Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Тревожная ситуация, складывающаяся вокруг Исламской Республики Иран, находится сегодня в центре внимания без преувеличения всего мирового сообщества. Несмотря на то, что ведущие западные СМИ в последнее время пестрят заголовками только о кровавых событиях в Сирии, все понимают, что спровоцированная извне эскалация насилия в этой стране и очередная псевдодемократическая вакханалия, устроенная на сей раз вокруг президента Асада, - всего лишь генеральная репетиция к более широкомасштабной дестабилизации и более опасной агрессии, главной целью которой является Исламская Республика.

Именно Иран является самым серьезным камнем преткновения на пути гегемонистских устремлений известных «демократизаторов», понимающих, что с падением Тегерана – предпоследнего бастиона геополитического инакомыслия – начнется эра окончательного порабощения ненавистного евразийского Хартланда и установления действительно однополярного контроля над всей планетой.

Удивляет примитивизм идеологического «обоснования» последних военных кампаний Запада против того или иного государства. Если во времена оные, в годы так называемого блокового противостояния, брюссельско-вашингтонские стратеги еще как-то изощрялись в риторике, придумывая новые «демократические» клише и благородно негодуя по поводу «тоталитарных» порядков в странах социализма, то сегодня они просто смешат международную общественность, мягко говоря, неубедительными байками о «грехах» неугодных режимов. Чего стоят только небылицы о «чудовищных зверствах» и «кровавой тирании» Муамарра Каддафи. Вспомним некоторые из этих «зверств». По распоряжению ливийского «диктатора» каждой молодой семье государство бесплатно предоставляло квартиру и 40 тысяч долларов сразу после свадебной церемонии. Сумма увеличивалась с рождением очередного ребенка. Молодым бизнесменам по распоряжению «антинародного лидера», государство выдавало беспроцентные и долгосрочные кредиты, всячески помогая начинающим предпринимателям, как говорится, встать на ноги и вдруг не разориться. Медсестра в «антидемократичной» Ливии получала заработную плату в размере 1000 долларов США на фоне фантастически низких цен на все товары первой необходимости. Этот список можно продолжить долго. Думается, о таких «зверствах» мечтали бы граждане любого западного и не только западного государства.

Тот же примитивизм отслеживается в пропагандистских извержениях вокруг Сирии. Оказывается, президент этой страны Башар Асад имеет наглость протестовать против действий оперативных сотрудников британского, израильского и турецкого спецназа, совершающих вооруженные рейды по городам и селам Сирии и убивающих представителей вооруженных сил и правоохранительных органов. Ситуация, достойная пера Гашека – «противник зверски обстреливал наши самолеты, мирно бомбящие его города». Интересно, а что делают в Сирии сотни представителей британского, израильского и турецкого спецназа? Каким образом они оказались в этой стране? Кто их уполномочил вторгаться на территорию чужого государства? Любопытно знать, что предприняли бы президенты США, Турции, Израиля и любой другой страны, если бы сирийский спецназ вторгся в их города и открыл огонь по госслужащим даже из самых благородных побуждений? Если Башар Асад – не светоч демократии, означает ли это, что спецподразделения разных стран имеют право внедряться в Сирию и устраивать кровавые побоища в ее населенных пунктах? Тогда почему они не вторгаются, скажем, в Турцию, власти которой чуть ли не еженедельно вводят танки в тот или иной турецкий город и сотнями расстреливают и сажают в тюрьмы курдских оппозиционеров? Или в нынешнюю Ливию, где новые «демократические» власти подвергают инакомыслящих средневековым пыткам? Что за избирательность такая в оценках действий руководителей разных стран? На эти вопросы потомки Джефферсона и Робеспьера почему-то не дают ответов…

Ни на минуту не ослабевает и кампания по ускоренной демонизации Ирана. И опять все те же тусклые, изрядно поднадоевшие формулировки, все те же абсолютно бездоказательные обвинения в «тирании», «недемократичности», «разработке оружия массового поражения» и прочих смертных грехах. Складывается ощущение, что политтехнологи из мозговых разведцентров Запада всерьез подустали. За ежегодно выделяемые 24 миллиарда долларов могли бы что-нибудь посвежее придумать. Ну, например, сакцентировать внимание на том «факте», что Махмуд Ахмадинежад открыл на Кубе тюрьму Гуантанамо – этакое современное чистилище для оппонентов всех рас и верований. Или по протекции Башара Асада ряд чиновников-предателей ЦРУ создал и финансировал боевиков из террористической организации «Аль-Каида». Непокорному сирийскому президенту можно приписать и строительство в Прибалтике секретных тюрем ЦРУ или тайные похищения граждан европейских государств на тайно похищенных самолетах того же ЦРУ (ну, делал он это, чтоб дискредитировать демократическую Америку). Да мало ли что можно придумать! Так нет же – опять «недемократичность», опять «тирания» и опять «ОМП». Никакой оригинальности. Видимо, упомянутым политтехнологам кажется, что мир населен слепыми глухими олигофренами, напрочь лишенными даже зачаточных мыслительных способностей, которым можно круглосуточно вешать пропагандистскую «лапшу» самого низкого качества. И они ей должны обязательно верить.

Несмотря на отсутствие хоть каких-то официальных доказательств разработки Ираном оружия массового поражения, мирная ядерная программа этой страны дает повод США и Израилю, нашедшим поддержку в лице подпевал из разных евроструктур, уже сейчас начать подготовку к очередной военной операции. Причем не учитывается тот важнейший факт, что именно Тегеран на протяжении долгих лет выступает с предложением объявить Ближний Восток безъядерной зоной, где были бы запрещены все разновидности оружия массового поражения. И именно США и Израиль, обвиняющие Иран в разработке ОМП, торпедируют эту инициативу. Понять их нетрудно: ведь в этом случае Израиль должен расстаться с ядерным арсеналом, насчитывающим сотни боеголовок, которым он владеет в нарушение всех международных норм и принятых обязательств.

Впрочем, существуют и другие, более глубинные причины оголтелой антииранской кампании, развернутой ныне разношерстной коалицией западных государств и организаций. Что бы ни делал официальный Тегеран, с какими бы ни выступал мирными инициативами, он будет обвинен во всех грехах именно в силу существования этих причин, о которых Запад предпочитает молчать. Перечислим некоторые из них.

Главной целью пропагандистской кампании против Исламской Республики и, как следствие, возможной военной операции по свержению неугодной для Запада ее нынешней власти являются, прежде всего, растущая военно-политическая и экономическая мощь Ирана и его богатейшие энергетические ресурсы. Речь о колоссальных запасах нефти и особенно газа, которыми обладает ИРИ, и контроль над которыми позволит Западу значительно ослабить своих основных геополитических конкурентов – Российскую Федерацию и Китай – с последующим их окончательным порабощением. Впечатляющие темпы развития, которые демонстрирует Иран в последние годы, его потенциальный союз с РФ и КНР трактуют в Вашингтоне и Тель-Авиве как прямую угрозу национальным интересам стран евроатлантического сообщества.

Второй причиной антииранской и антисирийской истерии является разрыв тех нитей, которые в недалеком прошлом неожиданно для Запада связали в треугольник Турцию, Иран и Сирию. Раньше о таком союзе не могло быть и речи, поскольку первое государство было издавна враждебно настроено по отношению к двум последним. Укрепление взаимоотношений между Анкарой, Тегераном и Дамаском стало бы началом прекращения многолетней внутрисламской войны между непримиримыми мусульманскими течениями – шиитами и суннитами – и открыло бы возможности сотрудничества всех магометанских государств региона. В сложном процессе борьбы за лидерство на Ближнем Востоке у США и Израиля возникли бы серьезные, можно сказать, непреодолимые трудности. Тем более, что в последнее время исламистский режим Турции все чаще и чаще демонстрировал независимость внешней политики, то вставая на сторону Палестины, то открыто угрожая Израилю, то ставя под вопрос реализацию стратегических планов Соединенных Штатов в на Ближнем Востоке и Южном Кавказе.

Анкара, к примеру, выражала (и выражает) крайнее недовольство той поддержкой, которую США негласно оказывали курдским повстанцам в Ираке и Сирии, а также группировке PJAK, действующей в иранской провинции Курдистан. К этому еще следует добавить препоны, которые ставятся перед Турцией на пути ее вступления в Евросоюз, и поддержку палестинского народа со стороны вышеупомянутых трех стран, которые вместе обладают значительным весом в регионе. Возобновление торгового сотрудничества и развитие партнерских отношений в других областях между Ираном, Сирией и Турцией открыло бы новую эру на Ближнем Востоке. Эти перспективы США и Израилю ничего хорошего не сулили.

Другой, неафишируемой целью Запада и его региональных союзников является максимальная нейтрализация тенденций постепенного роста влияния России в ближневосточном регионе, от которого мало что осталось после дезинтеграции СССР и распада Варшавского Договора. Новым руководителям России явно не нравится ситуация, сложившаяся в регионе в постсоветский период. Не так давно президент РФ Д. Медведев говорил в Дамаске и Анкаре о важности урегулирования конфликта между палестинскими группировками Фатх и Хамас, с энтузиазмом поддержав сближение Ирана, Сирии и Турции, их усилия в том же палестинском направлении.

В сфере экономики Москва активно развивает торговое сотрудничество с Анкарой, и даже приняла закон об отмене виз для граждан Турции, въезжающих на территорию РФ. В основе российского возвращения в данный регион лежит и нефтяная политика. Вложив миллиарды долларов в сферу энергетики, Москва обеспечила себе возможность строительства нефтепровода Самсун-Джейхан, который должен соединить турецкие порты на Черном и на Средиземном морях. Кроме того, российские корпорации «Росатом» и «Атомстройэкспорт» сдали в эксплуатацию АЭС «Бушер» в ИРИ и намерены участвовать в строительстве схожих проектов в Турции и Сирии.

После прогнозируемого избрания В. Путина президентом РФ этот курс, судя по всему, не только будет продолжен, но и обретет новые, очень и очень неприятные для США и их союзников контуры. По всей видимости, активными игроками в новой ситуации будут, прежде всего, Иран и Сирия. Мириться с такой развязкой Запад не желает.

Есть и другая, не менее серьезная причина нейтрализации ИРИ. Это желание Вашингтона восстановить военно-политическое господство Израиля, являющегося проводником интересов США в регионе, где силы противников все более и более уравниваются. Неуемная энергия израильтян, нашедшая выход, например, в нападении на «Флотилию свободы», приводит к тому, что ВМФ, ВВС и сухопутные войска Израиля все чаще и чаще встречают яростное сопротивление в приграничных исламских странах. Военные неудачи Израиля в Ливане в 2006 году и в секторе Газа в 2008-ом служат подтверждением этому.

Для достижения вышеупомянутой цели США и Израиль приступили к усилению своей военной мощи на Ближнем Востоке. Вашингтон сейчас поставляет Тель-Авиву новые образцы военной техники, в частности, бомбы «Jdam», дальность полета которых составляет более 60 километров. Именно такие бомбы активно использовались в ходе второй ливанской войны в 2006 году и операции «Литой Свинец» в Газе в 2008 г.

Восстановление статуса регионального жандарма США, с которым Израиль справлялся долгие десятилетия и который всерьез пошатнулся в последние годы – одна из скрытых целей антиранской кампании.

Американские стратеги обеспокоены еще одним, тревожным для них обстоятельством. Речь о втором по значимости региональном союзнике США – Саудовской Аравии, которая в последние времена стала претендовать на определенный уровень геополитической автономии, возможно, надеясь даже на потенциальное сближение в будущем с Ираном, Сирией и Турцией. Эта тенденция стала очевидна, когда в недалеком прошлом посол Саудовской Аравии в Англии - принц Мухаммед бин Найеф - опроверг публикацию в газете «The Times», утверждавшей, что королевство готово предоставить ВВС Израиля воздушный коридор для бомбардировки иранских ядерных объектов. Высшие чины США и Израиля не смогли также сдержать своего недовольства по поводу приглашения президента Ирана королем Саудовской Аравии совершить паломничество в Мекку. Такие приглашения, равно как и демарши со стороны Саудовской Аравии подрывают доверие к традиционному союзнику Вашингтона и Тель-Авива на Ближнем Востоке. Важно то, что ни одно из вышеописанных событий в принципе не могло произойти раньше, когда Соединенные Штаты обладали значительным военным и политическим превосходством над другими странами. Поэтому побочной целью последних военно-политических маневров США и союзников является также сохранение контроля над Саудовской Аравией, становящейся менее предсказуемой для Запада.

В провокационных действиях против Сирии и Ирана есть и другой мотив: это огромное желание США заставить мир забыть о фактическом провале военных операций в Ираке и Афганистане. Несмотря на потраченные сотни миллиардов долларов, которые пошли на пользу лишь частным предприятиям военно-промышленного комплекса, ввод сотен тысяч американских солдат в эти страны, чувствительные потери и «продуманная» стратегия Пентагона не привели к стабильности в Багдаде и Кабуле, не уменьшили влияние талибов и не сломали сопротивление афганской оппозиции. Маленькая победоносная война, скажем, в относительно слабой Сирии не помешала бы главе нынешней администрации Белого Дома с учетом, по сути, уже стартовавшей президентской кампании. Об Иране пока речи нет: в отношении Исламской Республики в Вашингтоне ныне руководствуются принципом «не съем, так надкушу».

Побочным эффектом психологических атак американской номенклатуры против ближневосточных соперников является демонстрация своего августейшего недовольства странам мятежной Латинской Америки, которые в последние годы осмелились укрепить отношения с Москвой, сблизиться с Пекином и, что уж совсем никуда не годится, развивать диалог с Тегераном. То есть цель военной кампании против ИРИ и Сирии заключается еще в том, чтобы не лишиться своей гегемонии в Южной Америке, где в настоящее время зреет уже третье освободительное движение. Успешные визиты главы ИРИ Махмуда Ахмадинежада в Венесуэлу, Кубу, Никарагуа, Боливию и Бразилию, где он заручился поддержкой президентов этих стран в отношении мирной ядерной программы, лишь подтверждает сказанное. Видать, дела США и впрямь очень плохи, если страны даже американского континента выступают за союз с Тегераном.

Немаловажной причиной возможной военной авантюры на Ближнем Востоке является также стремление США укрепить национальную валюту, мягко говоря, переживающую не лучшие свои времена. Искусственно вздутый шарик, мыльный пузырь, именуемый «американским долларом», даже на 10 % не подкрепленный золотом, сегодня опять дышит на ладан. По мнению экспертов разных стран, эффективно поддержать «покойника» могут только вооруженные ковбойские наскоки на то или иное государство мира. В мирное время тяжело больная потребительско-ростовщическая экономика Соединенных Штатов трещит по швам, не выдерживая честной конкуренции с экономикой целого ряда динамично развивающихся государств. Посему нужен вооруженный разбой против успешных конкурентов. Видимо, за 200 с лишним лет своего существования эта страна не придумала ничего другого, как ставку на войну и традиционное провоцирование десятков государств и целых народов. Других моделей выживания, другого выхода из систематических кризисов для нее, судя по всему, попросту нет. Вот только готов ли этот разбушевавшийся одиночка на самоубийственное развязывание Третьей мировой, и если да, то когда – никто пока с уверенностью сказать не может…

Мехди АЗИЗИ,

Исламский университет Азад, Тегеран

Асад предлагает остаться

Сирийский референдум прошел на фоне столкновений власти и оппозиции

Елена Супонина

Сегодня сирийские власти объявят предварительные результаты референдума по проекту новой конституции. Судя по поступающим из Сирии сообщениям, явка и количество поданных «за» голосов будут признаны достаточными для того, чтобы утвердить этот документ и начать подготовку к намеченным на май парламентским выборам. В новой конституции не будет статьи о «руководящей роли в государстве и обществе» правящей ныне Партии арабского социалистического возрождения (Баас). Однако обстановку в государстве это не разрядило.

Противники режима утверждают, что президент Башар Асад не только намерен досидеть до окончания в 2014 году своего второго семилетнего срока, но и будет вправе опять баллотироваться. Новая конституция ограничивает президентское правление семью годами с возможностью выдвигать свою кандидатуру два раза, однако не принимает в расчет прошлые сроки. Теоретически 46-летний Башар Асад получает возможность законно остаться у власти до 2028 года. Выборы отныне должны быть обязательно альтернативными, а голосование — прямым, а не через одобрение кандидатуры на референдуме, как было ранее.

«Это хорошая основа для политического урегулирования сирийского кризиса», — так оценил прошедший в Сирии референдум МИД России. По словам замминистра иностранных дел Геннадия Гатилова, «сделан важный шаг в направлении демократизации сирийского общества».

Комментарии ряда западных и арабских стран с этими словами резко диссонируют. «Бессмысленный шаг», «фарс» и «спектакль» — таковы оценки сирийской оппозиции и, к примеру, госдепа США. Референдум прошел на фоне продолжающихся ожесточенных столкновений между оппозицией и правительственными войсками. За минувшие выходные в Сирии погибло как минимум несколько десятков человек. Особенно тяжелое положение в городе Хомс на севере от Дамаска, где квартал Баба-Амр много дней подряд подвергается артиллерийскому обстрелу — правительство рассчитывает выбить оттуда вооруженных оппозиционеров. Сотрудники Красного Креста, добившись с помощью посредников от местных властей согласия на вывоз из оцепленных кварталов женщин и детей, а также раненых, позавчера начали оттуда их эвакуацию.

Евросоюз сегодня планирует принять новый, еще более жесткий пакет санкций против Сирии. Если ранее в европейских банках были заморожены счета около полусотни юридических и физических лиц, то теперь будет приостановлена работа с активами центробанка Сирии. Будет еще больше ограничена торговля с Сирией, на этот раз это коснется не только оружия, нефти и нефтепродуктов, но и драгоценных металлов и фосфатов. Среди предложений также — прервать пассажирское авиасообщение с Сирией, хотя, возможно, с этой мерой европейцы повременят. «С этим режимом пора кончать», — сказал, как сообщают информационные агентства, французский президент Николя Саркози, когда узнал о гибели в Хомсе на минувшей неделе журналистов, в том числе француза Реми Ошлика.

Курс на досрочную смену власти в Сирии взяла группа государств, министры иностранных дел и другие представители которых приняли участие во встрече «Группы друзей Сирии», прошедшей в Тунисе в конце прошлой недели. Президент этой страны, где в прошлом году также произошла революция, Мунсеф аль-Марзуки был настроен миролюбивее своих гостей, предложив своему сирийскому коллеге добровольно подать в отставку. В качестве возможного политического убежища для Асада и его семьи он предложил Россию. В ответ анонимный кремлевский чиновник сообщил в субботу журналистам, что «президенту Туниса следовало бы делать какие-то предложения от имени своей страны, а не призывать к чему-то другие страны».

Главы внешнеполитических ведомств Катара и Саудовской Аравии были настроены более решительно. Они предложили начать поставки оружия сирийской оппозиции и планировать отправку в Сирию миротворцев, что, по мнению ряда аналитиков, больше похоже на призыв к иностранному военному вмешательству. Этот сценарий напоминает ливийский, кстати, в случае с Ливией также была сформирована «группа друзей». Сирийские власти однозначно назвали это объединение «группой врагов».

Госсекретарь США Хиллари Клинтон призвала на конференции Москву и Пекин «понять, что они стоят на пути не только стремлений сирийского народа, но и всей арабской весны». К следующему заседанию «Группы друзей», которое состоится в середине марта в Турции, союзники должны подготовить конкретный план действий по разрешению сирийского кризиса.

Россия и меняющийся мир

Статья Владимира Путина в «Московских новостях»

Владимир Путин

В своих статьях я уже касался ключевых внешних вызовов, с которыми сталкивается сейчас Россия. Вместе с тем эта тема заслуживает более подробного разговора — и не только потому, что внешняя политика является неотъемлемой частью любой государственной стратегии. Внешние вызовы, меняющийся мир вокруг нас заставляют принимать решения в области экономики, культуры, бюджетные и инвестиционные решения.

Россия является частью большого мира — и с точки зрения экономики, и с точки зрения распространения информации, и с позиций культуры. Мы не можем и не хотим изолироваться. Мы рассчитываем, что наша открытость принесет гражданам России рост благосостояния и культуры и укрепит доверие, которое все больше становится дефицитным ресурсом.

Но мы будем последовательно исходить из собственных интересов и целей, а не продиктованных кем-то решений. Россию воспринимают с уважением, считаются с ней только тогда, когда она сильна и твердо стоит на ногах. Россия практически всегда пользовалась привилегией проводить независимую внешнюю политику. Так будет и впредь. Более того, я убежден, что безопасность в мире можно обеспечить только вместе с Россией, а не пытаясь «задвинуть» ее, ослабить ее геополитические позиции, нанести ущерб обороноспособности.

Цели нашей внешней политики имеют стратегический, неконъюнктурный характер и отражают уникальное место России на мировой политической карте, ее роль в истории, в развитии цивилизации.

Мы, несомненно, продолжим активный и созидательный курс на укрепление всеобщей безопасности, отказ от конфронтации, на эффективное противодействие таким вызовам, как распространение ядерного оружия, региональные конфликты и кризисы, терроризм и наркоугроза. Сделаем все, чтобы обеспечить получение Россией последних достижений научно-технологического прогресса, а нашим предпринимателям — достойное место на глобальном рынке.

Будем стремиться к тому, чтобы формирование новой системы мироустройства, основывающегося на современных геополитических реалиях, происходило плавно, без ненужных потрясений.

Кто подрывает доверие

Как и прежде, считаю, что к числу важнейших постулатов относятся неделимый характер безопасности для всех государств, недопустимость гипертрофированного применения силы и безусловное соблюдение основополагающих принципов международного права. Пренебрежение всем этим ведет к дестабилизации международных отношений.

Именно через такую призму мы воспринимаем некоторые аспекты поведения США и НАТО, которые не вписываются в логику современного развития, опираются на стереотипы блокового мышления. Все понимают, что я имею в виду. Это расширение НАТО, включающее размещение новых объектов военной инфраструктуры, и планы альянса (с американским авторством) по созданию системы ПРО в Европе. Не стал бы касаться этой темы, если бы такие игры не велись непосредственно у российских границ, если бы они не расшатывали нашу безопасность, если бы они не работали против стабильности в мире.

Наша аргументация хорошо известна, не буду ее вновь разжевывать, но, к сожалению, она не воспринимается западными партнерами, от нее отмахиваются.

Беспокоит то, что хотя контуры наших «новых» взаимоотношений с НАТО еще окончательно не прорисовались, альянс уже создает «факты на земле», которые отнюдь не способствуют формированию доверия. В свою очередь, такое ведение дел бьет рикошетом по задачам глобального масштаба, мешает закрепить позитивную повестку дня в международных отношениях, тормозит их конструктивную переналадку.

Череда вооруженных конфликтов, оправдываемых гуманитарными целями, подрывает освященный веками принцип государственного суверенитета. В международных отношениях образуется еще один вакуум — морально-правовой.

Часто говорят — права человека первичны по отношению к государственному суверенитету. Без сомнения, это так — преступления против человечества должны караться международным судом. Но когда при использовании этого положения легко нарушается государственный суверенитет, когда права человека защищаются извне и на выборочной основе — и в процессе «защиты» попираются такие же права массы людей, включая самое базовое и святое — право на жизнь, — речь идет не о благородном деле, а об элементарной демагогии.

Важно, чтобы ООН и ее Совет Безопасности могли эффективно противостоять диктату со стороны ряда стран и произволу на международной арене. Никто не вправе присваивать себе прерогативы и полномочия ООН, особенно в том, что касается применения силы в отношении суверенных государств. Речь прежде всего о НАТО, пытающемся взять на себя несвойственные для «оборонительного альянса» функции. Все это более чем серьезно. Мы помним, как тщетно взывали к правовым нормам и элементарной человеческой порядочности государства, ставшие жертвами «гуманитарных» операций и экспорта «ракетно-бомбовой демократии». Их не слышали и не хотели слышать.

Похоже, что у натовцев, и прежде всего у США, сложилось своеобразное понимание безопасности, фундаментально отличающееся от нашего. Американцы одержимы идеей обеспечить себе абсолютную неуязвимость, что, замечу, утопично и нереализуемо как в технологическом, так и в геополитическом плане. Но в этом, собственно, суть проблемы.

Абсолютная неуязвимость для одного означала бы абсолютную уязвимость для всех остальных. С такой перспективой невозможно согласиться. Другое дело, что многие страны — в силу известных причин — предпочитают об этом не говорить прямо. Россия же всегда будет называть вещи своими именами и делать это открыто. Вновь подчеркну, что нарушение принципа единства и неделимости безопасности — причем вопреки многократным декларациям о приверженности ему — чревато серьезнейшими угрозами. В конечном счете — и для тех государств, которые по разным причинам инициируют такие нарушения.

«Арабская весна»: уроки и выводы

Год назад мир столкнулся с новым феноменом — почти синхронными демонстрациями во многих арабских странах против авторитарных режимов. «Арабская весна» вначале воспринималась с надеждой на позитивные перемены. Симпатии россиян были на стороне тех, кто добивался демократических реформ.

Однако скоро стало ясно, что во многих странах события разворачиваются не по цивилизованному сценарию. Вместо утверждения демократии, вместо защиты прав меньшинства — выталкивание противника, переворот, когда доминирование одной силы сменяется еще более агрессивным доминированием другой.

Негативный окрас развитию ситуации придало вмешательство извне в поддержку одной из сторон внутренних конфликтов — и сам силовой характер такого вмешательства. Дошло до того, что ряд государств под прикрытием гуманитарных лозунгов с помощью авиации разделались с ливийским режимом. И как апофеоз — отвратительная сцена даже не средневековой, а какой-то первобытной расправы с М. Каддафи.

Нельзя допустить, чтобы «ливийский сценарий» кто-то попытался реализовать в Сирии. Усилия международного сообщества должны быть направлены прежде всего на достижение межсирийского примирения. Важно добиться скорейшего прекращения насилия, откуда бы оно ни исходило, запустить наконец общенациональный диалог — без предварительных условий, без иностранного вмешательства и при уважении суверенитета страны. Это создаст предпосылки для того, чтобы объявленные сирийским руководством меры по демократизации реально выполнялись. Главное — не допустить возникновения полномасштабной гражданской войны. В этом ключе работала и будет работать российская дипломатия.

Наученные горьким опытом, мы против принятия таких резолюций СБ ООН, которые трактовались бы как сигнал к военному вмешательству во внутрисирийские процессы. Именно руководствуясь этим принципиальным подходом, Россия вместе с Китаем не допустила в начале февраля принятия резолюции, которая как раз читалась бы неоднозначно, а на практике стимулировала бы насильственные действия одной из сторон внутреннего конфликта.

В этой связи с учетом крайне резкой, на грани истерики, реакции на российско-китайское вето хотел бы предостеречь наших западных коллег от соблазна прибегнуть к ранее использовавшейся незатейливой схеме: есть одобрение Совета Безопасности ООН на ту или иную акцию — хорошо, нет — создадим коалицию заинтересованных государств. И ударим.

Сама логика такого поведения контрпродуктивна и весьма опасна. Она ни к чему хорошему не приводит. Во всяком случае — не способствует урегулированию ситуации внутри переживающей конфликт страны. Но что еще хуже — вызывает дальнейшую разбалансировку всей системы международной безопасности, подрывает авторитет и центральную роль ООН. Напомню, что право вето не каприз, а неотъемлемая часть мироустройства, закрепленная в Уставе ООН, кстати, по настоянию США. Смысл этого права в том, что решения, против которых возражает хотя бы один постоянный член Совбеза ООН, не могут быть состоятельными и эффективными.

Очень рассчитываю, что США и другие страны учтут печальный опыт и не попытаются задействовать без санкции СБ ООН силовой сценарий в Сирии. Вообще никак не могу понять, откуда такой воинственный зуд. Почему не хватает терпения выработать выверенный и сбалансированный коллективный подход, тем более что в случае с упомянутым проектом «сирийской резолюции» он уже практически вырисовывался. Оставалось только потребовать от вооруженной оппозиции того же, что и от правительства, в частности вывести боевые подразделения и отряды из городов. Отказ сделать это циничен. Если мы хотим обезопасить мирных граждан — а это для России первостепенная цель, — то необходимо урезонить всех участников вооруженного противостояния.

И еще один аспект. Получается так, что в странах, непосредственно прошедших через «арабскую весну», как ранее в Ираке, российские компании теряют наработанные десятилетиями позиции на местных рынках, лишаются довольно крупных коммерческих контрактов. А освободившиеся ниши заполняются экономическими операторами тех самых государств, которые приложили руку к смене правящих режимов.

Может возникнуть мысль, что сами трагические события в определенной степени были простимулированы не заботой о правах человека, а чьей-то заинтересованностью в переделе рынков. Как бы то ни было, но нам, конечно, нельзя с олимпийским спокойствием взирать на все это. И мы намерены активно работать с новыми властями арабских стран, чтобы оперативно восстановить наши экономические позиции.

В целом же происходящее в арабском мире весьма поучительно. События показывают, что стремление внедрить демократию с помощью силовых методов может — и зачастую приводит к абсолютно противоположному результату. Со дна поднимаются силы, в том числе и религиозные экстремисты, которые пытаются изменить само направление развития стран, светский характер их управления.

Мы в России всегда имели хорошие контакты с умеренными представителями ислама, чье мировоззрение близко традициям российских мусульман. И готовы развивать эти контакты в нынешних условиях. Заинтересованы в активизации политических и торгово-экономических связей со всеми арабскими странами, в том числе, повторю, с непосредственно пережившими период внутренних потрясений. Более того, вижу реальные предпосылки, чтобы Россия в полной мере сохранила свои ведущие позиции на ближневосточной арене, где у нас всегда было много друзей.

Что касается арабо-израильского конфликта, то «волшебный рецепт», с помощью которого можно было бы наконец разрулить ситуацию, до сих пор не изобретен. Руки опускать ни в коем случае нельзя. Учитывая, в частности, наши близкие отношения с руководством Израиля и палестинскими лидерами, российская дипломатия продолжит на двусторонней основе и в формате ближневосточного «квартета» активное содействие возобновлению мирного процесса, координируя свои шаги с Лигой арабских государств.

«Арабская весна» также ярко продемонстрировала, что мировое общественное мнение в нынешнее время формируется путем самого активного задействования продвинутых информационных и коммуникационных технологий. Можно сказать, что интернет, социальные сети, мобильные телефоны и т.п. превратились — наряду с телевидением — в эффективный инструмент как внутренней, так и международной политики. Это новый фактор, требующий осмысления, в частности для того, чтобы, продвигая и дальше уникальную свободу общения в интернете, уменьшить риск его использования террористами и преступниками.

В ходу все чаще и такое понятие, как «мягкая сила» — комплекс инструментов и методов достижения внешнеполитических целей без применения оружия, а за счет информационных и других рычагов воздействия. К сожалению, нередко эти методы используются для взращивания и провоцирования экстремизма, сепаратизма, национализма, манипулирования общественным сознанием, прямого вмешательства во внутреннюю политику суверенных государств.

Следует четко различать — где свобода слова и нормальная политическая активность, а где задействуются противоправные инструменты «мягкой силы». Можно только приветствовать цивилизованную работу гуманитарных и благотворительных неправительственных организаций. В том числе — выступающих активными критиками действующих властей. Однако активность «псевдо-НПО», других структур, преследующих при поддержке извне цели дестабилизации обстановки в тех или иных странах, недопустима.

Имею в виду случаи, когда активность неправительственной организации не вырастает из интересов (и ресурсов) каких-то местных социальных групп, а финансируется и опекается внешними силами. В мире сегодня много «агентов влияния» крупных государств, блоков, корпораций. Когда они выступают открыто — это просто одна из форм цивилизованного лоббизма. У России тоже есть такие институты — Россотрудничество, фонд «Русский мир», наши ведущие университеты, расширяющие поиск талантливых абитуриентов за рубежом.

Но Россия не использует национальные НПО других стран, не финансирует эти НПО, зарубежные политические организации в целях проведения своих интересов. Не действуют так ни Китай, ни Индия, ни Бразилия. Мы считаем, что влияние на внутреннюю политику и на общественное настроение в других странах должно вестись исключительно открыто — тогда игроки будут максимально ответственно относиться к своим действиям.

Новые вызовы и угрозы

Сейчас в фокусе всеобщего внимания — Иран. Несомненно, Россию тревожит нарастающая угроза военного удара по этой стране. Если это произойдет, то последствия будут поистине катастрофическими. Их реальный масштаб представить невозможно.

Убежден, решать проблему нужно только мирным путем. Мы предлагаем признать право Ирана на развитие гражданской ядерной программы, включая право обогащать уран. Но сделать это в обмен на постановку всей иранской ядерной деятельности под надежный и всесторонний контроль МАГАТЭ. Если это получится — тогда отменить все действующие против Ирана санкции, включая односторонние. Запад слишком увлекся «наказанием» отдельных стран. Чуть что — хватается за санкционную, а то и за военную дубину. Напомню, что мы не в ХIХ и даже не в ХХ веке.

Не менее серьезная ситуация складывается вокруг корейской ядерной проблемы. Пхеньян, нарушая режим нераспространения, открыто заявляет о своих претензиях на право обладания «военным атомом», уже дважды провел испытания ядерных зарядов. Ядерный статус КНДР для нас неприемлем. Мы неизменно выступаем за денуклеаризацию Корейского полуострова, причем исключительно политико-дипломатическими средствами, призываем к скорейшему возобновлению шестисторонних переговоров.

Однако, судя по всему, не все наши партнеры разделяют такой подход. Убежден, что сейчас нужно проявлять особую аккуратность. Недопустимы попытки испытать на прочность нового лидера КНДР, которые, по сути, провоцировали бы необдуманные контрмеры.

Напомню, что у КНДР и России — общая граница, а соседей, как известно, не выбирают. Будем продолжать активный диалог с руководством этой страны, развивать добрососедские связи, одновременно выводя Пхеньян на решение ядерной проблемы. Очевидно, что это будет сделать легче, если на полуострове укрепится атмосфера взаимного доверия, возобновится межкорейский диалог.

На фоне страстей вокруг ядерных программ Ирана и Северной Кореи невольно начинаешь задумываться о том, как возникают риски распространения ядерного оружия — и кто их усиливает. Есть ощущение, что участившиеся случаи грубого и даже силового вмешательства извне во внутренние дела стран могут стимулировать те или иные авторитарные режимы (да и не только их) к обладанию ядерным оружием. Имею, мол, атомную бомбу в кармане, и никто меня не тронет, поскольку себе дороже. А у кого бомбы нет — тот пусть ждет «гуманитарной» интервенции.

Нравится это нам или нет, но то, что внешнее вмешательство подталкивает к такому ходу мыслей, — факт. Поэтому и так называемых «пороговых» стран, находящихся на расстоянии вытянутой руки от технологий «военного атома», становится не меньше, а больше. В этих условиях возрастает значение создаваемых в различных частях мира зон, свободных от ОМУ. По инициативе России начата работа по обсуждению параметров такой зоны на Ближнем Востоке.

Необходимо сделать все возможное, чтобы соблазн заполучить ядерное оружие ни перед кем не маячил. Для этого и самим борцам за нераспространение надо перестроиться, особенно тем, кто привык наказывать другие страны с помощью военной силы, не дав поработать дипломатии. Так было, например, в Ираке, проблемы которого после почти десятилетней оккупации лишь усугубились.

Если наконец удастся искоренить стимулы, подталкивающие государства к обладанию ядерным оружием, то можно будет на основе действующих договоров сделать международный режим нераспространения по-настоящему универсальным и прочным. Такой режим давал бы возможность всем заинтересованным странам в полной мере пользоваться благами «мирного атома» под контролем МАГАТЭ.

Для России это было бы крайне выгодно, поскольку мы активно работаем на международных рынках, строим новые АЭС на базе современных, безопасных технологий, участвуем в создании многосторонних центров по обогащению урана и банков ядерного топлива.

Тревожит будущее Афганистана. Мы, как известно, поддержали военную операцию по оказанию международной помощи этой стране. Но международный военный контингент под эгидой НАТО не решил поставленных задач. Террористическая и наркоугроза, исходящая из Афганистана, не снижается. Объявив об уходе из этой страны в 2014 году, американцы занимаются созданием там и в соседних государствах военных баз без внятного мандата, целей и сроков их функционирования. Нас это, понятно, не устраивает.

Россия имеет очевидные интересы в Афганистане. И эти интересы — совершенно понятные. Афганистан — наш близкий сосед, и мы заинтересованы в том, чтобы эта страна развивалась стабильно и мирно. И главное — перестала быть главным источником наркоугрозы. Незаконный оборот наркотиков превратился в одну из острейших угроз, подрывает генофонд целых наций, создает питательную среду для коррупции и криминала и ведет к дестабилизации обстановки в самом Афганистане. Замечу, что производство афганских наркотиков не только не сокращается, но в прошлом году увеличилось почти на 40%. Россия сталкивается с настоящей героиновой агрессией, наносящей огромный ущерб здоровью наших граждан.

Учитывая масштабы афганской наркоугрозы, одолеть ее можно только всем миром, опираясь на ООН и региональные организации — ОДКБ, ШОС и СНГ. Мы готовы рассмотреть серьезное расширение участия России в обеспечении операции помощи афганскому народу. Но при условии, что международный контингент в Афганистане будет действовать более энергично и в наших интересах, займется физическим уничтожением наркопосевов и подпольных лабораторий.

Активизация антинаркотических мероприятий внутри Афганистана должна сопровождаться надежным перекрытием маршрутов транспортировки опиатов на внешние рынки, пресечением финансовых потоков, обеспечивающих наркооборот, блокированием поставок химических веществ, используемых для производства героина. Цель — выстроить в регионе комплексную систему антинаркотической безопасности. Россия будет реально содействовать эффективному объединению усилий международного сообщества, чтобы добиться коренного перелома в борьбе с глобальной наркоугрозой.

Трудно прогнозировать, как дальше будет развиваться обстановка в Афганистане. Опыт истории учит, что иностранное военное присутствие не приносило ему успокоения. Только афганцы смогут решить собственные проблемы. Вижу роль России в том, чтобы при активном участии стран-соседей помочь афганскому народу создать устойчивую экономику, повысить способность национальных вооруженных сил противостоять угрозам терроризма и наркопреступности. Мы не против того, чтобы к процессу национального примирения присоединились участники вооруженной оппозиции, включая талибов — при условии, что они откажутся от насилия, признают конституцию страны, разорвут связи с «Аль Каидой» и другими террористическими группировками. В принципе считаю, что построение мирного, стабильного, независимого и нейтрального афганского государства вполне достижимо.

Замороженная годами и десятилетиями нестабильность создает питательную среду для международного терроризма. Все признают, что это один из самых опасных вызовов для мирового сообщества. Хочу обратить внимание, что кризисные зоны, порождающие террористические угрозы, находятся вблизи российских границ — гораздо ближе, чем для наших европейских или американских партнеров. В ООН принята Глобальная контртеррористическая стратегия, но складывается впечатление, что борьба с этим злом все еще ведется не по единому универсальному плану, не последовательно, а в режиме реагирования на острые и наиболее варварские проявления террора — когда общественное возмущение наглыми акциями террористов совсем зашкаливает. Цивилизованный мир не должен дожидаться трагедий масштаба нью-йоркской атаки террористов в сентябре 2001 года или нового Беслана и только после этого, встрепенувшись, действовать коллективно и решительно.

Далек от того, чтобы отрицать достигнутые результаты в борьбе с международным террором. Они есть. В последние годы заметно укрепилось сотрудничество между спецслужбами и правоохранительными органами различных стран. Но резервы в антитеррористическом взаимодействии — налицо. Да что тут говорить, до сих пор сохраняются «двойные стандарты», террористов в разных странах воспринимают по-разному: как «плохих» и «не очень плохих». Последних кое-кто не прочь использовать в политической игре, например для расшатывания неугодных правящих режимов.

Скажу и о том, что в профилактике терроризма повсюду должны быть задействованы имеющиеся общественные институты — СМИ, религиозные объединения, НПО, система образования, наука и бизнес. Нужен межконфессиональный и, в более широком плане, межцивилизационный диалог. Россия — поликонфессиональное государство, и у нас никогда не было религиозных войн. Мы могли бы внести свой вклад в международную дискуссию на этот счет.

Повышение роли Азиатско-Тихоокеанского региона

С нашей страной соседствует важнейший центр глобальной экономики — Китай. Стало модным рассуждать о его будущей роли в глобальной экономике и международных делах. В прошлом году китайцы вышли на второе место в мире по объему ВВП и уже в ближайшей перспективе, по оценке международных, в том числе американских экспертов, превзойдут по этому показателю США. Растет и совокупная мощь КНР, включая возможность проекции силы в различных регионах.

Как нам вести себя с учетом динамично укрепляющегося китайского фактора?

Во-первых, убежден, что рост китайской экономики — отнюдь не угроза, а вызов, несущий в себе колоссальный потенциал делового сотрудничества, шанс поймать «китайский ветер» в «паруса» нашей экономики. Мы должны активнее выстраивать новые кооперационные связи, сопрягая технологические и производственные возможности наших стран, задействуя — разумеется, с умом — китайский потенциал в целях хозяйственного подъема Сибири и Дальнего Востока.

Во-вторых, своим поведением на мировой арене Китай не дает повода говорить о его претензиях на доминирование. Китайский голос действительно звучит в мире все увереннее, и мы приветствуем это, поскольку Пекин разделяет наше видение формирующегося равноправного миропорядка. Будем продолжать оказывать друг другу поддержку на международной арене, сообща решать острые региональные и глобальные проблемы, наращивать взаимодействие в Совете Безопасности ООН, БРИКС, ШОС, «двадцатке» и других многосторонних механизмах.

И в-третьих, у нас закрыты все крупные политические вопросы в отношениях с Китаем, включая главный — пограничный. Выстроен прочный, оформленный юридически обязывающими документами механизм двусторонних связей. Между руководством двух стран достигнут беспрецедентно высокий уровень доверия. Это позволяет и нам, и китайцам действовать в духе настоящего партнерства, на основе прагматизма и учета взаимных интересов. Созданная модель российско-китайских отношений — весьма перспективна.

Сказанное, конечно, не означает, что у нас с Китаем все беспроблемно. Те или иные шероховатости имеют место. Наши коммерческие интересы в третьих странах далеко не всегда совпадают, не совсем устраивает нас и складывающаяся структура товарооборота, низкий уровень взаимных инвестиций. Будем внимательно следить за миграционными потоками из КНР.

Главная же моя мысль — процветающий и стабильный Китай нужен России, и, в свою очередь, Китаю, уверен, нужна сильная и успешная Россия.

Очень быстро растет и другой азиатский гигант — Индия. С ней Россию связывают традиционно дружественные отношения, содержание которых определено руководством двух стран как особо привилегированное стратегическое партнерство. От его укрепления выиграют не только наши страны, но и вся формирующаяся система полицентричности в мире.

На наших глазах происходит не только рост Китая и Индии, но и повышение веса всего Азиатско-Тихоокеанского региона. В этой связи открываются новые горизонты для плодотворной работы в рамках российского председательства в АТЭС. В сентябре этого года мы принимаем саммит этой организации во Владивостоке, активно готовимся, создаем современную инфраструктуру, что само по себе будет способствовать дальнейшему развитию Сибири и Дальнего Востока, позволит нашей стране в еще большей степени подключиться к динамичным интеграционным процессам в «новой Азии».

Придаем и будем придавать приоритетное значение взаимодействию с партнерами по БРИКС. Эта уникальная структура, созданная в 2006 году, нагляднее всего символизирует переход от однополярности к более справедливому мироустройству. Она объединяет пять стран с населением почти в три миллиарда человек, обладающих наиболее крупными развивающимися экономиками, колоссальными трудовыми и природными ресурсами, огромными внутренними рынками. С присоединением Южной Африки БРИКС приобрел в полном смысле глобальный формат, и уже сейчас на него приходится свыше 25% мирового ВВП.

Мы еще только привыкаем работать в таком составе, притираемся друг к другу. В частности, предстоит наладить более тесную координацию по внешнеполитическому досье, плотнее работать на площадке ООН. Но когда «пятерка» БРИКС развернется по-настоящему, ее влияние на международную экономику и политику будет весьма весомым.

В последние годы российская дипломатия, наши деловые круги стали уделять больше внимания развитию сотрудничества со странами Азии, Латинской Америки и Африки. В этих регионах по-прежнему сильны искренние симпатии к России. Вижу в качестве одной из ключевых задач на предстоящий период наращивание с ними торгово-экономического взаимодействия, реализацию совместных проектов в области энергетики, инфраструктуры, инвестиций, науки и техники, банковского бизнеса и туризма.

Возрастающую роль упомянутых континентов в формирующейся демократичной системе управления глобальной экономикой и финансами отражает деятельность «Группы двадцати». Считаю, что это объединение вскоре превратится в стратегически важный инструмент не только кризисного реагирования, но и долгосрочного реформирования мировой финансово-экономический архитектуры. Россия будет председательствовать в «Группе двадцати» в 2013 году. Несомненно, мы должны использовать председательские функции и для усиления сопряженности работы «двадцатки» с другими многосторонними структурами, прежде всего с «большой восьмеркой» и, конечно же, с ООН.

Европейский фактор

Россия — неотъемлемая, органичная часть Большой Европы, широкой европейской цивилизации. Наши граждане ощущают себя европейцами. Нам далеко не безразлично, как развиваются дела в объединенной Европе.

Вот почему Россия предлагает двигаться к созданию от Атлантики до Тихого океана единого экономического и человеческого пространства — общности, называемой российскими экспертами «Союзом Европы», который только укрепит возможности и позиции России в ее экономическом повороте к «новой Азии».

На фоне подъема Китая, Индии, других новых экономик остро воспринимаются финансово-экономические потрясения в Европе — прежнем оазисе стабильности и порядка. Поразивший еврозону кризис не может не затрагивать интересов России — прежде всего с учетом того, что ЕС является нашим крупнейшим внешнеэкономическим, торговым партнером. Очевидно и то, что от состояния дел у европейцев в значительной степени зависят перспективы развития всей глобальной экономической конструкции.

Россия активно подключилась к международным мерам по поддержке пострадавших европейских экономик, последов­ательно участвует в выработке коллективных решений по линии МВФ. Не исключаем в принципе и возможности оказания в ряде случаев финансовой помощи напрямую.

Вместе с тем полагаю, что внешние финансовые вливания способны решить проблему лишь частично. Для полноценного выправления ситуации требуются энергичные меры системного характера. Перед европейскими руководителями стоит задача проведения масштабных преобразований, принципиально меняющих многие финансово-экономические механизмы, обеспечивающих подлинную бюджетную дисциплину. Мы заинтересованы в сильном Европейском союзе, каким его видят, например, Германия и Франция, заинтересованы в реализации мощного потенциала партнерства России и ЕС.

Сегодняшний уровень взаимодействия России и Евросоюза все-таки не соответствует глобальным вызовам, прежде всего в плане повышения конкурентоспособности нашего общего континента. Вновь предлагаю поработать в пользу создания гармоничного сообщества экономик от Лиссабона до Владивостока. А в будущем выйти и на формирование зоны свободной торговли и даже более продвинутых механизмов экономической интеграции. Тогда мы получим общий континентальный рынок стоимостью в триллионы евро. Есть ли сомневающиеся в том, что это было бы здорово, отвечало бы интересам россиян и европейцев?

Нужно задуматься и о более глубокой кооперации в сфере энергетики — вплоть до создания единого энергокомплекса Европы. Важные шаги в этом направлении — строительство газопроводов «Северный поток» по дну Балтики и «Южный поток» в Черном море. Эти проекты поддержали правительства многих стран, в них участвуют крупнейшие европейские энергетические компании. После их полного ввода в эксплуатацию Европа получит надежную и гибкую, не зависящую от чьих-либо политических капризов систему газоснабжения, что позволит не формально, а реально укрепить энергобезопасность континента. Это особенно актуально в свете решения некоторых европейских государств сократить или вообще отказаться от использования ядерной энергии.

Прямо скажу, что пролоббированный Еврокомиссией «Третий энергопакет», направленный на выдавливание российских интегрированных компаний, не укрепляет наших отношений. Но он — с учетом возросшей нестабильности альтернативных России поставщиков энергоресурсов — еще и обостряет системные риски для самой европейской энергетики, отпугивает потенциальных инвесторов в новые инфраструктурные проекты. В беседах со мной многие европейские политики поругивают «пакет». Надо набраться мужества и убрать это препятствие на пути взаимовыгодного сотрудничества.

Считаю, что подлинное партнерство между Россией и Евросоюзом невозможно, пока сохраняются барьеры, мешающие человеческим и экономическим контактам, в первую очередь — визовый режим. Отмена виз стала бы мощным импульсом для реальной интеграции России и ЕС, помогла бы расширить культурные и деловые связи, особенно между средним и малым бизнесом. Угрозы для европейцев со стороны т.н. экономических мигрантов из России — большей частью надуманные. Нашим людям есть где приложить свои силы и умения у себя в стране, и таких возможностей становится все больше.

В декабре 2011 года мы согласовали с ЕС «совместные шаги» к безвизовому режиму. Осуществить их можно и нужно не мешкая. Имею в виду продолжать заниматься этим вопросом самым активным образом.

Российско-американские дела

За последние годы сделано немало в развитии российско-американских отношений. Но все-таки решить вопрос о фундаментальном изменении матрицы этих отношений пока не удалось, они по-прежнему подвержены приливам и отливам. Такая неустойчивость партнерства с Америкой — отчасти следствие живучести известных стереотипов и фобий. Наглядный пример — как Россию воспринимают на Капитолийском холме. Но главная проблема — это то, что двусторонний политический диалог и сотрудничество не опираются на прочный экономический фундамент. Объем торговли далеко не отвечает потенциалу экономик наших стран. То же самое — с взаимными инвестициями. Таким образом, страховочная сетка, которая оберегала бы наши отношения от конъюнктурных перепадов, так и не создана. Над этим надо работать.

Не способствуют упрочению взаимопонимания и регулярные попытки США заниматься «политической инженерией», в том числе в регионах, традиционно важных для нас, да и по ходу избирательных кампаний в России.

Повторю, что американская затея с созданием системы ПРО в Европе вызывает у нас законные опасения. Почему эта система беспокоит нас больше, чем других? Да потому, что она затрагивает имеющиеся только у России на этом театре силы стратегического ядерного сдерживания, нарушает выверенный десятилетиями военно-политический баланс.

Неразрывная взаимосвязь между ПРО и стратегическими наступательными вооружениями отражена в подписанном в 2010 году новом Договоре по СНВ. Договор вступил в силу и неплохо работает. Это крупное внешнеполитическое достижение. Мы готовы рассматривать разные варианты того, что может составить нашу совместную с американцами повестку дня в области контроля над вооружениями на предстоящий период. Незыблемым правилом при этом должен стать баланс интересов, отказ от попыток через переговоры добиться для себя односторонних преимуществ.

Напомню, что я еще президенту Дж. Бушу на встрече в Кеннебанкпорте в 2007 году предлагал решение проблемы ПРО, которое — будь оно принято — изменило бы привычный характер российско-американских отношений, перевело бы ситуацию в позитивное русло. Более того, если бы тогда удалось добиться прорыва по ПРО, то в буквальном смысле открылись бы шлюзы для выстраивания качественно новой, близкой к союзнической модели сотрудничества и во многих других чувствительных областях.

Не получилось. Было бы, наверное, полезно поднять запись переговоров в Кеннебанкпорте. В последние годы российским руководством делались и другие предложения, как можно было бы договориться по ПРО. Все они — в силе.

Во всяком случае, не хотелось бы ставить крест на возможности поисков компромиссных вариантов решения проблемы ПРО. Не хотелось бы доводить дело до размещения американской системы в таких масштабах, чтобы это потребовало реализации наших объявленных контрмер.

Недавно у меня состоялась беседа с Г. Киссинджером. Мы с ним встречаемся регулярно. И я полностью разделяю тезис этого большого профессионала о том, что в периоды международной турбулентности тесное и доверительное взаимодействие Москвы и Вашингтона особенно востребовано.

Вообще в отношениях с США мы были бы готовы пойти действительно далеко, совершить качественный прорыв, однако при условии, что американцы на деле будут руководствоваться принципами равноправного и взаимоуважительного партнерства.

Экономическая дипломатия

В декабре прошлого года наконец был завершен многолетний марафон присоединения России к ВТО. Не могу не отметить, что на финишном отрезке администрация Б. Обамы и руководители ряда ведущих европейских государств активно способствовали достижению окончательных договоренностей.

Скажу откровенно, на этом длинном и тернистом пути иной раз хотелось «хлопнуть дверью», вообще бросить переговоры. Но мы не поддались эмоциям. В итоге достигнут вполне благоприятный для нашей страны компромисс — удалось обеспечить интересы российских промышленных и сельскохозяйственных производителей с учетом предстоящего возрастания конкуренции извне. Наши экономические операторы получают существенные дополнительные возможности для выхода на мировые рынки и цивилизованной защиты там своих прав. Именно в этом, а не в символике присоединения России к всемирному торговому «клубу» вижу главный результат.

Россия будет соблюдать нормы ВТО, как и все свои международные обязательства. Рассчитываю, что так же честно, по правилам будут играть и наши партнеры. Попутно отмечу, что мы уже перенесли принципы ВТО в нормативно-правовую базу Единого экономического пространства России, Белоруссии и Казахстана.

Если попытаться проанализировать, как мы продвигаем российские экономические интересы на международной арене, становится ясно, что мы еще только учимся делать это системно и последовательно. Еще не хватает умения, как это удается многим западным партнерам, грамотно лоббировать на внешнеэкономических площадках выгодные отечественному бизнесу решения.

Задачи же на этом направлении, с учетом приоритетов инновационного развития страны, стоят более чем серьезные — обеспечить России равноправные позиции в современной системе мирохозяйственных связей, свести к минимуму риски, возникающие при интеграции в мировую экономику, в том числе в контексте упомянутого вступления в ВТО и предстоящего присоединения к ОЭСР.

Нам как воздух необходим более широкий, недискриминационный выход на внешние рынки. Пока с российскими экономическими операторами за границей особо не церемонятся. Принимают против них ограничительные торгово-политические меры, возводят технические барьеры, ставящие их в менее выгодное положение по отношению к конкурентам.

Аналогичная картина и с инвестициями. Мы стараемся привлечь в российскую экономику зарубежные капиталы, открываем для них самые привлекательные отрасли, подпускаем к действительно «лакомым кускам», в частности в топливно-энергетическом комплексе. Наших же инвесторов за рубежом особо не привечают, а зачастую демонстративно оттирают в сторону.

За примерами ходить далеко не надо. Взять историю с германским «Опелем», который так и не смогли приобрести российские инвесторы — даже несмотря на то, что эту сделку одобрило правительство ФРГ и позитивно восприняли немецкие профсоюзы. Или вопиющие ситуации, когда российскому бизнесу, вложившему солидные средства в зарубежные активы, попросту не дают вступить в права инвестора. Такое особенно часто происходит в Центральной и Восточной Европе.

Все это подводит к мысли о необходимости усилить политико-дипломатическое сопровождение действий российских предпринимателей на внешних рынках, оказывать более плотную поддержку крупным, знаковым деловым проектам. Не забывать и о том, что Россия может применять зеркальные ответные меры в отношении тех, кто прибегает к приемам недобросовестной конкуренции.

Правительству и предпринимательским объединениям следовало бы четче координировать свои усилия на внешнеэкономическом направлении, более настойчиво продвигать интересы российского бизнеса, помогать ему осваивать новые рынки.

Хочу обратить внимание и на такой существенный фактор, который во многом определяет роль и место России в нынешних и будущих международных политических и экономических раскладах, как огромная территория нашей страны. Пусть сейчас мы занимаем не одну шестую часть суши, но тем не менее Российская Федерация — самое крупное государство с богатейшей ресурсной базой, которой нет равных в мире. Имею в виду не только нефть и газ, но также леса, сельскохозяйственные земли, запасы чистой пресной воды.

То есть территория России — источник ее потенциальной силы. Раньше огромные пространства служили для нашей страны преимущественно как буфер от внешней агрессии. Сейчас, при правильной экономической стратегии, они могут стать важнейшей основой для повышения ее конкурентоспособности.

Упомяну, в частности, быстро возрастающий в мире дефицит пресной воды. Можно предсказать, что уже в недалеком будущем развернется геополитическая конкуренция за водные ресурсы, за возможность производить водоемкие товары. У нас в руках оказывается сильный козырь. Наша страна понимает, что доставшимся богатством надо распорядиться рачительно и стратегически грамотно.

Поддержка соотечественников и гуманитарное измерение

Уважение к своей стране определятся еще и тем, как она способна защитить права своих граждан и соотечественников за границей. Важно никогда не забывать об интересах миллионов соотечественников, проживающих в зарубежных странах, и наших граждан, выезжающих за границу на отдых и в командировки. Подчеркну: МИД и все дипломатические и консульские представительства обязаны в круглосуточном режиме оказывать реальную помощь и поддержку соотечественникам. Реакция со стороны дипломатов на возникающие коллизии между нашими согражданами и местными властями, инциденты и происшествия, аварии на транспорте и т.д. должна быть незамедлительной — не дожидаясь, пока СМИ начнут бить в колокола.

Мы будем самым решительным образом добиваться выполнения властями Латвии и Эстонии многочисленных рекомендаций авторитетных международных организаций относительно соблюдения общепризнанных прав национальных меньшинств. С существованием позорного статуса «неграждан» мириться нельзя. Да и как можно мириться с тем, что каждый шестой латвийский житель и каждый тринадцатый житель Эстонии как «неграждане» лишены основополагающих политических, избирательных и социально-экономических прав, возможности свободно использовать русский язык.

Взять состоявшийся несколько дней назад в Латвии референдум по статусу русского языка, который вновь наглядно продемонстрировал международному сообществу остроту проблемы. Ведь к участию в референдуме опять не допустили более 300 тысяч «неграждан». И совсем ни в какие ворота не лезет отказ латвийского ЦИК предоставить делегации Общественной палаты России статус наблюдателей на референдуме. А международные организации, ответственные за соблюдение общепринятых демократических стандартов, как будто в рот воды набрали.

Вообще то, как проблематика прав человека используется в международном контексте, вряд ли может нас устроить. Во-первых, США и другие западные страны стремятся узурпировать правозащитное досье, полностью политизировать его и применять как инструмент давления. Критику же в свой адрес они не терпят, воспринимают сверхболезненно. Во-вторых, объекты для правозащитного мониторинга подбираются выборочно, отнюдь не по универсальным критериям, а по усмотрению «приватизировавших» это досье стран.

Россия на себе ощущает необъективность, предвзятость и агрессивность задействованного против нее критиканства, которое порой переходит все мыслимые границы. Когда нам указывают на наши недостатки по делу — это можно только приветствовать и извлекать необходимые выводы. Но когда критикуют огульно, волна за волной, планомерно пытаясь повлиять как на отношение к нам своих граждан, так и прямо на внутриполитическую ситуацию в России, то понимаешь, что за всем этим стоят отнюдь не высокие моральные и демократические принципы.

Сферу прав человека нельзя никому отдавать на откуп. Россия — молодая демократия. И мы зачастую проявляем излишнюю скромность, щадим самолюбие наших опытных партнеров. А ведь нам есть что сказать — с точки зрения соблюдения прав человека и уважения основных свобод никто не совершенен. И в старых демократиях встречаются серьезные нарушения, на них не нужно закрывать глаза. Разумеется, такая работа не должна вестись по принципу «сам дурак» — от конструктивного обсуждения проблем в области прав человека выигрывают все стороны.

Российский МИД в конце года опубликовал свой первый доклад «О ситуации с правами человека в ряде государств мира». Считаю, что активность здесь надо наращивать. В том числе и для того, чтобы содействовать более широкому и равноправному сотрудничеству по всему спектру гуманитарных проблем, продвижению основополагающих принципов демократии и прав человека.

Кстати, сказанное — это лишь часть информационно-пропагандистского сопровождения нашей внешнеполитической и дипломатической деятельности, формирования правдивого образа России за рубежом. Надо признать, что успехов здесь у нас немного. На информационном поле нас часто переигрывают. Это отдельный многоплановый вопрос, которым предстоит заняться всерьез.

Россия унаследовала великую культуру, признанную и на Западе, и на Востоке. Но мы пока очень слабо инвестируем в культурные индустрии, в их продвижение на глобальном рынке. Возрождение мирового интереса к сфере идей, культуры, проявляющееся через включение обществ и экономик в глобальную информационную сеть, дает России с ее доказанными талантами в сфере производства культурных ценностей дополнительные шансы.

Для России существует возможность не только сохранить свою культуру, но и использовать ее как мощный фактор продвижения на глобальных рынках. Русскоязычное пространство — это практически все страны бывшего СССР и значительная часть Восточной Европы. Не империя, а культурное продвижение; не пушки, не импорт политических режимов, а экспорт образования и культуры помогут создать благоприятные условия для российских товаров, услуг и идей.

Мы должны в несколько раз усилить образовательное и культурное присутствие в мире — и на порядок увеличить его в странах, где часть населения говорит на русском или понимает русский.

Нужно серьезно обсудить, как с наибольшей отдачей для объективного восприятия России использовать проведение у нас крупных международных мероприятий — встречи на высшем уровне АТЭС в 2012 году, саммитов «двадцатки» и «восьмерки» в 2013 и 2014 годах, Универсиады в Казани в 2013 году, зимних Олимпийских игр в 2014 году, чемпионатов мира по хоккею и футболу в 2016 и 2018 годах.

* * * * *

Россия намерена и далее обеспечивать свою безопасность и национальные интересы путем самого активного и конструктивного участия в мировой политике, в решении глобальных и региональных проблем. Мы готовы к деловому, взаимовыгодному сотрудничеству, к открытому диалогу со всеми зарубежными партнерами. Мы стремимся понять и учитывать интересы наших партнеров — но просим уважать наши.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mn.ru, 27 февраля 2012 > № 501163 Владимир Путин

Если сравнить победную музыку, под которую в столице Туниса созывалась конференция "Друзей Сирии", с совсем другой музыкой под ее финал, то контраст немаленький. Хотя очень сложно назвать итог этой встречи как провалом, так и успехом, поскольку на нее, как выяснилось, приехали люди с весьма разными идеями о том, что такое успех.

Недовольны все

Конференция, на которую отказались ехать представители России и Китая, завершилась фактически уже в субботу, начавшись с попыток сирийцев - сторонников президента Башара Асада прорваться в зал. Но реальным ее завершением можно, видимо, считать демонстративный уход со встречи ключевой фигуры, Сауда аль-Фейсала, министра иностранных дел Саудовской Аравии. Именно эта страна, как становится все яснее, оказалась во главе усилий по смене режима в Дамаске. Министр с трибуны однозначно заявил, что гуманитарной помощи сирийцам недостаточно. А до того сказал, что поставки оружия сирийской оппозиции - "отличная идея" (осталось объяснить, кто эти поставки и без того давно уже ведет). Но потом ушел со словами о "бездействии" собравшихся.

Его единомышленник, премьер-министр Катара Хамад бин Джассим аль-Тани предложил создать арабские силы по поддержанию мира. Но в итоговом документе - лишь призыв к ООН сформировать "гражданские" силы с точно такой же функцией.

Далее, были странности насчет того, кем, собственно, представлена Сирия. Понятно, что не ее правительством - его свержение откровенно ставится задачей большинством собравшихся в Тунисе. Но на конференцию отказалась приезжать самая крупная из борющихся против режима Сирии группировка - Национальный координационный комитет за демократические перемены. Видимо, потому, что в Тунисе ожидалось - в какой-то форме - признание совсем другой группировки, которая тоже борется, но по большей части вне территории Сирии, то есть Сирийского национального совета. И ее таки признали - пусть не единственным представителем сирийского народа, но - одним из. Оказалось, правда, Сирийский национальный совет ожидал большего, и его лидер заявил, что конференция в Тунисе "не соответствовала амбициям" сирийского народа. (О народе мы поговорим ниже.)

Ну, а то, что сначала говорили о 70, а потом уже о 60 участниках - это мелочи. Главное, что монархии Персидского залива на этой встрече опять не получили того, чего добивались, а именно (по "ливийскому сценарию") активного участия США и ЕС в свержении режима в Дамаске.

В этот раз арабы будут разбираться сами?

В общем-то "западники" (если включать в это понятие и Японию) по большей части говорили о гуманитарной помощи жителям Сирии, уже почти год живущей в условиях гражданской войны. Этот подход, конечно, морально оправдан и понятен. США пообещали Сирии (всей, а не только оппозиции) гуманитарной помощи на 10 миллионов, пригрозив Асаду, чтобы он не вздумал отказываться. Японцы дали 3 миллиона. Это совпадает с действиями ООН, которая отправляет сейчас в Сирию свою миссию и назначила Кофи Аннана, бывшего генерального секретаря организации, специальным посланником нынешнего генсека. Кстати, совпадает в какой-то степени и с позицией России по гуманитарному аспекту сирийской ситуации.

А вот по части оружия для оппозиции - нет, госсекретарь Хиллари Клинтон в Тунисе, может быть, и старалась говорить резко, но в целом США подтверждают: по крайней мере по официальным каналам вооружать сирийскую оппозицию они не будут. Евросоюз, правда, пообещал заморозить активы сирийского центробанка - чтобы хоть что-то сказать или сделать. Но и только.

Позицию эту объясняют точно так же, как и противоположную позицию по Ливии год назад - выборы. Во Франции, в США, где угодно. Еще одна операция такого рода будет непопулярна у избирателя. Почему же ему сегодня не понравится то, что должно было нравиться год назад? А именно потому, что Ливия уже была, и результаты налицо.

То есть в Тунисе монархиям Залива и прочим по сути сказали: хорошо, что вы свергаете режим в Сирии, чтобы наступить на ногу Ирану, но с нас хватит, делайте это сами.

Так что теперь те арабы, которые употребили "арабскую весну" в целях, фактически, талибанизации всего Ближнего Востока, будут вынуждены принимать какие-то очень нелегкие решения. И этому не рады.

Не участвовать в мерзости

Ситуация в целом продолжает создавать трудности Москве в выборе ее дальнейшего курса на Ближнем Востоке. Да, психологически нелегко разойтись (после сложных переговоров в декабре) уже и с Лигой арабских государств, отойти от привычной схемы "во всех кознях виноват Запад, а арабы - наши естественные союзники".

Но когда арабы, точнее монархии Персидского залива, свергают режимы, бывшие союзниками США или европейцев, и на месте прежней власти возникают парламенты, населенные радикальными исламистами, а - в случае Ливии и, видимо, Сирии - воцаряется просто хаос, тут есть над чем задуматься.

В те самые минуты, когда в Тунисе заседали "друзья Сирии", пришли два сообщения. Одно - об очередном докладе МАГАТЭ насчет Ирана, у которого возникла недостача урана как раз на одну хорошую боеголовку (а что вы хотели в такой ситуации, когда у Тегерана добивают союзника, и вообще сгущаются тучи?). И второе - это слова Владимира Путина насчет того, что "мы совсем не собираемся никому поддакивать. Надеюсь, что так и будет дальше" (это - в ответ на вопрос о нашей позиции не только по Сирии, но и по Ирану).

В общем, России довольно сложно будет оставаться в нынешней морально выигрышной позиции "не участвуем в мерзости", все равно надо делать какие-то дальнейшие шаги.

А что касается мерзости, то прежде всего речь о трогательном единстве арабов и западников в том, что когда идет гражданская война, то виноват в ее жертвах, в том числе гражданских, исключительно режим. Даже если не он эту войну начал. Подход Москвы, предполагающий, что за свои преступления должны отвечать те, кто их совершил - то есть обе стороны, почему-то "друзьям Сирии" не нравится.

Есть во всей этой истории один очень простой вопрос, который почему-то никто не задает: а на чьей стороне население самой Сирии?

В ответ приходится слышать, что этот режим никогда не интересовался мнением народа и социологических служб не имеет. Но, извините, даже при абсолютной монархии власть очень даже интересуется мнением народа и знает его.

Помню дискуссию экспертов в передаче на иранском телевидении, где я участвовал - и, конечно, за спором специалистов мог только наблюдать. Один специалист базировался в Ливане, другой вещал из Вашингтона, но они, в общем, знали, о чем говорили, и дискутировали насчет цифр в 60% или 65% за Асада. Можно предположить, что как бы ни относился народ к режиму, когда начинаются вооруженные акции "борцов" с таковым, симпатии склоняются как раз в сторону режима. Даже если его солдаты и вправду зверствуют (в чем можно не сомневаться).

И вот фраза из выступления Алексея Пушкова, только что побывавшего в Дамаске председателя комитета по международным делам Госдумы: Асада поддерживают "достаточно широкие слои населения".

А, между прочим, в Дамаске работает много профессиональных наблюдателей, россиян и не только. И они подтвердят очевидное: конечно, большинство, или половина, или "достаточно широкие слои" - за Асада. Просто за пределами Сирии это как-то никого не интересует.

Как сообщает Минобороны Франции, Ливия рассматривается как покупатель истребителей Dassault Mirage F1. ВВС Франции постепенно заменяют парк «Миражей» многоцелевыми «Рафалями», поэтому Париж может продать свои Mirage F1 Триполи.

Министр обороны Франции Жерар Лонге (Gérard Longuet) отправится с визитом в Ливию 25-26 февраля.

В конце 1970-х годов Ливия купила 38 истребителей Mirage F1, однако введенное международное эмбарго после взрыва самолета авиакомпании Pan Am в Локерби (Lockerbie) в Шотландии в 1988 году привело к замораживанию поставок запасных частей. Когда в 2005 году возобновились отношения Триполи с Западом, Франция согласилась на контракт стоимостью около 100 млн евро (133 млн долларов) на поставку оборудования для 12 ливийских Mirage F1, в качестве поставщиков выступали Thales и Safran.

В некоторых кругах существует обеспокоенность с сохраняющейся нестабильностью в Ливии, с нарушениями прав человека, столкновениями между соперничающими формированиями.

22 февраля два ливийских истребителя Mirage, которые были доставлены на Мальту своими пилотами год назад, поднялись в воздух и направились домой.

Самолеты прибыли неожиданно на Мальту год назад и один день, когда их пилоты полковник Али аль-Рабти (Ali al-Rabti) и полковник Абдулла аль-Салхин (Abdullah al-Salheen) перелетели на Мальту, отказавшись бомбить ливийцев в Бенгази.

Два пилота получили убежище на Мальте в течение ливийского восстания, истребители были списаны Мальтой и было отказано вернуть их на требования со стороны режима Каддафи.

Утром 22 февраля два пилота вернулись к своим самолетам. Они в знак признания Мальте за помощь пролетели на низкой высоте и, наконец, повернули на юг.

Самолеты должны были вылететь 21 февраля, в годовщину бегства, но это не удалось осуществить из-за плохой погоды на Мальте и в Ливии.

21 февраля премьер-министр Лоуренс Гонзи (Lawrence Gonzi) передал пилотам шлемы и похвалил их за мужество.

Греция планирует заменить импорт иранской нефти ливийскими поставками, заявил журналистам в четверг на брифинге в Афинах официальный представитель МИД Греции Григорис Делавекурас.

"Греческая сторона обсуждает с Ливией вопросы о поставках нефти, учитывая рост ливийского производства и постепенное введение в действие эмбарго на импорт нефти из Ирана, относительно которого Греция приняла решение вместе с остальными европейскими странами", - сказал Делавекурас.

По его словам, Греция разделяет обеспокоенность ЕС иранской ядерной программой и рассчитывает на дипломатическое решение, не поддерживая при этом военное вмешательство.

ЕС постановил в январе ввести эмбарго на поставки нефти из Ирана. В рамках нового пакета санкций, предусматривающего, в том числе, введение поэтапного запрета на импорт иранской нефти и нефтепродуктов в страны ЕС, предполагается, что к 1 июля все члены Евросоюза, закупающие нефть у Тегерана, должны будут полностью свернуть импорт из этой страны.

В целом иранская нефть составляет чуть более 4% в европейском импорте, однако в странах юга Европы эта доля значительно выше. Так, греческая государственная компания Hellenic Petroleum ввозит из Ирана 22% нефти, и эта доля растет в кризис из-за весьма выгодной цены, на которую согласился Тегеран.

На протяжении последнего месяца в Греции регистрируется рост отпускной цены бензина и солярки для отопления домов: поставщики повысили цены заранее, не дожидаясь введения эмбарго, пишет "Нефть России". Греция планирует заменить импорт иранской нефти ливийскими поставками, заявил журналистам в четверг на брифинге в Афинах официальный представитель МИД Греции Григорис Делавекурас.

"Греческая сторона обсуждает с Ливией вопросы о поставках нефти, учитывая рост ливийского производства и постепенное введение в действие эмбарго на импорт нефти из Ирана, относительно которого Греция приняла решение вместе с остальными европейскими странами", - сказал Делавекурас.

По его словам, Греция разделяет обеспокоенность ЕС иранской ядерной программой и рассчитывает на дипломатическое решение, не поддерживая при этом военное вмешательство.

ЕС постановил в январе ввести эмбарго на поставки нефти из Ирана. В рамках нового пакета санкций, предусматривающего, в том числе, введение поэтапного запрета на импорт иранской нефти и нефтепродуктов в страны ЕС, предполагается, что к 1 июля все члены Евросоюза, закупающие нефть у Тегерана, должны будут полностью свернуть импорт из этой страны.

В целом иранская нефть составляет чуть более 4% в европейском импорте, однако в странах юга Европы эта доля значительно выше. Так, греческая государственная компания Hellenic Petroleum ввозит из Ирана 22% нефти, и эта доля растет в кризис из-за весьма выгодной цены, на которую согласился Тегеран.

На протяжении последнего месяца в Греции регистрируется рост отпускной цены бензина и солярки для отопления домов: поставщики повысили цены заранее, не дожидаясь введения эмбарго, пишет "Нефть России".

Генсек Лиги арабских государств (ЛАГ) Набиль аль-Араби призвал в пятницу продолжить работу над резолюцией Совета Безопасности ООН по Сирии. "Необходимы совместные действия, направленные на принятие резолюции СБ ООН, которая предусматривала бы немедленное и полное прекращение огня, военных операций, вооруженных нападений, нарушений прав человека, осуществляемых сирийским правительством", - заявил аль-Араби на конференции "друзей Сирии" в Тунисе.

Его выступление транслировали в прямом эфире арабские телеканалы.

Кроме того, по словам генсека ЛАГ, необходимо принять меры для контроля за обеспечением безопасности сирийских граждан.

Параллельно Набиль аль-Араби призывает приступить к решению политической части урегулирования кризиса в Сирии. "В политическом урегулировании должна принять участие как оппозиция, так и правительство", - сказал он.

Россия и Китай ранее дважды заблокировали проект резолюции Совета Безопасности ООН, который содержал, в частности, угрозы введения санкций против Сирии. Россия выступает против устрашения Сирии санкциями, считая, что нельзя повторять "ливийский сценарий", когда в Ливии с разрешения СБ ООН были начаты военные действия, вышедшие за рамки задач по прекращению насилия и защите населения.

Конференция "друзей Сирии" открылась в пятницу в Тунисе - небольшой североафриканской стране, с которой началась так называемая "арабская весна" - серия народных протестов на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Новые тунисские власти ранее заявили о разрыве отношений с официальным Дамаском и выдворили сирийского посла из страны.

В конференции принимают участие ЛАГ, Турция, ряд европейских государств и США. Надим Зуауи.

Россия не собирается ни под кого подстраиваться при выработке своей позиции по урегулированию наиболее острых международных проблем, таких, как Сирия и Иран, заявил премьер-министр РФ Владимир Путин.

"Думаю, что наша позиция в Совете безопасности ООН по сирийской проблематике говорит о том, что мы совсем не собираемся никому поддакивать. Надеюсь, что так и будет дальше", - сказал Путин в Сарове на встрече с экспертами, посвященной вопросам национальной безопасности и развития ОПК, после того, как президент Центра политических исследований России Владимир Орлов высказал мнение, что Россия занимает недостаточно самостоятельную позицию по проблеме Ирана, и спросил, "не пора ли России перестать поддакивать во всем американцам".

Россия и Китай ранее дважды заблокировали проект резолюции Совета Безопасности ООН, который содержал, в частности, угрозы введения санкций против Сирии. Россия выступает против устрашения Сирии санкциями, считая, что нельзя повторять "ливийский сценарий", когда в Ливии с разрешения СБ ООН были начаты военные действия, вышедшие за рамки задач по прекращению насилия и защите населения.

В Сирии с середины марта 2011 года не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур.

Юристы, представляющие интересы дочери экс-главы Ливии Муамара Каддафи Аишы, потребовали у Международного уголовного суда (МУС) в Гааге предоставить им нотариально заверенную копию свидетельства о смерти ливийского лидера, передает в среду агентство Ассошиэйтед Пресс со ссылкой на адвоката Аиши Ника Кауфмана.

В декабре Кауфман от имени Аиши Каддафи обратился в МУС с призывом провести расследование гибели ее отца и брата. Однако, по словам адвоката, гаагский суд не ответил на официальные запросы об обстоятельствах гибели Муамара Каддафи.

После захвата в конце августа прошлого года столицы Ливии Триполи противниками режима Каддафи Аиша, ее мать и двое братьев укрылись в соседнем Алжире. В конце ноября дочь бывшего ливийского лидера призвала ливийцев свергнуть пришедший к власти Переходный национальный совет (ПНС).

Муамар Каддафи, правивший Ливией 42 года, погиб в октябре в районе своей "малой родины" - городе Сирт: он был убит пленившими его сторонниками ПНС. Его тело было захоронено в пустыне. Вместе с Каддафи погиб его сын Муатасем, а также бывший глава минобороны Ливии.

Вооруженное восстание в Ливии против режима Каддафи продолжалось около девяти месяцев. За время противостояния правительства и оппозиции погибли тысячи человек, огромный ущерб был нанесен экономике этой нефтедобывающей страны. Совет Безопасности 17 марта 2011 года санкционировал военное вмешательство в Ливии под предлогом защиты населения от действий властей, которые подавляли вооруженную оппозицию. Это дало возможность НАТО проводить воздушные операции против существовавшего более 40 лет режима.

Общество мирового уровня

Социальная сила государства как решающий фактор международного успеха

Резюме: В условиях демократизации и политизации международных отношений на первое место выходит не то, хороши или плохи лидеры сами по себе. Принципиален вопрос о том, как их поведение на международной арене соотносится с социальными ожиданиями других государств.

Конец холодной войны и парад суверенитетов в мировом масштабе привел к «возрождению» вестфальской системы государств, об отмирании которой настойчиво писали в конце XX века. Более того, с распадом идеологически цементированных «лагерей», где зачастую практиковалась доктрина «ограниченного суверенитета», она распространилась в глобальном масштабе. Суверенитет, находящийся в центре данной системы, стал единственной универсальной ценностью. Попытки легализовать возможность его нарушения путем введения таких понятий, как «гуманитарная интервенция», политически провалились или оказались выхолощены.

Результатом стало возникновение глобального общества из 194 (в 2011 г.) государств, разделяющих ценность суверенитета, как бы они при этом ни были устроены в социально-политическом плане. Последнее – качественные и весьма глубокие различия внутренних представлений о справедливости и политических системах – делают невозможной реализацию мечты представителей английской школы о создании общих норм и правил поведения в рамках международного общества. Так, блистательные идеи Хэдли Булла за 20 последних лет получили весьма унылое продолжение. Как правило, в виде рассуждений (вполне расистских по духу) о том, что «все животные равны, но некоторые равнее» и полноценно участвовать в таком обществе могут только государства, достигшие определенного уровня демократических прав и свобод.

Новое глобальное общество, многообразное и не базирующееся на неком наборе догм, в чем-то функционирует по тем же правилам, что и национальное, тоже всегда крайне неоднородное. Но есть одно принципиальное отличие. На национальном уровне можно добиться верховной власти и контроля над обществом, а на глобальном – нет. Дело в том, что глобальное общество состоит не из индивидов, а из государств, государство же – Левиафан – само по себе является наивысшей формой социальной организации. Что, кстати, подтвердили провалы попыток установить разные формы глобальной гегемонии, создать «мировое правительство» или ограничить суверенные права отдельных стран даже в относительно компактной сфере регулирования финансовых рынков.

Мировым социумом государств – международной системой – невозможно управлять. Зато в самой международной системе заложена способность генерировать запрос на ту или иную форму общественного поведения участников. Жизненный опыт этого общества еще ничтожен (15–20 лет), оно находится на самом раннем этапе развития. Так что сложной и многослойной системы взаимосвязей и установлений, которая отличает любое развитое общество, здесь пока не сложилось. Единственной четко артикулируемой претензией юного глобального общества государств является требование противостоять любым формам доминирования, да и в целом ограничения извне их свободы (суверенитета). Будь то поползновения США установить разные формы гегемонии или попытки международных террористических сетей присвоить себе главное право любого государства – право на убийство.

Если внешняя политика какой-то страны удовлетворяет данному требованию, то есть адекватна ожиданиям, источником ее относительного усиления становится сама международная система. Наиболее уместным, хотя и не претендующим на полное отражение новой реальности определением для возникающего уникального ресурса может быть социальная сила государства – такой не имеющий непосредственной материальной основы социальный капитал, как востребованность международным сообществом. (Под социальностью здесь понимается совокупность тенденций, принятых в обществе/социуме и установленных отдельно от каждого индивидуума и от окружающей среды.)

Наличие для этого особых «личных» качеств – например, силы физической – все еще играет важную роль. Так, хотя Венесуэла или Иран, по аналогии с Россией или Китаем, словом и делом отвечают на единственный пока четко идентифицируемый запрос международной системы – противостояние любым попыткам установить гегемонию, эти страны никогда не смогут приобрести влияние, сопоставимое с Россией. И не только потому, что поведение Тегерана и Каракаса часто выходит за рамки дипломатических приличий, но и поскольку они слабы в военном отношении.

Однако роль физической силы уже не является решающей. Хотя бы потому, что сейчас невозможно определить место державы в мировой «табели о рангах» исключительно по критериям данного параметра. Судьбоносное значение приобретает способность той или иной страны соответствовать доминирующему запросу со стороны большинства других государств, и результаты внешней политики России являются тому доказательством.

Россия: о пользе безыдейности

На протяжении 20 лет международные позиции Москвы усиливались, несмотря на объективную слабость Российского государства по всем традиционным аспектам силы, кроме ядерных вооружений. После периода хаотичных реформ Россия стала полноценным хозяином своей (и не только своей) судьбы. Москва на равных ведет диалог с государствами, военные и экономические возможности которых существенно превосходят ее собственные.

Пока многие даже наиболее авторитетные ученые склоняются к выводу о том, что успехи России прежде всего связаны с провалом попыток Запада установить контроль над политической и экономической системой мира в 1990-е и первой половине 2010-х годов. В условиях относительного ослабления США (и их союзников), сопровождающегося столь же относительным возвышением Китая (и других «растущих держав»), Москва «всплыла», по сути не предпринимая особых усилий для укрепления собственных позиций. Другими словами, причины этого преимущественно объективны по своей природе. А внешнеполитические неудачи связаны с нехваткой ресурсов либо с отсутствием целостной внешнеполитической стратегии, что также регулярно становится поводом для критических комментариев.

Рискну утверждать, что относительное возвышение России стало результатом гораздо более сложного сочетания субъективных и объективных факторов. К числу первых относится продемонстрированная российской внешней политикой способность усваивать исторические уроки и практически идеально адаптироваться к требованиям внешней среды.

В результате «перерождения» 1991 г. страна обрела способность de novo оценивать каждую отдельную ситуацию в международной жизни, отказаться от схем и стандартных реакций. Символом такого оказавшегося успешным поведения стало широко практикуемое российской дипломатией понятие «асимметричного ответа». В основе его лежит полное вымывание из национальной внешней политики идеологической составляющей.

Решительный отказ от «большой идеологии» произошел еще в конце 1980-х гг. и стал колоссальным облегчением для отечественной элиты, политической и экономической дипломатии. Последовавшие в первой половине 1990-х гг. попытки примкнуть к лидировавшему тогда идеологическому течению (либеральному, представленному ведущими странами Запада) оказались несостоятельны. Они столкнулись с непреодолимыми препятствиями в виде необходимости внутренней трансформации, к которой Россия оказалась не готова.

Сыграла свою роль и неспособность потенциальных идеологических союзников (США и других стран Запада) к более гибкой политике. Последняя должна была бы быть основана, если пользоваться определениями Генри Киссинджера, на отказе от «конверсии» бывшего противника по собственному образцу (как это произошло в свое время с Германией) в пользу того, чтобы содействовать его «эволюционированию» к статусу дружественного, но самостоятельного партнера.

Да и сама Россия даже в период максимального внутреннего ослабления последовательно заявляла о намерении тем или иным образом восстановить контроль над львиной долей пространства бывшего СССР. Так, уже в 1993–1995 гг. во всех внешнеполитических документах России интеграционные процессы в СНГ назывались в числе приоритетов, хотя до продуманной политики в этом направлении тогда было еще далеко. Иными словами, от статуса одного из главных центров мировой политики, распространяющего влияние на других, Москва не отказывалась никогда, вне зависимости от способности воплотить эту заявку в жизнь.

Отсутствие идейного стержня и необходимости отстаивать правоту некой модели развития позволяет оппортунистически (в хорошем смысле слова) и гибко относиться к решению проблем, возникающих перед государством. Оно же обусловливает и невозможность определить цели на международной арене, а также выработать необходимую для их достижения стратегию. Вербализация приоритетов останавливается на уровне гораздо менее определенной концепции. Отметим, что отсутствие четко обозначенной цели и ограничение концептуализации внешней политики уровнем формулирования задач, в число которых может входить и региональное лидерство, являются для международных отношений подходом наиболее традиционным и одновременно наиболее благоприятным с точки зрения международной безопасности. Ведь, как отмечал в свое время Ханс Моргентау, «создание и поддержание стабильности в экзистенциально нестабильном мире требует антиреформистской и антиреволюционной внешней политики».

Однако даже в сочетании с ракетно-ядерным потенциалом и способностью применить силу в принципиально важных ситуациях вышеупомянутые качества были бы недостаточны для впечатляющего успеха российской внешней политики. Решающую роль в том, что судьба России как международного игрока зависит сейчас только от ее способности преодолеть стагнационные тенденции внутреннего развития, сыграла адекватная реакция страны на трансформацию силы как главного структурирующего фактора международных отношений.

Не навязывать, а воспринимать

Суть данной трансформации заключается в том, что социальное и физическое измерения силы все более самостоятельны и независимы друг от друга, а социальный компонент становится все более важным. Можно выделить по меньшей мере две причины такого развития событий.

Во-первых, главным следствием исчезновения биполярного мирового порядка оказалась невиданная на всем протяжении истории империй и противоборствующих лагерей демократизация международной жизни. Это событие равноценно завершению колониального раздела мира в XIX – начале XX века, когда на карте не осталось обитаемых «белых пятен». Теперь эта самая политическая карта стала качественно более неоднородной и многообразной.

Сейчас система суверенных и равноправных государств распространилась в масштабах всей планеты, воспроизведя своего рода модель Европы XVIII–XIX веков, основанную на балансе сил. (Аналогия с блестящим XVIII веком уже приводилась, например, Сергеем Карагановым.) Та система, по сути, тоже представляла собой общество, но в ту пору состоявшее из монархов. А внешняя политика Англии, в основе которой лежало противостояние любым попыткам гегемонии одной из потенциально способных на это континентальных держав – Испании, Франции или России – отвечала социальному запросу всех остальных участников европейской системы.

Есть, однако, и принципиальные отличия между ситуацией 250-летней давности и современностью. В первую очередь это несравнимо большее разнообразие представлений о справедливости (а именно они являются исходными для формирования запроса) среди государств – важных участников международной жизни. Активное включение в мировые дела стран Азии – в первую очередь Китая – делает невозможным создание «концертов» на основе разделяемых всеми принципов «правильного» общественного устройства.

Некогда определяющим принципом служила безусловная легитимность монарха и неприемлемость узурпации власти субъектом низкого происхождения. Сейчас формирование единой для всех, пусть даже предельно общей, системы правил внутригосударственной жизни вовсе не представляется возможным. В том числе и потому (и это тоже существенно отличает структуру мира в XXI веке от европейского аналога XVIII столетия), что ведущая экономическая и военная держава планеты – Соединенные Штаты – остается реликтом идеологического XX века. Уникальная форма взаимосвязи внутренней и внешней политики, присущая этому совершенно внесистемному по меркам наступившего века игроку, существенно ограничивает возможности США выступать в качестве ответственного члена общества.

Единственной ценностью, которую разделяют, таким образом, все без исключения государства современного мира (применительно к себе даже Соединенные Штаты), остается суверенитет. Именно в защиту этой ценности от посягательств со стороны негосударственных игроков, как показал пример борьбы с «мировым терроризмом» после 11 сентября 2011 г., могут сплотиться 99,9% государств мира – от США до России или Китая и от Ирана до Норвегии. А Муаммар Каддафи, отрицавший суверенитет соседей во имя идей панарабизма и распространения идей Джамахирии, всегда считался опасным маргиналом. И в решающий момент своей жизни – голосование в Совбезе ООН ночью 17–18 марта 2011 г. – не вызвал сочувствия или поддержки со стороны ни одного государства мира. В отличие, кстати, от своего коллеги Башара Асада, в защиту которого Россия, Китай и группа других стран ООН выступали до конца.

При этом ценность суверенитета имеет, что наиболее важно, не столько внутреннее, сколько внешнее измерение, поскольку определяет философию поведения страны вовне. И именно на основе этой ценности в начале XXI века возникло мировое общество, членами которого являются все государства – и только государства – мира.

Кстати, идеи стирания суверенитета, широко обсуждавшиеся 15–20 лет тому назад в период расцвета европейского интеграционного проекта, оказались неспособны захватить «широкие народные массы» именно потому, что были основаны на уникальной близости внутриполитических систем стран–участниц ЕС. Тупик интеграционных инициатив стран АСЕАН является, как и кризис европейской интеграции, подтверждением того, что государства не могут переступить через некую черту.

Появление глобального общества, состоящего из государств, автоматически привело к росту значения силы как социального объекта, производного от возникающего в обществе запроса. Здесь аналогия с сообществом людей вполне применима. Успешен не тот политик (страна), который знает, как лучше, а тот, который точнее конкурентов почувствует, чего хочет народ (большинство других участников международной жизни). Одновременно это привело к снижению, хотя и до известных пределов, важности физического воплощения силы в виде, если продолжить аналогии с внутренней политикой, знаний, опыта, интеллекта или красоты кандидата.

Ключом к успеху оказывается способность добиться востребованности даже при ограниченных материальных ресурсах. А залогом провала становится наличие в политической системе внутренних структурных ограничителей, которые не позволяют быстро и эффективно откликаться на ожидания общества. В качестве таковых могут выступать, как показывает пример Европейского союза, национальный эгоизм стран-участниц или необходимость следовать демократическим процедурам при выработке решений. И то и другое снижает способность государства «плыть по течению» мировой политики и сверять свои заявления и действия не с внутренним (со стороны общества), а с внешним (со стороны окружающего мира) запросом.

Негативную роль, и здесь уместен пример США, играет неспособность отказаться в общении с внешним миром от идеологических схем и мифов. И если в последнем случае общая неадекватность может быть компенсирована незаурядными физическими качествами, то в случае с Европой колоссальный жизненный опыт и интеллект становятся, скорее, препятствиями для достижения политического влияния. «Старикам тут не место», и, как показал пример 2011 г., не помогает даже «маленькая победоносная война», наподобие номинально успешной ливийской кампании. Даже реальную победу другие участники международного сообщества конкурентов все равно объявят «пирровой». В свою очередь, Россия, обеспечившая себе вторую за 100 лет возможность начать внешнюю политику с чистого листа, оказывается достаточно популярной среди незападного большинства членов международного общества. Хотя у России отсутствует существенная часть физических и моральных качеств, которыми обладают ее конкуренты, да и никакого привлекательного идеологического проекта она не предлагает. Способность соответствовать главному социальному запросу – выступать в качестве оппозиции Западу – компенсирует многочисленные шараханья, продиктованные сугубым прагматизмом и отсутствием идей.

Мечты теоретиков либеральной школы о трансформации классических международных отношений в «мировую политику» реализовались парадоксальным образом. Генеральная Ассамблея ООН приобрела черты парламента в идеальной анархической республике, где отсутствует всякий политический или судебный контроль. На подиуме сталкиваются многообразные политические программы и частные интересы. Возникшая после эмансипации стран мира от гнета противостояния СССР и США мировая политика оказалась не раем, где государства и негосударственные игроки сотрудничают под сенью общих норм и правил. В условиях осознаваемой всеми невозможности достигнуть верховной власти и размывания понятия связанной с ней ответственности имидж восторжествовал над реальностью. Умение создавать выгодное впечатление методами изощренной пропаганды одержало победу над способностью эффективно урегулировать конфликты и решать проблемы. Символом новой глобальной политики может считаться БРИК. Это объединение пока не имеет под собой никакой реальной основы в виде экономического сотрудничества и решает лишь одну задачу – оказывать моральное давление на лидеров политической и экономической системы мира.

В таких условиях из двух атрибутов, за обладание которыми, по формуле Моргентау, «сражаются народы» («власть и престиж»), на первое место выходит именно второй как наиболее традиционное имиджевое проявление. И непрерывная изнурительная борьба России за престиж, которая на протяжении прошедших лет становилась объектом неисчислимых колкостей со стороны заинтересованных наблюдателей, приобретает исключительно рациональный характер.

При этом социальная сила государства не имеет ничего общего с его идеологической привлекательностью. Данное явление осталось, судя по всему, признаком ушедшего века идеологий. Как, впрочем, и различные его аналитические девиации, наподобие «мягкой» или «умной» силы, предлагаемые в поисках выхода из концептуального тупика даже наиболее почитаемыми авторами. Вряд ли найдется в мире значительное число стран, считающих Россию или Китай идеологически привлекательными. И, напротив, многие, безусловно, находят привлекательной модель внутреннего устройства США и тем более стран Западной Европы.

Несколько упрощая, можно сказать, что «мягкая сила» в понимании, распространившемся после холодной войны, предусматривает пусть и мягкое, но все же проецирование некоей идеи или практики на остальных. А социальная сила – это, напротив, способность страны воспринимать «излучение», исходящее извне. В условиях демократизации и политизации международных отношений на первое место выходит не то, хороши или плохи лидеры сами по себе. Принципиален вопрос о том, как их поведение на международной арене соотносится с социальными ожиданиями других государств.

Так, от России и Китая никто в мире не ждет благотворительности, равно как и активного участия в решении различных проблем. Во всяком случае, они никогда в новейшее время не давали повода для подобных ожиданий. Их социальная роль и социальная сила, в чем-то осознаваемые, в чем-то интуитивно ощущаемые, заключаются в том, чтобы воспрепятствовать посягательствам стран Запада – своего рода мировых олигархов – на суверенитет остальных и на то, чтобы диктовать правила поведения внутри и вовне. Даже если ради этого приходится поддерживать сирийский режим Башара Асада и настраивать против себя нефтяные монархии Персидского залива, да и вообще немалую часть арабского мира. И то, что России недостает экономических, культурных, политических или правовых дипломатических инструментов (за исключением ядерного оружия), не играет существенной роли. Способность или неспособность государства самостоятельно продуцировать те или иные внешнеполитические инструменты вообще перестает иметь решающее значение.

В чем сила, брат?

Выступая в январе 2009 г. в сенате США, только назначенный государственный секретарь Хиллари Клинтон перечислила ресурсы (весьма, впрочем, традиционные для дипломатии с момента ее возникновения), которые государство должно уметь использовать для достижения эффективности внешней политики в XXI веке. В число таковых вошли дипломатические, экономические, военные, политические, правовые и культурные инструменты. Наиболее фундаментальной попыткой суммировать их и вывести на этой основе формулу успешной внешней политики для Соединенных Штатов стала книга, принадлежащая перу выдающегося американского ученого-международника Джозефа Ная, «Будущее силы», вышедшая в 2011 году.

Спору нет, умение правильно применять один или комбинацию из перечисленных в книге Ная ресурсов лежит в основе достижения успеха на уровне межгосударственных отношений. Однако, чтобы снискать лавры на уровне всего общества государств, наиболее важно иметь те компоненты силы, которые являются производными не «личных» качеств, а самой международной системы.

В современных условиях суть вопроса заключается не в наличии у государства того или иного набора составляющих военной, экономической или идеологической мощи. Индивидуальные достоинства и недостатки вообще начинают терять значение. Физические или субъективные компоненты силы вообще все менее применимы в теории и на практике. В первую очередь потому, что последовательно сокращается возможность эмпирически проверить наши представления о соотношении сил государств на глобальном уровне.

Начнем с того, что тот или иной силовой ресурс (составляющая силы) имеет значение не сам по себе, а применительно к обстоятельствам, в которых он может быть использован, или специфической форме отношений между государствами. И та составляющая силы, которая играет ключевую роль в конкретных отношениях, рассматривается в качестве главного показателя. На его основании может быть «нарисован» новый баланс.

Пока отсутствует даже теоретическое (не говоря уже о политическом, прикладном) понимание того, какие отношения, кроме прямого конфликта, могут лежать в основе определения соотношения сил между державами. Попытки сконструировать и применить карту «экономического баланса» сталкиваются по меньшей мере с двумя препятствиями. Во-первых, обратным примером служит международно-политическое ничтожество такого экономического гиганта, как Европейский союз. Во-вторых, малая степень суверенного контроля над рынками, очевидно недостаточная даже после всех мер по «поддержке национальных экономик» в период кризиса 2008–2009 годов.

Что же касается конфликта, то, исходя из традиционных представлений о логике международных отношений, самым естественным развитием глобальной ситуации стало бы движение к возникновению классического военно-стратегического противостояния между Америкой и Китаем при балансирующей роли других ведущих держав мира, в первую очередь России. Ожидание подобного сценария скрашивает неприятное ощущение глобальной неопределенности, и отражением этого подспудного стремления к ясности стала научная дискуссия середины 2000-х гг. о грядущем столкновении демократической и авторитарной моделей развития.

Наиболее примечательным в этой дискуссии стало то, что она совместила в себе обращение к классическим проблемам международных отношений – силе и соотношению сил, оставаясь в рамках линейной логики, присущей либеральному стилю мышления. Методологически такой подход, по большому счету, не мог претендовать на нечто большее, нежели попытку вернуть к жизни систему координат времен противостояния СССР и США. Возможно, именно поэтому представители российской внешнеполитической науки с тревогой заговорили тогда о тенденциях к возникновению «новой холодной войны». С этим связан и сознательный уход идеологов борьбы между демократическим и авторитарным капитализмами от рассмотрения отношений между государствами как основными единицами, с этим связаны и попытки вернуть логику противостояния систем. Хотя в своем практическом применении, т.е. путем воплощения в концепции «оси зла», представленной миру администрацией Джорджа Буша-младшего, речь шла уже о нескольких государствах с совершенно разными политико-экономическими моделями.

Однако в новых международных условиях применение военной силы, как выяснилось, намного менее рационально с политической точки зрения, чем раньше, в то же время растет масштаб экономической взаимозависимости. В первом случае решающую роль сыграло появление в середине прошлого века ядерного оружия, и затем – обретение СССР (Россией) и США возможности сдерживания посредством гарантированного взаимного уничтожения. (После конца холодной войны принцип ядерного сдерживания распространился и на страны с небольшим потенциалом, им достаточно не гарантированного уничтожения, а способности нанести неприемлемый ущерб агрессору.) Именно тогда, по меткому выражению Генри Киссинджера, «была разрушена взаимосвязь между политическими и военными целями», что и доказало мирное завершение холодной войны.

Сохранение ядерных потенциалов способствует продолжению политической неопределенности в отношениях России и Соединенных Штатов, а также, в некоторой мере, США и Китая. Более того, принципиальная невозможность глобального конфликта в сочетании с распространением ядерного оружия последовательно уменьшает значение обычных вооруженных сил. Невозможность применения военной мощи для решения стратегических вопросов девальвирует ее значимость до уровня тактических задач, решение которых не ведет к трансформации международной системы в интересах государства, силу применяющего.

Во втором случае – увеличение экономической взаимозависимости – мы имеем дело уже не только и не столько с двусторонними торгово-экономическими отношениями. Объем последних и их важность для выживания государства могут быть снижены. Либо вообще не препятствовать возникновению конфликта, как показывает опыт Великобритании и Германии, между которыми объем торговли в 1913 г. был, как известно, наиболее значимым. В современных условиях речь идет о феномене рождения некой «мировой экономики», которая создает принципиально новые рамочные условия для использования странами своих экономических ресурсов. Экономика приобретает все более внешний характер, что существенно ограничивает возможность положить ее на весы при измерении силы отдельного государства.

Снижение значения военной мощи в глобальном масштабе уже стало серьезным интеллектуальным вызовом для политического и научного сообщества. Концепции «мягкой» или уже теперь «умной» силы представляли собой не что иное, как попытки найти современный ответ на новую ситуацию. Их задачей являлось нахождение новых уникальных ресурсов, обладание которыми обеспечивает преимущество в условиях описанных выше ограничителей. И хотя военная мощь сохраняет первостепенное место у всех авторов, перечень составляющих силы пока неуклонно расширяется и дробится.

Учитывая растущий объем взаимосвязей между национальными политико-экономическими системами, а также увеличение числа факторов силы, важных или кажущихся важными в текущем контексте, мельчить можно до бесконечности. Но насколько адекватно нами воспринимается значение того или иного компонента в совокупной мощи государства, невозможно проверить опытным путем, т.е. сравнить их в ходе конфликта. Поэтому продолжение инвентаризации необходимых компонентов материальной силы имеет исключительно теоретическое значение.

***

Подводя итог этим (ни в коей мере не претендующим на завершенный характер) рассуждениям, можно утверждать следующее. В уникальном обществе, где невозможно достижение власти, требования привязаны не к качествам игрока (избирать его на роль лидера все равно никто не собирается), а к состоянию системы как таковой. Решающее значение начинает играть способность государства вести себя в соответствии с ожиданиями этой системы. И здесь Россия, начисто лишенная идеологии и прошедшая в первое десятилетие своего самостоятельного развития весьма трудную школу Realpolitik, оказалась способна к международно-политическому перерождению и возвращению в круг мировых лидеров. Сочетая дипломатический опыт и навыки «старого» лидера, с одной стороны, и адекватность международному общественному запросу на уровне «новых» лидеров, например, Китая – с другой. При этом Пекину аналогичный по масштабам объем социальной силы стоил колоссальных усилий по развитию у себя силы физической.

Из всего вышесказанного следуют по меньшей мере два практических вывода. Во-первых, при осуществлении внешней политики в крайне хаотичном мире решающее значение приобретает не только анализ физических возможностей партнеров и конкурентов, хотя и он должен оставаться в центре внимания. Существенно важнее прогноз развития предпочтений мирового общества в целом и выработка в этих целях аналитического инструментария.

Во-вторых, как и в любой политической системе, тем более такой уникальной и изначально не предполагающей возможности установления абсолютной власти, как международная, предпочтения общества могут меняться. И в этом контексте государство, весьма успешное сегодня, может оказаться менее востребованным завтра. Поэтому совсем забывать о развитии у себя индивидуальных, независимых от социального запроса системы, качеств современному государству было бы крайне неосмотрительно. А вот здесь России, успешной в реализации проекта «власти через престиж», есть еще много над чем поработать.

Т.В. Бордачёв – кандидат политических наук, директор Центра комплексных международных и европейских исследований НИУ ВШЭ.

ББВ

Большая Ближневосточная Весна. Или Война?

Резюме: Внутренние и внешние факторы, питающие социальные протесты «арабской весны», оказываются в виртуальном пространстве спаянными в такую сложную амальгаму, что нередко трудно разобраться, где кончаются одни и начинаются другие.

Массовые волнения, беспрецедентные по масштабам гражданской активности и ожесточенности, уже год сотрясают Ближний Восток. Вихри революций смели режимы в Египте, Тунисе и Йемене. Для свержения Каддафи в Ливии потребовалась помощь авиации НАТО, но в целом события там развивались по тому же сценарию. На очереди, похоже, Сирия, да, в сущности, любая арабская страна, чье руководство окажется неспособным своевременно осуществить демократические реформы, с которыми подавляющее большинство населения связывает надежды на улучшение жизни. В общем, налицо все признаки системного кризиса в регионе. Пора, наверное, попытаться внимательнее присмотреться к природе и непростой механике феномена «сетевых революций», соотнести его с реалиями миропорядка, приходящего на смену холодной войне, и оценить перспективы дальнейшего развития событий.

Демократия: изнутри или извне?

Вполне очевидно, что в основе революционных процессов в арабском мире лежат объективные причины, в первую очередь социально-экономические. По существу, участники массовых выступлений, коллективным организатором которых стали социальные сети, вынесли вотум недоверия авторитарным режимам («пожизненным президентствам»). Последние оказались неспособны решить проблемы нищеты, безработицы, а в более широком смысле – модернизации своих стран, встраивания их в глобализирующийся мир растущей взаимозависимости.

Но не менее очевидно и другое. Стихийные на первых порах выступления оппозиции получили мощную поддержку со стороны Запада. Причем не только в форме выявившегося в ходе «сетевых революций» феномена трансграничной солидарности, когда люди, вышедшие на каирскую площадь Тахрир, ощущали поддержку «демократического интернационала», действующего в виртуальном пространстве интернета. Важным, а во многом и решающим фактором успеха революций, по крайней мере в Египте и Ливии, стало внешнее политическое, информационное и экономическое (а в ливийском случае даже военное) давление на правящие режимы. Не последнюю роль сыграло то обстоятельство, что «картинка» событий (как правило, односторонне ориентированная на оценки оппозиции) формировалась почти исключительно западными электронными и печатными СМИ и через интернет.

Конечно, речь не идет об «империалистическом заговоре» в традиционном смысле. Было бы опасным упрощением рассматривать «арабскую весну» в качестве экспортного продукта. Вызвавшие ее процессы зрели давно. Для специалистов, видевших нараставшую остроту проблем в арабском мире, взрыв народного негодования стал своего рода «ожидаемой неожиданностью». Причем не столько по времени и месту (начавшись в сравнительно благополучном Тунисе), сколько по силе и ожесточенности выплеснувшегося недовольства.

В чем тут дело? Возможно, в особом, «вирусном» механизме распространения «сетевых революций», вектор развития которых действует по сложному, малоизученному пока алгоритму. А возможно, и в том, что социальные сети по своей природе наднациональны. Внутренние и внешние факторы, питающие социальный протест, оказываются в виртуальном пространстве спаянными в такую сложную амальгаму, что нередко трудно разобраться, где кончаются одни и начинаются другие.

Тем не менее уже на нынешнем, похоже, начальном этапе «арабской весны» имеются достаточные основания для вывода о том, что события в регионе не только отражают свободный выбор народов арабских стран в пользу демократии, но и являются своего рода побочным продуктом линии наших западных партнеров на то, чтобы сформировать инструментарий глобальной демократической трансформации.

Это существенно меняет подтекст происходящих событий, поскольку подобный подход рано или поздно начинает восприниматься как ориентированный на обеспечение и собственных односторонних интересов. Весьма уязвимы в этом смысле практикуемые в последнее время попытки устанавливать критерии демократичности того или иного государства на национальном уровне (прежде всего в США) и придавать им универсальный характер. Неизбежны двойные стандарты, компрометирующие сами принципы демократии. За примерами далеко ходить не надо, стоит лишь сравнить оценки ситуации с правами человека, скажем, в нефтяных монархиях Персидского залива и в той же Сирии, с которыми ежегодно выступает Госдепартамент США.

Хотели бы оговориться сразу: мы не пытаемся оправдать или тем более взять под защиту авторитарные арабские режимы вроде сирийского или ливийского (при Муаммаре Каддафи). Необходимость прекращения кровопролития, срочного осуществления реформ в Сирии, а до этого в Ливии понятна всем, в т.ч., разумеется, и Лиге арабских государств, последовательно и настойчиво работающей с Башаром Асадом. Но где та грань, которая отделяет право законно избранного президента на защиту конституционного строя в условиях вооруженного мятежа от преступного подавления оппозиционных выступлений, которое требует вмешательства международного сообщества? Число жертв среди гражданского населения? Но не слишком ли много их было в ходе операции НАТО в Ливии, а до этого в Афганистане и Ираке?

Слов нет, тенденция к распространению демократии как наиболее эффективной на сегодняшний день формы государственной и политической самоорганизации общества закономерно приобретает всеобщий характер. Оправдан и мониторинг таких базовых элементов демократии, как соблюдение прав человека и выборы, со стороны международных организаций и региональных объединений государств. И даже санкционное реагирование, когда оно остается в правовом поле, а не становится предметом расширительного толкования, как «бесполетная» резолюция СБ ООН по Ливии. В противном случае, как показали события последних месяцев, под удар ставится единство мирового сообщества, причем в тот момент, когда последнее, быть может, нуждается в нем как никогда.

В целом складывается впечатление, что в действиях Запада в связи с «арабской весной» начинает просматриваться стремление если не поставить демократию выше безопасности, то уж увязать эти понятия, отдав демократии приоритет в строительстве нового, более безопасного мира. Стратегически это выглядит достаточно привлекательно. Но в конкретных условиях сегодняшнего дня это рискованная тенденция, способная еще больше деформировать систему поддержания глобальной безопасности, которая и без того замедленно адаптируется к новым вызовам и угрозам. И никакой словесной эквилибристикой («демократия как предпосылка стабильности») дела не поправишь. Невозможно предположить, что на Западе с его мощным политологическим потенциалом не понимают столь очевидных вещей. И все же парадигма обеспечения глобальной стабильности через «экспорт демократии» все более утверждается в его действиях.

Запад и его стратегия

В чем причина этого? Попробуем посмотреть на поведение Запада под более широким углом его базовых геополитических, политических и экономических интересов.

В геополитическом смысле политика западного сообщества формируется в рамках объективно возникшей в международной повестке дня после окончания холодной войны и распада Советского Союза задачи надежного обеспечения безопасности в стратегически и энергетически важном регионе Большого Ближнего Востока (ББВ). Причем сугубая значимость этой задачи диктуется не столько сохраняющейся неурегулированностью арабо-израильского конфликта или, скажем, предстоящим выводом американских войск из Афганистана и уже свершившимся из Ирака, сколько тем обстоятельством, что на восточной периферии ББВ (Иран, Афганистан, Пакистан) сосредоточены серьезные, в т.ч. ядерные риски для международного мира и безопасности. ББВ стал, перефразируя Черчилля, своего рода «мягким подбрюшьем» евроатлантической безопасности – как Балканы в период между двумя мировыми войнами.

В политическом плане речь идет, условно выражаясь, о придании контролируемого характера процессу демонтажа «постсоветского наследия» – государственных и политических структур, возникших на волне арабского национализма в период блоковой конфронтации. Смысловая нагрузка процесса заключается в том, чтобы с точки зрения интересов Запада (по той же логике, что и события конца 1980-х – начала 1990-х гг. в Восточной Европе и на Балканах, «цветные революции» на постсоветском пространстве) расчистить дорогу новым элитам, готовым к восприятию демократических ценностей.

Экономическое измерение ближневосточной стратегии Запада (с учетом его очевидной заинтересованности в сохранении контроля над природными ресурсами) связано с достижением принципиального понимания о разделе сфер интересов в контексте меняющейся региональной и глобальной политической географии. Одновременно в условиях надвигающегося глобального кризиса критически важно сбалансировать интересы транснациональных нефтяных и газовых кампаний и финансовых кругов, обеспечив, в частности, выполнение договоренностей 1973 г. с нефтедобывающими арабскими странами о сохранении связанного характера нефтедолларов, циркулирующих в американской экономике. В разряд приоритетных выходит и задача противодействия проникновению в регион Китая, усилившего финансово-экономическую экспансию в страны Арабского Востока и Африки.

Разумеется, говорить о консолидированной стратегии Запада на каждом из перечисленных направлений (кроме, возможно, ее политического аспекта) не приходится. Помимо естественной конкурентности экономических интересов и вытекающих из нее нюансов политики дело в том, что масштабная трансформация региона требует и соответствующих финансовых вложений, сопряженных с очевидными рисками. Отсюда, похоже, растущее дистанцирование НАТО от действий американцев в Ираке или отстраненность США от активной фазы военной операции в Ливии, передоверенной европейским союзникам. В целом, поскольку в условиях возросшей региональной турбулентности нефтедобывающие арабские страны вынуждены сосредоточиться на многомиллиардных социальных программах, остается открытым вопрос о том, насколько ресурсно обеспечена региональная стратегия Запада.

Базовые подходы Запада к «арабской весне» развиваются в целом в русле тех же идей, которые вызвали в свое время к жизни проект Большого Ближнего Востока. А он, напомним, был изначально ориентирован на профилактику угрозы исламского терроризма, резко возросшей после теракта 11 сентября 2001 г., борьба с которым уже вовсю шла в Афганистане и Ираке. Решать острые социально-экономические проблемы региона, действительно представляющего собой благоприятную питательную среду для экстремизма, планировалось с опорой на массированную помощь со стороны международного сообщества. Однако после того, как соответствующий проект, представленный в 2004 г. американцами на саммите «Большой восьмерки» в Лондоне, не получил поддержки (не в последнюю очередь из-за негативного отношения к нему ведущих стран региона, включая Египет и Сирию), неоконсерваторы, определявшие тогда политику в республиканской администрации США, сменили тактику.

В июне 2006 г. госсекретарь Кондолиза Райс в ходе регионального турне впервые употребила термин «Новый Ближний Восток», упомянув в этой связи о необходимости «переустройства» (reshaping) региона на демократической основе. Встык с этим заявлением в американской, а затем в региональной прессе была опубликована «карта Ральфа Петерса», отражавшая, как полагают, настроения близкого к неоконсерваторам крыла американского экспертного сообщества. В ней (явно в целях зондирования, если не провокации) предлагалась кардинальная перекройка карты ББВ в соответствии с ареалами традиционного этнического и конфессионального расселения. Предусматривалось, в частности, создание курдского государства за счет Ирака, Сирии, Турции и Ирана, Большой Армении – с присоединением части Турции, «разукрупнение» Саудовской Аравии, на территории которой должны были возникнуть три государства, и т.п. Публикация, несмотря на ее неофициальный характер, вызвала предсказуемо острую негативную реакцию в регионе, особенно в Турции, где усмотрели прямые параллели между ней и планами расчленения Османской империи после Первой мировой войны, в противодействии которым и родилось современное турецкое государство.

Демократической администрации Соединенных Штатов, пришедшей в Белый дом в 2008 г., пришлось иметь дело с тяжким грузом ближневосточных просчетов республиканцев. Нерационально высокие финансовые затраты на проведение военных операций в Афганистане и Ираке (по грубым подсчетам, около 1,5 трлн долларов) при весьма неубедительных результатах не только стали непосильной нагрузкой для США, но и начали сказываться на состоянии мировых финансов.

В своей программной речи в Каире в июне 2009 г. Барак Обама сменил акценты в ближневосточной политике, выделив в качестве приоритетных две основные задачи: продвижение демократических реформ в исламском мире и форсированное (до истечения президентского срока) урегулирование арабо-израильского конфликта. Не будет большим преувеличением сказать, что изложенная им концепция демократического переустройства мира в увязке с продвижением политико-дипломатических подходов к решению широкого круга региональных проблем стала серьезным стимулом для процессов, приведших спустя полтора года к «арабской весне».

Тем более что к моменту «смены караула» в Белом доме у американцев был готов «несиловой» (и менее затратный) инструментарий реализации идей, заложенных в проекте ББВ. В соответствии с разработанной еще при Райс концепцией «трансформационной дипломатии» была перестроена работа Госдепартамента и других профильных ведомств, ориентированная на приоритетность содействия демократическим реформам за рубежом (в т.ч. через социальные сети интернет) с опорой на неправительственные организации и прямые контакты с внесистемной оппозицией поверх голов правительств.

Однако практическая реализация «каирского сценария» вновь выявила слабые места ближневосточной стратегии Соединенных Штатов, связанные с недостаточно глубокой проработкой региональных реалий. В первую очередь это относится к оценке роли исламистов в арабских странах. То обстоятельство, что в ряде случаев массовые манифестации в них проходили под антиамериканскими лозунгами, только подкрепило ощущение, появившееся по итогам операций в Афганистане и Ираке, что социальная инженерия Вашингтона на Ближнем Востоке не срабатывает. Причем именно в связи с поверхностными оценками сложившихся межконфессиональных балансов и исламского фактора.

Исламский фактор: поверх моделей

А между тем промежуточные итоги «арабской весны», прежде всего результаты выборов в Тунисе и Марокко и особенно в Египте, свидетельствуют о том, что настроения «арабской улицы» формируются и, судя по всему, продолжат формироваться под преимущественным влиянием исламских партий и организаций. Причем усматривать расхождения в политических позициях (но, разумеется, не в методах действий) умеренных и радикалов, суннитов и шиитов в том, что касается таких вопросов, как неприятие внешнего вмешательства или отношение к Израилю, наверное, можно. Но строить на этом политику было бы по меньшей мере наивно. Сегодняшние исламисты – в значительной мере наследники политической повестки дня арабских националистов прошлого. Об этом еще раз напомнил захват посольства Израиля накануне второй волны народных выступлений в Каире.

Принципиальные расхождения между умеренными и радикально настроенными исламистами касаются главным образом их отношения к государству – светскому или теократическому, основанному на нормах шариата. Возможность «третьего пути», способного обеспечить плавную демократическую трансформацию традиционного общества, обычно связывается с турецким опытом построения светского государства, сочетающего идеалы демократии, успешно развивающуюся рыночную экономику и традиции ислама.

Конечно, развитие демократии в арабском мире в соответствии с турецкой моделью было бы предпочтительным со всех точек зрения. Однако эта модель родилась в иных исторических условиях противоборства между армией, основой кемалистской системы сдерживания, и сначала коммунистами, а затем исламистами. Такая система не работает уже и в самой Турции. Не стоит удивляться, что и в Египте, не имеющем, кстати, законодательно закрепленной роли армии как гаранта конституции, военные, как выяснилось, пока не в силах противостоять напору исламистской улицы.

Более того, в условиях сдвигов, начавшихся в регионе, не столько арабский мир дрейфует в сторону Турции, сколько Турция в сторону арабского мира. Показателен в этом смысле продолжающийся вот уже более полутора лет кризис в отношениях между Анкарой и Тель-Авивом в связи с активным участием турецких НПО в попытке «флотилии свободы» прорвать израильскую блокаду сектора Газы. Жесткость, демонстрируемая при этом турками, явно рассчитана на то, чтобы показать, что демократия и натовская солидарность – это одно, а приоритетность палестинской проблемы в региональной повестке дня – совсем другое.

И такая линия поведения характерна не только для Турции. Вряд ли обоснованы ожидания политиков и экспертов, которые полагают, что «арабская весна» надолго отодвинет на второй план проблематику арабо-израильского конфликта. Солидарное осуждение ЛАГ преследований оппозиции в Ливии и Сирии, как и аналогичная позиция Турции в отношении Дамаска, не означают, что они так же солидарно прекратят настаивать на создании палестинского государства (уже ставшего, кстати, при поддержке арабов полноправным членом ЮНЕСКО). Скорее наоборот. Сближение с Западом по вопросам демократии на Ближнем Востоке связывается с ожиданием встречных шагов со стороны Израиля и США. Однако именно на направлении ближневосточного урегулирования двуединая каирская стратегия Обамы приносит пока наиболее разочаровывающие результаты.

Конечно, правое правительство Беньямина Нетаньяху, мягко выражаясь, – непростой партнер по переговорам. Именно на нем лежит основная ответственность за срыв миссии Джорджа Митчелла и последующих усилий американцев и «квартета», что, собственно, и загнало израильско-палестинский диалог в угол. Причем, пытаясь понять причины последовательного ужесточения кабинетом Нетаньяху подходов к вопросам «окончательного статуса», мы не стали бы исключать, что израильтяне, обычно прекрасно просчитывающие варианты развития региональной ситуации, не исходили из неизбежности близких революционных потрясений в арабском мире.

Однако Израиль, как и другие, проявил неготовность к масштабам и накалу развернувшихся событий. Оказавшись в эпицентре регионального цунами с неясным исходом, израильтяне обнаружили, что вирус «сетевой демократии» поражает не основные для них цели (Тегеран), а разрушает с таким трудом наработанную ткань его отношений с предсказуемыми, хотя и недостаточно демократичными соседями. В Тель-Авиве, обеспокоенном судьбой своих мирных договоров с Египтом и Иорданией, критически оценивают «сдачу» Вашингтоном вполне прозападно настроенного Хосни Мубарака, не говоря уж о контактах американцев с «Братьями-мусульманами». В ситуации с Сирией ослабление связки Дамаска с Ираном, «Хезболлой» и ХАМАС в принципе было бы для Израиля предпочтительнее смены режима Асада.

Тем не менее Израиль вынужден солидаризироваться с усилиями американцев по демократическому переустройству региона. Что в общем-то естественно для государства, много лет эксплуатировавшего свой статус единственной демократии на Ближнем Востоке. Но, похоже, конкретной, просчитанной схемы действий в принципиально новой региональной обстановке у него, как и у других региональных, да и внерегиональных игроков, нет. А это существенно повышает риски выхода конфликтов в неконтролируемую фазу.

Иранский узел

И здесь мы подходим к, наверное, главному аспекту нынешней региональной ситуации – иранскому. Узел противоречий, туго завязавшийся вокруг иранской ядерной программы (ИЯП) и политики Тегерана в целом, затрагивает такие глубинные вопросы мировой политики, что попытка разрубить его может реально, причем уже в обозримой перспективе, взорвать мир. И не только на Большом Ближнем Востоке.

Иран – «пороговое» ядерное государство. От того, получит ли он атомную бомбу, зависит судьба выстраивающейся новой системы глобальной безопасности. И дело не только в перспективе расползания ядерного оружия по взрывоопасному региону Ближнего Востока. И даже не в том, что на Тегеран во многом замыкается вопрос о поставке и безопасной транспортировке энергоносителей из Персидского залива.

Существеннее то, что Иран расположен в треугольнике (Пакистан, Афганистан, Ирак) потенциальной глобальной опасности, на перекрестье геополитических интересов основных «полюсов силы» в современном мире – Европы, США, России и Китая. Один из «углов» этого треугольника – Пакистан – уже обладает ядерным оружием. В другом – Афганистане – проходит очередную проверку формула «безопасность через демократию», и обстановка там (как и в близлежащем Ираке) пока не располагает к оптимистическому прогнозу.

Не будет большим преувеличением сказать, что появление «треугольника нестабильности» стало косвенным результатом разрушения в ходе иракской войны исторически сложившегося «треугольника стабильности» в составе Ирана, Ирака и Саудовской Аравии, в котором Багдад и Тегеран взаимно сдерживали друг друга, а Эр-Рияд маневрировал между своими воинственными соседями. Такая схема, в частности, практически исключала появление ядерной бомбы у каждого из членов этого «треугольника», внимательно наблюдавших друг за другом.

Но в Вашингтоне во времена президента Джорджа Буша-младшего возобладала логика глобального доминирования (разумеется, демократии) – и «треугольник нестабильности» оказался включенным в проект ББВ наряду с арабскими странами, и без того отягощенными грузом собственных проблем. В результате этой серьезной стратегической ошибки в регионе создалась критическая масса угроз, далеко превосходящих локальные рамки.

Острее других это ощущают в Израиле. Рассматривая перспективу появления у Ирана ядерного оружия в качестве угрозы для существования еврейского государства, израильские руководители не раз, особенно в последнее время, заявляли о готовности нанести удар по иранским ядерным объектам. Консенсуса по этому вопросу в израильском политическом истеблишменте пока нет, судя по публичным заявлениям об опасности силового сценария в отношении Ирана, с которыми выступили все ушедшие в начале этого года в отставку руководители силовых ведомств Израиля. Но мотивация, причем очень глубокая, на уровне экзистенциональной, присутствует. Ахмединеджада в Тель-Авиве сравнивают с Гитлером, а его заявления в адрес Израиля – с Холокостом.

Израильтяне, надо думать, пока понимают, что без политического зонтика Вашингтона и его гласной или негласной логистической поддержки вступать в прямую конфронтацию с Тегераном опасно. Но на волне «арабской весны», сопровождающейся крушением радикально-националистических режимов, появляется соблазн использовать региональную конъюнктуру для широкой перегруппировки сил. Скажем, поиграть на противоречиях между шиитами в Иране и суннитским большинством в Саудовской Аравии и странах Персидского залива. Конечно, у иранско-саудовского соперничества в зоне Персидского залива давняя история, к тому же обвинения Ирана в экспансионизме имеют под собой объективную основу. Но по природе своей нефтяные монархии Залива склонны занимать сторону потенциального победителя. А в случае, если дело дойдет до конфликта, может получиться и так, что победителя не будет.

Резонен вопрос: возможно ли остановить сползание ситуации вокруг Ирана в иррациональную плоскость? Разумеется, возможно. При условии, если все мы постараемся понять, что после Афганистана, Ирака, а теперь и Ливии угроза очередной «демократической интервенции» с санкционным прологом будет только усиливать комплекс избыточной самозащиты, причем не только у Ирана. Найдутся и другие страны и лидеры, уверенные в том, что отстоять свою идентичность, свой образ жизни в мире, где каждый сам за себя, можно только, имея в своем арсенале ядерную бомбу.

ИЯП должна оставаться нераспространенческой проблемой, которую можно и следует решать исключительно политико-дипломатическими методами, удерживая Иран в сфере контроля МАГАТЭ. Формат «пять плюс один» вполне способен привести к приемлемому для международного сообщества результату в переговорах с Ираном. Созданию соответствующей конструктивной обстановки на переговорах способствовали бы сигналы Тегерану о том, что ему не грозит принудительная демократизация по иракскому образцу или «разукрупнение» по рецептам проекта ББВ. Кроме того, реакция иранцев на такие сигналы могла бы стать своего рода тестом истинных намерений Ирана – с соответствующей проекцией на дальнейшие переговорные позиции всех вовлеченных сторон.

Ситуация вокруг ИЯП, вплотную подошедшая к критическим параметрам, требует быстрых и согласованных действий со стороны международного сообщества. В противном случае Большая Ближневосточная Весна может обернуться Большой Ближневосточной Войной.

П.В. Стегний – доктор исторических наук, чрезвычайный и полномочный посол, член Российского совета по международным делам.

Иран > Армия, полиция > globalaffairs.ru, 19 февраля 2012 > № 735587 Петр Стегний

Между двумя совершеннолетиями

20 лет независимости Украины: чему научились

Резюме: Об Украине всегда говорят, что она находится на распутье. Но ее партнеры требуют ответов, а количество возможностей сокращается. Украине угрожает превращение в плохо функционирующую полуавтократию и абсолютную периферию.

День независимости Украина отмечает 24 августа, хотя более точной датой было бы 1 декабря. В августе 1991 г., во время попытки государственного переворота в Москве, Киев в основном наблюдал за событиями со стороны. Председатель Верховной рады Украины Леонид Кравчук уклонялся от прямых заявлений в первые два дня путча. Беседуя с генералом Валентином Варенниковым, он пытался выиграть время и просил представителя ГКЧП предъявить официальные документы о полномочиях. Кравчук представляет подобное поведение как проявление смелости, но скорее оно напоминало классическую тактику затягивания, присущую советской бюрократии. Кроме того, он не ощущал серьезного давления снизу: в первые – ключевые – дни переворота в Киеве не было массовых демонстраций. Хотя надо отдать должное «Руху», именно по его инициативе Верховная рада перехватила инициативу, и в субботу 24 августа провозгласила независимость еще до того, как в понедельник 26-го советские институты возобновили работу в нормальном режиме.

Нюансы имеют значение. В «Рухе» не доверяли склонным к оппортунизму «национал-коммунистам» – таким как Кравчук. Еще меньше доверия заслуживала по-прежнему мощная Компартия Украины, чья отнюдь не принципиальная поддержка идеи независимости была обусловлена стремлением защититься от угроз со стороны ельцинской России. Как красноречиво выразился лидер компартии Станислав Гуренко, «мы должны голосовать за независимость, потому что, если мы этого не сделаем, то окажемся по уши в дерьме».

Но в августе 1991 г. возможность действовать появилась у Украины лишь благодаря коллапсу центральной власти. В декабре 1991 г. украинцы, напротив, сами проявили активность. Решающее голосование о независимости на референдуме 1 декабря предопределило конец СССР, позволив Борису Ельцину лишь на словах поддержать план Михаила Горбачёва по созданию нового союзного государства. В сумятице, царившей в последние дни жизни Советского Союза, возобладала именно позиция Украины. Содружество Независимых Государств, по сути, означало, что новые независимые государства имеют общие интересы, но не было заменой верховной советской власти. Украине в гораздо большей степени, чем это принято делать, следует отдать должное за роль, которую она сыграла в прекращении существования Советского Союза.

В любом случае, от какой даты мы ни вели бы отсчет, Украине исполнилось 20 лет, и она находится между двумя определениями совершеннолетия – 18 и 21. Чему же мы научились за эти 20 лет? Во-первых, быть очень осторожными в прогнозах. Даже основные параметры «правил» украинской политики и общества не так стабильны, как кажется. Немногие предсказывали «оранжевую революцию» в 2004 г., и мало кто прогнозировал, что она закончится так плохо. Во-вторых, Украина по-прежнему наполовину пассивна, наполовину активна, как это было в 1991 г., иногда она действует на удачу, но чаще всего к активности ее побуждают события в других местах.

Общепризнанная ценность независимости

Первый важный аспект заключается в том, что украинские элиты дорожат независимостью. Не потому, что ценят национальное государство само по себе, а потому, что оно обеспечивает защищенное пространство для самообогащения. С избранием Виктора Януковича на пост президента в феврале 2010 г. Украина прошла «тест Лукашенко». Так же как Лукашенко в 1994 г., Янукович, чтобы добиться избрания, использовал все способы воздействия на русскоязычный и русофильски настроенный электорат. И так же как Лукашенко, Янукович после начального периода приспосабливания стал править как «государственник». Раз уж ни тот ни другой не выразили желания скомпрометировать идею независимости, то, если не предвидеть каких-либо катастроф, трудно представить политика, который бы этого желал.

Элита ценит государство как средство защиты своих интересов, но это не означает, что украинское государство – одна гигантская «крыша». Несмотря на опасения, существовавшие в 1991 г., никаких серьезных угроз для самой идеи государственности не возникло. Бело-голубая «контрреволюция» 2004 г. вызвала сильные негативные настроения и пробудила стереотипы, но не породила никакой мировоззренческой или идеологической альтернативы. Некоторые утверждают, что бывший руководитель аппарата Кучмы Евгений Кушнарев, который погиб при подозрительных обстоятельствах на охоте в 2007 г., мог бы представлять подобную альтернативу. В этом случае, помоги Бог юго-востоку – Кушнарев отнюдь не был похож на Вацлава Гавела. Министр образования с неоднозначной репутацией Дмитрий Табачник смог возродить негативные стереотипы, но не более того. Юго-восточная версия украинской идентичности по-прежнему в основном представляет собой проявления диссидентства или диссонанса, такие как восстановление памятника Екатерине II в Одессе в 2007 г. или пассивное сопротивление в повседневной жизни. Как писал Владимир Кулик, «другая Украина» оказалась более успешной в подрыве украиноязычного националистического проекта в ходе дискуссий в СМИ, где двуязычие воспринимается как консенсус, а те, кто говорит только по-украински или только по-русски, – идеологически маргинализированы.

Опросы общественного мнения показывают широкую умеренную поддержку государственности. Интересно, что основные факторы, повлиявшие на настроения после 1991 г., были либо экономическими, либо внешними. Регулярные исследования Киевского международного института социологии показывают, что поддержка независимости падала в периоды экономического кризиса (в особенности начало 1990-х и 1998–1999 гг.), но возрастала, когда Россия (а не Украина) находилась в конфликте со своими соседями. Особенно это заметно в 1994 г. (начало первой чеченской войны) и в 2008 г. (война в Грузии). В целом, за исключением спада начала 1990-х гг., поддержка оставалась достаточно стабильной – приблизительно три четверти населения, даже если часть ее в некоторой степени была вторичной.

Однако идея государства остается неясной. Как писал Макиавелли в «Рассуждениях о первой декаде Тита Ливия», основы религий, республик и царств должны включать определенную добродетель, чтобы приобрести первичную репутацию и стать средством для экспансии. Но даже патриотизм, претендующий на то, чтобы считаться государственным, страдает на Украине от общей идеологической слабости. Как и в России, конституционный запрет государственной идеологии является чрезмерным. Доминирует фобия в отношении идей. Существует понимание, что Украине требуется не этническая, а «гражданская» идентичность, но что за этим стоит – неизвестно. Это понятие должно быть наполнено сутью. Во Франции есть Марианна, плюс свобода, равенство, братство и светский характер государства, в США – теория ассимиляции, в Скандинавии – социальное государство и толерантность, в послевоенной Германии – конституционный патриотизм как идея успешного построения демократии с третьей попытки.

Но на Украине эквивалентной национальной идеи нет. «Оранжевая революция» могла бы ее породить. События 2004 г. – это, возможно, три революции в одной, мобилизация на западе и в центре, которой бросил вызов, хотя и не равнозначный, достигший зрелости восток и юг, но их позиции можно было сблизить, превратив это в общую идею гражданского действия. Ведь украинские элиты всегда придерживались политико-культурологического мифа, что «Украина – не Россия». Известная книга Леонида Кучмы под таким названием на самом деле касалась не этнических, религиозных или даже исторических различий – это могло вызвать раскол в обществе. Клише «Украина – не Россия» основано на представлении, что украинцы более миролюбивы, имеют меньше имперских амбиций и менее индивидуалисты, чем русские. Во время «оранжевой революции» эти различия подчеркивались высказыванием, что украинцы предпочитают палаточные лагеря танкам. Нет культа власти как ценности самой по себе, «владение не означает власть» (это имеет оборотную сторону: украинцы привыкли, что власть используется в других местах, и научились уклоняться от диктата).

К сожалению, украинская элита больше заинтересована в гражданском национализме, чем в гражданском обществе, и не желает наполнять сутью любые идеи, которые могут укрепить гражданственность. Тем не менее, со стороны режима Януковича абсолютно недальновидно требовать исключения «оранжевой революции» из школьных учебников истории только по партийным мотивам.

Украина – не (путинская) Россия

Общее историческое клише часто переносится на современную политику. Ближайшие несколько лет при Януковиче позволят проверить тезис «Украина – не Россия». А именно то, что Украина плюралистична по определению, поэтому осуществить или навязать централизацию очень сложно. Но основные причины, по которым при Януковиче вряд ли будет создано некое мягкое подобие путинской «управляемой демократии», обусловлены, скорее, случайными и структурными факторами, а не политической культурой.

Первое очевидное различие между Украиной-2010 и Россией-2000 – это то, что на Украине не было операции «Преемник». Хотя в кулуарах Ющенко отдавал предпочтение Януковичу перед Тимошенко, Януковичу пришлось строить собственную властную базу. Украина Януковича не ведет войну для оправдания централизации, как Путин в 2000 г., и не заявляет о восстановлении статуса великой державы. На самом деле, неспособность украинцев прийти к согласию по поводу общего внешнего врага означает, что внешняя политика вряд ли станет фактором, обеспечивающим создание единства из внутреннего разнообразия. Украинская экономика не готова вступить на путь семилетнего роста и вряд ли обеспечит население хлебом и зрелищами, как это сделал Путин в 2000–2008 гг. (об экономике см. ниже).

Украинская олигархия глубже встроена в политическую систему, чем российская. Олигархи имеют больше власти над государством, а не наоборот, и в последние годы эта власть только увеличилась. Незаменимость Путина в России обусловлена его ролью «властелина колец», уравновешивающего различные кланы. В период расцвета система Леонида Кучмы была такой же, как и во многих или почти во всех постсоветских государствах – в Азербайджане при Гейдаре Алиеве или в Армении при Серже Саргсяне. Но Янукович – менее влиятельная фигура, он лишь первый среди равных. Его короткое президентство к настоящему моменту уже пострадало от «газового лобби», которое слишком доминировало вначале, и от борьбы за «лакомые куски», когда группа Ахметова стремилась получить всю сталелитейную индустрию страны, включая «Ильич-Сталь» в Мариуполе и 50% «Запорожстали». Трудно представить себе украинского Ходорковского, т.е. крупного олигарха, отправленного в тюрьму в назидание другим. Судебный процесс над Тимошенко связан преимущественно с политическими мотивами.

Украинские службы безопасности не могут стать альтернативной властной базой для Януковича, как ФСБ для Путина. Украинские силовики раздроблены. Если бы глава СБУ Валерий Хорошковский (ныне министр финансов. – Ред.) добился успеха в строительстве своей империи, эту точку зрения можно было бы пересмотреть, но его власть была основана на связях с частным бизнесом и телевидением («Интер»), а не на занимаемой должности. Кроме того, Хорошковский преследовал собственные интересы, а не интересы Януковича. В целом правоохранительные ведомства – СБУ, прокуратура, таможня, МВД, тюрьмы – противостоят друг другу вследствие конкурентной борьбы за государственные органы между различными олигархическими группами. Многие разделены и внутри.

Поэтому центральная власть на Украине слабее, чем в России. Это обусловлено и тем, что стартовая позиция Киева в 1991 г. радикально отличалась от позиции Москвы, многие институты пришлось строить с нуля. Кроме того, Киев – относительно небольшая столица, находящаяся в постоянном соперничестве с Донецком, Харьковом, Одессой, Львовом и Днепропетровском. Киев к тому же не имеет такого доминирующего положения в демографии, финансах и политике, как Москва.

Уровень политической оппозиции на Украине в 2010–2011 гг. выше, чем в России в 2000 году. Он снижается, особенно после последних «оранжевых» лет, но по-прежнему чувствуются отголоски подъема 2001–2004 годов. Тимошенко пока не уничтожена (или не поглощена) как оппозиционная сила. Активность гражданского общества снизилась в «оранжевые» годы, но протесты «налогового майдана» в конце 2010 г. продемонстрировали появление нового лобби малого и среднего бизнеса, наряду с традиционной силой наблюдателей на выборах, молодежных групп, живого и плюралистичного религиозного сектора.

Однако гражданское общество лишь относительно сильнее, чем в России, и далеко не так значимо, как в Центральной Европе. Пол Д’Аньен полагает, что на Украине слабое общество и слабое государство. Одним из наиболее огорчительных трендов последних лет стал рост мнимой активности. Долгое время платили пенсионерам, чтобы те стояли на снегу, теперь к ним присоединились студенты-активисты, которые приводят целые общежития в качестве наемной толпы.

Политический процесс на Украине и в России был в равной степени искажен посредством использования «политических технологий», но после 2004 г. пути двух стран разошлись. Россия сейчас столкнулась с проблемами чрезмерного контроля, в то время как на Украине в 2005–2010 гг. стало сложнее использовать некоторые виды политических технологий, в особенности вопиющие фальсификации результатов голосования и проектные партии, которые часто теряли силу, оказавшись в центре внимания более свободных СМИ. Но некоторые виды политических технологий никуда не исчезли. «Мягкие» административные ресурсы (т.е. не фактический вброс бюллетеней, а государственный патронат и управляемое голосование контролируемых групп населения, например, армии или заключенных) и «войны компроматов» всегда были глубоко укоренены в системе. А после февраля 2010 г. начали возвращаться и такие прямолинейные виды манипулирования, как фальшивые партии и лояльная оппозиция, существующая на государственные деньги.

Украинские СМИ служат сдерживающим фактором, но и они теряют силу. В 2004 г. в определенных журналистских кругах произошла культурная революция, но продажность и проблема самоцензуры остаются слабым местом. Кроме того, даже в 2005–2010 гг. СМИ были в большей степени плюралистичными, а не свободными. Пресса и телевидение в основном избежали государственного контроля, однако попали под воздействие диктата владельцев-олигархов. Как в России в 2000 г., прямая цензура на начальном этапе оказалась не нужна. Государство может восстановить контроль, продавливая смену владельца или путем угроз интересам владельцев в другом бизнесе. Однако интернет на Украине в 2011 г. развит гораздо больше, чем в России в 2000 году.

Еще одно отличие заключается в основной идее режима. Вся идеология Путина основана на избавлении от наследия 1990-х годов. Янукович может совершать похожие нападки на «оранжевые» годы и действительно делает это, многие на Украине и за границей, по крайней мере вначале, прощали такой подход во имя восстановления «порядка после хаоса». Но «порядок» сам по себе не может в долгосрочной перспективе быть национальной идеей, а Украине при Януковиче пока не удалось придумать что-либо другое. Нет особого «украинского пути». Лучшее, что смогли предложить советники Януковича, включая Андрея Ермолаева, – это пространные разговоры о неясном, менее капиталистическом и уникальном украинском пути «между Карлом Марксом и Адамом Смитом». Китай и другие страны продемонстрировали движение к «авторитарной модернизации», но географические и геополитические факторы позволяют предположить, что авторитарная Украина будет более изолированной и менее процветающей, чем Китай или Сингапур, и менее влиятельной, чем такие растущие демократии БРИКС, как ЮАР или Бразилия.

10 на 10 и остальные

Региональное деление Украины – наиболее важный фактор, подтверждающий тезис «Украина – не Россия», – заслуживает особого внимания, поскольку по-прежнему затрагивает все аспекты жизни страны.

На Украине более 10 крупных регионов, на полюса – Галичину и Донбасс – приходится приблизительно по 10% населения. Поэтому в краткосрочной перспективе можно уверенно прогнозировать, что Галичина со своими 10% не сумеет прийти к власти в одиночку. Накопившееся раздражение из-за отрицания их европейского происхождения может вызвать периодические вспышки местного патриотизма, и не всегда в мультиэтническом варианте. «Бандеровская политика», символом которой служит период ОУН-УПА, вообще стала более заметной в 2010-е гг., чем была в эпоху перестройки. Отчасти это связано с третьим мифом, а именно с идеей Михаила Грушевского о Галичине как «украинском Пьемонте», которая попала под град критики после 1991 года. Галичина оказалась не способна продвигать свою версию украинской идентичности. Львов в действительности никогда не был финансовым центром, как Милан, и идея господства над остальной страной по образцу Пьемонта ни при каких обстоятельствах не прошла бы. Однако часть мифа о Галичине, которая по-прежнему сильна, – это идея сохранения пламени истинной украинской идентичности для остальной нации. Она служит сдерживающим фактором для развития альтернативного мифа, часто пропагандируемого интеллектуалами, близкими к журналу «Ї», что остальная Украина на самом деле русская. Хотя периодическое заигрывание с идеей меньшей по размеру и более управляемой Украины остается актуальным – при Януковиче львовские демонстранты выходили с плакатами «Независимость для Донбасса!», написанными по-русски.

С другой стороны, Донецк со своими 10% смог прийти к власти, и даже четырежды: первый раз в 1993–1994 гг. при Ефиме Звягильском, затем в 2002–2004, 2006–2007 и 2010 гг. при Януковиче. Так в чем же разница? Несмотря на достаточную зрелость юго-восточной Украины в 2004 г., все население от Сум до Одессы по-прежнему сложно мобилизовать вокруг размытой идеи идентичности. Этим объясняется, почему вопрос о русском языке становится актуальным и политизируется в период выборов, но теряет остроту, когда требуется устойчивая поддержка гражданского общества. Идентичность более «национальной» части страны тоже аморфна, но «большая дуга» южной и восточной Украины лучше подходит для строительства коалиций, основанных на местных предпринимательских группах. Более «национальная» часть не может этого сделать, поскольку к западу от Донецка нет реальных бизнес-кланов.

Но существует и оборотная сторона: когда кланы Донбасса приносят в Киев бандитскую политическую культуру, это нельзя считать приемлемым. Единство элиты – непременное условие сохранения олигархической власти на Украине. В середине 1990-х гг. отношения между Донбассом и Днепропетровском стали конфликтными. В 2002–2004 гг., когда Янукович был премьером, донецкая элита проявила неумеренную жадность, что способствовало «оранжевой революции». Похожие признаки появились вновь после февраля 2010 года.

Региональные факторы по-прежнему имеют большое значение во время выборов. Три четверти населения поддерживают независимость, но хорошо известное электоральное разделение страны ближе к соотношению 50 на 50 на всех выборах после 2004 года. Четкий баланс не установлен – тот факт, что нынешняя электоральная граница частично совпадает с границами старого польско-литовского содружества (Речь Посполитая), интересен с исторической точки зрения, но является случайностью. Выборы начала 1990-х гг. больше походили на противостояние Галичины (и Киева) с остальной Украиной. На выборах 1994 г. черта проходила по Днепру. На карте переизбрания Кучмы в 1999 г. появились нетипичные линии, поскольку голосование исказилось из-за использования политических технологий.

Более «национальная» часть последовательно проигрывала выборы в 1990-е гг., поэтому история относительно равных голосований в 2004, 2006, 2007 и 2010 гг. одновременно показывает, как «националистам» удалось расширить электоральную базу с 2002 по 2004 г. и как, зайдя столь далеко, они не смогли пойти еще дальше. Выдвигаются две гипотезы: успех в центральной части может быть обусловлен укреплением национальной идентичности среди украиноязычного населения в сельской местности и небольших городах, а также упадком квазифеодальной власти советских колхозов и сельхозобъединений в деревне. Этот процесс ускорили реформы сельского хозяйства в 2000 г., и, по иронии, он может пойти еще быстрее, если Партия регионов проведет через парламент предложение о прекращении моратория на продажу земли. Еще один ключевой фактор – прагматичная и основанная на ценностях кампания Ющенко в 2004 г. – однако он совершенно забыл об этом разумном подходе после своего избрания.

Хотя выборы 2010 г. продемонстрировали незначительное вторжение каждой из сторон на территорию соперника, ни той ни другой не удалось преодолеть региональное разделение-2004. Ющенко, став президентом, пренебрег востоком. Тимошенко не смогла стать «матерью нации», в основном из-за недостатка компетентности в период серьезного экономического кризиса. Регионализм также остается главным препятствием для строительства Партией регионов однопартийного государства. Выборы 2010 г. обеспечили доминирование Партии регионов в Крыму: 80 (первоначально 48) мест в Верховном совете Крыма по сравнению с шестью у русских партий, и 74,5% депутатов всех уровней. И теперь, после того как «Сильная Украина» Сергея Тигипко согласилась на объединение с Партией регионов, на востоке возможна лишь номинальная оппозиция со стороны коммунистов. Но «регионалы» всегда могут встретить сопротивление на западе и в центре, если не сумеют использовать патронат и административные ресурсы, чтобы оттеснить оппонентов с позиций, достигнутых в 2002–2004 годах.

Ахиллесова пята

Экономика – ахиллесова пята Украины. Ее показатели всегда ниже ожиданий. Политические ошибки 1992–1994 гг. сделали постсоветский спад гораздо глубже, чем это могло быть, а в конце 1990-х помешали начаться восстановлению, как в России (1997 г.) или Белоруссии (1996 г.). Рост экономики впервые был зафиксирован на Украине только в 2000 году. Но даже в хорошие времена с 2000 по 2007 гг. он никогда не достигал уровня стран БРИК. Лишь дважды рост ВВП превышал 7,5% – в 2001 и 2003 гг., если не считать подогревания экономики в 2004 г., который был годом выборов, после чего в 2005 г. экономика просела. Последние периоды восстановления, в 2006–2007 и 2010–2011 гг., были относительно слабыми, особенно если сравнивать с показателями стран Балтии после провала в 2008–2009 гг.

Годовое изменение ВВП Украины, 1990–2010 гг.

Источник: Wikipedia

Невысокие экономические показатели в значительной степени являются следствием политики. Во-первых, из-за укоренившейся в постсоветский период коррупции и превращения Украины в нездоровое полуреформированное олигархическое государство в конце 1990-х годов. Во-вторых, одним из главных недостатков украинского плюрализма по определению является отсутствие единого реформаторского правительства с четкой программой и мандатом.

Незавершенные макроэкономические преобразования 1994–1995 гг. помогли отвести Украину от экономической пропасти – но ненамного. Правительство Виктора Ющенко блокировало некоторые виды откатов в 2000 г., но и эти реформы не были закончены. Одним из главных разочарований «оранжевой революции» стала череда правительств, неспособных, несмотря на отдельные успехи, реализовать серьезную, масштабную программу. Первое правительство Тимошенко (2005 г.) было популистским, «дружественное бизнесу» правительство Еханурова (2005–2006 гг.) скорее напоминало режим ожидания. Янукович (2006–2007 гг.) восстановил «азаровщину» – использование «административных ресурсов», чтобы отблагодарить друзей и наказать оппонентов (названо по фамилии тогдашнего министра финансов и нынешнего премьер-министра при Януковиче). Тимошенко во второй раз заняла пост премьера (конец 2007-го – начало 2010-го), когда случился мировой финансовый кризис.

Украина погрязла в олигархических откатах. Страна вступила в ВТО, но, по словам Андерса Аслунда, ей еще предстоит долгий путь, чтобы стать рыночной экономикой. Несмотря на периодические призывы использовать успешный опыт Тбилиси в реформировании госсектора, Украина скорее представляет собой антипод Грузии. Люди Азарова с подозрением относятся к любой экономической деятельности, которую не могут контролировать. Лишь 15% ВВП приходится на малый и средний бизнес, страна занимает только 145-е место из 183 в мировом рейтинге легкости ведения бизнеса (даже Белоруссия находится на 68-м месте).

Еще одна проблема заключается в том, что Украина не является сырьевой экономикой, но осуществляет энергетический транзит, и это не лучший вариант. В таких странах, как, например, Молдавия, нет объектов, которые могут рассматриваться в качестве крупного стратегического выигрыша и которые коррумпировали бы политику. Украина, с одной стороны, имеет достаточно, чтобы обеспечивать коррупцию элит. Как отмечает Маргарита Балмаседа, самого объема денег, вовлеченных в газовую коррупцию, достаточно, чтобы помешать любым благим намерениям (которые тоже присутствовали далеко не всегда), что и стало основной причиной краха «оранжевой революции». Но, с другой стороны, этих откатов недостаточно для обеспечения Украине путинского социального контракта или даже белорусского варианта, за который Лукашенко расплачивается российскими деньгами.

Кстати, роль транспортировки энергоносителей в поддержании баланса внешней политики также вызывает вопросы. Традиционно существовало многостороннее противостояние. Киев нуждается в российском газе, а Москва в украинском транзите. Европейский союз хочет потреблять российский газ и настаивает на более надежных поставках либо через трехсторонние схемы, которые обсуждались в конце президентства Кучмы и, возможно, вновь окажутся на повестке дня после 2012 г., либо через модернизацию пакета соглашений, подписанных Тимошенко и так и не вступивших в силу в 2009 году. Но Евросоюз никогда не давил слишком сильно.

Однако правила этих игр меняются быстро. Открытие «Северного потока» для первой прокачки технологического газа в сентябре 2011 г. означает, что вскоре Украина может оказаться обойденной. К завершению третьей фазы в 2015 г. «Северный поток» будет обеспечивать поставку 75% газа, который сейчас проходит через Украину. Угроза обходного пути может, наконец, побудить к действиям. Комбинация рационального использования энергоресурсов, инвестиций в традиционное внутреннее производство, сланцевый газ и СПГ может достаточно быстро избавить Киев от зависимости от российских поставок, но учитывая прошлый опыт, угроза должна быть очень серьезной, чтобы заставить Украину действовать.

Не полюс и не ключевая держава

Еще одно клише, в котором есть доля истины – украинская внешняя политика является многовекторной, и, по мнению некоторых, так и должно оставаться. Но то же самое можно сказать о многих странах СНГ. Белорусская внешняя политика имела несколько направлений с 2006 г., даже у Армении, отдающей приоритет России, есть «дополнения», да и российский внешнеполитический курс официально является многовекторным.

Очевидно, что это клише может иметь различный смысл. Для России оно означает позиционирование в качестве великой державы, которая делит мир и имеет равноценные отношения с другими державами. Россия видит себя полюсом многополярного или «много-однополярного» мира, поэтому векторы – это длинные связи с другими полюсами и короткие связи с сателлитами или дружественными государствами.

Украина – не великая держава и, разумеется, не полюс. У нее нет сателлитов, она не ладит даже с маленькой Молдавией и не понимает ее. При Януковиче стало модно сравнивать Украину с Турцией. Украина тоже хотела бы видеть себя крупной державой на окраине Европы, взаимодействующей с ЕС с позиции силы. Но глава турецкого МИДа Ахмет Давутоглу определяет национальную внешнюю политику не через многовекторность, а через «стратегическую глубину», при этом Турция является «ключевой страной» в центре сосредоточения кругов власти, что обусловлено пересечением исторических интересов, включая языковые, неоосманские и деловые связи. Еще раз подчеркнем, что всего этого у Киева нет.

Кроме того, Украина не может похвастаться такими показателями, как Турция, которая несколько десятилетий демонстрирует двузначный экономический рост. Украина не входит в БРИК. Она очень уязвима перед второй волной рецессии, и ей вновь потребуются средства МВФ, а ведь она получает поддержку от фонда дольше, чем большинство других постсоветских государств (1994–2001, 2008–2009, 2010, с 2011 и далее). У Украины нет страховочных карт, которые гарантируют большую свободу маневра, как в России (ядерное оружие, энергетика) или Турции (роль на Ближнем Востоке, пример для новых арабских демократий). Администрация Януковича пыталась договориться с Соединенными Штатами об уничтожении всех своих запасов обогащенного урана к марту 2012 г. в обмен на помощь в размере 60 млн долл., но не преуспела.

Киев лишь короткое время обладал продаваемым «брендом» – эксплуатировал роль маяка демократии с 2005 по 2009 г. (к 2010 г. маяк угас из-за «усталости от Украины»). Киев, вместо того чтобы преследовать собственные национальные интересы, также периодически играл в непрямые внешнеполитические стратегии, посылая войска в Ирак, заискивая перед США и пытаясь реабилитировать Кучму после дел Гонгадзе и «Кольчуги». Украина стремилась добиться увеличения своей роли в северном коридоре в Афганистан посредством железных дорог и стратегических воздушных путей. Но Украина – не Узбекистан, сотрудничество с которым Вашингтон считает важным как минимум до назначенного на 2014 г. вывода войск.

Украина не похожа и на Белоруссию или Азербайджан. Богатый энергоресурсами Азербайджан может привлекать иностранных инвесторов, чтобы получить пространство во внешней политике – у Украины такой возможности нет. Белоруссия при Лукашенко проводит противоположную политику, используя тактику откатов во внешней политике и применяя различные формы шантажа и угрозы изменения своей позиции. После 2004 г. Лукашенко успешно «продал» себя Москве, чтобы защититься от «цветной» революции. В результате Минск получил откаты, которые в период пика в конце 2000-х гг. приближались к 40% ВВП. У Украины есть общие черты с подобной моделью откатов, но они в большей степени обусловлены статусом страны как транзитера энергоресурсов, что, как сказано выше, не очень прочно.

Новая роль Китая в Восточной Европе дает Киеву больше пространства для маневра, так же как и слабый, поглощенный своими проблемами Евросоюз, занятые другими темами США и более меркантильная Россия. Украина проводит многовекторную внешнюю политику небольшого государства. Как часто поступают небольшие государства, она чередует стремление изолировать себя от давления со стороны более крупных соседей и попытки объединиться с одним из них в противовес другому. Но спустя 20 лет пространство для маневра сужается. Основные факторы географии, истории, сложной внутренней региональной политики и идентичности означают, что Украина всегда будет поддерживать связи и с Европой, и с Россией. Некоторые виды баланса могут обеспечить одновременное сосуществование гораздо легче, чем другие, например, большая свобода передвижения и контактов между людьми с востока и запада. Но в долгосрочной перспективе Украина должна решить, где мера баланса в ее внешней политике.

Партнеры требуют более честных и открытых отношений. После 2004 г. расширившиеся Евросоюз и НАТО подошли к границам Украины. Углубленная и всеобъемлющая зона свободной торговли, которая предусматривает постепенное введение большей части правовых норм ЕС, несовместима с Таможенным союзом, предлагаемым Москвой, даже если Россия захочет перенять большинство европейских норм. С другой стороны, Москва проводит более жесткую, прагматичную политику в отношении соседей и, вполне вероятно, будет продвигать Таможенный союз в качестве одной из главных тем внешней политики во время третьего президентского срока Путина.

* * *

Украине всегда на распутье. Перед ней множество экзистенциальных дилемм в вопросе о том, что касается ее национальной идентичности и направлений внешней политики. Но ее партнеры требуют ответов, а количество возможностей сокращается. Украине угрожает превращение в плохо функционирующую полуавтократию и абсолютную периферию, и это вместо того, чтобы стать добрым и важным соседом крупных держав и объединений. Современная Украина обрела независимость 20 лет назад в 1991 г. – т.е. ей больше 18, но меньше 21. Украина – уже не подросток, и ей пора прокладывать собственный путь в мире.

Эндрю Уилсон – ведущий научный сотрудник Европейского совета по международным делам.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 19 февраля 2012 > № 735582 Эндрю Уилсон

Рост цен на нефть и поддержка рынков со стороны Центральных банков Европы и Японии толкает инвесторов на новые покупки. В лидерах роста на этот раз оказались не голубые фишки, а второй эшелон, в частности, - акции производителей автомобилей

Отечественный рынок акций на минувшей неделе показал преимущественно

 повышение котировок по спектру наиболее ликвидных ценных бумаг, а количество выросших в цене за неделю акций примерно на 80% превысило число снизившихся. Причем индексы ММВБ и РТС на минувшей неделе сумели обновить свои максимальные отметки.

В целом за неделю индексы РТС и ММВБ выросли на 3,3% и 2,5%, до 1 568,54 пункта и 1 656,48 пункта соответственно.

Непосредственно пятничную сессию российские индексы закрыли разнонаправленной динамикой: по итогам дня индекс ММВБ просел на 0,12%, а индикатор РТС вырос на 0,91%.

"Едва начала проходить эйфория от дешевых денег ЕЦБ, как на помощь пришел Центробанк Японии. Увеличение эмиссии на 130 млрд долларов, что позволило продолжить скупку рисковых активов. Оптимизма вполне может хватить еще на пару-тройку недель", - считает руководитель управления аналитических исследований УК "Уралсиб" Александр Головцов.

Отметим, по данным EPFR Global, за неделю, закончившуюся 15 февраля, российские фонды зафиксировали приток средств в размере 109 млн долларов, что практически соответствует уровню предыдущей недели. А с начала года зарубежные инвесторы вложили в российский фондовый рынок уже 457 млн долларов. При этом рост рынка на уходящей неделе был достаточно равномерным, и вниманием инвесторов не был обделен ни один из секторов.

В финансовом секторе лидером недели были бумаги ВТБ, подорожавшие на 5%. На 3% укрепились котировки Сбербанка.

В плюсе завершили неделю и металлургические компании. Акции ММК, НЛМК и "Северстали" выросли на 1-2,5%.

Уверенный рост продемонстрировали котировки нефти, поднявшиеся до полугодовых максимумов - 119 долларов за баррель смеси Brent. Это было обусловлено рядом геополитических событий, которые в совокупности привели к угрозе перебоев с поставками из таких стран, как Ливия, Сирия, Нигерия, Судан и, конечно же, Иран. На этой волне котировки ЛУКОЙЛа, "Роснефти" и "Сургутнетфегаза" за неделю поднялись на 3,4-3,8%. На 0,9% подтянулись бумаги "Газпрома".

Почти на 7,5% за прошедшую неделю поднялись бумаги "Уралкалия". Спрос на бумаги производителя удобрений поддерживает скорое начало посевного сезона. Запасы клиентов компании из Бразилии и Индии начинают сокращаться, что повышает вероятность скорого подписания новых контрактов.

В плюсе на 8,2% закрыли неделю и акции другого производителя удобрений "ФосАгро". Поводом для роста также стало ожидание скорого подписания контракта с индийскими клиентами. Кроме того, компания может выплатить дивиденды за четвертый квартал, и намерена провести дробление акций, что позволит увеличить их ликвидность.

В секторе телекоммуникационных компаний быстрее рынка росли акции VimpelCom, поднявшиеся за неделю на 5,5%. Поддержку им оказала новость о сделке по покупке привилегированных акций компании у структур бизнесмена Нагиба Савириса группой Telenor. Кроме того, норвежский телекоммуникационный холдинг отозвал иски к VimpelCom и другому крупному акционеру компании - фонду Altimo.

"Сделка означает временное прекращение конфликта между акционерами, что улучшит корпоративное управление в компании. Кроме того, после отзыва иска исчезла опасность проведения VimpelCom допэмиссии, которая привела бы к сокращению долей миноритариев", - поясняет аналитик "Открытие Капитал" Александр Венгранович.

При этом, по словам эксперта, эффект от новости уже отыгран, и дальнейшая опережающая динамика бумаги маловероятна. Долгосрочный фундаментальный рост акций VimpelCom возможен только после того, как компания продемонстрирует улучшение показателей операционной деятельности на всех ключевых для себя рынках.

Во втором эшелоне на 15% за неделю выросли котировки "Группы ГАЗ". Инвесторов порадовали сильные операционные данные за 2011 год. Автомобильный холдинг сумел увеличить продажи коммерческих автомобилей на 26% по сравнению с 2010 годом. Кроме того, на 10% и 22% соответственно выросли продажи большегрузных автомобилей и автобусов.

Быстрее рынка дорожали и бумаги "КамАЗа", поднявшиеся на 8%. Поддержку им оказали слухи о возможности увеличения доли немецкого Daimler в капитале компании.

На следующей неделе в плане макроэкономических показателей внимание инвесторов привлекут разнообразные показатели деловой активности, потребительского доверия, рынка труда и рынка жилья. В понедельник рынок акций в США будет закрыт в связи с национальным праздником - Днем президентов, и поэтому начало недели на отечественном фондовом рынке пройдет при пониженной активности инвесторов

Почему Россия продолжает поддерживать официальный Дамаск, хотя он утратил поддержку большинства арабского мира и сирийских граждан? Этот вопрос, который задают гости из различных арабских государств, звучит лейтмотивом на международной конференции "Трансформация в арабском мире и интересы России", которая проходит в эти дни в Сочи в рамках ближневосточной секции Валдайского клуба.

Москва поддерживает не Дамаск, а принципы урегулирования, основанные на международном праве, парируют российские представители. Путем передержек и манипуляций все равно ничего не добиться.

Вы рискуете потерять доверие арабских стран, оказавшись на неправильной стороне истории, предупреждают россиян. Где она, правильная сторона? - звучит в ответ.

Сочинская конференция, посвященная самой острой сегодня международной проблеме (в центре, конечно, ситуация в Сирии и российско-китайское вето в СБ ООН), - собрала более чем представительный состав участников - приехали гости из всех ключевых стран Ближнего Востока, включая Иран, Израиль и Турцию, европейские и американские эксперты, представители Индии, международных организаций, включая ООН и Лигу арабских государств. Более многообразного, а значит и точного слепка глобального общественного мнения найти где-либо трудно.

Насыщенный, а порой и весьма эмоциональный диалог позволяет сделать несколько выводов.

Осознание всей сложности ситуации

Во-первых, российская позиция действительно не находит сегодня понимания в значительной части арабского сообщества. Правда, звучат и осторожные оценки, например, специалисты из Ирака и Иордании явно не разделяют подхода горячих голов, требующих быстро положить конец режиму Асада. Но в целом настроения арабского истеблишмента весьма революционные. У кого-то искренне, у кого-то из стремления оседлать конъюнктуру.

Во-вторых, среди западных экспертов, кажется, наступает более глубокое осознание всей сложности ситуации вообще и в Сирии в частности. Отсюда и желание несколько более внимательно вслушаться в российские аргументы, а не отметать их сходу как предвзятые и коммерчески мотивированные.

Это пока не очень влияет на политическую риторику, но может содействовать ее постепенному изменению. Во всяком случае, идея внешнего вмешательства по ливийской модели явно пугает.

В-третьих, исламизация Ближнего Востока принимается уже как данность и факт жизни. Получается такая продемократическая обреченность: раз они победили на волне народного подъема, пусть делают то, что хотят.

При этом мало кто понимает, в какой степени эти силы готовы к реальному управлению и чем все закончится.

В-четвертых, роль России в регионе востребована. Даже убежденные критики российской позиции признают, что в обход Москвы сделать что-либо крайне сложно, а сама она могла бы сыграть решающую роль для качественного изменения ситуации.

Поэтому предсказания, что, мол, Россия безвозвратно теряет Ближний Восток, преждевременны. Хотя, чтобы реализовать российскую роль, нужна не только активная, но и творческая, гибкая позиция. Пока не понятно, в какой степени Москва на нее способна. Федор Лукьянов, главный редактор журнала "Россия в глобальной политике".

Мария Табак. Первый заместитель госсекретаря США Уильям Бернс на встрече с главой МИД РФ Сергеем Лавровым подчеркнул необходимость срочного прекращения насилия в Сирии, говорится в заявлении госдепартамента США.

Как сообщила официальный представитель ведомства Виктория Нуланд, встреча прошла накануне в Вене "на полях" Третьей министерской конференции Парижского пакта по пресечению распространения наркотиков афганского происхождения. Лавров и Бернс обсудили широкий круг вопросов, от борьбы с наркотиками в Афганистане до проблем Ирана и Сирии.

"Говоря о Сирии, первый заместитель госсекретаря Бернс подчеркнул необходимость срочного прекращения насилия вкупе с политической реформой, отвечающей чаяниям сирийского народа", - говорится в заявлении.

Россия и Китай ранее дважды заблокировали проект резолюции Совета Безопасности ООН, который содержал, в частности, угрозы введения санкций против Сирии. Россия выступает против устрашения Сирии санкциями, считая, что нельзя повторять "ливийский сценарий", когда в Ливии с разрешения СБ ООН были начаты военные действия, вышедшие за рамки задач по прекращению насилия и защите населения.

Противостояние в Сирии продолжается уже 11 месяцев. По данным ООН, за это время погибли свыше 5,4 тысячи человек. Власти заявляют о гибели около 2 тысяч сотрудников силовых ведомств. В насилии Дамаск обвиняет хорошо вооруженных боевиков, поддержка которым оказывается извне.

На предстоящей 24 февраля в Тунисе встрече так называемых "друзей Сирии" Турция намерена предложить новый план урегулирования сирийского кризиса, сообщают в четверг местные СМИ со ссылкой на источники в турецком МИД.

О намерении Турции выступить с таким планом на прошлой неделе, выступая в парламенте, объявил премьер Тайип Эрдоган, но не уточнил его детали.

По информации газеты "Хабер Тюрк", предложения Турции предусматривают "создание "гуманитарного коридора" с Сирией, ужесточение дипломатического давления на нее и организацию оппозиции". Издание при этом не детализирует этот план.

В свою очередь, проправительственная газета "Сабах" сообщает, что Турция выступает против открытия гуманитарного коридора с соседней Сирией на своей территории и считает целесообразным создать его в Восточном Средиземноморье. В частности, пишет издание, в Анкаре предлагают задействовать для этого находящиеся в этом бассейне корабли и военные базы Великобритании на Кипре.

Инициативу Турции глава дипломатии Ахмет Давутоглу довел до госсекретаря США Хиллари Клинтон в ходе состоявшегося на днях визита в Вашингтон, отмечает "Сабах".

МИД Турции пока не прокомментировал сообщения о плане урегулирования сирийского кризиса.

В Сирии уже почти год не прекращаются антиправительственные выступления, которые сопровождаются вооруженными столкновениями. Практически ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв в стране превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях было убито более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, против которых действуют вооруженные боевики.

Россия и Китай 4 февраля заблокировали принятие в Совете Безопасности резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают "сирийские" резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором может осуществляться внешнее силовое вмешательство.

Идею проведения международной конференции "друзей Сирии" выдвинул президент Франции Николя Саркози. Она была активно поддержана рядом стран. Желание принять у себя эту встречу высказывала, в частности, Турция. После консультаций было решено провести конференцию 24 февраля в стране, где началась "арабская весна" - в Тунисе под председательством Франции, Турции и Туниса и при участии арабских, исламских и европейских стран, а также международных и региональных организаций.

Посольство России в Сирии опровергло в четверг "лживые сообщения" зарубежных СМИ о направлении в эту страну российского спецназа и крупных партий оружия, которые якобы "широким потоком" пошли после недавнего визита в Дамаск главы МИД Сергея Лаврова и главы СВР Михаила Фрадкова.

"Все измышления, о том, что в Сирию якобы направлены российские спецназовцы, осуществлены поставки в порты страны на "тайных" кораблях крупных партий боеприпасов, согласованы планы возобновления работы "бывшей советской" РЛС на горе Касьюн и строительстве еще одной РЛС уже на турецкой границе,... не соответствуют действительности", - говорится в поступившем в распоряжение РИА Новости пресс-релизе посольства.

В нем также решительно опровергаются "измышления" о том, что российская делегация якобы привозила с собой в Дамаск "полученные со спутников-шпионов снимки позиций вооруженной оппозиции в "горячих" точках страны".

Москва, подчеркивается в документе, "твердо стояла и стоит на необходимости скорейшего прекращения насилия в Сирии всеми сторонами, реализации законных чаяний сирийского народа на демократические обновления и лучшую жизнь, поиски путей преодоления внутреннего кризиса усилиями самих сирийцев без какого-либо вмешательства извне".

В Сирии уже почти год не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай ранее заблокировали принятие в СБ ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. В Москве и Пекине опасаются повторения в этой стране "ливийского сценария" - внешнего силового вмешательства.

Седьмого февраля глава МИД РФ Сергей Лавров посетил Дамаск для переговоров с президентом Башаром Асадом. В переговорах участвовал и директор Службы внешней разведки России Михаил Фрадков. По словам Лаврова, Асад заверил, что он привержен задаче прекращения насилия, откуда бы оно ни исходило, готов к диалогу со всеми политическими силами в стране. Павел Давыдов.

Китай призывает к немедленному прекращению насилия всеми политическими силами Сирии, заявил в четверг заместитель главы МИД КНР Чжай Цзюнь.

"Мы неустанно выступаем против любых актов насилия в отношении мирных жителей, призываем правительство Сирии и все политические группировки к немедленному и полному прекращению любого насилия, скорейшему восстановлению в стране стабильности и нормального общественного порядка", - цитирует агентство "Синьхуа" слова дипломата накануне визита в Дамаск, о котором было объявлено ранее в четверг.

Замглавы китайского МИД отметил, что Пекин выступает против военной интервенции в Сирию и реализации сценария силовой смены политического режима. Замминистра иностранных дел Китая посетит Сирию с официальным визитом 17-18 февраля.

В Сирии уже почти год не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай заблокировали принятие в СБ ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. В Москве и Пекине опасаются повторения "ливийского сценария" - внешнего силового вмешательства. Мария Чаплыгина.

Европарламент призывает страны Евросоюза поддержать силы сирийской оппозиции, заявил, выступая на сессии в четверг, председатель ассамблеи Мартин Шульц.

"Европейский Парламент решительно призывает ЕС и его страны-члены поддержать укрепление единства сирийских сил, которые находятся в оппозиции к режиму внутри страны и за ее пределами", - заявил Шульц в связи с принятием Европарламентом на сессии в Страсбурге резолюции по Сирии.

В документе осуждается непрекращающееся насилие в стране и содержится призыв к президенту Башару Асаду добровольно уйти в отставку. Глава Европарламента назвал "немыслимым" предложение Асада провести референдум по проекту новой конституции Сирии в момент, когда страна охвачена войной.

Шульц потребовал привлечь к судебной ответственности всех виновных в "систематических убийствах гражданских лиц и массовых нарушениях прав человека", а также предоставить гуманитарные коридоры для оказания помощи перемещенным лицам.

Глава Европарламента высказал убежденность, что предстоящая на будущей неделе в Тунисе встреча "Друзей Сирии" поможет найти пути разрешения кризиса.

Президент Башар Асад назначил 26 февраля датой проведения референдума по проекту новой конституции Сирии. Принятие новой демократической конституции, а также отстранение Асада от власти ранее стали одними из ключевых требований оппозиции и участников антиправительственных протестов, которые не прекращаются в Сирии с середины марта 2011 года.

В Сирии уже почти год не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Сирии, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай ранее заблокировали принятие в Совете безопасности ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают сирийские резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором осуществляется внешнее силовое вмешательство. Александр Шишло.

Израиль надеется, что в ближайшее время ситуация в соседней Сирии разрешится несмотря на то, что "режим Башара Асада тянет время", сообщила в четверг посол Израиля в РФ Дорит Голендер.

"В Сирии складывается совершенно вопиющая ситуация, в настоящее время молчать невозможно. Мы практически ежедневно видим, как сирийский народ подвергается убийствам...", - сказала она на пресс-конференции в РИА Новости.

По ее словам, президент Башар Асад "не имеет морального права оставаться у власти в Сирии".

Голендер отметила, что режим Асада "как был, так и остается проблемой... он тянет время, обещает провести какие-то реформы, переговоры с оппозицией, но этого не делает". "Продолжающаяся ситуация в Сирии, на наш взгляд, просто недопустима, но мы надеемся, что в ближайшее время она так или иначе разрешится", - добавила Голендер.

В то же время она отметила, что Израиль не намерен вмешиваться в дела третьих стран. "Мы не отдаем приоритета ни одной из противоборствующих сторон Сирии", - подчеркнула посол.

Из Сирии, где уже почти год не прекращаются антиправительственные выступления, практически ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. Оппозиция выступает за немедленное отстранение от власти нынешнего президента страны Башара Асада и проведение демократических парламентских выборов.

Западные страны добиваются ухода от власти президента Сирии Башара Асада, однако Россия и Китай требуют от его противников дистанцироваться от примкнувших к оппозиции экстремистских сил.

Пытаясь избежать повторения в Сирии "ливийского сценария" с внешней интервенцией, Москва и Пекин 4 февраля заблокировали принятие в Совете Безопасности ООН резолюции с осуждением сирийских властей, игнорирующей наблюдения миссии ЛАГ.

Россия и Китай ранее заблокировали принятие в Совете безопасности ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают сирийские резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором может осуществляться внешнее силовое вмешательство.

Россия не может поддержать представленный в Генассамблее ООН проект резолюции по Сирии из-за его несбалансированности, заявил журналистам замглавы МИД РФ Геннадий Гатилов.

"Содержащиеся в этом документе требования обращены только к правительству Сирии, и ничего не сказано в отношении оппозиции", - сказал замминистра.

По словам Гатилова, этот проект практически полностью воспроизводит заветированный РФ и Китаем проект резолюции СБ ООН.

"Они (авторы проекта) переделали его в проект резолюции Генассамблеи. Делегация РФ предлагала им его скорректировать в русле тех наших поправок, которые мы давали к проекту резолюции СБ ООН", - сказал Гатилов.

Он добавил также, что авторы нынешнего проекта отказались принять "какие-либо поправки и выставили его на голосование в Генассамблее".

Гатилов высказал мнение, что на голосование в ГА ООН "это резолюция была выставлена, чтобы там получить поддержку большинством голосов".

"Юридически это ничего не дает авторам проекта, так как резолюции ГА ООН не являются обязательными к исполнению и носят рекомендательный характер", - пояснил замминистра.

Отвечая на вопрос РИА Новости, Гатилов сказал, что "пока неизвестно будут ли предприниматься какие-либо шаги в Совбезе ООН по Сирии". Говоря о том, будет ли Россия склонять президента Сирии Башара Асада соглашаться на то, чтобы принять миротворцев, он подчеркнул, что "никого мы уговаривать не будем".

В Сирии уже почти год не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Сирии, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай ранее заблокировали принятие в Совете безопасности ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают сирийские резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором осуществляется внешнее силовое вмешательство.

Глава МИД России Сергей Лавров намерен в четверг, 16 февраля, встретиться с министром иностранных дел Франции Аленом Жюппе и обсудить с ним предлагаемый Парижем проект резолюции по Сирии.

Жюппе выдвинул идею о создании в Сирии гуманитарных коридоров и рассчитывает на ее поддержку Советом Безопасности ООН.

"Я не видел проект французской резолюции, поэтому не могу сейчас его комментировать. Любые решения, которые предполагают развертывание международного присутствия в той или иной стране, должны проводиться с согласия всех сторон (конфликта)", - сказал Лавров журналистам в среду.

В Сирии уже почти год не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Сирии, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай заблокировали принятие в СБ ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. В Москве и Пекине опасаются повторения "ливийского сценария" - внешнего силового вмешательства.

Сирийский "котел" сегодня - один из значимых показателей переформатирования мирового пространства, направленного своим острием, прежде всего, на Иран.

О геополитической "связке" Дамаска с Тегераном сказано немало и в различном обрамлении, поэтому повторяться не имеет смысла. Вопрос, однако, в том, что параллельно политической канве происходящего, в сирийском разломе, как и в ливийском сценарии, однозначно высвечивается ракурс (в т.ч.) природных богатств и их маршрутирования.

Тонкость здесь еще и в соответствии ситуации в регионе выражению: "Новое - хорошо забытое старое". Хотя, все же, не "забытое" и даже не "упущенное", а "восстанавливаемое". Что подтверждается экскурсом в историю региональных событий почти вековой давности.

Вторая половина 1920-х

С открытием в 1927 г. в иракском Киркуке крупного нефтяного месторождения зона стала еще более притягательной для внешних сил. В том же году русский и советский исследователь Николай Корсун фиксировал активизацию Великобритании, в одночасье поставившей задачи по сооружению ж/д путей и грандиозных нефтепроводов из Ирака к побережью Средиземного моря; проработке проекта трансперсидской желдороги к границам Индии; прокладке автотранспортного пути из Ирака до этнически азербайджанских территорий Ирана; созданию аэролинии Лондон - Каир - Багдад - Карачи - Австралия и т. д. В свете чего историк подчеркивал становление Ирака "одним из примечательнейших факторов на Ближнем Востоке", с чем невозможно не согласиться.

Вскоре в регион устремились и США. В 1928 г. родилось т.н. соглашение "Красной Линии". Royal Dutch Shell, Near East Development Corporation при лидерстве Jersey Standard (в будущем Exxon) и Socony (впоследствии - Mobil); Англо-Персидская кампания и французская Compagnie Francaise des Petroles (нынешняя Total) договорились «не мешать» друг другу в ареале разведместорождений.

В том же значимейшем для мировой геополитической палитры 1928 г., в г. Исмаилия (Египет), находившимся в тот период под оккупацией Лондона, рождается структура «Аль-Ихван аль-Муслимун» - "Братья мусульмане" (БМ). Основавший партию Xасан аль-Банна мусульманскую умму видел единым целым, а исламский мир – единой родиной. Тем самым, «мусульманское братство» фактически противопоставлялось просоветской идеологии «некапиталистического пути отсталых колоний», благо тиражирование идей о "единой мировой умме" шло на фоне закрытия в СССР мусульманских религиозных школ и др. антииисламских шагов Кремля. В этой связи, как уже отмечал автор, намерения Х. Аль-Банны заинтересованные силы могли прекрасно обыгрывать в нужном направлении. Говоря другими словами, активизация «арабского движения», политизация и радикализация «братьев-мусульман», были выгодны Лондону с точки зрения инициирования в регионе антисоветских настроений.

Ирак, помимо запасов нефти,приобретал значимость и в качестве начального пункта для доставки своих природных богатств к Средиземному морю. Самый удобный путь к которому лежал через Сирию. Именно поэтому данное государство тоже всегда представляло интерес для мирового глобал-бомонда, что проявилось в 1930-х годах, когда Англия, получившая, благодаря договору 1930 г. с Багдадом, фактическую курацию над Ираком, пролоббировала строительство нефтепровода из страны к палестинской Хайфе, с его прохождением через Сирию.

Эпизод из середины прошлого века

Теперь ненадолго перенесемся 1950-е годы. Новейшей истории известно такое словосочетание, как "Сирийский кризис 1957 г.". Не будем затрагивать всю подоплеку тех осенних дней, а лишь сошлемся на заявление ТАСС, зафиксировавшего сосредоточение Турцией на границе со страной крупных вооруженных сил, как следствия разработанного турецким генштабом совместно с американскими военными советниками плана "проведения военных операций против" Сирии. Согласно официальному документу, на один полк возлагалась задача захвата Латакии, в то время как основные силы готовились "нанести удар на город Хомс", с последующим наступлением на Дамаск. Цель - расправа "с патриотическими силами Сирии" и насаждение угодной "для американцев власти". Заявление конкретизировало, что, в случае осуществления нападенияя, Советский Союз, "руководствуясь целями и принципами Устава ООН и интересами своей безопасности, примет все необходимые меры" к оказанию помощи "жертве агрессии". Тогда нападения на Сирию не последовало.

Возвращениe в дни сегодняшние. Почему Хомс?

Не забыли наименования городов, планировавшихся к захвату внешними силами в 1957 г.? Это Хомс и Латакия. Важнейший нюанс тут в том, что именно Хомс, ставший сегодня оплотом сирийской оппозиции, выделяется подчеркнутым нежеланием видеть во главе страны представителей алавитского клана. Можно ли данный момент назвать проявлением некой случайности, когда на поверхности высвечиваются злополучные нефте-газово-маршрутные страсти?

Расположение Хомса (древнее название Эмеса) на выгодном месте - на полпути из Дамаска и из Пальмиры к Средиземному морю - с ранних пор превратили его в значительный геополитический пункт. От Хомса рукой подать до Банияса, недалеко от которого крупнейший сирийский порт в Средиземном мору - Латакия, да и второй по величине порт Тартус - в зоне видимости.

Так что совсем не вдруг в период правления Саддама Хусейна функционировал нефтепровод Киркук-Хомс-Банияс-Триполи (подразумевается второй по величине город Ливана), выведенный из строя войсками НАТО во время агрессии против Ирака в 2003 г.

Кроме того, значительная роль отводится Хомсу в ракурсе Панарабского газопровода, посредством которого египетский газ поступает на север, в Израиль, и на юг, к Акабскому заливу, а оттуда через Иорданию в Сирию. В 2009 г. была введена в строй первая очередь сирийской части этого газопровода от границы с Иорданией до Хомса, естественно, а через Банияс газ должен доставляться в Ливан.

Так вот, сегодня идет разговор о восстановлении маршрута Киркук-Триполи, параллельно активизации темы "трубо-связки" иракских северных нефтяных месторождений с Мосулом, в качестве важнейшего шага к восстановлению простаивающего несколько десятилетий трубопровода, ведущего в Хайфу (через, как было отмечено выше, тот же Хомс). В условиях планируемого бойкота иранской нефти, Запад скорейшими темпами должен примериваться к иным маршрутам, но для него вполне очевидно несогласие нынешнего сирийского режима пропуска нефти до Израиля. Да и вряд ли Б.Асад предпримет шаги вразрез позиции Тегерана. Отсюда - актуальность для западных стран "освобождения" его "от занимаемой должности" и принятие шагов по смене политических ориентиров Сирии. Потому Хомс и нужно заблаговременно "передать" т.н. "повстанцам".

Данная ситуация один к одному напоминает недавно наблюдаемое в Ливии, где смертоносные бои правительственные войска вели с оппозицией в районе Рас-Лануфа, после Бреги оказавшимся в руках аналогичных сирийским "повстанческих народных дружин". По той простой причине, что оба города - главные нефтеэкспортные ливийские порты, а Рас-Лануф, к тому же, является центром нефтехимической промышленности, а котором находятся крупнейший в мире плавучий резервуар пресной воды и функционируют два аэродрома.

Нужны ли тут дополнительные комментарии, тем более на фоне прошедшей в сентябре 2011 г. информации о прекращении Иракским Курдистаном в сентябре нефтеэкспорта, вследствие недовольства разработанного в Багдаде нового механизма распределения прибыли от "черно-голубого золота" между автономным регионом и центром? Тогда ряд экспертов не исключили вероятности экспорта Курдистаном нефти в обход федеральных властей. В частности, со ссылкой на неофициальные данные сообщалось о наличии в регионе огромного количества "неучтенной, но добытой нефти", закачиваемой в трубопровод из Мосула в Банияс. Но при этом сразу возник вопрос: «кто будет ее покупать, если ЕС и США в том же сентябре ввели эмбарго на поставки сирийской нефти, за которую могло бы выдаваться то, что потечет по трубопроводу Масул-Банияс»?.

"Федерализация" Сирии. В кавычках или без?

В свете вышеизложенного, вряд ли случайным можно назвать появившиеся осенью 2011 г. декларации о необходимости провозглашения независимости северными провинциями Ирака. Очевидно, что «парад суверенитетов» - это шаг на пути к федерализации (остановимся пока на этом термине) Ирака.

Аналогичный стиль развития постепенно становится возможным и для Сирии. А первым шагом к этому станет взятие оппозицией важнейшего со всех сторон Хомса.

Другое дело, что в плане разделения Сирии на независимые автономии высвечивается довольно интересный расклад, где между строк просматриваются интересы Турции. Тонкость здесь - в укрепление позиций Анкары в качестве регионального лидера при федерализации Сирии. В случае такого развития событий не исключено столкновение интересов новых автономий друг с другом, на фоне чего Турция может доставлять до заинтересованных сторон иракскую нефть не только благодаря "трубе" Киркук - Джейхан, но и стать "маршрутизатором" другой нефти, могущей не найти себе выхода до периода стабилизации обстановки в Сирии (а ведь есть еще иракский газ...).

Конечно, внешние силы вряд ли будет устраивать факт усиления позиций Турции, но как промежуточный этап – почему бы и нет? На а в случае успеха повстанцев в Сирии можно будет вплотную приступить и к вопросу доставки иракских природных богатств через нее в Израиль и далее в ЕС.

И осуществлять эту комбинацию значительно сподручнее не прямым вмешательством, а посредством внутримусульманских "разборок". Отсюда - подготовка суннитской ЛАГ антисирийской резолюции или отзыв всеми членами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) своих послов из Сирии, что происходит в унисон аналогичным шагам правительств крупнейших западных стран.

Так реально ли в этих условиях утверждать о столкновении цивилизаций и отсутствии мультикультурализма? Или последнее понятие может вновь стать популярным в зависимости от поддержки всеми и вся круглогодичного "арабского межсезонья"? Впрочем, это так, к слову...

Теймур Атаев (Азербайджан), политолог

Обнаружение нескольких новых нефтяных месторождений в Иране приближает страну к тому, чтобы она вышла не третье место в мире по запасам нефти, сообщает агентство ИСНА.

Недавно министр нефти Ростам Касеми объявил об обнаружении новых месторождений и об увеличении запасов нефти в Иране и сообщил, что через месяц будут обнародованы новые данные о нефтяных запасах страны.

Об обнаружении двух новых нефтяных месторождений в районе Ахваза сообщил и генеральный директор Иранской национальной компании южных нефтеносных районов.

В настоящее время извлекаемые запасы нефти Ирана оцениваются в 155 млрд. баррелей, и страна занимает четвертое место в мире по нефтяным запасам.

На первом месте находится Венесуэла, в распоряжении которой имеются 296,5 млрд. баррелей нефти. Однако при этом следует учитывать, что значительная часть венесуэльской нефти относится к сверхтяжелой нефти с высоким содержанием серы.

Второе и третье места по запасам нефти занимают Саудовская Аравия (266,5 млрд. баррелей) и Канада (175 млрд. баррелей).

За Ираном, который находится на четвертом месте, следуют Ирак, Кувейт, ОАЭ, Россия, Ливия, Нигерия, Казахстан, Катар, Китай, США, Ангола, Алжир и Бразилия.

Согласно статистическим данным, 56% запасов нефти находятся в Юго-Западной Азии, 16% – в Северной Америке, 9% – в Африке, 8% – в Центральной и Южной Америке, 7% – в Восточной Азии, 3% – в Азии и Океании и 1% – в Европе. При этом 30% от разведанных мировых запасов составляет легкая нефть, 30% – средняя нефть, 15% – тяжелая и 25% – сверхтяжелая нефть.

Обнаружение нескольких новых нефтяных месторождений в Иране приближает страну к тому, чтобы она вышла не третье место в мире по запасам нефти, сообщает агентство ИСНА.

Недавно министр нефти Ростам Касеми объявил об обнаружении новых месторождений и об увеличении запасов нефти в Иране и сообщил, что через месяц будут обнародованы новые данные о нефтяных запасах страны.

Об обнаружении двух новых нефтяных месторождений в районе Ахваза сообщил и генеральный директор Иранской национальной компании южных нефтеносных районов.

В настоящее время извлекаемые запасы нефти Ирана оцениваются в 155 млрд. баррелей, и страна занимает четвертое место в мире по нефтяным запасам.

На первом месте находится Венесуэла, в распоряжении которой имеются 296,5 млрд. баррелей нефти. Однако при этом следует учитывать, что значительная часть венесуэльской нефти относится к сверхтяжелой нефти с высоким содержанием серы.

Второе и третье места по запасам нефти занимают Саудовская Аравия (266,5 млрд. баррелей) и Канада (175 млрд. баррелей).

За Ираном, который находится на четвертом месте, следуют Ирак, Кувейт, ОАЭ, Россия, Ливия, Нигерия, Казахстан, Катар, Китай, США, Ангола, Алжир и Бразилия.

Согласно статистическим данным, 56% запасов нефти находятся в Юго-Западной Азии, 16% – в Северной Америке, 9% – в Африке, 8% – в Центральной и Южной Америке, 7% – в Восточной Азии, 3% – в Азии и Океании и 1% – в Европе. При этом 30% от разведанных мировых запасов составляет легкая нефть, 30% – средняя нефть, 15% – тяжелая и 25% – сверхтяжелая нефть, - передает Iran News.

Россия рассчитывает, что свободные многопартийные выборы в Сирии, которые могут состояться после проведения референдума по конституции страны, будут соответствовать демократическим стандартам, заявила во вторник замдиректора ДИП МИД РФ Мария Захарова.

Президент Сирии Башар Асад 12 февраля принял в Дамаске членов комиссии по подготовке новой конституции страны, которые вручили ему проект, работа над которым завершилась буквально накануне.

"В ближайшее время власти страны объявят дату всенародного референдума по конституции, принятие которой откроет путь к проведению свободных многопартийных выборов в Сирии. Исходим из того, что они пройдут в соответствии с запланированным графиком, в транспарентной атмосфере и по высоким демократическим стандартам", - говорится в заявлении Захаровой, размещенном на сайте МИД РФ.

По ее словам, Россия продолжает контакты с Лигой арабских государств "с целью уточнения общих подходов в рамках дальнейшего взаимодействия на сирийском направлении".

"Будем внимательно изучать принятые советом ЛАГ решения, по-прежнему исходя из наших принципиальных позиций: скорейшее прекращение любого насилия, всеобъемлющий межсирийский диалог без предварительных условий, уважение суверенитета САР и недопущение иностранного вмешательства в дела этой страны", - сказала Захарова.

Она добавила, что "нацеленность на мирное урегулирование, возможное, по нашему убеждению, на основе вышеперечисленных принципов, определяет и российское отношение к различным инициативам, включая созыв так называемой "группы друзей Сирии".

Принятие новой демократической конституции стало одним из ключевых требований оппозиции после начавшихся в Сирии в середине марта 2011 года антиправительственных протестов, вспыхнувших в городе Дераа, на юге страны, а затем перекинувшихся на другие регионы. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Сирии, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай ранее заблокировали принятие в Совете безопасности ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают сирийские резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором осуществляется внешнее силовое вмешательство.

В Сирии остается все меньше шансов для политического решения конфликта. Военное вмешательство извне становится все более реальным, если только не произойдет нечто чрезвычайное, например, переворот, благодаря которому смена режима могла бы пойти по более мягкому сценарию. А в том, что она все-таки произойдет, почти не остается сомнений после только что закончившихся в Нью-Йорке, на заседании Генеральной Ассамблеи ООН, дебатов по Сирии.

Друзья или враги Сирии?

Президента этой страны Башара Асада уже на высоком международном уровне обвиняют в преступлениях против человечности.

Кроме того, в Нью-Йорке продолжилось начатое днями в Каире обсуждение новой инициативы арабских стран: создать "группу друзей Сирии". Учредительная встреча на уровне министров иностранных дел намечена на 24 февраля в Тунисе. Группа вскоре признает в качестве своего партнера для выстраивания отношений оппозиционный Сирийский национальный совет.

Россия эту идею воспринимает критически, но что-то ей противопоставить явно не в состоянии. Глава МИД России Сергей Лавров потребовал "пояснений" насчет предстоящей конференции в Тунисе, особенно ответа на вопрос - а кто они, эти друзья Сирии? Такие же риторические вопросы министр, напомним, задавал и в прошлом году в случае с Ливией.

И хотя о военной акции в отношении Сирии речи пока не идет, уж больно сильно напоминает "группа друзей Сирии" аналогичную "группу друзей Ливии". В нее в 2011 году так же вошло несколько десятков стран, которые однозначно встали на сторону ливийской оппозиции в деле свержения режима Муаммара Каддафи.

Конечно, есть и свои нюансы. Например, в Ливии бомбежки начались почти сразу, а в Сирии была предпринята попытка остановить конфликт с помощью арабских наблюдателей. Сейчас прозвучала инициатива направить туда международных инспекторов под эгидой ООН.

Однако сирийскому президенту Башару Асаду эта идея не нравится. Что ж, тогда уже в Тунисе его противники наметят новый план действий.

Юный возраст - не защита от спецслужб

Ключевым на вчерашнем заседании Генеральной Ассамблеи, собравшем представителей 193 стран-членов ООН, был доклад Верховного комиссара по правам человека Нави Пиллай. Она квалифицировала события в Сирии как преступления против человечности, предлагая передать собранное досье в Международный уголовный суд.

Мнение российских дипломатов, что в этом гражданском конфликте виноваты обе стороны, не нашло поддержки большинства других членов ООН. Критика главным образом была направлена на правительство Сирии.

Конфликт в Сирии длится уже ровно 11 месяцев. Как сообщила Нави Пиллай, число жертв за это время превысило 5400 человек, но "точной цифры не знает никто, и каждый день там гибнет все больше людей".

Только в настоящее время, по данным ООН, в сирийских тюрьмах находится не менее 18 тысяч политзаключенных. Те же, кто свое отсидел и потом бежал из страны, рассказывают страшные вещи о перенесенных издевательствах. Нави Пиллай рассказала, в частности, что есть сведения "о случаях изнасилований, которым подвергаются арестованные молодые люди и мальчики-подростки".

Конфликт начался как раз с ареста мальчишек в небольшом городке Дераа. Они в марте прошлого года расписали стены домов лозунгами против правительства, мол, "президента в отставку" и тому подобное.

Этот порыв, навеянный революциями в соседних странах, так и остался бы шалостью насмотревшихся телевизора озорников, если бы местная контрразведка их не арестовала. Один из генералов, отдавших этот приказ, к тому же оказался дальним родственником президента Башара Асада, что не удивительно: вертикаль власти в этой стране выстроена по клановому принципу.

Спецслужбы же там имеют большие полномочия и, будучи бесконтрольными, отличаются особой жесткостью. Поэтому когда дети пропали надолго, народ вышел на улицы. А в ответ - новые аресты.

13-летний Хамза Хатыб, имя которого стало для многих арабов символом этого конфликта, к примеру, вышел с друзьями на акцию протеста уже в апреле. А тело его со следами истязаний вернули родственникам только в июне. Такая же участь постигла нескольких его приятелей.

В самой Сирии бежать уже некуда

Во вчерашнем своем докладе Верховный комиссар Нави Пиллай (она - пользующийся уважением юрист, карьеру делала в ЮАР, где родилась в небогатой семье выходца из Индии) отметила, что из Сирии за эти 11 месяцев бежало 25 тысяч граждан.

Бегут в основном в Турцию, но также и в Ливан, и в Иорданию, и даже в неспокойный Ирак. Те, у кого есть деньги, перебираются на Запад или в богатые арабские страны. Еще около 70 тысяч человек, по данным ООН, переместились в более спокойные места в самой Сирии, хотя таких там становится все меньше.

Так, если город Алеппо (Халеб) на севере был в минувшем году более или менее спокойным, то с начала этого года там тоже начались протесты. А в минувшую пятницу возле зданий военной разведки и безопасности взорвались два заминированных автомобиля, 28 человек погибли.

В городе Хомс, где волнения были самыми сильными, ситуация и вовсе зловещая, на чем особо остановилась Верховный комиссар ООН в своем выступлении.

За десять дней там было убито около 300 человек. Жилые кварталы этого населенного пункта, как утверждают правозащитники, регулярно в последние дни подвергаются обстрелам из артиллерийских орудий и танков. Сирийские власти на это отвечают, что почти две тысячи погибших - это военные, полицейские и сотрудники спецслужб.

Вчерашнее выступление сирийского представителя при ООН Башара Джаафари было очень эмоциональным. Он говорил о том, что в Сирию проникли террористические группы из "Аль-Каиды", в том числе смертники, а также что оппозиция вооружена и что из-за терактов гибнут мирные люди.

На эти доводы просили обратить внимание Москва и Пекин, когда во второй раз за последние четыре месяца применили свое право вето при голосовании по резолюции в Совете Безопасности ООН. Документ предлагал президенту Сирии уйти в отставку, учитывая, что он не справляется с ситуацией, все больше напоминающей гражданскую войну.

Разногласия между ведущими державами по поводу путей урегулирования конфликта в Сирии сохраняются. Однако все больше стран отказываются ставить знак равенства между властями и оппозицией в Сирии, возлагая основной груз ответственности все-таки на режим. Комиссар ООН по правам человека отправила вчера черную метку Башару Асаду.

Елена Супонина, востоковед, политический обозреватель.

Первое заседание созданного в прошлом году Клуба главных редакторов СНГ, Балтии и Грузии состоялось в Киеве, в гостеприимной редакции газеты "Известия в Украине" (организатором выступило РИА Новости). Тема обсуждалась актуальная - "Трансформируется ли СНГ в новую политико-экономическую структуру". Впрочем, после выступления гостя клуба, экс-президента Украины Леонида Кучмы, стало понятно, что особых надежд на Содружество возлагать не стоит - по словам политика, СНГ сейчас "напоминает пустое дерево", которое может еще долго простоять в лесу, но живым уже никогда не станет.

Пора "служить молебен" по СНГ?

По мнению Леонида Кучмы, Содружество независимых государств (СНГ) уже сыграло свою роль, во многом положительную, но теперь просто "не работает" - и потому необходимо двигаться дальше, искать более эффективные формы сотрудничества.

"Мне кажется, сегодня, наверное, когда главные события пройдут в России (выборы президента), надо набраться мужества и отслужить молебен по СНГ", - сказал он во время встречи с главными редакторами. По словам экс-президента, следует поблагодарить Содружество за то положительное, что было достигнуто, однако следует признать, что СНГ сегодня уже не приносит пользы. Кучма сравнил СНГ с "пустым деревом", которое может долго еще простоять в лесу, но не наполнится новым содержанием.

Впрочем, дерево это и раньше не очень плодоносило. Так, напомнил Кучма, за все годы существования СНГ было принято более тысячи решений, но "подавляющее большинство из них не выполнено". Кроме того, по его словам, каждая бывшая советская республика входила в состав СНГ, желая решить собственные проблемы, "с абсолютно разными пожеланиями", прежде всего, конечно, желая восстановить пострадавший от разрыва связей экономический потенциал - но сильных интеграционных процессов внутри Содружества так не возникло.

По словам экс-президента, центром принятия решений в СНГ являлась и является Москва, но Россия при этом никогда не согласовывала со всеми странами Содружества свои внешнеполитические решения, да и экономическую политику вела и ведет не всегда так, что всех в СНГ это устраивает. Словом, "и вреда сегодня от Содружества нет, но и пользы нет".

Кучма отметил, что и раньше все главные решения принимались между странами СНГ на двустороннем уровне, а с возникновением Таможенного союза ситуация еще более осложнилась. Теперь ряд вопросов необходимо решать уже с руководством ТС. Что касается создания Евразийского союза, то, по мнению экс-президента Украины, "это вопрос не сегодняшнего и даже не завтрашнего дня". "А пока, отметил Кучма, Украине нужно посмотреть, насколько эффективно работает Таможенный союз и не спешить с решением о вступлении в него.

"Посмотрим, как работает Таможенный союз. Мы будем точно знать, ведь в случае чего Лукашенко (Александр Лукашенко - президент Белоруссии) обязательно выступит (если что-то будет не так)",- пошутил Кучма, добавив, что он хочет поже лать Таможенному союзу удачи, поскольку самостоятельно сейчас ни одна страна не справится со своими проблемами.

В одиночку Россия не решит своих задач

В частности, по мнению Кучмы, даже Российская Федерация может не справиться со стоящими перед ней амбициозными задачами модернизации экономики без тесного сотрудничества с Украиной и другими странами СНГ. Помешает нехватка кадров и совместных программ развития.

"У России сегодня проблема, проблема кадровая, - сказал он. - Для того, чтобы решить все задачи, которые ставят сегодня президент и премьер-министр - мне так кажется, что самостоятельно Россия абсолютно не потянет. Если не будет совместных программ, в том числе с Украиной, с другими республиками, кто желает в этом деле участвовать, то все может остаться декларациями".

При этом он подчеркнул, что, к сожалению, для углубления экономического сотрудничества в настоящее время не делается "ни одного шага".

"Вот Харьковские соглашения. Я прекрасно понимал, что у нашего президента (Виктора Януковича) не было другой альтернативы, как подписать эти соглашения... Но я там услышал, в том числе из уст президента РФ Дмитрия Медведева, какие перспективы открывают Харьковские соглашения. Он назвал десяток программ, которые с завтрашнего дня будут тут у нас претворяться " и судостроение, и атомная промышленность, и авиационная промышленность, можно говорить много-много. Где это все? Ничего нет, ноль!", - сказал экс-президент, добавив, что реализация программ в одном только авиастроении могла бы обеспечить Украину и РФ рабочими местами и позволить завоевать внешние рынки.

"Почему же не реализуем? Это - политика", - отметил он, предложив в отношениях двух стран "политику сдвинуть на второе место, а на первое поставить экономику".

Кучма подчеркнул, что если не углублять экономическое сотрудничество между Украиной и РФ, другими странами СНГ, их отставание от развитых стран будет усиливаться и последствия будут печальными.

"Мы доедаем советские запасы, а своих... (нет)", - резюмировал экс-президент, задав риторический вопрос: "с чем же и кем мы собираемся соревноваться с Западом, и чем?". По словам Кучмы, роль СМИ всех постсоветских государств должна состоять не в поиске "врага" (как это сейчас зачастую бывает), а в поиске совместных решений и общих интересов.

"России нужен Путин"

Обсуждались на заседании клуба и последние события в РФ, связанные с прошедшими парламентскими и грядущими президентскими выборами. По мнению Кучмы, Россия после митингов протеста "изменилась", но стране, на данном этапе, в качестве руководителя все же нужен именно Владимир Путин. Правда, и Путин должен стать "другим".

"Я убежден, что России сегодня нужен Путин. Но Путин будет другим", - сказал Кучма, отвечая на вопрос журналистов о своем отношении к прошедшим в России митингам - на Болотной площади в Москве и в других места.

Экс-президент считает, что "России повезло, они могли наблюдать за процессами "оранжевой революции" на Украине". По его мнению, "конечно, какие-то выводы Россия наверняка сделала" и приобрела иммунитет.

Что касается "другого Путина", то Кучма пояснил, что, по его мнению, в России уже поняли, что если полагаться только на сырье, то "можно оказаться в том положении, в каком оказался Советский Союз во времена Леонида Ильича Брежнева - приходи, бери голыми руками: только опустили цены на нефть, и Советский Союз рассыпался".

Он отметил, что сегодня основой всей мощи России являются нефть, газ, другие виды сырья, но РФ не может потягаться на мировых рынках своей высокотехнологичной продукцией, за исключением некоторых видов оборонной продукции, однако это - "старые запасы".

"Значит, надо думать, как исправлять положение. Я считаю, что над многими проблемами мы могли бы работать вместе", - подчеркнул экс-президент Украины. Отвечая на реплику главного редактора газеты "Киевский телеграф" Владимира Скачко о том, что Украине, РФ и всем странам СНГ необходимо выработать общую стратегию в условиях начинающейся новой "холодной войны", Кучма отметил, что, действительно, ситуация в мире тревожная и в этих условиях Украине не стоит поворачиваться спиной к России.

"Главная война сегодня идет за ресурсы. И Ливия, и Иран, и Ирак... Под красивыми лозунгами борьбы за демократию преследуется главная цель - добиться дешевых энергоресурсов, - сказал он. - Нам, конечно, поворачиваться спиной к России, как мы это делали в определенный период своей истории маленький (когда президентом был Виктор Ющенко), это абсолютно неприемлемо. Мы за эти годы потеряли самое главное, то, что ценится - это доверие друг к другу. Когда нет доверия - нет завтрашнего дня".

Чего ждать от Европы

Участники заседания дискутировали не только о будущем (или же отсутствием будущего) СНГ, но, например, об опыте грузинских реформ и о перспективах ЕС - тем более что в составе Клуба главных редакторов есть представители входящих в это объединение стран. В частности, представитель Латвии и руководитель Балтийского форума Александр Васильевс сообщил, что не все так просто в ЕС оказалось для его страны. Об этом, по его словам, свидетельствуют данные последней переписи населения.

"За последние 11 лет население страны сократилось на 13%, детей до 14 лет - на 32%. В некоторых регионах число людей сократилось на 36%... И при этом в последние два-три года на 5-6% растет ВВП. Идет разговор о том, для кого мы это делаем, для экономистов или для людей?" - сказал эксперт, добавив, что, по самым скромным оценкам, из Латвии на заработки в другие страны ЕС уехали 250 тысяч человек.

Он отметил, что в настоящее время в Латвии "растет евроскептицизм", но, с другой стороны, все видят, что Россия снова начинает "собирать имперские камни", и опасаются, что вовлечение в орбиту влияния РФ может быть "добровольным, но обязательным". И поэтому многие в Латвии внимательно смотрят на Украину - ей сейчас надо определяться, как она это сделает?

Кучма на это ответил, что знает о ситуации в Латвии и прекрасно понимает, почему у многих там есть "тоска по Советскому Союзу" - ведь тогда у Латвии была своя промышленность, свой аграрный комплекс. Оказалось, что ЕС все этого не нужно - потому-то молодежь и вынуждена уезжать.

Что до выбора, который должен сделать Киев, то экс-президент считает, что Украине не надо спешить ни в ЕС, ни в Таможенный союз.

"Не надо нам бежать в ЕС, давайте мы стандарты европейские создавать для себя здесь. Потому что если мы сегодня, допустим, становимся членами ЕС, это просто мы уже голые и открытые, - сказал он. - Наши остатки высокотехнологических отраслей уйдут в небытие, как не стало в Латвии вот этих предприятий".

Кстати, вечером того же дня Леонид Кучма рассказал гостям приема, устроенного посольством РФ в Украине по случаю Дня дипломата и 20-летия установления дипломатических отношений между Украиной и Россией, о своем участии в заседании Клуба главных редакторов и подчеркнул, что если несколько лет назад в Балтии говорили о ЕС "только в восторженных тонах", то теперь, получив опыт пребывания там, стали в оценках "более осторожны".

Впрочем, по его словам, Украине не надо торопиться и с присоединением к Таможенному союзу, поскольку "и сами участники пока еще не видят, что они имеют".

Главные редакторы изданий и агентств СНГ, Грузии и Балтии в ходе встречи поделились своими мнениями о ситуации в СНГ и в своих странах. Так, главный редактор ИА "Грузия-Online" Гоча Гварамия рассказал об опыте грузинских реформ и о впечатляющих успехах в борьбе с коррупцией, генеральный директор ИА БелТА (Беларусь) Дмитрий Жук поведал о том, что российской бюрократии удается тормозить некоторые экономические процессы и после начала работы Таможенного союза, а главный редактор газеты "Независимая Молдова" Юрий Тищенко рассказал о перипетиях, связанных с выборами президента Молдовы.

Кучма в связи с этим отметил, что украинским политикам следует изучать опыт других постсоветских государств, что позволит избежать многих ошибок. В частности, по его словам, нельзя в ходе конституционной реформы допустить таких изменений в Основном законе, которые позволили бы избирать президента Украины не всенародным голосованием, а в парламенте - по мнению экс-президента, в таком случае избрать главу державы в Украине будет ничуть не легче, чем в Молдове.

Без участия международного сообщества урегулирование внутри Сирии невозможно, заявил, отвечая на вопрос РИА Новости, глава МИД РФ Сергей Лавров.

"Международное сообщество приложило немало усилий к тому, чтобы науськивать (сирийскую) оппозицию не идти ни на какие разговоры с властями", - сказал он.

В Сирии уже десять месяцев не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Сирии, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай ранее заблокировали принятие в Совете безопасности ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают сирийские резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором осуществляется внешнее силовое вмешательство.

"Поэтому, если мы все говорим "только национальный диалог", то международное сообщество, вернее, та его часть, которая этим занимается, должна сказать оппозиции о необходимости сесть за стол переговоров", - подчеркнул министр.

По мнению главы МИД РФ, в Сирии складывается сложная ситуация, так как оппозиция в стране, которая до недавнего времени была готова к диалогу с вице-президентом Фаруком Шара не хочет договариваться с ним.

"Получается, что выдвигаются какие-то предложения, мы (Россия) уговариваем Дамаск на них согласиться, и как только Дамаск на них соглашается - тут же поступает ответ, что это не годится", - отметил российский министр.

"Я не могу избавиться от ощущения, что идет процесс накапливания компромата, который потом будет использоваться для оправдания чего-то подобного Ливии", - сказал Лавров.

По словам главы российской дипломатии в Москве "отнюдь не радуются тому, что продолжается насилие (в Сирии), мы его осуждаем и хотим его прекращения".

Первой задачей, по словам Лаврова, является нахождение механизма обуздания насилия. "Здесь главное понять, кто руководит боевиками, воюющими против правительства", - сказал министр.

"Вторая задача - это понять, что национальный диалог, если уж все согласны, должен быть всеохватывающим сирийским диалогом", - продолжил он.

"Давайте поймем, почему некоторые наши партнеры говорят, что в этом диалоге правительство участвовать не будет", - добавил Лавров.

"Либо диалог инклюзивный, либо без правительства Сирии - это вещи взаимоисключающие", - указал министр.

Вместе с тем, он отметил, что идея создать группу друзей в Сирии, "в которую пригласить оппозицию и не пригласить режим - это однозначно приглашение к тому, чтобы так называемое "мировое сообщество" стало на одну сторону во внутреннем конфликте".

Таким образом, отметил министр, перед нами стоят две проблемы - "найти, как обуздать незаконное формирование, чтобы было кому, наряду с сирийским режимом, адресовать требования, и второе - все-таки договориться, что диалог должен стать инклюзивным".

"Для этого нужно перестать изолировать режим (Башара Асада) и вовлечь его в переговоры", - добавил Лавров.

Говоря о возможности отправки в Сирию миротворцев, министр указал, что такое возможно только с согласия сирийского руководства

"Миротворцы направляют согласия принимающей стороны, необходимо участие всех, кто в этом задействован", - сказал Лавров.

При этом он добавил, что "нам говорят, что в боевых действиях принимают участие самодеятельные группы вооруженных людей".

"Поэтому, нужно сначала понять каков механизм, который позволит реально прекратить боевые действия", - указал министр.

"Что касается правительства Сирии, то ясно с кем разговаривать, с кем разговаривать по ту сторону баррикад - надо понять, мы пытаемся это выяснить и понять, - имеет ли сирийская оппозиция влияние на эти вооруженные структуры", - отметил Лавров.

Президент США Барак Обама в совместной с вице-президентом КНР Си Цзиньпином беседе с журналистами перед началом двусторонних переговоров не затронул главный пункт нынешних разногласий между странами - вето, наложенное Китаем на резолюцию Совета безопасности ООН по Сирии.

Второй страной, наложившей вето на документ, была Россия.

Обама ограничился традиционными темами американо-китайских переговоров, такими как ситуация с правами человека в КНР, экономическая ситуация в мире, сотрудничество в решении иранской и северокорейской ядерных проблем.

Американский лидер отметил, что сотрудничество двух держав во многом позволило стабилизировать ситуацию в мире.

"В том числе это касается нашей совместной работы по решению наиболее острых региональных проблем, например, проблем Корейского полуострова и Ирана, которые, разумеется, затрагивают всех", - сказал он.

Говоря об экономике, Обама выразил надежду на то, что торговый оборот не только между США и Китаем, но и во всем мире станет более сбалансированным. По мнению президента США, это необходимо для поддержания мировой экономической стабильности.

"Что касается критически важных проблем вроде ситуации с правами человека, мы продолжим говорить, что верим в важность уважения прав и чаяний всех людей", - отметил Обама.

США неоднократно обращали внимание на нарушения прав человека в Китае и, в первую очередь, прав тибетцев.

Си Цзиньпин, в свою очередь, поблагодарил Обаму за гостеприимство и выразил уверенность в том, что дружба между двумя народами станет крепче.

Между тем, по словам различных сотрудников Белого дома, острые темы, и в первую очередь, Сирия, останутся в центре внимания двух лидеров во время переговоров. Совместной пресс-конференции по итогам переговоров, однако, в графике Обамы не значится.

В Сирии уже почти год не прекращаются антиправительственные выступления, которые переросли в вооруженный конфликт. Практически ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв в стране превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях было убито более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, против которых действуют вооруженные боевики.

Россия и Китай 4 февраля заблокировали принятие в Совете Безопасности резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают "сирийские" резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором может осуществляться внешнее силовое вмешательство. Мария Табак.

Сейф аль-Ислам унаследовал от отца тюрьму

Сына Муаммара Каддафи начнут судить в течение двух месяцев

Игорь Крючков

Суд над сыном свергнутого ливийского диктатора Муаммара Каддафи Сейфом аль-Исламом пройдет в Триполи и начнется «не позже чем через пару месяцев», заявил председатель Переходного национального совета Ливии (ПНС) Мустафа Абдель Джалиль. Процесс начнут, когда в столице Ливии достроят тюрьму, в которой и будут содержать высокопоставленного узника, строительство этой тюрьмы начал в свое время еще Муаммар Каддафи.

«В данный момент Сейфа аль-Ислама допрашивают», — заявил Джалиль агентству Reuters в минувшее воскресенье.

В прошлом ноябре Сейф аль-Ислам, последний наследник клана Каддафи, который оставался на территории Ливии и на свободе, был пойман повстанцами недалеко от города Зинтана. С тех пор власти Зинтана — по сути, местные боевые группировки — содержали Сейфа аль-Ислама в секретном месте. До сих пор они объясняли свое нежелание выдавать Сейфа аль-Ислама центральным властям тем, что в столице, где многочисленные боевые группировки продолжают делить власть, политика может постичь участь его отца. Когда тюрьма будет готова, зинтанским властям придется или выдать заключенного, или найти новую отговорку.

Международный уголовный суд (МУС) еще в июне признал Муаммара Каддафи, Сейфа аль-Ислама и главу ливийской разведки Абдуллу аль-Санусси в преступлениях против ливийского народа. По мнению суда, трое ливийских политиков были причастны к целенаправленному уничтожению мирного населения Ливии. Глава МУС Луис Морено-Окампо не раз требовал от ПНС выдать Сейфа аль-Ислама в Гаагу, чтобы он предстал перед международным правосудием. Однако Триполи отвечал отказом, подчеркивая, что Каддафи-младший должен ответить за свои преступления перед ливийским народом на родине.

При прежнем режиме Сейфа аль-Ислама, второго по старшинству сына Муаммара Каддафи, прочили в наследники диктатора. Получивший высшее образование в Великобритании, обладающий европейскими манерами и мягким обхождением, Сейф аль-Ислам был главным «публичным лицом» Ливийской джамахирии на международной политической арене.

Впрочем, между отцом и сыном были явные разногласия относительно стиля управления. Именно от Сейфа аль-Ислама в последние годы режима Каддафи исходили инициативы по ограничению преследования оппозиции спецслужбами и реабилитации семей, которые пострадали от этих гонений.

Тем временем ПНС пытается вернуть на родину и начать судебный процесс против другого члена семьи Каддафи — Саади. Бывшему футболисту и командиру войск специального назначения Ливии удалось бежать в Нигер от сил повстанцев в прошлом сентябре. Из иммиграции Саади Каддафи продолжил выступать с пламенными речами, призывающими к свержению революционных властей, а также утверждал местным СМИ, что он находится в постоянном контакте с ливийцами, лояльными Каддафи, и предрекал скорое восстание против ПНС.

На требования Триполи выдать Саади Каддафи власти Нигера отвечают отказом, так как на родине его могут казнить.

Тем временем против рядовых участников гражданской войны в Ливии, сражавшихся на стороне Каддафи, уже начались судебные слушания в военных трибуналах. Об этом американскому телеканалу CNN сообщил представитель ПНС Мухаммед аль-Сайях. По его данным, судебные разбирательства над боевиками-каддафистами начались 12 февраля в Бенгази. В других городах военные трибуналы заработают позже.

Аль-Сайях не мог назвать имен подсудимых, однако добавил, что среди них «есть даже гражданские, которые воевали за Каддафи». По сведениям международной организации Human Rights Watch, после прихода к власти сил ПНС несправедливо заточенные в тюрьмы при режиме Каддафи были освобождены. Однако их место заняли другие несправедливо осужденные — на этот раз сторонники Каддафи. По данным правозащитной организации, многих ливийцев бросают в тюрьмы без доказательной базы, в том числе женщин и детей, а также подвергают их пыткам.

Возведенная в степень готовность России к схватке с Америкой за Сирию

Информация о том, что США и их союзники рассматривают военные варианты действий для помощи повстанцам, выступающим против Асада, с тревогой воспринимается на различных уровнях. И не в последнюю очередь из-за того, что Запад может оказаться втянут в прямую конфронтацию с Россией.

Как я уже говорил раньше, мне кажется, что Западу - включая Великобританию – сейчас, прежде чем он окажется слишком сильно вовлечённым в сирийский кризис, нужно действовать более осмотрительно. Как и с ливийской ситуацией в прошлом году, у нас по-прежнему нет четкого представления о том, кто такие повстанцы или какой может быть их конечная цель.

Хомс, центр восстания против Асада, является известным центром исламских экстремистов, и если итогом западного вмешательства станет замена режима Асада на исламскую диктатуру в иранском стиле, то тогда окажется, что мы забили гол в собственные ворота.

Еще более сильную озабоченность вызывает вероятность того, что США могут оказаться вовлечёнными в прямое военное столкновение с Россией из-за будущей судьбы Сирии. Мы уже побывали в подобной ситуации в 1980-е, когда в разгар "холодной войны" Москва и Вашингтон вели необъявленную войну из-за судьбы соседнего с Сирией Ливана.

И хотя президент США Рональд Рейган разместил тысячи американских морских пехотинцев в Бейруте, американцы, в конечном итоге, были вынуждены уйти оттуда. Во время этого конфликта Россия поддерживала сирийцев, которые в свою очередь использовали проиранские формирования "Хезболла", для осуществления серии террористических атак против американцев, что и заставило их вывести свои войска из Ливана.

"Холодная война", возможно, и стала уже страницей в учебниках истории, но похожее столкновение легко может возникнуть, если Вашингтон решится на свое военное присутствие в Сирии для защиты повстанцев.

Визит на этой неделе российского министра иностранных дел Сергея Лаврова в Дамаск подчеркнул важность Сирии для Москвы. Сирийский порт в Тартусе является единственной российской военной базой за пределами бывшего Советского Союза, и в момент, когда Запад укрепляет свои связи в арабском мире, русские рассматривают Сирию как жизненно важный стратегический актив. Поэтому любая попытка западных держав вмешаться во внутренние дела Сирии наверняка вызовет жёсткую реакцию Москвы.

Одной из причин того, что ливанская гражданская война затянулась на пятнадцать лет, было то, что конфликт превратился в борьбу за сферы влияния между Вашингтоном и Москвой. Я опасаюсь, что похожая судьба может вскоре постигнуть и Сирию.

Кон Коухлин (Лондон, Великобритания)

эксперт по Ближнему Востоку

Оригинал: "Russia is squaring up for a fight with America over Syria"

перевод – Иран.Ру

Лига арабских государств (ЛАГ) прекратила деятельность арабской миссии наблюдателей в Сирии и призывала направить в эту страну совместные с ООН силы по поддержанию мира.

Эти решения приняты в воскресенье в Каире по итогам очередного заседания совета министров иностранных дел ЛАГ, которое завершилось поздно вечером.

В итоговом заявлении ЛАГ "призывает Совет безопасности ООН принять резолюцию по формированию совместных миротворческих сил ООН и арабских стран для контроля прекращения огня в Сирии".

Кроме того, арабские министры поручили своим представителям в ООН "в кратчайшие сроки подготовить проект резолюции для Генеральной Ассамблеи ООН, который отражал бы арабскую инициативу и другие решения ЛАГ по этому вопросу".

ЛАГ также призывает членов организации прекратить какие-либо контакты с официальным Дамаском и ужесточить экономические санкции.

При этом панарабская организация намерена оказать "материальную и политическую" помощь сирийской оппозиции, выступающей за свержение действующего президента Сирии Башара Асада. "Необходимо использовать все возможные каналы для налаживания связей с сирийской оппозицией, оказать ей политическую и материальную поддержку, приложить усилия для объединения всех оппозиционных сил в Сирии", - говорится в документе ЛАГ.

Арабские министры также поддержали предложение Туниса провести 24 февраля на своей территории конференцию "друзей Сирии", направленную на поиски путей урегулирования конфликта в этой стране. Примечательно, что Тунис выдворил сирийского посла из страны, поэтому, судя по всему, встреча "друзей Сирии" пройдет без представителей официального Дамаска.

Другим требование ЛАГ стало предоставление возможности гуманитарным организациям доставлять помощь сирийцам, пострадавшим в результате боевых действий. В том случае, если на пути оказания гуманитарной помощи возникнут препятствия, ЛАГ обратится в СБ ООН, чтобы Совет "взял на себя ответственность".

ЛАГ также призывает Организацию Исламская конференция поддержать усилия по урегулированию в Сирии.

Таким образом, арабские страны фактически отказались от решения сирийской проблемы в рамках Лиги арабских государств, открывая дорогу возможному вмешательству извне.

Такое решение ЛАГ объясняет продолжением насилия в Сирии, ответственность за которое возлагается на правительственные силы. Арабские министры также выразили "глубокое разочарование позицией России и Китая", которые применили право вето против резолюции СБ ООН по Сирии.

Только две арабские страны - Алжир и Ливан - не поддержали инициативу по направлению совестной миссии миротворцев ООН и ЛАГ в Сирию.

Соседний с Сирией Ливан выступает против вмешательства во внутренние дела Сирии. Алжир также поддерживает решение внутрисирийского конфликта в рамках ЛАГ, так как вовлечение иностранных сил может привести к повторению "ливийского сценария".

Примечательно, что ровно 11 месяцев назад ЛАГ обратилась в ООН с призывом закрыть воздушное пространство над Ливией, чтобы помешать силам бывшего лидера страны Муамара Каддафи наносить авиаудары по позициям повстанцев на востоке Ливии. Позже этот призыв ЛАГ послужил предлогом для прямого военного вмешательства сил НАТО во внутриливйский конфликт.

Сирия уже отвергла решения ЛАГ, предположив, что за ними стоят правительства двух стран - Катара и Саудовской Аравии, с которыми у Дамаска в последнее время крайне напряженные отношения. По словам постпреда Сирии при ЛАГ Юсефа Ахмеда, эти две богатые нефтью и газом страны "узурпировали общеарабскую деятельность, решения ЛАГ, искажая волю арабских стран". Он также обвинил Саудовскую Аравию и Катар в срыве политического урегулирования в Сирии и в финансировании незаконных вооруженных формирований под видом оказания гуманитарной помощи.

Одиннадцать месяцев внутреннего конфликта в Сирии унесли жизни нескольких тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с оппозицией были убиты более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

После приостановления работы миссии наблюдателей ЛАГ предложила Сирии план по урегулированию кризиса, в котором предусматривается вывод войск из очагов сопротивления властям, передача руководства в руки вице-президенту, проведение выборов с иностранными наблюдателями. Дамаск отверг этот план, посчитав его вмешательством во внутренние дела. Ранее власти Сирии обещали урегулировать кризис путем последовательных реформ, включающих принятие новой конституции, проведения парламентских, а затем и президентских выборов.

Пытаясь надавить на сирийский правящий режим, США, страны Евросоюза и ЛАГ ввели против Сирии экономические санкции. ЛАГ приостановила членство Сирии в организации. Надим Зуауи.

В прошедшее воскресенье, 12 февраля, в Туркменистане прошли выборы президента, в которых приняло участие почти 97% избирателей. Примерно столько же процентов голосов получил, по предварительным данным, действующий президент Гурбангулы Бердымухамедов. Семь остальных кандидатов в основном соревновались в славословиях мудрой политике Аркадага (Покровителя). Именно этим пышным титулом называют в Туркмении Бердымухамедова. Напомню, что его предшественника Сапармурата Ниязова именовали Туркменбаши (Отец туркмен).

Туркменистан - не оазис спокойствия

Туркменская "оттепель" оказалась недолгой. За первые пять лет своего президентства Гурбангулы Бердымухамедов отказался лишь от наиболее гротескных черт прежнего режима. Вопреки обещаниям либерализации, на деле произошло усиление авторитаризма и репрессивной политики.

Политическая система Туркменистана относительно устойчива, однако попытка сделать ее более открытой опасна для режима, так как способна спровоцировать межклановый и межплеменной конфликт, в котором растущее социальное недовольство послужит питательной средой.

Собственно, и сейчас Туркменистан не является оазисом спокойствия в Центральной Азии. В течение 2011 года на ряде предприятий нефтегазового комплекса в связи с невыплатами зарплаты прошли массовые забастовки.

Однако наиболее массовое проявление недовольства вызвало поведение властей прошлым летом во время серии взрывов на военных складах боеприпасов вблизи Ашхабада. В результате ЧП, по некоторым данным, погибло более 100 человек. Официальный Ашхабад придерживался политики замалчивания информации. Жителям города запрещали общаться с родственниками за границей. На ключевые слова, связанные с трагедией, глушились телефонные разговоры.

Социальная напряженность растет также в связи с высоким уровнем безработицы среди молодежи. К слову, именно наличие большого количества молодых безработных стало одним из факторов протестных движений в арабских странах. Стоит учитывать и то, что в условиях высокой безработицы существующий визовый режим с Россией не позволяет Туркменистану экспортировать "излишки" экономически активной части населения.

К тому же в стране очень велик потенциал межплеменного конфликта, даже по сравнению с периодом правления Ниязова. По мнению ряда экспертов, именно потенциальные племенные трения могут привести страну к "арабскому", либо "ливийскому" сценарию.

Амбициозные планы без подкрепления

Туркменистан из-за ограниченности экспортных маршрутов газа и нежелания основных покупателей платить ему "среднеевропейскую" цену за топливо испытывает нехватку средств, что ставит под сомнение реализацию амбициозных инвестиционных проектов.

Несмотря на наличие энергоресурсов, туркменские власти столкнулись с дефицитом финансов. Из-за нестабильности в Афганистане под вопросом развитие трубопровода ТАПИ. Позиция России и Ирана блокирует реализацию Транскаспийского трубопровода по дну Каспия. Не удается использовать Иран как экспортную площадку из-за международных санкций. Китайцы дают низкую цену, а "Газпром", вынужденный в 2009 году заключить невыгодный по цене договор, выбирает минимальные объемы газа (до 10 млрд кубов при оговоренных объемах в 30 млрд кубометров).

По заявлению посла Туркменистана в России Халназара Агаханова, которое он сделал на круглом столе в РИА Новости, в стране сегодня излишки товарного газа в объеме 50 млрд кубометров.

Туркмения сохранит прагматизм в вопросах энергетики. Читать на сайте InoСМИ>>

В таких условиях руководство Туркменистана нашло простой выход, практикуя отказ от оплаты контрактов. В прошлом году произошел целый ряд скандалов с турецкими строительными компаниями, с которыми не расплатились. В конфликт вмешался лично президент Турции Абдулла Гюль.

В то же время история с российской компанией МТС имела более печальный итог - этот оператор связи в Туркменистане ликвидирован. И хотя прекращение работы МТС спровоцировало серьезное недовольство людей, и на начало 2012 года без связи остаются, по некоторым данным, более 1 млн человек, этот конфликт по-прежнему не разрешен. Российский бизнес здесь недостаточно защищен.

Не каждый сможет долететь до Москвы

Точное число проживающих в Туркмении русских неизвестно, но не превышает 50-60 тыс человек. По этому показателю Туркменистан занимает в Центральной Азии второе с конца место после Таджикистана, где, по последним данным, осталось не более 30 тыс русскоязычного населения.

С 2013 года в Туркменистане вводятся новые зарубежные паспорта, получить которые лица, сохраняющие российские паспорта, не смогут. В кассах туркменских авиалиний уже появились объявления, что с июля 2013 года билеты на международные рейсы будут продаваться только при предоставлении зарубежного паспорта нового образца.

На практике подобные меры властей означают, что обладатели российского и старого туркменского паспортов, желающие купить в билеты в Москву, не смогут вылететь из страны. Студенты, выезжающие на учебу в зарубежные вузы, могут быть остановлены на границе, где им объявят о запрете на выезд.

Лицам с двойным гражданством трудно будет рассчитывать на паспорт нового образца. При подаче заявки на новый паспорт от них требуют подписать документы об отказе от российского гражданства.

Российская дипломатия могла бы более жестко защищать интересы своих граждан в Туркменистане - внешнеполитическая конъюнктура для этого благоприятна. На самом деле поддержка России нужна сегодня Туркменистану как никогда.

Кому выгодно давить на Ашхабад

Несмотря на диверсификацию газовых поставок, у Ашхабада выбор не столь широк - в условиях ограниченных возможностей сбыта газа было бы предусмотрительнее снять напряженность в отношениях с Москвой и наладить отношения с традиционным партнером - "Газпромом", который в состоянии увеличить закупки газа уже в этом году.

Делая ставку на Китай как ключевого покупателя сырья, Туркменистан попадает в новую зависимость. Прокитайская политика несет риск снижения доходов от продажи газа, а также новые политические риски в отношениях с США.

Туркменистан особенно уязвим в случае возможной дестабилизации в Афганистане и военной кампании против Ирана. С возникновением "дуги нестабильности" в Центральной Азии обострятся противоречия между участниками новой "Большой игры".

У Запада расширятся возможности для давления на Ашхабад, а также поддержки сторон в латентном внутриэлитном или межплеменном противостоянии в этой стране. В дальнейшем такая поддержка может перерасти и в открытое вмешательство.

Именно таким образом проходила смена власти в Ливии - государстве, весьма схожем с Туркменистаном по обеспеченности ресурсами, политической и экономической системам.

Евгений Минченко, директор Международного института политической конъюнктуры.

У Сирии появилась «группа друзей»

Новый план урегулирования конфликта напоминает ливийский сценарий

Елена Супонина

Новый план урегулирования конфликта в Сирии будет представлен сегодня на чрезвычайном заседании Генеральной Ассамблеи ООН. Вчера до ночи его утверждали министры иностранных дел более двадцати арабских государств на консультациях в Каире.

Из утечек в прессу следует, что посредники пока опасаются вводить иностранные войска в Сирию и все еще надеются на миссию находящихся там наблюдателей. Их количество хотят увеличить, а статус поменять — это должны быть уже не только арабские инспекторы, но и их коллеги из ООН. Прежний руководитель миссии — суданский генерал Мухаммад ад-Даби позавчера подал в отставку, на его место прочат бывшего главу МИД Иордании Абдель-Иляга аль-Хатыба.

Нельзя исключать, что в Сирии все-таки будет реализован ливийский сценарий. Сейчас по ливийскому образцу создается «группа друзей Сирии» для помощи оппозиции. Группа из почти 50 государств соберется на свою первую встречу 24 февраля в Тунисе и, по данным «Московских новостей», признает своим законным партнером оппозиционный Сирийский национальный совет. Россия, как и в случае с Ливией, подвергнет это критике.

На заседании Генассамблеи в Нью-Йорке будет также заслушан доклад верховного комиссара ООН по правам человека Нави Пиллай. Ее выводы неутешительны — число жертв конфликта в Сирии, длящегося уже 11 месяцев, приближается к шести тысячам человек. Ожидается, что докладчица попросит передать сирийское досье на рассмотрение Международного уголовного суда, поскольку многие правозащитники трактуют происходящее в Сирии как преступление против человечности.

Представителям 193 стран, входящих в Генассамблею ООН, возможно, будет предложена для голосования резолюция по Сирии. Этим планам сопротивляются Россия и Китай, которые дважды за менее чем полгода накладывали вето на резолюции по Сирии в Совбезе ООН (5 октября 2011-го и 4 февраля этого года). Как пояснил замминистра иностранных дел России Геннадий Гатилов, «эти документы были несбалансированными», однако теперь такой же текст хотят поставить на голосование в Генассамблее.

В Москве не согласны с тем, что в гражданской войне в Сирии виновато только правительство, и возлагают ответственность также на оппозицию. В Генассамблее, однако, в отличие от Совбеза, решения принимаются простым голосованием, ни у одной страны там нет права вето. Судя по царящим в ООН настроениям, Россия и Китай могут опять оказаться в меньшинстве.

Люди в Сирии гибнут как от пуль группировок оппозиции, так и от действий армии и спецслужб. В последние недели режим Башара Асада все чаще применяет танки и артиллерию для обстрела мятежных районов, в том числе жилых кварталов. Это происходит, к примеру, в городе Хомс на севере от столицы Дамаска.

Война пришла и в доселе спокойный город Алеппо (известен также как Халеб), находящийся еще севернее — ближе к границе с Турцией. Там вчера хоронили жертв жестокого теракта. В пятницу возле зданий, где размещены службы безопасности и военной разведки, взорвались заминированные автомобили. Погибло 28 человек, около 200 было ранено. Среди пострадавших были случайные прохожие, в том числе дети. МИД России призвал «все группы сирийской оппозиции в стране и за ее пределами отмежеваться от тех, кто стоит за этими терактами».

Похожие теракты были ранее в Дамаске, и они напоминают почерк «Аль-Каиды». Ее скрывающийся лидер египтянин Айман аз-Завахири вчера в видеообращении призвал единомышленников добиться свержения президента Асада, но при этом «не полагаться на помощь Запада, Турции или арабских стран». Замминистра внутренних дел Ирака Аднан аль-Асади сообщил, что «в Сирию проникло большое количество исламских радикалов», некоторые из них могут быть связаны с «Аль-Каидой».

Становится все неспокойнее и в соседнем с Сирией Ливане, где регулярно происходят стычки между сторонниками и противниками сирийского режима. Ливанская армия усилила свое присутствие в приграничной зоне. Информационные агентства сообщают, что сирийские войска устанавливают возле границы минные поля, чтобы помешать оттоку беженцев и притоку боевиков.

Конфликт в Сирии грозит дестабилизировать и расколоть весь Ближний Восток. Побывавший на днях в Москве руководитель Центра мониторинга прав человека Бахрейна Хасан Шафаи сказал «МН», что в его стране есть как сторонники, так и противники сирийских властей: «События в Сирии раскололи общественное мнение Бахрейна. Но в одном все арабы едины — это трагедия с большим количеством человеческих жертв, и это наша общая боль».

В пятницу Госдума с подачи «Единой России» единогласно приняла заявление «О ситуации в Сирии», в котором поддержала политику Москвы на Ближнем Востоке. Некоторые российские политики смотрят на гражданскую войну в Сирии как на звено в противостоянии с Западом, будто холодная война не закончилась вовсе. «США — наш главный враг, который готовит войну против нас, — заявил кандидат в президенты от ЛДПР Владимир Жириновский. — Падет Сирия — следующим будет Иран, после этого Южный Кавказ дестабилизируется, затем Северный Кавказ». У кандидата от коммунистов Геннадия Зюганова — похожая точка зрения.

Граждане России не пострадали в ходе совершенного в пятницу двойного теракта в сирийском Алеппо, генконсульство РФ в городе взято под усиленную охрану, сообщил МИД РФ.

Два заминированных автомобиля с террористами-смертниками за рулем взорвались в пятницу утром возле штаб-квартиры военной разведки и отделения сил безопасности. Согласно последним данным министерства здравоохранения Сирии, число жертв составило 28 человек, еще 235 ранены.

"По сведениям Генерального консульства Российской Федерации в Алеппо, среди российских граждан пострадавших нет. В настоящее время обстановка в городе нормализована. Генконсульство России взято под усиленную охрану", - говорится в сообщении МИД.

Как отмечается в сообщении, Россия последовательно и решительно осуждает терроризм во всех его формах и проявлениях. "Использование подобных методов ничем не может быть оправдано. Организаторы и исполнители этих терактов должны быть найдены и обезврежены", - отмечают в МИД.

При этом в министерстве подтверждают позицию России в пользу необходимости скорейшего прекращения любого насилия в Сирии и решения острых вопросов национальной повестки дня путем всеобъемлющего межсирийского диалога без предварительных условий между властями и оппозицией.

"Призываем все группы сирийской оппозиции в стране и за ее пределами отмежеваться от тех, кто чинит насилие и террор на сирийской земле", - сообщили в МИД.

Ранее в пятницу генеральный консул РФ в Алеппо Рашид Садиков сообщил РИА Новости по телефону, что среди работающих в Алеппо российских граждан жертв нет, "приняты дополнительные меры для охраны Генконсульства РФ".

В Сирии уже около года не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Сирии, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

В минувшую субботу, 4 февраля, Россия и Китай заблокировали принятие в Совете Безопасности ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают "сирийские" резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором может осуществляться внешнее силовое вмешательство.

Незадолго до трагических событий в Сирии англиканский пастор Пейджет отправился в Хомс, Алеппо и Дамаск, чтобы изучить там положение христианских общин. Он общался с людьми самого разного социального положения и вероисповедания. "Всюду в этих местах, - напишет он по следам свежих впечатлений, - Башара Асада рассматривали как "правильную" или единственную личность, способную осуществить постепенные реформы, или - в худшем случае - как наиболее предпочтительную из кандидатур, которые могли бы гарантировать социальную стабильность и свободу вероисповеданий... Неужели мы ничему не научились из нашего предыдущего опыта вмешательства в дела Ближнего Востока?" - восклицает пастор.

Нельзя сказать, что "истерика" Запада по поводу вето России и Китая на антисирийскую резолюцию в Совете Безопасности свидетельствует о том, будто там напрочь отказываются понимать логику действий Москвы и Пекина. Если это и "истерика", то вполне контролируемая и управляемая.

Неготовность оппозиции выдвинуть мало-мальски внятную программу гражданского строительства, кроме лозунга "Долой Асада!", очевидна для Вашингтона и его союзников. У сирийской оппозиции нет сегодня лидера, готового предложить приемлемую для Запада и объединяющую ее платформу. "В некоторых случаях они ненавидят друг друга больше, чем режим", - говорит эксперт Общества Генри Джексона.

Костяк оппозиции в Ливии составили бывшие военные и чиновники, бежавшие из правительства Каддафи. Напротив, сирийская элита достаточно монолитна и лояльна своему президенту. Она состоит из членов алавитской общины, которая рассматривается остальной страной как секта, поэтому ее члены не могут "раствориться" среди остального населения, и, как следствие, у них нет ни политической, ни экономической альтернативы верности Асаду.

Оппозицию в Бенгази возглавляли опытные ливийские генералы и даже бывшие министры, сумевшие сплотить недовольных режимом Каддафи. Сирийскую оппозицию раздирают бесконечные диспуты между левацкими группировками и сторонниками панарабского исламизма, в частности организации "Братья-мусульмане".

В военном отношении сирийская армия сильнее, чем бывшая армия полковника Каддафи, и располагает гораздо более мощной системой ПВО. Но главное заключается в том, что у сирийской оппозиции нет своего укрепленного района на территории страны, который они могли бы контролировать и который мог бы обеспечить их тыл. Эту важнейшую роль в случае с ливийской оппозицией сыграл плацдарм в Бенгази.

Все эти факторы привели к тому, что на сегодняшний день в Сирии действуют несколько разрозненных, никем не объединенных групп вооруженной оппозиции. Можно сказать, что по части организации армия Махно была куда более дисциплинированной.

После известного решения Совета Безопасности возникает вопрос: что предпримут США и их союзники для консолидации, повышения духа и боеготовности так называемой Свободной сирийской армии? Одна тенденция, похоже, уже выявлена - это попытка вовлечь в конфликт страны региона: катарцев, саудитов, турок.

По некоторым данным, США и Турция обсуждают перспективу создания форпоста оппозиции на северо-западе Сирии, введя над ним бесполетный режим. Иными словами, речь идет о создании аналога ливийскому Бенгази, куда стекалась бы военная и финансовая помощь и, самое главное, могли бы просачиваться иностранные советники и специальные группы, которым сегодня доступ на территорию Сирии заказан.

Любое подключение стран региона к активному этапу борьбы с Асадом поставит дилемму перед Ираном о непосредственном вмешательстве в конфликт. В Иране официальные лица уже заявили о праве нанесения Тегераном превентивных ударов, имея в виду в первую очередь Израиль. Однако всем, и в первую очередь самим иранцам, понятно, что Сирия - это прелюдия к демонтажу Ирана, который в случае разгрома своего союзника вплотную приблизится к военной фазе противостояния, окруженный со всех сторон врагами.

Возможно, чтобы сковать Иран, против него будут предприняты действия других стран, ближайших и более дальних соседей по региону. Однако любые действия превентивного характера со стороны Ирана - ракетный удар по Израилю, военная помощь Сирии, блокирование Ормузского пролива - скорее всего, послужат поводом к началу масштабного военного конфликта. Здесь роли парадоксальным образом распределяются - если Вашингтон сегодня сдерживает Израиль, то Иран от поспешных действий может удержать только Москва.

Для США и их союзников главная цель, разумеется, не Сирия, а Иран, выход к рубежам Каспийского энергетического бассейна, к Средней Азии и Кавказу. Провал резолюции в Совете Безопасности если не срывает, то отдаляет достижение этой глобальной цели.

К тому же ситуация в Тунисе, Ливии и особенно последние события в Египте вызывают на Западе сомнения в обоснованности дальнейшего экспорта революций. "Одно дело сменить режим, но внутренний взрыв, который потрясет Сирию, может быть не меньшим злом", - пишет один из западных аналитиков.

Неслучайно достопочтенный пастор Пейджет напоминает своим соотечественникам арабскую пословицу: "Лучше сорок лет тирании, чем одна ночь анархии".Ситуация вокруг Ормузского пролива. Армен Оганесян.

Предвыборная президентская кампания в России проходит на фоне уличных выступлений. Могут ли протесты помочь в создании сильной демократии и правового государства? Ставят ли они новые проблемы и вызовы перед президентом, который после мартовских выборов возглавит страну? На эти темы размышляет Ричард Саква, профессор политологии (Россия и страны Европы) Кентского университета в Кентербери, научный сотрудник программы по изучению России и Евразии Королевского института международных отношений (Чатэм Хаус), Лондон, член МДК "Валдай".

- Чем, с вашей точки зрения, нынешние российские выборы отличаются от предыдущих?

- Очевидно, их отличает протестное движение как на улице, так и внутри политической элиты. Не забывайте, что с начала прошлого года начали появляться четкие признаки зарождающегося конфликта среди представителей политической элиты. И это не только Кудрин, а еще и Сергей Миронов, а до него - Лужков, который перед своим увольнением выступал с критикой властей. Так что ситуация в любом случае стала меняться, а начавшиеся после думских выборов протесты дали этим изменениям новый импульс. В общем, здесь два момента: внутренний раскол внутри самой системы власти плюс давление извне, что в итоге кардинально изменило ситуацию.

Путину предстоит борьба за свою политическую жизнь, ему придется гарантировать не просто честные и свободные выборы, а демонстративно честные и свободные выборы. Поэтому очевидно, что толчок к настоящей, если хотите, демократизации политической системы - это нечто совершенно новое по сравнению с регулируемыми и застойными процессами в 2007/2008 и 2003/2004 годах.

- Какие вызовы и проблемы стоят перед новым президентом России?

- Прежде всего, необходимо продолжение комплексной политической эволюции, чтобы построить систему социальной ответственности, укрепив правовые институты. Это самая главная задача. Все разговоры о модернизации вторичны по отношению к укреплению конституционности. А это независимые суды, свободные выборы, реформа Центральной избирательной комиссии, то есть политическая программа, которую частично озвучил Медведев в своем послании Федеральному собранию 22 декабря. Но это еще не все. Есть еще, разумеется, серьезные социальные и экономические вызовы.

Я думаю, что путинская тенденция к механистическому подходу уже больше не актуальна. Другими словами, необходим возврат к истинной политической конкуренции. А Путин сегодня является одним из самых эффективных политиков в России и, я думаю, сможет приспособиться к новым условиям. Он вынужден это сделать. В процессе демократизации всегда присутствует давление элиты и давление снизу.

Путин гораздо более гибкий, прагматичный, опытный и дееспособный политик, чем многим кажется. Это очень умный человек, который понимает, что ему придется приспосабливаться к новым условиям, хочет он того или нет.

- То есть вы не сомневаетесь, что выборы выиграет именно Путин?

- Ну, у меня всегда есть сомнения, но одержит он победу в первом туре или нет, это, конечно, одна из главных тем для обсуждения сегодня. Мы видели его программные заявления, мы видели документы на его сайте, а потом еще программные статьи. Статьи отражают глубокое понимание политических проблем, которые стоят перед Россией. Очевидно, что это никоим образом не полноценная политическая программа, однако эти статьи и заявления свидетельствуют о его потенциале как политика.

- Вы упомянули социальные проблемы, с которыми столкнется новый президент. О каких именно проблемах идет речь?

- Нужно будет создать в обществе условия для модернизации, которая должна начинаться со среднего класса. Это то, на чем я настаиваю много лет: не сверху и не снизу. Необходимо создать условия для капиталистического общества посередине, одновременно предоставляя социальную поддержку бедным и условия, отвечающие потребностям богатых, чтобы демократия не стала ни маргинальной, ни олигархической. Нужно построить демократию, которая отвечает потребностям масс, наиболее динамичных людей, одновременно поддерживая бедных.

- Председатель российского Конституционного суда Валерий Зорькин заявил не так давно, что оппозиция, вышедшая на митинги после выборов в Думу, присвоила себе право решать судьбу страны за народ, подрывает правовые основы России и может дойти до того, что призовет спецназ НАТО для учреждения "новой государственности" по образцу Ливии. Насколько реальным выглядит этот сценарий?

- У Зорькина, как вы знаете, очень образная манера выражаться. Но даже если протест проходит в рамках закона, это еще не повод для того, чтобы он был принят. В этом смысле он абсолютно прав, потому что антиконституционные требования улицы так же плохи, как антиконституционные действия властей. Я думаю, что не стоит романтизировать эти протесты, что любят делать либералы, полагая, что протесты есть законная форма власти. Это не так. Хотя они являются законной формой взаимодействия с властью. Это очень важное различие.

Что касается его слов о ливийском варианте интервенции, я понимаю, откуда они берутся, поскольку геополитическое давление извне никуда не делось. Как не исчезла и опасность внутреннего конфликта, как говорит Путин. При этом очевидно, что Путин и другие представители власти преувеличивают в собственных целях.

- Куда, по вашему мнению, приведут страну эти протесты?

- Я думаю, что если протесты продолжат быть мирными и будут проходить в рамках закона, это будет очень хороший знак, и это позволит укрепить правовое государство, то есть добиться честных и свободных выборов, свободных судов, прекращения давления на малый бизнес и так далее. Я не знаю, куда они приведут.

Я думаю, было бы здорово, если бы в избирательном бюллетене было имя Явлинского. По-моему, это невообразимо - собрать два миллиона подписей всего за несколько недель. Это безумие. Я допускаю, что это вполне законно при существующем избирательном законодательстве, однако его нужно менять.

Лично я согласен с Кудриным в том, что досрочные парламентские выборы через два или три года (при условии, что они будут проходить по закону), были бы хорошей возможностью учесть требования огромной массы граждански ответственных россиян, которые хотят иметь легитимный парламент, легитимные выборы и легитимную власть.

- Чем отличаются российские протесты от протестов на Ближнем Востоке и в Северной Африке?

- Россия - не авторитарная система. Я всегда настаивал на том, что Россия - слабая демократия с авторитарными элементами. Это не авторитаризм, полностью подрывающий основы демократии, так что отправные точки абсолютно разные. Египет, например, находился в состоянии чрезвычайного положения с 1967 года. Россия гораздо более свободная страна и всегда такой была. То, что сейчас необходимо - укрепление ее демократических принципов, а это вполне возможно в рамках существующего конституционного строя. Мой основной посыл такой: сколько революций вам нужно? 1917, 1991, 1993-й... Если будет новый политический строй, который начнет все заново, разрушит эти институты... Это безумие.

- Каким образом протесты могут помочь в построении сильной демократии и правового государства?

- Они должны поддерживать свою силу, поддерживать правовой порядок. Сила улицы важна, она заставляет власть делать то, чего ей не хотелось бы делать. Вместе с тем эта сила может быть очень опасной, если выйдет за границы законных требований.

В настоящий момент требования и претензии протестующих справедливы, однако, как вы знаете, всегда существует опасность выйти за границы. В новых условиях более легкой регистрации политических партий я бы хотел увидеть свободное развитие партийной системы, чтобы протестная энергия была направлена на ее строительство. И здесь свою роль должны сыграть Рыжков, Милов, Навальный и все остальные.

Нападение США на Иран будет самоубийственным для Америки, заявил в среду посол Ирана в Москве Махмуд Реза Саджади.

"Иран имеет очень хорошие возможности для нанесения ответных ударов США по всему миру. Сейчас Америка застряла в "болоте" Афганистане и Ирака. В то время как у них уже руки по локоть в крови ливийского народа, в то время как США переживают экономический кризис, нападение на Иран будет самоубийственно для них", - сказал посол на пресс-конференции, посвященной 33-й годовщине Исламской революции в своей стране.

В последнее время между Ираном и рядом стран Запада, включая США, обострилась ситуация на фоне разногласий по поводу иранской ядерной программы. Заместитель командующего Корпуса Стражей Исламской революции (КСИР) Хосейн Салами заявил, что Иран атакует любую страну, территория которой будет использована для военной агрессии против Тегерана.

Министры иностранных дел ЕС на встрече 23 января одобрили запрет на импорт иранской нефти, который вступит в силу с 1 июля. Новые санкции были введены в связи тем, что Иран, по мнению Евросоюза, по-прежнему не желает сотрудничать с международным сообществом по вопросам, связанным с развитием атомной программы. В ответ иранские власти пригрозили перекрыть Ормузский пролив - ключевой морской путь для транспортировки нефти из Персидского залива. США в свою очередь стянули в район Персидского залива авианосную группу.

Ряд экспертов не исключают, что конфликт с Ираном может перерасти в военное столкновение. Кроме США, в коалицию против Ирана могут войти Грузия, Турция, Израиль, а также монархии Персидского залива.

США и ряд других стран Запада обвиняют Иран в разработке ядерного оружия под прикрытием программы мирного атома. Тегеран все обвинения отвергает, заявляя, что его ядерная программа направлена исключительно на удовлетворение потребностей страны в электроэнергии.

Готов говорить со всеми

Президент Сирии Башар Асад заявляет о намерении идти на уступки оппозиции

Игорь Крючков, Мария Ефимова

В Москве уверены, что политическое разрешение сирийского кризиса все еще возможно. Глава российской дипломатии Сергей Лавров, совершивший вчера вместе с главой Службы внешней разведки визит в Дамаск, заявил, что президент Сирии Башар Асад готов к диалогу со всеми политическими силами внутри страны, а также вскоре объявит о сроках референдума по новой конституции страны. Насколько этот сигнал убедит другие стороны конфликта, пока неясно.

«Усилия по прекращению насилия должны сопровождаться завязыванием диалога между всеми политическими силами», — заявил вчера после переговоров с Башаром Асадом глава российского МИДа. По его словам, сирийское руководство попросило Москву посодействовать в налаживании диалога с сирийской оппозицией, которая до сих пор от переговоров отказывается. Однако представитель Сирийского национального совета Осама Монаджед поспешил заявить вчера, что их организация к переговорам под эгидой России не готова.

Вчера же страны Персидского залива, входящие в Совет сотрудничества арабских государств залива (Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия. — «МН»), заявили об отзыве своих послов из Дамаска. Ранее своих послов из Сирии отозвали Великобритания, Германия, Испания, Италия, США и Франция.

Дипломатический кризис вокруг Сирии обострился в минувшую субботу, когда Россия и Китай наложили вето на резолюцию в Совете Безопасности ООН, которая предполагала, в частности, передачу полномочий президента Асада одному из его заместителей. За это решение Москва подверглась серьезной критике со стороны западных и арабских стран.

По мнению руководителя Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Алексея Арбатова, своей жесткой позицией по Сирии российская дипломатия повышает свой международный статус. «Россия пошла на довольно жесткий шаг, заблокировав резолюцию Совбеза. В чем-то это ситуация напомнила времена холодной войны, когда СССР использовал свое право вето как политический инструмент, — рассказал эксперт. — И теперь Москве нужно доказать, что вето это было использовано не зря, что мира в Сирии можно достичь, не прибегая к экономическим санкциям и без помощи Совбеза ООН».

С другой стороны, заблокированная резолюция в Совбезе — это российский козырь на переговорах с сирийцами, считает Арбатов. «Москва тем самым показывает Дамаску: мы готовы защищать вас даже в условиях тяжелейшего международного давления. От режима Асада Россия ожидает в свою очередь реальных шагов навстречу повстанцам».

По мнению замдиректора Института актуальных международных проблем Дипломатической академии Ивана Сафранчука, настал момент, когда Асад должен показать готовность к компромиссу. «Россия заблокировала резолюцию Совбеза ООН как раз для того, чтобы доказать западным странам, что Дамаск готов к диалогу. И сейчас Асад продемонстрировал эту готовность, поскольку он прекрасно понимает, что у него уже не хватит сил подавить сопротивление антиправительственных сил», — заявил эксперт.

По мнению Сафранчука, этот шаг одновременно является посланием иностранным державам, которые выступают за свержение режима Асада и поддерживают повстанцев. «Дамаск при поддержке России демонстрирует: после уступок со стороны Асада эти страны должны повлиять на антиправительственные силы и подтолкнуть их к переговорам с центральными властями», — добавил эксперт.

Как заявила «МН» эксперт британского аналитического агентства Chatham House Алексис Кроу, на Западе понимают, что у России гораздо больше возможностей повлиять на развитие сирийского кризиса, чем у западных дипломатов. «Западные партнеры России понимают, что у нее особые отношения с режимом Асада и что это может быть ключом к прекращению насилия в Сирии, — считает Кроу. — Если российская инициатива провалится, у Запада также не останется никаких рычагов воздействия на режим Асада». По ее мнению, после крайне неоднозначной военной операции в Ливии у США и ЕС нет желания и возможностей повторять этот опыт.

Замдиректора Французского института международных отношений (IFRI) Тома Гомар считает, что даже при худшем варианте развития событий повторение в Сирии ливийского сценария невозможно. «Угроза региональной нестабильности настолько беспокоит и Запад, и ключевые страны Лиги арабских государств (ЛАГ), что возможность военной операции никто всерьез не рассматривает. Главная цель — найти политический и дипломатический способ прекратить репрессии режима Асада и одновременно обеспечить стабильность внутри Сирии», — заявила она в беседе с «МН».

В то же время, считает эксперт, с точки зрения имиджа России на международной арене ее позиция по отношению к Сирии вызывает все больше вопросов.

«Россия остается единственной страной, кто открыто защищает режим Башара Асада, хотя это становится все более неудобным для нее самой, — говорит Тома Гомар. — Даже Индия и Пакистан, не говоря уже о позиции ЛАГ, все более едины в оценке режима Башара Асада. Москву это может поставить почти в полную дипломатическую изоляцию».

Чарльз Грант из британского Центра европейских реформ (CER) согласен со своим французским коллегой: «Я не думаю, что в отношении Сирии правильно говорить о противостоянии Запада и России. Скорее речь идет о том, что Россия, Китай и Иран жестко противостоят всему остальному миру, — заявил он «МН». — Помимо усилий в Совбезе, блокируемых Россией и Китаем, Запад предпринять ничего не может. Скорее всего будет ждать решения о более активном вмешательстве со стороны Турции и ЛАГ. Именно они могут и должны определять, каков будет следующий шаг».

Страны Европейского союза (ЕС) рассматривают вопрос о введении нового пакета санкций в отношении Сирии, которые будут включать в себя заморозку активов Центробанка страны в государствах блока, сообщает во вторник агентство Рейтер со ссылкой на источник в дипломатических кругах ЕС.

"Санкции будут включать в себя заморозку активов сирийского Центробанка, а также запрет на операции с ним, которые будут признаны незаконными. Кроме того, санкции будут предусматривать запрет на экспорт в Сирию и импорт оттуда фосфатов, золота, других драгоценных металлов и алмазов", - сказал собеседник Рейтер.

Источник агентства отметил, что меры против Дамаска могут также включать в себя и запрет на коммерческие рейсы в Сирию и из этой страны, однако введение именно этой санкции маловероятно. Собеседник Рейтер отметил, что переговоры о новых санкциях должны быть завершены к 27 февраля.

Ранее во вторник сообщалось, что глава дипломатии ЕС Кэтрин Эштон заявляла о скором рассмотрении главами МИД Евросоюза вопроса о новых санкциях против Сирии. Она заявила, что обсуждение этих санкций должно пройти через две недели.

В конце января главы МИД стран ЕС одобрили 11-й по счету пакет санкций. Он предусматривает применение "ограничительных мер" в отношении еще восьми сирийских юридических и 22 физических лиц. Таким образом, под санкции ЕС в отношении Сирии подпадают в общей сложности 38 сирийских компаний и 108 физических лиц. Их активы в Европе заморожены, а физическим лицам запрещен въезд на территорию Евросоюза. ЕС ранее ввел эмбарго на импорт нефти из Сирии и новые инвестиции в нефтяной сектор этой страны, а также запрет на поставки оружия в Сирию.

В стране уже десять месяцев не прекращаются антиправительственные протесты. Ежедневно поступают сообщения о гибели людей - как мирных граждан, так и сотрудников силовых структур. По данным ООН, общее число жертв превысило 5 тысяч человек. Сирийские власти заявляют, что в столкновениях с вооруженной оппозицией погибли более 2 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Сирии, против которых действуют хорошо вооруженные боевики.

Россия и Китай заблокировали в субботу принятие в Совете безопасности ООН резолюции по Сирии, воспользовавшись правом вето. РФ и КНР, как постоянные члены СБ ООН, уже во второй раз за последние несколько месяцев не пропускают сирийские резолюции, содержащие неприемлемые для них формулировки. В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии так называемого "ливийского сценария", при котором осуществляется внешнее силовое вмешательство.

Демонстрация протеста

Россия и Китай наложили вето на резолюцию Совбеза ООН по Сирии

Елена Супонина

Позиция по сирийскому вопросу поставила Россию на грань международной изоляции. Субботнее решение Москвы наложить вето в Совете Безопасности ООН на проект резолюции, содержащей требование передачи власти от Башара Асада кому-либо из его заместителей, вызвало шквал гневной критики не только у западных партнеров, но и в арабском мире. Вчера разгневанная толпа из почти двухсот человек прорвалась на территорию российского посольства в ливийской столице Триполи, сорвала флаг России и повесила вместо него свой. Из дипломатов никто не пострадал, сообщил МИД. «Если режим Башара Асада падет, а мы в этом не сомневаемся, то Россия потеряет будущее Сирии и весь Арабский Восток», — заявил «МН» член руководства оппозиционного Сирийского национального совета Радван Зияди.

Вето на резолюцию по Сирии, которым воспользовались Россия и Китай, вызвало на Западе возмущение. Госсекретарь США Хиллари Клинтон назвала исход голосования «пародией», а представитель США при ООН Сьюзан Райс и вовсе охарактеризовала его как «омерзительное». Глава британской дипломатии Уильям Хейг назвал вето «огромной ошибкой» и заявил, что теперь Россия и Китай «будут отвечать» за насилие в Сирии. Министр иностранных дел Франции Ален Жюппе заявил, что «вето парализовало международную общественность». «Глубокое сожаление» выразил и генсек ООН Пан Ги Мун. «Это подрывает роль ООН и международного сообщества в период, когда сирийские власти должны слышать единый голос, призывающий немедленно прекратить насилие против народа Сирии», — сказал он.

Свое разочарование не скрывал и представитель Марокко, который от имени более чем двадцати арабских стран и вынес проект резолюции на голосование. Дело в том, что после безуспешных попыток посредничества лидеры арабских стран пришли к выводу, что глава сирийского государства уже не контролирует ситуацию и за почти одиннадцать месяцев конфликта проявил неспособность осуществить реформы. За это время, по данным ООН, с обеих сторон конфликта в Сирии погибло более 5400 человек. Только в минувшие выходные, как раз тогда, когда дипломаты из различных стран обсуждали резолюцию, в этой стране погибло, по разным данным, от 100 до 200 человек.

В документе, принятие которого остановила Россия, говорилось о необходимости передачи в течение трех недель власти в Сирии от президента Башара Асада кому-либо из его заместителей. Отечественные дипломаты загодя предупреждали, что представленный в ООН документ «сырой и нуждается в доработке». Накануне голосования было объявлено, что глава МИДа Сергей Лавров и руководитель Службы внешней разведки Михаил Фрадков во вторник, 7 февраля, по поручению президента вылетят в Дамаск на переговоры с Башаром Асадом. Это должно было стать сигналом к тому, что с резолюцией можно повременить, так как появился шанс на достижение неких договоренностей с президентом Сирии о мирном урегулировании конфликта.

«Я надеюсь, что этот проект не будет поставлен на голосование, потому что наши поправки к нему известны. Их разумность и объективность не должна ни у кого вызывать сомнений», — объяснил Сергей Лавров в субботу днем на международной конференции по безопасности в Мюнхене. Там же он провел «бурные», как потом рассказали американские дипломаты, переговоры с госсекретарем США Хиллари Клинтон. Американцы же, ссылаясь на ухудшающуюся ситуацию в Сирии и на своих союзников в арабских и европейских странах, требовали не медлить.

Постпред России при ООН Виталий Чуркин, который вместе с китайцем Ли Баодуном и поднял руку против, пояснил журналистам, что резолюция в случае ее принятия могла быть «интерпретирована как повод для применения военной силы». Министр Сергей Лавров напомнил, что недавно — в марте 2011-го года — так была интерпретирована резолюция в отношении Ливии. «Была допущена спешка с принятием резолюции Совбеза 1973 по Ливии, хотя несколько дополнительных раундов консультаций могли бы позволить конкретизировать пункт, в котором шла речь о применении силы, и выработать согласованные пределы мер силового характера, необходимые строго для обеспечения режима бесполетной зоны», — заявил глава МИД России. По словам российского министра, проект резолюции по Сирии, на который Москва наложила вето, также содержит существенный недостаток — игнорирует факт того, что на стороне оппозиции выступают вооруженные группы, одна из которых, по сообщениям МИДа, на днях разгромила загородную резиденцию российского посла.

Не понравился россиянам и тот пункт документа, где говорилось о необходимости отставки Асада в течение трех недель. Сергей Лавров напомнил, что в случае с Йеменом, где в октябре прошлого года была единогласно принята резолюция Совбеза в поддержку инициативы о передаче власти от президента Али Абдаллы Салеха его заместителю, все-таки было получено предварительное согласие на это самого главы государства. А вот в Сирии с Башаром Асадом это еще даже не обсуждалось. «В Йемене любые договоренности сначала достигались между всеми сторонами, а только потом утверждались СБ ООН. В случае же с Сирией пытаются сделать наоборот», — заметил глава МИДа.

Обсуждать этот вопрос, вероятно, будет сам российский министр, который в компании с главой СВР вылетает завтра в Дамаск. Арабская газета «Аш-Шарк аль-Авсат» предположила, что представительная российская делегация будет убеждать сирийского президента подать в отставку. Издание ссылается на свои источники в ООН: якобы Сергей Лавров и Хиллари Клинтон на субботней встрече договорились о координации усилий на этом направлении.

Этой версии противоречат сделанные в конце января заявления российского министра иностранных дел: «Российская политика не заключается в том, чтобы просить кого-то уйти в отставку. Смена режимов — не наша профессия». Впрочем, в недавнем прошлом подобные вояжи бывали. В феврале и марте 2003 года тогдашний глава Торгово-промышленной палаты Евгений Примаков выезжал в Багдад, чтобы убедить иракского лидера Саддама Хусейна уйти в отставку и избежать таким образом надвигавшейся войны. Сделать это не удалось, и США вместе с союзниками в марте 2003 года, причем без оглядки на Совет Безопасности ООН, начали военные действия в Ираке, завершившиеся свержением Хусейна и впоследствии его казнью.

Руководители арабских стран тем временем соберутся 11 февраля в Каире, чтобы решить, что делать дальше. Как заявил генсек Лиги арабских государств египтянин Набиль аль-Араби, «голосование продемонстрировало, что большинство все-таки поддерживают нашу инициативу». Арабские соседи Сирии уверяют, что если не вмешаться в происходящее там, гражданская война может перекинуться и на другие страны. Противоположной точки зрения придерживается Иран. Его министр иностранных дел Али Акбар Салехи вчера предостерег от вмешательства во внутренние дела своей союзницы: «Я уверен, что любые военные действия против Сирии взорвут весь регион».

Госдепартамент США считает, что большая часть ливийских переносных зенитных ракетных комплексов (ПЗРК) была уничтожена во время авиационных ударов сил международной коалиции, также нет прямых доказательств того, что оружие могло быть вывезено за пределы Ливии, тем не менее, не исключает такой возможности, заявил 2 февраля помощник госсекретаря по военно-политическим вопросам Эндрю Шапиро (Andrew Shapiro). Это заявление было сделано на мероприятии Центра Стимсона в Вашингтоне.

Государственный департамент США провел большой объем работ для того, чтобы отследить, перехватить и утилизировать ПЗРК, которых в Ливии было накоплено «тысячами». Это оружие, если попадет в руки международных террористов, представит реальную угрозу для гражданских и военных самолетов по всему миру. По оценкам, во времена Каддафи в стране насчитывалось примерно 20 тысяч ПЗРК, и после падения режима диктатора возникла «серьезная угроза их распространения». На сегодняшний день выявлено и утилизировано около 5 тысяч ПЗРК. «Мы не знаем, и, вероятно, никогда не узнаем, сколько единиц этого оружия пропало без следа», заявил Шапиро. Отчасти это исходит из того, что правительство США не обладало точными данными об объеме арсенала обычных вооружений Каддафи.

Неясно, сколько ПЗРК было использовано для обучения ливийских военнослужащих, сколько было разрушено из-за неправильного хранения или в результате «воздействия стихии». Также невозможно точно определить, на каких складах хранилось это оружие, многие из которых были уничтожены во время бомбардировок авиацией НАТО. Группы сотрудников правительства США пытаются «собрать полную картину», изучая упаковочные цифры и индексы на найденных ящиках хранения.

Кроме того, представители ливийской оппозиции брали ПЗРК со складов, применяли против армии Каддафи и они продолжают находиться в распоряжении военизированных групп. «Многие группы повстанцев по прежнему не хотят отказаться от ПЗРК», сказал Шапиро. Госдепартамент США ожидает, что это оружие перейдет под контроль новой ливийской национальной армии, но не знает, сколько его имеется в наличии. Шапиро заявил, что это «значительное количество». Чтобы снизить риск распространения ПЗРК из Ливии, США и другие страны работают над усилением пограничного контроля и авиационной безопасности в регионе.

США обещали 40 млн долл для хранения ливийского оружия, Великобритания вносит на эти цели 1 млн ф.ст. (1,58 млн долл), Нидерланды 900 тыс евро (1,2 млн долл), Германия 750 тысяч евро, Канада 1,6 млн канадских долл (1,6 млн долл США). Были сообщения, что некоторая часть этих средств будет потрачена на выкуп ПЗРК у ливийских боевиков. Шапиро заявил, что не будет комментировать любые программы приобретении, но добавил, что Госдепартамент рассматривает любые возможные меры, способные содействовать выявлению и утилизацию этого опасного оружия.

Тунисские власти приняли решение о временном закрытии пограничного поста Раас-Джадир на границе с соседней Ливией, сообщили в пятницу арабские СМИ со ссылкой на заявление официального представителя правительства Туниса Аднана Мансура.

"С необходимостью временно прекратить работу на посту Раас-Джадир согласились все министры и руководство Туниса", - сказал он.

Причиной этого решения, по словам Мансура, послужило "резкое обострение ситуации с безопасностью на тунисско-ливийской границе и участившиеся попытки переправки в Тунис крупных партий оружия из Ливии".

Он не указал, на какой срок Тунис закрывает пограничный переход, однако сообщил, что пока Раас-Джадир будет закрыт, на всей границе с Ливией будут проведены "технические работы по ее укреплению".

Около недели назад на юго-востоке Туниса произошли вооруженные столкновения пограничников с контрабандистами, пытавшимися переправить партию оружия из Ливии. Несколько человек были захвачены тунисскими военными в результате боя. Проводится расследование в соответствии с законом Туниса о противодействии терроризму. Александр Елистратов.

Российская система военно-технического сотрудничества (ВТС), несмотря на потерю ливийских военных контрактов и проигрыш индийского тендера на поставку 126 истребителей, закончила прошедший год с очередным рекордом. Только по линии единственного в стране спецэкспортера конечной продукции военного назначения компании "Рособоронэкспорт" объем оружейных поставок достиг почти 11 миллиардов долларов, превысив объем 2010 года на 2 миллиарда.

Эта положительная тенденция сохранится еще как минимум несколько лет, и в 2012 году, как сообщил журналистам в четверг глава "Рособоронэкспорта" Анатолий Исайкин, объем российского экспорта вооружений будет, по крайней мере, не ниже, чем в 2011 году. Между тем конкуренция на международном рынке вооружений будет только возрастать.

На короткой ноге

По словам Анатолия Исайкина, достичь такого значительного роста объема оружейного экспорта удалось достичь за счет исполнения коротких контрактов. В итоге, портфель заказов "Рособоронэкспорта" держится на уровне 33-35 миллиардов долларов, а поставки компании за 2011 год составили 10,718 миллиардов долларов.

Но эта цифра не включает деньги, заработанные непосредственно российскими оборонными заводами, которые напрямую продают за рубеж запчасти к своей продукции. Итоговая цифра пока не озвучена, но, по мнению наблюдателей, она вряд ли превысит 12 миллиардов долларов.

Традиционно первенство в структуре поставок осталось за военной авиатехникой (51%), второе место - за вооружением сухопутных войск (22%), далее идут морские вооружения и военная техника (17%), на последнем месте - средства противовоздушной обороны (10%)."Что касается продукции для военно-морского флота, то это особая цифра, так как это, в основном, контракты длительного исполнения, где речь идет о целом ряде образцов военной номенклатуры", - подчеркнул глава "Рособоронэкспорта".

Всего в 2011 году Россия поставляла вооружения и военную технику в 57 стран. "Рособоронэкспорт" возобновил военно-техническое сотрудничество с рядом стран - Гватемалой, Киргизией, Лаосом, Мали, Сингапуром, Чехией, Германией, Уругваем и Экваториальной Гвинеей. Основными партнерами РФ в области ВТС остаются Индия, Алжир, Китай, Венесуэла, Вьетнам и Сирия.

Тем временем некоторые западные страны сейчас выступают за введение эмбарго на поставки вооружений в Сирию в связи с непрекращающимися боевыми столкновениями правительственных войск и оппозиции. Заместитель министра обороны РФ Анатолий Антонов заявил в четверг журналистам, что Россия будет продолжать поставки оружия в Сирию, соблюдая при этом как международные нормы, так и двусторонние российско-сирийские обязательства. "Мы не нарушаем никаких международных обязательств, а что не запрещено, то разрешено", - подчеркнул он.

Сирия является крупнейшим экспортером российских вооружений в регионе. Сейчас в стадии исполнения находится контракт на поставку в Сирию береговых ракетных комплексов "Бастион" со сверхзвуковыми противокорабельными крылатыми ракетами "Яхонт". Самые крупные подписанные контракты - поставка 24 истребителей МиГ-29М/М2 и восьми дивизионов комплексов ПВО "Бук М2Э".

По словам Анатолия Исайкина, в 2011 году в "Рособоронэкспорт"поступило более 2,3 тысяч обращений от иностранных заказчиков на приобретение вооружений и военной техники. И заявки эти поступали, в основном, из развивающих стран, где конкуренция на оружейном рынке возрастает.

"Военно-промышленные комплексы ведущих стран мира в ближайшее время активно будут осваивать рынки развивающихся стран. "Рособоронэкспорт" готов конкурировать на рынке вооружений и рассчитывает на поставки не только техники для сухопутных войск, но и более современных образцов вооружений", - сказал Исайкин.

С надеждой на будущее

Глава "Рособоронэкспорта" обозначил номенклатуру российских вооружений, которые останутся наиболее востребованными на международном рынке торговли оружием до 2020 года. Это боевые самолеты ОКБ "Сухой" (прежде всего Су-30), учебно-боевые самолеты Як-130, боевые и транспортные вертолеты линейки "Ми", зенитно-ракетные комплексы С-400, "Бук", "Тор", "Панцирь". По линии ВМФ - фрегаты 1135.6, корветы проекта 2038.2, подлодки проекта 636, патрульные катера проекта 1041.2, танки Т-90 и боевые машины пехоты БМП-3 и БМП-Ф.

В то же время Исайкин подчеркнул, что "до 2015 года все производство С-400 будет работать в интересах России". И даже российские союзники Белоруссия и Казахстан получат эти новейшие комплексы только после того, как ими полностью оснастят российскую систему ПРО-ПВО. На вооружении российской армии в настоящее время находятся два полка С-400, они оба дислоцированы в Подмосковье (в Электростали и Дмитрове). Поставка третьего и четвертого комплексов ожидается в 2012 году.

Среди других планов "Рособоронэкспорта" - переговоры с правительством Ливии по возобновлению военно-технического сотрудничества. Упущенная выгода России по военным контрактам после прихода к власти повстанческого Переходного национального совета составила 4 миллиарда долларов.

Но Анатолий Исайкин признал, что иллюзий насчет возможности возобновления ВТС с Триполи строить не строит. Эксперты уже не раз отмечали, что правительство повстанцев будет покупать оружие у тех, кто помог им прийти к власти, - то есть, прежде всего, у США и других стран НАТО.

По словам главы "Рособоронэкспорта", при американском посредничестве планируются поставки в Афганистан "нестандартных видов вооружений", правда, каких, он не уточнил. Пока же исполняется контракт с Пентагоном на поставку в Афганистан 21 военно-транспортного вертолета Ми-17В5. Его завершение намечено на июль этого года.

Помимо этого, Россия будет участвовать с истребителем Су-30 в тендере на поставку 18 самолетов для ВВС Малайзии, открытие которого ожидается в ближайшее время. "Малайзия - перспективный рынок. Они выбирают самые современные виды вооружений. Мы надеемся на то, что в будущем эта страна продолжит закупки Су-30", - сказал Исайкин.

В 1994-1995 годах РФ поставила в Малайзию 18 истребителей МиГ-29. Следующий крупный контракт на поставку 18 истребителей Су-30МКМ был завершен в 2009 году. Кроме того, в Малайзию были поставлены 12 транспортно-боевых вертолетов Ми-171Ш.

"Рособоронэкспорт" также ведет переговоры по дальнейшему наращиванию пакета поставок вооружения в Индонезию. В эту страну уже поставлены 17 боевых машины пехоты БМП-3Ф. "Какие виды вооружений, пока еще неизвестно, но поставки еще в эту страну будут", - отметил глава компании.

Фиаско в Индии и надежда на Китай

Глава "Рособоронэкспорта" также разъяснил причины проигрыша российского многоцелевого истребителя МиГ-35 в индийском тендере на поставку 126 самолетов. Победителем конкурса был объявлен французский истребитель четвертого поколения Rafale компании Dassault. С дистанции, помимо МиГ-35, сошли шведский Gripen, европейский Eurofighter Typhoon и американские F/A-18 и F-16.

По словам Исайкина, проигрыш России в индийском тендере может быть связан с тем, что МиГ-35 еще не запущен в серийное производство. "Это большой минус. Он принят на вооружение нашей армией, и после того, как он массово пойдет в войска, будет совершенствоваться, эта проблема отпадет", - сказал глава "Рособоронэкспорта".

В 2011 году Россия проиграла также индийский тендер на поставку 22 боевых вертолетов. Вертолет Ми-28Н "Ночной охотник" выбыл из конкурса, уступив американскому AH-64D Apache компании Boeing. В данный момент в Индии проводятся еще два вертолетных тендера: на покупку многоцелевого вертолета, в нем участвует российский Ка-226, и сверхтяжелого - здесь российский участник - Ми-26. У обоих вертолетов очень серьезные шансы на успех, полагают эксперты.

Что касается Китая, который наравне с Индией много лет был главным партнером России в области военно-технического сотрудничества, но с 2006 года начал сокращать объем ВТС, то, по словам главы "Рособоронэкспорта", ситуация начала менять в положительную сторону. ВТС Китая и России активизировалось в 2011 году, в том числе за счет авиационной составляющей, которая оценивается в миллиард долларов.

"Китай заинтересован только в закупках новейших образцов техники, которые сами они не производят. Китай на 90% обеспечивает свою армию образцами вооружений своего производства", - сказал он. Сейчас Россия поставляет в Китай детали и запчасти к различным вооружениям.

Страны Запада не собираются организовывать интервенцию в Сирию, а хотят через Совет Безопасности ООН поддержать план мирного урегулирования, предложенный Лигой арабской государств, заявила официальный представитель госдепартамента Виктория Нуланд.

"Многие министры иностранных дел, включая британского и французского, абсолютно четко дали понять в выступлениях в СБ ООН и в заявлениях для СМИ, что это (ситуация вокруг Сирии) - не Ливия. Мы не планируем иностранную интервенцию, - это не то, чего хочет большинство сирийцев. Мы пытаемся обеспечить поддержку плану ЛАГ, который предусматривает диалог между представителями сирийского общества и путь к демократии", - сказала Нуланд на брифинге в госдепартаменте в среду.

В настоящее время на столе Совета Безопасности ООН находятся два проекта резолюции по Сирии - российский и так называемый "марокканский". Последний был представлен делегацией Марокко - единственной арабской страной, представленной в СБ ООН. Однако, как отмечают эксперты, документ фактически был написан при непосредственном участии Франции. Соавторами "марокканского" проекта выступили представители целого ряда стран, в том числе арабских из числа тех, которые не являются членами Совбеза ООН.

В предлагаемом документе не исключается военное вмешательство в Сирию извне. Кроме того, в нем поддерживается план Лиги арабских государств (ЛАГ), который Дамаск сразу же отверг. Этот план, в частности, предусматривает уход в отставку президента Сирии Башара Асада. По мнению российской стороны, нельзя пытаться извне диктовать руководству той или иной страны, что оно должно уйти в отставку.

В среду постоянный представитель РФ при ООН Виталий Чуркин заявил, что Россия проголосует против проекта "марокканской" резолюции по Сирии в случае, если он будет неприемлемым для российской стороны.

Отвечая на вопрос о том, ожидали ли США, что Россия займет твердую позицию относительно урегулирования в Сирии, представитель госдепартамента сказала, что в этом нет ничего удивительного, так как общее решение должно быть найдено в ходе подробной дискуссии.

"Российская позиция нам важна, с их (россиян) помощью мы должны выработать общее решение по мирному урегулированию этой проблемы... Мы уже провели с россиянами ряд консультаций и будем их продолжать", - сказала Нуланд.

Россия вместе с Китаем уже заблокировали в октябре прошлого года проект резолюции, предусматривающий угрозу санкций против сирийского правительства, поскольку в Москве опасаются повторения в Сирии "ливийского сценария" - вооруженного вмешательства извне. РФ представила свой проект резолюции, которую западные партнеры в СБ ООН считали слишком мягкой для того, чтобы остановить волнения.

В среду Чуркин также заявил, что Россия будет делать все возможное, чтобы в Совете Безопасности была выработана консенсусная резолюция по Сирии. Денис Ворошилов.

Неспецифический режим

В Совбезе ООН начинается обсуждение новой резолюции по Сирии

Игорь Крючков

Вчера в Нью-Йорке началась сессия Совбеза ООН, главной темой которой стала ситуация в Сирии. Участники встречи будут стараться найти новые аргументы, чтобы все-таки убедить Россию проголосовать за жесткую резолюцию в отношении режима Башара Асада. О градусе дискуссий можно судить по словам британского премьер-министра Дэвида Кэмерона, который накануне заявил, что Россия поддерживает «тех, у кого руки в крови».

США, их европейские союзники, а также большинство стран — членов Лиги арабских государств (ЛАГ) хотят, чтобы резолюция Совбеза положила конец сирийскому кровопролитию и потребовала от Асада передать власть своему заместителю, после чего в течение двух месяцев должно быть сформировано правительство национального единства.

Россия в свою очередь утверждает, что официальный Дамаск не единственный, а возможно, и не главный источник эскалации насилия в Сирии. Поэтому Москва намерена блокировать любой проект резолюции Совбеза, в которой содержатся призывы к смене режима.

Ожидается, что голосование по резолюции, которую намерен внести член ЛАГ Марокко, состоится в четверг, 2 февраля. До этого члены Совбеза должны прослушать доклад Лиги арабских государств о ситуации в Сирии: вчера вечером его планировали представить генсек организации Набиль аль-Араби и катарский премьер Хамад бен Джасем. На 1 февраля запланированы переговоры на уровне постпредов стран — членов Совбеза, на которых российская делегация, вероятно, столкнется с сильнейшим давлением.

«Любой внутренний конфликт должен урегулироваться за счет внутренних ресурсов страны, через диалог сил, участвующих в нем, — обосновывает в беседе с «МН» российскую позицию зампредседателя комитета по международным делам Госдумы Константин Косачев. — В случае с Сирией это режим Асада и силы оппозиции. И до тех пор пока эти внутренние ресурсы не будут исчерпаны, иностранные державы не имеют права принимать ту или иную сторону конфликта».

Отряды сирийских повстанцев, которые в выходные захватили северо-восточные пригороды Дамаска, в понедельник объявили о том, что вынуждены отступить под натиском солдат, лояльных Асаду. По словам представителей наиболее влиятельной повстанческой группировки — Свободной сирийской армии, это стратегическое отступление и они чувствуют в себе силы переломить ход конфликта. Также сообщается об ожесточенных боях в Хомсе. По данным оппозиции, лишь 30 января в столкновениях с военнослужащими Асада погибло более 90 человек.

Глава российского МИДа Сергей Лавров неоднократно выражал сомнение в данных о человеческих потерях, поступающих от сирийских оппозиционеров, так как эту информацию невозможно подтвердить из других источников. По данным Дамаска, с прошлого марта от рук антиправительственных боевиков погибло более 2 тыс. военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов.

На этой неделе Сергей Лавров заявлял, что США и их европейские союзники пытаются создать ложное впечатление, что режим Асада обречен, а приход к власти повстанцев только вопрос времени. «Внешние игроки, говоря по-русски, науськивают некоторые группы, чтобы они отползали от диалога, — сказал министр. — Когда мы слышим, пусть будет сирийский диалог, но эта сторона в нем участвовать не будет, то мы против такого подхода».

Глава Центра арабских исследований Института востоковедения РАН Александр Филоник считает, что российская поддержка Сирии объясняется прагматичными интересами Москвы. «Сирия является последним крепким союзником России на Ближнем Востоке», — заявил эксперт в беседе с «МН». По некоторым данным, в январе Москва и Дамаск заключили крупную военную сделку на поставку военных самолетов на общую сумму порядка $550 млн.

По мнению Филоника, Россия уже пыталась сотрудничать с Западом во время урегулирования кризиса в Ливии, была вытеснена из политического процесса в стране и не хочет повторения этого сценария в Сирии.

Константин Косачев не считает, что позиция России в отношении резолюции Совбеза по Сирии является местью за ливийскую операцию. «В Ливии режим был действительно специфический, — заявил собеседник «МН». — Россия была уверена, что Муаммар Каддафи может потопить оппозиционное движение в крови, и поэтому поддержала резолюцию Совбеза, вводящую режим беспилотного неба над страной».

«Логика России всегда одна и та же. Она не поддерживает режимы, которые ей по вкусу. Она выступает за суверенитет страны», — добавил Косачев. По его словам, та же логика прослеживалась, когда Россия блокировала резолюции Совбеза ООН против режимов Слободана Милошевича в Югославии или Саддама Хусейна в Ираке. То же самое происходит в Сирии, считает политик.

Президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский, напротив, считает, что на этот раз Россия заняла гораздо более прагматичную позицию, чем в прошлых конфликтах. «В случаях с Милошевичем и Хусейном баланс сил был иным. Запад не обращал внимания на позицию РФ, так как мог сделать все сам. Резолюции Совбеза по Ливии Россия поддержала, надеясь получить выгоду. Во всех этих случаях Москва осталась ни с чем, — считает собеседник «МН». — И нынешней блокадой резолюции Совбеза Россия дает понять: на этот раз она ждет от своих партнеров реального предложения».

ОАО "Новороссийский комбинат хлебопродуктов", контрольный пакет акций которого принадлежит ОАО "Объединенная зерновая компания", в период с 1 июля по 31 декабря 2011 года отгрузило на экспорт 2,24 млн. тонн российского зерна.

Основные страны-получатели российского зерна, отгружаемого через ОАО "НКХП" - Кения, Израиль, Ливия, Египет, Саудовская Аравия, Испания, Иордания, Ирак, Йемен и другие. Более 50 тыс. тонн зерна в 2011 году были отгружены по международным гуманитарным программам Российской Федерации - в Корейскую Народно-Демократическую Республику и Республику Никарагуа.

В первом квартале 2012 года ОАО "НКХП" планирует отгрузить на экспорт до 1,2 млн. тонн российского зерна.

Увеличение объемов перевалки зерна через зерновой терминал ОАО "НКХП" стало возможным после его масштабной модернизации. Она была успешно проведена с августа 2010 года по 1 июля 2011 года - в период эмбарго на экспорт зерновых из России.

Нынешняя мощность терминала по погрузке составляет порядка 450 тыс. тонн в месяц, что позволяет достичь годового объема перевалки зерна в объеме 4,5 млн. тонн. До модернизации максимальная мощность не превышала 350 тыс. тонн в месяц.

Инвестиционная программа ОАО "ОЗК" на 2011-2013 годы, принятая в июне 2011 года, предусматривает дальнейшее развитие ОАО "НКХП". Согласно инвестпрограмме предполагается увеличить мощности по хранению зерна на 100 тыс. тонн, реконструировать железнодорожную инфраструктуру, а также построить новую экспортную галерею, установив на ней современное судопогрузочное оборудование. В результате фактическая мощность по перевалке зерна через ОАО "НКХП" составит не менее 5 млн. тонн в год. Наряду с этим, в настоящее время на предприятии ведутся работы по увеличению мощности переработки пшеницы в сортовую муку с нынешних 150 до 300 тонн в сутки.

ОАО "НКХП" более 100 лет осуществляет перевалку зерна на морской транспорт и на сегодняшний день является одним из лидеров в этом сегменте рынка в России. В соответствии с Указом Президента Российской Федерации Д.А. Медведева от 20 марта 2009 года, в уставной капитал ОАО "ОЗК" передано 50,99% принадлежащих государству акций ОАО "Новороссийский комбинат хлебопродуктов". В сезоне 2008/2009 гг. через ОАО "НКХП" экспортировано 3,51 млн. тонн зерновых, в 2009/10 - 3,36 млн. тонн, в 2010/11 (до 15 августа 2010 г., то есть до начала вступления в силу запрета на вывоз зерновых) - 547,024 тыс. тонн.

Министр по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий Сергей Шойгу доложил Дмитрию Медведеву об итогах работы ведомства в 2011 году. В частности, Министр информировал главу государства о техническом переоснащении сил МЧС России, реализации программы по строительству вертолётных площадок на наиболее загруженных автомобильных трассах и участии российских спасателей в ликвидации чрезвычайных ситуаций в других странах.

* * *

Д.МЕДВЕДЕВ: У нас год завершился, есть определённые результаты. Думаю, что если Вы охарактеризуете их по линии МЧС, это будет правильно.

Сергей Кужугетович, я давал Вам поручение, связанное с оборудованием вертолётных площадок вдоль наиболее загруженных автомобильных трасс, где, к сожалению, происходит большое количество дорожно-транспортных происшествий, вообще происшествий.

Я знаю, что Вы этим занимались по одному из направлений. Каковы результаты? И что можно было бы сделать для того, чтобы эту программу продолжить применительно к другим наиболее активно используемым дорожным трассам?

С.ШОЙГУ: Дмитрий Анатольевич, мы на прошлой неделе подвели итоги года, провели всероссийский сбор со всеми представителями и руководителями, командирами спасательных центров. Несмотря на то что год был сложный, основная часть работ, естественно, заключалась в предотвращении, ликвидации разного рода чрезвычайных ситуаций.

Здесь наша работа выглядит следующим образом. Мы за этот год сократили количество пожаров почти на 6 процентов, гибель на пожарах более чем на тысячу человек. Это серьёзная цифра, имея в виду, что мы за последние 9 лет сократили гибель на пожарах в 2 раза.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это серьёзная цифра ещё и потому, что это просто тысяча спасённых жизней, что ничем больше не измерить.

С.ШОЙГУ: То, что касается остальных Ваших поручений: в этом году по Вашему поручению мы реагировали на чрезвычайные ситуации в 27 странах – включая и крупную катастрофу в Японии. Там была наша большая группировка, почти 200 человек, включая авиацию, которая перебрасывала туда и топливо, и продовольствие, оказывала помощь.

Это и Тунис, и Ливия, создание подразделений по разминированию в Никарагуа, Шри-Ланке. Все эти работы выполнены. Надеемся, что в соответствии с Вашим поручением в Никарагуа уже в этом году завершатся все работы по разминированию.

Что касается нашей страны, то за этот год мы обезвредили более 55 тысяч взрывоопасных предметов: это снаряды, мины, среди них 670 авиационных бомб – всё времён Великой Отечественной войны.

Д.МЕДВЕДЕВ: 670 – до сих пор, в течение года?

С.ШОЙГУ: Да, это за год.

Но это не самый урожайный год. У нас были года, когда мы обезвреживали по 220–240 тысяч взрывоопасных предметов и до 5 тысяч авиационных бомб.

Если говорить о выполнении Ваших поручений, то основное из них, данное нам в 2010 году: начата программа перевооружения. Программу мы выполняем, по 2011 году выполнили полностью. В результате получили два новых самолёта «Бе-200». Получили 8 вертолётов, получили почти 800 единиц новой современной техники, которую делаем совместно с крупнейшей, сегодня ведущей в мире австрийской компанией «Розенбауэр».

Д.МЕДВЕДЕВ: Сколько всего у нас самолётов сейчас в парке гражданской авиации, готовых к исполнению задач?

С.ШОЙГУ: По Вашему поручению мы выделили средства, в целом Правительство выделило средства на переоснащение и дооснащение судов разных ведомств для тушения пожаров, и в 2012 году к тушению пожаров готовы 14 тяжёлых самолётов и 124 вертолёта.

Это самая, пожалуй, крупная, большая группировка в мире. И по единовременному поднятию такого количества воды, пожалуй, равных нет. И страна, в общем, большая, поэтому такая дислокация.

Мы продолжили программу переоснащения техники и снимаем с вооружения в Министерстве обороны авторазливочные станции АРС-14, другую технику. В 2011 году переоборудовано более 2 тысяч: 2082, если говорить точно. И сейчас у нас находится в процессе переоборудования ещё 1000 автомобилей. Всё это поступает в добровольные пожарные отряды, которых, я Вам докладывал, в прошлом году было 130 тысяч, сейчас мы уже вышли почти на 170 тысяч таких отрядов.

Д.МЕДВЕДЕВ: Люди заинтересованы записываться в эти отряды? Дело-то добровольное, что называется.

С.ШОЙГУ: Да, все 83 субъекта подготовили и приняли законы, в этих законах предусматриваются те или иные – не буду называть льготами…

Д.МЕДВЕДЕВ: Стимулы для участия.

С.ШОЙГУ: Стимулы для участия в таких отрядах. Особенно для сельской местности это важно, когда у нас где-то и комбикорм по себестоимости, где-то – освобождение от коммунальных платежей, где-то – дополнительные выплаты, пусть небольшие, но доплаты, где-то – бесплатное или за счёт посёлка или города топливо, будь то уголь или дрова. Поэтому эта работа идёт достаточно успешно, на наш взгляд, и надеемся до конца этого года выйти на рубеж где-то 800 тысяч добровольных пожарных.

Здесь, конечно, нам очень важно, чтобы наши заводы и предприятия начали делать технику, приемлемую по цене как раз для таких сельских местностей. И мы в ближайшее время проведём большой салон, на котором уже выберем основные образцы техники.

Д.МЕДВЕДЕВ: Отечественных производителей?

С.ШОЙГУ: Отечественных, конечно.

Д.МЕДВЕДЕВ: Хорошо.

С.ШОЙГУ: Если говорить о том поручении, которое было после теракта на железной дороге с «Невским экспрессом», то мы завершили подготовку. Семь вертолётных площадок в лечебных учреждениях готовы. И мы приступили уже в этом году к несению дежурства, поставлены 5 вертолётов, оснащённых медицинским оборудованием и спасательным оборудованием. Мы одновременно «перекрываем» и трассу железной дороги, и автомобильную трассу Москва – Санкт-Петербург.

Здесь, конечно, нам хотелось бы, чтобы эта программа продолжалась. У нас есть трасса «Дон».

Д.МЕДВЕДЕВ: Она обычно загружена и очень тяжёлая, с большим количеством инцидентов, которые, к сожалению, регулярно происходят.

С.ШОЙГУ: События прошлой недели показали, что нам крайне необходимо иметь и там серьёзную поддержку, в том числе и с воздуха.

Д.МЕДВЕДЕВ: Давайте продолжим эту программу, потому что страна действительно у нас особенная. И в этом смысле такого рода дежурства – это не экзотика, а это, к сожалению, необходимость. В ряде случаев просто иначе невозможно добраться до места происшествия.

С.ШОЙГУ: Ваше поручение вместе с Президентом Сербии Тадичем о создании первого, пожалуй, такого крупного в Европе и на Балканах гуманитарного центра в Нише – мы его фактически завершили и в апреле будем его открывать. Это большой центр, откуда мы уже оказывали помощь по разминированию территории Сербии, оказывали гуманитарную помощь Косово, оказывали помощь в тушении пожаров на Балканах тремя нашими воздушными судами.

Таким образом, Дмитрий Анатольевич, все поручения, данные Вами в прошлом году, и показатели, которые у нас на сегодняшний день есть и по инвестициям, и по закупкам, на 100 процентов выполнен госзаказ, все закупки произведены.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это важно, особенно с учётом того, что в других местах не всё идеально.

С.ШОЙГУ: Удалось по жилищному строительству достичь хороших показателей: мы построили в 2011 году достаточное количество жилья, мы вышли на рубеж более 100 тысяч квадратных метров. Но, что важно, та планка, которая была установлена, что стоимость должна быть ниже 30 тысяч за квадратный метр, – мы её выдержали.

Д.МЕДВЕДЕВ: Повсеместно в стране?

С.ШОЙГУ: Повсеместно по стране, и все 100 тысяч: у нас ниже 30 тысяч за квадратный метр. Построили ряд крупных спасательных центров: это спасательный центр на Онеге, спасательный центр в Саянах. Я бы хотел Вам показать некоторые из них. Дмитрий Анатольевич: это, в частности, медицинские центры Санкт-Петербурга, это центры экстремальной радиационной медицины (у нас на учёте стоят, и вся база данных по ликвидаторам Чернобыльской атомной станции).

Д.МЕДВЕДЕВ: Большой центр?

С.ШОЙГУ: В целом здесь 67 тысяч квадратных метров, мы можем доводить до 400 коек, но основа – это, конечно, наука, это диагностика. Весь персонал прошёл обучение в ведущих клиниках Израиля, Германии и Австрии. Мы для среднего и младшего медперсонала строим некое подобие общежитий. Потому что люди в основном приезжают, и основную часть своей зарплаты они тратят на наём жилья.

Д.МЕДВЕДЕВ: Вы имеете в виду это даже не для персонала, а для тех, кто сопровождает?

С.ШОЙГУ: Нет, это для персонала: младший и средний медицинский персонал.

Дмитрий Анатольевич, это построенный спасательный центр в Саянах. На Байкале Вы наш центр видели, на Северо-Западе видели, здесь, в Подмосковье, тоже видели.

Д.МЕДВЕДЕВ: Живописная местность.

С.ШОЙГУ: Да, это природный парк. Количество туристов растёт почти кратно. В этом году там было уже более 50 тысяч туристов – как летом, так и зимой. И потом ещё важная вещь: здесь у нас и противолавинная служба, которая занимается принудительным спуском лавин, и конная подготовка, и собаки для работы по поиску туристов и работы на лавинах.

Д.МЕДВЕДЕВ: Хорошо, продолжайте в том же духе. Договорились.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 31 января 2012 > № 485143 Дмитрий Медведев, Сергей Шойгу