Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Пресс-конференция по итогам работы саммита «Группы восьми», 10 июля 2009г., Италия, Аквила.Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемые коллеги! Начну, наверное, с краткой информации о том, чем мы занимались. Потом ваши вопросы.
По долгу гостя хотел бы, конечно, поблагодарить руководство Италии, председателя Совета министров Итальянской Республики Сильвио Берлускони за блестящую организацию саммита; за те усилия, которые предпринимались им, а также ключевым ведомством, которое занималось здесь всеми вопросами, – вы знаете, это министерство по чрезвычайным ситуациям. Они сработали очень хорошо и в ходе ликвидации последствий того разрушительного землетрясения с человеческими жертвами, которое здесь случилось, и сейчас. Думаю, что наш долг сказать им спасибо.
И вообще хотел бы сказать, что, конечно, Аквила за последнее время, за последние несколько дней, думаю, для всех здесь присутствующих стала близким городом. Впечатления такие тяжелые, трудные, потому что, когда город исторический, красивый и в то же время мертвый, это создает такое грустное состояние, понимаешь, какие еще усилия предстоит предпринять, чтобы восстановить его, не говоря уже о самом печальном – о тех жертвах, которые случились, которые невосполнимы. Наши соболезнования еще раз всем, кто потерял здесь своих родных.
Саммит по понятным причинам проходил в сложный период, в период финансово-экономического кризиса. Это наложило отпечаток на всю нашу работу, хотя в отличие, скажем, от саммита «двадцатки» здесь все-таки мы обсуждали разные вопросы, не только напрямую связанные с финансовым кризисом. Но, конечно, центральной темой стало возобновление роста мировой экономики. И здесь доминировало, конечно, общее мнение, что только совместными усилиями, путем взаимного учета различных интересов можно добиться успехов.
Что важно. Мы подтвердили в целом верность тех решений, которые принимались на «двадцатках» в Лондоне и до этого в Вашингтоне, и мы надеемся, что реализация этих решений окажет позитивное влияние на возобновление роста мировой экономики.
Сейчас я не буду давать характеристику состоянию мировой экономики – вы сами внимательно следите за тем, что происходит. Тем не менее скажу, конечно, что все отметили определенные оптимистические моменты в восстановлении экономик, но в то же время у всех абсолютно звучала одна простая мысль: расслабляться нельзя, до конца все равно неясно, достигнут ли пик падения и по какому сценарию будет развиваться кризис.
Впервые на саммите прошла полноформатная встреча «восьмерки» и «пятерки» с приглашением также Египта в качестве участника и были проведены встречи с участием других приглашенных стран. По сути, произошло оформление так называемого хайлигендаммско-аквильского процесса, и впервые в истории «восьмерки» была принята общая Декларация с «пятеркой». Считаю, что это, конечно, гораздо более полноформатная вещь, которая лучше отражает общие представления о путях выхода из кризиса и, конечно, вообще о ситуации в мире.
Конечно, задача «восьмерки» – это определение долгосрочной и среднесрочной стратегии. Поэтому мы обсуждали ее с другими странами. И мы, надеюсь, продвинемся по трем направлениям. Какие это направления? Первое – это укрепление правовой базы международного сотрудничества, за что мы все время ратуем, потому что без правовых рамок этого сотрудничества ничего не выйдет. На это, кстати, нацелены и наши дополнительные предложения, которые, естественно, не здесь родились, включая даже такие крупные предложения, как договор о европейской безопасности.
Второе направление – это реформирование и создание новых, в случае необходимости, финансовых институтов, новых институтов, которые будут обеспечивать долгосрочное развитие и коррекцию макроэкономической политики, будут помогать нам в выстраивании новой экономической и финансовой архитектуры.
И вообще, если говорить об институтах, то можно поставить вопрос шире: это не только финансовые институты, не только реформа МВФ и Всемирного банка, но это и в целом отношение к международным институтам. И здесь меня порадовало то, что практически в выступлениях всех, включая выступление президента Соединенных Штатов, звучала мысль об укреплении центральной роли Организации Объединенных Наций.
Почему я об этом говорю? Потому что до этого руководители этого уважаемого государства далеко не всегда лестным образом высказывались о роли Организации Объединенных Наций. Но сегодня хорошо, что пришло осознание. Сколько бы несовершенна ни была ООН, и, может быть, действительно нам придется в ближайшее время принимать решение о ее модернизации, но другой универсальной площадки для решения мировых проблем не существует.
Наконец, третье и, может быть, одно из важных направлений – это реформирование, собственно, самого сознания, отказ от стереотипов, которые доминировали в истеблишменте последние годы. И считаю, что та атмосфера, которая сложилась на этом саммите, что называется, дорогого стоит: она другая в этом смысле. О причинах этого, о субъектах этих отношений готов сказать чуть подробнее, если вы зададите этот вопрос.
Важные достижения. Во-первых, это определение амбициозной, долгосрочной цели – снижение выбросов парниковых газов. Решение развитых стран об уменьшении выбросов на 80% к 2050г. – это, конечно, и амбициозная, и весьма сложная цель, которая может действительно изменить парадигму развития человеческой цивилизации.
У нас есть свое видение этих процессов. Мы, во всяком случае, готовы сделать свой вклад – не менее 50% к 2050г. по сравнению с 90 годом. Когда говорят о 80%, речь идет о глобальных выбросах – это не выбросы одного государства. В общем, это амбициозная, сложная задача.
Не так давно мы сформулировали наши подходы к тому, что мы будем делать в ближайшие годы. Помимо развития нашей экономики по пути энергоэффективности, я сказал о том, что мы будем стараться уменьшать объем выбросов парниковых газов к 2020г. по отношению к 1990г. на 10-15%. Эта информация, как я понимаю, в общем, тоже порадовала наших коллег, потому что это, в общем, такие сложные решения. И даже некоторые наши коллеги по «восьмерке» пока для себя формулируют еще эти цели, пока не определили.
Принципиально важное направление – это энергетика и экология, использование «зеленых» технологий, создание энергоэффективной модели развития экономики. На самом деле нам это нужно, конечно, не ради того, чтобы понравиться другим участникам международного клуба, а нам это нужно просто для модернизации собственной российской экономики. Поэтому мы в любом случае этим будем заниматься.
Появился ряд новых интересных идей – в частности, Мексика сформулировала идею так называемого «зеленого» фонда. Ее все в целом поддержали, мы тоже готовы будем участвовать в организации этого «зеленого» фонда (если окончательно обо всем договоримся) путем собственного, в т.ч. материального, вклада.
На саммите были подтверждены обязательства «восьмерки» в области содействия развитию и оказания помощи развивающимся странам, в т.ч. и в развитии инфраструктурных проектов, улучшении здравоохранения, образования. Это наша общая задача. Мы, конечно, тоже будем этим заниматься вместе с другими странами.
В последний день буквально полчаса назад закончилось обсуждение продовольственной безопасности. Тема сверхсложная и очень актуальная. Надо признаться, мне очень понравился ход обсуждения этого вопроса, он был вполне предметный, в то же время в достаточной степени продвинутый, и мы, естественно, формулировали и свои предложения.
Россия готова вносить свой вклад в обеспечение продовольственной безопасности в мире. Вы знаете, у нас почти десятая часть всей пашни на планете, мы превратились в крупнейшего экспортера зерна. Если все будет нормально, если мы сможем развивать свою аграрную промышленность так же, как сейчас, то через некоторое время мы сможем поставлять – может быть, через 5-10 лет – до 50 млн.т. зерна в год на рынок, а это очень объемная позиция, и это исключительно нужно. Потому что, какие бы интенсивные технологии мы ни использовали, все равно от географических параметров, от страновых возможностей будет очень многое зависеть. Но, конечно, мы готовы помогать и иначе. Мы готовы вносить свой вклад в создание фондов, мы готовы также принимать участие в подготовке образовательных кадров в области сельского хозяйства. Это тоже важное направление сотрудничества. Естественно, мы будем этим заниматься.
В общей сложности те параметры, которые сейчас согласовал последний формат, т.е. имею в виду самый широкий формат обсуждения, когда в нем принимали участие «восьмерка», плюс «пятерка», плюс Египет, плюс ряд других стран, плюс африканские страны, плюс международные организации, – это общий объем поддержки: темы, связанные с продовольственной безопасностью, – в объеме 20 млрд.долл. Вначале объявили о пятнадцати – я сейчас посмотрел: это неточно, потому что мы в конце договорились о двадцати – с учетом того, что было предложено всеми странами-участницами.
Конечно, мы обсуждали актуальные политические темы. Речь шла о нераспространении ядерного оружия – очень важная тема, особенно в контексте того разговора в Москве с американским президентом. Мы говорили об исполнении решений Организации Объединенных Наций, а также о нарушениях резолюции Совета безопасности Организации Объединенных Наций, которые допускаются рядом государств, в частности, Корейской Народно-Демократической Республикой и Ираном. Мы исходим из того, что такого рода проблемы должны решаться политико-дипломатическим путем при соблюдении основополагающих принципов международного права и тех резолюций, которые были достигнуты по этим вопросам.
Мы подтвердили ряд наших неизменных обязательств, таких как бороться совместно с терроризмом, международной организованной преступностью, пиратством, говорили о ближневосточном урегулировании достаточно подробно и серьезно, о решении ближневосточной проблемы на базе создания и сосуществования двух государств – Израиля и Палестины.
Надеюсь, что хорошим дополнением, правильным развитием этой темы будет ближневосточная конференция, которая пройдет в Москве. Конечно, мы анализировали другие вопросы, говорили об афгано-пакистанском урегулировании, говорили о конфликтных точках в Африке.
Мы довольны также еще одним решением, которое нами было принято совместно с Соединенными Штатами Америки и Францией в качестве сопредседателей Минской группы ОБСЕ по урегулированию нагорнокарабахского конфликта. Соответствующее заявление принято: мы призываем президентов Армении и Азербайджана приложить в этом направлении дополнительные усилия. Надеюсь, что через буквально несколько дней мне удастся принять обоих президентов в Российской Федерации, и мы продолжим обсуждение этой темы.
И последнее, что хотел бы сказать. Как обычно, на полях саммита проходили самые разные контакты, встречи. Часть из них фиксировалась, часть из них проходила неформально, но от этого они не стали менее полезными. Так что мне, во всяком случае, удалось переговорить с довольно значительным количеством моих партнеров, за что я им признателен. Пожалуй, это все, чем я хотел бы поделиться.
ВОПРОС: Добрый день, Дмитрий Анатольевич! До приезда в Италию Вы в Москве проводили переговоры с президентом США Бараком Обамой, и, по Вашим словам, у вас сложился достаточно хороший контакт с Бараком Обамой. Здесь, в Италии, удалось закрепить эти хорошие отношения и как на ход дискуссии здесь, в Аквиле, повлияли, если они каким-то образом повлияли, Ваши переговоры с президентом США?
Если позволите, еще одно маленькое добавление. Как Вы относитесь к предложению Италии провести еще один саммит здесь, в Аквиле?
Д.МЕДВЕДЕВ: На самом деле получилось неплохо – то, что мы сумели лучше познакомиться с президентом Соединенных Штатов. У нас действительно возник хороший личный контакт, мне нравится общаться с Бараком Обамой. Надеюсь, что у него тоже такие же положительные эмоции от общения.
В конце концов мы занимались какое-то время даже общими ? по сути, научными ? изысканиями, я ему об этом сказал при первой встрече. Он когда-то возглавлял редакционную коллегию юридического сборника, я в тот период в аспирантуре учился и как раз изучал английский язык, читая этот сборник. Как минимум это любопытно. Но не это главное, хотя от наших личных отношений все-таки действительно кое-что зависит в развитии наших межгосударственных отношений.
Мы продолжили общение здесь и неоднократно возвращались к тому, что мы обсуждали в Москве, и даже каким-то таким небольшим личным моментам, вспоминали наш ужин, разговоры, которые велись в период этого ужина, в т.ч. неформального, который проходил у меня в резиденции в Горках. В общем, это получилось явно неплохо - то, что встык с визитом президента США в Российскую Федерацию мы продолжили общение здесь. Надеюсь, что из этого будут и прямые результаты. Часть из них, на мой взгляд, все-таки была уже создана в Москве.
Те решения, которые были приняты и по СНВ, и по транзиту грузов, и по двусторонним вопросам сотрудничества, все-таки весьма и весьма позитивны, особенно если сравнить с тем, какая атмосфера была в российско-американских отношениях еще совсем недавно, практически полгода назад, когда мы почти не общались, я уже об этом говорил. К сожалению, отношения откатились почти к уровню «холодной войны», что было абсолютно недопустимо и в чем не было нашей вины.
А что касается еще одного саммита здесь, в Аквиле, вопрос, конечно, в том, чтобы мы собирались по какому-то определенному поводу. Место прекрасное, люди очень гостеприимные, я уже об этом сказал. Думаю, что и вам понравилось. Если будет необходимость встретиться, мы готовы это делать где угодно, в т.ч. и здесь. Тем более что тем самым мы все-таки вносим и какую-то свою небольшую лепту в восстановление Аквилы.
Вы знаете о наших решениях восстановить два объекта в этом городе. Другие решения такого же плана приняли другие государства. Может быть, чем чаще мы будем собираться, тем будет лучше. Но, еще раз повторяю, если говорить серьезно, это вопрос содержательного наполнения. Мы много встречаемся, нет дефицита в общении.
Если раньше «восьмерка» собиралась один раз в год, и многих своих коллег я, во всяком случае, да и другие мои товарищи видели зачастую раз в год, то сейчас с учетом того, что существуют саммиты двадцати крупнейших экономик, которые проходят тоже с известной периодичностью, уже два было, этот третий, т.е. мы за последний год встречались со всеми четыре раза. Это уже немало, не говоря уже о наших двусторонних контактах, о том, что мы периодически общаемся, ездим друг к другу в гости, проходят визиты. Это неплохо, но самое главное, чтобы было реальное движение по тем вопросам, которые обсуждаются.
ВОПРОС: Дмитрий Анатольевич, скажите, пожалуйста, как итоговые решения деклараций саммита могут отразиться на внутренней политике России, в т.ч. экономической?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я и раньше догадывался, что все в мире взаимосвязано, но после того, как случился этот кризис, понял ? к сожалению, для всех для нас, ? насколько мы тесно связаны. И если раньше все эти рассуждения по поводу глобальной экономики, тесной взаимосвязи между странами были несколько абстрактными, то после того, как шандарахнуло по всем, они стали абсолютно конкретными. И поэтому, как это ни банально звучит, но все то, чем мы занимаемся, имеет прямое внутреннее или национальное измерение.
Если правильным образом заработают решения, которые приняты в Лондоне и в Вашингтоне по восстановлению международной экономики и реконструкции международной финансовой системы, естественно, это напрямую отразится на состоянии национальных экономик и национальной экономики Российской Федерации в том числе.
Очень многое в мире зависит от состояния дел в крупнейших экономиках, таких как экономика, например, Соединенных Штатов Америки, и поэтому, когда принимаются решения, допустим, связанные с восстановлением крупных экономик, это дает эффекты в отношении других экономик. Мы все друг на друга влияем, поэтому сегодня эти саммиты – это не просто общие рассуждения на важные для нашей планеты темы, а набор вполне конкретных разговоров в присутствии руководителей международных финансовых организаций, которые имеют абсолютно четкий отзвук в наших государствах. Но это экономическое измерение, но оно, наверное, главное.
Есть, конечно, и внешнеполитические вещи, мы их тоже обсуждаем. Могу вам сказать: в этом году ? не раскрывая, конечно, нюансов ? обсуждение было как никогда четким, как никогда внимательным и характеризовалось очень высокой близостью позиций. Хотел бы, кстати, за это поблагодарить всех других руководителей, которые участвовали в обсуждении этих международных вопросов, имею в виду семь других участников нашей «Группы восьми». Поэтому это тоже имеет вполне практическое измерение, а от того, какие решения обсуждаются на внешнеполитическом треке, зависит и в известной степени ряд решений, которые мы впоследствии принимаем у себя дома. Поэтому это конкретная работа, хотя она специфичная.
ВОПРОС: Дмитрий Анатольевич, добрый день!
Сейчас все чаще звучат предложения о необходимости преобразовать «восьмерку» в более широкий формат – формат «тринадцати» или «четырнадцати». Каково Ваше видение этого вопроса?
И какие проблемы, на Ваш взгляд, «восьмерка» могла бы решать наиболее эффективно, а какие стоит передать в более широкий формат? И останется ли после завершения мирового кризиса актуальным формат «двадцатки»?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, конечно, эта тема обсуждалась, потому что она волнует всех: она волнует «восьмерку»; она волнует тех, кто не входит в «восьмерку», но, по сути, уже принимает участие во всех мероприятиях; она волнует те страны, которые не относятся к «восьмерке», плюс хайлигендаммско-аквильский процесс, но входит в «двадцатку», потому что все мы хотим понимать, как мы дальше будем работать с учетом того, о чем я сказал при ответе на прошлый вопрос, что все мы настолько стали друг от друга зависимы, что нам точно придется общаться.
Время, когда главы государств, даже ведущих государств, встречались раз в 20-30 лет для того, чтобы определить параметры внешнеполитического и экономического сотрудничества, прошло, придется встречаться регулярно, сомнений никаких нет, даже имея в виду существующие информационные технологии.
Значит, что будет происходить? Думаю, что в общем тренд уже понятен, потому что, скажем, «восьмерка» плюс «пятерка» уже работают гораздо теснее. В то же время пока сохраняется и «восьмерка», и хайлигендаммско-аквильский, как его теперь принято называть, процесс.
«Двадцатка»: думаю, что, даже если мы абсолютно разберемся с кризисом (а когда это произойдет, никто не знает, явно, что рецессия будет продолжаться достаточно долго, главное, чтобы она не переходила в полноценную депрессию), нам придется встречаться и в этом формате. Может быть, не потребуется делать это два или три раза в год, но думаю, что это придется делать хотя бы потому, что мы должны как минимум окончательно определиться с контурами мировой финансовой архитектуры, дать реальный мандат МВФ, Всемирному банку, перераспределить квоты, принять решения по правилам международного регулирования, по правилам контроля за состоянием дел в ведущих экономиках, по бухгалтерскому учету и отчетности ? в общем, решить те вопросы, которые сегодня являются очень актуальными. На это точно потребуется время, даже если мы выйдем из кризисного пике. Поэтому какое-то время эти форматы будут сосуществовать, но считаю, что в целом мы должны избрать экономичный формат общения.
ВОПРОС: Хотелось бы узнать то, что касается ВТО: Россия будет вступать как самостоятельный член, насколько это возможно, или в рамках Таможенного союза? И второй вопрос. Обсуждалась ли еще раз тема новых резервных валют и как Россия участвовала в этом обсуждении?
Д.МЕДВЕДЕВ: По поводу вступления в ВТО. Я не буду сейчас возвращаться к тому, почему мы переформатировали свой подход к вступлению в ВТО. Скажу лишь, что перед нами, в общем, стояло два варианта действий. Но с учетом того, что движения по линии вступления в ВТО, несмотря на все разговоры о том, что 95% позиций согласовано, все равно не происходило, мы, как и договаривались, а договоренность, кстати, была достигнута по этому вопросу, я хотел бы тут некоторую ясность внести: в пред.г., когда мы встречались с президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым, мы с ним договорились, что мы форсированным образом создадим Таможенный союз и будем принимать решения, если, скажем, к лету этого года мы не вступим в ВТО. Ни Россия, ни Казахстан, ни Белоруссия в ВТО не вступили, и мы создали Таможенный союз.
Что делать дальше? Можно, конечно, вступать в ВТО, а эта цель остается, никаких сомнений быть не должно, двумя путями.
Первый путь – вступление Таможенного союза, что было бы красиво, но довольно проблематично, о чем нам говорят наши коллеги, которые ведут этот процесс со стороны ВТО и других стран-участниц Всемирной торговой организации
Можно вступать по-другому. Можно, согласовав некие общие стандарты и позиции внутри «тройки» Таможенного союза, вступать раздельно, что, на мой взгляд, является и более простым, и более реалистичным, но при соблюдении, конечно, прав и интересов других участников, при наличии согласованной позиции. Тогда это позволит даже, может быть, пойти на разноскоростное вступление с учетом того, как договорились. Но мы должны будем, конечно, отстаивать те позиции, по которым мы договоримся с Казахстаном и с Белоруссией.
Теперь в отношении валют. Эта тема стала уже традиционной. Если еще несколько месяцев назад или, скажем, на первом саммите, в Вашингтоне, она почти не обсуждалась, на Тояко, в Японии, я поднимал вопрос о международных резервных валютах. Но, надо признаться, тогда как-то ситуация с экономикой несильно волновала многих участников, все как-то считали, что проскочим.
А сейчас эта тема превратилась в постоянную. Мы все время обсуждали и вопросы создания нового числа или, точнее, возникновения нового числа резервных валют, в т.ч. и возможности появления руб. в качестве такой валюты, даже если это не находит отражения в наших декларациях, и вопрос наднациональной валюты.
Кстати, по этому поводу могу вас порадовать: у меня в кармане лежит наднациональная валюта, которую мне дали в качестве подарка. Это одна единица, тестовый экземпляр под лозунгом «Unity in diversity» [«Единство в разнообразии»], и называется это «международная валюта» [united future world currency]. Ее уже можно посмотреть и потрогать.
О чем это говорит? Конечно, это такой подарок, тестовый вариант, но думают об этом, и, по всей вероятности, может быть, когда-нибудь что-то похожее появится. Это можно будет подержать в руках, использовать в качестве платежного средства. К этой монете даже прилагался специальный стандарт и правила ее обращения, но это символ нашего единства, нашего желания совместным образом решать такие вопросы. Так что вот она, международная валюта.
ВОПРОС: Хочу спросить о двусторонней встрече с японским премьером. Обсуждали ли Вы безвизовые обмены с японской стороной? Считаете ли Вы, что японская сторона политизирует ситуацию по поводу обмена?
Д.МЕДВЕДЕВ: У меня был полноценный разговор, полноценная встреча с премьером Японии Таро Асо. Разговор был такой серьезный, дружелюбный по манере и достаточно, может быть, содержательный, и в то же время насыщенный по параметрам вопросов, которые мы обсуждали.
Мы поговорили и об экономическом сотрудничестве, и о международных вопросах, в т.ч. о ситуации на Корейском полуострове. Конечно, затронули и самую сложную тему между Российской Федерацией и Японией – это территориальные вопросы и мирный договор. Такого рода контакты у нас не прекращаются, они ведутся в регулярном ключе, в них участвуют работники министерств иностранных дел, некоторые другие чиновники.
Что можно сказать? У нас есть позиции, которые пока не сходятся, но в то же время мы демонстрируем желание и дальше обсуждать этот вопрос исходя из ряда принципов. Российская позиция достаточно понятна, мы полагаем, что единственным правовым документом, который описывает эту ситуацию и может быть основой для урегулирования, является Декларация 1956г., и вокруг этого документа и нужно строить диалог.
Что же касается конкретных аспектов обсуждения этой темы, то я в силу понятных причин не стал бы погружаться в эти вопросы. Тема сложная, но самое главное, что мы общаемся не только на экспертном уровне, но и на высшем уровне, мы говорили об этой теме абсолютно открыто, слушали друг друга, и это важно, имея в виду то, что Россия и Япония являются ключевыми странами в Азиатско-Тихоокеанском регионе. От нашего сотрудничества очень многое зависит как во внешнеполитическом измерении, так и в создании нормального делового экономического климата. У нас есть очень крупные проекты, которыми мы совместно занимаемся.
Что же касается визовых вопросов, то они, конечно, в значительной степени связаны с проблематикой заключения мирного договора, решения территориальной проблемы, но не в полной мере. Мы можем, конечно, какие-то решения принимать, но это должно коррелироваться с нашим пониманием путей достижения согласия по основному договору – по мирному договору. Эта тема не закрыта, обсуждение по ней также будет продолжено.
Единственное, на что хотел бы обратить внимание, о чем я сказал моему коллеге: желательно эту тему не политизировать до такой степени. Понимаю, что есть позиции собственных парламентов, есть позиции истеблишмента, есть позиции общества. Но для создания нормальной прагматичной атмосферы на переговорах желательно не создавать дополнительных поводов для напряжения у другой стороны.
К сожалению, за последнее время японская сторона такие поводы создала, когда было принято несколько решений на парламентском уровне, в т.ч. с использованием абсолютно неприемлемых для российской стороны формулировок. От такой политизации нам нужно отгребать, если мы хотим в перспективе договориться по всем позициям.
ВОПРОС: Дмитрий Анатольевич, правда ли, что Россия ведет переговоры с Киргизстаном о предоставлении ей новой базы для коллективных сил ОДКБ? И, если можно, хоть какие-то подробности.
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, во-первых, у России есть база в Киргизии, начнем с этого. А во-вторых, все переговоры, которые ведутся, конечно, основаны на наших партнерских отношениях с Киргизией по всем вопросам: и по экономическим вопросам, и по вопросам военной составляющей.
Периодически руководители Российской Федерации, руководители министерств и ведомств посещают Киргизию. Но что касается конкретных договоренностей, то, как Вы понимаете, такие договоренности не могут быть объявлены заранее. Мы ничего не можем здесь ни подтверждать, ни опровергать. Единственное, что, на мой взгляд, я мог бы сказать сейчас: мы заинтересованы в том, чтобы отношения с Киргизией у нас были долгосрочные ? естественно, партнерские, стратегические, так оно и есть.
Мы являемся членами Организации Договора о коллективной безопасности, несем, кстати, ответственность ? по сути, ответственность друг за друга. И там есть специальные статьи, в этом Договоре. Вы знаете, какие они – такие же, как и в Договоре о создании Североатлантического альянса. Поэтому, конечно, мы должны укреплять безопасность друг друга. Мы бы полагали правильным некоторые статусные вещи, естественно, привести в более современный вид.
ВОПРОС: По поводу климата Вы можете сказать, какие меры Россия принимает, чтобы уменьшить выбросы?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, честно говоря, я уже об этом сказал. Но я могу еще раз сказать об этом с удовольствием, потому что это был довольно сложный набор встреч с обсуждениями.
Мы встречались с нашими экспертами, говорили с нашими энергетиками и в итоге вышли на что ? вышли на то, что, во-первых, в соответствии с моим прошлогодним Указом энергоэффективность российской экономики должна быть увеличена, а энергоемкость уменьшена на 40% к 2020г.
Во-вторых, к 2020 же году по отношению к 1990г. мы собираемся снизить объем эмиссии парниковых газов на 10-15%. Это очень хороший вклад в международную копилку, потому что в натуральном измерении, если мне память не изменяет, это составляет 30 млрд. т. выбросов. Это огромная величина.
И, наконец, мы поддержали общие положения, которые зафиксированы в нашей совместной Декларации по вопросу изменения климата, в т.ч. касающиеся уменьшения эмиссии, глобальной эмиссии, на 80%. К 2050г. наш вклад мог бы составить (пока, во всяком случае, по нашим прикидкам, потому что это, как вы понимаете, достаточно нескоро будет) 50%. Поэтому те реальные результаты, на которые мы вышли, ? считаю, что это весьма и весьма позитивные результаты.
Не буду скрывать, это даже было отмечено некоторыми моими коллегами в ходе обсуждения на «восьмерке». Они с удовольствием обратили внимание на то, что Россия четко артикулировала свою позицию по этим вопросам. Некоторые коллеги пока этого не сделали – мы сделали. И будем этим заниматься, не говоря уже о наших решениях развивать энергоэффективную экономику, развивать «зеленые» технологии, заниматься альтернативной энергетикой.
Этот курс является исключительно важным, даже несмотря на то, что Россия является одним из крупнейших поставщиков углеводородов на планете. Но мы понимаем, что ничто не вечно, в т.ч. и наше углеводородное могущество. Если мы не сможем создать нормальных условий для развития других видов энергии, у нас не будет будущего. В это надо вкладывать деньги и интеллект.
ВОПРОС: Дмитрий Анатольевич, президент Обама выступил на этом саммите с новой инициативой по ядерной безопасности. Эту инициативу поддержали лидеры «восьмерки» и Россия в том числе, судя по всему. И все-таки хотелось знать, что будет со всеми договоренностями между Россией и Соединенными Штатами в области ядерного разоружения, если Соединенные Штаты все же не откажутся от планов размещения систем ПРО в Восточной Европе?
Д.МЕДВЕДЕВ: Этот вопрос заставляет меня вернуться к Москве, к московским переговорам с президентом Соединенных Штатов, мы обсуждали с ним вопрос нераспространения в Москве. Он предложил соответствующий саммит на эту тему. Считаю, что это хорошая идея, я его поддержал, сказал, что мы готовы будем поучаствовать в нем. Эти же идеи были предложены им здесь и нашли поддержку всех участников, в т.ч. и нашей страны. В общем, это, наверное, правильное направление сотрудничества.
При этом у нас, конечно, есть свои интересы, на которые мы будем прежде всего ориентироваться. Если в вопросах нераспространения наши позиции близки, какие-то моменты просто совпадают, в вопросах стратегических и наступательных вооружений мы находимся на пути максимальной координации и сближения позиций, мы зафиксировали наши намерения в соответствующем московском Совместном понимании так называемом, там есть параметры по боеголовкам и ракетам-носителям, их еще предстоит окончательно определить, но тем не менее это базовые параметры.
Есть один вопрос, по которому мы расходимся. Вопрос этот связан с ранее принятым американской администрацией вместе с двумя государствами в Европе, а именно с Польшей и Чехией, решением о противоракетной обороне и размещении определенного количества противоракет и радара соответственно в Польше и Чехии. Наши аргументы вам известны. Наша позиция не изменилась. Мы считаем, что этот фрагмент ПРО вреден, он не страхует государства от реально могущих возникнуть угроз, но в то же время выглядит как вызов по отношению к Российской Федерации. Потому что этот радар на самом деле в большей степени контролирует пространство Российской Федерации, чем пространства тех государств, о которых говорят наши партнеры.
Поэтому наша идея заключается в том, чтобы все-таки выходить на современное понимание ? подчеркиваю, современное понимание ? глобальной ПРО. Мы готовы в этом участвовать. Я сказал об этом президенту Обаме. Мы готовы участвовать в этом не только интеллектуально, но и путем предоставления наших материальных возможностей, в т.ч. радарных возможностей, других возможностей.
Что меня в известной степени как минимум настраивает на умеренно-позитивный лад, это то, что американцы сейчас не продавливают эту инициативу, а взяли период для ее изучения. Чем он закончится, не знаю; чья точка зрения возобладает в американской администрации, не знаю. С Обамой на эту тему мне говорить комфортно. Но мы понимаем, что существует целый ряд экспертов и целый ряд завязанных на соответствующие решения людей, которые рассматривают это решение как весьма важное и для своей страны, и для себя. Еще раз подчеркну наше мнение: это было ошибочное решение. И если наши партнеры продемонстрируют желание его ревизовать, а мы на это надеемся, то тогда мы сможем договориться по всем составляющим. Если мы не сможем договориться по этим вопросам, последствия вам известны. Никто пока ничего другого не предложил. И то, о чем я говорил во время обращения с Посланием к Федеральному Собранию Российской Федерации, эта идея мною не отозвана.
ВОПРОС: В развитие темы ПРО, если позволите, короткий вопрос. Сегодня была публикация в польской прессе, которая утверждает, что вопрос решен, с американской администрацией договорились, ПРО размещать не будут. Это все не сильно официально, но тем не менее такая утечка произошла. В этой связи у меня вопрос: будете ли Вы считать это своей личной – личной, подчеркиваю, – внешнеполитической и внутриполитической победой?
И, собственно, вопрос, который у меня был, – по перспективам карабахского урегулирования. Как Вы считаете, как скоро может быть заключен мирный договор между Арменией и Азербайджаном и была ли в этой связи, поскольку тема Закавказья, была ли у Вас дискуссия с Вашим коллегой президентом Саркози о том, то план Медведев-Саркози, собственно говоря, не сильно выполняется? По Грузии, имею в виду, конечно.
Д.МЕДВЕДЕВ: Да, так и есть. Вы знаете, если Соединенные Штаты Америки откажутся от размещения ПРО, я готов это записать на чей угодно счет, хоть на счет президента Польши, лишь бы это состоялось. Потому что мы считаем эту идею вредной и бессмысленной, только раздражающей всех. Если хотите, можете потом это на мой счет записать, я тоже возражать не буду. Главное ? результат. Главное, как известно, ехать в определенной ситуации, а не то, что нарисовано на капоте машины.
Теперь в отношении Карабаха и армяно-азербайджанского урегулирования. Я только что сказал, что мы согласовали наш документ в рамках трех участников Минской группы. Вы знаете, я Вам скажу попроще, у меня по этому поводу есть неплохие ожидания. Это, может быть, один из таких конфликтов, разрешение которого находится в наиболее продвинутой фазе.
Президенты Армении и Азербайджана неплохо друг друга слышат и понимают, и количество нюансов, по которым еще предстоит договориться, все меньше и меньше, и, на мой взгляд, это разрешимые позиции. Это не что-то такое, что будет решаться еще десятилетиями. Поэтому считаю, что здесь можно будет достигнуть результата.
Мы будем этому всячески помогать вместе с нашими партнерами по Минской группе и, честно говоря, будем сами действовать, потому что они приедут буквально, надеюсь, в ближайшее время на одно из президентских мероприятий в России. Мы обязательно продолжим эти контакты. Но не буду забегать вперед. Главное, чтобы стороны сохраняли желание договариваться. Пока оно есть.
Что же касается ситуации на Кавказе, то, конечно, это в целом более сложная тема, чем просто нагорнокарабахское урегулирование. К сожалению, после того, что произошло в авг. пред.г., общая обстановка на Кавказе усложнилась. И нас не может устроить то, что, скажем, Грузия рассматривает эту ситуацию как повод для дальнейшей милитаризации собственного режима. То, что происходит приобретение дополнительных видов вооружений, явно не укрепляет ситуацию, не помогает ее сделать более спокойной.
Второе. Всякого рода учения, которые проходят в Кавказском регионе, в т.ч. на территории Грузии (на мой взгляд, и в прошлом-то году, до этого конфликта между Грузией и Южной Осетией, эти учения были ни к чему), но сейчас они выглядят как такая, по сути, провокация, мы об этом откровенно говорили нашим партнерам по НАТО. И даже это было поводом к тому, чтобы немножко, так сказать, отсрочить объявление о возобновлении отношений между Российской Федерацией и Североатлантическим альянсом. Сейчас мы это сделали, договорились и с американцами о том, что возобновим военное сотрудничество. Это все на пользу делу. Главное ? не допускать никаких провокаций.
Что же касается моих договоренностей и так называемого плана Медведева-Саркози, то я-то как раз считаю, что он неплохо сработал и в значительной степени выполнил свою задачу. А задача была в том, чтобы успокоить ситуацию. Другое дело, что там есть ряд пунктов, по которым мы должны продолжать сотрудничество. Мы будем это делать. Есть вопрос о миссиях на Кавказе. Действительно, здесь возникли трудности, потому что ни Южная Осетия, ни Абхазия не хотят, чтобы миссии формально назывались так же, как назывались до момента провозглашения ими своей независимости. По сути, ведь никто не возражает против миссий.
Миссии полезны, они необходимы: и ооновская миссия, и та миссия, которая активно работает, евросоюзовская миссия, – они должны быть. Но если говорить про мандат и миссию Организации Объединенных Наций, то мне представляется, что она должна учитывать состоявшиеся реалии, а не создавать иллюзию того, что ничего не произошло, в т.ч. и по названию. Именно поэтому мы вынуждены были наложить вето на соответствующее решение. Если подход здесь будет более прагматичным, мы, конечно, свое вето снимем, и мы договоримся обо всем.
ВОПРОС: Дмитрий Анатольевич, это Ваш второй саммит в качестве главы государства, саммит «большой восьмерки». С Вашей точки зрения, что за прошедший год в рамках этого клуба изменилось, какие игроки вышли на первый план, какие у Вас с ними сложились отношения и как бы Вы оценили, в свою очередь, премьеру на саммите Барака Обамы с учетом того, что он пока не очень понятная политическая фигура на мировой арене, но при этом возглавляет одну из крупнейших экономик мира?
Д.МЕДВЕДЕВ: Если понятность той или иной политической фигуры связана со временем пребывания в должности, то тогда я тоже не самая понятная фигура. А самым понятным должен быть один из руководителей, который очень длительное время находится у власти. В жизни все немножко иначе.
Тем не менее хочу сказать, что саммит, безусловно, интересный. И, конечно, огромное преимущество таких встреч заключается в том, что мы общаемся неформально, есть возможность не только за круглым столом или там овальным поговорить, и не только под камеру во время двусторонней встречи в одном из этих помещений, где эти встречи проходили, а просто поговорить тет-а-тет, отойти в сторону, какие-то вопросы задать и просто поболтать на самом деле иногда тоже нелишне. Поэтому в этом смысле эти саммиты уникальны. И считаю, что для меня, во всяком случае, это хороший опыт общения с моими коллегами.
У меня со всеми ровные, хорошие, надеюсь, отношения. Поэтому мне не хотелось бы давать никаких персональных характеристик. Но то, что в ходе этого общения мы лучше узнаем друг друга, в этом уже огромный плюс. То, что иногда появляются люди, которые в обычной жизни друг с другом общаются с трудом, это тоже плюс.
Но не буду скрывать, что в пред.г. мне труднее было общаться с президентом Соединенных Штатов Америки, потому как наши позиции очень по многим вопросам расходились. Вернее говоря, скажу так: общаться с Джорджем Бушем-младшим – одно удовольствие. Он прямой человек, быстрый человек.
Но, к сожалению, это не имело никаких последствий для наших отношений, а если говорить откровенно, имело зачастую отрицательные последствия. В этом смысле надеюсь, что мы друг друга с Бараком Обамой слушаем лучше и понимаем тоже лучше. Во всяком случае, будем надеяться на то, что те решения, которые были приняты в Москве, и те позиции, которые мы здесь обсуждали, будут реализованы. Это главное, конечно.
ВОПРОС: Все-таки вопрос требует уточнения. Кто подарил монетку, т.е. кем эмитирована новая мировая валюта? Собственно, какой курс, готовы ли уже поменяться?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы хотите мне предложить несколько евро за это дело? Я не готов с Вами поменяться, потому что я не знаю реального курса этой валюты. Если бы знал ? может быть, еще подумал бы.
Что касается того, кто подарил, – это подарок, который был сделан, как я понимаю, руководителям делегаций. Отпечатано это, по-моему, в Бельгии (это некая пробная партия) на монетном дворе. Но меня радует даже не то, где это отпечатано и с каким качеством, а то, что это сейчас волнует всех, в т.ч. и монетные дворы. Значит, готовятся, и я считаю, что это неплохой признак. Это признак того, что мы понимаем все-таки, насколько мы взаимосвязаны. Там очень хорошая декларация прилагалась, я частично цитировал. По сути, если мы когда-нибудь доживем до мировой валюты, ее можно будет использовать в качестве соответствующих правил ее эмиссии и обращения. Но эту монетку я все-таки сохраню, она мне дорога как память.
![Главное](/images/star.png)
Контуры посткризисного мира
© "Россия в глобальной политике". № 3, Май - Июнь 2009
В.Л. Иноземцев – д. э. н., директор Центра исследований постиндустриального общества, главный редактор журнала «Свободная мысль».
Резюме Имеются все предпосылки к тому, что Соединенные Штаты скоро утратят экономическое и финансовое доминирование и новым номером один наверняка окажется именно КНР.
В последнее время утверждение о том, что мир неузнаваемо изменился после террористических атак на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 года, стало общим местом. Эксперты заговорили о «новой геополитической реальности», а «войну с террором» стали именовать чуть ли не Четвертой мировой. Америка, возложив на себя миссию борьбы с вездесущим, но невидимым врагом, казалось, восстановила если не лидирующую, то доминирующую роль в мире. Граница «долгого ХХ века» была определена, а либеральные сторонники теории «конца истории» считались посрамленными.
Однако это новое видение геополитической реальности основывалось на том же факторе, что и система, существовавшая в эпоху холодной войны, – на экономическом доминировании западного мира, и прежде всего Соединенных Штатов. Вплоть до начала нового тысячелетия США никому не уступали своего хозяйственного лидерства. В 2001-м Америка производила 24,8 % глобального валового продукта, акции американских компаний обеспечивали 34,7 % показателя капитализации всех фондовых бирж, инвестиции в НИОКР составляли 38,4 % мировых, военный бюджет Соединенных Штатов обеспечивал 46,2 % всех произведенных на нашей планете военных расходов, а доллар занимал 70,7 % в совокупных резервах центральных банков.
Безусловно, доля США в глобальном валовом продукте и промышленном производстве снижалась, но вместе со странами Европейского союза «атлантический мир» контролировал приблизительно половину мировой экономики – как, кстати, и в первые послевоенные годы.
Но с наступлением нового столетия ситуация начала меняться, чего Соединенные Штаты и их будущие союзники по знаменитой coalition of the willing (коалиции желающих) предпочитали до поры до времени не замечать. Изменения шли по двум направлениям.
СИМБИОЗ РИСКА
С одной стороны, в рамках самого западного мира выделилась группа экономик, сделавших ставку на экспансионистскую (и потому рискованную) финансовую политику. Предпосылки для таковой сформировались еще в 1970-х и 1980-х годах, когда США отказались от «золотого стандарта», а развивающиеся страны прибегли к массированным заимствованиям на мировом рынке капитала, будучи убеждены в том, что их природные богатства, цены на которые в те годы достигали рекордных значений, навечно гарантируют их финансовую устойчивость.
Характерно, что та эпоха принесла с собой не «крах» американской системы под натиском Третьего мира, а нечто обратное. В первой половине 1980-х Соединенные Штаты предприняли решительную атаку на инфляцию, что привело к росту курса доллара, снижению сырьевых цен и массовым дефолтам стран Юга по своим обязательствам. Дальнейшее развитие ситуации – и в том числе продолжавшиеся финансовые трудности мировой «периферии» (от распада Советского Союза и дефолта Мексики в 1994 году до «азиатского» финансового кризиса и дефолтов России в 1998-м и Аргентины в 2001-м) – привело власти США и их союзников к выводу об устойчивости финансовой системы, основанной на долларе. О том же говорили стремительный рост фондовых рынков всех развитых стран в 1997–2000 годах и устойчивое укрепление доллара в тот же период. Результатом стала масштабная либерализация, воплотившаяся, в частности, в отмене Акта Гласса – Стигала в 1999-м.
Итоги впечатляют. С 1995 по 2007 год отношение капитализации фондовых рынков к ВВП в Соединенных Штатах и Великобритании возросло, согласно данным Всемирного банка, соответственно с 62 % и 78 % до 145 % и 171 %. За тот же период размер чистого долга корпораций и домохозяйств увеличился со 138 % и 142 % до 228 % и 249 % ВВП. Цена среднего жилого дома взлетела соответственно в 2,38 и 2,64 раза. Возникли совершенно новые секторы финансового рынка, такие, к примеру, как рынок деривативов, номинальный объем которого, по данным базельского Банка международных расчетов, вырос с 40,1 до 683,7(!) трлн долларов и который (какое совпадение!) к 2008-му на 43 % контролировался британскими и на 24 % – американскими финансовыми институтами.
«Богатство» западного мира стремительно приумножалось, но при этом во многом оставалось фиктивным, тогда как реальное производство устойчиво утекало в менее процветающие страны. Здесь стоит задачи ни приветствовать, ни осуждать такую политику – необходимо привлечь внимание к самой важной ее черте: США, Великобритания (в меньшей мере Испания с ее экспериментами с ипотечным жилищным строительством, Ирландия и Исландия с их банковскими схемами, Италия с самым большим среди европейских стран государственным долгом) стали странами – производителями рисков (risk-makers). Это в какой-то момент не могло не выйти наружу.
С другой стороны, многое менялось и в странах Третьего мира. После затяжного периода неопределенности, начатого долговыми проблемами 1980-х годов и закончившегося с выходом из «азиатского» кризиса конца 1990-х, почти все «пострадавшие» государства резко изменили финансовую политику. Они отказались от активных заимствований за рубежом в пользу наращивания внешнеторгового профицита и аккумулирования валютных резервов. Этому способствовали, с одной стороны, стремительный хозяйственный рост в Китае, с другой – повышение цен на энергоносители и сырье.
Данные факторы привели к резкому изменению торговых балансов. Так, если в 1996 году экспорт из КНР не превышал по объему экспорт из Бельгии (172 млрд долларов), то в 2008-м он достиг 1,46 трлн долларов, став вторым в мире. Если в 1998 году из региона Персидского залива было экспортировано нефти на 67 млрд долларов, то в 2008-м – уже на 539 млрд долларов.
Параллельно в быстроразвивающиеся страны Восточной Азии и нефтедобывающие государства притекали прямые иностранные инвестиции, что также обеспечивало рост валютных резервов (которые реинвестировались в государственные ценные бумаги развитых стран, в первую очередь Соединенных Штатов). В результате только за 1999–2008 году развивающиеся страны Восточной Азии, нефтедобывающие государства Персидского залива, а также Россия увеличили свои суммарные валютные резервы более чем на 4,9 трлн долларов (для справки: в 1998-м все они составляли менее 600 млрд долларов).
За счет покупки этими странами казначейских облигаций (treasuries) США было профинансировано почти 54 % американского бюджетного дефицита. При этом американские компании и банки всё реже давали в долг собственному правительству: по мере того как средняя доходность от вложений в облигации упала с 6,2 % в 1999-м до 2,1 % в 2007–2008 годах, американские банки сократили их долю в своих активах с 9,7 % в 1995-м до 1,3 % в 2008 году. Как и в первом случае, автор не готов комментировать такой курс развивающихся стран, но очевидно, что они и их государственные институты, инвестирующие в западные (и прежде всего американскую) экономики, стали своего рода глобальными потребителями рисков (risk-takers) и тем самым заняли место «второго участника» в «экономике риска» начала ХХI столетия.
Таким образом, в экономическом аспекте мир разделился на два лагеря. Одни страны надували финансовые пузыри, все сильнее отрывавшиеся от экономических реалий. Другие «демпфировали» ситуацию, скупая долларовые активы. В стороне от этой «экономики риска» находились континентальная Европа (с собственной свободно конвертируемой валютой и практически нулевым внешнеторговым сальдо), Латинская Америка (сфокусировавшаяся на создании общего рынка и относительно прохладно относящаяся к Соединенным Штатам) и Африка (вообще не вовлеченная в мировое хозяйство). Но эта экономическая картина интересна не сама по себе – она примечательна тем, какой политический курс проводят сегодня глобальные risk-makers и risk-takers.
Склонность к риску в экономике трансформируется в наше время в готовность принимать рискованные решения и в политике. Вряд ли чистой случайностью является то, что США стали страной, наиболее решительно взявшейся за формирование нового миропорядка, а Великобритания, Испания и Италия оказались костяком коалиции, участники которой «без страха и сомнения» пошли за Америкой в Ирак. Ощущение всемогущества, порожденное финансовыми фикциями, преломилось в готовность рискнуть политическим влиянием.
В то же время Китай, Россия, страны арабского мира, а также, например, Венесуэла, возомнившие себя мощными геополитическими игроками в основном из-за встроенности в американизированный мир (как Китай) или вследствие спекулятивного роста цен на сырьевых рынках (как экспортеры сырья), стали говорить о желательности изменения глобальной политической и экономической конфигурации, выступая за установление «многополярного» мира.
Этот «многополярный» мир, который пока еще не стал реальностью, может оказаться куда более опасным и непредсказуемым, чем «однополярный» мир рубежа веков или даже «биполярный» мир второй половины ХХ столетия. События последнего десятилетия свидетельствуют о том, что новая геополитика становится «геополитикой риска»: в то время как Европа «устраняется» от участия в глобальной политической игре, risk-makers и risk-takers ведут себя всё более решительно.
С одной стороны, Соединенные Штаты за последние десять лет осуществили военные вмешательства в Сербию, Афганистан, Ирак и до недавнего времени демонстрировали готовность применить силу в отношении Ирана.
С другой стороны, Россия жестко ответила на «антисепаратистскую» операцию Грузии в Южной Осетии, вторгшись на грузинскую территорию, а затем признав независимость двух ее мятежных республик. Китай уже стал второй в мире державой по объему военных расходов. Пекин осуществляет строительство военных баз по всему периметру Индийского океана и дислоцировал воинские контингенты в Мьянме и Судане.
«Производители» и «потребители» рисков одинаково отрицательно воспринимают большинство гуманитарных инициатив последнего времени, будь то Конвенция о запрещении применения, накопления запасов, производства и передачи противопехотных мин и об их уничтожении или Международный уголовный суд. США и их союзники – пусть не на уровне политиков, а на уровне экспертов – всё более открыто признают, что в XXI веке основными источниками если не явных угроз, то очевидных вызовов являются Китай и Россия. Последние отвечают тем же, укрепляя Шанхайскую организацию сотрудничества, которая воспринимается ими как «естественный противовес» «центру» современного мира.
США И КИТАЙ: МИР ПОПОЛАМ?
К чему может привести нарастающая «конфронтация рискующих»? Да и является ли она реальным фактом, или, быть может, все это плод воображения, а Соединенные Штаты и Китай составляют «Большую двойку», которая станет стержнем нового миропорядка?
Несомненно, США и КНР постепенно формируют одну из самых важных (хотя и несколько гипертрофированных, с уклоном в торгово-финансовую сферу) экономических и торговых «связок» в современном мире. В 2008-м объем накопленных взаимных прямых инвестиций приблизился к 70 млрд долларов, совокупные торговые трансакции составили 409,3 млрд долларов, а стоимость американских государственных долговых обязательств, которые держат китайские финансовые институты, перевалила за 760 млрд долларов. (Для сравнения: показатели экономической взаимозависимости Соединенных Штатов и Евросоюза располагаются в обратном порядке: европейцы держат облигаций на 460 млрд долларов, торговый оборот равен 675 млрд долларов, а суммарные инвестиции в экономику друг друга составляют 2,6 трлн долларов).
В то же время Китай не является демократическим государством, что считается американским руководством препятствием для политического сближения; экономика КНР в последние пять лет становится все более огосударствленной, военные расходы растут со средним темпом в 12–15 % ежегодно, а внешнеполитические предпочтения китайцев все чаще расходятся с американскими. Кроме того, американская и китайская экономики не сходны по своим структуре и качеству, как, например, европейские, а представляются прямым дополнением друг к другу. Это допускает для каждой из сторон возможность считать себя зависимой от другой (порой чрезмерно), что может обострять возникающие конфликты.
Едва ли Китай способен стать для Соединенных Штатов реальной угрозой уже в ближайшие годы, но очевидными представляются несколько обстоятельств, по которым его «мирное возвышение» делает современный мир менее комфортным для Америки.
Во-первых, США никогда не доминировали политически в мире, в котором они не были бы хозяйственным лидером. В наши же дни имеются все предпосылки к скорой утрате ими экономического и финансового доминирования, и новым номером один наверняка окажется именно КНР. Это может повысить агрессивность и непредсказуемость не столько самого Китая, сколько Соединенных Штатов, которые, естественно, захотят сохранить статус-кво.
Во-вторых, Китай, уже сегодня воспринимаемый как «второй полюс» нового многополярного мира, несомненно, будет строить свою внешнеполитическую идентичность на умеренном антиамериканизме (или, правильнее сказать, скептицизме в отношении США).
В-третьих, и Соединенные Штаты, и КНР, демонстрирующие в последнее время весьма прохладное отношение к формированию более обязывающего мирового порядка на основе европейских подходов, заведомо являются менее предсказуемыми политическими игроками, чем те же страны Европейского союза. Список можно продолжить.
Откровенно говоря, я не верю, что США с их мессианской идеологией и историей, которую они имели в ХХ столетии, спокойно и беспристрастно смогут наблюдать за возвышением Китая, превращением его в крупнейшую экономику мира, укреплением ШОС (что, на мой взгляд, крайне маловероятно, но чем бог не шутит), формированием китайской зоны влияния в Южной Азии и Индийском океане и т. д. Более того, нынешний кризис ускорит процесс формирования «постамериканского» мира, и по мере нарастания такового озабоченность Вашингтона будет лишь усиливаться.
Кроме того, говоря столь же откровенно, я не верю ни в то, что Китай не представляет собой экономическую и политическую угрозу для современной России, ни в то, что наша страна заинтересована закреплять свое подчиненное место в альянсе с недемократической державой и становиться сырьевым придатком государства, которое само выступает в качестве сырьевого придатка западного мира. Поэтому (с точки зрения как США, так и России) я не вижу ничего положительного в формировании нового биполярного мира, центрами которого окажутся Вашингтон и Пекин.
В этот мир вернется Realpolitik самого примитивного толка, а союзники обеих сторон окажутся разменными монетами в их геополитических играх. В то же время появление Китая как нового, чуждого Западу центра экономической и политической мощи способно изменить мировую политику к лучшему и сделать мир XXI века более сплоченным и организованным.
НОВЫЙ ЗАПАД
В данном случае я имею в виду, что возвышение нового восточного гиганта может подтолкнуть западные страны к переосмыслению своего места и роли в мире, что представлялось бы крайне своевременным. В 2003 году французский политический аналитик Доминик Муази констатировал в статье, опубликованной в журнале Foreign Affairs, что окончание холодной войны знаменовало переход от мира, в котором существовали «две Европы, но один Запад», к такому, где имеются «одна Европа и два Запада».
Пока идея о «конце истории» получала в 1990-х подтверждения своей состоятельности, конкуренция двух моделей западной цивилизации выглядела если не естественной, то допустимой. Однако ныне, после резкого падения политического, а теперь и экономического «авторитета» Соединенных Штатов, существование «двух Западов» является непозволительной роскошью в мире, где формируется «новый Восток», причем гораздо более «восточный» и гораздо более мощный, чем тот, что противостоял Западу в холодной войне.
Переосмысление природы западной цивилизации крайне важно сегодня не только потому, что связи между США и Евросоюзом нуждаются в укреплении, а позитивный опыт ЕС по вовлечению в орбиту стабильного демократического развития все новых и новых государств – в усвоении и развитии. Дело еще и в том, что в 1990–2000-х годах Запад – сознательно или вследствие ошибок в политических расчетах – оттолкнул от себя многие страны, являющиеся его естественной составной частью.
На протяжении 1990-х Америка и Европа не попытались интегрировать в свои политические, экономические и военные структуры Российскую Федерацию и большинство республик европейской части бывшего СССР, которые в начале того десятилетия были готовы приобщиться к западному миру.
К началу же 2000-х Россия оказалась почти потерянной для Запада, перейдя под контроль сторонников умеренного авторитаризма, государственной экономики и апологии неограниченного суверенитета. В 2000-х годах то же самое произошло в Латинской Америке, где недовольство Соединенными Штатами спровоцировало во второй половине десятилетия массовый успех демагогических националистических сил, прикрывающихся ультралевыми лозунгами.
Между тем и Россия, и страны Латинской Америки – общества, сформировавшиеся в их современном виде на западной культуре, чья позитивная идентификация складывалась и складывается в осознании своих частных отличий от иных версий европейской цивилизации. Не пытаться переломить в равной степени опасного как для Запада, так и для самой России ее постепенного дрейфа в сторону Китая – величайшая ошибка, которую может сегодня совершить западный мир. Действие из того же ряда – молча и с видимым безразличием взирать на усиление экономических позиций Китая в Латинской Америке.
Сегодня возвышение Пекина порождает надежду на то, что Запад способен сформулировать более ответственную геополитическую «повестку дня» для первой половины XXI века. Не создавая глобального антикитайского альянса, Соединенные Штаты и Европейский союз могли бы попытаться расширить границы западного мира, пока его потенциал и выгоды от сотрудничества с ним выступают, несомненно, притягательным фактором для правительств и народов стран, в той или иной степени обращенных к Западу.
Для реализации такой стратегии необходимы нетрадиционные решения и радикальные действия. НАТО как американо-европейский военный альянс могла бы быть преобразована в ПАТО (Pan-Atlantic Treaty Organization), к участию в которой следовало бы пригласить Россию, Украину, Мексику, Бразилию и Аргентину, заявив об открытости организации для всех стран Восточной Европы и Латинской Америки. США, ЕС, Россия, Мексика, Бразилия и Аргентина могли бы стать основателями новой экономической организации, повторяющей в своих основных чертах экономическую структуру Европейского союза и способствующую не только распространению свободной торговли, но и введению единых правил в сфере защиты инвестиций, развитию конкуренции, расширению зоны действий единых стандартов, общих правил регулирования трудового и социального законодательства.
Важнейшей задачей этих мер была бы интеграция Соединенных Штатов – в военном отношении самой мощной, но экономически и гео-политически все менее предсказуемой державы мира – в рамки ассоциации, которая смогла бы стать «центром притяжения» для всего остального человечества.
«Расширенный Запад» мог бы стать таким субъектом мировой экономики и политики, какого мир никогда не знал. Простой подсчет показывает, что его суммарное население составило бы 1,65 млрд человек, доля в глобальном валовом продукте – от 68 до 71 %, в мировой торговле – около 76 %, а в экспорте капитала – более 80 %. На страны блока пришлось бы почти 35 % личного состава вооруженных сил, 78 % затрат на военные цели и свыше 94 % существующих в мире ядерных вооружений.
Превосходство «расширенного Запада» в технологической и инновационной сферах вообще не требует комментариев. И что особенно важно, с учетом людских и природных ресурсов России и Латинской Америки «расширенный Запад» стал бы в этих отношениях совершенно самодостаточным экономическим блоком, независимым от импорта труда, полезных ископаемых и энергоресурсов из-за пределов собственных границ. Только в рамках этого объединения, простирающегося от Анадыря до Гавайев, от Бергена до Огненной Земли, Европа, Соединенные Штаты и Россия смогли бы ощущать себя в безопасности и пользоваться всеми благами свободного перемещения товаров, капитала и людей по половине обитаемой поверхности земной суши.
Подобный альянс был бы выгоден для всех его участников.
Во-первых, он вдохнул бы новую жизнь в прежнее североатлантическое единство, которое может быть подорвано постепенным финансово-экономическим упадком США даже в большей степени, чем их ближневосточными авантюрами.
Во-вторых, он задал бы четкий вектор развития России, у которой объктивно сегодня нет возможностей самостоятельно осуществить модернизацию экономики и стать державой, хотя бы относительно сравнимой с Китаем по хозяйственной мощи.
В-третьих, он позволил бы интегрировать быстро развивающийся латиноамериканский континент в орбиту западного мира, поскольку формальная «вестернизация» и так находящихся в орбите влияния Запада Мексики, Бразилии и Аргентины позволила бы существенно изменить баланс сил в Латинской Америке и в конечном счете привела бы к падению популистских режимов от Венесуэлы до Боливии. По сути, он создал бы евроцентричную и европейскую по духу структуру, позволяющую, перефразируя сформулированную после Второй мировой войны задачу НАТО, to keep America in, and China out (держать Америку внутри, а Китай вовне).
Разумеется, нельзя не отдавать себе отчета в том, что важнейшим возражением против подобной схемы (за исключением сложностей ее практической реализации) станет тезис о том, что появление такого рода структуры будет воспринято Китаем как возведение вокруг него «санитарного кордона». Пекин и так чувствителен к стремлению Запада, пока уступающего Китаю в экономическом соревновании (пусть и ведущемся далеко не всегда честными методами с обеих сторон), застопорить возвращение Поднебесной на ее «естественное» место в мировой экономике и политике.
В результате подобная политика может породить больше опасностей и угроз, чем преодолеть. Такая возможность реально существует, и не нужно сбрасывать ее со счетов. Однако намного правильнее заранее осознавать опасность и не допускать создания ситуации, в которой она окажется очевидной и непосредственной, чем тешить себя идеями «умиротворения», никогда еще в истории не зарекомендовывавшими себя с лучшей стороны.
Следует еще раз подчеркнуть, что воссоединение Запада вряд ли превратится в антикитайский альянс прежде всего потому, что ни один из его участников не будет заинтересован в военном противостоянии с Китаем (а если кто-то и попытается пойти в этом направлении, он будет удержан остальными участниками сообщества). Кроме того, объединение столь разнообразных стран потребует переосмысления тех ценностей и принципов, которые сейчас считаются «западными», и тем самым неизбежно снизит накал критики, которой сейчас подвергается Китай за свой «недостаточный либерализм». И, наконец, за исключением России членами нового объединения не станут страны, которых Китай рассматривает либо как свои потенциальные «зоны влияния» (государства Центральной Азии), либо как «потенциальных соперников» (Индия и Япония).
Хотя экономически КНР выступает сегодня как один из основных игроков на международной арене, в военно-политическом аспекте она остается мощной региональной державой, выстраивающей свою политику исходя из оценки отношений с Японией, Индией, Россией, Пакистаном, Мьянмой и странами Юго-Восточной Азии. Сегодня многие эксперты признают, что Азия (в том числе и из-за возвышения Китая) является потенциально самым конфликтным регионом мира. Формирование сообщества, которое станет, несомненно, самым мощным в военно-политическом отношении игроком в мире, способно существенно снизить угрозы кризисов, порождаемых стремлением отдельных стран стать равнозначным геополитическим актором, – просто потому, что подобная задача окажется заведомо нереализуемой.
***
Рассуждения об «упадке» Запада занимают умы философов уже несколько столетий, но только на рубеже XX и XXI веков они начали получать явные подтверждения. Впервые с XVII столетия (а если рассматривать мир как единое целое, то вообще впервые) центр экономической мощи смещается из Северной Атлантики в Азию, причем в условиях продолжающейся глобализации. Также впервые внутренне рациональные идеологии, сформировавшиеся в рамках западной цивилизации, больше не управляют миром. Более того, рационализм, как таковой, переживает кризис, на его фоне все большую популярность и влияние приобретают религиозные верования, абсолютизирующие деление человечества на группы и цивилизации, эксплуатирующие для своей экспансии эмоции и предрассудки.
По мере таких перемен мир становится во всевозрастающей степени неуправляемым, радикально отличаясь от тех времен, когда европейцы без особых усилий контролировали в политическом и военном отношениях бЧльшую часть земной поверхности. Созданные в ХХ веке международные союзы и организации оказываются неспособны поддерживать даже иллюзию порядка, ради упрочения которого они были созданы. Повышение степени разнообразия культурных и политических традиций постепенно выхолащивает саму идею прогресса в его европейском понимании, заменяя ее принципом «все дозволено», что, на мой взгляд, в перспективе может оказаться крайне опасным.
Переломить эту тенденцию традиционный североатлантический Запад не в силах. Рассуждения о том, что XXI век будет таким же «американским», как и ХХ век, не выглядят убедительными, как и любые «линейные» прогнозы в эпоху перемен. Наступившее столетие не будет ни «американским», ни «североатлантическим», но в том, чтобы оно стало «азиатским» и тем более «китайским», не заинтересованы ни американцы, ни европейцы, ни россияне. Сегодня всем им, как никогда прежде, стоит объединиться – не для того, чтобы создать враждебный кому-либо военный или политический альянс, а для того, чтобы, осознав на фоне «подлинно иного» общность своих культурных и исторических корней, попытаться сделать мир лучше. И если эта попытка увенчается успехом, нынешний финансово-экономический кризис не возвестит упадок Запада, а станет поворотным пунктом на пути к восстановлению его исторической роли.
![Главное](/images/star.png)
Страсти по воде
© "Россия в глобальной политике". № 3, Май - Июнь 2009
В.К. Белозёров – к. полит. н., сопредседатель Ассоциации военных политологов. Автор ряда публикаций по проблемам обороны и безопасности.
Резюме Многие эксперты сходятся во мнении, что после эпохи борьбы с терроризмом в ближайшие десятилетия последуют вооруженные конфликты за ресурсы и вода станет одним из главных объектов противоборства. К сожалению, компетентная позиция российской стороны по данной проблеме пока не прозвучала.
Тема борьбы за нефть и газ, которая стала особенно актуальной в предшествующие годы ценового бума, отодвинула на второй план в общественном сознании проблемы дефицита других природных ресурсов. Между тем ситуация с водой чревата разнообразными конфликтами уже в среднесрочной перспективе.
ВОДЯНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПЛАНЕТЫ
Из всех запасов воды на нашей планете для питья пригодны лишь 2,5 %, да и те распределены крайне неравномерно. Так, в конце 2006 года 80 стран, на территории которых проживает 40 % всего человечества, заявляли о том, что испытывают дефицит воды. Если на каждого жителя Земли в среднем приходится 7,5 тыс. кубометров воды, то в Европе – 4,7, а в Азии – всего 3,4. Расход воды в расчете на одного человека сегодня существенно различается даже в развитых странах, а между Европой и США – в разы. ООН оценивает дефицит пресной воды в 230 млрд кубометров в год, к 2025-му он увеличится до 1,3–2,0 триллионов. По некоторым расчетам, через четверть века нехватку живительной влаги будут испытывать уже две трети землян.
Ежегодно приблизительно 6 млн гектаров земной поверхности превращаются в пустыню. Из-за неудовлетворительных гигиенических условий, вы-званных дефицитом воды, ежедневно в мире умирают около 6 тыс. человек. На более чем 20 % суши антропогенная активность вышла за пределы емкости естественных экосистем, которые служат лишь для обеспечения потребностей человека и уже не обладают свойствами естественных объектов.
Ухудшается и качество воды. Каждый год из грунтовых вод человек отбирает 160 млрд кубометров, и до 95 % жидких промышленных отходов сливаются в водоемы абсолютно бесконтрольно. Кислотные дожди во многих странах давно не редкость. Если же загрязнения примут необратимый характер, то вода может стать невоспроизводимым ресурсом.
Секретариат ООН по водным ресурсам создан еще в 1978 году, 2003-й был объявлен Международным годом пресной воды, период же с 2005 по 2015 год провозглашен Десятилетием воды. В течение Международного десятилетия питьевой воды и санитарии в 80-х годах XX века удалось повысить соответствующую статью снабжения населения городов на 2 %. На сей раз численность людей, живущих в условиях дефицита питьевой воды, планируется сократить вдвое.
Сложность состоит в том, что почти на порядка 50 % суши влага подается из речных бассейнов, принадлежащих двум или более государствам, порой готовых обвинить соседей в дефиците воды. В этих условиях установление контроля над ее запасами все чаще становится причиной международных конфликтов, тем более если соседи исторически враждовали и одна из стран в состоянии ограничить водоток. В схватку за жизненно важные источники вступают группировки экстремистского и криминального толка, особенно там, где власть коррумпирована либо присутствуют признаки «падающего» государства.
Однако спектр проблем в сфере национальной и международной безопасности, так или иначе связанных с водой, гораздо шире. И рассматривать их следует в комплексе.
Лишение водоснабжения является проверенным способом уничтожения противника в ходе военных конфликтов: устраиваются плотины и перегораживаются реки, засыпаются и травятся колодцы и т. д. В пустынной местности источники воды оказываются в фокусе борьбы. Неудивительно, например, что практически при каждом обострении отношений с Южной Осетией грузинская сторона ограничивала подачу воды в Цхинвал.
Организуя антитеррористические мероприятия, уязвимым развитым обществам приходится принимать во внимание вероятность разрушения гидротехнических сооружений с катастрофическими последствиями. Поражение таких объектов предоставляет террористам возможности асимметричного противоборства. Несколько десятилетий назад немецкий социолог и юрист Карл Шмитт писал, как это может произойти на самом деле: «Я могу себе представить, что здесь, в Зауэрланде… объявится самый настоящий подрывник под видом детского врача, отправится за ближайшую гору и оттуда разрушит все плотины, перегораживающие поймы рек Зауэрланда и ближайшей местности, – эффект будет таков, что вся Рурская область превратится в болото».
Уже в ноябре 2006-го спецслужбы России предотвратили намерение экстремистов осуществить серию взрывов на гидротехнических сооружениях юга страны. «В случае проведения на одном из них диверсионно-террористической акции могут возникнуть катастрофические последствия, в том числе парализация жизнедеятельности целого района, большие человеческие жертвы, серьезные экономические потери», – заявил тогда глава ФСБ России Николай Патрушев.
ГРЯДУТ ЛИ ВОЙНЫ ЗА ВОДУ?
Даже самые первые конфликты между политическими субъектами в истории человечества, по всей видимости, происходили из-за рек и источников. Тогда, за две с половиной тысячи лет до Рождества Христова, в Месопотамии, в шумерской цивилизации, велась острая борьба за право пользования водами Тигра и Евфрата.
Сегодня же многие эксперты сходятся во мнении, что после эпохи борьбы с терроризмом в ближайшие десятилетия последуют вооруженные конфликты за ресурсы и вода станет одним из главных объектов противоборства. Наиболее активно тревогу поднимают представители экспертного сообщества и политики на Западе, в то время как компетентная позиция российской стороны по данной проблеме пока не прозвучала.
Еще в 1995 году вице-президент Международного банка реконструкции и развития Исмаил Серагельдин выразил уверенность в том, что войны следующего столетия будут вестись не за нефть, а за воду. На саммите, посвященном проблеме изменения климата (Найроби, ноябрь 2006 г.), тогдашний министр обороны Великобритании Джон Рейд предупреждал, что насилие и политические конфликты станут вероятнее по мере превращения водных бассейнов в пустыни, таяния ледников, отравления водоемов. По его мнению, всеобщий водный кризис превращается в угрозу глобальной безопасности и британская армия должна быть готова к участию в разрешении вооруженных столкновений, возникающих в связи с истощением источников водных ресурсов.
Рейд не одинок в таких прогнозах. Фактически в одно время с ним Мишель Альо-Мари, в ту пору глава оборонного ведомства Франции, заявила: «Завтрашние войны – это войны за воду, энергию и, возможно, за пропитание». Ее слова заслуживают особого внимания на фоне продовольственного кризиса, охватившего планету. Бывший ректор Университета ООН Ханс ван Гинкель также указывал, что «международные и гражданские войны из-за воды угрожают стать основным элементом политической жизни XXI века».
Исследовательские структуры в Соединенных Штатах все более склонны увязывать проблемы гидроресурсов, от которых зависит стабильность во многих странах – экспортерах нефти, с энергетической безопасностью. В докладе, подготовленном Центром морских исследований и направленном в апреле 2007 года президенту США, отмечено, что сокращение водных ресурсов представляет «серьезную угрозу» национальной безопасности. Группа отставных адмиралов и генералов предупреждает руководство страны, что когда-нибудь Соединенные Штаты будут втянуты в ряд жестоких войн за воду. Близкие к администрации Буша экспертные структуры были не менее категоричны в своих выводах: «Водный вопрос критичен для национальной безопасности США и является интегральной составляющей в поддержке американских ценностей в гуманитарном и демократическом развитии».
Не дожидаясь обострения ситуации в глобальном масштабе, Соединенные Штаты готовятся с помощью оружия единолично распоряжаться близлежащими водоемами, до сих пор находившимися в совместном пользовании с соседями. В 2006-м американское правительство объявило о намерении использовать в составе сил береговой охраны Великих Озер, которые угрожающе загрязняются и уровень которых неуклонно падает из-за чрезмерного роста в прилегающей зоне численности населения и промышленности, патрули на судах, вооруженных пулеметами. Для тренировок вдоль берегов было создано 34 стрельбища, проведены многочисленные учения, в каждом из которых в сторону озер были выпущены тысячи боевых патронов.
ВОДА КАК ПОЛИТИЧЕСКИЙ ИНСТРУМЕНТ
Вода может быть использована и как мощный инструмент реализации национальных интересов. Подобным образом поступают Китай, некоторые другие страны. Наиболее же ярким примером того, как в полной мере прагматично и рационально используются гидроресурсы и природно-географическое положение, является Турция.
Страна имеет опыт продажи значительных объемов питьевой воды, однако интерес представляет не только коммерческая сторона проблемы, поскольку власти Турции активно прибегают к «водным» рычагам политического воздействия на соседей. Максимальные выгоды извлекаются из того обстоятельства, что на территории страны находятся верховья Тигра и Евфрата, где к 2010-му планируется воздвигнуть 22 плотины, 19 гидроэлектростанций и водохранилищ.
Вследствие малого количества осадков страны, расположенные в бассейне Тигра и Евфрата, вынуждены прибегать к искусственному орошению сельскохозяйственных земель. Если намеченные Анкарой планы воплотятся в жизнь, значительно сократится количество воды, попадающей в Сирию и Ирак, которые находятся ниже по течению. Турция получает возможность дозированно выделять соседям воду, объем которой зависит от их сговорчивости. Кстати, в 1990–1991 годах, накануне войны в Персидском заливе, Турция – по договоренности с Сирией – уже оказывала давление на режим Саддама Хусейна посредством ограничения объемов отпускаемой воды.
Водный фактор используется Турцией и в отношении Сирии. В 1987-м оба государства подписали соглашение, регулирующее вопросы водоснабжения. Условием турецкой стороны стало требование к Сирии не оказывать поддержку Курдской рабочей партии. Характерно, что свои гидросооружения Турция строит как раз на территории проживания курдов, борющихся за создание собственного государства.
Любопытна ситуация вокруг поставок турецкой воды в Израиль. В августе 2002 года между обеими странами был подписан договор о поставках 50 млн кубометров воды в год, что обеспечивает лишь 3 % потребности Израиля. Стороны остановились на доставке воды по трубопроводу, что дороже по сравнению с использованием танкеров. При этом возможности трубопровода в 4–6 раз превышают первоначально предполагавшиеся объемы поставок танкерами. В то же время это обойдется гораздо дороже строительства в Израиле опреснительных установок, себестоимость же опресненной морской воды значительно ниже, чем турецкой.
Чтобы разобраться в ситуации, следует учитывать не столько экономическое, сколько политическое значение соглашения. В последние годы Турция превратилась для Израиля в стратегического партнера, подписан договор о расширении сотрудничества в области безопасности. Возможно, секрет кроется в том, что от подписания договора о поставках воды зависели перспективы закупок Турцией вооружения, произведенного в Израиле. «Нас интересует не только покупка воды», – недвусмысленно пояснил при обсуждении проекта документа министр национальной инфраструктуры Израиля Йосеф Парицкий. То есть соглашение о доставке воды по трубопроводу было выдвинуто Анкарой в качестве условия для расширения двустороннего военно-технического сотрудничества.
ПОТЕНЦИАЛ КОНФЛИКТА В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И КИТАЕ
Конфликты различной остроты, предметом которых является пресная вода, имеют место на всех континентах. Сосредоточимся на ситуации, складывающейся вблизи России, а именно в Центральной Азии и Китае.
В Центральной Азии коллизии вокруг источников воды происходили и во времена СССР, однако тогда их удавалось сдерживать. Сегодня ситуация постоянно ухудшается в силу ряда причин. Так, ожидается, что через 15–20 лет водные ресурсы региона сократятся, как минимум, на треть.
Во-первых, в регионе остро ощущается изменение климата. Вот уже несколько лет в Ферганской долине стоит засуха, западные области Узбекистана практически полностью обезвожены.
Во-вторых, усиливается антропогенная нагрузка на экосистему. Регион отличается высокими темпами роста населения, ощущается нехватка продовольствия, ввиду чего невозможно сокращение посевных площадей. Между тем полив полей до сих пор производится архаичным способом, по арыкам, в результате чего на выращивание урожая тратится влаги в несколько раз больше, чем при применении современных технологий.
Особенно показателен печальный пример Аральского озера-моря, площадь которого за каких-нибудь пять десятилетий сократилась более чем на половину вследствие «холодной войны» стран региона за воды впадающих в Арал Амударьи и Сырдарьи. А ведь когда-то полноводное и богатое рыбой море было четвертым по величине озером мира.
В-третьих, не урегулированы межгосударственные отношения касательно использования водных ресурсов.
Наиболее острые противоречия возникают в связи с режимом работы Токтогульского водохранилища в Киргизии. В нем содержится примерно 40 % всех запасов пресной воды региона. Самой республике достаточно и десятой части всего годового стока влаги. Однако из-за недостатка средств Киргизия уже несколько лет вынуждена отапливаться электричеством, вырабатываемым на собственных гидроэлектростанциях. В итоге зимой воды сбрасывается больше, чем требуется Казахстану и Узбекистану; летом же сброс ограничен, хотя потребность в воде в это время года намного выше.
Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан заключили рамочное соглашение об использовании гидроресурсов Нарын-Сырдарьинского бассейна рек. В нем предусматривается ежегодное принятие соответствующих четырехсторонних документов с последующим заключением двусторонних соглашений. Однако в течение ряда лет узбекская сторона уклоняется от их подписания.
На саммите Шанхайской организации сотрудничества в августе 2007 года вновь обнаружились различия во взглядах на решение водно-энергетических проблем в регионе. В частности, президенты Таджикистана и Узбекистана обменялись колкостями по поводу планов Душанбе по строительству плотины Рогунской ГЭС. Ташкент опасается, что слишком высокая плотина позволит Душанбе регулировать стоки воды, орошающие узбекские долины. Хотя руководство Таджикистана и опровергло такие опасения, но трения усугублялись. В начале 2009-го заявление президента Российской Федерации Дмитрия Медведева, сделанное в ходе его визита в Узбекистан и истолкованное таджикской стороной как поддержка позиции Ташкента, вызвало дипломатический конфликт с Москвой и чуть было не привело к отмене визита президента Таджикистана Эмомали Рахмона в Россию.
Нурсултан Назарбаев высказал на саммите ШОС-2007 ряд претензий к Китаю. Астана испытывает серьезные опасения в связи с осуществлением Пекином ряда водных проектов. Президента Казахстана можно понять, если учесть, что его страна занимает последнее место в СНГ по обеспеченности водой.
Руководство же КНР нацелилось на ускоренное освоение Западного Китая, одного из наиболее отсталых регионов страны. В Синьцзян-Уйгурском автономном районе завершается строительство канала, по которому часть вод из верховьев Иртыша будет перебрасываться на предприятия Карамайского нефтяного бассейна и для орошения сельхозугодий. Планируется увеличение забора воды в верхнем течении трансграничной реки Или, которая обеспечивает 80 % притока воды в озеро Балхаш. В настоящее время объем забора воды из Или в пределах КНР составляет 3,5 тыс. кубометров в год, увеличение объема до 5 тыс. вызовет обмеление и засоление озера Балхаш. Иртыш же является крупнейшим притоком Оби, одной из главных рек России, и питает озеро Зайсан в Казахстане. Реализация планов Пекина значительно сократит поступление воды в восточную и центральную области Казахстана, под угрозой водного голода окажутся города Усть-Каменогорск, Семипалатинск, Павлодар, канал Иртыш – Караганда, а уровень Иртыша в районе российского Омска может понизиться на 60 см.
В самом Китае дефицит качественной воды ощущается почти повсеместно, 70 % ее нельзя использовать даже в технических целях. Загрязнение рек самыми опасными отходами стало обычным явлением, а очистные сооружения на предприятиях практически отсутствуют. В большинстве случаев Пекин скрывает масштабы аварий и катастроф, что затрудняет оценку их последствий и принятие соответствующих мер соседями. Вдоль пограничной с Россией Сунгари стоят сотни промышленных предприятий, не оснащенных экологосберегающими сооружениями, а вода из реки прямиком попадает в Амур. Для ликвидации последствий загрязнений Россией уже привлекались и воинские формирования.
ПОДХОДЫ К РЕШЕНИЮ ПРОБЛЕМЫ
Мод Барлоу, автор книги «Голубой договор» (Blue Covenant), выделяет три основные причины водного кризиса в мире:
истощение запасов пресной воды,
несправедливый доступ к водным источникам,
корпоративный контроль над водными резервами.
Все это, по его мнению, составляет «главную современную угрозу планете и нашему выживанию». Автор предлагает начать с глобального договора – «завета» – о воде, который должен включать в себя три обязательства.
Первое – о сбережении воды, что требует от людей и государств защищать и сохранять мировые водные ресурсы.
Второе – о водной справедливости между мировым Севером, в достатке обладающим соответствующими источниками, и мировым Югом, который испытывает дефицит гидроресурсов.
Третье – о водной демократии между всеми правительствами, которые должны признать, что право на воду является фундаментальным всеобщим правом людей. Наряду с этим правительствам следует согласиться с тем, что граждане других стран также имеют право на воду.
То, что Барлоу предлагает обеспечить абстрактным «всем» беспрепятственный доступ к воде любого государства, мягко говоря, смущает. Ведь ответ на вопрос, у кого воды достаточно и кому, напротив, она так нужна, не является секретом Полишинеля, компенсация же владельцам воды не предусматривается. Скорее всего, в условиях обострения глобальной борьбы за ресурсы такой подход найдет заинтересованных последователей. Сегодня мировой общественности уже пытаются навязать мысль о том, что природные ресурсы России есть достояние всего человечества. А если быть точнее, то ими должны свободно пользоваться те, кто в них нуждается. Словом, если отбросить казуистику и называть вещи своими именами, то странам, богатым пресной водой, к числу которых в первую очередь относится Россия, по-хорошему предлагают «поделиться».
Положение России уникально. Достаточно сказать, что 23,6 тыс. кубических км воды Байкала – это не только более 80 % российских запасов пресной воды, но и порядка 20 % мировых. В целом же наша страна располагает третью мировых ресурсов и находится по данному показателю на втором месте, уступая лишь Бразилии. При этом Россию отличает более выгодное географическое положение – близость к странам, испытывающим дефицит воды.
Трудно сказать, в чем состоял изначальный замысел организаторов V Всемирного водного форума, состоявшегося в Стамбуле (март 2009 г.), но его тема «Устранение границ, разделяющих воду» с учетом сказанного выше звучит, мягко говоря, неоднозначно. Эпоха всеобщей любви, благоденствия, равных возможностей, полного умиротворения и воцарения гуманизма наступит еще не скоро. Реалии же таковы, что в международных отношениях по-прежнему господствуют прагматизм и политические субъекты отстаивают национальные интересы (как правило, за счет других), а дефицит природных ресурсов растет со всеми вытекающими отсюда последствиями.
В любом случае Россия быстро приближается к той точке, когда придется делать выбор. Хотелось бы, чтоб он был не спонтанным, а сознательным и подготовленным, с просчитанными последствиями.
НУЖНА ПРОДУМАННАЯ ГИДРОПОЛИТИКА
Все ли благополучно внутри самой России? В стране до сих пор немало городов и населенных пунктов, где вода подается лишь на несколько часов в сутки. Руководство государства правомерно обращает особое внимание на ее низкое качество, из-за чего в последние годы участились случаи массовых отравлений, вспышки инфекционных заболеваний. Без качественной питьевой воды не приходится говорить и об улучшении демографической ситуации, так как от нее напрямую зависят здоровье и продолжительность жизни россиян.
Наша страна занимает седьмое место в мировом рейтинге чистоты воды, что объясняется скорее ее огромными общими запасами. Самые грязные регионы – Урал, Западная Сибирь, Амур. На заседании Совета безопасности РФ 30 января 2008-го глава государства отметил, что в некоторых регионах от 35 до 60 % питьевой воды не удовлетворяют санитарным нормам. При этом «не удается остановить загрязнение целого ряда бассейнов рек в европейской части страны и Сибири, а наиболее высокими темпами оно идет вокруг российских мегаполисов и крупных городов». Владимир Путин упомянул «трансграничное загрязнение территории… в бассейнах рек Амур и Иртыш», указав, по сути, прямо на Китай. А Дмитрий Медведев в своем выступлении сообщил, что порядка 40 % поверхностных и 17 % подземных источников питьевого водоснабжения в стране не соответствуют санитарным нормам. На заседании был определен ряд мер по улучшению ситуации. Наведению порядка в использовании водных ресурсов должен способствовать и новый Водный кодекс Российской Федерации, вступивший в силу 1 января 2007 года.
Принимаются меры и по экономии воды, что приносит результаты. Например, сегодня среднестатистический москвич расходует 280 литров в сутки, а еще несколько лет назад потреблял 380 литров. Как сообщил, выступая на конференции министров V Всемирного водного форума в Стамбуле, министр природных ресурсов и экологии России Юрий Трутнев, за последние 5 лет удалось почти вдвое снизить использование воды на единицу валового внутреннего продукта.
Ситуацию в сфере российских водных ресурсов требуется оценивать всесторонне, просчитывая вероятные сценарии, в том числе самые неблагоприятные, и готовиться к адекватному реагированию.
Назрела необходимость в комплексной, целостной, концептуально оформленной водной политике (гидрополитике), которая связала бы воедино как внутренние, так и внешние аспекты. Целями ее следует определить: бережное отношение и защита имеющихся запасов; открытие новых ресурсов; рациональное использование наличных запасов; воздержание от загрязнения воды; удовлетворение насущных потребностей в воде с учетом их роста в будущем.
Россия, будучи столь щедро наделена полноводными реками и водоемами, неизбежно окажется в эпицентре разворачивающейся борьбы за водные ресурсы. Поэтому требуется внятная официальная позиция, посылающая четкие сигналы нашим зарубежным партнерам. Для этого было бы целесообразно подготовить самостоятельный документ в сфере гидрополитики. В любом случае соответствующие положения должны стать существенным элементом концепций и доктрин, определяющих подходы к развитию России и обеспечению национальной безопасности. В сложившейся обстановке следует внимательно рассмотреть перспективы создания альянса государств, богатых гидроресурсами, чтобы скоординировать усилия по распоряжению ими.
Нужно предусмотреть комплекс мер по защите водных ресурсов России от террористических атак, а также от посягательств со стороны других политических субъектов. Обострение борьбы за ресурсы занимает все более важное место в системе факторов, определяющих содержание государственной политики в области обороны и военного строительства. Нельзя исключить вероятность силовых сценариев, диктующих необходимость использования потенциала Вооруженных сил РФ для защиты национальных интересов в данной сфере. Поскольку водная система страны относится к числу критических инфраструктур, важно наличие системы сбора и обработки информации, использования научно обоснованных методов, позволяющих своевременно вскрывать потенциальные угрозы.
Антитеррористическая составляющая может быть пояснена на примере Москвы. Город в силу своего статуса и символического значения, а также ряда других факторов и без того представляет собой привлекательный объект для террористов. Между тем услугами столичного водопровода пользуются в общей сложности 14 миллионов человек, то есть примерно 10 % российского населения. При этом мегаполис и окрестности занимают лишь 0,3 % территории России. Высокая концентрация населения резко повышает вероятность террористических актов на гидросооружениях Москвы.
Кстати, Департамент внутренней безопасности США, созданный после событий 11 сентября, стал в 2002-м ответственным за безопасность водной инфраструктуры. На соответствующие нужды единовременно выделялось более 0,5 млрд долларов, в последующие годы финансирование только увеличивалось.
Поскольку вода имеет конкретную – и все более возрастающую – стоимость, то распоряжение гидроресурсами имеет и коммерческую сторону. Дефицит пресной воды ограничивает социально-экономическое развитие целого ряда государств, в том числе сопредельных с Россией, что делает ее достаточно востребованным товаром. В развитых странах Европы цена кубометра воды приблизилась к трем евро. Стало быть, есть прямой смысл определиться с экспортной ориентацией водных ресурсов.
В 2008 году на встрече министров и губернаторов с фракцией «Единая Россия» председатель Госдумы Борис Грызлов предложил превратить воду в третью по доходности статью экспорта после нефти и газа. Нельзя не упомянуть и периодически реанимируемую идею переброски части стока сибирских рек в Центральную Азию с целью продажи воды.
Эту идею в течение многих лет последовательно поддерживает мэр Москвы Юрий Лужков, направивший еще в 2002-м соответствующую аналитическую записку на имя президента РФ Владимира Путина. Подробно история вопроса и аргументы в пользу реализации этой идеи приведены в его книге «Вода и мир», вышедшей в 2008 году. Лужков считает, что Россия получит и ощутимые политические дивиденды.
Вернуться к обсуждению отвергнутого когда-то проекта призывал на саммите СНГ в Санкт-Петербурге в мае 2007-го президент Казахстана. Заявления Нурсултана Назарбаева и его коллег на международных форумах свидетельствуют о серьезности ситуации с водой в Центральной Азии и содержат намек на то, что конфликты, связанные с водными ресурсами, способны выйти за пределы региона.
Россия может и иными способами участвовать в коммерческих проектах. Так, предприятия оборонной промышленности располагают перспективными наработками в сфере создания уникальных опреснительных установок, которые позволяют получать дистиллированную воду из морской в промышленных объемах. По оценкам экспертов, мировая потребность в таких установках уже сегодня составляет 5–7 млрд долларов в год.
При взвешенном и разумном подходе к использованию имеющихся гидроресурсов Россия сможет отстоять свои национальные интересы и извлечь определенные выгоды из складывающейся, пусть и весьма непростой, ситуации
![Главное](/images/star.png)
Сергея Караганова, декана факультета мировой истории Высшей школы экономики, можно назвать профессиональным советчиком. В какие только советы он не входил! Совет при МИДе, Совет при Совете безопасности, Совет при председателе Совета Федерации – всего и не перечислишь. При Ельцине Караганов долго был даже членом президентского совета. И хотя Путин с Медведевым от ельцинского курса, особенно во внешней политике, решительно отмежевались, международнику Караганову нашлось место и в их команде.
В 2004г. он был введен в состав Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека. Плоды его работы на этом поприще пока не сильно ощутимы – гражданского общества в России как не было, так и нет, а права человека нарушаются сплошь и рядом. Но зато с экрана телевизора политолог Сергей Караганов по-прежнему регулярно растолковывает населению международную обстановку.
• Зачем в США учредили медаль, которой награждают за победу в «холодной войне»?
Это неправда, нет такой медали! Более того, у значительной части западной элиты есть ощущение, что Запад еще не до конца победил нашу страну в «холодной войне». Они, по сути, продолжают «холодную войну», направленную на дальнейшее ослабление России. При этом значительная часть российской элиты не считала и не считает себя побежденной. Она полагает, что, освободив себя и мир от коммунизма, Россия отступила добровольно, с развернутыми знаменами. В этом, кстати, сейчас главная причина трений между Россией и Западом.
• Что было бы с миром, если бы в «холодной войне» победил СССР?
Мы участвовали в «холодной войне» на крайне невыгодных условиях. Имели слабых и ненадежных союзников, в сравнении с блоком НАТО у нас было меньше населения, меньше валового национального продукта. Нам навязали военную конфронтацию, и поэтому Советскому Союзу в мирное время приходилось тратить 25% бюджета страны на оборону. Условно говоря, мы так и не вышли из Великой Отечественной войны. Ведь во время войн большинство стран тратят на оборону такую часть национального бюджета. У нас не было возможности победить. Но мы могли бы выйти из «холодной войны» более удачно, с меньшими потерями.
• Давайте коснемся внутриамериканской демократии. Журналистам «Нью-Йорк таймс», осмелившимся опубликовать заметку о том, что сразу после терактов 11 сент. Джордж Буш разрешил Агентству по национальной безопасности прослушивать телефоны американцев без санкции суда, генеральный прокурор США Альберто Гонсалес грозил предъявить официальное обвинение в нарушении закона о разведке от 1917г.
Америка – далеко не самая лучшая демократия в мире. И вообще не самая лучшая страна. Что касается гонсалесов, зажимов правды, разведопераций. то там все это есть по полной программе. А разве у нас подобного не происходит? Но я не хочу ругать свое государство. Мы спаслись. и спасибо Путину, что он вытащил страну из полного коллапса.
• Вы утверждаете, что главные интересы США и России «отныне лежат не в сфере двусторонних отношений, а в отношениях с третьими странами».
Международные интересы США в первую очередь связаны с Ираном, Афганистаном, Ираком и нераспространением ядерного оружия. Для России же это проблемы второго или даже третьего порядка. Для нас они, конечно же, тоже важны, но дело в том, что исторически мы привыкли жить в более сложных геополитических условиях, чем США. В условиях неопределенности, что ли. А главный интерес нашей страны, как его понимает нынешняя отечественная элита, – это недопущение полного ухода исторических земель из-под контроля России.
• Искусственно создав для России проблемы Ющенко и Саакашвили, американцы же будут помогать нам их решать в обмен на нашу поддержку США в их конфликте с Ираном?
Американцы всегда исторически мешали восстановлению великих держав. Такова государственная официальная политика США. Нужно относиться к ней без иллюзий. Кстати, поддержка Саакашвили и Ющенко – это на самом деле провал американской политики. Украинский президент не производит сколько-нибудь серьезного впечатления. Как можно было создать марионетку, которая при огромной поддержке США имеет 1-2% популярности у собственного народа! Конечно, это полный провал!
• Если не считать Абхазию и Южную Осетию «подушками безопасности» в плане обороноспособности нашей страны, нужны ли эти республики России?
Закавказье нам не нужно. Украина – совсем иное. Это колыбель русской нации. Скорбя о гибели русских, осетин и грузин в грузино-осетинском конфликте, мы должны благодарить Бога за то, что Саакашвили, при поддержке некоторых американцев, развязал войну. Если бы подобный конфликт начала Украина, то война была бы намного страшнее и вне нашего контроля. Теперь же, показав зубы и многих испугав, Россия пока – де-факто – остановила расширение НАТО.
• Вы осуждаете российскую элиту за ее недоверие к США. А разве США не воспользовались нашей слабостью в 1990гг.? Не потому ли Америка стала с нами считаться, что мы стали мощнее?
Я не осуждаю российскую элиту. Я просто констатирую факт, что у нее есть недоверие к США. Американцы сами заслужили это своей политикой. Могу привести примеры. 1999г. Бомбардировка Югославии! Даже многие либералы, от Солженицына до Чубайса, условно выражаясь, примерили эту ситуацию на свою страну, на Россию. Я шутя говорю, что все россияне ходили после этого в церкви, мечети и синагоги и благодарили высшую силу, что у нас есть ядерное оружие. Путин делал встречные шаги американцам. Ликвидация радиолокационной станции на Кубе. Поддержка американской антитеррористической операции и размещения американских военных баз в Центральной Азии. Нормальные жесты. Но после этих шагов американцы так ничего и не дали России взамен.
• Не станет ли процесс утери США гегемонии в мире равным по катастрофичности последствиям распада СССР?
Когда перестала существовать жесткая двухполярная система, была предпринята попытка построить однополярную систему с политической ориентацией на США. Но! Американской гегемонии как таковой так и не случилось. США создавали лишь видимость мирового порядка. Сейчас наступает хаос – традиционное состояние международной системы.
• Не стоит ли в этой ситуации России более агрессивно использовать выгодный момент?
А мы и используем! Россия, имея всего 2,5% мирового ВНП, является, по неофициальным, но довольно надежным рейтингам, третьей страной на планете по мировому влиянию. Опережая в разы объединенную Европу, Японию, Индию! Это результат сознательной политики по изменению невыгодных для нас правил игры, которые сложились в 1990гг., и жесткого отстаивания своих национальных интересов.
Лев Сирин, «Фонтанка.ру»
Президент Белоруссии Александр Лукашенко отказался приехать на саммит Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ), а также поручил Госпогранкомитету страны приступить к проработке элементов пограничного и таможенного контроля. Это ответ Минска на запрет ввоза молочных продуктов на российский рынок.(Российское министерство иностранных дел уже призвало белорусские власти не политизировать проблему поставок молочной продукции из Белоруссии в РФ и не увязывать ее с деятельностью ОДКБ.)
На прошедшем вчера саммите ОДКБ в Москве должно было состояться семистороннее подписание соглашения о Коллективных силах оперативного реагирования (КСОР). Однако белорусская сторона мероприятие бойкотировала. Причиной послужила разгоревшаяся в начале июня «молочная война».
Главный санитарный врач России Геннадий Онищенко заявил о запрете на ввоз в Россию 600 наименований молочных продуктов из Белоруссии, а затем – об изъятии их из розничной торговли. «Белорусские молочные продукты не пересекут российскую границу до тех пор, пока не будет приведен документ», – заявил Онищенко. Иными словам, пока белорусы не выполнят всех требований российского техрегламента. Для этого, им придется переоформить 603 санитарно-эпидемиологических заключения и 55 регистрационных удостоверений, разработанных новым техническим регламентом Роспотребнадзора. По словам помощник министра сельского хозяйства и продовольствия Белоруссии Казимира Романовского, чтобы решить вопрос о переоформлении необходимой документации потребуется не меньше недели. Для чего Белоруссия уже направила в Москву делегацию.
Основная претензия российской санитарной службы к белорусским продуктам – недобросовестная квалификация. Под видом натурального молока, Минск завозит порошковое, разведенное. Фальсификат встречается и в масле, и в сыре. В последнее время Белоруссия втрое увеличила закупки пальмового масла. Им-то производители и приправляют продукты, которые идут на экспорт в Россию.
Жесткая позиция в этом вопросе понятна: для россиян исчезновение с прилавков белорусских продуктов пройдет практически незамеченным. Их доля в молочном сегменте составляет всего 5-7%. Для Белоруссии последствия «молочной войны» могут оказаться куда более серьезными. «Сегодня, когда в каждом из 118 районов Белоруссии есть молокозаводы, когда на них завязаны десятки тысяч домашних хозяйств и предприятий, меры против белорусского молока, безусловно, ударят по карманам обыкновенных белорусов, – говорит президент белорусского научно-исследовательского центра «Мизеса» Ярослав Романчук. – Из этого следует снижение реальных доходов населения на 30%, а при восстановлении таможенных пограничных барьеров, я думаю, темпы падения белорусской экономики будут больше».
Россия и Белоруссия экономически сильно связаны друг с другом: альтернативы российскому рынку для белорусов в среднесрочной перспективе нет, считает эксперт Центра политической конъюнктуры Дмитрий Абзалов.
Об этом непрозрачно намекнул и российский президент Дмитрий Медведев: «Наши белорусские партнеры потребляют довольно значительные ресурсы, которые предоставляются из Российской Федерации, я имею в виду финансовые ресурсы, и, с другой стороны, поставляют на территорию России по экспорту 93% от того, что они вообще экспортируют. Я имею в виду в области мясо-молочной продукции. А по мясу – практически 100%. О чем это говорит? Россия для Белоруссии – очень важный рынок, и мы это понимаем. В то же время, когда мы работаем по таким вопросам, желательно соблюдать правила, желательно соблюдать квоты на поставки».
«И Россия, и Белоруссия понимают, что конфликт не выгоден ни одной из них, поэтому в перспективе он разрешится. Другой вопрос, кто из его сторон сможет добиться больших преференций, – считает Дмитрий Абзалов. – Так, Александр Лукашенко пытается воспользоваться ситуацией, чтобы пролоббировать получение кредита на 500 млн.долл., и фактически субсидировать сельхозпроизводителей. Россия, в свою очередь, заинтересована в прекращении всевозможных давлений со стороны Белоруссии. В частности, Москва рассчитывает, что Минск наконец-то признает Южную Осетию и Абхазию, как и обещал ранее. Помимо этого – на переход к перерасчету на руб. за энергоносители, возврат кредитов, создание таможенного союза».
15 июня в Москву прибыла рабочая группа из Белоруссии для проведения переговоров по поводу исполнения требований российской стороны о переоформлении необходимых документов для ввоза продукции на территорию РФ. В составе группы – замминистра сельского хозяйства и продовольствия Белоруссии Михаил Савельев, представители Госстандарта и санэпидемслужбы, а также ряда предприятий.
Интервью центральному телевидению КНР, 15 июня 2009 г., Московская область, Горки.ЧЖАН ЮЙ: Мы обратили внимание на то, что в вашем послании было сказано о том, что российская экономика сейчас сталкивается с большими трудностями. Можно ли сказать, что в данный момент эти трудности уже преодолены?
Д.МЕДВЕДЕВ: Действительно, и в моем Бюджетном послании, и в некоторых других документах довольно много внимания уделяется ситуации в экономике. К сожалению, мы пока не можем сказать, что все трудности преодолены. И я думаю, что это относится ко всей мировой экономике и ко всем национальным экономикам. Все мы сейчас предпринимаем усилия для того, чтобы победить последствия глобального финансового кризиса: мы этим занимаемся, естественно, применительно к ситуации в нашей стране, этим занимаются другие наши партнёры, и Китайская Народная Республика занимается.
Что можно сказать о текущей ситуации? К сожалению, за последнее время, несмотря на успехи в модернизации нашей экономики, ряд проблем мы не смогли решить, я имею в виду, прежде всего, такую одностороннюю направленность нашего экспорта – сырьевую, а также мы не смогли создать такой полноценной развитой банковской системы, которая в меньшей степени была бы зависима от ситуации со спекулятивными финансовыми средствами. Поэтому, когда начались проблемы с экспортом, упали цены на основные энергоносители, и когда произошел отток спекулятивных финансовых средств, которые всегда на том или ином рынке пребывают, у нас возникли определённые проблемы, которые впоследствии сказались и на уровне промышленного производства, и на состоянии дел в реальном секторе; у нас произошло падение темпов роста. К сожалению, в этом году мы полагаем, что абсолютных цифр по росту ВВП не будет. ВВП, видимо, упадёт. Пока мы говорим, может быть, о шести процентах, но ситуация может быть различной.
Что же касается других показателей, то они тоже не самые лёгкие, у нас возросла инфляция, хотя сейчас темпы её роста замедлились, тем не менее она высокая, у нас есть проблемы с безработицей, общее количество зарегистрированных безработных сейчас составляет больше 2 миллионов 200 тысяч человек, что для России не маленькая цифра, при этом регистрированные безработные, но есть ещё и те люди, которые на биржу труда не встали, мы определяем общее количество людей, которые находятся в постоянном поиске работы, – где-то в размере около 6 миллионов человек. Поэтому это социальная проблема, мы с ней тоже стараемся бороться.
Что для этого делается? Для этого разработана специальная антикризисная правительственная программа и по поддержке реального сектора экономики, отдельных предприятий, особенно крупных градообразующих предприятий, и программа, которая направлена на поддержку людей, потерявших работу, людей, которые сейчас находятся в отпуске, или же их рабочий день не до конца загружен. Речь идёт о переобучении людей, речь идёт о том, чтобы они получали повышенное пособие по безработице – по сравнению с тем, что было раньше, речь идёт о том, чтобы создать сеть малых предприятий, где бы могли работать люди, потерявшие работу. То есть это достаточно серьёзная, большая работа, которой мы занимаемся. Мы не драматизируем ситуацию, она в целом не хуже и не лучше, чем в большинстве развитых экономик, но ещё многое предстоит сделать.
И вот совсем недавно, несколько дней назад, состоялся Петербургский экономический форум, мы встречались с представителями других стран и, естественно, пришли к довольно простому выводу: на глобальный кризис необходимо давать глобальный ответ, нужно формировать новую финансовую структуру – и этим всем мы занимаемся. Занимаемся совместно, занимаемся в координации с нашими партнёрами, в том числе такими близкими, как Китайская Народная Республика.
ЧЖАН ЮЙ: Что касается российского сырьевого экспорта, мы знаем, что энергетика сыграла большую роль в возрождении российской экономики, но так как случился глобальный финансово-экономический кризис, то цены на энергоносители упали, и российская экономика столкнулась с проблемами. Как вы считаете, их нужно решать?
Д.МЕДВЕДЕВ: Решать их нужно следующим образом: нужно, с одной стороны, заниматься развитием нашей энергетики как базовой отрасли, которая формирует экспортный потенциал, даёт основной приток денежных средств, но в то же время в целом реформировать, диверсифицировать структуру экономики нашей страны, делать её более разнообразной. У нас есть целый ряд программ на эту тему, мы считаем, что, допустим, такой очень перспективный вид компонентов развития экономики, как инновации, в нашей стране используется очень слабо. Мы бы хотели, чтобы наша экономика была в лучшей степени приспособлена к современной жизни, чтобы процент ИТ в экономике был существенно выше, чтобы наши предприятия были лучше подготовлены к современной жизни.
В этом смысле как раз основной урок этого кризиса заключается в том, чтобы создавать более разнообразную экономику. Мы смотрим по сторонам, смотрим на опыт других стран, смотрим на то, как активно и успешно развивалась китайская экономика за последние годы: и как раз вам удалось тоже во многом диверсифицировать структуру экономики. Это очень хорошо, это помогает Китаю сейчас выдерживать последствия экономического кризиса. И мы должны этим заниматься. Вот это, может быть, основной урок кризиса и основные предложения на будущее.
ЧЖАН ЮЙ: До того как вы вступили в должность президента, вы много раз говорили о том, что ваша задача – поднять качество жизни населения, а сейчас во время пребывания на посту президента вы столкнулись с этой проблемой экономического кризиса. Повлияет ли эта ситуация на эту важнейшую задачу – повышения качества жизни населения?
Д.МЕДВЕДЕВ: Задача, конечно, останется неизменной. Задача повышения качества жизни российских граждан – это первейшая задача государства, важнейший приоритет развития нашего общества. Что касается текущей ситуации, конечно, кризис никому не добавляет позитивных эмоций, но пока каких-то существенных ухудшений не произошло. Более того, мы практически сумели сохранить всю ту доходную базу, которая была и в частном секторе, и в государственном секторе. Мы индексируем пособия, мы проводим индексацию заработной платы, мы следим за тем, чтобы заработная плата на частных предприятиях тоже выплачивалась в срок.
Есть проблемы с отдельными предприятиями, которые, допустим, в силу того что разрушен технологический цикл или же произошло падение цен по экспортным направлениям, находятся в сложной ситуации, – вот им оказывается отдельная адресная поддержка.
Но если говорить об уровне жизни наших граждан, то ничего драматического сейчас не происходит. И наша задача сделать так, чтобы кризис как раз не оказал практически никакого воздействия на уровень жизни в нашей стране.
Я считаю, что эта задача достижима, но ей нужно заниматься – заниматься в ежедневном режиме, что, собственно говоря, и делаю я, делает Правительство нашей страны.
ЧЖАН ЮЙ: После прибытия в Россию мы посмотрели, что по опросам населения ваш рейтинг составляет 68%. Это говорит о том, что вы не обманули чаяния избирателей. И хотелось бы узнать, как вы оцениваете свое собственное пребывание на посту президента за последний год?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я думаю, что всё-таки это не мое дело – оценивать то, как выглядят рейтинги, или же тем более давать оценку собственным действиям. Это всё-таки дело прежде всего людей, которые следят за действиями политиков, дело, естественно, социологических структур. Но если говорить о моих ощущениях, то, несмотря на то, что за последние годы произошло довольно много драматических событий, в том числе и вот этот кризис, который нас всех поставил в довольно сложную ситуацию, тем не менее я считаю, что самое главное, что удалось сделать, – это сохранить направление развития нашей страны, развития общества, развития тех целей, которые мы ставили перед собой. Ни одна из социальных программ, ни одна из экономических программ не свёрнута, даже несмотря на кризис. Может быть, вот это самое главное.
Мы стараемся делать так, чтобы те задачи, которые мы выстрадали – выстрадали за последние годы, – были реализованы. Кстати сказать, и внешнеполитические приоритеты остаются прежними, в том числе и развитие всемерных, наиболее близких партнёрских отношений с Китайской Народной Республикой, которая является нашим стратегическим партнёром и с которой нас связывают особые доверительные дружественные отношения. Так что вот такой момент преемственности, как я считаю, естественно, должен обеспечить стабильное развитие нашей страны на годы вперед. И этим я буду заниматься дальше.
ЧЖАН ЮЙ: У вас есть собственный блог в интернете, и он очень посещаемый. Вы сами его ведёте? И вы следите за комментариями, которые там оставляют посетители?
Д.МЕДВЕДЕВ: Хороший современный вопрос. Вы знаете, я действительно довольно давно пользуюсь интернетом, уже, наверное, 12 лет, и слежу за развитием глобальной информационной сети. Считаю, что это очень перспективная вещь, и поэтому для очень большого количества граждан на нашей планете это источник информации, причём самой разной информации: собственно официальной, новостной и неформальной, по интересам, что называется. Поэтому я считаю важным, чтобы и руководители государства владели этими навыками.
Поэтому по моей инициативе был несколько изменен сайт президента и создан его специальный раздел, где ведётся видеоблог президента Российской Федерации. Я периодически делаю записи, выступаю по тем или иным актуальным темам – и внутренним, в том числе связанным с кризисом, с другими вопросами, иногда по менее значительным темам, но тем не менее важным для наших граждан, и по внешнеполитическим вопросам иногда. И после этого эти темы, конечно, обсуждаются, пишут комментарии наши граждане, причём заинтересованные, весьма критические иногда, иногда за что-то там, может быть, и благодарность свою выражают. Но тем не менее очень важно, что вот такого рода информация поступает, что называется, из первых рук, и она действительно попадает ко мне на стол – вернее говоря, в компьютер; я сам просто вижу, что пишут наши граждане, посещающие соответствующий сайт и реагирующие на мое выступление в видеоблоге.
По некоторым сложным темам я иногда даже даю поручения, потому что, если говорится о каких-то недостатках, причём крупных, серьёзных недостатках или проблемах, мне приходится давать прямое поручение. Это делается не всегда, но иногда это необходимо. Так что это такой прямой и очень эффективный канал информации, связывающий президента, с одной стороны, и всех желающих, у кого есть на столе компьютер, с другой стороны.
ЧЖАН ЮЙ: В вашем блоге 20 мая появилась запись, которая вызвала очень большой интерес у публики, она касалась борьбы с коррупцией. Вы также говорили о том, что будете декларировать свои собственные доходы, а также доходы вашей семьи.
И мы хотели бы поинтересоваться: это действие носит символический характер, или уже какие-то меры, которые принимаются по борьбе с коррупцией, принесли реально ощутимый результат?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, в соответствующем решении – бороться с коррупцией – дело, конечно, не в блоге, который был записан 20 мая. Решение было принято гораздо раньше. И здесь, конечно, может быть, и есть какие-то символические моменты, но, конечно, основной мотив содержательный. Коррупция – это социальное зло, для России, к сожалению, очень серьёзное. Хотя коррупция есть в любом обществе, в любом государстве, но для нас это большая проблема. И поэтому с ней нужно бороться при помощи системных мер.
Что имеется в виду? Это изменение законодательства. Я сказал об этом ещё год назад. И сейчас такого рода законодательство принято. Был создан специальный Совет по борьбе с коррупцией, Совет, который занимается противодействием коррупции. Изменено законодательство. Принят специальный закон, где впервые было дано определение коррупции и приняты специальные правила, касающиеся чиновников. Были приняты указы Президента. И, кроме того, конечно, очень важно, чтобы это решение сопровождалось соответствующими действиями на уровне министерств, на уровне регионов, на уровне муниципалитетов. Поэтому очень важно, чтобы этот сигнал проходил сверху и до самого низа.
Доволен ли я какими-то результатами этой работы? Вы знаете, пока об этом говорить не приходится, это только самое-самое начало. Проблема очень древняя и очень тяжелая, но тем не менее вот то, что создана нормативная база впервые за всю историю Российского государства – можно сказать и так, то есть, по сути, за 1000-летнюю историю нашей страны, – это уже неплохо. Значит, есть уже определённая практика, в том числе связанная с декларированием доходов чиновников. Конечно, всегда можно сказать, что часть доходов прячется, но тем не менее, если чиновник опубликовал свои доходы и в то же время у него есть набор имущества, не соответствующий этим доходам, это всегда будет давать пищу и для обсуждения в прессе, в печати и для анализа и реагирования со стороны правоохранительных структур. Поэтому то, что вслед Президенту все министры, высшие руководители Администрации Президента, а также руководители регионов опубликовали свои декларации, – это тоже уже шаг в правильном направлении. Мы будем и дальше этим заниматься, потому что задача очень сложная, но я считаю, что в наших силах самым существенным образом снизить размер коррупции в нашей стране.
ЧЖАН ЮЙ: Вы сказали о том, что вам сложно оценить свои собственные действия, но не могли бы мы Вас попросить оценить ваш тандем с премьером Владимиром Владимировичем Путиным? Вы говорили в свое время о том, что время докажет, что этот тандем эффективен, и прошёл уже целый год. Как вы оцениваете функционирование этого тандема на данном этапе?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я считаю, что всё в порядке, всё нормально. Как раз мы, мне кажется, во всяком случае мне так представляется, вполне эффективно работаем: я в должности президента, а господин Путин – в должности председателя Правительства. Причём, надо признаться откровенно, на этот период нашей совместной работы пришёлся довольно драматический ряд событий – и в том числе тот кризис, о котором мы говорим, некоторые другие события регионального порядка. Как мне представляется, в результате такой согласованной работы, нашей с ним работы, всё-таки многие задачи нами решаются, и решаются в достаточно эффективном ключе. Ещё раз подчеркиваю, опять же не дело – самим политикам давать оценку самим себе, но мне представляется, что всё-таки это довольно эффективный механизм и работающий механизм.
ЧЖАН ЮЙ: Через несколько дней председатель КНР Ху Цзиньтао прибудет в Россию с государственным визитом. Какие вы связываете ожидания с его прибытием в Россию, и какие ваши соображения относительно дальнейшего пути развития отношений России и Китая?
Д.МЕДВЕДЕВ: Ожидания, безусловно, самые благоприятные. Мы ждём председателя КНР Ху Цзиньтао с государственным визитом в нашу страну. Это будет большое событие для российско-китайских отношений. Но, может быть, самое главное в целом – в том, что мы регулярно общаемся, в год проходит не меньше чем 4–5 встреч в разных форматах. Конечно, государственный визит – это самый высокий уровень, но мы общаемся и в других форматах, встречаемся на различных международных мероприятиях, встречаемся на всякого рода региональных организационных событиях. Например, скоро будет как раз саммит Шанхайской организации сотрудничества, он пройдет в нашей стране, в Екатеринбурге, а также первое мероприятие в формате БРИК, то есть организации, объединяющей Бразилию, Россию, Индию и Китай. И поэтому вот такого рода региональные мероприятия, международные мероприятия тоже дают возможность нам обмениваться информацией.
Что касается самого визита, то это, безусловно, знаковое событие, оно происходит регулярно, но как минимум один раз в год: или визит председателя КНР в нашу страну, или визит Президента России в Китайскую Народную Республику, – и обычно знаменуется целым рядом сопровождающих это мероприятие событий. Начнём с того, что между нашими странами действительно существуют отношения стратегического партнёрства и взаимодействия, и каждый такой визит развивает наши отношения. У нас очень хорошо сейчас продвинулись отношения в торгово-экономической сфере, в гуманитарной сфере, и, естественно, во время таких визитов подписываются новые соглашения и открываются новые пути для развития наших многогранных связей.
За последнее время очень многое сделано в области энергодиалога. Этот механизм, кстати, был нами запущен некоторое время назад. По сути, мы впервые о нём договорились с Председателем КНР во время моего первого визита в Китайскую Народную Республику в прошлом году, а я напомню, что это был, по сути, один из первых моих международных визитов. И этот механизм показал, что он действует. У нас появились хорошие серьёзные соглашения в области энергетики, причём уже вполне практические, у нас реализован целый ряд экономических проектов, не только в области энергетики. Мы рассчитываем на то, что и они будут продвигаться, в том числе и в результате нашей совместной работы с Председателем КНР.
У нас очень неплохо развивается гуманитарный диалог. За последние годы произошли такие важнейшие события, как Год России в Китае и Год КНР в России. Это были беспрецедентные события, приблизительно по 300 мероприятий с каждой стороны прошло, и в результате этих мероприятий наши граждане просто лучше друг друга узнали. В этом году проходит Год русского языка в Китайской Народной Республике, в следующем году будет Год китайского языка в нашей стране. Эти мероприятия также включают в себя целый ряд событий, приблизительно по 40–50 разных событий по этому вопросу. Поэтому наши отношения, наши двусторонние связи очень интенсивные.
Но есть и вот это международное измерение. Россия и Китайская Народная Республика все время координируют свои позиции по международным вопросам, по вопросам обеспечения региональной безопасности и в формате ШОС, и в упомянутом мною формате БРИК, и в рамках наших контактов в рамках взаимодействия, которое существует между нашими странами на площадке Организации Объединенных Наций. У нас есть такие форматы, в которых наши страны участвуют в качестве основных спонсоров мирного процесса, контрольного процесса.
Достаточно упомянуть, например, ситуацию вокруг Северной Кореи. Иными словами, наши отношения действительно находятся на беспрецедентно высоком уровне. Если говорить предельно откровенно, это за всю историю российско-китайских отношений самый высокий уровень этих связей. Они носят сейчас поистине дружественный, поистине партнёрский характер. И мы хотели бы развивать их и дальше в этом направлении. Тем более что в этом году 2 октября будет отмечаться 60 лет установления дипломатических отношений между нашими странами, а 1 октября будет большой праздник в Китайской Народной Республике – 60-летие с момента создания страны. Я считаю, что эти события очень тесно друг с другом связаны.
ЧЖАН ЮЙ: Я думаю, что никто не мог пропустить репортаж в марте этого года о том, как вы побывали за штурвалом «Су-34». И конечно, многие тоже вспомнили о том, как в свое время президент Путин во время чеченской кампании летал на боевом самолете. Мы хотели бы узнать: наверное, это не только ваше любопытство к военной технике, но ещё какой-то сигнал, может быть, вы хотели передать с помощью этого?
Д.МЕДВЕДЕВ: Я хотел передать несколько сигналов. Во-первых, я хотел на собственном опыте убедиться в том, какой потенциал есть у российской техники, у российских самолётов, причём таких современных, как «Су-34». И хочу Вам сказать откровенно, я всё прочувствовал на себе, поэтому убедился в том, что это реально очень хорошая техника. Мы заинтересованы в том, чтобы расширять географию поставок этих самолётов и нашим ближайшим соседям, и в другие страны. Это первый сигнал.
Второй сигнал совершенно очевидный. Любой руководитель государства является верховным главнокомандующим, и он должен просто, что называется, на собственной шкуре прочувствовать всёе, что, собственно, испытывают люди, которые служат в армии: это и перегрузки, и другие сложности, с которыми сталкивается любой человек, который посвятил свою жизнь служению в вооружённых силах. Поэтому полёт на самолете – это в каком-то смысле моё желание почувствовать себя в том же состоянии, в котором пребывают наши летчики, когда с большими перегрузками они выполняют довольно сложные, иногда боевые, задания. Это нужно просто для того, чтобы более качественно выполнять свою работу. Я доволен тем, что я это сделал; помимо всего прочего, это ещё интересно – посмотреть на свою страну, на свою землю с высоты вот такого бреющего полета на истребителе-бомбардировщике очень высокого качества, которым является «Су-34».
ЧЖАН ЮЙ: Мы обратили внимание на то, что в вашем первом послании вы критиковали США, в частности, по вопросу Южной Осетии и Абхазии. Как вы оцениваете современный международный порядок?
Д.МЕДВЕДЕВ: Ситуация вокруг Южной Осетии и Абхазии, конечно, является очень сложной. И я напомню, что всё, что произошло, по мнению Российской Федерации и моему личному мнению как Президента нашей страны, является последствием безответственной, преступной политики, которую проводило грузинское руководство в тот период. Если бы не эти безмозглые действия, то жизнь могла бы развиваться иначе. Тем не менее было произведено несколько очень серьёзных действий, были совершены очень опасные действия, которые привели к человеческим жертвам. В результате этого Российской Федерации пришлось защитить своих граждан и граждан Южной Осетии, по сути, и Абхазии тоже. И после этого мы пошли на признание этих новых государств, признали Южную Осетию и Абхазию в качестве новых субъектов международного права.
Соединённые Штаты Америки заняли достаточно жёсткую позицию по отношению к этим действиям. В конце концов, это их дело. Мы свое решение принимали самостоятельно, не рассчитывая на то, что нас будет кто-то в этом деле поддерживать, потому что это был наш гуманитарный, а если хотите – и просто нравственный долг в этой ситуации. Тем не менее у нас действительно были достаточно сложные переговоры на эту тему с Соединёнными Штатами Америки, с некоторыми европейскими партнёрами, но я ничего не драматизирую. Сейчас ситуация несколько иная. Мы можем расходиться по тем или иным вопросам, наше решение в то же время является бесповоротным: мы, естественно, своё решение выстрадали и приняли. Мы сейчас занимаемся помощью двум новым государствам: и экономической, и гуманитарной, и военно-технической – и дальше это будем делать, нравится это кому-то или не нравится. Это наш выбор, мы будем этими проектами заниматься.
Тем не менее мы, конечно, готовы будем обсуждать с нашими партнёрами все вопросы, связанные с общей ситуацией с безопасностью на Кавказе, вопросы, которые носят и гуманитарный, и экономический характер, причём готовы делать это на самых различных площадках. Единственное, для нас есть несколько «красных», так сказать, линий. Одна из них, я уже Вам её назвал, – это то решение, которое мы приняли о признании. А второе – это отношение к действующему режиму в Грузии. Мы считаем, что этот политический режим совершил преступление, и с ним иметь ничего общего не будем. Но в то же время, естественно, после тех или иных выборов, которые пройдут в Грузии рано или поздно, мы готовы будем вернуться к обсуждению самых разных вопросов, если грузинский народ изберёт новое руководство, способное вести дружественный диалог с Россией и с ближними соседями грузинского государства – народами Южной Осетии и Абхазии.
Европейский Союз обозначил прошедшие 31 мая парламентские выборы в Южной Осетии как «нелигитимные», передает France Presse. По итогам этих выборов с 46,38% голосов победила президентская партия «Единство», Коммунистическая партия набрала 22,25%, Народная партия Южной Осетии – 22,58%, социалистическая партия «Фыдыбаста» («Отечество») – 6,37% голосов. Явка составила 81,93%. Поскольку нижний порог попадания в парламент равен 7%, в законодательный орган, включающий 34 депутатских места, пошли первые 3 указанные партии.В распространенном сообщении Евросоюза говорится, что «ЕС не приемлет правомерности ни выборов, ни их результатов». «Проведение таких выборов незаконно и представляет собой регресс в поиске мирного и долговечного урегулирования ситуации в Грузии», – подчеркивается в реакции ЕС, который «твердо поддерживает суверенитет и территориальную целостность» грузинского государства. Выборы в Южной Осетии совпали с учениями НАТО в Грузии, которые должны завершиться в понедельник, 1 июня.
Грузия просит турецкое представительство компании Beneton действовать в рамках закона, заявил глава МИД Грузии Григол Вашадзе на брифинге в понедельник, комментируя информацию о планах компании открыть в Сухуми магазин. Тбилиси считает Абхазию и Южную Осетию «оккупированными территориями».«Грузия не против деятельности какой-нибудь коммерческой фирмы или компании на оккупированной территории Грузии, если она соответствует закону Грузии об оккупированных территориях. Работая в Грузии, в т.ч. и на оккупированной территории, Beneton должен быть официально зарегистрирован, иметь налогово-идентификационный код, платить налоги и действовать с разрешения грузинской стороны», – сказал Вашадзе. «Если какая-то компания не желает этого, или делает это с нарушением, за этим последуют правовые и экономические последствия», – отметил Вашадзе.
Как передает агентство «Новости-Грузия», глава МИД сообщил, что замминистра иностранных дел Грузии Александр Налбандов ранее уже встретился с послом Турции в Тбилис Эртаном Тезгором и потребовал разъяснений в связи намерением турецкого представительства компании Beneton начать работу в Абхазии.
18-19 мая с.г. в Москве по приглашению ИМЭМО РАН с рабочей поездкой находился директор Центра изучения Средней Азии и Кавказа Менучехр Муради. Ниже публикуется интервью, с директором Центра изучения Средней Азии и Кавказа Института Международных политических исследований при МИД Ирана Менучехром Муради• Ваш центр занимается вопросами изучения Средней Азии и Кавказа. Кавказский регион обладает значительным конфликтным потенциалом, который еще более усилился после августовских событий 2008г., связанных с грузинской агрессией против Южной Осетии. Что Вы думаете о перспективах развития событий на Кавказе в ближайшее время?
М.М.: Кавказ является сложным полем притяжения интересов различных государств, к которым принадлежат как региональные державы – Иран, Россия, Турция, так и внерегиональные силы – США и Евросоюз. В этой связи для меня очевидно, что эскалация напряженности в регионе будет только продолжаться. В Грузии как президент Саакашвили, так и оппозиция принадлежат к прозападным силам. Поэтому, кто бы не встал у руководства этой страной в ближайшее время, любое грузинское правительство попытается взять реванш за поражение в войне авг. 2008г. В этой связи мне непонятно, почему Россия не поддерживает в этой стране дружественные ей политические силы, не формирует пророссийскую оппозицию. Вызывает недоумение и другой вопрос. С моей точки зрения, независимость Абхазии и Южной Осетии была признана слишком поспешно. Вы выиграли две этих небольших республики, но проиграли Грузию, которая для Вас очевидно важнее. Я думаю, что оптимальным выходом из сложившейся ситуации для Вас был бы вариант «мир в обмен на территории». При таком варианте к власти в Грузии приходит дружественное России правительство и обязуется не входить в НАТО и соблюдать нейтралитет или же присоединиться, например, к ОДКБ. Вы же возвращаете Грузии Абхазию и Южную Осетию.
• Теоретически, господин Муради, это был бы действительно неплохой вариант. Но Россия, признав эти государства, уже не может пойти на попятную, «взять свои слова назад». Кроме того очень многое зависит и от воли абхазского и осетинского народов, а они не хотят жить в едином грузинском государстве. А что Вы думаете по поводу урегулирования другого конфликта – карабахского?
Иран поддерживает хорошие, добрососедские отношения с обоими действующими лицами данного конфликта – как с Арменией, так и с Азербайджаном. Мы считаем урегулирование карабахского вопроса жизненно важным для региона, и наша дипломатия прикладывает к этому определенные усилия, но я сомневаюсь, что такое урегулирование возможно в ближайшем будущем.
Интересы слишком многих сил задействованы в данном конфликте. Нельзя забывать, что Карабах находится в зоне прокладки новых транспортных путей и нефтепроводов, за влияние на которые соперничают Россия, США, Турция и Евросоюз. Исходя из этого, реальные перспективы решения данного спора не просматриваются. Впрочем я не считаю, что этот конфликт может перейти в «горячую фазу». Мне приходилось сталкиваться с мнением о том, что Азербайджан попытается решить этот спор вооруженным путем. Я не верю в это. Баку понимает всю опасность подобного шага и не пойдет на агрессию. Кроме того после августовских событий 2008г. руководство Азербайджана стало гораздо больше прислушиваться к России и отошло от однозначно прозападных позиций.
Другой интересный момент заключается в наметившемся в последнее время потеплении в турецко-армянских отношениях. Процесс налаживания турецко-армянского диалога мы называем «футбольной дипломатией», т.к. он начался после посещения турецким президентом Гюлем футбольного матча в Ереване. Однако процесс налаживания отношений между Турцией и Арменией идет в отрыве от карабахского урегулирования, на которое турки не очень-то могут повлиять. Иран одобряет любые меры доверия в регионе, вместе с тем мы считаем, что все миротворческие процессы на Кавказе должны идти в комплексе. Нельзя достичь добрососедских армяно-турецких отношений, не урегулировав конфликт в Карабахе. Поэтому данный процесс нельзя рассматривать как однозначно позитивный. Мы считаем, что он инспирирован армянским лобби в США и имеет своей целью отрыв Армении от России. Такое «примирение» не в интересах Российской Федерации.
Впрочем, по моему мнению, оно не может быть долговечным. В самой Армении существуют влиятельные силы, выступающие против коалиции с Турцией. Это, прежде всего, карабахский клан, находящийся сегодня у власти в Ереване. Чрезвычайно болезненным для Анкары является требование армян признать геноцид 1915г. На это турки не пойдут.
• Господин Муради, что Вы можете сказать о проблемах Каспийского моря, тесно связанных с разработкой здесь нефтегазовых месторождений? Каково отношение Ирана к проблеме Каспия? Как дальше будут развиваться события в этом регионе?
Проблема Каспийского или, как у нас его называют, Хазарского моря чрезвычайно остро стоит для Ирана. По моему мнению, данные об имеющихся энергетических запасах Каспия сильно преувеличены западными аналитиками. Напомню, что в начале девяностых годов, когда обозначился пристальный интерес к этому региону, американские и британские аналитики выдали оценки о нефтяном потенциале Каспия, исчисляющемся 200 млрд.
бар. нефти. В таком случае данный регион стоял бы на втором месте в мире по запасам нефти после Саудовской Аравии и вполне мог бы стать в будущем основным поставщиком энергоносителей в Европу. Однако позже выяснилось, что нефтяной потенциал Каспия оценивается в 17-37 млрд.бар., что составляет 1,5-3,5% от мировых запасов и никак не может стать основной базой энергопоставок в страны ЕС в долгосрочный период.
Американцы продолжают вынашивать планы прокладки новых трубопроводов в этом регионе и присутствия в нем войск НАТО для их защиты. Это необходимо США для того, чтобы закрепиться в регионе.
Каспийское море для них имеет не экономическое, а геополитическое значение. Присутствие США в регионе создаст барьер между Ираном и Россией, закрепит гегемонию США в Центральной Азии. Правовой режим Каспийского моря не урегулирован, и это внушает нам серьезные опасения. После появления новых независимых государств старый советско-иранский Договор 1921г. утратил актуальность, новое же соглашение по Каспию так и не выработано. Все это в перспективе может привести к появлению американских военных баз и военно-морского флота на побережье Каспия, в Азербайджане и Казахстане.
• Что Вы можете сказать о другой горячей точке региона – Афганистане, где в последнее время усиливается американское присутствие?
Вы правы, американцы в последнее время усиливают свои войска в Афганистане. Более того, они переносят часть военных действий в Пакистан.
Иран в начале контртеррористической операции в Афганистане одобрил ее. Это было связано с тем, что талибы традиционно были нашими врагами. Их нахождение у власти в Афганистане превращало эту страну в убежище для террористов и шло вразрез с интересами Ирана. Однако долгая американская оккупация Афганистана лишь усугубила ситуацию. Иран страдает как от потока наркотиков, хлынувшего на его территорию с приходом американцев в Кабул, так и от вылазок на нашу территорию экстремистских суннитских группировок, расплодившихся в Афганистане в условиях хаоса и анархии. Ведь президент Афганистана господин Карзай не контролирует большую часть страны и является на деле лишь мэром города Кабула.
• История последних двухсот лет показывает, что проблемы Афганистан нельзя решить военным путем. Об этом свидетельствуют поражения Афганистан в трех англо-афганских войнах и провал советского вторжения в эту страну в 1979-89гг. Каково, по вашему мнению, должно быть афганское урегулирование? Выскажите также свое мнение по поводу участившихся в последнее время прогнозов о готовящемся в последнее время американцами распаде Пакистана на несколько государств?
Я считаю, что любое урегулирование в Афганистане достижимо только политическим путем. Для этого нужно, прежде всего, учитывать интересы всех групп населения страны, включая сюда таджиков и хазарейцев, а не только нескольких влиятельных пуштунских кланов. Что же касается борьбы с «Талибаном», ведущейся США, мне кажется, что американцы берутся за нее не с того конца. Вместо того, чтобы расширять бомбардировки и посылать туда новых солдат, надо пресечь корни экстремистской идеологии, прикрывающейся религиозными лозунгами, идеологии воинствующего ваххабизма, подпитывающей «Талибан». И не только идеологии. Если бы американцы действительно хотели если не разгромить, то хотя бы существенно ослабить талибов, они бы перекрыли каналы их финансирования, идущие из Пакистана, Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов. Не секрет, что в пакистанской армии и спецслужбах много людей, симпатизирующих «Талибану» и сотрудничающих с ним.
Что касается распада Пакистана, то я сомневаюсь в реальности такого сценария. Пакистан – не территория анархии, а демократическое государство, пусть и слабоуправляемое. Его стержнем является мощная пакистанская армия, не дающая стране распасться. Во время последней операции в долине Сват она в очередной раз продемонстрировала свою силу. Не думаю, что пакистанские военные за здорово живешь позволят американцам разрушить свое государство. В этой стране сильны антиамериканские настроения. И не только в народных массах, но и среди части элиты.
• Господин Муради, как Вы оцениваете перспективы и возможности расширения российско-иранского сотрудничества в регионе?
Я считаю, что вместе мы могли бы сдвинуть с мертвой точки карабахское урегулирование и решить проблемы Афганистана. Сотрудничество России с Ираном позволило бы создать новую архитектуру безопасности на Кавказе и в Центральной Азии. К сожалению, наши отношения еще не вышли на должный уровень доверия и взаимопонимания. Мне кажется, что проблема коренится во многом в России. Ваше руководство слишком осторожно и робко подходит к расширению нашего взаимного сотрудничества. Возможно, дело в том, что оно еще не отвыкло от стереотипов прошлых лет, а, может быть, здесь имеют место усилия «третьей силы», т.е. американцев.
Только два контрольно-пропускных пункта будет создано на государственной границе между Абхазией и Грузией, пунктов перехода грузино-абхазской границы в Кодорском ущелье не будет, заявил президент Абхазии Сергей Багапш.«На грузино-абхазской границе будет только два перехода: по центральному мосту через реку Ингур и в так называемой нижней зоне Гальского района, вопрос которого еще решается. Никаких КПП на грузино-абхазской границе в верхней части Кодорского ущелья не будет», – сказал Багапш.
Багапш вновь подчеркнул, что охранять границу абхазские и российские пограничники будут совместно. Пограничники будут нести службу в аэропорту, морских портах и на реке Псоу. По побережью установят пять погранзастав в районе озера Скурча и населенного пункта Мачара (Гульрипшский район), Нового Афона (Гудаутский район), города Пицунда (Гагрский район), поселка Цандрипш (Гагрский район). По словам Багапша, общее количество российских военнослужащих составляет 1341 чел., абхазских – 220 чел.
По мнению главы государства, соглашение о совместных усилиях в охране государственной границы Республики Абхазия оптимально выверенно для тех условий, в которых находится Абхазия. «Для нас главная задача – безопасность на границе с Грузией. Опасность возобновления конфликта с Грузией, как много себе здесь представляют, еще не канула в лету», – сказал он.
Россия 30 апреля подписала двусторонние соглашения с Абхазией и Южной Осетией о совместных усилиях в охране государственной границы. Документы предусматривают, что российская сторона окажет помощь Абхазии и Южной Осетии в подготовке кадров и в целом становлении национальных погранслужб.
Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии после августовского нападения грузинских войск на Цхинвали. В ответ на это Тбилиси разорвал дипломатические отношения с Москвой и объявил две республики оккупированными территориями. Президент РФ неоднократно заявлял, что Россия не допустит новой агрессии Грузии в отношении Абхазии и Южной Осетии.
Грузинские оппозиционеры пообещали перекрыть все дороги в стране, если Михаил Саакашвили не встретится с ними до конца нынешней недели. Такой ультиматум они выдвинули после того, как в ночь со среды на четверг полиция жестоко подавила попытку манифестантов пробиться на территорию МВД страны.
Михаил Саакашвили между тем не отказался от поездки в Прагу на саммит Восточного партнерства, которое было вчера учреждено Азербайджаном, Арменией, Белоруссией, Грузией, Молдавией и Украиной. И это несмотря на то, что накануне вечером при попытке проникнуть на территорию Управления внутренних дел Тбилиси от действий полиции пострадали несколько десятков человек.
Как заявили "Труду" в МВД Грузии, среди пострадавших - 22 сторонника оппозиции, один журналист и шестеро полицейских. "Полиция стреляла в мирных демонстрантов резиновыми пулями, которые согласно законодательству вообще запрещено использовать", - заявила "Труду" Манана Начкебия. По словам начальника информационно-аналитического департамента МВД Грузии Шоты Утиашвили, оппозиционеры кидали в полицейских камни. "Несмотря на это, полиции было приказано реагировать на действия оппозиции максимально сдержанно, - заявил он. - Резиновых пуль спецназовцы не применяли, а повреждения лидерам оппозиции и их сторонникам были нанесены дубинками". "Если власти продолжат в том же духе, мы больше не сможем удерживать народ", - отмечает Начкебия.
Параллельно в Грузии проходят учения НАТО. Как заявили "Труду" в Минобороны Грузии, "в них участвуют военные из 15 стран - членов и партнеров НАТО". От участия в учениях отказались Сербия, Казахстан, Молдавия, Армения, Эстония и Латвия. Общее количество участников - около 1100 солдат и офицеров, включая грузинских.
Поддержка
Что делается в Южной Осетии
Вчера глава Счетной палаты Сергей Степашин рассказал об итогах поездки в Южную Осетию, которая восстанавливается на выделенные Россией деньги. По его словам, из 10 млрд. рублей, направленных на эти цели из российского бюджета, израсходовано 2,5 млрд. Из 580 разрушенных объектов восстановлено 370. Многие регионы безвозмездно оказывают помощь республике. Например, Москва на свои средства строит рядом с Цхинвалом город на 10 тысяч жителей (всего в Южной Осетии живет около 50 тысяч). "Грузия сейчас смотрит на это и завидует", - отметил Степашин. По его словам, уже 19 тысяч человек получили от России матпомощь, 22 тысячи - в очереди на ее получение.
Российские пограничники в соответствии с подписанными договоренностями между Россией, Абхазией и Южной Осетией приступили к выполнению своих задач в этих республиках, сообщил представитель пресс-службы пограничного управления ФСБ РФ по Южному федеральному округу Сергей Ливанцов.«Пограничные подразделения задачи по совершению марша выполнили успешно и приступили к выполнению поставленных задач по охране границы в Абхазии и Южной Осетии», – сказал Ливанцов. Количественный состав этих подразделений он не уточнил.
Как сообщили ранее в Комитете по информации и печати Южной Осетии, начальник Регионального пограничного управления ФСБ РФ по ЮФО Николай Лисинский на прошедшей в Цхинвали пресс-конференции сказал, что взятие российскими пограничниками осетино-грузинского участка границы «направлено на укрепление безопасности, обеспечение социально-технического и культурного развития, повышение жизненного уровня пограничного населения». По его словам, расположение пограничных войск на границах Южной Осетии – это «залог стабильности и безопасности в Южной Осетии и на Кавказе в целом».
Как сообщил Лисинский, начальником пограничного управления ФСБ РФ в Южной Осетии назначен полковник Александр Мурзин. Управление погранвойск будет размещаться в Цхинвале, остальные – по всему периметру границы.
В этом году, сказал начальник управления, в соответствии с планом обустройства границы будет построено 20 военных городков. Основная масса пограничных подразделений, прибывших в Южную Осетию, уже выступили на охрану границы, сказал Лисинский. Он уточнил, что ввод российских пограничников в Южную Осетию никак не связан с предстоящими учениями НАТО в Грузии. По его словам, это решение готовилось давно, и теперь с появлением соответствующих соглашений пограничники приступают к выполнению своих задач.
«НАТО не является ведущим игроком на Крайнем Севере. Альянс просто заинтересован в сохранении стабильности в регионе, имеющей место в данный момент», – сказал посол Норвегии в НАТО Ким Тровик на презентации на прошлой неделе, отметив, что Норвегия хотела бы, чтоб Россия и НАТО продолжали диалог и продуктивное сотрудничество.«НАТО – это живой организм, приспосабливающийся к возникающим проблемам», – сказал г-н Тровик на встрече с представителями Норвежского Баренцсекретариата, состоявшейся 24 апреля в штаб-квартире НАТО в Брюсселе. Посол отметил, что климатические сдвиги и энергетические проблемы пробудили растущее внимание к Арктике и выявили у альянса потребность в новых знаниях.
НАТО, отметил посол, по-прежнему не играет ведущей роли в Арктике. «Мы только заинтересованы в том, чтоб Крайний Север оставался регионом стабильности и сотрудничества, как это имеет место в данный момент», – подчеркнул он, добавив, что такое положение должно сохраниться в ближайшие годы. Последние два года норвежские власти старались пробудить в НАТО повышенное внимание к Арктике, и им это удалось. В конце янв. на заседании в Рейкъявике генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер сказал следующее: «Здесь, на Крайнем Севере, изменение климата – не какая-нибудь фантастика, это уже реальность – реальность, которая несет ряд проблем, и для НАТО в том числе».
Региональное сотрудничество остается в Арктике на одной из ключевых позиций. На конференции НАТО в Рейкъявике особо была отмечена роль Арктического совета. На презентации 24 апр. Тровик также подчеркнул ведущую роль Арктического совета и значение Евроарктического сотрудничества, вклад субрегиональных участников и успешное сотрудничество непосредственно между людьми.
Ким Тровик отметил, что усиление военной активности России в Арктике привлекло к себе внимание, но не вызвало каких-то опасений в штаб-квартире НАТО. Норвегия, добавил он, хотела бы, чтоб альянс был с Россией в хороших отношениях.
«Нам нужно держать каналы связи с Россией открытыми, – подчеркнул он, добавив, что российское вторжение в Грузию и признание независимости Абхазии и Южной Осетии, вызвавшее резкую реакцию в альянсе и ставшее причиной замораживания работы Совета Россия-НАТО, отбросило отношения назад. – В отношениях с Россией мы потеряли шесть месяцев». С точки зрения Норвегии, признал посол, решение заморозить отношения было не особенно мудрым или плодотворным.
Вместо России в изоляции оказался сам альянс, сказал г-н Тровик. Он отметил, что Норвегия удовлетворена, что достигнуто соглашение о возобновлении сотрудничества в рамках Совета Россия-НАТО и что его заседание на уровне министров иностранных дел пройдет в ближайшем будущем.
Молдавия решила не участвовать в военных учениях Cooperative Longbow 09/Cooperative Lancer 09, которые пройдут в рамках программы НАТО «Партнерство во имя мира» с 6 мая по 1 июня в Грузии, сообщает молдавское правительственное агентство Молдпрес.Молдавия присоединилась к программе «Партнерство во имя мира» в 1994г., став 12 государством, подписавшим рамочный документ. В деятельности в рамках программы участвуют 22 страны, которые не являются членами Североатлантического альянса, в т.ч. нейтральные – Австрия, Финляндия, Швейцария, Швеция и Ирландия. Россия выступает против проведения учений НАТО в Грузии, считая, что это может ухудшить обстановку в регионе.
Грузинские власти в авг. 2008г. развязали боевые действия в Южной Осетии. Россия вынуждена была вмешаться и направила в регион своих военных, чтобы защитить мирных жителей республики, многие из которых являются гражданами РФ. После завершения военной операции Москва признала независимость Южной Осетии и Абхазии.
Выступление в Университете Хельсинки и ответы на вопросы аудитории, 20 апр. 2009г., Хельсинки.Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемая госпожа президент! Уважаемый господин ректор! Уважаемые дамы и господа! Я, конечно, прежде всего сердечно хотел поблагодарить вас за возможность выступить здесь, в самом старом университете Финляндии и в одном из лучших университетов Северной Европы.
Многие века университет служил центром национальной науки и культуры, а в современной ситуации, в современной жизни стал одним из ведущих в мире по фундаментальным исследованиям и по развитию инноваций.
Вообще мне доставляет большое удовольствие выступать в этом очень мощном зале, где происходило много выдающихся событий. И, как бывший работник университета, я хотел бы сказать, что мне всегда кажется очень важным, чтобы руководители государства, руководители иностранных государств могли непосредственно и прямо пообщаться с элитой, с теми, кто представляет Финляндию как во внутренних вопросах, так и во внешнем измерении. И я думаю, что это хорошая традиция.
Я позволю себе сконцентрироваться, наверное, на двух вопросах: прежде всего на перспективах двусторонних отношений между Российской Федерацией и Финляндской Республикой и на европейской безопасности.
Я знаю, что ваш университет вносит очень значимый вклад в развитие российско-финляндских отношений. Не одно поколение его выпускников активно развивало образовательные, научные, культурные связи с нашей страной и помогало укреплению дружбы и сотрудничества между нашими государствами. Ярким примером тому, кстати, является ваша библиотека, университетская библиотека, которая собрала уникальную подборку книг на русском языке.
В этом году отмечается 200-летний юбилей образования финляндской автономии. И я хотел бы сказать, что, несмотря на все перипетии истории, можно с полным основанием сказать, что в настоящий момент Россия и Финляндия не просто добрые соседи, а настоящие партнёры, которые тесно и весьма эффективно взаимодействуют и в двустороннем формате, и на различных международных политических и экономических площадках.
Мне с большим удовлетворением хотелось бы сказать, что мы с интересом и энтузиазмом восприняли принятие правительством Финляндии впервые в истории всесторонней программы действий по России. И я считаю, что здесь главным является не только наше соседство, которое является, безусловно, географическим понятием, но самое главное, чтобы это соседство наполнялось полноценными и эффективными экономическими отношениями. И такого рода потенциал между нашими странами существует как в двустороннем формате, так и имея в виду возможности Евросоюза, в рамках проекта «Северное измерение» и по другим направлениям в том числе.
Наши торгово-экономические связи, а я не могу об этом не сказать, несмотря на то что, наверное, эти цифры многим в зале знакомы, развиваются исключительно успешно и рассчитаны на многолетние проекты. Нас очень радует, что впервые в прошлом году Россия заняла первое место среди торговых партнёров Финляндии, а двусторонний торговый оборот превысил 22 миллиарда долларов США.
Исключительно важно особенно сегодня, что в условиях кризиса, который поразил экономики практически всех развитых стран, наши хозяйственные связи, наши экономические связи обеспечивают занятость десятков тысяч людей, которые живут по обе стороны границы или имеют крупные проекты, в том числе энергетические проекты. Мы считаем, что к числу таковых относится и «Северный поток». И, конечно, мы заинтересованы в конструктивных контактах, во взаимодействии с нашими финскими коллегами, с другими европейскими странами в реализации этого, как нам представляется, весьма важного и серьёзного энергетического проекта.
Совершенно очевидно, что все проекты и такие проекты, как «Северный поток», должны опираться на мощную экологическую экспертизу, поскольку всё это касается общего для нас Балтийского моря, и в этом плане мы обязательно будем действовать синхронно.
Отмечу и тот факт, что финские коллеги активно участвуют в других энергетических проектах. Компания «Фортум» в прошлом году приобрела контрольный пакет акций одной из крупнейших российских генерирующих компаний «ТГК-10» в Западной Сибири. Общая сумма сделки для отношений между нашими странами, конечно, весьма и весьма значительная – это 2,5 млрд. евро. При этом «Фортум» уже сейчас является совладельцем «ТГК-1», которая расположена как раз по соседству, здесь, на северо-западе. Таким образом, наши финские коллеги уже стали для нас весьма серьёзными, а по некоторым вопросам ключевыми партнёрами на энергетическом рынке. А что это означает? Это означает то, что такого рода отношения строятся на годы, на десятилетия вперёд.
Реализуются и крупные совместные проекты в области инфраструктуры, логистики, телекоммуникаций. Здесь одним из очень важных проектов, на наш взгляд, является также развитие скоростного движения в железнодорожном сообщении между Санкт-Петербургом и Хельсинки. Надеюсь, что уже к 10 году мы сможем сократить время в пути на этом маршруте до 3,5 часа, что, конечно, просто очень важно для наших людей, которые живут в России и в Финляндии. Это будет уже нормальная, хорошая скорость для регулярных контактов, и это будет означать, что мы становимся ближе в самом прямом смысле этого слова.
Развивается сотрудничество и в высокотехнологичных областях. Хотел бы отметить, что в конце прошлого года было подписано соглашение между «Российской корпорацией нанотехнологий» и Министерством экономического развития Финляндии. И я хотел бы отдельно поздравить вас с теми успехами, которых вы достигли в этой сфере. Я считаю, что сегодня IT, высокие технологии в самом широком смысле этого слова, в том числе и нанотехнологии, в известной мере определяют и статус Финляндии, и её лицо в Евросоюзе. И мы хотели бы, конечно, здесь полноценной кооперации, это для нашей страны тоже очень важно, потому как создание инновационной экономики является перспективным направлением развития нашего государства.
В целом, по тем данным, во всяком случае, которыми мы располагаем, объём финских инвестиций в Россию уже оценивается в 5 млрд. евро. Уверен, что такого рода ощутимое сотрудничество, стремление к взаимовыгодному сотрудничеству, к учёту интересов друг друга будет и впредь очень существенным локомотивом движения торговых связей.
В следующем году исполняется 35 лет с момента подписания Хельсинкского акта, и это, безусловно, один из наиболее значимых международно-правовых документов XX века, который дал старт формированию общего евроатлантического пространства безопасности.
Когда мы говорим о духе Хельсинки, конечно, мы имеем в виду открытость, сотрудничество, перемены, взаимный учёт позиций, который и стал тогда ключом к решению массы вопросов, причём все эти решения были достигнуты только благодаря совместным действиям. Об этом очень хорошо сказал Президент Финляндии Урхо Калева Кекконен, открывая Хельсинкское совещание. Он сказал следующее: «Это не просто встреча, это не встреча победителей в войне, это не совет великих и сильных, это совместная попытка всех заинтересованных правительств приблизиться к решению жизненно важных вопросов, касающихся нас всех, на основе равенства и взаимного уважения». Я считаю, что эти слова абсолютно актуальны и для современной жизни, и десятилетия лишь доказали точность и правоту этих формулировок.
Мир изменился, жёсткое идеологическое противостояние ушло в прошлое. Однако тот хельсинкский прорыв или дух Хельсинки не получил, может быть, такого мощного развития, как на то можно было рассчитывать. Поэтому и сегодня, как и в прежние времена, актуальна задача реального укрепления фундаментальных для всех нас, для тех, кто живёт в Европе, ценностей, а именно: следование нормам международного права, неприменение силы, уважение суверенитета и приверженность мирным способам урегулирования конфликтов, принципам контроля над вооружениями.
Финская пословица гласит о том, что, переплыв пороги, на оставшиеся позади камни не смотрят. Однако по-прежнему у определённых политических сил доминирует представление о необходимости обязательного расширения военно-политических союзов, зачастую, кстати сказать, в ущерб общеевропейской безопасности, как следствие нормы международного права применяются выборочно, исходя из так называемой политической целесообразности, а иногда и просто игнорируются.
На наш взгляд, примеров того в современной Европе немало. Это и военная операция на Балканах, и признание Косова, и кавказский кризис – нападение на Южную Осетию в прошлом году, и кризис договора об обычных вооружённых силах в Европе. Эти примеры можно множить. Они показывают, насколько всё-таки мы далеки ещё от совершенства в вопросах европейской безопасности. И нам нужно по-серьёзному заниматься архитектурой европейской безопасности.
Поэтому я полагаю, что такого рода решения могут развиваться на основе многопланового сотрудничества между Российской Федерацией, Евросоюзом, Соединёнными Штатами Америки. И такого рода решения могут находиться только за счёт укрепления доверия в Европе.
В этом плане и была сформулирована идея большого европейского договора о безопасности, который, на наш взгляд, должен стать не просто набором деклараций, а юридически обязывающим документом, основанным на равноправии и уважении партнёров. Он должен исходить из самых разных принципов международного права, но, может быть, самое важное – из недопустимости фрагментации безопасности на части, из признания неделимости безопасности на европейском континенте. Потому что, в какие бы альянсы, в какие бы договоры мы ни входили, в конечном счёте это не страхует от самых разных проблем. Нужна новая, нужна международная площадка для этого.
И Россия здесь приглашает к совместной работе все государства и организации, действующие на европейском континенте, для того чтобы договориться о внятных, современных и, самое главное, эффективных правилах игры. В каком формате это можно было бы сделать? Мне уже приходилось об этом говорить, скажу ещё раз в этом уважаемом зале. Ни НАТО, ни Евросоюз в полной мере не подходят, потому что есть страны, которые в них не участвуют. СНГ или ОДКБ – в этих организациях также не участвует целый ряд других государств. Можно было бы провести саммит в рамках ОБСЕ, и часть наших партнёров в Европе эту идею поддерживают. Мы тоже готовы к этому. Но, конечно, есть и проблема с ОБСЕ, на наш взгляд. Она заключается в том, что за последнее время ОБСЕ всё-таки сконцентрировалась на решении более частных, иногда даже периферийных вопросов с точки зрения безопасности, а этого недостаточно. Поэтому и нужна другая площадка, на которой можно было бы вести результативный диалог всех без исключения участников.
Я думаю, что старт вот такого рода переговорам по договору о европейской безопасности могло бы дать проведение форума на самом высоком, на высшем уровне с участием всех евроатлантических государств, всех международных организаций, конечно, включая Евросоюз, НАТО, ОБСЕ, ОДКБ, СНГ, региональных организаций, естественно, всех стран, которые входят в эти организации. Там можно было бы определиться и с наиболее оптимальной площадкой переговорного процесса, и согласовать повестку дня.
Разумеется, я здесь исхожу из прагматических вещей. Такую встречу невозможно сделать при помощи щелчка пальцами, её нужно готовить, и планка ожидания здесь достаточно высока, как, кстати, и недоверие к этой идее. Мне неоднократно приходилось отвечать на вопросы разных партнёров: зачем это надо и не хватает ли нам действующих возможностей? Но то, что я сейчас привёл, на мой взгляд, вполне наглядно свидетельствует о том, что действующие организации, действующие площадки с этими задачами не справляются, и лучшим или, вернее сказать, худшим доказательством здесь является наличие различных региональных кризисов.
Будущий договор [о европейской безопасности], если мы могли бы о нём договориться, должен рассматриваться, если хотите, как договор «Хельсинки плюс», то есть это подтверждение и развитие ранее согласованных принципов, разработка эффективных инструментов применения хельсинкского процесса, но уже, конечно, в ХХI столетии с учётом ухода идеологического противостояния и появления новых субъектов международного права.
Считаем важным зафиксировать в договоре и единые механизмы предотвращения и урегулирования конфликтов мирными средствами, перейти на новую ступень сотрудничества в противодействии угрозам безопасности – сотрудничества, которое, как раньше было принято говорить, это верная мысль, обнимало бы всё пространство от Ванкувера до Владивостока.
В будущий договор, на мой взгляд, целесообразно включить и базовые принципы развития режимов контроля за вооружениями, меры по укреплению доверия, сдержанности и разумной достаточности в военном строительстве. Россия уже внесла весомый вклад в контроль над вооружениями, мы и дальше готовы этим заниматься. Мы приступили к коренной модернизации наших Вооружённых Сил с целью сделать их более компактными, мобильными, более адекватными современной жизни. Конечно, мы эту цель доведём до конца.
Применительно к Балтийскому региону, кстати сказать, мы приняли достаточно существенные решения по сокращению количества соединений и частей в Калининградской области. Нами уже выведен достаточно значительный объём тяжёлых вооружений из Калининграда. В результате та группировка, которая есть в Калининграде, в целом уменьшена в несколько раз. Это как раз пример вот такого вполне открытого и прагматичного подхода к безопасности. Мы надеемся, что и наши партнёры по НАТО будут проявлять в этих вопросах сдержанность и разумность. Мы приветствовали бы в этом плане и решение Альянса отказаться от дальнейших планов по созданию в странах Балтии потенциала усиления. Военное строительство на европейском континенте должно соответствовать в целом объёму политических угроз, то есть тем реальным военным угрозам, которые в настоящий момент мы считаем действительными, актуальными. Я думаю, что и этот договор, о котором я сейчас говорю, мог бы создать новую систему взаимодействия в сфере безопасности на пространстве Евроатлантики.
Работа над договором может продвинуть и другую важнейшую задачу – движение к миру, свободному от ядерного оружия. Особая ответственность, конечно, здесь ложится на ядерную «пятёрку» и, конечно, прежде всего на Российскую Федерацию и Соединённые Штаты Америки.
Недавно состоялась моя первая встреча с новым президентом Соединённых Штатов Бараком Обамой. Мы договорились о начале новой серии консультаций, переговоров по выработке полноформатной договорённости взамен договора об СНВ, срок действия которого, как известно, истекает в декабре. Очень важно зафиксировать то понимание, что сокращать стратегические наступательные потенциалы нам, во-первых, необходимо, и сделать это мы можем, если, конечно, договоримся, даже в большем объёме, чем это значится в московском договоре 2002 года. В нашем представлении, в этом договоре, который должен прийти на смену договору об СНВ, необходимо ограничить и средства доставки ядерных боезарядов, а не только собственно количество самих боеголовок, имея в виду и межконтинентальные баллистические ракеты, и баллистические ракеты подводных лодок, и тяжёлые бомбардировщики, которые несут ядерные средства.
Считаем возможным исключить саму вероятность, возможность размещения стратегических наступательных вооружений за пределами национальной территории. При этом, конечно, вопросы безопасности должны стоять на переднем плане, и мы должны исходить из равной безопасности участников таких переговоров.
Ядерное разоружение становится сегодня предметом довольно серьёзных ожиданий. Мы обратили внимание и на то, что было сказано в Праге Президентом Соединённых Штатов о том, что оно достижимо лишь при соблюдении целого ряда условий. Я не буду повторять за Президентом США эти условия, но они названы справедливо. Но со своей стороны хотел бы назвать ещё несколько условий, при которых достижимо такого рода соглашение и при которых достижимо новое качество безопасности.
Первое. Нам необходимо предотвратить размещение оружия в космосе. Сколько бы об этом ни говорили, это очень важная и сложная тема.
Второе. Недопустимо компенсировать ядерные сокращения за счёт увеличения стратегических систем, которые оснащены обычным оружием. Это получается неэквивалентный размен.
И третье. Гарантировать невозможность создания так называемых возвратных ядерных потенциалов.
Ещё один аспект безопасности – это взаимосвязь наступательных и оборонительных вооружений. Не случайно в экспертных кругах звучат голоса в пользу возрождения договора о противоракетной обороне. Не буду скрывать, Россия свою позицию неоднократно заявляла: нас очень беспокоит перспектива одностороннего развёртывания противоракетных систем, которая ломает существующую ныне систему противовесов в этой сфере и самым решительным образом осложняет перспективу ядерного разоружения.
К сожалению, с прежней администрацией Соединённых Штатов Америки нам не удалось найти общий язык по этой теме, но в Лондоне мы договорились с Президентом Соединённых Штатов продолжить обсуждение этой темы. Наши предложения по широкому международному взаимодействию против вероятных ракетных угроз остаются в силе, мы их неоднократно озвучивали, неоднократно, но предметный разговор ещё, конечно, впереди.
Очевидна и та простая истина, что подлинно глобальная противоракетная оборона не может подвёрстываться под интересы одного государства или даже группы государств, её параметры не могут задаваться в одностороннем порядке, что, к сожалению, мы наблюдали при принятии известных решений о размещении противоракет в Европе. И дебаты о противоракетных конфигурациях в Европе, как нам представляется, несомненно, должны идти с участием всех европейцев, а не только некоего клуба избранных, которые приняли на себя соответствующие обязательства. Это нас всех волнует. И противоракетная оборона, уж если её создавать, должна быть глобальной.
Мы хорошо понимаем, почему именно Хельсинки в тот период стал местом проведения первого в истории общеевропейского совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Финляндию всегда отличал уникальный стиль ведения дел на международной арене. И это не только внимание к интересам других партнёров, но и активное, заинтересованное участие в выработке принципов международной безопасности. И такой подход ещё в 70-е годы снискал вашей стране очень высокий авторитет, способствовал созданию более короткого пути к прочному миру, ведь успех обычно даётся тем, кто прилагает свои силы, кто стремится к сотрудничеству, к подлинному, заинтересованному, честному сотрудничеству. Я знаю, что в Финляндии эти темы все хорошо понимают и совершают последовательные шаги к более прочному, справедливому и демократическому мироустройству. История не даёт много шансов, но даже те шансы, которые существуют, должны быть использованы.
ВОПРОС: Господин президент, Россия – самое важное из государств, пока не входящих в ВТО. В сложившейся экономической обстановке было бы важно, чтобы все лидирующие страны сидели за столом переговоров. Мы в Финляндии возлагаем большие надежды на то, что Россия как можно скорее станет членом ВТО. Каково Ваше мнение относительно перспектив реализации этих планов и развития единого экономического пространства между ЕС и Россией?
Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, конечно, мы не только готовы, мы в целом для себя давным-давно приняли решение о вступлении в ВТО. И то, что нас пока держат где-то в предбаннике, это не наша проблема. Мы готовы к полноформатному членству во Всемирной торговой организации. И я считаю, что у нас нет сейчас никаких особенных проблем, которые влияли бы на участие России в ВТО. Надо просто, чтобы другие государства, от которых в конечном счёте зависит процесс присоединения ко Всемирной торговой организации, сделали соответствующие шаги. У нас ничего с точки зрения курса на вступление в ВТО не меняется, мы хотели бы участвовать в ВТО, участвовать на полноформатных, полноценных условиях, не дискриминационных, не унизительных, хотя мы прекрасно понимаем, что это создаст и определённые проблемы для экономического развития. Но мы готовы сознательно пойти на них, для того чтобы иметь также полноформатные взаимовыгодные отношения с нашими партнёрами, в том числе, конечно, и с Финляндской Республикой. Здесь ничего не меняется. И я надеюсь, что в результате, может быть, более активных действий со стороны наших основных партнёров по переговорам в этом году будут сделаны более решительные шаги.
ВОПРОС: Господин президент, мой вопрос касается безвизового режима. Количество туристов, пересекающих российско-финляндскую границу, растёт. Растёт и экономическое влияние на этот вопрос, ведь от визового режима страдают и те люди, которые стоят в очереди за визами, и экономика наших стран. Облегчение визового режима и возможность въезда в Санкт-Петербург на 72 часа – это очень важный шаг, предпринятый Российской Федерацией. Мы его с удовольствием приняли. Безвизовый режим стал важным средством оживления экономических связей, особенно это было бы важно для экономики восточной Финляндии. Это дало бы новый импульс развитию туризма. Господин Президент, что Россия может предпринять в области облегчения визового режима с Финляндией? Что мы можем ждать и в какие сроки?
Д.МЕДВЕДЕВ: Мы готовы предпринять в отношении визового режима всё, что необходимо для свободного въезда. Это вопрос всё-таки в большей степени не к нам, а к общей линии, касающейся визовых соглашений. Для нас этот вопрос так же является абсолютно актуальным, как и для вас. И если мы в целом стремимся к осуществлению безвизовых поездок в страны Евросоюза, то мы тем более хотели бы, чтобы такого рода визовые ограничения не сопровождали поездки наших людей и поездки финских граждан, соответственно, в Россию и в Финляндскую Республику. Поэтому в этом плане мы открыты на все сто процентов, здесь слово не за нами, мы готовы действовать.
ВОПРОС: Господин президент, насколько важным Вы считаете обмен студентами университетов, вузов между ЕС и Россией? Каковы будут действия государств, чтобы стимулировать этот процесс? Каким образов можно было бы содействовать такому сотрудничеству в финансовом плане?
Д.МЕДВЕДЕВ: Конечно, это очень важная тема. Скажу, например, что в тот период, когда я был студентом, по обменам в Финляндию ездили только счастливчики, которые правильным образом себя вели и получали такого рода поощрения. Я в число такого рода счастливчиков не попал, о чём жалею.
Но сейчас другие времена. Нас не разделяет идеология, нас связывают огромные экономические проекты, общая история, нас связывает просто симпатия друг к другу. Поэтому, конечно, студенческая мобильность, как, кстати, и преподавательская мобильность, очень важна. Я считаю, что это очень хорошо, когда студенты приезжают для того, чтобы послушать лекции в европейские университеты, в Хельсинки, например. Очень неплохо, когда европейские студенты, студенты из стран Евросоюза, приезжают в Российскую Федерацию поучиться. Ещё, может быть, не менее важно, чтобы преподаватели могли приезжать и читать лекции, могли ездить, для того чтобы общаться со студентами в других странах.
Я, в общем, являюсь достаточно большим поклонником интернета и новых технологий, но хотел бы сказать, что интернет не заменит здесь контактов, непосредственных прямых контактов, потому что, когда стоишь вот на такой кафедре, понимаешь, что это уже прямое, непосредственное общение, которое создаёт особую химию отношений между людьми.
Я думаю, что мы должны просто вкладывать средства, изыскивать дополнительные возможности, для того чтобы поддерживать студенческую и преподавательскую мобильность. Это может идти как в рамках государственных программ, которыми мы занимаемся, так и в рамках университетских обменов, а также программ, которые спонсируются за счёт частного бизнеса. Нам бы хотелось, чтобы такого рода программы развивались и укреплялись.
ВОПРОС: Российские энергоресурсы приобретают всё большую важность для ЕС, для европейских государств. Соответственно, очень важную роль в наполнении российского бюджета играет поставка энергоносителей в Европу. Необходимо поддерживать стабильность и развитие таких торговых связей. С этой точки зрения постоянно обращают внимание на повышение тарифов на энергию на внутреннем рынке России, повышение экономии энергии, вопросы энергоэффективности, сокращения энергопотерь. В какой мере российское руководство сейчас восприняло эти задачи, которые, с точки зрения западных аналитиков и экономистов, для России имеют такое большое значение?
Д.МЕДВЕДЕВ: Западные аналитики и специалисты абсолютно правы. Вопросы энергоэффективности для России сегодня имеют первостепенное значение. И, кстати сказать, один из первых указов, который я подписал в должности президента, как раз касался вопросов энергоэффективности.
Несмотря на то что Россия – самая крупная энергетическая держава, несмотря на то что мы обладаем огромными запасами нефти, газа, мы занимаемся электроэнергетикой, надо признаться, что очень многие энергетические схемы, которые работают в России, отсталые и требуют кардинального совершенствования. В этом плане мы очень рассчитываем на кооперацию с нашими европейскими партнёрами, с Финляндией в том числе, в деле энергоэффективности, сокращения энергопотерь. Эти задачи являются исключительно важными всегда, а в условиях экономического кризиса их важность вообще невозможно переоценить, потому что с точки зрения энергоэффективности очень многие наши производства находятся, к сожалению, в каменном веке. Нам нужно развивать кооперацию в этой сфере, и мы бы хотели это делать со всеми заинтересованными в этом сторонами, ещё раз повторю, в том числе и с финскими предпринимателями. Считаем это направление ключевым.
Добровольное пожарное общество создано и приступит к работе в Абхазии, сообщил председатель Всероссийского добровольного пожарного общества Сергей Груздь.Всероссийское добровольное пожарное общество было создано в 1893г. Это крупнейшая в России общественная организация, ведущая организационно-массовую работу по противопожарной пропаганде, привлечению граждан к предупреждению и тушению пожаров, занимающаяся производством и сбытом противопожарной продукции.
«В этот процесс мы активно вовлекаем Абхазию и Южную Осетию. С нашей поддержкой в виде методического, правового и материально-технического обеспечения в Республике Абхазия создано добровольное пожарное общество», – рассказал Груздь. Он уточнил, что это самостоятельная организация, которая в марте завершила регистрацию.
Аналогичную организацию планируется создать и в Южной Осетии. «Руководство республики не возражает, я думаю что оно тоже там появится», – сказал Груздь. «В рамках гуманитарной помощи мы оказали всем школам Южной Осетии необходимую помощь в плане обеспечения пожарной безопасности, оснастили всем необходимым в том числе, огнетушителями и пожарной сигнализацией, работаем сейчас с учениками», – уточнил собеседник.
Два корабля ВМС Турецкой республики – фрегат «Газиантеп» и корвет «Бозчаада» – зашли с неофициальным визитом в порт Севастополя. Корабли отшвартовались на северной стороне Севастополя рядом с кораблями ВМС Украины.Жители города спокойно отнеслись к визиту турецких кораблей в отличие от захода американского фрегата Klakring («Кларкринг») 25 марта. Тогда представители пророссийских политических партий и организаций Севастополя заблокировали выход с морвокзала в город экипажу фрегата ВМС США. В этот раз жители города не устраивали пикетов и не проявляли негативного отношения в адрес военных моряков Турции.
В ходе визита турецкие моряки посетят штаб ВМС Украины, где встретятся с командующим военно-морскими силами Украины адмиралом Игорем Тенюхом. Также турецкие моряки отдадут дань памяти турецким воинам, погибшим во время Крымской войны 1854-1855гг. Кроме того, моряки отдадут воинские почести погибшим советским воинам во время Второй мировой войны на Сапун-горе. Визит отряда кораблей состоялся на основании разрешения кабинета министров Украины.
Впервые с начала года боевой корабль ВМС НАТО, американский фрегат управляемого ракетного оружия (УРО) Klakring вошел в воды Черного моря. Последний корабль ВМС НАТО, фрегат «Тейлор» покинул акваторию Черного моря в дек. 2008г. Группировка кораблей ВМС НАТО появилась в районе Черного моря для оказания помощи Грузии после вооруженного конфликта в Южной Осетии в авг. пред.г.
В нояб. пред.г. штабной корабль ВМС США «Маунт Уитни», визит которого в Севастополь должен был продлиться три дня, внезапно покинул порт города на второй день. Официальные украинские власти отказывались давать какие-либо комментарии по поводу внезапного ухода корабля. При этом источники в городской администрации сообщили, что визит не состоялся из-за проблем с оформлением документов на границе.
Севастопольцы тогда провели митинги против захода американского корабля в город. Митингующие заявляли, что их главным требованием является недопущение присутствия НАТО в Севастополе.
После выступления на пражской Градчанской площади президент США Барак Обама отправился в конгресс-центр, где проходил саммит ЕС-США. В саммите, организованном Чешской Республикой на правах председателя ЕС, приняли участие президент Барак Обама и премьеры и президенты членских государств Евросоюза. Заседание открыли своими речами премьер Чехии Мирек Тополанек и президент США Барак Обама.Выступая перед собравшимися, чешский премьер обозначил круг вопросов, которые будут обсуждаться. Это экономический кризис, энергетическая безопасность и вопрос безопасности в мире.
Барак Обама, взойдя на трибуну, затронул несколько актуальных проблем. Вспомнил российско-грузинский конфликт. Он подчеркнул, что США настаивают на целостности Грузии и не намерены признавать независимость Южной Осетии и Абхазии. Россию, признавшую оба сепаратистских региона, Обама считает серьезным игроком на мировой арене, с которым нужно вести диалог.
Барак Обама также напомнил о пользе, которую могут получить страны Восточной Европы, участвуя в программе Восточное партнерство. Реализуя данную программу, являющуюся одним из приоритетов чешского председательства, Европейский Союз стремится укрепить сотрудничество с постсоветскими странами. Американский президент поддержал и процесс переговоров с Турцией о вступлении в Европейский Союз.
На саммите ЕС-США Барак Обама официально обратился к странам Европейского Союза с просьбой принять у себя заключенных американской тюрьмы Гуантанамо, подозревающихся в терроризме. Чешское правительство по данному вопросу решения еще не приняло.
Как и следовало ожидать, вслед за отработкой южного направления – создания Средиземноморского союза – ЕС обратил свой взгляд на восток. Проект «Восточное партнерство» инициировала Польша, а катализатором ускорения процесса послужили события авг. 2008г. на Кавказе и январский «газовый конфликт». Россия откровенно дала понять, что допускать ослабление своего влияния на постсоветском пространстве не намерена.Евросоюз нуждается в энергетической безопасности, расширении рынков и привлечении дешевой рабочей силы. «Восточное партнерство» призвано вовлечь соседей в сферу европейских интересов без дальнейшего расширения Союза. Более тесное партнерство ЕС и его восточных соседей будет, по идее инициаторов, обоюдовыгодным. Наиболее заманчивым это предложение выглядит для Белоруссии, для которой, как и для ее президента, может закончиться международная изоляция. Однако ситуация достаточно сложна. Цена вопроса – Белоруссия не должна признать независимость Абхазии и Южной Осетии, а это неминуемо осложнит ее отношения с Москвой. Батьке есть от чего чесать в затылке.
Лидеры стран Североатлантического альянса решили возобновить работу Совета Россия-НАТО, которая была прервана альянсом в одностороннем порядке в результате конфликта в Грузии, сообщила канцлер Германии Ангела Меркель по окончании заседания Совета НАТО. «Мы договорились восстановить работу Совета НАТО-Россия», – сказала канцлер.В марте 2009г. главы МИД 26 стран-членов альянса приняли политическое решение возобновить сотрудничество с Россией в рамках Совета Россия-НАТО. Как заявил официальный представитель НАТО Джеймс Аппатурай, странам-членам альянса предстоит определить приоритеты дальнейшего сотрудничества с Россией, политические и практические меры, которые надлежит принять. По его словам, НАТО заинтересована в сотрудничестве с РФ по Афганистану в борьбе с терроризмом и, возможно, с пиратством. Россия неоднократно заявляла о готовности развивать с альянсом полноценные партнерские отношения, в частности, обсуждать вопросы коллективного обеспечения европейской безопасности.
Работа Совета Россия-НАТО была прервана после конфликта в Грузии в авг. 2008г., когда Тбилиси развязал боевые действия в Южной Осетии. Россия провела в регионе операцию по принуждению Грузии к миру, а затем признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Тбилиси разорвал дипломатические отношения с Москвой и объявил две закавказские республики оккупированными территориями.
Страны запада, в т.ч. и страны-члены НАТО, подвергли Россию критике за действия в Южной Осетии и обвинили ее в непропорциональном применении силы. Однако спустя несколько месяцев некоторые европейские политики фактически признали, что Грузия также ответственна за обострение ситуации в регионе.
НАТО заявляет, что намерена принять в свои ряды Украину и Грузию после того, как эти страны будут соответствовать стандартам Североатлантического альянса. «В Бухаресте мы решили, что Украина и Грузия станут членами НАТО, и мы подтверждаем все детали этого решения, а также решения, принятые в дек. пред.г. министрами иностранных дел (альянса)», – говорится в коммюнике по итогам юбилейной сессии Совета НАТО.На министерской встрече НАТО в дек. 2008г. было принято решение не предоставлять Украине и Грузии план действий по членству (ПДЧ) в альянсе, заявку на который подали Киев и Тбилиси. Вместо этого было решено осуществлять ежегодные целевые программы Украина-НАТО и Грузия-НАТО.
Североатлантический альянс намерен оказывать Киеву и Тбилиси «всевозможную помощь» для проведения политических и экономических реформ, необходимых для соответствия стандартам НАТО, говорится в принятом сегодня коммюнике.
Там отмечается, что НАТО будет оказывать этим странам поддержку в рамках комиссий НАТО-Украина и НАТО-Грузия, «которые играют центральную роль в наблюдении за процессом, который начался на саммите в Бухаресте». Альянс приветствует ожидаемое предусмотренное усиление Бюро по информации и связям с НАТО в Киеве и Тбилиси.
НАТО также приветствует «исключительно ценное участие» Украины и Грузии в операциях Альянса. Москва опасается, что расширение НАТО применительно к Украине и Грузии, может привести к серьезной дестабилизации ситуации на европейском континенте. Как заявил ранее замглавы МИД РФ Александр Грушко., политика сближения НАТО с Тбилиси спровоцировала Грузию на агрессию в авг. пред.г.
Грузия в ночь на 8 авг. 2008г. ввела войска в Южную Осетию и обстреляла Цхинвали. Город был сильно разрушен, погибли мирные жители и миротворцы. Россия, защищая в регионе своих граждан, ответила Грузии силой, а 26 авг. признала независимость Южной Осетии и другой бывшей грузинской автономии – Абхазии.
После трагедии 8 авг. Грузия получила дополнительный бонус в виде комиссии Грузия-НАТО, переподтверждения обязательств НАТО по дальнейшей политике вхождения Грузии в Североатлантический альянс и существенных обязательств в области военного строительства, отметил Грушко.
«Уже открыто говорят о том, что была совершена ошибка по оказанию содействия Грузии, что это должны были быть более мощные силы, способные противостоять «большому» противнику, которые должны решать весь спектр задач. Это трудно расценивать как неподталкивание Грузии к повторению того, что привело к трагедии 8 авг.», – сказал замглавы МИД РФ.
Он также отметил, что политика на присоединение Украины к альянсу ведет к серьезной дестабилизации ситуации в этой стране, большинство населения которой не поддерживает этот проект. «Все больше и больше видна политическая ангажированность этого проекта, который выстроен не на основе реальных оценок в области безопасности в Европе, а на некоей политической ангажированности тех принципов, которые существовали в период «холодной войны». По сути это ведет к созданию разделительных линий в Европе», – сказал дипломат.
Юбилейный 60 саммит НАТО избрал нового генерального секретаря альянса, официально объявил о возобновлении работы Совета Россия-НАТО, наметил новую стратегию блока по борьбе с новыми угрозами и утвердил новые ориентиры антитеррористической операции в Афганистане.Генсек НАТО Яап де Хооп Схеффер объявил также о возвращении Франции в военные структуры блока, в которых она не участвовала более 40 лет.
НАТО подтвердила намерение принять в свои ряды Украину и Грузию после того, как они проведут необходимые реформы, и вновь призвала Россию отказаться от признания независимости Южной Осетии и Абхазии.
Юбилейный саммит альянса проходил 3 и 4 апреля во французском Страсбурге и германских Баден-Бадене и Келе в расширенном составе – в среду в альянс официально вступили Албания и Хорватия и число участников увеличилось до 28.
До последнего момента было неясно, кто сменит на посту генерального секретаря НАТО Яапа де Хоопа Схеффера, полномочия которого истекают 31 июля. Согласованную остальными 27 членами НАТО кандидатуру датского премьер-министра Андерса фог Расмуссена отказалась поддержать Турция.
За несколько минут до конца саммита немецкие новостные телеканалы со ссылкой на турецких дипломатов сообщили, что даже после получасовой личной беседы с президентом США Бараком Обамой президент Турции Абдуллах Гюль отказался поддержать Расмуссена и саммит провалился.
Однако вскоре выяснилось, что в итоге стороны договорились, и Схеффер объявил имя своего преемника. «Мы пришли к соглашению, что Расмуссен станет новым генеральным секретарем», – сказал Схеффер.
Положение буквально в последний момент спас итальянский премьер Сильвио Берлускони: он переговорил по телефону со своим турецким коллегой Реджепом Эрдоганом и согласовал с ним условия, на которых Турция поддержит кандидатуру датского премьера. Дипломатические источники сообщили немецким новостным каналам, что датский премьер в обмен на поддержку пообещал способствовать закрытию курдской радиостанции, вещающей с территории Дании, а также обсудить возможности «моральной компенсации» истории с карикатурами на пророка Мухаммеда.
До этого 56-летний Расмуссена отказался по требованию Турции заставить датские газеты, опубликовавшие карикатуры на пророка Мухаммеда, извиниться и убрать все обидные карикатуры. Расмуссен тогда ссылался на свободу печати, а Анкара обвинила его в антимусульманских настроениях.
Берлускони даже нарушил протокол, уговаривая турецкого премьера принять кандидатуру Расмуссена. Приехав к месту саммита в немецком Келе, Берлускони вышел из машины, разговаривая по телефону. Вместо того, чтобы пройти по красной ковровой дорожке к хозяйке встречи – канцлеру Германии Ангеле Меркель, Берлускони, показав жестом, что он разговаривает, повернулся спиной к Меркель и направился к берегу Рейна. Французские тележурналисты шутили, что у Берлускони неотложный разговор с супругой, однако выяснилось, что премьер спасал саммит.
Франция, которая с 1966г. участвовала только в политических структурах НАТО, вновь вошла в военные структуры альянса. «Франция вновь становится полноценным участником Североатлантического альянса«, – сказал генсек Схеффер журналистам после заседания Совета НАТО.
Франция была одной из 12 стран-основателей НАТО, однако в 1966г. первый президент Пятой республики Шарль де Голль отказался передавать французских военных под контроль блока и размещать на территории Франции военные базы НАТО, аргументируя это нежеланием находиться под контролем американских военнослужащих. Тогда де Голль объявил о выходе Франции из военных структур НАТО.
Франция вышла из Комитета военного планирования и Группы ядерного планирования, продолжая принимать участие в работе политических структур, например в Совете НАТО, а с 1995г. – и в военных операциях, не участвуя в их планировании. В марте 2009г. Национальное собрание Франции поддержало идею президента Николя Саркози о возвращении в военные структуры НАТО. Саркози уверен, что этот шаг позволит европеизировать альянс и поможет создать систему европейской безопасности.
Одним из важнейших, но ожидаемых решений саммита было официальное заявление о возобновлении работы Совета Россия-НАТО, которая была прервана альянсом в одностороннем порядке в результате конфликта в Грузии.
Политическое решение возобновить сотрудничество с Россией главы МИД 26 стран-членов альянса приняли в марте, а официально об этом объявила канцлер Германии Ангела Меркель. Теперь НАТО «с нетерпением» ожидает возобновления формальных заседаний Совета НАТО-Россия, первое из которых должно пройти до лета 2009г., говорится в коммюнике.
Альянс вновь осудил РФ за признание независимости Южной Осетии и Абхазии, назвав их «грузинскими регионами», и призвал Москву пересмотреть это решение. НАТО выразила также озабоченность планами России расширить военное присутствие в Южной Осетии и Абхазии.
НАТО призвала также РФ незамедлительно вернуться к соблюдению Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), выразив обеспокоенность тем, что с 12 дек. 2007г. Москва «оставляет в силе одностороннюю приостановку своих юридических обязательств в рамках ДОВСЕ».
Указ о приостановлении Россией действия ДОВСЕ и связанных с ним международных договоров «до тех пор, пока страны НАТО не ратифицируют соглашение об адаптации и не начнут добросовестно выполнять этот документ» подписал в июле 2007г. Владимир Путин.
ДОВСЕ был подписан в Париже в 1990г., его обновленный вариант – в 1999г. в Стамбуле. Адаптированный договор должен быть открыт для присоединения любого европейского государства-участника ОБСЕ. Однако ратифицировали его только РФ, Белоруссия, Казахстан и Украина. Грузия и Молдавия отказались от ратификации, требуя вывода российских войск по Стамбульским договоренностям, которые были подписаны вместе с соглашением об адаптации ДОВСЕ. Из-за этого страны НАТО также блокировали процесс вступления в силу адаптированного договора.
С приемом в НАТО ряда восточноевропейских государств утратил смысл основной принцип договора, касающийся необходимости обеспечения баланса сил. Договор поддерживался только благодаря обмену информацией и инспекциям.
Еще одно важное решение – готовность НАТО изучить предложение России о глобальной системе противоракетной обороны. Москва предлагала к 2020г. создать единую ПРО с равным доступом к управлению всех ее участников. Предложение касалось как США, так и европейских стран. РФ готова была предоставить в общую систему ПРО радиолокационную станцию на юге страны и использовать совместно с США РЛС, арендуемую в Азербайджане, создать в Москве и Брюсселе центры по обмену информацией в области ПРО.
США же собираются разместить новые элементы своей противоракетной обороны в Польше и Чехии, утверждая, это делается для защиты от возможных атак со стороны Ирана. Москва рассматривает планы Вашингтона как угрозу своей безопасности и в ответ готова разместить в Калининградской обл. оперативно-тактические ракеты «Искандер».
НАТО готова изучить возможность соединения систем противоракетной обороны США, НАТО и России «в благоприятное время», говорится в итоговом коммюнике Совета НАТО. Альянс призвал Москву воспользоваться предложением США о сотрудничестве в сфере ПРО.
Несмотря на озабоченности России, Североатлантический альянс подтвердил намерение принять в свои ряды Украину и Грузию после того, как эти страны будут соответствовать стандартам НАТО, и пообещал им «всевозможную помощь» для проведения политических и экономических реформ. Альянс приветствовал предстоящее усиление Бюро по информации и связям с НАТО в Киеве и Тбилиси и «исключительно ценное участие» Украины и Грузии в операциях альянса.
Москва опасается, что расширение НАТО, в частности применительно к Украине и Грузии, может привести к серьезной дестабилизации ситуации на европейском континенте. Как заявил ранее замглавы МИД РФ Александр Грушко, политика сближения НАТО с Тбилиси спровоцировала Грузию на агрессию в авг. пред.г.
Политика на присоединение Украины к альянсу ведет к серьезной дестабилизации ситуации в этой стране, большинство населения которой не поддерживает этот проект, считают в российском МИДе.
Главы стран НАТО решили направить в Афганистан дополнительные войска для обеспечения безопасности во время выборов и обучения афганских военнослужащих.
По словам пресс-секретаря Барака Обамы Роберта Гиббса, которые приводит Франс Пресс, дополнительное соединение будет состоять из 3 тысяч человек, куда войдут 900 британских солдат, 600 – из Германии, 600 – из Испании. Они будут обеспечивать безопасность на выборах. Еще 1400-2000 военнослужащих будут задействованы в 70 подразделениях, сформированных для обучения афганской армии.
Саммит сопровождался акциями протеста и беспорядками противников НАТО, которые провели массовую демонстрацию во французском Страсбурге. «Антинатовцы» начали манифестации еще до начала саммита, в четверг полиция задержала несколько сотен человек. Стражи порядка вынуждены были применить слезоточивый газ и открыть стрельбу из водяных пушек по демонстрантам, которые устроили в Страсбурге беспорядки.
Особую активность манифестанты проявили на границе с Германией у «моста Европы» через Рейн. Противники НАТО подожгли отель на Рейне и еще несколько зданий в Страсбурге, в результате беспорядков ранены 50 чел.
Сам Страсбург на время саммита силами МВД превратился в укрепленный лагерь. Порядок в городе поддерживают 9 тыс. полицейских и жандармов, в операции задействованы военные самолеты и даже ракетные установки. «Антинатовцев» поддержали в Праге, где накануне визита Обамы 300 чел. провели акцию протеста против размещения радара системы ПРО США.
Совокупный внешний долг Грузии по данным на 31 дек. 2008г. достиг 7,3 млрд.долл. Об этом говорится в опубликованных материалах Национального банка Грузии. 97% внешнего долга Грузии номинировано в иностранной валюте. Долг классифицирован следующим образом: 31% приходится на правительственные органы, 26% – на банковский сектор, 6% – на органы кредитно-денежного регулирования (Нацбанк), 26% – на компании страны и 11% – на другие сектора.
С начала 2007г. общий внешний долг Грузии, составлявший 3,55 млрд.долл., растет на 10-13% в квартал. К началу июля 2008г. – перед военной операцией в Южной Осетии – внешний долг Грузии увеличился более чем на 1 млрд.долл.
Аналогичный показатель валового долга РФ за 2008г. составил 489,5 млрд.долл.
Американский фрегат управляемого ракетного оружия Klakring во вторник зашел в порт Батуми с дружественным визитом, передает агентство «Новости-Грузия». Ранее корабль несколько дней находился с визитом в порту Севастополя.Фрегат Klakring стал первым американским кораблем, который в 2009г. вошел в воды Черного моря. Последний корабль ВМС НАТО, фрегат «Тейлор» покинул акваторию Черного моря в дек. 2008г. Группировка кораблей ВМС НАТО появилась в районе Черного моря для оказания помощи Грузии после вооруженного конфликта в Южной Осетии в авг. пред.г.
На борту Klakring находятся 15 офицеров, 190 матросов и военнослужащих, шесть военных пилотов и 15 чел. вспомогательного персонала. Капитан корабля – Скот Смит.
В церемонии встречи корабля принял участие глава правительства Аджарской автономии Леван Варшаломидзе. На встрече с капитаном корабля он отметил, что визит служит углублению военного сотрудничества между Грузией и США.
Планируется проведение совместных учений и культурных мероприятий, в т.ч. товарищеский матч по футболу между командой корабля и служащими береговой охраны Грузии.
Капитан корабля и представители экипажа 2 апреля встретятся с руководителем пограничной полиции генерал-майором Зазой Гогава, директором службы береговой охраны, капитаном 1 ранга Бесиком Шенгелия. В тот же день в Батуми прибудут посол США Джон Тефт и министр обороны Грузии Давид Сихарулидзе.
Как сообщили Новости-Грузия в пограничной полиции МВД Грузии, на американском корабле будут проведены практические и теоретические тренинги для сотрудников службы береговой охраны как Грузии, так и США. 3 апреля корабль покинет территориальные воды Грузии.
Klakring – фрегат класса Oliver Hazard Perry ВМС США вошел в состав американского флота в 1983г.
В 1987г. в качестве авианесущего корабля был задействован в операции «Серьезные намерения» по конвоированию кувейтских танкеров в Персидском заливе во время ирано-иракской войны. Водоизмещение корабля – 4100 т., длина – 138 м., ширина – 13,7 метра, скорость – 29 узлов, экипаж – 225 чел. (в том числе 20 пилотов и техников авиакрыла).
Основное вооружение – 76 миллиметровая артиллерийская установка Melara Mk 75, два строенных торпедных аппарата Mk 32, система ближнего боя Phalanx CIWS, четыре 12,7 миллиметровых пулемета, ракеты ПВО RIM-66 Standard MR. На борту могут разместиться два многоцелевых вертолета SH-60 LAMPS III.
Евросоюз не признал и не признает независимость Абхазии, но готов взаимодействовать с ее руководством в целях урегулировании конфликта, заявил специальный представитель Евросоюза на Южном Кавказе Питер Семнеби на встрече с главой грузинского парламента Давидом Бакрадзе.В конце авг. 2008г. Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии после того, как в ночь на 8 авг. 2008г. грузинские войска атаковали Южную Осетию, которая, как и Абхазия, с начала 90гг. прошлого века добивалась признания независимости от Грузии, и разрушили часть ее столицы Цхинвали. Россия, защищая жителей Южной Осетии, многие из которых приняли гражданство РФ, ввела войска в республику и после пяти дней боевых действий вытеснила грузинских военных из региона. Абхазия тем временем восстановила контроль над всей территорией республики, вытеснив грузинские войска из верхней части Кодорского ущелья.
Как сообщили в пресс-службе высшего законодательного органа Грузии, в ходе встречи были обсуждены российско-грузинские отношения, внутриполитическая ситуация в Грузии и положение, существующее в зоне конфликта в Абхазии.
«Евросоюз не признал и не признает независимость Абхазии», – цитирует слова Семнеби не встрече пресс-служба парламента. Он отметил, что «Евросоюз должен продолжить взаимоотношения с де-факто руководством Абхазии, т.к. это в конечном итоге может способствовать урегулированию конфликта».
Специальный представитель Евросоюза на Южном Кавказе сообщил, что в ходе своего визита в Сухуми 18 марта он ознакомил представителей де-факто руководства с позицией Евросоюза по основным вопросам. 19 марта Семнеби в Гальском районе встретился с местным населением и представителями неправительственных организаций.
«Существующее положение в Гали еще более осложнилось после августовских событий. Особые проблемы у населения возникли после прекращения передвижения по Ингурскому мосту. Проблемы действительно серьезные и необходимо их решать», – заявил Семнеби в Тбилиси, комментируя итоги поездки.
Объем планируемой финансовой помощи из федерального бюджета России составит для бюджета Республики Абхазия 2,36 млрд. руб., для бюджета Республики Южная Осетия – 2,8 млрд. руб., говорится в пресс-релизе минфина РФ.На основании договоров о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Россией, Абхазией и Южной Осетией, подписанных в Москве 17 сент. 2008г., в российском минфине во вторник, 17 марта, состоится подписание межведомственных соглашений между министерствами финансов РФ, Абхазии и Южной Осетии об оказании финансовой помощи на социально-экономическое развитие и обеспечение сбалансированности бюджетов республик. «Это позволит Российской Федерации оказывать финансовую поддержку в рамках международной финансовой помощи этим государствам», – говорится в сообщении.
Строительные работы в Южной Осетии, где во время боевых действий в авг. 2008г. грузинскими военными были разрушены многие здания, прекращены из-за недостатка средств и не начнутся раньше сент., если финансирование с российской стороны не будет возобновлено в ближайшее время, заявил председатель государственного комитета по реализации проектов восстановления Южной Осетии Зураб Кабисов.Как сообщали российские СМИ, Россия обещала выделить на восстановление Южной Осетии 10 млрд. руб. В конце авг. 1,5 млрд. руб. из этих средств были выделены на финансирование неотложных работ. «Сегодня в районах восстановительные работы никак не ведутся. Если какие-то восстановительные работы и были проведены, то эти работы были начаты до Нового года, в надежде на дальнейшее финансирование. К примеру, в Знаурском районе (Южной Осетии) начали восстанавливать здания МВД и больницы до Нового года. Но опять-таки сегодня финансирование строительства приостановлено. Если финансирование будет затягиваться, то восстановительные процессы в лучшем случае могут начаться в сент.», – сказал Кабисов, слова которого приводятся на сайте комитета по информации и печати Южной Осетии.
Он отметил, что выделенные Россией в авг. 1,5 млрд. руб., были направлены на предоплату восстановления только административных зданий. «Схема финансирования с тех пор не определена. Поэтому начало строительства затягивается. Как только в МВК (межведомственной комиссии по восстановлению Южной Осетии, созданной по распоряжению правительства РФ) составят схему финансирования, в Южной Осетии начнется полномасштабное строительство», – указал Кабисов.
МВК курирует весь ход восстановительных работ в Южной Осетии. В комиссию входят российские федеральные чиновники, а Цхинвали представлен в ней первым вице-премьером. «Начало строительства напрямую зависит от финансирования. А вопрос финансирования решается на уровне Минрегионразвития РФ и на уровне министерства финансов РФ. Они отрабатывают схему, по которой будут финансироваться все строительные проекты», – отметил Кабисов.
Россия предоставит финансовую помощь Республикам Абхазия и Южная Осетия в 2,36 млрд. руб. и 2,8 млрд. руб. соответственно (всего 148,1 млн.долл.). Об этом говорится в сообщении министерства финансов РФ. Соответствующее соглашение между министерствами финансов указанных государств будет подписано во вторник, 17 марта.В сообщении ведомства указывается, что полученные средства руководство республик использует на выплату заработной платы работникам бюджетной сферы, детских пособий, пенсий, стипендий, на приобретение медикаментов, а также текущее содержание сети бюджетных учреждений.
Кроме того, Южная Осетия получит 8,5 млрд. руб. на восстановление жилых объектов и жилищно-коммунального хозяйства, пострадавших в результате событий, произошедших в авг. 2008г. Как напоминает пресс-служба минфина, 1,5 млрд. руб. из этой суммы уже была перечислена республике в конце пред.г.
Въездные российские визы начала выдавать во вторник секция интересов России в Грузии при посольстве Швейцарии в Тбилиси, сообщило РИА «Новости». Дипломатические отношения между Россией и Грузией были разорваны в авг. 2008г., после вооруженного конфликта в Южной Осетии и признания Москвой независимости Абхазии и Южной Осетии. После этого, обе стороны обратились к Швейцарии с просьбой представлять их интересы.Российские въездные визы выдаются для учебы в РФ, посещения ближайших родственников и тем гражданам Грузии, которые тяжело больны и едут в Россию на лечение.
«На данном этапе, как и в пред.г., гражданам Грузии не будут выдаваться рабочие и туристические визы. Что касается деловых виз, то они будут выдаваться в случае обращения в МИД РФ соответствующих российских организаций, которые будут принимать граждан Грузии, направляющихся в Россию с деловой поездкой», – отметили российские дипломаты, работающие в секции.
Цхинвали полностью отключен от газоснабжения, сообщил РИА «Новости» директор югоосетинского гособъединения «Энергетика» Алан Габараев. По его словам, компания «Итера-Грузия», осуществляющая транспортировку природного газа в Южную Осетию, полностью прекратила газоснабжение ее столицы. Как указывает грузинский новостной порта «Грузия сегодня», на газопроводе Агара-Цхинвал проводятся ремонтные работы, поэтому газоснабжение Цхинвали будет отключено до 17:00 мск.Российский газ поступает в Южную Осетию через территорию Грузии. Официальный Тбилиси прекратил подачу газа в Южную Осетию 8 авг. 2008г. во время боевых действий, а в янв. 2009г. возобновил газоснабжение.
Газопровод для прямых поставок российского газа в Южную Осетию будет построен в III кв. 2009г. Участок газопровода длиной 92,8 км. от села Дзаурикау до перевала Кударский строит «Газпром».
Московские власти направят на восстановление столицы Южной Осетии, пострадавшей в ходе грузино-югоосетинского конфликта в авг. 2008г., 1 млрд. 85 млн. 760 тыс. руб., сообщает Прайм-ТАСС. Соответствующее распоряжение было подписано мэром Москвы Юрием Лужковым.Эти средства планируется потратить на восстановление социальных и инженерных инфраструктурных объектов Цхинвали. Ранее Москва уже выделяла средства на восстановление города – в данный момент идет строительство микрорайона «Московский», которое обойдется Москве в 2,5 млрд. руб. Строительство микрорайона будет закончено к 1 сент. 2009г., а на его территории смогут проживать 3 тыс.чел.
Минобороны Украины не располагает информацией о том, что Грузия недавно купила у Украины оружие, сообщили в пресс-службе минобороны Украины. «Мы не торгуем оружием, мы не располагаем информацией», сказал представитель пресс-службы, комментируя сообщение Комитета информации и печати Южной Осетии о намерениях Тбилиси приобрести у Украины оружие, в т.ч. противопехотные мины. Экспортом оружия на Украине занимается компания «Укрспецэкспорт». Ранее замминистра внутренних дел Грузии Шота Утиашвили опроверг информацию о том, что Грузия в недалеком прошлом купила у Украины оружие. «Никаких закупок оружия в Украине сейчас не происходит. Никакого письма министра внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили в Киев о предложении закупить оружие, в т.ч. противопехотные мины, не было», – сказал Утиашвили.
По мнению югоосетинской стороны, Грузия закупает мины для того, чтобы использовать их против населения Абхазии и Южной Осетии. Ситуация в Южной Осетии после августовской агрессии Грузии остается нестабильной. Югоосетинские власти не раз заявляли о провокациях и обстрелах с грузинской стороны. После нового года в республике уже прозвучало несколько взрывов. О том, что Украина поставляла Грузии оружие, которое потом было использовано во время агрессии против Южной Осетии, ранее неоднократно заявляла Россия.
Официальный Киев заявлял, что все поставки оружия соответствовали нормам международного права. Председатель парламентской комиссии по расследованию поставок украинского оружия в Грузию, депутат Верховной Рады Украины Валерий Коновалюк заявлял, что во время поставок украинского оружия в Грузию нарушалось как национальное, так и международное законодательство. По его данным, оружие продавалось в Грузию даже после начала конфликта в Южной Осетии в авг. и продолжает продаваться, а средства в бюджет страны практически не поступают. По данным комиссии, к поставкам имел непосредственное отношение президент страны Виктор Ющенко.
Грузинская оппозиция готовит массовые акции протеста. Цель - добиться отставки Михаила Сакаашвили. Он должен уйти до 9 апреля, предварительно назначив досрочные выборы. Эту дату вчера озвучила бывшая соратница Саакашвили, а ныне одна из лидеров оппозиции Нино Бурджанадзе. Какими будут дальнейшие действия противников президента? Об этом Бурджанадзе рассказала "Труду".
- Когда, по вашему мнению, должны состояться досрочные выборы президента?
- Хотелось бы надеяться, что президент сам уйдет в отставку. Но на такое решение способен человек адекватный. У нас другая история. Поэтому не исключаю, что весной возобновятся митинги, и мы можем либо присоединиться к ним, либо организовать их сами. Что касается парламентской оппозиции, то могу сказать: оппозиция, которая в парламенте не задает президенту вопросов ни об августовских событиях, ни о путях выхода из кризиса, ни о территориальной проблеме, - это не оппозиция.
- А вы сами будете баллотироваться в президенты? Кто может стать вашим основным противником на выборах?
- Да, я буду баллотироваться. Противники? Я бы сказала, скорее соперники или конкуренты, но не противники. На данном этапе, к сожалению, сложилось так, что противник у Грузии один - президент Саакашвили и его окружение.
- Быть может, Грузии имеет смысл поменять форму правления - с президентской на парламентскую. Ведь до сих пор стране с президентами не везло...
- К этому Грузия пока не готова. Я думаю, должна быть президентская власть, но не узурпированная, как сейчас, а сбалансированная. А не везло потому, что выбирать надо правильно. Не тех выбирают. В Грузии выбор президента всегда происходит эмоционально. Надеюсь, сейчас, после назначения выборов, все будет иначе.
- Вы за последнее время несколько раз ездили в США. Бывший постоянный представитель Грузии в ООН (ныне также перешедший в оппозицию) Ираклий Аласания после отставки тоже задержался в Нью-Йорке. Не связано ли это с поиском поддержки со стороны Белого дома?
- Не надо везде искать тайны и подвохи. Мой визит в США ничего общего не имеет с продлением пребывания Аласания в Америке. Аласания задержался в Америке потому, что его детям нужно было закрыть семестр в школе. И вообще пора прекратить думать, что кто-то где-то пишет сценарий, кого-то готовит, а потом берет и меняет одну фигуру на другую. А главное, судьба Грузии должна решаться в самой Грузии, а не в Вашингтоне или Москве.
- Не опасаетесь, что грузинский народ может вас не поддержать? Ведь вас среди прочих называют виновной в разгоне митинга оппозиции 7 ноября 2007 года (Бурджанадзе тогда была вторым лицом в государстве, а после добровольной отставки Саакашвили исполняла обязанности президента).
- У народа были определенные вопросы, на которые, думаю, я ответила. Могу сказать: в связи с 7 ноября моя совесть чиста. Именно, рискуя своим рейтингом и политическим будущим, я тогда спасла страну от кровопролития и гражданской войны. Я недавно разговаривала с Леваном Гачечиладзе (возглавившим после 7 ноября оппозицию и баллотировавшимся на пост президента. - "Труд"). И мы согласились, что мы оба тогда не пошли на гражданское противостояние. Леван сдерживал народ, а я делала все возможное во властных структурах, чтобы избежать противостояния. Никакой рейтинг не стоит человеческих жизней.
- После войны с Россией прошло уже полгода. Теперь можно говорить спокойно, оценивать события без лишних эмоций. Почему ситуация взорвалась именно тогда? Ведь войны никто не ждал.
- Причин могло быть несколько. Во-первых, в Грузии нашлись горячие головы. Во-вторых, Россия тоже имела свои интересы на Кавказе. Честно говоря, не уверена, что смогла бы изменить ситуацию в августе, если бы тогда была на посту председателя парламента. Хотя если бы я была во власти с серьезной командой, то президент как минимум задумался бы - бомбить Цхинвали или нет.
- Почему вы ушли из команды президента?
- Разногласия с президентом возникли почти сразу после "революции роз", хотя тогда позитивные перемены перевешивали негативные. Но после 7 ноября 2007 года я думала, что президент и его команда поймут: в Грузии нельзя править недемократическим путем. Власти тогда были сильно напуганы и много чего поняли, но реально ничего менять не стали. Наоборот, закрутили гайки. Я, конечно, понимала, что это приведет к катастрофе. Когда устанавливается полный контроль над парламентом, над судом и СМИ, катастрофы не избежать. Хотя, с другой стороны, как бы я критически ни относилась к президенту, признание Россией Южной Осетии и Абхазии - ошибка. Россия поставила в тупиковую ситуацию не только Грузию. Однако распутывать этот узел российско-грузинских отношений все равно нужно. Будучи спикером парламента, я не раз приглашала в Грузию и Грызлова, и Миронова, но ни разу не получила понимания.
- Не думаете, что причиной могла стать некорректная риторика со стороны грузинских властей?
- Я всегда выступала за политическую корректность и неоднократно критиковала моих коллег за резкий тон. Но, с другой стороны, и Россия не отличалась приятными высказываниями в адрес Грузии. Так что мы друг друга стоим.
- Как России и Грузии строить отношения дальше?
- Согласитесь, антирусских настроений в Грузии нет. Отношения между нашими странами должны строиться с учетом интересов обеих сторон. Возобновить отношения будет нелегко, но начать переговоры необходимо.
- Почему же не предпринимаются шаги для начала переговоров? В чем ошибка президента Саакашвили?
- Во всем. Он все делает неправильно. Когда человек говорит: "Ну и что с того, что мы потеряли два региона", - это свидетельствует о том, что он не государственный муж, не человек, который болеет за свою страну. Это слова человека, который болеет только за свое кресло.
- Очень много слухов о бизнесе вашего отца (Анзор Бурджанадзе считается одним из бывших спонсоров клана Шеварднадзе, крупнейшим предпринимателем страны, монополизировавшим хлебный бизнес. - "Труд"). Говорят, что отцовские деньги помогли вам подняться по карьерной лестнице. Они же якобы пошли и на "революцию роз".
- Какой смысл говорить "нет" или "да"? Кто не верит, тот и не поверит. Мы искали офис для Фонда развития демократии и не могли найти ничего подходящего. Вот вся команда и перебралась в мою квартиру. Параллельно мы читали в газетах, что у отца Бурджанадзе где-то огромное 8-этажное офисное здание, где-то 9-этажное. К сожалению, ни одно из этих зданиймне не принадлежало, и мы сейчас офис тоже снимаем. Честно говоря, моя семья никогда не бедствовала. Но слухи о моих миллионах, к сожалению, преувеличены. Я была бы рада, если б имела хоть половину того, что мне приписывают.
![Главное](/images/star.png)
Три выхода для Европы
© "Россия в глобальной политике". № 1, Январь - Февраль 2009
Ги Верхофстадт – премьер-министр Бельгии в 1999–2008 годах. Данная статья написана для фонда Бертельсманна; впервые опубликована фондом в ноябре 2008-го (оригинал на сайте http://www.bertelsmann-stiftung.de).
Резюме Мы в каком-то смысле возвращаемся к региональным империям и вступаем в новый век, когда вопросы, стоящие перед мировым сообществом, будет решать несколько мировых центров.
У 2008 года есть все шансы войти в историю в качестве переломного или поворотного момента. Такими же были: 1989-й, когда пала Берлинская стена и рухнул «железный занавес»; 1944–1945 годы – окончание Второй мировой войны, создание Организации Объединенных Наций, подписание Бреттон-Вудских соглашений, начало фанатичной гонки двух новых сверхдержав за превосходство; 1919, 1814–1815 и 1648 годы, когда соответственно был заключен Версальский мирный договор, состоялся Венский конгресс и подписан Вестфальский мир. Все это вехи, ознаменовавшие завершение одной эпохи и возвестившие о наступлении новой эры в истории человечества.
Летом 2008-го почти одновременно произошли три примечательных и имеющих далеко идущие последствия события, которые, на мой взгляд, можно считать предвестниками (а возможно, и следствиями) нового мирового порядка. В августе Россия вторглась в Южную Осетию. Для всех это стало неожиданностью, и не только потому, что Москва продемонстрировала доминирующую роль на Северном Кавказе. Прежде всего это явилось свидетельством того, что после двух десятилетий слабости и распада Москва вновь оказалась готова и способна навязывать соседям свою волю военными средствами, а также вести агрессивную энергетическую политику.
В том же месяце в Китае открылись летние Олимпийские игры, а спустя всего несколько недель первый китайский космонавт успешно вышел в открытый космос. Эти два события проиллюстрировали впечатляющее возвращение этой огромной страны в ряды великих держав, хотя до поры до времени речь идет лишь об экономическом усилении. Я умышленно употребил фразу «до поры до времени», поскольку было бы наивно полагать, что КНР как сверхдержава ограничится лишь экономическим взлетом. Вслед за экономическим возрождением неизбежно последует прорыв в военно-политической сфере.
Затем в конце лета и в начале сентября мировой финансовый кризис набрал полный ход. Хотя уголья тлели в США уже несколько месяцев, настоящий пожар разгорелся лишь после того, как многочисленные финансовые учреждения были вынуждены признать, что выдали массу чрезвычайно рискованных кредитов без надлежащего обеспечения. Как следствие, банки пали жертвой взаимных подозрений и перестали ссужать друг другу деньги. Подобное межбанковское кредитование жизненно необходимо, поскольку позволяет финансовым учреждениям сглаживать пиковые нагрузки по долговым выплатам и обеспечивать себя достаточной ликвидностью в периоды спада экономической активности. В то же время убытки по текущим операциям неизбежно привели к распродаже активов, что, в свою очередь, стало причиной раскручивания негативной спирали новых убытков и новых продаж.
В результате кризис на американском ипотечном рынке постепенно перерос в мировой кризис ликвидности и платежеспособности на финансовых рынках, что со временем привело к краху фондовых рынков и резкому падению биржевых индексов. Пострадали все учреждения (страховые и перестраховывающие компании, пенсионные и хеджевые фонды), а впоследствии это привело к резким колебаниям валютного курса, от которого больше всего страдают развивающиеся страны.
Как бы к этому ни относиться, глубокий экономический кризис в виде рецессии мировой экономики представляется неизбежным. Первые его признаки уже налицо. Экономический рост, по сути дела, остановился. Сталелитейные компании временно сворачивают деятельность. Портфели заказов, недавно сформированные на несколько лет вперед, сжимаются до нескольких месяцев. Растет безработица.
ВОЗВРАТ К МНОГОПОЛЯРНОМУ МИРУ
Однако последствия этого кризиса выйдут за пределы экономики. Экономический упадок на Западе, и в частности в Соединенных Штатах, вне всякого сомнения, отразится на политическом превосходстве Запада. Этому доминированию не придет конец в одночасье: во всяком случае мощь США слишком велика и многогранна. В ближайшем будущем абсолютное могущество Америки останется колоссальным, но ее относительная мощь резко ослабеет, что будет означать важный сдвиг в балансе сил на мировой арене. В то время как вес других государств и блоков (Китай, Индия, Россия, Бразилия и т. д.) возрастает, Соединенные Штаты совершенно очевидно достигли пика своего влияния.
Короче говоря, мир, с которым столкнется новый американский президент Барак Обама, кардинально отличается от того, который Джордж Буш-младший унаследовал от Билла Клинтона восемь лет тому назад. И избрание Обамы лишь ускорит эту эволюцию. Не то чтобы нужно было опасаться какого-то изоляционизма, а лидерство Америки станет несколько иным. В годы президентства Буша США занимали позицию доминирующей сверхдержавы, чему способствовали война с террором, а также конфликты в Ираке и Афганистане. Теперь же под давлением обстоятельств Вашингтону придется сосредоточиться на устранении дисбаланса у себя дома (экономический кризис, здравоохранение, изменение климата) и проводить менее активную внешнюю политику.
С избранием Барака Обамы пробудилась надежда на то, что Соединенные Штаты опять превратятся из надменной сверхдержавы в страну с большими возможностями для всех и вновь будут подавать всему миру пример открытого общества, где не имеют значения происхождение, раса или национальная принадлежность. Бесчеловечное стремление к абсолютному господству должно уступить место нравственному лидерству.
Это будет свидетельствовать о более радикальном сдвиге в международных отношениях, чем мы сегодня можем себе представить, и станет предвестником бесповоротного конца недолговечного однополярного мира, в котором мы жили после распада советской империи. В этом мировом порядке доминировала одна-единственная держава – Соединенные Штаты, и в его основе лежало глобальное распространение двух систем – политической демократии и свободной рыночной экономики.
На самом деле уже теракты 11 сентября 2001 года ясно дали понять, что однополярный мир не является неизбежностью, а история будет идти своим чередом вопреки теориям Фрэнсиса Фукуямы. Наверно, было самонадеянно предполагать, что распад советской империи ознаменует начало тысячелетнего господства/гегемонии Запада либо Америки. В действительности похоже, что 2008-й станет началом нового многополярного мира, «нового века империй».
Подобные кардинальные изменения в мировой политике – не новость. Мы можем стать очевидцами пятого крупного сдвига в геополитическом пространстве за последние 100 лет. Когда в 1914 году разразилась Первая мировая война, Европа и внушительных размеров часть остального мира все еще жили в эпоху империализма: большая часть Европы, почти вся Африка и значительная часть Азии находились во власти шести европейских империй.
Не прошло и четырех лет, как исчезли четыре из них: Германская, Австро-Венгерская, Российская и Османская. Лишь Британская и Французская империи продержались немного дольше – благодаря своим колониям в Африке и Азии. Однако век европейского империализма подошел к концу. Главным победителем (по крайней мере, в краткосрочной перспективе) стало национальное государство. В некоторых европейских странах оно уходило корнями в давние политические традиции, но именно распад колониальной системы позволил ему начать стремительно набирать обороты в Европе начала 20-х годов прошлого века.
К сожалению, крушение целых империй и колоссальный вакуум власти, образовавшийся в Европе, расчистили путь не только для национального государства, но также и для наиболее агрессивных разновидностей этнического национализма – национал-социализма в Германии, фашизма в Италии, а также национал-большевизма и коммунизма в России. Все это ввергло европейский континент в страшную пучину Второй мировой войны. Во многих отношениях национальное государство пережило Вторую мировую войну, несмотря на поражение фашизма и нацизма. Однако дивиденды из этого извлекли реальные победители: новые сверхдержавы – Соединенные Штаты и Советский Союз.
В промежутке между 1945 и 1989-м они были сильнее любого другого из предшествовавших им государств, но для Европы такое изменение ознаменовало начало эпохи «устранения» из мировой политики. На протяжении 44 лет Европу разделял «железный занавес», который, по словам Уинстона Черчилля из его знаменитой фултонской речи, простирался от «Щецина на Балтике до Триеста на Адриатике». Это была эпоха, в которую США и СССР с их холодной войной, постоянно угрожавшей всему человечеству, создали биполярный мир не только в Европе, но и по всему земному шару. Для других стран подобный мировой порядок был еще хуже, чем для Европы. То, что в Европе осталось холодной войной вследствие гонки ядерных вооружений, в других частях планеты – от Кореи и Вьетнама на Дальнем Востоке до Южной Азии и Ближнего Востока, Африки и Латинской Америки – породило многочисленные «горячие войны».
Я далек от того, чтобы тосковать по мнимой стабильности биполярного мира. Мы заплатили за нее дорогостоящей гонкой вооружений и неослабевающей угрозой ядерной войны, которую усугубляла сознательная политика сверхдержав по поддержанию состояния гарантированного взаимного уничтожения.
Мы заплатили за это и длительной эпохой, когда ничего не могли или не желали сделать для наших европейских «союзников», находившихся по ту сторону «железного занавеса». Даже во время венгерского восстания (1956) и подавления Пражской весны (1968) мы молчаливо наблюдали за происходящим, отказываясь протянуть руку помощи. Цена, которую мы заплатили за стабильность периода холодной войны, в действительности была несоразмерно высокой. Таким образом, решительное содействие странам Восточной Европы, желавшим присоединиться к ЕС в 1990-х, можно истолковать как компенсацию за трусливое бездействие во время холодной войны. Мы сделали то, что должны были бы сделать гораздо раньше.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ИМПЕРИЙ
К сожалению, на смену биполярному миру времен холодной войны не пришла Европа, восстановившая свои позиции на политической карте мира. Европейский союз так и не выработал целостную внешнюю политику или политику в области безопасности. Япония погрузилась в дефляционную пучину, и экономический рост в этой стране фактически прекратился. А такие государства, как Китай и Индия, сделали первые шаги в направлении свободной рыночной экономики. Другими словами, ничто и никто не мог оспорить монополистическое могущество Соединенных Штатов, не говоря уже о том, чтобы бросить им вызов.
Наверно, самым впечатляющим аспектом американского превосходства была военная мощь. За прошедшее десятилетие военные расходы США составляли почти половину военных расходов всех остальных государств, вместе взятых. Американский оборонный бюджет более чем в два раза превышает соответствующие траты всех стран – членов Евросоюза. Если говорить о проведении наземных операций, то разница еще более впечатляющая. Эксперты в целом согласны с тем, что военный потенциал всех стран – членов ЕС едва ли достигает 10 % от потенциала Соединенных Штатов.
За 12 лет с 1989 по 2001 год (то есть до террористических атак на Нью-Йорк и Вашингтон, означавших одновременно высшую точку и фундаментальный поворот в отношениях между Европейским союзом и США) ни один государственный деятель не оспаривал американского лидерства. Мы, конечно же, сплотили ряды с нашим главным союзником и отправили войска в Афганистан, чтобы подрубить под корень международный терроризм. Однако далеко не все из нас поддержали войну в Ираке. Это стало первым наглядным признаком растущего понимания того, что Европа стремится самостоятельно отвечать за решение международных политических вопросов.
События последних нескольких месяцев, и в частности финансовый кризис, в большей степени, чем это зарождающееся осмысление Евросоюзом своей роли (тем более не разделяемое всеми политическими лидерами ЕС), служат предвестниками эпохи многополярного мира. Совершенно очевидно, что однополярное мироустройство доказало свою неэффективность и нежелательность. Новый биполярный мир, созданный по лекалу холодной войны, также не выдерживает критики. Столь же неуместным представляется возвращение к опоре на национальное государство, если учесть следующее: несколько последних десятилетий продемонстрировали, что ни одно государство не может считаться достаточно крупным и богатым, чтобы в одиночку противостоять глобальным вызовам. Даже связанное с другими странами на региональном уровне, национальное государство слишком мало.
Так что, нравится нам это или нет, мы в каком-то смысле возвращаемся к региональным империям и вступаем в новый век, когда вопросы, стоящие перед мировым сообществом будет решать дюжина реальных либо потенциальных политических и экономических мировых центров, более или менее равномерно распределенных по всему земному шару.
Я понимаю, что термин «империя» вызывает не самые хорошие ассоциации, особенно в национальных государствах, созданных как раз на обломках европейских империй. Не будем ввязываться в словесные игры. Под термином «империя» я понимаю вовсе не Пруссию времен Гогенцоллернов, не «двухголовую» монархию Габсбургов и не царскую Россию, а политико-экономическое образование, состоящее, возможно, из многих государств и народов, объединенное общими структурами и современными институтами, зачастую подпитываемое разнообразными традициями и ценностями и уходящее корнями в старые и новые цивилизации. В этом новом мировом порядке важная роль отводится многообразию империй и цивилизаций, а не доминированию какой-то одной цивилизации. Значение имеют политическая стабильность и экономический рост, который они могут обеспечить на региональном уровне, а не стремление той или иной державы властвовать над всем миром.
В двух словах: это не ностальгия по былому величию европейских империй. Речь идет о рождении политических организаций нового толка, созданных открытыми и свободными обществами, конкурирующими друг с другом на глобальном уровне, возводящими не стены, а скорее мосты. При этом каждая держава сохраняет свои региональные корни и обычаи.
Иными словами, сегодня национальное государство слишком мало для того, чтобы влиять на события, происходящие в мире. С другой стороны, ООН чересчур громоздка и медлительна, чтобы быть действенной организацией в быстро меняющихся условиях. Во всех отношениях новые образования могут возвести мост через существующие водоразделы, поскольку способны мобилизовать региональные возможности на субконтинентальном уровне и, следовательно, как об этом говорится в Уставе ООН, сыграть центральную роль в решении региональных и даже мировых проблем.
НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ ФИНАНСОВАЯ СИСТЕМА
Мы живем в переломный момент не только с точки зрения мирового баланса сил, но и в идеологическом плане. Если 1989 год ознаменовался решительной победой свободной рыночной экономики и капитализма, то 2008-й, похоже, вынудит нас признать, что у необузданного капитализма есть определенные ограничения.
Само по себе это наблюдение не претендует на оригинальность и новизну. Об этом совершенно недвусмысленно предупреждал еще Адам Смит в своей книге «Исследования о природе и причинах богатства народов» (1776). Следовательно, вопрос не в том, согласны ли мы с поставленным диагнозом, а в том, как мы на него реагируем. В чем искать спасение? Какой интеллектуальный ответ мы можем дать на разразившийся кризис?
Ответы на нынешний кризис таят в себе риски. Первоначальная реакция и меры противодействия не сулят ничего хорошего. В любом случае они в высшей степени предсказуемы. Как и в предыдущих финансовых кризисах, сотрясавших мир в период между двумя войнами, главными ответами были (экономический) национализм и коллективизация либо их сочетание. Независимо от того, принадлежат страны к более широкой наднациональной федерации или нет, они осуществляют массовые интервенции ради спасения собственного национального достояния. Более того, без всяких угрызений совести они эксплуатируют сложившуюся ситуацию для спасения некоторых из потерянных «драгоценностей короны». Другими словами, престиж нации берет верх над соображениями международного сотрудничества.
Иллюстрацией моутт служить все более громкое звучание в последние недели неонационалистических фанфар и разговоры о победителях и побежденных – во всем мире, как будто Европейского союза никогда не существовало. Нидерланды праздновали победу после скупки акций компаний Dutch Fortis и ABN-Amro. В Париже царило ликование по поводу «победы» в борьбе за компанию Dexia. И многие главы европейских правительств без обиняков заявили, что гарантируют только сбережения своих граждан.
Форма этих интервенций более или менее сходна в каждой стране, а именно: массированные денежные вливания государственных средств, а в некоторых случаях даже полномасштабная национализация для восстановления банков и страховых компаний, утрачивающих платежеспособность. Единственными общеизвестными исключениями из этого правила стали компании Lehman Brothers в США и Fortis в Бельгии, которые были просто закрыты либо проданы (Скандал вокруг продажи банка Fortis вызвал отставку правительства Бельгии. – Ред.). Государство также вмешивается с целью разрешения другой острой проблемы – возобновления межбанковского кредитования. Предоставляя государственные гарантии подобным кредитам, правительства стремятся устранить растущее недоверие между финансовыми учреждениями и тем самым поддержать их ликвидность на требуемом уровне.
Все эти интервенции, вне всякого сомнения, оправданны, если речь идет о спасении финансовой системы от полного краха в краткосрочной перспективе. Однако опасность заключается в том, что такая мера вскоре может привести к худшим последствиям, чем зло, с которым она призвана сражаться. Как и предоставление любых государственных гарантий, массированное вливание государственных средств в банки, терпящие бедствие, или в любую другую отрасль экономики требует крайней осмотрительности. Подобно тому как обезболивающие средства типа морфина либо метадона следует принимать в малых дозах и довольно непродолжительное время, так и государственные вливания или гарантии надо использовать весьма ограниченно и избирательно. В противном случае они становятся наркотиком, привыкание к которому душит на корню и уничтожает всякий стимул к эффективному управлению внутри таких финансовых учреждений.
Для чего банку тщательно исследовать запрос на предоставление кредита другому банку, если государство берет на себя все риски? Для чего страховой компании стремиться к разумному и расчетливому управлению портфелем, если при первых признаках неблагополучия правительство покроет любые необеспеченные задолженности? А как насчет искажения конкурентной среды? Государство практически не делает различий между неплатежеспособными, плохо управляемыми учреждениями и платежеспособными, хорошо организованными корпорациями.
В конечном итоге государство даже начинает финансировать банки с высокой степенью капитализации, у которых изначально вообще не было никаких проблем и которые стали испытывать неудобства лишь потому, что банки-конкуренты на родине и/или за рубежом стали получателями государственной помощи. В данном случае уместными могут быть также краткосрочные экономические интервенции, однако ими вскоре начинают злоупотреблять, чем только усугубляют положение.
Эти опасения вполне обоснованны и в отношении недавно созданных «суверенных фондов», или фондов национального благосостояния. Какими бы благородными ни были стоящие перед ними цели (а именно защитить стратегические интересы Европы перед лицом возможной волны поглощений европейских компаний зарубежными фондами национального благосостояния), в действительности все обычно оказывается не столь благородно, особенно когда дело доходит до распоряжения фондами национального благосостояния. В любом случае аргумент в пользу создания подобных учреждений представляется сплошным лицемерием. Когда американские либо европейские компании вкладывают средства за рубежом и поглощают российское, китайское или индийское предприятие, эти действия приветствуются как пример глобализации либо интернационализации рынков. Когда же происходит обратное, это зачастую объявляется угрозой нашей независимости. Фактически мы видим повторение той реакции, которая несколько десятилетий тому назад сопровождала экспансию японских компаний на западные рынки. Тогда тоже звучали предупреждения о «желтой угрозе» и японский бизнес наталкивался на сопротивление.
Более того, нам придется задать себе вопрос: чьи финансовые активы остались преимущественно либо совершенно не затронутыми нынешним кризисом на фондовых рынках и, следовательно, кто способен мобилизовать огромные финансовые ресурсы для осуществления крупномасштабных поглощений, которых мы больше всего опасаемся? В течение нескольких недель паники Китай, Россия и Индия имели возможность скупить весь западный финансовый сектор. Однако если не считать разговоров о денежных вливаниях со стороны российских инвесторов в банковскую систему Исландии, то никаких признаков подобных действий со стороны Москвы замечено не было.
Российские олигархи и арабские королевские дома потеряли за последние несколько месяцев больше, чем наши так называемые институциональные инвесторы. И снова аргументы, которыми оправдывается создание фондов национального благосостояния, оказываются порой совершенно несостоятельными. Истинная причина заключается в том, что официальные лица, озабоченные интервенцией зарубежного капитала, видят в финансовом кризисе идеальный предлог для осуществления протекционистской политики якобы в целях защиты национальной промышленности, хотя раньше им было трудно оправдать подобный курс.
ЕВРОПЕЙСКИЙ ОТВЕТ
Существует реальная опасность того, что все эти национальные интервенции (государственные гарантии, финансовые вливания, фонды национального благосостояния) поставят под угрозу финансовое будущее. В конце концов это будет просто означать дополнительное долговое бремя, которое ляжет на плечи грядущих поколений. Невольно возникает вопрос: как страны с большим государственным долгом и отсутствием значительных пенсионных резервов будут справляться с социальным обеспечением своего стареющего населения? И разве подобные действия не являются неприемлемым «закладыванием нашего будущего» даже для тех государств, которые не обременены непосильными долгами?
Возьмем, к примеру, Ирландию: у этой страны весьма скромный государственный долг, но она выдает гарантии на все банковские депозиты на сумму 400 млрд евро. Даже если отрешиться от проблем, которые эти меры создают другим странам (финансовые средства которых начали стремительно перетекать в ирландские банки), сумма гарантий в два раза превышает нынешний ВВП Ирландии, в шесть раз – годовые доходы ирландского бюджета и почти в восемь раз – нынешний государственный долг страны.
А как быть с законом Европейского союза о честной конкуренции? А что делать с европейским Пактом стабильности и роста? Едва ли нужно говорить о том, что исключительная ситуация требует принятия исключительных мер, но может ли любая из стран – членов ЕС самопроизвольно, в одностороннем порядке рыть яму своим союзникам? Короче, куда смотрела Европа в разгар спада? Почему молчала Еврокомиссия? Если национальная замкнутость, коллективизация либо национализация так нежелательны, что следует предпринять?
Когда по той или иной причине на рынке ипотечного кредитования США разразился кризис, это негативно сказалось на экономике всего мира, поскольку сотни банков, страховых компаний и пенсионных фондов прямо либо косвенно заинтересованы в американском рынке. Сам по себе этот кризис является следствием усиливающейся секьюритизации (замена нерыночных займов и/или потоков наличности на ценные бумаги, свободно обращающиеся на рынках капиталов. – Ред.), что привело, например, к заключению таких соглашений о ссудах между банками и заемщиками, которые в былые времена считались бы чрезвычайно рискованными и неприемлемыми. В такой ситуации недосмотр либо отсутствие должного контроля в одной стране могут иметь негативные последствия для всего мира.
Однако было бы совершенно неправильно винить во всем глобализацию и замыкаться в национальных границах. Глобализация давно достигла такого размаха, когда сдерживать ее не представляется возможным. Напротив, правильный вывод состоит в том, что, хотя экономика уже стала глобальной, надзор за ней во многом остается, по сути, фрагментарным и национальным. Политическое управление глобальной экономикой практически отсутствует.
Введение единой европейской валюты служит убедительным доказательством того, что ответ на мировой финансовый кризис следует искать не столько в чрезвычайных экономических мерах, сколько в структурных реформах, таких, к примеру, как разработка нового, обязательного международного финансового договора. Если бы не было евро, то 10 и более европейских валют сейчас испытывали бы на себе колоссальное давление, какое испытывают бразильский реал, исландская и датская крона. И в том, что такого давления не ощущается, исключительно заслуга евро. Из этого успеха следует сделать выводы и утвердить всеобъемлющую, трансграничную политику и механизмы надзора во многих областях финансово-экономической деятельности. Как минимум, в зоне действия каждой валюты необходимо ввести единую систему благоразумного финансового надзора в качестве дополнения к руководящим денежно-кредитным учреждениям.
Между зонами действия разных валют должны заключаться обязывающие соглашения в рамках нового международного договора, чтобы мировая экономика имела единую систему глобального управления или, по крайней мере, единую глобальную сеть надзирателей, с помощью которой осуществлялся бы контроль за соблюдением всеми финансовыми контрагентами единых правил игры. Однако эти международные правила должны быть новыми во многих отношениях. Национальная раздробленность регулирующих механизмов – это, конечно же, не единственная причина возникновения нынешней ситуации: те механизмы международного регулирования, которые уже существуют, во многом оказались недееспособными.
Например, Базельские международные нормативные акты привели к недооценке рисков, многие из которых были классифицированы как «внебалансовые», тогда как действующие в настоящее время международные правила бухгалтерского учета (IFRS) не подходят, поскольку они слишком процикличные и не способны сдерживать нисходящую спираль падающих цен и вынужденных продаж. Необходимо также установить эффективный контроль над всеми видами новых финансовых продуктов. Это будет своего рода гарантией их безопасности.
Чтобы получить представление о том, как новая система может действовать, лучше всего начать с европейской политики. Помимо независимого Европейского центрального банка (ЕЦБ), еврозона безотлагательно нуждается в трех реформах (либо новых учреждениях), таких, как:
единый европейский финансовый регулятор, входящий во всемирную сеть регуляторов, придерживающихся единых правил и норм;
учреждение (возможно, подразделение ЕЦБ), в задачу которого будет входить одобрение запросов на межбанковское кредитование. Во всяком случае, это было бы более разумным решением проблемы восстановления доверия между банками и гарантирования рыночной ликвидности, чем выдача массированных государственных гарантий или создание «фонда европейских интервенций», равнозначного европеизации/коллективизации расходов на национализацию европейских экономик;
наконец, правительство еврозоны, несущее ответственность за проведение политики социально-экономического сближения, или конвергенции, – именно сближения, а не согласования. В рамках этой политики необходимо разработать обязательные параметры развития разных экономик и стран – членов Евросоюза либо еврозоны, благодаря которым можно будет совместными усилиями построить более целостную и конкурентоспособную европейскую экономику. Важный шаг в данном направлении был предпринят на саммите еврозоны, который состоялся в октябре прошлого года.
Последняя рекомендация – признать тот факт, что финансовый кризис неизбежно вызовет замедление экономического развития в течение нескольких последующих лет. Это может стать предвестником значительного роста экономики таких стран, как Китай, Бразилия и Индия. В 2007 году по объему ВВП Китай уже был четвертой экономикой мира, тогда как Бразилия, Россия и Индия занимали соответственно 10, 11 и 12 места. Ожидается, что к 2050-му КНР будет экономикой номер один, превосходя США в два раза по объему ВВП, Индия выйдет на третье место, Бразилия – на четвертое, а Россия – на шестое. Это вынудит западные страны осуществить кардинальные изменения в сфере экономики. Но им не следует злоупотреблять механизмами рыночного регулирования, хотя финансовые рынки, безусловно, должны управляться достаточно жестко. Как ни парадоксально, усиление регулирования в финансовой сфере нужно сочетать с растущей либерализацией общей экономической политики.
В этой связи вызывает тревогу тот факт, что важность сбалансированного бюджета сегодня подвергается сомнению с такой же легкостью, с какой отстаивается потребность в национализации. Однако полагать, что рецессию можно победить за счет наращивания дефицита бюджета, – это отнюдь не меньшая иллюзия. Опасения бережливых людей и потребителей будут преодолены лишь тогда, когда мы начнем осуществлять реальные и жесткие меры борьбы с причинами финансового кризиса, вместо того чтобы искусственно накачивать покупательную способность семей. В сложившихся обстоятельствах они будут скорее копить, чем тратить. Более того, страны с большим государственным долгом и/или отсутствием пенсионных резервов вообще не могут позволить себе превышение расходов над доходами.
* * *
Ни у кого сейчас не может быть сомнений в том, что наш мир переживает поворотный момент. Финансовый кризис действует как своего рода «ускоритель частиц», форсируя наше движение к новому, многополярному обществу. Это особенно наглядно проявляется в экономике, однако в политической и военной сферах формирующиеся великие державы также начинают давать о себе знать. Россия и Китай в первую очередь, а также и Индия не упускают возможности продемонстрировать миру, что они являются силой, с которой необходимо считаться. Вопрос же состоит в том, сможет ли и пожелает ли Европа играть заметную роль в этом новом, многополярном мироустройстве.
Европа по-прежнему страдает от трусости. В то время как финансовый кризис привел в действие целую цепочку государственных интервенций, предпринятых отдельными странами-членами, реакция Евросоюза (за исключением евросаммита) в основном ограничилась несколькими благими пожеланиями. Однако не совсем понятно, что ждет Европу в будущем. Если она хочет играть сколько-нибудь заметную роль в многополярном мире и пережить «новый век империй», единственная альтернатива для нее – предпринять более решительные и смелые шаги в направлении дальнейшей интеграции. Если рассматривать нынешний финансовый кризис в этом разрезе, то это не катастрофа, а скорее золотая возможность позаботиться о своем будущем. Нашему политическому руководству нужно преодолеть трусость и страх и сделать решительный шаг вперед.
Верховный представитель Евросоюза по общей внешней политике и безопасности Хавьер Солана прибудет в четверг в Минск для встречи с президентом Белоруссии Александром Лукашенко, сообщили в пресс-службе Соланы. Представитель ЕС проведет также переговоры с главой МИД Белоруссии Сергеем Мартыновым и встретится с лидерами белорусской оппозиции, в т.ч. с Александром Милинкевичем и другими представителями гражданского общества, сообщил собеседник агентства. «Поездка станет возможностью обсудить ситуацию в Беларуси, отношения ЕС-Беларусь и региональные вопросы», – сказал он. Евросоюз возобновляет контакты с президентом Белоруссии, прерванные в марте 2006г., после президентских выборов в Белоруссии. Тогда ЕС посчитал, что выборы прошли с грубыми нарушениями демократических прав и свобод граждан и ввел визовые ограничения в отношении белорусских официальных лиц. В число «невъездных» на территорию ЕС попал и президент Белоруссии.
В нояб. 2008г. Совет ЕС решил снять запрет на въезд в страны-члены ЕС самого президента Белоруссии и нескольких десятков высокопоставленных белорусских чиновников. В качестве первого шага на пути «размораживания» отношений с Евросоюзом глава белорусского МИДа Мартынов в окт. 2008г. провел в Люксембурге встречу с «тройкой» ЕС, второй раунд переговоров на этом уровне состоялся в конце янв. в Брюсселе. ЕС намерен подключить Белоруссию к своей новой программе «Восточное партнерство», нацеленной на сближение с Азербайджаном, Арменией, Грузией, Молдавией и Украиной при условии, что Минск согласится с требованиями ЕС по демократизации белорусского общества.
Чехия намерена пригласить президента Белоруссии Александра Лукашенко весной в Прагу на саммит ЕС «Восточное партнерство», на котором будет официально объявлено о запуске программы по сближению с восточными соседями ЕС. В окт. 2008г. Совет министров иностранных дел ЕС приостановил на полгода запрет на въезд белорусских чиновников в целях содействия процессу демократических преобразований в республике. Министры указали, что это решение утратит силу в случае преследования оппозиции или если Минск признает независимость Абхазии и Южной Осетии.
Глава МИД Белоруссии Сергей Мартынов в интервью немецкой «Франкфуртер альгемайне» 16 фев. сказал, что Белоруссия не хочет «политических лобызаний» с ЕС, а заинтересована в выстраивании прагматичных отношений. «Мы хотим не политических лобызаний с ЕС, похлопываний по плечу, объятий и поцелуев перед камерами. Мы – серьезная и прагматичная нация. Поэтому мы хотим серьезных и прагматичных экономических отношений на равноправной основе. Ключевым понятием в данном плане является недопущение дискриминации Белоруссии», – сказал глава МИД Белоруссии. На вопрос о том, когда президента Белоруссии можно будет увидеть в Брюсселе, подписывающим торговые контракты с ЕС, Мартынов сказал, что визиты – не самое важное дело.
Власти Южной Осетии обяжут Грузию с 1 апреля 2009г. платить за питьевую и оросительную воду, поступающую с югоосетинской территории, в случае неуплаты водоснабжение будет перекрыто, заявил на заседании правительства президент Южной Осетии Эдуард Кокойты.Проблема водоснабжения приграничных югоосетинской и грузинской территорий не раз становилась причиной обострения отношений между Тбилиси и Цхинвали. В конце мая 2007г. было прервано водоснабжение Цхинвали после повреждения водовода «Едис-Цхинвали» (в Южной Осетии), проходящего через существовавшие тогда на территории Южной Осетии грузинские анклавы, жители которых устроили незаконные врезки для полива садов и огородов. По заявлению властей Южной Осетии, представители силовых структур Грузии не допускали специалистов к поврежденным участкам водовода, угрожая ремонтным бригадам оружием. Тогда, в ответ на действия Грузии, югооосетинская сторона перекрыла Тирипонский и Салтвийский оросительные каналы, снабжающие грузинские села Горийского района, приграничного к Южной Осетии, технической водой. Однако затем открыла их.
Как отмечает комитет по информации и печати Южной Осетии (ЮО), правительство республики приняло решение о том, что с 1 апр. 2009г. питьевая и оросительная вода, поступающая из ЮО на территорию Грузии, должна оплачиваться потребителем. «Если грузинская сторона откажется от этого, то мы прекратим водоснабжение грузинской территории», – сказал Кокойты, слова которого приводит комитет.
Он поручил проинформировать грузинскую сторону о решении югоосетинского правительства. «А нам сейчас нужно провести всю необходимую финансовую работу, чтобы определить цену за пользование водой», – отметил Кокойты.
Грузинские войска в ночь на 8 авг. 2008г. атаковали Южную Осетию и разрушили часть ее столицы Цхинвали. Россия, защищая жителей Южной Осетии, многие из которых приняли гражданство РФ, ввела войска в республику и после пяти дней боевых действий вытеснила грузинских военных из региона.
В конце авг. Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. В ответ Тбилиси разорвал дипломатические отношения с Москвой и объявил две закавказские республики оккупированными территориями.
Министерство иностранных дел Грузии выражает надежду на конструктивную позицию России во время многосторонних переговоров в Женеве 17-18 фев. по вопросам Абхазии и Южной Осетии, сказал на традиционном брифинге по понедельникам замглавы МИД Грузии Давид Джалагания. «Грузинской стороне осталось только надеяться на то, что Россия займет конструктивную позицию и не провалит обсуждение вопросов, которые уже готовы к заключению соглашения», – сказал он. По словам Джалагания, грузинская сторона считает Женевские переговоры очень важной и эффективной формой диалога, «в рамках которых решаются вопросы стабильности и безопасности Грузии». Замминистра выразил надежду, что на предстоящем раунде переговоров, в отличие от предыдущих, сторонам удастся достичь договоренности по разработке механизмов превенции различных инцидентов в зоне конфликта и провести пленарное заседание участников переговоров.
В женевских переговорах по вопросам Абхазии и Южной Осетии участвуют Грузия, США, Россия, представители Цхинвали и Сухуми, а также делегации из ОБСЕ, ЕС и ООН.
Проведение международных дискуссий по урегулированию в Закавказье вытекает из плана, согласованного президентом РФ Дмитрием Медведевым и его французским коллегой Николя Саркози. Женевские дискуссии по ситуации в Закавказье начались 15 окт. 2008г., однако их первый раунд был фактически сорван из-за того, что Грузия отказалась садиться за один стол переговоров с делегациями Южной Осетии и Абхазии.
Российская сторона сочла, что вести консультации без представителей этих республик бессмысленно. В ходе второго раунда, состоявшегося в нояб. 2008г., ЕС, ООН и ОБСЕ, которые являются организаторами дискуссий, предложили новый формат – две рабочие группы, в которых представители разных стран участвуют как бы в личном качестве, без табличек с указанием страны, которую они представляют, что позволило разблокировать ситуацию. В ходе третьего раунда международных консультаций по Закавказью, который прошел 17 и 18 дек. в Женеве с участием представителей России, Грузии, США, Абхазии и Южной Осетии, участники дискуссий обсудили механизмы предупреждения конфликтов, хотя и не смогли прийти к конкретному согласию.
События авг. 2008г. можно считать переломным моментом качественного изменения российского восприятия Запада и наших партнеров по СНГ, считает глава думского комитета по делам СНГ Алексей Островский. В ночь на 8 авг. 2008г. грузинские войска атаковали Южную Осетию и разрушили часть ее столицы Цхинвали. Россия, защищая жителей Южной Осетии, многие из которых приняли гражданство РФ, ввела войска в республику и после пяти дней боевых действий вытеснила грузинских военных из региона. Страны запада, в т.ч. и страны-члены НАТО, подвергли Россию критике за действия в Южной Осетии и обвинили ее в непропорциональном применении силы. Однако спустя несколько месяцев некоторые европейские политики фактически признали, что Грузия также ответственна за обострение ситуации в регионе. «В дни нападения Грузии на Южную Осетию впервые после распада Советского Союза России пришлось действовать не оглядываясь на издержки, связанные с реакцией извне», – сказал Островский в четверг на парламентских слушаниях, посвященных интеграционным процессам на постсоветском пространстве. По его мнению, именно в этот период произошла консолидация общества и элит, что сказалось на понимании новых аспектов во внешней политике. «Мы убедились, что классическая силовая политика никуда не исчезла в начале 21 века, о чем неоднократно говорили лидеры стран с высокой степенью демократии. Более того, она берет реванш и, скорее всего, не исчезнет из реальной политики современного мира», – отметил парламентарий.
По словам главы комитета, российская дипломатия не допустила сжимающегося кольца вокруг Южной Осетии и Абхазии, на том было поставлено право России на полноценное участие в формировании новых правил внешнеполитической игры, идущих на смену старому миропорядку. «И мы выиграли», – отметил Островский. События авг. пред.г., признание независимости Абхазии и Южной Осетии, по словам Островского, открыто обозначили проблему качества и эффективности деятельности СНГ. И дело не в том, что Грузия или Украина грозятся выйти из состава Содружества, «а проблема в том, как воспринимают этот институт его участники», отметил депутат.
Островский подчеркнул, что даже Казахстан, который укрепился в сознании как главный евразийский партнер, воздержался от ясных оценок. Другой союзник России – Армения взяла паузу. Не дал своей оценки Узбекистан, хотя в результате событий 2005г. в Андижане, Россия защитила руководство этой страны перед мировым сообществом. То же самое можно сказать про Таджикистан, чью территориальную целостность Россия обеспечивала в 1992-97гг.
Президент Киргизии заявил, что подобные конфликты должны решаться сугубо на основе международного права и только политико- демократическим путем. По словам Островского, Украина в лице ее президента заняла однозначную прогрузинскую позицию, хотя внутри страны как минимум половина населения не разделяло эту позицию. Вполне понятно и, может быть, более оправданна, по мнению главы комитета, позиция Азербайджана и Молдовы, у которых есть проблемы с непризнанными республиками. Островский считает, что подобное «молчание соседей» по СНГ в тот период должно быть учтено в период проведения нашей как тактической, так и стратегической линии на постсоветском пространстве.
Вооруженные силы РФ проведут в этом году более 1000 тактических учений с боевой стрельбой, сообщил начальник главного управления боевой подготовки и службы войск Вооруженных Сил РФ Герой России генерал-лейтенант Владимир Шаманов. «Даже несмотря на передислокацию ряда частей и соединений, обязательно проведем 816 ротных, 214 батальонных, четыре полковых, 39 бригадных и одно дивизионное тактическое учение с боевой стрельбой», – сказал Шаманов в интервью газете «Красная Звезда», которое публикуется в среду. В 2008г. в Сухопутных войсках, Воздушно-десантных войсках и береговых войсках ВМФ было проведено в общей сложности 993 ротных, 273 батальонных, 34 полковых, пять бригадных и четыре дивизионных тактических учения с боевой стрельбой, напомнил Шаманов.
В 2009г. особое внимание будет уделено межвидовой подготовке и отработке переброски соединений на другие театры военных действий (ТВД). Дислоцирующаяся в Сибири 74 отдельная мотострелковая бригада, например, отработает бригадное тактическое учение с боевой стрельбой на одном из полигонов Забайкалья. Одна из бригад Приволжско-Уральского военного округа будет участвовать в масштабных учениях «Ладога-2009», проводимых под руководством министра обороны на территории Ленинградского военного округа. «В ходе учений «Запад-2009» один из полков ВДВ примет участие в проводимом на территории Белоруссии совместном российско-белорусском учении.
Словом, количество и качество боевой подготовки войск лучше любых слов показывает, чем сегодняшнее реформирование отличается от всех предыдущих попыток: тогда войска просто сокращались, а сегодня при оптимизации их структуры и увеличении интенсивности боевой подготовки мы получаем ощутимое приращение их боевого потенциала», – сообщил генерал.
Новые подходы к организации боевой учебы делают акцент на межвидовой подготовке и проведении учений на незнакомой местности других ТВД с переброской войск к месту боевого применения военно-транспортной авиацией или по железной дороге, отметил Шаманов. Он добавил, что скоротечная война с Грузией выявила проблемы в оснащении и подготовке российских Вооруженных сил.
«Упрощенческий подход к организации боевой подготовки, укоренившийся в сознании многих командиров и начальников во время вынужденного простоя, привел к тому, что они готовили вверенные им соединения и части не к войне с реальным противником, а скорее к выполнению зачетных учебных задач и сдаче проверок», – сказал Шаманов.
В итоге исход военного противостояния с Грузией решили не находившиеся ближе всех к зоне конфликта части 58 общевойсковой армии, а дислоцирующиеся за тыс.км. соединения ВДВ, отметил генерал. «Почему прилетевшие издалека десантники справились со всеми задачами, а колонны 19 и 42 мотострелковых дивизий потеряли значительное количество техники еще по пути к Цхинвалу?
Дело здесь не в устаревшем парке танков и боевых машин – у десантников техника еще на 10 лет старше. Просто в ВДВ уже несколько лет подряд проводятся учения с переброской войск на другие направления и театры военных действий, а части Северо- Кавказского военного округа привыкли воевать на расположенных под боком полигонах, с не меняемой годами, до боли знакомой мишенной обстановкой», – сказал Шаманов.
Наблюдатели Миссии ОБСЕ в Грузии в очередной раз въехали на территорию Южной Осетии в районе приграничного села Арцев (к востоку от Цхинвали), сообщает минобороны республики. Во вторник сотрудники Арцевского отделения милиции задержали, а затем отпустили двух сотрудников Миссии ОБСЕ, которые также незаконно пересекли границу Южной Осетии. Как сообщает югоосетинское минобороны, в среду вновь «машина наблюдателей ОБСЕ пересекла границу Южной Осетии, в районе села Арцев». «Этот факт зафиксирован постом наблюдения МО Южной Осетии. После того, как югоосетинские военнослужащие, находящие на посту, попытались остановить машину с представителями Миссии ОБСЕ, она развернулась и спешно покинула территорию республики», – говорится в заявлении ведомства, которое приводит комитет по информации и печати Южной Осетии. Мандат миссии Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в Грузии истек с 1 янв. 2009г., и сейчас она находится в режиме свертывания. ОБСЕ работала в Грузии с 1992г.
Россия 22 дек. на заседании постоянного Совета ОБСЕ не согласилась на продление мандата миссии ОБСЕ в Грузии, полагая, что нынешний мандат «грузинской миссии» включает абхазский и югоосетинский компоненты, а потому должен быть пересмотрен. Москва после развертывания Грузией в авг. 2008г. боевых действий в Южной Осетии признала независимость Южной Осетии и Абхазии, поэтому продление нынешнего мандата «грузинской миссии», с точки зрения российского законодательства, незаконно. Многие члены ОБСЕ, в т.ч. и ранее председательствующая в этой организации Финляндия, предлагали «технически» продлить миссию в Грузии до конца марта на время переговоров о новом мандате.
Газотранспортная компания «Итера-Грузия» опровергла сообщения СМИ о падении давления в газопроводе в направлении Цхинвали. «Подача газа идет без сбоев. Давление в трубе не менялось с момента возобновления поставок, соответственно давление в норме», – сказал замдиректора компании Ираклий Николаишвили. Некоторые СМИ сообщили о резком падении давления в газопроводе и о возможном прекращении подачи газа Южной Осетии. Российский газ в Южную Осетию поступает через территорию Грузии. Поставки газа уже прерывались в авг. 2008г., когда грузинская сторона развернула боевые действия в Южной Осетии. Возобновить подачу газа удалось только в янв. 2009г.
Озабоченные газовыми проблемами европейцы пытаются активизировать сотрудничество с Баку. Эта позиция отвечает интересам руководства Азербайджана. Основная политическая линия его президента Эльхама Алиева направлена на то, чтобы повысить статус страны и выстроить независимую внешнюю политику путем равноудаленности от ведущих мировых держав.В четверг Вольфганг Руттенсторфер, председатель исполнительного совета австрийской нефтяной компании OMV, являющейся одним из инициатором проекта «Набукко» по транспортировке газа из Центральной Азии в Европу, в очередной раз призвал своих партнеров активнее продвигать этот проект. «Без участия Азербайджана нельзя использовать гигантские энергоресурсы Каспийского региона», – заявил в четверг Вольфганг Руттенсторфе.
Вольфганг Руттенстрофер подчеркнул, что Азербайджан важен для европейских партнеров не только потому, что они могут покупать у него газ, но и потому, что «посредством этой каспийской страны Европа получит доступ к энергоресурсам Туркмении и, возможно, Казахстана».
«Сегодня мы хотим стать пионером в доставке в Европу газовых ресурсов Каспийского бассейна», – передает слова Руттенсторфера азербайджанское агентство «АзерТАдж».
Несколькими днями ранее Руттенсторфер выразил мнение, что в долгосрочной перспективе странам ЕС нельзя рассчитывать только на собственное производство и поставки из России, Африки и Северного моря. А т.к. производство европейского газа будет снижаться, то увеличение спроса должно привести к поиску новых источников его закупок и строительству таких газопроводов, как «Набукко». Важна диверсификация поставок и для предотвращения последствий возможных в будущем газовых войн типа недавнего российско-украинского конфликта.
Как заявили в пятницу в Госнефтекомпании Азербайджана (ГНКАР), она увеличила в янв. 2009г. по сравнению с аналогичным периодом 2008г. экспорт нефти в 2,8 раза до 2,079 млн.т. В частности, по трубопроводу Баку-Новороссийск было прокачано 167,187 тыс.т. нефти против 256 тыс.т. в янв. 2008г. По трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан – 1,625 млн.т. (674,281 тыс.т. ранее), по трубопроводу Баку-Супса – 287,063 тыс.т. (в янв. 2008г. простаивал по техническим причинам).
По словам эксперта-аналитика Отдела исследований газовой отрасли Института проблем естественных монополий Николая Исаина, международно-признанные доказанные запасы природного газа в Азербайджане составляют всего 1,28 трлн. куб.м. (0,7% мировых запасов), нефти – 1 млрд. т. или 7 млрд. бар. (0,6% мировых).
«Для относительно небольшого государства, каким является Азербайджан, это значительные величины. Однако с точки зрения экспортного потенциала, возможности азербайджанской нефтегазовой промышленности весьма ограничены, – заявил BFM.ru эксперт.
Поэтому, по его мнению, для мировых рынков углеводородов Азербайджан важен прежде всего своим большим транзитным потенциалом, который значительно превосходит его возможности по добыче. Азербайджан является связующим звеном в транзитном коридоре Центральная Азия-Европа, которому в последние годы уделяется самое пристальное внимание как со стороны ЕС, так и со стороны США. Уже проложены газопровод Баку-Эрзерум и нефтепровод Баку-Джейхан, связывающие побережье Каспийского моря с восточной частью Турции.
В дальнейшем предполагается с двух сторон подключить к этому газотранспортному коридору Транскаспийский трубопровод (с востока) и «Набукко» (с запада). Обе другие альтернативы доставки центральноазиатского газа в Турцию и Европу – через Россию с севера или через Иран с юга – являются геополитически неудобными для Европы.
По словам Исаина, положение Азербайджана также не безоблачно, поскольку транзит газа и нефти через его территорию связан с дальнейшей его транспортировкой через Грузию и турецкий Курдистан, т.е. через потенциально крайне нестабильные с военно-политической точки зрения области. В случае газа проблемой является также согласование строительства Транскаспийского газопровода с другими прикаспийскими странами, включая Россию и Иран.
Что касается Грузии, то, как подчеркнул Николай Исаин, для этой страны Азербайджан фактически является единственным альтернативным поставщиком газа. Он поставляет Грузии 1,5 млн.куб.м. газа в сутки по цене 167 долл. за 1 тыс.куб.м. для населения, а для тепловых электростанций – по 143 долл. Азербайджан с целью поддержания благоприятных отношений с Грузией согласен не повышать цены на газ, поставляемый для грузинского населения, в течение еще 5 лет.
В конце янв. в Будапеште состоялся энергетический саммит, посвященный строительству газопровода «Набукко», на котором представители европейских стран приняли декларацию в поддержку этого проекта. Его участники намерены провести следующую встречу в Софии 24-25 апреля, а затем 7 мая в Праге подписать межправительственное соглашение по его реализации. Эти усилия получили поддержку Азербайджана, президент которого Ильхам Алиев гарантировал, что его страна создаст условия по транзиту газа, принятые на мировых рынках.
По словам представителей австрийской компании, строительство газопровода планируется начать в 2011г. и завершить в 2014г. Такие сроки связаны с разработкой газового месторождения «Шахдениз», вторая фаза освоения которого запланирована на это время.
Как считает главный редактор азербайджанской финансово-экономической газеты «Деньги» Рауф Раджабов, реализация проекта «Набукко» сопряжена со многими трудностями, число которых постоянно увеличивается.
Первый комплекс, на его взгляд связан с позицией Турции, которую долгое время держали перед закрытыми дверями ЕС. Эта страна более не желает мириться с подобной ситуацией и проводит собственную линию в отношении данного проекта, намереваясь увеличить свою значимость в качестве транзитного государства. Турецкие власти стремятся к тому, чтобы их страна стала собственником 15% газа, который пойдет по трубе из Азербайджана, что составляет 4-4,5 млрд.куб.м. «голубого топлива в год.
Далее, существует проблема с наполнением трубы. Азербайджан не обладает подобными объемами экспортных ресурсов – 31-32 млрд.куб.м. в год – поэтому многое зависит от политики Казахстана, Узбекистана и, прежде всего, Туркменистана в данном вопросе.
«Россия пока на бумаге заполнила газом «Южный поток». Но я бы не сказал, что российские власти, – если взять, например, заявления руководителей «Газпрома» и российского руководства, – как-то стремятся противодействовать «Набукко». Скорее, мнение о таком противодействии основано на высказываниях Жириновского, который заявлял, что для того, чтобы остановить «Набукко», необходимо объять пламенем весь Кавказ», – сказал Раджабов. По его мнению, европейцы решили поддерживать оба проекта – «Набукко» и «Южный поток», о чем говорят высказывания политиков, сделанные в последние несколько дней.
Правда, пока нет ясности с финансированием проекта «Набукко», для реализации которого потребуется к 2013-14гг. потратить 10-11 млрд.долл., а ситуация вокруг Ирана остается напряженной. «Пока такой суммы нет и собрать ее будет не просто. К тому же опять может всплыть иранский вопрос. Если Иран подключится к реализации «Набукко», воплотить в жизнь все планы будет значительно проще. Однако сомнительно, что за время, которое отведено на реализацию проекта, ситуация вокруг Ирана станет менее напряженной. Поэтому с учетом всех проблем не думаю, что к 2013-14гг. удастся запустить этот проект», – заключил Рауф Раджабов.
Подобные тезисы весьма характерны для взвешенных азербайджанских экспертов. В целом, как подытожил свои размышления Николай Исаин, энергетическая политика Азербайджана, как и стран Центральной Азии, направлена, прежде всего, на сохранение равноудаленности ото всех ведущих мировых держав. Хотя Баку в целом находится в более близком контакте с США и ЕС, чем, например, Астана или, тем более, Ашхабад и Ташкент.
«Отношения с Россией складываются непросто, поскольку, во-первых, существует прямая конкуренция между Баку и Москвой как транзитерами энергоносителей, а с другой стороны, важную роль играет геополитический фактор противостояния США и России в регионе. В последние полгода дополнительную сложность двусторонним энергетическим отношениям добавил российско-грузинский конфликт вокруг Южной Осетии и Абхазии, который обострил проблему обеспечения безопасности транзитных закавказских трубопроводов», – заключил Николай Исаин.
Проект «Набукко» (Nabucco) предполагает транспортировку среднеазиатского и каспийского газа в европейские страны в обход России через Азербайджан, Грузию, Турцию, Болгарию, Венгрию, Румынию и Австрию. Он станет продолжением уже построенного газопровода Баку-Тбилиси-Эрзурум.
Для строительства газопровода создан консорциум Nabucco Gas Pipeline International GmbH. Участниками строительства Nabucco с равными долями по 16,67% являются австрийская OMV Gas & Power GmbH, венгерская MOL, болгарская Bulgargaz, румынская Transgaz, турецкий Botas и германский RWE Supply & Trading GmbH. Пропускная мощность газопровода длиной более 3,3 тыс.км. составит 31 млрд.куб.м. в год.
Иран, осудивший агрессию Грузии в отношении Абхазии и Южной Осетии, не рассматривает вопрос признания независимости Абхазии и Южной Осетии, заявил в пятницу посол Исламской республики в РФ Махмуд Реза Саджади. «Мы не рассматриваем этот вопрос, и я не могу сказать, произойдет ли это в ближайшем будущем», – сказал Саджади. Он напомнил, что Иран «осудил агрессию Грузии» в отношении двух этих республик в авг. пред.г. и счел «весьма логичными» ответные действия России. «Иран постоянно отслеживает ситуацию вокруг этих республик и наряду с Россией готов сделать все возможное для обеспечения благоденствия народов (Абхазии и Южной Осетии)», – добавил Саджади. В ночь на 8 авг. 2008г. грузинские войска атаковали Южную Осетию и разрушили часть ее столицы Цхинвали. Россия, защищая жителей Южной Осетии, многие из которых приняли гражданство РФ, ввела войска в республику и после пяти дней боевых действий вытеснила грузинских военных из региона. По данным властей Южной Осетии, в результате нападения грузинской армии погибли более полутора тысяч человек, однако Следственный комитет при прокуратуре (СКП) РФ документально подтвердил гибель 162жителей республики и 48 российских военнослужащих, в том числе, 10 миротворцев.
В конце авг. Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. В ответ Тбилиси разорвал дипломатические отношения с Москвой и объявил две закавказские республики оккупированными территориями. Страны запада, в т.ч. и страны-члены НАТО, подвергли Россию критике за действия в Южной Осетии и обвинили ее в непропорциональном применении силы. Однако спустя несколько месяцев некоторые европейские политики фактически признали, что Грузия также ответственна за обострение ситуации в регионе.
Уровень туризма в Грузии после августовских событий 2008г. снизился на 80%, заявил исполняющий обязанности министра экономики Лаша Жвания на встрече с депутатамами из парламентских комитетов по внешним отношениям и по вопросам европейской интеграции, состоявшейся во вторник вечером. «В результате российской агрессии уровень нашего туризма упал на 80%, что является серьезным ударом по отрасли, в т.ч. для сектора гостиниц и обслуживания», – заявил Жвания. «Это очень важный сектор, который обладает возможностью быстрого создания рабочих мест. Сейчас Грузия нуждается в «ребрэндинге», что означает напомнить потенциальным туристам, что Грузия является безопасной страной», – сказал он. По сообщению Национального инвестиционного агентства Грузии, международные визиты в 2007г. достигли рекордного показателя – 1,051 млн.чел., а число иностранных визитеров, которые пересекли государственные границы Грузии возросли на 7% по сравнению с 2006г. В ночь на 8 авг. 2008г. грузинские войска атаковали Южную Осетию и разрушили часть ее столицы Цхинвали. Россия, защищая жителей Южной Осетии, многие из которых приняли гражданство РФ, ввела войска в республику и после пяти дней боевых действий вытеснила грузинских военных из региона.
По данным властей Южной Осетии, в результате нападения грузинской армии погибли более полутора тысяч человек, однако Следственный комитет при прокуратуре (СКП) РФ документально подтвердил гибель 162жителей республики и 48 российских военнослужащих, в том числе, 10 миротворцев. В конце авг. Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. В ответ Тбилиси разорвал дипломатические отношения с Москвой и объявил две закавказские республики оккупированными территориями. Страны запада, в т.ч. и страны-члены НАТО, подвергли Россию критике за действия в Южной Осетии и обвинили ее в непропорциональном применении силы.
Однако спустя несколько месяцев некоторые европейские политики фактически признали, что Грузия также ответственна за обострение ситуации в регионе. Генсек Совета Европы Терри Дэвис заявил, что за войну на Южном Кавказе и ее гуманитарные последствия несут ответственность в равной степени Россия и Грузия.
Смешанная общественная комиссия по урегулированию ситуации на Кавказе обсудит в Минске 6 фев. вопросы, связанные с поиском без вести пропавших во время боевых действий в Южной Осетии в 2008г. военнослужащих, сказал на пресс-конференции во вторник сопредседатель комиссии с грузинской стороны Малхаз Гулашвили. «МВД и минобороны предоставили нам список военнослужащих, которые без вести пропали в авг. 2008г. Мы сопоставим этот список и информацию на минской встрече. Надеемся, что встреча будет результативной», – сказал Гулашвили. Минобороны Грузии 30 сент. 2008г. обнародовало поименный список погибших и пропавших без вести. В списке погибших, по данным на 25 сент., 115 военнослужащих, из них – восемь офицеров, 96 капралов и сержантов, девять резервистов, один рядовой и один гражданский сотрудник. Пропавшими без вести считаются 54 чел., из них 14 офицеров и 40 капралов и сержантов. По данным СКП РФ, пропали без вести двое российских военнослужащих. С российской стороны, сообщается на сайте Общественной палаты России, во встрече примут участие члены смешанной общественной комиссии Максим Шевченко и Ольга Костина. На заседании стороны обсудят вопросы организации работы по поиску пропавших без вести, предупреждения проявлений насилия и нарушений прав человека, а также оказания помощи беженцам.
В ночь на 8 авг. 2008г. грузинские войска атаковали Южную Осетию и разрушили часть ее столицы Цхинвали. Россия, защищая жителей Южной Осетии, многие из которых приняли гражданство РФ, ввела войска в республику и после пяти дней боевых действий вытеснила грузинских военных из региона. По данным властей Южной Осетии, в результате нападения грузинской армии погибли более полутора тысяч человек, однако Следственный комитет при прокуратуре (СКП) РФ документально подтвердил гибель 162жителей республики и 48 российских военнослужащих, в том числе, десяти миротворцев.
В конце авг. Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии. В ответ Тбилиси разорвал дипломатические отношения с Москвой и объявил две закавказские республики оккупированными территориями. Страны запада, в т.ч. и страны-члены НАТО, подвергли Россию критике за действия в Южной Осетии и обвинили ее в непропорциональном применении силы. Однако спустя несколько месяцев некоторые европейские политики фактически признали, что Грузия также ответственна за обострение ситуации в регионе. В частности, генсек Совета Европы Терри Дэвис заявил, что за войну на Южном Кавказе и ее гуманитарные последствия несут ответственность в равной степени Россия и Грузия.
Минкомсвязи России планирует построить сети передачи данных на территории Южной Осетии. В перспективе предусматривается не только организация трех потоков Е-1 – два из которых будут предназначены для проведения интернета и один – для пропуска международного телефонного трафика, но и строительство в Южной Осетии сельских узлов электросвязи и почтовой связи.Также на территории республики будут проведены работы по развитию сети теле- и радиовещания, в Цхинвале планируется построить систему радиодоступа.
Как сообщают осетинские СМИ, впервые к глобальной сети Южная Осетия была подключена в 2007г. Подключение осуществлялось, главным образом, через Северную Осетию и Россию. Однако после военных действий, произошедших на территории Южной Осетии в авг. 2008г., доступа в интернет в стране временно не было.
В.В.Путин дал интервью информационному агентству «Блумберг». Э.Пинчук: Господин Премьер-министр! Наши зрители хотели бы получить от Вас как можно больше информации. Поэтому мой первый вопрос касается Давоса. Вы собираетесь туда для участия во Всемирном экономическом форуме – какова будет идея, которую Вы хотите высказать мировым экономическим элитам?
В.В.Путин: Я в Давосе был много раз, еще работая в Петербурге. Раза четыре, может быть, даже пять. Это хорошая площадка для неформального общения не только с коллегами, представителями правительств, но и с представителями бизнеса.
Сегодня мы переживаем особый период, необычный. Необычный в силу масштабов финансового международного кризиса, и в силу того, что он носит комплексный характер. Мне кажется, история международных экономических отношений ничего подобного и не знает. Поэтому совместная работа на таких площадках, на мой взгляд, сегодня очень востребована, и, конечно, сейчас все говорят о необходимости объединения усилий в преодолении тех трудностей, с которыми столкнулись мировая экономика и мировые финансы, о чем, я считаю, нужно говорить в практическом плане.
Я сейчас не буду говорить обо всем, о чем мне хотелось бы сказать, но некоторые вещи можно сказать и в нашей сегодняшней с Вами беседе.
Мы говорим о необходимости объединения усилий и выработке каких-то единых правил, о чем, с точки зрения России, должна идти речь. Ну, прежде всего, нужно говорить о выработке единых стандартов в мировой экономике, включая национальные сектора этой экономики.
Вот страны еврозоны, Евросоюза, выработали для себя определенные правила и стараются их придерживаться. Я, например, имею в виду дефицит бюджета. Вы знаете об определенных договоренностях, о соответствующих планках, но в целом в мировом масштабе таких правил нет, а они, в общем, играли бы стабилизирующую роль. Это во-первых. Во-вторых, все-таки сейчас, в условиях глобализации взаимозависимость так велика, что все страны в этом были бы заинтересованы и даже, в известной степени, имеют на это право.
Что я имею в виду. Допустим, для примера только, Российская Федерация почти 50% своих золотовалютных резервов держит в американской экономике, и нам не безразлично, каков будет дефицит бюджета Соединенных Штатов в 2009 году. Это только для примера. Но есть и другие параметры, которые мы могли бы, если не согласовывать, то иметь в виду; мы прекрасно понимаем, что не может быть абсолютных договоренностей в мире, как это сделано в рамках Евросоюза, но какие-то рамочные договоренности все-таки возможны, даже несмотря на разный уровень развития различных стран и разные уровни развития экономик. Вот это первое.
Второе. Мы вполне можем и вправе говорить о какой-то унификации на мировых финансовых рынках. Мы с вами хорошо знаем, что, к сожалению, до сих пор нет единых правил на мировых площадках: в Нью-Йорке действуют одни правила, в Лондоне – другие, в Гонконге – третьи, во Франкфурте – четвертые. Ясно, что и здесь полной унификации добиться невозможно.
Но что мы видели в предыдущие годы – в предыдущие годы мы видели конкуренцию между этими площадками; к чему ведет эта конкуренция? – она ведет к тому, чтобы привлечь наибольший поток на IPO, размещение других бумаг, и, к сожалению, как следствие было снижение определенного уровня дисциплины. А ведь выпущенные на одной из региональных площадок потом начинают «гулять» по всему миру, это такая вещь, на которую следовало бы обратить внимание, и, во всяком случае, говорить на эту тему уже пора.
Но есть и другие вопросы, которые касаются региональных резервных валют. Вот сейчас много говорят об экономической многополярности, имея в виду, прежде всего, возможность создания других, кроме доллара и евро, резервных валют. Мы в России прекрасно понимаем, что объявить валюту резервной, даже региональной, – это ничего не значит, важен уровень развития экономики, диверсификация этой экономики. Но, тем не менее, говорить о каких-то региональных фондах, которые могли бы быть прообразом единой экономической политики в том или другом регионе, это вполне возможно.
Вот только сегодня я слышал в очередной раз о том, что рассматривается идея создания единой валюты в Латинской Америке; специалисты говорят о юане как о возможной региональной резервной валюте для Азии; многие арабские государства так или иначе возвращались к идее единой валюты. Повторю, это очень длительный процесс, может быть, это и произойдет, но это требует много времени – 15, 20, 25 лет, я не знаю.
А вот говорить о фондах, которые способствовали бы развитию, можно уже сейчас. Вот мы, например, сейчас рассматриваем возможность создания такого, пусть и небольшого, но все-таки реально функционирующего фонда в рамках известной интеграционной структуры – ЕврАзЭС; мы с Казахстаном сейчас договариваемся о том, чтобы вложить в него определенные средства, с привлечением небольших, но все-таки реальных ресурсов других стран, с тем чтобы использовать эти средства для развития, для целей развития.
Всё это мы предполагаем обсудить, когда говорю «мы», имею в виду российскую делегацию, со своими коллегами на встрече в Давосе.
Э.Пинчук: Насколько мне известно, Вы будете встречаться и разговаривать с премьер-министром Китая, и заявленная тема вашей беседы – «Посткризисный мир». Как Вы рассматриваете эту тему в контексте того, что Россия не является одной из ключевых финансовых держав и не имеет достаточно диверсифицированную экономику. Как Вы рассматриваете роль России, и почему, по Вашему мнению, глобальная элита в Давосе прислушается к России, ведь она не является финансовым центром.
В.В.Путин: Мы просто будем высказывать свою точку зрения. Мы не рассчитываем, что обязательно с нашими предложениями должны все и немедленно согласиться и к нам немедленно прислушаться.
Но Россия, так же как и другие развивающиеся рынки, играет всё большую роль в мировой экономике в целом. И это факт, который сейчас ясен всем. Именно поэтому и лидеры ведущих экономик мира говорят о том, что, скажем, элитные клубы типа «восьмерки» уже становятся узковатыми для принятия глобальных решений. А решения, принимаемые в рамках таких элитных клубов, уже не могут претендовать на универсальность их применения.
Конечно, ведь сейчас вы вспомнили о России. Но есть еще и Бразилия, есть Китай, есть Индия, Южная Африка, другие мощно развивающиеся мировые рынки, мировые экономики, имеющие хорошие перспективы.
Да, действительно, мы только совсем недавно поставили задачу диверсификации нашей экономики. И в целом считаю, что мы на правильном пути и уже достигаем поставленных целей, если посмотреть по времени. Уверен, что так и произойдет в будущем. Так и будет происходить в будущем.
И в этом смысле финансовый и экономический мировой кризис нам в известной степени даже немного помогает. Почему? Потому что заставляет нас действовать более рационально, заставляет нас применять новые технологии (допустим, заниматься тем же энергосбережением), заставляет оптимизировать производство, повышать качество персонала, заниматься переподготовкой кадров. Всё это настраивает нас на то, чтобы выйти из кризисного периода более зрелыми, имеющими лучшие перспективы развития.
Что касается наших отношений с соседними странами, таким соседом, как Китай, то здесь эти контакты имеют для нас особое значение, потому что у нас, во-первых, огромная общая граница, во-вторых, быстро растущий товарооборот, и он как раз имеет тенденцию к диверсификации. Всё это – во-первых.
А теперь во-вторых. Все-таки с восстановлением мировой экономики и наши естественные преимущества тоже должны по-новому заиграть, я имею в виду наши возможности в сырьевых секторах экономики – это и нефть, и газ, это металлы, некоторые другие направления нашей традиционной деятельности. Но и здесь нам бы хотелось переходить к современным, более высокотехнологичным способам производства. И это тоже – дополнительный шаг в развитии страны, в развитии экономики в посткризисный период.
Э.Пинчук: Когда начнется этот посткризисный период?
В.В.Путин: Я Вас хотел спросить. У вас работают аналитики. У вас есть возможность общения с представителями разных экономик мира. По нашему мнению, в конце текущего года, в начале 2010-го мы будем реально ощущать элементы, связанные с позитивными тенденциями в развитии. По некоторым отраслям, мы надеемся, что уже в середине этого года мы увидим свет в конце тоннеля.
Э.Пинчук: Когда Вы будете брать у меня интервью, я Вам скажу свое мнение по этому вопросу.
В.В.Путин:Хорошо, мы так и сделаем.
Э.Пинчук: К власти в Соединенных Штатах Америки пришла новая администрация. Что, по Вашему мнению, администрация Обамы должна сделать по отношению к России? Что Вы хотели бы, чтобы она сделала по отношению к России, и что просто не поддается никаким переговорам?
В.В.Путин: Что не поддается никаким переговорам – это любые посягательства на наш суверенитет. Это не предмет переговоров с другими государствами. Что бы мы хотели видеть – это партнерский честный диалог, основанный на принципах и нормах международного права, с учетом интересов как Соединенных Штатов Америки, так и Российской Федерации.
Э.Пинчук: Есть ли какой-то сигнал, который Обама может послать прямо сейчас, с тем чтобы заявить, что мы переворачиваем страницу тех взаимоотношений, которые, по мнению многих, были наихудшими с момента окончания «холодной войны»?
В.В.Путин: Я не считаю себя вправе давать рекомендации вновь избранному президенту Соединенных Штатов Америки. Ему виднее, что он может и считает нужным сделать.
Но то, что мы слышали в предыдущие недели и, может быть, даже месяцы, – это внушает определенный сдержанный оптимизм.
Потому что мы услышали определенные сигналы, касающиеся системы противоракетной обороны, и мы обратили внимание на то, что в окружении господина Обамы уже говорят о том, что с этим не нужно спешить, что это подлежит дополнительному анализу. И мы приветствуем такие заявления. Более того, напомню, что мы не снимаем с повестки дня наше предложение о том, чтобы такие системы разрабатывать. Но делать это нужно совместно.
Если вы помните, мы предлагали вообще это делать втроем: Соединенные Штаты, Европа и Россия. Но это означало равный доступ к созданию системы и равный доступ к системам управления, что очень важно, с оценкой реальных угроз.
На сегодняшний день, что бы там ни происходило и что бы ни говорили, все-таки планы носят совершенно односторонний характер. И как бы там европейцев не поглаживали, все-таки Соединенные Штаты делают это в одиночку. На европейской территории, правда, в европейском сегменте, но в одиночку. И это факт для специалистов совершенно однозначный.
Мы слышим позитивные сигналы, касающиеся расширения НАТО. Мы уже обратили внимание на то, что в окружении нового президента США говорят о том, что можно обеспечить безопасность Украины и Грузии разными способами, и не обязательно силами НАТО. Мы это приветствуем и готовы принять участие в любой дискуссии, связанной с проработкой наиболее оптимальных вариантов обеспечения международной безопасности.
Традиционными являются направления сотрудничества между Соединенными Штатами и Российской Федерацией, касающиеся ограничения оружия массового уничтожения (нераспространенческая тематика), борьбы с терроризмом.
Кстати сказать, несмотря на все проблемы, о которых вы упомянули, в наших отношениях с Соединенными Штатами, все-таки и по иранской проблематике, и по антитеррористическому направлению нам удавалось договариваться, и по некоторым из этих направлений мы сотрудничали весьма кооперативно и результативно. Не хотелось бы, чтобы эти направления были как-то забыты, отошли на второй план.
Но сейчас, конечно, речь идет о вопросах экономического взаимодействия, и мы для себя не снимаем с повестки дня вступление во Всемирную торговую организацию и так же, как и прежде, будем вести переговоры с нашими американскими партнерами. Мы надеемся на их поддержку по вступлению России на приемлемых и стандартных условиях в эту международную экономическую организацию.
Э.Пинчук: Может быть, немножко болезненный вопрос – касающийся газовых разногласий между Украиной и Россией, когда в результате этого спора прекратились поставки газа для примерно 20 стран в Европе. Европейцы считают себя заложниками в подобного рода ситуациях, и стоила ли она всей той критики, которая вылилась на Россию? Я не говорю сейчас о том, кто прав, кто виноват, но стоит ли всей этой критики сложившаяся договоренность? Она будет носить 10-летний характер, но выстоит ли она, или же мы столкнемся с такой же ситуацией, которая была в начале этого года?
В.В.Путин: Европейцы являются заложниками ситуации, которая сложилась в мире после Второй мировой войны, и до сих пор из этого состояния еще не вышли.
То, что произошло с Украиной в предыдущие годы, – это результат в значительной степени деятельности прежней Администрации США и поддержавшего их Евросоюза. Когда, нарушая Конституцию, с помощью событий на улице, позволяют людям прийти к власти, то это значит, что обрекают страну, этот народ, где происходят эти события или события подобного рода, на достаточно турбулентные внутриполитические события в длительной перспективе, и именно внутриполитическая ситуация в Украине не давала нам возможности выйти на окончательные договоренности и по газовому вопросу.
Именно так и обстоит дело. Потому что в конце прошлого года нам все-таки удалось договориться о заключении контрактов по подписанию этих документов в газовой сфере, причем, я удивлю вас, – на условиях, которые были предложены украинской стороной. Мы согласились с их условиями в конце прошлого года, и когда мы согласились, они отказались, и исключительно по внутриполитическим соображениям. И мы стали все, и Россия и Европа, заложником этой внутриполитической ситуации. Ну и сейчас лучшим подтверждением того, что я сейчас говорю, является попытка на уровне Президента опять пересмотреть эти договоренности.
Стоила ли эта договоренность таких усилий, таких издержек, – думаю, да. Потому что когда-то надо переходить на нормальные, цивилизованные, рыночные отношения; в этом заинтересована Россия, в этом заинтересованы наши партнеры в Европе, которые получают газ транзитом через украинскую территорию. Как ни странно, в этом в первую очередь заинтересована и сама Украина. Потому что, во-первых, это укрепляет ее суверенитет. Нельзя укреплять суверенитет и зависеть от иностранных государств в такой важнейшей сфере, как энергетика, надо переходить на рыночные формы отношений, это давно пора было сделать. Это следующий момент.
Ну и, наконец, сегодняшние условия, условия снижения, мощного снижения цен на энергоносители, на нефть, а потом и на газ (как вы знаете, цены на газ формируются где-то спустя месяцев пять-шесть, с опозданием от формирования мировых цен на нефть), – это для Украины идеальный момент перехода на европейскую формулу цены. Лучше, может быть, и не будет, потому что в конце этого года, соответственно, цены на газ будут рассчитываться, исходя из сегодняшних цен на нефть, и, значит, она будет достаточно низкой.
И я думаю, что мы должны были пройти этот период, для того чтобы выровнять ситуацию на энергетическом, в данном случае газовом рынке и создать стабильные условия на будущее.
Э.Пинчук: Давайте теперь коснемся вопроса иностранных инвестиций. Согласно одному лишь исследованию, с августа прошлого года из России «утекли» 270 млрд. долларов, это произошло после кризиса в Грузии и после того, как разразился глобальный финансовый кризис.
Есть и другие проблемные вопросы, в частности, такие как «ТНК-ВР», то, что произошло с «Шелл», все это ставит под сомнение то, что Россия является надежным корпоративным партнером.
Как, по-Вашему, играют ли иностранные инвестиции большую роль в российской экономике? Как вы намерены вернуть потоки прямых иностранных инвестиций и какие меры для этого принимаете?
В.В.Путин: Вы упомянули события на Кавказе, а потом поставили в один ряд и «ТНК-ВР», и «Шелл». Видимо, собрали все вместе, в одну «кучу» и перемешали, хотя это вещи совершенно разного характера.
То, что произошло на Кавказе, связано с известными событиями и с нападением грузинских войск на миротворцев, связано с попытками подчинить маленький народ, осетин, своему влиянию с помощью силы. Российская Федерация в соответствии с международными договоренностями исполнила свой долг – и перед своими миротворцами, и перед народами Кавказа. И это только лишний раз говорит о том, что Россия намерена отстаивать свои национальные интересы, свой суверенитет, свое право на применение норм международного характера, выработанных международным сообществом, а не единоличных, – хочу это подчеркнуть, – и мы будем это делать и в будущем. И нам бы очень хотелось, чтобы эти правила были универсальными – и в Европе, имея в виду Косово, и в Южном Кавказе, имея в виду в данном случае маленькие республики, Абхазию и Южную Осетию. Чтобы мы все действовали по единым правилам, а не придумывали бы для себя то здесь, то там какие-то выгодные варианты, потому что этот способ поведения ведет к хаосу.
Теперь что касается иностранных инвестиций. Именно поэтому мы считаем, что в международном масштабе, на международной арене мы должны действовать по единым правилам, именно поэтому иностранные инвесторы могут исходить из того, что мы будем везде защищать этот подход. Он для нас носит универсальный характер. Мы будем основываться на действии норм права, а это, в конечном итоге, самая лучшая гарантия стабильности и надежности.
Мы придаем большое значение иностранным инвестициям, и, как это ни покажется странным, за прошлый год, 2008-й, у нас прямые иностранные инвестиции почти в 3 раза были больше, чем в 2007-м, несмотря на кризис. Был отток, и Вы сейчас об этом сказали, но это связано с так называемым спекулятивным капиталом или с портфельными инвестициями: они приходят в экономику, рассчитывая получить быструю прибыль, и так же быстро уходят.
Ушли эти деньги и по хорошо известным причинам, связанным с недостатком ликвидности в самих финансовых учреждениях Соединенных Штатов, Западной Европы и на некоторых других развитых рынках. Там возник дефицит ликвидности, и все это начало вымывать с развивающихся рынков имеющиеся там вложения. Россия не стала исключением. Мы здесь не видим ничего страшного. Но что важно и на что я хотел бы обратить ваше внимание – ваше и наших потенциальных инвесторов – мы считаем, что отток капитала в данном случае способствовал бы росту доверия, потому что мы не ограничили вывод капитала и не намерены это делать в будущем.
Российская экономика является открытой, мы ввели 1 июля 2007г. правила, полностью либерализующие финансовый рынок, и мы сохраняем этот режим, несмотря ни на какие финансовые сложности. Мы к иностранным инвесторам будем относиться так же, как и к своим собственным, как к родным, и мы защищаем их интересы, если они сами соблюдают правила и законы страны, в которой они работают.
Совсем недавно мы приняли ряд решений, в значительной степени связанных с защитой инвесторов, а, может быть, даже в первую очередь в данном случае, с иностранными инвесторами. У нас рассматривался вопрос о значительном снижении, или даже обнулении ставок в интересах наших перевозчиков на, допустим, грузовые автомашины. Но мы не сделали этого именно потому, что один из руководителей, губернатор Калужской области в данном случае, на совещании у меня поднял вопрос о необходимости учесть интересы «Вольво». Эта компания, которая проинвестировала значительные ресурсы в производство грузовиков. У них был свой финансовый план, они осуществили эту инвестицию, и, конечно, им нужно получить прибыль, и мы посчитали, что это справедливое требования, так же, как и по некоторым другим автопроизводителям. Но это еще не все. Большие вложения и большие прямые инвестиции были сделаны в предыдущие годы в сферу электроэнергетики.
Мы планировали в условиях подъема экономики рост тарифов. Мы вынуждены были пойти на сокращение темпов роста тарифов по газу, мы вынуждены были сократить темпы роста тарифов на железнодорожные перевозки и в некоторых других сферах. Но электроэнергетику мы оставили именно в силу того, чтобы дать возможность инвесторам окупить свои вложения. Правда, мы исходили из того, что для населения это не будет иметь существенного значения, потому что в общем объеме платежей электроэнергетика составляет всего 10%. Но, взвесив все эти обстоятельства, мы все-таки учли и интересы инвесторов, в том числе иностранных. Мы и дальше будем действовать таким образом.
Э.Пинчук: Когда Вы были президентом, Вы работали 8 лет в условиях экономического роста. В этом году впервые, с 1998г., Россия, возможно, вступит в этап рецессии. Вы обеспокоены тем, что Вы оставите после себя?
В.В.Путин: Россия не просто сама по себе переживает экономические трудности. Все это хорошо знают, все это видят и понимают. Россия стала частью мировой экономики, и это неплохо. Но сегодняшнее событие – это и плата за то, что мы так стремились стать частью этой мировой экономики. Я уверяю вас, и я в этом сам нисколько не сомневаюсь, и граждане России это прекрасно видят и понимают. Но что в этой связи я бы хотел сказать.
Именно взвешенная, здравая политика прежних лет привела к тому, что российская экономика уже совсем не та, которая была в 1998г. Именно поэтому мы позволяем себе достаточно мягко обращаться с курсом национальной валюты. Именно поэтому мы имеем возможность выполнять все наши социальные обязательства, взятые еще в прежних условиях, в условиях подъема экономики.
Я имею в виду, прежде всего, конечно, обязательства, связанные с пособиями, связанные с повышением заработных плат, прежде всего, конечно, в бюджетной сфере – имею в виду, прежде всего, федеральную бюджетную сферу, хотя за нами, конечно, подтягиваются и регионы. И имею в виду исполнение наших обязательств перед пенсионерами, перед военнослужащими и т.д. и т.п. То есть это не ситуация 10-летней давности, когда мы оказались абсолютно обезоруженными и нищими. Это совершенно другая ситуация, хотя, конечно, трудности есть, и мы об этом прямо и честно говорим в стране. Но те подушки безопасности, которые были созданы в предыдущие годы, уверен, позволят нам достаточно мягко все-таки проходить этот сложный путь в мировой экономике, хочу это подчеркнуть. Но это дает нам возможность использовать один из элементов выхода из кризиса и посткризисного обустройства – это переподготовка кадров. Это дает нам возможность вложить определенные ресурсы сейчас и в эту сферу государственной деятельности.
Мы уже приняли решение и выделили на эти цели 43,7 млрд. руб. Причем мы сейчас готовим вместе с регионами соответствующие программы и уже вкладываем туда необходимые ресурсы. То есть, если мы так ответственно, как и в предыдущие годы, будем работать и в кризисный период, то, повторяю, это может привести в конечном итоге к лучшей структуризации самой экономики, что в конечном итоге пойдет на пользу. Но при этом государство, конечно, должно исполнять свои социальные обязательства. Для этого, слава Богу, ресурсов у нас достаточно.
Э.Пинчук: После всей этой реструктуризации, вполне возможно, в России останется очень мало миллиардеров. Вы рады этому?
В.В.Путин: Почему-то сложилось мнение, что я – истребитель миллиардеров. Это не так. Я никогда не ставил перед собой цель истреблять миллиардеров. Я ставил перед собой цели, чтобы все жили по правилам, которые называются законами. Эти правила в нормальной стране принимаются легальным путем с помощью парламента. И все граждане страны должны исполнять эти правила, называемые законом.
Если человек в рамках закона приобретает значительное имущество, денежные ресурсы, дай Бог ему здоровья. Сейчас мы с вами находимся на предприятии «Акрон», и владельцы этого предприятия не только сохраняют рабочие места в достаточно сложных условиях. Почти никого не уволили. Они еще развивают социальную сферу. Здесь и заработная плата для этого региона страны, да и в целом для страны, неплохая, свыше 21 тыс. рублей. Здесь и социальная инфраструктура развитая, и они создали хорошую спортивную базу. Из 5 тыс. работающих, они мне сегодня уверенно сказали, 3 тыс. занимаются спортом. А все они, я имею в виду владельцев предприятия, люди не бедные. Если те, кто занимается реальным производством, еще и имеют чувство социальной ответственности, таких людей мы будем поддерживать.
Э.Пинчук: Вопрос относительно рынков акций и той ситуации, которая складывается также относительно того, что рубль теряет постепенно по отношению как к доллару, так и к евро. Компании накапливают долг, и резервы постепенно истощаются, а нефть стоит меньше 50 долларов за баррель.
Недавние опросы общественного мнения показали, что из всех наций россияне больше других чувствуют себя уязвимыми перед потерей рабочих мест. И совершенно очевидно, что требуются новые антикризисные меры. Каковыми будут эти меры?
В.В.Путин: Действительно, мировой финансовый и экономический кризис затронул Россию серьезным образом, потому что оказались в сложной ситуации именно те отрасли экономики, которые у нас развивались в последние годы наиболее активно – это металлургическая промышленность, это банковский сектор, это розничная торговля, некоторые другие отрасли экономики.
Но мы все-таки считаем – мы оптимисты, – и исходим из того, что и мировая экономика, и российская тоже, будут постепенно вставать на ноги. Что касается ослабления национальной валюты, что касается резервов, мы ведь не поступили так, как в некоторых странах сделали. Мы не «грохнули» национальную валюту с сегодня на завтра. Мы это всё делали плавно и аккуратно. Сознательно пошли на то, чтобы тратить золотовалютные резервы, дать возможность участникам экономической деятельности, включая и граждан, осознать происходящие процессы и принять соответствующие решения: кому куда уйти, в какую валюту, в рублях остаться, уйти в доллары, в евро, еще что-то сделать, уйти в недвижимость, и так далее, и тому подобное. Как-то распорядиться своими запасами.
Мы сделали это очень плавно и аккуратно. Те решения, которые принял Центральный банк в последнее время, связанные с ослаблением национальной валюты, рубля, они в значительной степени оказались очень востребованными в экономике.
И, опять же, то предприятие, на котором мы сегодня находимся. Сейчас руководители предприятия сказали, что они ждали этого момента, они были на грани рентабельности, и сейчас они пошли в прибыль. И это характерно не только для тех предприятий, которые занимаются производством удобрений, как в данном случае, но и других экспортоориентированных предприятий.
А что такое «деятельность предприятия»? Это как раз и есть сохранение рабочих мест. Подавляющее большинство граждан страны все-таки пользуются национальной валютой, рублем, и для них сохранение рабочих мест, заработной платы и так далее является все-таки приоритетным, так же как и сохранение предприятия. Мы обеспечиваем доходы в бюджеты разных уровней, в местные, региональные, федеральный, и исполняем дальше социальные обязательства, – это всё взаимосвязано.
Поэтому взвешенное отношение к курсу национальной валюты – со стороны Центрального банка, борьба с инфляцией – со стороны Правительства и Центрального банка, удержание на уровне здравого смысла экономического дефицита бюджета – это всё один комплекс мер.
Другой комплекс мер носит специальный характер. Это связано с уменьшением налоговой нагрузки. И здесь мы пошли на изменение норм амортизационных отчислений, амортизационной премии – с 10% до 30-ти, что оставляет значительные ресурсы в распоряжении предприятий. Мы снизили налог на прибыль – с 24-х до 20 процентов. Мы дали право регионам Российской Федерации уменьшить налог на малый и средний бизнес с 15-ти до 5 процентов. Приняли ряд других решений, связанных с рекапитализацией финансовой системы страны. Мы практически обеспечили ликвидность всем нашим ведущим банкам. Создали систему, при которой безболезненно может происходить укрупнение банков и вхождение государства, там, где нужно, в капитал наших финансовых учреждений.
Всё это вместе, а также система оперативного реагирования на происходящие события на рынке труда, дает мне основание сказать, что государство в целом и Правительство, в частности, оперативно реагируют на происходящие события, и мы рассчитываем на позитивный эффект.
Э.Пинчук: И небольшой вопрос в продолжение. Вы сказали о консолидации, об укрупнении предприятий. Поддерживаете ли Вы идею укрупнения предприятий в металлургии?
В.В.Путин: Я говорил о консолидации в банковской сфере. Там, в принципе, эта консолидация давно востребована. Если вы посмотрите на количество банков в России и на количество банков в развитой экономике – многовато. Но мы не собираемся это делать искусственно.
Я сейчас про банковскую сферу закончу, это тоже очень важно. Потому что региональные банки лучше чувствуют клиента, они доходят до каждого предприятия. Многие предприятия на региональном и местном уровне привыкли работать с региональными банками, поэтому мы не собираемся в явочном порядке искусственно их укрупнять и объединять. Мы будем поддерживать и региональный уровень банковского сообщества.
Что же касается сектора реальной экономики, то это всё должно происходить естественным путем. И мы будем делать это только там и тогда, где и когда это востребовано для повышения конкурентоспособности российских предприятий.
Э.Пинчук: И Вы верите, что это оправданно в отношении металлургической промышленности?
В.В.Путин: Не знаю, надо подумать. Окончательных решений нет – во-первых.
Во-вторых, то, о чем вы говорите, было предложение собственников этих предприятий. Но если объединить двух бедных людей, семья богаче не станет, как известно. Поэтому это всё зависит от конкретики.
Там, где может появиться какая-то положительная синергия – объединение, связанное с ресурсами – с одной стороны, с минеральными ресурсами, и с финансовыми возможностями – с другой, с реализацией на рынках – с третьей, с рынками сбыта, я имею в виду, – там, конечно, это востребовано.
Если просто объединять долги с долгами, то ни ума для этого много не нужно, ни результата не будет.
Поэтому мы будем относиться к этому очень взвешенно, аккуратно. Повторяю, главная задача – повышение конкурентоспособности предприятий.
Э.Пинчук: Владимир Владимирович, у Вас много поклонников, но есть и недоброжелатели. Но, наверное, каждый согласится, что Вы являетесь одним из самых харизматичных и ярких политиков на современной политической сцене. Я хочу задать Вам несколько коротких вопросов личного характера.
Какую книгу Вы сейчас читаете?
В.В.Путин: Сейчас я читаю Карамзина «Русская история».
Э.Пинчук: Какого лидера в истории Вы наиболее уважаете, и почему?
В.В.Путин: Петр Первый и Екатерина Вторая, они, на мой взгляд, больше всего сделали для развития Российского государства.
Э.Пинчук: Какой последний фильм Вы смотрели?
В.В.Путин: Последний фильм? По Диккенсу, «Оливер Твист».
Э.Пинчук: Почему?
В.В.Путин: Хотелось посмотреть что-то из серьезного кино.
Э.Пинчук: Какая самая смешная, забавная часть Вашей работы?
В.В.Путин: Я же не в цирке работаю, значит, смешного не много.
Но Вы меня поставили в тупик. Не знаю. Что-то смешного здесь не часто встречаю.
Э.Пинчук: Веселое.
В.В.Путин: Веселое... Нет, пожалуй, в работе, ничего такого веселого я не вижу.
Самое веселое – Ваш вопрос, пожалуй.
Э.Пинчук: А что Вас ставит в тупик относительно Вашей работы, разочаровывает Вас?
В.В.Путин: Нет, меня ничего не ставит в тупик. Бывают просто чрезмерные нагрузки, устаю, бывает, это правда, да. Но чтобы меня что-то поставило в тупик... Что-то такого не помню. Я всегда ищу выход из любой ситуации, его всегда можно найти. Надо сказать, что это – самое интересное.
Э.Пинчук: Каков лучший совет, который Вы когда-либо получали и от кого?
В.В.Путин: От мамы, наверное, – ничего не просить, ни на что не жаловаться.
Э.Пинчук: Из-за чего Вы иногда не спите ночью?
В.В.Путин: Я скажу прямо, не буду ничего придумывать, это просто от той же эмоциональной нагрузки, бывает, что заснуть трудновато, трудно выйти из такого состояния эмоциональной напряженности. Но это снимается спортом.
Э.Пинчук: Какой Ваш основной недостаток?
В.В.Путин: Доверчивость.
Э.Пинчук: Каково Ваше любимое развлечение, любимое искушение в жизни. Я могу сказать, что я много ем шоколада, не должна бы, но ем.
В.В.Путин: Если мы останемся в гастрономической теме, то – мороженое. С детства люблю мороженое в больших количествах.
Э.Пинчук: С какими словами Вы живете?
В.В.Путин: «Вперед».
Э.Пинчук: Опишите самый лучший день для Вас.
В.В.Путин: Они у меня все хорошие, потому что они связаны с интересным родом деятельности, с интересной работой. Я ее действительно люблю, она масштабная, от результатов этой работы многое зависит, и если что-то получается, и я вижу, что людям становится жить немного лучше – это самая большая награда для меня.
Э.Пинчук: Какой талант Вы хотели бы больше всего иметь?
В.В.Путин: Музыкальный.
Э.Пинчук: Можете ли Вы описать себя, когда выйдете на пенсию?
В.В.Путин: Трудно сейчас это представить, но я бы, наверное, занялся исследованиями в области государственного права.
Э.Пинчук: Как Вы хотели бы, чтобы Вас запомнила история?
В.В.Путин: История сама скажет.
Э.Пинчук: Благодарю Вас.
В.В.Путин: Спасибо.
Югоосетинские потребители пока не получают российский газ, пущенный в субботу Грузией для Южной Осетии, заявил в Москве во вторник уполномоченный по правам человека при президенте Республики Южная Осетия Давид Санакоев. «Пока идут технические работы по обработке и продувке труб, пока газ не поступает потребителям», – сказал Санакоев. О том, что Грузия возобновила транзит российского газа в Цхинвальский регион, сообщили в минувшее воскресенье в пресс-службе Грузинской нефтегазовой корпорации. Транзит российского природного газа в Южную Осетию был прерван в день начала боевых действий 8 авг. пред.г. Ранее директора компании «Итера-Грузия» Ираклий Николаишвили сообщил, что компания завершила переговоры с «Газпромом» о поставке 6 млн.куб.м. газа для Южной Осетии в течение полугода. Поставки природного газа в Грузию осуществляются через ООО «Газпром экспорт». Южная Осетия получает российский газ по трубопроводу, проходящему через Грузию. Прямой газопровод планируется построить к середине 2009г.
Федеральное агентство геодезии и картографии (Роскартография) готовит к выпуску карты, где Южная Осетия и Абхазия будут обозначены как самостоятельные государства – отдельными цветами, сообщил начальник отдела картографических работ и географических названий Роскартографии Евгений Бредихин. «Они (Южная Осетия и Абхазия) будут отличаться по цвету от сопредельных территорий. Они будут отличаться и от России, и от Грузии, чтобы они читались как самостоятельные государства», – сказал собеседник агентства, добавив, что города Цхинвали и Сухуми будут обозначены как столицы двух государств. По его словам, в 2009г. за счет федерального бюджета предусмотрено издание отдельных карт Абхазии и Южной Осетии, а также общегеографической карты РФ и политической карты мира, на которых отличными цветами будут отображены эти две республики. Эти карты будут созданы по итогам конкурсных торгов, которые Роскартография объявила 20 янв. Заявки будут рассматриваться 19 фев. Бредихин также отметил, что на карте, в зависимости от ее масштаба, можно давать сокращенное название – не Республика Абхазия и Республика Южная Осетия, а Абхазия и Южная Осетия. В условных обозначениях же будет полное название территорий.
По его словам, это будут первые карты, издаваемые за счет федерального бюджета, где эти территории будут обозначены как самостоятельные государства. «Тираж для государственных нужд будет 200 экземпляров, эти оригиналы будут лежать в фонде, и любой, кто имеет право издавать, будет издавать эти карты. Как правило, первый тираж для продажи составляет 3-5 тыс., а потом уже по мере необходимости и по мере заявок он будет увеличиваться», добавил собеседник агентства. Грузия 8 авг. 2008г. развернула боевые действия в Южной Осетии, практически полностью разрушив Цхинвали, погибли мирные жители и российские миротворцы. Президент РФ отдал приказ ввести в Южную Осетию войска и провести операцию «по принуждению Грузии к миру». 26 авг. Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии.
Полный текст интервью Владимира Путина агентству Bloomberg.Э.Пинчук (как переведено): Добрый день, господин премьер-министр! Если позволите, я буду задавать вопросы на английском.
В.В.Путин: Пожалуйста.
Э.Пинчук: Господин премьер-министр! Наши зрители хотели бы получить от Вас как можно больше информации. Поэтому мой первый вопрос касается Давоса. Вы собираетесь туда для участия во Всемирном экономическом форуме – какова будет идея, которую Вы хотите высказать мировым экономическим элитам?
В.В.Путин: Я в Давосе был много раз, еще работая в Петербурге. Раза четыре, может быть, даже пять. Это хорошая площадка для неформального общения не только с коллегами, представителями правительств, но и с представителями бизнеса.
Сегодня мы переживаем особый период, необычный. Необычный в силу масштабов финансового международного кризиса, и в силу того, что он носит комплексный характер. Мне кажется, история международных экономических отношений ничего подобного и не знает. Поэтому совместная работа на таких площадках, на мой взгляд, сегодня очень востребована, и, конечно, сейчас все говорят о необходимости объединения усилий в преодолении тех трудностей, с которыми столкнулись мировая экономика и мировые финансы, о чем, я считаю, нужно говорить в практическом плане.
Я сейчас не буду говорить обо всем, о чем мне хотелось бы сказать, но некоторые вещи можно сказать и в нашей сегодняшней с Вами беседе.
Мы говорим о необходимости объединения усилий и выработке каких-то единых правил, о чем, с точки зрения России, должна идти речь. Ну, прежде всего, нужно говорить о выработке единых стандартов в мировой экономике, включая национальные сектора этой экономики.
Вот страны еврозоны, Евросоюза, выработали для себя определенные правила и стараются их придерживаться. Я, например, имею в виду дефицит бюджета. Вы знаете об определенных договоренностях, о соответствующих планках, но в целом в мировом масштабе таких правил нет, а они, в общем, играли бы стабилизирующую роль. Это во-первых. Во-вторых, все-таки сейчас, в условиях глобализации взаимозависимость так велика, что все страны в этом были бы заинтересованы и даже, в известной степени, имеют на это право.
Что я имею в виду. Допустим, для примера только, Российская Федерация почти 50% своих золотовалютных резервов держит в американской экономике, и нам не безразлично, каков будет дефицит бюджета Соединенных Штатов в 2009г. Это только для примера. Но есть и другие параметры, которые мы могли бы, если не согласовывать, то иметь в виду; мы прекрасно понимаем, что не может быть абсолютных договоренностей в мире, как это сделано в рамках Евросоюза, но какие-то рамочные договоренности все-таки возможны, даже несмотря на разный уровень развития различных стран и разные уровни развития экономик. Вот это первое.
Второе. Мы вполне можем и вправе говорить о какой-то унификации на мировых финансовых рынках. Мы с вами хорошо знаем, что, к сожалению, до сих пор нет единых правил на мировых площадках: в Нью-Йорке действуют одни правила, в Лондоне – другие, в Гонконге – третьи, во Франкфурте – четвертые. Ясно, что и здесь полной унификации добиться невозможно.
Но что мы видели в предыдущие годы – в предыдущие годы мы видели конкуренцию между этими площадками; к чему ведет эта конкуренция? – она ведет к тому, чтобы привлечь наибольший поток на IPO, размещение других бумаг, и, к сожалению, как следствие было снижение определенного уровня дисциплины. А ведь выпущенные на одной из региональных площадок потом начинают «гулять» по всему миру, это такая вещь, на которую следовало бы обратить внимание, и, во всяком случае, говорить на эту тему уже пора.
Но есть и другие вопросы, которые касаются региональных резервных валют. Вот сейчас много говорят об экономической многополярности, имея в виду, прежде всего, возможность создания других, кроме долл. и евро, резервных валют. Мы в России прекрасно понимаем, что объявить валюту резервной, даже региональной, – это ничего не значит, важен уровень развития экономики, диверсификация этой экономики. Но, тем не менее, говорить о каких-то региональных фондах, которые могли бы быть прообразом единой экономической политики в том или другом регионе, это вполне возможно.
Вот только сегодня я слышал в очередной раз о том, что рассматривается идея создания единой валюты в Латинской Америке; специалисты говорят о юане как о возможной региональной резервной валюте для Азии; многие арабские государства так или иначе возвращались к идее единой валюты. Повторю, это очень длительный процесс, может быть, это и произойдет, но это требует много времени – 15, 20, 25 лет, я не знаю.
А вот говорить о фондах, которые способствовали бы развитию, можно уже сейчас. Вот мы, например, сейчас рассматриваем возможность создания такого, пусть и небольшого, но все-таки реально функционирующего фонда в рамках известной интеграционной структуры – ЕврАзЭС; мы с Казахстаном сейчас договариваемся о том, чтобы вложить в него определенные средства, с привлечением небольших, но все-таки реальных ресурсов других стран, с тем чтобы использовать эти средства для развития, для целей развития.
Все это мы предполагаем обсудить, когда говорю «мы», имею в виду российскую делегацию, со своими коллегами на встрече в Давосе.
Э.Пинчук: Насколько мне известно, Вы будете встречаться и разговаривать с премьер-министром Китая, и заявленная тема вашей беседы – «Посткризисный мир». Как Вы рассматриваете эту тему в контексте того, что Россия не является одной из ключевых финансовых держав и не имеет достаточно диверсифицированную экономику. Как Вы рассматриваете роль России, и почему, по Вашему мнению, глобальная элита в Давосе прислушается к России, ведь она не является финансовым центром.
В.В.Путин: Мы просто будем высказывать свою точку зрения. Мы не рассчитываем, что обязательно с нашими предложениями должны все и немедленно согласиться и к нам немедленно прислушаться.
Но Россия, так же как и другие развивающиеся рынки, играет все большую роль в мировой экономике в целом. И это факт, который сейчас ясен всем. Именно поэтому и лидеры ведущих экономик мира говорят о том, что, скажем, элитные клубы типа «восьмерки» уже становятся узковатыми для принятия глобальных решений. А решения, принимаемые в рамках таких элитных клубов, уже не могут претендовать на универсальность их применения.
Конечно, ведь сейчас вы вспомнили о России. Но есть еще и Бразилия, есть Китай, есть Индия, Южная Африка, другие мощно развивающиеся мировые рынки, мировые экономики, имеющие хорошие перспективы.
Да, действительно, мы только совсем недавно поставили задачу диверсификации нашей экономики. И в целом считаю, что мы на правильном пути и уже достигаем поставленных целей, если посмотреть по времени. Уверен, что так и произойдет в будущем. Так и будет происходить в будущем.
И в этом смысле финансовый и экономический мировой кризис нам в известной степени даже немного помогает. Почему? Потому что заставляет нас действовать более рационально, заставляет нас применять новые технологии (допустим, заниматься тем же энергосбережением), заставляет оптимизировать производство, повышать качество персонала, заниматься переподготовкой кадров. Все это настраивает нас на то, чтобы выйти из кризисного периода более зрелыми, имеющими лучшие перспективы развития.
Что касается наших отношений с соседними странами, таким соседом, как Китай, то здесь эти контакты имеют для нас особое значение, потому что у нас, во-первых, огромная общая граница, во-вторых, быстро растущий товарооборот, и он как раз имеет тенденцию к диверсификации. Все это – во-первых.
А теперь во-вторых. Все-таки с восстановлением мировой экономики и наши естественные преимущества тоже должны по-новому заиграть, я имею в виду наши возможности в сырьевых секторах экономики – это и нефть, и газ, это металлы, некоторые другие направления нашей традиционной деятельности. Но и здесь нам бы хотелось переходить к современным, более высокотехнологичным способам производства. И это тоже – дополнительный шаг в развитии страны, в развитии экономики в посткризисный период.
Э.Пинчук: Когда начнется этот посткризисный период?
В.В.Путин: Я Вас хотел спросить. У вас работают аналитики. У вас есть возможность общения с представителями разных экономик мира. По нашему мнению, в конце тек.г., в начале 2010 мы будем реально ощущать элементы, связанные с позитивными тенденциями в развитии. По некоторым отраслям, мы надеемся, что уже в середине этого года мы увидим свет в конце тоннеля.
Э.Пинчук: Когда Вы будете брать у меня интервью, я Вам скажу свое мнение по этому вопросу.
В.В.Путин: Хорошо, мы так и сделаем.
Э.Пинчук: К власти в Соединенных Штатах Америки пришла новая администрация. Что, по Вашему мнению, администрация Обамы должна сделать по отношению к России? Что Вы хотели бы, чтобы она сделала по отношению к России, и что просто не поддается никаким переговорам?
В.В.Путин: Что не поддается никаким переговорам – это любые посягательства на наш суверенитет. Это не предмет переговоров с другими государствами. Что бы мы хотели видеть – это партнерский честный диалог, основанный на принципах и нормах международного права, с учетом интересов как Соединенных Штатов Америки, так и Российской Федерации.
Э.Пинчук: Есть ли какой-то сигнал, который Обама может послать прямо сейчас, с тем чтобы заявить, что мы переворачиваем страницу тех взаимоотношений, которые, по мнению многих, были наихудшими с момента окончания «холодной войны»?
В.В.Путин: Я не считаю себя вправе давать рекомендации вновь избранному президенту Соединенных Штатов Америки. Ему виднее, что он может и считает нужным сделать. Но то, что мы слышали в предыдущие недели и, может быть, даже месяцы, – это внушает определенный сдержанный оптимизм.
Потому что мы услышали определенные сигналы, касающиеся системы противоракетной обороны, и мы обратили внимание на то, что в окружении господина Обамы уже говорят о том, что с этим не нужно спешить, что это подлежит дополнительному анализу. И мы приветствуем такие заявления. Более того, напомню, что мы не снимаем с повестки дня наше предложение о том, чтобы такие системы разрабатывать. Но делать это нужно совместно.
Если вы помните, мы предлагали вообще это делать втроем: Соединенные Штаты, Европа и Россия. Но это означало равный доступ к созданию системы и равный доступ к системам управления, что очень важно, с оценкой реальных угроз.
На сегодняшний день, что бы там ни происходило и что бы ни говорили, все-таки планы носят совершенно односторонний характер. И как бы там европейцев не поглаживали, все-таки Соединенные Штаты делают это в одиночку. На европейской территории, правда, в европейском сегменте, но в одиночку. И это факт для специалистов совершенно однозначный.
Мы слышим позитивные сигналы, касающиеся расширения НАТО. Мы уже обратили внимание на то, что в окружении нового президента США говорят о том, что можно обеспечить безопасность Украины и Грузии разными способами, и не обязательно силами НАТО. Мы это приветствуем и готовы принять участие в любой дискуссии, связанной с проработкой наиболее оптимальных вариантов обеспечения международной безопасности.
Традиционными являются направления сотрудничества между Соединенными Штатами и Российской Федерацией, касающиеся ограничения оружия массового уничтожения (нераспространенческая тематика), борьбы с терроризмом.
Кстати сказать, несмотря на все проблемы, о которых вы упомянули, в наших отношениях с Соединенными Штатами, все-таки и по иранской проблематике, и по антитеррористическому направлению нам удавалось договариваться, и по некоторым из этих направлений мы сотрудничали весьма кооперативно и результативно. Не хотелось бы, чтобы эти направления были как-то забыты, отошли на второй план.
Но сейчас, конечно, речь идет о вопросах экономического взаимодействия, и мы для себя не снимаем с повестки дня вступление во Всемирную торговую организацию и так же, как и прежде, будем вести переговоры с нашими американскими партнерами. Мы надеемся на их поддержку по вступлению России на приемлемых и стандартных условиях в эту международную экономическую организацию.
Э.Пинчук: Может быть, немножко болезненный вопрос – касающийся газовых разногласий между Украиной и Россией, когда в результате этого спора прекратились поставки газа для 20 стран в Европе. Европейцы считают себя заложниками в подобного рода ситуациях, и стоила ли она всей той критики, которая вылилась на Россию? Я не говорю сейчас о том, кто прав, кто виноват, но стоит ли всей этой критики сложившаяся договоренность? Она будет носить 10-летний характер, но выстоит ли она, или же мы столкнемся с такой же ситуацией, которая была в начале этого года?
В.В.Путин: Европейцы являются заложниками ситуации, которая сложилась в мире после Второй мировой войны, и до сих пор из этого состояния еще не вышли.
То, что произошло с Украиной в предыдущие годы, – это результат в значительной степени деятельности прежней Администрации США и поддержавшего их Евросоюза. Когда, нарушая конституцию, с помощью событий на улице, позволяют людям прийти к власти, то это значит, что обрекают страну, этот народ, где происходят эти события или события подобного рода, на достаточно турбулентные внутриполитические события в длительной перспективе, и именно внутриполитическая ситуация в Украине не давала нам возможности выйти на окончательные договоренности и по газовому вопросу.
Именно так и обстоит дело. Потому что в конце пред.г. нам все-таки удалось договориться о заключении контрактов по подписанию этих документов в газовой сфере, причем, я удивлю вас, – на условиях, которые были предложены украинской стороной. Мы согласились с их условиями в конце пред.г., и когда мы согласились, они отказались, и исключительно по внутриполитическим соображениям. И мы стали все, и Россия и Европа, заложником этой внутриполитической ситуации. Ну и сейчас лучшим подтверждением того, что я сейчас говорю, является попытка на уровне президента опять пересмотреть эти договоренности.
Стоила ли эта договоренность таких усилий, таких издержек, – думаю, да. Потому что когда-то надо переходить на нормальные, цивилизованные, рыночные отношения; в этом заинтересована Россия, в этом заинтересованы наши партнеры в Европе, которые получают газ транзитом через украинскую территорию. Как ни странно, в этом в первую очередь заинтересована и сама Украина. Потому что, во-первых, это укрепляет ее суверенитет. Нельзя укреплять суверенитет и зависеть от иностранных государств в такой важнейшей сфере, как энергетика, надо переходить на рыночные формы отношений, это давно пора было сделать. Это следующий момент.
Ну и, наконец, сегодняшние условия, условия снижения, мощного снижения цен на энергоносители, на нефть, а потом и на газ (как вы знаете, цены на газ формируются где-то спустя месяцев пять-шесть, с опозданием от формирования мировых цен на нефть), – это для Украины идеальный момент перехода на европейскую формулу цены. Лучше, может быть, и не будет, потому что в конце этого года, соответственно, цены на газ будут рассчитываться, исходя из сегодняшних цен на нефть, и, значит, она будет достаточно низкой.
И я думаю, что мы должны были пройти этот период, для того чтобы выровнять ситуацию на энергетическом, в данном случае газовом рынке и создать стабильные условия на будущее.
Э.Пинчук: Давайте теперь коснемся вопроса иностранных инвестиций. Согласно одному лишь исследованию, с авг. пред.г. из России «утекли» 270 млрд.долл., это произошло после кризиса в Грузии и после того, как разразился глобальный финансовый кризис.
Есть и другие проблемные вопросы, в частности, такие как ТНК-ВР, то, что произошло с «Шелл», все это ставит под сомнение то, что Россия является надежным корпоративным партнером.
Как, по-Вашему, играют ли иностранные инвестиции большую роль в российской экономике? Как вы намерены вернуть потоки прямых иностранных инвестиций и какие меры для этого принимаете?
В.В.Путин: Вы упомянули события на Кавказе, а потом поставили в один ряд и ТНК-ВР, и «Шелл». Видимо, собрали все вместе, в одну «кучу» и перемешали, хотя это вещи совершенно разного характера.
То, что произошло на Кавказе, связано с известными событиями и с нападением грузинских войск на миротворцев, связано с попытками подчинить маленький народ, осетин, своему влиянию с помощью силы. Российская Федерация в соответствии с международными договоренностями исполнила свой долг – и перед своими миротворцами, и перед народами Кавказа. И это только лишний раз говорит о том, что Россия намерена отстаивать свои национальные интересы, свой суверенитет, свое право на применение норм международного характера, выработанных международным сообществом, а не единоличных, – хочу это подчеркнуть, – и мы будем это делать и в будущем. И нам бы очень хотелось, чтобы эти правила были универсальными – и в Европе, имея в виду Косово, и в Южном Кавказе, имея в виду в данном случае маленькие республики, Абхазию и Южную Осетию. Чтобы мы все действовали по единым правилам, а не придумывали бы для себя то здесь, то там какие-то выгодные варианты, потому что этот способ поведения ведет к хаосу.
Теперь что касается иностранных инвестиций. Именно поэтому мы считаем, что в международном масштабе, на международной арене мы должны действовать по единым правилам, именно поэтому иностранные инвесторы могут исходить из того, что мы будем везде защищать этот подход. Он для нас носит универсальный характер. Мы будем основываться на действии норм права, а это, в конечном итоге, самая лучшая гарантия стабильности и надежности.
Мы придаем большое значение иностранным инвестициям, и, как это ни покажется странным, за прошлый год, 2008-й, у нас прямые иностранные инвестиции почти в 3 раза были больше, чем в 2007, несмотря на кризис. Был отток, и Вы сейчас об этом сказали, но это связано с так называемым спекулятивным капиталом или с портфельными инвестициями: они приходят в экономику, рассчитывая получить быструю прибыль, и так же быстро уходят.
Ушли эти деньги и по хорошо известным причинам, связанным с недостатком ликвидности в самих финансовых учреждениях Соединенных Штатов, Западной Европы и на некоторых других развитых рынках. Там возник дефицит ликвидности, и все это начало вымывать с развивающихся рынков имеющиеся там вложения. Россия не стала исключением. Мы здесь не видим ничего страшного. Но что важно и на что я хотел бы обратить ваше внимание – ваше и наших потенциальных инвесторов – мы считаем, что отток капитала в данном случае способствовал бы росту доверия, потому что мы не ограничили вывод капитала и не намерены это делать в будущем.
Российская экономика является открытой, мы ввели 1 июля 2007г. правила, полностью либерализующие финансовый рынок, и мы сохраняем этот режим, несмотря ни на какие финансовые сложности. Мы к иностранным инвесторам будем относиться так же, как и к своим собственным, как к родным, и мы защищаем их интересы, если они сами соблюдают правила и законы страны, в которой они работают.
Совсем недавно мы приняли ряд решений, в значительной степени связанных с защитой инвесторов, а, может быть, даже в первую очередь в данном случае, с иностранными инвесторами. У нас рассматривался вопрос о значительном снижении, или даже обнулении ставок в интересах наших перевозчиков на, допустим, грузовые автомашины. Но мы не сделали этого именно потому, что один из руководителей, губернатор Калужской обл. в данном случае, на совещании у меня поднял вопрос о необходимости учесть интересы «Вольво». Эта компания, которая проинвестировала значительные ресурсы в производство грузовиков. У них был свой финансовый план, они осуществили эту инвестицию, и, конечно, им нужно получить прибыль, и мы посчитали, что это справедливое требования, так же, как и по некоторым другим автопроизводителям. Но это еще не все. Большие вложения и большие прямые инвестиции были сделаны в предыдущие годы в сферу электроэнергетики.
Мы планировали в условиях подъема экономики рост тарифов. Мы вынуждены были пойти на сокращение темпов роста тарифов по газу, мы вынуждены были сократить темпы роста тарифов на ж/д перевозки и в некоторых других сферах. Но электроэнергетику мы оставили именно в силу того, чтобы дать возможность инвесторам окупить свои вложения. Правда, мы исходили из того, что для населения это не будет иметь существенного значения, потому что в общем объеме платежей электроэнергетика составляет всего 10%. Но, взвесив все эти обстоятельства, мы все-таки учли и интересы инвесторов, в т.ч. иностранных. Мы и дальше будем действовать таким образом.
Э.Пинчук: Когда Вы были президентом, Вы работали 8 лет в условиях экономического роста. В этом году впервые, с 1998г., Россия, возможно, вступит в этап рецессии. Вы обеспокоены тем, что Вы оставите после себя?
В.В.Путин: Россия не просто сама по себе переживает экономические трудности. Все это хорошо знают, все это видят и понимают. Россия стала частью мировой экономики, и это неплохо. Но сегодняшнее событие – это и плата за то, что мы так стремились стать частью этой мировой экономики. Я уверяю вас, и я в этом сам нисколько не сомневаюсь, и граждане России это прекрасно видят и понимают. Но что в этой связи я бы хотел сказать.
Именно взвешенная, здравая политика прежних лет привела к тому, что российская экономика уже совсем не та, которая была в 1998г. Именно поэтому мы позволяем себе достаточно мягко обращаться с курсом национальной валюты. Именно поэтому мы имеем возможность выполнять все наши социальные обязательства, взятые еще в прежних условиях, в условиях подъема экономики.
Я имею в виду, прежде всего, конечно, обязательства, связанные с пособиями, связанные с повышением заработных плат, прежде всего, конечно, в бюджетной сфере – имею в виду, прежде всего, федеральную бюджетную сферу, хотя за нами, конечно, подтягиваются и регионы. И имею в виду исполнение наших обязательств перед пенсионерами, перед военнослужащими и т.д. и т.п. т.е. это не ситуация 10-летней давности, когда мы оказались абсолютно обезоруженными и нищими. Это совершенно другая ситуация, хотя, конечно, трудности есть, и мы об этом прямо и честно говорим в стране. Но те подушки безопасности, которые были созданы в предыдущие годы, уверен, позволят нам достаточно мягко все-таки проходить этот сложный путь в мировой экономике, хочу это подчеркнуть. Но это дает нам возможность использовать один из элементов выхода из кризиса и посткризисного обустройства – это переподготовка кадров. Это дает нам возможность вложить определенные ресурсы сейчас и в эту сферу государственной деятельности.
Мы уже приняли решение и выделили на эти цели 43,7 млрд. руб. Причем мы сейчас готовим вместе с регионами соответствующие программы и уже вкладываем туда необходимые ресурсы. То есть, если мы так ответственно, как и в предыдущие годы, будем работать и в кризисный период, то, повторяю, это может привести в конечном итоге к лучшей структуризации самой экономики, что в конечном итоге пойдет на пользу. Но при этом государство, конечно, должно исполнять свои социальные обязательства. Для этого, слава Богу, ресурсов у нас достаточно.
Э.Пинчук: После всей этой реструктуризации, вполне возможно, в России останется очень мало миллиардеров. Вы рады этому?
В.В.Путин: Почему-то сложилось мнение, что я – истребитель миллиардеров. Это не так. Я никогда не ставил перед собой цель истреблять миллиардеров. Я ставил перед собой цели, чтобы все жили по правилам, которые называются законами. Эти правила в нормальной стране принимаются легальным путем с помощью парламента. И все граждане страны должны исполнять эти правила, называемые законом.
Если человек в рамках закона приобретает значительное имущество, денежные ресурсы, дай Бог ему здоровья. Сейчас мы с вами находимся на предприятии «Акрон», и владельцы этого предприятия не только сохраняют рабочие места в достаточно сложных условиях. Почти никого не уволили. Они еще развивают социальную сферу. Здесь и заработная плата для этого региона страны, да и в целом для страны, неплохая, свыше 21 тыс. руб. Здесь и социальная инфраструктура развитая, и они создали хорошую спортивную базу. Из 5 тыс. работающих, они мне сегодня уверенно сказали, 3 тыс. занимаются спортом. А все они, я имею в виду владельцев предприятия, люди не бедные. Если те, кто занимается реальным производством, еще и имеют чувство социальной ответственности, таких людей мы будем поддерживать.
Э.Пинчук: Вопрос относительно рынков акций и той ситуации, которая складывается также относительно того, что рубль теряет постепенно по отношению как к долл., так и к евро. Компании накапливают долг, и резервы постепенно истощаются, а нефть стоит меньше 50 долл. за бар.
Недавние опросы общественного мнения показали, что из всех наций россияне больше других чувствуют себя уязвимыми перед потерей рабочих мест. И совершенно очевидно, что требуются новые антикризисные меры. Каковыми будут эти меры?
В.В.Путин: Действительно, мировой финансовый и экономический кризис затронул Россию серьезным образом, потому что оказались в сложной ситуации именно те отрасли экономики, которые у нас развивались в последние годы наиболее активно – это металлургическая промышленность, это банковский сектор, это розничная торговля, некоторые другие отрасли экономики.
Но мы все-таки считаем – мы оптимисты, – и исходим из того, что и мировая экономика, и российская тоже, будут постепенно вставать на ноги. Что касается ослабления национальной валюты, что касается резервов, мы ведь не поступили так, как в некоторых странах сделали. Мы не «грохнули» национальную валюту с сегодня на завтра. Мы это все делали плавно и аккуратно. Сознательно пошли на то, чтобы тратить золотовалютные резервы, дать возможность участникам экономической деятельности, включая и граждан, осознать происходящие процессы и принять соответствующие решения: кому куда уйти, в какую валюту, в руб. остаться, уйти в долл., в евро, еще что-то сделать, уйти в недвижимость, и так далее, и тому подобное. Как-то распорядиться своими запасами.
Мы сделали это очень плавно и аккуратно. Те решения, которые принял Центральный банк в последнее время, связанные с ослаблением национальной валюты, рубля, они в значительной степени оказались очень востребованными в экономике.
И, опять же, то предприятие, на котором мы сегодня находимся. Сейчас руководители предприятия сказали, что они ждали этого момента, они были на грани рентабельности, и сейчас они пошли в прибыль. И это характерно не только для тех предприятий, которые занимаются производством удобрений, как в данном случае, но и других экспортоориентированных предприятий.
А что такое «деятельность предприятия»? Это как раз и есть сохранение рабочих мест. Подавляющее большинство граждан страны все-таки пользуются национальной валютой, руб., и для них сохранение рабочих мест, заработной платы и так далее является все-таки приоритетным, так же как и сохранение предприятия. Мы обеспечиваем доходы в бюджеты разных уровней, в местные, региональные, федеральный, и исполняем дальше социальные обязательства, – это все взаимосвязано.
Поэтому взвешенное отношение к курсу национальной валюты – со стороны Центрального банка, борьба с инфляцией – со стороны правительства и Центрального банка, удержание на уровне здравого смысла экономического дефицита бюджета – это все один комплекс мер.
Другой комплекс мер носит специальный характер. Это связано с уменьшением налоговой нагрузки. И здесь мы пошли на изменение норм амортизационных отчислений, амортизационной премии – с 10% до 30-ти, что оставляет значительные ресурсы в распоряжении предприятий. Мы снизили налог на прибыль – с 24до 20%. Мы дали право регионам Российской Федерации уменьшить налог на малый и средний бизнес с 15 до 5%. Приняли ряд других решений, связанных с рекапитализацией финансовой системы страны. Мы практически обеспечили ликвидность всем нашим ведущим банкам. Создали систему, при которой безболезненно может происходить укрупнение банков и вхождение государства, там, где нужно, в капитал наших финансовых учреждений.
Все это вместе, а также система оперативного реагирования на происходящие события на рынке труда, дает мне основание сказать, что государство в целом и правительство, в частности, оперативно реагируют на происходящие события, и мы рассчитываем на позитивный эффект.
Э.Пинчук: И небольшой вопрос в продолжение. Вы сказали о консолидации, об укрупнении предприятий. Поддерживаете ли Вы идею укрупнения предприятий в металлургии?
В.В.Путин: Я говорил о консолидации в банковской сфере. Там, в принципе, эта консолидация давно востребована. Если вы посмотрите на количество банков в России и на количество банков в развитой экономике – многовато. Но мы не собираемся это делать искусственно.
Я сейчас про банковскую сферу закончу, это тоже очень важно. Потому что региональные банки лучше чувствуют клиента, они доходят до каждого предприятия. Многие предприятия на региональном и местном уровне привыкли работать с региональными банками, поэтому мы не собираемся в явочном порядке искусственно их укрупнять и объединять. Мы будем поддерживать и региональный уровень банковского сообщества.
Что же касается сектора реальной экономики, то это все должно происходить естественным путем. И мы будем делать это только там и тогда, где и когда это востребовано для повышения конкурентоспособности российских предприятий.
Э.Пинчук: И Вы верите, что это оправданно в отношении металлургической промышленности?
В.В.Путин: Не знаю, надо подумать. Окончательных решений нет – во-первых.
Во-вторых, то, о чем вы говорите, было предложение собственников этих предприятий. Но если объединить двух бедных людей, семья богаче не станет, как известно. Поэтому это все зависит от конкретики.
Там, где может появиться какая-то положительная синергия – объединение, связанное с ресурсами – с одной стороны, с минеральными ресурсами, и с финансовыми возможностями – с другой, с реализацией на рынках – с третьей, с рынками сбыта, я имею в виду, – там, конечно, это востребовано.
Если просто объединять долги с долгами, то ни ума для этого много не нужно, ни результата не будет.
Поэтому мы будем относиться к этому очень взвешенно, аккуратно. Повторяю, главная задача – повышение конкурентоспособности предприятий.
Э.Пинчук: Владимир Владимирович, у Вас много поклонников, но есть и недоброжелатели. Но, наверное, каждый согласится, что Вы являетесь одним из самых харизматичных и ярких политиков на современной политической сцене. Я хочу задать Вам несколько коротких вопросов личного характера.
Какую книгу Вы сейчас читаете?
В.В.Путин: Сейчас я читаю Карамзина «Русская история».
Э.Пинчук: Какого лидера в истории Вы наиболее уважаете, и почему?
В.В.Путин: Петр Первый и Екатерина Вторая, они, на мой взгляд, больше всего сделали для развития Российского государства.
Э.Пинчук: Какой последний фильм Вы смотрели?
В.В.Путин: Последний фильм? По Диккенсу, «Оливер Твист».
Э.Пинчук: Почему?
В.В.Путин: Хотелось посмотреть что-то из серьезного кино.
Э.Пинчук: Какая самая смешная, забавная часть Вашей работы?
В.В.Путин: Я же не в цирке работаю, значит, смешного не много. Но Вы меня поставили в тупик. Не знаю. Что-то смешного здесь не часто встречаю.
Э.Пинчук: Веселое.
В.В.Путин: Веселое… Нет, пожалуй, в работе, ничего такого веселого я не вижу.
Самое веселое – Ваш вопрос, пожалуй.
Э.Пинчук: А что Вас ставит в тупик относительно Вашей работы, разочаровывает Вас?
В.В.Путин: Нет, меня ничего не ставит в тупик. Бывают просто чрезмерные нагрузки, устаю, бывает, это правда, да. Но чтобы меня что-то поставило в тупик… Что-то такого не помню. Я всегда ищу выход из любой ситуации, его всегда можно найти. Надо сказать, что это – самое интересное.
Э.Пинчук: Каков лучший совет, который Вы когда-либо получали и от кого?
В.В.Путин: От мамы, наверное, – ничего не просить, ни на что не жаловаться.
Э.Пинчук: Из-за чего Вы иногда не спите ночью?
В.В.Путин: Я скажу прямо, не буду ничего придумывать, это просто от той же эмоциональной нагрузки, бывает, что заснуть трудновато, трудно выйти из такого состояния эмоциональной напряженности. Но это снимается спортом.
Э.Пинчук: Какой Ваш основной недостаток?
В.В.Путин: Доверчивость.
Э.Пинчук: Каково Ваше любимое развлечение, любимое искушение в жизни. Я могу сказать, что я много ем шоколада, не должна бы, но ем.
В.В.Путин: Если мы останемся в гастрономической теме, то – мороженое. С детства люблю мороженое в больших количествах.
Э.Пинчук: С какими словами Вы живете?
В.В.Путин: «Вперед».
Э.Пинчук: Опишите самый лучший день для Вас.
В.В.Путин: Они у меня все хорошие, потому что они связаны с интересным родом деятельности, с интересной работой. Я ее действительно люблю, она масштабная, от результатов этой работы многое зависит, и если что-то получается, и я вижу, что людям становится жить немного лучше – это самая большая награда для меня.
Э.Пинчук: Какой талант Вы хотели бы больше всего иметь?
В.В.Путин: Музыкальный.
Э.Пинчук: Можете ли Вы описать себя, когда выйдете на пенсию?
В.В.Путин: Трудно сейчас это представить, но я бы, наверное, занялся исследованиями в области государственного права.
Э.Пинчук: Как Вы хотели бы, чтобы Вас запомнила история?
В.В.Путин: История сама скажет.
Э.Пинчук: Благодарю Вас.
В.В.Путин: Спасибо.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter