии грозит не ливийский сценарий, Сирии грозит иракский сценарий. И это гораздо хуже", - сказал эксперт. Сатановский пояснил, что ситуация в Сирии значительно сложнее, чем в Ливии в виду большого количества разных народов и представителей разных религий, проживающих в этой стране. Ситуация осложняется также тем, что Сирия Башара Асада - "это главный союзник Ирана в арабском мире".
"В Сирии и христиане, и шииты, алавиты, исмаилиты, и друзы, и сунниты, и исламисты, и "Братья Мусульмане" в прибрежных городах.... И все это трогать смертельно опасно. Это, скорее всего, иракский сценарий, но кто сказал, что белый человек не наступит дважды на одни и те же грабли?" - сказал он.
В середине февраля в Ливии начались массовые демонстрации с требованием ухода правящего страной более 40 лет Каддафи, которые впоследствии переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками. Число жертв этого противостояния, по разным данным, составляет тысячи человек.
СБ ООН 17 марта принял резолюцию, предусматривающую введение бесполетной зоны над Ливией. В начавшейся 19 марта операции коалиционных сил принимают участие Великобритания, Франция, США, Канада, Бельгия, Италия, Испания, Дания. Руководство кампанией в Ливии 31 марта полностью перешло к представителям командования НАТО. Как заявляет руководство Североатлантического альянса, цель операции "Объединенный защитник" - обеспечение эмбарго на поставки оружия, бесполетной зоны и мер по защите гражданского населения. Мандат на операцию истекал 27 июня, но 1 июня НАТО продлила операцию на 90 дней - до конца сентября.
Европейские энергетические компании задумались о возобновлении операций в Ливии, прекращенных после начала военного конфликта в стране зимой текущего года, сообщают международные СМИ.
В частности, издание The Wall Street Journal сообщает, что британский нефтегазовый гигант BP намерен вернуться к реализации плана геологоразведочных работ в стране, как только позволят условия. Однако точные сроки издание не называет.
"Пока еще рано говорить. В соответствии с нашими списками у нас до сих пор около 100 местных сотрудников", - заявил представитель BP.
Кроме того, в сообщении отмечается, что BP до сих пор не заключала каких-либо сделок с переходным правительством.
Агентство Рейтер сообщает, что "дочка" немецкого энергетического концерна RWE - DEA рассматривает возможность возращения в Ливию своих сотрудников.
"Мы изучаем ситуацию", - заявила представитель DEA, уточнив, что о конкретных сроках говорить пока рано, но компания надеется, что ранее заключенные контракты будут соблюдаться.
На рассвете в понедельник ливийские повстанцы смогли взять под контроль практически весь Триполи, за исключением укрепленного квартала Баб-аль-Азизия. Повстанцы сообщили о том, что верные ливийскому вождю военные бросают оружие и в массовом порядке сдаются. Повстанцы арестовали двух сыновей Каддафи: Мухаммеда и Сейф аль-Ислама. О судьбе самого ливийского лидера пока ничего неизвестно.
В настоящее время ожесточенные бои идут в квартале Баб-аль-Азизия, где расположена резиденция Каддафи. Повстанцы сообщают о том, что несут большие потери.
Правительственные войска, охраняющие резиденцию, применяют тяжелую бронетехнику.
СМИ сообщают, что к центру Триполи на помощь обороняющимся в Баб-аль-Азизие прорываются элитные части спецбригады сына Каддафи Хамиса.
Вооруженное восстание против правящего в Ливии режима продолжается уже более полугода. Переходный национальный совет, как орган власти повстанцев, был образован 27 февраля в городе Бенгази на востоке Ливии. Его возглавляет Мустафа Абдель Джалиль, бывший министр юстиции при режиме Каддафи
Власти Нигера начали воздушное патрулирование приграничных с Ливией территорий на севере страны в целях предотвращения незаконного вторжения вооруженных групп со стороны охваченной боестолкновениями Ливии, сообщает в понедельник агентство Рейтер со ссылкой на представителей вооруженных сил Нигера.
По данным источников, решение о воздушном патрулировании границы было принято после задержания на прошлой неделе нескольких автомобилей и деталей вертолета, незаконно попавших на территорию Нигера, предположительно, из Ливии.
Власти опасаются, что некоторые участники ливийского конфликта, в том числе отдельные сторонники ливийского лидера Муамара Каддафи и его наемники из Нигера и Мали, могут пересекать ливийскую границу в практически необитаемом районе Сахель.
"Мы внимательно следим за развитием событий в Ливии, и поэтому проводим операции по воздушному патрулированию в провинции Агадес, чтобы быть готовыми к любому вторжению", - сообщил на условиях анонимности представитель военной разведки вооруженных сил Нигера.
Другой источник в армии Нигера высказал опасения, что вооруженные столкновения в Ливии могут перекинуться на южный ливийский город Себха. В результате этого оттесненные сторонники Каддафи могут бежать в Нигер, а криминальные элементы получат возможность завладеть брошенной боевой техникой и вооружением.
По данным местных властей, провинция Агадес на севере Нигера уже стала крупным центром контрабанды оружия и других запрещенных товаров из Ливии.
На прошлой неделе полиция Нигера обнаружила около 60 автомобилей без опознавательных знаков и один разобранный вертолет, предположительно, незаконно попавший в страну из Ливии.
"Что касается вертолета, могу сказать, что он был разобран еще до того, как попал сюда (на территорию Нигера), но я не знаю, в рабочем ли он состоянии, или это всего лишь детали разбившегося вертолета", приводит агентство слова представителя таможенной службы.
На рассвете в понедельник ливийские повстанцы заняли практически всю ливийскую столицу. Силы Каддафи в настоящее время контролируют лишь пятую часть Триполи, в том числе, район резиденции Каддафи - Баб-аль-Азизия. Здесь идут ожесточенные бои.
Официальный представитель правительства Ливии Муса Ибрагим заявил, что в результате боев за Триполи погибли более 1,3 тысячи человек. Повстанцы также признают большие потери в своих рядах.
Ливийские власти утверждают, что Каддафи готов вступить в прямые переговоры с главой Нацсовета Мустафой Абдель Джалилем.
Повстанческие лидеры, в свою очередь, предлагают прекратить наступление, если Каддафи объявит о своей отставке. Они также обещают предоставить Каддафи и его сыновьям безопасный коридор, чтобы покинуть страну.
Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун намерен созвать к концу этой недели экстренное совещание по ситуации в Ливии с участием глав региональных и международных организаций, включая Афросоюз, Лигу арабских государств, организацию Исламская конференция и Евросоюз. Об этом он сообщил в понедельник журналистам, предположив, что такая встреча может состояться в черверг или пятницу.
Минувшей ночью повстанческие отряды заняли большую часть ливийской столицы Триполи. По имеющейся информации, мятежники арестовали троих сыновей Муамара Каддафи - Саади, Сейф аль-Ислама и Мухаммеда. О судьбе самого ливийского лидера пока ничего неизвестно. По некоторым данным, Каддафи все еще находится в своей укрепленной резиденции в квартале Баб-аль-Азизия, который контролируется верными ему военными.
"Я призываю силы полковника Каддафи немедленно прекратить насилие и открыть путь для плавного перехода (к новому режиму), - заявил Пан Ги Мун.
По его словам, международное сообщество "готово продолжить свою роль в защите гражданского населения".
Пан Ги Мун заявил, что у него пока нет информации о том, где находится Каддафи. "Но я искренне надеюсь, что мы сможем найти его как можно скорее", - сказал генсек ООН.
"У всех стран-членов ООН есть обязательство прлностью выполнять решения Международного уголовного суда", - напомнил Пан Ги Мун.
В конце апреля прокуратура Международного уголовного суда завершила предварительное изучение возможных фактов военных преступлений и преступлений против гражданских лиц в Ливии и инициировала полноценное расследование.
По инициативе Ливана, Великобритании, Франции и США 17 марта была принята резолюция СБ ООН 1973, которая разрешила применение силы против войск Каддафи для создания "бесполетной зоны" над районами, контролируемыми мятежниками.
Конфликт в Ливии начался в середине февраля, когда в стране начались выступления с требованием ухода Каддафи, правящего в стране более 40 лет. Впоследствии беспорядки переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками. Иван Захарченко
Ведущая итальянская нефтегазовая компания Eni прилагает значительные усилия для возвращения в Ливию на фоне захвата повстанцами Триполи и окончания эры правления Муаммара Каддафи, сообщает Reuters.
По словам министра иностранных дел Италии Франко Фраттини, персонал Eni изучает возможность возобновления работы на востоке страны.
"Заводское оборудование было сделано итальянцами, поэтому очевидно, что Eni будет играть ведущую роль", - подчеркнул глава МИД.
Несмотря на падение цены на нефть на 3 доллара, акции Eni, французской Total и австрийской OMV выросли на 3-5%.
Падение режима Каддафи открывает двери к крупнейшим в Африке запасам нефти для новых игроков, таких как национальная нефтяная компания Катара и швейцарско-нидерландский нефтетрейдер Vitol.
Eni SpA - крупнейшая нефтегазовая компания Италии, которая работает в 77 странах мира. По итогам первого полугодия 2011 года чистая прибыль Eni сократилась на 6% до 3,8 млрд евро.
Захват повстанцами Триполи должен положить конец кровопролитию, но не может стать поводом для вмешательства во внутренние дела Ливии, отмечают в Департаменте информации и печати МИД России.
"Наступивший драматический разворот событий в ливийском конфликте свидетельствует, судя по всему, о грядущем совсем скоро переходе власти в этой стране в руки повстанческих сил... Убеждены, что за прекращением боевых действий должно незамедлительно последовать начало политического процесса формирования законных органов власти и согласования основ и принципов будущего демократического обустройства государства в интересах всех его граждан при соблюдении независимости, суверенитета и территориальной целостности Ливии", - настаивают в МИД.
Во внешнеполитическом ведомстве подтверждают, что все сотрудники российской дипмиссии и члены их семей живы и здоровы, располагают необходимыми средствами жизнеобеспечения. МИД РФ рассчитывает, что с ливийской стороны будут приняты все необходимые меры для обеспечения безопасности россиян в стране.
Ливийские повстанцы взяли Триполи 21 августа. Тысячи повстанцев подошли к столице с запада и в скором времени заняли почти весь город. По заявлению пресс-секретаря полковника Муаммара Каддафи Муссы Ибрагима, за ночь в столице погибли 1,3 тысячи человек. Источник в правительстве Ливии сообщил Reuters о 376 погибших. Арестованы сыновья Каддафи. Местоположение ливийского лидера неизвестно.
Атака на столицу
Каддафи предлагает перемирие, повстанцы считают, что его дни сочтены
В продолжающейся более пяти месяцев войны в Ливии, возможно, наступает перелом. Вчера вечером авиация НАТО ударила по резиденции Каддафи в Триполи. В любой момент повстанцы могут начать штурм столицы.
Дни Каддафи сочтены, сказал вчера заместитель председателя оппозиционного Национального переходного совета Абдель Хафиз Гог. Вчера утром повстанцы заявили, что в столице началось антиправительственное восстание. «Это решающий момент. Все идет по предварительно согласованному плану, мы координируем свои действия с повстанцами в Триполи», — сказал Абдель Хафиз Гог.
К вчерашнему дню повстанцы взяли столицу в кольцо, захватив города Злитан и Завия, расположенные соответственно в 160 км к востоку и в 30 км к западу от Триполи. Ранее им удалось частично взять под свой контроль стратегически важный нефтяной порт Марса-эль-Брега, но днем позднее верные Каддафи силы оттеснили повстанцев. Силы оппозиции также продвигаются к Триполи с юга — там их база находится в 50 км от города. На севере с моря доступ к ливийской столице контролируют корабли НАТО.
Уличные перестрелки произошли вчера в северном и восточном районах столицы, сообщило ВВС. Рано утром на город упали четыре бомбы НАТО. По информации катарского телеканала Al Jazeera, начиная с субботнего вечера правительственные силы потеряли в боях 31 человека убитыми, еще 42 сторонника Каддафи попали в плен. Телеканал сообщил, что большая часть населения уже перешла на сторону революции.
Правительство, впрочем, утверждало, что наступление повстанцев было сразу же отбито и сражение в столице те проиграли. Об этом сообщили утром в воскресенье ливийский лидер Муаммар Каддафи и его сын Сейф аль-Ислам, выступая с обращением к народу (первый — по телефону, второй — в прямом эфире гостелевидения). Каддафи-старший призвал своих сторонников «организовать миллионный поход и освободить разрушенные города, навсегда покончив с мятежом». «Они бегают из города в город как крысы», — сказал Каддафи в обращении. На призыв Каддафи откликнулась ведущая ливийского государственного телевидения, которая появилась в эфире с пистолетом в руках и заявила, что вместе с другими сотрудниками будет защищать телеканал и готова стать мученицей в борьбе с ливийской революцией.
Буквально через несколько часов после заявления Каддафи правительственная риторика изменилась. Выступая на пресс-конференции в Триполи, министр информации Муса Ибрагим заявил, что правительство готово заключить перемирие с силами оппозиции и требует прекратить наступление на столицу и бомбардировки НАТО. Ибрагим заявил, что в случае победы оппозиции сторонникам Каддафи грозят массовые расправы. Он добавил, что если конфликт будет продолжаться, то ответственность за кровопролитие ляжет на лидеров стран НАТО.
«Война в Ливии во многом является психологической, поэтому повстанцы делают свои заявления, чтобы надавить на Каддафи и заставить как можно больше людей уйти от него. Выступления Каддафи и его сына тоже призваны оказать психологическое воздействие — показать, что сопротивление не сломлено», — заявил «Московским новостям» бывший российский посол в Ливии Вениамин Попов. Пока работает государственное телевидение, выступают с заявлениями Каддафи и его сторонники, рано говорить о победе повстанцев, полагает собеседник издания.
С ним согласен эксперт по Ливии из Центра арабских исследований ИВРАН и бывший посол в этой стране Алексей Подцероб. Уличные бои, по словам эксперта, всегда дают преимущество обороняющейся стороне, что значительно затрудняет действия повстанцев. «Хотя, повстанцы при поддержке авиации НАТО достигли значительных успехов, но, чтобы можно было говорить об их окончательной победе, они должны занять правительственные учреждения Триполи, в первую очередь здание народного комитета», — полагает эксперт.
Для этого, по его словам, нужно, чтобы НАТО и дальше применяло авиацию. «В последние дни она применялась даже в густонаселенных районах. Им нужно дальше массированно бомбить позиции правительственных войск. Было 19 тыс. вылетов против 32-тысячной ливийской армии. Правда от города скорее всего мало что останется в итоге», — говорит Подцероб.
Из ливийской столицы начался массовый исход гражданского населения, сообщает корреспондент The Washington Post. Международная организация по миграции готовится эвакуировать тысячи иностранцев — это в основном египетские гастарбайтеры, но также и сотрудники гуманитарных организаций и журналисты. Беженцы покидают город на автомобилях, многие движутся в сторону гор Нафуса в 190 км от границы с Тунисом, где находится база повстанцев. Они говорят, что покинуть город их вынуждает нехватка продовольствия, запугивания властями и страх перед новыми бомбардировками НАТО. Проезжая через контрольно-пропускные пункты, они сталкиваются с упреками в государственной измене. «Солдаты на КПП называли нас «крысами» и обвиняли в том, что мы переходим на сторону мятежников», — сказал газете 52-летний житель Триполи Мабрук Мохаммад. По его словам, ему приказали вернуться в столицу. Вопрос, оставаться или ехать, раскалывает семьи, живущие в Триполи, говорит 30-летний Ахмад, который бежал из дома своего отца после того, как тот пытался помешать ему уйти в горы и присоединиться к восстанию. Два его брата уже присоединились к мятежникам. Мария Ефимова
Власти Кубы в пятницу резко осудили решение США оставить остров в списке стран-спонсоров терроризма, обвинив, в свою очередь, Вашингтон в "государственном терроризме".
Ранее госдепартамент США заявил, что Вашингтон по-прежнему считает Кубу, Иран, Сирию и Судан странами, поддерживающими терроризм. Госдепартамент обвиняет кубинское правительство в том, что оно поддерживает "ограниченные контакты" с FARC (колумбийская повстанческая группировка, которую США считают террористической), однако признается, что не располагает доказательствами о предоставлении финансовых и материальных средств представителям группировки.
Американское внешнеполитическое ведомство также ссылается на сообщения СМИ о том, что некоторые действующие и бывшие члены баскской организации ЭТА проживают на Кубе, однако при этом признает, что Гавана в марте разрешила представителям полиции Испании, разыскивающих членов ЭТА, посетить страну.
Единственной целью авторов доклада, сообщило в заявлении кубинское Министерство иностранных дел, является "дискредитация нашей страны" и "оправдание жестокой и отвратительной блокады Кубы".
"Правительство США, которое исторически прибегало к государственному терроризму, внеюридическим казням, похищениям людей, убийствам при помощи непилотируемых самолетов, пыткам и нелегальным задержаниям, которое создало секретные тюрьмы, (правительство) которое ответственно за смерть сотен тысяч невинных граждан, погибших в результате проводимых оккупационных и захватнических войн в Ираке и Афганистане, которое систематически бомбардирует суверенные государства, такие как Ливия, не имеет ни малейшего морального или юридического права судить Кубу, которую отличает безупречная линия борьбы с терроризмом и которая, кроме того, сама систематически становилась жертвой этого зла", - говорится в документе.
Власти Кубы также напомнили, что в настоящее время на территории США "безнаказанно гуляют Луис Посада Каррилес", которого Гавана обвиняет в организации взрыва кубинского авиалайнера, в результате которого погибли 73 человека. При этом, напоминает Гавана, США "продолжают несправедливо держать в тюрьме" пятерых кубинцев, которые, по мнению Вашингтона, нанесли ущерб национальной безопасности США, а по мнению Гаваны - предотвращали теракты против Кубы.
"3 тысячи 478 кубинцев погибли, и еще 2 тысячи 99 были ранены в результате террористических действий, организованных, финансируемых и осуществленных с территории США, и, во многих случаях, при соучастии самого правительства США", - отмечается в документе.
По мнению кубинского МИД, "политическая манипуляция столь значимой темы" оскорбляет и память погибших в результате "преступных актов 11 сентября 2011 г года", на которые в свое время кубинский народ и правительство Кубы откликнулись солидарностью и предложением помощи без каких-либо условий. Олег Вязьмитинов
Потери корпорации "Тактическое ракетное вооружение" из-за войны в Ливии, которую охватили массовые беспорядки, составили 600 миллионов евро, сообщил журналистам в четверг на авиасалоне МАКС-2011 гендиректор корпорации Борис Обносов, добавив, что ливийскими партнерами у них был заключен ряд контрактов.
Десятый международный авиационно-космический салон МАКС-2011 проходит с 16 по 21 августа в подмосковном Жуковском и представляет последние новинки мирового военного и гражданского авиапрома.
"Из-за войны в Ливии мы потеряли 600 миллионов евро", - сказал глава корпорации.
Он также сообщил, что заказчиками продукции ОАО "Корпорация Тактическое ракетное вооружение" являются компании из более чем десяти стран.
"Наши основные заказчики - это Индия, Алжир и Вьетнам, плюс еще порядка десяти стран", - сказал Обносов.
Гендиректор добавил, что до недавнего времени в числе крупных заказчиков корпорации числился и Китай, однако "в настоящее время, к сожалению, основной объем китайских заказов - это послепродажное обслуживание поставленных ранее вооружений и военной техники".
Говоря о приоритетах российских заказчиков и, в частности, Минобороны России, глава корпорации подчеркнул, что предприятию, конечно же, интереснее поставлять новую технику и вооружение, чем обслуживать ранее поставленные образцы. Тем не менее, корпорация "Тактическое ракетное вооружение" обслуживает всю ракетно-авиационную технику Минобороны России.
"Президентом России поставлена задача обновить вооружение российской армии до уровня не менее 70% к 2020 году, и за счет только продления сроков службы старых образцов эту проблему не решить", - сказал Обносов.
Он также отметил, что на авиасалоне МАКС-2011 корпорация, которая является основным поставщиком ракетного вооружения для ВС РФ, представила образцы беспилотных летательных аппаратов малой размерности, разработкой которых до сих пор не занималась. В этой связи Обносов сообщил, что работы по созданию ракет для ударных беспилотников корпорация не ведет.
"Работы над ракетами для ударных беспилотников мы не ведем и пока не планируем, так как они требуют очень большого объема вложений из собственных средств, - у нас пока нет такой возможности", - сказал он.
Вместе с тем, Обносов отметил, что в арсенале корпорации есть новинка - головка самонаведения "Грань", предназначенная для ракет типа Х-35-У.
"Она (головка самонаведения) построена по другому принципу, чем та, которая сейчас стоит на ракете Х-35-У. Это активно-пассивная на первом этапе головка, позже, наверное, еще пару каналов добавим", - сказал он.
Обносов добавил, что уровень излучения этой головки в разы ниже, чем у действующих аналогов, и в настоящее время "основная задача предприятия - завершить в самые короткие сроки эту работу и сдать ее основному заказчику - Минобороны России".
Планы президента Венесуэлы Уго Чавеса вернуть золотой запас на родину могут взвинтить без того высокую цену на благородный металл, однако его намерение перевести золотовалютные резервы в "дружественные страны" может укрепить имидж России, считают опрошенные агентством "Прайм" эксперты.
Глава Венесуэлы в среду сообщил о намерении вернуть золотой запас страны, который исчисляется двумя сотнями тонн и оценивается в 12 миллиардов долларов, в хранилища на национальной территории. Также Венесуэла планирует разместить оперативные международные валютные резервы в "дружественных" странах - Бразилии, Китае и России. Перевод валютных резервов из Европы и США в эти государства будет способствовать "оздоровлению" ресурсов страны "перед приближающемся мировым капиталистическим кризисом", считает Чавес.
Страховка Чавеса взорвет рынок
Опрошенные агентством "Прайм" эксперты в первую очередь отметили, что заявление главы Боливарианской республики основывается, прежде всего, на политических мотивах, в то время как экономическая целесообразность планируемых мер - на втором месте. При этом реализация плана по возврату золота на родину может натолкнуться на препятствия в виде неспособности европейских и американских банков вернуть требуемые объемы золота, что станет дополнительным толчком к росту цен на драгметалл.
Главный экономист УК "Финам Менеджмент" Александр Осин уверен, что Чавес пытается застраховаться от повторения судьбы лидера Ливийской революции Муаммара Каддафи и предотвратить существующие риски возможного валютного кризиса. В действиях руководителя Венесуэлы, по его мнению, явно просматриваются опасения глобального валютного кризиса и ожидания, связанные с резким ростом напряженности отношений между западными и рядом развивающихся стран на этом фоне.
Возврат золотого запаса в страну, о котором заявил Чавес, безусловно, не останется незамеченным на рынке, утверждают собеседники агентства. Золото было и остается альтернативным инвестиционным инструментом в период экономических потрясений, привлекая к себе все большее внимание различных групп инвесторов.
Цена на золото в четверг на фоне повышенной волатильности на мировых рынках приблизилась к рекордно высоким уровням - выше 1800 долларов за унцию.
"Центробанки прилагали немало сил для снятия ажиотажа. В том числе были распродажи золота ведущими центробанками. Однако спрос со стороны центробанков Китая, Индии, России изменил сложившуюся картину. В последние годы центробанки в совокупности из нетто продавцов превратились в нетто покупателей. Это способствовало развитию растущего тренда цен на золото", - констатирует начальник аналитического отдела ИК "Церих Кэпитал Менеджмент" Николай Подлевских.
Намерение Венесуэлы вернуть принадлежащее ей золото на хранение в свою страну может вызвать дополнительный ажиотаж на рынке драгоценного металла и способствовать дальнейшему росту цен, убежден он.
"Предполагаемый возврат около 200 тонн золота - это огромное событие для рынка драгметалла. Для ориентира, у России доля золота в ЗВР составляет около 840 тонн, в США самые крупные запасы в мире - 8 тысяч тонн металла. Однако перемещения крупных партий очень редки. Например, экстраординарными были покупки 400 тонн Банком Китая. Поэтому история с возвратом может иметь интригующее продолжение", - говорит Подлевских.
Аналитик ФГ БКС Максим Лобада отмечает, что для рынка золота репатриация 211 тонн металла, который оценивается по текущим ценам в размере более 12 миллиардов долларов, несет серьезный риск глобального характера.
"Физическое золото Чавеса хранится в таких банках как JP Morgan , Barclays, Standard Chartered, Bank of Nova Scotia и Bank of England. Если вдруг какой-нибудь банк или правительство под любым предлогом откажет в репатриации металла (или начнет затягивать решение этого вопроса), рынок будет буквально взорван. Инвесторы могут решить, что банки продали металла больше, чем есть у них в хранилищах. В результате может возникнуть паника, которая приведет к массовому изъятию физического золота из хранилищ и резкому скачку цен", - предупреждает аналитик.
Деньги Венесуэлы помогут России
Вторая часть заявления Чавеса, касающаяся размещения своих валютных резервов в Бразилии, России и Китае, может сыграть на руку России, считают собеседники агентства. По различным оценкам, в Россию могут "перетечь" до шести миллиардов венесуэльских долларов, больше половины которых до сих пор хранилось в Швейцарии, а оставшаяся часть была размещена в финансовых институтах США, Великобритании и Франции.
"Желание страны размещать свои валютные резервы в России увеличивает наш финансовый авторитет в мире. Правда если это будут резервы исключительно в твердых валютах (доллары, евро, фунт, франк), то большой радости нам от них не будет - свои валютные резервы Россия хранит за рубежом. А вот если Венесуэла будет покупать рублевые активы, то это будет довольно интересно и такое решение можно только приветствовать", - делится своими размышлениями Подлевских.
Он напомнил, что Минфин России планирует существенно увеличить внутренний долг, нарастив его к 2014 году до 20% от ВВП.
"Если Венесуэла станет покупателем рублевых долговых бумаг, то это станет хорошим подспорьем нашему долговому рынку", - заметил он.
"Приток средств из Венесуэлы относительно невелик, хотя эта новость может вызвать локальный позитив. Пока непонятно, когда именно и в какие активы будут вкладываться эти средства. В рубли или, например, в российские госбонды", - заключил начальник аналитического отдела ИК "Грандис Капитал" Денис Барабанов.
Венесуэла по состоянию на 8 августа 2011 года располагала 365 тоннами золота на 18,349 миллиарда долларов (за рубежом находится 57,78%). Оперативные международные резервы страны на эту же дату, согласно опубликованным в прессе данным, составляли 6,285 миллиарда долларов (из них 59,17% размещены в банках Швейцарии, 17,9% - в Великобритании, 11,31% - в США, 6,48% - во Франции).
Каддафи ошибся в расчетах
Ливийский диктатор начал использовать советские тактические ракеты
Войска, верные ливийскому диктатору Муаммару Каддафи, впервые за время гражданской войны с повстанцами выпустили по неприятелю баллистическую ракету Р-17 советской разработки. Об этом сообщило министерство обороны США. Ракета отклонилась от цели почти на 80 км и приземлилась в пустыне.
Р-17 предназначалась городу Брега, второму крупнейшему нефтеэкспортирующему порту Ливии, который сейчас контролируют повстанцы. Как утверждают ВС США, 16 августа система слежения одного из американских военных кораблей зафиксировала пуск ракеты из Сирта. Однако по непонятным причинам снаряд отклонился от траектории и упал за 80 км от цели в пустыне. От взрыва никто не пострадал.
«Тактические ракетные комплексы, работающие с Р-17, Ливия закупила еще у Советского Союза. Техника эта сильно устарела, и точность ее невелика, — заявил «МН» директор Центра анализа мировой торговли оружием Игорь Коротченко. — Однако серьезное отклонение в траектории обычно связано с ошибкой боевых расчетов».
До начала гражданской войны в распоряжении ВС Ливийской джамахирии находилось около 200 единиц снарядов Р-17 и 45 тактических пусковых установок «Луна». После того как ливийские повстанцы при поддержке НАТО с воздуха захватили восточную часть страны, силы Каддафи потеряли большинство военных складов. Очевидно, в районе Триполи— главного оплота диктатора — остались склады с тактическими ракетами, которые политик теперь начал использовать.
По мнению эксперта, запуск снаряда силами Каддафи доказывает, что, несмотря на территориальные завоевания повстанцев, лояльные диктатору военные смогли сохранить главные операционно-тактические комплексы. «Это может оказаться серьезным просчетом для сил, борющихся с Каддафи», — заявил Коротченко.
Запуск Р-17 по силам повстанцев может объясняться недавними успехами неприятелей Каддафи. На прошлой неделе они заявили о захвате Гарьяна, Сормана и Тиджи. Если это действительно так, значит, Каддафи потерял главные пути, связывающие Триполи с Себхой, важнейшим транспортным узлом Ливии, и Завией, единственным лояльным ему городом, где добывается нефть. Игорь Крючков
Среди «предателей» и «колонизаторов»
Ливийский лидер предрек «скорый конец» тем, кто окружил его в Триполи
На фоне неуклонного приближения ливийских повстанцев к столице страны Триполи представители президента Муаммара Каддафи и оппозиции, возможно, провели переговоры с целью обсудить условия отставки главы страны. Согласно распространенным западными информагентствами сообщениям, встреча произошла в гостинице на тунисском острове Джерба в воскресенье вечером. По рассказам журналистов, в этот вечер отель был закрыт, а попытавшимся проникнуть на территорию журналистам путь преградили «серьезные ребята в джинсах и футболках».
Бывший посол России в Ливии и Тунисе Вениамин Попов заметил «МН», что «если последние сообщения о захвате повстанцами городов верны, то представители сторон вполне могли встретиться на нейтральной для них Джербе, остров находится примерно в 100км от Триполи и очень удобен для такого рода контактов». Ситуация в Ливии, по оценке дипломата, «сложилась тупиковая: и Каддафи не мог повстанцев разгромить, и они его». По этой причине «надо договариваться, проговаривать какие-то варианты: то ли делить страну на две части, то ли поступать как-то иначе». «Сам факт сообщений о переговорах внушает надежду на то, что завершение приведшей к многочисленным жертвам гражданской войны не за горами. Вэтом смысле ближайшие два-три месяца будут решающими»,— считает наш собеседник.
Повстанческий переходный национальный совет (ПНС) в Бенгази происходившее на Джербе комментировать отказался. Официальный представитель Триполи Муса Ибрагим назвал информацию о контактах с мятежниками «домыслами», «выдумкой западной прессы» и «частью пропагандистской войны против Ливии». «Никаких переговоров с ними, тем более об уходе Каддафи, не ведется»,— подчеркнул Ибрагим, добавив: «Наш лидер здесь, в Ливии. Он борется за свободу своего народа и никогда не оставит родину».
Ситуация для Каддафи и лояльных ему сил складывается неблагоприятная. Пока натовцы продолжают ежедневно и методично уничтожать их потенциал, повстанцы, которых Каддафи назвал «крысами», постепенно окружают столицу. ПНС уже объявил о взятии под контроль городов Гарьян и Сурман— соответственно в 100 км к югу и в 70 км к западу от Триполи. Мятежники, по их заверениям, овладели стратегически важным городом Аль-Завия, расположенным всего лишь в 47 км к западу от столицы. Тем самым они перекрыли как минимум 20 км идущего из Туниса шоссе, по которому шло снабжение верных Каддафи войск, а это серьезно ослабляет позиции режима в Триполи.
Директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов в беседе с «МН» усомнился, что повстанцы попытаются захватить столицу. «Возьмите любой штурм города— от Берлина до Грозного: это всегда огромные потери,— говорит эксперт.— Повстанцам это не нужно».
Впрочем, достоверность информация о военных успехах повстанцев неизвестна: противоборствующие стороны не пускают представителей иностранной прессы в зоны боевых действий.
Вчера национальное телевидение впервые за многие последние недели транслировало(без видеоряда) обращение Муаммара Каддафик нации. Полковник призвал ливийцев «вооружаться и освободить страну от предателей и колонизаторов», то есть повстанцев и сил НАТО. И тем и другим лидер джамахирии предрек «скорый конец». Александр Самохоткин
Нидерланды разморозили 100 миллионов евро из активов режима ливийского лидера Муамара Каддафи для переходного Национального совета Ливии (ПНС), сообщает в понедельник агентство Франс Пресс со ссылкой на заявление представителя МИД страны Варда Беземера (Ward Bezemer).
"Сумма в 100 миллионов евро из замороженных ливийских активов была разблокирована по просьбе ПНС", - приводит агентство слова Беземера, который уточнил, что данная сумма является частью средств ливийского режима, замороженных правительством Нидерландов в марте.
В середине февраля в Ливии начались массовые демонстрации с требованием ухода правящего страной более 40 лет Каддафи, которые переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками. СБ ООН 17 марта ввел бесполетную зону над Ливией. Для обеспечения бесполетной зоны, эмбарго на поставки оружия и защиты гражданского населения коалиция западных стран 19 марта начала в Ливии военную операцию, руководство которой через несколько дней полностью перешло к НАТО. Мандат на операцию истекал 27 июня, но 1 июня НАТО продлила операцию на 90 дней - до конца сентября.
В военной операции в Ливии с голландской стороны задействованы шесть истребителей F-16.
«Бушер» до конца года
В Тегеране говорят, что сроки запуска АЭС снова перенесены
Ситуация вокруг АЭС в Бушере войдет в повестку дня начинающихся сегодня в Тегеране переговоров секретаря Совбеза РФ Николая Патрушева с президентом Ирана Махмудом Ахмадинежадом. Член спецкомитета парламента Ирана по строительству Бушерской АЭС Асгар Джалалян на прошлой неделе заявил, что намеченный на конец августа запуск станции вновь откладывается.
Джалалян заявил, что очередной перенос запуска произошел из-за финансовых разногласий между сторонами. По словам иранского чиновника, Тегеран к настоящему моменту уже выплатил Москве за работы в Бушере сумму, вдвое превышающую изначальную смету. Причина этого, по мнению Джалаляна, в том, что в договоренностях с Россией относительно постройки АЭС отсутствуют четкие финансовые параметры, а также сроки завершения работ.
Близкий к ирано-российским переговорам по Бушерской АЭС источник «МН» заявил, что, несмотря на заявления иранской стороны, работы «Атомстройэкспорта» идут по плану и сроки запуска уже давно не менялись. «Иранское правительство постоянно занимается информационными вбросами, которые не соответствуют действительности и имеют политическую цель, — заявил источник. — Например, ранее летом Иран заявил, что АЭС заработает в июле, просто для того, чтобы надавить на какого-то своего партнера. Россия же не называла четких временных сроков. Были весенние оценки, что АЭС заработает в конце августа — начале сентября. Скорее всего это произойдет осенью».
«Эта ситуация также продиктована международной конъюнктурой, — заявил «МН» Сергей Демиденко из Института стратегических оценок и анализа. — Россия, которая сегодня разделяет взгляды Европы и США на иранскую проблему, пытается замедлить развитие ядерной программы исламской республики. Тегеран в свою очередь давит на РФ, основываясь на уже заключенном с ней контракте о вводе в строй Бушерской АЭС».
Махмуд Ахмадинежад в интервью каналу Russia Today вчера выразил уверенность, что до конца года АЭС заработает.
Консультации между РФ и Ираном связаны и с усилившимся беспокойством исламской республики по поводу ситуации в Сирии. Режим президента Башара Асада, верного союзника Тегерана, подвергается все большему давлению изнутри и снаружи. Несмотря на формальное согласие начать переговоры с антиправительственными силами, Асад продолжает подавлять танками и артиллерией народные выступления. С того момента, как сирийский политический кризис перешел в открытую фазу, от действий военнослужащих погибло около 2 тыс. человек. Совбез ООН ранее принял заявление, осуждающее насилие в Сирии.
Сирийский кризис затрагивает ключевые региональные интересы Ирана, считает президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский: «По мере его углубления и перетекания в полноценную гражданскую войну по типу ливийской Тегеран может не только потерять главного союзника в регионе. Сирия может стать очагом распространения суннитского терроризма, близкого по идеологии к «Аль-Каиде». Это не пойдет на пользу ни Ирану, ни России». Игорь Крючков
Барак Обама продлил срок действия федерального закона International Emergency Economic Powers Act (IEEPA), наделяющего президентов США полномочиями регулировать торговые отношения со странами, представляющими угрозу для Соединенных штатов.
В список, стран, торговые отношения с которыми ограничиваются этим законом, включены Иран (с 1979 года), Мьянма (с 1997 года), Судан (с 1997 года), Россия (с 2000 года, для предотвращения экспорта высокообогащенного урана), Зимбабве (с 2003 года), Сирия (с 2004 года), Белоруссия (с 2006 года, за разрушение демократических институтов), Северная Корея (с 2008 года) и Ливия (с 2011 года, после агрессии властей в отношении гражданских лиц). Продление срока действия закона явилось техническим.
"В случае истечения срока действия закона возникнет значительная угроза национальной безопасности, внешней политике и экономике США. Положения закона ... должны действовать после 17 августа 2011 года (срок, когда истекает срок предыдущего указа президента США о продлении IEEPA). В соответствии с действующим законодательством я продляю срок действия закона на один год", - говорится в тексте постановления Обамы, копию которого он направил в пятницу вечером в конгресс.
Закон впервые вступил в действие 28 октября 1977 года. Список стран, упомянутых в нем, может корректироваться. В разное время в него были включены Гаити (1991-1994 годы), Ирак (1990-2004), Либерия (2001-2004), Ливия (1986-2004), Никарагуа (1985-1990), Панама(1988-1990), Сербия и Черногория (1992-2003), Сьерра-Леоне (2001-2004) и организации, которые США считали террористическими и повстанческими. Денис Ворошилов
Президент США Барак Обама согласовал с британским премьером Дэвидом Кэмероном позицию США по Сирии, сообщила в субботу пресс-служба Белого дома.
США в настоящее время близки к тому, чтобы призвать сирийского президента Башара Асада уйти в отставку, как это было с лидерами стран, где весной 2011 года произошли беспорядки. Белый дом готов сделать такое заявление, в то время как госдепартамент настаивает на более осторожной риторике относительно проблем в Сирии.
"Президент (США) и премьер (Великобритании) провели в субботу телефонный разговор в рамках постоянных консультаций по глобальным и двусторонним вопросам. Лидеры обсудили ситуацию в Сирии, подчеркнув глубокую обеспокоенность в связи с насилием по отношению к гражданскому населению со стороны правительства этой страны... Они согласились с необходимостью немедленной остановки кровопролития и насилия в отношении сирийцев и постоянного мониторинга действий властей Сирии. Обама и Кэмерон договорились через несколько дней обсудить развитие ситуации в этой стране", - говорится в сообщении пресс-службы.
Обама и Кэмерон обсуждали также ситуацию на финансовых рынках, обстановку в Ливии и Афганистане.
"Премьер выразил соболезнования в связи с гибелью 6 августа в Афганистане американских спецназовцев", - отмечается в сообщении.
Ранее США заявляли, что Асад должен немедленно прекратить насилие в отношении граждан своей страны и инициировать широкий гражданский диалог, но не требовали от него немедленно покинуть пост. С призывами уйти от власти США обращались к ливийскому лидеру Муамару Каддафи, а также к президентам Египта Хосни Мубараку, Йемена - Али Абдалле Салеху и Туниса - Зин аль-Абидину бен Али. Призыв уйти в отставку фактически означает, что США не намерены продолжать диалог с лидером и настаивают на немедленной передаче власти оппозиции.
В настоящее время Мубарак и бен Али отстранены от власти, Салех покинул Йемен, но намеревается вернуться в страну, а в отношении Каддафи и верных ему военных силы НАТО проводят военную операцию.
Сирия в течение пяти месяцев охвачена массовыми протестами. Они начались в середине марта в городе Дераа на юге страны, а затем перекинулись на другие регионы. По данным сирийских правозащитников, в столкновениях с силами безопасности погибли за это время более 1,6 тысячи человек. По версии властей, с начала событий в результате действий "вооруженных террористических элементов" погибли около 500 военнослужащих и представителей сил безопасности.
Госдепартамент ранее заявлял, что координирует свою позицию по Сирии и с Россией. Денис Ворошилов
Предложенный Афросоюзом совместно с ООН формат "переговоров о переговорах" в Ливии пока остается только пожеланием, заявил председатель комитета Совета Федерации по международным делам, спецпредставитель президента РФ по Африке Михаил Маргелов.
По его словам, этот план не стал для участников конфликта "осознанной необходимостью", а для международного сообщества - "политической реальностью".
"Механизм стыковки участников таких переговоров разработан и предложен Афросоюзом и ООН при участии России и других заинтересованных сторон", - добавил Маргелов.
Он призвал как можно скорее запустить этот план при участии всей ливийской политической элиты, добавив, что священный месяц Рамадан, который продлится весь август, является лучшим временем для подобных действий.
Комментируя опубликованную на днях Переходным национальным советом Ливии "Конституционную декларацию" переходного периода, сенатор отметил: "То, что нужно и не хватает сегодня для разрешения ливийского кризиса - это реальное объединение усилий всех, кто видит Ливию единой демократической, обновленной и суверенной страной. Без этого любые проекты конституционных деклараций войдут в историю лишь как памятники изящной политической словесности".
По словам Маргелова, эта декларация может стать одним из важнейших элементов ливийского общенационального согласия после прекращения кровопролития. Однако, отметил сенатор, не следует забывать, что документ Нацсовета - лишь один из сценариев обустройства новой Ливии.
"Еще в начале лета нам был передан план мирного урегулирования в Ливии, разработанный двоюродным братом полковника Ахмедом Каззаф ад-Дамом и представляющий большой интерес, с его основными положениями мы своевременно ознакомили наших партнеров по Совбезу ООН", - сообщил сенатор.
Интересные идеи, по словам Маргелова, есть у представителей двух "ветвей" наследников ливийского королевского престола, проживающих как в Ливии, так и в Европе.
Власти Ливии и повстанцы пока не могут договориться о том, как добиться политического урегулирования конфликта, из-за которого около 630 тысяч человек покинули страну с февраля этого года. Еще 200 тысяч жителей оказались вынужденно перемещенными на территории Ливии.
В середине февраля в Ливии начались массовые демонстрации с требованием ухода правящего страной более 40 лет Каддафи, которые переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками.
СБ ООН 17 марта ввел бесполетную зону над Ливией. Для обеспечения бесполетной зоны, эмбарго на поставки оружия и защиты гражданского населения коалиция западных стран 19 марта начала в Ливии военную операцию, руководство которой через несколько дней полностью перешло к НАТО. Мандат на операцию истекал 27 июня, но 1 июня НАТО продлила операцию на 90 дней - до конца сентября
Треть доходов сирийской казны поступает от продажи энергоносителей. США призывают организовать международное эмбарго нефтегазового сектора Сирии в попытке повлиять на Башара Асада
Соединенные Штаты увеличивают давление на режим Башара Асада, пытаясь организовать бойкот нефтегазового сектора Сирии. Об этом накануне заявила госсекретарь США Хиллари Клинтон. Вместе с тем руководитель американской дипломатии воздержалась от прямого призыва к уходу Асада: такую возможность, если верить многочисленным утечкам, обсуждают в Белом доме все последние дни.
Как минимум для одного из наблюдателей этой парадоксальной ситуации происходящее должно представляться особенно обидным. Ливийский диктатор Каддафи успел уничтожить гораздо меньше соотечественников к моменту начала бомбардировок НАТО, чем Асад в Сирии. По данным, которые невозможно подтвердить из независимого источника, но которыми оперируют в ООН, за пять месяцев, т.е. с начала восстания против режима Асада, в стране убито около 2 тысяч человек, еще три тысячи числятся пропавшими без вести. Между тем Запад не рассматривает военный сценарий смещения сирийского президента. Возможно, именно потому, что такой сценарий показал неэффективность в Ливии.
Легко понять досаду Каддафи, который, сидя в подземном бункере, в бессильной ярости призывает мировое сообщество покарать британского премьера Дэвида Кэмерона за разгон участников уличных беспорядков в Лондоне.
Конечно, стремление не повторить ливийские ошибки в Сирии - не единственная причина, по которой Запад проявляет гораздо большую умеренность в отношении режима Башара Асада. Две уже ведущиеся войны, в Ираке и Афганистане, плюс дорогостоящая кампания по свержению Каддафи в Ливии, - все это в условиях паники на мировых рынках - достаточно серьезный аргумент против развязывания новой войны. Не говоря уже о том, что во многих европейских странах хватает собственных, не только экономических проблем, о чем напомнили лондонские беспорядки.
Из этого, однако, не следует, что режиму Асада позволят и дальше безнаказанно давить танковыми гусеницами соотечественников. Просто потому, что если мир, считающий себя цивилизованным, будет и дальше равнодушно взирать на кровопролитие в Сирии, разрушится весь современный миропорядок, основанный на предположении, что политические разногласия между властями и оппозицией следует решать по-другому.
Поскольку уговоры и политическое давление на Асада не действует, избран неоднократно использованный в прошлом вариант экономического (в данном случае, нефтяного) эмбарго. С его реализацией, а главное эффектом будет много проблем.
Неэффективное экономическое эмбарго
Память отказывается подсказать примеры сколько-нибудь успешной экономической блокады. Двести лет назад Англия блокировала Наполеона, а Наполеон Англию, но не это решило исход битвы за Европу. После первой мировой войны победители наложили на Германию жесточайшие ограничения, что не помешало Гитлеру подготовиться к новой войне. Зерновое эмбарго СССР, объявленное администрацией Джимми Картера, равно как бойкот московской Олимпиады нисколько не сделали советский режим гуманнее.
Иракцы при Саддаме Хусейне не продемонстрировали ни малейшей склонности избавиться от диктатора собственными силами, несмотря на жесткую мировую блокаду. Под надуманным предлогом Джордж Буш ввел в Ирак войска, которые не удается вывести до сих пор. То же самое произошло в Панаме при Норьеге. Даже отказ США поставлять в Панаму наличные доллары (эта страна по конституции лишена права собственной денежной эмиссии) не ослабил позиции диктаторского режима. Свержение Норьеги было осуществлено в итоге путем военной интервенции.
Американцы уже почти шесть десятилетий подвергают Кубу экономическому эмбарго, но это нисколько не мешало Фиделю Кастро управлять островом, пока хватало физических сил. А когда отпущенный ему природой ресурс физических сил полностью иссяк, Фидель передал власть по наследству младшему брату Раулю, точно так же, как власть в Сирии перешла от умершего отца Асада к сыну.
Авторитарные режимы прекрасно чувствуют себя в обстановке реальной или мнимой внешней угрозы, такая угроза позволяет им сплачивать свою базу поддержки. Это хорошо видно на примере того же сирийского режима. Состояние неоконченной войны с Израилем позволяет Башару Асаду железной рукой управлять страной при молчаливом одобрении арабского мира. Правда, как выяснилось на этой неделе, такое одобрение не бесконечно. Сразу три страны Ближнего Востока, и, прежде всего, Саудовская Аравия отозвали своих послов из Дамаска.
Газета The Financial Times объясняет это тем, что Саудовская Аравия и большинство государств региона управляются суннитами, которые больше не могут без риска серьезных потрясений в своих странах спокойно наблюдать за тем, как сирийская верхушка, состоящая из алавитов (секты, отпочковавшейся от шиитов), топит в крови выступления манифестантов-суннитов.
Изменение настроений в арабском мире по отношению к Асаду - вещь неприятная для режима, но едва ли это заставит его серьезно изменить политику, как в свое время подобное осуждение не заставило это сделать Саддама Хусейна, или, совсем недавно - Муаммара Каддафи.
Нефтяное оружие
Теперь об экономических санкциях. Американцы уже ввели одностороннее эмбарго в отношении телекоммуникационной компании Syriatel, принадлежащей двоюродному брату Асада, одному из богатейших людей Сирии Рами Махлуфу.
Также запрещены любые транзакции с Commercial Bank of Syria, через который проходят все денежные потоки, связанные с экспортом сирийских энергоносителей. Если говорить об односторонних экономических санкциях, то этим возможности США фактически исчерпываются. Американские нефтяные компании не импортируют и не разрабатывают сирийские энергоносители.
Именно поэтому Хиллари Клинтон в четверг заявила, что желала бы присоединения к нефтегазовому эмбарго Сирии со стороны Европы, Китая и Индии: "Важно, чтобы американский голос не был одинок, мы хотим, чтобы по всему миру раздались другие голоса".
Треть доходов сирийских властей проистекает от нефти и газа, сообщает FT.
Сирийскую нефть импортируют преимущественно европейцы: Италия, Нидерланды, Франция и Германия. Европейские нефтяные гиганты, Royal Dutch Shell и Total, серьезно вовлечены в добычу и разведку нефти в Сирии. Компании из Китая и Индии также работают в Сирии, хотя их позиции пока не столь сильны. Призыв г-жи Клинтон к Пекину и Дели больше связан с тем, что обе страны обладают правом голоса в Совбезе ООН.
Особая позиция Турции
Есть две страны, имеющие, как принято считать, особое влияние на Дамаск. Россия, когда-то числившаяся среди главных друзей сирийцев, которым продает вооружения, сейчас лишена реального влияния на режим Асада, о чем можно догадываться по достаточно беспомощным заявлениям президента Дмитрия Медведева и его представителя в регионе сенатора Михаила Маргелова. С одной стороны, российское руководство говорит об отсутствии политического будущего у режима, подавляющего недовольных танками, с другой призывает весь мир не вмешиваться в сирийские дела, как если бы существовала хоть малейшая надежда на то, что Башар Асад вдруг возьмет и образумится.
Главный спонсор сирийских властей - Иран, но по понятным причинам воздействовать на Дамаск через Тегеран малореалистично. Остается Турция, северный сосед Сирии, куда устремляются сирийские беженцы, и откуда раздаются советы в адрес сирийского президента.
Газета The Wall Street Journal пишет, что турецкий премьер Эрдоган определенно имеет влияние на Асада, и в последнее время они ведут негласный диалог. Что обсуждают между собой напрямую и через посредников эти два человека, доподлинно неизвестно, но в пятницу The Financial Times написала: тот факт, что Барак Обама до сих пор не выступил с прямым призывом к Асаду уйти от власти, объясняется позицией Анкары. Предполагается, что Эрдоган лично попросил об этом президента США в четверг во время телефонного разговора.
Сомнительно, впрочем, что турецкому премьеру, который в последнее время очень активен на Ближнем Востоке, удастся побудить Башара Асада к диалогу с оппозицией. В европейских СМИ выражается опасение, что, пользуясь фактом переговоров с турками, Асад попытается подавить главные очаги сопротивления, как это уже произошло в городе Хама, и лишь после этого объявит о начале межсирийского диалога.Башар Асад не теряет оптимизма.
![Главное](/images/star.png)
Ли Тамахори: «Всех этих людей стоит поставить к стенке и расстрелять»
В прокат выходит «Двойник дьявола» Ли Тамахори. В середине 1990-х Тамахори прославился драмой «Когда-то они были воинами» о судьбе потомков коренных жителей Новой Зеландии. После этого его пригласили в Голливуд, где он снял ряд крупных успешных фильмов (одну из серий бондианы «Умри, но не сейчас», «Пророк»), в том числе и таких, которые высоко оценены киноманами («Скала Малхолланд», «На грани»). «Двойник дьявола» — его первая картина, сделанная на европейские деньги, ставшая одним из хитов крупнейших кинофестивалей мира. Это вымышленная история молодого человека по имени Латиф, которого насильно принудили стать двойником Удэя Хуссейна — одного из сыновей Саддама Хусейна. В фильме Удэй показан садистом, развратником, наркоманом, убийцей — истинным дьяволом. Накануне российской премьеры фильма Ли ТАМАХОРИ рассказал «МН» о том, что всегда хотел снять кино об отпрысках великих диктаторов.
— «Двойник дьявола» не только стилизован под 80-е, он как будто бы и снят в эти годы. Вы специально поставили перед собой такую задачу?
— Да. Мы не могли снимать в Ираке, поэтому нам пришлось сделать свой Ирак, фальшивый. Я хотел показать зрителям Ирак таким, каким я его представляю. Наибольшее внимание мы уделили реквизиту — костюмам, машинам и другим деталям. Специфические прически — у всех женщин пышно уложенные волосы. Костюмы от Gucci и Аrmani, на несколько размеров больше нужного, могут многое сказать о месте и времени. Важный элемент, передающий ту эпоху, — музыка 80-х.
— В одном интервью вы сказали, что не пытались точно воспроизвести реальные события.
— Фильм основан на реальных событиях, но я с подозрением отношусь к так называемой правде. Неважно, о чем фильм, пусть об Александре Невском или Андрее Рублеве, — он все равно лишь визуализация представления режиссера о том времени.
Когда я брался за «Двойника дьявола», я отдавал себе отчет, что материал сложный и спорный. Я знал, что натворил сын Хусейна — сколько он убил и покалечил людей, сколько он изнасиловал школьниц. И я взял эти факты и окружил их вымыслом. Никто точно не знает, что тогда происходило в Ираке. Все участники событий либо умерли, либо желают оставаться в тени. Я намеренно отверг документальную стилистику и сделал ударение на драматическом вымысле, чтобы заставить зрителей поверить в реальность происходящего на экране. Хотя это всего лишь иллюзия реальности, которую я придумал. «Двойник дьявола» в некотором смысле гангстерский фильм, рассказывающий о бандитах, пришедших к государственной власти.
— Если вы не стремились докопаться до сути того, что на самом деле происходило в Ираке, чем вас привлекла эта история?
— Мне нравятся фильмы, где присутствуют харизматичные злодеи. Ведь если есть злодей, есть и конфликт. Не то чтобы фильмы о хороших парнях скучно смотреть, но интереснее, если положительному персонажу есть с кем бороться. В «Двойнике дьявола» злодей очень харизматичный.
Еще меня всегда интересовали дети диктаторов. Сирия, Ливия, Румыния, может быть, даже Советский Союз — в этих странах детей лидеров ни в чем не ограничивали, в их распоряжении имелись огромные деньги. Без какого-либо контроля они могли творить все что хотели — и доходили до того, что начинали убивать. И постепенно становились тенями своих отцов. Так произошло в Ираке с Хусейном и его сыновьями, так, видимо, произойдет и в Ливии с детьми Каддафи. А самый яркий пример — диктатор Ким Чен Ир, который приходится сыном еще более ужасному диктатору, «великому вождю» Ким Ир Сену. Ким Чен Ир хочет теперь передать свои полномочия одному из сыновей. По мне, так этих людей стоит поставить к стенке и расстрелять. Поэтому я показал сына Хусейна так, чтобы он вызывал отвращение. Чтобы кто-то поднял революцию и всех их убил.
— Вы ездили в Ирак для подготовки к фильму?
— Я очень хотел, но ничего не вышло. Мне просто не позволили этого сделать из-за страховки. Нас там могли убить или похитить, а страховка такого не покрывала. Я бы и снимал там, но это, к сожалению, почти невозможно. В итоге мы снимали в Иордании.
— Вы работали в Голливуде, а тут сделали относительно малобюджетный фильм на деньги бельгийских продюсеров. Почему?
— Никто в Америке не стал бы финансировать подобное кино. Во-первых, они нашли бы историю слишком ужасной. Во-вторых, в Штатах не любят все, что связано со словом Ирак, поскольку оно подразумевает смерть. Да и американские зрители не хотят смотреть фильмы об Ираке. Все это можно понять, но в моем фильме рассказано о периоде, который не имеет никакого отношения к США. Все, что было связано с американцами, я из фильма выкинул. Это ему навредило бы, особенно в Штатах. Понимаете, даже вторжение Буша в Ирак мало что изменило в жизни этой страны, там так же устраивают безумные вечеринки и похищают невест на свадьбах.
— Ваше мнение насчет вторжения Буша в Ирак изменилось после этого фильма?
— Оно никогда не менялось — вторжение американских войск в Ирак было абсолютно противозаконным. Не только нынешнее, но и то, что произошло в начале 1991 года, во время войны в Заливе. Американцы рассматривали это как гуманитарную интервенцию, но люди должны понимать, что Кувейт всегда был частью Ирака. К его отделению иракцы относятся болезненно. А вы поставьте себя на их место и представьте, что кто-то украл часть российской территории и передал ее другому государству. Я испытываю симпатию не к режиму Хусейна, а к обычным иракцам. Можно по-разному относиться к действиям американцев, но ведь истинная цель сводилась к тому, чтобы подобраться поближе к нефти. Если же говорить о 2003 годе, когда в Ирак вторгся Джордж Буш, то это уже самое настоящее военное преступление. Пока я делал «Двойника дьявола», мое мнение только укрепилось. Но я не хотел, чтобы оно как-либо отразилось на фильме. Потому что...
— ...фильм совсем о другом.
— Да, я не хотел делать политический фильм. Такой, как, например, «Не брать живым» Пола Гринграсса. Гринграсс хотел рассказать о нелегальном вторжении войск США в Ирак. А студии нужен был экшн-фильм. В итоге получилось нечто среднее — и экшн там хватает, и политики, и Мэтт Дэймон в главной роли. Гринграсс боролся, чтобы снять фильм о том, о чем хотел, но ему толком не дали. На такие темы никто не хочет давать бюджет.
— А «5 дней в августе» Ренни Харлина вы видели?
— Тот, что рассказывает о событиях в Грузии? Еще нет, но хочу. Харлин же родом из Грузии?
— Мне всегда казалось, что он родился в Финляндии.
— Да, я знаю. Но я где-то читал, что у него есть корни в Грузии… Я бы не стал доверять Михаилу Саакашвили и довольно скептично отношусь к его режиму. Не знаю, что так вдохновило Харлина, но его «5 дней в августе» — хороший пиар для Грузии. Не могу судить, пока не посмотрю фильм, но с точки зрения политики… Вот если бы Харлин снял фильм о событиях в Грузии на европейские деньги, да еще в Румынии, к нему сложно было бы придраться. А так, насколько я понимаю, «5 дней в августе» сняты в самой Грузии, да еще на государственные деньги, поэтому очевидно, что в картине показан взгляд на конфликт с грузинской точки зрения.
— Как в вашей фильмографии соседствуют такие разные фильмы, как коммерческий «Пророк» и «Двойник дьявола»?
— Мне нравится снимать драмы с экшн. Это не значит, что мне наиболее интересны погони и взрывы, но экшн кинематографу идет на пользу — ведь зритель, сознательно или нет, всегда приходит в кино за адреналином. И мне нравятся фильмы о людях, подвергшихся сильному стрессу. И о том, как они на него реагируют. Будь то человек, заброшенный в дикий лес, или человек, который вынужден стать двойником маньяка. Тогда сюжет может развиваться стремительно, а я не люблю, когда он буксует. При этом мои фильмы всегда довольно реалистичны, даже если речь идет о Джеймсе Бонде. Антон Сазонов
Нефтяные гадания
Эксперты оценивают перспективы бюджета в зависимости от цен на топливо
Падение цен на нефть до уровня $75 за баррель не представляет угрозы для бюджета, заявил вчера глава Счетной палаты Сергей Степашин. Проверить его гипотезу вряд ли получится, говорят эксперты: нефть остановится на уровне $90–100 за баррель.
«Наш бюджет выдержит цену в $75 за баррель нефти, и при этом надо учитывать, что в первом полугодии цена нефти значительно превышала эту планку. Поэтому нынешнее падение цен на нефть не представляет угрозы для выполнения федерального бюджета России», — цитирует Сергея Степашина агентство Интерфакс.
$75 за баррель — тот уровень, который заложен в основу бюджета этого года, напоминает главный экономист ИК «Тройка Диалог» Евгений Гавриленков. Бюджет предполагал дефицит, который намеревались частично гасить средствами Резервного фонда, а также доходами от приватизации (около 300 млрд руб. по плану). События в Ливии вызвали рост цен, в итоге в течение первого полугодия бюджет оказывался не дефицитным, а профицитным. «Теоретически при цене $75 за баррель нефти бюджет возвращается в исходное состояние. Степашин просто напомнил о тех гипотезах, которые лежат в основе главного финансового документа страны», — говорит Гавриленков. Однако в 2012 году $75 нас уже не устроит, считает экономист. В мае, уже после принятия бюджета, правительство несколько увеличило расходы и намеревается заложить их рост примерно на 10% и на будущий год. Поэтому в 2012 году хотелось бы иметь нефть подороже.
Руководитель Института современного развития Игорь Юргенс с Гавриленковым отчасти согласен: уровня $75 хватило бы, чтобы пройти этот год, хватит и месяцев на шесть будущего. Но по большому счету бюджет не столь безболезненно переживет падение цен и в этом году, считает Юргенс: «Придется выживать, платить только по тем обязательствам, что прямо заложены в бюджете». Ни повышенные социальные обязательства, ни серьезные военные расходы при низкой нефти не оплатишь, для этого нужен уровень цен в $100–110, говорит он. Чтобы все-таки сдержать обещания, придется занимать, причем на невыгодных условиях. «Все это заставляет всерьез задуматься о судьбе трехлетнего бюджета», — резюмирует Юргенс.
Директор Института реформирования общественных финансов Владимир Климанов считает, что позицию Степашина сформировало выступление в Счетной палате замминистра финансов Татьяны Нестеренко. Она заявила аудиторам, что бюджет 2009 года, как он виделся изначально, был «сбалансирован безупречно». Но правительство под впечатлением удачной конъюнктуры первой половины 2008 года «усугубило» его дополнительными расходами, от которых потом все равно пришлось отказаться. Степашин напоминает, что в кризис выигрывает тот, кто остается реалистом и умеряет аппетиты, считает Климанов.
Аппетиты умерять не будут, говорит замдиректора департамента финансовой стабильности ЦБ Сергей Моисеев. Деньги будут привлекать через займы, а от попыток сбалансировать бюджет откажутся, предполагает он.
С главой Счетной палаты не согласна Александра Суслина из Экономической экспертной группы. $110 за баррель нефти позволяют примерно уровнять планируемые расходы и доходы. Эта планка может несколько меняться под воздействием движения курса доллара, но резкое снижение цены выводит бюджет из баланса. «К сожалению, прогнозы Минфина и Минэкономразвития, основанные на консервативных оценках, впоследствии подвергаются «политической» ревизии, — говорит Суслина. — В бюджет закладываются расходы, не обеспеченные доходами».
Впрочем, эксперты не верят в резкое падение цен на нефть. Прогнозная цена сорта Brent, которую видит международное брокерское сообщество, — $91 на год вперед. «Скоро цена успокоится возле $100, и все станет тихо», — говорит директор Института экономики РАН Руслан Гринберг. Далеко вниз нефть не уйдет, согласен Гавриленков, ценами на нее движут не только спрос с предложением, но еще и ликвидность, напоминает он. А ее в избытке. «Сейчас, напуганные известными событиями, игроки ушли из нефти в золото, посидят там и вернутся, — считает он. — Будет волотильность, но не будет краха». К тому же низкая цена нефти невыгодна странам вроде Саудовской Аравии, которая, как и Россия, взяла перед гражданами повышенные социальные обязательства. «Проблемы в Саудовской Аравии не нужны никому, поэтому будет достигнут консенсус в районе $90–100», — резюмирует Юргенс. Однако далеко заглядывать не берется: «Мы не знаем, что будет с долговыми проблемами европейских стран через 2–3 недели, тем более нельзя прогнозировать цены на год». Это подтверждает и прогноз на неделю от ИК «Арбат Капитал». В нем акцентировано внимание на драматическом расхождении цен на американский сорт WTI и европейский Brent. Разница сейчас составляет $22 за баррель (к вечеру за баррель марки Brent давали $104,5, WTI — $81,9). Если Brent еще поддерживается впечатлениями от ливийских событий, то WTI точно реагирует именно на американские проблемы, указывается в исследовании. Моисеев ввиду этих факторов допускает снижение цены нефти до $80 за баррель.
Низкая нефть вызовет не столько сугубо бюджетные, сколько макроэкономические проблемы в России, следует из материалов распространенного вчера исследования компании «Ренессанс Капитал». Через три квартала темп роста ВВП страны может уменьшится на 1,2%, а российская валюта уже к концу 2011 года упасть до отметки 30,2 руб. за доллар. Евгений Арсюхин
Лига против Асада
Арабские страны присоединились к Западу, осудив сирийский режим
Лига арабских государств вслед за Совбезом ООН осудила действия сирийских властей против оппозиции. Первое с начала волнений критическое высказывание Панарабской организации в адрес Башара Асада стало для Дамаска особенно неприятным и серьезным сигналом. Об отзыве из Дамаска посла объявил король Саудовской Аравии Абдалла бин Абдул Азиз и глава МИД Кувейта Мухаммад Сабах. Если президент Сирии не сумеет наладить отношения с оппозицией, он рискует оказаться в полной дипломатической изоляции.
С начала марта в Сирии, по оценкам правозащитников, погибло более тысячи человек, но Лига арабских государств (ЛАГ) обратилась к властям этой страны с призывом прекратить кровопролитие только в воскресенье. Генсек ЛАГ Набиль аль-Араби призвал сирийские власти «немедленно положить конец всем силовым действиям и операциям сил безопасности». Он отметил, что речь не идет об исключении Сирии из организации или о других «резких мерах» — панарабская организация намерена использовать метод «убеждения» и дать Асаду шанс провести реформы в стране, вступив в диалог с сирийской оппозицией. ЛАГ, также подчеркнул аль-Араби, против любого иностранного вмешательства во внутренние дела стран-членов. «Пока мы выпустили заявление, отдельные страны тоже сделали заявления. Давайте подождем и посмотрим, какой эффект они возымеют, а потом уже будем говорить о дальнейших мерах», — заявил генсек ЛАГ.
«Поддержка позиции Запада арабскими государствами — это уже более серьезный сигнал для Асада. Его сдают свои. С точки зрения ЛАГ как панарабской организации это означает: либо ты должен кардинально меняться, либо мы поддержим западную идею о том, что ты должен уйти», — прокомментировал решение ЛАГ в беседе с «МН» эксперт Центра Карнеги исламовед Алексей Малашенко.
Внешнеполитическое давление на Асада усилил премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган, который заявил, что отправит во вторник в Сирию министра иностранных дел Ахмета Давутоглу с «жестким посланием» для Асада. Саудовский король Абдалла назвал свое решение отозвать посла из Сирии «историческим», а жертв Башара Асада — «шахидами». В ближайшее время лидеры стран Персидского залива соберутся на специальное совещание, чтобы обсудить сирийскую ситуацию. Как отмечают аналитики, у Саудовской Аравии есть собственные мотивы противостоять режиму Асада. «Саудовцы боятся иранского влияния и не хотят шиитской оси. Реакция короля Абдаллы — это сигнал не только для Асада, но и для Ирана», — считает Малашенко.
С учетом того что против сирийского правящего режима консолидировались и Запад, и арабский мир, ситуация в Сирии стала напоминать ливийскую. Еще весной США не решались на полное осуждение режима Асада, и какое-то время они предпочитали призывать его идти путем реформ. Но Асад не смог «умиротворить страну» и не оправдал возложенных на него надежд. «У сирийского оппозиции начали появляться серьезные лидеры из числа не только «Братьев-мусульман», но и тех, кто может претендовать на поддержку Запада и арабских стран. А это еще более серьезная угроза власти Асада», — отметил Алексей Малашенко.
Нынешняя реакция ЛАГ может способствовать принятию против Дамаска жестких санкций, на чем настаивают США и Европа. Резолюция №1973 СБ ООН о введении бесполетной зоны в Ливии появилась как раз после похожего заявления лиги в адрес Муаммара Каддафи. Впрочем, в отличие от Ливии, как полагают многие наблюдатели, санкциями возможности давления на Дамаск исчерпываются, так как для начала еще одной войны у ЕС и США нет ни желания, ни ресурсов. Это косвенно подтвердил в понедельник в интервью телеканалу ABC посол США в Сирии Роберт Форд, заявив, что, по его наблюдениям, сирийцы, несмотря на насилие со стороны режима Асада, не хотят военного вмешательства США. Мария Ефимова
Противники ливийского лидера Муамара Каддафи перекрыли клапан нефтепровода к юго-западу от Триполи, снабжающего последний функционирующий нефтеперерабатывающий завод страны, сообщает в пятницу агентство Франс Пресс со ссылкой на заместителя министра иностранных дел Ливии Халеда Кааима.
"Мятежники перекрыли клапан нефтепровода и сбросили на него большое количество железобетона", - заявил Кааим, отметив, что в столице Триполи и ее окрестностях имели место отключения электричества.
Нефтепровод снабжает сырьем НПЗ в городе Эз-Завия, расположенном в 50 километрах к западу от Триполи.
По словам Кааима, НАТО нанесла удары по газовой турбине в этом же районе, а так же по высоковольтной установке к юго-западу от столицы.
Замминистра заявил также, что альянс пытается "спровоцировать гуманитарный кризис в Ливии, в то время как целью его миссии является защита гражданского населения".
В ночь на пятницу авиация НАТО подвергла столицу Ливии очередным ударам, в городе произошло около 10 сильных взрывов.
В середине февраля в Ливии начались массовые демонстрации с требованием ухода правящего страной более 40 лет Каддафи, которые переросли в вооруженное противостояние между правительственными силами и мятежниками. СБ ООН 17 марта ввел бесполетную зону над Ливией. Для обеспечения бесполетной зоны, эмбарго на поставки оружия и защиты гражданского населения коалиция западных стран 19 марта начала в Ливии военную операцию, руководство которой через несколько дней полностью перешло к НАТО. Мандат на операцию истекал 27 июня, но 1 июня НАТО продлила операцию на 90 дней - до конца сентября.
По мнению политических наблюдателей, несмотря на поддержку сил НАТО, мятежникам до сих пор не удалось добиться существенных успехов в боевых столкновениях с подразделениями армии полковника Каддафи
Дмитрий Медведев дал интервью телеканалам «Russia Today», «Первый информационный кавказский» и радиостанции «Эхо Москвы».
* * *
Е.КОТРИКАДЗЕ: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич, что Вы согласились ответить на наши вопросы, в том числе вопросы грузинского телеканала «ПИК».
Август 2008 года, российско-грузинская война, это произошло три года назад, но последствия её до сих пор вполне ощутимы, несмотря на то что она продлилась всего пять дней. Мы сейчас находимся в Сочи, отсюда Грузия всего в нескольких километрах, до Абхазии рукой подать, но я не могу поехать в Абхазию, потому что меня просто не пропустят, я грузинка, и не пропустят меня российские пограничники. В таком же положении оказались 500 тысяч беженцев, которые, к сожалению, не могут попасть в свои дома.
Как бы Вы, Дмитрий Анатольевич, могли бы помочь этим людям?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я думаю, что помочь им можно, но для этого нужно прежде всего сделать так, чтобы наконец воцарился мир и чтобы абхазы, грузины, осетины могли находиться в нормальном полноценном диалоге. И тогда можно разрешить самые сложные вопросы: и вопросы беженцев, и вопросы проезда, пролёта, потому что это всё прикладные вещи применительно к тому конфликту, который, к сожалению, произошёл практически в эти же даты в 2008 году.
Поэтому нормальная дипломатическая работа, переговоры и возможность слышать друг друга – вот что необходимо для того, чтобы разрешить эти проблемы. Ну и плюс, конечно, признание реалий, признание тех реалий, которые сложились в регионе в результате той авантюры, которая случилась в 2008 году.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Давайте тогда вернёмся к событиям 2008 года. Тогда, в 2008-м, Вы встречались с Президентом Грузии Михаилом Саакашвили, произошло это в Петербурге. Тогда сложилось такое ощущение, в Тбилиси и в Москве, что достигнут некий консенсус, что этот конфликт не дойдёт до «горячей точки». Ощущение такое было, повторяю, и в Москве, и в Тбилиси. Вы не могли бы рассказать, Вы тогда договорились о чём-то с Президентом Грузии?
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, Екатерина, у меня тоже было такое ощущение. У меня до сих пор это в памяти, как мы встретились первый раз с Президентом Саакашвили. Это было в Петербурге, мы встретились в Константиновском дворце, он пришёл, я ему сказал буквально следующую фразу: «Вы знаете, есть очень много проблем сейчас в регионе, в Грузии, с непризнанными территориальными образованиями. Но я могу Вас заверить как новый Президент Российской Федерации, что я сделаю всё для того, чтобы Вы постарались найти какие-то компромиссы, которые устроят всех, которые в конечном счёте способствовали бы реинтеграции пространства Грузии». Вот что дословно я ему сказал. «Если, конечно, это будет привлекательно для всех, кто находится в переговорах». Я услышал на это: да, конечно, мы готовы работать. И у меня тоже сложилось впечатление, что можно если не новую страницу открыть, то, во всяком случае, постараться найти какие-то новые, нестандартные подходы, но самое главное – регулярно общаться.
Что происходило дальше? Мы общались, разговаривали, и, насколько я помню, последний раз наша встреча состоялась в Астане. В чём она заключалась? Мы тогда договорились о том, что сядем и по-серьёзному поговорим. Где? А вот здесь, в Сочи. Я ему сказал: «Приезжайте в Сочи, мы спокойно поговорим обо всех проблемах». Потому что он начал перечислять свои какие-то сложности или своё видение ситуации, я ему сказал о российском видении. Но с учётом того, что это было на праздновании годовщины Астаны, я ему сказал: «Приезжайте в Россию». Он сказал: «Хорошо. Я готов это сделать».
Могу Вам сказать откровенно, я после этого месяц проверял, есть ли от нашего грузинского партнёра какая-то информация. Её не было. Но зато в Грузию в этот период зачастили, как принято говорить было в советские времена, эмиссары из-за океана. И для меня достаточно очевидным моментом (я потом это анализировал, естественно, неоднократно) был визит в тот период Государственного секретаря Соединённых Штатов Кондолизы Райс. После этого мой коллега просто ушёл со связи, он перестал общаться, перестал писать, перестал звонить, выходить на связь. По всей вероятности, возникли новые планы, и они были реализованы.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Дмитрий Анатольевич, правильно ли я Вас понял, что Вы считаете теперь, что визит Госсекретаря США – это было подталкивание Президента Саакашвили к развязыванию конфликта, что Соединённые Штаты специально двигали в эту сторону?
Д.МЕДВЕДЕВ: Нет, я так не считаю, потому что Соединённые Штаты – всё-таки очень крупная страна, которая возглавляется прагматичными людьми. Но в политике очень важны оттенки и нюансы.
Я как-то говорил, что, когда я, ещё будучи Руководителем Администрации Президента, приехал в Белый дом и встречался, кстати, с той же самой Конди и с руководителем аппарата Президента, пришёл Джордж Буш. Как у них принято: привет – привет. Зашёл. Первое, что он мне сказал: «А Миша Саакашвили хороший парень?» Я говорю: «Господин Президент, я не знаю, я с ним не знаком, может быть, познакомлюсь». К сожалению, его слова оказались в плохом смысле пророческими. Это была первая фраза, подчёркиваю, которую я услышал в личном общении от Джорджа Буша.
Так вот я не считаю, что американцы подталкивали грузинского руководителя к агрессии. Но я думаю, что определённые нюансы, определённые акценты, слова о том, что пора восстановить конституционный порядок, пора действовать более решительно, могли возбудить совершенно очевидные надежды, что при возникновении любого конфликта «американцы нас не бросят, они вступятся, в конце концов они войну устроят с русскими». Поэтому я всё-таки связываю этот визит и последующие события, как и моё последующее телефонное общение с главой Белого дома, ну и потом уже личное общение.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Значит, зелёного света не было? Это фраза, которую часто повторяют, анализируя войну 2008 года, всё время говорят: наверное, был зелёный свет из Вашингтона.
Д.МЕДВЕДЕВ: Для того чтобы это сказать, нужно иметь как минимум официальные или агентурные данные. У меня их нет. Но мы все умеем анализировать. После визита Кондолизы Райс мой коллега общаться перестал. Может быть, это случайное совпадение. Но у меня есть практически полная уверенность в том, что в этот момент возник план по соответствующей авантюре, которая и случилась в августе.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Дмитрий Анатольевич, Президент Саакашвили говорит о том, что на самом деле Россия задолго до августа 2008 года готовилась к войне, в частности, цитирует тогдашнего Президента (Вашего предшественника) Владимира Путина о том, что «мы вам устроим Северный Кипр». Это цитата, по словам Саакашвили. Вы были в руководстве России, Вы можете подтвердить, что такие вещи обсуждались, или опровергнуть?
Д.МЕДВЕДЕВ: Чушь это всё собачья. Господин Саакашвили много чего говорит. Он вообще свою речь зачастую не контролирует. Естественно, ничего подобного не обсуждалось. А в руководстве страны я нахожусь уже практически больше 10 лет. Это первое.
И второе. Вы знаете, конфликт никогда никому не нужен. Тот, кто скажет, что при помощи конфликта можно чего-то решить, тот врёт. Конфликты ни к чему хорошему не приводили. Если бы удалось предотвратить этот конфликт, это было бы на пользу всем, прежде всего, конечно, на пользу Грузии. И то, что этого не случилось, к сожалению, большая трагедия. И ответственность за эту трагедию, к сожалению, на мой взгляд, несёт только один человек (просто так устроена государственная машина) – это Президент Грузии.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Дмитрий Анатольевич, но ведь в любом случае война – это в первую очередь поражение дипломатии.
Д.МЕДВЕДЕВ: Точно.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Анализируя ситуацию спустя три года, что бы Вы сделали по-другому? Что не смогла сделать Россия, чтобы предотвратить войну, избежать войны?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я могу прямо сказать, если бы я понимал, скажем, в июле, что в воспалённом мозгу господина Саакашвили зреют такие планы, может быть, я бы более жёстко с ним разговаривал, старался бы вытащить его из этой ситуации, которая сложилась у него там, в Россию, в третью страну, для того чтобы с ним поговорить, чтобы хотя бы отговорить его. Но этого, естественно, я не знал.
Поэтому, когда всё это произошло, знаете, несмотря на то что мы понимали, что есть различного рода намерения силой восстановить территориальное единство страны, использовать войска, я думал, что это параноидальный сценарий, который никогда не будет реализован. Всегда же надеешься всё-таки на то, что разум будет сильнее, чем аргументы такого порядка. Именно поэтому (я уже неоднократно об этом говорил) то, что произошло 8-го, было для меня удивительным, потому что я понимал, что тем самым Саакашвили лично растерзал своё Отечество. И вот это самое страшное для него и для грузинского народа.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: В интервью Алексею Венедиктову он сказал, что как раз во время вашей последней встречи в Астане Вы его избегали, и ему стало ясно, что конфликт неизбежен.
Д.МЕДВЕДЕВ: Ну что я могу сказать? Во-первых, его трудно избегать, потому что он «липкий». И если он хочет пристать, то он пристанет как следует. Он ко мне подходил несколько раз. Мы с ним разговаривали, я отлично это помню, сидя в автобусе, гуляя по какому-то парку. Я даже больше скажу. Мы потом пошли попить вечером чайку и по бокалу вина, и даже там мы сидели с ним на каком-то диванчике и обсуждали, как встретиться. Поэтому это сказки, пусть они останутся на его совести, как и многое другое.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Дмитрий Анатольевич, говоря о Саакашвили лично и вообще о грузино-российских отношениях после 2008 года: они, в общем-то, не развиваются вообще, их нет. При этом понятно, что в некоторой степени это зависело от каких-то личных отношений лидеров. Президент Грузии Михаил Саакашвили недавно официально предложил диалог без предварительных условий. Почему Вы отвечаете отказом, если учесть, что Саакашвили является законно избранным Президентом этой страны?
Д.МЕДВЕДЕВ: Только потому, что Саакашвили совершил преступление по отношению к Российской Федерации и к её гражданам. По его указанию были убиты сотни наших граждан, включая наших миротворцев. Этого я ему никогда не прощу, и поэтому я с ним общаться не буду, хотя он периодически пытается подмигивать в различных международных коридорах и так далее. Со всеми другими – пожалуйста, никаких проблем я не вижу, мы можем общаться на любые темы в рамках, конечно, того международно-правового статуса, который сложился в регионе, и в рамках тех решений, очень тяжёлых и непростых для меня, которые я принимал. Но для меня он фигура нерукопожатная. Я понимаю, что он законно избранный Президент Грузии. Только грузинский народ может ставить ему оценки, выносить ему вердикты. В любом случае я уверен в одном: рано или поздно Михаил Саакашвили не будет Президентом Грузии, потому что таковы законы политической жизни. И в этом случае у нового президента, кто бы им ни был, появится возможность наладить нормальные продуктивные отношения с Россией.
Более того, я сразу хочу сказать, для меня самого очень больно, что между нашими странами нет нормальных отношений, потому что мы очень близкие страны, очень близкие народы. Если бы не эта идиотская авантюра, то даже такой очень сложный политический процесс, который происходил тогда, можно было тянуть ещё годами и в конце концов вырулить на приемлемое, наверное, для всех решение, для грузин, для жителей Абхазии и для жителей Южной Осетии.
Именно этого я ему никогда не прощу. И я считаю, что свою оценку ему должен дать грузинский народ, но сделать это демократическим способом.
Завершая разговор о нём, могу сказать одну вещь. Он вообще должен быть признателен мне, что в какой-то момент я просто остановил войска. Если бы они вошли в Тбилиси, то скорее всего в настоящий момент в Грузии был бы другой президент.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Господин Президент, у нас как раз куча вопросов по этому поводу.
Д.МЕДВЕДЕВ: Куча? Кучи не надо, я уже сказал почти всё.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Например, почему Вы остановили?
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Почему Вы не дошли до Тбилиси?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я считаю, что цель той операции по принуждению к миру, которая продолжалась пять дней, была выполнена. Целью этой операции не был захват Тбилиси или какого-то города. Нужно было просто остановить агрессию, которую развязал Саакашвили. Более того, я не судья и не палач, ещё раз подчёркиваю, оценку Саакашвили и его судьбу должен определить народ при помощи голосования или другим способом, как иногда это происходит в истории. Но в мои планы и тогда не входило – и я сейчас об этом могу откровенно сказать, я считаю, я правильно поступил, – низвержение Саакашвили силовым способом, хотя это сделать было очень просто.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Ещё один вопрос. В Европе всё-таки считают, что первоначальный ответ России, конечно, был оправдан целями защиты, а последующие действия российских войск были чрезмерными. Действительно, почему всё-таки нельзя было выдавить грузинские войска из Южной Осетии и ограничиться этим?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, все эти рассуждения, конечно, вполне возможны, я их неоднократно слышал, но попробуйте поставить себя на место Верховного Главнокомандующего российскими Вооружёнными Силами, а именно на моё место. Можно, конечно, было выдавить и остановиться, но что мы слышали: мы сейчас отойдём на какие-то прежние порядки, американские друзья и некоторые другие нам помогут довооружиться, восстановить самолёты, ещё что-то, и мы с удвоенной энергией продолжим ту операцию, которая была. Но это было бы просто преступлением по отношению к памяти тех, кто погиб, защищая свою землю. Именно поэтому задача была в том, чтобы в тот момент демонтировать, разрушить военную машину Грузии, для того, чтобы она не могла наносить удары по мирным жителям, по жителям Абхазии, Осетии и Российской Федерации, потому что, Вы знаете, там всё намешано.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Господин Президент, Вы сейчас говорили об операции по принуждению к миру, а передо мной всплывает, извините, сегодняшний день – это Ливия и это Сирия. Когда возможно, как Вы для себя определяете: здесь можно принуждение к миру, здесь Каддафи Россия пропустила, а на Сирию возложила эмбарго? Когда Вы принимали решение по Грузии и теперь, как Вы разложите это?
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, это всегда очень индивидуальная вещь, потому что не бывает одинаковых стран, не бывает одинаковых ситуаций.
Что происходит в Ливии, я думаю, и Вам понятно. В Ливии есть человек, который 40 лет правит страной и который в какой-то момент решил применить силу против собственного народа, что было осуждено всем человечеством и Российской Федерацией.
Мы не принимаем участия в этой военной операции, тем не менее ряд стран пытается наводить там порядок военными возможностями. Мы не считаем это правильным. Но там есть один нюанс, о котором необходимо помнить. В отличие от Грузии, которая, что там скрывать, к тому моменту распалась на три части (и задача была в том, чтобы склеивать, не просто восстанавливать конституционный порядок, а в том, чтобы склеивать страну, если это было возможно), Ливия пока ни на что не распалась. Там есть такая угроза, но пока все (и повстанцы так называемые, и каддафисты – сторонники действующего лидера ливийской революции) выступают за единство собственной родины. Это несколько разные вещи. Но я об этом говорю не в смысле того, чтобы объяснить, почему так, почему сяк, а просто для того, чтобы проиллюстрировать: все ситуации, все модели абсолютно разные. То же самое касается и других стран.
А.ВЕНЕДИКТОВ: А Сирия?
Д.МЕДВЕДЕВ: Сирия – более сложная тема. В Сирии ситуация, к сожалению, пока идёт очень драматическим путём. Мы все, реальные политики, должны следить за тем, как развиваются события. Каддафи в какой-то момент отдал максимально жёсткие указания по уничтожению оппозиционеров. Нынешний Президент Сирии таких указаний не отдавал. К сожалению, там гибнут люди в большом количестве. Это вызывает наше огромное беспокойство. Поэтому и в личном общении с ним, и в тех письмах, которые я ему направлял, я провожу одну идею: нужно срочно проводить реформы, мириться с оппозицией, восстанавливать гражданский мир и создавать современное государство. Если он не сможет это сделать, его ждёт печальная участь, и в конечном счёте нам тоже придётся принимать какие-то решения. Мы тоже, естественно, наблюдаем за развитием этой ситуации, она меняется, как меняются и какие-то наши ориентиры.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Тогда позвольте более жёстко. Чем отличается то, что Саакашвили делал в Цхинвале, от того, что в 99-м году Россия делала в Грозном?
Д.МЕДВЕДЕВ: Да, это вопрос, который довольно часто я слышу. Дело в том, что в Грозном Россия не занималась тем, чем занимались в Цхинвале. Мы занимались обычными вещами, мы просто наводили порядок. Мы просто наводили порядок, мы не занимались уничтожением собственного народа, который формально входил тогда в территорию Грузии. Мы боролись с бандитами, с теми людьми, которые под различными лозунгами (иногда псевдоисламскими, а иногда просто абсолютно экстремистскими) боролись с конституционной властью.
Ничего подобного ни в Цхинвале, ни в Абхазии мы, естественно, не видели, потому что там уже давно существовали анклавы, в которых были собственные правительства, которые сами себя провозгласили государствами и в которых более или менее обеспечивался правопорядок. Это принципиально разные ситуации.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Дмитрий Анатольевич, давайте тогда по цифрам. Тоже война 2008 года. Тогда представители, официальные представители Российской Федерации, а также представители де-факто властей Южной Осетии заявляли о том, что в Цхинвале погибли 2 тысячи человек. Была озвучена такая цифра. Позже Следственный комитет Генпрокуратуры Российской Федерации заявил о том, что погибших до 150. А ведь именно эта цифра, 2 тысячи, была одним из основных аргументов при начале так называемой операции по принуждению к миру. То есть в этом случае как бы Вы сейчас оценили по прошествии трёх лет разницу в цифрах?
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, я неоднократно рассказывал, как я принимал это решение. Я никакими цифрами не руководствовался. Какая тут может быть арифметика? Я напомню, что происходило.
В ночь с 7-го на 8-е число мне позвонил Министр обороны (я как раз двигался по Волге, был в отпуске, и вообще вся планета была в предвкушении Олимпиады, которая была в Китае) и сказал, что наш грузинский сосед начал активные боевые действия. Я, честно скажу, абсолютно, предельно откровенно, вначале очень засомневался и говорю: «Знаешь, надо проверить, он что, совсем сумасшедший, сбрендил, что ли? Может быть, это просто провокация какая-то, он испытывает на прочность осетин и пытается что-то нам показать?»
Проходит час, он говорит: «Нет, они уже ударили из всех орудий, они используют «Град». Я говорю: «Хорошо, жду новую информацию». Ещё какое-то время проходит, он говорит: «Знаете, я хочу Вам доложить, они только что уничтожили палатку с нашими миротворцами, всех насмерть положили. Что я должен сделать?» Я сказал: «Открывайте ответный огонь на поражение». Никаких цифр в этот момент не фигурировало. К сожалению, это всегда на уровне вот таких прямых докладов и прямых, очень сложных решений. Я могу вам сказать, это была самая сложная ночь в моей жизни.
Цифры о количестве погибших появились потом. Они действительно разнились и до сих пор разнятся. Я не следователь, я не эксперт, я не занимаюсь эксгумацией трупов. Наши осетинские друзья, коллеги говорят, что значительное количество трупов было захоронено и до сих пор не найдено. Грузинские аналитики оперируют другими цифрами. Знаете, мы вообще не должны вот так рассуждать: 2 тысячи достаточно, а 150 – об этом можно забыть, это разве жизни, подумаешь, 150 человек.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Но речь идёт о том, что были эвакуированы многие жители Цхинвала тогда, потому что знали в Южной Осетии...
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: За две недели до начала конфликта.
Д.МЕДВЕДЕВ: Я думаю, что кто-то мог и уехать, безусловно, но я просто отвечаю на Ваш вопрос, говорю, что количество погибших никогда для любого нормального человека не должно быть критерием того, что он собирается предпринять в ответ.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Дмитрий Анатольевич, Вы сказали о том, что дали команду открыть ответный огонь, но дальше началась операция, дальше пошло тяжёлое вооружение, началась война. Скажите, пожалуйста, как Вы принимали решение о продолжении операции? И такой вопрос, который задают, извините, все наши коллеги: кто кому позвонил, Вы Владимиру Владимировичу в Пекин или он Вам из Пекина? Как Вы с Премьер-министром согласовывали?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, по-честному сказать, никто никому не звонил. Мы с ним связались спустя сутки.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Спустя сутки?
Д.МЕДВЕДЕВ: Спустя сутки. Я уже все приказы отдал. Там уже вовсю всё полыхало. Владимир Владимирович просто выступил с заявлением о том, что мы категорически этого не приемлем, естественно, правильно поступил. Спустя сутки мы только с ним связалась, поговорили по закрытой связи, потому что такие вопросы, как Вы понимаете, всё-таки по радиотелефону не очень хорошо обсуждать, а с другими странами эта связь организуется не очень просто. Спустя сутки мы поговорили, потом он вернулся, мы уже, естественно, какие-то вещи обсуждали, но ещё до его возвращения я собрал Совбез, объяснил свою позицию, почему я принял решение открыть ответный огонь и вступить в этот конфликт, члены Совета Безопасности меня поддержали. После этого я собрал всех в Сочи, там уже был и Путин тоже.
А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи появляется сразу фигура господина Саркози, который тогда возглавлял Европейский союз.
Д.МЕДВЕДЕВ: Не могу о нём говорить без улыбки в отличие от другого коллеги, о котором мне до этого приходилось рассуждать.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Почему?
Д.МЕДВЕДЕВ: Потому что он у меня вызывает симпатию.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Понятно.
Есть версия о том, что именно Саркози уговорил Вас остановить продвижение российских войск в сторону Тбилиси.
Д.МЕДВЕДЕВ: Нет, конечно. Ни один иностранный руководитель не способен уговорить другого. Весь мир пытается уговаривать Каддафи. И что, уговорили? И не уговорят. Он скорее умрёт в этой своей землянке. Нет. Я ещё раз подчёркиваю, у нас никогда не было цели брать какие-то города или ещё что-то. Речь шла только о том, чтобы остановить военную машину, которая в тот момент была направлена против двух отколовшихся территорий и против наших граждан, к сожалению.
Саркози сделал очень добрую вещь, он позвонил мне и говорит: «Слушай, там у вас конфликт. Давай я прилечу». Я говорю: «Я буду рад тебя видеть». – «Я сейчас председательствую в Евросоюзе, я мог бы приехать, может быть, мы о чём-то порассуждали бы». Ему нравится это, он в этом смысле человек умелый. Он приехал, мы с ним поговорили. Я ему объяснил свой резон. Он сказал: «Да, я с тобой согласен. Здесь действительно это так и так. Я какие-то вещи могу сказать вслух, какие-то не могу. Тем не менее я хотел бы внести свою лепту в то, чтобы остановить этот конфликт». Я говорю: «Хорошо. Давай согласуем определённый план (который впоследствии назвали «план Медведева – Саркози»), и с этим планом ты поедешь в Грузию и предъявишь его». И может быть, самое ценное, что он сделал, он не побоялся приехать в Россию в тот период, когда действительно только ленивый не рассуждал о том, что мы сделали, он не побоялся поехать в Грузию с нашими предложениями и в целом получил достаточно удовлетворительную реакцию со стороны грузинских властей, прежде всего самого Саакашвили. В этом его вклад в наведение мостов и решение этой задачи. Я ему до сих пор за это признателен. Он действительно сыграл очень важную роль. Но, конечно, он не говорил: «Знаешь, нужно здесь остановиться». Он понимал, что, как я считаю целесообразным сделать, я так и буду поступать. Конечно, его задача была остановить всё это как можно быстрее.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Господин Президент, по мнению западных аналитиков, признание Абхазии, Южной Осетии не совсем соответствовало духу соглашения о перемирии «Медведев – Саркози». Там говорилось, что после окончания войны российские войска возвращаются до довоенных позиций. А Россия же, признав эти два государства, оставила свои войска там. Теперь в Абхазии и Южной Осетии есть российские военные базы. Вот интересно, как отреагировал на это Ваше решение Саркози, собственно, соавтор?
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, я не хочу на него вешать бремя ответственности за тот указ, который я подписал. Конечно, он никакой не соавтор решения о признании.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Нет, не признания.
Д.МЕДВЕДЕВ: Более того, я могу Вам сказать, что я, конечно, с ним это не обсуждал, потому что это не предмет его визита, собственно, он этим и не занимался. Конечно, не буду скрывать, и он, и некоторые другие мои партнёры по Евросоюзу говорили: напрасно Вы это делаете, Вы создаёте для себя проблемы – и так далее. Естественно, я всё это слышал. Но решение, которое я принимал, объяснялось другим, конечно, не реакцией моих партнёров.
Что касается плана Медведева – Саркози. Он вообще не по этому поводу. План Медведева – Саркози о том, как остановить войну, о том, как остановить ту проблему, которую создала авантюра Саакашвили. И в этом смысле я считаю, что этот план сработал. Российская позиция проста: план Медведева – Саркози: а) удался; б) выполнен на сто процентов. Все другие интерпретации я не слышу, потому что считаю их неверными.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Заметьте, французская сторона, недавно и Премьер-министр Фийон, и Президент Саркози, говорит о том, что они все ждут от Дмитрия Медведева, что он закончит выполнение плана Медведева – Саркози.
Е.КОТРИКАДЗЕ: То есть он выведет войска на довоенные позиции.
Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемые друзья, могу вам сказать одну вещь. Есть позиция Франции, есть позиция Евросоюза, она по этому поводу отлична от нашей. С этим ничего не сделать, мы действительно здесь не сходимся. Я считаю, что я выполнил план Медведева – Саркози на все сто процентов. В этом плане нигде не говорилось о том, что мы не будем признавать Абхазию и Осетию или о каких-то других вещах.
Что касается отвода войск, то он произошёл. Он произошёл.
Е.КОТРИКАДЗЕ: На довоенные позиции.
Д.МЕДВЕДЕВ: Да, и в этом смысле на довоенные позиции в понимании российской стороны.
Е.КОТРИКАДЗЕ: В продолжение темы Евросоюза и позиции Запада относительно этого конфликта. Помимо того что США и Европейский союз критикуют Россию за невыполнение плана Медведева – Саркози, кроме этого Сенат Соединённых Штатов совсем недавно, на днях, сделал официальное заявление, равно как и Европейский парламент, они считают действия России на территории Грузии, в Абхазии и Южной Осетии, оккупацией 20 процентов территории Грузии. Вы, Дмитрий Анатольевич, – либеральный лидер. Всё-таки как Вы оцениваете такую формулировку – «оккупация»?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я думаю, что Вам мой ответ приблизительно понятен, мой ответ как либерального лидера современной и развивающейся России. Я думаю, что эти формулировки Сената ни на чём не основаны, они отражают вкусовые пристрастия отдельных престарелых членов Сената, которые в силу субъективных причин симпатизируют тем или иным людям. Это их дело, это иностранный парламент, мне до него нет абсолютно никакого дела, скажем так, мне безразличны их формулировки.
Я же считаю совершенно иначе, и моя позиция выражена в тех указах, которые я подписал в этот очень трудный период. Надо сказать предельно откровенно, хотя, наверное, здесь у нас с вами разные позиции: мне не стыдно за эти указы. Не только не стыдно, я считаю, что это были абсолютно правильные и необходимые в этот момент решения, потому что иначе эту трагедию невозможно было остановить никак. Это были очень сложные решения, и я понимал, на что я иду. Я могу вам прямо сказать, даже когда я обсуждал это с разными людьми, со своим ближайшим окружением, говорил: давайте подумаем. То есть не было такой ситуации, когда все говорят: давай, это абсолютно правильная вещь. Это всё родилось в процессе обсуждения. Но я считаю, что решение, которое я тогда принял, было абсолютно чётким и выверенным, и в этом смысл того, что было сделано: признать международную правосубъектность новых территорий, для того чтобы их защитить.
Что касается будущего, а это всегда тот вопрос, который следует за этим, то его не знает никто. Я буду очень рад, если, скажем, руководство Грузии, руководство Абхазии и Южной Осетии сядут за стол переговоров и будут думать о том, как они будут жить дальше, как в регионе будет обеспечиваться мир и правопорядок, какова судьба очень близких народов, что они могут потенциально когда-нибудь создать. Это их дело. И если когда-нибудь до этого дойдёт, я буду счастлив, Россия этому никогда препятствовать не будет.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Дмитрий Анатольевич, коллега спросила Вас про реакцию Сената США и Европейского парламента, а я Вас спрошу про реакцию наших партнёров по ОДКБ и по СНГ. Ни одна страна, входящая в ОДКБ, ни одно государство, входящее в СНГ, ни одно государство, входящее в ШОС, то есть наши союзники и партнёры, которые себя так сами называют, не поддержали это решение, не признали. Когда Вы с ними говорите на эту тему, что Вы...
Д.МЕДВЕДЕВ: Я могу Вам рассказать, я, по-моему, даже об этом когда-то говорил, но скажу ещё раз. Когда это всё произошло, я собрал ОДКБ, позвал своих товарищей и говорю: «Вы знаете, такое очень тяжёлое решение мне пришлось принять. Я вам прямо говорю, я от вас ничего не жду, потому что я понимаю, сколь сложными для вас будут подобные решения. У многих из вас есть территориальные проблемы, у всех у вас есть экономические проблемы, мы все живём в довольно сложном взаимно дополняемом мире. Поэтому я вас ни к чему не призываю. А наше решение окончательное и бесповоротное. Но это не значит, что я к вам обращаюсь с просьбой признать эти новые субъекты международного права. Признаете – ваше дело, не признаете – ничего в нашей позиции не изменится».
И потом, вы знаете, всё-таки я хоть молодой и либеральный Президент, но у меня некоторый опыт есть. Я прекрасно понимал, что после этого признания не так много будет государств, которые пожелают признавать вот эти сложившиеся реалии. Но это уже другая история.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Смотрите, Дмитрий Анатольевич, это же пример, скажем, для Нагорного Карабаха. Вы непосредственно лично вовлечены в переговоры по Нагорному Карабаху. Девять раундов консультаций.
Е.КОТРИКАДЗЕ: И ничего.
А.ВЕНЕДИКТОВ: И ничего, да. Кажется, последняя консультация – тоже ничего. И я думаю, как смотрит на это руководство Армении и Азербайджана, на историю с Абхазией и Осетией? Я про это спрашиваю. Что должны сделать эти две стороны, вернуть районы?
Д.МЕДВЕДЕВ: Очень хороший вопрос. Вы знаете, когда это произошло, оба руководителя (и Президент Алиев, и Президент Саргсян) побывали здесь же, в Сочи. Они знаете мне что сказали? Говорят: «Плохо, конечно, что всё это произошло, для Кавказа это тяжёлая вещь». Я говорю: «Очень плохо». – «Но Вы знаете, для нас это определённый урок, что лучше вести бесконечные переговоры о том, какова судьба Нагорного Карабаха, будет ли там референдум когда-то, как нам готовить мирный договор, чем провести эти пять военных дней». Это был для них очень серьёзный урок. Мне кажется, это очень показательная вещь. Почему? Потому что, если возвращаться к тому, что произошло тогда, ведь если бы хоть немного ума достало нашему грузинскому коллеге, может быть, мы точно так же встречались бы в Сочи, в Казани, ещё где-то и думали о том, каким образом нам искать компромиссы во взаимоотношениях между частями когда-то одного государства, а сейчас Грузии и отколовшимися частями. Но это был бы политический процесс. Я не знаю, с какими перспективами. Может быть, никогда бы не договорились, может быть, что-то пришло бы, может быть, возникла бы какая-то конфедерация. А он взял и порвал свою страну. Вот я считаю, что именно это останется в памяти людей. И это самое главное.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Если вернуться к признанию Абхазии и Осетии: Вы говорите, что не будет Саакашвили, наверное, возможно будет договориться.
Д.МЕДВЕДЕВ: Я не сказал «договориться». Я сказал, что тогда можно как минимум восстановить дипломатические отношения и начать переговорный процесс по любым вопросам, кроме тех, по которым у нас уже есть позиции. Но даже по этим вопросам мы можем разговаривать.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот в чём проблема, на сегодняшний день в Грузии не найдётся ни одной политической силы, которая готова смириться с потерей Абхазии и Южной Осетии.
Д.МЕДВЕДЕВ: Понимаю.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Мы даже не говорим про Саакашвили. Но получается, что и с теми, кто придёт после него, у России фундаментальные разногласия.
Д.МЕДВЕДЕВ: Да, разногласия будут, у меня сомнений нет. Но это будут люди, с которыми можно будет сесть за один стол, а это уже немаловажно. И я уверен, что они не откажутся сесть за один стол, даже несмотря на то что у нас есть фундаментальные разногласия.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Господин Президент, а что если грузинский народ продолжит выбирать ту же команду и тот же курс? Вот что будет тогда?
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Саакашвили останется до 36-го года.
Д.МЕДВЕДЕВ: Я могу сказать нелестные слова в адрес Саакашвили, потому что мне он в отличие от моего французского коллеги кажется человеком, который не достоин уважения. Но я не могу обижать народ. Если грузинский народ будет голосовать за ту или иную команду, это будет выбор грузинского народа. Мы будем с этим считаться. Наверное, это будет не в лучшую сторону отражаться на наших отношениях. Но мы будем считаться с тем, что грузинский народ голосует за конкретных людей.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Дмитрий Анатольевич, Русская православная церковь считает Южную Осетию и Абхазию канонической территорией грузинского патриархата. Почему мнения властей светских и духовных так различаются по этому поводу?
Д.МЕДВЕДЕВ: Потому что светские власти – это светские, а духовные – это духовные. Светские власти принимали решение под влиянием очень тяжёлых обстоятельств. Если бы их не было, не было бы и этих решений.
Что касается духовных властей, у них отдельная ситуация, я бы не хотел в неё погружаться, это будет просто некорректно с моей стороны, хотя я (не буду скрывать) неоднократно обсуждал её и со Святейшим Патриархом Кириллом, и Святейшим Патриархом-Католикосом Илиёй Вторым. Мы тоже несколько раз встречались, это обсуждали.
В этом нет ничего удивительного, потому что очень часто канонические территории церкви не совпадают с географическими границами государств. Слушайте, у нас абсолютно разные государства, теперь Россия и Украина, но Украинская православная церковь Московского патриархата действует там.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Дмитрий Анатольевич, вопрос про Южную Осетию.
Смотрите, 95 процентов жителей Южной Осетии являются российскими гражданами, на выборах Президента, извините, в 2008 году 90 процентов жителей Южной Осетии проголосовали за Президента Медведева, они получают соответственные выплаты из Пенсионного фонда и так далее, они российские граждане. И в этой связи мы понимаем, что осетины в любом случае – разделённый народ, наследство Сталина, Северная Осетия и Южная Осетия.
Д.МЕДВЕДЕВ: Увы!
А.ВЕНЕДИКТОВ: Обсуждалась ли в руководстве России (мы сейчас об этом говорим) возможность объединения Северной и Южной Осетии, вступление Южной Осетии в Россию? Как Вы вообще относитесь к возможности такой процедуры?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я думаю, что никаких юридических предпосылок в настоящий момент для этого не существует. Конечно, невозможно предвосхитить то, что будет в будущем, возможно различное развитие событий. Но если говорить о текущей ситуации, то, на мой взгляд, ни юридических, ни фактических предпосылок для этого нет. Собственно, с этим были связаны мои указы о признании новых субъектов международного права, а не о чём-то другом. И мне кажется, что это нормальный путь развития добрососедских, дружеских отношений между Российской Федерацией, Абхазией и Южной Осетией. Это нормальный путь.
А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть то, что все жители Южной Осетии – российские граждане и голосуют за Президента Медведева, это не является юридической предпосылкой для вхождения в состав Российской Федерации?
Д.МЕДВЕДЕВ: Это как минимум создаёт определённую ситуацию на территории Южной Осетии, но я не знаю, например, что будет через 15–20 лет, какими будут жители Южной Осетии, сколько там будет граждан России, а сколько будет граждан, собственно, самой Южной Осетии, будет ли у нас двойное гражданство или что-то иное? Поэтому я бы не хотел забегать вперёд. В настоящий момент, подчёркиваю, правовых предпосылок для этого нет. Но жизнь есть жизнь, она развивается.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Дмитрий Анатольевич, Вы сами сказали, что знали: признание будет происходить очень медленно. Действительно, оно происходит очень медленно, только три страны признали на сегодняшний день независимость Абхазии и Осетии. Понятно, что на бытовом уровне это вызывает массу неудобств для граждан этих республик. Например, элементарная поездка за границу может быть проблематичной. Готовы ли Вы дать всем гражданам этих республик, помочь им, российские заграничные паспорта?
Д.МЕДВЕДЕВ: Если они будут обращаться, а многие обращаются, мы, конечно, будем идти им навстречу, это очевидно, и будем давать паспорта, если они граждане России, конечно.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Вы также сказали, что, когда Вы принимали это решение, даже Ваше близкое окружение Вам говорило, что, может быть, не надо, может быть, надо задуматься. И в России, и в Грузии возникает вопрос. С начала окончания войны в помощь Абхазии и Осетии было выделено Россией около 40 миллиардов рублей. Это действительно огромные деньги, которые можно было бы направить на решение каких-то социальных проблем внутри страны. Зачем это России?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, у нас существует масса программ помощи и поддержки других стран. А это для нас, может быть, сейчас одни из самых близких государств, которые действительно в настоящий момент от нас всецело зависят. Это близкие нам государства, и там живут наши граждане, мы сейчас с вами об этом говорим. Уж если мы выделяем помощь государствам, в которых живут иностранные граждане, граждане соответствующих государств, то уж тем более есть смысл выделять деньги на поддержку и развитие обособленных территорий, имеющих международную правосубъектность, с нашей точки зрения, где живут российские граждане. Это нормально. Мы раньше вообще чёрт знает кому помогали, я имею в виду Советский Союз.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Дмитрий Анатольевич, Вы говорили о том, что необходимо Президента Саакашвили привлечь к суду, возможно, международному, если мне не изменяет память. Если я неправильно говорю, Вы меня поправьте. Я вообще хотел бы чуть расширить этот вопрос, сказать о допустимости привлечения лидеров государств к международному суду. Сегодня начался судебный процесс над Мубараком (мы все видели это), международный трибунал. Вообще, если говорить об этом, как Вы к этому относитесь? Это прецеденты?
Д.МЕДВЕДЕВ: Да. Скажу. Вообще отношусь к этому юридически. Здесь уже безотносительно к Саакашвили или к кому-то другому. Если существует международный трибунал, который создан по инициативе одного, нескольких государств и который поддержан международным сообществом, это возможно. Но если это некий волюнтаризм, просто желание решить политические проблемы за счёт смещения лидера при помощи какой-то международной процедуры, то я против этого. Собственно говоря, в этом и различие.
Например, если по тому или иному случаю был бы создан международный трибунал, как это происходило в истории человечества, я считаю, что у этого трибунала есть и юридическая компетенция, и, если хотите, высшая справедливость чинить суд над главой государства. Но если это просто чьи-то выдумки, высосанные из пальца предложения по изменению политического устройства государства, то я категорически против этого.
А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи про Саакашвили. Считает ли Россия в лице её Президента, что должен быть создан международный трибунал по тому, что происходило в августе 2008 года?
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, если бы спросили меня, то я бы ответил: да, просто потому, я считаю, это было вопиющее нарушение норм международного права. Но с учётом того, что вряд ли здесь можно опираться только на позицию России, я думаю, что создание подобного трибунала в настоящий момент нереально, поэтому окончательный суд будет творить история, а промежуточный суд будут создавать избиратели Грузии, значит, они должны будут решать, как и куда развиваться.
Е.КОТРИКАДЗЕ: В Грузии сейчас главной проблемой остаётся наличие полумиллиона беженцев. Дмитрий Анатольевич, я хочу, чтобы просто Вы это понимали.
Д.МЕДВЕДЕВ: Понимаю.
Е.КОТРИКАДЗЕ: О другом.
Вопрос Всемирной торговой организации очень актуален в последнее время. Россия стремится в ВТО, ВТО хочет, чтобы Россия вступила в эту организацию, но при этом возникает проблема, насколько нам понятно, Грузия является единственной страной, которая блокирует вступление России в ВТО. Начались спекуляции относительно того, что, возможно, Россия вступит в ВТО, если будет отменено эмбарго на грузинскую продукцию в России, если будут какие-то другие уступки. Господин Президент, как Вы оцениваете перспективы вступления России в ВТО и насколько реально получить какой-то обмен, бартер?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы очень точно выразили эту ситуацию. Бартера я бы точно не хотел, это было бы просто аморально. У Грузии есть отдельная позиция по этому поводу. Как и к любой страновой позиции, мы к ней относимся с уважением, если речь идёт о позиции, продиктованной уставными целями Всемирной торговой организации: торговля, преференции, режимы таможенные – всё готовы обсуждать абсолютно. Вино, минеральную воду – пожалуйста. Но сейчас, к сожалению, всё упирается в другое – по сути, под тему вступления в ВТО нам наши грузинские коллеги пытаются протолкнуть новое издание политической проблемы, а именно: пункты пропуска, кто чего контролирует, давайте позовём туда Евросоюз. Наша позиция простая: если вы хотите знать о движении товаров, в том числе транзитных товаров через территорию Осетии Южной, Абхазии, мы готовы такую информацию давать, причём в электронном виде, самым современным образом. Я, кстати, об этом договорился с Президентом Швейцарии, а вчера об этом говорил, кстати, с Президентом Обамой. В этом смысле мы готовы идти на швейцарские предложения. Но если под марку вступления в ВТО нам пытаются протолкнуть изменения существующих политических реалий, то мы, конечно, на это не пойдём. И здесь даже ВТО не будет той ценой, которая может быть заплачена.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Как Вы расцениваете, исходя из этих сложностей, возможность всё-таки вступления в ВТО России до конца года?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я считаю, что шансы довольно высокие, потому что мы все на эту тему много работаем. Я работаю со своими коллегами и внутри страны, создаю различного рода стимулы за пределами, разговариваю с иностранными руководителями. Я считаю, если грузинское руководство в данном случае проявит мудрость… А мне кажется, это, кстати, один из тех моментов, который сейчас мог бы стать если не поворотной точкой, то, во всяком случае, точкой соприкосновения, вокруг которой можно было бы в дальнейшем начать восстановление сначала нормальных торгово-экономических отношений, а потом уже, глядишь, и дипломатических отношений. Я напомню, мы же дипломатические отношения не прерывали, это была позиция наших грузинских коллег, то есть в этом смысле я считаю, что это было бы неплохо. Но здесь шарик на их стороне.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Но шансы высокие?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я считаю, что высокие. Но, конечно, здесь есть политические преграды. Если они в какой-то момент сработают, то тогда мы можем оказаться отброшенными к началу переговорного периода. Это будет плохо для всех, включая, естественно, саму ВТО.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Дмитрий Анатольевич, а можно бытовой вопрос Вам задать?
Д.МЕДВЕДЕВ: Конечно, можно.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: То, что касается виз.
Российские граждане, у меня куча друзей, которые каждое лето ездят в Грузию, получают грузинские визы прямо в аэропорту. А я, к сожалению, не могу пригласить ни своих друзей, и даже приглашение членам семьи очень проблематично. Есть ли в Ваших планах как-то облегчить визовый режим?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я бы с удовольствием это сделал хоть завтра. Вопрос именно в том, что я сказал до этого. Проблема в том, что нет сейчас субъекта для переговоров. Но вообще-то, если будут разумные предложения, мы готовы и это рассмотреть, не от Саакашвили, но в целом от грузинского руководства мы готовы, естественно, рассматривать и такие предложения.
Вы знаете, ведь не так давно мы даже не имели нормального сообщения самолётами. Сейчас более или менее восстановили, и ничего, всё летает, всё движется. Надо двигаться в этом направлении.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Меня ещё интересует, есть у Вас лично друзья в Грузии и бывали ли Вы когда-нибудь в этой стране?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, в этом смысле моя ситуация такая. У меня, конечно, есть товарищи из Грузии. Я даже не знаю, где они сейчас, по-моему, всё-таки значительная часть их живёт в России. Мы когда-то учились на юридическом факультете, симпатичные, приятные люди, у меня всегда с ними были прекрасные отношения.
Что касается моих личных ощущений. Вы знаете, мне, к сожалению, до того, как всё это произошло, удалось побывать только в Абхазии, это было в 1990 году. Собственно, после этого всё и началось. Вы знаете, у меня потом были мрачные ощущения. Я как раз приехал в Сочи и со своим приятелем поехал в Грузию, тогда в единую, мы немножко покатались по Абхазии, посмотрели красивые места, вернулись, и спустя год начались все эти сложные события. Мне было так жалко. Такая красивая республика, люди такие красивые, гостеприимные. И из-за всего того, что там происходит, туда даже поехать нельзя. Это были мои первые эмоции в отношении событий, которые начались в 95-м.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Дмитрий Анатольевич, у меня вопрос по российско-грузинским отношениям, не касающийся, собственно, войны и конфликта. Некоторые западные СМИ пишут о том, что ЦРУ США подтверждает версию грузинской стороны о взрыве у посольства США в Тбилиси. А версия грузинской стороны заключается в том, что этот взрыв был организован российскими спецслужбами, равно как и ряд других взрывов на территории Грузии. Пишут также западные СМИ о том, что некоторые лидеры, опять же западных стран, беседовали с Вами на этот счёт. Если можно, подтвердите или опровергните.
Д.МЕДВЕДЕВ: Я Вам говорю предельно прямо: ни один лидер ни одной страны ни разу на эту тему не заикался. Может быть, это будет даже немножко обидно для Грузии, но я Вам честно скажу: сейчас вообще эта тема отсутствует в повестке дня моих переговоров с европейскими лидерами, её вообще просто нет. Действительно, она была сложной в 2008 году, потому что был конфликт. Сейчас её просто не существует.
Есть один вопрос – ВТО. Да, его мы обсуждаем в основном с американцами, немножко с европейцами.
Что касается этих взрывов, это всё чушь, вранье и провокация.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Дмитрий Анатольевич, Абхазия. Каждый Ваш ответ вызывает два вопроса. Это очень опасная история. С чем она связана? Да, Саакашвили начал войну с Осетией. Собственно говоря, почему мы признали Абхазию? Грузинские войска не входили в Абхазию, там не погиб ни один человек, там не началась война, но мы признали Абхазию тоже.
Е.КОТРИКАДЗЕ: И фактически там был второй фронт.
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, я думаю, что ответ на этот вопрос абсолютно очевиден: невозможно было признать одно обособленное территориальное образование, не признав другого. Это означало бы следующее: вы на Южную Осетию напали, и мы признали их правосубъектность, теперь нападайте на Абхазию, и тогда мы их тоже признаем.
Е.КОТРИКАДЗЕ: То есть был план нападения на Абхазию, на Ваш взгляд?
Д.МЕДВЕДЕВ: А я в этом абсолютно уверен, более того, Южная Осетия – это такое «слабое звено», маленькое, с небольшим населением, может быть, менее устойчивое. «Давайте попробуем силы там, а если прокатит, тогда попробуем восстановить конституционный правопорядок на территории Абхазии». Не «прокатило», и это фатальная ошибка.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Знаете, Дмитрий Анатольевич, дети обычно спрямляют вопросы.
Д.МЕДВЕДЕВ: У Вас детское восприятие жизни?
А.ВЕНЕДИКТОВ: У меня абсолютно детское восприятие жизни, чем и горжусь.
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы счастливый человек.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, в этом смысле – да. Скажите, пожалуйста, я, конечно, упрощу: Вы гордитесь тем, что Вы сделали в августе 2008 года, или Вы стыдитесь, или Вам больно? Как Вы сформулируете свою эмоцию по прошествии трёх лет? Тогда – понятно. По прошествии трёх лет?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я попробую выразить… Скажу так: мне больно от того, что произошло тогда, до сих пор, но я считаю, что и решение о применении силы, и последующее признание двух этих территорий в качестве субъектов международного права были абсолютно правильными. И в этом смысле я считаю, что действовал в рамках Конституции, и за свои поступки мне не только не стыдно – я считаю, что это были правомерные, разумные, необходимые решения.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Как последствие этого и, может быть, последняя тема. Недавно был опрос ВЦИОМа или ФОМа, не вспомню, 39 процентов россиян считают, что возможна новая война между Россией и Грузией. В Грузии, я не знаю…
Д.МЕДВЕДЕВ: Сколько, кстати?
Е.КОТРИКАДЗЕ: В Грузии опросов не проводили такого рода, опасаются ли люди второй войны, но однозначно чувствуется, что эта тема не теряет актуальности.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Причём с момента окончания войны.
Е.КОТРИКАДЗЕ: Да, с момента окончания войны всё время постоянно в Грузии обсуждают возможность, вероятность второй войны с Россией.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Причём, знаете, что интересно, я неделю был в Грузии, не только на уровне политиков, политики ведут политику…
Е.КОТРИКАДЗЕ: На уровне таксистов.
А.ВЕНЕДИКТОВ: …на уровне таксистов, на бытовом уровне.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Что бы Вы грузинскому народу могли бы сказать по этому поводу?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я считаю, что это было бы очень правильным в завершение интервью сделать.
Во-первых, я очень надеюсь на то, что между нашими странами никогда никаких конфликтов больше не будет, даже в период пребывания у власти господина Саакашвили, потому что он получил хороший урок. Это первое.
Второе. Самое главное, чтобы мы, перевернув эту печальную страницу, помнили о том, что произошло, но смотрели в будущее, чтобы мы восстановили те огромные связи, которые существовали между русским народом, жителями России, и грузинским народом, чтобы мы восстановили добрососедские человеческие контакты в полном объёме. Они и сейчас есть. И вы как раз пример такого рода контактов – вы живёте, бываете и здесь, и там. Но мне бы хотелось, чтобы они были восстановлены в полном объёме. И мне бы очень хотелось, чтобы это произошло как можно быстрее. Это не просто выгодно для двух стран. Это, если хотите, зов сердца. Я говорю предельно искренне: мне бы хотелось, чтобы это произошло как можно быстрее. И если мы будем трудиться для этого, то мы сможем эту задачу решить. Но здесь не всё зависит от России.
С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Спасибо большое.
Д.МЕДВЕДЕВ: Вам большое спасибо.
Санкции и не больше
Совет Безопасности наконец принял единое заявление с осуждением событий в Сирии
Совет Безопасности ООН после долгих споров выпустил совместное заявление, осуждающее режим президента Сирии Башара Асада. Заявление не имеет юридической силы резолюции и не предполагает санкций, как того хотелось бы Западу, — Россия и ее союзники по-прежнему выступают против «ливийского решения» сирийской проблемы.
Документ осуждает сирийские власти за нарушение прав человека и применение силы против гражданского населения и призывает правительство и оппозицию «немедленно положить конец всяческому насилию… и воздержаться от репрессий, в том числе от нападений на госучреждения». В нем, кроме того, говорится, что в Хаме погибли полицейские, и вина в их смерти лежит на «вооруженных экстремистах».
Документ одобрили все делегации стран — членов Совбеза за исключением ее ближнего соседа Ливана, где сильно исламистское движение «Хизбалла», связанное с Ираном и сирийским режимом и представленное в правительстве и парламенте. Представитель ливанской делегации заявил, что резолюция «не поможет разрешить кризис». Россия присоединилась к международному сообществу только после того, как западные партнеры по Совбезу согласились адресовать документ обеим сторонам сирийского конфликта и разделить между ними ответственность за кровопролитие.
До воскресного вооруженного столкновения правительственных войск и оппозиции в городе Хама, приведшего к гибели более 100 человек и ставшего самым кровопролитным с начала конфликта, Россия, Бразилия, ЮАР, Индия и Китай категорически отказывались критиковать Сирию в Совбезе.
Только 1 августа МИД РФ сделал свое первое заявление, в котором выразил «серьезную обеспокоенность в связи с поступающей информацией о многочисленных жертвах». Спецпредставитель президента по Африке Михаил Маргелов заявил, что Асад «достиг черты в кровопролитии». Как в тот же день стало известно «Московским новостям», Россия согласилась присоединиться к международному осуждению. Президент России Дмитрий Медведев в интервью телеканалу RT заявил вчера, что Башар Асад должен как можно скорее восстановить мир в стране: «Если он не сможет это сделать, его ждет печальная участь и нас тоже, придется принимать какие-то решения».
Тем не менее дискуссия вокруг формулировки документа заняла несколько дней. Камнем преткновения стал вопрос об адресате совместного заявления. Западные страны во главе с США настаивали, что насилие со стороны правительственных войск не может быть приравнено к действиям протестующих и что ответственность за кровопролитие должна полностью лечь на режим Асада. Бразилия, ЮАР и Индия были согласны на эту формулировку, Россия настаивала на заявлении, которое не предполагало бы предпочтения одной из сторон конфликта. Итоговый документ стал результатом компромисса.
Российская дипломатия, поддержав заявление, поступилась малым ради того, чтобы спасти Башара Асада от жестких санкций со стороны Совбеза, полагает эксперт Центра арабских исследований ИВ РАН Александр Демченко. «Не осудить события в Сирии, где гибнут люди, Россия не могла по гуманитарным, этическим соображениям. При этом окончательная формулировка соответствует ее позиции: в заявлении говорится, что единственный способ выхода из внутриполитического кризиса — это организованный по инициативе Сирии диалог, а роль международного сообщества ограничивается призывами к прекращению насилия и расследованию обстоятельств столкновений», — сказал «Московским новостям» Демченко.
После заявления Совбеза западные страны продолжили говорить о необходимости более активных действий в Сирии. По словам главы МИД Франции Алена Жюппе, Совет Безопасности «может пойти дальше в своих решениях», если в стране ничего не изменится через семь дней. В то же время он отметил, что о военном вмешательстве речь пока не идет. К этому заявлению присоединился и Вашингтон.
«Не думаю, что на Западе хотят чего-то большего, чем санкции против Дамаска, — считает Демченко. — США не стали бы участвовать в военной операции, у европейцев, как показывает ливийский опыт, просто нет ресурсов для ведения таких войн. На мой взгляд, уже можно говорить о том, что возможности ЕС и США давить на Дамаск исчерпаны, новых инструментов у них нет».
Как сообщает Reuters, Франция, США, Великобритания, Германия и Португалия на консультациях в понедельник и вторник пытались добиться от Москвы прохождения резолюции. Вероятно, Запад продолжит усилия в этом направлении. Но Москва ясно дала понять, что на большее она не пойдет и продолжит выступать против принятия резолюции.
«Чтобы Россия и Запад достигли того уровня взаимодействия по Сирии, какой был в середине марта, когда принималась резолюция по Ливии, нужно, чтобы обстановка в Сирии скатилась к полному хаосу и кровавой бойне, — полагает Демченко. — Причем ситуация должна стать гораздо хуже, чем в Ливии, так как в отличие от джамахирии Дамаск — это наш союзник в регионе. РФ будет поддерживать Сирию до конца». Мария Ефимова
Переговоры на 460 млн евро
Eni рассчитывает поправить финансовое положение за счет скидок от «Газпрома» и Алжира
В отличие от немецкого E.ON, который в начале недели инициировал процедуру арбитражного разбирательства с «Газпромом», другой крупный покупатель российского газа — итальянская Eni рассчитывает в ближайшие несколько месяцев договориться о существенных скидках на топливо мирным путем. За счет пересмотра контрактов с «Газпромом» и алжирской Sonatrach итальянцы планируют вернуть себе около 60% из 760 млн евро потерянной прибыли от реализации газа в первой половине года.
Главный управляющий директор компании Eni Паоло Скарони в ходе телефонной конференции с инвесторами оптимистично заявил, что переговоры с «Газпромом» и алжирской Sonatrch «продвигаются конструктивно». Он рассчитывает компенсировать значительную часть потерь, которые Eni понесла от реализации газа на рынке в первом полугодии.
Результаты итальянского концерна за январь–июнь оказались плохими. Сказалось прекращение операционной деятельности в Ливии, на которую приходилось 10% газового портфеля Eni и существенная доля добычи нефти.
А финансовые итоги деятельности подразделения Gas&Power оказались для инвесторов удручающими. Из-за проблем с реализацией дорогого газа, который компания закупает по долгосрочным контрактам, и прекращения импорта из Ливии более дешевого газа Eni потеряла 760 млн евро прибыли по сравнению с первой половиной 2010 года. Более того, впервые за долгое время в продажах газа наблюдался операционный убыток в размере 95 млн евро.
Несмотря на столь грустную статистику, Скарони ни в ходе презентации, ни во время сессии вопросов и ответов не упомянул о готовности прибегнуть к процедуре арбитража для того, чтобы добиться от поставщиков уступок.
Напомним, что в середине июня «Газпром экспорт» снизил цену на газ для другой итальянской компании – Edison (у нее, правда, контракт на 2 млрд кубометров в год, а у Eni на 19 млрд). И сделал это в ходе арбитражного разбирательства, начатого покупателем в августе прошлого года. А в начале этой недели к услугам судей обратился крупнейший клиент «Газпрома» — немецкий E.ON. Немцы говорили своим инвесторам о возможности перевести дело в арбитраж еще весной и инициировали тяжбу в преддверии публикации результатов за первое полугодие.
Вместе с тем у Eni серьезные запросы к поставщикам из России и Алжира. Скарони не сказал напрямую о размере претензий, но дал инвесторам, как он выразился, «понимание ситуации». По его словам, по итогам достижения соглашений с «Газпромом» и Sonatrach результаты подразделения Gas&Power за первое полугодие улучшатся до прошлогодних показателей за вычетом 300 млн евро, потерянных из-за ситуации в Ливии. Паоло Скарони также посетовал, что Eni лишилась самого дешевого газа в своем портфеле — ливийского.
Таким образом, речь, по-видимому, идет о 460 млн евро потерянной операционной прибыли, которую итальянцам должны вернуть поставщики из России и Алжира.
За полгода Eni продала в Италии 19,1 млрд кубометров газа (еще 2,4 млрд кубометров было реализовано другим импортерам на итальянский рынок), впервые за несколько лет продемонстрировав рост доли на рынке. Доля российского и алжирского газа в сбыте Eni на Апеннинах составляет около 65–70%. То есть 460 млн евро итальянцы хотят выиграть на изменении цены 14 млрд кубометров газа. Размер скидки, которую хочет Скарони, можно оценить в 32 евро, или около $50 с тысячи кубометров. Следует отметить, что именно такой дисконт от «Газпрома» получила Edison. В пресс-службе Eni сказали, что не хотят комментировать переговоры с поставщиками газа. Такой же ответ последовал и от «Газпром экспорта»: «Наша компания не комментирует ценовые консультации. Это не первые такие консультации, и опыт показывает, что они, как правило, заканчиваются компромиссом».
Как известно, и E.ON, и Eni, а также почти все другие покупатели после начала кризиса получили от «Газпрома» уступки по условиям поставок газа. При этом немецкий и итальянский концерны по праву старшинства добились их первыми — в начале 2010 года. Они же почти сразу потребовали от российского партнера нового пересмотра долгосрочных договоров, хотя по контракту основные параметры пересматриваются раз в три года. Алексей Гривач
Сирийский кроссворд
Продолжающиеся антиправительственные выступления в Сирии, подавление которых повлекло большие человеческие жертвы, вызвало нервную реакцию «международного сообщества». Погибли тысячи — это факт. С другой стороны, «мирными жителями» убиты и ранены сотни военнослужащих и полицейских — это тоже факт.
Мировые СМИ описывают происходящее в Сирии как репрессии правящего режима против собственного народа, и они правы. Режим, явно проигрывая информационную войну, говорит о поддержке выступлений извне, и это тоже правда. Беда в том, что все попытки описать происходящее, как выступление «хороших парней» против тирании, не имеют к ближневосточной реальности в целом и сирийскому случаю в частности никакого отношения.
Башар Асад авторитарный правитель, и его режим не вызывает особых симпатий ни у его соседей, ни у его подданных, ни у европейских и американских политических моралистов. Но в регионе нет и даже в отдаленной перспективе не предвидится других режимов. Демократия на Ближнем Востоке, о которой так много говорится в связи с «арабской весной», — это не привычные для современного западного мира права личности и права меньшинств, а право большинства ограбить или уничтожить меньшинство. Исключений тут не бывает.
Критикующая сирийское руководство за подавление протестов Турция, приведенная в пример исламскому миру Хиллари Клинтон в ходе ее недавнего визита в эту страну, как пример ближневосточной демократии, жестко пресекает проявления национальных интересов курдов. Алжир — берберов. Христианские общины живут как на вулкане в «демократических» Ираке и Ливане, Египте и Палестинской автономии.
Сирийская проблема не имеет выхода, который устроил бы всех. Режим, разумеется, коррумпирован, силовики зарвались, а население устало ждать изменений к лучшему. Альтернатива, однако, не модернизация и процветание, а хаос.
Ситуация в Ираке и Афганистане, Тунисе и Египте показывает, к чему приводит крушение авторитарных режимов, вне зависимости от того, сопровождается оно внешней интервенцией или нет. Сегодня в Сирии льется кровь, но свержение правящего режима для этой поликонфессиональной и многонациональной страны будет означать ее практически неизбежный распад на пять или шесть анклавов и реки крови, несопоставимые с нынешними жертвами. Именно об этом говорит популярный в рядах оппозиции лозунг: «Христиан — в Ливан, алавитов — в могилу».
Умеренные сунниты и друзы, курды и шииты, среди которых алавиты — лишь самая влиятельная община, христиане и остатки евреев вряд ли смогут спокойно жить под властью «Братьев-мусульман», мятеж которых в Хаме сирийская армия вновь вынуждена подавлять, как подавлен он был в этом городе три десятилетия назад отцом нынешнего президента. Причем население это отлично понимает, и демонстрации протеста поддерживают многие, но далеко не все.
На самом деле Сирия сегодня — это поле боя в необъявленной войне между, с одной стороны, шиитским Ираном, единственным союзником которого в арабском мире она является, и, с другой стороны, Саудовской Аравией и блокирующимися с ней в противостоянии иранской экспансии суннитскими монархиями Персидского залива.
Именно поэтому финансы и оружие сирийской оппозиции поступают через родственные местным бедуинам племена Ирака, при более чем прозрачной роли в этих операциях «заливников», а основную информационную атаку на Асада ведет катарская «Аль-Джазира». Особую роль в происходящем играет Турция, претендующая в рамках взятого ею курса на построение «новой Оттоманской империи» на роль верховного арбитра всего происходящего в арабских странах, еще столетие назад бывших турецкими провинциями. Не случайно именно на турецкой территории отмечены попытки формирования «консолидированной оппозиции», которую в перспективе можно будет использовать как основу будущего марионеточного сирийского правительства.
Сегодня Сирия находится на полпути к полномасштабной гражданской войне. Волнения распространились по всей территории страны. Сформированы вооруженные группы в этнических общинах и племенах. Интеллектуальная элита раздроблена, а политические лидеры проявляют гибельную для режима нерешительность.
Проблема Асада не в том, что он подавляет оппозицию, а в том, что делает он это медленно и неуверенно, пытаясь лавировать между требованиями силовиков, настроенных на жесткие действия, и инициативами по проведению реформ, которые должны успокоить протестующих, ничего не изменив по сути. Говоря попросту, Асад пытается усидеть на двух стульях, что не удалось еще ни одному государственному деятелю в истории.
При всем том Совбез ООН вряд ли примет в отношении Сирии такую же резолюцию, как по Ливии. Россия и Китай сделали выводы из попыток внешнего вмешательства в ливийскую гражданскую войну и не демонстрируют желания вновь наступать на те же грабли. Тем более что силовое вмешательство в сирийские беспорядки маловероятно: воевать-то придется не только с Сирией, но и с Ираном. Евгений Сатановский
![Главное](/images/star.png)
Есть ли у Обамы большая стратегия?
Почему в смутные времена нам нужны доктрины
Резюме: Несмотря на заявления критиков, у администрации Обамы была даже не одна, а две большие стратегии. Но пока президент и его советники ясно не сформулируют свои стратегические установки, за них это будут делать оппоненты – в выгодном для себя и проигрышном для власти ключе.
Опубликовано в журнале Foreign Affairs № 4, 2011 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
Американское военное вмешательство в ливийскую ситуацию вызвало жаркие дебаты по поводу существования доктрины Обамы, при этом эксперты по внешней политике с горечью говорили о стратегической некомпетентности Соединенных Штатов. Колумнист Джексон Диел писал в The Washington Post прошлой осенью: «Нынешняя администрация отличается отсутствием большой стратегии – или стратегов». В издании The National Interest в январе этого года политолог Джон Миршаймер сделал следующий вывод: «Основная причина американских проблем – это выбор неверной большой стратегии после холодной войны». Историк-экономист Найл Фергюсон отмечал в Newsweek, что потеря позиций на Ближнем Востоке является «прогнозируемым следствием отсутствия у администрации Обамы какой-либо внятной стратегии, и этот недостаток уже давно тревожил многих ветеранов американской внешней политики». Даже похвалы защитников администрации были робкими и двусмысленными. Майкл Хёрш из National Journal заявлял, что «реальная доктрина Обамы – это не иметь никакой доктрины. И именно этого пути, вероятно, будет придерживаться администрация». Хёрш, во всяком случае, предполагал, что это комплимент.
Но правда ли, что у президента Барака Обамы нет большой стратегии? И даже если это действительно так, станет ли это катастрофой? Администрация Джорджа Буша разработала четкую, внятную стратегию после терактов 11 сентября. Но от этого она не стала удачной, а ее реализация принесла больше вреда, чем пользы.
Большие стратегии далеко не так важны, как хочется думать стратегам, потому что о странах обычно судят по их действиям, а не по словам. На самом деле для великих держав важна мощь – экономическая и военная сила, которая говорит сама за себя. Однако в период нестабильности стратегия может иметь значение как «сигнальное устройство». В такие моменты, как сейчас, четко сформулированная стратегия, подкрепленная последовательными действиями, особенно полезна, так как позволяет донести информацию о намерениях государства до общественности как внутри страны, так и за рубежом.
Несмотря на заявления критиков, в действительности у администрации Обамы была даже не одна, а две большие стратегии. Первая – многосторонняя перегруппировка – имела целью сокращение обязательств США за границей, восстановление положения страны в мире и перекладывание бремени на партнеров. Этот курс – ясно сформулированный – не принес значительных политических результатов.
Вторая стратегия, появившаяся недавно, предусматривает ответные меры. В последнее время, столкнувшись с вызовом со стороны других государств, администрация Обамы стала стремиться оказывать влияние и продвигать свои идеалы по всему миру, обнадеживая союзников и демонстрируя решимость соперникам. Эта стратегия воплощается лучше, но сформулирована она недостаточно внятно. Именно вакуум интерпретации поспешили заполнить критики администрации. До тех пор пока президент и его советники ясно не определят стратегию, которая оставалась несформулированной в течение года, критики внешней политики президента будут охотно – и плохо – описывать ее за него.
Слова и поступки
Большая стратегия заключается в четкой формулировке национальных интересов в сочетании с конкретными планами по их продвижению. Иногда стратегии формулируются заранее, а затем следуют действия. Или стратегии могут предлагаться в качестве объяснения, связывающего политику прошлого и будущего. В любом случае, хорошо сформулированная стратегия устанавливает интерпретационные рамки, которые говорят всем, включая сотрудников внешнеполитического ведомства, как понимать поведение администрации.
Все это звучит очень внушительно, но в большинстве случаев на практике оказывается далеко не так. Чтобы большая стратегия имела смысл, она должна демонстрировать способность менять политику. А пытаться изменить внешнеполитический курс государства – все равно что заставить авианосец совершить поворот на 180 градусов: в лучшем случае это произойдет, но медленно. Необходимость соблюдать статус-кво часто превращает стратегию скорее в константу, чем в переменную, несмотря на решительные стремления каждой администрации к интеллектуальным изменениям и ребрендингу.
Мощь – вот реальная резервная валюта в международных отношениях, и большинству стран просто не хватает ее, чтобы заставить других беспокоиться по поводу их намерений. Вряд ли весь мир будет не спать ночами, чтобы узнать большую стратегию Бельгии (хотя было бы неплохо познакомиться, наконец, с ее новым правительством). То же касается и негосударственных акторов. После 11 сентября множество аналитиков подробно разбирали каждое высказывание руководства «Аль-Каиды». Однако с сокращением масштабов деятельности, возможностей и идеологической притягательности группировки эти заявления стали привлекать все меньше внимания. Если преемники Усамы бен Ладена не смогут продемонстрировать способность вызывать хаос, интерес к их идеологии и стратегии сохранится лишь у узкой группы специалистов. Именно поэтому дискуссии о большой стратегии менее важны, чем дискуссии об оздоровлении американской экономики.
Даже в случае с мощными игроками действия говорят больше, чем слова. Джордж Кеннан мог ясно изложить доктрину сдерживания, но в его формулировке стратегия не требовала защиты Южной Кореи. «Сдерживание» приобрело нынешнее значение, потому что президенты, один за другим, трактовали концепцию Кеннана по-своему. Как отмечал историк Мелвин Леффлер, основные элементы стратегии национальной безопасности Джорджа Буша-младшего – превентивная война и продвижение демократии – не новы, они появлялись в официальных документах предыдущих администраций. Разница в том, что в отличие от своих предшественников, воспринимавших концепции как шаблонную риторику, Буш действовал.
Критики и аналитики подчеркивают важность выбора правильной стратегии и катастрофические последствия, которые влечет за собой неверный выбор. Однако история свидетельствует о том, что большие стратегии не так уж значительно меняют траекторию политики великой державы. Возьмем Соединенные Штаты. Даже далекие от совершенства стратегии не повлияли существенно на их взлеты и падения. После Первой мировой войны США следовало взять на себя более активную роль в международных делах, вместо этого страна выбрала политику изоляционизма. Несколько президентов, поверив в теорию домино и наступление коммунизма, расширили участие Америки во вьетнамской войне до масштабов, которые вряд ли могли быть продиктованы каким-либо здравым смыслом. Администрация Буша предпочла начать войну против Ирака, которая должна была принести демократию и стабильность в регион и укрепить режим ядерного нераспространения. Реальный результат – диверсионная война стоимостью более 1 трлн долларов и глобальная волна антиамериканизма.
Все три стратегических промаха вытекали из популярных среди политиков и в обществе стратегических идей. Однако нужно отметить, что ни одна из этих ошибок не изменила траекторию американской мощи. В конечном итоге, Соединенные Штаты взяли на себя бремя ответственности лидера после Второй мировой войны. Проблемы во Вьетнаме не повлияли на исход холодной войны. Операция «Иракская свобода» была затратной, но данные опросов общественного мнения показывают, что вред, нанесенный имиджу США, быстро забылся. Во всех трех случаях институциональная мощь страны обеспечила необходимую корректировку внешнеполитической стратегии. Новые лидеры в Белом доме, Конгрессе и Пентагоне заставили страну принять роль лидера в послевоенный период, воздерживаться от интервенций, как во Вьетнаме, и реформировать доктрину противодействия повстанцам с учетом ошибок, допущенных в Ираке. Благодаря такой корректировке недочеты в стратегии не превратились в полный провал.
Когда идеи имеют значение
Если значение больших стратегий столь преувеличено, почему возникают яростные дебаты? По двум причинам – одна из них незначительная, а другая существенная. Первая заключается в том, что каждый в американском внешнеполитическом сообществе втайне надеется стать новым Джорджем Кеннаном. Если эксперт сокрушается по поводу провалов большой стратегии, можете не сомневаться, что он уже успел набросать собственные соображения на этот счет. Именно по этой причине после окончания Второй мировой войны недовольство стратегией возникало при каждой американской администрации. Большие стратегии легко придумывать – они касаются будущего, оперируют общими понятиями и дают повод для рекламы соответствующих изданий. Когда эксперт по внешней политике выдвигает новую большую стратегию, у ангела вырастают крылья.
Более существенная причина заключается в том, что бывают моменты, когда большие стратегии действительно имеют значение, – это периоды абсолютной неопределенности в международных отношениях. Идеи важны, когда действовать приходится в незнакомых водах. Они выполняют функцию когнитивных маячков, направляющих страны к безопасным берегам. В нормальные периоды, принимая решения, политики экстраполируют нынешние возможности или действия в прошлом, чтобы прогнозировать поведение других. Однако если наступает время перемен, большие стратегии сигнализируют о будущих намерениях руководства той или иной страны, заверяя или, напротив, разубеждая в чем-то заинтересованные стороны.
Два типа событий могут привести к периоду глубокой неопределенности, когда повышается значение больших стратегий. Во-первых, это событие глобального масштаба – война, революция или экономическая депрессия, – которое переворачивает интересы стран по всему миру. В ситуации, когда никто не знает, как будут развиваться события, большая стратегия может стать дорожной картой, помогающей интерпретировать происходящее и выбрать адекватный политический ответ. Второй тип событий – это смена державы-лидера, что также может стать причиной серьезной неопределенности. Когда переживающей упадок державе бросает вызов набирающий силу соперник, государства хотят знать, как каждое из двух правительств представляет свою роль в мире. У государства, находящегося в относительном упадке, есть множество вариантов для ответа – от постепенного отступления до превентивного конфликта. Набирающая силу держава может быть ревизионистской, как Германия в 1930-х гг., или стремиться к сохранению статус-кво, как Япония в 1980-х годах. Другие акторы будут тщательно оценивать заявления и действия новых держав, чтобы понять их намерения.
Примечательно, что ныне совпали оба набора явлений. «Великая рецессия» потрясла мировую экономику, произошли резкие колебания цен на товары. Международная система вынуждена справляться с огромным количеством стихийных бедствий, технологическими изменениями и случаями дипломатической неразберихи. В странах Ближнего Востока с невероятной скоростью распространилась революция, и последствия для глобальной системы абсолютно неясны.
В то же время относительная мощь Китая увеличилась, а Соединенных Штатов – уменьшилась. По оценкам Международного валютного фонда, экономика Китая через пять лет опередит американскую по паритету покупательной способности. Это изменение привело к колебаниям относительной мощи обоих государств уже сейчас. В рамках исследования Центра Pew в апреле 2010 г. респондентов по всей планете попросили назвать «ведущую экономическую державу мира». Во многих развивающихся странах, включая Бразилию и Индию, большинство опрошенных выбрало США. В развитых государствах результаты были абсолютно другими. В пяти странах первоначальной G7, включая Германию, Японию и Соединенные Штаты, значительное большинство назвало Китай. Иными словами, развивающийся мир по-прежнему верит, что Вашингтон сохраняет гегемонию, в то время как развитый мир считает, что господство перешло к Пекину. Какие-то изменения явно происходят, но люди расходятся во мнении о том, какие именно. При такой неопределенности намерения имеют значение, и большая стратегия может оказаться очень полезной.
Действуя в незнакомых условиях, официальные лица, отвечающие за реализацию национальной политики, могут опираться на официальные стратегические документы. Акторы за рубежом делают прогнозы тоже на их основе. В этих обстоятельствах иностранные правительства беспокоит, насколько предлагаемый ответ на неопределенность направлен на пересмотр или поддержание статус-кво. Страны предпочитают иметь дело с врагами, которых знают. Даже в периоды неопределенности большие стратегии, предполагающие полный пересмотр международного порядка, заставляют нервничать. Доктрина Буша о превентивном вмешательстве возымела именно такой эффект, как и недавнее заявление Китая о том, что Южно-Китайское море представляет собой «основной национальный интерес».
Еще один аспект большой стратегии привлекает всеобщее внимание: нацелено ли национальное стратегическое видение на продвижение частного или общего блага. Все великие державы имеют собственные идеи по поводу поддержания стабильного мирового порядка: жесткое признание суверенитета в Вестфальской системе, нераспространение ядерного оружия, борьба с терроризмом, больше многополярности, более глобальное развитие, продвижение демократии и так далее. Некоторые из этих идей подразумевают блага, которые, несомненно, принесут пользу как самой великой державе, так и всему миру; в ряде случаев польза для других кажется менее очевидной. Если великая держава выдвигает большую стратегию, которая в первую очередь сфокусирована на ее собственных интересах, это может вызвать негативную реакцию других стран. Например, администрация Буша считала, что продвижение демократии является благом для всех, но другие государства рассматривали эту цель в сочетании с превентивным вмешательством как право США обходить многосторонние международные институты. Неудивительно, что этот курс в результате нанес серьезный краткосрочный ущерб имиджу страны.
В большинстве работ о большой стратегии Соединенных Штатов слишком много преувеличений, но администрация Обамы унаследовала мир, находящийся в состоянии глубокой неопределенности. Есть ли у нее большая стратегия для адекватного ответа? На самом деле их было две.
Смена стратегии
Обама пришел к власти с тремя твердыми убеждениями. Во-первых, внутреннее оздоровление необходимо для любой долгосрочной стратегии – этот принцип он подчеркивал во всех выступлениях по внешней политике. «Мы не смогли оценить связь между нашей национальной безопасностью и нашей экономикой», – заявил Обама в обращении по Афганистану в декабре 2009 года. «Наше процветание обеспечивает основу нашей мощи. Оно оплачивает наши военные расходы. Оно является гарантом нашей дипломатии». Во-вторых, США перенапрягли силы, ведя две кампании против боевиков и войну с терроризмом на Ближнем Востоке, но игнорируя ситуацию в других регионах мира. В-третьих, из-за ошибок администрации Джорджа Буша рейтинг Соединенных Штатов в мире снизился до исторического минимума. Бен Родес, заместитель советника Обамы по национальной безопасности, отвечающий за стратегические коммуникации, недавно разъяснил видение администрации изданию The New Yorker: «Если свести все к коротким слоганам, это будет звучать так – завершить две войны, восстановить позиции и лидерство Америки в мире и сосредоточиться на более широком спектре приоритетов, от Азии и мировой экономики до режима ядерного нераспространения».
Первая большая стратегия Обамы, как пояснялось в различных выступлениях и заявлениях администрации в первый год его президентства, заключалась в том, чтобы обернуть сложившуюся ситуацию в свою пользу. Как заявила госсекретарь Хиллари Клинтон, многополярный мир на самом деле является «многопартнерским» миром, в котором США будут призывать другие страны – как соперников, так и союзников – содействовать сохранению глобального порядка. Администрация Барака Обамы пыталась «перезагрузить» отношения с Россией. Начали говорить о преобразовании стратегического и экономического диалога между Вашингтоном и Пекином в G2, которая будет напоминать встречи руководителей двух стран в период холодной войны. Администрация приветствовала G20 в качестве замены G8 как главного международного экономического форума, считая, что большее число партнеров будет означать более эффективное сотрудничество. Вместо агрессивного подталкивания к демократии Соединенные Штаты будут действовать более сдержанно, подавая личный пример.
Это сочетание слов и поступков представляло собой четкую концепцию, но результаты отнюдь не оправдали ожиданий. Китай отреагировал на протянутую руку Обамы агрессивной риторикой и ростом региональных амбиций. Россия продолжила жесткий курс. Традиционные союзники не захотели расширить свое участие в афганской кампании. Достижения G20 не соответствовали поставленным целям. В то же время изоляционистские настроения внутри США достигли максимума за 40 лет.
Что пошло не так? Администрация и многие другие ошибались, считая, что улучшение имиджа даст Соединенным Штатам больше возможностей для проведения своего курса. Имидж США среди граждан и элит иностранных государств действительно восстановился. Но это изменение не трансформировалось в значительное укрепление «мягкой силы». Вести переговоры в рамках G20 или в Совете Безопасности ООН не стало легче. Мягкая сила, как выяснилось, не может существенно помочь при отсутствии готовности применить жесткую силу.
Другая проблема заключалась в том, что Китай, Россия и страны, стремящиеся к статусу великих держав, не рассматривали себя как партнеров Соединенных Штатов. Даже союзники считали, что предполагаемая сдержанность администрации Обамы является лишь прикрытием намерения переложить бремя обеспечения глобальных благ на плечи остального мира. Поэтому большая стратегия Белого дома воспринималась скорее как продвижение узких интересов США, а не всеобщих благ.
В ответ администрация после первых 18 месяцев у власти изменила политику, выбрав вторую, более решительную стратегию. Единственной константой осталось стремление восстановить мощь Америки дома, но теперь ряд быстро развивающихся иностранных держав стал активно использоваться в качестве инструмента мотивации. Именно поэтому в послании этого года «О положении страны» Обама заявил, что для Соединенных Штатов наступил «момент спутника», и пообещал увеличить государственные инвестиции в образование, науку и чистые виды энергии.
Одновременно администрация перешла от стратегии перегруппировки к стратегии ответных действий. В ответ на международные провокации США продемонстрировали, что по-прежнему способны собрать союзников и противостоять возникающим угрозам. Например, американцы укрепили отношения в сфере экономики и безопасности с большинством соседей Китая в Азиатско-Тихоокеанском регионе, заставив Пекин пересмотреть подход. Продемонстрировав готовность противодействовать новым угрозам, Соединенные Штаты смогли заверить своих союзников, что в ближайшее время не собираются отступать на позиции изоляционизма. Подобным же образом, реагируя на волнения на Ближнем Востоке, Вашингтон использовал рычаги воздействия на египетских военных, чтобы способствовать практически мирной смене режима в Египте.
Наконец, вопреки заявлениям многих республиканцев, Обама связал внешнюю политику с американской исключительностью. Клинтон стала более открыто критиковать нарушение прав человека в Китае, а в ответ на революции в арабском мире Обама продемонстрировал понимание необходимости продвигать как американские ценности, так и американские интересы. Объясняя свое решение вмешаться в ситуацию в Ливии, он заявил: «Отбросить обязательства Америки как мирового лидера и – что еще более важно – наши обязательства перед человечеством в данных обстоятельствах было бы изменой самим себе… Рожденные в результате революции, совершенной теми, кто стремился к свободе, мы приветствуем тот факт, что сейчас история вершится на Ближнем Востоке и в Северной Африке и молодежь прокладывает дорогу вперед. Потому что если где-то люди стремятся к свободе, они всегда найдут друга в лице США». Вряд ли такие слова мог произнести человек, который верит только в реальную политику.
Внутренние проблемы
Как набор идей, новая большая стратегия Обамы объединяет многие страны мира. Ключевые союзники Соединенных Штатов в Европе и Тихоокеанском регионе получили необходимые заверения. Соперники США теперь понимают, что Вашингтон нельзя игнорировать. Но поддержка администрацией демократических идеалов была по-разному воспринята в Саудовской Аравии или Израиле – странах, которые предпочитают знать врага в лицо, и Соединенные Штаты могут вновь рассматриваться в регионе как ревизионистская держава. Молчание администрации по поводу возможного вмешательства в ситуацию в Бахрейне или Сирии должно уменьшить эту обеспокоенность.
Но если в международном плане новая доктрина ответных действий выглядит достаточно устойчиво, то на внутреннем фронте все совсем иначе. Наиболее серьезные вызовы для большой стратегии Обамы, скорее всего, появятся внутри страны, а не за ее пределами. Жизнеспособная стратегия должна опираться на прочную поддержку дома. Главная проблема Обамы – это внушающий беспокойство внутриполитический аспект.
В первую очередь это несоответствие сложности глобальной системы и простоты внешнеполитической риторики США. Политики с легкостью рассуждают о «друзьях» и «врагах», но испытывают затруднения, говоря о «соперниках», поскольку эта категория имеет больше нюансов. Администрации сложно использовать развивающиеся державы в качестве угрозы, чтобы побуждать Америку к дальнейшим действиям, и при этом не переходить к излишней демагогии по поводу Китая. Официальная риторика по крайней мере отчасти виновата в раздувании опасений общества по поводу мощи КНР.
Более серьезная проблема заключается в том, что администрация Обамы, сосредоточившись на восстановлении внутренней мощи, нарушила партийное равновесие. В афоризме о том, что политика заканчивается на границе США, по-прежнему есть доля истины. Но если администрация заявляет, что ключевой элемент внешней политики Соединенных Штатов – внутренняя экономика, это повышает вероятность разногласий внутри страны. Учитывая драматизм дебатов о растущем уровне долга, перспективы достижения президентом консенсуса по бюджетной и налоговой политике кажутся весьма отдаленными. Эти трудности подкрепляют аргумент политологов Чарльза Капчана и Питера Трубовитца о том, что демографические и политические изменения в США (включая отрицание правыми принципа многополярности и отрицание левыми принципа проекции силы) существенно затруднят поддержку большой стратегии, которая основана на либеральных интернационалистских принципах.
Но почему Обама так плохо объясняет свою стратегию американцам? Надо признать, что вследствие длительного экономического спада тесное взаимодействие с остальным миром стало раздражать американцев, поэтому активная внешняя политика превратилась в трудно продаваемый товар. При этом администрация сослужила недобрую службу сама себе. В действительности самая известная фраза, определяющая большую стратегию Соединенных Штатов, – «возглавлять из-за кулис», что является катастрофической формулировкой в политическом смысле.
Почему администрация Обамы не была более открытой в отношении изменения большой стратегии? Во-первых, смена курса подразумевает признание того, что предыдущий курс был неверным, а ни одна администрация не хочет этого делать. Во-вторых, администрация гордится прагматизмом внешней политики, и это осложняет продвижение нового стратегического видения. Наконец, военные действия обычно заглушают интерес к другим аспектам внешней политики. И хотя вмешательство в ливийский кризис может быть оправдано, оно не вполне вписывается в новую большую стратегию Обамы. Ливия, по собственному признанию администрации, не является основным национальным интересом. В результате Обама оказался в затруднительном положении, пытаясь объяснить свою внешнюю политику и при этом приуменьшить человеческие и материальные затраты на первую начатую им войну. Просто назвать это «кинетическими военными действиями» оказалось недостаточно.
Все это – серьезная проблема, потому что политика не выносит вакуума риторики. Если президент не может четко сформулировать большую стратегию, эксперты и политические оппоненты будут рады сделать это за него, используя отнюдь не лестные формулировки. Пока администрация не сможет внятно объяснить свое поведение американцам, она будет сталкиваться с серьезным сопротивлением.
После нескольких неверных поворотов вначале администрация Обамы, по-видимому, нашла подходящую стратегическую карту, но ей еще нужно убедить в этом других пассажиров в автомобиле. Четкая коммуникация вряд ли может быть панацеей. Однако на фоне смерти бен Ладена у администрации появилась отличная возможность разъяснить пересмотренную большую стратегию. Взяв на себя ответственность за отправку американского спецназа в Пакистан для ликвидации бен Ладена, Обама добился значительного скачка в поддержке своей внешней политики. Если в ближайшее время он сформулирует стратегию ответных действий, то сможет сделать это с позиции внутренней силы, а не слабости. Лучше разъяснив свое видение американцам, Обама покажет им – и остальному миру – что знает, куда идти и как туда добраться.
Дэниел Дрезнер – профессор международной политики Школы права и дипломатии имени Флетчера в Университете Тафтс, автор книги «Избегая банальностей: роль стратегического планирования во внешней политике США».
![Главное](/images/star.png)
О человеколюбии
Помощь людям – это благотворительность, долг или и то и другое вместе взятое?
Резюме: Было бы ошибкой осуждать все вторжения скопом, но критика некоторых из них необходима с моральной точки зрения. Ливия может служить наглядным примером постольку, поскольку решение об интервенции в момент его принятия, вероятно, не было пропорциональным, а это неизменное требование справедливости.
Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 4 за 2011 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
После падения коммунизма, дискредитации неолиберализма и нарастания общего недоверия к крупномасштабным политическим идеологиям гуманизм – это, наверное, самый важный «изм» в современном мире. Его поборники часто утверждают, что находятся вне узкопартийной политики и считают гуманитарную помощь прежде всего разновидностью благотворительности – в качестве примера можно привести помощь пострадавшим от землетрясения на Гаити или от цунами в Азии. Очевидно, что облегчение человеческих страданий и спасение жизней – доброе дело и международный акт милосердия. Однако есть одно «но»: дело в том, что мы просто обязаны помогать людям, попавшим в беду; не делать этого было бы неправильно, так что в таких случаях можно говорить скорее о справедливости, нежели о милосердии.
Такие слова как «благотворительность» и «филантропия» описывают добровольное действие, которое можно охарактеризовать скорее как акт доброты, нежели чувство долга. Однако проявление человечности в международной общественной деятельности больше похоже на долг, чем на доброту, хотя, возможно, это сочетание того и другого – две стороны одного явления, дар, который мы не можем не принести.
Люди направляют пожертвования в благотворительные организации, когда случается гуманитарный кризис, а эти структуры затем спешно посылают обученных сотрудников по оказанию помощи в район опасности, бедствия и крайней нужды. Правительства также оказывают помощь, расходуя деньги налогоплательщиков, собираемые скорее в принудительном, чем в добровольном порядке. Свободны ли отдельные граждане от необходимости платить, а государства – действовать? Имеет ли значение, чем являются деньги: добровольным пожертвованием или обязательным налогом?
Эта дилемма еще более отчетливо проявляется в случае гуманитарной интервенции. Правительства могут прибегать к насилию, чтобы остановить массовые убийства, как это делают в Ливии Франция, Великобритания и США (по крайней мере, так они утверждают), и как в свое время следовало поступить в Руанде. Подобные действия можно рассматривать как дар страдающему и спасаемому народу в той или иной стране, и такое понятие имеет тем большее значение, чем больше вероятность того, что сами спасатели жертвуют жизнями в ходе гуманитарной миссии. Но можно ли говорить о том, что государство, осуществляющее интервенцию, совершает акт милосердия? Существует ли моральный долг остановить массовые убийства? Подумайте о дипломатической подготовке к интервенции, стратегических доводах относительно способов ее проведения, необходимом расчете пропорциональности действий, мобилизации военных ресурсов, фактическом применении силы и проблемах последующего восстановления разрушенной страны – все это больше смахивает на волевое политическое решение, продиктованное правилами правосудия и расчетливости, чем на благотворительную акцию. Тем не менее, мы называем эти операции «гуманитарными», потому что хотим, чтобы люди верили, что основополагающим мотивом интервенции является на глубочайшем уровне сочувствие и сострадание к людям. Опять-таки это явление имеет две стороны: спонтанные и в то же время необходимые действия.
Но что если эта комбинация не срабатывает, и братские чувства сострадания не пробуждаются?
Благотворительность поневоле
Вопросы подобного рода возникают у меня в процессе редактирования тома из цикла «Еврейская политическая традиция», в котором, среди прочего, речь идет о благотворительности и налогообложении – пожертвованиях и изъятии денежных средств. Провести границу между ними казалось бы несложно – жертвуют обычно добровольно, не по принуждению, а государство забирает под угрозой штрафов или даже тюремного заключения. Однако в действительности все не так просто. Трудность кроется в еврейском слове «цедака», которое обычно переводится как «благотворительность», но образовано от того же корня, что и слово «справедливость». Это означает, что благотворительность – это не только хорошо, но и правильно. То же понятие передается еврейским словом «мицва», которое в Библии означает «заповедь», но в разговорном языке также имеет значение «доброе дело» или «добрый человеческий поступок», хотя и вменяемый людям в обязанность.
Нетрудно предположить, как эти разновидности аргумента «два в одном» могли развиться в среде народа, не имеющего собственной государственности. Практически без всякого принуждения еврейские общины в диаспоре вынуждены были во многом полагаться на щедрые пожертвования своих членов. Пожертвования и в самом деле были необходимы, поскольку без них нельзя было бы выкупать еврейских пленников (главная головная боль во времена Средневековья), помогать бедным и больным, заботиться о сиротах или финансировать синагоги и школы.
Вот почему средневековый философ Маймонид утверждал, ссылаясь на прецеденты, описанные в Талмуде, что коль скоро еврейские общины в диаспоре пользовались принудительной силой, они могли на законных основаниях побуждать своих членов к уплате «цедаки». «Кахал», автономная или полуавтономная община, была вправе заставить своих членов выплачивать то, что, как считалось, они способны отдавать добровольно, и что по-прежнему считается благотворительностью. «Цедака» отличалась (хоть зачастую и с натяжкой) от налогов, которыми евреев, как правило, облагал светский феодал и которые собирались еврейскими правителями «кахала» – «товей хаир» (добрыми людьми города).
В еврейской традиции понимание «цедаки» как выражения справедливости иногда облекалось в богословскую терминологию. Идея состояла в том, что Бог слышит бедных и отвечает на их мольбы, как минимум удовлетворяя их самые насущные потребности. Вы можете обладать тем, в чем они испытывают нужду, но только как посредник Бога. И если вы не передаете эти блага бедным, не делаете взносы в благотворительный фонд общины, то тем самым крадете у бедных нечто, фактически им принадлежащее. Отказ жертвовать расценивается в этом случае как самая настоящая кража. А поскольку любое воровство – это акт несправедливости или неправедности, то принуждение к уплате «цедаки» считается законным. Я назвал этот аргумент богословским, но даже неверующие согласятся с тем, что в каком-то смысле это правильно и справедливо. Конечно, неверующие могут перевести этот аргумент на светский язык: определенная часть богатства каждого принадлежит политической общине, которая обеспечивает возможность экономической деятельности и мирного накопления. И ее можно и нужно тратить на укрепление благосостояния всех членов сообщества.
В диаспоре сбор средств до сих пор строится по принципу «два в одном». Свою «бар мицву» я отпраздновал в 1948 г. в городе Джонстаун, штат Пенсильвания. Родители привели меня как нового члена общины на ежегодный банкет в честь Объединенного еврейского призыва, это главное мероприятие по сбору средств в календаре евреев Джонстауна. Тот год был переломным, и все евреи, жившие в городе, собрались на торжество; на самом деле ни у кого не было другого выбора – все должны были явиться.
Проповедник из Нью-Йорка очень эмоционально говорил об образовании Израиля, о шедшей в то время войне и об отчаянной нужде беженцев, ждущих в Европе. Были розданы карточки-обязательства, которые заполнялись тут же за столом. Затем их вкладывали в конверт и передавали старейшине, сидевшему в начале стола. Это был владелец одного из крупнейших магазинов в городе – назовем его условно Сэмом Шапиро. Сэм знал, как идут дела у каждого члена общины, у каждой семьи: кому приходится платить за обучение детей, кто должен ухаживать за больной матерью, кто недавно ссудил деньги обанкротившемуся брату, и у кого явно были лишние деньги. Он открывал каждый конверт, смотрел на взятое обязательство, и если ему казалось, что этого недостаточно, то рвал карточку пополам и передавал ее обратно по столу. Так евреи Джонстауна собирали деньги без всякого государства или принуждения (хотелось бы в это верить).
Была ли это благотворительность или функциональный эквивалент налогообложения? Жертвенность или изъятие средств? Понятие «цедака» объединяет оба аспекта. Каким нравственным или философским принципом руководствовался Сэм? Наверно, он сам не смог бы ответить на этот вопрос, хотя ответ представляется очевидным: «От каждого по способностям, каждому – по потребностям». Это строка взята из книги Карла Маркса «Критика Готской программы». Сэм ни в коем случае не был марксистом, но сообразовывал требования к каждому из нас с нашей платежеспособностью. И все мы верили в то, что Объединенный еврейский призыв распределит средства среди наиболее нуждающихся людей.
«От каждого каждому» – это еще одна иллюстрация принципа «два в одном», поскольку благотворительность уравновешивается в данном случае оправданным изъятием средств. Это принцип, который, как верил Маркс, будет применяться после отмирания государства в условиях отсутствия государственной власти как таковой.
Идея обязательной благотворительности не ограничивается только еврейской общиной. Существует множество нееврейских благотворительных организаций, персонал которых был бы рад собирать деньги так же, как это делали евреи из Джонстауна, и точно также считал бы, что поступает праведно и по справедливости. Аргумент «два в одном» также имеет христианскую и мусульманскую версии; например, выделение десятины тоже понимается одновременно как акт справедливости и благотворения. Но, поскольку евреи много веков не имели своего государства, это придает их версии особую притягательность. Вспомните сильную строчку из книги пророка Исайи, который осуждает тех, которые «теснят народ Мой и угнетают бедных» (Ис. 3:15). Мне представляется, что сбор средств Объединенным еврейским призывом был как раз способом эксплуатации богатых. Хотя кому-то это может показаться не очень приятным, справедливость в данном случае торжествовала.
Но что делать с собранными средствами? Что означает удовлетворить нужды бедных? Это тоже вопрос не только милосердия, но и справедливости. Маймонид предлагает знаменитую дискуссию о восьми уровнях «цедаки», но только два из них заслуживают внимания в данном контексте. Высшая форма благотворительности, писал он, заключается в том, чтобы помочь бедняку начать свой бизнес или дать ему какую-то работу, чтобы сделать его независимым. Это вершина «цедаки», потому что данный принцип признает и уважает достоинство человека, которому оказывается помощь, чего также требует справедливость. Когда благотворительность увековечивает зависимость и подчинение, это неверно и несправедливо. Маймонид также доказывает, что «цедака» в своем высшем проявлении должна быть анонимной, ибо, если бедные не знают имена своих благодетелей, они не смогут выказать им особое почтение. Беспомощность, с одной стороны, и снисходительное благоволение, с другой стороны, унизительны для нуждающихся людей, поэтому этого следует избегать. В данном случае жертвенная благотворительность у народа, не имеющего государственности, приобретает самую важную черту, характерную для государства всеобщего благоденствия, в котором люди, получающие блага, не обязаны какому-либо конкретному благодетелю. Они получают помощь как граждане от своих сограждан, действующих коллективно.
«Цедака» в современных еврейских общинах часто приобретала иные формы, нежели те, которые рекомендовал Маймонид. Во многих случаях она строилась на принципе «положение обязывает» (это не то же самое, что нравственный долг), и для многих бедных людей, конечно же, было унизительно получать дары, которые им приходилось выпрашивать. Но идеальное, коллективное осознание сути «цедаки» формировалось под влиянием веры в то, что благотворительность должна быть продиктована требованиями справедливости. И эта концепция «два в одном» была выработана народом, не имевшим собственного государства.
Идеальное пожертвование
Функционирование еврейских общин в отсутствие государства дает нам более общее представление о том, какой должна быть благотворительность, а также важные отправные точки для дискуссии о гуманизме в мировом сообществе. В отсутствии государства благотворительность и справедливость выступают как «два в одном». Люди решают, какие добрые дела из многих возможных они совершат, какие общечеловеческие потребности признают и сколько своего времени, сил и денег готовы пожертвовать. Однако решения такого рода не могут быть приняты должным образом без понимания того, чего требует справедливость.
Конечно, при отсутствии государства неизбежны разногласия по поводу того, чего требует справедливость, поскольку отсутствуют утвержденные процедуры устранения разногласий – следовательно, в этом случае не может идти речи о демократических дебатах и демократическом выборе соответствующей политики. В этой ситуации влияние самых богатых и могущественных членов общины окажется чрезмерным. Любая община, слишком полагающаяся на благотворительность своих членов, станет олигархической по своей природе. Ею будут управлять такие люди, как Сэм Шапиро, которые могут быть праведными и добрыми, каким был Сэм, но могут и поступать несправедливо.
Наиболее сильная сторона критики такого подхода к благотворительности с левых позиций заключается в том, что она де-факто признает власть влиятельных членов общества и ставит бедных в положение попрошаек. Еврейские попрошайки славились своей необычайной требовательностью, отстаивая право на получение вспоможения так, как будто раскрывали глубокий смысл понятия «цедака». И все же они оставались на позиции просителей. Даже когда имеется государство, но оно не до конца справедливо и ему не удается щедро субсидировать образование и социальное обеспечение, богатые и влиятельные люди начинают играть доминирующую роль. Как, например, в Соединенных Штатах. Достаточно вспомнить о том, какая важная роль в определении текущей повестки дня дебатов о политике в области образования выпадает, например, на долю Фонда Билла и Мелинды Гейтс. Вполне возможно, что именно этот фонд определит исход споров об образовании в США, где общественные школы недофинансируются государством.
Но если бы существовало сильное и эффективное государство всеобщего благоденствия, опирающееся на справедливую систему налогообложения и надлежащим образом заботящееся о фундаментальных потребностях населения, тогда пожертвования и благотворительность стали бы своего рода независимым предприятием. Жертвователь следовал бы велению сердца, помогая другим людям или разными способами способствуя улучшению жизни общества. Можно предложить свою помощь детскому саду, больнице или дому престарелых, навестить больных, поддержать благотворительные проекты церкви, синагоги или мечети, пожертвовать деньги организациям, защищающим гражданские свободы или права человека, учить детей в школе или наставлять на истинный путь осужденных за различные преступления. Можно заняться меценатством и жертвовать деньги обществам охраны культурного наследия, музеям, театрам и консерваториям, а также политическим журналам, испытывающим трудности с финансированием.
Подобный выбор способен улучшить качество жизни. А растущее число актов милосердия могут содействовать созданию общей атмосферы взаимопомощи и доброжелательности. Но поскольку в нашем гипотетическом государстве всеобщего благоденствия самые важные социальные решения будут приниматься демократическим путем, выбор отдельного человека не имеет определяющего значения. Влияние богатых и сильных мира сего подлежит ограничению. Только в этих условиях можно восстановить изначальный смысл благотворительности: добровольные дела милосердия, поступки, отражающие щедрость души, свободные от императива справедливости и не продиктованные необходимостью срочно вызволять других людей из ужасающей нужды.
Политика гуманитарного активизма
Однако у мирового сообщества нет глобального государства, так что все жители земного шара в каком-то смысле находятся в том же положении, в каком евреи находились 2000 лет. Особенно остро это ощущается людьми с двойным гражданством, не имеющими гражданства или живущими в странах с распадающейся государственностью (failed states), раздираемых гражданскими войнами. Эти люди не могут обратиться за помощью к некой высшей инстанции. Иногда на роль такой инстанции претендует Организация Объединенных Наций, но многократно продемонстрированная ею неспособность спасать жизнь людей, которые в этом отчаянно нуждаются, делает подобные претензии необоснованными. Совет Безопасности ООН редко действует решительно и эффективно в критический момент – не только потому, что его члены вправе накладывать вето на любое решение, но и потому, что у них не развито чувство ответственности за безопасность в мире, за выживание этнических меньшинств, общественное здравоохранение, защиту окружающей среды или общее благосостояние. Они преследуют свои узкокорыстные национальные интересы, в то время как гибнут невинные люди.
В этих условиях нужно задуматься о человеколюбии, которое в условиях отсутствия всемирного государства и гражданства неравносильно возможности свободно жертвовать, поскольку предполагает необходимость срочно реагировать на острую нужду. Оно подобно еврейской «цедаке» – если не соединить благотворительность со справедливосью, то главных целей не достичь. Религиозные люди резонно рассуждают, что Бог, мол, уже определил наш долг по отношению к бедным, больным и голодающим, а наша задача – лишь осознать его. А светским людям можно согласиться с тем, что это неплохой подход к благотворительности независимо от того, существует Бог или нет.
Но гуманизм, даже движимый религиозными мотивами, – это все же политический проект. Если так, то он несет с собой риски, обычно не связанные с благотворительной деятельностью. Свежая литература по вопросу о гуманитарной помощи утверждает, что успеху препятствует плохая политическая подкованность ее организаторов, отсутствие у них приверженности идее справедливости и готовности руководствоваться благоразумным расчетом. Например, продукты питания и одежда, предназначенные для бедных, могут расхищаться мародерами, если не настоять на том, чтобы военные или полиция охраняли поставки. Можно действовать через коррумпированных чиновников, а можно отправить в зону бедствия доверенных людей, которые будут непосредственно работать с местным населением. Это как раз тот самый случай, который требует расчетливости и благоразумия.
Но существует и другой подход. Помогать отчаянно нуждающимся людям так, что они не смогут выбраться из нужды и навсегда останутся бедными, или же сделать их более независимыми и научить помогать себе самостоятельно. Попытаться сохранять политический нейтралитет или занимать чью-то сторону в гражданских войнах, этнических или межпартийных конфликтах. Избегать насилия или решиться прибегнуть к помощи силы и поддерживать такой подход. Стремиться облегчить страдания или преследовать цель восстановления страны, поддерживать статус-кво или пытаться изменить сложившееся положение. Вне всякого сомнения, разные случаи требуют разного выбора, но это всегда будет политический и, скорее всего, неудачный выбор в том случае, если исходить преимущественно из соображений филантропии. Речь идет не столько о поддержке той или иной партии или этнической общины после конфликта, сколько о двоякой природе гуманитарной помощи и требованиях справедливости. Точно так же при оценке тех или иных гуманитарных проектов мы не можем принимать во внимание только доброту, добросердечие и самопожертвование сотрудников гуманитарной миссии. Необходимо ответить на вопрос, поступают ли они по справедливости и уважают ли людей, которым пытаются помочь.
На кого следует возлагать принятие важнейших решений? Кто в едином лице является проводником актов международной гуманности, благотворительности и справедливости? Подобно тому, как богатые и влиятельные люди оказывают диспропорциональное влияние на характер и направленность благотворительности в своей стране, самые богатые и влиятельные государства и организации способны играть ту же роль при принятии решений о том, как и кому оказывать помощь. Крупные гуманитарные организации и миссии не несут ответственности перед людьми, на оказание помощи которым они претендуют. Не действуют ли они зачастую, исходя из собственных институциональных интересов? Не защищают ли государства свои национальные интересы, даже когда участвуют в гуманитарных проектах?
Распределение ответственности
Это выглядит особенно настораживающе в случае гуманитарной интервенции, которая предполагает применение силы в чужой стране. Любое применение силы с гуманитарными целями вызывает подозрения, особенно со стороны левых (и не только). Некоторые берут на себя смелость утверждать, что любую вооруженную интервенцию неизменно проводят богатые и могущественные страны, которые ведут себя как империалисты, и что все подобные интервенции заканчиваются установлением их господства на оккупированной территории. Так оно и есть – иногда, но это не правило. Одни подозрения нередко влекут за собой другие, ибо вся цепочка строится порой на нежелании признать размах кризиса, который требует вмешательства извне.
Было бы ошибкой осуждать все интервенции скопом, но критика некоторых из них необходима с моральной точки зрения. Ливия может служить наглядным примером постольку, поскольку решение об интервенции в момент его принятия, вероятно, не было пропорциональным, а это неизменное требование справедливости.
Пока я пишу эти строки, интервенция, похоже, продолжает убивать вместо того, чтобы остановить убийство, а это явно не соответствует задачам благотворительности или справедливости. Сомневаюсь, что США и НАТО намерены установить свое господство в Ливии (скажем, ради доступа к нефти, которая была доступна и до начала интервенции). Их мотивы были и остаются гуманитарными, но они недостаточно руководствуются принципом благоразумия и справедливости.
И все же военные интервенции иногда заслуживают нашей поддержки, независимо от того, кто их осуществляет, коль скоро они удовлетворяют критерию «два в одном». Отвергая диктат могущественных стран международному сообществу, мы не прочь воспользоваться их ресурсом, то есть их богатствами и силой – точно так же, как мы хотим иметь доступ к ресурсам богачей у себя на родине, чтобы они чаще раскошеливались. Благотворительность и справедливость требуют от богатых и могущественных стран непропорционально высоких вкладов в общее благополучие, вернее, сообразно непропорциональности своих богатств – «от каждого каждому». Гораздо чаще могущественные страны делают недостаточно или вообще ничего не делают, нежели прибегают к империалистической политике.
Сплошь и рядом гуманитарные кризисы вообще проходят мимо внимания, и уж тем более не используются в качестве предлога для установления империалистического господства. Вряд ли наберется хоть горстка могучих мира сего, желающих установить господство над такими странами, как Гаити или Руанда. Поэтому нам нужно принуждать богатые и влиятельные страны делать то, что они должны делать.
На самом деле многие страны мирового сообщества способны действовать в качестве проводников гуманитарной помощи. В отличие от обычных людей, граждан своих стран, обычные государства – даже те, которым далеко до статуса великих держав – эффективно действуют во время кризисов в силу способности собирать налоги и мобилизовать военных и гуманитарных работников. Вот почему легко представить себе целую дивизию гуманитарных сотрудников. Достаточно вспомнить вьетнамцев, которые положили конец бесчинствам красных кхмеров в Камбодже, буквально заливших кровью собственную страну, или индусов, которые покончили с государственным терроризмом в восточном Пакистане (теперь там находится государство Бангладеш), или о танзанийцах, которые свергли кровавый режим Иди Амина в Уганде. Соответствующие военные интервенции не потребовали богатства и могущества Соединенных Штатов – они оказались под силу странам с гораздо более скромными бюджетами и армиями. То же касается и невоенной гуманитарной помощи, ради которой многие страны и организации объединили усилия на международной арене. В данном случае диспропорциональное влияние – это скорее следствие приверженности благому делу, нежели богатства, о чем свидетельствуют достижения скандинавских стран и их гуманитарных работников.
Их служение благородному делу опять же не является чистой филантропией, но также и следствием их любви к справедливости; как и в случае с «цедакой», мы имеем дело с принципом «два в одном». Отдать должное справедливости – не добровольное решение, это обязанность как отдельных индивидуумов и граждан, так и целых государств. Мы не можем позволить, чтобы вклад отдельных стран в стабилизацию международного сообщества определялся исключительно их щедростью и добросердечием. В отсутствии всемирного государства всеобщего благоденствия отдельные страны могут сделать многое. Но здесь опять-таки возникает вопрос: кто именно должен быть посредником в добрых делах, и какие государства должны взять на себя эту миссию?
Облегчение страданий и восстановление
Совершение международных актов гуманизма – это не в полном объеме возданный долг. При любом кризисе разные государства могут предлагать свою помощь, однако ни одно из них не уполномочено международным сообществом. Нет какой-либо особой процедуры назначения на эту миссию специально отобранного государства. Часто на кризис реагируют многочисленные гуманитарные организации, но нет единого координатора, ответственного за всю операцию. Работу необходимо координировать – иначе она будет неэффективной. Но процедуры назначения координатора не предусмотрено. Можно было бы ожидать, что ООН будет назначать ответственных как за военные интервенции, так и за помощь, оказываемую в массовом порядке. Но мы, скорее всего, тщетно будем ожидать своевременного или последовательного распределения ответственности. В данных обстоятельствах решения об интервенции и гуманитарной помощи часто принимаются в одностороннем порядке – как в приведенных выше примерах, когда такую ответственность на себя брали Вьетнам, Индия и Танзания. Преобладает принцип «кто может, тот и должен».
Этот принцип не может быть закреплен юридически, но политический процесс такого закрепления получил развитие – пусть он не очень действенный, но, по крайней мере, заслуживающий внимания. Процесс юридического закрепления такого принципа проявляется в виде общественной критики, чувстве стыда, нравственных призывов, а иногда и в виде общенародной мобилизации. Интервенция НАТО в Косово во многом была вызвана чувством стыда за бездействие во время массовых убийств в Сребренице. Извинение президента США Билла Клинтона перед народом Руанды за неспособность Соединенных Штатов предотвратить геноцид 1994 г. было своего рода реакцией на жесткую критику позиции Вашингтона в ООН. Безуспешная кампания за проведение интервенции в Дарфуре объединила десятки тысяч активистов и сочувствующих в целом ряде стран. Это также политическая деятельность, мотивом которой является не только стремление к благотворительности и милосердию, но и обостренное чувство справедливости.
Тот же принцип «два в одном» должен определять характер и цель помощи и интервенции. Конечно, в первую очередь необходимо накормить голодных и остановить кровопролитие. Облегчение страданий всегда предшествует стадии восстановления, но долгосрочной целью должно быть именно восстановление, несмотря на все связанные с ним риски. Иначе кризис может стать перманентным и рутинным явлением. Согласно концепции «цедаки» в изложении Маймонида, работники милосердия и солдаты должны делать все, что в их силах, чтобы утверждать независимость людей и стран. В международном сообществе это означает помощь в государственном строительстве, призванную защитить жизнь граждан страны и помочь им стать независимыми и способными помочь себе. Главное – избежать постоянной экономической и политической зависимости, пауперизации населения, образования государств-сателлитов и марионеточных правительств. Хотя нам часто говорят, что государственная система скоро должна отойти в прошлое, суверенитет – это на самом деле нравственно необходимая цель гуманизма. Речь идет о справедливом государстве, способном обеспечить безопасность, благополучие, надлежащее управление экономикой и образование для всех своих граждан. После выполнения этой цели гуманитарные работники и интервенционистские армии могут отправляться восвояси. Если они создали необходимые условия для самоопределения, мы знаем, что они действовали справедливо и милосердно.
Поэтому государственное строительство может быть разновидностью гуманитарной работы, даже если мы не имеем ни малейшего представления о том, как его следует осуществлять. Однако смена режима – это нечто совершенно иное. Когда Красная Армия стремилась насадить в Польше коммунизм в 1921 г., а американские вооруженные силы попыталась принести в Ирак демократию в 2003-м (а в Ливию в 2011-м?), это были идеологические, но не гуманитарные проекты. Их главная цель заключалась в изменении политического строя и новом государственном строительстве, но не в облегчении страданий людей, тогда как гуманизм прежде всего преследует цель облегчить страдания людей и лишь потом начать политическое восстановление страны. Только в этом случае соблюдается принцип «два в одном», когда интервенцию по праву можно назвать «гуманитарной операцией».
Облегчение положения людей и восстановление страны могут занять долгое время, и в процессе восстановления часто придется делать непростой выбор с учетом отсутствия разработанных международных механизмов. Также не существует юридических способов мобилизации людей или государств для совершения необходимой работы или для регулирования их действий в процессе интервенции. Это опять же издержки отсутствия мирового государства или правительства. Вот почему мы должны искать более неформальные подходы к тому, чтобы убедить людей включиться в гуманитарное служение, а также оценивать и критиковать их дела или бездействие. Поскольку в международном сообществе мало действенных законов, нам нужны принципы благотворительности и справедливости, на которые мы могли бы ориентироваться в нашей деятельности, а также вынося суждения о вкладе других людей.
Гуманизм должен постоянно инициировать дискуссию на тему: что необходимо сделать прямо сейчас? Ответ на этот вопрос будет меняться в зависимости от существующих потребностей, политических обстоятельств, ресурсов, которые могут быть предоставлены в рамках гуманитарной помощи, и требований справедливости. Но как только ответ будет готов, у нас появится правильное представление о гуманизме как о предприятии, действующем по принципу «два в одном». Этот принцип обязывает всех нас, работников неправительственных организаций или их доноров, граждан могущественных стран, выполнить свой важнейший долг перед нуждающимися и терпящими бедствие людьми.
Майкл Уолцер
![Главное](/images/star.png)
Десять тенденций, меняющих мир
Неотвратимые потрясения и революционное обновление
Резюме: США по ряду причин, прежде всего социально-экономических, выступают в качестве той части Запада, которая не может позволить себе устойчивое развитие. Как ни парадоксально это прозвучит, Америка столкнется с проблемами слаборазвитой страны, в которой американская мечта превратится в американский кошмар.
Данная статья представляет собой переработанную версию доклада, сделанного на симпозиуме «Справедливая сила», который прошел в мае 2011 г. в Университете Сент-Галлен (Швейцария).
Мы живем в переломную эпоху, и когда завершится переходный период, начавшийся крушением Советского Союза, мир станет совсем другим. Зловещих предзнаменований хватает, одним из них стала двойная террористическая атака в Норвегии в июле (на эту тему – ниже). Предсказать, каким он будет, сейчас невозможно, но тенденции, набирающие силу на наших глазах, позволяют по крайней мере наметить контуры возможных перемен. Выделим десять основных трендов. Пять из них разворачиваются в глобальном пространстве между государствами и регионами, еще пять – в социальном пространстве между группами людей.
![](http://www.globalaffairs.ru/photo/active/136.jpg)
В результате мы становимся свидетелями масштабных перемен, сопоставимых с переходом от греко-римской античности к Средневековью, а затем к раннему Ренессансу и современной эпохе (1789) на Западе. Эти перемены происходили в условиях глобализации христианства, тогда как нынешние преобразования осуществляются в условиях глобализации капитализма и глобального потепления.
Пять глобальных тенденций могут восприниматься как подтверждение теории сообщающихся сосудов: когда один опорожняется, другой наполняется. Запад «мелеет» – «остальные» поднимаются, Соединенные Штаты ослабевают – Китай усиливается. Все эти тенденции взаимосвязаны, но в то же время они проявляются не менее отчетливо или даже нагляднее и как пять независимых друг от друга явлений, каждое из которых развивается в соответствии с собственной социальной логикой.
Так, упадок американской империи имеет свои причины и следствия, вполне сопоставимые с тем, что мы знаем из истории об упадке других империй. Закат Запада в целом связан с этим явлением, но имеет свою мотивацию, когда США по другим причинам, прежде всего социально-экономическим, выступают в качестве той части Запада, которая не может позволить себе устойчивое развитие. Как ни парадоксально это прозвучит, в качестве слаборазвитой страны, в которой американская мечта превращается в американский кошмар.
Закат и окончательное падение империи – это разные процессы, связанные с неизбежной логикой развития империй как организмов, начиная с их рождения, роста и достижения зрелости вплоть до старения и смерти. При грамотной организации и щедро вознаграждаемых за сотрудничество элитах на периферии центр способен добиться от окраин существенной экономической зависимости, поселить в них страх перед возможным применением силы, создать стремление идентифицировать себя с центром и добиться подчинения. Но лишь до поры до времени: империя становится жертвой собственного успеха, переоценивая свои возможности и/или недооценивая возможности державы, выступающей в качестве противовеса. Период экспансии заканчивается, и ему на смену приходит длительный период статус-кво, когда консервируется крайняя несправедливость во всех четырех аспектах силы.
Империя является архетипом несправедливой силы, поскольку добивается зависимости и притворного послушания, сея страх и насаждая коллаборационистские элиты. Иногда периферия сливается с центром. Когда речь идет о соседних географических регионах, этот процесс нередко обозначается термином «строительство нации». Именно так это происходило в Испании, Франции, Великобритании, Германии, России и Китае.
Урок, преподнесенный Британской, Французской, другими западноевропейскими и советской империей, должен сподвигнуть Соединенные Штаты начать производить товары, а не жить за счет неравноправной торговли и тиражирования «мировой валюты». Гибель доллара в этом качестве неминуема, как и приход на смену ему валютной корзины. Нужно сосредоточиться на внутренней обороне, оставив бесчисленные военные базы и прекратив войны по всему миру, начать диалог с другими культурами и договариваться о политических компромиссах вместо того, чтобы стремиться диктовать всем свою волю.
Но, несмотря на растущее число проигранных войн, привлекательность других культур (ислам, Япония, Китай) и растущее неподчинение, экономическая эксплуатация может какое-то время не ослабевать, будучи встроена в неравноправные международные торговые структуры, где ресурсы и человеческий труд стоят ничтожно мало. Конечно, будет иметь место известная доля распределительной справедливости в виде помощи в развитии, призванная скрыть трансферты в противоположном направлении, извлекаемые благодаря эксплуатации, бегству капитала, коррупции. Более того, за чисто экономическими способами поощрения скрывается куда более важный социологический эффект западной помощи в развитии. Стипендии выдаются перспективным молодым людям, которые затем пополняют ряды постколониальной элиты. Другие трансферты также призваны поставить эту группу в выгодное положение. Кваме Нкрума (основатель современной Ганы, видный представитель африканского антиколониального движения. – Ред.) точно охарактеризовал подобную политику как неоколониализм.
Неустойчивое равновесие было достижимо до тех пор, пока Запад пользовался монополией на обрабатывающие отрасли. Япония стала первой неевропейской страной, бросившей вызов такому положению. За ней последовали четыре малых «дракона», а потом четыре огромные страны БРИК. Прежнее равновесие нарушилось, и это стало одним из факторов заката Запада. За этими первыми ласточками вскоре последуют «остальные», которые также начнут производство если не на экспорт, то по крайней мере для обеспечения своих элит.
Растущее во всем мире предложение могло бы соответствовать такому же быстрорастущему спросу, если бы не обострение неравенства на Западе, при котором у 30–50–70%, представляющих собой население «дна», не хватает покупательной способности, чтобы приобретать товары с высокой долей добавленной стоимости. Прибавьте к этому существование – в силу неравенства – такой аномалии, как перетекание ликвидности к высшим классам, не оставляющее им другого выбора, кроме спекуляции. В их распоряжении масса новых финансовых инструментов вроде деривативов для быстрой купли-продажи – своего рода азартная игра. В результате: бум финансовой экономики + замороженный реальный сектор = крах. Тем более что этому содействуют экономисты, неспособные или нежелающие предсказывать или предвидеть. Если «остальные» и Китай, подобно Индии, попадутся в эту ловушку, их усилению придет конец, как это случилось с той же Японией.
Рецепт исцеления Запада столь же прост, сколь неосуществим: не накачивать ликвидностью банки, неспособные выжить, жестко регулировать финансовый сектор, а затем стимулировать людей, начиная с нуждающихся слоев населения. Поощрять небольшие компании, сельскохозяйственные кооперативы, поликлиники с лекарствами-дженериками для лечения обычных болезней простых людей, школы для обоих полов и всех возрастных групп. Но правящие классы на Западе скорее готовы защищать банкиров, чем обычных людей. Китайская формула «капитализм-коммунизм», поднимающая людей со «дна», облегчающая их лишения и включающая их в реальную экономику, могла бы совершить чудо на Западе. Однако камнем преткновения стали бы ярко выраженные классовые различия, и не только в США. Отсюда последний из социальных трендов – усугубление неравенства и мятежи.
Если главный ключ к развитию и прогрессу – повышение покупательной способности населения, влачащего существование «на дне» общества, все больше стран, включая Индию, будут подражать Китаю. Это негативно отразится на самоуважении и чувстве собственного достоинства жителей Запада и приведет к росту душевных болезней. Не исключено повторение эпидемии суицидов, с которой начался закат империи Габсбургов.
Главная причина неотвратимости тенденции к закату государства и усилению регионов на удивление проста. Маркс писал о средствах производства, но не о средствах связи и транспорта. Благодаря SMS и скоростному перемещению все процессы в мире протекают в режиме реального времени, и размеры большинства стран значительно сокращаются. Выживут только сильнейшие – БРИК, США и некоторые другие; остальные будут все больше втягиваться в орбиту регионов, которые отличаются географической близостью и культурным родством. В результате получаем:
светско-христианский Европейский союз,смешанный Африканский союз,индуистско-мусульманскую Ассоциацию регионального сотрудничества стран Южной Азии (СААРК),смешанную Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН),светско-католическую Латинскую Америку,мусульманскую Организацию Исламская конференция (ОИК), простирающуюся от Марокко до Филиппин,буддистско-конфуцианскую Восточную Азию исветско-православную Российскую Федерацию, где Чечня имеет такую же автономию, как Нидерланды в Евросоюзе.
А на смену Организации Объединенных Наций (ООН), скорее всего, придет Организация Объединенных Регионов (ООР).
Государство – это территория, власть на которой сконцентрирована в одноименной организации – «государстве». Что же касается наций, речь идет о культурных группах, характеризующихся четырьмя признаками: общий язык, религия-идеология, время – общие представления об истории, прошлом, настоящем и будущем – и пространство, то есть общая территория и география. В мире две тысячи наций и около 200 государств, но только 20 из них представляют собой национальные государства, в которых преобладает одна нация. Только в четырех из 180 многонациональных государств нет преобладающей нации (в Европе это Швейцария, в которой несколько наций сосуществуют на равных, а также Бельгия, раздираемая проблемами межнациональных отношений, а в Азии – лингвистически федеральная Индия и Малайзия). Что касается остальных стран, то самый верный прогноз в их отношении – это борьба, часто насильственная. Нации, находящиеся в тени, будут бороться за место под солнцем – либо за полную независимость, автономию в рамках федерации, за другие виды суверенитета.
Процесс становления наций уходит корнями в историю, и зародившееся когда-то во Франции определение нации как «граждан одного и того же государства» убеждает теперь немногих. Линия водораздела, за которой мобилизуется готовность убивать и быть убитым, сегодня редко совпадает с границами государства – она проходит между нациями, религиями, языками и территориями. Характер войны меняется, но формула «от межгосударственных конфликтов к внутригосударственным междоусобицам» слишком поверхностна и не выдерживает критики. Нации иногда занимают территории разных стран, равно как и многие страны являются общим домом для многих наций. Это приводит к образованию многочисленных и разнообразных конфедераций. Однако регионы могут служить своего рода адаптационными «зонтиками», по мере того как увеличивающийся поток людей, пересекающих государственные границы, все больше сближает их.
Государства размываются могущественными силами сверху – такими, как регионализм и глобализирующийся капитализм транснациональных корпораций и банков. И снизу – национализм и негосударственное, некапиталистическое гражданское общество, которое вдохновляет людей на солидарность и порождает новое самоопределение и идентичность: расширенные семьи, кланы, племена, профсоюзы, города и села, религиозные группы, повстанцы. Государства сжимаются, но какое-то время они еще просуществуют.
Сегодня в мире помимо обычных государств существует столько территорий, что наши политические карты, окрашенные в четыре основных цвета, используемые для обозначения разных стран, оказываются плохим путеводителем по современной действительности. Тем не менее США находятся под гипнозом этого путеводителя и нерационально придерживаются той реальности, которая исчезает на глазах.
Возникает все больше новых реалий. Возможно, пролетариат в марксистском понимании утратил запал после появления социал-демократии и краха социализма советского и восточноевропейского образца. Но у общества есть другие линии разлома, кроме противостояния между покупателями рабочей силы и продавцами – возраст, пол, раса и национальность в широком культурологическом аспекте, включающем язык и религию. Если исходить из возраста, то нам стоит помнить о четырех основных категориях: детство, отрочество, нуждающееся в образовании, взрослый период, когда нужно работать, и время пенсии. Молодежно-студенческий мятеж начался в Латинской Америке в 1963 году. В 1968 г. он перекинулся на Европу и чуть позже – на США и Японию. Затем он пришел в страны Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА), а также в Испанию в виде Движения М15 (движение социального протеста против мер, предпринимаемых для преодоления экономического кризиса. – Ред.). Оно будет находить себе благодатную почву везде, где существует безработица, где получение высшего образования не обеспечивается рабочими местами, где господствуют автократия и клептократия (включая, конечно, и коррупцию).
Поскольку стареющее (и, следовательно, менее плодовитое население) рассматривается как проблема, а не источник опыта и даже мудрости, нас ждет не только увеличение числа молодежных мятежей, но и мятеж пенсионеров. Одни будут требовать вернуть им пенсионные фонды, потерянные в результате спекуляций, другие будут настаивать на своем праве на общественно полезную трудовую деятельность, не подчиняясь диктатуре людей среднего возраста, говорящих пожилым «убирайтесь!».
Страны в чем-то похожи на людей; они также претерпевают процесс, аналогичный человеческому развитию. 1960-е гг. породили ряд стран-детей, ищущих собственную идентичность. Они находятся в окружении стран-подростков с негативным самоопределением, которые протестуют и оспаривают статус-кво. Существуют также страны-взрослые, реализующие множество разных проектов – в качестве примера можно привести страны БРИК. И, наконец, есть страны-пенсионеры, главная задача которых – сохранение статус-кво и выживание. Китай – бывшая страна-пенсионер, которая в настоящее время проходит путь от детства к отрочеству и взрослому состоянию.
Добавьте к этому восстание женщин – революционную, эпохальную тенденцию – американскую революцию 1970–1980-х гг. с последующей реакцией на нее. Женщины обладают огромным ресурсом в области культуры и образования, легко превосходя ленивых мужчин благодаря своему усердию и старательности. Мятеж распространяется на все страны, нанося удар по патриархальной семье (только пятая часть всех американских домохозяйств – это супружеские пары с детьми), и сегодня женщины претендуют на занятие половины всех должностей.
Это влечет за собой последнюю тенденцию – усугубление неравенства и мятежи. Несправедливость ведет к неравенству, а неравенство порождает мятежи. Другой вопрос – перерастают ли эти мятежи в революции, переворачивающие общества с ног на голову? Колоссальное неравенство – вроде того, что 1% населения Соединенных Штатов контролирует 40% богатства, – резко снижает относительную мобильность поколений и ощущается как внутри стран, так и между ними. Несколько лет тому назад рост валового мирового продукта (ВМП) составлял около 2,8%, а неравенство – соотношение покупательной способности между самыми богатыми и самыми бедными 20% населения – достигало 3,2%. Рост ВМП не смягчил участи пятой части беднейшего населения. А «дно» этого «дна» сегодня умирает со скоростью примерно 125 тыс. человек в день – 25 тыс. от голода и 100 тыс. от болезней, которые поддаются профилактике и лечению при наличии денег. Миллиарды людей уверены, что мы живем в злом и несправедливом мире.
Существует ли аналогичная пропасть в военной, культурной и политической сферах? Если говорить о силовом неравенстве, разве нет единственной сверхдержавы, объявленной самой могущественной, которая значительно превосходит по своей мощи всех остальных?
Если это так, то почему же тогда США терпят неудачу в одной войне за другой? Сначала во Вьетнаме, потом в Ираке и Афганистане, а ныне в Сомали, Йемене и Ливии – не потому ли, что они не в состоянии справиться с такими уравновешивающими их преимущество силами, как партизаны, терроризм и ненасильственные методы борьбы? Напасть на мировую сверхдержаву, такую как Соединенные Штаты, или на региональную империалистическую державу, такую как Израиль с мощным собственным вооружением, было бы глупо. Особенно если уповать на танки, как Саддам Хусейн в 1991 г. во время операции «Буря в пустыне», или на ракеты ближнего радиуса действия, которые ХАМАС использовал против Израиля. Баланс сил установить легче, чем баланс богатства. Хотя Юго-Восточная Азия указала путь к последнему, но легче и быстрее добиться баланса силы.
Что касается культурного неравенства, той пропасти между светом для народов и черными дырами во Вселенной, которые в лучшем случае поглощают свет, но не излучают его, то бывшие звезды постепенно угасают. Четыре страны «Большой восьмерки» – США, Великобритания, Италия и Япония, проповедующие свои культурные евангелия миру, – находятся в процессе разложения и инволюции. Более того, у этих «черных дыр» может быть внутренняя жизнь, черпающая энергию из богатых культурных ресурсов, включая их знание Запада – во благо и во вред себе. В действительности они могли излучать свет тысячелетиями, но вся беда в том, что он передавался на такой длине волны, которая была неразличима для глаза западных обывателей. Однако в начале прошлого века японская модель развития внезапно открывается Западу, хотя сама же Япония сделала все для того, чтобы ее сверхновая звезда погасла так же быстро, как и образовалась. На смену японской модели приходит китайская. Китай – слишком большая страна, чтобы ее можно было победить, и она также способна завладеть умами миллионов.
Когда мы говорим о политическом неравенстве, на авансцену выходит демократия, сталкивая общенародное большинство с элитными меньшинствами, если только последним не удается изменить правила игры – например, заменить принцип «один человек/один голос» на принцип «тысяча долларов/один голос». Соединенные Штаты, Великобритания и другие страны НАТО из последних сил держатся за власть в ООН, сопротивляясь таким демократическим установлениям ООН, как Объединение за мир или противодействуя признанию Палестины, которое давно назрело. Словом, у ООН сегодня есть только один выбор: демократия или смерть.
В условиях саботажа демократии люди или страны находят выход с помощью новых осей взаимодействия, подобных кооперации Юг-Юг, сотрудничества по гуманитарной линии и т.д. Они будут сокращать экономическую зависимость, создавать собственные альянсы, наподобие Шанхайской организации сотрудничества, вдохновлять друг друга, не отвергая при этом лучшие идеи Запада, и принимать собственные решения. Другими словами, они будут опираться на собственные силы и возможности, отмежевываясь от антидемократических элементов или стран, многие из которых находятся на стадии «пенсионной немощи и выживания». Они идут путем Ганди, стремясь к самодостаточности, находятся в поисках собственной самобытности, безбоязненно экспериментируют и уповают на «сварадж» или самоуправление.
Какие последствия следует ждать из всего этого в ближайшие годы?
Мы не отдаем приоритет ни глобальным, ни социальным тенденциям – они дополняют и усиливают друг друга. Так, «арабская весна» в странах БВСА – это явный мятеж против вопиющего политического и экономического неравенства, инспирированный преимущественно молодежью и женщинами, которые тем самым заявили о своем оформлении в ведущие социальные силы. Однако мятеж направлен также против имперской пары США/Израиль, которые мнят себя Божьими избранниками и видят свою миссию в том, чтобы создавать местные элиты по всему миру и управлять своими империями через продажных, коррумпированных диктаторов. «Арабская весна» ослабляет эти элиты и империи, уже длительное время размываемые различными процессами, вынуждая их применять непропорциональное насилие, которое, в свою очередь, вызывает ответные мятежи.
Американская и израильская империи, возможно, падут до 2020 г., но Соединенные Штаты и Израиль останутся на плаву, если будут вести себя мудро и пойдут на компромисс. В рамках границ 1967 г. Израиль мог бы быть принят в сообщество ближневосточных наций вместе с пятью своими арабскими соседями, как это сделала Германия в рамках Римского договора, начиная с 1957 года. А США, прекратив войны и интервенции, закрыв военные базы за пределами собственной территории и отказавшись от политики диктата, могут стать полноправным членом Североамериканского сообщества вместе с Канадой и Мексикой. Нынешние американские президенты навлекут еще больше позора и бесчестия на свою страну, если будут прибегать к силе, вести себя неумно и из последних сил держаться за умирающие империи. То же касается и преемников нынешних лидеров в Израиле и Соединенных Штатах (Авигдор Либерман, Сара Пэйлин?). Но преемники преемников, возможно, начнут проводить более реалистичную политику.
Отказавшись от безнадежной и бесплодной внешней политики, Запад фактически мог бы начать социально-экономическое восстановление. Однако, пока суд да дело, усиление Китая и «остальных» может зайти слишком далеко, и вряд ли воспрянувшие западные страны смогут тогда рассчитывать на то пространство, к которому привыкли. На гигантских просторах Российской Федерации наступит процветание, которому, возможно, окажет содействие «российская весна», не слишком отличающаяся от арабской. Молодежь и женщины будут играть главную роль и, может быть, даже изобретут лучший коммунизм в 2017 году…
Вероятность подобных событий не исключена и для Китая, но многое уже сделано внутри самой КПК. Динамика страны кажется устойчивой – как в смысле роста (в среднем 26% в год в течение последних 30 лет в экономических зонах, где Дэн Сяопин начал свои эпохальные реформы в 1980 г.), породившего колоссальное неравенство по уровню богатства, власти и доступа к природным ресурсам, так и в смысле «открытости». Примерно 30 млн китайцев ежегодно выезжают за рубеж и возвращаются на родину, где свобода личности становится все более реальной.
Гораздо больше проблем в Индии, половина жителей которой по-прежнему живет в провинции, где все еще сильны кастовые предрассудки, которые тяжелым бременем ложатся на жизнь всего полуострова. Наксалиты, возможно, – лишь предвестники таких форм борьбы, как партизанская война, терроризм и ненасильственные формы сопротивления. Быть может, однажды Китай с его национальными проблемами научится у Индии лингвистическому федерализму, а Индия с ее кастово-классовыми проблемами сможет перенять у Китая своеобразный вид «капитализма-коммунизма»? Быть может, две самые густонаселенные страны мира помогут друг другу освободиться?
Африку с населением свыше миллиарда человек, возможно, потрясут сокрушительные мятежи против выращенных на Западе элит. Ливия расположена на пресноводном «море» (так называемая Великая искусственная река – крупнейшая в мире трубопроводная система общей протяженностью 4 тыс. км, которая доставляет пресную воду из резервуаров под Сахарой, скрытых на глубине 600–800 м. – Ред.), которое могло бы орошать большую часть Сахары. А к югу от Сахары имеется достаточно богатств, включая плодородные земли, чтобы она прекрасно кормила себя при условии, что за распределение благ будут отвечать женщины. Латинская Америка экспериментирует с экономикой, ориентированной на фундаментальные потребности – например, экспортирует мясо и импортирует энергоносители, а энергоносители обменивает на услуги в области здравоохранения.
Мятежи придут и на Запад. Движение М15 в Испании вызывает большой интерес. Главное, чтобы его лидеры не требовали перемен у правящих классов, стоящих на страже статус-кво, – это было бы большой ошибкой. Они могли бы создавать «низовые» компании, то есть развивать малый бизнес, о котором выше уже было сказано. Кооперативные сберегательные банки могли бы инвестировать в реальную экономику вместо того, чтобы спекулировать в финансовом секторе, учитывая высокий уровень образования и здравоохранения, а также обилие пенсионеров, которые могли бы внести свой вклад опыта и мудрости в ходе надвигающегося мятежа пожилых и пенсионеров (к 2015 году?).
* * *
Бывают события, в которых сразу сходится много нитей. Катастрофу, случившуюся в Норвегии 22 июля 2011 г., хочется списать на маньяка Брейвика. Это было бы проще всего. Но нельзя поддаваться соблазну узкой интерпретации. Расширим горизонт. С одного края – исламофоб-одиночка, связанный с какими-то группами, олицетворение европейского неофашизма. Если бы его удалось просто объявить сумасшедшим, исчез бы политический оттенок. Он превратился бы в causa sui, причину самого себя. В таком случае Норвегии было бы, чему поучиться у Америки после 11 сентября – как произносить речи об «абсолютном и немотивированном зле». С другого края – Ansar al-Jihad al-Alami, группировка, вначале якобы взявшая на себя ответственность за теракты в Норвегии, которая стала бы для обанкротившегося Вашингтона отличным поводом потребовать новые ассигнования на «войну с террором».
А в середине – реальный Брейвик, порождение своего времени, тот, для кого ливийская ситуация в какой-то момент стала прикрытием, а в то же время сам он оказался чуть ли не оружием возмездия. Сотрудничество по умолчанию?
Брейвик сознательно убивал участников молодежного лагеря социал-демократов, заявляя, что он искореняет марксизм, левые идеи… Но почему выбор именно этих жертв, ведь Рабочая партия Норвегии имеет к левым идеям и марксизму не больше отношения, чем Партия прогресса, в которой когда-то состоял убийца, к идеям правым. Обе партии голосовали за бомбардировки Ливии, обе поддержали покупку по немыслимым ценам американских F35. Идеология не причем.
Премьер-министр повел себя правильно, заявив: ничто не отвратит Норвегию от демократии. Но демократия – это не просто совокупность индивидов, запертых каждый в своей идеологической ячейке. Демократия – это диалог, вызов, столкновение с другими, а не пересчет обитателей ячеек на выборах раз в четыре года. Брейвику надо было общаться с большим количеством людей, нам всем это не помешало бы. Парламенту и гражданам следует открыто обсуждать любые проблемы.
Насилие – противоположность диалога. К середине июля НАТО совершила в Ливии 5838 боевых вылетов, 535 из них пришлись на долю Норвегии, всего сброшена 501 бомба. По военным целям, не так ли? Но если принцип альянса гласит, что нападение на одного есть нападение на всех, тогда и атака со стороны одного – это атака со стороны всех, а в основе всего лишь шаткий мандат СБ ООН с пятью воздержавшимися и в отсутствии права вето у какой-либо из мусульманских стран. Быть может, диалог дал бы больше, чем бомбы с обедненным ураном?
Норвегию потряс взрыв одной единственной бомбы. Нам не приходит в голову, что Ливию могут не устраивать 535 бомб? Норвегию ужасают убийства мирных жителей. Но почему афганцы не должны чувствовать то же самое?
Политика – это череда конфликтов, требующих творческих, конструктивных, конкретных решений. Школы и средства массовой информации обязаны обучать разрешению конфликтов, приучать к конфликтной гигиене так же, как нас с детства приучают к гигиене обычной.
Возможно, причины того, что случилось 22 июля в Осло, должен расследовать специальный орган ООН? Тот, который обладает (должен обладать) бЧльшими познаниями в истории взаимоотношений между Западом и миром ислама? Не пора ли попробовать диалог с «экстремистами», прежде чем навешивать ярлыки, не поинтересоваться ли их целями, а вдруг они не лишены законной логики? Вообще, считать нелегитимным лишь то, что далеко от собственных убеждений, и быть уверенным только в своей правоте – как можно тогда надеяться приблизиться к истине?
Йохан Гальтунг – норвежский математик и социолог, специалист в области анализа и урегулирования конфликтов, основатель и руководитель движения «Transcend – сеть за мир, развитие и окружающую среду».
Процесс уничтожения химического оружия дал жизнь целой индустрии, строящей соответствующие заводы и производящей специфическое оборудование для них. Обороты этого «рынка» в России оцениваются в 30 млрд рублей в год.
Полное уничтожение своего химоружия Россия должна завершить в 2015 году, и тогда, если этот план сбудется, без дела останутся семь огромных заводов, разбросанных по всей стране. Что с ними будет делать государство, – пока загадка.
Международное обсуждение вопроса о запрещении химического и биологического оружия началось еще в 1968 году. 3 сентября 1992 года Комитет по разоружению, состоявший из 18 государств, предоставил Генеральной ассамблее ООН в своем ежегодном отчете текст Конвенции о запрещении химического оружия. Главными обязательствами, налагаемыми на участников конвенции, должны были стать запрет на производство и применение химического оружия, а также уничтожение всех его запасов. Уже 13 января 1993 года документ был подписан первыми участниками – ФРГ, Россией и США. Конвенция вступила в силу 29 апреля 1997 года (к тому времени ее подписали уже 65 стран), начав отсчет десятилетнего срока, отведенного на выполнение ее условий.
Россия завершила процесс ратификации конвенции 6 ноября 1997 года. Запасы химического оружия нашей державы на тот момент хранились на семи объектах, расположенных в шести регионах центральной части страны. Вещества кожно-нарывного действия хранились в Горном Саратовской области и Камбарке в Удмуртии, а нервнопаралитические – в Щучьем Курганской области, Почепе на Брянщине, в Марадыковском Кировской области, Леонидовке Пензенской области и Кизнере в той же Удмуртии. Суммарный вес этих отравляющих веществ составлял около 40 тыс. тонн – это был самый большой боевой химарсенал в мире. В США хранилось и подлежало уничтожению «лишь»
32 тыс. тонн химикатов поражающего действия.
На сегодняшний день число участников конвенции достигло 188 государств, а Россия и США по-прежнему являются обладателями крупнейших запасов химического оружия массового поражения.
По данным ООН, к июлю 2011 года было уничтожено около 90% всех запасов химического оружия в мире.
Международная конвенция предполагает полное уничтожение химического оружия до 2012 года, но Россия уже продлила срок выполнения своих обязательств до 2015 года (пока уничтожено лишь 45% российских запасов химоружия). США не исключают возможности продления срока исполнения своих обязательств аж до 2021 года. Правда, по последним данным, в США уже уничтожено более 90% арсеналов отравляющих веществ массового поражения. Чем дальше одна страна откладывает сроки уничтожения опасных веществ, тем чаще о трудностях с финансированием и других проблемах с решением этой задачи рапортует другая. Политические причины такого «диалога» очевидны, к тому же на гонке по отставанию в разоружении, как оказалось, можно неплохо заработать. Изначально предполагалось, что для уничтожения всех запасов в РФ нужно будет построить всего три объекта, потом было принято решение построить семь заводов по уничтожению химического оружия. В последней редакции специальной российской госпрограммы общие затраты на этот проект оценены более чем в 180 млрд рублей ($6,4 млрд). Основная часть финансирования осуществляется из федерального бюджета РФ, а порядка 10-15% – за счет фондов других стран, подписавших конвенцию. В 2005-2011 годах (до 1 мая) из федерального бюджета уже выделено на капвложения 107,8 млрд рублей, из внебюджетных источников на эти цели за 2009-2011 годы поступило 28,5 млрд рублей.
На сегодняшний день на территории РФ уже функционирует шесть объектов – это заводы в Курганской, Пензенской, Кировской, Саратовской областях и в Республике Удмуртия. Последний, седьмой российский объект по уничтожению химического оружия также расположен в Удмуртии и должен быть введен в строй в конце этого года.
Один из крупнейших в России завод «Почеп» в Брянской области (запасы химического оружия здесь оцениваются в 7,5 тыс. тонн) начал функционировать в ноябре 2010 года. На его строительство было выделено около 15 млрд рублей, и еще 1,8 млрд ушло на создание необходимой социальной инфраструктуры. В 2005 году завод в Камбарке (Удмуртия) оценивался в 9 млрд рублей. При этом известно, что 34% вложений пришлось на долю Германии, выделившей на его строительство €154 млн. Исходя из этой цифры, завод должен был обойтись более чем в €450 млн, то есть на 35% дороже официальной оценки 2005 года. Средняя стоимость одного подобного завода варьируется около 15 млрд руб., а затраты на социальную инфраструктуру вокруг каждого составляют еще 1,5-3 млрд рублей. По оценке ведущего аналитика ИК «Церих Кэпитал Менеджмент» Олега Душина, не менее 40-45% общих капиталовложений в такие объекты уходит на закупку оборудования. Оборот на сформировавшемся в России рынке специфического оборудования для заводов по уничтожению отравляющих веществ оценивается в 12-14 млрд рублей в год.
На шести из семи заводов подрядчик один – российское федеральное агентство «Спецстрой». Но иностранные государства, участвующие в процессе, финансируют работу только своих компаний. Поэтому этот сформировавшийся в России рынок носит международный характер. В каждом случае все зависит от стороны финансирования объекта: проектирование объекта «Горный» обслуживал российский «Гипросинтез», на нем использовано российское оборудование. А завод в Камбарке напрямую финансировала Германия, и оборудование на него поставлено немецкое.
Среди игроков этого рынка наиболее известна британская фирма Eisenmann, которая делала установки для Почепа и Камбарки общей стоимостью около €300 млн. Объектом в Щучьем управляла американская Bechtel, британцы выделили на него £80 млн. Котельное оборудование на шесть из семи заводов по уничтожению химоружия поставила фирма «Теплосервис» из Брянска.
Этому рынку суждено исчезнуть в тот момент, когда все запасы отравляющих веществ в РФ будут уничтожены. Предположительно, это должно произойти 31 декабря 2015 года. Огромные заводы останутся на балансе у государства. «То оборудование, которое использовалось для уничтожения химического оружия, будет перепрофилировано. Инфраструктура завода остается: газ, вода и т.д. Теоретически после специальной модификации оборудования эти заводы можно использовать для химических производств в коммерческих целях», – утверждает Игорь Кротович, заместитель генерального директора по науке компании «Химмаш-старт». Но на вопрос, кому из крупных игроков химического сектора могли бы быть интересны такие активы, отраслевые аналитики ответить затруднились.
Завод в Чапаевске в 90-е годы был превращен в учебнотренировочный центр. На завод в Камбарке имеются определенные виды: возможно, его удастся приспособить для гражданских нужд. К примеру, для производства автокомплектующих. Рассматривается возможность использования объекта «Леонидовка» под технопарк. Для объекта «Горный» были представлены проекты по переработке горючих сланцев, в достаточном количестве имеющихся в Саратовской области, и другие разработки ученых по производству продукции для нужд промышленности и сельского хозяйства. «Почеп» в Брянской области может быть использован для обогащения титаноциркониевых песков соседнего Унечского месторождения. Огромные запасы этого сырья и возрастающая с каждым годом потребность мировой электронной промышленности в редкоземельных металлах – весомый аргумент для развития этого направления. А объект в Щучанском районе Курганской области может перевоплотиться в мусороперерабатывающий комбинат. Ясного будущего у этих предприятий нет, и поэтому чем дальше отодвигаются сроки исполнения обязательств России в рамках международной конвенции, тем выгоднее для всех. К примеру, собираемость налогов в районный бюджет Брянской области ежегодно растет на 45-50%, немалый вклад в этот рост вносят отчисления организаций и предприятий, работающих по федеральной программе химразоружения.
Каждое подобное предприятие обеспечивает более 3 тыс. рабочих мест. По словам председателя Комитета по международным делам Госдумы РФ Константина Косачева, российские законодатели в целом удовлетворены тем, как обстоят дела в этой сфере. «Депутаты намерены уделять повышенное внимание работе над проектом федерального бюджета на очередной финансовый год в части увеличения финансирования мероприятий по ликвидации запасов вредных веществ», – заверяет он.
1987
Власти СССР и США приняли решение прекратить производство химического оружия.
1989
Начато строительство первого объекта по уничтожению химического оружия в городе Чапаевске Самарской области СССР. Завод не был введен в эксплуатацию.
1990
Подписано двустороннее соглашение между СССР и США об уничтожении химического оружия, по ряду причин так и не вступившее в силу.
1993
Заключена Конвенция между США, ФРГ и Россией о запрещении и уничтожении химического оружия. К 1997 году она была ратифицирована 65 участниками и в том же году вступила в силу.
1996
Федеральная программа «Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации» стоимостью 16 млрд рублей продемонстрировала несостоятельность сразу после ее принятия: ресурсное обеспечение составило считаные проценты от предусмотренных средств.
2001
Президент России Владимир Путин передал функции госзаказчика Программы по уничтожению химоружия от Министерства обороны сугубо гражданскому ведомству – Федеральному агентству по промышленности.
2005
Третья редакция программы предусматривала затраты в 160,4 млрд рублей и включала уже меньший, хотя и существенный объем ожидаемой международной помощи. Ожидания в очередной раз не оправдались.
2007
Конвенция о запрещении химоружия подписана 182 странами. Ряд из них, в том числе Израиль, ее не ратифицировали, а некоторые и не подписали. В числе последних – Ангола, Северная Корея, Египет, Ирак, Сирия, Сомали и Ливия.
2011
Россия, сославшись на финансовый кризис, продлила срок выполнения своих обязательств в рамках конвенции до 31 декабря 2015 года. США, в свою очередь, допускают продление своих обязательств до 2021 года.
Автор: ЕЛЕНА ЗОТОВА
Российская "Газпром нефть" получила 30% в четырех блоках на шельфе Кубы в Мексиканском заливе. Правда, первую нефть компания сможет добыть там не ранее чем через 5 лет
"Газпром нефть" завершила сделку по вхождению в проект по освоению четырех блоков на шельфе Кубы в Мексиканском заливе. Согласно представленной информации, доля "Газпром нефти" в проекте составит 30%, а оставшиеся 70% останутся за структурами малайской национальной нефтяной компании Petronas. Решение об этом принято 29 июля в ходе встречи представителей российской, малайской и кубинской национальной нефтяной компании Cubapetroleo.
Во сколько российской компании обошлась эта доля, и каковы запасы приобретенных участков, "Газпром нефть" не раскрывает.
Кубинские власти открыли эксклюзивную экономическую зону в Мексиканском заливе в 1999 году, разделив ее на 59 блоков, любой из которых может быть выбран иностранным инвестором для начала разведочных работ и последующей разработки месторождений. Сейчас часть блоков осваивают вьетнамская PetroVietnam, венесуэльская Petroleos de Venezuela.
"Газпром нефть" и Petronas подписали акт о переуступке доли в проекте еще в начале июля после получения одобрения уполномоченных государственных органов Кубы. Также стороны заключили соглашение о совместной деятельности, определяющее основные принципы совместной работы, процедуры и механизмы принятия ключевых решений.
ОАО "Газпром нефть" создано в 1995 году путем выделения государством части "нефтяных" активов в отдельную структуру. На начало 2011 года 95,7% акций контролировал "Газпром", остальные акции находятся в свободном обращении. "Газпром нефть" входит в пятерку ведущих российских нефтяных по объему добычи, владеет 3 нефтеперерабатывающими заводами в России. По итогам 2010 года выручка по US GAAP составила 32 млрд долларов, прибыль - 3,15 млрд долларов.
Председатель правления "Газпром нефти" Александр Дюков, слова которого приводятся в сообщении, отметил, что сотрудничество с Petronas позволит российской компании "развить свои компетенции в сфере освоения морских глубоководных месторождений и расширить опыт участия в проектах за пределами России".
Топ-менеджер также отметил, что сделка является частью стратегии компании по географической экспансии: к 2020 году "Газпром нефть" получать от зарубежных месторождений около 10% всей добычи.
Рынок встретил новости нейтрально: к 17:00 мск акции компании растут на 1% при росте индекса ММВБ на 1,6%.
Сходить в разведку
"Газпром нефть" давно говорила о желании развиваться как глобальная компания, но новость о вхождении в проект на шельфе Кубы можно трактовать лишь подготовительный этап к экспансии, - рассуждает аналитик ГК "Алор" Дмитрий Лютягин. - Точных данных о запасе шельфа до сих пор нет, и компании предстоит провести геологоразведку".
По словам эксперта, только на этот этап может уйти до нескольких лет. И не факт, что разведка окажется успешной. В лучшем случае компания сможет получать нефть с данных месторождений лишь через 5 лет.
Зарубежные прожекты
Схожим образом обстоят дела и с другими зарубежными проектами "Газпром нефти". Например, в начале 2010 года компания подписала контракт на разработку нефтяного месторождения Бадра в Ираке. Партнерами российской компании выступят корейская Kogas, малазийская Petronas и турецкая ТРАО. Проект рассчитан на 20 лет с возможной пролонгацией на пять лет. Общие инвестиции в него составят порядка 2 млрд долларов, а добыча начнется не ранее 2013 года.
Фактически, единственным крупным работающим проектом компании являлся ливийский Elefant. В феврале "Газпром" договорился с ENI о покупке 33% в месторождении за 178 млн долларов. Однако затем в стране началась гражданская война и, по словам генерального директора по разведке и добыче компании Бориса Зильберминца, компания "рассчитывает начать работу в рамках проекта Elephant стабилизации ситуации".
Европейские нефтяники отчитались о прибыли во втором квартале, но хорошие финансовые результаты меркнут на фоне тревожной для Уолл-стрит и корпоративного сектора тенденции к сокращению объемов добычи, пишет The Wall Street Journal
Большинство европейских нефтяных компаний на прошлой неделе отчиталось о росте прибыли по итогам II квартала, но хорошие финансовые результаты меркнут на фоне тревожной тенденции к сокращению объемов добычи нефти и газа, о котором сообщила почти каждая нефтяная компания.
Крупнейшие нефтяные компании выделяют огромные ресурсы и активно осваивают нетрадиционные варианты нефтеразработки, идут на высокорисковые геологоразведочные проекты и корпоративные реструктуризации. Почти ни у кого нет сомнений, что это долгосрочная проблема для сектора.
У всех компаний отрасли обстоятельства разные. Так, у британской BP сокращение добычи на 11% связано с продолжающимся падением активности в Мексиканском заливе после прошлогодней аварии на морской платформе и разлива нефти. На 15% уменьшился объем производства итальянской Eni - у нее большой объем мощностей находится в разоренной войной Ливии. На 17-процентное падение операционных показателей испанской Repsol YPF также повлияли ливийский фактор и последствия аварии в Мексиканском заливе, а, кроме того, - забастовки в Аргентине.
Сегодня степень контроля независимых частных нефтяных компаний над мировыми ресурсами снижается, пишет The Wall Street Journal. Поэтому они более уязвимы к операционным проблемам, и это заставляет их активнее делать ставку на дорогостоящие нетрадиционные технологии, например, на разработку сланцевого газа, глубоководную и арктическую геологоразведку.
Инвестиции в традиционные активы в совокупном объеме капитальных расходов за период с 2001 по 2005 год составляли 63%. В 2011-2015 году этот показатель сократится до 40%, прогнозирует аналитическая компания Wood Mackenzie.
Судя по опубликованным на прошлой неделе отчетам, два крупнейших нефтяных гиганта Royal Dutch Shell и Exxon Mobil находятся в более выгодном положении по сравнению с менее крупными конкурентами, имея возможности для продвижения капиталоемких проектов. Особняком стоит и фаворит финансового мира BG Group, единственная европейская нефтяная компания, которая зафиксировала рост объемов добычи по сравнению с аналогичным периодом прошлого года благодаря открытию месторождения на бразильском шельфе.
Рискованные игры
Спрос на газ остается устойчивым, но цены могут снизиться из-за активной разработки сланцев в Северной Америке и замедления экономического роста в Европе и США.
Стремление компаний расширить разведку новых месторождений породило всплеск интереса к Африке после публикации новых результатов сейсмических исследований и обнаружения запасов в Гане и Уганде. Но это рискованная и капиталоемкая игра, для успеха в которой потребуется оперативность и быстрая адаптация к сложным политическим обстоятельствам, комментирует The Wall Street Journal.
Другой вероятный сценарий - рост числа сделок между частными нефтяными гигантами (такими, как бразильская Petrobras, российская "Роснефть" и китайская CNPC) и государственными ресурсными компаниями в развивающихся странах.
История неудавшегося альянса в Арктике с обменом акциями между BP и Роснефтью показывает, на что готовы пойти компании, чтобы получить доступ к потенциально прибыльным ресурсам
Из комы на демонстрацию
Уступив Каддафи, британские власти столкнулись с критикой
Британский МИД объявил вчера, что высылает из Лондона всех представителей ливийского посольства, поскольку законной властью страны Великобритания признала Переходный национальный совет повстанцев. Британские власти уже вызвали поверенного в делах посольства Ливии Халеда Беншабана и объявили, что у него и его коллег есть «несколько дней на то, чтобы покинуть Соединенное Королевство». Решение МИДа может быть обусловлено намерением сгладить неприятный осадок после недавнего заявления министра иностранных дел страны Уильяма Хейга о том, что ливийский диктатор Муаммар Каддафи может остаться на родине.
«Что будет с Каддафи, в конце концов решат сами ливийцы», — сказал в понедельник Хейг. Эти слова многие британские СМИ расценили как признак слабости. Перед началом ливийской военной операции под командованием НАТО премьер Великобритании Дэвид Кэмерон однозначно заявлял, что режим Каддафи должен быть свержен и все связанные с ним люди должны уйти.
Международный уголовный суд также заявил вчера, что позиция Великобритании, которую разделяет и Франция, неразумна. Официальный представитель генерального прокурора суда Флоренс Олара заявила, что новое правительство Ливии, вне зависимости от его состава, будет обязано выдать Каддафи правосудию. Впрочем, с юридической точки зрения Ливия может воздержаться от этого, так как страна не подписывала римский статут — договор о сотрудничестве с Международным уголовным судом.
Решение британского МИДа выслать ливийских дипломатов было принято спустя несколько часов после того, как на демонстрации в поддержку ливийского диктатора в Триполи был замечен Абдельбасет аль-Меграхи — организатор самого смертоносного теракта в Великобритании.
21 декабря 1988 года террористы заложили бомбу в самолет авиакомпании Pan American World Airways, следовавший из Нью-Йорка в Лондон. Она взорвалась, когда самолет пролетал над шотландским городком Локерби. В теракте погибли все 243 пассажира и 16 человек команды. Кроме того, от падающих обломков самолета погибло еще 11 жителей Локерби. В 1991 году аль-Меграхи был обвинен американской прокуратурой и шотландским судом в организации теракта в Локерби. Муаммар Каддафи в течение восьми последующих лет отказывался выдать обвиняемого. В 1999 году по договоренности с ливийскими властями аль-Меграхи был выдан нейтральной стороне — Нидерландам и был осужден в Утрехте по шотландским законам.
С 2001 по 2009 годы он находился в заключении в Великобритании, после чего был освобожден. Медицинская комиссия, исследовавшая аль-Меграхи, пришла к выводу, что у него рак в последней стадии, и жить ему осталось не более трех месяцев. Шотландский суд счел этот аргумент достаточным для того, чтобы отпустить аль-Меграхи на родину умирать.
Вчера глава британского МИДа Уильям Хейг признал, что освобождение аль-Меграхи было «огромной ошибкой». Игорь Крючков
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter