Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Петр Порошенко в поисках потенциальных союзников объездил, кажется, весь мир. Теперь вот добрался до друзей по несчастью. Посетил Грузию. В принципе, эти страны при всех различиях очень похожи и имеют немало схожих вех в истории. И Грузия, и Украина пожинают плоды своих так называемых революций. И у Киева, и у Тбилиси есть претензии на соседние территории. Одинаково мечтают вступить в НАТО и ЕС. И обещания получают приблизительно одинаковые. Ну и кроме всего перечисленного выше, обе страны объединяет, конечно же, незабвенный любитель галстуков на обед Михаил Саакашвили. Сам дважды экс (экс- президент Грузии и экс-губернатор Одесской области) разразился по поводу визита Петра Порошенко постом в социальной сети.
Дескать, принимали украинского президента в Тбилиси без почета и всячески демонстрировали свое более чем прохладное отношение. В чем-то Михаил Николозович, действительно, прав. В аэропорту Петра Порошенко встречал только министр образования Грузии. А на баннере бизнес-форума в названии Украины допустили ошибку. Так что Петр Порошенко все мероприятие просидел под надписью "Укараина".
Грузинскую небрежность в отношении украинского президента отчасти можно понять. Тбилиси дважды требовал выдачи в Грузию того самого Михаила Саакашвили. К нему накопилось вопросов на несколько уголовных дел. Но Киев к этим требованиям остался слеп и глух.
Причины такого игнорирования партнеров попытались выяснить грузинские журналисты. И Петр Порошенко без зазрения совести и на голубом глазу заявил, что никаких официальных обращений по этому поводу не было. А когда ему освежили память, припомнив даже даты обращений, украинский президент выдвинул другую версию. Дескать, доказательств вины Михаила Саакашвили было предоставлено недостаточно, и запросы были отклонены с просьбой предоставить больше информации. Совсем не удивлюсь, если в следующий визит в Грузию Петра Алексеевича в аэропорт вообще никто встречать не приедет. Если, конечно, еще раз пригласят. Видимо, Петр Порошенко и сам об этом же подумал, постаравшись по максимуму исправить положение. Он даже пообещал передать "победный" опыт ВСУ грузинским военным и оказать содействие в возвращении Грузии Южной Осетии и Абхазии.
Правда, приблизительно то же самое несколькими днями раньше он обещал в ходе визита в Кишинев. В смысле – вернуть Приднестровье Молдавии. В Грузии же Петр Порошенко даже попытался оценить плацдарм будущих маневров, съездив на грузино-югоосетинскую границу. А там рассмотрел в бинокль "российскую базу ФСБ". Потом обсудил далеко идущие планы со своим грузинским коллегой на английском языке. Действительно, не на русском же говорить под боком у "российских агрессоров".
Автор Дарья Чередник, радио Sputnik
Глава самопровозглашенной Донецкой народной республики Александр Захарченко заявил о намерении создать новое государство Малороссия со столицей в Донецке; при этом спикер парламента ДНР Денис Пушилин отметил, что идея воспринимается весьма неоднозначно, в том числе и в самой республике. В Кремле идею Захарченко назвали его личной инициативой и подчеркнули, что Москва остается приверженной Минским соглашениям.
По мнению авторов проекта, новое государство может объединить ДНР и самопровозглашенную Луганскую народную республику, а также те подконтрольные властям Украины регионы, которые захотят присоединиться. Между тем в Луганске уже заявили, что проект с ЛНР никто не обсуждал, и выразили сомнения в целесообразности самой идеи в данный момент.
Малороссия, по замыслу авторов проекта, могла бы стать правопреемницей Украины, федеративным государством с широкой автономией. Это, по мнению Захарченко, спасет ситуацию в Донбассе от гражданской войны. Украинские власти в ответ уже поспешили заявить, что восстановят контроль над Донбассом. Эксперты же считают, что объявление о создании малороссийского государства свидетельствует о расколе Украины, но при этом указывают, что никаких серьезных последствий проект Захарченко иметь не будет.
Новое государство
"Ситуация зашла в глухой тупик. Мы предлагаем план реинтеграции страны… Чтобы остановить гражданскую войну, мы обсудили ситуацию и пришли к выводу, что Украина показала себя как несостоявшееся государство. Киевский режим не в состоянии оставить гражданскую войну… Предлагаем учредить государство Малороссия. Малороссия — независимое молодое государство. На переходный период до трех лет", — сказал журналистам Захарченко.
Он заявил также, что учреждение нового независимого государства — это последнее предложение для выхода из гражданской войны.
"Нас должны поддержать жители регионов. Этот выход возможен при условии, если международное сообщество поддержит идею", — сказал Захарченко.
Новое государство будет создано в границах территории современной Украины, заявил он позже в интервью газете "Комсомольская правда". "Мы родились в одной стране, это наша земля, за эту землю погибали наши предки, и почему мы должны каким-то бандерам отдавать то, за что боролись наши деды и прадеды?" — сказал глава ДНР. Он также уточнил, что вопрос о том, кто возглавит Малороссию, будет решен позже.
Под флагом Богдана Хмельницкого
Вице-премьер ДНР, министр доходов и сборов Александр Тимофеев, заявил, что Малороссия станет федеративным государством с широкой автономией, он также зачитал конституционный акт об образовании нового государства.
"Мы, представители бывшей Украины, заявляем об учреждении нового государства, которое является правопреемницей Украины. Мы согласны в том, что новое государство будет называться Малороссией, так как само название Украина себя дискредитировало. Столицей Малороссии становится город Донецк", — заявил Тимофеев, зачитывая конституционный акт.
В ведении центральных органов власти предлагается оставить вопросы федерального бюджета, армии, спецслужб.
"Мы предлагаем выбрать от всех регионов на персональной основе представителей в Конституционное собрание, на котором учредить страну Малороссию и принять новую конституцию", — заявил Тимофеев.
По его словам, Конституция будет подготовлена конституционным собранием и принята после широкой общественной дискуссии и референдума. В основном законе Малороссии предлагается закрепить внеблоковый статус и установить курс на восстановление связей с Москвой и присоединение к Союзному государству России и Белоруссии при сохранении независимости и суверенитета, отметил вице-премьер ДНР.
"Малороссия — многонациональное государство, государственными языками которого являются малороссийский и русский, при сохранении прав региональных языков", — зачитал Тимофеев конституционный акт Малороссии. Отмечаются в документе и нацеленность на безвизовый режим с Евросоюзом в случае его согласия, а также "деолигархизация, в том числе на законодательном уровне". Государственным флагом избран флаг Богдана Хмельницкого.
По словам Тимофеева, предложение о создании Малороссии не противоречит Минским соглашениям по Донбассу. "В "Минске" нет определения, как и что там должно называться, есть целостность границ, суверенитет. Так вот, мы провозгласили суверенитет и целостность границ", — сказал журналистам вице-премьер ДНР.
Кремль привержен "Минску"
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что предложение о создании Малороссии является личной инициативой главы ДНР Александра Захарченко.
"В Москве об этом узнали сегодня утром из СМИ. Мы остаемся приверженными минским договоренностям", — сказал Песков журналистам.
Неоднозначная идея для ДНР
Между тем спикер парламента ДНР и представитель республики на переговорах по Донбассу Денис Пушилин считает несколько иначе, чем авторы идеи Малороссии. Пушилин заявил, что "на данный момент это лишь идея, которая пока воспринимается весьма неоднозначно и в ЛНР, и в ДНР, и в Российской Федерации". Он также отметил, что политических задач в этом направлении перед парламентами ДНР и ЛНР не стоит. По его словам, вопрос создания Малороссии — дискуссионный, необходимо знать мнение общества.
"Создание государственного образования Малороссия могло бы стать интересной инициативой. Однако, на мой взгляд, подобные вопросы правильнее предварительно выносить на обсуждение парламента и всенародного референдума", — сказал Пушилин.
Киев угрожает
Президент Украины Петр Порошенко после обнародования идеи создания Малороссии заявил, что "Украина восстановит суверенитет над Донбассом и Крымом". Об этом написал в Twitter его пресс-секретарь Святослав Цеголко. Глава МИД Украины Павел Климкин, комментируя слова Захарченко, заявил, что Киев не позволит разыграть "абхазский сценарий в Донбассе". А представитель Киева в подгруппе по безопасности контактной группы по Донбассу Евгений Марчук утверждает, что заявление властей ДНР о создании Малороссии блокирует переговорный процесс в Минске, фактически "ставит крест" на минских договоренностях.
В Москве и Донецке на такую риторику Киева оперативно отреагировали. Замкомандующего оперативным командованием ДНР Эдуард Басурин заявил, что республика готова дать отпор в случае провоцирования Киевом эскалации в Донбассе. "Да, мы готовы к активной фазе боевых действий, если она будет разворачиваться украинской стороной", — заявил Басурин.
В свою очередь, первый замглавы оборонного комитета Совфеда России Франц Клинцевич назвал маниловщиной заявление Порошенко. "Реакция Петра Порошенко, ответившего на заявление о создании Малороссии словами, что Украина восстановит суверенитет над Донбассом и Крымом, была вполне ожидаемой. Чистейшей воды маниловщина, ничего общего с реальностью не имеющая", — написал Клинцевич на своей странице в Facebook.
С Луганском не обсуждали
В то же время сенатор отметил, что выводы о реализации идеи создания Малороссии можно будет сделать только после объединения самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик.
"Сейчас трудно сказать, насколько далеко готовы пойти самопровозглашенные республики в реализации этой инициативы. По логике вещей, первым шагом на пути создания Малороссии должно стать объединение ДНР и ЛНР. Только после этого можно будет делать какие-либо определенные выводы", — написал Клинцевич.
Тем временем руководство Луганской народной республики заявило, что не направляло своих представителей на заседание по созданию Малороссии, а этот вопрос с республикой не согласовывался, сообщил председатель Народного Совета ЛНР Владимир Дегтяренко. В пресс-службе главы самопровозглашенной республики Игоря Плотницкого РИА Новости подтвердили, что "этот проект даже не обсуждался с ЛНР".
Как заявили в пресс-службе Плотницкого, ЛНР "была создана в результате волеизъявления народа", и власти республики не имеют права делать подобные шаги, "не учитывая мнение жителей". ЛНР считает важным оставаться приверженной Минским соглашениям и намерена далее требовать их выполнения от Киева, уточнили в пресс-службе.
Полпред ЛНР на минских переговорах Владислав Дейнего назвал эту инициативу Захарченко "несвоевременной".
Украина
Заявление о создании Малороссии свидетельствует о факте раскола Украины по идеологическому принципу, считает заместитель директора Центра украинистики и белорусистики МГУ Богдан Безпалько.
"Нынешняя Украина — это сшитое из разных лоскутов одеяло. Вот один из этих лоскутов, собственно, и есть Малороссия. Но проблема в том, что исторически эти лоскуты очень отличаются друг от друга, в том числе до враждебности между ее жителями", — сказал он РИА Новости.
"Объявление о создании нового государства Малороссия может стать первым шагом к расколу всей Украины, вина за который полностью лежит на киевской власти, президент страны Петр Порошенко не в состоянии обеспечить реализацию Минских соглашений", — заявил РИА Новости первый замглавы международного комитета Совфеда Владимир Джабаров.
Он подчеркнул, что у Порошенко нет реальной власти для реализаций положений "Минска" по изменению конституции, проведению выборов на востоке страны, предоставлению автономии ДНР и ЛНР, о чем стороны условились в рамках соглашения.
"Из-за бездействия киевских властей ситуация на Украине фактически зашла в тупик", — подчеркнул парламентарий.
В свою очередь, глава комитета Госдумы по делам СНГ Леонид Калашников считает, что создание нового государства Малороссия не только возможно, но и неизбежно. "Судя по тому, что происходит на Украине, власть, вместо того чтобы решать вопрос, все туже и туже затягивает петлю боевых действий, а народ не может все время жить в войне — нужно что-то делать", — сказал он РИА Новости.
Идея без политических последствий?
При этом в целом эксперты считают маловероятным реализацию проекта "Малороссия", по крайней мере на данном этапе.
В самопровозглашенных республиках в Донбассе нет ресурсов для осуществления предложения главы ДНР Александра Захарченко, поэтому вряд ли такая инициатива приведет к каким-то серьезным политическим последствиям, убежден директор Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков. "Поэтому говорить можно лишь о попытке символического развлечения", — заявил он РИА Новости.
Он также высказал схожее со словами Пушилина мнение о том, что эта идея неоднозначна. "Проект создания Малороссии выдвинут рядом писателей и блогеров, близких к руководству ДНР. В самом руководстве ДНР многие его считают несерьезным. Поэтому этот проект скорее литературный, чем политический", — сказал журналистам Чеснаков.
По его мнению, к реальной политике малороссийская инициатива не имеет никакого отношения. "Точно известно, что в руководстве ЛНР она воспринята как несогласованная и несвоевременная. Шум поднят большой, но через месяц о Малороссии забудут все, включая авторов этой идеи", — говорит политолог.
Директор Московского бюро по правам человека (МБПЧ) Александр Брод считает, что идея создания независимого государства Малороссия вряд ли найдет поддержку международного сообщества, в целом перспективы этой идеи "туманны".
"Международное сообщество также не воспримет эти идеи о создании нового государства. Даже если путем референдума и будет создана Малороссия на основе Донецкой и Луганской народных республик, международное сообщество их не признает. Это будет непризнанное государство, которое, как и Абхазию или Южную Осетию, возможно, признают Россия и еще два-три государства", — предположил Брод.
"Не нужно заниматься маниловщиной, нужно идти пошагово, тем более что пока Украина не собирается прекращать военные действия против самопровозглашенных республик. Главное — с помощью международного сообщества добиться прекращения огня, снять таможенные ограничения между этими республиками — это первый и актуальный шаг, а дальше время покажет", — полагает глава МБПЧ.
Не вписывается в минский процесс
Международная реакция уже последовала. Западные члены "нормандской четверки" — Франция и ФРГ – уже назвали идею Малороссии нарушением Минских соглашений.
"Мы призываем Россию осудить этот факт, нарушающий Минские соглашения и предающий дух переговоров в нормандском формате. Россия должна активизировать усилия, чтобы добиться прекращения конфликта", — сказала официальный представитель МИД Франции Ромате-Эспань на брифинге. А в пресс-службе правительства Германии РИА Новости заявили, что Берлин считает "совершенно неприемлемым" предложение о создании Малороссии.
В свою очередь, в Москве назвали идею Захарченко приглашением к дискуссии, а не предметом реальной политики, и указали на то, что заявления главы ДНР стали ответом на воинственную риторику Киева.
"Эта инициатива не вписывается в минский процесс, я воспринимаю это только как приглашение к дискуссии, никаких правоустанавливающих последствий данное заявление не имеет", — сказал журналистам представитель России в Контактной группе по урегулированию ситуации на Украине Борис Грызлов.
По словам Грызлова, "скорее всего, это предложение имеет отношение к информационной войне и не является предметом реальной политики".
"Я рассматриваю это как ответ на провокационные заявления киевских высокопоставленных политиков, которые зачастую абсолютно неприемлемы", — отметил он.
Глава международного комитета Совфеда Константин Косачев назвал эту идею "неожиданной".
"С моей точки зрения, она не вписывается в общую логику последовательности действий, прописанную в Минских соглашениях", — отметил сенатор.
По его словам, можно и нужно понимать эмоции людей на юго-востоке Украины, уставших и отчаявшихся от хронического и циничного бездействия киевских властей. "Но решение накопившихся и часто безотлагательных проблем Донбасса изначально и по-прежнему находится прежде всего в плоскости минского процесса, согласованного всеми сторонами, а не озвученных сегодня односторонних инициатив", — уверен Косачев.
«Россия не дала уничтожить народ Южной Осетии»
Минобороны РФ выложило в сеть документы о грузино-осетинском конфликте
В пятницу, 14 июля, исполнилось 25 лет с начала проведения первой миротворческой операции в новейшей истории России. В этот день российские миротворцы вошли в зону грузино-осетинского конфликта. В урегулировании конфликта с российской стороны активное участие принимал нынешний министр обороны России Сергей Шойгу.
На официальном сайте Минобороны России к 25-й годовщине со дня начала первой миротворческой операции российских Вооруженных сил были опубликованы архивные документы по урегулированию конфликта на территории Южной Осетии в 1991–1993 годах. Среди опубликованных документов — докладные записки, ежедневные оперативные сводки, доклады, справки, протоколы заседаний комиссий, переписка должностных лиц.
Среди них также копии отчетов о работе смешанной контрольной комиссии (СКК) по стабилизации обстановки в зоне грузино-осетинского конфликта, сопредседателем которой с российской стороны был Сергей Шойгу — на тот момент председатель Государственного комитета Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.
Грузино-осетинский конфликт стал одной из нескольких наиболее кровопролитных войн на постсоветском пространстве. Совет народных депутатов Юго-Осетинской автономной области 10 ноября 1989 года принял решение о создании автономии в составе Грузинской ССР. Президиум Верховного Совета Грузии признал решение парламента Южной Осетии незаконным.
Сторонники отделения Осетии организовали митинг в Цхинвале. Попытка грузинских властей пресечь эти акции закончилась вооруженными столкновениями митингующих с милицией. Кроме того, к Цхинвалу выдвинулись противники отделения Осетии, которых под националистическими лозунгами собирали лидеры грузинского национального движения. Первую вспышку конфликта, унесшую жизнь пока только нескольких человек, удалось погасить путем переговоров только весной 1990 года.
20 сентября 1990 года Совет народных депутатов ЮОАО провозгласил создание Юго-Осетинской Советской Демократической Республики. 10 декабря Верховный Совет Грузии принял решение об упразднении ЮОАО. Конфликт разгорелся с новой силой. В январе 1991 года вспыхнули полноценные боевые действия с участием отрядов МВД Грузии и осетинских боевиков. Сторонами применялись бронетехника и артиллерия.
Потерпев неудачу в силовом решении конфликта, власти Грузии установили блокаду Южной Осетии. 1 февраля 1991 года было отключено энергоснабжение Цхинвала. По версии осетинской стороны, это привело к жертвам от холодов среди стариков и детей. Кроме того, в феврале грузинские войска блокировали Транскавказскую автомагистраль, по которой в Цхинвал поступало продовольствие.
В течение всего 1991 года продолжались периодические вооруженные столкновения. Грузинская милиция и национальная гвардия контролировали стратегические высоты вокруг Цхинвала и обстреливали город. Начался поток беженцев из зоны конфликта на российскую территорию, в первую очередь в Северную Осетию. Беженцы, которым приходилось пересекать территории, контролируемые грузинскими силами, подвергались вооруженным нападениям. В Южной Осетии сложилась катастрофическая гуманитарная ситуация.
В день официально зафиксированного распада СССР, 21 декабря 1991 года, Верховный Совет Республики Южная Осетия принял Декларацию о независимости.
К концу 1991 года гражданская война уже разгоралась в самой Грузии, где свергли президента Звиада Гамсахурдиа, что на определенное время отвлекло внимание грузинских властей от Южной Осетии.
Очередной виток грузино-осетинского конфликта весной 1992 года спровоцировало уже новое грузинское руководство во главе с Эдуардом Шеварднадзе. К середине июня грузинские отряды вплотную подошли к Цхинвалу, что создавало угрозу захвата города и массовых этнических чисток.
Президент России Борис Ельцин в это время находился с визитом в США.
Вице-президент России Александр Руцкой отдал приказ о нанесении авиаударов по грузинской группировке, обстреливавшей Цхинвал, и пригрозил Шеварднадзе бомбардировкой Тбилиси.
Активные боевые действия прекратились, а 24 июня Борис Ельцин и Эдуард Шеварднадзе при участии представителей Северной Осетии и Южной Осетии подписали Сочинское соглашение о прекращении огня.
Боевые действия превратились в одиночные огневые стычки. Была образована Смешанная контрольная комиссия (СКК), которая была призвана осуществлять контроль за поддержанием мира в Южной Осетии. На сопредседателей СКК министра обороны Грузии Тенгиза Китовани, председателя совета министров Северной Осетии Сергея Хетагурова и Шойгу от России возлагалась ответственность за все действия миротворческих сил.
Зоной конфликта была объявлена местность в радиусе 15 км от центра Цхинвала. Коридором безопасности — полоса шириной 14 км (по 7 км в каждую сторону) вдоль административной границы бывшей Юго-Осетинской автономной области. Войска миротворцев располагались вне населенных пунктов в палаточных городках.
В июле 1992 года на основании Соглашения об основных принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта, подписанного лидерами России, Грузии, Северной и Южной Осетии, в зону противостояния вошли российские миротворцы в составе Смешанных сил по поддержанию мира. В них на паритетной основе также входили два национальных батальона, представляющих осетинскую и грузинскую стороны.
Российские десантники заняли позиции на линиях Приси — Ередви — Дмениси, Тамарашени — Кехви — Угарданта и Квемо — Никози. Грузинские миротворцы расположились на участке Кере — Пхвениси — Брети, осетинские — Хетагурово — Дэвилети — Знаури.
«Сейчас все очень конкретно. Конкретно настолько, что у нас определены даты, количество войск, боеприпасов, выдаваемых каждому батальону, количество резервов, техники, авиации, количество наблюдателей, — комментировал в 1992 году Шойгу договоренности газете «Красная звезда».
— Ввод миротворческих сил в Южную Осетию планировали не на 14 июля, а до 14-го. Хотим, чтобы это были действительно миротворческие силы — тщательно отобранные, проверенные со всех сторон — с грузинской, российской и осетинской. Сейчас большая группа работает здесь по экономическому восстановлению Южной Осетии, возвращению беженцев».
Заместитель министра обороны России, генерал-полковник Георгий Кондратьев перед вводом миротворческих сил рассказывал изданию, что накануне прошло трехстороннее совещание командиров российских, грузинских и осетинских подразделений. Миротворческим силам разрешалось проводить проверку документов, досмотр транспортных средств, а также предоставлено право отвечать огнем на огонь.
По мнению нынешнего президента Южной Осетии Анатолия Бибилова, который выступил в Цхинвале перед бойцами 4-й российской военной базы, Россия «не дала уничтожить народ Южной Осетии».
«Стратегическое партнерство с Российской Федерацией никому больше не даст возможность подумать о силовом решении вопросов, характерном для стран, которые в своей работе, в своей деятельности избрали фашистские настроения. Здесь будет мир, и этот мир мы с вами будем беречь», — цитирует Бибилова департамент информации и массовых коммуникаций Минобороны России.
Россия разработала уникальный миротворческий формат, который доказал свою эффективность в Южной Осетии и Приднестровье, и был признан удачным ОБСЕ, объяснил в пятницу журналистам посол России в Южной Осетии Марат Кулахметов.
По его словам, такой формат на постсоветском пространстве был оптимальным решением, и такой же формат до сих пор эффективно действует в Приднестровье.
Трехсторонний контингент миротворцев выполнял миссию до августа 2008 года. В ночь на 8 августа 2008 года Грузия под руководством президента Михаила Саакашвили вновь предприняла попытку вооруженного давления на Южную Осетию, после чего Россия, для защиты мирного населения и самих миротворцев, ввела на территорию еще не признанной республики свои войска.
В результате пятидневной войны погибли более тысячи человек, из которых 72 — российские военнослужащие. 26 августа 2008 года Россия признала независимость Южной Осетии, в 2009 году в стране была сформирована 4-я российская военная база.
«Опыт миротворческой операции, которой руководил нынешний министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу, был в дальнейшем успешно использован в урегулировании других конфликтов, — подчеркивают в российском Минобороны. — Российские миротворцы остановили кровопролитие, предотвратив развитие гуманитарной катастрофы и гибель мирного населения».
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в Фонде им.К.Кербера, Берлин, 13 июля 2017 года
Уважаемые дамы и господа,
Рад возможности выступить в Фонде им.Кербера перед столь представительной аудиторией. Ценим конструктивное взаимодействие с вашим Фондом, в мероприятиях которого принимают активное участие представители Министерства иностранных дел Российской Федерации, ученые и политологи.
В ситуации, которая сегодня сложилась на мировой арене и в европейских делах, диалог, конечно, необходимо активизировать. Мы всегда открыты для дискуссий, в том числе по самым острым, неоднозначным сюжетам.
К сожалению, до сих пор приходится слышать утверждения, как на политическом, так и на экспертном уровнях, о том, что Москва виновата в нынешней напряженности в Европе и в целом во всем мире. Хотел бы напомнить, что все годы после падения «Берлинской стены» мы действовали с «открытыми картами», стремились делать максимум возможного для утверждения в международных делах ценностей равноправного партнерства, основанного на уважении интересов друг друга, на готовности выходить на выверенные, сбалансированные компромиссы.
В данной аудитории вряд ли стоит подробно говорить о том, что именно наша страна сыграла, без преувеличения, решающую роль в процессе объединения Германии, чему, кстати, до конца пытались препятствовать некоторые участники антигитлеровской коалиции. Еще в начале 1990-х мы вывели войска из Восточной и Центральной Европы, из государств Балтии, резко уменьшили военный потенциал у своих западных рубежей. Подчеркну, на своей собственной территории.
Мы неизменно были открыты к сближению с Евросоюзом по самому широкому спектру вопросов – от ликвидации визовых барьеров и создания энергоальянса до выработки совместных решений в сфере безопасности и антикризисного регулирования. Мы активно работали над реализацией Соглашения о партнерстве и сотрудничестве и одобренных на саммите Россия-Евросоюз в Москве в 2005 г. «дорожных карт» по формированию четырех общих пространств. Вносили конкретные предложения, призванные сделать наше партнерство подлинно стратегическим.
Когда эпоха «холодной войны» подошла к концу, в России надеялись, что это станет нашей общей победой – и стран бывшего социалистического лагеря и Запада. Мечты об установлении всеобщего мира и сотрудничества, казалось, были близки к материальному воплощению. Однако США и их союзники решили провозгласить победителями только себя, отказавшись от взаимодействия по созданию архитектуры равной и неделимой безопасности. Сделали выбор в пользу переноса разделительных линий к нашим границам – через расширение НАТО, а потом и через реализацию программы Евросоюза под названием «Восточное партнерство». При этом откровенно ставили «восточных партнеров» перед выбором – либо с Россией, либо с Западом. Примеров тому множество. Прямым следствием такой близорукой линии Вашингтона и Брюсселя стал во многом спровоцированный извне украинский кризис.
В то время, как элиты западных государств проводили политику политического и экономического сдерживания России, в мире усиливались старые и появлялись новые вызовы и угрозы, справиться с которыми так и не удалось. Основная причина, на мой взгляд, заключается в том, что модель «западноцентричной» глобализации, которая сформировалась после демонтажа биполярной архитектуры и заточена на обеспечение процветания лишь одной седьмой части населения земли за счет остальных, оказалась неэффективной. Все яснее становится, что узкая «группа избранных» неспособна самостоятельно обеспечить устойчивый рост мировой экономики, решить такие масштабные проблемы, как бедность, изменения климата, нехватка продовольствия, других жизненно важных ресурсов. Неравномерность в развитии отдельных регионов и стран в последние десятилетия только усилилась. Главные выгоды от плодов научно-технического прогресса продолжают получать самые развитые государства, а внутри этих государств – далеко не все слои населения.
Увеличение числа недовольных и обездоленных в национальном и глобальном масштабе на фоне нерешенности многих проблем безопасности подстегивает экстремистские настроения, обесценивает человеческую жизнь.
Грубое вмешательство в дела региона Ближнего Востока и Севера Африки повергло в глубокий кризис Ирак, Ливию, Сирию и многие другие страны, спровоцировало небывалый рост террористической угрозы, нелегальные потоки боевиков и оружия, глубокий миграционный кризис.
Крайне деструктивную роль играет резкое усиление недобросовестной конкуренции в мировой политике и экономике. Применение такой открытой формы протекционизма, как односторонние рестрикции, не просто незаконны, не просто ппротиворечат нормам международного права и принципам ВТО, но и подрывают доверие в международных делах, мешают налаживанию коллективной работы по преодолению общих насущных проблем, а зачастую бьют по инициаторам таких односторонних рестрикций. Напомню еще раз, хотя это очевидно, что введение санкций – прерогатива СБ ООН, которая используется исключительно в интересах поддержания международного мира и безопасности.
Хотел бы еще раз подтвердить, что мы не будем ввязываться в переговоры о неких условиях снятия санкций. Как вам известно, мы были вынуждены ответить взаимностью и приступить к решению задач развития России, исходя из необходимости освободиться от зависимости от тех, кто оказался ненадежным партнером и кто готов приносить (как выяснилось) свои национальные интересы в жертву блоковой дисциплине и геополитическим играм.
Печально, что расплачиваться европейцам за это во многом приходится разрушением качества связей с нашей страной, которые на протяжении десятилетий бережно укрепляли наиболее прозорливые и ответственные лидеры континента.
Кто знает россиян, тот поймет, что не в нашем характере обижаться, держать зло на кого-нибудь. Если и когда в Евросоюзе осознают необходимость вернуться к нормальным отношениям с Россией, мы в долгу не останемся, будем продвигать сотрудничество теми темпами и на ту глубину, на которые будут готовы партнеры. Но «страховочную сетку» от возможных новых рецидивов конфронтации, думаю, сохраним.
Сегодня важно четко представлять ключевые тенденции глобального развития и руководствоваться этим пониманием при принятии внешнеполитических решений. События последнего времени – наглядное свидетельство того, что настойчивые попытки сформировать однополярную модель мироустройства потерпели неудачу. Объективный характер процессов формирования многополярной архитектуры глобального управления трудно подвергать сомнению. Новые центры экономического роста и связанного с этим политического влияния берут на себя ответственность за положение дел в своих регионах. Повторю еще раз, становление полицентричности – это факт, реальность. Стремление затормозить этот процесс, удержать свои несправедливо привилегированные позиции ни к чему хорошему не приведет. Мы видим все больше примеров, когда народы стран мира все громче говорят о своем праве самим распоряжаться своей судьбой.
Для того, чтобы в этих условиях обеспечить подлинную «полифонию» в международных делах, считаем необходимым соблюдать общие для всех правила игры, кодифицированные в нормах международного права, укреплять авторитет ООН, обладающей уникальным мандатом и универсальной легитимностью, имеющий в своем распоряжении действенные механизмы решения ключевых международных проблем. Востребовано возвращение к сформулированным в Уставе Всемирной организации несущим принципам межгосударственного общения, включая суверенное равенство государств, невмешательство в их внутренние дела, мирное урегулирование споров.
Однако вопреки здравому смыслу опять приходится слышать заявления о том, что Россия хочет ослабить Евросоюз, чуть ли не расколоть его. Заявления абсурдные. Еще раз напомню (мы говорили об этом не раз), что мы хотим видеть ЕС единым и крепким игроком, способным самостоятельно, без подсказок или указаний со стороны, определять свои внешнеполитические приоритеты на основе подлинного баланса интересов всех своих членов. Надеюсь, что европейцы найдут в себе силы отказаться от выстраивания своей российской политики по принципу «наименьшего знаменателя», когда очевидные выгоды от сотрудничества приносятся в жертву малочисленной, но, к сожалению, агрессивной группе русофобов, которых используют для того, чтобы под лозунгом «трансатлантической солидарности» тормозить процессы взаимовыгодного сотрудничества в подлинно общеевропейском масштабе, препятствовать сложению естественных конкурентных преимуществ России и Евросоюза, Европы и Евразии, в том числе в такой стратегической сфере, как энергетика. Насколько воскрешение мифа об «угрозе с Востока» соответствует европейским интересам? Решать самим европейцам. Но подчеркну, что к вопросам безопасности нельзя подходить безответственно. Когда уже не таблоиды, а политики, занимающие определенные должности в своих странах, начинают вводить в публичный оборот сценарии военного конфликта между НАТО и Россией, это становится не просто тревожным, а опасным.
Со своей стороны по-прежнему исходим из того, что потенциал мирного и созидательного взаимодействия между Европой и Россией в самых разных областях – от торговли и энергетики до гуманитарных обменов и совместной борьбы с терроризмом огромен. Главное – его правильно реализовать. Хотел бы напомнить, что о необходимости широкого партнерства с нашей страной говорили такие политические гранды, как Ш. де Голль и Г.Коль. Г.Коль в своей книге «Беспокоясь о Европе» отмечал, что «для стабильности системы безопасности в Европе привлечение России жизненно необходимо».
Снижению напряженности на нашем общем континенте могло бы способствовать разрешение внутриукраинского кризиса посредством полного, последовательного и честного выполнения минского «Комплекса мер». Пока способность Киева пройти свою часть пути вызывает большие сомнения. Надеемся, что Германия и Франция в качестве партнеров по «нормандскому формату», а также США, имеющие особое влияние на киевский «истэблишмент», используют имеющиеся у них рычаги, чтобы изменить эту ситуацию.
Уважаемые дамы и господа,
Напряженность последних лет между Россией и государствами Запада дорого обходится для мира и международной стабильности. Это не наш выбор. Мы по-прежнему выступаем за формирование общего пространства безопасности и развития в Евразии и Евроатлантике, как об этом договаривались семь лет назад на саммите ОБСЕ в Астане. Будем и далее продвигать предсказуемую, доброжелательную, устремленную в будущее повестку с нашими зарубежными партнерами. Именно таким образом выстраиваем взаимодействие в рамках ЕАЭС, ШОС, БРИКС, ОДКБ, СНГ, со многими государствами АТР, Латинской Америки и Африки. Надеюсь, что политическая мудрость позволит восстановить наши отношения с Евросоюзом и его членами на основе подлинного добрососедства, предсказуемости и открытости.
Спасибо за внимание. Готов ответить на ваши вопросы.
Вопрос: Наше кредо – говорить друг с другом, а не друг о друге. Мы так и будем делать. Вы говорили, что не в характере русских быть злопамятными. В чем, на Ваш взгляд, заключается наиболее предпочтительный сценарий развития отношений между Россией и ЕС в ближайшие три года?
С.В.Лавров: Я, по-моему, уже сказал, как мы видим перспективы наших отношений с точки зрения интересов наших народов. И на три года вперед мы будем думать о принципах, о которых я говорил, которые неоднократно провозглашались и в ОБСЕ, и в Совете Россия – НАТО, и в документах между Россией и ЕС. Эти принципы абсолютно непреходящи, нужно только руководствоваться тем, что в них отражено, их сутью – это равноправие, взаимное уважение интересов, баланс интересов как способ договариваться, невмешательство во внутренние дела и ненауськивание наших общих соседей к тому, что они должны делать выбор – либо Запад, либо Восток. Примеров тому множество.
Поэтому ничего революционного я предложить не могу. Это принципы, выстраданные всей историей человечества, которое прошло через многие войны и старается (не всегда успешно) извлекать уроки из тех событий, которые приносили страдания миллионам людей. Но, по крайней мере, в том, что касается принципов, еще раз скажу, что они все известны и содержатся в Уставе ООН, в других основополагающих документах международного права и общеевропейского сотрудничества.
Вопрос: Действительно ли у нас есть общее понимание этих принципов? Вы говорили, что безопасность в Европе должна быть неделимой, поэтому нам нужна общая архитектура безопасности. Европа говорит, что у неё есть принципы, есть Хельсинки, Париж и ничего нового ей не надо. Как прийти к общему знаменателю?
С.В.Лавров: Я, честно говоря, не очень понимаю, что отвечать, потому что это не я говорю об этих принципах. Принцип неделимости безопасности был провозглашен на саммитах Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Лидеры всех стран Евроатлантики записали обязательство каждого из них о том, что никто не будет укреплять свою безопасность за счет безопасности других. А вот насчет имплементации был интересный момент, кстати, связанный конкретно с этим принципом. Когда было понятно, что политическая декларация, пусть даже на самом высоком уровне, относительно необходимости обеспечивать неделимость безопасности не работает, когда возникли проблемы (помните, США вышли из Договора о противоракетной обороне, мы высказывали свою озабоченность и предъявляли конкретные оценки того, как это будет нарушать принцип неделимости безопасности), на каком-то этапе, в том числе после того, как расширение НАТО не привело к успокоению некоторых наших соседей, а наоборот спровоцировало их на то, чтобы они весь Североатлантический альянс и Европейский Союз тянули за собой в таком русофобском направлении, мы, по-моему, в 2009 году, честно поговорили с нашими партнерами из НАТО, коллегами из ОБСЕ и предложили сделать еще один шаг и кодифицировать принцип неделимости безопасности. Мы подготовили проект соответствующего договора, передали его членам ОБСЕ, членам Совета Россия – НАТО. В ответ мы услышали очень простую фразу о том, что мы должны об этом забыть и что никакой юридической обязательности в плане обеспечения безопасности за пределами НАТО быть не может. Западный Альянс юридические гарантии безопасности может предоставлять только тем, кто будет вступать в НАТО. По-моему, совершенно очевидная позиция, которая говорит о том, что ни о какой неделимости безопасности Запад никогда и не собирался разговаривать. Сделали красивый лозунг, произнесли декларацию, а как только дошло до того, чтобы сделать это обязательство юридическим, сразу сказали, что только те, кто вступит в НАТО, будет иметь их «зонтик». Как в этой ситуации быть? Нужно, наверно, проверять готовностью на практические шаги приверженность той или иной страны к тому или иному провозглашенному принципу.
Вопрос: В Берлине в преддверии выборов в бундестаг многие думают, что Россия каким-то образом попытается вмешаться в предвыборный процесс. Президент России В.В.Путин в кулуарах «Большой двадцатки» сказал, что Россия не вмешивались в выборы в США и не будет это делать в Германии. Но он также сказал, что не может исключить, что это делали т.н. «патриотически настроенные хакеры». Возможно ли, что такие хакеры будут также активно действовать и в Германии?
С.В.Лавров: Наверное, в политологических кругах времена сильно изменились, если не только немецкая пресса, но и такой солидный аналитический фонд занимает себя этим вопросом. Мне нечего добавить к тому, что сказал Президент России В.В.Путин. Нам, конечно, лестно, что нас преподносят, как страну, которая может вершить судьбы мира и в США, и в Германии. Если бы это было так, то все наши бывшие советские республики были бы иногда далеко не так настроены по отношению к Москве, как это происходит, не было бы ни украинского кризиса, ни других проблем, в том числе с приднестровским урегулированием. Россия посадила бы везде своих людей. Если мы такие мощные и справились с Америкой, неужели не справимся с кем-то, кто поменьше и поближе к нам?
Я считаю, что такое смакование утечек, фальшивок и ситуаций – это разрушительный подход. Если взять США, то за восемь месяцев разбирательств, которые там идут, не было предъявлено ни единого конкретного факта, только то, что кто-то из команды нового президента с кем-то – то ли журналистом, то ли бизнесменом, то ли адвокатом – когда-то встречался. Честное слово, я не могу представить, что серьезные взрослые люди занимаются этим с такой ожесточенностью.
(Вынужден был ответить немного дольше, чем просто «нет», поэтому не беспокойтесь.
Вопрос: Если говорить об «эрозии доверия» между Россией и ЕС, может быть, этот разговор о вмешательстве является только симптомом, а не причиной утраченного доверия? Как Вы считаете, что могли бы сделать Россия и Евросоюз для восстановления доверия?
С.В.Лавров: Я уже сказал, здесь дело не за нами. Мы не обижаемся на абсолютно противоправные решения, которые принимал Евросоюз. Догадываемся, кто был драйвером этих решений изнутри и извне ЕС. Еще раз подчеркну, что сейчас мы принимаем все меры, чтобы дальнейшее развитие нашей страны в будущем не зависело от подобных возможных конфронтационных, противоправных решений наших партнеров.
Но при всем этом у нас развиваются торговые отношения. Евросоюз наш самый крупный торговый коллективный партнер. В России остаются инвестиции в очень большом количестве. Ни одна западноевропейская компания не покинула российский рынок. Я регулярно встречаюсь с бизнесменами. Они далеко не в восторге от того, что происходит. Если Вы вспомните, на самом раннем этапе, когда произошел государственный переворот на Украине (кстати, о нем можем поговорить, потому что в общественном мнении складывается не очень фактологическая картина о его корнях) и когда на абсолютно легитимные действия России по защите людей, которые отказались подчиняться путчистам и видели свое будущее и будущее своих детей вместе с российской культурой и русским языком, были введены санкции, германский бизнес призывал к тому, чтобы экономика не приносилась в жертву политике. Но руководство ФРГ тогда четко заявило, что это как раз то самый случай, когда Россию нужно проучить, поэтому политика будет довлеть над экономикой. Этот подход нас не приведет туда, где мы все хотели бы быть. Я говорю о поступательном развитии нашего сотрудничества.
Вопрос: Я рада, г-н Министр, что вы затронули тему Украины. Давайте начнем с основополагающих моментов. Как бы Вы определили три самых главных стратегических интереса России на Украине?
С.В.Лавров: У нас их там может быть и больше и меньше, смотря как формулировать. Мы очень хотим, чтобы Украина была нормальным демократическим государством, чтобы власть, которая сейчас в значительной степени находится в руках радикалов, не подчиняющихся никому, включая своего верховного главнокомандующего, была ликвидирована, чтобы была монополия на силу в этом государстве. Там сейчас действуют добровольческие батальоны, состоящие из ультрарадикалов, которые, кстати, и организовали блокаду Донбасса. Президент Украины П.А.Порошенко заявил торжественно, что он эту блокаду ликвидирует, но у него не получилось это сделать. Тогда он эту блокаду просто легализовал своим указом.
Мы хотим видеть Украину стабильной страной, в которой все, языковые, религиозные и этнические меньшинства живут свободно и пользуются всеми правами, которые предусмотрены международными конвенциями, в том числе конвенциями Совета Европы, страной, в которой искусственно не создается русофобская политика. Мы не хотим видеть Украину страной, которая хочет забыть свою историю и написать новую, поставив на одну доску тех, кто спасал Европу от фашизма, и тех, кто служил нацистам.
На эту тему можно говорить много. Со своей стороны, мы очень хотим добрососедства с Украиной, хотим, чтобы наши западные коллеги, которые выстраивают целый ряд программ, включая «Восточное партнерство», не ставили наших соседей, включая Украину и любые другие страны, перед выбором – либо вы с Западом, либо с Россией.
Это ведь давно началось. В 2004 г. произошел первый майдан. В то время в Бельгии министром иностранных дел был К. де Гюхт, который, когда этот майдан стал закипать, публично говорил, что Украина обязана решить с кем она – с Европейским Союзом или с Россией.
Последний пример. В 2013 г., когда начинался нынешний кризис (вы помните, об этом Президент России В.В.Путин многократно говорил), ЕС отказался согласовывать интеграционные устремления Украины в Европу и в СНГ, заявив, что всё, что записано в Соглашении об Ассоциации, Объединение менять не собирается, а на то, что у России возникли какие-то вопросы, ему наплевать. У России не то, чтобы возникли вопросы – просто обязательства, которые брала на себя Украина, подписывая Соглашение об Ассоциации с Европейским Союзом, вступали в противоречия с её же обязательствами и правами по зоне свободной торговли в СНГ. Мы попросили только об одном – сесть и посмотреть, чтобы не было так, что мы поставим Украину в ситуацию, когда у нее будут противоречивые обязательства по торговым и инвестиционным вопросам. Нам буквально ответили, что это не наше дело, что они не лезут в наши отношения с Китаем, и чтобы мы не лезли в их отношения с Украиной.
Потом был переворот, стыдливая неспособность наших коллег и друзей из Германии, Франции и Польши настоять на том, чтобы соглашение В.Ф.Януковича с оппозицией, которое они сами завизировали и гарантами которого они же и выступали, «растоптанное» на следующее утро, всё-таки сработало. Никто не старался говорить с оппозиций на тему того, что она вела себя предательски, в том числе по отношению к Европе. Ведь Европа гарантировала это соглашение. Нам потом сказали, что В.Ф.Янукович уехал из Киева, поэтому они умывают руки. Если вы читали соглашение, то помните, что оно было не про В.Ф.Януковича. В этом соглашении В.Ф.Янукович обязался вообще не использовать вооруженные силы и силы безопасности ни для каких-либо целей, кроме охраны правительственных зданий. Соглашение начиналось с интересного параграфа о том, что президент и оппозиция обязуются создать правительство национального единства. Когда соглашение было «растоптано», А.П.Яценюк пошел на майдан и сказал: «Поздравьте нас, и мы вас поздравляем - мы создали правительство победителей». Есть разница между правительством национального единства и правительством победителей?
Европа и США, которые поддерживали это соглашение, просто «проглотили» действия, которые последовали. Я сейчас закончу, есть просто интересный факт насчет двойных стандартов, о которых мы говорим периодически.
Примерно в то же время, когда произошел государственный переворот на Украине, произошел переворот в Йемене. Президент М.Хади бежал из страны в Саудовскую Аравию, в которой он находится до сих пор. Но в отличие от украинского случая, несмотря на то, что и тот и другой президенты покинули свои столицы, всё мировое сообщество требует, чтобы бывший президент Йемена вернулся обратно в свою страну и приступил к выполнению своих обязанностей президента. Почему такая разница? Чем Йемен лучше Украины, чем Украина хуже Йемена? Это так, для анализа. В выборы в Йемене мы не вмешивались.
Вопрос: Можно ли создать позитивный прецедент сотрудничества России и ЕС в стране, находящейся где-то от нас по-соседству и которая видит себя частью Русского мира, без конфронтации, которая могла бы расколоть эту страну? Как Вы думаете, в случае с Белоруссией мы могли бы выполнить такой сценарий, который не получился с Украиной?
С.В.Лавров: Могли бы, конечно. Но я пока не вижу готовности Европейского Союза отказаться от игры в одни ворота и от выбора, перед которым он хочет ставить все страны.
Республика Беларусь - наш ближайший союзник. У нас совместное Союзное государство, договоры, которые выравнивают права граждан России и Белоруссии. В течение последних многих лет мы многократно разъясняли нашим западным коллегам, в том числе в ЕС и НАТО, пагубность курса на изоляцию Белоруссии, выступали за её вхождение в основные европейские структуры (пока Белоруссия не член Совета Европы). На это наши коллеги на Западе весьма прохладно смотрели, продлевали санкции против белорусского руководства.
Мы же видим, что последние позитивные жесты в сторону Минска последовали только в тот момент, когда разразился украинский кризис. Я не буду даже дальше комментировать причины таких позитивных жестов. Я думаю, все люди взрослые и все понимают.
Я уже сказал, что генезис украинского кризиса заключается в грубейшем нарушении принципов международного права. Когда переворот на Украине состоялся, из Киева прозвучали громкие заявления, что русских надо убрать из Крыма, потому что русские никогда не будут думать, как украинцы. Постпереворотный парламент даже принимал закон, резко ограничивающий права русскоязычных, который, правда, не вступил в силу. Но намерения этого парламента, который первым своим актом ввел дискриминацию в отношении русских, прозвучали.
Не забудьте, что те, кого сейчас Киев называет террористами, ни на кого не нападали. Они лишь сказали, что не приемлют государственный переворот и просили оставить их в покое и дать им понять, как жить дальше и к чему приведет то, что было затеяно в Киеве. Тогда их объявили террористами, была объявлена т.н. антитеррористическая операция, в ходе которой напали на них. Они ведь никого не трогали, они просили дать жить им по конституции. Кстати, Верховный совет Крыма, который провел референдум на основе своих полномочий, избирался еще в 2010 г.
К вопросу о том, кто как к кому относится. Когда был кризис на майдане и пролилась кровь, наши западные коллеги, включая А. Ф.Расмуссена, который тогда был генеральным секретарем НАТО, многократно и публично требовали от В.Ф.Януковича не применять силу против собственного народа. Когда произошел путч и была объявлена т.н. антитеррористическая организация против собственного народа, Североатлантический альянс призывал новые власти применять силу пропорционально. Разница небольшая, но существенная – не применять и применять пропорционально. Как эта сила там применяется, мы тоже видели.
Движение в сторону поиска развязки кризиса, которое началось в Нормандии в июне 2014 г., мы, безусловно, приветствовали. Мы увидели в этом (особенно потому, что это инициировали Германия и Франция) желание всё-таки установить справедливость по отношению к Украине. Повторю, что соглашение об урегулировании в этой стране было гарантировано Германией, Францией и Польшей.
«Нормандский формат» сыграл и продолжает играть очень важную роль. Это пример того, как надо искать общеприемлемые компромиссы. Минские договоренности всеми признаны как единственный путь к урегулированию, они одобрены СБ ООН и надо их выполнять. «Нормандский формат» работает параллельно с важнейшим механизмом, который называется Контактная группа – единственная структура, в которой украинское правительство напрямую разговаривает с представителями Донбасса. У них есть перед глазами решение, которое открывает путь к урегулированию. Минские договорённости должны выполняться. Мы очень ценим, что Федеральный Канцлер Германии А.Меркель подтверждает своё намерение добиваться выполнения этих документов, а Президент Франции Э.Макрон сразу после своего избрания также проявил живой интерес – не ослаблять усилия на этом направлении. Мы это приветствуем. Будем вместе сотрудничать.
Вопрос: Между НАТО и Россией сложились сложные отношения. Обе стороны обвиняют друг друга в провокациях. Говорится о ремилитаризации Европы. В сентябре этого года Россия планирует масштабные учения «Запад-2017» вместе с Белоруссией. Если говорить о восстановлении доверия, можно не проводить эти учения или сдвинуть их?
С.В.Лавров: Чтобы договариваться о масштабах учений, разрабатывать меры, которые позволяют укреплять доверие, снижать подозрения, нужно сотрудничать. 8 августа 2008 г., Олимпиада в Пекине, М.Саакашвили нападает на Южную Осетию. Российская Федерация, у которой там были миротворцы по мандату ОБСЕ, срочно просит созвать Совет Россия-НАТО (СРН). Занимавшая тогда пост Госсекретаря США К.Райс отвечает отказом, говорит, что они его закрывают, что мы туда больше ходить не будем, разговаривать они с нами не будут. В конце 2008 г. все признали, что это была ошибка, собрались, приняли решение, что Совет Россия-НАТО должен работать при любой погоде, и, наоборот, в моменты кризисов его польза только еще выше.
После майдана эту ошибку повторили снова. Запад заморозил все сотрудничество, контакты в Совете Россия-НАТО. У нас были развернуты программы, в том числе по совместной борьбе с терроризмом. Россия, Германия, Франция работали над системой «СТАНДЭКС», которая позволяет выявлять взрывчатку при входе в общественные места. Это была уникальная разработка, но все «заморозили». «Заморозили» сотрудничество по Афганистану. Сейчас опять пытаются немного возродить СРН – по-моему, сегодня встречаются послы. Мы знаем, как в НАТО обсуждается подготовка заседаний с Россией. Превалирует не стремление начать деловой разговор, найти пути снижения напряженности и нормализации отношений, а желание того самого русофобского меньшинства в НАТО, которое говорит, что русских надо отчитать по Украине, сказать им, что это неприемлемо, что это агрессия, аннексия и оккупация. Если использовать Совет Россия-НАТО для этого, то лучше туда вообще не приходить. Сегодня пройдет заседание, посмотрим, насколько здравые голоса там пробьются сквозь антироссийский хор.
Конечно, нам не хочется создавать напряженность в Европе. Мы понимаем, что развертывание военной инфраструктуры происходит прямо на наших границах: в Прибалтике – Канады, ФРГ, Великобритании, а в Польше – США, размещается огромное количество тяжелой техники. Здесь даже дело не в том, что это всего-навсего батальон (нам говорят, что не стоит опасаться, там всего по одному батальону), в дело вступают уже какие-то символы и аналогии.
Год назад Президент Финляндии С.Нийнистё выдвинул инициативу (не будучи членом НАТО, Финляндия тем не менее заинтересована в том, чтобы в районе Балтийского моря была спокойная обстановка), чтобы Россия и НАТО договорились летать со включенными транспондерами. Наша сторона эту инициативу положила на бумагу. Мы еще дополнительно разработали некоторые идеи и распространили их год назад на Совете Россия-НАТО. Но дело не движется. Натовцы, которые постоянно призывали снижать напряженность и о чем-то договариваться, не проявляют особого энтузиазма. Нас обвиняют в том, что мы что-то нарушаем, а мы говорим, что НАТО наращивает свои силы, выходя далеко за пределы объемов, которые были согласованы в Основополагающем акте Россия-НАТО. Мы давно спрашиваем, почему нельзя, чтобы в рамках Совета Россия-НАТО военные, профессионалы наших стран сели, разложили карту, показали друг другу и провели инвентаризацию, где и что конкретно у кого есть в Европе. Тогда мы сможем сопоставить эти потенциалы. Можно будет профессионально, а не демагогически подходить к этим вопросам.
Очень важно возобновить работу по анализу и сопоставлению военных доктрин, которую НАТО тоже прервал. Это все тоже заморожено. Мы открыты и готовы. Насколько готовы наши партнеры? Мы же не будем уговаривать, чтобы они вернулись за стол переговоров. Каждый должен решать сам.
Вопрос: Я читала, что Вы на досуге любите писать стихотворения. Если бы Вы написали стихи о взаимоотношениях между Россией и Евросоюзом, как бы Вы их назвали?
С.В.Лавров: Может выйти не очень цензурная рифма, поэтому я воздержусь.
Вопрос: В чем Вы видите корни феномена русофобии? Что Вы подразумеваете под этим словом?
С.В.Лавров: Под этим я обозначаю абсолютно голословные, агрессивные попытки изолировать нашу страну. Никогда не будет ситуации, когда крупные игроки на мировой арене во всем будут соглашаться друг с другом. Мы не раз об этом говорили. Президент России В.В.Путин излагал свое видение этой ситуации. После того, как перестал существовать СССР, Запад решил, что Россия у него «в кармане». Вы помните, как тогда Россия выглядела. Поскольку это ощущение перестало подтверждаться через какое-то время, с начала двухтысячных годов и Россия стала выстраивать свою самостоятельную политику, в ней увидели конкурента. Конечно, помогли тучные экономические годы, экономика быстро росла, мы смогли полностью перевооружить и модернизировать на современных основах армию. Наверное, это то самое ощущение сильного конкурента, которое подогревает стремление изолировать нас и держать в раздраженном состоянии, постоянно создавая какие-то раздражители вокруг. Мы это понимаем. Я это говорю без всяких эмоций. Но, наверное, должны быть какие-то правила игры, приличные, «неподковёрные» методы ведения внешней политики. В принципе, мы за то, чтобы, когда возникают какие-то проблемы, садиться и излагать их своему партнеру, договариваться о том, как выйти из ситуации таким образом, чтобы был соблюден баланс интересов, чтобы искать взаимовыгодные решения. Я уже приводил примеры, когда мы предлагали начать работу с НАТО по договору о неделимости безопасности, укреплению безопасности над Балтикой. Еще год назад в Санкт-Петербурге Президент России В.В.Путин передал на бумаге Председателю Европейской Комиссии Ж.-К.Юнкеру наши идеи о том, как проинвентаризировать то, где мы есть в отношениях между Россией и ЕС. Больше года назад Евразийский экономический союз передавал предложения Еврокомиссии о том, как установить контакты между двумя организациями. Ответов нет. Если будет нормальный процесс, когда мы будем друг друга слушать и слышать с обеих сторон, тогда, наверное, мы выйдем на правильную траекторию.
Что касается русофобии, то достаточно почитать газеты, в том числе, и здесь, в Германии. Я регулярно слежу, как описываются украинская, российская и сирийская темы. Сейчас не осталось ни одного конфликта, в котором в качестве главного зла не обвиняли бы Россию. Это печально. Потому что конфликты можно решить только на основе сложения сил, как мы это делаем, по крайней мере, пытаемся в «нормандском формате» и по Сирии. Надо просто подходить без чувства, без комплекса собственного превосходства к отношениям со своим партнером.
Вопрос: Как член бундестага я долго боролся за то, чтобы выплачивать компенсации тем, кто был в немецком плену – русским, украинским и белорусским ветеранам. Считаю, что это важный фактор в дружбе между Германией и народами бывшего СССР.
С.В.Лавров: Хочу напомнить, что с фашистской Германией сражались и пострадали не только русские, украинцы и белорусы, но и все народы СССР. Представители всех национальностей также являлись и военнопленными, узниками концлагерей. Мы ценим, что сейчас у нас с ФРГ налажена очень интенсивная мемориальная работа. Она охватывает поддержание в достойном виде памятников тем, кто освобождал Европу. Мы искренне ценим такое отношение германских властей, тем более, что по соседству есть абсолютно возмутительный пример иного рода. Надеюсь, что Евросоюз тоже не пройдет мимо решений, которые принимаются в Польше по сносу памятников. Вроде бы недавно там были какие-то решения Еврокомиссии – Польша еще сделала что-то, за что ее ругали. А вот за отношение ее к итогам Второй мировой войны Евросоюз почему-то проявляет пассивность.
У нас есть целый ряд программ, германскими коллегами были осуществлены разовые выплаты. Говоря о ветеранах и о том, как нам все-таки отдать им свой долг, упомяну один эпизод. Надеюсь, официальные представители МИД ФРГ не будут обижаться. Какое-то время назад в Германии было принято решение осуществить разовые выплаты тем, кто пережил блокаду Ленинграда. Не понятным для меня образом эта программа реализовывалась по линии компенсаций жертвам Холокоста, поэтому компенсации были выплачены только блокадникам Ленинграда еврейской национальности. Я считаю, что это несправедливо. Я говорил с Ф.-В.Штайнмайером и З.Габриэлем на эту тему, они понимают несправедливость этой ситуации, но почему-то существуют какие-то правовые препятствия для того, чтобы отблагодарить этих людей, хотя бы отдать им дань, которую они явно заслужили наряду со всеми, кто был в Ленинграде независимо от того, еврейская у него кровь или какая-то другая.
Вопрос: Существуют ли совместные принципы между НАТО и Россией для обеспечения безопасности в Европе? Каковы эти принципы? Относится ли сюда целостность границ государств? Будапештским меморандумом была гарантирована целостность границ Украины. Однако, к сожалению, в последние годы Россия не соблюдает эти принципы.
С.В.Лавров: Вы упомянули Будапештский меморандум, в котором Россия, США и Великобритания (позже присоединилась Франция) взяли на себя обязательства не применять ядерное оружие против Украины, как это было сделано и в отношении других республик Советского Союза, которые отказались от ядерного оружия. В Будапештском меморандуме, действительно, было подтверждение принципов ОБСЕ. Один из этих принципов – нерушимость границ кроме как по обоюдному согласию. Но там есть и другие принципы – демократия, верховенство закона, которые тоже нужно уважать. Я надеюсь, все понимают, что подписывая Будапештский меморандум, Россия не дала карт-бланш на совершение государственных переворотов ни Украине, ни кому-либо еще.
В Африканском союзе и Латинской Америке в рамках СЕЛАК есть норма, которая требует не признавать правительства, пришедшие к власти путем антиконституционных и тем более государственных переворотов. Поэтому здесь я не вижу каких-либо причин обвинять Россию в том, что мы нарушили наши обязательства. Мы не ставили свою подпись под договоренностями В.Ф.Януковича с оппозиций. Я уже сказал, как был согласован этот договор и как потом его разорвали при полном молчании и попустительстве Запада.
Вопрос: Каково положение с правами человека в Чечне? Мы слышали, что 27 молодых людей, находившихся там в тюрьмах, погибли. Мы получаем постоянные сообщения о гомосексуалистах в Чечне, которые были переданы родственниками впоследствии убиты. Что делает Российская Федерация для соблюдения прав человека в своем субъекте? Судя по поступающей информации, эти действия не приносят ощутимых результатов.
С.В.Лавров: Мы открыты к любому диалогу. Как только появились сообщения о том, что притесняют лиц нетрадиционной сексуальной ориентации в Чеченской Республике, Президент Российской Федерации В.В.Путин поручил Уполномоченной по правам человека Т.Н.Москальковой разбираться с этим вопросом, что она и делает. Отмечу лишь, что разбирательство затрудняется тем, что, несмотря на перечисленные Вами события и обилие сведений, 27 человек пропали, убиты, куда-то уехали родственники, представители ЛГБТ сбежали из России к своим родственникам. До сих пор в публичном пространстве и в рамках расследования, порученного провести нашему омбудсмену, не было ни единого имени или факта, который привязывал бы эти сообщения к какому-то городу, месту или какой-то дате. Меня многие спрашивают об этом, когда я общаюсь с прессой или коллегами. Я это все объясняю и спрашиваю, если у них есть такие данные, почему они ими не поделятся. Они говорят, что вроде не хотят подвергать рискам жизни этих людей. А если человек уже уехал или сбежал из России к родственникам на Запад? Понимаете, если будут факты, мы обязательно будем реагировать. У нас нет каких-либо законов, запрещающих гомосексуализм, в отличие от целого ряда стран, где это уголовное преступление, за которое лишают жизни. Единственное, в нашем законе прописан запрет пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних, потому что, в конце концов, есть не только право на выражение мнений, но и права родителей воспитывать своих детей в той религиозной и философской концепции, которую они сами разделяют. Есть Конвенция о правах ребенка, почитайте. Если любые нарушения прав человека в отношении представителей ЛГБТ будут фиксироваться в Российской Федерации, смею вас заверить, наш закон достаточно жесткий.
Вопрос: Почему Россия поддерживает режим Б.Асада? Вы думаете, что с Б.Асадом эта страна вновь обретет мир? Вы говорите, что страна должна сама решать. Но с Б.Асадом не будет свободных выборов, с моей точки зрения. Почему Вы его поддерживаете?
Какие возможности влияния имеет Россия на Северную Корею для того, чтобы прекратить бесконечные запуски ракет?
С.В.Лавров: Корею на нас теперь повесите, я так понимаю. По Северной Корее есть решения Совета Безопасности, они вырабатываются всеми членами этого Совета. Мы им полностью привержены. Мы категорически против тех провокаций, которые устраивает Северная Корея. У нас нет каких-либо особых каналов связи с Пхеньяном, хотя это наш близкий сосед. Учитывая традиции, которые установились при новом лидере, я не думаю, что у кого-то есть какие-то устойчивые каналы воздействия. Тем более, важно найти пути деэскалации этой ситуации и сделать все-таки шаг назад от опасной черты. Китайское предложение заморозить любые ядерные и ракетные испытания в Северной Корее и крупномасштабные учения США и Южной Кореи, чтобы все немножко остыли и сели за стол переговоров и начали договариваться, мы активно поддерживаем, потому что иной путь – это очень, я бы сказал, страшно. Неслучайно какое-то время назад Министр обороны США Дж.Мэттис прямо сказал, что применение силы для решения проблемы Корейского полуострова будет катастрофой. Это правда.
Что касается Б.Асада, то мы его не поддерживаем. Мы привержены резолюциям Совета Безопасности ООН. В случае с Сирией там черным по белому записано, и за это голосовали все (проект, кстати, готовился в рамках Международной группы поддержки Сирии, где и Германия является полноправным членом, потом его одобрил Совет Безопасности), что судьбу Сирии может решить только сирийский народ. Что касается конкретных шагов в этом направлении, то там также сформулированы несколько принципов, которые должны лежать в основе реформ. Параллельно с прекращением огня и решением гуманитарных вопросов должна идти разработка новой конституции при параллельном обеспечении взаимодействия Правительства и оппозиции. После принятия новой конституции – проведение выборов под контролем ООН, в том числе во всех лагерях беженцев. Если лицензия ООН смущает, и вы думаете, что это по-прежнему могут быть нечестные выборы…Но так было решено.
Что касается Б.Асада, то мы его не поддерживаем. Мы просто категорически не хотим повторять то, что произошло в Ираке, когда почти у всех наших западных партнеров (Германия и Франция были в стороне) было кровожадное желание ликвидировать этого диктатора. Я боюсь, как бы страну не ликвидировали вместе с ним, потому что там сейчас очень непростые процессы. В Ливии просто государство было подорвано, потому что тоже хотели ликвидировать М.Каддафи.
Здесь сидит В.Ишингер. Недавно я прочел его интервью одной из наших газет, где он назвал российскую внешнюю политику катастрофой. Интересно, как он охарактеризует политику тех, кто устраивал «Большой Ближний Восток» в Ираке, Сирии, Ливии, Йемене. Наверное, там триумф.
Мы не гонимся за какими-то похвалами, но мы вполне можем объяснить, ради чего мы делаем те или иные внешнеполитические вещи. Мы не могли оставить ультрарадикалам украинцев, которые хотели сохранить свою русскую культуру. Мы не могли пойти против воли народа Крыма, который высказался на основе решений абсолютно легитимного парламента (кстати, парламент Крыма тогда был единственным легитимным органом на всей Украине) в пользу воссоединения с Россией. Точно также мы не могли допустить того, чтобы эта череда агрессий, начавшаяся в Ираке, а потом в Ливии, продолжалась с превращением этого важнейшего региона мира в постоянную «пороховую бочку», откуда бегут экономические и неэкономические мигранты, через который в Черную Африку проникают бандиты всех мастей, идет оружие и наркотрафик.
Как сказал один герой в известном фильме, «никто не совершенен». По крайней мере, мы готовы честно объяснять ради чего мы делаем те или иные вещи в нашей международной политике, нам скрывать нечего. Если аналитики смогут объяснить, где те благородные цели, которыми были движимы люди, вторгшиеся в Ирак и Ливию, буду признателен. Пока я таких благородных целей не вижу.
* * *
Я тоже хотел бы поблагодарить всех присутствующих и особенно руководство Фонда им.Кербера за это приглашение. Мне кажется, что откровенно задавать любые вопросы и ожидать откровенного ответа – это абсолютно нормальное состояние общения между людьми, которые всерьез озабочены тем, как дальше будет развиваться положение дел в Европе.
Мне приятно, что сразу после этого мероприятия я буду участвовать в церемонии закрытия российско-германского Года молодежных обменов. В рамках Года состоялось несколько сотен мероприятий, работал российско-германский молодежный парламент, проходили научно-практические конференции, были организованы образовательные, культурные и спортивные мероприятия. Мне кажется, это очень правильные инвестиции в будущее наших стран.
Надеюсь, что Год регионально-муниципальных партнерств, который стартовал две недели назад, когда мы с Вице-канцлером, Федеральным министром иностранных дел ФРГ З.Габриэлем были в Краснадаре, также будет насыщен мероприятиями, в которых участвует молодежь. По-моему, сейчас самое главное не позволить подорвать то историческое сближение, которое произошло между нашими народами и странами после Второй мировой войны.
Спасибо вам большое.
?
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с заместителем Премьер-министра, Министром иностранных и европейских дел Бельгии Д.Рейндерсом, Брюссель, 12 июля 2017 года
Выражаю признательность заместителю Премьер-министра, Министру иностранных и европейских дел Бельгии Д.Рейндерсу и всей его делегации за очень интересные и полезные переговоры. Спасибо за приглашение. Это уже стало традицией обмениваться визитами на уровне министров иностранных дел. Мы это всячески приветствуем.
У нас давние и добрые отношения. В этом году отмечали 300-летие приезда на бельгийскую землю Петра I. Состоялись мероприятия, которые совместно организовали представители общественности наших стран при поддержке властей, в частности, родного города Д.Рейндерса Льежа. Как сказал Д.Рейндерс, в будущем году исполняется 165 лет установлению дипломатических отношений. Идеи, которые высказывают российские и бельгийские эксперты в этой связи весьма интересны, в том числе касающиеся совместного изучения архивных документов, организации выставок, посвященных этому юбилею.
Отмечаем, что, несмотря на все известные сложности в торгово-экономической сфере, в первые четыре месяца этого года наметилась положительная тенденция – товарооборот между нашими странами вырос примерно на 25%. Наши регионы активно сотрудничают – Фламандский регион с Ленинградской областью, порты Антверпен и Усть-Луга установили хорошие контакты и взаимополезно сотрудничают.
Отмечаем интенсивное развитие межпарламентских связей, культурных, гуманитарных и образовательных обменов. Это все отвечает интересам наших граждан. Мы это будем активно поддерживать.
Из международных вопросов, как сказал заместитель Премьер-министра, Министр иностранных и европейских дел Бельгии Д.Рейндерс, мы много говорили о Сирии. Там наметились позитивные перемены в русле выполнения договоренностей, достигнутых еще в мае в Астане, о создании нескольких зон деэскалации. Юго-западная зона уже сформирована при участии российских, американских и иорданских военных и дипломатов. Она уже помогла резко снизить уровень насилия. Прекращение огня в целом соблюдается с воскресенья 9 июля. Мы рассчитываем, что это тенденция будет консолидирована. По остальным трем зонам переговоры продолжаются. Этому была посвящена встреча в Астане на прошлой неделе, там достигнут определенный прогресс, но предстоит еще поработать. Надеюсь, что на следующей встрече в августе эта работа будет завершена.
Россия, как и Бельгия, активно поддерживает политический процесс. Отмечаем, что усилия в рамках Астаны помогли придать дополнительную, пусть пока не очень заметную, но позитивную динамику в работе, которая проводится под эгидой специального представителя Генерального секретаря ООН по Сирии С. де Министры. В эти дни в Женеве проходит очередной раунд. Мы надеемся, что Правительство Сирии и оппозиция будут стремиться достичь конструктивных договоренностей. В этой связи, конечно, важно, чтобы оппозиция отказалась от ультиматумов и работала на основе требований, которые содержатся в резолюции 2254 СБ ООН, о необходимости договариваться с Правительством Сирии, а не требовать смены режима или выдвигать какие-то другие предварительные условия.
Обсудили Ливию, Йемен, ситуацию в районе Персидского залива. Поговорили о том, что происходит в Центральной Африке. Как сказал, Д.Рейндерс, договорились провести специальные экспертные консультации, которые будут весьма полезны, учитывая роль России как постоянного члена СБ ООН и опыт Бельгии в отношениях с африканскими странами – ДРК и в целом по району Великих озер.
Что касается других тем, которые мы обсудили, конечно, это Украина. Мы привержены Минским договоренностям. Поделились своими оценками, извлекаемыми нами из работы в «нормандском формате» и в Контактной группе, относительно тех причин, которые пока не позволяют продвинуться в выполнении Минских договоренностей. Понятно, что у Евросоюза есть своя позиция, но подробное изложение своего видения друг другу всегда идет на пользу делу. Надеюсь, мы лучше будем понимать причины того, что происходит, и пути выхода из этой очень тяжелой ситуации.
Наши отношения с Евросоюзом во многом пострадали из-за позиции, которую заняли европейские партнеры в связи с кризисом на Украине, об этом тоже говорили. Но, тем не менее, мы всегда выступали и продолжаем выступать за диалог. Еще год назад в Санкт-Петербурге на встрече с Председателем Еврокомиссии Ж.-К.Юнкером Президент Российской Федерации В.В.Путин передал наши идеи о том, как можно проинвентаризировать ситуацию в наших отношениях и сделать так, чтобы они все-таки нормализовались на пользу России и стран-членов Евросоюза. Мы открыты к обсуждению этих предложений. Кстати, мы обратили внимание, что Премьер-министр Бельгии Ш.Мишель 22 июня на заседании Евросовета высказался за структурированный диалог с Российской Федерацией. Это ровно то, что и мы предлагаем.
В заключение я пригласил заместителя Премьер-министра, Министра иностранных и европейских дел Бельгии Д.Рейндерса с очередным визитом в Москву, когда у него будет такая возможность. Еще раз спасибо за гостеприимство.
Вопрос: Имеет ли российский адвокат Н.Весельницкая какое-то отношение к российским официальным организациям?
С.В.Лавров: Я с изумлением узнал, что Д.Трамп-младший обвиняется в общении с российской женщиной-адвокатом. Для меня это, по большому счету, дикость. Какая может быть для кого-то проблема или угроза, если любой человек общается с адвокатом?
Я не знаю об этом факте. Об этом я услышал из новостей, увидел сюжет на эту тему вчера по телевидению. Сегодня утром опять включил телевизор и узнал, что все западные каналы только об этом и говорят. Поразительно, как серьезные люди делают из «мухи слона». А может быть, там и «мухи» никакой не было.
Вопрос: Вы сказали, что Президент США Д.Трамп согласился с Президентом России В.В.Путиным, что Россия не вмешивалась в выборы в США. Что сказал Д.Трамп? Из чего Вы сделали такой вывод?
С.В.Лавров: Я изложил наши оценки сразу после встречи в Гамбурге. Я за свои слова отвечаю. В отличие от многих, которые сейчас пытаются описывать, что происходило на этой встрече, я там был.
Вопрос: Недавно от Вас мы услышали о том, что в Иордании планируется создание мониторингового центра, чтобы отслеживать выполнение сирийских договоренностей. Вчера во время брифинга представителю Госдепартамента США Х. Нойерт был задан вопрос. Она ответила, что С.В.Лавров «любит поговорить и забегать вперед касательно того, что пока является только частью переговоров». Как Вы можете отреагировать на такое заявление?
С.В. Лавров: Я не понимаю, откуда эта дама может знать, что я люблю, а что нет, мы с ней не знакомы. Что касается заявления о том, что будто бы договоренность о создании в Аммане мониторингового центра еще только обсуждается, то я не знаю, какие правила в Госдепе существуют относительно допуска к информации, но документ, подписанный в Аммане российскими, американскими и иорданскими представителями содержит конкретный пункт, который фиксирует достигнутую договоренность о создании такого центра. Забегать вперед не надо никому, но и отставать от слежения за реальными событиями профессии дипломата тоже не помогает.
Вопрос: Почему некоторые демократические лидеры в США и журналисты считают, что Россия поддерживала Д.Трампа во время его президентской кампании?
С.В.Лавров: Уже много месяцев нас каждый раз спрашивают, почему мы вмешивались. Мы просим предъявить хотя бы один факт. В Конгрессе США были неоднократно проведены слушания. Вызывались разные представители прошлой и нынешней администраций. На эту тему проходят постоянные телевизионные ток-шоу. Но мы не услышали ни единого факта, который хоть как-то бы подкреплял эти голословные утверждения. Спрашивайте конгрессменов и тех, кто пытается эту тему поддерживать на плаву. У нас нет сомнения, о чем не раз говорил Президент В.В.Путин, что все это затеяно, чтобы переиграть результаты выборов, которые выиграл Д.Трамп.
Вопрос: На прошлой неделе т.н. «оккупационный режим» на юге сдвинул границу в районе села Бершеути. После этого многие местные жители оказались на другой стороне границы. Как Вы оцениваете эту ситуацию? Почему Россия это делает?
С.В.Лавров: Для решения вопросов, возникающих между Южной Осетий или Абхазией с одной стороны и Грузией – с другой, есть механизм, согласованный всеми сторонами, включая грузинскую. Он называется Женевские дискуссии. Несколько дней назад в очередной раз он собирался. На нем уже давно и подробно обсуждается центральная задача, которая прямо вытекает из мандата Женевских дискуссий, когда они в 2008 г. были согласованы. Главная их тема – укрепить безопасность в Закавказье. Уже много раундов подряд обсуждаются конкретные предложения, которые закрепляли бы обязательство неприменения силы. Грузинская делегация, к сожалению, тормозит их принятие, потому что всю вину за происходящее хочет возложить на Российскую Федерацию. Это не получится хотя бы потому, что сейчас мы находимся в столице Бельгии, в столице Евросоюза. ЕС в свое время заказал специальный доклад, который Х.Тальявини писала с группой экспертов. Там «черным по белому» написано, кто начал этот конфликт в августе 2008 г. М.Саакашвили может подтвердить решения, которые принимал и которые зафиксированы группой докладчиков по заказу Европейского Союза.
Существует также механизм по предотвращению и расследованию инцидентов для того, чтобы рассматривать конкретные вещи, происходящие «на земле». Он также собирается в регионе с участием Евросоюза, ОБСЕ и ООН. Надо работать там конструктивно, не пытаясь превращать эти конкретные разговоры о том, что конкретно происходит «на земле», в некие дискуссии об оккупации или о чем-то еще.
Южная Осетия и Абхазия признаны Российской Федерацией в качестве независимых государств. То, что они участвуют в Женевских дискуссиях, равно как и в механизме по предотвращению и расследованию инцидентов именно в таком качестве, у нас сомнений не вызывает.
Вопрос: Вчера грузинские парламентарии посетили Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации. Существует ли возможность налаживания такого диалога?
С.В.Лавров: Мы только за контакты между парламентариями. Более того, мы готовы к контактам и на других уровнях. У нас есть канал по линии статс-секретаря, заместителя Министра иностранных дел России Г.Б.Карасина и специального представителя Премьер-министра Грузии по отношениям с Россией З.Абашидзе. Готовы и к иным форматам, которые будут приемлемы для обеих сторон. Видим в этом пользу. Надо говорить друг с другом, искать решения. В конце концов, мы соседи. У нас очень много общего в истории и в настоящем. Приветствуем инициативы по линии парламентариев.
Вопрос: Нам известно, что санкции, введённые Европейским Союзом в отношении России, связаны с Минским процессом. Существует ли перспектива, что в ближайшее время некоторые санкции могут быть сняты?
С.В.Лавров (отвечает после Д.Рейндерса): Корни украинского кризиса уходят в февраль 2014 г., когда соглашение между тогдашним президентом Украины В.Ф.Януковичем и лидерами оппозиции, заключённое при прямом участии министров иностранных дел Франции, Германии и Польши, было разорвано спустя день после его подписания. Европейский Союз тут же поддержал переворот, и министры уважаемых государств ничего не сделали для того, чтобы заставить оппозицию всё-таки выполнить то, под чем она буквально вчера подписалась. Вот откуда «ноги растут».
Мы ведь тогда не стали обижаться на Европейский Союз. Мы просто зафиксировали как факт, что ЕС встал на путь логики, которая заключается в выборе – или с Россией, или с Западом. Я говорю сейчас не о позиции Бельгии, а о том, во что вылилась единая, солидарная позиция Европейского Союза, которая формировалась на основе тех, кто был реально заинтересован в смене режима на Украине антиконституционным путем, и тех, кто поддерживал соответствующие действия. Всё остальное – это уже инерция.
Нас трудно обвинить в отсутствии доброй воли. Именно мы добились, чтобы две непризнанные республики, которые провозгласили свою независимость, вернулись в переговорный процесс и согласились на Минские договоренности, которые подтверждают суверенитет и территориальную целостность Украины, при понимании того, что будут решены вопросы особого статуса для этой части Донбасса.
Сегодня мы подробно рассказали о наших ощущениях по работе в «нормандском формате», Контактной группе и о том, что происходит на самом деле. Однако про санкции мы не говорим. Мы сделали вывод из того, что происходит, который заключается в том, что нужно полагаться, прежде всего, на себя и делать всё, чтобы не зависеть от людей, которые так или иначе могут принимать политизированные решения, наносящие ущерб экономике, в том числе и тех, кто подобные решения принимает.
С Бельгией у нас, как и со многими другими странами, первые четыре месяца товарооборот растет, бизнес осуществляет проекты. В прошлом году в России многие бельгийские компании со своими российскими партнерами начали новые проекты. Так что можно сказать, что жизнь идет.
Когда Европейский Союз заявляет, что в случае наказания России политика должна довлеть над экономикой, это говорит само за себя. Так не должно быть в нормальной жизни.
Возвращаясь непосредственно к Вашему вопросу, скажу, что Евросоюз выработал «удобную» формулу – санкции будут сняты тогда, когда Россия выполнит Минские договоренности. Это было прямым сигналом Президенту П.А.Порошенко, который заключался в том, что Правительство Украины может не выполнять Минские договорённости и тем самым сохранять антироссийские санкции, в чем украинское руководство весьма заинтересовано, чтобы поддерживать себя на плаву в очень серьезной ситуации в своей стране.
Вопрос: Два дня назад США впервые признали, что посредством российского юриста имело место вмешательство России в выборный процесс США. Почему российский юрист вдруг захотел вмешаться?
С.В. Лавров: Ваш коллега только что задал мне тот же самый вопрос, я на него ответил. Мы не увидели ни единого факта. Если журналисты готовы работать только на основе голословных утверждений и не принимать к сведению отсутствие фактов, то я не могу ничего поделать – значит, такая профессия, которая в современных условиях опирается на такие подходы.
?
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Республики Южная Осетия Д.Н.Медоевым, Москва, 10 июля 2017 года
Уважаемые коллеги,
Мы завершили переговоры с Министром иностранных дел Республики Южная Осетия Д.Н.Медоевым. В Москве он человек известный, работал здесь долгое время послом и сделал очень много для укрепления наших союзнических отношений и отношений стратегического партнерства.
Мы провели обзор актуальных вопросов наших двусторонних связей. Обсудили ход реализации договоренностей, которые были сформулированы главами наших государств В.В.Путиным и А.И.Бибиловым на их встрече в мае в Сочи. Говорили о том, что предстоит сделать в части дальнейшего совершенствования нашей договорно-правовой базы, исходя из того, что основные направления этой масштабной работы определены Договором о союзничестве и интеграции между Российской Федерацией и Республикой Южная Осетия от 18 марта 2015 года. Этот Договор предусмотривает подготовку целого ряда секторальных соглашений, многие из которых уже вступили в силу, а целый ряд вступит в силу в ближайшее время. Вскоре будет подписано еще несколько отраслевых соглашений, которые предусмотрены упомянутым базовым Договором.
Особое внимание уделили тематике традиционно тесного внешнеполитического взаимодействия между нашими странами. В ситуации, когда в регионе Закавказья сохраняется нестабильность, в том числе провоцируемая попытками Грузии закрепиться в НАТО, а через Альянс – в регионе, особенно важна слаженность действий России, Южной Осетии и, конечно, наших абхазских союзников. Мы будем и далее работать вместе с целью нейтрализации угроз миру и безопасности в Закавказье. Считаем, что важнейшей площадкой наших усилий были и остаются Женевские дискуссии, в рамках которых мы продвигаем главную задачу – заключение договоренности о неприменении силы.
Мы подробно проинформировали наших друзей относительно развития российско-грузинских отношений, в том числе в свете итогов прошедшей накануне в Праге очередной встречи статс-секретаря, заместителя Министра иностранных дел России Г.Б.Карасина со специальным представителем Премьер-министра Грузии З.Абашидзе.
С Министром иностранных дел Республики Южная Осетия Д.Н.Медоевым мы обменялись мнениями по аспектам, связанным с организацией транзитной торговли в регионе. Такие планы есть, и они вызывают достаточно высокий интерес. Представители Южной Осетии подтвердили готовность участвовать в этой работе. Мы высоко ценим такую конструктивную позицию Южной Осетии, без которой (это всем понятно) проект транзита реализован быть не может.
В заключение скажу, что сегодня мы вновь убедились в прочности и надежности наших союзнических отношений. Прошедшие переговоры позволили согласовать конкретные пути дальнейшего взаимодействия, в том числе углубления тесной координации на международной арене.
Вопрос (адресован Д.Н.Медоеву): Президент А.И.Бибилов сообщил, что Южная Осетия подготовила документы в Гаагский суд для рассмотрения дела о военных преступлениях во время военного конфликта 2008 г. Как Вы оцениваете перспективы международного расследования?
Как Вы видите дальнейшее совершенствование договорно-правовой базы в двустороннем сотрудничестве между Южной Осетией и Россией, учитывая стратегический характер двусторонних отношений?
С.В.Лавров (отвечает после Д.Н.Медоева): Хотел бы поддержать сказанное и отметить, что в соответствии с теми направлениями углубления сотрудничества, которые зафиксированы в союзническом Договоре, у нас буквально в ближайшие недели и месяцы готовится к выходу целый ряд дополнительных компонентов, укрепляющих договорно-правовую базу. Это соглашения в правоохранительной, социальной и образовательной сферах.
Говоря об образовании, упомяну, что ежегодно предоставляется восемьдесят государственных стипендий Российской Федерации для обучения граждан Республики Южная Осетия по гражданским специальностям. Кроме этого есть развивающаяся практика подготовки кадров для Южной Осетии в вузах министерств обороны, внутренних дел, иностранных дел России. Сегодня мы договорились дополнить эту практику еще и организацией стажировок наших южноосетинских друзей из министерства иностранных дел Республики Южная Осетия по линии Дипломатической Академии МИД России. Говоря о договорно-правовой базе, не будем забывать, что помимо соглашения на государственном уровне есть еще целый ряд соглашений на уровне российских регионов. Более десяти субъектов Российской Федерации установили договорные отношения с Республикой Южная Осетия. Этот процесс продолжается, мы его всячески поддерживаем.
Вопрос: В свете договоренностей Москвы и Вашингтона по южной зоне деэскалации в Сирии, результат которых Президент России В.В.Путин назвал прорывом и по достижению которых Президент США Д.Трамп заявил, что настало время двигаться дальше в конструктивном взаимодействии с Россией, можем ли мы чего-то ожидать от очередной встречи в Женеве по Сирии, которая стартует сегодня? Как в практическом плане Москва и Вашингтон планируют развивать наметившееся взаимодействие по Сирии?
С.В.Лавров: Как Вы помните, за предыдущие раунды, которые складывались не так быстро и скоро, как хотелось бы, удалось «вывести» оппозиционеров и делегацию Правительства САР на понимание параллельного движения по четырем «корзинам»: конституции, организации управления на период до вступления в силу новой конституции, организации выборов, борьбы с терроризмом. В промежутках между предыдущим раундом и тем, который открывается сегодня, спецпредставитель Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистура провел технические консультации как раз по проблемам конституционной реформы и конституционного строительства. Показательно, что за весь период женевского процесса в этих технических консультациях за одним столом приняли участие все ключевые оппозиционные группировки, представленные в женевском процессе – «московская, каирская группы», т.н. Высший комитет по переговорам (ВКП) или «эр-риядская группа», которая до сих пор считала ниже своего достоинства работать с оппозиционерами, представляющими московскую и каирскую платформы. Считаю, что это очень большой качественный сдвиг в подходе ВКП к выполнению резолюции СБ ООН. Надеюсь, что в такой конструктивной перемене сказалась работа с эр-риядской группой внешних игроков, которые делают на нее ставку. Это перемена, которую мы активно приветствуем.
Мы подходим к сегодняшнему раунду уже с немного улучшившихся позиций. Мы выделили в качестве ключевых направлений конституционную реформу и борьбу с терроризмом, не забывая и о двух других «корзинах». В конституции в конечном итоге должны быть отражены озабоченности всех без исключения этно-конфессиональных и политических групп Сирии, обеспечен баланс интересов каждой из этих групп. Только так можно рассчитывать на то, что сирийское государство будет функционировать устойчиво, будет застраховано как от проявлений внутриполитических кризисов, так и от того, чтобы какая-то часть территории САР становилась рассадником террористической и прочих угроз. Мы будем активно поддерживать усилия С.де Мистуры по стимулированию сирийских сторон к продуктивному, конструктивному разговору о том, какие конституционные реформы можно бы было согласовать.
Как я уже сказал, на период до того, пока новая конституция вступит в силу, будет продолжать действовать нынешняя конституция САР. Она предполагает достаточно широкий спектр возможностей, позволяющих расширять участие оппозиционных представителей в управлении государством. Надеюсь, что и по этой теме разговор будет конструктивным. Выборы всегда должны опираться на основной закон, поэтому и здесь увязка выборов с конституционным процессом вполне логична.
Что касается борьбы с террором, очень рассчитываю, что успехи, достигнутые по созданию зон деэскалации, прежде всего, российско-американо-иорданская договоренность от 7 июля о создании такой зоны на юго-западе Сирии, а также накопление качественных сдвигов, которые вот-вот должны быть оформлены документально в ходе астанинского процесса по трем другим зонам деэскалации, реально помогут более эффективно бороться с террористами. Дело в том, что зоны деэскалации объективно создают такие возможности, поскольку в рамках реализации этой концепции происходит то, чего мы давно не могли добиться от наших американских партнеров, а именно размежевания вооруженной оппозиции от террористов из ИГИЛ, «Аль-Каиды», «Джабхат ан-Нусры» и прочих группировок, которые в качестве таковых признаны СБ ООН.
В рамках реализации концепции зон деэскалации происходит нормализация отношений в условиях режима прекращения боевых действий между правительственными силами и вооружённой оппозицией. Тем самым создаются условия для того, чтобы они перестали воевать друг против друга и объединили свои усилия в антитеррористической борьбе. Россия, прежде всего через присутствие ВКС России в Сирии, будет активно содействовать этому процессу и поддерживать совместную борьбу Правительства и оппозиции против террористических группировок.
Что касается перспектив нашего взаимодействия с американцами, то, во-первых, это взаимодействие продолжится по реализации договоренностей, которые были согласованы по зоне деэскалации на юго-западе Сирии. Меморандум от 7 июля, подписанный нами, американцами и иорданцами, предполагает разработку дополнительных деталей, которые будут фиксировать то, как эта зона будет функционировать на практике. Конечно, несмотря на то, что вчера с 12 часов дня по сирийскому времени действует режим прекращения огня, его предстоит еще закрепить. Работы там хватит. Для того чтобы все эти детали согласовывать, условлено использовать Центр мониторинга, который создается Россией, США и Иорданией в Аммане. Этот Центр будет на прямой связи с оппозиционными отрядами и представителями правительственных сил.
Как вы знаете, три другие зоны деэскалации, дискуссии по которым продолжаются в рамках астанинского процесса, также достаточно актуальны. По двум из них – в районе Хомса и Восточной Гуты мы очень близки к окончательному согласованию. По зоне в районе Идлиба переговоры продолжаются.
На всех раундах астанинского процесса США были представлены в качестве наблюдателя, причем на двух последних раундах это были представители, направленные из Государственного д епартамента США, из Вашингтона. Мы приветствовали подобное решение наших американских партнёров и будем приветствовать их деятельное участие. Несмотря на то, что они наблюдатели, последние переговоры в Астане показали, что их представитель С.Джонс, исполняющий обязанности заместителя Государственного секретаря США, вполне предметно и деятельно участвовал в обсуждениях. Так что, и здесь, по большому счету, двери для нашего сотрудничества по дальнейшему развитию концепции зон деэскалации открыты.
Отмечу, что и по политическому процессу в рамках женевских переговоров, которые сегодня возобновляются, у нас устойчивые контакты с американскими коллегами, равно как и с другими ключевыми странами, которые влияют на происходящее в Сирии, включая страны региона.
Не будем слишком обольщаться, потому что конфликт сложнейший. В подходах к его решению приходится учитывать позиции очень большого числа игроков. Примирить эти позиции и найти баланс интересов непросто, но, как показали договоренности 7 июля между Российской Федерацией, США и Иорданией, возможно. Будем стараться на этой основе дополнительно продвигаться вперед, шаг за шагом, но последовательно.
?
Вступительное слово Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе переговоров с Министром иностранных дел Республики Южная Осетия Д.Н.Медоевым, Москва, 10 июля 2017 года
Уважаемый Дмитрий Николаевич,
Дорогие друзья,
Рады приветствовать вас в Москве.
С Вами, Дмитрий Николаевич, как и все присутствующие, мы хорошо знакомы - Вы длительный период возглавляли Посольство Республики Южная Осетия в Российской Федерации. Рад приветствовать Вас в новом качестве Министра иностранных дел Республики Южная Осетия. Теперь уже лично вслед за телеграммой хочу поздравить Вас с этим назначением.
Мы рады, что Ваш опыт, в том числе опыт международных контактов, учитывая обширные связи, которые у Вас были с иностранным дипломатическим корпусом в Москве, позволит успешно продвигать задачи, которые связаны с дальнейшим укреплением государственности Республики Южная Осетия, развитием ее внешних связей с учетом тех наработок, которые были достигнуты в период Вашего пребывания в Москве.
Мы дорожим нашими традиционно сердечными отношениями. Еще со времен первого Посольства Осетинских Обществ к Императрице Елизавете Петровне Россия всегда была рядом с вами, вы всегда были рядом с нами.
Обращаясь к современности, хотел бы вспомнить, что совсем недавно, 24 июня отмечалось 25-летие Сочинского соглашения 1992 г., когда был прекращён кровопролитный конфликт и развернута миротворческая операция, в том числе с участием российских миротворцев, что позволило в итоге обеспечить длительный период мирной жизни.
После агрессии в августе 2008 г., которую тогдашний президент Грузии М.Н.Саакашвили развязал против собственного же народа, произошли события, результатом которых стало образование государства Республики Южная Осетия, её признание Российской Федерацией. С тех пор мы поступательно наращиваем наше взаимодействие, выстраиваем надежную и прочную договорно-правовую базу, развиваем гуманитарные, культурные связи, экономические и инвестиционные проекты, которые успешно реализуются. Помимо этого мы сотрудничаем на многих международных площадках.
Очень рад Вас видеть.
Добро пожаловать!
?
Южная Осетия и «Газпром» подпишут соглашение о газификации республики
Разработанная «Газпромом» генеральная схема газификации Республики Южная Осетия предполагает газификацию порядка 200 населенных пунктов, строительство более 520 км межпоселковых и 370 км внутрипоселковых газопроводов.
В Москве состоялась рабочая встреча председателя правления ПАО «Газпром» Алексея Миллера и президента Республики Южная Осетия Анатолия Бибилова.
Отмечено, что «Газпром» полностью выполняет обязательства по обеспечению потребителей Южной Осетии необходимыми объемами газа.
Стороны обсудили ход и перспективы развития сотрудничества в газовой сфере.
В апреле 2010 года «Газпром» и правительство Южной Осетии подписали соглашение о сотрудничестве сроком до 2029 года.
В августе 2009 года в целях обеспечения прямого газоснабжения Южной Осетии с территории Российской Федерации «Газпром» ввел в эксплуатацию магистральный газопровод «Дзуарикау — Цхинвал». Для потребителей, не имеющих возможности получать сетевой природный газ, компания осуществляет поставки сжиженных углеводородных газов.
В соответствии с Указом Президента Российской Федерации шесть сотрудников МЧС России удостоены государственных наград Российской Федерации.
За героизм, высокий профессионализм, самоотверженные действия, проявленные при ликвидации последствий землетрясения в Японии в марте 2011 года и поиске самолета Ил-76 в тайге, потерпевшего крушение в июле 2016 года при тушении лесных пожаров в Сибири, начальник Хабаровского авиационно-спасательного центра МЧС России Виталий Александрович Плотников награжден орденом Мужества.
Медалью «За отвагу» награждены сотрудники специальной пожарно-спасательной части №3 г. Казани – пожарные Кирил Владимирович Мигачев, Артур Маратович Хузин и водитель пожарной машины Владимир Александрович Совенков. Они самоотверженно ликвидировали пожар на территории Казанского государственного порохового завода в марте 2017 года. На момент прибытия подразделения происходило открытое горение здания, находящейся в нем продукции и кровли на площади 60-70 квадратных метров, рядом со зданием находился объятый пламенем грузовой автомобиль. Благодаря оперативным и грамотным действиям пожарных удалось не допустить дальнейшего распространения огня и ликвидировать пожар.
Два сотрудника 5-й пожарно-спасательной части г. Кирова награждены медалью «За отвагу» посмертно. Это – командир отделения Алексей Сергеевич Шабалин и пожарный Алексей Анатольевич Широбоков. Они с честью выполнили свой служебный долг во время тушения пожара в августе 2016 года в частном жилом доме в деревне Малая Субботиха Кировской области. К моменту прибытия пожарного расчёта огнем были охвачены хозяйственные постройки, веранда и крыша дома. Во время разведки пожарные обнаружили в охваченном огнем помещении два газовых баллона, один из которых был подключен к плите. Огнеборцы эвакуировали баллоны из горящего помещения на безопасное расстояние. Благодаря их героическим действиям взрывов удалось избежать. Однако при выполнении последующих задач по тушению пожара они получили травмы, несовместимые с жизнью.
Десять сотрудников Государственного центрального аэромобильного спасательного отряда МЧС России «Центроспас» за мужество, отвагу и самоотверженность, проявленные при проведении гуманитарной операции в Сирийской Арабской Республике в декабре 2016 года Распоряжением Президента Российской Федерации поощрены:
Почетной грамотой Президента Российской Федерации:
Изварин Константин Эдуардович - главный специалист центра подготовки и повышения квалификации
Ковальчук Максим Михайлович - начальник поисково-спасательного подразделения службы автотранспортного обеспечения спасательных работ
Селкин Сергей Борисович - водитель автомобиля службы автотранспортного обеспечения спасательных работ
Сказалов Роман Германович - водитель автомобиля службы автотранспортного обеспечения спасательных работ
Скоробулатов Алексей Владимирович - заведующий отделом - врач анестезиолога-реаниматолога службы аэромобильного госпиталя и организации медицинской помощи при чрезвычайных ситуациях
Фёдоров Илья Глебович - начальник службы аэромобильных технологий поиска и спасения.
благодарность Президента Российской Федерации объявлена:
Иванову Виктору Николаевичу - заместителю начальника службы аэромобильного госпиталя и организации медицинской помощи при чрезвычайных ситуациях
Киреевой Зое Васильевне - повару службы административно-хозяйственного и социально-бытового обеспечения спасательных работ
Новиковой Наталье Владимировне - ведущему электронику службы аэромобильного госпиталя и организации медицинской помощи при чрезвычайных ситуациях
Фёдоровой Ирине Альбертовне - ведущему инженеру службы аэромобильного госпиталя и организации медицинской помощи при чрезвычайных ситуациях.
Специалисты отряда проводили гуманитарную операцию по оказанию медицинской помощи сирийскому народу, пострадавшему в результате вооруженного конфликта. Медики МЧС России работали и в госпитале, развернутом вблизи Алеппо, и в центрах временного размещения. Они оказали помощь более 1,5 тысячи человек, 70 процентов из них — женщины и дети.
Работавший в Сирии госпиталь «Центроспаса» входит в первую тройку глобального реестра чрезвычайных медицинских бригад, который создается Всемирной организации здравоохранения ООН для работы в зонах бедствий и катастроф. ?В составе аэромобильного госпиталя врачи – терапевты, хирурги, невропатологи, травматологи, кардиологи, неоднократно работавшие в зоне катастроф и стихийных бедствий в разных странах мира - в Шри-Ланке, Индонезии, Пакистане, Китае, Южной Осетии, Гаити и др.
Профессиональная работа специалистов МЧС России и своевременно оказанная помощь позволили спасти сотни человеческих жизней, избежать распространения инфекционных заболеваний, а также поднять общий уровень охраны здоровья в одном из наиболее пострадавших от действий террористов районов Сирии.
![Главное](/images/star.png)
Союзники России и геополитический фронтир в Евразии
Николай Силаев – кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности Московского государственного института международных отношений (Университета) Министерства иностранных дел Российской Федерации.
Андрей Сушенцов – кандидат политических наук, руководитель аналитического агентства «Внешняя политика», директор программ «Валдайского клуба», доцент МГИМО (У) МИД России.
Резюме В нарративах России о самой себе господствует мотив неполноты – по сравнению с Российской империей или СССР. Это вызывает у Москвы фантомные боли, связанные с исчезновением элементов геополитического статуса государств-предшественников.
С начала 2000-х гг. возрастает риск вовлечения Российской Федерации в военные конфликты низкой интенсивности. Нестабильность на многих участках протяженной границы России вынуждает Москву активно обозначать военное присутствие в поясе своих границ. Военные базы за рубежом размещены в регионах с высоким потенциалом конфликта – Южной Осетии и Абхазии, Молдавии, Армении, Киргизии и Таджикистане. Россия вовлечена в процессы внутри Афганистана, в Сирии и на Украине и не может позволить себе пустить ситуацию в этих странах на самотек. Возможное начало конфронтации на Корейском полуострове или в Иране, а также эскалация конфликта на Украине неизбежно приведет к ограниченному вовлечению России.
Российское руководство расширяет географию регионов, в которых защита национальных интересов требует военного присутствия. И не только в поясе российских границ, но и в регионах, косвенным образом относившихся к сфере военно-политической ответственности СССР. (Например, в 2013 г. Москва предложила разместить российских миротворцев на Голанских высотах – граница Сирии и Израиля. Идут переговоры о создании базы российских ВВС на Кипре, в непосредственной близости от базы ВМФ России в Тартусе на побережье Сирии.) Происходит ли этот процесс целенаправленно и осмысленно? Или российская мощь растет стихийно, без рационализации и долгосрочного планирования? Главная опасность заключается в риске преобладания идеологических приоритетов над рациональным расчетом и в итоге – в перенапряжении сил государства.
Геополитический фронтир в Евразии
В последние годы Россия обрела новый геополитический статус. Военная операция в Сирии позволила России стать ключевым участником постконфликтного урегулирования, продемонстрировав качественно новый военно-политический потенциал. Инициированный Москвой «астанинский формат» предполагает, что ключевой вопрос безопасности на Ближнем Востоке может быть разрешен без участия Запада. При этом Россия опирается на диалог с региональными державами – Турцией и Ираном, которые либо вовсе не получали права голоса от Запада, либо имели лишь ограниченное влияние.
Если в Мюнхенской речи Владимира Путина 2007 г. основной проблемой называлось расширение НАТО и приближение военной инфраструктуры альянса к российским границам, десять лет спустя перспектива экспансии альянса на постсоветском пространстве практически снята с повестки дня. Ни Грузия, ни Украина не могут вступить в Североатлантический блок, не создав для него серьезные стратегические риски.
Если отношения России и Запада в последние десятилетия представить в категории фронтира как подвижной и широкой пограничной линии, то за десятилетие он сдвинулся дальше от российских границ. Острые фазы кризисов на Кавказе (2008 г.) и на Украине (2014–2015 гг.) обозначили невозможность решения вопросов безопасности на постсоветском пространстве без решающего слова Москвы. Сирийская операция российских ВКС перенесла спор России и Запада по поводу международного статуса России на Ближний Восток. Далеко от определенности положение фронтира на противоположном краю евразийского континента: сближение России с КНР и российско-японские контакты последних лет указывают на то, что Москва будет играть новую роль в формировании баланса сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе.
России удалось перенести фронт противостояния с Западом дальше от своих границ. Теперь он пролегает на Ближнем Востоке, на Балканах, во внутренней политике США и стран ЕС. У многих постсоветских проблем безопасности пропало геополитическое измерение – они больше не обременены в прежней степени российско-западным противостоянием. Для многих постсоветских стран это шанс отложить беспокойство о собственной безопасности и определиться с приоритетами развития без спешки и внешнего давления.
Однако, заглядывая в будущее, можно представить себе ситуацию, в которой давление Запада на интересы России в Восточной Европе возобновится и даже усугубится, а требования Москвы о создании системы коллективной безопасности в Европе будут проигнорированы. В этом случае Москва будет вынуждена вернуть реализм в американские оценки проверенными способами – перенеся геополитический фронтир в Западное полушарие, подальше от «своих ворот». Создание военной базы в Венесуэле или на Кубе, участие в политической жизни Панамы или Мексики, поощрение формирования антиамериканских коалиций в Латинской Америке – несомненно, вынужденный, но на горизонте 2040–2050-х гг. единственно эффективный путь снижения американского давления на Россию в Европе.
Возросшие ресурсы и новое положение России ставит перед ней два взаимосвязанных вопроса. Первый: каков предел влияния на мировую политику, который можно счесть оптимальным с точки зрения интересов России и ее возможностей; какова разумная мера ее вовлеченности в международные дела? Второй: какой должна быть система союзов, посредством которой будет обеспечено и зафиксировано возросшее влияние России в мире? Оговорим, что мы будем обсуждать лишь военно-политические союзы, не вторгаясь в огромную и по многим меркам особую область экономической интеграции.
Трансформация союзничества
Так же, как в прошлое уходят прежние формы организации политики и хозяйственной жизни, ставшие приметой XX века, меняются и структуры международной политики. Крупные и устойчивые, «постоянные» структуры – политические партии, профсоюзы, призывные армии – сменяются калейдоскопом альянсов, заключаемых ad hoc. Влиятельные политические движения могут возникать за считанные дни вокруг конкретного вопроса и рассыпаются, исчерпав повестку дня, причем оказываются популярнее и успешнее старых политических партий или общественных организаций с их традиционной бюрократической структурой. Военная область профессионализируется параллельно с техническим усложнением, массовые призывные армии, исторически обусловившие расширение гражданства и создание современных наций, уходят в прошлое. Война, как в Средние века и раннее Новое время, становится делом элит, а не народов. Распространение частных военных кампаний – в сущности, современных кондотьеров – размывает саму основу современной демократии и современного суверенитета, исключающих приватизацию насилия. Государственная бюрократия, с одной стороны, благодаря наследию либерального дерегулирования Рейгана и Тэтчер, утрачивает рычаги контроля над обществом, а с другой – все сильнее прорастает вглубь этого общества через механизмы партнерства с корпорациями и неправительственными организациями. Стирается грань между гражданским обществом и государством. Корпорация, центральная организация современного капитализма, меняет свою природу. На место бюрократических иерархических структур приходят сетевые, юридическая структура компаний фрагментируется и усложняется. На рынке труда коллективные долгосрочные договоры уступают системам гибкого найма, делающим положение наемного работника все более неустойчивым. Понимание управления как набора повторяющихся процедур сменяется его трактовкой как серии проектов, для каждого из которых привлекается уникальная совокупность людей, решений, ресурсов.
«Проектность» как ключевая характеристика современного мира (Люк Болтански, Эв Кьяпелло) проявляет себя и в области международных отношений. Давно отмечается растущая популярность коалиций, создаваемых «по случаю», для решения строго ограниченной задачи. Подобно тому как гибкий найм позволяет компаниям избегать излишних обязательств перед профсоюзами или долгосрочных контрактов с работниками, такие коалиции дают наиболее могущественным государствам возможность избегать предоставления своим партнерам устойчивых гарантий. Бюрократические аппараты «традиционных» блоков, необходимость многоступенчатых и длительных согласований в рамках таких альянсов воспринимаются как препятствие к эффективному действию. Антииракская коалиция Соединенных Штатов в 2003 г., созданная ими коалиция против запрещенного в России ИГИЛ организовывались вне американской системы военных союзов. Дональд Рамсфельд с его знаменитым афоризмом «Миссия определяет коалицию» обозначил торжество проектной логики в деле войны и дипломатии.
Этот сдвиг ведет к самым разнообразным последствиям. Во-первых, понимание союза как проекта делает обязательства по нему менее надежными. Наглядным примером тому стали отношения трех прибалтийских государств с союзниками по НАТО в 2014–2016 годах. Размещение батальонов НАТО в Эстонии, Латвии и Литве, публично поданное как «защита от российской угрозы», сделало явным то обстоятельство, что сами по себе гарантии безопасности, предоставленные членам альянса, недостаточны. В критический, по мнению Таллина, Риги и Вильнюса, момент потребовалось подкрепить эти гарантии переброской войск.
Во-вторых, трансформация союзничества усиливает неравенство в международной системе. Крупные страны, обладающие большим военно-политическим потенциалом, начинают тяготиться союзничеством. Они могут брать на себя меньше формальных и неформальных обязательств, чем раньше, а сами обязательства зачастую ограничены сравнительно кратким периодом времени. Малые и относительно слабые страны лишаются гарантий, на которые могли рассчитывать ранее. Это толкает их к двум основным вариантам действий. Либо лавировать между крупнейшими центрами силы, рискуя сделать свое положение еще более неустойчивым. Либо добиваться дополнительных гарантий со стороны международных покровителей, представляя ради этого свое положение более «угрожаемым», чем на самом деле. Именно последний вариант избрали Эстония, Латвия и Литва, сделав решающий вклад в секьюритизацию балтийской повестки дня в последние годы.
В-третьих, стирается юридическая определенность союзов. Есть ли потребность обеспечивать сложным правовым фундаментом проект, который будет рассчитан на год-два, а лишних обязательств никто на себя брать не хочет? Если нет определенной правовой рамки, то только ли государства могут быть субъектами союза? В проект могут быть вовлечены и негосударственные политические и (или) военные организации, отдельные фракции элит внутри той или иной страны, наиболее влиятельные медиа, идеологические группы, религиозные лидеры. Необходимые участникам гарантии возможны через серию частных сделок, например, инвестиционных или кредитных. Наиболее явно этот феномен проявляется в отношениях между США и монархиями Персидского залива.
В-четвертых, возникает противоречие между проектным, то есть по определению непостоянным, характером коалиций и необходимостью поддерживать долговременную инфраструктуру международного сотрудничества. Так, транспортные маршруты, в том числе трубопроводные, существуют на протяжении десятилетий, организуя и связывая хозяйственную деятельность на всем пути их прохождения. Вопреки либеральному предсказанию, что нарастание плотности экономических связей сделает международную политику более предсказуемой и менее конфликтной, экономические расчеты все чаще приносятся в жертву политическим или идеологическим соображениям. Это, однако, не отменяет необходимости поддерживать инфраструктуру глобальных экономических связей. Помимо хозяйственной инфраструктуры сотрудничества имеется еще и военная, и здесь противоречие между растущим непостоянством союзов и долгим временем жизни этой инфраструктуры также дает о себе знать. Военная база за рубежом может быть источником силы, но может оказаться и фактором уязвимости, как это случилось, к примеру, с российскими военными базами на территории Грузии в 2004–2006 гг., когда военнослужащие и персонал эпизодически становились объектами провокаций со стороны Тбилиси.
Россия и ее союзники
Сеть альянсов, в которую включена Россия, уместно рассматривать не в сравнении с наиболее известными военно-политическими блоками, а с точки зрения ее адекватности глобальным трендам трансформации самого института международного военно-политического союзничества. В такой перспективе ряд свойств этой сети, в сравнении с традиционным союзом считающиеся слабыми ее сторонами, могут быть, напротив, источником силы.
Прежде всего мы полагаем, что следует говорить именно о «сети союзов» как о наборе многосторонних и двусторонних связей и обязательств, оформленных в разной форме и предполагающих различные сроки действия. В этой сети в некоторых случаях могут переплетаться военно-политические и экономические интеграционные связи. Многосторонние связи дополняются конкретизирующими и уточняющими их двусторонними.
У России немного военных союзников. Юридически обязывающие соглашения, при которых нападение на одну сторону приравнивается к нападению на другую, имеются только с Абхазией и Южной Осетией. Иные договоренности, в том числе со странами, считающимися наиболее близкими союзниками Москвы, не содержат подобных механизмов. Обязательства в рамках ОДКБ заметно мягче аналогичных обязательств в рамках НАТО. Это хорошо видно при сопоставлении формулировок двух документов о взаимных гарантиях безопасности.
Статья 5 Североатлантического договора от 4 апреля 1949 г.: «Договаривающиеся стороны соглашаются с тем, что вооруженное нападение на одну или нескольких из них в Европе или Северной Америке будет рассматриваться как нападение на них в целом».
Статья 2 «Договора о коллективной безопасности» от 15 мая 1992 г.: «В случае возникновения угрозы безопасности, стабильности, территориальной целостности и суверенитету одного или нескольких государств–участников либо угрозы международному миру и безопасности государства–участники незамедлительно приводят в действие механизм совместных консультаций с целью координации своих позиций, вырабатывают и принимают меры по оказанию помощи таким государствам–участникам в целях устранения возникшей угрозы».
Указанная разность гарантий безопасности объясняется тем, что главное свойство ОДКБ – это асимметрия. По военно-политическому потенциалу Россия многократно превосходит партнеров. А наиболее вероятные угрозы у ее партнеров не совпадают или совпадают частично. Трудно представить, перед каким общим вызовом окажутся, например, Армения и Таджикистан. Эти страны едва ли будут готовы оказывать практическую помощь друг другу, если одна из них будет вовлечена в вооруженный конфликт. В то же время все участники ОДКБ заинтересованы в поддержании общей военной инфраструктуры (например, системы ПВО), военно-техническом сотрудничестве, обмене информацией, профессиональной подготовке офицеров. По сути, ОДКБ предоставляет институциональную базу для такого сотрудничества, дополненную набором гарантий, которые Россия дает в рамках двусторонних договоренностей. В результате у России имеются военно-политические партнеры в регионах, где ей необходимо обеспечивать безопасность, но сами партнеры разделяют с ней ответственность только за свой регион. При этом в региональную систему безопасности могут входить страны, не связанные друг с другом союзническими и даже дипломатическими отношениями. Российская военная база в Армении, входящая в совместную российско-армянскую военную группировку, взаимодействует с российскими базами в Абхазии и Южной Осетии.
Российская операция в Сирии демонстрирует многообразие и трансформацию союзничества. С 1971 г. в Тартусе действует пункт материально-технического обслуживания кораблей ВМФ. Соглашение о размещении в Сирии российской авиагруппы (26 августа 2015 г.) содержит ссылки на советско-сирийский договор о дружбе и сотрудничестве от 8 октября 1980 г. и соглашение о военном сотрудничестве от 7 июля 1994 года. В то же время авиабаза в Латакии была развернута в краткие сроки, а заявление президента России в марте 2016 г. о выводе основной части российской группировки из Сирии указало на готовность при необходимости быстро сократить военное присутствие. Стороны не имеют юридических обязательств, предписывающих им вступать в войну в случае агрессии третьей стороны в отношении союзника. Но в их распоряжении большой набор инструментов сотрудничества – от координации дипломатических выступлений и поставок военного имущества до совместного ведения боевых действий. Российско-сирийский союз – если здесь уместно говорить о союзе – содержит и постоянные, и краткосрочные элементы и легко трансформируется в зависимости от политической задачи.
Об отношениях России с Ираном в военной области трудно судить по открытым источникам. Отметим, однако, что стороны тесно взаимодействуют в Сирии, Россия использовала воздушное пространство Ирана и (вероятно) его территорию для ударов по террористам в Сирии. При этом Москва и Тегеран юридически связаны лишь межправительственным соглашением о военном сотрудничестве. Заявление российских представителей о том, что Иран предоставил свою территорию для действий российской авиации против террористов в Сирии, вызвало резкую реакцию Тегерана. Назвать отношения сторон союзническими сложно.
Элементы новой геополитической реальности возникают на Балканах. Под предлогом надуманных обвинений России в попытке организации переворота власти Черногории ускорили движение в сторону НАТО. Делается это, вероятно, для того, чтобы четче провести различие с соседней Сербией, которая активно развивает военно-техническое сотрудничество с Москвой – закупает вооружение, участвует в военных учениях и синхронизирует военное планирование. Не исключено, что в обозримой перспективе Россия предоставит Белграду неформальные гарантии безопасности и де-факто сделает Сербию участником системы коллективной безопасности ОДКБ. Уже сейчас сербские эксперты говорят, что благодаря новому уровню связей с Россией агрессия НАТО против Югославии сегодня была бы невозможна.
Вероятно, новый статус-кво поддерживает надежды тех в Белграде, кто хотел бы пересмотреть результаты распада Югославии. На рубеже 2016–2017 гг. Белград сделал несколько значимых шагов, обозначая свой интерес в безопасности сербских анклавов в Косово и Боснии и Герцеговине. Несложно представить ситуацию, в которой снежный ком событий на Балканах – сербы вне Сербии начинают притесняться, и Белград вынужден за них заступиться – побудят Сербию воспользоваться неформальными гарантиями безопасности со стороны России и втянуть ее в нежелательный кризис. Новая война на Балканах вызывает слишком очевидные параллели, чтобы относиться к этому сценарию легкомысленно.
Россия поддерживает тесное, вплоть до совместных учений, военное сотрудничество с Китаем и Индией. Но речь здесь не идет о военном союзе. Уместнее говорить о «достройке» политических связей, маркетинге продукции российского ВПК и создании прозрачной и предсказуемой военно-политической среды в отношениях с партнерами. Одновременно Россия и Китай создают многополярный порядок как сеть «долговременных межгосударственных отношений нового типа, не направленных против третьих стран» и основанных на принципах равенства, невмешательства, уважения взаимных интересов. Москва и Пекин подкрепляют сотрудничество взаимными мерами доверия в военной сфере и предоставлением гарантий безопасности буферным государствам Центральной Азии. В совокупности это привело к тому, что Россию и Китай не разделяет геополитический фронтир, как это происходит в Восточной Европе между Россией и НАТО. А то обстоятельство, что Москва и Пекин одновременно сталкиваются с США на Украине и в Южно-Китайском море, только укрепляет их партнерство.
Размывание правовых основ устойчивых союзнических связей делает более актуальным обращение к культурному и историческому наследию в попытках отыскать и обосновать идеологическую общность. Советское наследие до сих пор привлекает к России левых лидеров Латинской Америки, рассчитывающих использовать в своих интересах стремление Москвы к самостоятельности в международных делах. Иную (прямо противоположную) сторону российского наследия пытаются эксплуатировать политики некоторых балканских стран, напоминающие о православии, имперском прошлом и историческом соперничестве с Османской империей и Западной Европой по поводу судьбы Балкан.
Наконец, у России имеются и «негосударственные союзники», отношения с которыми в настоящий момент не могут иметь правовых рамок. Донецкая и Луганская народные республики, которым оказывается широкая политическая и иная поддержка, Приднестровье, получающее разнообразную помощь от Москвы и проводящее совместные учения с российскими миротворцами, размещенными в регионе. Вероятно, в этой перспективе стоит сейчас рассматривать и контакты российских официальных лиц с лидерами различных политических и военных сил в Ливии.
Островная геополитика
Сравнение современной России и Советского Союза как международных игроков – отдельная и неисчерпаемая тема. Наметим здесь лишь несколько пунктов, важных для нашего вопроса.
Во-первых, у России нет стольких союзников, сколько было у Советского Союза; немногие имеющиеся не связаны с ней настолько тесными и жесткими обязательствами, какие объединяли Варшавский блок или ныне НАТО. У России нет и такого числа стран-сателлитов, какое было у СССР. Имеются несколько небольших государств, признанных и непризнанных, которым Россия оказывает помощь. Но это несравнимо с советским багажом.
Во-вторых, у России куда более сбалансированный курс в отношении региональных противоречий. Например, если ближневосточная политика советского Кремля строилась на основе масштабной помощи идеологически дружественным режимам при отсутствии дипломатических отношений с режимами идеологически враждебными (Израиль, Саудовская Аравия), то Кремль нынешний, затрачивая относительно небольшие ресурсы для помощи традиционному союзнику – Сирии, поддерживает активный диалог и с Израилем, и с арабскими монархиями Персидского залива: со всеми державами, оказывающими влияние на регион. На Дальнем Востоке Советский Союз находился в положении осажденной крепости: холодная война с США, отсутствие мирного договора с Японией, отсутствие дипломатических отношений с Южной Кореей и многолетний разрыв с Китаем. Сейчас Москва за счет доверительных отношений с Пекином и активного политического диалога с Токио претендует на роль одной из держав, обеспечивающих региональный баланс.
В-третьих, современный Кремль равнодушен к вопросам идеологии. Консервативный крен, который наметился в риторике Москвы в последние годы, имеет охранительный, в прямом смысле слова реакционный характер: он призван создать еще один заслон перед «прогрессистскими» попытками подрыва национального суверенитета и вмешательства во внутренние дела, а не предложить новую глобальную повестку. Попытки внести в курс Москвы более широкое идеологическое содержание предпринимаются (например, Русской православной церковью), но на внешнеполитическую практику почти не влияют. Впечатляющая гибкость государственной пропаганды – в течение полугода американский президент побывал символом врага, символом надежды, став, наконец, одним из многих политических деятелей зарубежных стран – хорошо иллюстрирует это равнодушие.
Если Советский Союз был континентальной империей, осмыслявшей себя в перспективе глобальной исторической миссии, то современная Россия – почти гомогенное по составу населения государство, управляемое прагматичным на грани цинизма политическим классом, лишенное идейных грез, которое не собирается звать мир к светлому будущему, но и свое в этом мире не намерено упустить. Парадоксальным образом государство, во многих отношениях более слабое, чем Советский Союз (меньше территория, население, армия, доля в мировом ВВП), сумело обрести и удерживает роль одного из мировых лидеров, успешно оспорившего гегемонию Запада во многих областях.
Причина в изменении самого характера российской геополитики: Россия успешно осваивает исторически новую для себя геополитическую нишу, которую описал еще в начале 1990-х гг. Вадим Цымбурский в статье «Остров Россия». Она отказалась от попыток заменить собой Европу (и себя – Европой), к чему ее на протяжении трехсот лет призывали политики и мыслители как консервативного (Тютчев), так и реформаторского (Петр I) толка. Она не пытается «отвердить», включив в свой состав или в свою жесткую сферу влияния, лимитрофные территории, отделяющие ее от иных цивилизационных платформ на Западе и на Юге; склонна принять как данность их идентификационную текучесть. Она с большой осторожностью смотрит на долговременную политическую и военную вовлеченность за пределами своих границ и допускает только точечное присутствие в наиболее важных для нее регионах.
Она по-прежнему не всегда и не везде имеет ясно очерченные «естественные» границы. Конечно, наиболее сложно их обозначить на западе, в полосе от Черного до Балтийского морей, где отсутствует четкая языковая и культурная граница. Но и на юге российский Северный Кавказ перетекает на южный склон хребта в Абхазии и Южной Осетии, а по другую сторону Каспия Россия очень плавно переходит в Казахстан. В то же время Россия довольно консервативна в попытках пересмотра границ государственных. Рассуждения о «российском экспансионизме» затемняют тот факт, что на протяжении четверти века после распада Советского Союза в стране так и не возникло массового и влиятельного политического движения за возвращение территорий бывших советских республик. Вернув себе Крым, Россия приняла противоположную позицию в отношении отколовшегося от Украины Донбасса и не пошла на масштабную перекройку территории соседней страны. У некоторых это вызвало разочарование, но политическим фактором оно не стало.
Российские союзы призваны решить несколько задач. Прежде всего обеспечить безопасность «острова»: Россия не допустит военного вторжения на свои земли. Превращение той или иной лимитрофной территории в плацдарм для возможного вторжения неприемлемо и будет предотвращаться всеми доступными средствами. Собственно, именно такова логика противодействия расширению НАТО на постсоветском пространстве. Так может быть истолковано и различие в подходах к странам Прибалтики, с одной стороны, и Грузии и Украине – с другой. Эстония, Латвия и Литва в силу своего географического положения не могут выступать в качестве плацдарма, Грузия и Украина – могут.
Также российская система союзов должна обеспечить присутствие России как влиятельной силы в важных для нее регионах мира. При этом ни в одном регионе не должна возникнуть коалиция, способная подорвать влияние Москвы. Оказывая помощь союзникам, Россия стремится не допустить возникновения подобных коалиций и в то же время избежать манипулирования со стороны союзников. Акцент на многосторонности в сирийской политике, резкие изменения в отношениях с Турцией отражают такой подход. Не всегда и не все враги Башара Асада – это враги России, российская военная сила в конечном счете служит укреплению влияния Москвы, а не Дамаска.
Уместны примеры из других регионов. Отношения с Арменией важны с точки зрения поддержания и укрепления влияния в Закавказье. Россия оказывает и будет оказывать Еревану военную помощь и содействовать экономическому развитию Армении посредством механизмов ЕАЭС. Однако будет избегать положения, когда (к примеру) в коалиции против нее окажется Азербайджан с одним или несколькими соседними государствами.
Нередко эта линия приводит к тому, что Россия говорит «через голову» своих союзников напрямую с провайдерами безопасности в противостоящем лагере – Турцией, Соединенными Штатами, странами Западной Европы. Это одинаково раздражает находящихся на линии фронтира союзников России (Белоруссию, Армению) и США (Польшу и страны Прибалтики).
Особое место занимает Белоруссия. Отношения с ней для России исключительно важны в контексте противодействия расширению НАТО. Белоруссия препятствовала созданию сплошной полосы враждебно настроенных к России государств между Балтийским и Черным морем. Но говорить об этом государстве как о сателлите России или сфере ее влияния затруднительно. Минск стал одной из многочисленных постсоветских столиц, которые сделали противостояние между Россией и Западом на постсоветском пространстве источником силы и средством извлечения политических и иных преимуществ. Отличие в том, что если другие, как, например, Тбилиси, пытались извлекать преимущества «со стороны Запада», то Минск это делал «со стороны России». Трудность для российско-белорусского союза заключается в том, что расширение НАТО остановлено, а регион, включающий в себя Калининградскую область, Белоруссию, страны Прибалтики и Польшу, Москва не рассматривает как наиболее угрожаемый, о чем свидетельствует военное строительство последних лет. При сравнительном снижении ценности союза его привычные механизмы начинают давать сбои. Гипотетическая договоренность России, США и ключевых стран ЕС о новой системе европейской безопасности может стать для политической модели Белоруссии еще более серьезным вызовом, чем текущие экономические трудности.
* * *
Источник рисков для российской внешней политики и системы союзов заключается в том, что отечественная политическая элита, которая в значительной части состоит из людей, сформировавшихся еще в Советском Союзе, не в полной мере осознала геополитический сдвиг, который пережила страна за последнюю четверть века. «Остров Россия» оказался не столько проектом, сколько предсказанием, между тем в нарративах России о самой себе господствует мотив неполноты – по сравнению с Российской империей или СССР. Это вызывает у Москвы фантомные боли, связанные с исчезновением элементов геополитического статуса государств-предшественников.
Перечислим несколько суждений, которые связаны с фантомными болями и, на наш взгляд, должны быть подвергнуты сомнению.
«У России мало союзников, ей необходимо укреплять имеющиеся союзы и создавать новые, включая в них жесткие юридические обязательства». Возможно, наоборот: нынешнее состояние «блестящей изоляции» и помогает России преследовать свои внешнеполитические цели со свободными руками.
«Россия должна создать идейную альтернативу Западу (исламскому радикализму)». Возможно, именно отсутствие определенного идеологического выбора, состоявшийся отказ от мессианства и позволяют России поддерживать высокий геополитический статус, затрачивая на это меньше ресурсов, чем Советский Союз.
«Россия должна всемерно укреплять свои позиции в традиционных сферах влияния – на постсоветском пространстве, на Балканах». Возможно, России нужно стабилизировать лимитрофные территории лишь в той мере, в которой это необходимо для обеспечения безопасности ее территории, и не допускать, чтобы союзники вовлекали ее в ненужные для нее конфликты.
Данный материал вышел в серии записок Валдайского клуба, публикуемых в рамках научной деятельности МДК «Валдай». С другими записками можно ознакомиться по адресу http://valdaiclub.com/publications/valdai-papers/
![Главное](/images/star.png)
Портрет сирийской войны
Д.В. Тренин – директор Московского центра Карнеги.
Резюме Война в Сирии – не локальный конфликт. От ее исхода зависит не только будущее самой Сирии, но и расклад сил на Ближнем и Среднем Востоке, перспектива борьбы с международным терроризмом и в известной степени формирующийся мировой порядок.
Сирийский рубеж. Авторский коллектив: М.С. Барабанов, А.Д. Васильев, С.А. Денисенцев, А.В. Лавров, Н.А. Ломов, Ю.Ю. Лямин, А.В. Никольский, Р.Н. Пухов, М.Ю. Шеповаленко (редактор). С предисловием С.К. Шойгу и послесловием С.В. Лаврова. М.: Центр анализа стратегий и технологий, 2016. – 184 с.
Конфликт в Сирии начинался в 2011 г. как восстание против режима Башара Асада, вскоре переросшее в гражданскую войну, но со временем он превратился в многостороннее, многоуровневое противоборство. Война в Сирии – не локальный конфликт. От ее исхода зависит не только будущее самой Сирии, но и расклад сил на Ближнем и Среднем Востоке, перспектива борьбы с международным терроризмом и в известной степени формирующийся мировой порядок. Понимание причин войны в Сирии, интересов, целей и стратегий ее основных участников, логики военных действий и дипломатических ходов крайне важно для определения вектора развития системы международных отношений в регионе и в мире в целом.
Непосредственное участие России в войне в Сирии – важнейшее событие в новейшей истории российской внешней политики. Никогда прежде Вооруженные силы России не участвовали напрямую в военных действиях на территории арабских стран. Действительно, в 1950-е – 1980-е гг. Советский Союз оказывал военную помощь и военно-техническую поддержку ряду арабских государств. Отдельные советские военнослужащие – советники, специалисты, расчеты систем ПВО – принимали участие в боевых действиях в ходе арабо-израильских войн. Сами эти войны в условиях холодной войны создавали угрозу столкновения между СССР и США. Тем не менее до сих пор вовлеченность нашей страны в конфликты на Ближнем Востоке была опосредованной. В 2015 г. ситуация изменилась.
Россия начала превентивную войну против террористов запрещенной в РФ организации «Исламское государство», но по логике вещей одновременно стала участником гражданской войны в Сирии и геополитического противоборства на Ближнем Востоке между соперничающими региональными державами. Вступление России в сирийскую войну произошло на фоне начавшейся в 2014 г. острой конфронтации Москвы и Вашингтона. На сирийской арене две державы соперничают не столько за влияние в стране и регионе, сколько за правила поведения государств и основы глобального порядка.
Любая война является жесткой проверкой вооруженных сил, но также политического целеполагания и лидерства, дипломатической стратегии, морального духа общества, возможностей финансовой системы, состояния военной промышленности, экономики в целом. Операция Воздушно-Космических Сил РФ в Сирии, проводимая параллельно с дипломатическими усилиями России на сирийском направлении, представляет собой тест на способность Москвы выступать на мировой сцене в качестве великой державы, способной решающим образом влиять на ход военно-политических событий. В этом, по существу, смысл участия России в войне в Сирии. Для России речь идет не только и не столько об «ИГ», Сирии и даже о Ближнем и Среднем Востоке, сколько о месте и роли в мире в XXI веке.
Осмысление этой войны и роли в ней России – тема коллективной монографии «Сирийский рубеж» Центра анализа стратегий и технологий. Центр АСТ уже несколько лет отслеживает и последовательно анализирует конфликты, в которых участвует Россия. В 2010 г. вышла работа, посвященная конфликту в Южной Осетии, в 2015 г. – событиям в Крыму и Донбассе. Фактически эти труды – самые авторитетные отечественные фактографии военных аспектов грузинского и украинского кризисов. Книга о продолжающейся войне в Сирии не только продолжает традицию, но и выводит исследование на новый уровень.
В отличие от предшественников «Сирийский рубеж» – гораздо более цельное исследование. Если предыдущие работы ЦАСТ представляли собой сборники авторских статей, объединенных общей темой, то нынешняя монография соединена сквозным нарративом. Роль редактора (М.Ю. Шеповаленко) очевидна. Важной особенностью работы стала попытка объяснить нынешнюю ситуацию в Сирии через призму новейшей истории страны. Хотя история современного сирийского государства излагается пунктирно, краткое изложение (А.В. Никольский) дает представление о сложности социальной, конфессиональной и этнической структуры сирийского общества, о проблемах, с которыми столкнулся в начале XXI века режим семьи Асадов, находящейся у власти в Дамаске с 1970 года.
Говоря о событиях последних лет, авторы (С.А. Денисенцев и А.Д. Васильев) делают упор на анализе интересов и политики основных внешних игроков – США, Саудовской Аравии, Турции, Катара, а также Франции и Великобритании. Международный контекст сирийского кризиса не только крайне важен: он приобрел решающее значение. Бросается в глаза, однако, отсутствие столь же подробного рассмотрения интересов, целей и политики Ирана, являющегося одним из важнейших участников сирийского кризиса с самого его начала, а также подходов союзника Тегерана – ливанской военно-политической организации «Хезболла». И Иран, и «Хезболла» многократно упоминаются в главе, посвященной ходу войны, но анализа стратегии иранского руководства и его союзника в книге нет. В итоге панорама внешних игроков сирийского кризиса оказывается неполной.
Одно из главных достоинств книги – обилие тщательно каталогизированного и проанализированного фактического материала. Это особенно касается описаний хода военных действий, состава сил противоборствующих сторон, применяемых ими вооружений и военной техники, а также тактики действий. Сердцевину монографии «Сирийский рубеж» составляет превосходный анализ действий Вооруженных Сил Российской Федерации в Сирии (сс. 105–130, авторы – Р.Н. Пухов, М.С. Барабанов). Именно эти вопросы традиционно находятся в центре внимания специалистов ЦАСТ. В то же время книгу существенно обогатил бы качественный анализ состояния сирийских правительственных сил, оценка уровня военного командования и военно-политического руководства Сирийской Арабской Республики.
Такой анализ важен и для оценки характера российско-сирийского коалиционного взаимодействия в ходе войны, в которой Москва и Дамаск выступают союзниками. Вообще вопросы союзнического взаимодействия (Россия–Сирия, Россия–Иран, Россия–Сирия–Иран–Ирак) заслуживают самого внимательного изучения – с учетом того, что в будущем Москве придется, по-видимому, решать задачи вместе с союзниками не только из числа стран ОДКБ, сохранивших в основном российскую военную культуру.
В книге совершенно справедливо выделена роль президента России Владимира Путина в определении политического курса в связи с сирийским кризисом. Автор раздела (М.Ю. Шеповаленко) подчеркивает волю, решительность и ответственность, проявленные главой Российского государства. Делается оптимистический вывод о том, что Россия выйдет из этой войны с минимальными потерями, но с большим политическим капиталом (с. 159). Было бы полезно, на наш взгляд, дать анализ уроков первого года российской военной операции в Сирии, разобрать успехи и неудачи, сформулировать выводы на будущее. Имело бы смысл предложить сценарии дальнейшего развития ситуации и – соответственно – перспектив участия в войне в Сирии и возможных конечных результатов. В отличие от книги, война продолжается.
Монография «Сирийский рубеж» является на сегодняшний день не только очень ценным, но по существу необходимым пособием для любого, кто хотел бы глубже разобраться в нынешней ситуации в Сирии и понять причины, цели, параметры и риски российского участия в идущей там войне. Предисловие министра обороны С.К. Шойгу и послесловие министра иностранных дел С.В. Лаврова делают книгу фактически официально одобренным текстом. Очередная монография ЦАСТ обозначает, таким образом, достижение нового рубежа в становлении Центра как ведущего независимого аналитического института, специализирующегося на исследовании военной и военно-политической тематики.
Как свидетельствует рецензируемая книга, в дальнейшем Центр анализа стратегий и технологий может ставить и решать более сложные задачи, связанные с объяснением социально-политических и международных процессов, ведущих к вооруженным конфликтам; глубоким анализом политических стратегий, предусматривающих или сопровождающих применение военной силы; анализом военных стратегий сторон и их тактики на поле боя. Особенно важным в этой связи становится объективное, т.е. критическое по духу рассмотрение современного отечественного опыта – с учетом того, что военная сила вновь прочно утвердилась в арсенале внешней политики Российской Федерации.
Специалисты Центра по проведению спасательных операций особого риска «Лидер» успешно завершили пиротехнические работы по поиску и обезвреживанию взрывоопасных предметов на территории Республики Южная Осетия.
С 12 апреля текущего года на территории этой закавказской республики силами пиротехнических и кинологических расчетов было обследовано более 30 гектаров. Спасатели обнаружили и обезвредили 105 взрывоопасных предметов.
Президент Республики Южная Осетия Анатолий Бибилов лично поблагодарил пиротехников Центра за проделанную работу и наградил их медалями и грамотами.
«Взаимодействие, которое налажено между спасателями Южной Осетии и России вышло на более профессиональный уровень благодаря вашему отношению к выполнению поставленных задач. Самое главное, чтобы домой вы возвращались здоровыми и невредимыми», — сказал Анатолий Бибилов на церемонии награждения.
Группировку в Южной Осетии возглавлял первый заместитель начальника Центра «Лидер» Анатолий Саввин. В составе группы - 30 специалистов, три единицы техники, в том числе два мобильных робототехнических комплекса которые управляются дистанционно, что позволило сделать более безопасной работу пиротехников.
Специалисты МЧС России успешно выполнили поставленную задачу, и сегодня возвращаются в пункт постоянной дислокации в Москву.
Центр по проведению спасательных операций особого риска «Лидер» МЧС России работает в Южной Осетии уже второй раз. В прошлом - 2016 году, отрядом было разминировано 50 гектаров земли и обезврежено 350 взрывоопасных предметов.
Разминирование проводится в соответствии с договоренностями Президентов Российской Федерации и Южной Осетии и планами совместной работы МЧС двух стран. Программа рассчитана на три года.
Новый посол России в Южной Осетии Марат Кулахметов вручил верительные грамоты президенту республики Анатолию Бибилову, сообщила в понедельник пресс-служба главы Южной Осетии.
В мае президент России Владимир Путин назначил Кулахметова Чрезвычайным и Полномочным послом РФ в Южной Осетии, освободив от этой должности Эльбруса Каргиева.
"Президент Анатолий Бибилов принял верительные грамоты Чрезвычайного и Полномочного посла Российской Федерации в Республике Южная Осетия Марата Кулахметова, подписанные президентом России Владимиром Путиным", — говорится в сообщении.
Как отметил Кулахметов на встрече с Бибиловым, на посту посла он будет содействовать становлению Южной Осетии как современного государства, обеспечению ее безопасности, а также развитию республики в социально-экономической сфере.
Кулахметов с 2011 года занимал должность советника министра иностранных дел РФ. В 2008 году он был командующим миротворческими силами в зоне грузино-югоосетинского конфликта.
Делегация Союза граждан и организаций по сохранению историко-культурного наследия «Международный Союз наследники Победы» и народный артист России Александр Михайлов посетили «Русский Дом» в Белграде.
Участники Международной конференции «Основные методы современной борьбы за мир без фашизма», которая прошла с 25-27 июня 2017 года в Национальном парке «Сутьска», Республика Сербская, Босния и Герцеговина подвели итоги работы конференции в «Русском Доме» в Белграде.
В мероприятии приняли участие: Директор «Русского Дома» в Белграде Надежда Кущенкова, Атташе по вопросам обороны Посольства Российской Федерации в Сербии, полковник Андрей Киндяков, народный артист России Александр Михайлов, председатель Исполнительного комитета Союза граждан и организаций по сохранению историко-культурного наследия «Международный Союз наследники Победы» Татьяна Любченко, Герой России, заслуженный летчик РФ Владимир Алимов, Народный художник РФ Салават Щербаков, представители клуба «Генералов и Адмиралов» Сербии, а также ветеранских движений из Республики Абхазия, Азербайджана, Латвии, Южной Осетии, Чеченской Республики и др.
Участники в своих выступлениях высказали необходимость общей работы, направленной на сохранение российского историко-мемориального наследия, а также наметили совместные планы на этом направлении.
Директор «Русского Дома» в Белграде Надежда Кущенкова в приветственном слове участникам и гостям конференции отметила, что «сохранение общей исторической памяти о борьбе с фашизмом во Второй мировой войне и противодействие попыткам фальсификации истории является нашей общей задачей».
Особым подарком для гостей вечера стал творческий вечер народного артиста России Александра Михайлова, который исполнил всеми известные песни военных лет и любимые композиции из своих кинофильмов.
27 июня в конференц-зале Юго-Осетинского государственного университета им.А.Тибилова состоялась презентация юбилейного десятого номера научно-методического и общественно-литературного журнала «Русское слово в Южной Осетии», который издается Ассоциацией преподавателей русского языка и литературы Южной Осетии (АПРЯЛ ЮО). Состоялось и подведение итогов республиканского творческого конкурса «Речевой кодекс вежливости».
На мероприятии присутствовали министр образования и науки, первый вице-президент АПРЯЛ ЮО Натали Гассиева, советник Посольства Российской Федерации в РЮО Сергей Манько, руководитель Представительства Россотрудничества в РЮО Михаил Степанов, научные сотрудники ЮОНИИ им. З.Ванеева, профессорско-преподавательский состав и студенты ЮОГУ, учителя-русисты и учащиеся городских и районных школ Республики.
Вступительным словом мероприятие открыла президент АПРЯЛ ЮО, профессор Залина Тедеева. Она передала слова приветствия всем присутствующим от имени ректора ЮОГУ Вадима Тедеева, который находится с рабочим визитом в г. Москве.
Залина Тедеева вспомнила светлое имя народного писателя, выдающего ученого, известного общественного деятеля Нафи Джусойты, отметив, что его уход из жизни - невосполнимая утрата для всего осетинского народа.
«Имя и творчество Нафи Григорьевича стали достоянием и гордостью осетинского народа.
Нафи Джусойты был почетным членом нашей Ассоциации, и мы счастливы, что в год его 90-летия один из номеров журнала «Русское слово в Южной Осетии» посвятили ему, нашему старшему другу. Этот номер останется в истории организации и осетинской публицистики как память о нем», - подчеркнула президент АПРЯЛ ЮО.
Она также отметила, что в культуре многих народов существует традиция создания именной энциклопедии об известных личностях, которые оставили след в истории. По словам З.Тедеевой, издание персональной энциклопедии определяет общественное, политическое, духовное и интеллектуальное состояние народа. «Убеждена, что именную энциклопедию о Нафи Григорьевиче мы должны создать, потому что Нафи определял уровень литературы на всем Северном Кавказе, и его творчество стало бесценным духовным богатством не только осетинского народа. Его творчество - гордость мировой литературы», - сказала она.
Далее присутствующие почтили минутой молчания светлую память Нафи Джусойты.
Первая часть мероприятия была посвящена подведению итогов республиканского творческого конкурса «Речевой кодекс вежливости». Как отметила З.Тедеева, основная задача конкурса состояла в том, чтобы привлечь внимание к правилам речевого поведения и к тому, что надо знать все формулы вежливости и использовать их в повседневной жизни. Она подчеркнула, что, к сожалению, приходится говорить о том, что мы наблюдаем вокруг себя недоброжелательное отношение к правилам речевого поведения, поэтому формирование коммуникативной культуры, воспитание вежливости должно стать важным направлением работы над устной связной речью на уроках русского языка и литературы.
«Культура речи предполагает именно воспитание вежливости, воспитание такого собеседника, который умеет правильно выбрать стратегию своего речевого поведения, и хорошо владеет формулами речевого этикета. Единицам речевого этикета свойственны функции, одна из которых - функция вежливости. Культура общения заключается в том, что говорящий умеет выбрать наиболее правильное для данной ситуации языковое средство и определить то поведение, которое он считает предпочтительным по отношению к своему собеседнику»,- сказала З. Тедеева.
Пренебрежение к нормам речи приводит к смешным ситуациям, о которых рассказал Борис Заходер в стихотворении «Очень вежливый индюк» - его прочитала студентка V курса факультета русской филологии, выпускница, отличница учебы Элина Ганоева.
Далее состоялась торжественная церемония награждения. Это почетное право было предоставлено министру образования и науки Натали Гассиевой и руководителю Российского центра науки и культуры Михаилу Степанову.
Первое место в конкурсе «Речевой кодекс вежливости» заняла учащаяся среднеобразовательной школы №5 Алина Ельфимова, почетное второе место разделили учащийся гимназии «Рухс» Георгий Джигкаев и студент II курса факультета юриспруденции Константин Пухаев. Третье место присудили студентке II курса факультета русской филологии Анне Кодалаевой и учащемуся школы №3 Георгию Парастаеву.
Натали Гассиева выделила работу самого юного участника конкурса, ученика 5 класса школы № 6 Сармата Газзаева. Победители и участники конкурса были награждены грамотами и получили ценные подарки.
В своем выступлении Михаил Степанов акцентировал внимание присутствующих на международном конкурсе «Почитаем Пушкина!», к которому в этом году подключилась и Южная Осетия. «Конкурс организован Россотрудничеством в более чем 100 странах мира, что подчеркивает его значимость. Специфика этого конкурса была в том, что произведения Пушкина читали не школьники, а люди постарше, свои выступления они смогли увидеть в социальных сетях», - рассказал М. Степанов.
Далее он зачитал приветственный адрес руководителя Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству Любови Глебовой участникам конкурса. Лауреаты конкурса, учитель-русист школы №5 Алла Мулдарова, педагог Зарской средней школы Марина Хубаева и студентка ЮОГУ Карина Кокоева также были награждены грамотами и ценными подарками.
Одним из традиционных мероприятий кафедры русского языка ЮОГУ является празднование Дня славянской письменности и культуры. В этом году праздник, который получился очень интересным и насыщенным, подготовила старший преподаватель кафедры Марина Адуашвили. Все студенты - участники праздника были награждены грамотами от имени ректора ЮОГУ Вадима Тедеева. Грамотами были награждены и студенты, выступившие с докладами на итоговой 69-ой научно-студенческой конференции.
Последняя часть мероприятия была посвящена презентации десятого номера журнала «Русское слово в Южной Осетии». Залина Тедеева отметила, что все статьи, размещенные в юбилейном номере, - интересные, содержательные и разнообразные по тематике.
«Мы довольны тем, что предлагаем вниманию читателей журнала лекцию Вячеслава Никонова «Лидерство по-русски. Пушкин», первую часть работы лауреата Государственной премии им. К. Хетагурова Ирины Бигулаевой «История издания сборника стихотворений Коста Хетагурова «Ирон фæндыр» («Осетинская лира»)». Впервые в Осетии в нашем журнале опубликован рассказ «Азау и Таймураз» Сека Гадиева (в переводе на русский Цомахъа). Не менее важны материалы о работе нашего сообщества русистов Республики, об участии учителей в различных международных форумах за пределами Южной Осетии.
Мы рассказываем в журнале о работе Школы молодого учителя, созданной при Ассоциации. Руководителем школы является народный учитель Южной Осетии Алла Пухаева. Также мы поместили в десятом номере работы победителей предыдущего конкурса «Любовь к русскому языку не ошибается», - сказала президент АПРЯЛ ЮО.
З.Тедеева выразила слова благодарности главному редактору журнала Хансиат Кодалаевой за столь качественную работу по подготовке издания. Она поблагодарила всех авторов материалов журнала.
Богатое содержание юбилейного номера журнала отметила доцент кафедры русского языка Джульетта Остаева. Она также заострила внимание на статье Вячеслава Никонова. «В своей пушкинской лекции он говорит о том, что Александр Сергеевич совмещает в себе три ипостаси - мыслителя, гражданина и лидера. Действительно, он (Пушкин) был истинным лидером.
О значимости и интересном содержании издания говорила Натали Гассиева. «Очень приятно, что в журнале публикуются и школьники. Здесь удивительное закономерное сочетание литературы, живописи, языка - все практически представлено в журнале», - подчеркнула она.
Н.Гассиева пожелала изданию большой и красивой дороги, участникам замечательного проекта - бодрости духа, желания творить, писать, создавать и желание делиться этим с читателем. Читателям же она пожелала большого интереса всегда ждать очередной номер и еще раз окунуться в просторы русского языка и русской литературы, живописи и искусства.
Мероприятие было организовано кафедрой русского языка ЮОГУ, АПРЯЛ ЮО и Представительством Россотрудничества в РЮО.
В новом учебном году в вузах МЧС будут обучаться несколько десятков иностранных студентов более чем из 15 стран, в том числе и европейских. Впервые зарубежные слушатели подали документы в аспирантуру, что дает им право получения ученых степеней именно в вузах российского чрезвычайного ведомства. Об этом сообщил сегодня глава МЧС России Владимир Пучков во время торжественной церемонии вручения дипломов курсантам, студентам и слушателям Академии гражданской защиты и Академии Государственной противопожарной службы МЧС России.
На Красной площади столицы среди 922 выпускников дипломы о высшем образовании получили и 69 иностранных специалистов из 8 стран: Казахстана, Молдовы, Южной Осетии, Армении, Киргизии, Азербайджана, Вьетнама и Монголии.
С каждым годом растет число желающих получить образование в вузах МЧС России. Такой интерес зарубежных коллег к российской системе подготовки сотрудников для спасательных ведомств вполне обоснован.
«Это объясняется тем, что уровень профессиональной подготовки в вузах МЧС России сегодня не просто соответствует мировым стандартам, но и по многим позициям превосходит их», - подчеркнул министр.
Он также отметил, что все специалисты, которые приходят в вузы червычайного ведомства из-за рубежа, получают теоретически знания, твердые практические навыки и владеют современным инструментарием мониторинга, прогнозирования различных опасностей и угроз, реализации всех мероприятий по профилактической работе на предприятиях, в организациях и учреждениях.
«Выпускники готовы обеспечивать безопасность людей и в случае беды оперативно организовать эффективную работу всех реагирующих подразделений с учетом специфики стран, которые направили их на обучение», - уточнил Владимир Пучков
МЧС России тесно взаимодействует со многими странами по вопросам предупреждения чрезвычайных ситуаций, оказания гуманитарной помощи и подготовки специалистов. В ведомстве аккумулирован большой опыт ликвидации последствий происшествий и стихийных бедствий, в том числе за рубежом.
В прошлом году отряд «Центроспас» и Сибирский поисково-спасательный отряд в очередной раз были успешно аттестованы по системе международных стандартов ИНСАРАГ под эгидой ООН. Это подтверждает их высочайших профессионализм и готовность к проведению сложнейших международных спасательных операций в любой точке земного шара.
«Иностранные коллеги, оценивая по достоинству профессиональную подготовку российских спасателей, заинтересованы в том, чтобы перенять наш опыт, пройти соответствующее обучение. И чрезвычайное ведомство предоставляет им такую возможность в рамках международного сотрудничества», - подчеркнул Владимир Пучков.
По мнению экспертов, МЧС России является признанным лидером среди спасательных служб, что особенно ценно в условиях жесткой профессиональной конкуренции.
![Главное](/images/star.png)
Россия на Большом Кавказе: в тени Сирии и Украины
Маркедонов Сергей Мирославович — доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ, кандидат исторических наук.
Большой Кавказ: регион особого значения
В последние несколько лет политическая ситуация в Кавказском регионе вытеснена на обочину информационной повестки дня событиями вокруг Ближнего Востока и Украины. Однако, несмотря на смещение внимания экспертов и дипломатов, этот регион по-прежнему сохраняет свою стратегическую значимость.
Кавказ является своеобразным мостом между Европой и Азией. Этот регион крайне важен с точки зрения энергетической безопасности. Кавказ примыкает к Ближнему Востоку (страны региона граничат с Турцией и Ираном, двумя ключевыми игроками в нынешнем сирийском конфликте). Он также рассматривается как часть Большого черноморского региона, который является ареной конкуренции интеграционных проектов (Евросоюз и Евразийский экономический союз). И Россия, и Евросоюз, который пережил в 1990—2000-х годах несколько расширений, рассматривают Закавказье как своего «ближнего соседа». Российская ситуация — особая, поскольку в состав самой Российской Федерации входит территория Северного Кавказа, по площади превышающая размеры Грузии, Армении и Азербайджана.
И хотя сегодня основной фокус внимания специалистов по постсоветскому пространству сосредоточен на вооруженном противостоянии на юго-востоке Украины, кавказские конфликты до сих пор дают о себе знать. В первую очередь речь идет о ситуации в Нагорном Карабахе. С каждым годом там растет количество вооруженных инцидентов, а в апреле 2016 года было зафиксировано самое крупное нарушение режима прекращения огня с момента вступления в силу бессрочного Соглашения о перемирии (от 12 мая 1994 года). Имели место боестолкновения, хотя и меньшей интенсивности, в феврале 2017 года. Намного менее известно положение дел вдоль армяно-азербайджанской международно признанной границы, которая находится за пределами нагорно-карабахской «контактной линии» (в Баку и в Ереване ее называют просто «линией фронта»). Между тем вооруженные инциденты стали регулярными и там. Резкое обострение в этой части Закавказья произошло 29 декабря, в самый канун нового, 2017 года. Добавим к этому неготовность сторон к достижению компромисса и отсутствие видимого прогресса на переговорах.
В отличие от Нагорного Карабаха ситуация в Абхазии и Южной Осетии выглядит относительно спокойной. Две частично признанные республики получили военно-политические гарантии и социально-экономическую помощь со стороны России, а Грузия, несмотря на официальную риторику о восстановлении территориальной целостности как важнейшем приоритете, не предпринимает усилий по установлению своей юрисдикции над Сухуми и Цхинвали. При этом действия Южной Осетии по пограничному размежеванию (известные как «бордеризация»), поддерживаемые Москвой, вызывают у Тбилиси и Запада опасения по поводу продвижения России на собственно грузинскую территорию. Необходимо признать, что абхазский и югоосетинский выбор в пользу РФ упрочил связи Тбилиси с США, НАТО и ЕС. Правительство «Грузинской мечты» не только не пересмотрело прозападный вектор времен президентства Михаила Саакашвили, но и еще четче обозначило его. Именно оно сначала парафировало, потом подписало Договор об ассоциации с Евросоюзом, а в феврале 2017 года грузинские граждане добились права для краткосрочных въездов в страны Шенгенской зоны без визы. Положение о североатлантической интеграции как важнейшем национальном приоритете нашло отражение даже в пакете поправок к Основному закону страны, представленному в апреле 2017 года Государственной конституционной комиссией Грузии.
В настоящее время главной темой конкуренции (и конфронтации) между Россией и Западом является Украина. Однако события в этой стране и вокруг нее лишь оттенили, но не отменили того факта, что Москва, с одной стороны, и Вашингтон с Брюсселем — с другой по-прежнему рассматривают Закавказье как площадку для соперничества. Да, эти игроки готовы к кооперации в деле нагорно-карабахского урегулирования, но в то же самое время и ЕС, и США видят в Кавказе регион, способный стать энергетической альтернативой «доминированию» Москвы в деле обеспечения Европы углеводородным сырьем. Они также не принимают российских подходов к проблемам Абхазии и Южной Осетии и негативного отношения Кремля к кооперации стран региона (особенно Грузии) с НАТО. При этом для России, имеющей в своем составе семь республик Северного Кавказа, положение дел в соседних странах, по другую сторону Кавказского хребта, видится как продолжение внутриполитической повестки, особенно в сфере безопасности.
Помимо уже имеющихся проблем значительно выросла роль так называемых «фоновых факторов». Речь идет прежде всего об угрозе со стороны «Исламского государства» (ИГ). Ранее джихадистские структуры Ближнего Востока, такие как «Аль-Каида», не объявляли Кавказ сферой своих интересов или приоритетным регионом. Они боролись с «иудеями и крестоносцами» в Афганистане и Ираке. Летом 2014 года представители ИГ сделали подобное заявление: сегодня в руководстве этой структуры немало людей кавказского происхождения. Встречаются они и в рядах другой известной террористической структуры — «Джебхат ан-Нусра».
Если же говорить о влиянии украинского кризиса, то он вывел на более высокий уровень конкуренцию между европейской и евразийской интеграциями. Часть постсоветских государств выбрала подписание Соглашения о свободной торговле с Европейским Союзом, часть — вхождение в состав Евразийского экономического Союза под эгидой Москвы, а некоторые (например, Азербайджан) — балансирование между разными интеграционными векторами. При этом и те, и другие страны (Армения, Грузия, Молдова, Украина) вовлечены в неразрешенные этнополитические конфликты, а интеграционные возможности рассматриваются ими как дополнительный инструмент — среди прочего. Кризис на Украине способствовал еще большей активизации контактов между Грузией и НАТО. И хотя Тбилиси не обрел ПДЧ (План действий по членству) в альянсе, он получил в сентябре 2014 года пакет «усиленного сотрудничества» с Североатлантическим альянсом. В Крцаниси в августе 2015 года открылся совместный учебный центр для подготовки грузинских офицеров и военных из стран НАТО и государств — партнеров блока.
Евразийская интеграция Армении, соответствующая российским интересам, развивается непросто на фоне социально-экономического кризиса, санкций Запада против РФ и не всегда качественного и адекватного менеджмента крупных российских компаний, работающих в республике. Ставка армянских властей на евразийский вектор воспринимается неоднозначно и внутри Армении, где оппозиция (а также и бюрократическая фронда в структурах управления страной) говорит об отказе президента этой страны от принципов внешнеполитического комплиментаризма.
Не менее важным для интересов России является и сотрудничество Москвы с двумя частично признанными республиками (Абхазия и Южная Осетия). После того как Грузия сделала очередные шаги в направлении прозападного вектора своей внешней политики, в этих образованиях укрепились настроения в пользу наращивания сотрудничества с Россией и фактической передачи в ее руки функций безопасности, охраны границ и обороны. Однако в Абхазии это сопровождается опасениями по поводу «полной утраты суверенитета», а в Южной Осетии, напротив, недовольством по поводу нежелания Москвы повторить крымский сценарий и позволить реализоваться объединению республики с Северной Осетией под эгидой Российской Федерации.
Россия — Грузия: стратегические расхождения
на фоне тактических подвижек
Серия избирательных кампаний в Грузии в 2013—2016 годах значительно изменила внутриполитический ландшафт этой страны. Правление Михаила Саакашвили осталось в прошлом, из главы государства он фактически превратился в политического эмигранта, преследуемого у себя на родине по нескольким уголовным статьям. Как бы то ни было, а за время его правления российско-грузинские отношения достигли самой низкой отметки за все время после распада Советского Союза. Именно в период легислатуры Саакашвили Грузия разорвала дипломатические отношения с Россией, две наши страны пережили, хоть и короткое, протяженностью всего в пять дней, но открытое военное противостояние. И с признанием независимости Абхазии и Южной Осетии был создан первый после 1991 года прецедент ревизии границ между бывшими союзными республиками.
С уходом от власти третьего президента Грузии и поддерживавшей его партии «Единое национальное движение» в российско-грузинских отношениях произошли определенные изменения. Однако по большей части они носили (и продолжают носить) тактический и избирательный характер. Новые грузинские власти (представляющие партию «Грузинская мечта») сохранили приверженность стратегическим подходам прежнего руководства, то есть продолжению и укреплению интеграционных связей с НАТО и с Европейским Союзом. При этом команда «Грузинской мечты», в отличие от Саакашвили, пошла на серьезные изменения своей тактики. Стратегическая цель — вступление в НАТО и в ЕС видится ей не через лобовую конфронтацию с Россией, а через прагматизацию отношений с Москвой. К очевидным результатам этой политики следует отнести:
• купирование конфронтационной риторики и использования России в качестве фактора внутриполитической мобилизации официальными властями Грузии;
• отказ Тбилиси от поддержки северокавказских националистических движений и политического альянса с ними на основе позиционирования Грузии как «кавказской альтернативы» России;
• декларация готовности к сотрудничеству по вопросам безопасности;
• установление прямого регулярного диалога между представителями Грузии и России, свободного от постановки и обсуждения статусных споров по Абхазии и Южной Осетии (формат встреч между Григорием Карасиным и Зурабом Абашидзе).
Россия, со своей стороны, открыла рынок для грузинских товаров (алкогольная продукция, минеральная вода, цитрусовые культуры) и упростила визовый режим для грузинских перевозчиков (водителей). В начале февраля 2017 года Карасин и Абашидзе после очередной встречи заявили о готовности вернуться к договору шестилетней давности об открытии торговых коридоров между Российской Федерацией и Грузией через Абхазию и Южную Осетию. В свое время этот документ был частью российско-грузинского соглашения о вступлении России во Всемирную торговую организацию (ВТО). Процесс этот, скорее всего, не будет быстрым, ибо затрагивает интересы не только Тбилиси и Москвы, но и Еревана и Баку, а также частично признанных образований. Однако сам факт выдвижения неких конструктивных инициатив поверх имеющихся расхождений — позитивный сигнал.
Несмотря на публичную поддержку территориальной целостности Украины и осуждение «аннексии Крыма» официальный Тбилиси отказался от «привязки» своей политики к украинскому кризису.
Однако наличие таких противоречий, как статус двух частично признанных республик и различные внешнеполитические позиции относительно вовлечения НАТО и ЕС в кавказские дела («красные линии») привели к быстрой исчерпанности первичной повестки нормализации отношений между Россией и Грузией. На сегодняшний день фактически единственной темой возможной кооперации двух стран в будущем остается сотрудничество по противодействию терроризму с учетом радикализации населения в приграничном с Россией Ахметском районе Грузии (Панкиси) и вовлеченности выходцев из тамошних мест в исламистские движения в Сирии и Ираке, прежде всего в ИГ.
Нагорный Карабах: угрожающая эскалация
В последние годы, как уже было сказано, резко обострилась ситуация в зоне нагорно-карабахского конфликта. Инциденты были зафиксированы как непосредственно на линии соприкосновения сторон, так и на армяно-азербайджанской границе, в тех районах, которые в официальных документах мирного процесса («Обновленные мадридские принципы») не рассматриваются как часть этнополитического противостояния. Они стали самыми масштабными случаями нарушения режима прекращения огня за двадцать лет перемирия.
Подобная эскалация чревата серьезными угрозами. Во-первых, нарушением статус-кво и возобновлением военных действий с возможным внешним вовлечением в противостояние (учитывая стратегический характер военно-политического партнерства Баку и Анкары). Во-вторых, если атака против инфраструктуры непризнанной НКР (Нагорно-Карабахской республики) с формальной точки зрения может рассматриваться как действия против сепаратистов, то перенесение боевых действий на территорию Армении заставит задействовать механизмы Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ), членом которой эта республика является. Однако внутри ОДКБ такое решение, учитывая устойчивую кооперацию между Баку и Астаной, Минском и Баку, а также особые позиции в евразийской интеграции Нурсултана Назарбаева и Александра Лукашенко, скорее всего, не получит единодушной поддержки. События апреля и декабря 2016 года это недвусмысленно подтвердили. Организация не заняла четкой позиции по данному вопросу. В свою очередь, эскалация армяно-азербайджанского военного противостояния может негативно сказаться и на динамике евразийской интеграции, что потенциально является дополнительным риском для российской внешней политики.
Во многом всплеск насилия в Нагорном Карабахе и на армяно-азербайджанской границе стал следствием растущего противостояния России и стран Запада, которые в урегулировании именно этого конфликта (в отличие от грузинского) многие годы успешно принимали участие. Фактически можно говорить о попытках конфликтующих сторон «протестировать» готовность трех стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ (США, Франция, Россия) к совместному реагированию на вооруженные инциденты и к поддержанию общей линии на ведение переговоров и обеспечение мирного процесса в целом. Тем не менее после апрельской вспышки насилия в Карабахе и США, и Франция согласились на возобновление трехстороннего переговорного формата с участием России, Азербайджана и Армении. При этом Москва рассматривает его не как конкурентную площадку, а как дополнительный переговорный инструмент.
Армения и евразийская интеграция: обретения и издержки
В январе 2015 года Армения официально присоединилась к Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС). Это кавказское государство традиционно рассматривается как главный политический и военный союзник России в регионе. Армения — единственная страна Закавказья, которая входит в Организацию договора о коллективной безопасности (ОДКБ). На ее территории находится российская военная база, а российские пограничники вместе с коллегами из Армении несут охрану внешнего периметра государственной границы республики.
Однако этот тезис отражает лишь внешние контуры тех сложных процессов выбора между евроатлантической и евразийской интеграцией, которые происходят в Закавказье сегодня. Помимо них, есть существенные нюансы.
Вплоть до сентября 2013 года армянское руководство колебалось относительно того, какую линию поведения избрать. Скепсис ряда высокопоставленных чиновников (включая и бывшего премьер-министра Тиграна Саркисяна, оставившего свой пост в начале апреля нынешнего года, и ряд высокопоставленных сотрудников МИД, например, Шаварша Кочаряна) относительно Таможенного союза и евразийской интеграции объяснялся целым рядом резонов. Среди них назывались и отсутствие общей границы с Россией, и зависимость от «грузинского окна» во внешний мир, на который приходится две трети экспорта и импорта республики, и необходимость диверсифицированной внешней политики ради недопущения одностороннего усиления Баку на Западе.
По-прежнему сохраняют свою актуальность и «технические проблемы» (на самом деле имеющие большое значение для армянской внутренней политики), такие как вопрос о таможенных тарифах, не говоря уже об опасениях понести потери в связи с санкциями Запада против России. При этом критическое отношение к администрации Сержа Саргсяна его оппоненты распространяют и на Москву, обеспечивающую поддержку армянского президента. Среди политических сил этого направления можно выделить партию «Свободные демократы» и политической блок «Елк» («Выход»). Последний смог пройти в парламент на выборах в апреле 2017 года (получил чуть менее семи процентов). Возникло (на основе партии «Процветающая Армения») объединение, возглавляемое известным олигархом Гагиком Царукяном, которое выступило за необходимость преодоления подчиненного положения в отношениях с Москвой. Блок «Царукян» занял второе место на парламентских выборах, завоевав 27,35% голосов.
На фоне конституционных реформ, вызывающих в армянском социуме и политическом сообществе неоднозначные оценки, данный фактор крайне важен. И хотя по итогам выборов в Национальное собрание, ставших началом практической реализации перехода от президентской к парламентской модели правления, провластные силы одержали верх (Республиканская партия с 49,17% и федерация «Дашнакцутюн» с 6, 58% могут составить коалицию), в будущем нельзя со стопроцентной уверенностью гарантировать сохранение такого расклада. Присоединение Армении к евразийской интеграции сопровождалось скепсисом и со стороны других стратегических партнеров России. И хотя сегодня тот же Нурсултан Назарбаев снял свои претензии к членству Еревана в ЕАЭС, не исключено, что они могут пребывать какое-то время в «спящем состоянии». Однако при любом обострении нагорно-карабахского конфликта или возобновлении военных действий между Арменией и Азербайджаном казахстанская позиция может быть предельно четко артикулирована.
Азербайджан: партнерство без завышенных ожиданий
После того как Москва и Баку не смогли достичь компромисса по поводу продления срока эксплуатации Габалинской РЛС (радиолокационной станции), отношения между Россией и Азербайджаном пережили некоторый спад. Впрочем, он продолжался недолго и уже в 2013 году сменился новым подъемом.
Азербайджан, в отличие от Грузии, не ставит своей целью присоединение к НАТО. В настоящее время прикаспийская республика — член Движения неприсоединения. Будучи мусульманской страной, Азербайджан крайне настороженно относится к политике Запада по демократизации «Большого Ближнего Востока» (прежде всего это относится к перспективе возможного его втягивания в противостояние с соседним Ираном). Как следствие — интерес руководства страны к поддержанию сотрудничества с Россией.
В Баку ценят трансграничную кооперацию с Российской Федерацией по борьбе с терроризмом (страны делят общую границу по дагестанскому участку). Азербайджан и Россия имеют общие подходы к вопросу об определении статуса Каспийского моря. Страны развивают военно-техническое сотрудничество. Активные закупки со стороны Баку российского вооружения стали, по сути дела, хорошей финансовой компенсацией для Москвы за элементы прозападной ориентации в политике Азербайджана, касающейся энергетической сферы. Одновременно они показали, что Москва не является потенциальным противником Азербайджана в нагорно-карабахском конфликте, несмотря на российские гарантии безопасности для территории собственно Армении (как на двусторонней основе, так и в рамках ОДКБ). В то же время эти действия ожидаемо вызвали активное неприятие со стороны армянского общества и политических кругов. И в случае любой эскалации насилия в Нагорном Карабахе эта тема в российско-армянских отношениях непременно актуализируется. И не в пользу России.
В отличие от западных стран Москва не подвергает критике внутриполитические стандарты Азербайджана (это в особенности касается парламентских и президентских выборов). В 2016 году Россия поддержала конституционный референдум, целью которого было продление срока президентской легислатуры с пяти до семи лет и расширение полномочий главы государства, а в феврале 2017 года — назначение супруги президента Ильхама Алиева Мехрибан на пост вице-президента.
Следовательно, официальная позиция Российской Федерации является важным фактором международной легитимации политических порядков в прикаспийском государстве, что ценит и официальный Баку.
Однако двустороннее партнерство имеет и четкие пределы. Во-первых, Азербайджан стремится играть собственную партию в энергетических проектах региона, выступая партнером Запада. Во-вторых, Баку четко и последовательно поддерживает территориальную целостность как Грузии, так и Украины. В-третьих, прикаспийская республика не стремится присоединиться к евразийским интеграционным проектам, патронируемым Москвой. При этом сама Россия пытается осуществлять интеграцию, которая не напоминала бы СНГ («инструмент для цивилизованного развода»). Но до решения нагорно-карабахского конфликта совместное пребывание в одной интеграционной структуре Армении и Азербайджана способно сделать ее КПД нулевым.
Москва и частично признанные республики:
укрепление российского влияния и факторы скрытого недовольства
Укрепление прозападного внешнеполитического вектора Грузии вызвало ответную реакцию в Абхазии и в Южной Осетии. Усилились позиции сторонников еще большего углубления кооперации с Россией. В Южной Осетии на выборах президента 9 апреля 2017 года победу одержал Анатолий Бибилов, лидер партии «Единая Осетия» (а с 2014 года и спикер парламента), последовательно выступавший за вхождение его республики в состав России. Однако референдум по этому вопросу (который активно обсуждался в 2016 году) не состоялся. Вместо него параллельно с президентскими выборами прошло голосование за переименование республики. Отныне она будет называться Южная Осетия — Государство Алания. Таким образом, политический ребрендинг стал своеобразным компенсаторным механизмом за отказ от форсированной интеграции республики с Российской Федерацией. Москва всячески давала и дает понять, что в условиях жесткой конфронтации с Западом идея повторения крымского сценария не входит в число ее приоритетов. И сегодня ситуация, как в Грузии, так и на Западе, складывается так, что возвращения к ситуации 2008 года не предвидится. Риторический вопрос: стоит ли игра свеч? В этом контексте «смена бренда» становится неким символическим шагом без особых практических последствий.
Ключевыми событиями во внешнеполитической жизни Абхазии и Южной Осетии стало подписание договоров между этими республиками и Россией. Российско-абхазский Договор о союзничестве и стратегическом партнерстве был подписан 24 ноября 2014 года, а российско-югоосетинский Договор о союзничестве и интеграции —18 марта 2015 года. И хотя оба документа зафиксировали растущее военно-политическое присутствие Москвы в двух частично признанных республиках, их нельзя назвать в полной мере новой вехой. Они формально закрепили тот расклад, который обозначился в августе 2008 года, когда Москва из статуса миротворца перешла в разряд патрона и гаранта безопасности Абхазии и Южной Осетии.
Однако наряду с общими чертами эти два договора имеют свои особенности. В абхазском просматривалась следующая коллизия: противоречие между стремлением к строительству собственного национально-государственного проекта и растущей зависимостью от российской военной и финансовой помощи. Абхазская сторона стремилась подвергнуть документ ревизии с целью сохранения преференций для себя. Например, россиянам не предоставлялось право на получение абхазского гражданства, из названия документа было исключено слово «интеграция». Югоосетинская же сторона была, напротив, заинтересована в максимальной интеграции с Россией. Вплоть до вхождения в ее состав (по примеру Крыма). Эти различия объясняются фундаментальным расхождением двух проектов. Если Абхазия стремится к сохранению своей государственности (при российских военно-политических гарантиях), то Южная Осетия рассматривает независимость не как самоцель, а как переходный этап к объединению с Северной Осетией под эгидой России. При этом обе республики фактически рассматривают Грузию как пройденный этап. В политической повестке Абхазии и Южной Осетии грузинский сюжет перестал играть первостепенную роль. Он отодвинут на второй план проблемой качества независимости под российской эгидой, а также цены влияния России. Наиболее остро этот вопрос стоит в Абхазии, стремящейся сохранить определенную свободу от российского присутствия (как минимум, от прихода крупного бизнеса). Как следствие мы видим на протяжении всех последних лет жаркую внутриполитическую конкуренцию в республике. В 2014 году она завершилась досрочной отставкой президента Александра Анкваба. Но и его преемник Рауль Хаджимба с того времени находился в состоянии жесткой конкуренции с оппозицией. Лозунги с требованием его немедленной отставки были свернуты в канун новогодних торжеств в декабре 2016 года только после достижения соглашения между президентской командой и оппозиционерами о кооптации оппонентов власти в управленческие и судебные структуры. Однако оппозиция не смогла развить свое преимущество. Выборы в парламент в марте 2017 года обеспечили успех сторонникам Рауля Хаджимбы. Они стали своеобразным тестом для него как легитимного лидера. В то же время у властей, несмотря на численное преимущество, в парламенте не будет монополии. Среди депутатов-оппозиционеров мы видим таких опытных политиков, как экс-президент Александр Анкваб, а также бывший глава службы безопасности и главный конкурент Рауля Хаджимбы на президентских выборах-2014 Аслан Бжания.
В Южной Осетии свои отличия. Здесь и политики, и общественные деятели, напротив, заинтересованы в более активном прямом вовлечении Москвы в дела республики, минуя местных посредников.
Северный Кавказ: внешнеполитический срез
На сегодняшний день положение дел на Северном Кавказе выглядит неоднозначным. С одной стороны, в 2016 году впервые после 2012 года число жертв вооруженного насилия не сократилось, а выросло по сравнению с предыдущим годом на 11%. Число инцидентов осталось на прежнем уровне, но выросла доля взрывов. Однако согласно оценкам НАК (Национального антитеррористического комитета), в 2015 году на Северном Кавказе в два с половиной раза снизилось число террористических акций. Позиции официальных российских властей и представителей неправи-тельственного сектора очень часто не совпадают друг с другом. Однако по данным «Кавказского узла» (интернет-издания, специально занимающегося статистикой и мониторингом вооруженных инцидентов и соблюдения прав человека в северокавказских республиках), в 2015 году число жертв террористических инцидентов снизилось по сравнению с 2014 годом почти в два раза. Количество же самих терактов сократилось на 33%. Более того, начиная с декабря 2013 года, боевики из республик Северного Кавказа не совершали масштабных акций за пределами СКФО, подобных атакам в Волгограде или в Москве.
Многие лидеры исламистского подполья, такие как Доку Умаров или Алиасхаб Кебеков, ликвидированы, а «Имарат Кавказ» (организация, внесенная в «черные списки» не только в России, но и в США) практически прекратил свою террористическую деятельность. Однако на место этой организации вышел так называемый «Вилаят Кавказ» — структура, считающая себя подразделением «Исламского государства» и признанная последним в таковом качестве. Все крупные теракты на Кавказе, начиная с декабря 2015 года, совершены под знаменем «Вилаята».
Вооруженное насилие на Северном Кавказе не единожды рассматривалось в контексте возможных внешнеполитических угроз для России. В 1990-х—начале 2000-х годов знаковой фигурой «исламистского интернационала» на Северном Кавказе был пресловутый «черный араб» Хаттаб (Хабиб Абдул Рахман, он же Ахмед Однорукий). На Северном Кавказе «засветились» такие персонажи, связанные с «Аль-Каидой», как Абу Омар Аль-Сейф, Абу Омар Кувейтский (Абу Дзейт), Муханнад (Абу Анас). Абу Хафс Аль-Урдани, хотя и высказывал публично свои симпатии в адрес Бен Ладена, но никогда не идентифицировал себя с известной террористической сетью. Были и другие фигуры, меньшего масштаба. На сегодняшний день антироссийское движение на Северном Кавказе действует под лозунгами не этнического сепаратизма, а «чистого ислама». Уже к концу 2014 года (то есть почти за год до российской военной операции в Сирии) на Северном Кавказе ряд полевых командиров обозначили себя сторонниками «ИГ» и принесли присягу его лидеру Абу Бакру аль-Багдади. Расколы внутри северокавказского диверсионно-террористического подполья случались и ранее (например, в 2010 году Доку Умаров разошелся с некоторыми полевыми командирами из Чечни), но не распространялись за пределы региона и проходили без вмешательства мощных сил извне, хотя бы приблизительно сопоставимых с «Исламским государством». Таким образом, северокавказский фактор стал одним из триггеров (далеко не единственным) российского вмешательства в конфликт в Сирии.
«ИГ» рассматривает Россию и Запад в качестве своих противников (несмотря на все противоречия между Москвой и Вашингтоном). К сожалению, расхождения по многим проблемам (от Грузии и Украины до оценок перспектив размещения элементов американской противоракетной обороны в Европе) не позволяют двум странам, столкнувшимся с одинаковым вызовом со стороны джихадистских структур, сосредоточиться на кооперационных стратегиях. Между тем жесткое расхождение России и США объективно способствует консолидации «третьих сил» (прежде всего террористических сетей, таких как «ИГ» или «Джебхат Фатх аш-Шам», также известное как Фронт ан-Нусра), заинтересованных в ослаблении не только Запада, но и России.
Заключение
В нынешних обстоятельствах Москве крайне важно купировать риски в Кавказском регионе, что позволит ей сосредоточиться на продвижении своих интересов на Украине (где решается сегодня вопрос о перспективах европейской безопасности в целом) и в Сирии (где ставкой является участие России на правах равного партнера в международной антитеррористической коалиции).
В этом контексте крайне важными представляются недопущение критического обвала имеющихся переговорных форматов (Женевские консультации по ситуации в Грузии, Абхазии и Южной Осетии, встречи «Карасин—Абашидзе», переговоры по урегулированию нагорно-карабахского конфликта) как канала связи между участниками конфликта и всеми игроками, вовлеченными в мирный процесс, а также активизация наряду с имеющимися форматами (Минская группа ОБСЕ) трехстороннего процесса (переговоры президентов Армении, Азербайджана и России). Этот формат уже оправдал себя в 2008—2012 годах (благодаря ему удалось удержать Ереван и Баку от повторения югоосетинского сценария и даже достичь взаимных соглашений по гуманитарным вопросам). Помимо наращивания российского участия, такой формат позволил бы обратить внимание на предотвращение инцидентов вдоль международно признанной границы между Арменией и Азербайджаном.
Столь же важна диверсификация политики в отношении Абхазии и Южной Осетии, элиты которых имеют разные взгляды на перспективы своего существования. При этом координация интеграционных действий с Сухуми и Цхинвали должна вестись при четком понимании того, что у России есть свои интересы и резоны, а позиция Москвы несводима к функциям абхазского и югоосетинского лоббиста (в этом плане было бы полезно воздержаться от реализации планов «Единой Осетии» по крымскому образцу).
В ходе продвижения интеграционного проекта ЕАЭС в Армении для Москвы актуальной задачей видится выстраивание отношений со всем политическим спектром сил республики, дабы не допустить резкую поляризацию сил внутри нее из-за оценки отношений с Россией и евразийской интеграции. Конструктивные отношения с армянской оппозицией должны предотвратить превращение ее в инструмент США и Евросоюза в канун предстоящих в 2017 году парламентских и в 2018 году президентских выборов.
Думается, что выстраивание партнерства с США и их союзниками по противодействию радикальному джихадизму на Ближнем Востоке (с учетом влияния ситуации в этом регионе на Северный Кавказ) сможет также оказать позитивное воздействие на региональную безопасность. И не в последнюю очередь это может удержать разных региональных игроков от соблазна пойти по пути «разморозки конфликтов».
Опубликовано в журнале: Дружба Народов 2017, 6
Сергей МАРКЕДОНОВ
![Главное](/images/star.png)
Паралич северного полушария: Россия, Америка и Европа в геополитическом тупике
Василий Павлович Жарков (р. 1974) – историк, политолог, руководитель британской магистерской программы «Международная политика» Московской высшей школы социальных и экономических наук.
Настоящая статья посвящена анализу описаний, оценок и прогнозов международных отношений в условном треугольнике Россия–США–Европа. Вместе с тем, учитывая существование политического, военного, экономического и культурного евроатлантического альянса, эти отношения чаще представляются как двусторонние: Россия–Запад. Едва ли не ключевой метафорой в их описании становится «новая холодная война», впрочем, применяемая сегодня в международном контексте к чему угодно, вплоть до интернациональных дискуссий об однополых браках[1].
Существует ли более детальная модель описания текущих отношений Москвы с ее, выражаясь языком президента Владимира Путина, «западными партнерами»? При всем скепсисе относительно концепта «геополитика»[2]нельзя не признать его доминирующего значения в объяснении международной политики, особенно в оптике США и России – двух сторон, которые все больше видят себя и друг друга как извечно противоборствующие. Геополитика в этом плане представляется не просто аналитической рамкой, но неким особым оружием, позволяющим каждой из сторон держать в поле зрения «потенциального противника» и находить нужные ответы. Насколько адекватные? В данном тексте не ставится задача окончательно разобраться с этим вопросом, но делается лишь самый общий обзор той «большой картины», которая сформировалась на протяжении четверти века после распада СССР и безуспешных попыток выстраивания новой конфигурации на месте, казалось бы, давно преодоленного конфликта Восток–Запад.
Заложники геополитики
Сами поборники геополитических конструкций в современной литературе обычно делают оговорку, согласно которой «география не есть синоним фатализма»[3], и потому она может быть рассмотрена лишь в качестве известного ограничителя и/или «подстрекателя» действий государства наряду с такими факторами, как международное распределение экономической и военной мощи. Это вполне благое пожелание, однако, моментально забывается, как только взгляд стратега, помнящего о героическом прошлом, обращается к географической карте.
Самый быстрый ответ на вопрос, почему именно Америка и Россия так сильно привержены геополитической оптике, легко обнаруживается в их географии и истории. Две «империи поперек континентов», в XVIII и XIX столетиях достигшие самых крайних точек Запада и Востока по обе стороны Тихого океана, были уверены в «исторической справедливости» своей власти над обширными территориями[4]. Впрочем, несмотря на это, не только стратегии освоения бескрайних земель, но и само восприятие своей географии в исторической ретроспективе у обеих сторон отличается – причем порой диаметрально. Если Америка, будучи укрытой за Атлантическим океаном от наиболее сильных и опасных европейских держав, могла чувствовать себя «новым Сионом» на не изведанной ранее и оторванной от старого мира земле, то Россия с ее бескрайними, «почти на полглобуса» и по большей части равнинными, владениями на севере Евразии на протяжении столетий оставалась «огромной и неустойчивой сухопутной державой», вечно становясь, в силу отсутствия естественных преград, жертвой многочисленных военных вторжений[5].
География, и главным образом ее сухопутный характер, по мнению Доминика Ливена, есть одна из тех причин, по которым Россия «стоит особняком в истории империй»[6]. И здесь уже наблюдается «полный контраст» не только с американской, но и западноевропейской географией. Особое географическое положение продолжает сказываться и в постимперскую эпоху, поскольку из-за отсутствия морской границы Россия и ее бывшие владения вынуждены существовать бок о бок в одном континентальном пространстве. Уходя из своих бывших колоний, Москва не могла предоставить их самим себе, не придавая значения их неизбежным внутренним конфликтам и гражданским войнам, как это сделали англичане, уйдя из Индии, или французы, покинув Индокитай и Западную Африку. Напротив, отношения между Россией и ее бывшими имперскими окраинами оказываются куда более важным и опасным делом, чем отношения между метрополией и колониями в европейских морских империях[7].
Геополитический аргумент о неуязвимости бывших европейских империй от постколониальных соседей в силу географической удаленности и защищенности морями, однако, довольно легко проблематизируется в условиях современного глобального мира. Как писал Эрик Хобсбаум, «несомненная обитель стабильности», ведущие и сильные государства мира – в первую очередь срединная Европа и скандинавские страны, – ошибаются, если готовы помыслить себя защищенными в отношении кровавых столкновений в неблагополучном «третьем мире» и бывших социалистических странах[8]. И если два десятилетия назад это представлялось «особенно ясным» на фоне распространения международного негосударственного терроризма[9], то сегодняшний кризис беженцев в Европе свидетельствует, что даже достаточно богатые страны оказываются не готовыми платить «без ограничений» за собственное положение, отличное от остального мира.
Тем временем классики геополитического подхода продолжали настаивать, что именно «большая протяженность России в Евразии давно способствовала тому, чтобы элита мыслила геополитически»[10]. Действительно, почти сразу после распада СССР геополитика стала главной, если не единственной, оптикой российского внешнеполитического курса. Вопреки возможным стереотипам, запрос на нее изначально сформировался в кругах, настроенных вполне либерально и демократически. Менее, чем через месяц после заключения беловежских соглашений, министр иностранных дел формально все еще РСФСР Андрей Козырев в интервью «Российской газете» говорил следующее: «Отказавшись от мессианства, мы взяли курс на прагматизм. [...] Мы быстро пришли к пониманию, что геополитика… заменяет идеологию»[11].
Только ли география способствовала подобному выбору или геополитика попросту заполнила вакуум, образовавшийся на месте рухнувшей доктрины марксизма-ленинизма? Как признают даже авторы, которые сами не чужды геополитики, «то, что происходило в головах русских, в большинстве случаев оказывалось все-таки важнее, чем место, которое они занимали на карте»[12]. Между тем, испытывав в начале 1990-х годов идеологическую и ценностную нехватку, сказавшуюся на ее внешнеполитической стратегии, Россия в какой-то степени предстает пионером в этом процессе, затрагивающем, пусть пока и в меньшей степени, ее западных визави. Не случайно неудачи американской политики на Ближнем Востоке, случившиеся в середине 2000-х, ныне описываются как «месть географии»[13], ставшая реакцией на американские успехи времен окончания «холодной войны» и первых «гуманитарных интервенций», поддерживаемых абсолютным господством американской авиации.
На этом фоне уместен еще один вопрос: в какой мере уникальное положение на Американском континенте, практически полностью исключающее вероятность сухопутных вторжений, помогло Соединенным Штатам чувствовать себя в безопасности от внешнего мира? Как пишет Дэвид Армстронг, с самого основания США вера в универсальное значение американской революции и ее особую миссию задавала известные характеристики внешнеполитического курса будущей сверхдержавы, которые выражались в осознании самодостаточности Америки, порой идеалистическом оптимизме относительно ее возможностей, равно как и в высокомерно-агрессивном восприятии соперников по международной арене и недоверии к тем способам осуществления международной политики, которые сложились в рамках Вестфальской системы абсолютистских монархий в Европе[14]. Тот факт, что новый «град на холме» скрывался за океаном, вовсе не избавил Америку от чувства внешней угрозы, а временами даже паранойи относительно потенциальных опасностей, способных угрожать уникальной и глобальной по своему значению американской свободе и демократии.
Параллельно, глядя на текущую российскую стратегию в отношениях с Западом, последние исследования констатируют, что она не является чем-то новым. Напротив, она отражает и воспроизводит общую ориентацию и тип мышления, присущие внешнеполитическому курсу Москвы[15]. Несмотря на слова об «адаптации к глубоким изменениям в геополитическом ландшафте», в российской стратегии не наблюдается структурных перемен относительно того, как Россия мыслит о мире и представляет свое место в нем. В кремлевском взгляде события и кризисы приходят и уходят, требуя тактической ловкости, а иногда компромиссов, но принципы и стратегическое мышление остаются постоянно воспроизводимыми.
Линия разлома
«Европа и Америка не представляют никакой угрозы для России», – эти слова вскоре после падения Берлинской стены могли принадлежать не только известному американскому геополитическому мыслителю[16], но и многим другим аналитикам. Однако они так и остались заклинанием, мало повлиявшим на реальный ход событий. Самое общее объяснение сохраняющихся недоверия и вражды может быть дано на основе классики реализма. Продолжая рассуждения Фукидида, Томас Гоббс выводил из эгоистической природы человека три причины непрекращающейся войны: это соперничество, недоверие и любовь к славе[17]. Именно в силу этого, оставаясь в естественном состоянии – или в условиях международной анархии, как принято определять эти условия в современной литературе[18], – правители государств, не имея общего закона и единой верховной власти над собой, «находятся в непрерывной зависти и в позе гладиаторов, направляющих оружие один против другого и зорко следящих друг за другом»[19]. Еще сильнее это реалистическое объяснение сформулировано у Иммануила Канта, которого принято считать одним из родоначальников противоположной, либерально-идеалистической, теории международных отношений. «Народы в качестве государств», как свидетельствует Кант, в своем естественном состоянии (то есть при независимости от внешних законов) «уже своим совместным существованием нарушают право друг друга»[20].
Соперничество, «предопределенное самой природой», находит дополнительные основания в историко-географической оптике. Страх одних, сопровождаясь наступательными действиями «ради обороны», порождал ответный страх окружающих. Так, российская экспансия XVIII–XIX веков в сопредельные земли Восточной Европы, как признает Доминик Ливен, была обусловлена опасениями за безопасность политического и экономического центра империи[21]. С противоположной стороны это не могло не восприниматься как серьезная угроза. Но при этом, как справедливо напоминает Сэмюэл Хантингтон, в отличие от Османской империи, также вызывавшей ужас в Европе, Россия была принята «в качестве основного и легитимного участника европейской международной системы»[22].
Не стоит забывать и того обстоятельства, что европейское «международное общество» (используя формулировку Хэдли Булла) – в которое Россия вписалась довольно скоро после образования Вестфальской системы – начиная с XVII века вырастало из борьбы между силами, стремившимися к установлению гегемонистского порядка. Именно это в конечном счете и привело к складыванию системы суверенных государств, имевшей «антигегемонистский дизайн»[23]. Наступление России на западном и северо-западном направлениях, присоединение Украины, Балтии и Польши, участие со второй трети XVIII века практически во всех значимых войнах на континенте – все это не могло не вызвать подозрения в претензиях на очередное господство и, как следствие, породило мощную коалицию против потенциального гегемона. Но, в отличие от коалиций против Австрии, Швеции и Франции, союз европейских держав середины XIX века едва не привел к изоляции России от остальной Европы.
Опасения в отношении большого восточного соседа, могучего и «дикого» одновременно, сохранялись и в дальнейшем. Стереотипы европейского восприятия России, по мнению Ливена, созданные «поразительной выносливостью и стойкостью русской пехоты», без сомнения, были и у натовских генералов, когда они «в тревоге и испуге разрабатывали оборону мягкой, комфортабельной материалистической цивилизации от предположительно более суровой и примитивной солдатни из СССР»[24]. Даже несмотря на очевидные культурные, социально-экономические и психологические перемены, имевшие место в позднем Советском Союзе (и во многом продолжающиеся в современной России), которые демонстрируют, что «солдатня» на поверку значительно менее опасна, чем казалось обеспокоенным европейцам, тенденция видеть в России нависающую опасность сохраняется и среди значительной части современных европейских умов.
Многие российские эксперты продолжают настаивать на том, что, за исключением всем известных «особых случаев», в условиях сегодняшнего мира «страна отказалась от традиционной модели территориального расширения»[25]. При этом еще на пороге текущего десятилетия даже скептики, сомневавшиеся в реставрации Российской империи, допускали, что «с чисто военной точки зрения» Москва могла бы вернуть себе Белоруссию, Крым и восточные области Украины, присоединить Абхазию и Южную Осетию, аннексировать северо-западную часть Казахстана и, при некоторых условиях, захватить Приднестровье и населенный лезгинами север Азербайджана[26]. Вопрос о том, способна ли Россия вернуться к практикам империи, включая территориальную экспансию, так или иначе сохранялся на протяжении всего периода после крушения СССР. При этом аргументы скептиков, касающиеся ограниченности сил и ресурсов Российской Федерации в условиях явной экономической неэффективности империи как таковой, оставляли послевкусие в виде невольных сомнений – хотя бы в силу существования весьма завидного американского примера «республики-империи», в которую могла бы трансформироваться более вестернизированная Россия[27].
Обоснованность этих сомнений становится яснее, стоит лишь немного скорректировать оптику, выйдя за рамки традиционных жестких определений. При взгляде на конкретные слова и действия российской стороны, возможно, станет очевидным, что «если традиционная империя исчезла, то же самое не может быть сказано о ее постмодернистской преемнице»[28]. Эта версия Российской империи, как описывает ее Бобо Ло, сшита специально для эпохи постмодерна, когда об империи принято говорить разве что в уничижительных интонациях. Строящаяся на непрямом контроле больше, чем на непосредственном руководстве, вместо грубых военных инструментов она предпочитает экономические и культурные средства. Задача подобной «постмодернистской империи» в нескольких словах может быть охарактеризована следующим образом: обеспечение устойчивого и длительного влияния и власти при наличии минимума имеющихся для этого возможностей[29].
Одним из проявлений «имперского духа» современной России в глазах западных наблюдателей выглядит практически абсолютная убежденность Москвы в том, что другие страны, особенно ведущие мировые державы, не имеют права вести себя на территориях бывшего СССР точно так же, как в любой другой части мира. Основная цель России здесь состоит не столько в развитии тесных связей с бывшими союзными республиками, сколько в удержании контроля над неким особым стратегическим пространством, в котором они существуют и которое непосредственно связано с российским имперским прошлым. Постсоветское пространство, таким образом, рассматривается Кремлем как своеобразный «передний край» обороны собственно внутрироссийской социальной и политической стабильности[30]. По мнению Ло, подобный стиль мышления российского руководства стал оформляться с момента «цветных революций» в Грузии и Украине в 2003–2004 годах, окончательно укрепившись после московских протестов 2011–2012 годов и украинской революции 2014-го.
Можно сказать, что зона привилегированных интересов «не более чем химера»[31], и это будет вполне справедливо. Кремль, однако, убежден в обратном. Ситуация усугубляется тем, что после утраты непосредственного контроля над бывшими имперскими территориями России стало крайне трудно конкурировать с Западом за косвенное влияние на них[32]. Постмодернистская, или «неформальная», империя требует бóльших ресурсов и бóльшего превосходства над конкурентами – по крайней мере в сравнении с теми ситуациями, когда «честного соревнования» можно избежать при помощи прямого силового или политического воздействия. Именно подобные реалии, по мнению других исследователей, побуждают сегодняшнюю Россию использовать не столько чисто экономические и культурные средства, сколько свое географическое положение, военную мощь и контроль над нефте- и газопроводами. И это позволяет компенсировать экономическую слабость, отстаивая свои интересы в государствах, возникших на территории бывшей империи[33].
Отношения с Западом, и в особенности с Европой, однако, сохраняются даже в самых тяжелых ситуациях, хотя и носят селективный характер. Как признают зарубежные исследователи, подобно многим своим предшественникам, стоявшим во главе России на протяжении последних трехсот лет, президент Путин смотрит на Запад одновременно и как на ресурс, и как на угрозу[34]. С одной стороны, Европа и Америка воспринимаются как средство для экономического и технологического развития и – в условиях глобальной экономики – дополнительного обогащения российской элиты. С другой стороны, Запад – это угроза, особенно если смотреть сквозь призму внутрироссийской политической модели и представлений о необходимости нового баланса сил и «разделении сфер влияния»[35]. Последняя, принадлежащая Хантингтону, идея, похоже, глубоко засела в сознании тех, кто принимает внешнеполитические решения в Москве.
Двойственность в восприятии Россией Запада зеркально отражается в западном восприятии России. Данное обстоятельство может быть объяснено своеобразной «исторической асимметрией» взаимного влияния России и остальной части Европы. На протяжении Нового времени европейцы воспринимали Россию как постоянно присутствующую реакционную силу, потенциально угрожающую не только государственности их стран, но и образу жизни. В свою очередь правящие круги в России «точно так же – только с поправкой на “опасные” либерализм и радикализм – воспринимали “европейскую угрозу”»[36] по отношению к себе. Поэтому «при всем желании сторон их взаимоотношения и рождающийся из этих отношений европейский порядок не могли быть объективно иными, кроме как конфликтными»[37].
Применительно к современной ситуации можно констатировать, что в течение последних 25 лет отношения России и Запада «постоянно колебались, пройдя целый рад кризисов», так что их «нормальное» (бескризисное) состояние, будь оно достигнуто, выглядело бы как «совершенно ненормальное»[38]. Источник этой исключительной конфликтности, по всей видимости, коренится в сохраняющейся принципиальной нетождественности России Западу. Согласно этой позиции, до тех пор, «пока Россия будет отлична от Запада», все традиции внешней политики США и Европы, «вся их психология» будут настоятельно толкать «к поддержанию позиции силы и, при необходимости, использованию ее через различные формы и способы давления»[39].
Однако так ли фатально противостояние России и ее западных партнеров? Можно ли его избежать, сохраняя при этом неизбежные различия, по большому счету присущие всем странам мира? Общефилософский ответ на этот вопрос заставляет обратиться к либеральной политической теории или социальному конструктивизму. Если же, оставаясь в рамках реализма, искать точку конкретного расхождения, то стоило бы вспомнить времена «медового месяца» в отношениях США и России при раннем Ельцине. Збигнев Бжезинский датирует «упущенную возможность» второй половиной 1993 года, когда российский президент подтвердил, что стремление Польши присоединиться к НАТО не противоречит «интересам России»[40]. Именно тогда, как считал автор «Великой шахматной доски», Вашингтон должен был предложить Москве «сделку, от которой невозможно отказаться», то есть особые отношения между Россией и НАТО. Вместо этого, администрация Клинтона «мучилась еще два года», в течение которых Кремль «сменил пластинку», и, когда в 1996-м американцы решили сделать расширение НАТО центральной задачей своей политики, русские «встали в жесткую позицию», по сути впервые четко заявив, что расширение НАТО на восток противоречит их собственным национальным интересам.
Завещание Бжезинского
Збигнев Бжезинский в свое время писал:
«Для России единственный геостратегический выбор, в результате которого она смогла бы играть реальную роль на международной арене и получить максимальную возможность трансформироваться и модернизировать свое общество, – это Европа. И не просто какая-нибудь Европа, а трансатлантическая Европа с расширяющимися ЕС и НАТО»[41].
Трудно представить что-то более идеалистическое и утопичное в наши дни, когда под вопросом не только будущее отношений России и Запада, но и сама устойчивость евроатлантического альянса. Куда реалистичнее звучит предупреждение, согласно которому с такой Европой России придется иметь дело в том случае, если она действительно захочет избежать опасной геополитической изоляции. Бжезинского принято считать то ли злым демоном, то ли alter ego творцов российской внешней политики. Мало кто, однако, прислушался к его рекомендации, адресованной самой Америке: к предложению «создать геополитическую среду, которая благоприятствовала бы ассимиляции России в расширяющиеся рамки европейского сотрудничества»[42]. В устах Москвы это звучит теперь укором, а глазах Вашингтона и Брюсселя выглядит напрасной попыткой.
«Новый спектр отношений» применительно к России, которого так ждали с обеих сторон двадцать лет назад, обернулся очередным витком порочного круга разочарований, взаимных претензий и обид. Между тем стоит признать, что надежды были разрушены не вчера, а задолго до текущего кризиса. Собственно, об их крушении написал еще Хантингтон, в начале 1990-х предположивший, что в дальнейшем отношения России и Запада «будут варьироваться от холодности до применения насилия», но в большинстве случаев продолжат «балансировать ближе к середине диапазона между двумя крайностями»[43], тяготея к «холодному миру» – определению будущего, данному еще президентом Ельциным. В свою очередь авторы недавних работ прогнозируют еще более проблематичные отношения, ожидающие обе стороны в течение ближайших нескольких лет[44].
Отчуждение России от европейской и, шире, западной цивилизации парадоксальным образом объясняется последствиями распада СССР. Во-первых, это может быть связано с чисто географическими причинами. Как пишет Элен Каррер д’Анкосс, царская, а затем советская империи были обращены к Западу, к Европе. Потеря Балтийских государств, Польши и Украины, отдалила Россию от Европы, в то время как азиатская ее составляющая оставалась неизменной[45]. Это последствие еще предстоит осознать и отрефлексировать интеллектуалам-западникам внутри самой России, учитывая тот практически очевидный для европейских историков факт, что важный вклад полиэтнической и многосоставной Речи Посполитой после ее разделов и окончательного захвата Российской империей состоял в полонизации и вестернизации русской жизни[46], особенно в том, что касалось дворянской и городской повседневной культуры.
Во-вторых, социокультурные различия оказались усугублены деградацией и архаизацией интеллектуального пространства постсоветской России. Столь любимый российскими консерваторами Хантингтон отмечает:
«Когда русские перестали вести себя как марксисты и стали вести себя как русские, разрыв между ними и Западом увеличился. Западный демократ мог вести интеллектуальные споры с советским марксистом. А вот сделать это с русским православным националистом для него будет невозможно»[47].
Путинская эпоха явила остальному миру квинтэссенцию основных догматов российской внешней политики. И в большей степени она сформирована под влиянием дипломатии Realpolitik XIX столетия в духе канцлера Горчакова, нежели на основе реалий XXI века[48]. Несмотря на то, что все «эти архаизмы в плане теории смехотворны»[49], они продолжают играть весьма важную роль в выработке и определении внешнеполитического курса сегодняшней России, а это есть подлинная трагедия для остатков европеизированного интеллектуального класса внутри страны.
Отставание сегодняшней России уже давно ощущается не только в отношении Запада. В 1992 году в свою бытность первым послом новой суверенной России в США Владимир Лукин в интервью журналу «Foreign Policy» признавал:
«В прошлом Россия видела себя во главе Азии, хотя и позади Европы. Однако затем Азия стала развиваться более быстрыми темпами, […] и мы обнаружили самих себя не столько между “современной Европой” и “отсталой Азией”, сколько занимающими несколько странное промежуточное пространство между двумя “Европами”»[50].
На этом фоне можно лишь согласиться с констатацией того, что многополярный мир, к созданию которого Москва призывала в конце 1990-х, стал, наконец, реальностью, но саму Россию трудно назвать «одним из самых влиятельных его полюсов»[51].
Критики столь пессимистического взгляда в отношении России могут сослаться на симметрично продолжающийся «закат Европы», в международных делах проявляющийся в утрате абсолютной гегемонии США и их союзников. Это выглядит правдоподобно, хотя те апологеты нисходящей линии развития западной цивилизации, к которым обычно апеллируют наши «почвенники», все-таки оговариваются: процесс «упадка» может быть долгим, а на отдельных этапах возможно даже возвращение к росту. Тем не менее нельзя не признать, что по крайней мере в демографическом отношении Европа и Россия являются «зрелыми странами с низким уровнем рождаемости и стареющим населением». Скорее всего у подобных обществ действительно не может найтись «юношеской энергии для экспансионистской политики»[52], как и для большой вражды. Возможно, как раз поэтому текущий лейтмотив в отношениях России и Запада может быть определен не обязательно в терминах кризиса и конфликта, но скорее в понятиях усталости и отчуждения[53]. Вот и новая стратегия НАТО в отношении Российской Федерации с некоторых пор называется «политикой адаптации» – не более того.
Где же кроются причины сложившейся тупиковой ситуации? «Положение государства на карте – первое, что является определяющим больше, чем его политическая система», – без обиняков заявляет Каплан[54], чьи труды переведены и растиражированы поклонниками геополитики в России. «Конвенциональный взгляд говорит нам, что российские подходы и действия в отношении Запада есть выражение российской внутренней политики», – возражает на это Ло[55]. На протяжении истории Российской империи при определенном внешнем историко-географическом сходстве с американской территориальной экспансией в Западном полушарии принципиальным и коренным отличием российской политической структуры оставался порядок, осторожно характеризуемый как «нечто иное, чем свобода»[56], плюс «двойственное отношение русских к капитализму и частной собственности»[57], сохраняющееся и в наши дни вопреки всем предпринятым реформаторским усилиям.
Анализируя возможные варианты будущего внутреннего развития России, Ливен писал, что, возможно, самым худшим для нее представляется «нигерийский сценарий», когда огромный потенциал страны будет растрачен из-за слабости государства, вопиющей коррупции элиты и отсутствия у населения чувства гражданской ответственности[58]. Такая Россия «соединит в себе худшие черты советской бюрократической морали с самыми отвратительными качествами мирового капитализма», а ее общественное мнение будет настроено против Запада. Имея в своем арсенале ядерное оружие, она станет угрозой всему миру, предупреждал британский историк[59]. Отчасти это рифмуется с поистине пророческими словами Николая Косолапова, опубликованными в 1995 году на фоне тогдашней эйфории в отношении проводившихся в стране радикальных реформ:
«И здесь перед Россией встает грозная опасность. Нет ортодоксов ревностнее, чем новообращенные. Ухватившись сейчас за либеральную модель – притом в ее самом механистическом варианте – и сделав это в период, когда данная модель приходит к исчерпанию своих исторических резервов и возможностей, когда формула общества XXI века явно должна будет найти какое-то совмещение европейского и неевропейского цивилизационного опыта, Россия рискует превратиться в начале будущего столетия в центр социальной и политической реакции в мире, что могло бы снова противопоставить ее Западу и другим регионам и культурам»[60].
Остается лишь констатировать практически полную реализацию данного прогноза двадцать лет спустя.
Для выхода из «порочной спирали» необходимо не только усвоить едва ли не самую важную европейскую ценность, состоящую в отношении к государству «не как к святыне, а как к более или менее работоспособной организации чиновников и выборных лиц, нанятых на службу обществу и каждому гражданину»[61]. Чтобы остановить или по крайней мере сдержать продолжающийся и выглядящий вечным негативный сценарий во внешней политике, может потребоваться сильный шок или серия шоков, связанных, например, с чрезвычайными обстоятельствами на российско-китайской границе, или с еще более масштабной вспышкой насилия на Ближнем Востоке, охватывающей весь регион[62]. Впрочем, любые международные катаклизмы совершенно точно не подействуют без главного.
Задачей первостепенной важности для России и ее отношений с «трансатлантической Европой» в союзе с США Бжезинский называл модернизацию собственного общества вместо тщетных попыток вернуть былой статус мировой державы. Путь к этому, вне всякого сомнения, лежит через настойчивое внутреннее развитие и переосмысление российским интеллектуальным классом места своей страны на карте мира исходя из ценностей и идей современности, а не героики прошлого. «Национальная редефиниция России является не актом капитуляции, а актом освобождения»[63], – эти слова отца-основателя всей новейшей российской геополитики, пожалуй, могут служить лучшим его завещанием всем нам.
[1] См.: Кондаков А. «Пропаганда гомосексуализма» и однополые браки: насколько адекватно понятие «новая холодная война» для описания международной дискуссии о ЛГБТ. Доклад на XI Малых Банных чтениях («Война как фигура речи и форма мысли»), Санкт-Петербург, 24–25 апреля 2015 года (www.nlobooks.ru/node/5993#sthash.eUIExH3a.dpuf).
[2] См.: Жарков В. Фейк геополитики // Новая газета. 2014. 24 ноября (www.novayagazeta.ru/articles/2014/11/22/62056-feyk-geopolitiki).
[3] Каплан Р. Месть географии. Что могут рассказать географические карты о грядущих конфликтах и битве против неизбежного. М.: КоЛибри; Азбука-Аттикус, 2015. С. 50–51.
[4] Burbank J., Cooper F. Empires in World History: Power and Politics of Difference.Princeton: Princeton University Press, 2010. P. 251.
[5] Каплан Р. Указ. соч. С. 51.
[6] Ливен Д. Российская империя и ее враги с XVI века до наших дней. М.: Европа, 2007. С. 331.
[7] Там же. С. 361.
[8] Hobsbaum E. Age of Extremes. The Short Twentieth Century. 1914–1991. London: Abacus, 1997. P. 560.
[9] Ibid. P. 561.
[10] Бжезинский З. Великая шахматная доска. Американское превосходство и его геостратегические императивы. М.: Международные отношения, 2010. С. 121.
[11] Цит. по: Там же.
[12] Ливен Д. Указ. соч. С. 368.
[13] Каплан Р. Указ. соч. С. 50.
[14] Armstrong D. Revolution and World Order: The Revolutionary State in International Society. Oxford: Clarendon Press, 1993. P. 42–43.
[15] Lo B. Russia and the New World Disorder. London: Chatham House; Washington, D.C.: Brookings Institution Press, 2015. P. 199–200.
[16] Бжезинский З. Указ. соч. С. 144.
[17] Гоббс Т. Левиафан. М.: РИПОЛ классик, 2016. С. 181.
[18] Bull H. The Anarchical Society: A Study of Order in World Politics. London: Macmillan, 1995. Ch. 2.
[19] Гоббс Т. Указ. соч. С. 183.
[20] Кант И. К вечному миру // Он же. Собрание сочинений: В 8 т. М.: Мысль, 1994. Т. 7. С. 234.
[21] Ливен Д. Указ. соч. С. 347.
[22] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2017. С. 231.
[23] Watson A. The Evolution of International Society: A Comparative Historical Analysis. London: Routledge, 1992. P. 182–183.
[24] Ливен Д. Указ. соч. С. 368.
[25] Тренин Д. Post-imperium: евразийская история. М.: Московский центр Карнеги, 2012. С. 196.
[26] Арбатов А. Особый имперский путь России // 20 лет без Берлинской стены: прорыв к свободе / Под ред. Н. Бубновой. М.: Московский центр Карнеги; РОСПЭН, 2011. С. 46.
[27] Вопросом о возможности подобной трансформации Элен Каррер д’Анкосс завершает свою книгу «Евразийская империя» (М.: РОСПЭН, 2007. С. 330).
[28] Lo B. Op. cit. P. 102.
[29] Ibid.
[30] Ibid. P. 103.
[31] Тренин Д. Указ. соч. С. 66.
[32] Ливен Д. Указ соч. С. 361.
[33] Там же.
[34] Lo B. Op. cit. P. 199.
[35] Хантингтон С. Указ. соч. С. 423.
[36] Косолапов Н.А. Меняющаяся Россия и стратегия Запада // Россия и будущее европейское устройство / Отв. ред. Н.А. Косолапов. М.: Наука, 1995. С. 247.
[37] Там же.
[38] Lo B. Op. cit. P. 165.
[39] Косолапов Н.А. Указ. соч. С. 259.
[40] Бжезинский З. Указ. соч. С. 124.
[41] Там же. С. 143.
[42] Там же. С. 232.
[43] Хантингтон С. Указ. соч. С. 351.
[44] Lo B. Op. cit. P. 200.
[45] Каррер д’Анкосс Э. Евразийская империя: история Российской империи с 1552 г. до наших дней. М.: РОСПЭН, 2007. С. 310.
[46] Watson A. Op. cit. P. 186.
[47] Хантингтон С. Указ. соч. С. 234.
[48] Lo B. Op. cit. P. 200.
[49] Арбатов А. Указ. соч. С. 51.
[50] Цит. по: Бжезинский З. Указ. соч. С. 118.
[51] Тренин Д. Указ. соч. С. 66.
[52] Хантингтон С. Указ. соч. С. 424.
[53] Lo B. Op. cit. P. 166.
[54] Каплан Р. Указ. соч. С. 49.
[55] Lo B. Op. cit. P. 167.
[56] Burbank J., Cooper F. Op. cit. P. 283.
[57] Ibid. P. 284.
[58] Ливен Д. Указ. соч. С. 630.
[59] Там же.
[60] Косолапов Н.А. Указ. соч. С. 270.
[61] Арбатов А. Указ соч. С. 49.
[62] Lo B. Op. cit. P. 200.
[63] Бжезинский З. Указ. соч. С. 145.
Опубликовано в журнале: Неприкосновенный запас 2017, 3
Василий Жарков
Сегодня специалисты Центра по проведению спасательных операций особого риска «Лидер» МЧС России отправляются в Республику Крым для проведения работ по очистке территории крепости Керчь от взрывоопасных предметов. Работы по поиску и обезвреживанию боеприпасов времен Великой Отечественной войны продлятся три месяца.
В составе группы 30 специалистов – пиротехники, саперы-взрывники и медик. Для эффективного выполнения ответственной задачи на территории крепости Керчь развернут палаточный городок, который оснащен всем необходимым для жизнеобеспечения пиротехников.
У каждого офицера огромный опыт работы по обезвреживанию взрывоопасных предметов не только на территории России, но и за рубежом, в том числе в Сербии, Афганистане, Южной Осетии и других регионах.
Третий год подряд высококвалифицированные сотрудники Центра «Лидер», профессионалы пиротехнического дела, проводят уникальные работы по разминированию, чтобы сделать памятник российской истории безопасным для посещения туристов и местных жителей.
Крепость в Керчи – сохранившийся объект фортификационной архитектуры XIX века, который представляет особую историко-культурную ценность. В Российской империи его основной задачей являлось оборона пролива между Черным и Азовским морями. В связи с этим крепость включает в себя множество подземных и надземных казематов, а также складов. Перед началом Великой Отечественной войны в них хранились огромные запасы артиллерийских снарядов, фугасных бомб, гранат и боеприпасов различных типов. Поэтому территория Крепости по сей день хранит «отголоски войны», сохранившие свою боевую способность.
Член комитета по делам вооруженных сил палаты представителей конгресса США Адам Смит в минувший вторник представил законопроект новой стратегии национальной безопасности государства, разработанный в связи с "агрессией Российской Федерации". Рассмотрение этого документа запланировано на ближайшее время, в настоящий момент идет процесс сбора подписей. Согласно пояснительным материалам, законопроект обязывает "министра обороны разработать и реализовать всеобъемлющую стратегию по России, которая позволит скоординировать усилия США и союзников, направленные на то, чтобы сдержать и при необходимости ответить на российскую агрессию".
"Настало время признать, что вызов со стороны России должен стать одним из главных опасений в рамках Стратегии национальной безопасности США", — подчеркнул Адам Смит.
Документ, в частности, подразумевает, что Пентагон должен выработать специальную стратегию по России, в том числе и по противостоянию российской военной технике. Таким образом, в следующей доктрине национальной безопасности нашей стране будет уделено гораздо больше внимания и конкретики, чем в аналогичных документах, принятых при Джордже Буше-младшем и Бараке Обаме. Впрочем, многие эксперты и политологи отмечают, что новая стратегия будет отличаться от предыдущих только по форме, но не по содержанию. Меры по военному сдерживанию России в администрации США активно продвигали и до Крыма, санкций или вмешательства России в сирийскую гражданскую войну.
Доктрина Буша
В знаменитой "Доктрине Буша", сформулированной президентом США в 2001 году, сразу после терактов 11 сентября, Россия впрямую не называлась военным противником. Первоначально документ закреплял за США право в одностороннем порядке с помощью вооруженных сил бороться с государствами, которые дают убежище или оказывают помощь террористическим организациям. Однако позже в нее были включены спорные положения "превентивной войны" против стран, представляющих "потенциальную опасность" для США, а также силовое "распространение демократии" по всему миру. Часть пунктов "Доктрины Буша" в 2002 году вошла в Стратегию национальной безопасности США. Вскоре ее антироссийская направленность стала очевидной.
В 2002 году Соединенные Штаты вышли из Договора об ограничении систем противоракетной обороны и начали в одностороннем порядке возводить элементы глобальной ПРО в Восточной Европе. Формально — против ракетно-ядерной программы "стран-изгоев" — Ирана и КНДР. По факту — для сдерживания потенциала российских РВСН и расширения американского военного присутствия в Европе.
С 2003 по 2005 год в трех граничащих с Россией бывших советских республиках при активной информационной, дипломатической и финансовой поддержке США был последовательно реализован сценарий "цветных революций": "революция роз" в Грузии в 2003 году, "оранжевая революция" на Украине в 2004-м, "тюльпановая революция" в Киргизии в 2005-м. К власти в этих странах пришли откровенно прозападные политики. Результаты этих "кадровых перестановок" известны всем: газовая война с Киевом, пятидневная война за Южную Осетию с Тбилиси, дипломатическая война с Бишкеком по поводу отказа последнего закрыть американскую военную базу Манас.
По сути дела, при поддержке США на российских границах один за другим возникали антироссийские политические режимы. На этом фоне теряются другие "мелочи": продолжение расширения НАТО на восток, открытая поддержка американцами оппозиционных движений внутри России, постоянные нападки на Владимира Путина в западных СМИ, критика поддержки Россией Ирана и прочее.
Недоперезагрузка
Избрание президентом США Барака Обамы в январе 2009 года многие аналитики восприняли с осторожным оптимизмом. В отличие от своего конкурента по предвыборной гонке Джона Маккейна, Обама на словах выступал за нормализацию отношений с Россией. Ожидалось, что взаимодействие двух стран на международной арене выйдет на новый уровень.
Поначалу все так и выглядело. В Стратегии национальной безопасности, представленной Обамой в 2010 году, главными угрозами для своей страны 44-й президент США обозначил мировой терроризм, распространение ядерного оружия, экономическую нестабильность, негативные климатические изменения, нарушение демократических устоев. Россия в этом документе упоминается в достаточно уважительном ключе. Американский президент подчеркнул, что Москва вернула себе утраченные позиции на мировой арене, став полноценным членом международного сообщества, с мнением которого нельзя не считаться. По утверждению Обамы, США заинтересованы в "сильной и процветающей" России. Он призвал развивать отношения между двумя странами по всем ключевым взаимовыгодным направлениям. А в конце "российской" главы добавил, что Вашингтон намерен "всеми силами поддерживать независимость и территориальную целостность соседних с Россией государств".
Кульминацией этой "поддержки" стал Евромайдан и государственный переворот на Украине в феврале 2014 года, за который активно "болели" американцы и их европейские союзники. Помощник госсекретаря США Виктория Нуланд позже прямо заявляла, что американское правительство выделило на "поддержку украинской демократии" пять миллиардов долларов. А в 2013 году Вооруженные силы США едва не напали на Сирию с целью свержения Башара Асада, давнего союзника России на Ближнем Востоке. Кроме того, при Обаме в НАТО вошли еще два государства — Албания и Хорватия.
Финансовый интерес
Новая Стратегия национальной безопасности США, по мнению многих экспертов, отличаться от предыдущих будет только формулировками. В ближайшей перспективе США продолжат политику сдерживания России, окружения ее цепью военных баз и ведения против нее информационной войны. Трамп в этом плане реформатором не станет. Скорее — продолжателем дела предыдущих администраций. Как считает профессор Академии военных наук, политолог-американист Сергей Судаков, причина такого подхода кроется не в какой-то абстрактной ненависти американских властей к России, а в банальных деньгах, хоть и очень больших.
"Давайте будем честны: Россия самим фактом своего существования позволяет американским оружейным корпорациям зарабатывать десятки миллиардов долларов, — рассказал РИА Новости эксперт. — Законопроект Адама Смита — это прежде всего инициатива бывших отставных военных, которые работают в крупных лоббистских компаниях. Они искусственно раздувают антироссийскую истерию в СМИ, чтобы выбить дополнительные заказы у правительства. В США очень сильное военное лобби. Оно постоянно требует колоссальных финансовых вложений в научные разработки, производство новых видов вооружений. Поэтому генералы и политики в США время от времени начинают петь дифирамбы новым российским танкам, самолетам, ракетам и так далее. По той же причине в правительстве и СМИ США постоянно муссируется тема потенциальной агрессии России против прибалтийских государств. Армии европейских членов НАТО на 60-70 процентов вооружены техникой и оружием производства США. Это огромный рынок сбыта".
По мнению Сергея Судакова, Трамп попросту не в состоянии противостоять такой мощной политико-экономической силе. У него и так хватает проблем: президента критикуют и в сенате, и в конгрессе. Ему фактически объявили войну средства массовой информации. Эксперт подчеркнул, что Трамп, по сути, даже не пытается гасить пожар оголтелой русофобии в стране. А если начнет — его мигом заклюют оппоненты.
"Получается, Трамп — президент, который царствует, но не правит, — поясняет Сергей Судаков. — И он подпишет законопроект новой Стратегии национальной безопасности, в который его разработчики уж точно внесут все возможные "акты наказания России". Это сильно ограничит все дальнейшие усилия Трампа по нормализации отношений с нашей страной. Полагаю, что эта русофобия не закончится завтра. Не закончится она и после встречи Владимира Путина с Дональдом Трампом. Это уже вопрос не только формирования американского внешнеполитического курса, но и внутренней политики действующего президента, создания в секторе оборонки тысяч новых рабочих мест, зарабатывания огромных денег".
Принятие новой Стратегии национальной безопасности вряд ли повлечет за собой какие-то серьезные изменения в практическом плане. Дальнейшего обострения отношений между двумя странами ожидать не стоит (в конце концов, они и так хуже некуда). Другие страны на роль пугала и источника заказов для американской оборонки просто-напросто не подойдут. Объявлять следующей страной-изгоем Китай США не решатся — слишком тесны экономические связи между Пекином и Вашингтоном. А для борьбы с мировым терроризмом авианосцы, стратегические бомбардировщики и атомные подводные лодки не нужны, для этого хватит и не самых современных и дорогостоящих вооружений. Так что крики "Русские идут!" будут доноситься из-за океана еще долго. Пока из них можно будет извлечь прибыль.
Андрей Коц.
Агентство ТурСтат проанализировало статистику выездного туризма из России в первые три месяца 2017 года.
Кыргызстан вошел в первую пятерку в СНГ по росту турпоездок российских туристов в этом году.
По данным ТурСтат, до 6,7 млн выросло количество туристических поездок из России за первые три месяца 2017 года, что на 24% больше, чем 5,4 млн поездок в первом квартале прошлого года.
Кыргызстан входит в число самых популярных стран у российских туристов. В первом квартале году число турпоездок россиян в Кыргызстан выросло на 16% до 44 тыс.
Доминикана, Куба, Вьетнам, ОАЭ и Таиланд стали самыми популярными пляжными направлениями россиян в первом квартале 2017 года, а популярные экскурсионные направления - Чехия, Италия, Испания и Франция также показали высокий рост выездных поездок в этом году.
Топ-стран по числу выездных турпоездок из России в 1-м квартале 2017 года:
Финляндия, 736 тыс. (+28%)
Абхазия, 667 тыс. (+6%)
Казахстан, 512 тыс. (+2%)
Китай, 430 тыс. (+38%)
Эстония, 393 тыс. (+23%)
Таиланд, 381 тыс. (+35%)
Украина, 372 тыс. (+20%)
Германия, 273 тыс. (+27%)
Польша, 273 тыс. (+5%)
ОАЭ, 210 тыс. (+57%)
Италия, 174 тыс. (+33%)
Вьетнам, 150 тыс. (+65%)
Азербайджан, 139 тыс. (+31%)
Турция, 138 тыс. (+116%)
Грузия, 135 тыс. (+27%)
Литва, 123 тыс. (-9%)
Испания, 120 тыс. (+35%)
Чехия, 104 тыс. (+63%)
Индия, 98 тыс. (+63%)
Франция, 96 тыс. (+26%)
Южная Осетия, 84 тыс. (+10%)
Израиль, 77 тыс. (+26%)
Латвия, 76 тыс. (+15%)
Швейцария, 68 тыс. (+3%)
Армения, 65 тыс. (+20%)
Кипр, 60 тыс. (+71%)
Доминиканская Республика, 58 тыс. (+241%)
Республика Корея, 57 тыс. (+27%)
Великобритания, 53 тыс. (+23%)
Нидерланды, 52 тыс. (+30%)
Австрия, 52 тыс. (+21%)
США, 46 тыс. (+12%)
Кыргызстан, 44 тыс. (+16%).
Сегодня завершил работу Х Международный салон средств обеспечения безопасности «Комплексная безопасность-2017» (далее – Салон).
«Было очень много интересных встреч, дискуссий и мероприятий, которые позволили нам на многое посмотреть по-новому, получить новый импульс и наметить новые рубежи», - сказал глава МЧС России Владимир Пучков.
В рамках деловой программы на площадках Салона прошло более 30 мероприятий, в том числе, научно-практические конференции, семинары, круглые столы и рабочие совещания. Было проведено 11 двусторонних встреч руководства МЧС России с зарубежными коллегами по вопросам международного сотрудничества.
Прошедший Салон имел несколько особенностей. Все мероприятия впервые проходили на одной площадке – в Ногинском спасательном центре МЧС России. Удалось расширить круг участников и максимально привлечь представителей малого и среднего бизнеса за счет безвозмездного предоставления площади для размещения экспозиций.
Отличительной особенностью Салона в этом году стало большое разнообразие робототехники российского производства. Это комплексы, которые используя искусственный интеллект, готовы выполнять сложные задачи в шахтах, горных выработках и задымленных высотных зданиях. Также были представлены передовые разработки российских специалистов IT-индустрии, которые сформировали современную модель мониторинга и прогнозирования различных опасностей и угроз.
На выставке была представлена широкая линейка ручных и лафетных стволов с регулируемой подачей огнетушащих составов, в том числе роботизированных.
На открытой площадке для посетителей Салона были продемонстрированы новые образцы аварийно-спасательной и специальной техники, в том числе вездеходной, предназначенной для доставки личного состава подразделений и специализированного инструмента в труднодоступные места. Также была представлена обновленная линейка пожарной техники, включающая автомобили улучшенной компоновки, средства спасения людей с высот, автомобили, предназначенные для работы в суровых условиях Арктики.
«Мы отмечаем лучших из лучших за новые идеи, современные подходы, прорывные технологии и за все то, что позволяет нам развивать органы управления, реагирующие подразделения МЧС России, помогать и поддерживать органы местного самоуправления», - сказал Владимир Пучков.
По приглашению МЧС России все желающие москвичи и гости столицы стали очевидцами полевого демонстрационного учения с применением авиации, робототехнических комплексов, перспективных пожарно-спасательных средств, в котором приняли участие более 1500 человек, свыше 200 единиц техники. Вместе с российскими спасателями профессиональное мастерство продемонстрировали спасатели Республик Беларусь, Армения, Казахстан, Молдова, Таджикистан, Узбекистан, Азербайджанской республики и Монголии, а также личный состав Иорданского поисково-спасательного отряда.
Насыщенной стала и международная часть программы Салона. Были проведены двусторонние встречи с представителями Армении, Абхазии, Таджикистана, Белоруссии, Южной Осетии, Китая, Монголии, Сербии, Германии. Обсуждалось взаимодействие МЧС России и зарубежных государств по вопросам обеспечения безопасности населения от возникающих угроз и возможных рисков, в том числе дальнейшее развитие российско-армянского и российско-сербского гуманитарных центров, обучение иностранных специалистов в ведомственных вузах министерства.
Особое внимание было уделено привлечению молодежи к вопросам безопасности жизнедеятельности. Для маленьких гостей подготовили специальную программу - робополигоны, скалодром, детский лабиринт, конная и кинологическая площадки. Дети смогли почувствовать себя юными спасателями, научиться оказывать первую помощь, поиграть в волейбол и футбол, покататься на катамаранах.
Министр отдельно отметил школьников, преуспевших в области робототехники и представивших собственноручно собранные модели роботов, способных выполнять задачи, связанные с аварийно-спасательными работами.
«Одно из главных достижений нашего форума - что мы впервые создали мощный тренд работы с детьми. Воспитание подрастающего поколения, умение быстро и оперативно оценить опасности, которые окружают ребенка в подъезде, по дороге в школу, умение оказать помощь себе и тем, кто оказался рядом, формирование культуры безопасности жизнедеятельности - важнейший приоритет МЧС России», - сказал Владимир Пучков.
Свои действующие и перспективные разработки в сфере безопасности представили свыше 300 фирм и компаний, и свыше 3000 профильных специалистов в сфере обеспечения безопасности населения и территорий. Кроме того, в работе форума приняли участие 220 представителей чрезвычайных служб из 53 стран и международных организаций, в том числе из ООН. За три дня работы Салон посетило более 16000 человек.
Сегодня в МЧС России Владимир Пучков встретился с главой МЧС Республики Южная Осетия Аланом Тадтаевым. Встреча прошла в рамках X Международного салона средств обеспечения безопасности «Комплексная безопасность – 2017».
Владимир Пучков поздравил Алана Тадтаева с назначением на должность Министра Республики Южная Осетия по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий и пожелал ему успехов на этом ответственном посту.
Главы чрезвычайных ведомств двух стран обсудили вопросы развития сотрудничества спасательных служб двух стран.
Владимир Пучков отметил, что отношения России с Республикой Южная Осетия – Государством Алания носят характер стратегического партнерства.
«Содействие становлению Южной Осетии, укреплению ее международных позиций, обеспечению надежной безопасности является одним из российских приоритетов, - подчеркнул Владимир Пучков. Он добавил, что спасательные службы России и Южной Осетии связывают крепкие дружеские отношения.
Глава МЧС России подчеркнул, что для развития дальнейшего сотрудничества в области защиты и предупреждения чрезвычайных ситуаций имеется надёжная правовая база.
«Это Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Российской Федерацией и Республикой Южная Осетия, в соответствии с которым наши страны оказывают друг другу содействие в ликвидации последствий крупных экологических катастроф, а также межправительственное соглашение о сотрудничестве в области предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций», - сказал Владимир Пучков. В рамках действия упомянутого межправительственного соглашения создана Российско-Югоосетинская комиссия по сотрудничеству в области предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, первое заседание которой проведено в 2013 году.
В ходе рабочей встречи особое внимание стороны уделили работам по гуманитарному разминированию югоосетинской территории, которые МЧС России по поручению Президента Российской Федерации осуществляет второй год.
«МЧС России продолжит эту работу до начала июля. Гуманитарное разминирование Южной Осетии планируется продолжение и в 2018-2019 годах», - отметил Владимир Пучков.
В завершение рабочей встречи глава МЧС России поблагодарил Алана Тадтаева за активное участие МЧС Южной Осетии в Международном салоне средств обеспечения безопасности «Комплексная безопасность». Югоосетинские делегации посещают Международный салон ежегодно.
«Уверен, что ваше участие в Международном салоне «Комплексная безопасность – 2017» позволит укрепить имеющиеся связи МЧС Южной Осетии со спасательными службами зарубежных государств, а также установить новые», - сказал Владимир Пучков.
Напомним, что отряд Центра по проведению спасательных операций особого риска «Лидер» МЧС России проводит разминирование с 2016 года. В этом году спасатели МЧС России обследовали около 20 га территории, обнаружили и обезвредили 25 взрывоопасных предметов, в том числе 15 противопехотных мин. Отряд проложит работу до начала июля 2017 года.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Республики Беларусь В.В.Макеем по итогам совместного заседания коллегий МИД России и МИД Белоруссии
Уважаемые дамы и господа,
Наша традиционная встреча в формате совместного заседания коллегий министерств иностранных дел Российской Федерации и Республики Беларусь проходит в преддверии важной юбилейной даты – 25-летия установления дипломатических отношений между нашими странами. Сегодня с Министром иностранных дел Республики Беларусь В.В.Макеем открыли фотовыставку, посвященную этому памятному событию. Только что в вашем присутствии мы подписали совместное заявление, в котором зафиксировали приоритеты совместной работы на международной арене.
За прошедшие четверть века мы серьезно продвинулись в интеграционном сближении, повышении эффективности совместных усилий по обеспечению безопасности. На этот счет были предприняты конкретные шаги как в рамках Союзного государства, так и по линии Евразийского экономического союза (ЕАЭС), ОДКБ. Характеристика динамики нашего взаимодействия – это насыщенный диалог на высшем уровне. В прошлом году наши лидеры встречались семь раз, в этом – уже три. На повестке дня сессия Парламентского Собрания Союза Беларуси и России, которая пройдет 15 июня в Минске, Четвертый форум регионов России и Белоруссии 30 июня в Москве, а также предстоят очередные заседания Высшего Государственного совета и Союзного совета министров.
Рассмотрели ход выполнения Программы согласованных действий в области внешней политики государств-участников Договора о создании Союзного государства на 2016-2017 гг. Констатировали успешную реализацию всех предусмотренных в ней мероприятий. Рассмотрели также ход подготовки новой программы на очередной двухлетний период. Опираясь на эти документы, наши внешнеполитические ведомства тесно сотрудничают по таким важнейшим направлениям, как задача продвижения справедливого и демократического полицентричного мироустройства, обеспечение глобальной и региональной безопасности, противодействие новым вызовам и угрозам с опорой на международное право и центральную роль ООН, координация действий в правозащитной и гуманитарной сферах.
Мы не останавливаемся на достигнутом, стремимся искать новые формы взаимодействия, которые отвечают велениям времени.
Условились продолжать совершенствовать информационную работу в целях обеспечения объективного восприятия интеграционных процессов в рамках ЕАЭС. Продвижение внешних связей ЕАЭС остается важным направлением деятельности дипломатических служб государств-членов «пятерки».
Выразили серьезную озабоченность в связи с усилением военной деятельности Североатлантического альянса на его т.н. «восточном фланге», которая подрывает стратегический баланс в Евроатлантике и создает угрозы безопасности наших государств. Договорились и далее координировать подходы к выстраиванию отношений с НАТО, обмениваться информацией о конкретных направлениях, контактах с Альянсом, в том числе в рамках ОДКБ, где в нынешнем году председательствует Республика Беларусь.
Договорились наращивать культурно-гуманитарные обмены, в том числе в рамках реализации мероприятий, приуроченных к совместным памятным датам и значимым событиям в истории наших стран. Особое внимание будем уделять продвижению диалога между молодежью, в том числе по линии наших министерств. Благодарны белорусской стороне за инициативу по организации две недели назад в Минске первой встречи Совета молодых дипломатов МИД России и Клуба молодых дипломатов МИД Белоруссии. В свою очередь ожидаем участие белорусских коллег в IV форуме молодых дипломатов в Москве в июле этого года.
Продолжим, и сегодня об этом специально говорили, решительно пресекать нечистоплотные попытки исказить нашу общую историю, историю Великой Отечественной войны. Наметили ряд дополнительных практических шагов для продвижения этой темы в международных организациях.
Мы провели отдельные переговоры с Министром иностранных дел Республики Беларусь В.В.Макеем, в ходе которых обсудили ключевые вопросы наших двусторонних отношений и отдельные актуальные международные темы.
Говорили о ситуации на Украине. Это наш общий сосед. Мы заинтересованы в том, чтобы внутриукраинский кризис был преодолен как можно скорее. Убеждены, что сделать это можно исключительно на основе политико-дипломатических усилий и полного выполнения Минских договоренностей от февраля 2015 г.
Мы в очередной раз поблагодарили белорусских друзей за организацию переговоров по выполнению Минских договоренностей в рамках Контактной группы. Минск стал гостеприимной, удобной для всех участников этих переговоров столицей. Убежден, что если и когда у международного сообщества возникнет необходимость наладить переговоры по любой другой животрепещущей теме, белорусская столица будет для многих оптимальным местом для переговорного процесса.
Еще раз благодарю наших белорусских коллег за совместную работу.
Вопрос (адресован обоим министрам): Сотрудничество между министерствами иностранных дел двух государств неоднократно приводили в качестве примера взаимодействия двух государств в рамках Союзного государства в целом. Как удалось достичь такого успеха, и что сегодня говорилось на заседании коллегий о том, чтобы и в предстоящий период уровень этого сотрудничества был не ниже?
С.В.Лавров (отвечает первым): Секрет успешности нашего внешнеполитического взаимодействия, пожалуй, в том, о чем мы сегодня говорили: в совпадении позиций и внешнеполитического мировоззрения. Россия и Белоруссия отстаивают на международной арене правду, справедливость, равноправие государств, право государств самим выбирать свою судьбу. Ни друг друга, ни кого-то из других стран мы не заставляем делать какие-то исторические выборы, спрашивая, с нами они или против нас, чем, к сожалению, занимаются наши коллеги из ЕС и Североатлантического альянса (НАТО).
У нас совпадение взглядов (если хотите, они генетически одинаковые) на происходящее в мире и на пути решения международных проблем. Конечно, всегда есть нюансы, но стратегическое, магистральное направление движения в международных делах у нас одинаковое, что и подтверждается соответствующими документами, включая те, которые были подписаны сегодня, в том числе принимаемая каждые два года Программа согласованных действий в области внешней политики.
Вопрос: В последнее время появилось много сообщений по поводу белорусско-российской границы, а также о том, что Россия устанавливает пограничные зоны, переводит рейсы «Белавия» в международные терминалы аэропортов. В чем причина недоверия к белорусским пограничникам, и не движемся ли мы к полноценной границе под Смоленском?
С.В.Лавров: Эти вопросы почему-то стали привлекать внимание только сейчас, но стоят они достаточно давно. Несколько лет назад всерьез звучали предложения о создании комиссии по делимитации нашей границы. Слава Богу, удалось не довести до этого и сделать мягкий вариант упорядочения этой линии. Была создана Комиссия по картографическому оформлению нашей границы, которая работает и решает все вопросы таким образом, чтобы жители сопредельных районов наших стран не испытывали какого-либо дискомфорта, неудобств. Так что эта тема звучала.
Что касается нынешнего состояния, то на протяжении уже почти 10 лет мы хотели найти такую договоренность, которая обеспечивала бы единство нашей визовой политики. Скажу конкретно – это произошло вскоре после войны на Кавказе, развязанной М.Саакашвили вопреки обязательствам добиваться переговорного решения в своих отношениях с Южной Осетией. Тогда действительно мы испытывали очень серьезную угрозу, в том числе террористическую, экстремистскую, которая проистекала из Панкисского ущелья, где граждане Грузии проходили тренировки под началом очень нехороших и опасных людей, в том числе иностранцев. Тогда мы обратили внимание на то, что у нас с Грузией был введен визовый режим, а у наших белорусских друзей, как и со всеми членами СНГ в то время, такого режима не было. Начались консультации о том, чтобы выработать единую визовую политику. Дело двигалось непросто, потому что есть совершенно конкретные вещи, требующие решения, согласования по линии многих ведомств. Могу вас проинформировать, что с тех пор мы существенно продвинулись вперед, уже согласован и выносится на обсуждение Совета министров Союзного государства план мероприятий по формированию единого миграционного пространства на ближайшую трехлетку. В этом плане отражены основные элементы, позволяющие двигаться к формированию единого визового пространства. Более того, мы завершаем, надеюсь, согласование межправительственного соглашения, которое тоже заняло какое-то время. Оно будет посвящено взаимному признанию виз и согласованности действий по другим вопросам, которые связаны с въездом иностранных граждан и лиц без гражданства на территорию государств-участников Договора о создании Союзного государства. Считаю, что это серьезно продвинет нас к решению возникающих сейчас вопросов в отношении упомянутого Вами термина – «погранзоны». Эти зоны не имеют никакого отношения к ограничению перемещений наших граждан, а означают только одно: поскольку границы не существует, иностранные граждане, для которых требуется виза для въезда в Россию, должны каким-то образом зафиксировать факт пересечения этой границы. Убежден, что эта проблема будет решаться без каких-либо бюрократических барьеров. Профессионалы найдут возможность сделать так, чтобы такое решение было найдено. Сейчас наши пограничники предпринимают соответствующие шаги, которые, по большому счету, вдохновлены похожими мерами, которые наши белорусские друзья уже порядка трех лет применяют для того, чтобы, сохраняя свободу передвижения, все же установить какой-то контроль за передвижением иностранцев.
У меня нет сомнений, что мы решим все эти вопросы, в том числе о пересечении границы в международных секторах наших аэропортов. Это и сейчас не содержит никаких дополнительных сложностей, каких-то усложнений для граждан наших стран. Для иностранцев – да, но нам приходится на это идти, поскольку иностранцы прилетают, а у нас пока нет единой визовой политики. Нам приходится принимать их в «международно» оборудованных КПП. Я бы подчеркнул важность скорейшего завершения подписания и вступления в силу тех документов, о которых мы сегодня говорили.
Вопрос: 12 июня в Астане стартует очередной раунд переговоров между конфликтующими сторонами в Сирии. Главной темой, как ожидается, будет фиксация территории четырех зон деэскалации. Многие беспокоятся, что именно эта фиксация может привести к разделу страны. На эту тему уже высказался Президент России В.В.Путин. Что Вы думаете на этот счет?
С.В.Лавров: Что касается подписанного месяц назад Меморандума о создании зон деэскалации с участием вооруженных сил сирийского правительства, вооруженной оппозиции и под гарантии России, Турции и Ирана, то, как Вы и сказали, Президент России В.В.Путин неоднократно подчеркивал, что речь идет не о создании предпосылок к разделу Сирии, как бы этого кому ни хотелось, а о необходимости начать продвигаться к полному замирению и прекращению огня, к деэскалации по всей территории Сирии. Поскольку за один присест ввести такой режим по всей стране чрезвычайно сложно, если не сказать, невозможно, то было решено начать с тех самых зон, о которых мы говорим. Были выделены четыре района, они согласованы, сейчас идет работа над тем, чтобы окончательно договориться по конкретным деталям, связанным с обеспечением мониторинга, наблюдения за выполнением обязательств по прекращению огня и связанным с обеспечением пунктов пропуска в эти зоны деэскалации и из них, прежде всего, для гражданских лиц и гуманитарной помощи, что, конечно, облегчит положение населения в соответствующих районах.
Несмотря на то, что мы многократно подчеркивали нацеленность этой временной меры на то, чтобы через определенный период, как только будут достигнуты результаты в обустройстве этих зон, она распространялась и на другие районы Сирии, есть желающие (и мы даже знаем, кто транслирует соответствующие сигналы через различные НПО, известные своей ангажированностью в сирийском кризисе) предъявить претензии в отношении того, что инициаторы зон деэскалации ведут дело к разделу САР. Это неправда, выражаясь очень мягко. Эти провокационные заявления сродни тому, как обыгрывалась ситуация, например, в Алеппо, когда были достигнуты договоренности относительно добровольного выхода из восточного района города боевиков с оружием и семьями (не только боевиков, но и всех желающих). Нас обвиняли в том, что мы устраиваем этнические чистки, кричали без преувеличения на весь мир, что это приведет к изменению демографического баланса и перекройке всего сирийского государства. Сейчас уже десятки тысяч суннитов, покинувших в то время Восточный Алеппо, вернулись в свои дома и продолжают возвращаться. Ни одно «прогрессивное» СМИ, включая те, которые поднимали шум по поводу «этнических чисток», не хочет писать об этих фактах (либо им запрещают). Кстати, крики, сопровождавшие операцию по освобождению Восточного Алеппо, ссылки на огромное количество людей, вынужденных покинуть свои дома, огромное количество пострадавших отнюдь не привели к тому, что авторы этих оценок стали бы объективно или хоть как-то освещать гуманитарные аспекты штурма Мосула, где было многократно больше людей, бежавших из этого города. Причем им не выделяли гуманитарных коридоров, поэтому такое спасение бегством было куда более драматичным и сопряженным с куда более трагическими последствиями. Это послесловие к тому, как «свободные» западные медиа освещают действительность.
Вопрос: Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн, Египет и ряд других арабских стран разорвали дипотношения с Катаром и обвиняют Доху в поддержке террористов. Саудовская Аравия также исключила Катар из военной коалиции, проводящей операции в Йемене. Как, на Ваш взгляд, все это отразится на регионе в целом?
С.В.Лавров: Что касается решения ряда арабских государств разорвать дипломатические отношения с Катаром, то это их дело, это двусторонние отношения этих государств. Мы не вмешиваемся в эти решения. Хотя нас и подозревают в том, что мы стоим за любым событием в мире, но заверяю вас, что это не так. Президент России В.В.Путин на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ), а затем в интервью «Эн-Би-Си» подробно об этом говорил. Не буду повторяться. Скажу лишь, что мы убеждены, что любые противоречия могут иметь место. Мы никогда не радовались возникающим между другими странами трудностям. Мы заинтересованы в поддержании добрых отношений со всеми, тем более в регионе, где самым главным сейчас является концентрация всех усилий на борьбе с общей для всех угрозой международного терроризма.
Япония поддерживает Грузию в намерении вернуть под свой контроль территории Абхазии и Южной Осетии, говорится в заявлении, распространенном по итогам встречи главы японского МИД Фумио Кисиды и его грузинского коллеги Михаила Джанелидзе.
Встреча состоялась в пятницу в Токио. Обе страны, как отмечается в документе, распространенном МИД Японии, разделили мнение о том, что мирное урегулирование конфликта "на основе принципов суверенитета и территориальной целостности Грузии жизненно важно для мира и стабильности в стране и более широком регионе".
Обе стороны подчеркнули "необходимость выполнения соглашения от 12 августа 2008 года о прекращении огня и осязаемого прогресса в женевских международных переговорах", а также международных усилий для решения "проблемы оккупации грузинских регионов", отмечается в совместном сообщении МИД Японии и Грузии.
В ночь на 8 августа 2008 года вооруженные силы Грузии атаковали Южную Осетию и разрушили часть ее столицы Цхинвала. Россия, защищая жителей Южной Осетии, многие из которых приняли гражданство РФ, ввела войска в республику и после пяти дней боевых действий вытеснила грузинских военных из региона.
В конце августа 2008 года Россия признала независимость Южной Осетии и другой бывшей грузинской автономии Абхазии. Руководители России не раз заявляли, что это признание отражает существующие реалии и пересмотру не подлежит.
Представители нового правительства Грузии, которые пришли к власти по итогам выборов в октябре 2012 года, не раз заявляли, что надеются вернуть территории Абхазии и Южной Осетии, но исключительно мирным путем.
Иван Захарченко.
Блокада Приднестровья
В связи с объявленной Украиной с 25 мая блокадой Приднестровья президент Молдавии Игорь Додон заявил, что непризнанной ПМР не стоит ждать ни независимости, ни вступления в состав РФ.
Ростислав Ищенко
Многие на левом берегу Днестра и сторонники ПМР были огорчены этим заявлением, восприняв его как смену позиции официального Кишинёва, а с учётом недавних переговоров Додона с Путиным — и Москвы. Но при этом упустили главное: с молдавской стороны никакой блокады Приднестровья не будет. А то, что сказано Додоном, полностью соответствует "меморандуму Козака", согласованному Россией, Молдавией и Приднестровьем ещё в 2003 году. Тогдашний президент Молдавии Владимир Воронин в последний момент под давлением Запада отказался его выполнять. Вполне логично, что молдавское руководство, если оно собирается вернуться за стол переговоров (а Додон, в общем-то, говорит об этом), следует уже согласованному документу. А в этом документе предусмотрено: да, никакой независимости, да, никакого вступления в Россию, да, федерация с Молдовой. Переговоры о том, какой будет эта федерация, будет ли она вообще, или же будет конфедерация, — можно вести ещё долго. Опять-таки Гагаузия осталась в составе Молдавии — но осталась на основе договорённости о широком местном самоуправлении. И фактически в своём внутреннем устройстве Гагаузия полностью самостоятельна.
И гуманитарная ситуация в Приднестровье сегодня не является угрожающей. Если в 2014 году непризнанную ПМР действительно начали блокировать со всех сторон, так что речь даже шла о налаживании воздушного моста — кстати, из Крыма, то сейчас Украина может блокировать свой остаток границы сколько хочет. Молдавский участок открыт. И, судя по всему, будет открыт и дальше. Так что никакого "конца света" для ПМР не наступит. Потому что сегодня молдавская позиция не определяется полностью президентом. Ему надо ещё поменять парламент, поменять правительство. У него сейчас достаточно широкие полномочия, но, по Конституции, Молдавия — парламентская республика, а парламент и правительство являются прозападными и находятся в оппозиции к президенту, так что в данной ситуации Додон сделал максимум того, что мог.
При этом надо понимать, почему Россия всегда, буквально до последнего и всеми возможными способами, выступает за территориальную целостность постсоветских государств. У России есть гигантский интеграционный проект постсоветского пространства. Он реализуется медленно и тяжело, но он реализуется. В конце концов, до Евроазиатского экономического союза мы уже дожили — хотя казалось, что и Таможенный союз никогда не станет реальностью, а сейчас прошли уже значительно дальше. Но нельзя заниматься интеграцией, одновременно поддерживая дезинтеграцию своих партнёров. Поэтому, кстати, Россия очень долго терпела режим Саакашвили и до последнего не шла на признание независимости Абхазии и Южной Осетии, пытаясь убедить их как-то помириться, договориться, на каких-то условиях найти возможность сохранить формальные государственные границы.
В своё время, кстати, Украине предлагали (причём и Румыния, и Россия, и США были не против) провести в Приднестровье референдум и включить левобережье Днестра в свой состав, как это было до войны — Молдавская АССР в составе УССР. В Тирасполе к этому были готовы, а Кишинёв никто не спрашивал. Тогда Украина на это не пошла именно потому, что не хотела создавать прецедент территориального передела между постсоветскими государствами. Если вы сегодня поделили кого-то, то завтра точно так же могут поделить и вас.
Южная Осетия не видит необходимости наращивать численность российских военных, Цхинвал может сам гарантировать свою безопасность, заявил в интервью РИА Новости президент Южной Осетии Анатолий Бибилов.
"То вооружение, которое есть в республике Южная Осетия, и тот контингент военнослужащих, которые есть, в том числе и в пограничном управлении ФСБ РФ, достаточны для того, чтобы сохранять безопасность Южной Осетии", — сказал Бибилов.
По его словам, учитывая и вооружённые силы республики, "их вполне достаточно, чтобы дать отпор возможному агрессору".
"Дополнительно мобилизовывать какие-то силы с РФ или внутри Южной Осетии абсолютно нет никакой необходимости", — отметил президент.
Бибилов подчеркнул, что те силы, которые сегодня есть на территории республики, полностью гарантируют безопасность Южной Осетии.
"На сегодняшний день разработан план комплексной безопасности территории РФ и Южной Осетии в части ее границы. Она полностью сегодня обеспечена, договоры между нашими военными ведомствами подписаны, дополнительные соглашения подписаны, и в рамках этих соглашений ведётся работа по обеспечению контурной безопасности Южной Осетии и РФ в части границ Южной Осетии", — заявил глава республики.
Завершил работу семинар-практикум по основам социального проектирования
С 15 по 22 мая в Международном молодежном центре прошел Семинар-практикум по основам социального проектирования для специалистов сферы молодежной политики Республики Абхазия и Республики Южная Осетия.
Участниками Семинара стали около 100 человек, среди которых специалисты органов исполнительной власти, местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, общественных организаций и объединений, участвующих в организации мероприятий.
Образовательная программа Семинара была сосредоточена на трех направлениях: «Организация форумов», «Организация деятельности СМИ» и «Волонтерское движение». Работа проходила в формате лекций, мастер-классов, дискуссионных площадок.
Участники направления «Организация деятельности СМИ» обсудили способы подачи информации, взаимодействие с журналистами и правильное освещение молодежных мероприятий. Также затронули темы международной журналистики, работы на федеральном телеканале и взаимодействия журналиста с зарубежными политическими лидерами.
Эксперты площадки «Волонтерское движение» рассказывали о реализации волонтерского движения на территории России и возможностях иностранных граждан принять участие в масштабных мероприятиях страны в качестве волонтеров. Были подняты вопросы обеспечения безопасности на массовых мероприятиях, мотивации волонтерской команды, проблем, с которыми приходится сталкиваться добровольцам во время работы на форумах.
«Я впервые принимаю участие в семинаре, получил много советов по реализации проектов, как от экспертов, так и участников семинара. Уже есть идеи совместных мероприятий, которые мне бы хотелось воплотить», – рассказал участник направления «Волонтерское движение» Саид Куланба из Республики Абхазия.
На площадке «Организация форумов» рассматривались вопросы идеологии форумов, создания концепций самих мероприятий, разработки образовательной программы, работы с целевой аудиторией. Также эксперты поделились технологиями, которые позволяют проработать структуру действий для разработки, проведения и постреализации форумной программы.
Общей темой была «Проектная деятельность», в рамках которой ключевыми стали вопросы создания проекта от идеи, реализации и оценки полученных результатов. За время семинара было разработано несколько вариантов мероприятий по разным тематикам: патриотическое воспитание, арт-искусство и творчество, предпринимательство, студенческая жизнь.
По итогу семинара участники получили возможность развить профессиональные и личностные компетенции, необходимые для создания системных условий осуществления государственной
Грузия: время выжидания
Грузия отсчитывает свою новейшую историю не с 25 декабря, а с 9 апреля 1991 г., когда был принят Акт о восстановлении государственной независимости [1]. Как и многие другие бывшие советские республики, она не хочет включать в свой официальный национальный календарь какие бы то ни было упоминания об СССР и говорит о своей независимости не в пассивном — как о следствии распада большой страны, а в активном залоге — как о результате освободительной борьбы. Как и многим другим постсоветским странам, это избегание дается Грузии нелегко. Новая национальная мифология, в которой нет место России и Советскому Союзу, рождается с трудом. Связи грузинской элиты с российской и советской государственностью на протяжении последних двух – трех веков были особенно прочны. Исключить это обстоятельство из национального исторического нарратива трудно. Но и напоминать о нем не очень удобно для Грузии, которая собирается вступить в НАТО и считает Абхазию и Южную Осетию «оккупированными территориями». В Национальном музее нет экспозиции, посвященной XIX и XX вв. Музей оккупации имеется, но его явно недостаточно для осмысления советской эпохи, и это легко почувствовать, выйдя из полумрака, где на тебя смотрят фотографии казненных и сосланных, на залитый солнцем проспект Руставели, отстроенный оккупационными властями как главная улица одной из имперских столиц.
Нет оснований ожидать, что и к тридцатой годовщине независимости Грузия будет яснее видеть собственное прошлое.
Первые четверть века возобновленной независимости были полны разочарований. Сейчас страна, похоже, старается не очаровываться. Обязательные речи о европейском выборе в исполнении представителей властей начинают звучать как ритуальная формула. Однако более привлекательной альтернативы пока не предложено. Москвичи в восторге от вновь открытого ими грузинского туристического направления, но официальная Москва, похоже, не собирается предпринимать ничего существенного, чтобы приобрести расположение Грузии.
Десять лет назад для грузинского политического класса мир был предельно понятен. Есть медленно клонящаяся к полному упадку Россия, есть стремительно растущий Запад, вовлекающий в свои международные институты все новые и новые страны бывшего Восточного блока и постсоветского пространства. Надежда состояла в том, чтобы вскочить в автобус, уходящий в Брюссель, по пути прихватив потерянные в 1990-х автономии — Абхазию и Южную Осетию. С тех пор выяснилось, что купленный билет не гарантирует места в автобусе, что не всем пассажирам сидится так удобно, как обещал буклет турфирмы, и вообще в Брюссель придется идти пешком по пыльной дороге, бросив багаж в виде бывших автономий. Грузия по собственной воле стала поводом для острого столкновения России и Запада в 2008 г. Благодаря хорошей дипломатии — надо отдать должное — она избежала вовлечения в еще более острый их конфликт в 2014 – 2016 гг., и сейчас просто ожидает развития событий. Грузинский политический класс научился извлекать опыт из ошибок. Он не без успеха выдает за «стратегическое терпение» то, что со стороны назвали бы, наверное, растерянностью перед будущим.
Скромный рост
Соглашение о зоне свободной торговли с Европейским союзом сильно переоценивается как инструмент экономического развития Грузии. Очевидно, что от него выиграют немногие конкурентоспособные грузинские компании, которые получают более легкий выход на емкий рынок стран ЕС. Проблема, однако, в том, что в условном списке товаров, который Грузия может предложить европейским потребителям, позиций не так много. Наиболее успешные грузинские компании и сейчас поставляют в ЕС свою продукцию, но работают они на нишевых рынках. Где-то есть успешное сельхозпроизводство, где-то «выстрелило» предприятие пищепрома, кто-то смог продать уникальное вино западноевропейским ценителям. Из этого не рождаются объемы и обороты, нужные для быстрого экономического роста. Нишевые продукты отлично дополняют массовое производство, но не могут его заменить.
К тому же вслед за грузинским экспортом в ЕС подрастет и импорт. Грузия и без того задыхается от огромного дефицита торгового баланса (в 2015 г. он составил 5,5 млрд долл., превысив более чем в два раза объем всего экспорта из страны). Наращивание экспорта в ЕС не решит эту проблему, если параллельно будет расти импорт.
Поэтому в экономической политике властей страны в ближайшие годы будет сохраняться спасительный разрыв между декларациями и практикой. Согласно декларациям, ключевые партнеры Грузии находятся на Западе. На практике же Грузия и ее компании будут изо всех сил стараться не потерять постсоветские рынки и нарастить свое присутствие на них. На этих рынках проще со стандартами, здесь есть потребительские привычки, благоприятные для грузинских производителей. Продуктовое эмбарго, объявленное Россией в отношении стран ЕС, помогает грузинским компаниям укрепить свои позиции на российском рынке, по крайней мере теоретически. Едва ли не впервые за постсоветскую историю Грузия может получить от политического противостояния между Москвой и Брюсселем не угрозу, а выгоду. Россия явно не собирается в ближайшее время отменять эмбарго, так что на протяжении нескольких лет грузинские компании будут извлекать из него преимущество. Это могло бы привлечь российские инвестиции в грузинское сельское хозяйство, которое все еще остается хронически недоинвестированным. Однако пока незаметно, чтобы грузинские власти проявляли интерес к такой перспективе.
Россия также останется одним из крупнейших источников денежных переводов в Грузию. Отрицательное сальдо торгового баланса страны будет отчасти компенсироваться за счет российского рынка труда. Вероятно, останется значимым экономическим фактором и поток российских туристов в Грузию, если их не напугает практика применения закона об оккупированных территориях, когда каждый, в отношении кого есть подозрение в посещении Абхазии или Южной Осетии, может попасть под уголовное преследование, как только он пересечет грузинскую границу. По-видимому, страна так и будет работать одновременно и на рынках ЕС, и на российских рынках, сохраняя между ними баланс и пытаясь найти новых покупателей, прежде всего в Китае.
В то же время Грузия едва ли сможет существенно изменить свой геоэкономический статус мелкотоварного сельскохозяйственного производителя и реципиента международных платежных систем. Плоды советской индустриализации Грузия утратила. Для новой индустриализации у нее слишком мало ресурсов — и финансовых, и организационных, и кадровых. Ожидать, что сотрудничество с ЕС создаст условия для индустриализации, крайне наивно — Брюссель проводит прямо противоположную политику в отношении своих восточных окраин.
Снова лидерский режим
По итогам парламентских выборов в Грузии в октябре 2016 г. правящая партия «Грузинская мечта» получила конституционное большинство. В парламент не попали партии, которые раньше входили в коалицию с «Мечтой», но участвовали в выборах самостоятельно, например, Республиканская партия и «Свободные демократы». Правящая партия, казалось бы, почти лишенная ярких лидеров, без партнеров по коалиции смогла получить результат гораздо лучший, чем четыре года назад с партнерами. «Единое национальное движение» сохранило за собой роль ведущей оппозиционной силы, но его вес в парламенте минимален. Для правящей партии ЕНД останется удобным спарринг-партнером, которого всегда можно использовать в агитации в качестве отрицательного примера, но который не может создать реальную угрозу. «Альянс патриотов», консервативную и евроскептическую силу, получившую представительство в парламенте, и «Мечта» и «ЕНД» будут третировать как «маргиналов».
Безусловная победа «Грузинской мечты» сделала неоспоримым политическое лидерство ее неформального руководителя, миллиардера Бидзины Иванишвили. Она показала, что Б. Иванишвили в конечном счете всецело контролирует политическую ситуацию в Грузии. Пройдя через «революцию роз» в 2003 г. и через поражение Михаила Саакашвили и его партии на парламентских выборах в 2012 г., Грузия пришла к новой версии лидерского политического режима. Б. Иванишвили стал четвертым в этом ряду постсоветских грузинских властителей — Звиад Гамсахурдиа, Эдуард Шеварднадзе, Михаил Саакашвили. Сомнений по поводу того, «кто главный в Грузии», после последних парламентских выборов оставаться не должно.
Есть ирония истории в том, что в трех странах, наиболее активно участвовавших в программе «Восточного партнерства» ЕС и с энтузиазмом подписавших Соглашения об ассоциации с Брюсселем, большую, а иногда и определяющую политическую роль играют богатые или сверхбогатые люди. Президент Украины — крупный предприниматель Петр Порошенко. В Молдавии наиболее влиятельным политиком считается олигарх Владимир Плахотнюк. В этом ряду Бидзина Иванишвили выглядит и наиболее эффективным — никто из его коллег в странах-«евроаспирантах» не может похвастаться парламентским конституционным большинством — и наиболее честным: пока нет оснований считать, что он использует грузинскую государственность для извлечения коррупционной ренты.
Грузия, по-видимому, станет «отличником» среди других стран, подписавших Соглашение о евроассоциации, с точки зрения качества реформ и старательности исполнения брюссельских заданий. Любопытно, что фактически складывающийся режим личной власти не мешает Грузии проводить судебную реформу, которую одобряет Евросоюз. Б. Иванишвили довольно быстро реагировал на коррупционные скандалы в правительстве, добиваясь увольнения оказавшихся под подозрением министров. Смена власти в Грузии в 2012 г. не привела к переделу собственности, как это нередко бывает в постсоветских странах. Вероятно, в ближайшие годы сохранится парадокс, при котором реформы под наблюдением Евросоюза будет проводить политическая сила, находящаяся под определяющим неформальным влиянием ее основателя-миллиардера.
Ни Брюссель, ни грузинские избиратели не будут придавать значения этому парадоксу. Новая версия лидерского политического режима может продержаться в Грузии много лет. Экономический рост продолжается, хотя и умеренный — 3% по итогам двух первых кварталов 2016 г. Коррупция скромна по меркам региона. Политический режим выгодно отличается от жестоких порядков М. Саакашвили. Б. Иванишвили оказался гибким и адаптивным политиком. Например, он сумел оседлать тренд консервативных настроений, усиливающихся в Грузии, как и в других странах, изменив для этого предвыборную риторику «Грузинской мечты». Внешние игроки имели возможность убедиться, что это именно контролируемая Б. Иванишвили «Мечта» удерживает власть в Грузии, и нет смысла в обозримом будущем делать ставку на приход к власти в стране иных сил. Поводов для недовольства и разочарования у избирателей много, но ни один из них не силен настолько, чтобы вызвать резкие политические перемены в стране. Скорее всего, Грузию ждет несколько спокойных, хотя, на иной вкус, возможно, и скучных лет.
Туман альянсов
В отношениях с Грузией НАТО колеблется. Предоставление Грузии гарантий безопасности со стороны НАТО в условиях, когда российские войска находятся на территории Абхазии и Южной Осетии, вероятно, расценивается и в Брюсселе, и в Вашингтоне, и в крупнейших западноевропейских столицах как слишком опасный шаг. Но Альянс должен доказывать — и даже не столько Грузии, сколько России, — что он продолжает расширяться и не закрывает свои двери перед бывшими советскими республиками.
Это выливается в поиск таких форм взаимодействия с Грузией, которые демонстрировали бы прогресс, но не предполагали бы предоставление ей гарантий безопасности со стороны блока. Например, открытие совместного тренировочного центра или присоединение двух грузинских рот к Силам быстрого реагирования НАТО. Свой вклад в эту политику, помимо собственно НАТО, делают Соединенные Штаты. Начиная с 2015 г. они ежегодно проводят двусторонние американо-грузинские учения Noble Partner на территории Грузии, причем для участия в учениях в Грузию из Румынии перебрасывается американская военная техника.
Продолжающееся сближение Грузии с НАТО, а также расширение военного сотрудничества с США на двусторонней основе создают несколько рисков для Грузии, региона и самого Альянса. Во-первых, блок может оказаться в ситуации, когда совокупность незначительных по отдельности шагов на грузинском направлении приведет к качественному изменению ситуации. Грузии будет выдан такой аванс, который де-факто сделает НАТО ответственной за ее безопасность. Каким образом, например, будет интерпретироваться участие Грузии в Силах быстрого реагирования НАТО в случае гипотетического возникновения конфликта в Абхазии? Здесь имеется неопределенность, которая, не вызывая угрозы в нынешних условиях, способна стать источником риска в будущем.
Во-вторых, военное сотрудничество Грузии с США может по тому же принципу расцениваться как гарантии со стороны Вашингтона. Уровень грузино-американских отношений таков, что США в принципе могут взять на себя обязательства по обеспечению безопасности Грузии помимо своих союзников по НАТО. Если допустить, что американская техника и военнослужащие, которые перебрасываются в Грузию для учений Noble Partner, останутся в Грузии на более длительный срок, чем обычные три-четыре недели, то это можно будет истолковать как размещение американских войск в Грузии. Учитывая большое влияние Соединенных Штатов на Грузию, им не составит труда добиться согласия грузинских властей на американское военное присутствие. Очевидно, что это вызовет резко негативную реакцию со стороны России.
Для Грузии это означает, что в ближайшие годы вопрос о механизмах обеспечения ее безопасности и международных гарантиях для нее будет вызывать острые противоречия. Перспектива расширения НАТО будет по-прежнему препятствовать и созданию таких гарантий и разрешению политических противоречий между Грузией и Россией. В то же время нужно признать, что грузинский политический класс научился существовать в таких условиях, не разрешая противоречия, но и не доводя их до опасной черты. Так как нет повода надеяться, что Россия и НАТО, Россия и США придут к какому-то устойчивому согласию по европейской безопасности, Грузии еще долго будет полезно это давшееся дорогой ценой умение.
1. Конфликты в Абхазии и Южной Осетии. Документы 1989 – 2006 гг. Москва, «Русская панорама», 2008. С. 50.
Николай Силаев
К.и.н., с.н.с. Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО МИД России, эксперт РСМД
В Москве прошла встреча молодёжи Абхазии и Южной Осетии
В Международном молодежном центре состоялось открытие Семинара-практикума по основам социального проектирования для специалистов сферы молодежной политики Республики Абхазия и Республики Южная Осетия. Около ста специалистов органов исполнительной власти, местного самоуправления, государственных учреждений и общественных движений, участвующих в организации мероприятий, собрались для повышения квалификации и обмена опытом.
На протяжении всего обучения участников ожидают лекции, мастер-классы, дискуссионные площадки, также каждому будет предоставлена возможность общения со специалистами по направлениям «Волонтерство», «СМИ», «Проектная деятельность», «Организация форумов».
«Объединение молодежных лидеров Республики Абхазия и Республики Южная Осетия – одна из главных задач нашей встречи в рамках данного семинара. Народы мира должны учиться друг у друга и перенимать лучшие практики», - отметил в приветственной речи директор Международного молодежного центра Алексей Любцов.
В первый образовательный день участники обсудили основы волонтерского менеджмента, организацию мероприятий и молодежных форумов. Директор по развитию Международной ассоциации студенческого телевидения (МАСТ) Анастасия Пряженцева рассказала участникам о способах подачи информации, взаимодействии с журналистами и правильном освещении молодежных мероприятий.
Отметим, по итогам всего семинара участники смогут развить профессиональные и личностные компетенции, необходимые для создания системных условий осуществления государственной молодежной политики.
Семинар продлится до 22 мая.
Специалисты Центра по проведению спасательных операций особого риска «Лидер» продолжают пиротехнические работы по поиску и обезвреживанию взрывоопасных предметов на территории Троицкого административного округа г. Москвы и Республики Южная Осетия.
С 15 апреля на территории Новой Москвы силами пиротехнических и минно-розыскных кинологических расчетов обследовано более 23 гектаров. Спасатели обнаружили 203 взрывоопасных предмета времен Великой Отечественной войны: артиллерийские снаряды, минометные мины, гранаты. За четыре предыдущих года специалисты обследовали около 200 гектаров земли, уничтожив более 1500 опасных находок.
Уже второй год весной специалисты центра «Лидер» проводят разминирование и в Южной Осетии. С середины апреля ими обследовано почти 10 гектаров территории Цхинвальского района, где обнаружены 4 взрывоопасных предмета.
В прошлом году за 80 дней работы российские спасатели обследовали здесь свыше 50 гектаров территории, обнаружили и обезвредили более 350 взрывоопасных предметов.
В этом году работы на территориях планируются до конца июня.
На вооружении Российской армии имеется около двух тысяч беспилотных летательных аппаратов различного назначения. Об этом в понедельник в интервью "Красной звезде" сообщил заместитель секретаря Совета безопасности России Михаил Попов. Повседневной эксплуатацией и боевым применением дронов занимаются военнослужащие 36 специально сформированных частей и подразделений. Как подчеркнул Попов, это направление получило серьезное развитие в последние пять-шесть лет.
Сегодня российские военные используют более десятка моделей беспилотников, предназначенных в основном для разведки и целеуказания. Есть свои БПЛА и у других силовых ведомств — в частности, у Росгвардии, Федеральной пограничной службы ФСБ и МЧС. Эта техника отлично зарекомендовала себя как на войне, так и в мирной жизни. Однако по ряду направлений в области беспилотной авиации мы от Запада пока отстаем.
Забытое направление
Перспективную советскую программу военных беспилотников серьезно затронуло безденежье 90-х годов. В СССР были разработаны машины, которые и сегодня не выглядели бы бледно по сравнению с современными западными дронами. К примеру, Ту-300, совершивший пробный полет в 1991 году, мог бы стать первым отечественным ударным БПЛА тактического уровня. При собственном весе в четыре тонны он мог поднимать в воздух до тонны полезной нагрузки: разведывательное оборудование, системы связи, авиабомбы. Благодаря мощному турбореактивному двигателю дрон разгонялся до 900 км/час на высотах до 6000 метров и был способен работать на удалении от оператора до 300 километров. Перспективную программу закрыли из-за недостатка финансирования и предвзятости некоторых военных начальников.
"Это прямая вина руководства Министерства обороны, которое в те годы просто не понимало важность беспилотников и их роль в современных военных конфликтах, — рассказал РИА Новости главный редактор журнала "Национальная оборона" Игорь Коротченко. — Они не смогли сделать правильных выводов из тенденций развития мирового военно-технического прогресса. В итоге это направление долгие годы у нас фактически никак не развивалось".
Ситуация начала меняться только после вооруженного конфликта в Южной Осетии в августе 2008 года, в котором российским войскам приходилось выявлять позиции противника силами тяжелой авиации. Это привело к ряду серьезных просчетов: 9 августа зенитной ракетой был сбит бомбардировщик Ту-22М3, выполнявший разведывательные задачи в небе над республикой. К счастью, военное руководство России сделало правильные выводы и уже в апреле 2009 года закупило два израильских тактических БПЛА Searcher-II за 12 миллионов долларов. А 13 октября 2010 года был подписан контракт стоимостью 300 миллионов на сборку Searcher-II из израильских комплектующих на Казанском вертолетном заводе. Лицензионный российский вариант получил наименование "Форпост".
"К тому времени беспилотники, которые продал нам Израиль, были далеко не самыми новыми, — пояснил Коротченко. — Однако мы получили возможность их хорошо изучить. А реальный импульс отечественная школа БПЛА получила в 2013 году, когда министр обороны Сергей Шойгу посетил масштабную выставку беспилотников в Алабино. Его интерес к различной робототехнике хорошо известен. И именно тогда он дал поручение оборонке разработать целое семейство российских дронов для военных нужд".
Тактический уровень
Производство новых БПЛА удалось наладить в кратчайшие сроки. Уже в 2013 году в серию пошел тактический дрон "Орлан-10", способный при взлетной массе 14 килограммов 16 часов работать на удалении 120 километров от оператора. Эта машина может не только вести фото- и видеосъемку наземных объектов, но и передавать целеуказание артиллерии, участвовать в радиоэлектронной борьбе, работать в сложных метеоусловиях. "Орланы" интегрированы в единую систему управления тактического звена (ЕСУ ТЗ) и способны в режиме реального времени раздавать "картинку" со своих камер всем дружественным подразделениям. Именно эти дроны, наравне с "Форпостами", активно используются российскими военными в Сирии для разведки местности и видеофиксации результатов авиаударов.
За несколько лет в войска удалось отправить сотни более легких беспилотников, которые можно запускать в воздух буквально с рук. К ним относятся "Элерон-3СВ", "Гранат", "Застава", "Тахион" и другие. Они способны действовать на сравнительно малом удалении от оператора, но большего от этих дронов и не требуется. Они идеально подходят для использования разведгруппами, действующими на территории противника. Подобные системы используются, в частности, военнослужащими Сил специальных операций в Сирии.
"В области тактических и оперативно-тактических БПЛА ситуация у нас в целом хорошая, — считает Игорь Коротченко. — Однако мы серьезно отстаем от ряда стран по другим направлениям. У нас отсутствуют как класс стратегические ударные и разведывательные дроны. Причем нас опережают не только страны НАТО, но и, например, ОАЭ. Недавно появилась информация, что мы собираемся закупать у них ударные дроны. Но это не пойдет нашей оборонке на пользу. Нужно довести до конца собственные разработки".
Судьба "ударника"
Одним из наиболее многообещающих проектов является разведывательный беспилотник большой дальности "Альтиус-М" — детище казанского ОКБ им. М. П. Симонова. Работы над ним начались еще в 2011 году. Согласно заявленным тактико-техническим характеристикам дрон сможет подниматься на высоту до 12 километров и летать со средней скоростью 200 км/час на расстояние 10 000 километров в течение двух суток. Он будет способен поднимать в воздух тонну полезной нагрузки, что в теории позволит разработать на его основе ударную модификацию.
Впрочем, о будущем этого проекта пока известно мало. В начале мая 2017 года казанские самолетостроители предложили на основе "Альтиуса" создать гражданскую версию — "Альтаир" для мониторинга трубопроводов, линий электропередач, акваторий, лесных массивов и так далее. Не исключено, что на этот шаг ОКБ им. М. П. Симонова пошло из-за нехватки финансирования более сложной и дорогостоящей программы ударной машины.
Неясна судьба и беспилотного "ударника" "Дозор-600" от Санкт-Петербургской компании "Транзас", который многие эксперты сочли очень похожим на американский MQ-1 Predator. По данным разработчика, эта машина относится к классу тяжелых средневысотных беспилотников с большой продолжительностью полета. Он сможет находиться в воздухе более суток и поражать цели ракетами и авиабомбами на расстоянии до 3400 километров от оператора. Однако новой информации об этой машине в открытом доступе нет с 2013 года.
Еще один "долгострой" — разведывательно-ударный БПЛА "Скат", совместную работу над которым вели ОКБ "МиГ" и ОАО "Климов". Впервые полноразмерный макет этого дрона был представлен на авиасалоне МАКС в 2007 году. Позже сообщалось, что работы над проектом прекращены, однако в декабре 2015 года генеральный директор РСК "МиГ" Сергей Коротков рассказал журналистам о том, что на основе "Ската" планируется создать новую машину. О ее внешнем облике и тактико-технических характеристиках судить пока рано, однако известно, что ее вес может составить около пяти тонн.
Возможно, свет на будущее российской ударной беспилотной авиации прольет проект Госпрограммы вооружений на 2018-2025 годы, который Министерство обороны представит на суд президента страны в начале июля. В конце марта источник в коллегии Военно-промышленной комиссии, знакомый с текстом документа, сообщил журналистам, что упор в новой ГПВ будет сделан на серийных закупках "интеллектуальных систем вооружения": средств связи, робототехеники, высокоточного оружия и, конечно, современных беспилотников. Так что "Дозор-600", "Альтиус-М" и машина на базе "Ската" вполне имеют шанс в будущем встать на крыло.
Андрей Коц.
МИД России предупредил граждан о рисках посещения Грузии. Поводом стало внесение властями этой страны бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова в черный список.
"Как видим, официальный Тбилиси продолжает систематические провокации, подрывающие процесс оздоровления отношений с Россией. Рационально объяснить такое поведение трудно — ведь российско-грузинская нормализация приносит осязаемые выгоды экономике и гражданам Грузии", — говорится в комментарии, опубликованном на сайте российского внешнеполитического ведомства.
В МИД отметили, что местные власти не решились применить к бывшему мэру закон об оккупированных территориях и объявили "вердикт" уже после того, как тот покинул Грузию. "Однако в последние годы бывали, к сожалению, и другие случаи — российские граждане в аналогичной ситуации неоднократно подвергались штрафам и даже тюремному заключению", — добавили в министерстве.
Персона нон-грата
Лужков приехал в закавказскую республику с друзьями и женой на майские праздники. Он посетил монастырь, чтобы послушать службу на арамейском языке, а также побывал в патриархии.
В четверг, 11 мая, заместитель главы МВД Грузии Шалва Хущишвили заявил, что Лужков будет занесен в черный список и больше не сможет въехать на территорию страны, поскольку неоднократно посещал Абхазию и Южную Осетию.
Стоит отметить, что в Цхинвале Лужков побывал еще в 2009 году, а в Сухуме — в 2010-м, еще занимая пост мэра Москвы. Причем во время визита в столицу Южной Осетии он открыл поселок, строительство которого было профинансировано столичным правительством.
Сам Лужков назвал намерение властей страны "неразумным и непонятным решением" и рассказал, что все же надеется приехать в Грузию на свадьбу внучки одного из друзей.
Сложные отношения
Жители Абхазии и Южной Осетии неоднократно высказывались на референдумах за свою независимость от Тбилиси. В октябре 1999 года в Абхазии более 97% проголосовавших высказались в поддержку Конституции, провозглашающей Абхазию суверенным демократическим государством. В Южной Осетии дважды — в январе 1992 года и в ноябре 2006 года — абсолютное большинство (около 99%) участников референдума высказались за независимость республики.
После грузино-югоосетинского конфликта Сухум и Цхинвал обратились к России с просьбой о признании их независимости от Грузии, что и было сделано. Дмитрий Медведев, занимавший в то время пост президента, подписал Указы о признании Российской Федерацией самостоятельного статуса республик.
США и Евросоюз отказались признать независимость Южной Осетии и Абхазии и заявили о поддержке территориальной целостности Грузии.
Тбилиси в ответ на решение России разорвал дипломатические отношения с Москвой и объявил две закавказские республики оккупированными территориями. В октябре 2008 года в Грузии был принят закон "Об оккупированных территориях", который ограничивает экономическую и иную деятельность иностранцев в Абхазии и Южной Осетии, а также запрещает их посещение без разрешения официального Тбилиси. Нарушение правил въезда для граждан наказывается крупным денежным штрафом. В некоторых случаях предусмотрен даже тюремный срок.
Камень преткновения
После смены власти в Грузии и ухода с поста президента Михаила Саакашвили начался медленный процесс восстановления контактов между Москвой и Тбилиси. Как отмечают эксперты, в восстановлении добрососедских отношений заинтересованы обе стороны. В первую очередь, начали развиваться торговые отношения. Так, по словам профессора Тбилисского государственного университета Иосифа Арчвадзе, внешнеторговый оборот с Россией неуклонно растет. По этому показателю Россия уже приблизилась к лидеру торгового оборота с Грузией — Турцией.
При этом Грузия становится все более популярным местом отдыха россиян. В прошлом году ее посетили более миллиона граждан России, что на 12% больше, чем годом ранее. Россия входит в пятерку стран, граждане которых посетили Грузию в 2016 году. Такие данные озвучил на пресс-конференции глава Национальной администрации туризма Грузии Георгий Чоговадзе.
Недавние события в энергетическом секторе Грузии говорят о том, что влияние России в стране растет. Так, в конце декабря Тбилиси и Москва достигли нового соглашения, которое разрешает транзит российского природного газа в Армению через Грузию.
Однако вопрос восстановления дипломатических отношений между Тбилиси и Москвой пока не обсуждается. По словам спецпредставителя премьер-министра страны по взаимоотношениям с Россией Зураба Абашидзе, этот вопрос встанет на повестку дня, только если будут предприниматься серьезные совместные шаги в плане мирного восстановления территориальной целостности Грузии.
Молодые спортсмены из Южной Осетии участвуют в Всемирных играх юных соотечественников в Казани
14 мая в Казани стартовали Третьи Всемирные игры юных соотечественников. Организаторами мероприятия выступают Минспорт России, Минобрнауки России, ВПП "Единая Россия", Россотрудничество. В играх участвую команды более чем их 40 стран мира.
Молодые спортсмены из Южной Осетии также подключены к участию в данном проекте. Традиционно состав делегации формируется из членов общественных организаций российских соотечественников "Россы" и "Союз российских граждан". Возглавляет группу-Член Координационного Совета российских соотечественников Южной Осетии, заместитель председателя общественной организации "Россы" - Надежда Рассохина, помогает ей в работе со спортсменами-член общественной организации "Союз российских граждан" - Татьяна Цховребова.
Участники из республики выступят в футбольном и шахматном турнирах, а также в конкурсах "страновых визитных карточек" и "диалогов на русском языке". Кроме того ребят ждет большая культурная программа и встречи с известными спортсменами. Игры в Казани продлятся до 20 мая.
Федеральная сетевая компания (входит в группу «Россети») в 2017 году на юге страны проведет тепловизионный контроль линий электропередачи 220-500 кВ протяженностью около 5 тысяч километров.
С помощью тепловизоров уже определено наличие дефектов в контактных соединениях и изоляции на 1,5 тыс. км линий электропередачи в Краснодарском и Ставропольском краях, Ростовской области. С начала года специалисты ФСК провели мониторинг воздушных линий, которые обеспечивают выдачу мощности в объединенную энергосистему юга: 500 кВ «Ростовская АЭС – Тихорецк», 500 кВ «Ростовская АЭС – Невинномысск», 330 кВ «Зеленчукская ГЭС - Черкесск», 220 кВ «Адлерская ТЭС – Псоу».
В Северо-Кавказском федеральном округе до конца года энергетики проверят надежность работы межгосударственных линий электропередачи между Россией и Республикой Южная Осетия (110 кВ «Северный Портал – Джава»), а также Азербайджаном (110 кВ «Белиджи – Ялама»).
Тепловизор – измерительный прибор инфракрасного контроля с высокой чувствительностью. Обследование линий электропередачи с помощью тепловизора на ранней стадии выявляет скрытые дефекты, что позволяет предотвратить возникновение технологических нарушений.
Президиум парламента Южной Осетии единогласно поддержал предложенную президентом кандидатуру Эрика Пухаева на пост главы правительства республики, передает в пятницу агентство Sputnik Южная Осетия.
Пятого мая президент Южной Осетии Анатолий Бибилов представил парламенту кандидатуру бывшего вице-премьера Эрика Пухаева на должность главы правительства
"Члены президиума — вице-спикеры и главы парламентских комитетов — поддержали кандидатуру Пухаева, вопрос его утверждения в качестве премьера будет рассмотрен в понедельник на сессии законодательного органа власти", — говорится в сообщении.
Правительство Южной Осетии сложило свои полномочия 24 апреля, спустя три дня после вступления в должность нового президента Бибилова. Главы министерств продолжают исполнять свои обязанности до назначения новой команды.
Пухаев был назначен заместителем премьер-министра Южной Осетии в 2014 году.
В четверг Валдайский клуб представил российским СМИ доклад под названием "Неопределенное будущее Евросоюза: что делать России?" Ключевое слово здесь — не "Россия" и не "Евросоюз", а "неопределенность", что наводит на следующую мысль: или авторы доклада действительно не понимают суть происходящих сегодня в странах ЕС процессов, или они настолько сердобольны, что всерьез переживают за судьбу наших европейских "партнеров". Хотя, возможно, дело просто в том, что закат Евросоюза равносилен утрате российскими либералами своей заветной цели (а то и смысла жизни) — превратить Россию в часть единой Европы от Лиссабона до Магадана.
Нас должно волновать будущее России, а не ЕС
С учетом того, что Валдайский клуб раз в год посещает президент России, не могу не прокомментировать названный доклад как документ, обладающий довольно высоким статусом.
Замечу перво-наперво, что опубликован он был день в день с прозвучавшим в ходе заседания СБ ООН заявлением верховного представителя ЕС по иностранным делам Федерики Могерини, в котором она назвала Евросоюз сверхдержавой. Так вот, авторы доклада, выдержанного в детско-примиренческом духе (помните: "мирись-мирись-мирись и больше не дерись"?) фактически соглашаются с претензиями еврочиновников на сверхдержавность ЕС. Более того, некоторые комплименты, отвешиваемые ими в адрес Евросоюза, почти слово в слово повторяют сказанное Федерикой Могерини.
В частности, авторы доклада утверждают, что "институты Европейского союза, Брюссель всегда и последовательно были готовы выдвигать проекты и инициативы, открывать переговорные площадки и предлагать относительно позитивную повестку по всему спектру отношений".
Замечу: такое говорится в ситуации, когда по отношению к России Евросоюзом были применены экономические санкции, а в ПАСЕ была фактически заблокирована работа российской делегации. Я уже не говорю о том, насколько "позитивны" сегодня позиции ЕС, НАТО, ОБСЕ и прочих европейских структур по ключевым проблемам российско-европейских отношений.
А вот еще одна цитата из доклада Валдайского клуба: "Европейская интеграция стала примером способности суверенных государств мирно разрешать споры, ранее приводившие к кровопролитным войнам".
Тут хочется спросить: а как же война в Югославии, бомбежки Белграда и участие стран ЕС в составе НАТО в войне в Ираке и Ливии? А поддержка нападения Грузии на Южную Осетию и карательных операций Киева в Донбассе? Может быть, правильнее говорить о том, что Евросоюз научился выносить насилие за пределы Европы — в другие страны?
В докладе немало других благостных пассажей, но главный его недостаток не в реферативном уровне оценок ситуации в ЕС и даже не в очевидном желании угодить европейской аудитории, но в рекомендациях, которые сводятся, пожалуй, всего к двум тезисам: "нельзя воспринимать Европу как противника" и "необходимо интенсифицировать диалог с Брюсселем".
Выдающиеся рекомендации, не правда ли?
На этом фоне даже гуттаперчевый Макрон, пригрозивший Польше санкциями, а Евросоюзу фрекситом, удивляет своей решительностью и принципиальностью.
Позиция России по отношению к европейской неопределенности
В российских дипломатических кругах традиционно тиражируется мнение, что Россия "не заинтересована в развале Евросоюза" и что Москве, мол, "проще работать со стабильным и предсказуемым партнером". Ну так это же формулировка дипломатов, призванных приводить риторику по отношению к "партнерам" в идеальную форму. С точки же зрения адекватного аналитика и патриота России — нынешняя "неопределенность" в ЕС должна россиян радовать, а не огорчать.
Евросоюз, объявивший Российскую Федерацию и русских хакеров главной своей угрозой (то есть врагом), слабеет — и разве это не предпосылка к тому, что ЕС может сбавить обороты в своих атаках на наши рубежи?
Что же касается утраты "предсказуемого" партнера в случае развала Евросоюза, то эта организация давно непредсказуема и почти недоговороспособна, поскольку любые решения с позитивным содержанием по отношению к России блокируются странами-русофобами вроде Польши или государств Прибалтики.
Словом, нет сегодня в ЕС ни предсказуемости, ни неопределенности. Напротив, его состояние и ближайшие перспективы стали абсолютно понятными. В частности, после избрания президентом США Дональда Трампа Евросоюз утратил контролера в лице Госдепа, но к самостоятельной геополитической роли оказался не готов.
До недавнего времени российские политики внимали чиновникам Евросоюза, и причиной этого было понимание, что за их решениями стоят кураторы из США. Нынешний ЕС для России уже не авторитет, а скорее обременение, с которым Россия считается исключительно из соображений необходимости продвижения в Европу газовых проектов.
Евросоюз сегодня — это змеиный клубок квазисубъектов, запутавшихся в целеполаганиях. И сейчас впору говорить о нарастании в Европе хаоса, прикрываемого жонглерством с понятиями "демократия" и "плюрализм". В ней уже нет политической воли, давно подмененной соображениями сиюминутной выгоды.
Евросоюз превращается в карикатуру на сверхдержаву — вот так прямо и нужно писать о нем в разного рода докладах об укреплении с ЕС двусторонних отношений.
Для подтверждения этой простой мысли предлагаю читателю ознакомиться с весьма красноречивым видео, в котором глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер раздает оплеухи своим коллегам, что наглядно демонстрирует характер отношений между европейским начальством и лидерами стран ЕС, совершенно невозможный, например, в Евразийском экономическом союзе.
Франция как подтверждение "европейской определенности"
В такой вот суицидальной парадигме французы избрали своим лидером "политическое ничто" — Эммануэля Макрона.
Многие российские политологи были уверены, что победит Марин Ле Пен. Хотя, например, автором этих строк этот вариант вообще не рассматривался. И сегодня многие наблюдатели, комментируя итоги президентских выборов во Франции, почему-то считают, что Россия на этот раз проиграла.
На самом деле, российское руководство, по-человечески симпатизируя лидеру "Национального фронта" Франции, геополитически находится в связке с теми силами, что обеспечили победу Макрона. Москве выгодно избрание президентом Франции слабого политика, поскольку руководство России, как и Трамп, объективно заинтересовано в слабой Европе.
Еврооптимисты празднуют сегодня не столько победу Эммануэля Макрона, сколько поражение Марин Ле Пен на том "основании", что Франция-де спасена от политика с нацистскими взглядами. А между тем любому нормальному человеку понятно, что Ле Пен — это политик здравого смысла, называющий нарастающие во Франции и в Европе проблемы своими именами и предлагающий, в отличие от политкорректных пустышек, пути их решения.
Замечу в связи со сказанным, что любое животное погибает буквально в первые дни после утраты инстинкта самосохранения. Франция его уже утратила. Следовательно, деградация этой страны (как и многих других европейских стран, утративших инстинкт самосохранения) неизбежна.
Марин Ле Пен, возможно, остается последним политиком Франции, который способен что-то изменить. Но большинству французов и европейцев это, похоже, не нужно. Они — "Шарли".
Граждане России не злорадствуют по поводу кризиса в Европе и даже в тех странах, элиты которых видят в России врага, россияне переживают за простых людей. Переживают они и за французов, увы, избравших курс на скатывание Франции в европейскую Лимпопо. И вот эти переживания сердобольных россиян (авторов доклада Валдайского клуба о "неопределенности" в Евросоюзе), похоже, становятся еще одним источником еврооптимизма: не важно, что после поражения Ле Пен во Франции станет хуже; важно, что нанесен очередной эмоциональный урон России и русским.
Так что нет в Евросоюзе никакой неопределенности. Брексит, фрексит, макpонизация, меркелизация, исламизация, русофобия, нацизация, деградация, еtc. — вот основные тренды ближайшего общеевропейского будущего. О которых эксперты Валдайского клуба в своем очередном докладе почему-то умолчали.
Владимир Лепехин
Россия является для Южной Осетии гарантом мира и спокойствия, заявил в пятницу в Донецке министр иностранных дел республики Мурат Джиоев.
В пятницу в Донецке проходит заседание интеграционного комитета "Россия-Донбасс", в нем также принимает участие глава МИД Южной Осетии.
"Россия является для нас гарантом мира и спокойствия… С Российской Федерацией у нас оформлено уже более 100 межгосударственных и межведомственных документов", — сказал Джиоев на заседании интеграционного комитета "Россия — Донбасс".
Ранее Россия и Южная Осетия подписали договор о сотрудничестве и интеграции. Он предусматривает формирование единого пространства обороны и безопасности, свободное пересечение госграницы, интеграцию таможенных органов, расширение сотрудничества органов внутренних дел, упрощение процедуры приобретения российского гражданства, повышение зарплат и пенсий, обеспечение медицинского страхования жителям Южной Осетии.
Сегодня во всех городах Российской Федерации более 14 тысяч военнослужащих и сотрудников МЧС России приняли участие в парадах, посвященных 72-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов.
Быть участником парадного расчета - большая честь и особая ответственность. Это возможность разделить радость Победы, которую одержал наш народ в Великой Отечественной войне и дань уважения людям, которые защитили наше Отечество, подарили нам мирное небо.
Одним из первых в торжественном марше 9 мая прошли 72 спасателя Камчатского спасательного отряда, которые дали старт праздничным мероприятиям в регионах Российской Федерации. В Иркутске 56 сотрудников регионального главка МЧС России прошли торжественным маршем в сквере имени Кирова.
Участие пожарно-спасательных подразделений в торжественных встречах - хорошая традиция, способствующая патриотическому воспитанию подрастающего поколения. Именно поэтому в парадных расчетах принимает участие большое число курсантов ведомственных вузов МЧС России.
В Москве по Красной площади прошли будущие офицеры и преподаватели Академии гражданской защиты МЧС России, в Северной столице по Дворцовой площади чеканил шаг парадный расчет Санкт-Петербургского университета ГПС МЧС России. Уральский институт ГПС МЧС России был представлен тремя парадными «коробками», а также рота девушек-курсанток численностью 64 человека. Пять парадных расчётов курсантов, взвод кадет-барабанщиков, рота почетного караула, духовой оркестр и группа барабанщиц общей численностью 400 человек Ивановской пожарно-спасательной академии ГПС МЧС России прошли по брусчатке в Иваново.
Не остается без внимания День Победы и входе гуманитарных миссий, выполняемых МЧС России. Более 30 специалистов Центра спасательных операций особого риска «Лидер», которые с 15 апреля 2017 года приступили к очистке территории Республики Южная Осетия от взрывоопасных предметов, приняли участие в торжественном параде в Цхинвале в День Победы.
Кроме того, сегодня в территориальных органах МЧС России и в пожарно-спасательных частях пройдут Дни открытых дверей, встречи с ветеранами Великой Отечественной войны и тружениками тыла.
Помимо непосредственного участия в парадах, около 50 тысяч пожарных и спасателей будут обеспечивать безопасность праздничных мероприятий, торжественных шествий, концертов, которые будут длиться до позднего вечера и завершаться с залпами салюта.
СМИ: предприятия Донбасса контролирует бывший иркутский вице-губернатор Пашков
По данным издания «Коммерсант. Власть», экс-чиновник возглавляет компанию «Внешторгсервис», в ведении которой находятся металлургические заводы ДНР
Бывший вице-губернатор Иркутской области Владимир Пашков возглавляет компанию, которая управляет заводами Донбасса. Об этом пишет «Коммерсант. Власть».
По данным издания, бывший чиновник является гендиректором компании «Внешторгсервис», зарегистрированной в Южной Осетии. Якобы, в ее ведении с апреля находятся заводы самопровозглашенной ДНР, в частности «Донецксталь», Енакиевский и Макеевский металлургические заводы, Ясиновский коксохимический завод и Харцызский трубный завод.
Предприятия ЛНР перешли под контроль «Внешторгсервиса» месяцем ранее. Источники при этом говорят, что за этой компанией стоит бежавший с Украины в Россию бизнесмен Сергей Курченко. Пашков — фигура номинальная, считает директор украинского Института глобальных стратегий Вадим Карасев:
«Это наемный менеджер. Тут вопрос в другом: все-таки всю эту схему организовывает и будет курировать Курченко, как посредник между украинскими олигархами, которые являются номинальными собственниками этих предприятий, властями самопровозглашенных республик и российскими властями, потому что сбывать эту продукцию такие предприятия ДНР и ЛНР смогут только через Россию. Курченко входил в окружение сына Януковича Александра и фактически на него были записаны все активы предприятий Александра Януковича. Поскольку семья Януковича имеет достаточное влияние на ДНР и ЛНР, особенно в бизнесе, то вся передача во внешнее управление предприятия может курироваться Курченко. Тем более что это был бы мягкий вариант, который не приведет к окончательной конфискации».
Директор Центра политологических исследований Финансового университета Павел Салин считает, что схема управления донбасскими активами намного сложнее:
«Территория самопровозглашенных республик — это фактически черная дыра. А там, где черная дыра, там крутятся огромные теневые деньги. И там есть интересы не только у высших полноправных владельцев этих активов. Сейчас же ситуация изменилась. Я думаю, если господин Пашков — совсем номинальный управляющий, то Курченко — наверное, квазиноминальный управляющий. Я абсолютно уверен, что там есть интересы и представителей силовых структур России и, возможно, интересы представителей того украинского бизнеса, основные активы которого находятся на территории, подконтрольной Киеву. Там, поскольку очень серьезные теневые потоки, нет такой простой схемы, чтобы бенефициарами оставались только прежние владельцы».
Примечательно, что у «Внешторгсервиса» нет ни сайта, ни офиса, ни штата сотрудников, уточняет издание. Имя же Пашкова, как гендиректора компании, упоминалось лишь однажды в сообщении одного из луганских профсоюзов.
Саперы российской военной базы в Южной Осетии приступили к сплошной очистке полигонов
Инженерные подразделения российской военной базы, дислоцированной в республике Южная Осетия, приступили к сплошной очистке войсковых стрельбищ, учебно-тренировочных комплексов и отдаленных полигонов.
К работам привлечено более 100 военнослужащих, задействованы 4 специально обученные минно-розыскные собаки и 20 единиц специальной техники.
Очистка полигонов производится с использованием минно-розыскных собак, искателей неконтактных взрывных устройств «Коршун-3М» и современных эффективных защитных костюмов – «Дублон».
Общая площадь учебно-тренировочного комплекса и учебно-материальной базы соединения, подлежащая проведению на ней комплексной инженерной разведки составляет около 3 тыс. га.
В целях обеспечения безопасности привлекаемых лиц и военной техники в ходе разведывательных мероприятий все обнаруженные подозрительные и опасные взрывные предметы будут уничтожаться на местах методом накладного заряда.
В зимнем периоде обучения на всех полигонах, войсковых стрельбищах и учебно-тренировочных комплексах базы в ходе занятий по боевой подготовке израсходовано около 250 тыс. боеприпасов.
Пресс-служба Южного военного округа
3 мая 2017 г. в Музее современной истории России состоялась лекция кандидата исторических наук, доцента кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ, эксперта РСМД Сергея Маркедонова «Закавказье: конфликты позади или впереди?».
В начале лекции спикер отметил, что хотя в последние несколько лет Закавказский регион ушел в тень в информационной повестке дня в России и мире, он остается достаточно проблемным. Показательно, что из девяти вооруженных конфликтов, возникших после распада СССР, шесть произошли на Большом Кавказе. Эксперт отметил, что конфликты на Кавказе прочно связаны как между собой, так и с международной повесткой дня. В частности, большое влияние на них оказывает ситуация на Большом Ближнем Востоке. Существует и обратное влияние конфликтов на Ближний Восток и Каспийский регион.
В качестве примеров влияния ближневосточного кризиса на регион Сергей Маркедонов привел радикализацию исламского населения, приток мигрантов (к примеру, Армения приняла 18 000 армян из Сирии), участие выходцев с Кавказа в ИГИЛ и др.
Помимо России и коллективного Запада на Кавказе также значительную роль играют крупные региональные игроки, такие как Турция и Иран. В регионе нет устойчивых альянсов, а есть лишь ситуативное сближение стран по отдельным вопросам. Каждая из стран Закавказья придерживается своего внешнеполитического вектора — Грузия интегрируется в ЕС и НАТО, Армения — член ЕАЭС и ОДКБ, Азербайджан придерживается внеблокового статуса с определенной ориентацией на Запад.
С момента распада СССР на Кавказе устанавливалось два статус-кво. Первый заключался в заморозке региональных конфликтов. Второй установился после Пятидневной войны 2008 года. Абхазия и Южная Осетия были признаны Россией, а страны региона активизировали поиск внерегиональных союзников. При этом, по мнению эксперта, переигрывать второй статус-кво на данный момент никто не хочет. Для Кавказа характерно затухание конфликтов, но их возобновление по-прежнему возможно, примером чего служит обострение в Нагорном Карабахе весной 2016 г.
Тьма по-украински
Сергей Михеев
25 апреля компания "Укрэнерго" прекратила поставки электроэнергии "на неконтролируемую территорию Луганской области". "Выпавшие" поставки киловатт-часов для Луганской народной республики компенсированы Россией.
Ещё в 2015 году прошла информация о том, что Порошенко попросил Путина забрать Донбасс. Уверенно и однозначно эта информация не была опровергнута ни в Киеве, ни в Москве. Не есть ли в таком случае весь разговор о минских соглашениях как о религиозной истине лишь прикрытие реального процесса размежевания и ухода народных республик в Россию?
Официально причиной решения "Укрэнерго" названы неплатежи за поставленные Луганску объёмы электроэнергии. Но понятно, что неплатежи тут ни при чём: за электричество не платят даже на подконтрольных Киеву территориях, вокруг этой проблемы не стихают скандалы, но никто "блэкауты" Львову, Одессе или Запорожью не устраивает и даже не пытается. Донецк тоже не платит, но через него идут линии на Мариуполь, который тоже не платит, — и никто в "Укрэнерго" даже не заикается о том, чтобы "отключить" Донецк.
Однако и "чисто политическим" подобное решение считать нельзя. Потому что на Украине возник и усугубляется энергетический дефицит, связанный с деградацией производящих мощностей. Останавливаются ТЭС, отключаются реакторные блоки атомных электростанций, и если раньше этот процесс скрывался за общим падением энергопотребления "незалежной" экономики, то теперь он принял опережающий характер, поэтому отключение "периферийного" луганского узла во многом вызвано необходимостью высвободить объёмы электроэнергии для "своих". То есть "Укрэнерго" в данном случае выдаёт экономическую нужду за политическую добродетель.
Конечно, по факту шаги, подобные "угольной блокаде" или нынешнему "блэкауту", действительно "отключают" территории Луганска и Донецка от Украины. Всё меньше поводов у народных республик Донбасса и Киева вспоминать друг о друге и думать о восстановлении отношений. Это примерно то же самое, что подрыв линии электропередачи на границе с Крымом или перекрытие Крымского оросительного канала: эти шаги только стимулировали ускоренную интеграцию Крыма в российскую инфраструктуру. С одной стороны, подобные шаги отдаляют Луганск и Донецк от Киева. С другой стороны, они ставят ребром вопрос о будущем этих регионов, который сегодня, похоже, не имеет удовлетворительного решения — тем более в рамках минских соглашений, вроде бы признаваемых обязательными к исполнению.
Буквально на днях пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков заявил о том, что Россия не собирается интегрировать в свой состав Донецкую и Луганскую народные республики. Понятно, что заявления Пескова далеко не всегда и не во всём соответствуют реальным процессам, политическим и экономическим. Однако они в высшей степени показательны. Действительно, никакого стремления с российской стороны к полноценной интеграции ДНР и ЛНР не наблюдается — всё, что сделано и делается в этом направлении, происходит исключительно под давлением "обстоятельств непреодолимой силы". С одной стороны, "сдачи" республик Донбасса допускать нельзя — поскольку это сразу дискредитирует всю российскую "властную вертикаль", которая не раз и не два публично "подписывалась" под тем, что не допустит их уничтожения киевской хунтой. С другой стороны, переходить в контрнаступление тоже нельзя. А с третьей стороны — нельзя интегрировать. Поэтому в Кремле, похоже, считают оптимальным вариантом "заморозить" статус-кво, как это было сделано в Абхазии, Южной Осетии и Приднестровье. Возможно, это связано косвенным образом и с тем, что многие из власть предержащих стремятся сохранить каналы перетока капиталов туда-обратно и ту ситуацию, при которой они интегрированы в мировую глобальную финансово-экономическую систему. А любые слишком резкие движения ставят эти жизненно важные для них коммуникации под угрозу. Поэтому либералы, например, так взъелись по поводу Крыма, по поводу всей ситуации на Восточной Украине. До сих пор они крайне недовольны и утверждают, что все наши беды — из-за Крыма и Донбасса. Какие беды? Беды, в первую очередь, у них: с деньгами, с движением финансов. Но надо же понимать, что в мире — глобальный кризис, пряников на всех уже не хватает, и если бы не украинский "евромайдан" со всеми его последствиями, то были бы нарушения прав гражданских активистов, геев, неусыновленных геями детей и так далее — их бы в покое всё равно не оставили.
![Главное](/images/star.png)
Встреча с Президентом Южной Осетии Анатолием Бибиловым.
Состоялась встреча Владимира Путина с Президентом Республики Южная Осетия Анатолием Бибиловым. Обсуждались, в частности, вопросы экономического взаимодействия двух стран. Выборы Президента Южной Осетии состоялись в апреле текущего года.
В.Путин: Добрый день!
Хочу Вас сердечно поприветствовать, очень рад нашему знакомству и хочу поздравить с результатами выборов.
Знаю, что Вы горячий сторонник развития отношений с Россией по разным направлениям. У нас реализуется известный договор, который Вы в своё время активно поддерживали. Очень рассчитываю на то, что под Вашим руководством республика сделает всё, о чём мы договаривались, в реализации этого договора.
У нас большие программы сотрудничества, мы знаем об их направлении: это и вопросы безопасности, экономического развития и взаимодействия, социальной сферы. Россия софинансирует очень много вопросов чисто социального характера, мы и дальше планируем это всё делать.
Будем развивать инвестиционное направление, имею в виду восстановление инфраструктуры республики и создание условий для роста экономики.
Думаю, что у нас будет, о чём сегодня поговорить. Очень рад Вас видеть.
А.Бибилов: Спасибо большое, Владимир Владимирович.
В первую очередь благодарен и признателен за то, что нашли в своём плотном графике время для этой встречи. Благодарен, конечно, за то внимание, которое Вы уделяете Республике Южная Осетия.
Искренне признателен за те добрые слова, которые были направлены в мой адрес в связи с избранием Президентом Республики Южная Осетия, вступлением в должность.
И конечно же, это важно для нашего народа, эта встреча. И хочу Вам передать огромную благодарность от народа Республики Южная Осетия, опять-таки подчёркиваю, за то внимание, которое вы оказываете республике.
Выборы прошли на довольно-таки напряжённой, конкурентной основе. Но, как бы там ни было, какие взгляды ни были на решение внутриполитической проблематики, в любом случае курс остаётся неизменным, неизменной в целом и интеграция, сотрудничество с Российской Федерацией, и народ полностью это поддерживает.
Я Вам очень благодарен ещё раз и думаю, что весь спектр вопросов, который будет обсуждён на нашей встрече, будет реализован, без сомнения, и социально-экономическое положение Республики Южная Осетия улучшится.
И конечно же, вопросы большей интеграции, большего сотрудничества, союзничества между Республикой Южная Осетия и Российской Федерацией найдут новый импульс в этих процессах.
Подразделения российской военной базы в Южной Осетии итоговую проверку сдают на горном полигоне
Подразделения российской военной базы в Южной Осетии в рамках проверки за зимний период обучения выполнили на горном полигоне боевые стрельбы из вооружения танков Т-72БМ, боевых машин пехоты БМП-2, самоходных гаубиц «Гвоздика».
На полигоне с мотострелковыми, танковыми, артиллерийскими и разведывательными подразделениями российской военной базы были проведены также тактические и тактико-специальные занятия.
Военнослужащие выполнили нормативы по элементам общевойсковой и специальной подготовки.
В учебных мероприятиях было задействовано более 2000 военнослужащих и около 500 единиц вооружения и военной техники.
Во Владикавказе прошло торжественное открытие бюста Героя Советского Союза генерала армии Василия Маргелова
В Владикавказе на проспекте Коста в районе Вечного огня состоялось торжественное открытие бюста Героя Советского Союза генерала армии Маргелова Василия Филипповича.
В рамках мероприятия прошел митинг с участием командующего 58-й армией Южного военного округа (ЮВО) генерал-майора Евгения Никифорова, президента Южной Осетии Анатолия Бибилова, сына героя, генерал-полковника в отставке Виталия Маргелова, представителей силовых структур, общественных организаций и школьников. Митинг обеспечивали Почетный караул, салютная группа и военный оркестр ЮВО.
Установленный во Владикавказе бюст генерала армии В.Ф. Маргелова предоставлен в дар городу в рамках проекта «Аллея Российской Славы».
Справочно:
Василий Маргелов родился 27 декабря 1908 г. Окончил Объединенную белорусскую военную школу и Военную академию Генерального штаба. Участвовал в советско-финляндской войне. Принимал участие в обороне Ленинграда, в глубоких рейдах в тылу противника, в Сталинградской битве, в боях за Украину и Крым, в освобождении Румынии, Болгарии, Югославии, Чехословакии, Венгрии, Австрии. Закончил Великую Отечественную войну в звании генерал-майора.
Его именем названы Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище, проспекты, улицы и скверы во многих городах. В 2014 г. в столице России появилась улица Маргелова.
Василий Маргелов — «командующий из легенды» – за короткое время в исторических масштабах смог изменить облик ВДВ до неузнаваемости. Легкую «крылатую пехоту» он сделал «тяжелой», реализовав идею десантирования бронетехники из самолетов на многокупольных и парашютно-реактивных системах. Именно при нем ВДВ обрели невиданную ранее боевую мощь.
Грузия требует уважать ее границы
Президент Грузии обвинил Лаврова в нарушении международного права
Иван Захаров
18 апреля глава российского МИДа Сергей Лавров прибыл в Сухуми, чтобы принять участие в торжественном открытии посольства России в Абхазии. В Грузии визит называют провокацией и попыткой узаконить насильственное изменение границ суверенного государства. Грузия, Парламентская ассамблея Совета Европы, США и Еврокомиссия все еще рассматривают Абхазию как территорию грузинского государства, оккупированную Россией.
Во вторник, 18 апреля, пройдет торжественное открытие нового комплекса зданий посольства России в Республике Абхазия. В церемонии примет участие глава российского МИДа Сергей Лавров, который прибыл в Сухуми с двухдневным визитом.
19 апреля у Лаврова также намечены встречи с президентом Абхазии Раулем Хаджимбой, спикером местного парламента Валерием Кварчией и главой абхазского МИДа Дауром Кове. Стороны обсудят «укрепление международных позиций Абхазии и координацию российско-абхазского внешнеполитического взаимодействия», говорится на сайте МИД России.
Грузия продолжает считать Абхазию и Южную Осетию своими территориями и отказывается вести переговоры о неприменении силы. По этой причине Россия, которая является гарантом существования Абхазии, развернула здесь собственную военную базу, а российские пограничники оказывают помощь в защите границ республики.
Президент Грузии Георгий Маргвелашвили заявил, что Тбилиси «призывает Россию к конструктивному диалогу и выражает готовность к рассмотрению любых вопросов в дипломатическом пространстве».
При этом Маргвелашвили отметил, что действия России в регионе вызывают обеспокоенность, а любые визиты иностранных дипломатов и функционирование любого представительства на территории Грузии возможны только с согласия грузинских властей.
Зураб Абашидзе, спецпредставитель премьер-министра Грузии по взаимоотношениям с Россией, высказался в более резком ключе и назвал визит Лаврова «нарушением суверенитета Грузии».
В этом же ключе высказался заместитель главы грузинского МИДа Давид Джалагания.
По его словам, визит Сергея Лаврова в Сухуми является «очередной попыткой посягательства на суверенитет Грузии», которая идет вразрез со всеми международными нормами и обязательствами, передает ТАСС.
В официальном заявлении грузинского внешнеполитического ведомства выражается призыв к прекращению провокационных действий и к уважению территориальной целостности Грузии. В нем, в частности, говорится, что «прибытие министра иностранных дел России в Абхазский регион с нарушением государственной границы Грузии и незаконное открытие в Сухуми нового здания дипломатического представительства России грубо нарушает принцип уважения суверенитета и территориальной целостности государства (Грузии) в рамках его международного признанных границ и другие фундаментальные нормы международного права».
Глава грузинского МИДа Михаил Джанелидзе называет визит Лаврова «открытой провокацией».
«Россия продолжает игнорировать международное право. Они уже имели место в 2008, 2009 и 2011 годах. Это открытая провокация», — цитирует слова грузинского дипломата La Vanguardia.
Он также добавил, что международное сообщество «поддерживает территориальную целостность и суверенитет Грузии и всегда будет с нами, когда мы говорим о международном праве и мирном урегулировании конфликта». Подобные действия являются попыткой Москвы узаконить насильственное изменение границ и легитимировать оккупационные режимы, резюмировал Джанелидзе.
С ним согласилась и министр Грузии по вопросам примирения Кетеван Цихелашвили, которая назвала визит главы российского МИДа «новой провокацией». «Россия предъявляет исключительные права на Абхазию. Мы столкнулись с оккупацией и аннексией де-факто», — добавила она.
Цихелашвили говорит, что Грузия не заинтересована в конфронтации, и «единственное, что требуется, — это уважение территориальной целостности, суверенитета и независимости».
Пока что единственными государствами, признавшими вслед за Россией независимость Абхазии и Южной Осетии, остаются Венесуэла, Никарагуа и Науру, входящие в состав ООН.
Единственной площадкой, где Абхазия может представлять свои интересы перед другими странами, остаются Женевские дискуссии по Закавказью. Эта переговорная площадка была создана в 2008 году на основании договоренностей, достигнутых на тот момент президентом России Дмитрием Медведевым и его французским коллегой Николя Саркози. Целью дискуссий стало обеспечение безопасности Абхазии и Южной Осетии.
12 августа 2008 года Медведев и Саркози провозгласили принципы мирного урегулирования ситуации в регионе, среди которых — отказ от применения военной силы и свободный доступ гуманитарной помощи. Сейчас Грузия призывает Россию к выполнению этих обязательств.
Сегодня специалисты Центра по проведению спасательных операций особого риска «Лидер» приступили к разминированию территорий поселения Роговское Троицкого административного округа Москвы и Республики Южная Осетия.
На территории Новой Москвы за четыре предыдущих года спасатели обследовали около 200 га земли, обнаружив более 1500 взрывоопасных предметов, среди которых - артиллерийские снаряды различных калибров, противотанковые и минометные мины, ручные и противопехотные гранаты, а также артиллерийские взрыватели.
Руководит работами по разминированию в Новой Москве полковник Александр Старостин.
В Южной Осетии сотрудники «Лидера» ведут работы второй год. За это время было очищенно более 50 га земли и обнаружено более 350 взрывоопасных предметов.
Группировку в Южной Осетии возглавляет Первый заместитель начальника Центра «Лидер» Анатолий Саввин. В составе группы - 30 человек, три единицы техники, в том числе 2 мобильных робототехнических комплекса «MV-4», которые управляется дистанционно, что позволяет сделать более безопасной работу пиротехников.
Завершить работы по разминированию в данных районах планируется в конце июня текущего года.
Специалисты МЧС России отмечают, что работы сопряжены с особой степенью риска, так как почти все боеприпасы прошли канал ствола орудия и относятся ко 2-й степени опасности.
«Грузия вступит в НАТО, этот процесс необратим»
«Газета.Ru» о перспективах сотрудничества Грузии с Россией и НАТО
Александр Братерский (Тбилиси)
В Грузии завершилась неделя «Дней НАТО», во время которых по всей стране прошли мероприятия, связанные с информированием о военном и политическом блоке. Сегодня вступление в НАТО поддерживает большинство граждан страны, которая в то же время надеется на улучшение отношений с Россией и старается забыть о событиях российско-грузинской войны.
За несколько лет Грузия стала самым активным партнером НАТО. Согласно недавнему опросу Международного республиканского института США (IRI), вступление Грузии в НАТО поддерживают 82% населения страны.
В 2015 году в Грузии был открыт учебно-тренировочный центр НАТО, где будут проходить тренировки не только грузинских, но и иностранных военных. В то же время грузинский воинский контингент принимает активное участие в операциях альянса. Например, в Афганистане находились 850 военных из Грузии — это второй по величине иностранный контингент.
На этой неделе было объявлено, что Грузия собирается потратить на строительство центра боевой подготовки около $4 млн, а сам центр станет аналогом того, который имеется в распоряжении европейского командования США.
Министр обороны страны Леван Изория назвал строительство центра «амбициозным планом». По данным агентства «Новости-Грузия», часть средств на эти цели выделят США, однако точная сумма пока неизвестна.
Активное участие Грузии во всех операциях альянса продолжится, рассказал «Газете.Ru» грузинский политолог Георги Канашвили, исполнительный директор просветительской организации «Кавказский дом».
При этом Канашвили отмечает, что вопрос членства Грузии в НАТО для новой американской администрации сегодня отошел на второй план. «Если не произойдет каких-либо событий», — осторожно оговаривается эксперт.
Под «событиями» он имеет в виду ситуацию, аналогичную кратковременному военному конфликту между Россией и Грузией в 2008 году в республике Южная Осетия.
С того конфликта прошло уже почти десять лет, Южная Осетия и Абхазия провозгласили независимость, которая была признана только Россией и еще четырьмя государствами.
«Логика России неприятна, но понятна»
Бывший министр обороны Грузии генерал Давид Тевзадзе считает, что события в Осетии стали ключевыми для Грузии в ее желании вступить в НАТО. «После августа 2008-го мы поняли, что нас никто защищать не будет. А НАТО — это «пятая статья» (Устава НАТО, которая сводится к тому, что нападение на одного из членов альянса воспринимается как нападение на весь альянс. — «Газета.Ru»), это зонтик безопасности, и это нельзя недооценивать.
Грузия вступит в НАТО, и этот процесс необратим», — говорит он.
Генерал принимает корреспондента «Газеты.Ru» в своем небольшом скромном офисе в одном из тбилисских переулков. На стенах — фотографии времен его военной карьеры, на них он изображен вместе с министром обороны США 1975–1977 и 2001–2006 годов Дональдом Рамсфельдом.
Тевзадзе вел переговоры с прежним руководством России и с теплом вспоминает покойного министра обороны России Игоря Сергеева. Тогда, рассказывает он, Москва начала вывод войск из Грузии, но новое руководство страны увидело ситуацию в новом свете. «Абхазия и Южная Осетия России нужны, чтобы держать Кавказ под контролем», — говорит Тевзадзе и напоминает фрагменты из российской истории — «Россия не смогла покорить Кавказ, пока не получила контроль над Грузией».
В то время генерал Тевзадзе активно способствовал сближению Грузии и НАТО, однако о самом альянсе отзывается весьма трезво:
«После окончания «холодной войны» НАТО искала повод для своего существования, а после Карабаха и Осетии она его получила».
Главным препятствием для вступления Грузии в НАТО являются нерешенные территориальные проблемы. Влияние России в Абхазии и Осетии означает, что проблема вступления Грузии в НАТО будет отложена в долгий ящик.
Большинство собеседников «Газеты.Ru» в Грузии отмечают, что, хотя не приемлют логику России, однако понимают, что страна хочет создать собственный пояс безопасности на юге. «Логика России мне неприятна, но понятна. Россия считает Кавказ сферой своего влияния», — говорит политолог Георги Канашвили.
«Россия заинтересована в существовании конфликтных зон», — вторит генерал Тевзадзе. Он считает, что даже при улучшении ситуации абхазы не будут вести каких-то переговоров с грузинами, так как этого не позволит Россия.
Об Абхазии генерал Тевзадзе может говорить долго — он уроженец тех мест и многие годы прожил бок о бок с абхазами.
В Грузии напоминают, что до обретения независимости и до первой войны 1990-х годов большинство населения Абхазии составляли грузины, которые впоследствии были вынуждены покинуть республику после грузино-абхазского конфликта. «То, что было в Абхазии, сегодня с трудом забывается, это был чистый геноцид», — рассказал «Газете.Ru» Тевзадзе.
В свою очередь «геноцидом», но уже со стороны грузин, называют действия первого грузинского президента Грузии Звиада Гамсахурдиа, который развязал военные действия в Южной Осетии.
«По отношению к осетинам во времена Гамсахурдиа были допущены катастрофические ошибки, и сегодня в Грузии идет медленное переосмысление доли собственной вины», — говорит Канашвили.
События войны августа 2008 года тоже вызывают неоднозначную реакцию. Часть собеседников считают, что президент Грузии Михаил Саакашвили не должен был начинать военную операцию.
При этом в Грузии внимательно следят за тем, что происходит в Абхазии и Осетии, и отмечают разницу между подходами обеих республик к отношениям с Россией. В то время как Абхазия, хотя и живет на российские дотации, все же хочет сохранять свою независимость. Южной Осетии независимость не нужна. «Мне это напоминает человека, который сидит в зале ожидания транзитной зоны», — говорит Канашвили.
Словно в подтверждение его слов избранный президент Южной Осетии Анатолий Бибилов во время предвыборной кампании активно использовал лозунг о присоединении к России.
В самой Грузии не скрывают, что не отказались от возвращения территорий под свою юрисдикцию, однако демонстрируют готовность к долгому процессу. «Грузия рассчитывает свою политику на долговременный результат», — подчеркнул Канашвили.
Мягкая сила печенья «Юбилейного»
Многие в Грузии уверены, что в случае улучшения экономической ситуации в стране и сближения с Европейским союзом можно будет убедить абхазов, что с Грузией им может быть лучше, чем с Россией. Однако убеждать придется долго. Несмотря на то что при президенте Михаиле Саакашвили в Грузии произошли определенные экономические улучшения — исчезла полицейская коррупция, а за час можно получить любой документ, — Грузия остается бедной страной.
Несмотря на рост ВВП в 2016 году на 2,7%, этот же показатель в пересчете на душу населения остается достаточно низким. Согласно недавнему опросу IRI, 70% опрошенных граждан страны считают, что экономическая ситуация в Грузии ухудшилась.
Черты этой бедности видны за фасадами роскошных зданий, уютных ресторанов и многочисленных кафе и заставляют вспомнить о позитивных сторонах жизни канувшей в Лету Грузинской ССР. На многих станциях метро можно увидеть просящих милостыню бедняков, и это не грязные спившиеся бомжи, а благородные опрятные старички и бабушки.
В поисках лучшей доли из Грузии уезжает молодежь, многие, не найдя лучших возможностей, садятся за баранку многочисленных такси. «Половина населения уехала, половина — таксует», — говорит житель Тбилиси Дмитрий, который сам несколько лет прожил за границей, но вернулся в Грузию, чтобы открыть собственный бизнес.
Последняя перепись населения 2014 года показала, что численность населения страны с начала 2000-х годов уменьшилась.
После получения Грузией безвизового режима с ЕС есть опасения, что за туризмом последует и миграция грузин в страны ЕС в поисках лучшей доли.
Жители европейских стран давно ездят в Грузию без виз, это касается и россиян, для которых Грузия стала одним из популярных туристических маршрутов. В прошлом году, по данным грузинских властей, страну посетило более 1 млн граждан России.
Кратковременная августовская война между Россией и Грузией была почти 10 лет назад, о ней стараются забыть. Прохожие на улице говорят по-русски, и это не только старшее поколение, но и работающая в ресторанах и банках молодежь, у многих чистая, с небольшим акцентом, «советская речь», хотя СССР уже давно канул в Лету.
Один из собеседников, несколько лет проживший в России, рассказывает, как, сидя в коробке танка Т-54 во время службы в Советской армии, он считал тогдашнюю страну своей: «Я пел все эти песни про танкистов, я радовался, когда поднимался красный флаг, но потом русские сказали мне, что это «наши» песни, и я почувствовал себя чужим».
Приметы СССР остались на многочисленных книжных развалах, где туристы и местные жители рассматривают старые советские книги.
От запыленных «литературных памятников» в коричневом переплете до Нодара Думбадзе и обязательного Шота Руставели. Попадаются и советские пропагандистские книги об истории ВКП(б) и работы Сталина о национальном вопросе.
Отношение к Сталину здесь противоречиво: диктатор, в то же время знаменитый грузин, и поэтому его усатое лицо украшает туристические магнитики. «Здесь не любят Сталина, но это туристический бренд», — говорит один из продавцов.
Грузины всячески подчеркивают, что они православная нация, и с гордостью демонстрируют могилы великого русского писателя и дипломата Александра Грибоедова и его грузинской супруги Нино Чавчавадзе. Открывая перед корреспондентом «Газеты.Ru» дверь усыпальницы Грибоедова, пожилой смотритель наизусть произносит знаменитые слова на гробе «…Но для чего пережила тебя любовь моя?»
Дипломатических отношений между Россией и Грузией нет, хотя торговые отношения мало-помалу возвращаются.
На полках российских магазинов — вина и «Боржоми», на грузинских — российские конфеты и печенье «Юбилейное», и это на сегодня самая главная «мягкая сила».
«Отношения между Россией и Грузией начали восстанавливаться. Грузинская культура и история показывает, что Грузия никогда не выживала без определенной мягкости», — говорит политолог Канашвили.
Эксперт считает, что Россия могла бы сделать шаг для улучшения отношений, отменив визы для грузин, как это сделала Грузия: «Россия могла бы обернуть это в свою пользу».
В РЦНК г. Цхинвал состоялся Урок имени Ю.А. Гагарина "Космос-это мы. Гагаринский урок."
11 апреля в РЦНК г. Цхинвал, в преддверии Дня космонавтики, состоялся Урок им Ю.А. Гагарина "Космос-это мы. Гагаринский урок."
Участниками тематического урока стали школьники Цхинвала и районов республики. Провела урок преподаватель курсов русского языка при РЦНК-Тамара Туаева.
В ходе встречи ребята познакомились с видеобиографией Юрия Гагарина и обращением Героя России, летчика-космонавта Юрия Лончакова.
Большой интерес у присутвующих вызвала развернутая в фойе центра фотовыставка архивных фотографий, посвященных первому полету человека в космос.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter